Повелитель птиц

Глава 1

Меня зовут Лив Несс, и в Шорвис я попала по странному стечению обстоятельств. Сначала издательство должно было отправить сюда — на неделю посреди осени — совершенно другого репортера, но тот заболел в самый неподходящий момент, практически за час до вылета, и вот я тут…

В городке царит полное отсутствие какой-либо суеты: все занимаются своим делом. Вот там в местном баре мальчишка, которому, судя по всему только недавно стукнуло восемнадцать, разливает по кружкам пиво. Вот старик разносит почту. Ту даму больше заботит домашний быт. Но большинство, разумеется, как можно заметить по народу на пирсе, промышляют рыболовством.

Но есть среди них один чудак — звать Ньёрд Хансен. Он зацепил мой взгляд сразу же, как только я сюда приехала. Он слонялся по пирсу и просил немного рыбы для того, чтобы приманить чаек, а рыбаки, вполне обоснованно, его отправляли погулять где-нибудь подальше. «Прикормишь чаек — потом не отделаешься».

Чуть позже, от этих самых рыбаков я узнала, что он каждое утро приходит к берегу океана с фотоаппаратом и снимает все, что покажется ему интересным. Особенно его интересовали чайки. Интересно, почему? Может, он орнитолог-любитель? Ладно, мне это наименее интересно. Сейчас необходимо собрать как можно больше историй об этом городе.

Все же задача редакции звучит так: найти что-то что привлечет туристов в это богом забытое место. Они сами не знали, как это «что-то» должно звучать, о чем это должно быть, но требовали найти.

Я ходила по улочкам города, подходила к людям, спрашивала их о городе, достопримечательностях, легендах, но никто не знал, что мне рассказать, — словно и не было ничего особенно в этом месте.

«Городок, как городок» — так мне ответил один из рыбаков на расспросы. Вот и как тут, прикажите, сюжет искать?

В отчаянной попытке найти хоть что-то я забрела в бар. Пропахший сыростью он не внушал доверия, но в тоже время было в нем было что-то уютное, отправляющее в путешествие по детским воспоминаниям.

Подойдя к бармену я задала все тот же вопрос, что и остальным:

— Привет, не знаете, куда тут можно сходить?

— Добрый день, мэм! — озарил меня улыбкой парень. — Разве что к нам! У нас самая лучшая выпивка в городе!

— А если, предположим, я не хочу выпивать?

— Тогда вам на пирс.

— Может быть, есть что-то кроме пирса? Может, какие-то легенды, по следам которых можно прогуляться?

— Вы не местная?

— Нет.

Он немного подумал.

— Знаете, есть у нас легенда о морском духе, который способен призывать бурю. Но это опять связано с пирсом, а он вас не особо интересует.

— Как так вышло, что все интересное в вашем городе заканчивается на пирсе?

— Город живет этим.Странно, что вас это удивляет.

Он был прав. Тут нечему было удивляться. Может, в этом как раз и прелесть этого городка? «Город затерянный на берегу океана» — любителям уединения понравится. Надо обязательно написать об этом баре, о пирсе, и об этой легенде. Кстати о ней…

— Хорошо, а не могли бы вы рассказать мне чуть больше об этой легенде?

— Вас же она не заинтересовала, или я ошибаюсь?

— Ошибаетесь.

И он рассказал мне о духе, которого видели каждый шторм на побережье, чуть дальше пирса. Этот дух всегда стоял неподвижно или указывал куда-то в море, за горизонт. Поэтому все и решили, что он призывает шторм. Ходили слухи, что он способен утопить рыбака или любого неугодного ему человека, если захочет. Вот сидит рыбак, рыбачит, и вдруг волна резко накатывает на него и уносит в море так, словно никто и не сидел вовсе.

Я внимательно все записала и, попрощавшись, вышла на улицу, где меня тут же передернуло от холодного ветра. Летом тут наверняка великолепно, но осенью… Нет, сюда я больше ни ногой в это время года. А что тут зимой… Представить страшно. Я застегнула свой тренч и побрела в сторону пирса.

Маленький рыбацкий городок, который стоит на берегу океана, да еще и легенда о мстительном духе — это произведет впечатление на читателей. Осталось все это упаковать в красивую обертку — и дело в шляпе. Оставшиеся пять дней могу позволить себе ничего не делать.

Идти было не долго, и, как только я отчетливо услышала морской бриз перед собой, остановилась, закрыла глаза, потянулась — и тут до меня донесся обрывок разговора. Нет, не разговора. Ссоры. Один из рыбаков ругался на того самого парня со странностями, правда, из-за чего — мне не удавалось разобрать. Неужели у Ньерда все-таки получилось кого-то довести своими просьбами дать немного рыбы?

Я повернулась в их сторону. Мужчина, который кричал на Ньерда, был явно взбешен; остальные рыбаки ему поддакивали и кивали. Ньерд же выглядел обеспокоенным и явно не пытался продолжать конфликт — он пытался что-то объяснить рыбакам. «Ох уж эти старые…» Нет. Нельзя так о них.

Я вздохнула и направилась в их сторону. Не особо люблю, когда кто-то ругается.

— Не особо мне это хочется делать, — сказала я сама себе, но решение уже приняла.

Пока я до них шла, рыбак разъярился еще больше, и уже можно было разобрать суть конфликта.

— Ты, сопляк, требуешь, чтобы мы с мужиками убирались как можно быстрее отсюда, но причину ты сказать не можешь? — каждое его слово вылетало изо рта, сопровождаясь брызгами слюны.

— Нет. Почему же? Я же вам объясняю: скоро будет шторм, вам нельзя тут быть.

— Да какой, нахрен, шторм? Ты небо видел? — рыбак указал наверх с самодовольной улыбкой и протянул: — На нем ни облачка.

И вот как тут быть? С одной стороны, рыбак, может и прав: на небе ни облачка. С другой — это вполне может быть признаком надвигающегося шторма. То самое «затишье перед бурей». Но что-то доказывать сейчас явно бесполезно.

— Эй, ребят! Я тут статью о вашем городе пишу, и мне вдруг стало интересно: а как вы погоду определяете? — я подошла к ним поближе. «И что я творю?» — мелькнуло в голове. — Может, у вас местная метеостанция есть, или вы у духов спрашиваете?

Обозленный взгляд рыбака переметнулся на меня, и от этого стало не по себе.

— Я о тебе слышал. Городская девчонка приехала писать заказную статью о нашем городишке. Дорогая, если ты не заметила, это не город, а деревушка на отшибе, и приезжим тут не особо рады. Убирайся с глаз моих, иначе…

— Иначе что? — перебила я его. Он начал меня раздражать еще тогда, когда я стояла вдалеке, а теперь… «Подержите мое пиво» — он меня выбесил. — Ты хоть понимаешь, что угроза репортеру расценивается по нашим законам, как угроза государственному служащему, офицеру, врачу? Или нет? Может, ты хочешь посидеть пару месяцев на твердом кафеле? Могу устроить. Правда за город обидно, репутация неприветливого места ему явно на пользу не пойдет.

Он уставился на меня выпученными глазами, явно перебирая все ругательства мира у себя в голове, но так и не найдя подходящего, фыркнул, махнул на нас с Ньердом рукой и ушел к своим дружкам. Беды удалось миновать.

— Пойдем, — я подхватила Ньерда за руку и потащила подальше от этих неприятных личностей. Хотя, наверное, про меня они думали тоже самое.

— Спасибо, но я мог бы и сам. Да и к тому же нельзя им позволить там оставаться, — он попытался вырваться из моей хватки, но, к его сожалению, еще ни один мужчина не смог уйти от меня в таких обстоятельствах.

— Послушай, эм… Ньерд, верно? — он кивнул, — Лив, приятно познакомиться. — он снова кивнув. — Послушай, я понимаю твое беспокойство за них, но они сами отказались уходить. Ты сделал все что мог.

— Но я могу их переубедить.

— Нет, не можешь, и не спорь.

— Почему? — раздосадованно пробубнил он.

— Потому что они упертые бараны.

— Но они же люди.

— И что? Ты их видел? Готова поспорить на пять монет, что, если они и упадут во время шторма в воду, выберутся невредимыми, а потом будут байки травить об этом в местном баре.

Ньерд замолчал, перестал вырываться. Вот и отлично. Осталось найти куда бы присесть, и хорошенько расспросить о его хобби. Чудак, подкармливающий чаек, в моей статье тоже не помешает.