Последний шанс

Глава 1

Флаг на башне барбакана затрепетал, стену обдало горячим воздухом. К запахам пожара и разогретых камней отчетливо примешивался новый, с тошнотворно сладким привкусом. Последние лучи заходящего солнца не могли пробиться сквозь столбы черного дыма, окутавшего Кейрвиз, некогда один из самых богатых городов-государств Речной Лиги.

Старая Крепость на левой стороне реки Ишель переводила дух после первой волны осаждающих. По боевым ходам сновали крепостные слуги, уносившие раненых, и арбалетчики, обновлявшие склады боеприпасов на случай возобновления штурма. А под стеной образовалось невероятное месиво из трупов, обломков лестниц, луж горящего масла и иных следов битвы.

Генерал Лорк снял тяжелый шлем, давая отдых уставшей шее. В последнее время все его нужды затмили два желания: видеть каждого меднокожего утопленным в канаве и урвать хотя бы один лишний час сна. А ведь надо ещё организовать укрепление ворот, которые в этот раз чуть не снесли. Когда захватчики лезли через стены, генерал уже думал командовать отход на второй рубеж обороны, но тут подсуетились маги Круга, превратившие последний из трех каменных мостов через Ишель в груду оплавленного шлака.

В этот раз натиск удалось сдержать, но надолго ли?

Из-за спины раздался голос адъютанта:

- Господин генерал, объявлено срочное совещание в ставке.

- Что там на повестке?

- Барон Джеральд велел передать, что утечек быть не должно, так что вам, господин, все придётся узнавать на месте. Причем начать совет пожелал представитель Круга. Похоже, что намечается что-то серьёзное.

Дорога до ставки командования гарнизоном проходила по тесным улицам внутреннего города. В свое время донжон Старой Крепости был разрушен, а отстраивать его не стали, превратив сохранившийся нижний этаж в тюрьму, потому, когда древняя твердыня вновь понадобилась, пришлось все командные пункты размещать в одном из домов в центре. Ещё одно упущение, которое ныне может стать фатальным, подумал генерал, проходя мимо чумных бараков, в которые превратили старые лавки с заколоченными окнами. Болезнь и так вовсю косит ряды ополчения, теперь ещё и ходить мимо зараженных постоянно надо. О том, что будет, если заразятся ещё и офицеры, на которых последние остатки дисциплины держатся, Лорк предпочитал не думать.

- Я же приказал убрать эту падаль, - генерал ненадолго задержался рядом с одним из домов, который раньше принадлежал богатому меценату полукровке, чей труп висел привязанный к деревянной балке, выступавшей над входом. Когда началось нашествие орд исмеридов, для тех, в ком текла хоть капля их крови, настали трудные времена, разве что только таким детям богатых граждан, решивших завести себе экзотичных жен, повезло чуть больше. Но не надолго.

- Советник Фальк отозвал трупных носильщиков. По его словам это поможет поднять боевой дух и восполнить нехватку ненависти.

- Дух-то оно поднимет, только не боевой. Советник Фальк ничего не смыслит за пределами своих древних трактатов о ведении карательных войн с восставшей чернью. У нас тут и так полкрепости в чумных бараках лежит, ещё не хватало этому поспособствовать! Где ближайшие носильщики?

- Сбрасывают трупы в костровую яму.

- Пошлите за ними, пусть и этого туда утащат. И объясните им, что за выполнение лично передо мной отвечать будут!

На внутреннем дворе царило оживление. Старая Крепость стала временным домом для всех, кто успел добежать до ворот в тот момент, когда первая волна исмеридов перевалила через городские укрепления. Напыщенные аристократы в цветных одеждах, купцы, едва успевшие захватить с собой некоторые пожитки, ремесленники, мещане, бедняки, бездомные - все смешались в единую галдящую массу. Жандармы с трудом справлялись с тем, чтобы удерживать этот хаос под контролем, постоянно кому-то прилетало дубинкой по голове из-за излишне буйного нрава или за попытку что-то втихую стащить. Личная гвардия генерала, следовавшая за ним от самых стен, прокладывала дорогу через столпотворение. Перед самыми дверями каменного дома, в котором расположилась ставка, произошла потасовка: часть толпы внезапно ощетинилась ножами и набросилась на горстку каких-то бедняков, пытавшихся выменять хлеб у одного из беглых торговцев. До ушей генерала донеслись крики, среди которых ясно различались возгласы про "меднокожих скотов", прежде чем гвардейцы и жандармы успели добраться до зачинщиков, на брусчатке остались лежать четыре тела. Один из убитых действительно походил на полукровку, но при ближайшем рассмотрении стало ясно, что по роковой случайности его ясные глаза просто сочетались с сильным загаром. Генерал невольно поймал себя на мысли, что внутри стен становится не сильно-то и безопаснее, чем снаружи. Такими темпами скоро придется устроить показательную казнь для поддержания дисциплины, а советник Фальк ещё сетует на недостаток ненависти у людей!

***

- Сколько мы сможем держать оборону? - голос Джеральда плохо соответствовал напряженной атмосфере, царившей на верхнем этаже ставки, и нельзя было понять, было ли это проявлением его опыта в интригах или последствием раскуривания листьев кохо, запах которых все ещё не выветрился из личных покоев барона.

- На наших складах хватит запасов на полугодовую осаду, - ответил советник Фальк, сидевший за письменным столом. В его морщинистых руках шуршали пергаменты с описью замкового имущества, рядом лежала толстая книга в ветхом переплёте. - Трактат "О ведении хозяйства при осаде" предписывает...

- Трактат писали для тех случаев, когда крепость к осадам готовили по всем правилам, - в голосе Лорка проскользнули нотки раздражения. - И там и полуслова нет про ситуации, когда в замке вдвое больше населения, чем запланировано, потому что в те времена Кейрвиз ещё не разросся на оба берега.

- Так сколько? - барон обернулся к генералу.

- Не более недели, на что-то лучшее рассчитывать глупо.

- Я бы не был столь оптимистичен, - добавил тайный советник Арно. - Мои информаторы донесли, что исмериды подтягивают галерный флот вверх по течению. Если не будет задержек, то он может быть здесь уже через два дня. Тогда взорванные мосты перестанут быть для них помехой.

- Переговоры они вести отказываются, - барон потер массивный лоб. - Видимо, всерьёз рассчитывают, что наше сопротивление вот-вот сломается и можно будет диктовать свои условия без уступок. Насколько серьёзно обстоят дела с болезнью?

- Чума поразила почти каждого третьего в ополчении, - отрапортовал генерал. - Наша оборона сейчас держится на оставшихся частях регулярной гвардии, которые не были в городе в момент вспышки болезни. Я приказал разместить их отдельно от бараков ополченцев и давать им снабжение из других запасов. На какое-то время это позволит нам сохранять их полностью боеспособными.

- Значит, надо действовать быстро, - решительно сказал Джеральд. Спокойствие постепенно исчезало из его голоса. - Магистр Круга Альдус рассказал мне кое-что, из-за чего я позвал всех сюда. Магистр?

Из темного угла медленно вышел человек в тёмном плаще с откинутым капюшоном. Генерал ещё в самом начале совещания приметил его и догадался, что это маг, хотя не видел его в лицо ни разу. Люди часто шептались о том, что колдунов легко узнать по внешности, и в случае Альдуса этот слух был полностью правдив, не обратить внимания на эту высушенную мумию с золотым обручем вокруг головы, удерживающим остатки свалявшихся волос, было тяжело.

Магистр провел рукой, в которой был зажат какой-то предмет. Когда в ушах слегка загудело, генерал Лорк с трудом подавил желание схватиться за меч. В иных обстоятельствах непрошенное заклятие каралось бы смертью.

- Информация, которая прозвучит в этих стенах, не должна достигнуть чужих ушей, - искаженный магией скрежещущий голос магистра гудел подобно дырявой медной трубе. - Я попрошу всех здесь находящихся здесь принести своему сеньору клятву о молчании.

На секунду в помещении повисло молчание. Лорк и Фальк невольно переглянулись, позабыв о взаимной неприязни.

- Господин, - генерал не смог сдержать удивления. - Что б кто-то без рода и титула, пусть даже и колдун, вот так, бесцеремонно, требовал подобного от нас? Да это же неслыханно!

- Это касается не только Круга, судьба всего города будет зависеть от того, что сейчас здесь произойдет, - барон не стал церемониться. - Мы обязаны держать это в тайне ото всех, особенно от остальной знати, если не хотим потерять наш единственный шанс. Арно уже посвящен в тайну, теперь очередь за вами. Как ваш сеньор, я приказываю вам скрепить свои сердца клятвой о молчании!

Как только прозвучали последние слова, советник Фальк сразу же поднял ладонь и произнес заветные три строчки. Когда дело доходило до прямых приказов сеньора, он не привык медлить. Лорк ненадолго задумался над тем, насколько далеко может завести их подобное соглашение. На магов не просто так смотрели косо, их вероломство и тяга к запретным знаниям уже приводили к последствиям, на фоне которых даже войны выглядели наименьшим из зол. Если б не различные зелья и особые ткани, ставшие одним из столпов экономики Кейрвиза, с Кругом вообще никто бы дел не имел, тем более они бы не смогли так плотно срастись с правящей верхушкой города. Немного посомневавшись, генерал все же поднял ладонь, отметив про себя, что барон как-то очень быстро согласился на подобное, если его разговор с магистром действительно был только что. Не к добру это.

Когда прозвучали последние слова клятвы, магистр продолжил.

- То, о чем сейчас пойдет речь, касается чумы. Вам всем известно, что она вспыхнула незадолго до нападения, из-за чего в народе говорят о ней как о происках исмеридов, во многом благодаря влиянию людей советника Арно, распространивших слух, что это новая болезнь, не имеющая аналогов в прошлом.

- Нам сейчас это выгодно, - резко парировал тот.

- Это не имеет значения, - продолжал магистр. - Важно то, что чума появилась не вчера. Кейрвиз уже страдал от неё, причем этот феномен был цикличным, он проявлялся на протяжении всей известной истории города. Незадолго до нападения наши алхимики изучали зараженные ею трупы из могильников, чтобы найти средство от неё на тот случай, если это повторится ещё раз. Руководил ими архимаг Паннетт, которого вы знаете как владельца Изменчивой Башни, что стоит в северном квартале Нового Города. Увы, он не успел эвакуироваться с захваченной территории, но перед тем как мы потеряли с ним связь, он успел передать нам один из результатов своих изысканий. Тесты на зараженных горожанах говорят сами за себя - лекарство от чумы существует!

Несмотря на восторженный тон последних слов, в зале повисла гробовая тишина. Генерал Лорк никак не мог решить как отреагировать на услышанное: шок от осознания того, что кто-то посмел тайно притащить древнюю заразу в город уравновесился последними словами магистра о найденном благодаря этому лекарстве. Молчание нарушил советник Фальк, чей бюрократический ум куда быстрее адаптировался к таким ситуациям:

- Не вижу особых поводов для радости. Лекарство найдено, говорите? Хорошо. А как мы сможем его производить? Даже если мы бросим всех наших целителей с алхимическими навыками и оборудованием на это, у нас все равно не получится уложиться в три дня, ведь если Арно прав, то у нас именно столько времени до следующего удара.

- И вот тут мы подходим к самому интересному: производить ничего не потребуется, потому что болезнь имеет наполовину метафизическую природу, и лекарство от неё тоже метафизическое. Мы не можем точно сказать как оно выглядит, опытные образцы от архимага пришли к нам в виде эссенций. Но точно можно сказать одно - лекарство будет в единственном числе, и действовать оно будет на определённой площади, которую можно изменять.

- Ход сражения это все равно переломить не сможет, - покачал головой наконец опомнившийся генерал. - Даже если мы и поставим на ноги всех ополченцев, пересилить численное превосходство врага не получится.

- Речь сейчас идет не о победе, генерал, - барон встал с кушетки и направился в сторону стены, на которой была закреплена массивная карта. - Всем вам прекрасно известно, что подкреплений от других городов Лиги ждать не приходится, а наши силы слишком незначительны. Потому нам надо думать о выгоде стратегической, а не тактической. Исмериды рвутся к границам Северных Княжеств, - увенчанный перстнем палец скользнул по карте вверх, - мы для них всего лишь потенциальный форпост, наряду с Тевдимом, находящимся выше по течению. Они не просто так стараются взять нас как можно быстрее - им не выгодно растрачивать силы сейчас. Их штурм силен благодаря осознанию того, что наши силы тают на глазах, но мы можем это изменить. От чумы страдают обе армии, просто их ресурсы больше, да и заражаться они начали позднее. Но если магистр прав, то мы можем превратить болезнь из обоюдоострого меча в саблю, секущую только их ряды, что сделает осаду затяжной. Если они решат, что штурм сейчас поглотит слишком много их сил, то мы можем попытаться начать переговоры на своих условиях!

- Это абсурд, мой сеньор! Доверять клятвам меднокожих нельзя, они нарушат перемирие сразу, как только представится возможность!

- О доверии речи не идет. Генерал, вы лучше меня знаете, что нам не выстоять. Лучшее, чего мы можем добиться - перемирия хоть на самый небольшой срок, лишь бы его хватило нам перегруппироваться и наладить связь с другими городами или Севером. Только с их подкреплениями мы сможем рассчитывать выбить захватчиков, но для всего этого нам нужно время. Время!

Эти доводы пришлись Лорку по душе. По крайней мере, такой выход из ситуации не выглядел совсем уж невозможным. Смущало лишь то, что все упиралось в некое лекарство, обещанное магами, которое ещё надо было вытащить с захваченной территории.

- О полноценном броске на соединение с Башней речи и быть не может, вылазка должна быть тайной. Я правильно понимаю, что мы посылаем ограниченную группу бойцов, которые должны не просто уйти оттуда живыми, но и вынести на себе это лекарство, чем бы оно ни было?

- Нам нужно не только лекарство, но и сам архимаг, - тон магистра был категоричным. - Только он в полной мере знает все его особенности, в том числе и побочные эффекты.

- Плохо. Вывести группу не только с грузом, но и с лишним человеком будет ещё сложнее.

- Наше будущее полностью зависит от этого, генерал. Ваши люди смогут это выполнить?

- Я выберу лучших разведчиков. Но мне нужны планы Башни и информация обо всех нюансах, с которыми им придется столкнуться. И когда я говорю "всех", я имею ввиду действительно всех, никаких утаиваний быть не должно!

- Я могу предложить более продуктивный вариант, - магистр никак не отреагировал на повышенный тон Лорка. - На той стороне ваших людей встретит наш человек, который проведёт их внутрь. Я позволю себе упредить некоторые ваши вопросы: в случае полного успеха этого человека не придется увозить, он прекрасно умеет скрываться на подконтрольной врагу территории. Именно он организовал отвлекающий маневр в тылу врага, благодаря чему их колдуны не смогли заметить подготовку к взрыву мостов. И он до этого напрямую участвовал в экспериментах Паннетта, так что никто лучше него не сможет доставить ваших людей к лекарству, ибо мы, маги, часто многое скрываем, и все тайны Башни архимага неведомы даже мне. У нас пока ещё есть возможность связаться с агентом и не привлечь внимание вражеских чародеев. Я сообщу вам пароль с откликом перед отправкой ваших людей. Все ли вопросы я предугадал?

- Вы не назвали сроки, магистр.

- Счет может идти на часы. Особенно если исмериды уже смогли распознать в Башне чародейскую лабораторию и начали её штурм. Ваши люди будут готовы к полуночи?

- В этот срок мы уложимся, пусть и с трудом.

- Тогда не будем терять времени. Совещание окончено, - барон кивнул Альдусу. Магистр взмахнул рукой, снимая с зала чары подавления голосов.

На полпути вниз генерал Лорк услышал шаги за спиной, которые сначала принял за галлюцинацию от того, что из ушей наконец пропал тот надоедливый шум. Обернувшись, он увидел советника Арно.

- Генерал, я могу вас перехватить перед тем, как вы зайдете к магистру за инструкциями? Мне нужно уточнить с вами одну важную деталь этой операции, это займет буквально пару минут.

- Хорошо.

Тайный советник скрылся в своих покоях. Генерал прибавил шаг, продолжая размышлять о том, насколько все же шатко выглядит их план. Доверять магам, да ещё и какому-то их загадочному человеку с той стороны...

Впрочем, выбирать им было не из чего.

***

Серые облака, подпитываемые дымом сгоревших домов, затянули темнеющий небосвод. Мутные, грязные воды Ишели стали угольно-черными, и не было ни единого источника света, ни звезд, ни огней пожаров, чтобы отразиться в них. Как только ночь окончательно вступила в свои права, от одного из пирсов, находившихся в предместье Старой Крепости, отчалил старый чёлн, крытый ветхой парусиной. Из под навеса высовывались маленькие весла, совершавшие короткие тихие гребки, благодаря чему лодка постепенно сместилась к середине реки, миновала торчавшие из воды обломки мостов и попала в правое течение. Кейрвиз стоял на речном изгибе, на правом берегу, чуть далее последнего моста начиналась намытая коса, куда прибивало всякий мусор, в котором обычно копалась городская беднота. Сейчас она была переполнена деревянными обломками уничтоженных лодок и рухнувших в воду осадных машин, между которыми разлагались вздутые тела и шныряли стаи крыс. Сюда и принесло течением старый чёлн.

Некоторое время спустя с ближайшего пригорка спустились трое патрульных с факелами. Тусклое пламя отражалось от их кольчуг и шлемов. Они приблизились к лодке и стали осматривать дырявый и косой парусиновый полог. Один из патрульных откинул край тента и тут же выругался по-исмеридски - на дне лежал мертвый рыбак со стрелой в животе, из садков воняло стухшей рыбой. Другой боец посетовал на то, что их опять отправили по ложной тревоге. Когда они уже собирались уйти, проверявший лодку на секунду остановился и повернул голову в сторону одной из мусорных куч. Оттуда раздались шорохи. Патрульный положил руку на эфес и направил факел по направлению шума. Из-под грязных тряпок, бывших когда-то одеждой, повалили крысы, испугавшиеся огня. Один из двух удалившихся окрикнул отставшего, тот сплюнул и начал догонять их.

Все это время в спины патрульным смотрели несколько пар глаз. Когда один из исмеридов почуял неладное, смотрящие крепче взялись за небольшие арбалеты. Однако их опасения оказались напрасными, слабый свет факелов не позволил врагам заметить, что песок рядом с лодкой был слегка взрыхлен от того, что кто-то заметал следы. Им повезло, патрульные все же повелись на труп какого-то нищего, которому воткнули стрелу в тело, и действительно решили, что это просто прибило течением отвязавшуюся лодку с убитым во время недавней осады рыбаком.

Когда огоньки факелов окончательно исчезли из поля зрения, из укрытия осторожно показались шестеро людей в черной одежде и длинных темно-серых платках на головах, оставлявших открытыми лишь глаза. Двое из них держали за лямки массивный сверток тонкой промасленной кожи, ещё двое поправили за спиной туго набитые мешки, двое оставшихся вскинули арбалеты и выдвинулись вперёд.

Осторожно переступая через вздутые тела и огибая кучи хлама, диверсанты постепенно покинули мусорную косу и начали продвигаться по небольшому склону, постоянно следя за краем, над которым виднелись шпили и зубцы стен Нового Города. Но больше над ним не появлялись тусклые огни факелов. Обогнув прибрежный кряж, они вышли к каменной стене одного из ответвлений городского периметра.

Новый Город на правом берегу Ишели был детищем своего времени. Давно прошли те дни, когда на Кейрвиз совершали действительно серьёзные нападения, никто опаснее речных пиратов и войск отдельных князей с Севера в последние годы ему не угрожал. Когда город расширялся на обе стороны реки, зодчие уделяли куда больше внимания строительным новшествам, нежели старым традициям, предписывавшим всегда возводить новые строения как ещё один рубеж обороны в ущерб эстетике. Стены у Нового Города были, но они защищали его только от случайных набегов, их планировка оставляла желать лучшего. Ров под стеной отсутствовал, вместо него зодчие заложили при проектировании невиданное до того сооружение - подземную канализацию, ядром которой стал один из малых притоков Ишели, заключенный в каменный канал. Никто в тот момент не думал о безопасности такого решения, тем более о том, что благодаря этому оно может пригодиться совсем иначе.

Один из двух арбалетчиков жестом остановил группу. Сейчас они находились в полностью закрытой от чужих глаз зоне - за последним выступом кряжа. Перед следующим этапом нужна была короткая передышка, особенно тем, кто нес сверток. Одинаковые одежды не могли скрыть того, что эти двое были наголову выше остальных и шире в плечах, но даже их утомила тяжесть ноши. Отдых длился ровно столько, сколько понадобилось арбалетчикам чтобы разобрать свое оружие, полностью упаковать в чехлы и пристроить их на поясных перевязях. Сейчас оно им все равно не поможет.

Пустырь между укрытием и каменной кладкой пересекали по очереди. Если со стен за этим местом и наблюдали, то заметить быстро мелькнувшие во тьме одинокие черные силуэты им было тяжело. Чего не скажешь про двух носильщиков свертка, один из которых чуть не споткнулся, задержав переход, от чего командир группы, бывший тем арбалетчиком, отдававшим приказы жестами, впервые с момента схода на берег тихо выругался в лицевой платок. Впрочем, если их и заметили, то ничего пока об этом не говорило.

Сам по себе приток был небольшой, а канал, по которому он протекал, был широкий, но низкий, человек в нем мог стоять почти касаясь головой каменного потолка. Уже на подходе в ноздри начинал бить характерный запах. Во время строительства из-за хищений и постоянных интриг зодческих гильдий устье канала так и не смогли нормально достроить, потому в нем не были установлены железные решетки. Исмериды только захватили город и ещё не успели разобраться в его особенностях, иначе бы они выставили дозор рядом с этим местом. Командир первый зашел по пояс в несущие нечистоты воды, остальные осторожно последовали за ним, неся в руках оружие и заплечные мешки. Двое громил осторожно тащили сверток, стараясь лишний раз не опускать его в поток.

Течение было неспешным, но напористым, командир несколько раз чуть не упал. Там, в штабе, идея пройти двадцать пять шагов вверх по каналу казалась не такой трудной. В этой шумной тьме и смраде приходилось ориентироваться лишь на ощупь. Группа старалась двигаться вдоль правой стены, чтобы не пропустить то, что значилось на планах как недостроенная галерея для чистильщиков. Командир старался считать шаги, но счет все равно не соответствовал действительности, потому каменный выступ неожиданно ткнулся ему в грудь.

- Мы на месте, - лидер первым взобрался на каменную кладку, выступавшую от силы на локоть над потоком. Его голос отдавался эхом от стен. - Гилпен, ты где?

- Здесь, Десмонд.

- Давай мешок. Джанс, зажигай трут.

Один из людей, несших мешки, сориентировался на голос и протянул ношу в руки говорившего. Второй арбалетчик, уже выбравшийся из воды следом за командиром, снял с плечевой перевязи коробочку с трутом и огниво. Пока остальные взбирались на узкую галерею, Десмонд развязал узел и достал короткий факел, обернутый в тряпку.

В темноте зазвучали щелчки. Три удара по кресалу понадобилось, чтобы свалявшийся трут наконец занялся. От маленького огонька над коробочкой загорелся просмоленный наконечник факела, освобожденный от тряпки. В образовавшемся круге света стали видны все шестеро диверсантов, снявшие неудобные лицевые платки. Только Гилпен и второй человек с мешком выглядели как типичные кареглазые жители Кейрвиза и его окрестностей. Капитан Десмонд и его помощник Джанс были ясноглазыми и с волосами неестественных оттенков. А в двух гигантах легко узнавались наемники из горных племён, чьими услугами пользовались, пожалуй, все армии в этой части континента.

- Сюда, - Десмонд указал факелом в сторону другого конца галереи. Свет едва добивал туда, но в очертаниях легко можно было опознать боковой выход. Диверсанты начали переносить амуницию к нему.

В углублении выхода находилась тяжелая дубовая дверь, рядом с которой к стене был прикручен железный факельный кронштейн. Командир закрепил факел и принял от Гилпена свежий комплект одежды, который тот уже достал из второго мешка. Разумеется, канализационный дух полностью сбить не получится, но это и не нужно в наполовину сгоревшем и разоренном городе. Когда все переоделись и сложили грязные вещи в опустевшие мешки, пришла очередь свертка. Лидер достал нож и провел лезвием по тонким верёвкам. Промасленная кожа с шелестом развернулась, явив взору шесть комплектов доспехов: пять легких кольчуг и одну бригантину с золотыми насечками на груди, соответствовавшими нижнему офицерскому чину в армии исмеридов. Всю эту красоту еле успели собрать с трупов и отремонтировать перед заброской, кольчужные рукава и чулки кое-как втиснули в мешок с факелами и обувью, иначе сверток получался уже совсем неподъёмным. Он и так оказался набит столь туго, что между гремящими частями доспехов еле смогли втиснуть кусочки ворса, а шлемы и вовсе пришлось нести на себе, обмотав платки поверх них.

Облачившиеся в новую одежду и броню, прицепившие на пояса оружие и вновь собравшие арбалеты, диверсанты стали выглядеть как одна из малых команд наемников, что сражались в рядах чужеземной пехоты: два горца в почти полном кольчужном облачении, два арбалетчика из каких-то местных перебежчиков в легкой защите, и командир с помощником, принадлежащие к расе захватчиков, потому как исмериды не признавали командиров не из своих.

Генерал Лорк назначил Десмонда и Джанса командовать группой именно по причине наиболее подходящей внешности. Чародеи Круга сразу заявили, что создавать чисто магическую иллюзию нельзя. Колдуны даже искусную подделку могут почувствовать. Потому для подготовки использовали только зелья для окрашивания волос. К зелёным глазам Десмонда добавились янтарные волосы, а соломенные кудри голубоглазого Джанса стали пепельно-серыми. Оставалась лишь одна деталь, которую надо было добавить уже на месте.

- Генерал не уточнял, как долго нам ждать этого Адана, - Десмонд достал из мешка макияжный мелок и протянул Джансу. - А тебе он ничего не говорил по этому поводу?

- Только то, что магистр Круга утверждал, что их агент придет тогда, когда нужно, и ни секундой позже, - помощник проверил на ладони, достаточно ли естественный цвет дает краситель. Потом растер кусочек мелка между пальцами и начал проводить первые полосы по лицу командира.

- Не нравится мне то, что мы надеемся в таком деле на колдунов, - пробубнил один из горцев, горбоносый и с черной бородой.

- А кому нравится, Грисвальд? - Десмонд закрыл глаза, давая возможность Джансу как следует накрасить веки. - Если что, будем вскрывать эту дверь по старинке, только б нас не услышали.

- Да уж, только б не услышали, - Грисвальд ещё раз проверил остроту лезвия топора.

- Готово, - Джанс протянул мелок Десмонду. Теперь настала очередь командира разукрашивать помощника. Когда все было готово, лидер попросил подчиненных оценить результат.

- Вы выглядите почти как гравировка на медном кубке, - сказал Гилпен.

- Ага, - усмехнулся Грисвальд, - а это, видимо, окантовка, - он провел пальцем по верхней части лба, где начинались волосы. В этом месте у обоих можно было разглядеть белые участки.

- Ничего не поделаешь, как морду ни крась, под волосы не залезешь, - признал командир. - Шлемы задирать нам нельзя.

- Тихо, я что-то слышу!

В наступившей тишине раздались глухие щелчки, дверь вздрогнула и подалась вперёд. Десмонд потянул её на себя и тут же застыл. Прямо в лоб ему смотрел наконечник болта.

- Кто здесь? - слова были сказаны на шалбаа́не, самом распространенном наречии исмеридов. Шлем капитана лежал на полу, но деваться было некуда.

- Я - сандих Хашурбал, командир этого отряда. Кто смеет спрашивать? - Десмонд отчаянно надеялся, что голос не выдал его растерянности.

- Кто надо. Зачем вы здесь?

- Встать под стяг царя Саламансария. Кстати, почем сейчас щиты? А то у нас своих нет.

- Для вас - за просто так. Но если ещё раз заговорите с таким акцентом как в начале, то цена будет высокой.

Арбалет опустился, в проеме показался среднего роста человек в одежде, похожей на ту, что носили сами диверсанты во время высадки. Только помимо платка на его лице красовались большие непрозрачные очки на кожаном ремне, какие любят носить алхимики, работающие с особо едкими и взрывчатыми веществами. Адан бегло осмотрел всех членов группы, задержавшись на наемниках-горцах.

- Поясные перевязи с медвежьими когтями лучше выкинуть.

- Это ещё почему? У нас это символ...

- Никаких "почему". За исмеридов воюют другие кланы.

Перевязи отправились на дно канала вместе с грязной одеждой, мешками и свертком. Агент открепил догорающий факел и повел фальшивый отряд вверх по каменной лестнице. По пути он разговаривал с Десмондом через плечо.

- У вас какая легенда?

- Мы действуем от имени асарида Саммура.

- Не пойдет, Саммур сейчас в городе. Действуйте от имени асарида Маништума, вот знак доверенности, - Адан на ходу протянул командиру бронзовый жетон. - Сразу говорю, подделка плохая, так что сверкайте ей только перед низшими чинами. План города вам хорошо известен?

- Я его знаю наизусть. А вот план проникновения целиком на тебе.

- Вам надо попасть в трактир "Два шпиля". Постарайтесь по пути никак не отсвечивать. В самом трактире идет опись имущества, так как Саммур пожелал поживиться за его счет. На входе будет стоять охрана, её надо заболтать так, чтобы они не отослали асариду человека с докладом о вашем прибытии. Я буду ждать вас внутри. Вы должны войти в двери так, чтобы никто со стороны не понял, что там начинается. Этот этап ясен?

- Ты разве не пойдешь с нами?

- Альдус должен был сказать, что у меня свои дороги, пригодные только для одиночек, - агент воткнул факел в кронштейн перед выходом и зазвенел ключами. - Кстати о бесплатных щитах, посмотрите вон в том углу.

В тамбуре лежали несколько круглых горских щитов, все в царапинах и сколах. Грисвальд и его рыжий напарник выбрали из них два самых целых, когда дверь со скрипом отворилась.

После смрада канализации городской воздух, пропитанный гарью, казался наполненным ароматами ночного сада. Десмонд не успел и глазом моргнуть, как Адан взлетел во лестнице на ближайший флигель и был таков. Командир надвинул конический шлем до бровей и затянул завязки потуже. Самый ответственный этап был впереди.

***

На войне все неизбежно повторяется, пока не станет рутиной. Десмонд много лет воевал в наемных дружинах северных князей, прежде чем стать капитаном под началом генерала Лорка. Он видел разоренные города много раз, часто сам был захватчиком, так что разруха и насилие, царившие на широких проспектах Нового Города, не могли его удивить. Загаженные улицы, остовы домов, изувеченные тела, которые сгребли в сторону, чтобы не мешались, отчаянные женские крики, доносящиеся из уцелевших строений, вереницы закованных в кандалы рабов, плетущиеся в сторону ворот под надзором погонщиков - все это уже много где было.

А вот чего не было, так это показательной жестокости, которую принесли с собой меднокожие захватчики. Десмонд слышал о том, что исмериды любят заставлять врагов сдаваться без сопротивления, тем самым уменьшая и свои военные издержки и общие тяготы переходного периода для побеждённых, но такая извращенная военная логика требовала поддерживать репутацию тех, перед кем лучше сразу склониться, иначе пощады не будет.

Кейрвиз в полной мере познал суть этой логики, отказавшись сразу открыть ворота. Фонтаны на площадях были превращены в мраморные ямы для расчлененных трупов городской знати, чьи головы торчали на воткнутых в треснувшие каменные изваяния спицах. На улицах стояли столбы, к которым были прикованы обожженные, искалеченные тела с содранной кожей, рядом лежали остатки изрезанной гвардейской формы. Возле некоторых суетились воины, отрезавшие головы и кисти рук и складывавшие их в окровавленную телегу. Другая такая повозка медленно катилась в сторону речной стены, где уже виднелись силуэты камнемётных машин. Вне сомнений, утром на Старую Крепость прольётся обильный дождь.

Путь по проспекту Каменщиков оказался проще, чем ожидал командир. Видимо, маскировка под очередной отряд наймитов полностью оправдалась, во всяком случае, на них не обращали внимания. Лишь пару раз группу останавливали: когда они проходили мимо столбов со свежими жертвами, и при повороте на улицу, выводящую на площадь к Изменчивой Башне. К цепям привязывали новых несчастных, чья кожа уже была содрана, но тело пока не испустило дух. Руководивший этим исмерид хотел дополнительно привлечь слоняющихся без дела наемников и закончить побыстрее, так как крики и стоны начинали его утомлять, но получил отказ и, увидев медный жетон, тут же отстал. Но во время этого короткого разговора Десмонд старался не отводить взгляда от собеседника и был искренне рад тому, что знак доверенности оборвал его так быстро. Одной из свежих жертв был лейтенант Майло, с которым он был знаком с самого поступления на службу в гвардию. Командир старался наклонить голову пониже, чтобы не видеть изуродованного тела сослуживца. И чтобы он тоже ненароком не увидел его, что было бы ещё хуже.

А на повороте на улицу Подаяния им пришлось пропустить таранную машину с прислугой и эскортом. Исмериды славились не только жестокими войнами, но и талантливыми инженерами, которые у них были сведены в отдельный род войск с особым обеспечением. Провожая взглядом катящуюся махину, Десмонд на секунду почувствовал невольное профессиональное уважение к этим войскам, те неотесанные брёвна на канатах, что ему приходилось видеть, ни в какое сравнение не шли с этим сложным нагромождением блоков и противовесов, укрытым бронзовыми листами. Неудивительно, что захватчики в первый же день взломали внешний периметр сразу в двух местах. В следующий миг лидера охватила тревога: таран ведь двигался к Башне! Похоже, они опознали её как пристанище архимага, надо спешить!

Трактир "Два шпиля" был неприметным двухэтажным зданием на окраине площади. У дверей стояли трое стражников, приближение группы наемников заставило их встрепенуться.

- Стоять! Назовитесь!

- Я - сандих Хашурбал, это - мой эскортный отряд. Нам нужно присутствовать при описи имущества.

- Сюда нельзя, зданием распоряжается лично асарид Саммур.

- Мы здесь от имени асарида Маништума. Он договорился с Саммуром о том, что кое-что в подвале должно быть передано ему.

- Это что же?

- Это я скажу только лично тому, кто проводит опись, - Десмонд на секунду сверкнул жетоном и тут же убрал, как только говоривший стражник прошелся взглядом по первым символам.

- Все равно нужно письменное подтверждение приказа, - покачал головой исмерид, - асарид запретил...

Его прервали внезапная вспышка света и сильный грохот. Бегло оглянувшись, командир увидел остов разбитой защитной магией осадной машины и снующих вокруг него инженеров вперемешку с солдатами. Иной бы на его месте растерялся вместе со стражником, но Десмонда назначили командиром этой миссии не только за красивые глаза.

- Да чтоб этим колдунам провалиться со своей башней! Опять сейчас площадь оцепят, а с меня потом асарид шкуру спустит за опоздание! Быстро ведите меня в подвал, иначе и вам прилетит!

- Но...

- Какое ещё "но"?! Думаете, рука Маништума до вас не дотянется? Живо ведите меня в подвал, иначе потом нас всех на колья посадят!

Он сделал паузу, чтобы его слова оценили, затем, вновь собравшись с мыслями, продолжил:

- Вам нужен письменный приказ? Будет вам приказ, только, ради Дарящего Жизнь Солнца, после распоряжения!

Нервозно-примирительный тон после потока брани окончательно убедил стражника.

- Есть, сандих Хашурбал! Мансар, беги к...

- Гонец пусть войдет с нами и присутствует при разговоре, чтоб ему дважды не бегать.

- Как прикажете, сандих!

Двери трактира со скрипом разошлись, пропуская внутрь троицу охраны, командира Десмонда и его отряд. Услышав, что последний зашедший запер замок, лидер сделал знак помощнику, на ходу приблизился к стене и обратился к главному стражнику.

- А кто заведует описью?

- А почему...

Задать вопрос развернувшийся страж не успел, рука Джанса зажала ему рот, а кинжал пронзил шею. Второй солдат получил топором по голове, не успев ничего понять. Лишь третьему повезло оказаться вне досягаемости. Командир до этого момента действовал исключительно по наитию и только сейчас, глядя в расширившиеся глаза стражника, понял, что зря ранее решил дать арбалетчикам спустить тетивы для сохранности. Исмерид развернулся и уже собирался оповестить криком всех в подвале о вторжении, как вдруг прямо в его глотку влетел арбалетный болт, задушив тревогу ещё в зародыше.

Адан тихо вынырнул из-за ширмы.

- Надо прибраться для виду, - агент кивнул в сторону сетчатых окон, из которых частично высыпались витражные стекла.

Тела стражи затолкали под столы, Гилпен пошарил в одном из ящиков и разбросал повсюду солому, слегка прикрывшую кровавые разводы на полу. Диверсанты последовали за агентом к спуску в подвал.

- Что дальше?

- В подвале четыре солдата, лейтенант и писарь. Пока на улице суматоха, мы можем рискнуть их сразу убрать. Громилы вперед, арбалетчики сразу за ними. Пошли!

Гилпен и его напарник, ставшие после переодевания арбалетчиками, расступились, пропуская горцев. Грисвальд первым нанес удар опешившему от неожиданности солдату. Застигнутые врасплох враги не успели организовать сколь-нибудь серьёзное сопротивление: горцы изрубили в мясо тех, кто был близко ко входу, а оставшиеся пали жертвами болтов. Лейтенант исмеридов единственный успел сориентироваться и даже пытался защищаться, прислонившись к стене, но диверсанты не горели желанием рисковать и просто дождались перезарядки арбалетов. Десмонд скривился при виде этого зрелища, ему, как и многим войнам, претила смерть в духе загнанного животного. В углу скрючился от страха старик в мантии писаря. Капитан молча кивнул рыжему горцу, тот подошел к последнему свидетелю и заколол его одним ударом. На войне нет места лишней эмпатии, слишком многое поставлено на карту.

- Надеюсь, они не придут проверить, как идет опись, - процедил сквозь зубы Десмонд, когда Адан спустился в подвал, напоминавший теперь скотобойню.

- Не думаю, - ответил тот. - У них сейчас заботы поважнее, как и у нас. Защита Башни долго не продержится.

Агент достал из складок темной одежды какой-то предмет, напоминавший медную полосу с замысловатым рисунком из отверстий. Он подошел к одному из ящиков и запустил руку с пластиной в углубление за ним, будто пытался её куда-то воткнуть. Раздался щелчок, один из кронштейнов с масляным светильником подался вперёд. Адан снял светильник и с силой потянул за пустую ручку, из-за чего из стен донесся механический скрежет, стеллаж с бутылками слева дрогнул и сдвинулся.

- Я пойду впереди и сниму защитные чары, - агент протянул светильник Грисвальду и нырнул в появившийся узкий лаз. - Идите быстро, защита блокируется только на время.

Десмонд отметил про себя, что Адан даже не попытался взять себе другой светильник, хотя очки алхимика все ещё были на нём, но казалось, что это ему никак не мешало. Сколь многого они не знают об этом человеке, навязанном им колдунами Круга? Впрочем, если их проводник умеет видеть в темноте, то это даже к лучшему. Командир зашел последним, захлопнул как следует дверь и поспешил за остальными по тайному ходу.

***

Изменчивая Башня встретила их холодными каменными сводами, кромешной тьмой и скрежещущими звуками. Впечатление разоряемого склепа нарушали лишь запахи, имевшие явно алхимическое происхождение, так как Десмонд не мог припомнить, чтобы хоть раз ощущал такой едкий и, одновременно, приторный дух.

Агент Круга провел диверсантов через узкие коридоры с множеством дверей, за которыми таились секреты, за которые в иное время конкуренты архимага отдали бы душу. По мере приближения к подъемнику тихое скрежетание нарастало, в центре подвального комплекса оно и вовсе превратилось в низкий рокот.

- Что там гремит наверху? - Десмонд не был настроен на сюрпризы. - Если это какие-то фокусы архимага, то лучше бы им нас не задерживать.

- Это именно "фокусы" Паннетта, и они именно для того, чтобы нас задержать. И не только нас, - Адан разбирался с механизмом подъемника, попутно говоря через плечо. - Вы ведь знаете, почему Башню прозвали Изменчивой?

- Её часто перестраивали заново, так как владельцы постоянно менялись, а предпочтения у всех были разными.

- Это полуправда. Исследования архимага касались параллельных миров, населенных сверхъестественными силами. Он переделал Башню на основе их результатов, так что количество помещений тут несколько больше, чем можно ожидать. А ещё Паннетт добавил в архитектуру магические механизмы, находящиеся в двух мирах одновременно. Это значит, что строение этажей может меняться совершенно непредсказуемым образом.

В недрах механизма что-то заскрежетало, под лязг цепей из отверстия в потолке начала опускаться платформа.

- Но ты-то знаешь путь наверх?

- Я знаю как работает система Башни и как обратить это на пользу. Но это может быть меньшей из наших проблем. Слышите?

Стены сотряс едва заметный удар, с потолка осыпалась мелкая крошка.

- Если исмериды не только прорвутся, но и успеют занять весь нижний этаж, мы окажемся в ловушке. Времени в обрез.

Платформа доставила диверсантов из подвальных помещений на первый этаж. По совету агента Грисвальд ещё внизу потушил и оставил масляный светильник, но, как оказалось, тьма окутала их лишь на время подъема. Хотя снаружи Башни и можно было увидеть узкие окна, внутри об их существовании ничего не напоминало. Небольшой круглый зал освещался маленькими кристаллами в настенных кронштейнах и люстрах.

Напротив подъемника располагались ведущие ко входу ворота, запертые на несколько засовов, по кругу через равные интервалы шли одинаковые двери. Адан некоторое время вглядывался куда-то в потолок, где располагалась люстра с кристаллами, потом развернулся и подбежал к второй двери слева от входа.

За ней оказалась длинная комната с большими аквариумами с зелёной жижей и втиснутыми между ними столами, на которых покоились кипы пергаментов и алхимические приборы. Проходя мимо одного из стеклянных кубов, Десмонд пригляделся к содержимому: в светящемся мертвенно-зелёным сиянием растворе плавало свернутое в позу эмбриона тело со странно деформированными конечностями, будто кто-то сделал фигурку из мягкой глины, а потом смочил концы водой и дал размякнуть. Голова существа была чуть приподнята, можно было разглядеть лицо, обтянутое гладкой кожей цвета свежеотжатого творога. Его черты напоминали бы младенческие, если б не широко распахнутые антрацитово-черные глаза, безжизненно уставившиеся на пол. От этого зрелища у Десмонда пробежал по спине нездоровый холодок, благо Адан уже разобрался в какую из пяти дверей на другом конце надо идти, и дольше задерживаться в комнате с аквариумами не пришлось.

Следующее помещение было гораздо просторнее предыдущего, с первого взгляда было понятно, что оно точно находится не в их измерении, иначе Башня была бы шириной с городскую библиотеку. Его занимали гигантские стеллажи с книгами, непрерывно тянущиеся до противоположного конца. Часть из них упала на бок, обвалив и соседние полки, по полу были разбросаны книги, мятые листы, куски размотавшихся свитков, осколки разбитых световых кристаллов.

Что-то было не так. Десмонд уловил странный звук, Адан тоже насторожился. Диверсанты осторожно двинулись по одному из наиболее широких проходов среди стеллажей, пока не натолкнулись на труп, прикрытый разбросанными листами. Его тело было частично съедено, мясистые части лица, рук и ног отгрызены. Внутренности вывалились наружу, кровь пропитала грязный пергамент.

Никто не проронил ни звука. Командир сделал знак всем приготовиться и осторожно выглянул за край провала, образованного упавшей мебелью.

На противоположном конце лежал ещё один труп, над которым склонились две фигуры, издававшие те самые чавкающие звуки. Еле видимые в неверном свете оставшихся светильников тощие существа с чешуйчатой кожей припали к земле и заворчали, а затем поспешили в темноту. Призраки растворились в темноте, хотя время от времени вдалеке от ближайшего уцелевшего кристалла можно было увидеть пару светящихся глаз.

- Что за ублюдство тут творится?! - краем рта прошипел Десмонд в сторону агента.

- Подопытные упыри сбежали, - тихо ответил тот. - Надо следить за тылом. У них есть привычка...

- Сверху! - разорвал тишину крик Джанса.

Серые тени с хрипом бросились на них с верхних полок. Грисвальд принял на щит первого, его когти вцепились в края, дробя кромку. С другой стороны спустились ещё двое и напали сзади на Десмонда и Джанса. Адан разрядил арбалет в глаз одному из упырей, тот лишь тряхнул головой, словно поймал соринку. Но это секундное замешательство дало командиру развернуться и рубящим ударом рассечь урода от плеча до рёбер. Второй нападающий устремился к Джансу, но был встречен мечом. Помощник сделал выпад, однолезвийный исмеридский клинок с изогнутой гардой вошел в бледную ключицу. Прежде чем упырь успел опомниться, Джанс изо всех сил пнул его в открывшуюся для удара тощую грудь. Серая тварь отлетела в сторону Десмонда и тут же получила летальный удар по шее.

С другой стороны нападавших было четверо, но они попали под двух горцев и доставших короткие мечи арбалетчиков, потому с ними разобрались едва ли не быстрее. Командир перевёл дух и прислушался, но больше странных звуков не было.

- Не знаю, чем там занимался с ними архимаг, но они явно не лучшие чтецы, - процедил Десмонд, вытирая меч. - Так с какого перепугу они тут взялись?!

- Наверное, библиотека оказалась совмещена с лабораторией по их изучению, когда они сбежали, - Адан перезарядил арбалет и кивнул в сторону конца зала, где в полукруглом углублении находились следующие несколько дверей.

Когда диверсанты приблизились, вновь раздался тихий рокот. Агент сделал знак всем остановиться.

- Перемена расположения. Пока она происходит, открывать двери бесполезно.

- И надолго это?

- Сейчас закончится.

- Я имею ввиду, мы так долго плутать будем? - Десмонду совсем не нравилась перспектива бродить кругами по комнатам, особенно по той, что с аквариумами.

- Недолго. Нам осталось примерно два участка до входа на смотровую площадку Башни, там главный зал.

- Примерно - это как?

- Я надеюсь, архимаг не посчитал нужным поменять основные настройки расположения, - тон агента совсем не понравился командиру.

- Уродцы в жиже, упыри в книгах, - проворчал рыжий горец, - может в следующей комнате для разнообразия будет свинина в пиве?

- Тебе лишь бы жрать, да пиво хлестать! - рыкнул на товарища Грисвальд.

Адан наблюдал за потолком. Десмонд все пытался проследить за его взглядом, но ничего необычного в люстре со световыми кристаллами не было. Рокот прекратился, агент обошел по кругу люстру, словно выискивая что-то. Наконец командир заметил, что потолок представлял собой мозаичное панно, в инкрустации которого особо выделялись несколько крупных разноцветных стеклянных полусфер. Если глаза его не обманывают, их цвета поменялись! Впрочем, на указатель это все равно не было похоже. Видимо, маги пользуются каким-то шифром, завязанным на эти цвета.

Адан подошел ко второй двери слева и потянул ручку. Из прохода хлынула какофония животных звуков, оглушившая всех. Десмонд пропустил вперед горцев и двинулся следом. Он зашел как раз в тот момент, когда на них накинулись огромные черные тени с горящими глазами. Командир не знал этих существ и знать не желал, из чьих кошмаров они вылезли. Одно из них обрушило удар гигантской четырехпалой ладони на щит рыжего горца и почти опрокинуло его. Десмонд сделал выпад, меч резанул снизу вверх, но лишь выдрал клочья жесткой шерсти из гигантского предплечья.

- Вверх по лестнице! - Адан указал налево, где начинался подъем на смотровую галерею. - Там будет проще пройти!

Черные создания теснили горцев. Арбалетные болты их не брали, будь у этих гротескных пародий на человека хоть капля ума, они бы без труда смяли сопротивление, но горцы принимали все неуклюжие удары на щиты и организованно отходили к боковой лестнице, прикрывая остальных. Один из гигантов вцепился в край щита и попытался выдернуть его, но Грисвальд ударил топором по незащищённым толстым мехом пальцам, отрубив фаланги. Существо взвыло и на секунду замерло, горцы воспользовались ослабшим натиском и вскочили на первые ступеньки следом за остальными.

Этаж представлял из себя трехуровневый зверинец, на первом ярусе располагались небольшие вольеры, на втором были ряды клеток, а под самым потолком шли галереи для прислуги. Командир окинул взглядом помещение. Внизу царил сущий кошмар, двери в решётках были открыты, ворота загонов вообще почти сорваны, освободившиеся обитатели ожесточённо грызлись друг с другом, почти не обращая внимания на то, что происходило на верху. Возможно, виной тому была отведанная ими человеческая кровь - среди поверженных хищников можно было разглядеть разодранные трупы, наверняка принадлежавшие загонщикам. В одних зверях можно было признать обезумевших пантер и тигров, другие были слишком экзотичными для Десмонда, а некоторые, судя по всему, были вообще не из их мира.

- Быстрее, они на подходе! - Грисвальд взлетел по лестнице последним. За ним неуклюже поднимались гиганты, но для них это было немного затруднительно из-за её узости.

Диверсанты поспешили к спуску на другом конце галереи. Под ним виднелось ещё одно полукруглое углубление с дверьми. Но уже на подходе было ясно, что спуститься просто так им не дадут. Бойцы вжались в стену, пропуская вперёд Грисвальда. Он выставил щит и начал теснить запрыгнувшее на галерею существо, похожее на человекообразную горбатую рыбину с зубастой пастью, непонятно что забывшую на суше.

- Гилпен! Фихте! Снимите тех, кто на лестнице!

Арбалетчики не могли нормально стрелять сверху вниз, но монстры, скопившиеся на последнем участке лестничного пролета, были почти на одном с ними уровне. В царившем гвалте потонули и звон тетивы, и шипение падающих рыбообразных.

Сзади уже наступали великаны. Они могли идти только по одному, первый из них сцепился с рыжим горцем. Круглый щит раскололся от одного из ударов. Воин не успел отойти, зубы сомкнулись на его шее, от вонючего дыхания он чуть не потерял сознание. Кровь хлестнула из страшной раны, сознание горца пронзила вспышка чудовищной боли. Собрав последние силы, он закричал и ринулся вперёд, ударив топором наотмашь по окровавленной морде. Сомкнувшись в давящем кости объятии, человек и гигант сломали перила и рухнули вниз, прямо в бушевавшее звериное море.

- Ульф! - взревел Грисвальд, видевший краем глаза, как твари всех мастей набросились на упавших. - Вы заплатите за это, мерзкие отродья!

Горец был уже внизу и обрушил яростный удар на ближайшего монстра, топор рассек череп надвое. С другой стороны на него навалилось нечто чешуйчатое и высокое и чуть не застало врасплох, но арбалетный болт, влетевший в глазницу, выиграл долю секунды. Адан до последнего берёг этот выстрел, его боезапас быстро таял, как и у остальных стрелков.

- В крайнюю справа! Быстро! - крикнул агент, едва посмотрев на потолок.

Грисвальд еле сдерживал натиск, пока все перебирались в заветную дверь. Ему сильно помогло то, что твари не разглядели в людях главных врагов, они больше дрались друг с другом, а диверсантов атаковали только ближайшие из них. Когда дверь захлопнулась за ним, его оглушила тишина, царившая в последнем помещении, отделявшем их от смотровой.

Эта комната скорее всего была в их мире: маленькое помещение со столом, картотекой и книжными шкафами. Рокочущий звук возвестил диверсантов о том, что Башня снова меняется, но Адан сказал, что теперь это не повлияет ни на что. Появилась минута для передышки.

- Проклятье! Второй раз нас точно разорвут!

- А нам ещё каким-то чудом ещё и архимага провести назад надо, - невесело сказал Десмонд.

- Это не понадобится, - проговорил Адан. Заметив, что все взоры устремлены на него, он добавил:

- В главном зале есть пульт управления механизмами трансформации. Мы можем совместить смотровую сразу с первым этажом. Только бы исмериды не прорвались туда раньше!

- А сразу с подвалом нельзя?

- Нет.

- Да кто так вообще башни строит?! - сплюнул Грисвальд. В его глазах ещё пылал огонь ненависти, не нашедшей полностью выхода.

- Архимаг Паннетт так строит. Все вопросы к нему.

Пока все переводили дух, Адан какое-то время рылся в картотеке, пока не достал тонкую черную книгу. Он внимательно просматривал последнюю страницу, отмеченную красной закладкой, потом отложил фолиант на стол и направился к дверям.

Десмонд осторожно взял книгу и открыл на том же месте. На желтом листе оказался какой-то список имен с характеристиками. Ни одно из обозначений ни о чем не говорило командиру, за исключением графы "состояние". Напротив большинства имен стояла надпись "смерть". Выделялись лишь некие Джейкоб и Рэнкер с пометками "частично", Клара с заметкой "нужно доп. исследование", Кай, напротив которого стоял прочерк, и Герда, чьё имя было подчеркнуто, а в графе неровными буквами было выведено слово "успех". Командир не хотел сейчас ломать голову над очередными тайнами магов и отложил книгу в сторону.

Рокот прекратился, Адан осторожно открыл центральную дверь. За ней начинался обширный круглый зал под частично остеклённым куполом. В стороне на выдвижной платформе располагался телескоп, а в центре посреди вычерченных на полу сложных узоров находилась стойка с каким-то угловатым предметом, который трудно было опознать.

Рядом с ней семенил низкорослый полноватый человек в пурпурной мантии с золотым шитьём. Он был так чем-то увлечён, что не сразу заметил, что теперь не один в зале.

- Магистр Паннетт, - крикнул Джанс, - мы здесь, чтобы...

- В сторону! - команда Десмонда едва успела достичь помощника. Рефлекс заставил Джанса нырнуть за колонну, и очень вовремя - в то место, где он только что был, прилетел сгусток огня. Командир тоже нырнул в укрытие, остальные последовали за ним.

- Это ещё что такое? - в недоумении воскликнул Джанс.

- Ах вы псы шелудивые! - взорвался проклятиями архимаг, держа в руке жезл. - Что, думали, раз наш язык выучили, то удастся меня одурачить?

- Мы не исмериды, - Десмонд понял, в чем было дело. Он снял шлем, стянул подшлемник и начал усиленно тереть лоб рукавицей. Краска не обновлялась давно, а теперь должна была совсем сползти. - Давайте я сейчас выйду с поднятыми руками, и вы в этом убедитесь.

- Думаешь, я такой кретин, что куплюсь на это?!

- Нет, но я сейчас выйду один, и вы сами все решите. Вот сюда, - капитан бросил шлем на пол рядом с колонной. Потом встал и медленно шагнул к нему. Паннетт пристально всматривался в лицо лидера. Когда он разглядел побелевший лоб, жезл дрогнул в его руке.

- Кто вы?

- Капитан Десмонд, Первая рота особого назначения "Рейнджеров Лорка". Мне поручили проникнуть сюда с малым отрядом и вытащить вас в Старую Крепость вместе с лекарством от чумы.

- Что? Кто приказал? - промямлил Паннетт растерянно. Жезл он опустил, члены отряда уже вышли из укрытий. Фихте приблизился к стойке и взглянул в углубление под ней.

- Магистр Альдус. Он сказал, что вы присылали ему образец на проверку.

- Лекарство от чумы? Ну, условно это можно назвать лекарством, но я ничего ему не присылал! Как он... Шпион! Он подослал ко мне шпиона!

- Неважно. Главное - лекарство есть, и мы должны забрать его.

- Я ещё не закончил, мне надо...

Все произошло за доли секунды. Стоявший на краю углубления Фихте даже не успел заметить как на него набросилось то, что там лежало. Ноги существа были прикованы цепями, но ему хватило длины рук, чтобы схватить солдата и утащить вниз. Подоспевший Грисвальд увидел лишь кровавое месиво, в которое превратился арбалетчик. Горец замахнулся топором.

- Нет! - Паннетт бросился к нему, но остановить удар было невозможно. Топор рассек череп существа.

- Что вы наделали! Герда! Это же был единственный успешный результат!

- Какой ещё успешный результат?! Ты совсем из ума выжил, это же упырица!

- Кретин безмозглый! Это был наш путь наружу в обход исмеридов! Я старался задержать их запутыванием Башни, чтобы успеть закончить исследование. Ты, смердящий...

- Хватит! - крикнул Десмонд, подходя к месту гибели Фихте. - Архимаг, объяснитесь. Какой ещё выход?

- Я проводил эксперименты с перемещениями между мирами, - отдышавшись, Паннетт наконец собрался с мыслями. - Вдаваться в детали бессмысленно, вы ничего поймете. Если вкратце, то нужно было создать устойчивую точку соприкосновения измерений и понять, могут ли люди существовать на Той Стороне бытия. Но сделать её из нашего мира нельзя, нужно что-то, что несёт в себе эманации другого измерения. Этот камень - кусок самой древней кладки, которую мне удалось раскопать. Он сохранил в себе следы всех тех времён, когда город подвергался чуме. Да, чума - результат прорыва потусторонних сил. Сущности иного мира, не доступные нашему пониманию, приходили сюда и питались духовной энергией людей, пока разлом не начинал сворачиваться. Болезнь - результат стресса, который испытывает организм, излечить его зельями или чем-либо ещё нельзя. Я пытался понять как работает разлом и достиг успехов. Я смог построить в Башне дополнительные помещения, в которых люди могут находиться в том мире без вреда для себя! Однако при тестах прямого погружения на животных выяснилось, что творения из нашего мира при переходе туда сразу попадают под влияние тамошних сил и меняются, но эти изменения неравномерны. Я искал людей, которые окажутся наиболее устойчивыми к этому воздействию. Они могли бы стать нашими проводниками в том мире, нашим щитом от тех созданий, ведь, судя по моим данным, для них прямой контакт с нашим неизменённым естеством так же противен, как и нам их влияние. Герда была первой, кому удалось вернуться и остаться невредимой. Я уже начал подготовку к своему исходу с её помощью. Только подумайте, какая возможность проверить мои теории об улучшении жизнеспособности человека в ином мире и, заодно, спастись!

- Не похоже, чтобы в этот раз защита вашей Герды сработала, - Десмонд указал на окровавленное бледное лицо, с которого вверх смотрели два чёрных глаза. Архимагу нечего было ответить, он лишь бессвязно бормотал что-то, глядя на крах всей многолетней работы.

- В любом случае, нам надо убираться отсюда. У нас есть ещё шанс сбежать через подземный ход. У вас же есть пульт, с которого можно настроить выход к подъемнику?

- Что? Ах да, есть, - архимаг подошел к дубовой наклонной панели, из которой торчали медные ручки, соединённые лабиринтом щелей. - Сейчас настрою.

Паннетт начал передвигать рукояти, дверь сама собой захлопнулась, и раздался тот самый рокот. Пока шла перестановка, Десмонд отцепил колчан убитого и швырнул Гилпену.

- Поделите с Аданом на двоих.

Камень сняли со стойки. Десмонд поискал взглядом, в чем бы его можно было нести. Оказалось, что архимаг уже готовился к уходу: в углу стоял заплечный мешок, наполненный каким-то барахлом. Капитан положил туда камень и попробовал поднять.

- Тяжеловато наше лекарство, так оно нас погубит. Надо вытряхнуть все ненужное.

- Только не это! - Паннетт поймал на лету толстый фолиант, который первым попался под руку командиру, и чуть не повалился с ним на пол. - Это журнал исследований, без него я ничего не вспомню!

- Ладно, это оставим. - Десмонд закончил опустошать мешок. Теперь, когда в нем остались только камень с талмудом, он стал весить в рамках допустимого, да и в размерах потерял. - Кстати, а в этом журнале что, все приготовления, нужные для работы с камнем?

- Там все описание моей работы. Если и можно понять, как заставить камень работать на нас, то только из этих записей.

Рокот прекратился. Командир подошел к двери и потянул за ручку. И застыл, глядя в бронзовое лицо на той стороне с припозднившейся мыслью о том, что шлем так и остался на полу.

- Бледняки! - прокричал исмерид, тыча пальцем в его сторону. Но прежде чем он успел вбежать, командир захлопнул дверь и задвинул засов.

- Вот мы и досиделись, - упавшим голосом пробормотал он. Тяжелые удары сотрясли дверь, ее засов и петли, но массивная преграда не поддалась. Архимаг в ужасе дернул за рычаги. Раздался рокот, удары резко прекратились.

- И что теперь? - тихо спросил Джанс.

Повисло молчание. Потом его нарушил Паннетт, снова начавший возиться с ручками.

- Есть идеи? - обратился к нему командир.

- О, ещё как есть, - с лица архимага пропала былая растерянность. - Я знал, что идея открыть все клетки будет правильной! Скажите, вы ведь прошли через зверинец?

- Да. Так это из-за вас?

- Неважно. Вы дверь не заперли?

- Нет, мы слишком сконцентрировались на том, чтобы дойти живыми.

- Отлично! То, что надо! Значит, сейчас перестановка закончится, и зверинец окажется соединен с первым этажом. Раз они этого не ожидают, то тут же откроют дверь!

- Ну прекрасно, - завелся Грисвальд, - то есть, нам теперь не только с толпой меднокожих воевать, но и с этими выродками?!

- В этом есть некоторая логика, - потер подбородок Десмонд. - Нам ведь надо только добраться до подъемника в центре этажа. И мы смогли пройти ту бойню за счет того, что там половина ублюдков дралась друг с другом, не так ли? У нас будет один шанс.

- И это на один больше, чем без всеобщей свалки, - подытожил помощник.

- Архимаг, а мы можем подсоединить сразу две двери к этажу?

- Я именно это и сделал. Наша дверь будет прямо напротив входа подъемника, а зверьё повалит справа.

- Отлично. Потому что эффект общего замешательства будет недолгим, после чего нас сомнут.

Десмонд провел пальцем по зазубрившемуся клинку. Ещё на какое-то время его хватит. Командир посмотрел в сторону одного из оконных проемов смотровой площадки. Он поймал себя на мысли, что впервые видит изнутри окно в Башне. В сумраке за стеклом виднелся едва различимый силуэт города. До чего же поразительно: они только что прошли через мясорубку в разных мирах - и все для того, чтобы просто подняться на верхний этаж!

- А ведь наша свобода прямо там, за стеклом, - пробубнил командир. - Жаль, что тут нет пары бухт с канатами!

- Уверен, нам внизу уже и ковровую дорожку постелили, - хмыкнул Джанс.

- Ну да, - согласился Десмонд. - Кстати, а что за неуверенность по поводу лекарства?

- Какого? - переспросил архимаг. - А, вы про камень. Я не знаю как, но Альдус прознал ещё и о моих ранних опытах. Камень может служить не только точкой соприкосновения миров, он может быть использован как излучатель психической энергии. Я уже говорил, что те существа питаются энергией наших душ. Камень можно превратить в манок для них, именно так я их и изучал, ведь других инструментов нет. Думаю, именно это он и имел ввиду под "лекарством" - отвлечь существ с определённой местности, чтобы там не болели.

- Да, нам говорили про то, что лекарство действует на некоторой территории, и что оно не требует ничего, кроме заклинаний.

- Вообще-то требует. Кому-то придется стать донором психической энергии для камня. Вряд ли Альдус об этом не знал, скорее просто умолчал. Этому донору не позавидуешь. Как и тем, кто будет после него. Магистр не уточнял, сколько времени вам нужно "лекарство"?

- Сколько понадобится - столько и будет нужно, - командир смотрел на дверь, в его голову приходили не самые приятные мысли. Перспектива введения, по сути, жертвоприношений его особо не смущала. В Старой Крепости мучаются сотни чумных, ещё тысячи будут убиты в случае её взятия. Единицы против множеств, ничего нового для военной арифметики.

Другое дело, что сейчас все зависит от его поредевшего отряда, который должен каким-то чудом вернуться назад с грузом и ещё одним человеком, который мало приспособлен для таких переходов. Если что-то пойдет не так, если из-за какой-нибудь случайности все это окажется зря...

Командир тряхнул головой. Сейчас не время. Надо ещё пережить выход из Башни. Прекращение рокота прозвучало сигналом к началу марш-броска. Десмонд представил себе момент, когда враги должны открыть дверь, сосчитал до десяти и дернул за ручку.

Они ворвались как раз в тот миг, когда чёрные гиганты уже навалились на боевые порядки исмеридов, отвлекая на себя внимание. В творящейся суматохе их сначала вообще не заметили, но на этом везение кончилось. Между ними и подъемником оказались отступившие в ужасе вражеские солдаты.

Грисвальд издал яростный клич и обрушился на меднокожих воинов, кроша кольчуги топором, клокотавшая в нем ярость наконец нашла выход. Остальные пошли за ним, как шлюпки в кильватере корабля. Арбалетчики исмеридов попытались развернуться, но Гилпен и Адан успели выстрелить на опережение. В следующий миг прорывающийся отряд вклинился в их ряды, порубив стрелков в фарш. Окруженная высоким каменным бортом площадка была перед ними, в её центре стояли латники во главе с вражеским капитаном в гребенчатом шлеме. Похоже, они пытались понять, как работает подъемник. Вражеский капитан скомандовал что-то на шалбаа́не, латники построились и двинулись на диверсантов.

- Грисвальд - на прорыв, Джанс - слева, Адан - сними капитана, Гилпен - за мной! - Десмонд еле успел отдать приказ, прежде чем столкнуться с латниками. Его бригантина приняла на себя пропущенный удар, который чуть не опрокинул командира. Слева бушевал Грисвальд, удары исмеридов измочалили его кольчугу и раскололи щит. Он успел зарубить двоих и отшвырнуть третьего ударом локтя.

Вражеский капитан оказался опытнее большинства противников Десмонда. Он парировал его атаки, а потом обманул ложным выпадом и ударил гардой в челюсть. Оглушенный лидер повалился на пол. Арбалетный болт воткнулся в забрало вражеского шлема, не причинив вреда.

- Командир! - Гилпен бросился наперехват. Но с коротким мечом и в легкой кольчуге он ничего не мог противопоставить врагу. Капитан двумя ударами обезоружил его и рассек горло. Потом повернулся к поверженному Десмонду и занес клинок, но тут подкравшийся сзади Адан нанес удар трофейным мечом в зазор между шлемом и панцирем, вызвав фонтан крови.

Тем временем перепуганный Паннетт, оказавшийся позади эскорта, повернулся ко входу на площадку и делал какие-то неловкие движения дрожащей рукой с жезлом. Проем заполнился магическим пламенем. Маг развернулся, но на него тут же рухнул один из раненных латников, подмяв под себя.

Резня на подъемнике закончилась. Вся площадка была завалена трупами, кровь исмеридов и диверсантов смешалась в едином потоке. Десмонд медленно поднялся, ощущая во рту солоноватый привкус и содранную зубную эмаль. В глазах двоилось, и когда на стену вокруг площадки, за которой кипел бой, взобралась какая-то тень, он не сразу сообразил, что это не зрительная ошибка.

- Сверху! - прохрипел командир. Джанс еле успел отскочить, когда на то место, где он стоял, приземлился черный гигант. Оставшийся без щита Грисвальд попытался заблокировать его удар одним лишь топором. Огромная лапища схватила лезвие и вырвала оружие из рук горца. Меч Джанса вспорол мех на спине, но особого вреда не нанес. Гигант одним взмахом отшвырнул помощника и вцепился в Грисвальда. Рука горца, которой тот закрылся, вмиг лишилась куска предплечья вместе с рукавом кольчуги, массивные лапы сжали человека в смертельном объятии. Но прежде чем челюсти с толстыми резцами сомкнулись на шее война, Грисвальд собрал остатки сил и, упершись ногами, неожиданно сделал толчок, в который вложил всю свою сумасшедшую ярость, смешавшуюся с желанием отомстить за павшего в другом бою товарища. Не ожидавший подвоха черный гигант потерял равновесие и повалился в сторону прохода, увлекая за собой чернобородого война. Белое пламя вмиг охватило обоих, его магические языки без труда плавили остатки кольчуги, играючи уничтожали толстую шерсть и принимались за обнажившуюся кожу. Грисвальд умер моментально, его противник издал кошмарный вопль и попытался сделать шаг в сторону, но боль победила его примитивное сознание, и он рухнул, став грудой горящего мяса.

Из всех уцелевших на подъемнике первым от увиденного оправился Адан. Он подошел к пульту и стал поворачивать рычаги. Платформа дрогнула и начала спускаться в темноту подвальных помещений. Видимо, резня на этаже вышла знатная, так как больше непрошенные гости к ним не лезли.

Их осталось четверо. И им придется как-то выбираться из города, хотя проникновение сюда и в вшестером-то было непростым. Эти мысли вновь начали лезть в голову Десмонда по дороге до тайного хода. Из всех уцелевших лишь бежавший впереди Адан выглядел не сильно измотанным. Может, они с Джансом и смогут найти в себе силы каким-то образом вновь замаскироваться под безучастных воинов и пройти по улицам Нового Города незамеченными, но вот про архимага такого сказать было нельзя. Упавший на него латник пытался прирезать Паннетта кинжалом, если б не Адан, своевременно добивший исмерида сразу после гибели вражеского капитана, то на одного члена группы было бы меньше. Может, это было бы к лучшему, подумал командир, глядя на хромающего и охающего архимага в мантии с золотым шитьем. Замаскировать его под кого-либо в таком состоянии было невозможно. Тем более, что кое-как перевязанные раны не получится до конца скрыть под одеждой, а в городе вряд ли есть ещё одно место боевых действий, откуда могут сопровождать раненного.

Тьму разгонял лишь заново подожженный светильник, оставленный ранее рядом с подъемником. Адан открыл дверь и первым шагнул в лаз.

- Я сниму чары, проходите быстрее.

- Быстрее не получится, - Десмонд кивнул в сторону архимага. Тот аккуратно присел, облокотившись о стену, ничего кроме приглушенных стонов от него не слышалось. - Ты можешь как-то заставить чары не работать дольше?

- Нет.

- Тогда бегите вперед и снимайте защиту на том конце, я догоню. Скорее всего, мне придется нести архимага, его раны тяжелее, чем я думал.

- Хорошо.

Адан и Джанс нырнули в проем и скрылись за неровностью стен. Десмонд развернулся к Паннету, тусклый свет падал на его лицо снизу вверх. Надо будет как-то объяснить агенту Круга, что пошло не так. Раны на самом деле были не слишком серьёзные, скорее болезненные, чем опасные. Сказать, что клинок был отравлен? На такое Адан не клюнет. А архимаг не похож на того, кто пожертвует собой ради миссии. Благо, что его возможная потеря была учтена.

Ещё при подготовке миссии генерал Лорк упоминал о том, что советник Арно рекомендовал ему для надежности сконцентрировать силы на доставке одного лишь лекарства. Архимаг входил в планы лишь потому, что не было гарантии, что без него оно заработает.

Но теперь-то гарантия есть. В журнале находятся все записи, по которым можно воссоздать какой угодно из опытов Паннетта, он сам так сказал.

Нужная мысль пришла к Десмонду неожиданно. Защитные чары! Он бросит архимага на пол пути, а на той стороне скажет, что тот умер уже в дороге от боли и кровопотери. Магическая защита уничтожит все следы. Не полезет же Адан проверять, что там на самом деле случилось. А если и не поверит на слово, то их двое против него, и из оружия у него был только арбалет, раздавленный в пылу битвы. Только есть загвоздка - Паннетт не должен позвать на помощь.

Десмонд достал нож из голенища сапога и приблизился к архимагу. Когда на кону стоит всё, одна жизнь, даже самая ценная, теряет значение. Паннетт не должен издать ни звука. Ни единого.

***

Пульсирующая боль постепенно отступала. Сознание возвращалось к архимагу неохотно. Все пережитое только что казалось каким-то затянувшимся кошмарным сном.

Вот солдат по имени Десмонд стоит перед ним с ножом наперевес. Ну и жуткая у него рожа!

Вот позади него из прохода выскользнула тень. Прежде чем солдат успевает что-либо сделать, в шею ему вонзается тонкий стилет. На линзах очков стоящего за ним человека играют блики от масляного светильника.

Вот из прохода доносится окрик. Человек в очках даже не оборачивается, он просто делает щелчок пальцами, возвращая защитные чары. Появившийся сзади второй воин исчезает в ярком пламени, не успев вынуть меч.

Кажется, они называли его Адан. Он подходит к нему, достает откуда-то пузырек с зелёным зельем, заставляет его открыть рот и выпить содержимое.

От этого воспоминания Паннетт внутренне вздрогнул. Он тут же узнал этот вкус. Марионеточный эликсир! Одна из его самых секретных разработок! Каждый, кто его отведает, окажется полностью во власти того, кто носит на теле малахитовый камешек, находившийся на дне котла в момент приготовления. Затем последовал другой флакон, в этот раз с зельем-тоником, частично притупившим боль и давшим небольшой заряд сил.

А потом начиналось самое болезненное воспоминание. Бег по коридору. Переодевание в мантию какого-то писаря. Осторожный переход над невероятно оживленной улицей по балкам на втором этаже, где их не заметили лишь благодаря всеобщей суете. А в соседнем доме снова переодевание, на этот раз в грязное тряпье, наверняка снятое с канавного мертвеца. Брезгливость пылала в глубине души Паннетта, но тело ему не подчинялось.

А дальше была беготня по крышам. Боги, какой же это был ужас! Никогда прежде ему не доводилось совершать такие кульбиты, контролируй он свое тело, он бы разбился при первой же попытке. И эти прыжки с крыш на каменные заборы и балки, и обратно, на высоту! Он буквально чувствовал, как изнашиваются его артритные суставы. Повезет, если он потом вообще сможет без эликсира сам ходить.

Как будто его брезгливость ещё не разыгралась как следует, дальше был заход в канализацию и марш-бросок к мусорной косе. Там загадочный Адан осмотрел пробитое днище какой-то лодки, развернулся и взял другой курс, к лесистому утесу дальше по течению. На выходе с косы им встретился один из чудом уцелевших нищих, что копаются в речном мусоре. Мужчина скрючился в луже собственных нечистот и медленно умирал. Почему-то от одного взгляда на него Паннетт испытал почти животный страх, сменившийся невероятным чувством тоски, пропавшим лишь тогда, когда его одернул Адан.

Они неслись к заросшему камышом омуту на другой стороне утеса. Там под кустами был спрятан рыбацкий плот. Лишь когда человек в очках погрузил на него заплечный мешок и оттолкнулся веслом от берега, архимагу было дозволено лечь на бревна и отдохнуть.

Порыв холодного ветра окончательно прогнал остатки забытья. Паннетт с трудом разлепил веки. Качка плота и вид на затемнённый речной пейзаж добили последние крупицы ощущения сна, хотя какая-то часть его подсознания все ещё отчаянно желала, чтобы это все же оказалось неправдой, чтобы он проснулся в постели в своих апартаментах в Башне...

- Я так и знал, что они попытаются нас обыграть, - раздался голос Адана. - Ещё когда их капитан начал про журнал расспрашивать. Рыбак рыбака, как говорится, видит издалека.

Он положил весло, предоставив течению завершение их пути.

- За эти несколько часов у тебя должно было накопиться немало вопросов ко мне, не так ли? - человек приблизился к лежащему архимагу. - Думаю, ты заслуживаешь ответы на некоторые из них.

Адан стянул темно-серый платок, обнажив бледную кожу. Под очками скрывались непроницаемые угольно-черные глаза. Глядя на застывшее лицо Паннетта, он коснулся висевшего на шее медальона с зелёным камнем, частично ослабив контроль.

- К... Кай? - только и смог выдохнуть ошеломлённый архимаг.

- Это просто замечательно, что ты меня узнал, - агент Круга вернул контроль, не позволяя жертве закричать. - Ты будешь прекрасно осознавать происходящее, что особенно радует меня. Ты же не думал, что я действительно тогда пропал, не так ли? Тот прочерк рядом с моим именем. Ты действительно ждал, что меня получится извлечь обратно для препарирования, как и тех, кто был до меня, я прав? Разумеется, я прав, я ведь был одним из твоих подопечных, как и остальные подопытные. Для экспериментов ведь нужен не кто попало, а человек с магическим талантом. Правда, заставить его добровольно лечь под камень после увиденного при первом опыте вряд ли получится. Если только не накачать особым эликсиром. Кстати, как он? Я старался в точности воссоздать рецептуру.

- Впрочем, это все мелочи, - Кай уселся на переднем краю плота. - Куда важнее то, что Круг очень недоволен тем, что ты от него столь многое утаил. Им очень хочется узнать все твои секреты. И знаешь, кого они назначили тем, кто будет тебя допрашивать? Разумеется, меня! Здорово, правда же?

Вряд ли Паннетт разделял восторг бывшего ученика. Но по ничего не выражающему лицу архимага невозможно было определить, какие чувства обуревали его в этот момент.

Кай смотрел на приближающийся берег. Ему было непривычно вновь услышать это имя, ведь он давно не ощущал связи с собою прежним. Тот Кай, что был очередным нерадивым учеником архимага, давно погиб, провалившись в потусторонний мир. Его душу искромсали силы, недоступные человеческому пониманию, а оставшаяся оболочка, выпавшая в родное измерение в другом месте, была уже другим существом. Не человеком.

Впрочем, даже этот гибрид миров был более человечным, чем Они. Те, с кем пришлось столкнуться на Той Стороне. Они были по-настоящему нечеловечески ужасны. Их прикосновение заставляло трепетать само его естество, пока он ещё был человеком. Он думал, что сможет скрыться от Них в своем мире, но оказалось, что Они проникли и сюда. Его изменённые глаза прекрасно видели Их, и ему хотелось ослепнуть каждый раз, когда он вновь с Ними сталкивался.

Они опутывали людей и опустошали их, а те потом корчились в муках, и их относили в бараки для чумных, а то и сразу на костры. Для Них не было разницы между горожанами и захватчиками. Здоровые или слабые, богатые или бедные, все человеческие существа были лишь ничего не подозревающей добычей. Один из Них доедал полумертвого мусорщика на окраине косы. Более здоровый Паннетт сразу же привлек Его внимание, но вставший напротив Кай испортил Ему аппетит миазмами своей испоганенной души. Единственной положительной стороной его нового положения было то, что он стал испорченным продуктом и больше Им не был интересен.

И вот от Них Круг собрался каким-то образом защищаться. Кай понятия не имел, каким именно, но это его и не интересовало. Как дальше сложится судьба Кейрвиза, будет ли взята Старая Крепость, оправдаются ли надежды на этот последний шанс, лежащий в мешке, - все это не его дело. С того самого момента, когда его душа пала жертвой потусторонних сил, он отчаянно цеплялся за остатки своих эмоций, как за последние ниточки, удерживающие его существование. И самой сильной из них была ненависть. Ненависть к эксперименту. Ненависть к архимагу. Ненависть ко всему Кругу, к одной из ветвей которого он принадлежал. Дотянуться до них всех ему не суждено.

Но напоследок в его руках будет тот, кто с абсолютно спокойным лицом напоил его марионеточным эликсиром и отправил ложиться под камень. Ради этого стоило из последних сил отказаться умирать в том мире. Ради этого стоило вновь вступить в контакт с магистром из другой ветви Круга. Ради этого стоило шпионить, совершать диверсии и полагаться на отряд солдафонов Лорка, без которых он бы внутрь не проник. И делать все это с полной самоотдачей, как в последний раз. Впрочем, это, наверное, и был последний раз.

Ведь он даже на минуту не задумывался о том, что будет дальше. Когда архимаг будет допрошен и приговорен, пропадет одна из главных причин его существования после эксперимента, а сам Круг вне его досягаемости.

Кай снял перчатку и принялся разглядывать в сумраке бледную кисть с болезненно-желтыми ногтями. Возможно, это даже к лучшему, что у него нет будущего.