Поговори со мной, кошмар

Глава 1

Когда все силы преисподней вырываются на свободу рядом с нами, они проделывают это с блеском.

Р. Желязны

Демон ночных кошмаров неторопливо гулял по темным улицам города. Укутанный в кожаный плащ, с широкополой шляпой на голове, он казался обычным высоким мужчиной, обыватель не видел в нем пришельца из другого измерения. Он мог ненадолго остановиться у спящего на скамейке бездомного, оглянуться по сторонам – нет ли случайных прохожих – и слегка вытянуть руки над телом. В свете тусклых фонарей струился из его пальцев чёрный туман. Полосы едва заметного дыма проникали в уши жертвы и растворялись в мозгу, находили, вытаскивали на поверхность самые затаенные страхи, смешивали их в невообразимые комбинации и снимали сливки первобытного ужаса. Чуть позже человек в плаще отступал и, насвистывая, шел дальше. За его спиной оставалась жертва, погруженная в жуткие кошмары, из которых только один выход – рассвет. Демон поправлял шляпу, едва прикрывающую рога, и отправлялся на поиски новой жертвы.

Демон поправлял шляпу, едва прикрывающую рога, и вновь отправлялся на поиски. Почти месяц он в этом мире, наблюдал за Игрой и уже не так голоден, как по прибытии, спокойно, обстоятельно выбирал себе пищу. Свет неоновой рекламы упал на лицо, выделяя грубые, будто высеченные топором черты: широкий нос, крупный рот, тяжелый подбородок. В тени шляпы остались черные глаза, из них струилась, вытекала невесомая мгла. Демон вышел на оживленный перекресток, вдохнул взвесь выхлопных газов и слегка скривил губы в подобие улыбки. Он очень любил Лондон в канун Самайна и завершения Игры – и любил бар «Адский закуток», с контингентом из существ разных измерений. Между охотами он просиживал штаны там.

– Самое время пропустить стаканчик, – буркнул демон себе под нос и завершил ночную охоту.

Он сидел за стойкой бара и методично, с чувством поглощал заказанные пинты. Посетители избегали его, держались подальше, группами по своему виду заняв столики, но к одиночеству он привык. Компанию ему составлял молчаливый бармен-фэйри и собственная шляпа на стуле рядом. Демонов ночных кошмаров не любили даже другие демоны: создания тьмы тоже видели сны и можно было только догадываться, какие вещи могли их напугать. Самые жуткие криминальные сводки людей покажутся детским лепетом. Он играючи доставал из глубин подсознания любого существа первобытный ужас, способный заставить оглядываться даже демонов ярости, а хуже и страшнее их братии, творящей в боевом угаре невероятные по жестокости вещи, сложно представить. За это демона кошмаров обычно пытались прикончить при любом удобном случае. И проигрывали. Помимо прочих недостатков он, как все представители его рода, являлся искусным воином и потрошил противников любимым серповидным клинком. После пыток кошмарами, конечно.

Здесь, в Пограничье миров, его мрачность явственно ощущали способные к повышенной эмпатии особи всех видов, что уж говорить о случайно забредших в бар людях. Но убить на нейтральной земле не пытались. Можно сказать, что бар – его любимое место во всех измерениях, в нем позволительно немного расслабиться. Хрупкие человеческие создания здесь не задерживались: разворачивались, едва переступив порог, либо после первого заказа, так что обычно компания собиралась из «своих». Не для людей это секретное лондонское место. Особенно накануне Самайна.

– Здесь свободно?

Демон поднял черные глаза на нарушительницу его уединения, затем посмотрел в другую сторону, где сиротливо стояли высокие деревянные стулья, до блеска натертые задницами сотен и сотен посетителей.

– Это ты мне? – на всякий случай уточнил он, подпустив в голос раздражения. Высокая черноволосая девушка с искусно подведенными голубыми глазами совершенно не стушевалась.

– Тебе, – не ожидая ответа, она забралась на ближайший стул слева и сделала заказ. Потрясающее самообладание для человека. Он окинул взглядом стройные ноги в синих джинсах и алую, как кровь, парку. Кончик длинноватого носа слегка покраснел от холода, что в принципе приятной картины не портило. Демон невольно задержал взгляд на лице и остался доволен. Хотя какое ему дело до этой пухлой нижней губы, которая так и просится, чтобы прокусили и слизнули каплю крови.

Равнодушный бармен сполоснул стакан, наполнил и слегка толкнул по стойке в направлении посетительницы. Демон отвернулся и в один долгий глоток осушил очередную пинту. Девица скоро уйдет, и он снова останется в привычном одиночестве. Он задумался об Игре, ради которой, собственно, и явился в Лондон. Он искренне болел за открывающих, но за все годы древние боги так и не сумели проникнуть в мир людей. Игра собирала множество наблюдателей ежегодно, потому в баре не было недостатка в посетителях: существа иных измерений ждали зрелища. Странные создания Земли, методично и целенаправленно пытавшиеся уничтожить свой дом, удивительным образом притягивали к себе, позволяя питаться разрушительной силой многим существам. За спиной бармена висела доска, на ней разными маркерами пестрели пометки о ходе Игры. Сколько выявлено открывающих, сколько закрывающих, делались ставки на исход состязания. Он тоже поставил немалую сумму.

Пока лидировали закрывающие.

– Красивые рога, – заговорщически шепнула девица, как будто нарочно слегка растягивая «а», и повернулась к нему, демонстрируя усы из желтоватой пены над верхней губой.

– Что? – он поперхнулся от неожиданности.

– Рога, говорю, красивые, – терпеливо повторила девица. – Я Мари. А ты?

– Двэйн Казаоир, – демон нахмурился и слегка откинулся назад, внимательнее оглядывая соседку. Что-то он упустил. Эта человеческая самочка обладает способностями видеть потустороннее, но, очевидно, не в курсе, что делать комплименты рогам – это недвусмысленный намек на более тесное общение.

– Я не спрашивала твою фамилию, – подмигнула Мари, откровенно любуясь его головой. Ей удалось привлечь его внимание. Однозначно.

– Это не фамилия, а род деятельности. Я – воин. Кто ты?

– Вопрос – кто ты? Открывающий? – она подперла кулаком подбородок, беззастенчиво разглядывая собеседника. – Я нейтральная сторона, мне все равно, какую игру ты ведешь. Через два дня узнаем, кто победит, и мирно побеседовать может не получиться, я сгину вместе с моим миром.

– Я наблюдатель, – Двэйну отчего-то не понравилась мысль, что эта нахальная девица сгинет куда-то вместе со всем людским измерением.

Странное чувство.

Демон машинально провел рукой по своим коричневым с красными прожилками закрученным рогам.

– Так кто ты? – терпеливо переспросил он.

Мари улыбнулась.

– Человек. А ты что за зверь? – она бросила взгляд через плечо и что-то пробормотала себе под нос. – Здесь три вампира, два оборотня, один такой же рогатый и еще черт знает кто...

Очевидно, она говорила о других видах, некоторые из них вообще не имели привычной людскому глазу внешности. За самым дальним столиком растекалось и вновь собиралось существо из грязи.

– Я – демон ночных кошмаров, – эта Мари сказала все точно, очень интересно, – а тот рогатый – демон раздора, не такой, как я.

– Плевать, – подмигнула Мари и попросила бармена повторить. – Говорят, кошмары – та еще жуть.

– Говорят? – Двэйн отставил недопитую кружку. Разговор принимал занятный оборот. Демон ночных кошмаров не встречал человека, которому не снились сны. За все шесть с лишним сотен лет своей жизни – ни разу. Его слегка заостренные коричневые ногти удлинились и заструились черной дымкой невесомых щупалец по барной стойке в сторону девушки. Она выгнула бровь:

– Интересно…

Мари не дрогнула, с легкой усмешкой глядя, как черный туман поднимается все выше, касается ее лица, нежно скользит по щекам, устремляясь в уши. Голубые глаза зачарованно смотрели на него, и Двэйн знал, что черная дымка течет из его глаз, словно ручьи слез грешника, гипнотизируя девушку.

Она позволила ему вторжение в свое тело, насмешливая, нахальная.

– Ты контролируешь себя, Двэйн? – спросила она, будто ничего не происходило, будто они вели светскую беседу на приеме у его короля.

– Почти всегда, – он не мог ничего нащупать в ее мозгу, как будто чистый лист. Ни намека на страхи. С другой стороны, она ведь не спит.

– А когда не можешь?

– Когда сплю сам.

Он отозвал свою темноту. Существо, которое не реагирует на него, необходимо исследовать. Придется задержаться в этом измерении после Игры, если его не поглотят древние боги, конечно.

– Сложно, наверное? – Мари тряхнула распущенными волосами и слизнула с губ капли.

– Что именно?

– Быть одному. Вряд ли кто-то хочет коротать ночи в твоих объятиях, демон.

– Тебе что за дело? – непроизвольно огрызнулся Двэйн, красные нити на его рогах запульсировали. Хрупкое создание надавило на ноющую рану: никто не желал страдать от кошмаров и связываться с ним. Рискует, ох и рискует. Но, к его удивлению, злость быстро сменилась надеждой. Двэйн на секунду задумался, анализируя, а затем резко обернулся, молниеносно выхватывая серповидный нож из рукава. Его рука замерла у горла невысокого элегантного мужчины, лезвие повредило его кожу самую малость, лишь на каплю крови.

– Все может быть так, как ты и боялся мечтать, Казаоир, – улыбнулся мужчина и спокойно отвел руку Двэйна в сторону. На его точеном бледном лице не дрогнул ни единый мускул. Он подмигнул Мари и прошел вглубь зала.

– Кто это? – спросила Мари.

– Надежда, – выплюнул имя Двэйн. – Самый отвратительный из демонов.

– А по мне он очень мил, – пожала плечами девушка.

– Это пока ты не попала в передрягу, из которой не выбраться. Надежда накроет тебя в самом конце, когда не сбудется.

– В твоем мире все только черное и белое, Двэйн? – демон промолчал, девушка продолжила: – Я бы хотела узнать, что такое сон. Пусть он будет даже кошмарным. Покажи мне.

Мари спустилась на пол и встала очень близко, от нее пахло осенью, тонкими духами и пивом, а затем девушка сделала то, на что в здравом уме не соглашались даже демоницы, – провела пальцем по его рогу.

Нет, она точно знала, что делала.

***

Двэйн Казаоир, демон ночных кошмаров, тихо шел следом за вампиром. Это игрок открывающей стороны, для которого настали последние мгновения жизни. Серповидный клинок привычно лег в широкую ладонь, слегка вибрируя в предвкушении кровавого пира.

В этом году, как и в следующих, перевес будет на стороне закрывающих, ведь Мари, его не видящая снов Мари, его наслаждающаяся кошмарами Мари, не сможет выжить в его измерении, а значит, мир людей не поглотят древние боги.

Двэйн постарается.

Он проиграл кучу денег в тотализаторе, но выиграл кое-что важнее.