Пристанище

Глава 1

Пристанище было моим домом, сколько я себя помню. Деревенька, спрятанная среди тенистых лесов, была обнесена частоколом и выстроена из десятка бревенчатых халуп, маленькой площади и большого общинного дома. Здесь жили те, кто поколения за поколениями изучалитайные знания вселенского бытия, окружающей материи и духовного просветления. Так же как и меня, наставники приводили в это селение детей, способных увидеть и прикоснутся к тонким, незримым материям окружающего нас мира и в дальнейшем годами обучали их, совершенствовать эти навыки. С благоговение, смотря на седобородых стариков в черных рясах, молодые умы с воодушевление делили время на поддержание хозяйства общины и изучением пыльных талмудов, набираясь мудрости.

Это был долгий день. Солнце становилось все ближе к земле, ветра становились холоднее, а пожелтевшая листва практически вся опала - приближалась зима. Намахавшись топором на заготовке дров я вернулся в деревню как раз, когда все деревня стягивалось на ужин.

Приятно постреливал и потрескивал очаг, а на столах подрагивали свечи - солнце уже скрывалось за горизонтом. Учеников было не много. Тринадцать мальчиков и семь девочек. Все располагались за двумя столами, поставленными в линию, а во главе, поперёк, стоял массивный дубовый столдля наставников. Их было пятеро. Все они были с седыми волосам, лицами испещренными морщинами и неизменно черных мантиях. Меня всегда удивляло то, что они никогда не менялись с течением времени. Что когда меня привели в это пристанище, что несколько зим назад, что сейчас - ни морщинкой больше.

Ученики, что работали на кухне, разнесли миски с похлебкой сначала старикам, затем ученикам и присоединились к столу.

Прежде, чем начался ужин, один из учителей встал и привлёк внимание окружающих.

- Сегодня прекрасный день! Ваш товарищ Эон, наконец, доказал, что готов к финальному испытанию. Оно пройдет завтра, после заката солнца. Гордитесь и берите пример с усердия этого юного чародея! А теперь, отужинаем же!

Среди учеников прокатился ропот после слов старика. Многие поздравляли Эона и расспрашивали, как он пришел к познанию изменения материи, сам же юноша сидел с лицо в полного волнения. И каждый внутри знал почему.

Последним испытание был ритуал, что проходил в общинном доме. Он был переломным моментом обучения, к которому стремился каждый из учащихся. Каждый с нетерпение ждали этот момент и опасался его. На моей памяти каждый год находился претендент или два, которые отправлялись на испытания, но никто из них не вернулся обратно. Этого не происходило ни разу за то время, с того момента как меня сюда привели.

Старики объяснила это вознесением на следующую ступень обучения и переходом в иные грани реальности. Все верили, так как привыкали с годами покорно воспринимать, как истину, любое слово из их уст.

Но с самого моего само осознания, во мне закрадывались сомнения и яркое подозрение что что то здесь не так. И завтра ночь я собирался исполнить план, который уже долго созревал во мне. Я собирался узнать, что же происходит за дверьми общинного дома, во время ритуала.

Вопреки моим ожиданиям проникнуть в общинный дом оказалось не так сложно. Взобравшись на ветки огромной и сухой ивы, что росла прямо за зданием, я спрыгнул на покатую крышу и, вскарабкавшись по ней, влез в окно одной из комнаток второго этажа. Это оказалась кладовая с пыльными полками, заставленными различными склянками и колбами разного наполнения. Дверь же вела на затененный балкончик второго этажа, с которого открывался прекрасный вид на ритуальную комнату.

Свет свечей выхватывал из полумрака гигантскую плиту из черного камня. Казалось, что пола у дома не было и плита вырастала прямо из земли. На ней была изображена сложная пентаграмма, в центре которой лежал не естественный, окаменелый череп существа, которое мало походило на человека. Все окружение вокруг пентаграммы было усеяно россыпью свечей. Чуть по-одаль стоял большой пюпитр, на котором, я разглядел две книги. Один из учителей встал за пюпитр и раскрыл книги, остальные встали вокруг плиты. Эон стоял в центе. Учитель открыл книги. Левою и, более старую, на середине, правую и более новую на начале.

- Ученик, твой путь был долог и кропотлив. Сейчас момент твоего последнего испытания, которое покажет, достоин ли ты пойти дальше. Эон, опустись на колени, положи руки на череп, открой свой разум и повторяй за мной заклятие.

Юноша опустился на колени, положив руки на череп и начал повторять за стариком. Тот долго и размеренно читал вслух странный, режущий слух, текст из новой книги, перелистывая страницу за странице. Затем, когда текст кончился, взял перо и обратил свой взгляд в старый фолиант начал читать медленно и неуверенно. Он произносил слово по слогам, словно не был уверен в правильности, затем смотрел и слушал, как его произносит Эон и записывал в новую книгу. Так продолжалось до тех пор, пока страница нового фолианта не начала подходить к концу. Старик произносил следующее слово несколько раз сбиваясь, но в итоге, выбрав произношение, сказал его громко и четко для юноши. Эон произнес его и в ту же секунду плоть его взвилась кровавым облочком, а мгновение спустя кости осыпались прахом. Не было ни звука, ни вскрика. Старик не стал записывать последнее слово и закрыл книги.

- Страница в год, не слишком быстрый результат перевода, - произнес он - Такими усилиями наш мир состарится к приходу Великого Балъома! Есть кто-то еще из этих бездарей, кто приближается к готовности?

- Есть. Юноша лет двадцати. Его зовут Сарен. Он достаточно близок к открытию разума и ощущению цепей мироздания. В нем будет знатная сила! Даже жаль использовать его вот так, как скотину, - ответил один из учителей.

- У нас не из чего выбирать! Нужно как то усилить его обучение! Возможно больше практики, а не теории... Надеюсь, этот юноша будет готов до начала зимы. На этом на сегодня все!

Свечи были потушаны, книги были оставлены на пюпитре, колдуны удалились из зала.

Я же так и остался на балконе. Меня переполняла злоба, ненависть и страх от увиденного. Вся жизнь, все труды ради того, что бы вот так бесславно умереть. Как скот на забое. Вся жизнь наполнена ложью. Все мы лишь отмычки к сложному замку ритуала!

Переполняемый злостью я спустился с балкона в зал и подошел к книгам. Левый фолиант был, словно обтянут потемневшей кожей, но которой были видны морщины от вен. Я хотел открыть книгу, но в момент как пальцы коснулись обложки, в моей голове зажглось видение. Что-то огромное, необъятное, бесформенное и невероятно злое смотрело на меня с ненавистью и призрением, словно на муравья. От ужаса я отдернул руку.

Они хотят это призвать! Оно, когда то плененное и запечатанное здесь под этой плитой, хочет выбраться из кромешной тьмы в наш мир! Оно, Великий Балъом, не дает этим старикам состариться, что бы они открыли его темницу! Этого нельзя допустить!

Мое восприятие мироздания изменилось. После того как я коснулся книги, я начал чувствовать мельчайшие частички что выстраивают наш мир. И "цепи мирозданья" что сковывают их, сохраняя во взаимном равновесии. И я теперь мог сдернуть эти цепи.

Я чувствовал старое, уставшее дерево из которого был построен этот дом. Я чувствовал книги, столы, стулья и остальное его убранство. Я чувствовал дряхлые тела стариков, проживших за сотню лет. И только старый фолиант был не подвластен силе моего разума, оставаясь черным пятном мирозданья. Я потянул за цепи и сжигаемый яростью и страхом, сорвал их, заставляя то, что они пленяли, полыхать.

Я стаял на площади перед пожаром общинного дома. Это не был пожар, который начался с какого то места и распространялся по зданию, поглощая все новые и новые куски. Это был моментальный, мгновенный пожар, сразу охвативший весь дом и все, что в нем было, и кто в нем был. Старый фолиант был у меня в руках, завернутый в мою рубаху. Его бы не взял огонь - я знал это. Двадцать лет жизни были жизнью ради лжи, но в эту роковую ночь мне открылась новая цель. Имя мое Сарен. Моя цель... цель моей общины, теперь в том, что бы никогда, никто больше не смог дать надежду древнему богу на освобождение из своей клетки.