Полубог

Рождение

Что-то больно впилось в щеку, да ещё и холод от земли медленно расползался по левой части лица. Правую же наоборот начинало припекать от солнца. Легкое дуновение ветерка на секунду сняло пламенную печать с кожи. Зашумела листва. В ответ беспокойно загалдели невидимые птицы. Но в чувство меня привело совсем другое.

Голоса. Целый хор непонятных мне языков и наречий. Они просили, умоляли, кричали, вопрошали, в ярости взывали, торговались, смирялись, соглашались и все это одновременно. Какофония неразделимых и не различимых звуков сливалась в единый гул. Именно этот жужжащий улей чужих мыслей заставил меня очнуться.

Тело было слабо, я почти его не чувствовал. Попробовал пошевелиться - ничего не вышло. Словно все силы уходили на борьбу с голосами, которые с каждым мгновением становились все громче. Оставалось только лежать и корчится.

— Бедный… — мое страдающее сознание прорезал звонкий властный голос. — Потерпи немного, сейчас это прекратиться.

Гул неразборчивых голосов моментально исчез. И тут прорвалась плотина внутри, наполняя затёкшее тело… Чем?

Я был бодр, свеж и полон сил, будто и не валялся мгновенье назад почти бездыханной куклой.

— Только не стоит…

Мышцы резко спружинили, подбросив с земли в боевую стойку. Тело само знало, как защищать своего хозяина. Вернее его сознание, которое ещё не так быстро в нынешнем состоянии реагирует на происходящее. Я открыл глаза… и сразу с вскриком зажмурил обратно.

— Ну я же просила, — с неким укором прозвучал голос. — Попробуй ещё раз, но медленно. Тело пока только привыкает к твоей новой роли.

Я послушался. Начал медленно приоткрывать сначала один, а потом и второй глаз. Увиденное захлестнуло меня с головой, даже дыхание немного сперло. Никогда раньше такого не испытывал.

Я одновременно видел все и ничего. Огромное количество цветов в различных спектрах. Словно происходила калибровка и поиск нужного режима. Вот кажется небольшой жук между листвой. И моментально фокус пропал, неимоверно быстро отдалившись назад, словно чья-то гигантская рука дернула меня за шкирку назад.

А теперь кто-то крадётся между кустов, кажется лиса. Молниеносный приказ сознания телу, и морда зверя приблизилась вплотную. Был видел каждый отдельный волосок. Даже что-то вроде копошилось и прыгало между ними.

— Наигрался?

Совсем забыл. Обернулся на голос. В этот момент зрение вернулось в норму.

Невдалеке от меня в тени размашистого дуба на камне примостилась девушка. Тонкие точеные черты лица, бледная кожа, длинные прямые светлые волосы. Если бы не иссиня-лиловые губы, то было бы сложно поверить, что в ней есть хоть грамм крови. Она была красива и… властна. Хотя казалось очень молодой. Но больше всего меня заворожили ее глаза. Ярко голубые. Кажется они светятся изнутри. Такие смутно знакомые…

— Ну как тебе? — неожиданно спросила она.

— Что… кх… как? — рассеянно переспросил я. В горле пересохло, вместо слов вылетало какое-то карканье.

Ее прекрасные губы исказились в усмешке.

— Как тебе перерождение в бога?

Причина

— Это все из-за неё…

— Вспомнил? — блеснули ярко голубые глаза. — Все проблемы мужчин из-за женщин. Но если нет женщины - это проблема.

— Мы пошли наперекор всему… — я не обратил внимания на ее слова. Перед глазами уже мелькали образы былого. — Против всех предрассудков. Ее родители не одобряли меня. Говорили, что у нас нет будущего. Кто она и кто тогда был я?

— Тебя это остановило?

— Нет. Но добился своего не сразу. В те времена она была холодна и равнодушна ко мне. Поэтому я дал себя уговорить на военную службу. Думал это принесёт статус и почёт. Позволит стать ближе к кругу ее родителей. Возымеет на них хоть какой-то эффект. Я ошибался… У них были свои планы и уже готовая партия для неё. А я занимался нелюбимым делом.

— Но это позволило тебе добиться ошеломительного успеха! Ты не обделён талантом, на тебя равнялись многие, тысячи были готовы идти за тобой. Разве это не важно? Разве недостаточно? — голубые глаза хитро прищурились. — Я давно за тобой наблюдаю.

— Важно? — кисло ухмыльнулся я. — Все это позволило втянуть нас в бессмысленное противостояние. Надо было схватить ее в охапку и бежать как можно дальше. Но здесь я снова дал слабину и поддался уговорам. Ещё не знал, что мой новый статус все равно ничего не решает. А тут ещё появилась ты..

— О, ты вспомнил ту ночь? — голубой глаз заигрывающе подмигнул. — Понравилось?

— Не… помню… возможно, — покраснел я. — Помню ты что-то говорила...

— Тебе со мною будет здесь удобно, я буду исполнять любую твою блажь. За это в жизни тамошней, загробной ты тем же при свиданье мне воздашь. — нараспев произнесли лиловые губы.

— Поэтому ты здесь, — я не спрашивал. Все становилось на свои места.

— Поэтому я здесь, верно. Я тебе помогала, и не раз. Теперь хочу получить свою обещанную плату. Жалеешь об этом? — в голубых глазах мелькнуло любопытство.

— Жалею? — озадаченно повторил я. — Нет, не жалею. Это все ради неё. Ради неё я стал таким. Я смогу ее вернуть. Даже не смотря на то, что ее больше нет.

Истинный бог

— Послушай, я же теперь… бог?

Мара, как она назвалась, даже перестала жевать скудный ужин. Кажется пламя костра стало тише под взором ярко голубых глаз.

В дороге мы были уже несколько дней. Как нас занесло так глубоко в чащу леса - она так и не сказала. Но до ближайшего поселения мы до сих пор не добрались. Приходилось ночевать под кронами величавых дубов и размашистых грабов.

— К чему такой вопрос? — поинтересовалась она.

— Голоса, — я уставился невидящем взглядом в одну точку, пытаясь лучше прочувствовать происходящее внутри меня. — Снова гул в голове. Вот я и подумал, что может могу не только слышать их, но и сам говорить с кем-то.

— А с кем бы ты хотел поговорить? — ярко голубые глаза хитро сощурились. — Кого-то ещё вспомнил?

— Да… это удивляет тебя?

— После перерождения большая часть воспоминаний о прошлой жизни утрачиваются навсегда. Остаются только отпечатки сильных эмоциональных связей. Как правило это причина перерождения, не больше, — менторским голосом пояснила моя спутница. — Поэтому если ты вспомнил еще кого-то, то это действительно достойно удивления.

— Образы смутные, как в тумане, — я попытался сложить все воспоминания за последние дни. — Один… Высокий молодой человек… Кажется моего возраста. Длинные волосы, тонкие черты лица. Всегда рядом, в любую минуту готов был кинуться на помощь. Ощущение, что мы… Мы прошли не одну битву спина к спине.

— Похоже на Хартвина, — задумчиво проговорила Мара.

Как только она произнесла это имя, у меня в голове рухнула огромная каменная плита, которая старательно прятала сокровенные крупицы памяти. Лицо близкого друга встало перед глазами, словно я виделся с ним лично только вчера. Голубые глаза пристально наблюдали за мной.

— Неужели помогло? — задумчиво протянула она. -- Давай попробуем кое-что… Маркус, Бельт, Рейнольд, Атаска, Габ…

— Стой! — чуть ли не прокричал я.

Вспышка боли перекрыла даже гул от голосов. Я корчась повалился на землю. Мара моментально оказалась рядом.

— Так себе идея, хотя результат впечатляет, — прокомментировала она положив свою прохладную ладошку мне на лоб. Боль медленно и нехотя начала отступать.

— Я… — в новой сущности я быстро приходил в норму, хотя сейчас не обошлось без помощи Мары. Спустя мгновение уже снова находился у костра. — Я вспомнил Рея. Что произошло?

— Как я и говорила: удивительно, что ты помнишь что-то, а вернее кого-то, после перерождения. Еще более поразительно то, что одного имени тебе хватило, чтобы вернуть все воспоминания об этом человеке, — пояснила Мара присаживаясь рядом и протягивая мне кусок жареного мяса. — Раньше я такого никогда не встречала. Память Перерожденных богов чиста как белый лист относительно прошлой жизни. Многие пытались вернуть ее. Не скрою, и я была в том числе. Но никому не удалось. Твоя же память словно огорожена непроницаемым барьером, но где-то есть трещины. Видимо они еще не затянулись до конца, пока ты не вошел в полную силу. И, как оказалось, принудительное разрушение этого барьера опасно для твоей, пускай и божественной, сущности. Я бы не советовала тебе пытаться вспомнить все сразу.

Я не сильно удивился ее словам. Странно, я почти ничего не помнил из прошлой жизни, но от этого не было грустно или тяжко. Вспомнить Хари и Рея для меня оказалось больше приятной неожиданностью, чем необходимостью.

— Расскажи немного о них, о своих друзьях, — неожиданно попросила Мара. — Вдруг смогу чем помочь, пока еще могу...

Кажется она иронично усмехнулась своим же словам.

— Хартвин - друг детства, — через небольшую паузу начал я. — Мы почувствовали наше духовное родство почти с первого дня. С того самого момента прикрывали друг друга и поддерживали. Но самым его важным совершённым поступком для меня считаю то, что он ринулся следом из нашей деревни. Мы оказались вдвоем в большом городе, совершенно чуждом и незнакомом нам. В какой-то момент мы были равны, по крайней мере я так искренне считал. Но вот он стал специалистом своего дела. Такое любят и ценят. Я восхищался им, искренне и чисто, был только рад, что кто-то из нас двоих стал быстрее добираться к общей целе. Старался догнать…

— И в итоге перегнал… — вдруг перебила Мара. А потом неожиданно будто испугалась этого и смешно по детски закрыла рот обеими руками. — Прости, продолжай.

— Это не важно. Теперь точно нет, — я только улыбнулся на ее выходку. — В любом случае это один из самых близких мне людей. Что касаемо Рея - наша дружба началось намного позже. Видишь ли, он Скиталец…

— Обожаю их! — опять влезла голубоглазая. — Все эти параллельные, аллюзорные миры наслоенные друг на друга… удивительно, что они способны через них путешествовать. Скитальцы - редкая раса, их почти уже не осталось.

— Ты и про них знаешь? — Мара оскорбленно хмыкнула в ответ, явно считая вопрос риторическим. — Рей был бы рад это узнать. Он так и не смог найти никого из своей расы. В любом случае мы долго присматривались друг другу. Я был слишком обязательным и правильным, честь превыше всего. А он спокойно мог выполнить заказное убийство. Тем не менее он был на голову выше почти всех, кого я знал. Его острота ума, ловкость и приспосабливаемость поражали меня всегда. Еще один идеал, к которому я стремился.

— Хорошо, что ты их вспомнил, — задумчиво обронила Мара. — Надо бы их найти… Ты только набираешь силу как бог. Тебе нужны последователи.

— Разве это возможно? — удивился я. — В смысле найти их сейчас? И что ты имеешь ввиду, говоря о последователях.

— Последователи твоей религии, — терпеливо пояснила она. — Тебе надо кое-что пояснить на счет божественной системы. Есть три вида богов: Новые, Истинные и Старые, или точнее Падшие. Почти каждый человек в нашем мире способен стать богом. Его слава как Героя должна перейти в почитание, только тогда он способен переродиться. Новые боги те, кто до этого никогда не существовал. Совершенно новая религия. Такие встречаются не часто. Старые или Падшие боги те, чье почитание закончилось или последователей его религии стало настолько мало, что его божественных сил хватает только на то, чтобы существовать в вечном сне. Проще говоря бог умирает. Но здесь есть ключевой момент.

Мара резко вскинула указательный палец вверх. Огонь костра в ее глазах отражался синим.

— Если в мире остались хоть какие-то упоминания про бога, то его можно воскресить. Достаточно возродить культ и привлечь больше верующих. Что касаемо Истинных богов - это самая большая группа в Доме. Перерожденные боги, как ты - это кандидаты на место Истинных богов. Но есть одно важное правило! Герой становится Перерожденным только в том случае, если Истинный бог предложил занять его место добровольно.

Внутри меня медленно расползался холод от осознанного. Перед глазами начали снова всплывать куски воспоминаний, мутные, не до конца понятные отрывки прошлой жизни. Первая встреча с голубоглазой красавицей, та самая роковая ночь, ее незримое присутствие рядом, невидимая, но ощутимая рука помощи при решающих битвах. И когда я познал полное отчаяние, вкусил свою беспомощность и невозможность исправить содеянное - она пришла ко мне с предложением…

— Ты - Истинный бог?

— Ты вспомнил меня?

Она стояла передо мной во всей своей ужасающей красе и хищно улыбалась. Ее глаза словно изнутри горели ярко голубым пламенем.

— Кто ты?

Я не чувствовал страха. Уже нет. Мне просто требовалось подтвердить догадку. Ее улыбка стала еще более хищной.

— Я Мара - Истинная богиня Смерти!

Ключ

Вокруг кипела битва.

Мимо что-то крича пронесся Хари. Краем глаза заметил Рея. Он растворился в своем темном облаке дыма. Спустя мгновение дым образовался за спиной одного из врагов, блеснули кинжалы и жертва даже не успела ничего понять. Безликий похоже сражался с Владыками вне досягаемости. Раздался грохот, сверху посыпались камни. Показался огромный красный дракон, заламывающий крыло другой изумрудной рептилии. Они даже не заметили несколько неудачливых двуногих букашек под своими лапами.

И тут я увидел ее. В луже собственной крови…

Глаза накрыла красная пелена, я ринулся с места к ней. В руке у меня был сотворенный из чьей-то крови алый клинок, мой давно был потерян в пылу сражений. Благо для мага крови такие битвы полны подручного материала.

Наотмашь рубанул пару раз, от стрел и пропущенных ударов вовремя прикрывали алые щиты, моментально возникающие из богато разбрызганных повсюду луж.

Упав на колени, я накрыл ее собой. Вокруг образовался непроницаемый кровавый кокан. Гул битвы немного стих.

— Уб… бей… меня, — ее губы еле двигались.

Меня сковало. Что она несет?

— Убе..ей, — повторила она. Уголок рта тронула карминовая струйка. — Я... Ключ… моя кро...вь Клю… ч. Ты же зна...л, правда?

— Нет!, — крикнул я. По щекам текло. Не красным. — Молчи! Береги силы!

Моя ладонь лежала на ее груди. Я пытался прощупать поток крови, закрыть дыры.

Ее рука коснулась моей, там оказался кинжал.

— Убей лю… бимый, — уголки губ дрогнули вверх. — Иначе не… победить.

Я что-то кричал, говорил, убеждал, но чувствовал - моя магия не успевает. Она почти мертва. Сквозь слезы я наблюдал, как моя рука медленно заносит кинжал, словно кто-то ее бережно направляет. Кровью как Ключом мог воспользоваться только убийца. Это я знал.

— Спасибо, — она улыбнулась. Искренно. — Я тебя… люблю!

***

Я проснулся в холодном поту. Снова этот сон. Снова пережил это. Не смог. Не успел!

— Опять этот сон? — ярко голубые глаза Мары блеснули в темноте. — Скоро все закончится, обещаю. Дом близко.

Начало конца

«Демоны обитают в Аду, да? Скажите это им.»

***

— А вот и Дом всех богов! — радостно объявила Мара.

Я вгляделся в каменную постройку на небольшом холме среду густой листвы. Ничего особенного: три огромных поросших мхом валуна прикрыты ещё одним плоским сверху. Единственное, что казалось здесь необычным, это несколько высоких каменных стелл с неизвестными мне письменами. Они были разбросы перед главным входом в дольмен. Я вопросительно посмотрел на Мару.

— Нам нужно вниз, — весело ответила она и первая двинулась вверх по холму к валунам.

Как оказалось ни к какому поселению или городу мы идти не собирались. Требовалось завершить мое перерождение, в то время как Мара полностью освободилась бы от обязанностей Истинного Бога Смерти. Так как я уже забрал часть ее Силы, то сразу попасть в это место мы не могли. Со слов Мары время, затраченное на дорогу, как раз предназначалось для обучения и подготовки Перерожденного к полному перерождению в Истинного.

Тусклый лиловый свет пробежался по символам на стеллах, как только Мара прошла мимо них. С ее приближением к дольмену свет усиливался, становился ярче. Внутри между валунами образовался и стал расти сгусток такого же цвета пламени. Когда она остановилась, напротив уже сиял пламенный проход. Мара обернулась, чтобы поторопить меня.

Я не почувствовал ничего особенного, проходя сквозь пламя. Будто просто вошёл в другую комнату. Но солнечный лес сменился темным не широким коридором. Я уже перестал чему-либо удивляться. Но Мара сразу насторожилась, подобралась, словно готовая к броску дикая кошка.

— Странно… — еле слышно проговорила она, после чего глубоко втянула носом сырой воздух. — Здесь… все не так. Я их даже не чувствую…

— Кого? — поинтересовался я. В ответ только сверкнули ярко голубые глаза, но объяснением меня не удостоили.

Некоторое время мы шли в полной темноте. Не было слышно ни единого звука. Видимо богу не важно наличие света. Я мог спокойно рассмотреть любую трещину на камне в стене. Мара шла в нескольких шагах впереди. Неожиданно она резко присела. Как только я оказался рядом, то увидел на полу тело в луже собственной крови

— Это невозможно… — с ужасом проговорила Мара. — Убить бога?

Она внезапно выпрямилась и бросилась вперёд. У неё в руке из неоткуда образовалась огромная чёрная коса. Как она не цеплялась за стены в таком узком пространстве - для меня осталось загадкой.

Через пару десятков шагов коридор резко расширился, и мы вбежали в огромный круглый зал. На полу в разных неестественных позах валялись груды тел. Я сразу почувствовал кровь, много крови. Она звала и кричала, просилась мне в руки, хотела, чтоб ее забрали. Для меня, опытного мага крови, это было что-то совсем новое и удивительное. Человеческая кровь так не могла. Она всего лишь была послушным материалом.

Краем глаза я заметил, как прикрыла рот Мара. Даже в темноте было видно, как заблестели ее ярко голубые глаза. Бог Смерти и так на это реагирует? Может при потери части Силы она стала более человечной?

— Вы долго, — темноту разрезал властный голос. Почему он так знаком? — Я уже начала скучать.

Напротив на другом конце зала начинались широкие ступени к громоздкому трону с высокой спинкой. В основании бесформенной грудой валялось обезглавленное тело, а на самом престоле восседала тёмная рогатая фигура.

Все произошло моментально. Мара попыталась что-то крикнуть, но тень словно растворилась. Мгновенье и она появилась сразу перед богиней.

— Тебя то, сучка, я и ждала! — яростно взревело существо.

Когтистая рука впилась в горло и с легкостью впечатала богиню в стену позади. Камень лопнул не сопротивляясь, поглотив в себе тонкую женскую фигуру. Меня обсыпало мелкой крошкой. Тело сработало инстинктивно, кинувшись в сторону. Под ногами захлюпало.

Как же давно я не пользовался магией! О, это прекрасное наслаждение!

Из лужи в руку сам начал вытягиваться алый эфес меча. По ногам вверх поползли струи, формируясь в компоненты доспеха. С божественной Силой владение магией вышло на новый уровень. На все это теперь хватало доли секунды. Слишком долго…

Удар невероятной силы прилетел сверху, вжав меня в пол. Дыхание перехватило. Я чуть не захлебнулся чужой кровью. Одуматься мне не дали. Ещё рывок, и я прижат к стене. Напротив меня сверкали два желтых глаза с вертикальными зрачками.

— Привет любимый. Не узнал меня?

Она. Это была она! Я с ужасом уставился на такие знакомые и любимые мной черты лица. Некогда белая аристократичная кожа стала красной. В желтых зрачках не осталось и намёка на лазурный цвет. На голове среди белоснежных волос два демонических рога загибались назад. По всему телу костяные пластины и шипы, на руках длинные острые когти. За спиной извивался.. Что? Хвост?

— Ну как? — язвительно спросила она, блеснули острые клыки. — В роли демона я нравлюсь тебе не меньше?

Она убрала руку, но сила, давящая на меня, не ослабла. Я так и остался висеть распятый на стене. Она сделала несколько шагов назад, чтобы дать себя рассмотреть получше. Раздался звук цокающих по камню когтей.

— Это не… ты, — с хрипов выдавил из себя я.

— Ты прав, — легко согласилась она скрестив руки на груди. — Прошлая я умерла еще в той битве. Ты сам меня убил, помнишь? Нет-нет, я не в чем не виню тебя, милый. Это нужно было сделать. Даже благодарна тебе за это. Прошлая «я» была слаба, нерешительна, иногда безвольна, и зависела от глупой любви…

Она позволила себе смешок. У меня же внутри что-то неприятно заскреблось. Мановение руки и из разрушенной стены медленно вылетала неподвижная Мара. Голова безвольно упиралась подбородком в грудь, по лицу текли алые струи. Она подвесила ее к стене рядом со мной и подошла вплотную.

— Думаешь я прощу тебе ту ночь с ним? С моим мужчиной? — яростно прошипела демоница. — Ты заставила его поверить, что это была я! Использовала его для достижения своих эгоистичных целей. Пошатнула его любовь в меня!

Удар. Едва уловимый. Мара вскрикнула, изо рта вылетели карминовые капли. Демоница медленно достала наполовину погруженную в тело богини руку, после чего та рухнула на пол как сломанная кукла.

Я не верил происходящему передо мной. Все случилось слишком быстро и внезапно. Та, которую я так любил, не могла превратиться в такого монстра. Я отказывался в это верить.

— Это не ты… — через силу снова прохрипел я. Держащая меня хватка не ослабевала.

Она медленно подошла ко мне. Давно я не ощущал ее лицо так близко от своего. Теплое дыхание разбивалось о мою кожу. Она также медленно протянула руку к моему лицу и провела пальцами по щеке. Я почувствовал легкую боль от царапин. По подбородку скатилось несколько капель.

— Это я, — прошептала она мне на ухо. — Истинная я.

От этих слов скребущийся комок в груди начал что-то рвать, причиняя нестерпимую боль. Не физическую. Ее бы я выдержал.

— Знаешь почему это все произошло? — неожиданно спросила она демонстрируя рукой помещение. — Я расскажу тебе одну Легенду… Правда это или нет - решать тебе. Честно говоря, даже демоны не очень охотно в нее верят.

Ее рука опустилась мне на грудь. Дыхание было все также близко.

— Видишь ли, милый, считалось, что когда-то демонов не существовало, были только боги. И сила богов, как и сейчас, в душах верующих в них. Оказывается души могут быть «качественными» и наоборот, представляешь? К чему я это веду как думаешь? — она хитро подмигнула. — После смерти бог забирает душу верующего и помещает ее в свой собственный запасной мирок. Для него это как кладовка душ, а для верующего - способ попасть в обещанные обетованные земли после смерти. Но мирки оказались не бескрайними, там начало заканчиваться место.

Она медленно провела рукой по моей груди. Послышался треск разрываемой ткани, там стало тепло и мокро. Я не дернулся. Да и не смог бы.

— И как ты думаешь, куда начали деваться души, которым стало не хватать обещанного места возле своего обожаемого бога? А куда вообще уходили те, кто не верил ни в одного бога при жизни или совершил непростительное для его религии преступление? Не знаешь? — она наигранно подняла брови вверх. — Они попадали в Пустоши. Пустынное унылое место, где нет ничего, кроме огненных рек и песков. Они в этом не виноваты, просто это был пустой Мир, где могли уместиться многие. Но там не было ничего.

Она отошла в сторону, где валялась выпущенная из рук божественная коса Мары. Когтистая нога коснулась древка и сразу же одернулась. Демоница яростно зашипела и вернулась обратно.

— Где я остановилась? Точно. Как-то раз в этот Мир впервые для себя забрел один из Гасскорцев. У нас эта раса известна как Скитальцы. Он был многогранным ученым и исследователем, и решил помочь тем бедным, что населяли Пустоши. И однажды этот Скиталец появился с реликтом одного из Падших богов. Знаешь в чем ирония? Для воскрешения бога достаточно только души верующего, оболочка вроде тела не обязательна. И если в бога будут верить сразу в нескольких мирах, то он станет реален в обоих! И так великий ученый и гуманист подарил религию новому необразованному Миру. Но он не учел один факт - она звонко рассмеялась.— «Чистых» душ в Пустошах не было. Там сидели только озлобленные на богов и жаждущие мести сущности. Им повезло. Скиталец не знал, что Падшие при воскрешении тоже подвержены подобным чувствам. И первый появившийся бог услышал тех, кто там находился… и создал самых первых демонов - архидемонов. А те в свою очередь начали создавать свои семьи, порождая из обозленных душ новых демонов. Правда красивая Легенда?

Вроде я что-то хотел ответить, но в этот момент залу озарила вспышка яркого пламени. За её спиной прям из этого пламени вышел огромный демон с устрашающего вида рогами. Как только он с ними не заваливается на бок?

— Ламия, ты еще тут? — прогремел он. — Нас зовут, заканчивай со своей игрушкой.

— Уже иду, — сладко пропела она в ответ, после чего демон растворился в очередной вспышке пламени.

— Ла… мия? — смог выдавить я из себя.

— Это мое новое имя, то можешь забыть. Прежней «меня» больше не существует, — она снова придвинулась вплотную. Ее губы оказались около моего уха. — Милый, началась война. Мы наконец-то стали способны отомстить этим мелочным боженькам и воздать им за все. я думаю ты сам это прекрасно понял. Поэтому вот тебе мой прощальный подарок. Не ищи меня. Иначе следующую встречу ты уже не переживешь.

С этими словами мое тело опалило огнем. Она исчезла, а вместе с ней незримая хватка, что так крепко меня держала. Я повалился на пол рядом с Марой и зашелся в кашле. Как только немного пришел в себя, то сразу бросился к богине. Поздно… Мара была мертва. Я устало привалился к стене.

Оказывается, мы сами порождаем своих демонов...

Чующий

Война изменила все.

Нет, это не было мировым конфликтом между людьми и странами. Возможно многие даже не знали об этой войне. Но весь Мир изменился окончательно и бесповоротно.

Все началось в тот миг, когда высшие демоны атаковали одновременно несколько Домов. В тот день около двух десятков Перерожденных и их патроны из числа Истинных богов были убиты. Демоны выбрали правильную тактику: в момент перерождения Истинный бог отдаёт почти половину божественной силы своему приемнику. Идеальный шанс, чтобы уничтожить бога и его «род».

Один из основополагающих фундаментов магии в Мире - это вера. Почитание Героя может превознести его до бога, а вера последователей даёт богу его божественную силу. Но бог тоже имеет своей предел. Он не способен принять в себя всю поступающую силу, особенно если его религия обширна и существует сотни или тысячи лет. Поэтому большую часть силы бог возвращает обратно в мир, где она преобразуется в эфемерную эссенцию. Эфемерная эссенция - равномерно разреженная субстанция. Уже в Мире ей пользуются люди предрасположенные к магии. Именно так создаются заклинания.

Демоны положили начало концу. Более тридцати лет они старательно выслеживали и уничтожали богов. Конечно Истинного бога почти невозможно победить, но Кошмары, как их потом прозвали люди, не жалели сил и воинов. Чтобы укрепить свои позиции, они стали находить последователей и создавать свою веру в этом Мире. Так появились Культы. Многие боги испугались происходящего и закрылись в своих собственных мирках. Немалая часть была уничтожена. Были и те, кто наплевал на правило «не являться перед смертными» и сражался, вселяя ещё большую веру в сердца людей. Но этого было недостаточно. Чаша весов начала склоняться в сторону...

С уменьшением количества богов магия стала иссякать, ее перестало хватать. Даже самое слабое заклинание получалось с малой долей вероятности. В конце концов не стало даже этого. Богам сложно находится в Мире без магии, им нечем дышать, поэтому они почти перестали спускаться. Но это коснулось и демонов, их натиск значительно ослаб на десятилетия. Только некоторым удалось остаться и адаптироваться под новые условия.

Парадокс, но в тяжелые времена вера людей усиливается. К сожалению большая часть Силы не могла найти свой божественный сосуд, чтобы потом вернуться обратно и рассеяться. Вместо это она стала менять свой поток и концентрироваться прямо в Мире. Появились аномальные зоны, где собиралось огромное количество магических эфемерных частиц. Такими аномалиями невозможно было управлять. В зоне своего воздействия они могли создавать природные катаклизмы или менять физические свойства предметов.

Но что самое удивительное, в таких местах стали находить странные кристаллические камни. Их назвали «амагрин». Они содержали в себе магический эфир, были заряженными им. С таким камнем совершенно любой человек был способен сплести заклинание. Но у амагринов был странный побочный эффект: их использование приносило человеку небывалое наслаждение. У любого, кто хоть раз совершал волшебство посредством этого камня, начиналась ужасная зависимость. Теперь магия требовала жертв. Ей тоже нужны были ресурсы.

Душа. Камни высасывали душу человека, превращая его в пустую оболочку. Даже тело претерпевало изменения. Таких стали именовать «Пустыми». Внутри не осталось ничего. Только одно желание - искать амагрины и упиваться их магическим воздействием, рассчитывая, что это заглушит их внутренний голод наслаждений. Прям как свиньи в поисках трюфеля.

Из-за иссякшей магии амагрины стали ценным ресурсом в Мире. Элита всех стран, имея финансы и возможности, стала строить шахты по добыче. Как оказалась, в аномальных зонах имеются огромные залежи этого кристалла. Наладилась торговля.

Со временем негативный эффект амагрина научились блокировать. Из-за этого он стал более доступным, но очень дорогим. Это ещё больше увеличило разрыв между элитой и бедняками, которые не могли позволить себе такой ценный ресурс. Поэтому появились Черные рынки, активно торгующие магией по доступной цене. Правда иногда случались осечки, защита не срабатывала, и человек попадал под проклятие камня. Но желающих приобрести его не уменьшилось. Ведь каждый надеется, что именно его удача убережёт от такого.

***

— Вы Райн Габбс?

Я громко отхлебнул пива и уставился на паренька. Светлые аккуратно подстриженные волосы, голубые глаза, прямая осанка, серьезное лицо от осознания важности его первого задания. На нем был голубой мундир выпускника Королевской Академии.

— Нет, ты ошибся, — отмахнулся я от него.

— Но как же!? — парень немного растерялся. — Чёрные волосы, шрам на левой щеке, два меча, один из них огромный двуручник.

Он кивнул в сторону оружия, которое было приставлено к стене.

— Ну и что с того?

— Вам письмо, от Старика Стэнна.

Я прочёл поданный мне листочек.

— К черту! Пускай сам это дерьмо выполняет! — я скомкал листок и выбросил.

— Но… — совсем было растерялся пацан.

— Что значит «но»? Так ему и передай: «Задание - дерьмо. В шахту вали сам.».

— Он знал, что Вы так отреагируете, — тихо начал посыльный. — Поэтому просил Вас к нему зайти.

Я уставился на паренька. Он весь взмок под моим пристальным взглядом. Видимо у Старика Стэнна он недавно в штате. Вон, ещё носит после выпуска свою форму. Явно считает это огромной гордостью. Ладно, затянул я чего-то с молчанием.

— Хорошо, — я встал из-за стола, прикрепил мечи и двинулся к выходу. — Загляну к дедуле. А ты, — кивнул я пацану. — Заплати за пиво.

Юноша начал судорожно шарить по карман в поисках монеты. Бармен с улыбкой за ним наблюдал. Видимо новенький у Стэнна, не знает ещё, что тут за все заплачено гильдией.

***

Я постучал в дверь, и, не дожидаясь ответа, вошел.

— Ты хотел меня видеть?

Возле книжного шкафа стоял широкоплечий смуглый мужчина. Он обернулся как раз когда я садился на кресло рядом с его столом. На вид ему не дашь больше сорока. Гладко выбритое лицо и блестящий лысый череп. И тёмные проницательные глаза. Старик Стэнн получил своё прозвище за то, что характером больше напоминал брюзжащего старика-скупердяя, чем главу гильдии наемников. Но тем не менее это была лучшая гильдия страны.

— Да, хотел, — Стэнн сел за свой стол напротив меня. — Хотел узнать, как тебе твоё новое задание?

— Дерьмо, а не задание, — ответил я. — С какого хера я должен лезть в эти шахты?

— Потому что это заказ от барона дель Раза, — как можно спокойнее ответил Стэнн. — У него в шахтах завелась какая-то тварь. Периодически жуёт Пустых, которые там работают. Из-за этого его предприятие уже начало терпеть финансовые убытки. У него заказ на Чующего.

— И какое мне дело до всего этого? — поинтересовался я. — Я за то, чтобы этой дряни было как можно меньше на улицах. Пускай загибается. Как ты сказал? «Терпит финансовые убытки»? Он даже не заметит. Да и Пустых я терпеть не могу.

Стэнн устало помассировал виски. Ему никогда не было со мной легко. Иногда я приносил ему больше ущерба, чем прибыли. Я ему многим обязан. Почему он со мной так добр?

— Была бы моя воля - давно бы тебя властям сдал, — устало проговорил он.

— Ага, — с улыбкой ответил я. — Хоть при деньгах под старость лет был бы. В нескольких странах за меня дают кругленькую сумму.

— Это точно. Эй! Я не такой уж и старый!

Мы от души посмеялись.

— Так что хоть за тварь там? — поинтересовался я.

— По описанию очевидцев похож на Деворана.

— Мерзкая гадина, — на моем лице появилась гримаса отвращения. — Но не проблемная. Отправь кого-нибудь из новеньких. До сих пор не понимаю, почему ты навязываешь мне это дело?

— Райн, послушай… — тихо начал Стэнн. — Из проверенных источников у меня появилась информация, что барон дель Раз, это… Грех.

Мои кулаки непроизвольно сжались. Я почувствовал как пульсирует вена на шее. Внутри все замерло, готовое к броску. Раскаленный гнев начал растекаться по венам вместо крови. Стэнн терпеливо ждал, когда я снова возьму себя в руки.

— Почему ты сразу не начал с этого? — чуть сердито спросил я.

— Потому что боялся, что ты сломя голову сразу кинешься к нему.

— А почему я не должен сделать это сейчас? Что меня остановит?

— Ничего, — спокойно ответил глава гильдии. — Но я хочу, чтобы ты взвесил все «за» и «против». Здесь нужно действовать аккуратно. Выполни заказ, принеси голову Деворана, настаивай на личной встрече и тогда он будет перед тобой. Иначе своими опрометчивыми действиями ты рискуешь снова упустить его. Вспомни, как долго ты потом выслеживал Гордыню.

Как бы не было горько это признавать, но Стэнн прав. Комок гнева снова подкатил к горлу. На этот раз я злился на себя. Из-за моей ошибки в прошлый раз я упустил Грех и потерял драгоценное время.

— Ты прав, Стэнн. Надо действовать аккуратно. Я согласен на заказ, рассказывай.

***

Лифт с ужасным скрежетом спускался вниз. Рядом главный бригадир не затыкаясь рассказывал про то, как у них тут все устроено, сколько амагрина добывает эта шахта, какие инновационные методы бурения они используют, кто из шахтеров за какой угол ходит поссать, какие у него две прекрасные дочки и тому подобное. Я попытался расспросить его о твари, но тот отвечал мало, повторяя уже известную мне информацию. После чего опять начал топить меня ненужными словами и понятиями. Я мечтал о том, чтобы этот лифт уже сорвался в пропасть. Так хоть настанет тишина.

— Вот мы и приехали, — весело подытожил бригадир, открывая дверь лифта. — Здесь в курс дела вас введет Аскель. А вот как раз и он.

К нам подошел высокий худой мужчина. Вытянутое овальное лицо мрачно подсвечивалось синими волшебными светильниками на стенах. Глаза Аскеля быстро пробежали по мне, пытаясь сходу определить что я за человек. Я ему весело подмигнул. Пусть немного поломает голову.

— Прошу за мной, господин Габбс.

Мы двинулись по коридору, который утопал в синем свете.

— Я надеюсь Вас ввели в курс дела, господин Габбс? — деловито осведомился Аскель.

— Да, конечно. Только покажите откуда в последний раз приходила тварь.

— Прошу за мной.

Мы петляли из прохода в проход. Иногда попадались развилки. На встречу нам бывало шли шахтеры. Хотя скорее надзиратели. Всю основную работу здесь выполняли Пустые. У каждого своя история, как он стал таким. Кто-то подсел на магическую пыль. Это когда амагрин растирают в порошок. Попадая на любую слизистую он приносит неимоверное наслаждение, и действует намного быстрее, если просто использовать камень для магии. Кто-то сотворил всего-лишь одно заклинание, но и этого было достаточно, чтобы высосать из человека всю душу. А кто-то купил на Черном рынке бракованный товар, который не защитил от кражи души. У каждого своя дорога, но путь у всех один - в шахту.

Пустые не подвержены проклятию камня. Они потеряли себя, но взамен хотят получить наслаждение. То самое, которое они испытывали еще при жизни. Они тянутся к нему, чуют его, пропускают его магию сквозь себя. Поэтому их используют как ищеек и как добытчиков, так как необработанный амагрин очень опасен для обычного человека.

Мои размышления прервало шевеление в нише справа. Я инстинктивно схватился за рукоять рапиры, которая дожидалась своего часа на поясе. Аскель жестом меня остановил. Мы подошли поближе, и я увидел Пустых. Целую толпу. Они тоже почуяли меня, что всегда меня поражало. Я, как Чующий, совсем не подвержен магии. Я могу учуять ее на довольно большом расстоянии, могу игнорировать проклятие амагрина. Но даже с помощью камня я не способен сотворить даже малейшее заклятье. Это особенность Чующих. Мы совершенно чисты перед магией, но легко распознаем её.

Пустые внимательно наблюдали за мной, хотя можно ли так говорить? На их белых безжизненных лицах полных морщин совсем нет глаз. На их месте зияют черные провалы. Просто пустые глазницы. Мерзко.

На шее каждого Пустого был ошейник с пазом для камня, который подпитывал их. Несмотря на неживое тело и потерю себя, им все равно требовалось давать энергию.

Аскель зашел в толпу. Пустые покорно расступились. Обратно он вышел уже не один. Он держал в руке цепь, на которую был пристегнут Пустой. По виду она когда-то была девочкой лет двенадцати. Только передвигалась она не на двух ногах, а на четырех, совсем как собака. Ищейка, догадался я.

— Эта Ищейка дальше поможет Вам найти зверя по запаху магии, — пояснил Аскель. Девочка все время принюхивалась, мотая головой в разные стороны.

— Спасибо, но не надо, — я не люблю этих тварей из-за их вида, но сейчас я не испытываю ничего кроме жалости и сострадания к этой бедной девочке. — Я вполне сам могу почуять зверя. Отсюда я могу уже двигаться самостоятельно?

— Да, — невозмутимо ответил Аскель. — Удачи Вам. Я оставлю здесь человека, чтобы он встретил Вас на обратном пути.

Я кивнул в знак согласия, принюхался и пошел по ближайшему туннелю. Мне не нравился запах магии. Он пахнет гнилью, смердит перегноем, воняет трупами. В больших и богатых городах я обычно задыхаюсь, потому что магия там почти повсюду.

Через час блуждания по туннелям запах стал усиливаться. Значит направление я выбрал правильное. Еще через полчаса я вышел в просторную пещеру. Здесь не было ламп мягкого синего света. Здесь царствовала тьма. Но и тут Чующие не испытывают проблем. Чувства восприятия магии, рисующие четкую картинку в твоей голове, еще никогда не подводили. Как и сейчас.

Тварь еще не успела меня почувствовать. Вон в том углу она свернулась кольцами. Зашевелилась. Уже заметила? Ну, поехали!

Тьму рассек металлический звон вынимаемого лезвия.

***

Как только я добрался до поместья барона, то сразу заявил о том, что хочу лично поговорить с заказчиком. Пришлось устроить небольшой перфоманс, так как стража наотрез отказывалась выполнять мою просьбу. В итоге на шум вышел сам барон дель Раз. Меня попросили сдать все оружие. После этого нас проводили до комнаты переговоров, где мы остались вдвоем, не считая пару стражников у дверей.

— И почему Вы так настаивали на моей личной аудиенции, господин Габбс? — барон отошел к окну, где стоял небольшой столик с напитками. — Вам налить? Ммм… Чудесный фруктовый букет с легкими нотками дуба.

— Нет, спасибо. Я не пью, — я старался держать себя в руках, чтобы все не испортить. Теперь мне нужно время, чтобы все узнать.

Барон выглядел как обычный зажиточный человек. Мягкая белая кожа, ухоженные надушенные длинные волосы, сейчас схваченные в хвост. Чуть полноватая фигура с выделяющимся пузиком, круглое лицо с маленькими быстро бегающими глазками и носом картошкой. Вроде ничего особенного.

Барон почти залпом осушил бокал и налил еще.

— Извиняюсь. Как-то жарко сегодня, не находите? Нет? Так в чем же дело, господин Габбс? Какой честью Вам обязан?

— Я пришел сюда получить оплату за свою работу и Ваш заказ, — с этими словами я кинул под ноги барону голову Деворана, которую до сего времени держал в руке. Жесткая хитиновая голова с глухим стуком ударилась об пол, жвала возле рта от удара зашевелились. — Пришлось повозиться дольше, чем я планировал. Крупный экземпляр попался.

Барон с отвращением глядел на инсектицидную голову чудовища. Кажется его сейчас стошнит. Как-то он весь покраснел. Не от вина ли часом?

— Согласен, крупная особь, — дыхание барона чуть замедлилось, появилась небольшая хрипота. Кажется его пошатывает. — Увеличение награды? Это все, что вы хотели? И ради такого стоило меня дергать? Ой… что-то мне не хорошо…

Барон бесформенной грудой упал на пол, опрокинув столик с бутылками. Часть бутылок разлетелась в дребезги. К нему подлетел один из стражников, начал трясти. Он повернулся сказать, чтобы звали врача. Но из горла у него вырвалось только бульканье. На шее показался красный порез, откуда через долю секунды вырвался алый фонтан брызг. Второй стражник на мгновение замер, но барону этого хватило. Огромная грузная туша с невероятным проворством перелетела полкомнаты, повалив гвардейца. Короткий взмах и новый фонтан залил комнату, окрасив часть мебели в красный. Барон медленно поднялся и уставился на меня. Он был с ног до головы залит кровью. Лицо перекошено в дьявольской ухмылке.

Я улыбнулся в ответ. Вот ты и попался, Грех.

— Какой чудесный аромат, — он вздохнул полной грудью, облизнул кровь с губ и хищно глянул на меня. — Ты прекрасно пахнешь. Давно я не испытывал такого аппетита. Даже пришлось пробудиться когда здесь были эти двое.

— Да, — согласился я. — Видимо ты в первый раз встречаешься с Чующим. Мы приятно пахнем почти для любого монстра. Это позволяет нам выманивать их.

— Так ты охотишься на меня? — удивился Грех.

— А ты догадлив. Но только перед твоей смертью нам нужно поговорить.

Грех рассмеялся. Громко и утробно. После чего его лицо перекосила гримаса гнева.

— Да как ты смеешь, кусок мяса, бросаться такими фразами? Я даже играть с тобой не буду, сразу сожру.

И он сорвался с места. Скорость для смертного была невообразимой. Ногти на руках уже успели деформироваться, удлиниться и стать острее, чем хорошо заточенные лезвия. Замах. Удивительная резвость для человека. Но не для Чующего.

Я ушел кувырком в бок. Угодил в лужу крови одного из солдат, моментально развернулся. Грех был уже надо мной, занося руку для нового удара.

Всплеск алых капель. Лужа крови взметнулась стеной вверх, прикрывая хозяина. Удар барона пришелся словно в стальной щит. От отдачи удара его откинуло.

— Что? Как? Это невозможно!

Из соседней лужи хлыстами взметнулись два фонтана и обвили руки Греха. Мощная сила опрокинула его на спину, прижала. Он завизжал, попытался сделать что-то ногами, но из лужи подо мной уже другие плети обвили ему ступни и медленно ползли по телу. Я вытянул руку. Из остатков крови сформировался длинный изящный клинок. Рукоять удобно легла в ладонь. Такая теплая и приятная. Я подошел поближе и наклонился над ним.

— Как? Нет! Невозможно! — не переставал визжать Грех. — Ты - маг крови! Это невозможно! Ты же Чующий. Вы не способны использовать магию!

Теперь хищно улыбнулся я и приложил палец к губам.

— Тссс… это будет наш секрет. Ты же Гнев, верно? А теперь отвечай: где она?

Грех перестал визжать и брыкаться. Кажется до него дошло кто перед ним.

— Так это все ради нее? — он мерзко улыбнулся. Так улыбаются преступники, вспоминающие что они натворили, и получающие от этого удовольствие. — Ты никогда её не получишь. Ей нравится у нас. Высшие ею доволены. Они с не…

Клинок с хрустом вошел в плоть. Бессмысленный разговор. Хоть на один Грех стало меньше.