Последние из нас. Страницы забытой истории
Глава 1. Содовая с секретом
Тело стало легким, как облако, уносимое малейшим дуновением ветра. Мягко приземлившись на зеленую поляну, девушка осмотрелась. Вокруг лишь скалы в окружении бурной растительности. Где-то вдалеке шумит горная река. Этот сон она видела множество раз, но теперь она была на шаг ближе к своей цели. Она еще не знала, что ищет, пока не почувствовала щемящий сердце страх, который принадлежал не ей.
Ничто в округе не выдавало Искомого. Он прятался между деревьев, выжидая удобного момента. Кто-то невидимый и бестелесный напал на нее резким порывом ветра. Незнакомка была готова к этому. Не поворачиваясь к нападающему – на это просто не было времени, она выставила ладонь ему навстречу. Искомый стиснул зубы, намереваясь пробить ее насквозь и устремился к цели. Едва только прохладный ветер коснулся кожи, она мягко согнула руку в кисти, по направлению движения и коснулась пальцами его тела. Враг со свистом пронесся мимо.
И он почувствовал! Девушка смотрела прямо ему в лицо. Он понял, что его противник видит и слышит его. Теперь это знала и сама охотница. Страх подталкивал к его действиям. Искомый встал на дыбы и ринулся в бой. Девушка спокойно выставила руки перед лицом, и легким движением поймала Искомого, нащупав гриву. Вся его сила и мощь закрутилась вокруг охотницы, поднимая вихрь из листвы и веточек. Она быстрым движением закинула ногу на спину упрямца. Искомый взбесился от гнева, пытаясь сбросить с себя охотницу и это ему удалось! Девушка болезненно приземлилась на траву и едва успела увернуться от массивного удара копытом. Перекатившись в сторону, она поднялась на ноги. Все, что она успела увидеть – это огромная, полупрозрачная лошадиная морда, с силой толкнувшая ее обратно, на землю.
Охотница летела долго, проваливаясь в мягкий грунт. Все глубже, к центру земли. Объятая синеватым пламенем, но холодная внутри.
«А ведь почти получилось» - промелькнуло в её голове прежде, чем сон оборвался.
* * *
Громкий стук в дверь был слышен даже на втором этаже. Кто-то настойчиво тарабанил в дверь, но открывать раннему гостю не торопились.
«Дьявол тебя забери, Анна Ко́рсак! Быстро поднимайся! Сколько я буду стоять под дождем!?» - раздался девичий возглас, и дремавшая Анна безошибочно узнала свою близкую школьную подругу Элен Митч.
- О нет, проспала! - девушка подорвалась с постели, скидывая одеяло на пол. В ответ послышалась возня и фырканье. Из-под одеяла высунулась остромордая голова кошки. Она с недовольным, заспанным видом взирала на свою хозяйку.
- Прости, Мира, - жалобным тоном произнесла Анна, попутно натягивая на себя джинсы. Кошка мелькнула в дверном проеме, проигнорировав извинения. Девушка бросила ей в след недоумевающий взгляд, - да ну тебя…
- Последнее предупреждение, Корсак! – снова прозвучал строгий голос с первого этажа, - не вынуждай меня!
Анна быстро расчесала длинные волосы и собрала их в тугой хвост. Перед выходом из спальни, она посмотрела в зеркало, что стояло на прикроватной тумбе.
- А что почти получилось-то? – задала она вопрос своему отражению, вспоминая сон. Ответа у нее не было. Она бросила взгляд на несколько ссадин, появившихся после бурного сна и прикрыла рукавом свитера – напоминания о странных видениях. Через мгновение девушка уже спускалась по лестнице, чтобы открыть входную дверь.
В проеме стояла девица лет семнадцати и гневно взирала на одноклассницу парой подведенных, серых глаз. Ее каштановые волосы распушились от дождя и прилипли к пухлым щекам. Кутаясь в джинсовку, которая была ей явно велика, девушка переминалась с ноги на ногу.
Едва завидев Анну, она встала в атакующую позицию.
- Во-первых, мы договаривались, что ты заедешь за мной! – начала девушка свой яростный монолог, - во-вторых, ты …
- Заткнись, Элен Митч, у меня сегодня день рождения, имею право, - небрежно бросила Анна, и схватив подругу под локоть, втянула ее в дом.
Элен сбросила с себя мокрую куртку. Из внутреннего кармана выпала маленькая коробочка. Девушка подобрала предмет и подошла к Анне, смущенно улыбаясь.
- С днем рождения, зануда, - усмехнулась Элен, протягивая ей подарок.
- О, спасибо, Элен! – воскликнула девушка, потянув за шнурок. Шероховатая бумага упала на пол. Лицо Анна застыло в изумлении, - не может быть! Как тебе удалось достать её?
В руках девушки лежала прозрачная ловушка, внутри которой, на листе восседала белоснежная бабочка с черной обводкой каплевидных крыльев.
- Алкиной…- прошептала Анна, разглядывая величественное создание.
- Я знаю, ты мечтала ее увидеть, а мой дядя месяц назад путешествовал по Приморью…В общем-то он такой же зануда, как и ты… - махнула рукой Элен.
Анна перевела взгляд на подругу, а затем быстрым движением обняла ее.
- Благодарю тебя за эту замечательную возможность, - прошептала девушка.
Элен нехотя высвободилась из объятий, и бросила вопросительный взгляд на второй этаж, где располагались спальни.
- Ну и что ты молчишь по поводу дома? – заговорщицки прошептала она, - дядя Гена здесь???
- Дед уехал с мистером Гарретом на очередное важное собрание. Обещал привезти что-нибудь с раскопок в качестве подарка, - деловито произнесла Анна, вышагивая в сторону кухни, - дом наш на три дня.
- О Боже мой! Я официально объявляю твоего старика самым крутым «предком» в мире! – восхитилась Элен и прокричала на весь дом, глядя куда-то в потолок, - Я люблю Вас, мистер Геннадий Корсак!!
- Поосторожней, мисс Митч, - усмехнулась Анна.
- Давай уже выжмем из этого дня все, что можно, подруга! – Элен потерла ладони, - ты точно больше никого не хочешь пригласить?
- Абсолютно точно. Мои восемнадцать принадлежат только тебе, - улыбнулась Аня, - добро пожаловать на интровертную вечеринку с закрытым входом!
* * *
Тем же вечером девушки заказали на дом самую лучшую пиццу, которую только смогли найти в потрепанном лондонском буклете «PizzaMarket». Усталый голос оператора в телефонной трубке монотонно озвучил сумму и сообщил девушкам, что их заказ будет доставлен через два часа.
- И почему твой дед живет в такой глуши? – недовольно проворчала Элен, услышав ее ответ и отключила телефон. Девушка откинулась на широкой кровати, уставившись в потолок.
- Это, вроде как, родовое поместье Браун. Семьи по линии моей матери… - задумчиво ответила Анна, переключая каналы телевизора, - раньше зажиточные помещики строили свои дома в отдалении от Лондона.
- Мои предки тоже такие. Живут в деревне, за покупками выезжают раз в месяц. И у них весь дом похож на твою комнату, - Элен окинула взглядом стены, уставленные книжными шкафами, - книги, журналы, тетрадки…хм, огрызки. Кстати, что на этот раз подарил тебе дед? Только не говори, что это очередная запрещёнка из жанра фэнтези…
- Формально, никто не запрещает хранить дома вольное творчество… – уклончиво ответила Аня, - дедушка привезет мне что-то с раскопок.
- Мне кажется, ты трактуешь законы в свою пользу, подруга, - заметила Элен, но развивать тему о цензуре на творчество не стала, заинтересовавшись натюрмортом из сморщенных яблочных огрызков на окне, за что именинница была ей очень благодарна. Анна включила канал с каким-то сериалом и поднялась с постели.
- Пойду, придумаю что-нибудь поесть. Мы тут за два часа с голоду умрем, — сказала она, проследовав к двери.
- Захвати выпивку, - бросила в след Элен, поглощенная экранной картинкой.
Анна спустилась на первый этаж и прошла по длинному коридору, ведущему к погребу с баром. Винтовая лестница увлекала девушку в темноту прохладного зала для хранения, как утверждал ее дед: «лучших напитков унылой современности».
Удар ладонью по выключателю в одном мгновение озарил зал мягким светом настенных бра, украшенных резными плафонами. Сразу за лестницей располагалась лакированная барная стойка из кленового дерева. У стены напротив, тянулся бесконечный ряд стеллажей с пыльными бутылями и бочками.
Девушка прошла вдоль рядов, рассматривая сосуды, многие из которых были гораздо старше нее. Анна бывала здесь не часто. Таинственный погреб, где собирались взрослые, всегда был предметом ее интереса в детстве. Дед проводил много времени в этом месте, но оно оставалось для нее под запретом до сих пор.
Анна честно держала слово, пока его тяжесть не стала для нее непосильной. Однажды дед оставил дверь в подвал незапертой, и Аня не преминула возможностью затолкать в скважину несколько камушков, из-за которых замок не запирался до конца. А при должном усилии, выскальзывал из паса, открывая дверь. Таким же образом можно было безопасно ее закрыть, не переживая о том, что кто-нибудь обнаружит неладное.
Анну всегда тянуло в это место. Даже сейчас. Среди пыльных бутылок и скрипучих половиц, в каждом неосвещенном уголке, витала какая-то тайна., будоражащая ее с самого детства.
Негромкий хруст выдернул девушку из мыслей. Она оглянулась. У стены, напротив бара, что-то потрескивало. Аня настороженно подошла ближе, всматриваясь в темные промежутки между бутылками и наклонилась. На нее с громким визгом выпрыгнула Мира, попав хозяйке прямо в руки. Шерсть животного была перепачкана старой паутиной и пылью.
- Ты откуда тут взялась? – удивленно произнесла Анна, отстраняясь от винной полки. Девушка убедилась, что Мира цела и, оставив её на барной стойке, потянулась за стеклянной бутылкой, наполненной прозрачной жидкостью и льдом, - побудь пока здесь. Я наведу содовой и заберу тебя наверх. Лучше тебе что-нибудь придумать в свое оправдание.
Питомец внимательно смотрел на девушку немигающим взглядом, словно прекрасно понимал, что она сейчас сказала. Девушка слегка смутилась, но тут же выбросила мысль о разумности животных из головы, дернула бутыль на себя. Из темноты выпорхнуло белоснежное насекомое.
- Алкиной? – воскликнула Анна чуть громче обычного. Теперь уже она совсем не понимала, что происходит и как подарок от подруги оказался посреди пыльных полок дедушкиного бара. Бабочка воспарила к потолку и не было никакой возможности поймать её. Оставив затею с охотой, Анна решила вернуться к напиткам. Ей оставалось лишь надеяться, что бабочка выбьется из сил и присядет куда-нибудь.
Поставив ароматную можжевеловую подставку на стойку рядом с Мирой, она опустила сверху первый стакан с содовой, и потянулась за вторым. Кошка вдруг протяжно мяукнула. Анна перевела недоуменный взгляд на питомца, внимательно разглядывающего отражение в стакане.
В стеклянном хайболле, наполненном сладкой шипучкой, вместо стены с бутылями, напротив отражалась дверь. Девушка прикрыла глаза и немного помассировала веки пальцами.
- Надо было уже после бабочки понять, что это просто сон, - подумала Анна, немного успокоившись, - вот только когда я успела?
Сделав глубокий вдох, она открыла глаза. В отражении стакана все еще была дверь. Кошка снова мяукнула, поднимаясь на задние лапы. Алкиной у потолка парировал к барной стойке и приземлился рядом на ободок стакана. Девушка нахмурилась.
- То есть вы двое хотите, чтобы я это выпила? – спросила Анна, прекрасно понимая, что разговаривает сама с собой. Мира мигнула, вытирая лапкой мордочку.
Анна дрожащими пальцами обхватила хайболл. Влажное, ледяное стекло коснулось кожи, пуская по ней озноб. Девушка приблизила стакан к лицу: на вид обычная содовая. Ее взгляд скользнул сквозь напиток, где дверь напротив уже медленно открывалась, призывая войти.
Не в силах выдержать скопившееся напряжение, Анна поднесла напиток к губам и сделала один большой глоток.
Газировка мгновенно ударила в нос, заставив ее сощуриться. Анна тряхнула головой, отбрасывая стакан в сторону. В глазах помутнело, но, через мгновение, искрящаяся дымка пропала, а вместе с ней исчез и винный стеллаж. На его месте стояла массивная дверь с железной оковкой, которую девушка видела сквозь странный стакан.
Девушка обогнула бар и встала напротив нее. На плече девушка почувствовала тепло – кошка мягко приземлилась рядом, обнюхивая пространство вокруг, словно это могло как помочь ей понять, что находится за дверью.
«Что ж, видимо я действительно уснула в своей комнате, а дорогая Элен решила не тревожить меня ради вкуснейшей пиццы из города. Ладно, хоть сон интересный» - промелькнуло в голове девушки, а вслух она сказала:
- Ну что, заглянем? – обратилась Анна к Мире и порхающей рядом бабочке. Кошка лишь безмолвно всматривалась пустое пространство. Девушка коротко вздохнула, понимая, что ответа не дождётся, - я так и думала.
Поворотный механизм ручки со скрипом поддался. Девушка осторожно продвинулась в темноту неизвестного помещения, которое мгновенно осветилось десятком маленьких свечек, расставленных вдоль высоченных книжных полок. Анна откинула голову вверх, пытаясь рассмотреть потолок. Но его, как будто бы и не было.
Справа от двери стоял старинный письменный стол из резного дерева, чуть потрескавшегося от времени лака с мощными несущими ножками.
В воздухе витал запах библиотеки, который ни с чем нельзя было спутать. Анна подошла ближе к столу, на котором так же, как и везде, громоздилась орда свечек.
«Странно, они настоящие. К таким не подключишь датчики движения…» - подумалось девушке, когда она поднесла пальцы к огню.
Ее взгляд привлек большой зеленый фолиант, лежащий прямо на столе. Бабочка-алкиной беспокойно вилась вокруг него. В нем было множество пометок и закладок. Обложка затерта то дыр.
«Тайные знаки. Заметки любознательных шарма́нтов
Краткое пособие Хелены и Винсента Вельбуга»
«Кто такие шарма́нты и почему авторы считают свое пособие кратким?» - усмехнулась про себя Анна, разглядывая толстенную книгу.
Анна пробежалась взглядом по книжным полочкам. Все они были забиты разномастными фолиантами, потрепанными и не очень, но только тот, что лежал на столе, был исписан дедушкиными пометками.
Мира, до сих пор спокойно сидевшая на плече хозяйки, нервно закопошилась, глядя в сторону двери. Уже через мгновение с первого этажа послышался голос ее подруги.
- Анна, твой дед вернулся, он в саду выгружает какой-то инвентарь! – предупредила девушка, понимая, что они обе рискуют быть наказанными за подобный проступок.
Девушка дернулась к выходу, аккуратно закрывая за собой дверь. Убрав следы своего присутствия в баре, она сделала аккуратную пометку на бутылке с необычной содовой и вернула ее на место к другим напиткам, а затем быстро вернулась наверх по длинному коридору.
В дверях показался Геннадий Корсак, на нем был серый дорожный плащ, который изрядно промок. На руке висел старенький зонтик, который дед всегда брал с собой, но по какой-то причине не использовал. Он взглянул на внучку из-под густых черных бровей.
- Испугались, девчонки? – спросил он, снимая обувь, - у Джо возникли неотложные… дела. Мне пришлось вернуться раньше. Я надеюсь, старик не помешает вашей тусовке?
Дед неумело сложил молодежный жест и криво усмехнулся.
- Конечно нет, деда, - с дрожью в голосе произнесла Анна и тут же подошла к лестнице, - я пойду, не хочу оставлять Элен одну.
- О, ни в коем случае, эта девица и в детстве-то могла набедокурить на пустом месте, что уж говорить про нее сейчас! – дед возвел взгляд к потолку и пошел в сторону кухни, - если что, вы знаете, где меня найти.
* * *
- Успела? – с надеждой спросила Элен, ища взглядом заветный стакан с напитком.
- Ой, прости, я растерялась… - задумчиво произнесла Аня.
- Эх, жаль. У твоего деда лучший бар в Англии! – мечтательно произнесла подруга.
- Много ты баров повидала, мой несовершеннолетний друг? – усмехнулась Аня.
- Один. Ну и что? И я без пары месяцев совершеннолетняя. Попрошу говорить в этом и только в этом контексте! – Элен вздернула курчавым носиком и уставилась в телевизор.
- Мне кажется, ты трактуешь законы в свою пользу, подруга, - вспомнила Аня её слова.
- Ой, отвали Анна Корсак!
- Ущипни меня, - невпопад произнесла Анна, осознавая увиденное в дедушкином подвале.
- Что?
- Ущипни меня, Элен.
- Да что случилось-то?
- Я и сама пока не знаю…
Элен Митч осторожно протянула руку к подруге.
- Ай! Ну не так же больно! – воскликнула Анна, одернув руку, на которой раскраснелся след.
- Я тоже не верю, что ты уже такая старая… – грустно произнесла Элен, едва сдерживая улыбку, за что тут же получила мощный удар подушкой.
- Немедленно замолчи, дурочка, - хихикнула Анна, снова замахиваясь на обидчицу.
Ее мысли о странной комнате надежно скрылись где-то в глубине бесконечных, запыленных от времени винных полочек, за поломанным замком, в стеклянном стакане, наполненном содовой с секретом.
Глава 2. Крылья алкиноя
Этой же ночью Анна снова проникла в потайную комнату. Любопытство возобладало над страхом быть пойманной, но девушка понимала, что не может долго оставаться в ней, ведь дед часто вставал по ночам и просыпался всегда раньше всех. На изучение комнаты совсем не было времени, а загадочного напитка, открывающего потайную дверь, было не так много. Поэтому Анна решила ограничиться фолиантом, который увидела на письменном столе. Невозможно было объяснить, что именно в этой потрепанной, старой книге притягивало ее.
Поднявшись наверх без единого шороха, чтобы не разбудить деда и спящую в гостевой комнате подружку, Анна быстро исчезла за дверью своей спальни. Удобно устроившись на кровати, она стала разглядывать зеленую обложку. К ней на руки сразу же запрыгнула кошка. Анна погладила питомца, которая свернулась калачиком у её ног.
Девушка наклонилась к книге. Краем глаза она заметила, как встрепенулся алкиной – подарок ее подруги в честь дня рождения. Бабочка забилась в своей ловушке, пытаясь выбраться наружу. Повисло почти осязаемое напряжение. Шум приливающей крови в голове усилился.
«Ну все, хватит с меня этих странностей» - подумала Анна, отряхнув голову и одним резким движением открыла фолиант.
Начало книги оказалось не менее странным, чем ее название. Авторы обошлись без вступлений, начиная свое повествование с конца. Девушка провела кончиками пальцев по переплету, убедившись, что из книги не вырваны страницы.
«Глава Последняя (Послесловие) … стр. 394 … Мы - Хелена и Винсент Вельбуга, передаем вам привет из года 5327-го, с надеждой доверяем вам то немногое, что осталось от Человека, созидающего - шарма́нта. Приготовьтесь открыть свое сознание новому и мир вокруг вас изменится, как по мановению крыла бабочки»
Последние строки сорвались с губ Анны и разнеслись по комнате громче, чем она того ожидала.
«Год 5237й… не может быть. Сейчас 2024 год. Не слишком ли много опечаток в этой книге?»
Девушка встрепенулась, заметив, что бабочка на окне с новой силой пытается выбраться из ловушки. Ее крылья метались так быстро, что Анне показалось, как она слышит их шорох. Окно распахнулось от резкого порыва ветра, мгновенно задувая в комнату холодный, влажный воздух. Ловушка с бабочкой упала, расколовшись надвое, и алкиной вырвался на свободу. Анна подорвалась к окну.
Прежде чем захлопнуть его, она почувствовала прикосновение ветра. Иной человек не обратил бы внимание на такое простое явление, но только не Анна, помнящая все свои сны. Все прекратилось прежде, чем щелкнул оконный замок. Алкиной метался по комнате, на него уже охотилась Мира.
Девушка принялась ловить насекомое, опасаясь, что оно станет добычей кошки, но алкиной не поддавался. Бабочка летала у самого потолка, и уворачивалась всякий раз, когда Анна пыталась схватить ее. В конце, концов, девушка оставила эти попытки на утро, чтобы не разбудить домочадцев.
С извинениями выдворив кошку в коридор, она вернулась к фолианту. Внутри нее все трепетало от волнительной встречи с видением из сна, посетившим ее комнату на фоне усталости. Анна немного тревожилась по поводу того, что её снохождения начинают выходить за рамки фантазий.
Глава вторая именовалась как «Начало». Девушка углубилась в чтение, в надежде отвлечься от своих размышлений.
«Если для вас существуют вещи и события, не поддающиеся объяснению, знайте, вы усмотрели в них сильное энергетическое начало. Вы можете не понимать великую силу Энергии и Движения, но одно только принятие этого факта открывает перед вами двери Вселенной. Путь шарманта начинается с принятия. Что бы принять – почувствуйте, чтобы почувствовать, достаточно лишь наблюдать.»
На этом повествование заканчивалось, как и полагалось, для последней главы. Далее следовал толстый блок разлинованных под заметки листов, но каково было удивление Анны, когда она увидела вписанные знакомым почерком несколько строк:
«платяной шкаф Джо Гаррета.
палочка Фредерика Бидли.
зонт Геннадия Корсак»
Ее сердце забилось чаще, когда глаза пробежались по последней фразе:
«Алкиной Анны Корсак»
Еще больше она взволновалась, когда осознала, что витиеватый почерк, которым сделаны заметки, принадлежит ей. Вопросов накопилось больше, чем ответов: откуда в этом учебнике знакомые ей имена, да еще и вписанные ее рукой? О каких предметах идет речь?
В попытке рассуждать логически, Анна решила поразмышлять о каждой вписанной строчке отдельно. С Джо Гарретом у нее связано много теплых воспоминаний. Коллега деда, историк и археолог с огромной любовью ко всему, что имело возраст не менее сотни лет. Невероятно болтливый, юркий старикашка, который никогда не приходит в гости без сладостей для Ани. Ей никогда не доводилось бывать в доме мистера Гаррета, поэтому взаимосвязи между платяным шкафом и ее хозяином, девушка не понимала.
Что же касалось имени Фредерика Бидли, то оно отдавалось в голове девушки лишь болезненным дежавю.
«Фредерик Бидли…Фредерик… Откуда бы я могла тебя знать? – рассуждала Анна, - почему ты мне кажешься таким знакомым?
По привычке рассуждать с кошкой, Аня повернулась к изголовью кровати, где она всегда устраивалась на дневной сон. Сейчас же, изгнанная из комнаты, она тихо скреблась за дверью.
- Прости, не могу, пока не поймаю алкиноя, - тихо произнесла девушка и шорох тут же прекратился. Бабочка медленно спустилась на фолиант, Её ножки вцепились в потрепанный корешок. Насекомое зачаровывало взгляд. Девушка протянула руку и перевернула страницу, а ее новый питомец даже не шелохнулся.
Анна пролистала несколько пустых страниц, чтобы убедиться, что заметок больше нет. В середину книги был аккуратно вложен полностью исписанный тетрадный лист:
«Меры предосторожности от рукотво́рцев и предметов их жизнедеятельности:
1. Не читать инструкцию по приготовлению лапши» - надпись была подчеркнута, рядом поставлен знак вопроса и большая чернильная клякса.
- Лапши? – вслух произнесла девушка и усмехнулась. Нелепая запись испортила таинственную ауру фолианта, добытого с таким трудом.
«…держаться подальше от рычащих зданий, не прикасаться к изобретениям, не читать учебников…»
Список тянулся длинной вереницей. Не смотря, на всю его загадочность, усталость Анны взяла верх над любопытством, и она начала засыпать. Перед ее глазами мелькали строчки, печатные буквы, кляксы и.. бледное мерцание крыльев алкиноя.
В ту ночь Анне снились тревожные, спутанные сны, окутанные дождем с винным запахом. Он бродила по комнатам поместья, где всюду стояли платяные шкафы, сквозь которые сочился свет. В окнах мелькал незнакомец в сером плаще с капюшоном, а под потолком висел причудливый дедушкин зонт.
* * *
«Дьявол тебя забери, Анна Корсак, быстро поднимайся! Сколько я буду тут стоять под дождем!?» - раздался девичий возглас, сопровождаемый настойчивым стуком, который мгновенно вывел Анну из сна.
Девушка резко села на кровать, скидывая одеяло на пол, откуда сразу же послышалось недовольное фырканье.
- Еще раз прости, Мира… – медленно произнесла Анна, пребывая в недоумении. Рука потянулась к радиоприемнику, нащупывая заедавшую кнопку.
«…поэтому, несмотря на скверную погоду за окном, я призываю вас настроиться на продуктивный день! Сегодня четверг, пятое ноября, с вами Корнуэл Фишер, с наилучшими пожеланиями и только самой бодрой музыкой нашего эфира! С нами легендарное дуо Daft Punk[1]. Наслаждайтесь, и помните о том, что даже самая страшная буря, однажды обязательно уступает солнцу…»
«Пятое ноября?» - Анна сорвалась с места, бросившись к лестнице в коридоре.
Рывком открыв входную дверь, она увидела растрепанную Элен Митч, недовольно взиравшую на нее исподлобья.
- Во-первых, мы договаривались, что ты заедешь за мной! – начала было девушка, но Анна резким движением дернула ее за руку, и потянула в дом, - эй, аккуратней!
- Какой сегодня день? – быстро спросила Анна, беспокойно глядя на подругу.
- Пятое ноября. Твоя днюха, - удивленно произнесла Элен, снимая мокрую джинсовку, из которой выпала маленькая, запечатанная коробочка. Девушка подняла сверток и протянула Анне, - с днем рождения, зануда.
«Алкиной?» - осторожно подумала Анна, дергая за перевязь.
Плотная бумага скрывала ловушку для насекомых. В ней спокойно сидела белоснежная бабочка с черным обрамлением крыльев.
- Я знаю, ты мечтала ее увидеть, а мой дядя месяц назад путешествовал по Приморью…В общем-то он…
- Такой же зануда, как и я… - Анна закончила фразу одновременно с подругой. Та удивленно посмотрела на нее.
- Ты какая-то возбужденная… – заключила Элен.
- Да, пожалуй, - согласилась Аня, - отложив подарок на журнальный стол, - я.. не уверена, что смогу сегодня должным образом поддерживать праздничный настрой.
- Может стоит пригласить кого-то еще?
- Нет, дедушка скоро вернется. Если я не ошибаюсь, у него что-то сегодня пойдет не так… - Анна помотала головой, а затем указала Элен на лестницу, ведущую на второй этаж, со словами - Элен, проходи ко мне, я принесу нам выпить, а ты закажи пиццу, хорошо?
- Может лучше к вечеру?
- Поверь мне, лучше сразу. Ты не захочешь ждать столько, сколько они тебе предложат, - сказала Анна, и дождавшись, пока Элен поднимется наверх, проследовала к винному погребу.
- Тебе-то откуда знать!? – спросила Элен в пустоту коридора и направилась в комнату подруги.
Дверь послушно открылась перед ней. Девушка обогнула барную стойку и начала искать содовую. Через мгновение Анна разлила содовую по бокалам и, с замиранием сердца, вгляделась в прозрачную, шипящую воду. Сквозь стаканы была видна только глухая, серая стена погреба. Девушка сделала глоток содовой, но ничего не произошло.
Неужели все, что было с ней последние несколько часов, оказалось сном? Это одновременно и расстроило, и порадовало девушку. Ведь то, что она видела не поддавалось никакому описанию, и заставило бы любого разумного человека, усомниться в своей адекватности. Девушке ничего не оставалось, как вернуться к подруге и начать празднование своего дня рождения заново.
* * *
- Почему ты такая грустная сегодня? – Элен в сотый раз пыталась выпытать у подруги информацию, - что за странное совершеннолетие?
- Просто у меня была трудная ночь, - уклончиво ответила Анна, потягивая содовую и бездумно глядя на экран телевизора, где в очередной раз крутили какой-то скучный сериал.
- Опять ходила во сне?
- Хм…даже хуже... ты не поверишь, - Анна немного замялась, но все же продолжила, - мне приснился сегодняшний день.
- Ну и что?
- А сейчас он повторяется в точности, - девушка продолжала, погружаясь в воспоминания, - все, за исключением одного.
- И чего же? – голос Элен чуть подрагивал от нетерпения. Девушка забыла про сериал. Теперь она смотрела на подругу своими большими серыми глазами, обрамленными пушистыми ресничками.
- Дождя не было. Было яркое солнце…- соврала Аня, вспоминая отрывки из своего странного сна.
- И это все!? – разочарованно произнесла Элен.
- Ты веришь в волшебство, Элен? – голос Анны звучал отстраненно.
- Пффф.. конечно нет, - прыснула она, покачав головой, - ты про эти дурацкие книжонки писателей – фантастов? Зачем тратить время на утопию, когда человечество стоит в одном шаге до освоения космоса? Такие люди только тормозят всё… Уж прости.
- Да, наверное ты права…
Элен протянула руку к подруге, и обхватив, двумя пальцами ее подбородок, развернула лицом к себе.
- Анна, дорогая, сколько уже наивных сердец разбилось об эти фантазии? Сколько детей не дождались заветное письмо из Хогварста? Сколько этих бедолаг, искателей Нарнии, Средиземья? Ну а ты? Разве они не украли твое детство? Книжки про эльфов, волшебников, тайные комнаты и миры… Весь этот бред запретили не просто так. Ни к чему людям жить в сказках. Реальная жизнь – вот, что действительно заслуживает внимания. Пора выкинуть эту фантастическую ересь из головы.
Элен бросила взгляд на шкафы, забитые разноцветными книжками. Анна усмехнулась собственной наивности. Ведь она действительно готова была полностью поверить во что-то подобное. Как легко притянуть факты за уши и надумать лишнего. Виной всему усталость, затянувшая осень и ночные бдения возле книг.
- Ты права. Забудем об этом, - коротко ответила Анна, возвращаясь к просмотру сериала.
- Пообещай мне, Анна Корсак - потребовала Элен, садясь на кровать и поджимая под себя ноги, - начни прямо сейчас! Ты столько уходила в себя. Расстраивалась. Надеялась. Снова срывалась и читала. Когда еще, если не сегодня? Пора положить этому конец. Выброси ее. Выброси их все!
С этими словами, Элен схватила первую попавшуюся с полки книгу и протянула Ане. Это был потрепанный зеленый фолиант из ее сна. Дрожащими пальцами девушка взяла его.
[1] Daft Punk - французский музыкальный электронный дуэт, образованный в 1993 году Томой Бангальтером и Ги-Манюэлем де Омем-Кристо.
Глава 3. Последняя из нас
В поместье Браун запахло яичницей и свежемолотым кофе. Анна лениво потянулась, окинув взглядом комнату. За окном бушевала непогода. Дождь стучал по стеклу монотонным пощелкиванием. У стены напротив тихо сопела подруга, оставшаяся на ночевку. Будильник еще не прозвенел.
Девушка тихо встала и быстро натянула на себя свитер. Ее пробуждение было легким и ясным. Все произошедшее: начиная со странного сна и заканчивая избавлением от своих книжных запасов, девушка видела исключительно как закономерность. Для нее все сводилось к одному – правильно истолковать события можно только задавая вопросы, и сейчас в ее жизни был только один человек, способный на них ответить.
Анна достала из-под кровати припрятанный от Элен зеленый фолиант, и направилась к выходу, с твердым намерением устроить деду допрос. В коридоре витала ненавязчивая мелодия, доносившаяся из кухни.
Геннадий Корсак неумело хлопотал у плиты, борясь с пригорающим завтраком. Обменявшись коротким приветствием с дедом, Анна взяла кофе и присела за круглый столик у окна, на котором мирно дремала её кошка. Дрожащими руками, она положила перед собой книгу, от боевого настроя не осталось и следа. Ради любопытства, она открыла фолиант на главе с заметками любознательных проводников. Как и во сне – она была абсолютно пустой.
- Где же Элен? – первым нарушил молчание дед, который все еще пытался снять яичницу со сковороды.
- Еще спит, - ответила Анна без энтузиазма наблюдая за его борьбой, и удивляясь тому, как дед еще неделю назад закатывал невероятные ужины в итальянском стиле, а сегодня едва держал лопатку в руках. Это навело ее на мысли о том, что она никогда не видела, как он готовит. Хотя Анна и не припоминала, чтобы дед пользовался услугами кейтеринга.
- Я оставлю ей немного этого кошмара… - проговорил Гена, складывая рваные кусочки яичницы на тарелку.
- Тебе удалось вчера хоть немного поработать на раскопках? – поинтересовалась Анна, с непринуждённым видом листая книгу.
- Прости, совсем ничего не вышло. У Джо возникли неотложные дела… - Гена сел напротив, протянув яичневые развалины внучке.
- … и он исчез в волшебном платяном шкафу… - закончила за него Анна нарочито-серьезным тоном.
- Что ты сказала? – настороженно спросил дед.
Анна растерялась. Странной мысли, вдруг посетившей её голову, не было никакого объяснения. Обменявшись взглядами, оба молчали. Дед заметил на столе книгу, которую читала Аня. Девушка тоже посмотрела на нее.
Ненавязчивая мелодия по радио сменилась энергичным голосом диктора, но это не разрядило обстановку. В этот момент в комнату залетела бабочка-алкиной, и мягко спикировала на раскрытую книгу, водя в разные стороны маленькими усиками. Её крылья, как показалось Ане, были больше, чем вчера.
- Я так понимаю, ты хочешь поговорить об этом… - нарушил молчание Гена. Его лицо посмурнело. Он покачал головой, собираясь с мыслями. Анна выжидала. Наконец, дед поднялся с места и подошел к окну. Кошка, до этого мирно спавшая, подняла на него заинтересованный взгляд.
- Ну что, Миррабель, и ты туда же? – вдруг спросил у нее Гена. Питомец сложил лапки вместе, с умным видом продолжая молчать.
- Что это за книга, деда? Для кого она написана? – Анна чудовищным усилием воли заставила себя вступить в этот диалог первой.
- Анна… Это очень сложно объяснить, - начал было Гена, подойдя и наклонившись над столом.
Со страниц книги на сморщенную руку старика сползла бабочка-алкиной и запорхала крыльями. Кошка на окне встрепенулась, но ее взгляд был прикован к выходу из кухни.
- Это своего рода… справочник, - Гена тщательно подбирал слова.
- Здесь указано, что его написали в 5327 году… Но такой год ещё даже не наступил… – заметила Аня.
- Да, так и должны все думать. Но что если я тебе скажу, что мы живем в мире гораздо дольше, чем нам об этом говорят…
Громкий стук в дверь прервал их разговор. В этот момент бабочка резко вспорхнула к потолку, а кошка протяжно мяукнула. Не обращая никакого внимания на встревожившихся питомцев, дед покинул комнату.
Из коридора послышался щелчок входного замка двери, и Анна услышала незнакомый мужской голос. Она приподнялась с места, направляясь вслед за дедом.
- Доброго Вам утра, мистер Корсак, - вкрадчиво и тихо произнес незнакомец в сером плаще. В руках он сжимал кожаный кейс, - я Артур Митч.
- Вы должно быть отец Элен? Здравствуйте! – улыбнулся Геннадий, протягивая руку через порог, - она еще не собрана, я отправлю Анну ее разбудить, проходите…
Глаза мистера Митча скрывали солнцезащитные очки, которые были надеты совершенно не по случаю. Проигнорировав жест рукопожатия, он медленно поднял ладонь, чтобы остановить разговор.
- По правде говоря, я пришел не за этим, - также тихо произнес мужчина, - я здесь по работе. Как представитель организации.
- Какой же организации? – холодным тоном произнес дед, опираясь на дверь и чуть заслоняя Анну собой.
Это движение не ускользнуло от её взгляда. Девушка почувствовала напряжение в воздухе. Кошка беспокойно вилась у ног. Где-то на кухне металась алкиной.
- Вам, конечно же, мало что известно о миротворческом госпитале имени Э́дмунда Великого… Возможно, Ваша замечательная внучка что-то помнит о нем. В конце концов, она несколько лет была нашей подопечной, - медленно продолжал мистер Митч, снимая очки, за которыми скрывался леденящий взгляд. Один из его зрачков был затянут болезненно-мутной дымкой, - признаюсь, наша организация оскудела. А ведь когда-то у нас было совсем другое призвание… На мой взгляд более достойное… Мы назвались Батогам.
Артур Митч дернул за ручку кейса, в котором скрывался короткий пистолет с диодами вместо дула. Гена мгновенно отреагировал, раскрывая перед собой из ниоткуда взявшийся зонт и отталкивая Анну в кухонный проем. В её голове промелькнула отчаянная мысль о том, что зонт вряд ли может остановить электрошокер.
Раздался треск, и разряд с силой воткнулся в зонтичный тент. Стиснув зубы, Геннадий пытался захлопнуть дверь перед незваным гостем.
- Аня, беги! – прокричал он.
«Бежать!? Но куда?» - только и успела подумать девушка, поднимаясь с холодного пола.
- В сад, быстро! – дед защелкнул шпингалет и бросился к внучке, ловко подхватывая кошку.
В запустелом и неухоженном заднем дворе, окруженном терновой оградой, прятаться было негде. Из дома уже послышался громкий треск – незнакомец ломал дверь. Дед осматривался. Анна отчаянно пыталась понять, что же он ищет. Дождь заливал все лицо. Со стороны реки подул шквальный ветер и Гена замер, запрокинув голову навстречу холодному, мокрому порыву.
- Вот оно… Попутный ветер, - произнес он и развернулся к Ане, полный решимости, - так, времени у нас совсем нет. Даже объяснять некогда. Сам я не справлюсь. Нужна сила двух.
- Сила двух? – повторила Аня.
- Делай, как я скажу, ладно?
Анна коротко кивнула. Гена подал ей промокшую кошку, которая вела себя абсолютно спокойно. С плеча девушки он снял белоснежного алкиноя, который все это время не отлетал от нее ни на шаг. Его крылья – блестящие от росы застыли в неподвижности.
- Сейчас мне нужно, чтобы ты сосредоточилась на каком-нибудь месте, далеко отсюда. Подумай легко и быстро, но не в коем случае не воображай, как ты будешь туда добираться.
- Я…я не знаю… - растерянно прокричала Анна сквозь порывистый ветер. Она чувствовала себя нелепо, стоя посреди сада промокшая, полусонная с бабочкой и кошкой в руках.
- И не надо! Почувствуй себя в этом месте всем телом. Закрой глаза и пожелай этого так сильно, как только можешь.
Анна послушно закрыла глаза, но в голове лишь эхом откликались громкие стуки в дверь.
- Быстрее, Аня! – повысил голос дед, - просто выбери место!
- Проклятье, да не знаю, не знаю я… - голос Анны срывался от крика и уносился прочь потоками воздуха. Дождь превратился в одну большую, непроглядную стену. Паника нарастала. Из окон кухни, выходивших прямо в сад, Анна увидела высокую тень.
«Думай, думай! Школа? Нет, конечно. Может полиция? Вряд ли»
- Место, Аня, назови место!
- Да что же это!? Ну не знаю... может быть парк… нет… - перебирала девушка дрожащими руками.
- МЕСТО!
Артур Митч стремительно приближался к ним, пересекая лужайку. Его лицо перекосило от ярости.
- Быть может… - и не успела она озвучить шальную мысль, как ее дернуло вверх, а запястье заныло от боли – отец Элен успел схватиться за нее в последний момент. Анна вскрикнула, почувствовав, как ее ноги отрываются от земли, свободная рука намертво приросла к ручке раскрытого дедом зонтика.
- Простите, мистер Митч, ваша охота не удалась, - грубо произнес Геннадий Корсак и наотмашь пнул его, попав куда-то в область шеи.
Мужчина инстинктивно прикрыл ушибленное место, разжав ладони и свалился на землю. Высота еще была не большой, но чувствительной для падения.
Анна подняла взгляд на отдаляющееся поместье Браун. Ей показалось, что в окне её спальни промелькнула девичья фигура Элен. Сердце все еще бешено колотилось в груди, и она все не решалась посмотреть на деда. Холодный дождь хлестал в лицо, Анна чувствовала, как Мира пытается спрятаться от непогоды под ее свитером. Из последних сил девушка держалась за зонт, который продолжал нести всех неизвестно куда.
Окруженный голубоватым сиянием, исходившем от крыльев алкиноя, он поднимался все выше, набирая скорость, пока не достиг черной дождевой тучи. Дед что-то тихо прошептал. Анна услышала громкий треск – спицы зонта расширялись вместе с тентом до огромных размеров. Сил держаться уже почти не осталось, дед нажал на кнопку, расположенную чуть выше рукоятки зонтика, и тот одним резким движением захлопнулся, поглощая своих пассажиров, словно мухоловка.
Звуки и свет словно отрезало. Даже бабочка исчезла из виду. Анна перестала чувствовать притяжение. Тент мягко обволакивал все тело, не давая ступить. Почти сразу Анна нащупала под ногами и вокруг себя узкое пространство со всех сторон. Зонт не раскрывался, прижимая ее и деда к рукояти. Страх сковал тело.
Началась возня и попытки высвободиться из-под зонта, который не мог раскрыться и выпустить их из непонятного ящика. Но по крайней мере здесь было тепло и сухо.
- Великие Силы! Анечка, какое место ты загадала? – тихо проговорил дед.
-Я подумала о платяном шкафе Джо Гаррета… - ответила она.
Дед замолчал на секунду, а затем громко рассмеялся.
- Не уверен, что хочу знать, откуда он в твоей голове, - отметил Гена и обратился куда-то в пустоту, - Джо! Дружище! Ты нас слышишь?
Ответом была лишь тишина. Тогда дед с силой толкнул стенку впереди себя. Анна поняла, что он пытается сделать и последовала его примеру. Одна из стенок поддалась. Дед навалился на нее, и вся кампания шумно вывалилась на пол. Зонт распахнулся, в глаза ударил свет. Шум дождя вернулся, только теперь уже они были за окном небольшой, уютной кухоньки Джо Гаррета – старого приятеля Гены.
Сам хозяин дома, в этот момент, сидел за столиком, потягивая кофе. Его рука дрогнула, выпустив чашку с горячей жидкостью на пол.
- Три тысячи батога́мских темниц! Какого… - чуть не выругался Джо Гаррет, но тут же осекся. Его лицо расплылось в широкой улыбке, он медленно привстал, с трудом разгибаясь в пояснице, и протянул руку Анне, - мисс Браун! Ой, что же это я... Прошу прощения! мисс Корсак, позвольте! Гена, в следующий раз пользуйся основным входом, прошу тебя...
Геннадий Корсак с трудом собрал зонт и выпрямился во весь рост.
- Я тут не причем, - ответил он, стаскивая с себя мокрый кухонный фартук. Повисла пауза, и Джо перевел заинтересованный взгляд сначала на Анну, затем снова на друга.
- Кхм…она уже в курсе? – заговорщически прошептал Джо, прекрасно понимая, что Аня его слышит.
- Отчасти… - неохотно ответил Дед, и Джо издал присвистывающий звук, победно вскидывая кулаки в воздух. Он улыбался во весь рот, разглядывая Аню, словно интересную археологическую находку.
- В курсе чего? Кто был тот человек!?– недоумевала девушка, вытаскивая из-под свитера ошалевшую кошку. Та с громким шипением спрыгнула с рук и исчезла в глубине хозяйского дома, - кто-нибудь, наконец объяснит мне?!
Аня проследила за дедушкиным взглядом, который был направлен вглубь комнаты, где располагалось кресло. За ними кто-то наблюдал. Когда незнакомец понял, что его заметили, он привстал, выпрямился во весь свой исполинский рост и подошел к гостям. Его рост был так высок, что он едва не задевал висящую под потолком люстру.
Его возраст было трудно определить: лицо с морщинами у век; длинные, чуть седоватые волосы, собранные в пучок; выдающиеся скулы и спокойный взгляд. Одежда состояла из причудливых складок ткани, на манер мантии или плаща.
- Как все прошло? – подал голос незнакомец, опустив обмен приветствиями.
- У меня дома батогамский охотник… И знаешь, ему было что мне рассказать, - недовольно ответил Гена, тоже не распыляясь на вежливость.
Незнакомца этот ответ, по всей видимости не устроил. Он все еще вопросительно глядел на собеседника. Тот не торопился, словно избегал его внимания, отряхивая зонт и промокшие домашние тапочки.
- Все прошло по плану, - устало выдавил из себя Гена, исчерпав лимит неотложных дел. Незнакомец кивнул в знак благодарности, добавив короткое:
- Об остальном я позабочусь.
- Да уж, пожалуйста… - пробурчал дед скорее самому себе, чем собеседнику.
Незнакомец обратил свой взор на Аню, которая уже давно рассматривала его с чувством необъяснимого дежавю.
- Здравствуйте, Анна Браун-Корсак, - мягким тоном произнес он, протянув ей раскрытую ладонь, - меня зовут…
- А я Вас знаю, - неожиданно, даже для себя, выпалила девушка, пожав ему руку, которую тут же обдало теплом, - Вы Фре́дерик Би́дли.
Все в комнате замолчали, вопросительно глядя на нее. Дедушка заметно насторожился. Сама девушка не понимала, откуда в ней была такая уверенность, что этот мужчина ей знаком. Растерянность Фредерика длилась какую-то неуловимую долю секунды. Он сменил её на удивление, которое Анне показалось не искренним.
- Позвольте поздравить Вас с прибытием, - бесцветным тоном продолжил Фредерик Бидли и слегка склонил голову перед ней, - мы очень надеялись, что Вы окажетесь среди нас.
- Фредерик, она только приехала, прошу! – осадил его Геннадий и многозначительно посмотрел на Джо, словно ища у старого друга поддержки.
Джо лишь похлопал его по плечу и жестом указал на стул.
- Вы ведь устали с дороги? Давайте обсудим все за чаем? – предложил хозяин дома, суетливо подбегая к кухонной стенке.
«Устали? Разве что совсем немного, ведь мы каждый день заглядываем к Вам на завтрак любимым маршрутом» - промелькнуло в голове Анны, но она промолчала.
Только сейчас она ощутила холод и невероятную тяжесть промокшей одежды, но стаскивать ее с себя не было сил. Дед, словно прочитав мысли внучки, взял в руки зонт и слегка дотронулся ее плеча. Прикосновение переросло в сильный импульс. По телу разнеслась волна тепла, выталкивающая влагу наружу, которая стекала на пол небольшой лужицей. Одежда стала абсолютно сухой.
- Чудно! Ну вы только посмотрите! – пискнул Джо Гаррет, наблюдая за реакцией Анны и добавил, - она даже в обморок не упала!
Гена проделал точно такие манипуляции со своей одеждой и присоединился к остальным. Анна, хоть и повидавшая уже немало чудес за сегодняшний день, смотрела во все глаза. В глубине души она надеялась и опасалась, что все это один длинный, интересный сон. Джо Гаррет суетливо разлил чай по кружкам и поставил на стол вазочку с печеньем. На вид оно было безобразным.
- Итак, юная леди! Значит Вы выбрали мой шкаф для своего дебюта? – первым нарушил молчание Джо Гаррет, подталкивая к девушке вазочку.
- Если бы я понимала, о каком дебюте идет речь… - Анна слабо улыбнулась, пребывая в полной растерянности с момента как она с дедом, непонятным образом улетела из поместья, до фантастического появления в шкафу
- Но ведь Вы уже оказались здесь, а значит что-то точно понимаете, – с намеком ответили ей, - поделитесь, здесь все свои.
- Вы хотите откровений? Что ж, пожалуйста, - в Анне проснулось озорство, - исходя из того, что у Вас на кухне стоит платяной шкаф из «Хроник Нарнии», а мой дед, по всем признакам носит с собой зонт Мэри Поппинс, я понимаю следующее: Вы либо друзья этих сказочных персонажей, либо волшебники. Ну и есть еще почти стопроцентная вероятность того, что я просто сплю.
Джо Гаррет от души рассмеялся. Из его рта вылетели несколько крошек печенья, тут же рассыпавшихся по столу.
- Наблюдения весьма занимательные, мисс Корсак, клянусь! Но я Вас, поправлю: во-первых, зонтик этот принадлежал другому, не менее сказочному экземпляру, - прокашлявшись, заявил Джо, будто говорил о каких-то неодушевленных предметах из его научной среды, - здесь речь о литературном любимце моего друга – Оле Лукойе! Его зонт не раз защищал Ваши сны, которые, к слову сказать, не лишены силы. Однако! Мы не волшебники.
Прежде, чем Анна успела что-то ответить, дед предостерег ее жестом. Джо Гаррет подхватил с подоконника монокль, лежавший на затрепанной газетке и придвинул к себе книгу, которую Гена успел забрать с собой из дома. Он начал быстро пролистывать ее, нашептывая что-то себе под нос. Наконец, его поиски были закончены, и он передал фолиант к девушке.
- Признаться честно, я думал, что, обнаружив эту книгу, Вы непременно захотите ее прочесть. Это решило бы ряд проблем, из-за которых мы с твоим дедушкой не можем открыто поговорить, - с легким разочарованием в голосе проговорил Джо, указав коротеньким, трясущимся пальцем куда-то в среду абсолютно пустого листа.
- Простите, здесь ничего нет, - растерянно произнесла Аня.
Для Гены и Джо это означало лишь одно – все предположения верны, и авторы книги искусно скрыли от посторонних глаз секреты мироздания, давая читателю только то, что ему действительно было необходимо. Джо Гаррет снова улыбнулся, бодро хлопнув по столу:
- А господа Винсент и Хелена оказались теми еще озорниками! И как только им это удалось? Великие шарманты, великие!
- Поверить не могу… - подхватил Геннадий. Анна впервые видела его настолько удивленным.
- Друг мой, это не сон! Перед нами вторая глава, - Джо с восхищением смотрел на Аню, словно хотел прочесть в ее глазах всю книгу.
- Мистер Гаррет, Вы возлагаете на нее слишком много надежд, - предостерегла Аня, - вторая глава – это просто набор заметок из фэнтезийных романов, умещающийся в несколько страниц. Собственно, среди них был и Ваш шкаф, и некоторые другие предметы…
Взгляд девушки скользнул по сидевшему рядом мистеру Бидли и задержался на поясе, который выглядывал из-под куртки. Там висел длинный предмет, походивший на волшебную палочку.
- Что ж, это объясняет Вашу неосведомленность, - растерянно заключил Джо Гаррет, откладывая монокль в сторону.
- Если Вы о шармантах, то я действительно ничего о них не знаю. В этой книге лишь упоминается о создании, которое открывает людям возможность управлять какой-то «Силой», - выпалила Аня.
- Ну вот и назрел серьезный разговор! – с тенью улыбки ответил Джо, подливая ей чай, - теперь, когда все правила Пакта соблюдены, мы можем все рассказать…
- Когда-то давно шарманты и рукотворцы заключили…, - наконец заговорил дед.
- Рукотворцы? Это обычные люди? – уточнила Анна.
Джо недовольно хмыкнул, поперхнувшись чаем.
- Пока мы еще есть на этом свете, такому понятию не бывать! – старик хлопнул по столу так, что печенья в вазочке слегка подскочили.
- Формально – он прав. Люди делятся на шармантов и рукотворцев. Тех, кто умеет управлять Энергией и тех, кто отдал себя ручному труду или, как они это называют – «науке», - согласился с ним Геннадий и продолжил свою мысль, - когда-то давно между нами был составлен документ мира - Пакт Равновесия, и один из его пунктов – сохранение тайны шармантов среди представителей своего вида.
- Но ведь мы уже разобрались, что я не рукотворец, разве нет? – спросила Анна, вспоминая случай со шкафом, - значит, вы все могли мне рассказать.
- А вот это еще предстоит узнать, - в разговор вмешался мистер Бидли, - Вы определенно предрасположены к управлению Энергией… Но при Вас никогда не было ша́рма. Вы не росли с ним, не обменивались Энергией, а значит Ваша сила подобна дикой стихии - смертельно опасна. За всю историю существования мира, еще ни один рукотворец не смог стать шармантом. Им нужно родиться, а значит, Ваш дар был всегда. И вот Вам первый вопрос: как новорожденный шармант мог выжить в семье рукотворцев без шарма?
Джо Гаррет бросил взгляд на платяной шкаф, который еще не давно послужил девушке «лифтом» к спасению.
- Это наши мостики к острову бесконечной Силы, - с восхищением произнес Джо, - с шармом ты обретешь власть над своими способностями, понимаешь? Больше никаких бесконтрольных снохождений и тому подобных выходок. В твоих руках будет вся концентрация мощи, заложенной в тебе самой первородной Энергией.
- Получается, с ними можно творить все, что вздумается? Ну это – с восхищением спросила Анна. В любом случае, так называемые шармы точно смахивали на волшебные предметы.
- И да, и нет, - ответил мистер Гаррет, - нам, конечно далеко до неуемной писательской фантазии наших павших сородичей. Но надо отдать должное: только на ней и выживаем. Добрая им память!
Под вопросительный взгляд Анны, он опрокинул чашку чая и поморщился, закусывая печеньем. У девушки сложилось впечатление, что настроение Джо как-то было связано с содержимым этой чашки.
- Мой бестактный друг имеет ввиду тех, кто, к сожалению, лишился способностей шарманта, - поспешил объяснить Гена внучке.
- То есть шармант может стать рукотворцем? Это что, болезнь какая-то? – спросила Анна. Все вдруг посерьезнели, будто девушка сказала что-то неуместное.
- Это необратимо, мисс Корсак. Осмысление Энергии и управление ее потоками – серьезный ментальный процесс. Поняв однажды принцип работы ручного труда шармант навсегда теряет возможность вернуться. Это как увидеть фокус с обратной стороны сцены, - мрачно произнес Фредерик Бидли, - все дело в рукотворцах и их трудах…
- Даже если это будет инструкция по приготовлению лапши? – решила пошутить девушка, вспомнив забавную запись из книги. Реакция присутствующих не заставила себя ждать: дед в одно мгновение побледнел, Джо Гаррет взвизгнул, затыкая уши. Фредерик немного побледнел.
- Никогда не говорите о предметах их жизнедеятельности в присутствии шармантов. Мы пошли по иному пути и многим пожертвовали, чтобы остаться на нем, - произнес мистер Бидли и бросил взгляд на Джо.
Старичок поднялся из-за стола и покинул комнату. Несколько томных минут Анна сидела на кухне, дожидаясь невесть чего. Вскоре он возвратился, неся в руках небольшую шкатулку. Внутри нее оказался маленький тряпичный сверток, который никто из мужчин не торопился разворачивать. Это священное действо они возложили на Аню.
На дне шкатулки лежал видавший виды шарнирный браслет с тусклыми металлическими шариками, соединенными жесткой нитью.
- Благодаря книге Вельбуга, мы нашли это, - с восторгом произнес Джо Гаррет, - это настоящий шарм! Не чета нашим несчастным попыткам поверить хоть во что-то… Настоящий шарм из пятитысячных! Наши предки создавали их с незапамятных времен, а когда шарманты начали вымирать, технология исчезла вместе с ними. Этот экземпляр – последний в своем виде, как и…
В этот момент дед прервал мистера Гаррета громким покашливанием. С самого появления на кухне Гена выглядел недовольным и встревоженным. Ему явно было не по душе то, что происходит. Отчего становилось ясно – происходит это не по его воле.
- Не надо, Джо, я сам, - заговорил Гена, переводя на внучку решительный, немного виноватый взгляд, какой она видела лишь однажды, когда дед неожиданно появился в ее жизни, на пороге детского интерната. Дедушка взволнованно потер широкий лоб, направляя ладонь выше, к седым, жиденьким волосам. Собравшись с духом, он начал, - ты, конечно, уже начала понимать, кто виной всем этим событиям, что произошли с тобой недавно. Я должен извиниться перед тобой, за то, что отказывался видеть в тебе и признавать силу, которой ты обладаешь. Этот «подарок с раскопок» предназначался тебе, как самому молодому шарманту из всех, ныне живущих в мире. Единственному, рожденному за последние восемнадцать лет.
- Коснитесь его, чтобы обрести власть над Силой внутри себя, - произнес Фредерик Бидли. Внешне его лицо излучало спокойствие, но его взгляд выдавал неподдельный интерес.
Анна напряглась, не в силах даже дышать. Геннадий Корсак осторожно подхватил шарм, касаясь только мягкой ткани, в которую он был завернуть подал девушке со словами:
- Последний шарм для последней из нас.
Глава 4. Таинство инициации
- Говорить буду я. Если Вас о чем-то спросят, будет лучше опускать подробности и ссылаться на плохую память и шок, - быстро говорил мистер Бидли, вышагивая по оживленной пешеходной дорожке Корнхилл-стрит. Анна старалась не отставать, лавируя между многочисленными прохожими.
Одноименный исторический район Корнхилл в это время суток очень оживлен. Важнейшая транспортная жила Лондона, являла собой сочетание сохранившейся после Великого Пожара[1] римской и викторианской архитектуры, живо говорящей о её богатой истории.
Девушке доводилось бывать здесь, когда возникало желание посетить любимое антикафе, сделанное под манер библиотеки. Она часто посещала это место до начала действия запрета на определенную категорию литературы, под который попал и обожаемый Аней жанр – фэнтези. Именно здесь она проводила свободное от учебы время, прозябая среди запыленных полок с книгами. Кафе пряталось в глубине высоких зданий терракотового цвета, за вывеской «Аллея Перемен».
Каково было удивление Ани, когда они, миновав величественную статую Джеймса Грейтхеда, установленную неподалеку от Королевской биржи, свернули в уже знакомый узкий переулок, утыканный маленькими кофейнями.
- Чего мне ждать от этого собрания? – запыхавшись спросила Аня, никак не поспевая за широким шагом мужчины.
- Будет простой обряд инициации… Совет не собирался в полном составе с тех пор как мы с твоим дедом ограбили Александрийскую библиотеку… Батогам свозил туда всю запретную литературу годами.
- Простите, но разве руины библиотеки восстановили!? Александрийская библиотека уничтожена давным-давно. Или я чего-то не знаю? - Анна не могла поверить собственным ушам.
- Анна, Вы очень скоро поймете, что Энергия, окружающая нас, не поддается течению времени, - отстраненно говорил Федерик Бидли, продвигаясь все дальше по переулку, и вглядываясь вывески уютных кофеен, - когда суеверные рукотворцы уничтожили этот замечательный храм знаний, они не предполагали, что место, где скопилось столько Энергии – всего лишь сосуд, оболочка. Любой, даже самый заурядный шармант знает, как обращаться с духом, не имеющим тела.
Фредерик Бидли остановился, похлопывая себя по нагрудным карманам куртки. Убедившись в том, что он ничего не забыл, они снова двинулись по уже знакомому переулку.
- То есть, Вы хотите сказать, что побывали в библиотеке времен древней Александрии?!
- Это место имело огромный энергетический потенциал. Рукотворцам не под силу было уничтожить его. Ни уничтожить, ни развеять, - проигнорировав вопрос, продолжил Фредерик, - более того – Энергия была так сильна, что напитала собой оболочку, как это происходит с шармом, подложенным к новорожденному шарманту. Мы пришли.
Они остановились около неприметного здания, втиснутого между георгианскими высотками грязно-песочного цвета, на перекрестке с Ломбард-стрит. Над головой нависала вывеска, с облупившейся от времени краской. Сквозь мутно-грязные окна её любимой кофейни, как и обычно, ничего нельзя было увидеть. Аня никак не могла представить себе собрание величайших представителей шармантов в таком месте. Её сомнения развеивал лишь уверенный взгляд мистера Бидли, который разглядывал белокаменную арку дверного проема, за которым был вход в забегаловку.
- Пока рукотворцы обживают свои бездушные карточные дома, мы – шарманты, предпочитаем надежные постройки, где каждая крошка фундамента заложена с силой, данной лишь нам, - с этими словами, Фредерик прикоснулся к арке. Его пальцы слегка подрагивали: то ли от волнения, то ли от взаимодействия с чем-то необычным, - наше старое пристанище в Уилтшире тоже разрушили рукотворцы. Они были так напуганы нашим влиянием, что даже попытались разобрать его по камням. Часть которых ушла на восстановление этой исторической части Лондона. Так что, благодаря их усилиям, мы можем попасть туда прямо из центра города! Вы идете со мной, моего усилия для этого будет достаточно. Но Вы должны очистить разум от мыслей, эмоций и желаний. Это жизненно важно.
- Поняла, - ничего не понимая, быстро ответила Анна. Она боялась неизвестности, отчего в ее голове возникло все то, что мистер Бидли только что попросил убрать.
- Хочу показать Вам кое-что занимательное, вон там, - произнес Фредерик, указывая пальцем куда-то на противоположную часть улицы.
- А?
Не давая девушке погрузиться в еще большие размышления, Фредерик резко дернул за ручку двери и втолкнул ее в проем. Анна почувствовала уже знакомое ощущение оторванности от земли и легкость, как во время зависания на пике прыжка. Через мгновение ее ладони касались холодного камня. Она лежала посреди большого зала, с высокими потолками и двумя винтовыми лестницами, по обе стороны.
Фредерик помог ей подняться.
- Простите, мисс Корсак, иначе Вы бы просто остались в кофейне, - извинился он.
- Где мы? - Анна с изумлением осматривала стены, украшенные отполированными щитами и шкурами диких животных. В центре зала располагался широкий камин, обложенный камнем. Вдоль металлической изгороди лежала охапка дров. Очаг потрескивал огнем. В воздухе витал аромат свежесрубленного дерева и сырости.
- Замок Вардур, Южная Англия, твердыня наших предков. Потом оно было школой. Здесь обучались маленькие шарманты. А теперь – место для собрания великого Совета Шестерых! – в последних словах Фредерика скользила легкая ирония.
- Что это за запах?
- Сырость. Руины замка заброшены очень давно, за последние десятилетия Энергия этого места стала развеиваться быстрее… Если так пойдет и дальше, в это место мы попасть уже не сможем.
- Его забывают?
- Скорее ничем не подкрепляют.
Фредерик осмотрелся и указал Анне на лестницу справа, откуда уже спускалась фигура незнакомца.
- Шарм, который подарил мне дед отверг мою силу. Что будет, если и Совету не удастся мне помочь? – быстро спросила Анна, чувствуя, как к горлу подступает нервный ком.
Прежде, чем Фредерик успел что-то ответить, в кресле, повернутом к камину, кто-то зашевелился.
- С Вами будет тоже, что случалось со всеми остальными экспериментами мистера Бидли, - женский голос раздался по залу металлическим эхо.
Фигура у камина поднялась и приблизилась. Это была белокурая женщина, одетая в строгий деловой костюм под цвет полос. Ее гневный взор опустился на девушку и ее спутника.
- Что мой самонадеянный братец сказал Вам? Обещал великую Силу? Пророчил судьбоносные решения? Быть может, именовал «Последней из рода» …– продолжала женщина, играя скулами на изящном, точеном лице, обвитом локонами, словно змеями.
Анна хотела провалиться сквозь землю. Несмотря на то, что в замке было довольно прохладно, она буквально чувствовала жар, исходящий от разгневанной незнакомки.
- Что ж, похоже, я угадала, - с торжествующим видом заключила женщина, поймав Аню на реакции лица, - надеюсь, мой брат рассказывал Вам о Вашем предшественнике-предателе? Любезно избавил нас от своего присутствия, перейдя на сторону рукотворцев…
- Брианна, прошу, не запугивай мою спутницу, перед началом инициации… - кратко бросил Фредерик Бидли, -
- Если она вообще состоится Фред. Мне известно, что ты сделал. Все Патроны в сборе, и в этот раз я не смогу тебя прикрыть. Совет Шестерых решит твою судьбу.
Выдав эту тираду, женщина развернулась на каблуках и быстро покинула зал, миновав спешившего к ним мужчину в черном, деловом костюме. Фредерик чуть наклонился к Ане, ободряюще положив руку ей на плечо.
- Мисс Корсак… Анна… - тихо произнес он, ловя ее блуждающий, испуганный взгляд. Услышав свое имя, девушка вновь испытала ощущение дежавю, какое у нее было при первой встрече с этим человеком, - Анна, Вы должны понять одно – у Вас есть сила. Да, шарм не прижился, на это нужно время. Я сделаю все возможное и невозможное для того, чтобы обряд состоялся. Ваше место среди нас.
- Добрый день, мистер Бидли! Прошу на второй этаж. Зал номер два, - эхом раздался его звучный мужской голос. К ним подоспел молодой парень в деловом костюме. Он был похож на модель с журнала – гладко выбрит, идеальные черты лица, голубые глаза, прекрасное телосложение. При нем девушка заметила такую же палочку на поясе, как и у мистера Бидли.
- Здравствуй, Милош, - Фредерик тепло улыбнулся парню. Он знал его еще мальчишкой-сорванцом, с трудом, схватывающим азы шармантизма. Теперь же он здесь. На страже правосудия в самом значимом для шармантов месте, - благодарю тебя. Как твои дела?
- Все очень хорошо, сэр, - ответил парень, слегка замешкавшись. Вся его напускная брутальность моментально исчезла, встретившись с пронзительным взглядом старого учителя, парень чуть наклонился к мужчине и тихо добавил, - не знаю, что Вы сделали, сэр, но прибыли все патроны…
Он кивнул парню в знак благодарности, и они отправились дальше. Минуя парадную лестницу и длинный коридор, увешанный картинами прошлых событий, они приближались к одной из дверей. Девушка отметила, что картины были датированы третьим и четвертым тысячелетием, которое, в ее скромных исторических познаниях, еще не наступило. Она чувствовала себя ужасно глупо, понимая, что совсем не знает мира, в котором живет уже восемнадцать лет.
- Доброе утро, уважаемые патроны! – громыхнул мистер Бидли на весь зал, едва только они вошли.
В ротонде с украшенными сводами воцарилась тишина. Мужчина окинул взглядом присутствующих, с сожалением отметив про себя, что узнал лишь троих из них: старого друга, вождя африканского племени Эйда; русского наместника Бориса, избранного евразийским континентом и полярниками и Райна из Австралии. Поодаль от старожилов Совета находилась девушка в традиционном индийском наряде, которая, по всей видимости представляла Северную Америку. У стены напротив, где были установлены длинные полки, угрюмо скрючившись, сидел смуглый мужчина с волосами, черными, как смоль.
Фредерик указал Ане на небольшой помост в центре комнаты, где была установлена кафедра. Вероятно, когда-то здесь проводили лекции юным созидателям Силы. Здесь они постигали азы шармантизма, устанавливали связь с таинственным браслетом, который должен был оберегать их на протяжении всей жизни.
«Интересно, какие они – уроки шармантов?» - подумала Аня, размышляя о зельях и волшебных палочках. Образ шарманта навязчиво путался с чем-то магическим и нереальным.
Патроны начали рассаживаться по трибунам, продолжая разглядывать девушку, от чего ей становилось не по себе. На центральной скамье уже сидела Брианна Бидли, с которой Аня успела познакомиться в каминном зале. Женщина бесстрастно наблюдала за парой своими небесно-голубыми глазами, обрамленными тонкой ниточкой светлых бровей.
- Совет в сборе, мы можем начинать, - объявила Брианна, и не вставая со своего места, взмахнула левой рукой. По мановению ее длинных пальцев, украшенных перстнями, все двери в зале плавно закрылись.
По очереди поднимаясь, патроны начали с приветствий. Высокая девушка в колоритном наряде представилась как Вагош - дочь шамана, избранная народом, а угрюмый мужчина напротив оказался перуанцем Андресом, сменившем престарелого члена совета от Австралии Рикардо. Лица членов Совета шестерых не внушали Ане ни спокойствия, ни уверенности в исходе собрания.
- Уважаемые патроны, давайте начнем, - голос белокурой женщины разнесся по залу, - на рассмотрении Совета срочное сообщение нашего информатора об активности среди батогамских охотников.
Присутствующие в зале взволнованно зашептались. Многие смотрели на нее с волнением и страхом.
-… охотники снова среди нас!? Как стражи допустили это? – возмутился вождь африканского племени Эйд, пытаясь подняться с места с помощью причудливой трости, украшенной пером и крупными бусинами.
- Немыслимо! – громыхнул смуглый перуанец, стукнув по полу длинным посохом, из которого посыпались искры, - Батогам упразднен тысячу лет назад, охота закончилась, когда умер последний носитель шарма! Кто донес подобную ересь?!
- Что теперь с нами будет!?
Брианна Бидли размашистым движением ладони остановила шум.
- Уважаемые патроны, прошу тишины! – спокойно произнесла она, - положение дел таково, что некогда существовавший Батогам возобновил свою работу в связи с проведенным не так давно обрядом инициации, на территории евразийского континента.
- Возражаю! Управлением Евроантарктического сообщества не проводились инициации шармантов! Прошу разъяснить, кто доложил Вам об этом? – громыхнул на весь зал мужчина, поднявшийся с места так резко, что его черный, утепленный плащ всколыхнулся. Борис Никитин всегда яро защищал свою администрацию перед внешними угрозами, но внутри своего коллектива известен суровым и требовательным начальником. Безусловно, потом кто-то отвечал перед ним за эту «пролитую кровь».
- Совету это известно, мистер Никитин! – жестом остановила его Брианна и чуть более тихо добавила, - речь идет о несанкционированном случае, наш информатор и есть виновник инициации. Он прибыл на суд добровольно.
Для Анны настало время почувствовать себя крохотной песчинкой, застрявшей в зубах великана, чего не скажешь о ее спутнике. Фредерик Бидли, казалось, вообще не переживал об исходе собрания. Он спокойно наблюдал за присяжными патронами, словно это были редкие подвиды животных, а не группа людей, от решения которых зависела его жизнь.
- Это возмутительно! Ваш искатель не в первый раз нарушает законы Совета, коих итак осталось не много! – обратился к Никитину австралийский патрон.
- Мистер О’Мэлл, я прекрасно знаю людей, с которыми работаю. В справочных сводках не нуждаюсь, - небрежно бросил ему Борис, поправляя кожаную куртку. Австралиец кисло ухмыльнулся, но отвечать не стал.
- Но он прав! Действия Бидли идут в разрез с нашими правилами, однако все это ему сходит с рук уже много лет, - к разговору подключился длинноволосый перуанец.
- Не трудно догадаться, почему… Видимо родственные связи дают ему некоторое… покровительство над правосудием, - Райан О’Мэлл бросил многозначительный взгляд на главу Совета.
Присутствующие в зале возмущенно зашептались. Кто-то смотрел на австралийца с презрением, кто-то кивал в знак согласия с его заключениями. Никто не обратил внимание на то, как в воздухе мелькнул легкий электрический разряд, исходивший от Брианны Бидли.
- Что это с ней? – Аня шепотом обратилась к своему спутнику, указывая на главу Совета. Фредерик непонимающе пожал плечами, обеспокоившись тем, что видит девушка, но объяснить ей ничего не мог.
Глава Совета не долго слушала споры патронов. Описав пальцами полукруг в воздухе, она легонько хлопнула по столу. Звук не заставил себя ждать – это был громогласный рокот, похожий на удар молота о наковальню. Он пронесся по залу, неся за собой воздушный вихрь.
Австралиец пошатнулся и в растерянности, сел на свое место, попутно поправляя светлые локоны, растрепавшиеся по лицу. Брианна выпрямилась во весь рост. Ее глаза сверкнули лазуритом.
- Уважаемые патроны! Дорогие друзья, - лучезарно улыбнулась она, разведя ладони во всеохватывающем дружелюбном жесте, не предвещавшем ничего хорошего, - мы можем препираться очень долго… Точить камни шаткого фундамента мира, пока он, наконец, не рухнет, похоронив нас вместе с историей всего шармантизма. Думаю, именно такой исход устроил бы нашего врага. Да, мой брат Фредерик Бидли – искусный шармант, в прошлом хороший учитель, участник мятежей против гонения нашего народа, сейчас оказался не в самом завидном положении. Череда неудач и опрометчивых решений привела его на суд. Дадим же ему возможность объясниться, прежде, чем Совет определит его наказание.
- Кхм, благодарю, - Фредерик окинул взглядом публику, - патроны шести сторон Света, позвольте представить вам первую причину моего риска. Настоящий шарм! Единственный известный нам экземпляр, но это не все.
Фредерик поманил Анну ближе. На свинцовых ногах, девушка подошла ближе. Страх сковал ее тело до боли в мышцах.
- Эта девушка вторая причина моего риска, - продолжил он, расхаживая возле кафедры, - все мы знаем, что за последние пятьдесят лет рождаемость шармантов упала до нуля. Люди утеряли связь с Источником. Энергия больше не циркулирует среди нас, мы боимся, сомневаемся и теряем нашу Силу, которая теплится среди тех, кто даже не знает о том, кто он на самом деле. Шарманты без шарма. Их участь определена – рукотворство. Жизнь среди иноверцев, замкнувшихся на своих научных опытах. Поэтому появились такие как я - искатели. До сих пор я честно выполнял свой долг, спасая от них тех, кто обладает Силой…
- Мы тут собрались не за тем, чтобы слушать исторические сводки, - едко вставил Райан О’Мэлл, не поднимаясь с места.
- Да, Вы правы, мистер О’Мэлл, возможно, я ушел слишком далеко. Уверяю, я сделал это лишь для того, чтобы Вы могли понять, почему стоит рисковать за каждого, обнаруженного мной шарманта. - согласился с ним Фредерик. Его голос звучал абсолютно беззлобно, - возвращаясь к моим пояснениям, скажу более кратко – ни для кого не секрет, что за последние двадцать лет, мной и моими коллегами, не было обнаружено ни одного шарманта. Ни единого случая проявления Сил среди людей. До сих пор.
- Мистер Бидли, все это я слышал от вас уже много раз, - вмешался в разговор старик Эйд. На трясущихся ногах, он начал подниматься. К нему тотчас подбежали парни, охранявшие выходы из зала. Он бросил на них многозначительный, суровый взгляд и они остановились. Эйд встал, опираясь на стол и продолжил, - Ваши вылазки всегда обходились шармантам очень дорого: бессмысленные жертвы среди соратников; предательства новообращенных из-за Вашей невнимательности, а теперь это? Заявление о возвращении Батогама? Простите, но утверждения многоуважаемого мистера Корсак и напуганная девочка с сомнительными способностями, еще не повод хвататься за вилы. Это удел рукотворцев.
- Никто не призывает Вас к борьбе, уважаемый патрон, - Фредерик склонил голову перед старцем и выпрямился лишь тогда, когда тот сделал соответствующий жест, - более того, я пришел сюда не на суд, не доказывать Вам что-то, отнюдь. Я лишь сопровождаю этого юного шарманта на инициацию, которая, к моему великому сожалению, произошла раньше по причине нестабильности её Сил. И знаете, я благодарен тому, что случилось. Это событие привлекло внимание зверя, которого мы считали мертвым. Он лишь спал. Его пробуждение было вопросом времени. Вы можете называть меня безрассудным и самонадеянным; можете наказать меня и лишить почестей; но все же я буду искать шармантов, называя каждого «последним», ведь в действительности любой из них может оказаться таковым. Мне остается лишь надеяться, что никогда не окажусь прав.
Остекленевший взгляд Фредерика блуждал по залу. Даже старый Эйд не смог его выдержать, лишь коротко кивнул оратору, в знак понимания.
- Мисс Корсак!
От неожиданности Аня подскочила с места. Брианна Бидли окинула ее высокомерным взглядом. Девушка встала за кафедру.
- Продемонстрируйте нам свои возможности, ради которых было сделано столько усилий, - Брианна скрестила руки на груди.
Девушка нервно сглотнула, чувствуя, как внутренности сжались от напряжения.
- Я... я не уверена, что могу делать это по собственной воле… - произнесла Аня чуть громче, чем нужно было, от чего ее ответ был похож на крик.
- Поклон, - строго ответила Брианна.
- Что? – не поняла девушка.
- Вы обращаетесь к главе Совета шестерых. Свое обращение вы начинаете с поклона, все шарманты знают об этом, - в голосе Брианны скользило раздражение и усмешка.
Девушку это задело, но глава Совета могла и не знать, как долго она обживается в новой роли. Внутреннее чутье подсказывало Ане, что распространяться об этом не стоит. Она закатала рукава свитера, демонстрируя всем старинный браслет. Многие смотрели на него с восхищением, непроизвольно кладя руку на свои «импровизированные» шармы. Девушка понимала, что стала носителем предмета, по праву происхождения называемого шармом. Это добавляло ей уверенности. Но страх не отступал.
Брианна кивнула одному из охранников, и тот через мгновение выставил перед девушкой прозрачный сосуд с водой.
- Задание по силам, даже самому слабому из нас. Вода – простейшая материя, созданная Энергией. Она чиста от её воздействия и не окажет тебе никакого сопротивления. Осуши этот сосуд, - произнесла Брианна.
Аня поднесла ладонь ближе к воде. Кожу обдало прохладой. Девушка закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться и вспомнить то, что еще вчера показывал ей Фредерик, однако ощущение нелепости происходящего не покидало ее.
Может быть ей и снились вещие сны, и каким-то образом она сбежала из дедовского дома в шкаф, который даже никогда не видела. Но она не понимала, как это делает. Сейчас все ждут, что «Последняя» пройдет инициацию и сможет творить чудеса, о которых написано только в книгах. Но, что если пламя из рук, телепатия и прыжки в пространстве, это не про нее? Два дня назад она ходила в самую обыкновенную школу и планировала стать историком, а сегодня она стоит посреди замкового зала средневековых времен, который был разрушен много лет назад, и пытается обрести некую Силу, о которой неустанно твердят шарманты.
- Время вышло, мисс Корсак, - заключила Брианна Бидли, откинувшись на кресле, - кажется, оно было потрачено впустую. Вот поэтому и нужна инициация. Мой брат оказался слишком тщеславен, и в момент слабости, не захотел ждать, пытаясь провести этот обряд самостоятельно. Он не понимает разницы между шармантами и рукотворцами. Тонкая грань, когда начинающий шармант заражается этим…знанием и переходит на другую сторону. Его задача, как искателя, найти шарманта прежде, чем станет рукотворцем. В Вашем случае, похоже, мистер Бидли опоздал. Однако, он уже успел посвятить Вас в тайны, которые доступны лишь нам. Теперь Вы не можете вернуться к своим, Вы слишком много знаете.
«Вы слишком много знаете…»
Эти слова эхом раздавались в голове Ани, оставляя в голове пустоту. Совет шестерых перешептывался. Даже Фредерик, на мгновение, потерял самообладание.
- Но… как же Пакт Равновесия… Мистер Бидли не мог рассказать мне о шармантах, если я сама… - начала было Аня.
- … если Вы сама таковым не являетесь. Вот именно. – закончила за нее Брианна и обратилась уже к совету, - если Батогам возобновил свою работу, то только потому, что Пакт Равновесия был нарушен. Вы уже не шармант. Может быть когда-то были им. Но рукотворство проникло в Ваш разум. Уважаемые патроны, с учетом всего услышанного, оглашаю необходимые меры: Фредерика Анкуса Бидли лишить статуса Искателя на весь срок жизни, Анну Константиновну Корсак признать не прошедшей инициацию и направить в Забвенные земли, для дальнейшего проживания в изоляции от рукотворцев. Даю пять минут на раздумья перед голосованием.
«Забвенные земли? Это еще что за место!?» - мелькали мысли в голове девушки. Воздух тяжело проникал в легкие, отказывающиеся работать. По телу пробежал холодок, сменившийся жаром.
«Забвенные земли… Как же дом? Какое будущее меня ждет там!?» - глаза потупились в пол. До слуха едва долетали возмущенные возгласы Фредерика и патронов, вступивших с ним перепалку.
«Так не должно быть» - жар под кожей усилился, и Анна заметила, что браслет на руке раскраснелся, словно огненный шар.
- Это не предложение, Бидли, ты слышал Главу Совета, девчонку нужно убрать, пока до нее не добрались рукотворцы.
- Где стражи? Возьмите их под арест!
Кому принадлежали эти слова, Аня уже не могла разобрать. На глаза навернулись слезы, и мутная пелена скрыла от нее всех, а гуляющий под кожей жар все усиливался, норовя вырваться наружу. Пальцы судорожно сжались, кожный покров зудел от боли, которую уже было трудно терпеть. Девушка стиснула зубы и впилась в кафедру. Раздался шипящий звук, и в воздухе запахло жженой древесиной.
- Остановитесь… - Анна была на грани потери сознания.
Фредерик мягко подхватил ее за локоть.
- Выпускай, иначе она сожжет тебя изнутри, - его голос звучал откуда-то издалека, - просто выдохни и отпусти все, что успела собрать.
Анна прикрыла глаза, и набрала в легкие побольше воздуха, а затем медленно, стараясь не реагировать на боль, выдохнула. Ладони расслабились, а пальцы сами собой раскрылись в широкий жест, будто бы она пыталась остановить кого-то перед собой. Жар весь вышел, оставив на кафедре большой, черный след. Девушка осела на пол.
- Теперь, уважаемые патроны, вы действительно видели все, - взгляд Фредерика посуровел.
Раздался знакомый хлопок и патроны расселись по местам. Брианна поднялась с места, готовясь огласить вердикт. Сердце Ани болезненно сжалось.
- Патроны готовы! – произнесла женщина и подняла ладонь в сторону зала.
- Виновен, - первым голос подал смуглый перуанец. Мужчина выпрямился во весь рост и отвесил легкий поклон Брианне.
Затем настала очередь юной дочери вождя Вагош. Она приложила руку к груди, на которой покоились амулеты ее племени.
- Все в этом мире течет по законам Вселенной. То, чего быть не может – никогда не случится. Он не виновен, в том, что исполняет замыслы мироздания.
- Виновен… - сухо произнес Райан, дождавшись, пока выскажется Вагош.
- Ты давно сбился с пути и забыл все, чему я учил тебя, - строго произнес Эйд, - но твои поступки говорят лишь о том, как сильно ты любишь свой народ и на что готов пойти ради него. Я прощаю тебе дерзость, сегодня ты не виновен.
Напряжение достигло своего пика. Глава Совета выносил вердикт, но в его принятии не участвовал. Решающим оставался голос Смольина. Он это знал. Борис поднялся с места. В его лице не было надменности или торжества. Скорее недовольство, смешанное с разочарованием в собственных подчиненных. До принятия решения оставались доли секунд.
Аня посмотрела на своего судью, их взгляды встретились. Его глаза были пучиной тьмы. Не черные, но цвета ночной синевы, они увлекали на дно любого, кто осмелился взглянуть в эту бездну и там раздевали до самой души.
Он заговорил, но Аня еще не слышала звука, боясь услышать вердикт. Она отвела взгляд, пытаясь прочесть его в лицах остальных.
[1]Великий лондонский пожар - пожар, охвативший центральные районы Лондона с воскресенья, 2 сентября, по четверг, 5 сентября, 1666 года
Глава 5. Убежище
- Как ты мог, Фред!? Творить такое на вверенной мне территории ничего не сказав? Что за самодеятельность… – Смольин разразился нецензурной бранью, выстукивая сапогами вдоль длинной комнаты, которая служила ему залом, кухней и спальней одновременно.
Это была простая изба на срубе, обставленная строганой мебелью. В углу красовалась белоснежная конструкция с лежанкой у потолка и небольшим металлическим проемом, закрытым дверью на засов. Назначение этой громадины Фредерику было неизвестно. На прямоугольном столе, окруженном скамейками, сверкал прозрачный графин с неизвестной ему жидкостью. Из открытых окон в комнату проникал свет, тянуло скошенной травой. Посторонние скребки и фырканье, доносившиеся с улицы, намекали на то, что Смольин обзавелся хозяйством, что само по себе казалось Фредерику удивительным фактом, ведь тот никогда не был домоседом.
Фредерик Бидли бывал в доме Смольина лишь однажды. Обстоятельства той встречи, столь же неприятные, как и в этот раз, он предпочитал не вспоминать. Однако, сегодняшнее событие, как показалось мужчине, не слишком разозлило главу евроантарктического Управления. Безусловно, он был в ярости, но все же, оправдал Фредерика в суде, а значит, близка вторая часть этого «жертвенного» поступка. Расплата.
Расплата со Смольиным – всегда символическое, и, при этом выгодное для него действие. Человек, задолжавший ему чтобы то ни было, в полной мере прочувствует свои обязательства и необходимость их выполнения. Так было всегда.
Из размышлений Фредерика выдернул шипящий звук. За металлической дверью громадины что-то громко шкворчало, вырываясь на свободу. Принюхиваясь, Смольин развернулся на каблуках и подошел ближе. Он сделал в воздухе манящий жест. Руны, вытатуированные вдоль всей левой руки мужчины, засветились ярко-синим светом.
Подчиняясь призыву шарманта, дверь распахнулась. На свет вылетел пышный, румяный пирог с отверстием на вершине. Дом наполнился ароматом выпечки. На мгновение Фредерик забыл для чего пришел.
Смольин опустил пирог на стол и размашистым жестом разрезал его на идеальные, ровные части. Снова взмах в сторону кувшина, и вот уже графин летит в сторону двух стаканов. Смольин сел на скамью, и бросил на собеседника сердито-указательный взгляд.
- Садись уже, - все еще строго, но как-то по-отечески, произнес Борис.
Фредерик подчинился. К нему тут же подлетела тарелка с парящим пирогом и стакан с мутноватой жидкостью. Борис взялся за стакан. Оба подняли его в верх и осушили на половину. Это оказался невероятно вкусный рассол. Закусив пирогом, Фредерик кивнул в сторону белой конструкции, из которой вылетело запеченное чудо.
- Что это? – спросил он.
- Русская печь, осталась от деда. А лет ей…, наверное, столько же, сколько шарму у твоей маленькой подопечной, - ответил Борис, жадно вгрызаясь в свой кусок.
- Как она работает?
- Да пес его знает, - отмахнулся тот.
- Это не наше? Рукотворцев? - глаза Фредерика округлились в недоумении, но тут же осекся, поймав предупредительный взгляд собеседника.
- Ты ведь сам не брезгуешь такими вещами. Я думал, мы понимаем друг друга? – спросил Борис и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил, - скажи-ка, Фред, что особенного в этой девчонке, которую ты украл у рукотворцев?
- Она жила с дедом десять лет, он шармант, - возразил Фредерик и тут же понял, что совершил ошибку.
Склонив голову, Борис разочарованно вздохнул, а затем стукнул ладонью по столу так, что стаканы подпрыгнули. Татуировки-руны на его руке угрожающе засветились.
- Оставь эту чушь своей сестре, Бидли. Девка провела четыре года в батогамском приюте, до того, как любящий дед вспомнил о ней, тебе ли не знать? Я отдал за вас мой голос на Совете, не заставляй меня жалеть об этом.
Фредерик медлил с ответом.
- Я давно наблюдал за ней. Ее способности неразвиты, это очевидно, но она выжила в Батогаме, Боря! Шармант выжил в Батогаме, это чего-то да стоит. Да, как шармант, она на уровне младенца – ерунда, вопрос времени. Знаешь еще что? Я действительно боюсь. Я не просто так называю «Последним» каждого, кого привожу на инициацию. Я боюсь, что именно этот случай окажется таким.
Какое-то время Борис буравил взглядом собеседника, оценивая правдивость и полноту сказанного, а затем поднял стакан. Фредерик поддержал его.
Они выпили еще по глотку рассола и продолжили разговор.
- Фредерик, я глубоко уважаю и ценю тебя, - более спокойно начал Борис, подтягивая жестом новый кусок, - но есть правила. Если девушка не сможет пройти инициацию, её придется… изолировать.
- Я не допущу этого, - твердо произнес Фред и отодвинул пустую тарелку, - я научу ее всему, что необходимо.
- Надеюсь на это, - с сомнением сказал Смольин. Его лицо снова приняло деловито-высокомерный вид, с каким он появлялся в обществе, - тогда иди. Не теряй время.
- Это все? – впервые за долгое время Фредерик был удивлен.
- А что тебе еще надо? Благодарность на бересте выписать?
- Вы даже не спросите меня о батогамском охотнике?
- Эти курвы, Источник их забери, никогда не исчезали. Уж если мы с тобою живы, то они и подавно. А кто верит в иное – сказочек начитался. Ну все, хватит лясы точить.
- Благодарю за оказанное доверие, - произнес Фред, но Борис махнул на него рукой.
- Ой, хорош. Благодарить потом будешь.
Фредерик поторопился к выходу. У двери его окликнули в последний раз.
- И еще…Фред!
- Да?
- Давай только без этих своих фокусов. Хватит лицом светить. Ни к чему нам этот шум.
- Понял.
Дверь за Фредом закрылась, отделяя Бориса от всего мира. Мужчина откинулся назад, опираясь на стену, у которой была придвинута его скамья. Он глядел на пустое место напротив, где еще недавно сидел Фредерик Бидли, и размышлял о том, как мало правды сказал ему старый соратник. Причины его поведения определенно скрывались в девчонке, роль которой ему еще предстояло узнать.
* * *
После четвертой неудачной попытки переместиться в шкаф Джо Гаррета, Анна зло пнула мусорный бак, стоявший у тротуара узенькой, безлюдной улочки Корнхиллского района.
- Ну что же, есть и другие способы добраться до его дома, - произнес Фредерик Бидли, опуская свою палочку.
- Я не знаю, что не так! – воскликнула девушка, - я все делаю также, как и вовремя побега из дома, но ничего не выходит…
- Успокойся. Вниз, по улице, есть транспорт рукотворцев, воспользуемся им, - спокойно ответил Фредерик.
- А как же правила? Разве нам можно приближаться к их изобретениям? – спросила Аня, мгновенно успокоившись.
- Можно, а вот вникать не стоит. Для нас главное – конечная цель. В этом смысл всего, Аня! – ответил Фредерик и пошел вдоль дороги.
- Как это понимать? – не отставала девушка.
- Их машины сделаны из Материи. Материя – результат слияния частиц великой Энергии, идущей к нам от Источника, а Энергия подчиняется Силе, коей мы, к счастью, обладаем.
Анна никак не могла представить это наглядно, но искренне надеялась, что еще представится случай увидеть сказанное Фредериком в повседневности.
Дом Джо Гаррета находился в Касл Комб. Старинная деревня, не тронутая временем и людьми. Живописная природа здесь сочеталась с ненавязчивой архитектурой прошлых столетий. Это место было окутано сказкой: от аккуратных домиков, прячущихся среди холмов и деревьев, до завораживающих, мощенных улочек, что обвивают всю деревню.
На дорогу до Кас Комба ушло 2,5 часа. Все это время Анна планировала расспрашивать Фредерика обо всем, что помогло бы ей освоиться в новом мире. Но, едва только она коснулась затылком подголовника, а поезд начал шумно набирать скорость, девушка крепко уснула.
Фредерик разбудил ее на подъезде к станции. Еще несколько минут у них ушло на то, чтобы добраться на окраины Касл Комб, где и располагался дом дедушкиного друга.
Когда они свернули с главной улицы и миновали реденький пролесок, по спине Ани пробежал холодок – окна и двери дома были выбиты. Она прибавила шаг, Фредерик поспешил за ней.
Во всем доме царил хаос – вся мебель и украшения, включая шкаф-шарм хозяина дома были уничтожены. Теперь девушка понимала, почему не могла переместиться в него. Шкафа просто уже не было. Всюду были разбросаны вещи, бумаги; в камине тлела гора книг.
- Деда! Деда, где ты?! – дрожащим голосом закричала Аня, бегая по разграбленным комнатам.
Никаких следов мужчин не было. Откуда-то из глубины дома послышался шорох. Фредерик достал свой шарм и направил в сторону темноты.
Из шарма выскочил слабый огонек и устремился к источнику. Им оказалась перепуганная кошка. Мира побежала навстречу знакомым лицам и прыгнула на руки хозяйке. Девушка обняла животное, стараясь успокоить и себя, и ее.
- Что произошло!? – спросила она, понимая, что навряд ли Фредерик, прибывший с ней на это место, понимает больше.
- Это Батогам, - ответил Фредерик, осматривая хлам на полу, а затем добавил, - найдите все, что Вам может пригодиться. Мы уходим.
- А как же дедушка? Как же Джо? Что с ними будет? – в панике тараторила Аня.
- Охотники не убили их, значит они чего-то хотят. Рано или поздно, они выйдут на связь, чтобы предложить сделку. Но сделки не будет, Гена и Джо сбегут гораздо раньше, а на этот случай у нас давно есть условленное место встречи.
- Откуда Вы знаете?
- Анна, я с Вашим дедом выбирался из таких передряг, которые не каждый смог бы осилить, - заверил ее Фредерик, - давайте заберем все, что можем и покинем это место. Здесь не безопасно.
Отчего-то Ане стало спокойней, как будто хладнокровие Фредерика каким-то образом передалось и ей. Девушка принялась за работу. Ей удалось найти свой изрезанный рюкзак, а рядом вывороченные документы и обрывки одежды. Теперь у нее не осталось сменных футболок, а о любимой паре кроссовок, подаренных дедом, можно было забыть навсегда. Стоя над грудой своих пожитков, Анна испустила обреченный вздох.
Фредерик подошел к понурой девушке и посмотрел на пол.
- Не стоит переживать из-за этого. Рукотворцы не способны причинить материи вред больший, чем мы, - ободрил ее мужчина и одним взмахом шарма вернул вещам свежий облик, - вот и все.
- Да ладно… - сорвалось с ее губ, когда она увидела пару кроссовок, которые износила до дыр.
- Прости, я не в состоянии вернуть их в прежнюю форму, - извиняющимся тоном произнес мужчина, склонившись над обувью.
- И не нужно, - торопливо ответила Анна, все еще не веря своим глазам.
- Ладно, мне просто подумалось, что эти все потертости на обуви для тебя что-то значимое…- с какой-то грустью произнес мужчина и направился в спальню, - встретимся на кухне через пять минут и уходим.
Анна так и не смогла понять: шутил ли Бидли о рваных кроссовках, или же говорил серьезно. Ей вспомнилось чудесное перемещение в полностью восстановленный замок Вардур с помощью камня, похищенного с его руин. Интересно, что могли бы рассказать о ней кроссовки? Успели ли они впитать какую-то энергию или перед ней самая обыкновенная фабричная модель «скечеровской стамины»[1]?
Анна аккуратно сложила кроссовки в рюкзак. Туда же отправились ее школьные тетрадки, которые она, по старой привычке, еще таскала с собой.
- Я нигде не могу найти алкиноя, - расстроенно сообщила Аня, войдя на кухню, где ее уже ждал Фредерик. У окна сидела Мира, подставлявшая свою макушку под его ладонь. При виде хозяйки, она одобрительно мурлыкнула.
- Пропала книга Вельбуга, - ответил он.
- И два человека, которые лучше всего знают, как с ней обращаться…
- Пора, мы больше не можем здесь оставаться. Кто-нибудь в деревне мог сообщить охотникам, что мы вернулись, - продолжал свое Фредерик.
- Разве мирные рукотворцы знают о Батогаме?
- Пока нет. Нет необходимости. Это противостояние происходит за кулисами театра, - Фредерик поманил девушку к выходу.
* * *
Пахло сыростью. Вдалеке шумел прибой. Покрытые плесенью доски хижины встречали гостей угрюмым грязно-зеленым фасадом. Крыльцо почти рассохлось, а ступеньки проломились от времени. Здесь явно давно никого не было.
- Где мы? – Анна гребла ногами по песчаному пляжу.
- Наше с Геной условное место. В молодости, мы устраивали здесь дружеские вечера, когда хотели скрыться от глаз вечно докучающих наставников. Потом все выросли, повлюблялись и разъехались кто-куда, - грустно вздохнул Фредерик, остановившись у входа.
Его взгляд блуждал внутри собственных воспоминаний и чувств. Это читалось по отсутствующему выражению лица, покрытого легкой щетиной и раскиданными ветром седыми волосами.
- Мистер Бидли, - позвала его Аня.
Мужчина вышел из оцепенения и взмахнул шармом, очертив круг. Дом с треском и завыванием начал преображаться: щепки пола собрались в цельную доску, которая мгновенно окрасилась в лазурно-синий; в окнах зазвенели новенькие стекла, а проходившаяся крыша скатилась вниз, словно кисель, обнажая свежую черепицу.
- Вы починили? – изумленно спросила девушка.
- Да, но я позволил себе внести некоторые коррективы от себя, - ответил Фредерик, пропуская ее вперед, - прошу, мисс Корсак.
Анна ступила на порог. Ее внимание привлекли черные пятна, которыми был покрыт пол до самой двери. Фредерик тут же ответил на еще не заданный вопрос.
- Разрушения, оставленные шармом может убрать только еще более сильный шарм, - пояснил он, - Сила развеяла энергию материи и теперь восстановить ее будет непросто.
Оставалось лишь догадываться о том, какими забавами могли баловаться подростки, если им удалось оставить след такой силы, с которой не может справиться повзрослевший Фредерик.
В домике было тепло и сухо. Уютное жилище с камином у центральной стены походило скорее на место уединения какого-нибудь пенсионера, чем на берлогу юных шармантов, у которых Сила прет из ушей. Взгляд Ани зацепили черные следы – очертания предметов, стоявших у стен в момент, когда здесь творилось что-то поистине без башенное.
- Похоже Ваши «потертости на любимых кроссовках» не желают уйти в небытие, - усмехнулась девушка, вспомнив ситуацию в доме Джо Гаррета. Одновременно с этим воспоминанием к ней вернулось и осознание того, что хозяин дома, как и ее дед бесследно исчезли.
- Я должен вернуться в Лондон, - сообщил Фред, - Вы останетесь здесь, пока я не вернусь.
- Как они находят меня? – спросила Аня, прекрасно понимая, что мистер Бидли собирается снова наведаться в замок, где проходил Совет, чтобы убедиться, что он цел.
- Это мне пока неизвестно. Но я выясню.
- Что теперь будет?
- Я обучу Вас, как и обещал. Только в этом случае инициация считается завершенной, а мое наказание будет снято, - едва разжимая тонкую нить губ, произнес Фредерик.
- Я не о приговоре. Из-за меня пострадали люди. Сколько еще это повторится? – с опасением спросила Аня.
- Потому что ты – шармант. Каждый из нас потенциальная угроза их миру. Стоит только дернуть за веревочку, дать людям повод поверить в то, во что верим мы, и это начнет распространяться всюду. А эта вещь, - Фредерик взял Анну за руку, аккуратно отодвинув края свитера, - лишнее доказательство грядущих перемен. Многие хотели бы заполучить ее, но шарм не прижился ни к кому, и, до сегодняшнего дня, я думал ты в числе этих людей. То, что произошло на собрании – доказательство обратного. Поэтому мы с тобой не изгнаны. Появилась надежда.
- Не думаю, что все именно так, как Вы представляете. Я даже не знаю, как я это делаю, - Анна стыдливо убрала руку в карман джинсов.
- В том и смысл, Анна, - Фредерик снова обратился к ней по имени, и девушка вздрогнула, ощутив дежавю, - тебе не нужно разбирать свои желания на детали, ты не рукотворец, препарирующий лягушку. Доверься чувствам, направь мысли по течению своих идей, и ты все поймешь. Подумай над этим. Я вернусь вечером.
Фредерик направился к выходу. Ему тяжело давались откровения. В этом они с Анной были похожи. Он потянул ручку двери на себя и снова услышал ее голос, отдающийся звоном из далекого прошлого.
- После того, что случилось в зале суда, я кое-что вспомнила, - отстраненно произнесла Анна. Фредерик остановился, не поворачиваясь к ней лицом, - теперь я понимаю, почему Ваше имя кажется мне знакомым.
Девушка окинула взглядом высокую фигуру мужчины в куртке, которую он не менял уже много лет. Таким она его и запомнила, когда видела в последний раз. Высокий мужчина, достающий макушкой до дверного проема, с длинными, уложенным назад волосами и добродушным лазуритовым взглядом. Сомнений у нее не осталось.
- Я видела Вас в доме моих родителей, когда была ребенком, - подрагивающим от напряжения голосом произнесла Анна.
- Я знал Вашу мать, - едва слышно ответил Фредерик Бидли, - мы были друзьями. Мне жаль, что она погибла. Я оплакиваю Вашу утрату.
Дверь за ним с грохотом закрылась.
Анна тяжело вздохнула, упав на диван. Тревожные мысли о дедушке, всплывающие воспоминания из детства не давали ей покоя. Кошка запрыгнула на колени хозяйки и громко замурчала, словно чувствуя ее беспокойство. Аня погладила ее по макушке, и спустила пальцы ниже, к подбородку. Кожи коснулось что-то прохладное. Анна пригляделась и заметила в зубах у Миррабэль какой-то предмет. Она потянула за тоненький жгутик, торчащий из пасти питомца. Ей на колени упал пучок проводков, тонких ножек и изломанные белые пласты, похожие на крылья насекомого. Ужаснувшись Анна отпрянула от находки. Это была бабочка-алкиной. Внутри существа находился механизм с чипами и микрофонной диафрагмы и маленький лазуритовый камень размером не больше монеты. Знала ли милая Элен, когда дарила насекомое, что оно навсегда изменит многие жизни?
* * *
Острая боль в правом боку разбудила Геннадия. Кисти рук были стянуты леской. Рядом кто-то копошился, толкая его в ушибленное место, но разглядеть нарушителя покоя, сквозь плотную черную ткань повязки, он не мог. До слуха донесся стук каблуков, и возня сразу прекратилась.
- Эй, кто там? – окликнул в пустоту комнаты Геннадий, - покажись!
Стук приблизился, и кто-то грубо содрал с него повязку. Поморщившись от яркого света, Гена осмотрелся. Рядом лежал Джо Гаррет, во рту у него был кляп, лицо покрыто свежими синяками и ссадинами. Они находились в серой комнатке с маленьким окном почти у самого потолка. Напротив Гены стоял Артур Митч и ухмылялся во весь рот, буравя единственным здоровым глазом своих пленников.
- Кажется, моя охота все же удалась, мистер Корсак, - торжествующе произнес Артур.
Из угла тотчас раздалось энергичное мычание. Он перевел взгляд на Джо и покачал головой.
- Боюсь, если я сниму этот кляп снова, то убью Вас, - заверил его Артур и снова перевел взгляд на Геннадия, - может быть Вы окажетесь посговорчивее?
Гена сплюнул на пол, попав на ботинок врага. Артур посмотрел на обувь, думая о чем-то своем, а затем размашисто ударил Гену ногой в бок и тот согнулся пополам, не издав ни звука. Джо Гаррет замычал еще громче. Не обращая никакого внимания на скрючившегося старика, Артур начал вышагивать по комнате, напоминавшей кладовую. По стенам тянулись широкие стеллажи. Было холодно. Откуда-то сверху слышались мужские голоса.
Артур подошел к одной из полок, на которой громоздился пухлый кейс. Он был набит книгами, артефактами, которые были вывезены охотниками из дома Джо Гаррета. Там же торчал потрепанный зонт. Артур извлек несколько книг, а затем медленно вернулся к Гене, который уже силился встать.
- Так забавно наблюдать, как вы пытаетесь выжить в мире, в котором вам давно уже не место… Пишете смешные сказочки, пытаетесь превратить песочный замок в настоящее чудо… а эти ваши проповедники… Прячутся от охотников под видом писателей, астрологов, цирковых артистов и фокусников, но знаешь, что? - прошипел Артур, схватив Гену за подбородок и развернув мужчину к себе. Его взгляд был полон презрения и ненависти. Он шумно вдохнул, - я чую таких за версту. От вас смердит заразой, которую вы так отчаянно хотите сберечь. Я избавлю вас от страданий… да…да…
Артур Митч кивал головой, погружаясь в свои безумные мысли. Его отвлек Джо, пытавшийся отползти в сторону стеллажей с инструментами. Артур очнулся и запустил в него первой попавшейся книгой. Джо негромко застонал и лег на пол.
- Вы просто сборище фанатичных психопатов, а все эти ваши фокусы работают лишь под влиянием коллективного разума, - усмехнулся он, рассматривая разноцветные обложки из стопки, лежавшей на полу. Открыв одну из книг, он с презрением пролистал ее и, прокашлявшись, торжественно зачитал отрывок, -… по ночам он приходит к детям и приносит им сладкий сон, раскрывая над головами волшебный, разноцветный зонт… Ну и бред… а дальше вот еще… - он пролистал книгу чуть вперед, -… в шкафу было темно. Боясь столкнуться с его стенкой, ребенок пробирался внутрь, выставив руки вперед, пока не понял, что вместо нее, в шкафу зияла огромная дыра – проход в совершенно другой мир…Ну серьезно?
Артур Митч отложил книгу и похлопал себя по карманам. Из внутреннего кармана плаща он вытянул блокнот с ручкой, в котором сделал несколько пометок:
- Ага, один старик с рваным лепреконьим зонтом – есть, - поставил галочку он и перевел взгляд на лежащего на полу Джо, - а ты у нас трудный ребенок, которого подолгу запирали в шкафу, да?
Артур усмехнулся собственной шутке и отложил блокнот. Он вальяжно присел на край стола и подхватил вторую книгу.
- Палочки, шкафчики, зонтики… Вы такие жалкие, по сравнению с настоящими шармантами. Да, да, друзьями мои, мне известны ваши грязные тайны, - Артур помахал перед ними зеленым фолиантом Вельбуга.
Геннадий и Джо старались с безразличием смотреть на бесценный исторический экземпляр, но от охотника не ускользнуло их волнение, витающее в воздухе с потом и страхом. Он раскрыл книгу и пролистал несколько хрупких страниц.
- …оставь подле колыбели предмет достаточно сильный, чтобы мог выдержать силу идущего в этот мир. Желай и представляй: пусть шарм сопровождает тебя от первого вздоха до последнего; оберегает и защищает; наполняет силой твое слово и мысль. Будет продолжением руки и воплощением воли… - Артур остановился и поднял взгляд на своих пленников, которые сидели в полном изумлении. Он удовлетворенно кивнул, наслаждаясь реакцией, которой и добивался.
- Ты… из наших? – замялся Геннадий, пытаясь понять, как рукотворец смог прочесть фолиант, да еще и отрывок, который вообще никому не был известен, а книгу эту держали многие шарманты, видя в ней лишь доступные им отрывки.
- Я настолько тебя впечатлил? Вы ведь про эту главу небось и не знали? Почему же авторы скрыли от сородичей то, что им так сейчас нужно? Ты не задумывался? Может быть... они не хотят, чтобы вы жили дальше?
Артур захлопнул книгу и положил обратно на стол. Затем он снял плащ и аккуратно сложил на верхний стеллаж. Под ним скрывался серый жилет и поясная кобура с пистолетом. Поверх тонких, кожаных перчаток Артур надел кастет на левую руку. С бесстрастным лицом он повернулся к пленникам, предварительно постучав в запертую дверь.
В проеме появился лысый бугай, облаченный в черный, спортивный костюм. Артур указал на Джо Гаррета со словами:
- Этого в другую комнату, подготовьте все к отъезду в Батогам.
- Нет, не смей его трогать! – с пересохшим горлом хрипел Геннадий.
Джо оцепенел. От накрывавшего его ужаса он не мог даже дышать. Охранник легко подхватил старичка и закинув его на плечо, покинул комнату, под возгласы Гены. Когда он успокоился, Артур снова незамедлительно продолжил свою словесную экзекуцию.
- Не знаю, сколько глав содержит эта ересь… - мужчина кивнул в сторону зеленого фолианта, - но мне точно известно, что твоя внучка смогла прочесть список. Меняю информацию о ее местонахождении на твое лицо, - бесстрастно сообщил Артур, закатывая повыше рукава белоснежной рубашки.
- Я не знаю, о каком списке идет речь, - ответил Геннадий, пожав плечами.
- Брось ты это дело. Список имен всех шармантов, существующих в этом мире. Он нужен мне. Ты определился с нашими переговорами? – спросил Артур, но Гена даже глазом не повел в его сторону. Охотник весело присвистнул, поправляя кастет, - ну и славненько! Погнали!
[1] Skechers Stamina V2 – универсальная модель женских кроссовок американской компании Skechers
Глава 6. Комната без дверей
В этот же вечер Фредерик Бидли принял решение перевезти Анну в свое родовое поместье на юге Англии. Вместе они покинули хижину сразу, как была раскрыта тайна нападения батогамских охотников на места, которые посещала девушка. Неожиданная находка внутри лже-бабочки, позволила охотникам многое разузнать о шармантах прежде, чем Аня обнаружила прослушивающее устройство внутри нее. Снова собрав вещи, девушка двинулась в путь.
У Фредерика Бидли была большая семья, но все ее члены давно уже повзрослели, поэтому лишь иногда посещали поместье Бидли, устраивая грандиозные семейные ужины, на которых довелось побывать и Анне.
Так она познакомилась с Гилбертом – средним братом Фредерика, очень энергичным, для своих лет, мужчиной, занимающимся изучением живой Материи. С Брианной – старшей из троицы, Аня уже была знакома, и холодок, пробежавший между ними еще в зале суда, оставил неизгладимый след на их зарождавшихся отношениях. Женщина нехотя отвечала ей, избегала одиночных стычек в доме и вообще старалась не замечать присутствия гостьи.
Были еще дяди и тети с детьми, во время пребывания Ани в доме они не появлялись, поэтому девушка сняла с себя обязанность запоминать их имена.
Старейшей в семье Бидли была Хелена. Старушка с внешностью зажиточной модели. Передвигалась исключительно на инвалидной коляске. Одевалась элегантно, но просто; не красила лица и волос, сохраняя их длину на приемлемом «среднячке», который красиво зачесывала назад. Брианна была удивительно схожа с матерью не только внешне, но способностью сохранять моложавый вид после пятидесяти. В целом, вся семья Бидли выглядела гораздо лучше среднестатистического человека их возраста. Анна предположила, что за этим кроется какой-то семейный, шармантский секрет, о котором она спрашивать не решалась.
Постоянные переживания Ани о судьбе дедушки и Джо Гаррета, перебивались волнами впечатлений, которые принес ей этот вынужденный переезд. С момента своего восемнадцатилетия, Аня впервые смогла немного расслабиться и осмыслить свою новую роль. О привычной жизни можно было забыть. Все, чему она научилась до этого, теперь оказалось совершенно не нужным. Начиная с чистого листа, Аня снова почувствовала себя любопытным ребенком.
Мир шармантов был полон тайн, которые они научились тщательно скрывать, за годы притеснений. Они избегали публичности и старались не вступать в контакт с рукотворцами и в особенности, с их творениями. Если первые два пункта соблюдать было легко, то последнее являлось невероятной задачей. Современный уровень комфорта – это теплый дом, сотовая связь, машина в каждой семье, без которых человека уже невозможно представить. Выделяться из общей массы – значит привлекать внимание. Но шарманты давно нашли выход.
Когда после первого семейного ужина в доме Бидли, Анна решила взять на себя уборку стола, в знак благодарности за гостеприимство Хелены, она обнаружила, что посудомойка на кухне неисправна. Поскольку девушка с детства питала страсть к всякого рода механизмам, стремясь понять принцип их работы, она по привычке опустилась на колени и открыла приборную крышку, принявшись разглядывать панель с датчиками и чипами. Она быстро поняла, что техника не была подключена к сети, равно как и другие приборы, которые при этом работали. Девушка бросила взгляд на электрощиток, установленный возле окна. Никаких проводов над ним не висело.
- Ты что творишь? – грубо окликнули ее.
Анна обернулась и встретилась взглядом с Брианной Бидли. Женщина стояла, опираясь плечом на дверной проем. Она была одета в брючный костюм персикового цвета, который создавал нежный контраст с ее глазами. За ужином при тусклых свечах это было не так заметно.
- Мойка не работает, хотела взглянуть, - чуть помедлив, ответила Анна, все еще сидя на полу.
Брианна вздернула бровью и подошла к посудомоечной машинке. В три грациозных шага, она пересекла кухню и подошла к Анне, глядя на нее сверху вниз. Женщина чуть наклонилась. Рукой, увешанной перстнями, она постучала по машинке, которая тут же ожила, затарахтев моторчиком.
- Вот и все. Постарайся забыть то, что показывали тебе рукотворцы. У нас все гораздо проще, - бесцветным, уставшим тоном произнесла она и направилась обратно, в столовую.
- Как Вы сделали это? – поспешила спросить Анна, пользуясь минутным «перемирием». Она торопливо поднялась с колен.
Брианна остановилась у двери, и не поворачиваясь, ответила:
- Я просто знаю, чего хочу. Тебе тоже предстоит этому научиться, если собираешься задержаться у нас.
Так Анна узнала, что окруженные рукотворцами шарманты, прекрасно существовали среди них, под личиной «своих». Они играли в игру, правила которой им были неизвестны и не нужны. Именно эту истину жизни и предстояло понять девушке.
* * *
Артур Митч захлопнул за собой дверь кладовой, за которой стояла мертвая тишина. Он с неприязнью осмотрел пиджак, заляпанный каплями крови и попытался их смахнуть. По длинному коридору к нему бежал здоровенный бугай в спортивном костюме. На лице мужчины читалась растерянность и страх. Черная, укороченная шапка бини сползала ему на глаза. Левая бровь была рассечена. Остановившись возле начальника, мужчина отдышался.
- Что случилось, Томас? – раздраженно спросил Артур, снимая кастет и перепачканные перчатки.
- Там… это … Старикашка… он… - Том заикался, прижимая палец к рассечению, - он…короче…сбежал старик.
- Я даже не сомневался в этом, Том, - спокойно ответил Артур Митч и медленно пошел вдоль коридора, казалось он был совсем не удивлен.
- Я..я соберу ребяток, мы его найдем, сэр. Не наказывайте, - из уст великана вылетел тонкий, взволнованный голосок.
- Нет нужды. Пусть бежит.
- А если не найдем его? Он слишком много знает – расскажет ведь, – охранник волочился рядом, как виноватый ребенок.
- Это не твоя забота, Томас, - грубо оборвал его мужчина.
Артур не собирался отвечать на вопросы простого вышибалы.
- Кхм, кхм, а ведь он прав, мистер Митч, - раздался из-за его спины знакомый писклявый голос Эймонса Гистли, второго помощника Кагура́та. Мужчина жилистый и бледный, с залысинами на висках и очками на крючковатом носу был приставлен к нему уже несколько месяцев, после случая с кражей книги Вельбу́га - одного из главных, шармантских артефактов. Обо всех действиях Артура, Гистли докладывал батогамскому управителю напрямую.
- Мистер Джо Гаррет получил обширные сведения о наших позициях, более того, он мог взять какой-либо предмет из этого здания, что позволит ему привести сюда осталь…
- Мне известны последствия его побега, мистер Гистли. Уверяю, Вам нечего опасаться – этот шармант сильно ослаб, его шарм уничтожен. Он один в большом городе, полном моих людей - ему не дожить до утра, - Артур старался скрыть свою неприязнь и это ему давалось с большим трудом. Однако, страх попасть в немилость батогамской администрации пересиливал ненависть к этому человеку.
Томас, все это время, идущий рядом с начальником, заметно напрягся. Артур знал, что он готов рискнуть для него всем. При всей ограниченности Томаса, он был невероятно исполнительным и верным работником, что Артур очень ценил в своих людях.
- Прошу заметить, что пункт пятый «Негласного закона» требует от батогамских охотников неукоснительного соблюдения конфиденциальности их действий, которая может быть нарушена, если этот человек все-таки выживет. К тому же, если он действительно шармант – его следовало незамедлительно доставить к Управителю для возобновления учетно-регистрационных действий над шармантами, - сухим канцелярским языком отчеканил Эймонс. Казалось, он совсем не замечал взгляда и манеры, с которой к нему обращался собеседник.С невозмутимым видом он сделал несколько пометок в своем бумажном планшете. Томас нервно хрустел костяшками пальцев.
- Послушайте, Эймонс! Неужели Вы действительно хотите поднять шум из-за парочки фанатиков с зонтами, вместо шарма? – Артур изо всех сил старался сохранять дружелюбие, - тревожить Управителя подобным… неразумно, Вам так не кажется? Тем более, когда книга Вельбуга вернулась на свое место. Нам останется только разбить этот «пчелиный улей». Мои ребята просто сделают свою работу, ну а Вы – Вы увезете с собой идеальный отчет и забудете об этом месте навсегда. Мы оба сможем извлечь выгоду из нашего сегодняшнего положения, Вы согласны?
Эймонс смотрел с недоверием. Его потускневшие от постоянного чтения глаза не выражали никаких эмоций, бесформенные губы постоянно кривились, отчего трудно было понять, выражение лица.
- Пожалуй, - протянул Эймонс, после долгого молчания. Артур еле заметно выдохнул и сделал незаметный жест бугаю Томасу, чтобы тот нашел себе другое занятие. Без лишних слов пошел вперед по коридору.
- Не перегибайте, Артур. Вы знаете, одно не верное движение и… - Эймонс предупредительно постучал по бумажному планшету ручкой.
- Конечно, мистер Гистли, о чем речь? Мы служим одному делу, - Артур широко улыбнулся, запустив руки в карманы брюк.
Эймонс хмыкнул и поспешил скрыться в своем кабинете. Как только дверь закрылась, улыбка охотника сползла с лица. Он развернулся на каблуках и последовал по длинному коридору, где еще недавно бежал, подгоняемый страхом, Джо Гаррет.
* * *
Поместье Бидли представляло собой С-образное здание, отстроенное в викторианском стиле, с его неизменными декоративными элементами: островерхими крышами, башенками и фасадной резьбой.
К дому прилегала огороженная деревянным частоколом территория, простиравшаяся так далеко, что Анна не могла разглядеть, где этот частокол заканчивается.
С позволения Хелены, девушка много гуляла по поместью и дворику. Ей удалось насчитать четыре жилых комнаты на втором этаже, а также кабинет с балконом, выходящим во внутренний двор. Все остальное было распределено по первому этажу. Комната мистера Бидли и его матери находилась в левой части здания, Анну разместили сначала в гостевом домике, а когда разъехалась основная масса гостей, выделили спальню в противоположной части дома.
Первое занятие с мистером Бидли было назначено через два дня, после приезда девушки. Не навязываясь с постоянными вопросами к мужчине, все это время она наблюдала за обитателями дома, пытаясь научиться чему-нибудь, что могло бы впечатлить новоиспеченного наставника. До сих пор ей приходилось только удивляться и удивляться особенностям шарманстского быта и жизни.
Шарманты были весьма неоднозначными людьми. Их невозможно классифицировать по какому-то одному признаку: силе или способностям – один мог совершенно не располагать к телепатии, но значительно превосходить других в вещетворстве; другой лихо управлялся со стихиями, при этом не понимал оргаждение - древней науке управлением живой материей.
Еще больше Аню поражало разнообразие шармов. Большинство шармантов получали этот жизненно необходимый для них предмет еще в детстве и проводили с ним все свое время, чтобы напитать его своей Силой, «настроить» под себя. Но, прежде чем зарядить этот предмет, его предстояло еще найти. Технология создания шарма, подобного тому, что подарил Анне ее дед, была утрачена больше тысячи лет назад. С тех пор шарманты перебиваются случайными предметами, которые выбирают исходя из собственной веры в желаемое. Сила их желания и воли, притягивала вещь, а дальше оставалось лишь ждать.
Легче всего это сделать именно в детстве, если процесс затянуть, дар шарманта может быть забыт и человек становится рукотворцем. Ребенку трудно объяснить, что такое Сила и заставить поверить в то, что нужно родителю, поэтому впечатлительный, открытый всему детский разум мог избрать в качестве шарма что угодно: от банальной волшебной палочки из услышанной сказки до супергеройского меча, подаренного в день рождения. Бывали и совсем невероятные ситуации, когда ребенок «запитывал» громоздкую, совершенно неудобную для ношения вещь вроде шкафа, метлы или котла. Внимательный родитель старательно выбирал предмет, приближенный к его культуре. До сих пор Анна успела повидать палочки, кольца, амулеты, браслеты и посохи.
Наблюдая как шарманты пользуются ими в повседневности, Анна пыталась делать тоже самое, но ее браслет не откликался. После случая в суде, он больше себя не проявлял. Девушка никак не могла отогнать мысль, что любой шармант может стать рукотворцем, но не наоборот и опасалась этого. Возвращаться в их мир она уже не хотела. Поэтому, за несколько минут до начала первого урока с наставником, она заметно сдала позиции и погрустнела. Лестница, ведущая на второй этаж, где располагался кабинет Фредерика, казалась для нее непреодолимым препятствием. Волоча ноги, она добралась наверх и какое-то время просто стояла в коридоре, разглядывая витрину с камнями, установленную возле стены. Анна бездумно уставилась на них, даже не пытаясь заставить себя постучать в дверь.
- Какие замечательные воспоминания и Силу хранят в себе эти камни, - зазвучал голос за ее спиной. Хелена осторожно приблизилась, - не помешаю?
Анна лишь отрицательно закивала головой.
- Для чего они нужны?
- Для перемещения конечно. Они взяты с особо дорогих моему сердцу мест, - пояснила Хелена и указала пальцем на серый, покрытый мхом и неровностями камень, - этот вот из загородного домика моей прабабки. Стоял в Кобринской пуще когда-то… Рукотворцы вырубили ее для развития своего поселения… а здесь у меня…, - женщина перешла к двум маленьким камушкам, сложенным вместе и задумалась… - пристань на реке Моло́га. Здесь я встретила своего мужа. Давно уж она под воду ушла. Теперь ее можно посетить только через этот камень. Один был у меня, один у дорогого, покойного Демьяна.
Старушка вздохнула, задумавшись о своем. Анна не знала, как поддержать этот разговор. Ей и самой на душе было тяжело. Вдруг Хелена взяла ее за руку и мягко сжала.
- Вот закончишь, я познакомлю тебя кое с кем. Уверена, вы споетесь. Про шарм не беспокойся, все сложится так, как надо, просто разберись в себе, чего бы ты хотела? Тогда и остальное приложится, - сказала она, тепло улыбнувшись и бросила взгляд на дверь кабинета, - иди, кое-кто тебя уже заждался. Поверь, он изголодался по ученикам.
Анна сделала глубокий вдох и, обменявшись с Хеленой утвердительными кивками, отправилась к Фредерику.
Кабинет мистера Бидли встретил ее утренним солнцем, заливающим комнату сквозь широкие оконные проемы балкона. Сам хозяин сидел за письменным столом. Увидев девушку, Фредерик отложил свои дела и вышел из-за стола, попутно отодвигая его далеко в сторону с помощью шарма-палочки. Он сделал это так легко, будто тот совсем ничего не весил.
- Доброе утро, Вам удалось отдохнуть, мисс Корсак? – поинтересовался Фредерик.
- Доброе утро, сэр. Мне было комфортно, спасибо за комнату. Нет ли новостей о дедушке?
- Боюсь, что нет. Но я тебя уверяю, этим занимаются лучшие из нас.
- Стражи? – спросила Анна, вспоминая мускулистых мужчин, охранявших входы в зал Вардур.
- Нет, после́ды – славные ребята, хоть и неразговорчивые. С ними всегда сложно, но дело свое они знают, - заверил ее Фредерик, - я понимаю, как тяжело находиться в неведении, когда твои близкие в смертельной опасности, однако я вынужден напомнить, что сейчас мы должны сосредоточиться на деле. Готовы?
- Признаться честно, я не знаю, как к такому вообще можно подготовиться, - иронично заметила Аня, закатывая рукава любимого свитера и обнажая шарм.
Фредерик приподнял палочку на уровень груди, наклонив ее в сторону Анны.
- Обычное обучение представляет собой набор упражнений для самоконтроля и укрепления связи с шармом, но в Вашем случае такой связи еще нет, да и сроки у нас довольно сжатые. Мы попробуем погружение - когда сильный шармант вторгается в сознание более слабого и помещает в него предмет желания, контролируя всплески Силы, в процессе творения.
- Это…Больно? – по-детски замялась девушка, не понимая, чего ждать.
- Это трудно, - неоднозначно ответил Фредерик, - разум шарманта, особенно не натренированного – лабиринт, без выхода. Попасть легко, а вот сориентироваться и выйти нет. Но тебе об этом думать не нужно. Я затемню комнату, чтобы облегчить нам работу.
Фредерик взмахнул шармом и на окна опустились тяжелые шторы, создавая полумрак. На лицо мужчины легла тень, он приблизился к лицу девушки. Палочка промелькнула в сантиметре от ее головы, накрывая Анну бесшумным куполом. Комнату заполонили черные клубы дыма без запаха и гари. Они хаотично падали на пол, то рассыпаясь, то снова поднимаясь вверх. Девушка беспокойно озиралась, пока не услышала голос Фредерика Бидли, который звучал по всей комнате.
- Представьте дверь, которую Вы хотите открыть.
Анна сосредоточилась. В голове мелькали образы дверей всех цветов и размеров. Они хороводом кружились над девушкой.
- Прекрасно, найдите ту, за которой скрывается Ваше тайное место. Место, о котором не знал никто, где безопасно всегда.
Хоровод тут же остановился. Размышлять Анне не требовалось. Это могла быть лишь она. Ярко-зеленая дверь с мутной, стеклянной фрамугой.
- А теперь впусти меня, - голос Фредерика звучал прямо над ухом.
Девушка уверенно провернула ручку, толкнув дверь вперед. Сейчас или никогда – Фредерик рванул вперед резким порывом ветра. То, что он ожидал там увидеть, не имело ничего общего с детскими сознаниями, которые он «связывал» не одну сотню раз, когда был наставником.
Комната была залита ярким светом пожара: мелькали искры, от стен комнаты исходил пар. Горела мебель и разноцветные обои. Огонь начал подбираться к единственному уцелевшему месту дверному проему, в котором стоял Фредерик - он уже начал задыхаться. На Аню вдруг накатил животный страх, и уже в реальности она ощутила жар, исходивший не от шарма, а из-под кожи. В темноте сознания она не видела своих рук, но нарастающая боль давала понять, что все вполне реально. Фредерик был почти без сознания.
В панике Анна сделала первое, что пришло ей в голову – резко вздернув ладони, она выставила их вперед, представляя, как выталкивает что-то из комнаты. Сначала невидимые во мраке пальцы ничего не находили, но девушка напирала, продолжая держать руки в том же положении. Она уже рычала от боли, а затем наткнулась на стоящего перед ней Фреда. Не растерявшись, она с силой начала выталкивать его в никуда, помогая себе плечом.
В какой-то момент его тело стало легким, как перо, и, разогнавшись как следует, Анна продолжила толкать, переходя на бег. Этот бег показался ей вечностью. Темнота сменилась длинными нитями света, пролетающими мимо них на огромной скорости; через мгновение показался кабинет мистера Бидли, а затем и сам он. Мужчина стоял перед ней с закрытыми глазами. Его веки подергивались. Анна все бежала, не зная, как остановиться. Казалось сейчас она столкнется с ним.
Анна сощурилась, прикрыв лицо одной рукой и готовясь столкнуться с наставником лбами. Но удара не произошло. Перед ней снова мелькал свет тоннеля и темнота. Анна больно приземлилась на каменный пол.
В маленькой комнатке стоял блестящий письменный стол, заваленный книгами и тетрадками. За ним сидел какой-то скрюченный человек. Он тихо плакал, обхватив голову руками.
Анна аккуратно обошла стол, чтобы посмотреть на него. Молодое лицо опухло от слез. Они бежали по тонким губам, стекая на подбородок. Светлые волосы растрепались и прилипли к щекам. По нежно-лазуритовым зрачкам Анна узнала своего наставника. Она протянула к нему руку и положила на плечо. Оно было как настоящее. Мозг умело обманывал ее тело, передавая телесный импульс от увиденного к пальцам.
Тихо всхлипывая, Фредерик продолжал качать головой, не замечая никого. Похоже, он ее не видел. Над столом висела крохотная свеча, весь воск вытек, капая на стол и руки бедняги. Но он не обращал на это никакого внимания. Все смотрел на примятый листок, зажав его между дрожащими пальцами.
Анна присела рядом с мужчиной и, не вынимая письмо из его рук, стала читать размытый от слез и воска текст.
Дорогой Фред!
Все стало хуже. Константин совсем отстранился от меня. Мы почти не видимся. Он забирает с собой дочь. Я волнуюсь, она ведь так мала– впитывает все, что видит вокруг себя. Она моё дитя. Я не могу спокойно смотреть, как Сила мучает ее тело. С каждым днем она становится все дальше от меня, дальше от всего, что мы с Костей хотели для нее.
Война давно проиграна. Шарманты исчезают вслед за своей историей. Разве я плохой родитель, если выбрала будущее для своей семьи? Рукотворцы предлагают многое. С ними Анна сможет чувствовать себя своей, а не прятаться и скрываться, как чумное животное, боясь, что его уничтожат, если узнают о его болезни.
Не надо было ехать в Россию. Я здесь совсем одна против Кости и его друзей. Он не оставил старое, а лишь притворился, что хочет этого, для того чтобы вывезти меня сюда. То, что он делает с Анной даже не шармантизм. Я устала от этих безумных экспериментов.
Милый Фред! Я должна была послушать тебя раньше. Все решено. Мы уедем в Англию сейчас! Наверное, когда это письмо дойдет до тебя, я уже буду на полпути к Лондону.
До скорой встречи, Э.
Рядом лежал пустой конверт. Сквозь набегающие слезы Анна прищурилась, чтобы разглядеть адресанта, хотя прекрасно понимала, кем был автор письма. Девушка медленно отошла к противоположной стене, пытаясь набрать в легкие побольше воздуха. У нее возникло острое желание выйти на улицу. Озираясь по сторонам, она быстро поняла, что в комнате есть только маленькое окошко, закрытое наглухо толстой рамой. Сквозь замутненное стекло она разглядела ухоженный, внутренний дворик поместья Бидли. Стены медленно начали сдвигаться в ее сторону.
«Хочу выйти отсюда…выйти отсюда» - в панике подумала Анна, отползая в центр комнаты. Стены продолжали напирать, раздавливая попадающие под стыки предметы. Молодой Фредерик растворился в полумраке свечи и девушка осталась совсем одна. Она не знала, как выйти из чужого разума, но зато она хорошо помнила, как можно было перемещаться в пространстве!
Девушка зажмурилась, стараясь представить себе кабинет наставника, но в глазах мелькали лишь замутненные образы странной комнаты без дверей. Она опустила веки и закрыла их рукой, на которой, на которой был надет шарм. Проведя ладонью по лицу, она постаралась успокоиться и вдохнуть больше воздуха для концентрации.
Шарм тихонько завибрировал, ощущая приближение всплеска ее Сил. Напряжение в теле росло. Девушка отчаянно старалась отогнать от себя образ замурованной комнаты. Руку свело судорогой. Через нее полился горячий поток Силы, но перемещения Анна не чувствовала. Она решила помочь себе, представляя длинный тоннель, по которому выгнала Фредерика из своего разума и это сработало!
Несколько секунд ноги парили в невесомости, а затем снова коснулись каменного пола. Девушка с надеждой открыла глаза и вновь увидела перед собой ненавистную комнату.
Анна выругалась, пнув валяющуюся на полу книгу. Та отлетела в сторону дальней стены, которая стояла абсолютно неподвижно. Девушка осмотрелась – комната без дверей отличалась от той, что она видела минутами ранее. Стол был на месте, но уже вовсе не блестел от лака, наоборот – покрытие потрескалось, а ножки разъехались в разные стороны. Книги превратились в труху и выгорели. Потрепанное письмо лежало на том же месте, под большим слоем воска и пыли.
Девушка медленно приблизилась к нему. Ей захотелось убедиться, что увиденное в разуме Фредерика не было обманом или вообще очередным ее сном, как это уже случалось с книгой Вельбуга.
- Вам уже пора, Анна, - прозвучал голос за спиной девушки, и она резко оглянулась.
Перед ней стоял настоящий, повзрослевший Фредерик Бидли. Он выглядел значительно лучше, по сравнению с мгновением, когда она видела его между «прыжками» по разумам: седые волосы зачесаны назад, спокойный взгляд.
- Пришло нам время вернуться к разговору, который мы оставили в хижине, - от Фредерика не ускользнул ее недоверчивый взгляд. Он с надеждой протянул ученице руку.
- Почему Вы не сказали мне, что знали моих родителей? – спросила Анна сразу, как они переместились в кабинет.
Фредерик не спешил с ответом. Он лишь указал девушке на кресло, которое «приманил» шармом из полутемного угла комнаты. Сам же выбрал место за столом.
- Чаю? – поинтересовался он.
- К дьяволу чай, мистер Бидли, - разозлилась Анна, игнорируя приглашение присесть. Кресло позади нее остановилось на полпути, - я хочу знать, почему мама хотела сбежать?
Мужчина усмехнулся – он давно не слышал «рукотворческих» ругательств. Из уст ученицы они звучали особенно забавно. Он нехотя взглянул на нее. Во внешности Ани не было ничего от матери – грубые черты лица, квадратный подбородок с ямочкой, широкие брови и лоб. Даже характер больше был отцовский – уперта, несдержанна и явно не дружит с дисциплиной. Фредерик отмахнулся от навязчивых мыслей.
- Я все же настаиваю, чтобы наш разговор прошел в формате дружеской беседы, а не допроса, - Фредерик взглядом указал ей на кресло, которое украдкой перемещалось позади девушки. Анна немного успокоилась и поймала рукой ручку кресла.
- Теперь, когда все пришли в норму, мы можем кое-что обсудить, - отстраненно начал Фредерик, скрестив пальцы в незамысловатом жесте, - поскольку мы с Вами преступили закон шармантов в общем деле, то и наказание несем совместное. Однако, из этого не следует, что наши отношения существенно изменяются. У Вас по-прежнему нет права вторгаться в мою личную жизнь в какой-бы то ни было форме, равно как и проявлять неуважение или же обращаться фамильярно. Исходя из наших ролей наставника и ученика, я требую, чтобы эта граница оставалась не тронутой во время наших встреч. В противном случае я буду вынужден передать Совету шестерых судьбу Вашего обучения. Мы друг друга поняли?
Анна с трудом подавила закипающее внутри возмущение. Скрывать свои чувства ей становилось все сложнее с тех пор, как она обрела шарм. Колоссальным усилием воли она заставила себя кивнуть в знак согласия. Особого выбора у нее не было. Успокоившись, она и сама понимала, что позволила себе лишнего.
- Хорошо. Рад, что мы это прояснили. - удовлетворенно произнес Фредерик и немного откинулся на спинку стула, - на этих уроках мы будем обсуждать исключительно Ваши успехи в освоении шарма, не более. Если Вы чувствуете, что не в состоянии продолжать, мы можем перенести занятие на другой день.
Фредерик вопросительно посмотрел на девушку, но та лишь отрицательно покачала головой.
- Когда я попросил Вас представить безопасное место для входа… Что Вы задумали? – деловито начал Фредерик, давая понять, что тема его взаимоотношений с родителями Ани закрыта.
- Свою спальню… то, что помню о ней, - ответила девушка, проглотив ком в горле.
Фредерик задумчиво потирал пальцами подбородок. Ему, как и Анне было трудно сосредоточиться на деле, после случившегося.
- В этом доме погибли Ваши родители… Он априори не может быть безопасным. Сознание не обманешь, мисс Корсак, - заключил Фредерик, - подумайте еще. Место должно быть наполнено чистыми эмоциями, без потрясений и перегибов в любую сторону. Чем больше эмоций, тем больше вероятность сопротивления, тем сложнее попасть в разум. Вы придумаете что-то другое и попробуем?
- Угу, - буркнула Анна.
Последующие попытки Фредерика попасть в ее разум, не увенчались успехом. К концу занятия оба были измотаны настолько, что едва могли соображать. Призыв Хелены Бидли к обеду стал спасительным кругом в их море бесконечного погружения.
Мать Фредерика, как и обещала, взяла с собой Анну после обеда на прогулку, для знакомства с соседями. Их путь лежал вдоль убранных полей, по сырой от дождя земле.
«Соседство» английских помещиков представляло собой проживание двух-трех семей на одной территории более пятнадцати гектар, что само по себе превращало прогулку к таким друзьям в полноценный поход.
Когда на горизонте, меж высоких дубов, появились остроконечные крыши поместья Янг, Анна изнуренно волочилась вдоль забора, порываясь остаться под ним, пока за ней не пришлют кого-нибудь, кто способен переместить ее бездыханное тело прямо к ним в дом.
- Почему бы Вам не обменяться камнями домов, как это делают рукотворцы с ключами от квартир? – поинтересовалась Анна, тяжело переводя дыхание, - мы могли бы попасть прямо к ним во двор без всяких затрат.
- У меня есть такой камень, - сказала Хелена Бидли, «пролетая» мимо девушки. Коляску она держала рукой, на которой были перстни. Сейчас они были так близко к Анне, что она могла разглядеть миниатюрные гравюры, выдавленные на металле, они походили на рыцарские гербы. Наверняка за ними скрывалась невероятная история.
- Но зачем мы тогда пошли пешком??? – изумилась Аня, догоняя улетающую вперед старушку.
- Затем, что мой сынок не с того тебя учит. Совсем уж забыл, что такое ребенком быть… - с какой-то грустью сказала она, - чтобы эмоциями управлять, их сперва выпустить нужно, освоить. Взрослого чтобы шармантизму обучить – сперва разучить нужно. Переучить, до ребенка опустить, а уж потом дело свое делать…
- Так и думала, что со мной не будет просто… - заметила Аня.
- Все как раз наоборот. Но вы двое ничего в этом не смыслите, похоже, - сердилась старушка, а затем помахала кому-то рукой.
С солнечной стороны поля к ним приближалась очень высокая фигура и приближалась она очень быстро. Прикрыв глаза от света, Анна смогла разглядеть человека на лошади.
По мере его приближения, проглядывались черты наездника – приземистый женский силуэт, черные волосы, закрученные в пучок, темная кожа. Незнакомка остановилась на небольшом расстоянии от гостей и лихо спрыгнула со своего скакуна, похлопав его по загривку и дав лакомство. Изящный ахалтыкинец соловой масти довольно зафырчал, копая копытом землю.
- Миссис Бидли, добрый день! Чем обязана? – радостно выпалила девушка, приближаясь к ним и попутно снимая ездовые перчатки. Ветер колыхал её волосы, проникая под обтягивающую блузу, скрывающую под тканью крепкий торс.
- Кира, золотце, как ты поживаешь? – улыбнулась старушка, раскинув руки для объятий. Женщины отпустили друг другу приветственный поцелуй в щеку. Хелена указала на Аню, - хочу познакомить тебя со своей гостьей – Анна Константиновна Корсак, новая ученица моего сына!
- Ух…как режет слух! Вы точно не из Англии, да? Я Кира Янг – совладелица этой громадины, что ты видишь за моей спиной. Говорю «совладелица», чтобы прикрыть тот факт, что я до сих пор живу с родителями, - улыбнулась Кира, и с энергично пожала поданную ей руку. Ладонь у нее была шершавой от мозолей, - не знала, что мистер Бидли берет учеников, после того случая с…
Хелена недовольно поморщилась, видимо не желая поднимать эту тему. Кира быстро сообразила.
- Тебе, наверное, трудно у нас освоиться? – продолжила Кира, разглядывая гостью с ног до головы, а потом хлопнула себя по лбу, - простите, мы же…не переходили на…
- Все в порядке, - опередила ее Анна, - давай на «ты», честное слово, я уже устала от этой английской церемониальности.
- Класс… - с облегчением выдохнула Кира, - я сама не люблю этого. «Мисс Янг» в моем возрасте звучит как мисс «А кто это тут у нас засиделся в старых девах», если ты конечно знаешь английские обычаи…
- Уже десять лет осваиваю… - понимающе улыбнулась Анна, - да, я приехала из России.
- Ммм… слухи о красоте русских девушек правдивы… - улыбнулась Кира, то ли в шутку, то ли по серьезному оценивающе глядя на девушку, - пойдем, я покажу дом, мама всегда рада гостям.
Хелена посмотрела на Анну, и та едва заметно кивнула ей в знак одобрения нового знакомства.
- Конечно, - тепло улыбнулась девушка.
Кира улыбнулась в ответ, поправляя черные завитки волос, падающие на лицо. Протяжно свистнув своему скакуну, который тут же послушно пошел рядом, Кира повела гостей к дому. Всю дорогу она рассказывала о своем Дакара́и и его собратьях, томящихся в загоне конюшни поместья Янг.
В ее присутствии девушка не чувствовала себя скованно, как это обычно бывало при других малознакомых людях. Она просто с удовольствием внимала её речам. Её шарм чуть подрагивал, поглощая нарастающее возбуждение от приятной беседы.
Впереди уже показалось поместье. Их встретила огромная беседка с очагом под крышей. С полей тянуло скошенным сеном и сырой землей. Надвигался дождь. Хелена Бидли предпочла сразу уйти в поместье, чтобы провести время с матерью Киры, девушки остались на улице, чтобы еще немного подышать свежим воздухом. Дождавшись, пока Хелена отойдет на достаточно далекое расстояние, Кира повернулась к своей новой знакомой и заговорщически произнесла:
- Итак, официальная часть представления закончилась. Теперь расскажи мне, как ты могла променять русских наставников на чопорного британца с сомнительной репутацией?
- Ах, а тебе, значит, нравятся русские учителя? – усмехнулась Аня, остановившись у беседки.
- Шутишь? Ты шарм Смольина видела? А Го́риной? – с восхищением произнесла Кира, приглашая ее присесть на скамью, - не чета нашим колечкам, да палочкам! Пусть меня осудят, но Великие Силы, я всегда любила суперзлодеев! Искренне тебе завидую и не понимаю одновременно!
- Сожалею, ничего об их шармах я не знаю. Кажется, я еще долго буду чувствовать себя так, словно я с другой планеты, - виновато развела руки Аня и присела у костра, который тихо затрещал, едва только Кира коснулась поленьев ладонью. Аня заметила на ее запястье тонкую жемчужную нить.
- Что ты имеешь в виду? – спросила Кира.
Она плюхнулась на скамью напротив и коснулась запястьем столика, совершив над ним несколько круговых движений. Жемчуг прокатился по дереву. Ветер всколыхнул волосы девушек, неся с собой прилив полупрозрачных частиц. Они отрывались отовсюду и, вращаясь в воздухе, соединялись в одно целое. Через мгновение на столе уже стояли две белоснежные кружки с напитком.
- Не так уж и легко разобраться во всем, когда от тебя требуют за три месяца освоить то, чему люди обучаются годами, - с изумлением глядя на эту картину, ответила Аня.
- Погоди, ты шутишь? – улыбнулась Кира, подавая ей кружку, но заметив реакцию девушки, все поняла, - то есть ты еще проводник? М-да, мистер Бидли заметно сдал позиции…
- Я даже не знаю, обижаться мне на то, что ты сейчас сказала или нет, ведь я даже не слышала о проводниках, мне вообще мало что рассказывают, - раздосадовано произнесла Аня. Она отхлебнула немного из своей кружки и тут же поморщилась – напиток был невероятно холодный.
- Ох, прости, мое оргаждение еще хворает! – воскликнула Кира и приложила руку к чашке собеседницы. Она случайно задела её пальцы. В этот момент Анна ощутила сильную волну тепла, которая разнеслась по всему телу и вернулась назад, оставшись в уже парящей горячим напитком кружке.
- Еще раз извини, - повторилась Кира, убрав руку, - проводники – обычно это дети. Они взаимодействуют с Источником нашей Силы бессознательно. Ну, как бы это сказать попроще – пропускают через себя Энергию, и она может выйти как угодно.
- Например?
- Зависит от многих нюансов: особенности Силы, характера, эмоций… Может дождь пойти или поляна цветами зарастет, а может вся мебель в доме разрушиться… Тут не угадаешь. Моя мама рассказывала, что я половину детства провела во дворе. Живность от меня ни на шаг не отходила. Вроде как даже я говорить с ними могла. А еще собственный сад выращивала. А потом пришел он… Мой наставник. Забрал меня на семнадцать лет, - тяжело вздохнула Кира, но увидев сочувствующий взгляд Ани, тут же поправилась, - ты не думай, я была рада учиться.
- Вы с мистером Бидли не поладили? – поинтересовалась Анна, отпивая напиток из кружки и прислушиваясь к надвигающемуся шуму дождя.
- Мистером Бидли? Нет, я приехала сюда уже после инициации. Моим наставником был Куигли О’Мэлл. Тогда он был еще в Совете шестерых. Сейчас там сидит его сын, - Кира говорила непринужденно, но колебания шарма Ани, подсказывали ей, что собеседницу переполняют совсем другие эмоции.
Погода все портилась. Теперь ветер задувал сбоку, и костер в беседке метался в разные стороны. Кира залпом выпила свой напиток и присвистнула коню. Дакараи послушно побежал рысью в сторону конюшен.
- Ну а ты? Я знаю какие слухи ходят о Смольине и других наставниках из России, но неужели все так плохо, что ты сбежала сюда? – поспешила перевести тему разговора Кира.
- У меня не было особого выбора. Мои родители погибли, когда мне было три. Потом был приют, из него меня забрал дед, а теперь я здесь. Мистер Бидли обещал помочь с инициацией… - Анна оборвала себя на слове, вспомнив неприятное утреннее открытие, - ах да, забыла упомянуть, что из-за меня Батогам, кажется, снова открыл охоту на шармантов. Но это не точно.
- Что!? – ошалело спросила Кира, - а ты не такая тихоня, как может показаться со стороны…
- О да, если я не могу найти приключения на свою голову, то придумываю их сама, - усмехнулась Аня.
- Пойдем-ка в дом, пока ветер не унес нас вместе с беседкой, - предложила Кира, поднимаясь с места, - эту историю я хочу услышать под треск каминного огня. А еще, если ты помнишь русский, то я непременно хочу пополнить свой арсенал ругательств, и ты мне в этом поможешь.
- Конечно, - тепло улыбнулась Аня, предвкушая неизбежность приятной беседы.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге