Писатель с того света

Глава 1

Ранней весной, в день какого-то необычайно ясного и теплого утра из подъезда жилого пятиэтажного дома вышел высокий молодой человек в черной куртке, распахнутой настежь. Михаил Гаврилов, а именно так звали этого человека, остановился под козырьком подъезда и осмотрелся. Солнце лениво покоило свою круглую физиономию на крыше соседнего дома, изредка скрываясь за маленькими, но довольно увесистыми тучками.

Недалеко от подъезда, склонившись над землей, полноватая пожилая женщина высаживала цветы, что-то напевая себе под нос. Михаил тут же узнал в ней свою соседку Лидию Семеновну, добродушную старушку, которая не раз выручала его деньгами или продуктами в трудные дни. Юноша же в свою очередь помогал ей делать мужскую работу по дому и никогда не уходил от благодарной соседки без гостинцев. – Доброе утро, Лидия Семеновна! – крикнул Михаил, но старушка так увлеклась цветами, что казалось это все, что ее может заинтересовать. Улыбнувшись, юноша взглянул на свои старенькие наручные часы и направился прямиком на автобусную остановку.

На вид ему было около двадцати пяти лет. Светлые волосы аккуратно зачесаны на бок, на носу красовались очки, а из-под них на мир взирали два больших небесно-голубых глаза. После окончания института Михаил получил диплом журналиста и устроился работать в маленькую невзрачную редакцию, выпускающую не популярные газеты, которые читала лишь малая доля и без того скудное население этого города. А в основном люди даже не знали о ее существовании. Погрузившись в раздумье. Михаил не сразу заметил большую черную кошку. Он не был суеверным, но что-то все-таки заставило парня остановиться. – Брысь! – бросил он кошке, но та лишь уставилась на него большими янтарными глазами. – Ну и что мне с тобой делать? – Михаил хотел было погладить животное, но кошка, вильнув пушистым хвостом гордо удалилась. – Не добрый знак – сказал сам себе юноша. – Что-то обязательно должно произойти. Он пока и не подозревал, на сколько оказался прав.

Едва подошел автобус, Михаил сел на единственное свободное сидение у окна и достал ручку и блокнот. Выпускник факультета журналистики и начинающий писатель очень давно обзавелся привычкой записывать интересные и необычные на его взгляд случаи, происходившие вокруг. Но сегодня в этом не было необходимости. Пара молодых людей сидевшие позади о чем-то увлеченно беседовали и громко смеялись. Девушка, напротив, слушала музыку, постукивая пальцами по спинке сидения в так мелодии. Спереди седовласый мужчина в сером пальто водил пальцем по планшету, проверяя почту.

Разочарованный Михаил убрал блокнот и уставился в окно откуда на него со всех крыш домов, зеленеющих ветвей деревьев и улыбающихся лиц прохожих смотрел совсем еще юный, только что родившийся апрель. Несмотря на ранний час в редакции уже вовсю кипела жизнь. В воздухе витал еле уловимый запах свежей бумаги и крепкого кофе. Поприветствовав коллег и пожав руки всем желающим, Михаил сел за свое рабочее место и включил компьютер. Маленький письменный стол был просто завален кипами документов и все различными материалами для будущих статей. Дав себе торжественное обещание сегодня же разобрать весь этот беспорядок, юноша полностью погрузился в работу. Он даже не заметил, как сзади к нему подошла девушка и закрыла его глаза мягкими теплыми ладошками. – Угадай кто? – шепнула она Михаилу и на лице парня появилась легкая улыбка. – Хм, дай подумать. Анджелина Джоли? - обрадовался он. – Ага, размечтался, - засмеялась девушка и села на край стола.

Анна и Михаил училась в одном институте. Яркая, веселая, красивая девушка сразу покорила сердце Михаила, а заодно и всю мужскую половину института. Юноша не мог поверить своему счастью, когда спустя некоторое время активистка и отличница Аня предпочла его, скромного ничем не примечательного парня. А ведь за ней пытались ухаживать многие. Чтобы быть ближе друг к другу ребята устроились работать в одну редакцию. Аня была первоклассным специалистом в области дизайна и занималась оформлением их печатной продукции. – Может быть сегодня сходим куда-нибудь? – предложила девушка. – Выбирай кино или кафе, – улыбнулся Михаил. – Давай сначала в кино, потом в кафе. Я знаю одно потрясающее местечко. Там так тихо и уютно. – Хорошо. Тогда после работы я буду ждать тебя в холе, – парень провел рукой по длинным светлым волосам и нежно поцеловал Анну. Та одарила его лучезарной улыбкой и поспешила на свое рабочее место.

Настроение Михаила заметно улучшилось. Даже черная кошка, которая так обеспокоила его утром, давно вылетела из головы. Он сделал пару важных телефонных звонков, назначил несколько встреч, разобрал бумаги и уже хотел размяться и купить себе в кондитерской что-нибудь съестное как в комнату ворвался коллега и хороший друг Михаила, Сергей. Именно он помог молодым специалистам устроиться к ним в редакцию. Беззаботный и улыбчивый молодой человек закончил тот же институт что и Михаил только двумя годами раньше. Однако сейчас, вместо привычной улыбки на его лице выражалось явное беспокойство. – Слушай, Гаврилов, не знаю, что ты натворил, но на твоем месте я бы не пожелал оказаться и врагу. – Что случилось? – изумился Михаил. – Захаров рвет и мечет! Если ты не явишься к нему через пять минут, он здесь все разнесет! – Да это его привычное состояние, – отмахнулся Михаил. Главный редактор славился своим дурным характером. К нему-то в принципе подходить было опасно, а если он еще и окажется в плохом настроении, то это приравнивалось к хорошему десятибальному шторму. – Хорошо. Я тебя предупредил. Но учти, если будешь просить у меня политического убежища, приму только с бутылкой хорошего коньяка. Стресс, сам понимаешь. – Ладно, уже иду. Спасибо, Сереж. У кабинета главного редактора Михаил сделал глубокий вдох, придал своему лицу самое весёлое и беззаботное выражение, на которое только был способен, постучал и, не дождавшись ответа толкнул дверь. – Разрешите, Олег Николаевич? – Садись! – рявкнул главный редактор, даже не взглянув на него. Невысокий полноватый мужчина с пышными усами и короткой шеей бросил на стол перед Михаилом стопку листов. В них юноша с удивлением узнал свою вчерашнюю статью. – Что это, Гаврилов? – Олег Николаевич гневно уставился на него своими черными глазами-пуговками. – Статья о доме для престарелых людей, – непонимающе ответил Михаил. – Я вижу, – голос главного редактора звучал спокойно, однако венка на его виске опасливо начала пульсировать, лицо покраснело. Было очевидно, что сдерживаться ему стоило огромных усилий. – Ты сам это читал? – Я Вас не понимаю. – Не понимаешь? Что ж, я тебе сейчас объясню, – нарочно елейным тоном проговорил он, затем взял в руки материал, написанный Михаилом, и начал читать вслух.

“ Один день в доме престарелых. Недавно мне давилось побывать в одном из элитных пансионатов для пожилых людей в Подмосковье. На вид приличная двухэтажная дача с видом на озеро и красивым названием «Сказка». Газ, водопровод, казалось бы, здесь есть все условия для комфортного проживания пожилых людей. На самом же деле за красивой облицовкой дома и его участка скрывалась страшнейшая антисанитария, отвратительный запах, пустой холодильник и такие же пустые холодные сердца сотрудников гастарбайтеров. Двадцать самых простых кроватей с матрацами и подушками – вот и все что предоставляли больным умирающим старикам. Владелец пансионата – Бирюков И.А. дать какие-либо комментарии отказался. Однако нам удалось выяснить, что всего за пару месяцев там умерло восемь больных стариков. Кроме инсультников в «Сказку» попадали хронические шизофреники и люди, страдающие болезнью Альцгеймера. За содержание людей с тяжелыми заболеваниями Бирюков брал с их родных по 50 тысяч. По его словам, стариков просто заваливали деликатесами, однако на самом деле о них просто забыли. Не брезговали сотрудники и тем, что привозили старикам их родные. Все так и осталось бы за закрытыми дверьми, если бы не равнодушные сердца санитарок, которые больше не могли смотреть на страдания людей.

Родственники потерпевших уже обратились с полицию и прокуратуру с просьбой провести проверку и наказать тех, кто решил заработать на горе старых, немощных, больных людях. Надеемся, что эта «сказка» окажется со счастливым концом, а злодеи, как и во всех счастливых финалах понесут заслуженное наказание. Михаил Гаврилов” Олег Николаевич опустил листы на стол и пристально уставился на Михаила. – Ты хоть понимаешь что было бы, если б твоя статья попала в завтрашний выпуск? – прошипел главный редактор, брызжа слюной. – Но ведь вы сами поручили мне написать об этом доме престарелых! – возмутился Михаила. – Я просил тебя написать о Бирюкове! О том что он жертвует деньги для больных стариков! О том, что благородный меценат на собственные средства построил дом, приют для больных пожилых людей! – голос редактора стал срываться на крик. Тут в кабинет вошла секретарша, но Захаров рявкнул чтобы она убиралась вон, и перепуганная девушка тотчас выбежала за дверь. – Который он построил для отмывания денег и ухода от налогов. – Какая разница! Человек сделал великое дело, а сейчас все кому не лень порочат его честное имя! Наша задача помочь ему восстановить свою репутацию! – Честное имя?! Он преступник! Задача прессы не покрывать незаконные действия, а разоблачать их! Вы бы видели, что там твориться! – пытался возразить Михаил, но тут же пожалел об этом. – Мне плевать кто он, преступник или нет! Он очень влиятельный человек! Если твоя статья выйдет в свет, нас раздавят, оглянуться не успеем! – лицо главного редактора стало багровым от злости. Вот в чем дело! Теперь понятно, почему наш “уважаемый” Олег Иванович так трясется над этим Бирюковым! – подумал юноша. – Значит так, правдолюб. Или ты к утру переписываешь свою паршивую статейку или ты вылетишь отсюда как пробка! И можешь мне поверить, я сделаю так, что ни у нас, ни в какой другой редакции ты больше работать не сможешь! – отчеканил Олег Николаевич каждое слово, словно Михаил был настолько глуп, что до него не сразу доходил смысл сказанного. – Хорошо. Только разрешите задать один вопрос, – в юноше поднималась волна возмущения. – Сколько Бирюков заплатил вам за эту статью? – с вызовом спросил он. – Что?! – взревел главный редактор, поднимаясь с кресла. Казалось, он вот-вот бросится на Михаила с кулаками. – Да как ты смеешь! Убирайся отсюда щенок! Ты уволен! Вон! – С радостью! – Михаил быстрым шагом вышел из кабинета, не забыв напоследок как следует хлопнуть дверью. Гнев и злоба переполняли его. Он написал замечательную статью! Она могла бы помочь наказать этого преступника. Хотя в полиции у него тоже наверняка все куплено. – Миша! Вот ты где! А я освободилась пораньше! – сияющая Анна обвила руками шею юноши. – Можем отправляться. – Извини Ань, не сегодня, – юноша хватал вещи со стола и без разбора кидал их в сумку. – Но ты же обещал! Что случилось? Зачем ты собираешь вещи? – Аня, уйди отсюда, пожалуйста! Не до тебя сейчас! – воскликнул он раздражённо. – Хорошо, уйду. Но имей ввиду, Гаврилов, ты об этом пожалеешь, – девушка окинула его презрительным взглядом и гордо удалилась.

***

Михаил брел по улице не разбирая дороги. От ясного солнечного утра не осталось и следа. Солнце затянуло хмурыми тучами, начал подниматься ветер. “Завтра же покажу свои статьи другому редактору. Городок у нас не такой уж и маленький, может куда-нибудь и возьмут”– успокаивал он себя, хотя в глубине души понимал, стоит этому хмырю Захарову захотеть, и в газету его возьмут работать только в качестве уборщика. Сетуя на несправедливость всего окружающего мира, Михаил и не заметил, как ноги сами привели его к маленькому кафе возле дома, где он любил часами напролет сидеть за дальним столиком, смотреть в окно и записывать удивительные истории о любви, фантастические рассказы о пришельцах и великолепные психологические детектив.

А совсем недавно его посетила создать настоящий роман о жизни в эпоху средневековья. Рыцари, замки, крестовые походы – все это давно будоражило романтическую натуру Михаила. С детства он грезил рассказами о славном Короле Артуре и рыцаре Айвенго. Однако последняя неудачная (собственно, как и все предыдущие) попытка издать какое-либо из своих произведений заметно поубавило его пыл. Молодого неизвестного писателя просто не воспринимали всерьез. – Мы просматриваем сотни вариантов каждый день, – объясняли ему редакторы. Ага, просматривают они, как же, - вертелось на языке у Михаила. – К сожалению у нас очень жесткий отбор. Мы просто не имеем возможности печатать всех желающих. Но мы постараемся для вас что-нибудь сделать. Оставьте номер своего телефона, и мы вам обязательно перезвоним.

Надо ли говорить, что звонка наш энтузиаст так и не дождался. К слову, он и не надеялся, что ему удастся опубликовать свои рассказы. Малоизвестные писатели интересуют издательства в самую последнюю очередь. Зачастую на них не удается заработать и повезет, если еще деньги не потеряют. Зайдя в кафе, Михаил сел за свой привычный столик и заказав кофе, и оглядел скучающим взглядом тех не многих посетителей, которые решили перекусить или выпить горячего чая. – Привет, – рядом с Михаилом на свободный стул плюхнулась его младшая сестра Саша, невысокая девушка с длинными темно-русыми волосами. Она поставила перед братом чашку ароматного капучино.

В этом году девушке исполнилось восемнадцать. Она закончила школу, и в след за Михаилом переехала из родительского “гнездышка” в другой город и поступила в престижный институт на лингвиста, а чтобы оплачивать учебу устроилась работать официанткой. в кафе. С первого взгляда никто и подумать не мог что два таких абсолютно разных человека могут быть братом и сестрой. Саша была полной противоположностью брата. Веселая, озорная, уверенная в себе девушка. Она была душой любой компании, а ее заразительный смех не мог не вызывать улыбки у окружающих. – Как дела на работе? Ты рано сегодня, – поинтересовалась Саша. Михаил рассказал все что случилось с ним сегодня днем. – Но ведь на самом деле нет никаких оснований увольнять тебя? Ты просто выполнял свою работу, ведь так? – неуверенно сказала девушка. Вид у нее был слегка озадаченный. – Таким как Захаров не нужны основания, - мрачно ответил юноша, вылавливаю ложкой пенку из капучино. – И что ты теперь собираешься делать? –Имеешь в виду после того, как закончу заниматься самобичеванием? – поинтересовался тот. – Не знаю, наверное, ограблю банк и уеду на Канары на ПМЖ, - Михаил улыбнулся и дотронулся до кончика Сашиного носа, прямо как в детстве. – Шутишь, значит не все так плохо. В этот момент раздался телефонный звонок, и Михаил поспешно достал из кармана мобильник. На экране высветилось “Анюта”. – Не хочешь ответить? – удивилась Саша, глядя как парень вновь прячет телефон в карман. – Я сейчас не в том настроении. Могу наговорить лишнего. Я позже ей перезвоню. – Знаешь братец, на ее месте я бы давно врезала тебе хорошенько. Девушки не любят такого обращения. Ты рискуешь потерять ее. Если Аня тебе действительно дорога, не нужно так наплевательски относиться к ее чувствам. Это ранит, больно. Настанет день, она просто перегорит и исчезнет из твоей жизни. Тихо, словно никогда и не было. Вот тогда ты забегаешь. Но будет поздно. Кофе за счет заведения, – Саша чмокнула брата в щеку и поспешила вернуться к своим обязанностям.

Придя в маленькую съемную квартиру с простенькой старой мебелью, Михаил первым делом сел за стол и достал из ящика толстую тетрадь на пружинах. Сидя в кафе, он вдруг осознал – не важно удастся ли ему воплотить в жизнь свою мечту о собственной книге, но дать пропасть такой замечательной идее было бы не простительно… нет, даже преступно. Вопреки техническому прогрессу, который идет вперед с колоссальной скоростью, Михаил не любил работать на компьютере. Он писал в тетради от руки, делая пометки на полях, выделяя маркером необходимые места и только потом набирал текст на своем стареньком ноутбуке. Открыв тетрадь, юноша провел рукой по белоснежным листам, взял шариковую ручку и немного помедлив, вывел: В черном плаще…

Глава 2

В черном плаще опираясь на свой корявый посох, напоминающий высохшую куриную лапу, глубокой ночью в замок графа Веллингтона вошел пожилой мужчина. Слегка прихрамывая, он направился мимо белоснежных колон и многочисленных комнат, пугливо озираясь по сторонам. Казалось, он скорее бы отдал все свои скромные пожитки, чем пробыл бы здесь еще хоть одну минуту. Его шаги эхом раздавались по всему замку.

Дверь кабинета была слегка приоткрыта, и едва незнакомец вошел в слабо освещенную комнату, тишину пронзил резкий ледяной голос. – Ты заставил себя ждать, Зитто! Мужчина вздрогнул и поспешно опустился на колени. Его черные засаленные волосы, едва доходившие до плеч, упали на лицо, закрыв уродливый шрам, который тянулся от мутного серого глаза до нижней губы. – Простите, мой господин! Из темноты в единственный освещенный участок комнаты шагнул сам хозяин замка. Молодой, высокий, хорошо сложенный человек смотрел на гостя презрительным взором. В его холодных, стеклянных голубых глазах было что-то зловещие, что заставило Зитто тут же отвести взгляд. – Тебе удалось выяснить что-нибудь о НЕМ? – Нет, милорд. Мне нужно еще немного времени… – ВРЕМЕНИ! – взревел граф, отчего мужчина тихо заскулил и закрыв лицо руками сделал несколько шагов назад, отступая перед приближающейся могучей фигурой графа. –Прошло пять лет! Сколько времени еще тебе нужно? – Милорд… – Твоя ошибка может мне слишком дорого стоить. – О, нет-нет мой господин! Уверяю вас, он давным-давно мертв! В его состоянии он не смог бы протянуть и часа. – Однако ты же не можешь знать этого наверняка, – с нажимом сказал Веллингтон. – Ты представляешь что будет, если в один прекрасный день он явится сюда? – Это исключено. – А мне говорили что ты чуть ли не самый сильный колдун в королевстве, – граф бросил на него уничижительный взгляд. – О, так и есть мой господин! – лицо Зитто расплылось в улыбке, обнажив желтые зубы. –Тогда почему такой сильный маг как ты не смог выполнить простейшее задание?! – прорычал Веллингтон. – Я…я не знаю. Он оказался гораздо сильнее чем мы думали…Но наша затея не могла пройти бесследно. Он наверняка давно мертв. – Ты не знаешь моего брата. Его не так-то просто сломить. Если мы до сих пор ничего о нем не знаем, значит он выжил. И не просто выжил, ему кто-то помогает, – граф был явно обеспокоен. – Но это невозможно. – Ты хоть знаешь почему я тебя до сих пор не убил? – Веллингтон схватил колдуна за грудки и прижал его к холодной мраморной стене. Тот взвизгнул и выронил посох, беспомощно болтая ногами. – Потому что теперь только ты можешь все исправить. –Да, милорд, – чуть не плача выдавил Зитто. – И учти, если об этом узнает хоть одна живая душа, клянусь Богом, магия тебе не поможешь. Твоя голова украсит стену замка. Зитто сглотнул и одернул ворот. Его вдруг бросило в жар. – Милорд…А графиня и ее дочь… Они… Они не продолжат искать его? – Нет. Энни мне удалось убедить что мой дражайший братец мертв. Именно поэтому она и стала моей женой. А что касается этой взбалмошной девчонки… Впрочем это уже не твоя забота. Главное, держи рот не замке. – Мой господин, я никогда бы не посмел предать вас, – Зитто склонился к ногам графа, но тот брезгливо отстранился, словно боясь испачкаться –Запомни колдун, я не привык повторять дважды. Иди.

Зитто раскланиваясь отступил к двери и быстрым шагом направился прочь. Только оказавшись за стенами замка, колдун смог вздохнуть с облегчением. В воздухе уже витали первые признаки рассвета.

***

– Ай – воскликнула Адалинда, выдергивая прядь волос из рук служанки. Жесткая щетка, гуляющая по ее белокурым волосам, причиняла жуткую боль. – Простите, госпожа, но мне велено сделать вам прическу перед началом приема, – виновато сказала Мия, аккуратно укладывая красиво завитые локоны. Пожилая женщина прислуживала Веллингтонам уже много лет. – Да что вы все, с ума сошли с этим приемом? – Адалинда резко вскочила на ноги и опрокинула почти половину косметики, стоявшую на туалетном столике. – Оставь! – рявкнула девушка Мие, которая принялась было собирать многочисленные флакончики и скляночки. – Все только и твердят: “Ах какой сегодня будет чудесный вечер! Какой великолепный десерт приготовили повара! А вы видели новое платье графини?” – Адалинда пришла в негодование, но все же позволила Мие усадить себя обратно в кресло. – Но ведь сегодня такой праздник, день рождение вашего дяди, графа Веллингтона… – Сегодня годовщина смерти моего отца! Я не понимаю, как можно веселиться и праздновать в такой день! – всхлипнула Адалинда. – Ваш отец был замечательным человеком, - осторожно сказала служанка, опасаясь новой вспышки гнева у молодой графини. – Но ведь прошло уже много времени, нужно продолжать жить дальше… – Делайте пожалуйста свою работу, – строго сказала девушка. В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая тихим поспеванием Мии. Адалинде стало ужасно стыдно за свое поведением. Вообще-то девушка не была грубиянкой и к прислуге относилась очень хорошо. Мия же и вовсе находилась с юной графиней с самого рождения. Но сейчас женщина затронула очень больную тему. Все что касалось ее отца, девушка воспринимала очень близко к сердцу. Граф души не чаял в своей единственной дочери, и порой казалось, что вместе с ним из замка ушла вся радость, покой и уют. – Ну вот, кажется закончила, – женщина бережно закрепила последний завиток. – Вы выглядите просто прелестно, - ласково улыбнулась Мия, любуясь своим творением. Адалинда была высокой, хорошо сложенной и довольно зрелой для своих шестнадцати лет. Густые каштановые волосы уложены в высокую прическу, элегантное платье изумрудного цвета подчеркивали тонкую изящную фигуру, и выгодно оттеняли темно-зеленые глаза, с немного хитрым «лисьим» разрезом. Тонкие, но изящно изогнутые губы накрасили яркой алой помадой, что сделало из юной девочки роковую красавицу. – Да уж, прелестно. Кукла фарфоровая, вот кто я – буркнула девушка, критически изучая свое отражение в зеркале.

До самого начала праздника Адалинда просидела у себя в комнате. Она вспоминала, как вместе с отцом каталась на лошадях, играла в прятки, а перед сном он всегда заходил к ней в комнату, гладил по волосам и заботливо накрывал одеялом. В те моменты, она чувствовала себя самой счастливой на свете. Воспоминания рассеял внезапно раздавшийся стук в дверь. – Адалинда, почему ты еще не одета? Гости придут с минуты на минуту, – в комнату вошла мама девушки, Энни Веллингтон. Адалинда была точной копией своей матери. Такая же красивая, женственная и утонченная. – Мам, может вы обойдетесь без меня? – Не глупи, милая. Тебя все хотят видеть. – Мне до смерти надоели эти чванливые надутые особы с их притворными улыбками. Мама, прошу, давайте все отменим, – в который раз взмолилась Адалинда. – Ведь сегодня пять лет как не стало папы. – Я знаю как тебе тяжело, – голос графини дрогнул. Она так и не смогла до конца смириться с потерей мужа. – Но мы не можем не отпраздновать день рождение Фредерика. Адалинда презрительно фыркнула. – Нужно спуститься к гостям. Соберутся все самые уважаемые люди, это было бы не вежливо по отношению к ним, – Энни ласково провела рукой по щеке дочери. – Ты такая красивая, - с этими словами графиня вышла из комнаты, оставив дочь наедине с мрачными мыслями и воспоминаниями.

Праздник был в самом разгаре, когда Адалинда наконец спустилась в главный зал –самое большое и красивое помещение в поместье Веллингтонов. Окна, выходившие по обе стороны замка, занимали всю ширину зала, который был освещен множеством свечей, обрамляющие зеркала. Плоскости стен были украшены резными узорами и орнаментными композициями. –Леди Адалинда! Вы выглядите просто восхитительно! Впрочем, как и всегда, - раздался знакомый голос у нее за спиной. Лорд Кэдоган, долговязый пожилой мужчина озарил девушку приветливой улыбкой. Эндрю Кэдоган и Филипп Веллингтон были очень хорошими друзьями. Последний раз девушка видела его пять лет назад, на похоронах графа. За это время он почти не изменился. Лишь темные волосы тронула легкая седина, а на добром улыбчивом лице заметно прибавилась морщин. – Благодарю, Лорд Кэдоган, – улыбнулась девушка. – Рада снова видеть Вас. – Позвольте пригласить столь очаровательное создание на танец? – С удовольствием, - девушка вложила ладонь в протянутую руку Кэдогана и они присоединились к танцующим парам. – Я все ждал, когда же вы почтите нас своим присутствием. – Извините что заставила ждать, - Адалинда слегка поморщилась. Партнер больно наступил ей на ногу. – Вы стали настоящей леди. Когда я видел вас в последний раз вам было… – Одиннадцать, - напомнила она и мужчина согласно кивнул. – Такой красивой молодой девушке должно быть не очень приятно танцевать со стариком, – печально улыбнулся Кэдоган. – Перестаньте, ну какой же вы старик, – засмеялась Адалинда. – Ты очень добрая, совсем как твой отец. Девушка опустила голову. Почему-то эти слова причиняли ей боль. Музыка закончилась, но мужчина не спешил отпускать свою собеседницу. – Пожалуйста, уделите мне еще несколько минут. Хочу вас кое-кому показать, - ничего не понимающая Адалинда поспешила за Кэдоганом. У лестницы чета Веллингтонов беседовала с каким-то молодым человеком. Именно к ним и привел девушку сияющий Лорд Кэдоган. – Леди Адалинда, вы вероятно помните моего сына Виктора? – мужчина указал на молодого человека. Несколько раз Лорд Кэдоган приезжал к ним погостить вместе с сыном. Это было худшее время в жизни Адалинды. Будучи мальчиком, Виктор постоянно задирал и дразнил ее. Однажды во время прогулки он столкнул девочку в озеро. Было очень холодно и Адалинда здорово простудилась. Со временем мальчик превратился в красивого статного юношу, но даже теперь его слащавая улыбка вызывала у девушки крайнее отвращение. – Рада снова видеть вас, Виктор, - голос Адалинды был холоден. – Я тоже рад нашей встрече, – юный Лорд учтиво поцеловал руку девушки. Та с трудом сдержалась, чтобы не вытереть ее о платье. – Ах, они так дружили в детстве! Их смех слышался во всех уголках замка, – проворковала Энни. Адалинда закатила глаза. Когда гости вновь сели за стол граф Веллингтон поднялся, требуя внимания. Разговоры разом стихли, и все взоры обратились к нему. – Уважаемые гости. Мы с моей женой Энни хотим поделиться с вами радостным известиям, – начал свою речь граф. Адалинда с изумлением уставилась на дядю. – Лорд Виктор Эндрю Кэдоган, сын моего давнего друга только что просил руки моей племянницы Адалинды, – гости ахнули, а девушка едва не рухнула со стула. Она взглянула на своего потенциального жениха. Тот, нахмурившись изучал кружевную скатерть. Казалось он тоже не в восторге от предстоящего события. Однако ни граф, ни сидящие за столом люди этого не замечали. Веллингтон продолжал, как ни в чем не бывало. – Более того, моя племянница с радостью приняла его предложение. Так что у нас сегодня двойной праздник, господа, – гости громко зааплодировали. Тут терпению Адалинды пришел конец. Да как они посмели?! Девушка с силой ударила руками по столу. – Может быть сначала стоит спросить у меня? – с вызовом заявила она, вставая на ноги. Внутри все кипело от ярости и несправедливости. – А ну сядь немедленно! – шикнула на нее мама, но отступать Адалинда не собиралась. – Вы не имеете права распоряжаться мной как какой-то вещью! И если тут некому отстаивать мои интересы, я буду делать это сама! Лорд Кэдоган, – она повернулась к мужчине, но тот сразу же отвел взгляд. Его глаза увлажнились. – Я вас очень уважаю, но замуж за вашего сына я не выйду, извините, – он мрачно кивнул. – Сейчас же прекрати! – строго сказала Энни, но так чтобы ее могла слышать только дочь. – Ты позоришь нас, – Адалинда и сама прекрасно понимала, что своим поступком создает дурную репутацию обеим семьям, но сейчас ей было все равно. – Нет, мама! Выдать насильно дочь замуж! От кого угодно, но от тебя я такого не ожидала. В следующий раз, когда будите принимать за меня решения, не забудьте поставить в известность, – громко сказала Адалинда и повернувшись на каблуках быстрым шагом вышла из зала. Ее трясло. От обиды на глазах проступили слезы. Хотелось ломать и крушить все подряд. И желательно о чью-нибудь голову. В коридоре ее догнала мама. – Что ты вытворяешь? – набросилась на дочь Энни. – Неужели ты не понимаешь - сын Лорда Кэдогана очень хорошая партия для тебя! – С каких пор для тебя брак по расчету стал поводом для радости? Не ты ли с детства рассказывала мне сказки про большую и светлую любовь, про то, что это самое прекрасное чувство на свете? А ваши с папой чувства? Разве ты вышла за него не по любви? – Адалинда, послушай… – Я, кажется, знаю в чем тут дело! Это все дядя, да? Это он заставил тебя так поступить? – догадалась девушка. – Никто меня не заставлял… – Неужели ты не видишь, он распоряжается здесь всем! Нашими землями, замком! После смерти отца он прибрал к рукам все графство! Ты закрываешь на все глаза, а в одиночку я ничего не могу поделать! Единственное что я могу это защитить себя, и я не позволю, чтобы мою судьбу решали вместо меня! Энни хотела было взять дочь за руку, но Адалинда отстранилась и бросилась бежать. Слезы застилали глаза. Девушка бежала по коридорам, узеньким лестницам совершенно не представляя, где она находится. Опомнилась лишь когда рухнула на большое кожаное кресло в кабинете отца.

В детстве она часто забегала сюда к отцу, залезала к нему на колени, и граф откладывал все свои дела чтобы уделить внимание малышке. Адалинда провела рукой по столу, ласково погладила книжный шкаф, словно приветствуя старого приятеля и подойдя к висевшему на стене портрету отца прислонилась к тяжелой железной рамке. На этом изображении Филипп Веллингтон стоял в своих любимых охотничьих сапогах, черном плаще с красным бархатным воротником и лукаво улыбался. – Папа, я осталась совсем одна, – плача обратилась девушка к портрету. – Мне очень плохо! Я уверена, будь ты рядом, ты бы не допустил такого, - утирая слезы проговорила она. – Ну ничего, вот увидишь, я сумею за себя постоять. Вдруг Адалинда заметила, что одна из книг немного выдвинута вперед. Недолго думая девушка задвинула ее на место. Раздался легкий щелчок, и словно из неоткуда на этом месте появился ящичек размером с книгу. Адалинда ахнула. – Тайник… – прошептала она. – Ну папа…– оглядевшись по сторонам Адалинда заглянула внутрь. К ее огорчению, тайник оказался практически пуст. Там была небольшая сумма денег и какие-то странные бумаги. Поколебавшись пару секунд, девушка все же решилась вытащить несколько листов пергамента. Как оказалось это всего лишь старые письма дяди от какого-то незнакомого человека. Но было там и кое-что такое, что привлекло внимание девушки:

“Я ниже подписавшийся настоящим свидетельствую , что в случае не покрытия карточного долга все мое имущество: земли а так же поместье переходит к достопочтенному Сэру Артуру Бенедикту Блэку. За не исполнение – высшая мера наказания. Граф Фредерик Арктурус Веллингтон”.

Девушка перечитала бумагу несколько раз прежде чем до нее дошел смысл содержимого. Не может быть! Значит ее дражайший дядюшка лицемер и обманщик! Он всем хвастается своим шикарным поместьем, говорит что безмерно богат а на самом деле не имеет за душой ни гроша! – Интересно, что на это скажет мама, – Адалинда сунула бумагу за пазуху и уничтожив следы своего пребывания поспешила прочь, но в дверях едва не столкнулась с графом. – Что ты делаешь в моем кабинете? – холодно спросил он сверля девушку пронзительным взглядом. – Это кабинет моего отца. – Был его! Теперь и этот кабинет, и весь этот замок принадлежат мне! – То что принадлежало Вам, вы проиграл Сэру Эндрю в карты, не так ли, дядя? – со злостью выпалила Адалинда. На мгновение Веллингтон застыл как статуя. Взгляд остекленел, лицо побелело от страха. – Что? – речь с трудом возвращалась к нему. – Как ты узнала? Девушка бросила взгляд на дверь, прикидывая, сумеет ли добежать, прежде чем дядя набросится на нее с кулаками. – Я спрашиваю, как ты узнала? – он схватил племянницу и с легкостью, словно та была тряпичной куклой кинул девушку на кресло. Адалинда сильно ударилась плечом и закусила губу, чтобы не взвыть от боли. Долговая расписка графа упала на пол и почти сразу же оказалась в руках у владельца. – Да как ты смела рыться в моих вещах! – он замахнулся было для пощечины, но в последний момент остановился и ударил кулаком по столу. – А как Вы смели обманывать маму, меня, моего отца? – сердце девушки билось с бешенной скоростью, хотелось бежать, но куда денешься когда над тобой нависает гора мускулов? – Тебе все равно никто не поверит, - прорычал Веллингтон. –А вот это мы еще посмотрим! – Адалинда с силой оттолкнула дядю и выбежала из кабинета.

Глава 3

На часах давно перевалило за полдень, но Михаил все еще безмятежно спал, положив голову на стол. На открытой тетради, которая служила ему подушкой, помимо аккуратно выведенных букв виднелась длинная синяя полоса (наверное, заснул с ручкой в руках). Промямлив что-то невразумительное, юноша вздрогнул и проснулся. Надо же! Он так увлекся написанием романа, что и не заметил, как погрузился в сон. Помнилось лишь алое зарево за окном. На щеке красовалась ярко-красная полоска, отпечатавшаяся от края стола, затекшая спина ныла от боли. Вчерашние события проносились в голове Михаила одно за другим словно кадры из кинофильма. Он вдруг вспомнил об Анне, и внутри все сжалось от боли.

Юноша был так зол на весь мир, настолько погружен в свои проблемы, что даже не заметил, как сильно обидел Аню. А ведь он так ее любит! К сожалению, человеческая сущность такова: мы всегда боимся обидеть посторонних, но не замечаем, как делаем больно самым дорогим людям. Отыскав свой сотовый, Михаил быстро набрал знакомый номер. – Ну возьми же трубку, пожалуйста! – отчаянно шептал юноша, меря шагами комнату, но в ответ слышались лишь длинные гудки. Вскоре Михаилу пришлось бросить безуспешные попытки. Гудки сменил монотонный голос оператора: “ – Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети”. – Тоже мне, абонент не абонент, – обиженно буркнул юноша. Так и не сумев дозвониться до Ани, Михаил решил подождать девушку возле ее дома. Рабочий день в редакции давно должен был закончиться, но Ани все еще не было. С каждой минутой беспокойство внутри Михаила нарастало как снежный ком. Прождав еще несколько часов, юноша собрался было уйти, но тут он наконец увидел Аню. Девушка не спеша подходила к дому, но увидев Михаила остановилась. – Привет, – юноша попытался поцеловать Аню, но она отстранилась. – Привет?! После того как ты со мной поступил, заявляешься ко мне как ни в чем не бывало и говоришь “Привет”? – щеки девушки пылали от гнева. – Прости меня. Ты не представляешь, сколько всего навалилось. Мне просто нужно было некоторое время побыть одному. Не хотелось ни с кем говорить. – Знаешь, что Гаврилов? Ты эгоист! – Аня, пожалуйста… – Да тебе же плевать на остальных! Ты жалеешь только себя, можешь заметить лишь когда плохо тебе! Конечно, какое дело Михаилу Гаврилову до остальных! – голос девушке дрожал. В каждой его ноте слышалась боль, и обида, которую испытывала Аня. – Не говори так. Я люблю тебя, ты же знаешь. – Что ты из себя любовь давишь как из тюбика? Ты не способен любить никого кроме себя, – слезы брызнули из ее глаз, и она поспешно отвернулась, утирая их рукавом. Михаил с грустью смотрел в след удаляющейся девушке. Цокот ее каблучков, разносившийся по всему двору, эхом раздавался у него в голове. – Аня, выходи за меня замуж, - внезапно выпалил юноша. Это решение пришло к Михаилу спонтанно, и оно казалось ему единственно верным. Он знал, что если сейчас позволит Ане уйти, то потеряет ее навсегда.

Девушка замерла, словно эти слава парализовали ее, не давая сдвинуться с места. Она медленно обернулась. – Что ты сказал? Вместо ответа Михаил сгреб ее в охапку и поцеловал. Он готов был расцеловать каждую ямочку на ее щеках, каждую слезинку на ресницах. – Выходи за меня замуж, – прошептал он , и от его прикосновения по спине девушке пробежали мурашки. – Миш…Я не могу выйти за тебя замуж, - тихо сказала Аня, стараясь не смотреть юноше в глаза. – Почему? – Я не хочу чтобы мне делали предложение вот так. Спонтанно, из-за отчаяния и страха. Это безответственно. Прости…– девушка поцеловала его и быстрым шагом направилась прочь. – Аня, подожди… – Не нужно за мной ходить, прощай, – бросила она не оглядываясь. Михаил так и остался стоять на месте, пока за ней не захлопнулась тяжелая железная дверь.

***

Музыка раздавалась настолько громко, что едва Саша открыла входную дверь квартиры, где жил Михаил у нее тут же заболела голова. В квартире царил жуткий беспорядок. Рубашки, майки и другие предметы одежды лежали в самых неподходящих местах, гора немытой посуды на кухни и грязные кружки с остатками чая на письменном столе “дополняли” интерьер маленькой “однушки”.

Девушка жила в студенческом общежитии и к брату заходила редко, а Михаил особо не утруждал себя уборкой, особенно в последнее время. – Ты сошел с ума? - возмутилась Саша, выключая источник шума. – Слышно на первом этаже! Хочешь проблем с соседями? – Михаил ничего не ответил на гневные упреки сестры. Он лежал на диване и, не мигая смотрел в потолок. – Что случилось, Миш? – взгляд девушки упал на открытую бутылку коньяка, стоявшую на полу возле дивана. – Ты что, пил? – Нет. Саша забралась к нему на диван и обняла брата. – Что случилось? – Я неудачник, – равнодушно ответил Михаил. – Почему ты так говоришь? – Меня выгнали с работы, потерял любимую девушку, я ни на что не годный человек.… Ай, больно же! – Михаил не успел закончить свою тираду. Его плечо пронзила ужасная боль. Он с удивлением уставился на сестру, которая уже заносила кулак для нового удара. – Не смей так говорить, слышишь? Мой брат не неудачник! Ты самый добрый, умный и талантливый человек которого я знаю. А те, кто этого не понимают просто глупцы! Михаил улыбнулся. Как же замечательно, что рядом с тобой есть родной, любящий тебя человек. – Спасибо тебе, сестренка, – он ласково поцеловал девушку в макушку. – Вставай! – неожиданно воскликнула Саша. В ее глазах заиграли лукавые огоньки. Михаил хорошо знал этот взгляд. Его сестра явно что-то задумала, и отговаривать ее было бесполезно. – Зачем? – опешил он. – Поднимайся, тебе говорят! – Саша рывком стянула с брата одеяло. – Мы уходим. – Уходим? Куда? – Увидишь. Одевайся, – джинсы юноши, а затем его футболка и куртка упали рядом с ним на диван, и Михаилу ничего не оставалось, как подчиниться этому вихрю с голубыми глазами.

***

– Ночной клуб? Ты привела меня в ночной клуб? – возмутился Михаил, когда они после получасового скитания по ночному городу, наконец остановились возле большого многоэтажного здания с яркой мерцающей вывеской. – Не ворчи. Тебе нужно развлечься, - сказала Саша, вручая охраннику, стоявшему у входа два флаера и надевая бумажный браслет себе и брату. – Не могу поверить, что ради этого мы тащились через весь город! Ты же знаешь, я терпеть не могу такие места. – Это потому, что ты, зануда, никогда в них не был, - парировала Саша. – Я убью тебя, точно убью! – Обязательно, но сначала ты со мной потанцуешь.

Танцплощадка быстро наполнялась людьми. Михаил чувствовал себя неловко, глядя на девушек в откровенных нарядах. Не говоря уже о том, как они двигались. Слава Богу, Саша одевалась вполне прилично. На ней были узкие джинсы, высокие сапоги на каблуке и серебристый топ с открытой спиной. По сравнению с ними ее наряд был монашеской рясой. Но все равно не мешало бы поговорить с младшей сестрой о том, где она проводит свои свободные вечера.

Становилось очень душно. Сильно пахло спиртным. С большой неохотой юноша все же присоединился к танцующим. Постепенно плохое настроение парня улетучилось. Сам того не замечая Михаил полностью погрузился в эту шумную атмосферу полную музыки и света, и поймал себя на мысли что ему здесь нравится. Он даже осмелился пригласить на танец симпатичную молодую девушку. – Ну вот! Наконец-то ты улыбаешься! А то до смерти надоело видеть твою кислую физиономию. – Это все благодаря тебе, сестренка. Пойдем к бару, выпьем чего-нибудь, – предложил Михаил, но не успели они подойти к стойке, как юноша остолбенел. За барной стойкой закинув ногу на ногу, в красном, немного вызывающем платье сидела Аня. Ее пальцы нетерпеливо постукивали по лакированной деревянной поверхности. Она явно кого-то ждала. Юноша не поверил своим глазам, когда к Ане подошел молодой человек с двумя бокалами коктейля. По состоянию парня было видно, что он изрядно выпил. Его рука скользнула девушке по коленке, затем медленно поползла к бедру.

Михаилу показалось, что внутри у него просыпается что-то громадное, чешуйчатое, раздирая когтями все внутренности. Кровь горячей волной хлынула в мозг. Все мысли угасли, осталось лишь дикое желание свернуть этому нахалу шею. – Миш, пойдем отсюда, – Саша осторожно положила руку на плечо брату, но тот отмахнулся и решительно направился к паре у стойке. Аня несколько раз пыталась скинуть руку незнакомца, но это его лишь раззадорило. – Мне кажется девушка не хочет с вами разговаривать, – холодно сказал Михаил вставая между ними. –Миш, не надо, – начала Аня, но тот лишь дал ей знак рукой, чтобы она не вмешивалась. – А в чем собственно дело? – юноша только сейчас заметил, что незнакомец был значительно старше него. –Я тебе сейчас объясню в чем дело, – кулак Михаила точным попаданием нашел челюсть обидчика, отчего тот пере валился через барную стойку. Раздался звон бьющегося стекла, возмущенные крики бармена и визг девушек, стоявших неподалеку. – Достойную же ты нашла мне замену, нечего сказать! Зато теперь окружение под стать тебе! – яростно воскликнул он глядя Ане прямо в глаза. – Да мы с ними только что познакомились, – оправдывалась девушка, но Михаил уже не слушал ее. – Пойдем отсюда, – он схватил за руку перепуганную сестру и направился прочь. У самого выхода дорогу им перегородил охранник. – Извините, но вам придется пройти со мной, – проговорил он басом, поигрывая резиновой дубинкой, которая висела у него на поясе. –На каком основании? – спокойно поинтересовался Михаил, стараясь придать своему лицу самый невозмутимый вид. – Вы устроили драку в клубе, разбили посуду и несколько бутылок виски. Вам придется остаться до приезда полиции. – Хорошо. Саша, вызови такси и езжай домой, – его взор обратился к сестре. – Нет, я останусь с тобой, – решительно заявила девушка. – Я сказал ты поедешь домой, и будешь ждать меня там, – резко сказал юноша, и Саша насупилась. По интонации в его голосе было ясно – если она ослушается, Михаил сам посадит ее в машину и отправит домой, даже если придется применить силу. Девушка кивнула и растворилась в толпе. Полиция приехала на удивление быстро. Дебоширов погрузили в машину и отвезли в местное отделение полиции, где продержали до самого утра. Придя домой, Михаил молча обнял всхлипывающую сестру, без сил рухнул на диван, даже не потрудившись снять одежду и мгновенно уснул.

Утром Михаил прибывал в самом скверном расположении духа. Последствия “ночных приключений” не заставили себя долго ждать: жутко болела голова, очень хотелось в душ, и есть, и выпить чего-нибудь покрепче. И именно в этой последовательности. Мысленно дав себе обещание больше никогда не появляться в подобных заведениях, юноша направился в ванную.

Подставив голову под струи прохладной воды, он зажмурился от удовольствия. Какое же прекрасное ощущение – стоять под душем и чувствовать, как вся сонливость и усталость покидают твое тело, будто смываясь и утекая вместе с водой. Внутри у Михаила словно что-то переключилось. На миг он потерял способность соображать, но затем его разум прояснился. Кажется, он нашел решение всех своих проблем. – Уеду, - твердо решил юноша. – Уеду в какое-нибудь тихое красивое место, где нет людей, чистый воздух и яркое солнце. Начну жизнь с чистого листа, и наконец-то воплощу в жизнь мечту о собственной книги. Да… Это, пожалуй, то, что мне сейчас нужно. Кстати, одно такое подходящее местечко у него уже есть на примете. От бабушки им с сестрой досталась небольшая дача в деревне, совсем не далеко от их городка. Дом пустует вот уже несколько лет, и поэтому юноша вполне мог занять его на некоторое время.

Спустя каких-то пятнадцать минут Михаил с дорожной сумкой в руках уже собирался выйти на улицу, но не успел он переступить порог подъезда, как на него кто-то налетел, едва не сбив с ног. С трудом удержав равновесие, он готов был разразиться отборнейшей бранью, когда узнал в “налетчике” сестру, которая пришла его навестить с двумя бумажными стаканчиками кофе. – Саша! – обрадовался Михаил. – Ты куда-то уезжаешь? – удивилась девушка, заметив большую спортивную сумку. – Да, поживу немного у нас на даче. – Значит, ты решил сбежать от своих проблем? Прекрасно! Но к чему такая таинственность? Почему ты мне ничего не сказал? – Саша с укором смотрела на Михаила. Ему даже стало немного стыдно. – Я собирался позвонить тебе как доберусь, – соврал он. Саша презрительно фыркнула. – Пойми, я устал. Здесь у меня ничего не осталось кроме разочарований и разбитой мечты. – А как же я? – Ты можешь навестить меня в любой момент, – улыбнулся юноша. – Но там же давно никого не было! На чем ты будешь спать? Ночью будет холодно, и вокруг почти нет людей, – девушка надеялась, что эти слова смогут переубедить брата, но Михаил был настроен решительно. – Не переживай, сестренка, со мной все будет хорошо. Обещаю.

***

Постукивание колес стремительно набирающей скорость электрички убаюкивала Михаила. Автобусы в деревню ездили редко, поэтому приходилось трястись в этом крайне неприятном виде транспорта. Разноцветные домики сменялись живописными лугами и густым чернолесьем. Из открытого окна приятно пахло хвоей.

Юноша отдал билет улыбающейся девушке-контролеру и, поерзав на жестком сидении, приник головой к окну и погрузился в прерывистый беспокойный сон. Вскоре пейзаж за окном переменился. Небо потемнело, вместо лугов возвышалась массивная горная цепь. Вагон неожиданно дернулся, Михаил ударился головой и открыл глаза. Как раз вовремя. Скоро его остановка. С легким скрежетом электричка замедлила ход, и юноша вышел на станции.

Дорога в деревне была гладкой и ровной. В голове то и дело возникали картинки некогда хоть и легкой, но счастливой деревенской жизни, слышались голоса, смех, виделся свет в окнах заброшенных покосившихся домов. Некоторые из них еще довольно крепкие и, кажется, что хозяева вышли куда-то совсем ненадолго. Почти все местные жители разъехались по столицам и большим городам. Понять их конечно можно – все стремятся к хорошей жизни, благополучию. Никто не хочет жить в “прошлом веке”. Скучно и не обустроено. Остались лишь несколько десятков старожил, которые на отрез отказались покидать полуразрушенные дома, решив доживать свой век в родных краях.

Пройдя по пустым улицам, мимо полей, заросших кустарником и чертополохом, Михаил наконец отыскал маленький домик на самом берегу реки. Некогда аккуратный двор зарос бурьяном, крыша дома слегка покосилась, краска с дверей и закрытых ставенок давно облетела. Внутри же все оставалось как прежде, когда их с сестрой на пороге встречала бабушка, когда уже в прихожей чувствовался легкий жар от печи и запах только что приготовленных пирожков. В комнате стоит огромный старый шкаф, покрытый щедрым слоем пыли. Этот здоровяк много поведал на своем веку, как и предметы, находившиеся в нем: маленькие вазочки, старая табакерка с фарфоровой крышечкой и конечно множество книг. В углу комнаты покоился старый, изъеденный молью диван, прямо напротив него расположено большое окно, из которого открывается чудесный вид на реку, а рядом с окном расположился маленький круглый столик. – Отлично, – обрадовался Михаил (он то ожидал увидеть руины) – Здесь есть все что мне нужно. Переодевшись, юноша устроился за полюбившимся ему столиком и положил перед собой толстую тетрадь.

Глава 4

С наступлением сумерек дождь, начавшийся еще утром, превратился в настоящую бурю. Однако ни сильные порывы ветра, ни раскаты грома не сравнятся с тем ураганом, что бушевал внутри графа Веллингтона. Он словно разъяренный зверь метался по комнате, изредка бросая взгляд на маленькую фигуру колдуна, скрючившуюся в кресле. – Проклятая девчонка! Вечно сует нос в свое дело! Она может мне все испортить, – от его гнева даже тусклое пламя свечи стало испуганно подрагивать, так же как дрожал от страха Зитто. – Неужели все настолько плохо, мой господин? – послышался с кресла заикающийся голос колдуна. – Хуже и быть не может! – прорычал Веллингтон. – Она нашла мои долговые расписки! Отнять их не составило большого труда, но эта мерзавка грозиться все рассказать Энни! – Не сочтите за дерзость господин, но мне кажется, что все Ваши опасения напрасны. Без доказательств эти обвинения лишь пустые слова. Никто не поверит ей. – Я слишком хорошо изучил свою племянницу, – мрачно произнес граф. – Она на этом не остановится. Вся правда о ее отце скоро раскроется, можешь не сомневаться. Это лишь вопрос времени. Зитто тихонько пискнул. Все-таки вина за бесследное исчезновение старшего брата графа частично лежала на нем. – Если только мы не предпримем кое-какие меры, – выдержав паузу для большей драматичности, медленно проговорил Веллингтон. Его взгляд впился в колдуна, словно тысячи иголок. Даже в темноте было видно, как лицо Зитто побелело. – Милорд, вы же не хотите… О... Господи! – Адалинда очень любопытна. Ей стало многое известно. Единственный способ заставить ее молчать, это подстроить маленький несчастный случай, – рот графа скривился в усмешке. Колдун содрогнулся, но вовсе не от очередного раската грома. – Несчастный случай, милорд? – Вот именно, Зитто. Мои любимые собачки давно не охотились. Пора бы выпустить их из клетки, - ласково сказал Веллингтон. – Ви имеете в виду собак, которых милостивый граф держит для охоты? – непонимающе спросил колдун. – Именно. Только сначала ты немного поработаешь с ними, – граф не просил, он повелевал. – Да, милорд, – Зитто обреченно склонил голову. Неожиданно в коридоре раздался какой-то шум и в дверях появился стражник, волоча за собой какого-то худенького парнишку, лет пятнадцати на вид. Тот пытался вырваться, но конвойный был сильнее. –Прошу прощения мой господин. Я нашел его возле дверей большого зала, – Он бесцеремонно швырнул юношу на пол. – Спасибо, Эрик. Можешь идти, я сам разберусь, - стражник откланялся и вышел за дверь. – Кто ты? – властно спросил хозяин замка. – Прошу простить мой господин, - колдун испуганно смотрел как парень поднимается на ноги. – Это мой ученик. –Я искал учителя Зитто, - объяснил парень, потирая ушибленное плечо. – Ты подслушал наш разговор… Что ж, тем хуже для тебя, – глаза юного ученика наполнились ужасом при виде графа, обнажающего свой меч. – Я ничего не слышал, клянусь! – воскликнул юноша, пятясь к стене. На счастье парня, в разговор вмешался Зитто. Он крепко сжал руку ученика. – Умоляю, господин, пощадите его. Он совершенно для вас не опасен. – Ты уверен? –Даю слово, милорд, –колдун опустился колени дернув за руку своего ученика, дав понять, что нужно последовать его примеру. – Хорошо, – смилостивился Веллингтон. – На этот раз я вас отпущу. Но если кто-нибудь узнает о нашем разговоре, вы пожалеете об этом. Зитто раскланиваясь отступил к двери, таща парня за руку, и они оба быстрым шагом направились прочь.

***

Утро было просто ужасным. Хотя нет, не самым ужасным. Первое место посмертно было присвоено тому утру, когда стало известно о безвременной кончине всеми любимого графа Филиппа Веллингтона. Второе же место теперь занимало именно это.

Во-первых, за вчерашний день Адалинда очень устала. После вчерашнего скандального инцидента на приеме, а потом еще и в кабинете дяди, девушка всю ночь не смыкала глаз. Окончательно ее настроение испортил крайне неприятный разговор с матерью. Адалинда решила как можно скорее рассказать графини о долгах и интригах, которые, по ее мнению, плетет дядя, но ТАКОЙ реакции от мамы девушка ожидала меньше всего. – Ты хоть понимаешь насколько это серьезные обвинения? – строго сказала Энни, выслушав гневную тираду дочери, которую та в порыве эмоций сопровождала активной жестикуляцией. – Мама, я видела эти расписки своими глазами! Он обманывает тебя! Думаю, дядя специально воспользовался ситуацией, чтобы прибрать к рукам наше поместье, наши земли! – Хватит! – закричала Энни. На ее глазах появились слезы. – Я знаю, ты ненавидишь Фредерика, поэтому готова придумать что угодно лишь бы его оклеветать! Это так ты задумала отомстить ему за брак с сыном Лорда Кэдогана? – Что? «У меня и в мыслях не было никому мстить», —ошарашенно сказала Адалинда. За всю жизнь родители никогда не повышали на нее голос. – Ты же знаешь, как я любила твоего отца, но его уже не вернуть! Если бы ни сострадание и поддержка Фредерика, не знаю, как бы я вообще это пережила,поэтому я запрещаю тебе так о нем говорить, ты поняла меня?

Еще несколько минут они кричали, перебивая друг друга, а когда на крик прибежал перепуганный слуга, Адалинда выбежала за дверь, едва не сбив беднягу. Конечно, девушка предполагала, что мама может не поверить ей, но к такому развитию событий она была явно не готова.

От замка остались одни очертания стен и башен, а вскоре он и вовсе исчез из виду. Адалинда с тоской смотрела из кареты, запряженной двумя белыми лошадьми, на раскинутые вересковые поля. Устав от напряжения и скандалов, девушка решила немного развеяться. Карета плавно двигалась по направлению в Мейдстон – столицу славного графства Кент, принадлежавшего семейству Веллингтон. Там проходила ежегодная ярмарка, а это всегда огромное событие для горожан. Хотя некоторые из знатных особ считали это более чем сомнительным развлечением (Вы только подумайте! Что, может быть, хорошего в глупых ряженых шутах и мимах, беспощадно высмеивающих всевозможные человеческие пороки и нелицеприятные поступки!) Адалинде нравилось гулять по ярко украшенному городу и смеяться вместе с простым народом.

Кучер Том что-то напевал себе под нос, а Адалинда в очередной раз лениво зевнула. Неожиданно лошади беспокойно заржали и встали на дыбы. Карета резко остановилась, отчего кучер едва не удержался на месте, а девушка больно ударилась головой. – Том, что там происходит? – возмутилась Адалинда, выбираясь наружу. Кучер замер на месте и напряженно всматривался вдаль. К ним грозно рыча приближались какие-то ужасные звери. Внешне они чем-то напоминали волков, только темно-серая шерсть была гораздо гуще, и ростом эти чудовища были гораздо больше. Каждый из них встав на задние лапы, был гораздо больше Адалинды. Из пасти выглядывали не естественно длинные клыки, а лапы выпускали стальные когти.

По тяжелому дыханию, раздававшемуся сзади девушка поняла – это ловушка. Хищники окружали их. – Госпожа, зайдите в карету, – проговорил насмерть перепуганный Том. Верный слуга готовился защищать графиню до последнего вздоха. Вот только как противостоять таким чудовищам, да еще и голыми руками? А их тут по меньшей мере около десяти. Адалинду поразило, с какой хладнокровностью и расчетливостью действовали хищники. Это не было похоже на обычное нападение диких зверей. Тут, словно по чьей-то команде звери ринулись в бой. Один из них легким прыжком сбил с ног кучера и вцепился зубами в горло. Адалинда в ужасе вскрикнула. Том захрипел, дернулся и затих. Девушка прижалась к карете, стараясь как можно скорее забраться внутрь, но хищники схватили ее за полы платья и дорожный плащ, не давай двинуться с места. – Пошли прочь! – и что было сил ударила сначала по одной клыкастой морде, затем по другой. Очередное чудовище бросилось на Адалинду, но, к счастью, девушка успела хлопнуть его дверцей экипажа. Улучшив момент, она бросилась бежать, но тут же споткнулась о полы разорванного платья и упала. “Ну все, сейчас меня разорвут на мелкие кусочки” – подумала Адалинда глядя на огромного зверя, нависшего над ней. Девушка закрыла глаза, готовясь к ужасной боли, однако ничего не произошло. Вместо этого раздалось воинственное ржание прямо над ухом (интересно, кто отпустил лошадей?) и спустя мгновение чудовище испустило жалобный вой и обмякнув упала на землю. Открыв глаза, Адалинда увидела незнакомого юношу, который уже вытаскивал длинный нож, готовясь отразить новую атаку. – Бегите, я постараюсь задержать их, сколько смогу, – крикнул он, ударяя в массивную челюсть. – Я быстро, только приведу стражу… – Ни в коем случае! Если вы вернетесь в замок, вас точно убьют! – парень закричал от боли. Чудовище вцепилось ему в ногу, но тут же рухнуло замертво. – Убьют? Что ты такое говоришь? – На объяснения нет времени. Найдите моего учителя, колдуна по имени Зитто. Он расскажет, что на самом деле случилось с вашим отцом. – Что значит на самом деле? – Бегите! – незнакомец помог Адалинде взобраться на своего коня, и ударил скакуна чуть пониже хвоста. Конь тут же пустился вскачь, унося прочь девушку и оставляя своего хозяина наедине с ужасными чудовищами.

Сколько времени она мчалась, уговаривая коня бежать быстрее, и как умудрилась не сойти с дороги, Адалинда не знала. Только лишь когда ее спаситель и хищники остались далеко позади, она дернула поводья и остановила коня. Интересно, кто этот человек и как он оказался там в такой момент? Неизвестный парень только что спас ей жизнь, а она даже толком не смогла рассмотреть его лица. Помочь этому юноше она, к сожалению, уже не сможет. Остается только надеяться, что он сумеет спастись. Но с чего этот незнакомец решил, что дома ее могут убить? Это казалось таким невероятным, что Адалинда с трудом верила в происходящее.

Разум говорил ей что нужно отбросить эти бредовые мысли и вернуться в замок, однако интуиция подсказывала спасший ее незнакомый парень может оказаться прав. В конце концов, эти чудовища появились там не случайно. Остается только одно – найти колдуна, о котором говорил юноша. Сейчас только он сможет все разъяснить. Не придумав ничего лучше, Адалинда направилась в ближайший город. Если в их окрестностях и живет какой-нибудь колдун или чародей, местные жители должны знать, как его отыскать.

Главная площадь Кентерберия, вымощенная белым и желтым камнем была сплошь заполнена людьми. Здесь расположились множество торговых рядов и лавок. Со всех сторон только и слышалось: – Красавица, купи бусы! Прекрасные янтарные бусы для прекрасной девушки! – Великолепный шелк! Дамы и господа, самый лучший шелк!

Несколько часов Адалинда бродила между прилавками, заглянула в несколько лавок и мастерских, но так и ничего и не выяснила о местонахождении колдуна. Все торговцы, едва услышав его имя, сразу же находили неотложные дела. – Прекрасная леди желает что-нибудь приобрести? – обратился к ней улыбчивый старичок, когда девушка уже собиралась уходить, и жестом указал на свой товар. Чего только не было на том прилавке! Резная шкатулка для украшений, сделанная из красного дерева, великолепный гребень для волос, брошь из драгоценных камней, и многое другое. – Нет, спасибо – улыбнулась Адалинда. – Я ищу человека по имени Зитто. Говорят, он колдун. Вы ничего не слышали о таком? – А как же, госпожа. О нем здесь все знают, просто боятся. Ходят слухи, что он занимается черной магией, – торговец перешел на шепот. – В городе колдун почти не появляется. Держится особняком. Мы тоже не заходим к нему. Если только сильный недуг возьмет, или единственная кобыла захворает. Да и то, не каждый решиться, – пояснил старик. – А где он живет? – Сразу за городом, юная леди. – Спасибо, – Адалинде очень хотелось как-нибудь отблагодарить этого доброго человека, и она вложила ему в руку несколько монет. – Вы так добры, госпожа, – его глаза увлажнились. Сразу стало ясно, что покупатели к нему заходят не часто. Улыбнувшись, девушка зашагала к площади.

***

Старый колдун жил отшельником у подножья холма. Надо признать, что не только местные жители обходили эти места стороной. Вокруг не было слышно ни пения птиц, ни лая собак, ни воя диких зверей. Дверь в его дом оказалась не запертой, и Адалинде ничего не оставалось, как просто толкнуть ее.

Более странного жилища девушка никогда не видела. Окна были завешаны старыми пыльными занавесками, больше походившие на куски старых рваных тряпок. Вместо кровати – грубая лавка, полка в шкафу были заставлены пузырьками и склянками с неизвестным, но очень волшебным содержимым. От некоторых из них исходил такой ужасный запах, что Адалинда брезгливо поморщилась. Страшно представить, что в них находится и для чего может быть использовано. На столе, который так же был заставлен различными бутылочками и пузырьками находились глиняные миски с порошками и травами. Отдельное место занимали несколько полок с старинными увесистыми книгами. – Крайне невежливо вот так бесцеремонно вламываться в чужой дом, – послышался сзади хриплый голос. Адалинда вздрогнула и обернулась. На пороге стоял сам хозяин дома. Увидев, кто перед ним, колдун изменился в лице. Глаза расширились от ужаса. Казалось еще немного, и он упадет в обморок. – Извините за беспокойством. Меня зовут Адалинда. Адалинда Веллингтон. – Я знаю кто Вы, – Зитто обнажил свои желтые зубы в усмешке. – Вы меня знаете? – изумилась девушка. – Но откуда? – Ты забралась ко мне в дом, чтобы спросить именно это? – Мне сказали, что вы знаете, что случилось с моим отцом на самом деле. Пожалуйста, помогите мне, – что-то отталкивающее было в этом уродливом старике. Что-то отталкивающее и пугающее. – Не знаю, от кого вы могли слышать подобную глупость, но смею заверить вас, что мне известно не больше, чем всем остальным, – спокойно сказал колдун, но глаза его беспокойно забегали. “Вот мерзкий обманщик” – мелькнуло в голове у девушки. “Он явно что-то знает, просто по какой-то причине не хочет говорить. Придется действовать по - другому”. – Почему - то мне кажется, что вы лжете, – Адалинда натянула свою самую обворожительную улыбку и медленно приблизившись к столу, стала поглаживать то одну, то другую склянку. – Я уже сказал вам, что ничего не знаю. Если госпожа удовлетворила свое любопытство, я вынужден откланяться, – он изо-всех сил старался избавиться от назойливой гостьи, но Адалинда не двинулась с места. – Очень жаль. Я надеялась, что нам удастся договориться по - хорошему, —с грустью сказала девушка, внимательно изучая пузырек с какой-то вонючей жижей. Бааах! В это же мгновение пузырек, пущенный прямо в Зитто в дребезги разбился о стену. Колдуну повезло, что он успел вовремя пригнуться. Бааах! Следом за ней полетела еще одна склянка, немного больше. Бах! Бах! Бах! Адалинда бросала в старика все, что попадало ей под руку. Зитто взвизгивая метался по комнате то прячась за шкафом, то стараясь прикрыться книгой. В ход пошла посуда миски, бутили с отварами: все летело в след колдуну. – Хватит! Остановись, глупая девчонка! – в отчаянье закричал он, осматривая погром устроенный Адалидой. – Что на самом деле произошло с моим отцом? – строго повторила свой вопрос девушка. – Как он умер? – Я не знаю! – воскликнул Зитто. – Мне было приказано сделать так, чтобы граф не вернулся домой с охоты. Ваш отец был смертельно ранен, но… – он вдруг замолчал. – Что значит “но”? Он жив? Да говори же ты, черт возьми! – потеряв терпение, Адалинда схватила колдуна за грудки и что было сил толкнула его на пол. Зитто упал прямо на черепки разбитой миски и заскулил от боли. На его ладонях выступили капли крови. – Значит, он все-таки выжил. Я всегда знала… Но кто приказал тебе убить моего отца? – Умоляю, не спрашивайте меня ни о чем. Я и так сказал Вам слишком много! Он убьет меня, понимаете! – пропищал колдун, вытаскивая осколки из рук и поднимаясь на ноги. – Кто? – Ваш дядя. Вы же не думаете, что он случайно появился в вашем доме? Адалинда едва сдерживала слезы. Стало трудно дышать. – Но почему? Почему он так поступил? – Вы же знаете ответ на этот вопрос, – колдун выдавил из себя подобие улыбки, затем раздался громкий хлопок, и фигуру Зитто заволокло густым дымом. Адалинда застыла, не зная, что ей делать – броситься к нему или остаться на месте. Когда дым рассеялся, старика в доме уже не было. Выругавшись так, что, услышав это, придворные дамы непременно бы упали в обморок, а благородные кавалеры, забыв о приличии разинули рты, Адалинда вышла на улицу, вскочила на коня и тот резво помчался в даль, оставляя за собой клубы пыли.

Глава 5

Понемногу деревенская жизнь стала увлекать Михаила. Постепенно, правда без особого результата юноша пытался привести заброшенный дом в пригодное для проживания состояние. На просьбы сестры вернуться, он отвечал отказом, и со временем она отступила, пообещав на каникулы обязательно приехать к нему.

Каждое утро Михаил ходил колодцу, находившемуся на самом краю деревни за чистой холодной водой. Она была настолько вкусная, что по началу юноша не мог ей как следует напиться. Ближайший магазинчик с продуктами был в соседнем селе, за несколько километров от деревни. Добраться туда было не так-то просто, но зато кое-кто из деревенских охотно продавали городскому парню свежее молоко, яйца и сыр, а пухленькая розовощекая соседка угощала соленьями и овощами со своего огорода. Так что в целом Михаил был очень доволен что променял пыльный и шумный город на это укромное местечко.

Целыми днями юноша приводил в порядок дом и участок, а вечерами напролет писал сидя у окна или на берегу реки. В одном из таких теплых весенних вечеров он удобно устроился у реки под раскидистыми ветвями старого дуба и полностью погрузился в написание книги. Эта идея, поглотившая Михаила, превратилась в настоящее наваждение. Он больше не мог ни о чем думать, кроме как о своем романе. Все что когда-то казалось для него таким важным, просто перестало существовать. Правда, как назло, уже целую неделю Михаил сидел над своими черновиками, но ничего стоящего написать так и не удавалось. Все нахлынувшее поначалу вдохновение, весь азарт с которым он изначально брался за работу постепенно улетучился. Михаил тщетно пытался выдавить из себя хоть строчку, но ничего хорошего из этого не получалось. Это выводило юношу из себя. В сердцах он начал вырывать исписанные страницы и комкая бросать их на землю. – Кхе кхе, – негромкое покашливание, раздавшееся сзади заставило Михаила обернуться. За его спиной стоял пожилой человек и с интересом наблюдал за ним. На мужчине были высокие резиновые сапоги, старая потрёпанная куртка и широкие штаны. За спиной у старика висел большой рюкзак, а рядом стояла сумка с крупными рыбинами. – Не удачный день? – с сочувствием спросил мужчина, глядя на Михаила. – Да уж, не удачный. Незнакомец поднял с земли смятый тетрадный лист и разгладил его сухими морщинистыми руками. – Ты писатель? – удивился старец, внимательно рассматривая мелкий аккуратный почерк. – А вам какое дело? Вы что, работаете в издательстве? – юношу откровенно раздражало любопытство и бесцеремонность незнакомца. Он выхватил у старика свою страницу и спрятал ее в карман куртки. – К сожалению нет, – невозмутимо ответил он. – Но может быть вместо того, чтобы хамить вы поможете старому человеку донести тяжелые сумки до дома? Михаил невольно улыбнулся и сунув искалеченную тетрадь под мышку, взвалил тяжелый рюкзак на плечи, взял улов и не спеша последовал за незнакомцем.

Старик представился Тимофеем Ильичом. Он оказался на редкость приятным человеком и интересным собеседником. Когда они добрались до дома Тимофея Ильича на улице уже начало темнеть. – Проходи, чаю вместе попьем.

Дом старика был очень маленьким, но чистым и уютным. Тимофей Ильич налил две кружки чая и выложил на тарелку печенье, которое судя по глухому звуку, хранилось у него ни один год. – Ну, рассказывай, что все-таки привело молодого образованного человека в нашу глушь? Михаил коротко рассказал старику свою историю. Тимофей Ильич внимательно слушал и лишь изредка понимающе кивал. – Ну вот я и решил бросить все и сбежать оттуда, – закончил свой рассказ юноша. – Не легко терять то, что тебе дорого, – задумчиво сказал старик. – Скажите, Тимофей Ильич, почему вы живете один? – поинтересовался Михаил. Он давно заметил, что в доме нет посторонних вещей, только вещи Тимофея Ильича. Старик был интересен юноше в той же степени, в которой и Михаил был интересен ему. – Где ваша жена, дети, внуки? Лицо старика вдруг стало серьезным. Казалось, что он обдумывает ответ. – Да как-то не сложилось, – наконец ответил Тимофей Ильич. – И что, вы никогда не были женаты? – изумился юноша. Старик отрицательно покачал головой. – Я любил только раз в жизни. Мы были молоды… Господи, как же давно это было! Она – дочь местного пекаря. Красивая, гордая, непреступная. Ее родители держали небольшой магазинчик. Там мы и познакомились. Я долго ухаживал за ней, прежде чем она ответила мне взаимностью. – А почему вы так и не женились на ней? – Михаил откусил печенье и сразу же отложил его в сторону, опасаясь за свои зубы. – Я делал ей предложение три раза, – грустно улыбнулся старик. – В первый раз, когда мы катались на лодке. Мне пришлось тогда продать дедовы часы, чтобы купить кольцо. Я греб к противоположному берегу, и когда мы были на середине, попросил ее стать моей женой. – Она вам отказала? – Да. Она сказала, что еще не готова к замужеству. Да и я признаться был совсем молод и ветренен. Второй раз я сделал предложения спустя год, появившись перед ней и ее подругами на старой кобыле, которую я взял у соседа. Хотел произвести впечатление. Наездник из меня был никудышней, и я упал прямо к ее ногам. – Надо же, – Михаил был потрясен находчивостью и изобретательностью этого человека. – Как вы на это решились? – Когда ты влюблен, чувства и эмоции преобладают над здравым смыслом. – И что, она снова отказала вам? – Увы, – Тимофей Ильич, не мигая уставился в чашку с остывшим чаем. – Ее родители очень разозлились, узнав о наших отношениях. Они не хотели, чтобы их дочь связывала свою жизнь с таким как я. – Но почему? – воскликнул Михаил. – Это же не справедливо. – А что я мог ей дать? Отец погиб, а с матерью и тремя братьями мы жили впроголодь. Я подрабатывал на ферме, но это были копейки. Их не хватало даже на еду, – тяжело вздохнув сказал старик. – Что случилось потом? – Я предложил ей убежать и пожениться в тайне ото всех. –Она согласилась? – Михаил, не отрываясь смотрел на рассказчика. Ему казалось, что такие истории бывают только в старых фильмах. – Да, согласилась, но за день до нашей свадьбы она с родителями неожиданно уехала. Больше я ее никогда не видел. – И вы не пытались не пытались ее найти? – А как же, конечно пытался. Я объездил всех родственников, у которых они могли бы остановиться, опросил всех соседей, но бесполезно. Она словно исчезла, – Тимофей Ильич направился к шкафу и вытащил из ящика старую пыльную коробку. – Вот, – он выложил на стол все ее немногочисленное содержимое. Там было несколько старых писем и черно-белая фотография, немного потрёпанная от времени с загнутым уголком. – Это она? – Михаил с любопытством принялся рассматривать снимок. На нем была изображена прекрасная молодая девушка. Огромные глаза, длинные волосы были заплетены в тугую толстую косу, губы замерли в очаровательной улыбке, обнажив ровные зубы. Странно, но эти глаза, этот лукавый взгляд показался Михаилу очень знакомым. – А как звали эту женщину? – поинтересовался юноша, не сводя глаз с фотографии. – Лидия. «Лидия Семеновна Тихонова», —печально, но с любовью сказал старик. Услышав это имя, Михаила словно поразила молнией. Сейчас в этой красавице было практически не узнать ту добродушную соседку, которая не раз угощала юношу вкуснейшими пирогами и домашним печеньем.

***

После встречи с Тимофеем Ильичом Михаил не мог уснуть всю ночь. Он все думал о той невероятной истории, которую ему рассказал старик. Этот человек был таким добрым, и таким несчастным. Юноше непременно хотелось что-нибудь сделать для него, поэтому едва дождавшись утра, юноша отправился в город. Михаил решил поехать к Лидии Семеновне, рассказать о старике, с которым он познакомился в деревне и возможно уговорить ее встретиться с ним, после стольких лет.

Как и всегда женщина встретила юношу радостной улыбкой. – Мишенька! – Лидия Семеновна заключила его в крепкие объятья, и пригласила в квартиру. – Проходи скорее! Давненько я тебя не видела. Много работы? – женщина усадила гостя за стол и стала суетливо выставлять перед ним угощения. – Нет. Я сейчас живу в деревне, – юноша был немного взволнован. Он не знал, как лучше начать разговор. – Там есть прекрасный домик на берегу реки, который достался нам от бабушки, – Михаил замолчал и задумчиво погрузился в изучение цветочков на скатерти. – И как, тебе нравится там? – ласково спросила женщина. – Да-да, очень нравится. Там такая красивая природа, свежий воздух. А еще я познакомился с замечательным человеком, его зовут Тимофей Ильич, – Михаил внимательно наблюдал за реакцией соседки, но казалось это имя ей ни о чем не говорило. – Это замечательно! Надеюсь, вам было о чем поговорить? – поинтересовалась Лидия Семеновна, садясь напротив гостя. – Да, конечно! Он рассказал мне очень интересную историю… История об одной очаровательной девушке, которая за день до свадьбы сбежала от него. Только теперь женщина наконец поняла о ком идет речь. Улыбка медленно сошла с ее лица. Куда-то подевался и привычный румянец на щеках. – Надо же. Не думала, что спустя столько лет снова о нем услышу, – Лидия Семеновна изо всех сил старалась, чтобы голос ее звучал ровно, но в нем все равно слышалось небольшое волнение. – Вы бы ни хотели снова встретиться с ним? – Зачем? – Затем что он до сих пор любит вас, – настойчиво сказал юноша. – Какая любовь, Миша? – горько засмеялась женщина. – Это все осталось в прошлом. – Только не для него, поверьте мне. Он ведь так и никогда и не женился, потому что все эти годы любил вас одну. Лидия Семеновна смахнула передником слезу, предательски скатившуюся по щеке. – Пожалуйста, поговорите с ним. – Это он прислал тебя? – Нет, – Михаил покачал головой. – Он даже не знает, что я здесь. Мне хотелось сначала поговорить с вами. – Пусть все останется как есть, – твердо сказала женщина. – А сейчас извини, у меня очень много дел. – Прошу вас. Он до сих пор хранит вашу старую фотографию как святыню, – Михаил вцепился в этот аргумент как утопающий за соломинку. – Я не сбегала от него, – после продолжительного молчания голос Лидии Семеновны был немного хрипловат. – Меня заставили родители. Они как-то узнали о том, что мы хотели сбежать… Отец еще никогда не был так зол. Он впервые ударил меня. Мне даже не дали попрощаться с Тимофеем. – Так скажите ему об этом! – горячо воскликнул юноша. – Не могу. – Но почему? Почему вы так упорно не хотите поговорить с ним? – Не к чему ворошить старые раны. Легче от этого никому не станет, – тихо проговорила женщина, старательно отводя взгляд. – Мне кажется вы просто боитесь! Вы боитесь посмотреть ему в глаза, потому что до сих пор любите его, и вините себя в том, что произошло! –Миш, тебе и вправду лучше уйти, – Лидия Семеновна ясно дала понять, что больше не намерена продолжать этот разговор и юноше ничего не оставалось, как покинуть квартиру. Но прежде, чем Михаил закрыл за собой дверь, он готов был поклясться, что слышал всхлипы и тихий плач, доносившийся из кухни. С тяжелым сердцем Михаил решил отправиться в институт, где училась Саша, чтобы сделать сестре сюрприз и встретить ее после занятий. Девушка как раз стояла на крыльце и старательно пыталась уложить толстенную книгу в свою сумку. – Саша! – юноша помахал ей рукой, привлекая внимание. – Мишка! Ты что здесь делаешь? – девушка радостно подбежала и обняла брата. – Приехал уладить кое-какие дела, – уклончиво сказал он. – У меня есть несколько часов до электрички, может сходим куда-нибудь пообедать? – Поесть мы всегда успеем. Пойдем лучше на каток? – предложила Саша. – Сто лет там не была. – Я же не умею кататься – юноше идея с катком пришлась не по душе. – Ну вот я тебя и научу! Идем, – девушка схватила его за руку, и Михаил не хотя поплелся за ней. Здание ледового дворца, находившегося в центральном парке, представляло собой большой квадратный стадион, накрытый стеклянными куполом. В раздевалке было как никогда многолюдно, и Михаил чувствовал себя очень неловко. Он почти не слушал сестру, которая объясняла ему как правильно зашнуровывать коньки. – В этих штуковинах даже стоять не возможно, ни то что кататься, – ворчал юноша, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. – Это намного легче чем тебе кажется, – Саша ловко обула свои коньки и спустя несколько минут они уже стояли у ледяной площадке. –Не бойся, – девушка с легкостью скользила по льду, в то время как ее брат пытался устоять на разъезжающихся ногах, отчаянно хватаясь за бортик. – Давай руку, – засмеялась Саша, помогая юноше. – Ты что, и вправду ни разу не стоял на коньках? – Ни разу, – подтвердил он. – А где ты научилась так кататься? – Ну, мы иногда сюда заходим, – смущено сказала девушка. – Так-так, и с кем это вы сюда заходите? – Михаил с укором взглянул на сестру. – С одним молодым человеком. – А почему я ничего не знаю об этом молодом человеке? – нахмурился юноша. – Потому что это не твое дело! – Я не хочу, чтобы моя сестра встречалась с кем попало! – громко крикнул Михаил. Люди заинтересовано поглядывать на молодых людей. Саша ехала спиной вперед и поддерживала под локти брата. Поняв, что привлекли к себе слишком много внимание, они почти перешли на шепот. – К твоему сведению он не кто попало, а очень хороший парень, – сказала девушка. Ее щеки пылали от гнева. – В любом случае тебя это не касается! – Я должен знать кто он и чем занимается. – Нет, не должен! – Да пойми ты, я переживаю за тебя! – Миша, я уже не маленькая, и сама могу позаботиться о себе, – гневно сказала она. – Это ты так думаешь! – Ты просто невыносимый человек! – Саша бросила руки брата и за несколько секунд оказалась на другой стороне площадки.

Оставшись без опоры, Михаил потерял равновесие и рухнул на лед, сильно ушибив грудную клетку. Ему потребовалось приложить немало усилий, чтобы вновь оказаться на ногах. Юноша искал глазами сестру, но тут его взгляд упал на девушку в толпе прохожих и обомлел. Она столько раз являлась ему во снах, ее образ был запечатлен на страницах еще не дописанного романа. И вот сейчас она была здесь, совсем рядом. Эти каштановые волосы, эти глаза, эта сдержанная аристократическая улыбка… Плавной походкой незнакомка направлялась к выходу. – Стойте! Подождите минутку! – кое-как Михаил сошел с льда и бегом, а точнее на сколько позволяли коньки, бросился за ней. Переобуваться не было времени, девушка могла уйти далеко, поэтому он просто поспешно сбросил коньки и помчался следом за девушкой. Миновав большой длинный коридор, он оказался в вестибюле, а затем, выбежав на улицу, он на несколько секунд потерял девушки из виду, но тут же заметил ее на противоположном конце улицы. – Постойте, девушка! Адалинда! – в отчаянье крикнул Михаил. – Стойте! – сломя голову юноша ринулся через дорогу.

Все произошло в одно мгновение. Визг тормозов “вылетевшей” на перекресток иномарки, а и затем сильный удар заставил прохожих ужаснуться. Саша, бежавшая следом за братом, увидела его лежащего на асфальте, мокром от крови и недавнего дождя, тут же бросилась к нему. Она крепко держала Михаила за руку, что-то кричала ему, но все было бесполезно. Юноша уже не мог слышать ни крики прохожих, ни рев машины “скорой помощи”, ни голоса сестры, которая настойчиво просила его очнуться. Он не знал, что врачи погрузили его на носилки и с бешено визжащей сереной повезли в ближайшую больницу.

Глава 6

Черный лес всегда славился своей дурной репутацией. Люди поговаривали, что там водятся злые духи и различная нечисть, а по ночам орудуют оборотни. Однако сейчас, в мягком оранжевом свете заката он выглядел весьма безобидно.

Цветы на луговине источали восхитительный аромат, а из чащи доносилось пение птиц. Вскоре эту идиллию прервал стук копыт, и на луговине, верхом на коне появилась девушка, закутанная в плащ с капюшоном, из-под которого выбивалась прядь каштановых волос. Адалинда осторожно осмотрелась и решительно направила скакуна в самую чащу.

Казалось бы, безрассуднее поступка и придумать нельзя. Даже самые отважные мужчины не решались заходить сюда дальше, чем на четверть мили, но молодую графиню казалось, это не тревожило. Чем глубже она погружалась в объятие леса, тем непроглядней становилась тьма. Где-то совсем близко ухнула сова, и Адалинда вскрикнув от страха и неожиданности пригнулась. Конь под девушкой беспокойно фыркнул. – Спокойно, Принц (так девушка ласково окрестила своего нового друга) спокойно, – Адалинда успокаивающе погладила животное по загривку. Пройдя еще несколько шагов, девушка услышала сильный треск. Прямо перед ней пролетела стайка летучих мышей или каких-то мелких птиц. Конь испуганно заржал, вставая на дыбы, и Адалинда упала на землю. – Принц, вернись! – девушка сделала попытку поймать поводья, но потеряв равновесие, снова рухнула на землю. – Отлично, просто превосходно! – с трудом заставив себя подняться, Адалинда двинулась дальше. Сердце бешено барабанило в груди, дыхание участилось. Девушка с трудом передвигала ноги, которые словно налились свинцом.

Адалинда не упала в обморок от страха, когда ее неожиданно кто-то схватил за лодыжку. Это был худощавый парень, с черными растрёпанными волосами, в котором девушка тут же узнала своего таинственного спасителя. Надо признаться выглядел парень просто ужасно. Вся одежда на нем была грязная и изорванная, штанина на левой ноге превратилась в кровавые лоскуты. Он так обессилил, что почти потерял сознание. – Это ты! – обрадовалась девушка. Она и не надеялась вновь увидеть его. – Слава Богу, Вы живы! – незнакомец приоткрыл глаза, и узнав Адалинду слабо улыбнулся. – Благодаря тебе, – девушка помогла ему подняться на ноги. – Могу я узнать имя моего спасителя? – Сэм Аддингтон. – Меня зовут Адалинда, – девушка взвалила его руку себе а плечо. – Да, я знаю. – Идти сможешь? Юноша неуверенно кивнул.

Сколько времени они бродили по лесу девушка не знала. Когда последние силы были уже на исходе, изнуряя от холода и жажды путники наконец выбрались на опушку. К своей огромной радости, они увидели там костер, возле которого сидел незнакомый мужчина. По старой рясе с капюшоном и стоптанным сандалям можно сделать вывод что перед ними был самый настоящий монах. – Мир вам, путники, – поклонился он, завидя молодых людей. – Благодарю, святой отец. Мой друг плохо себя чувствует. Разрешите нам присесть к огню, обогреться и немного отдохнуть? – Конечно, дети мои. Вдвоем они усадили Сэма и девушка, протянув руки к огню блаженно улыбнулась. По ее телу заструилось тепло. – Как ваше имя, святой отец? – поинтересовалась Адалинда. – Вильгельм, – по голосу монах было слышно, что он очень рад наконец обрести собеседника. – Меня зовут Адалинда Веллингтон. А это Сэм, Сэм Аддингтон. – Что привело вас сюда, да еще в такое позднее время? – Мы заблудились, – ответил парень.

Отец Вильгельм достал из своей сумки кусок черного хлеба, флягу с монастырским вином и разделив еду на три равные части протянул по кусочку Сэму и Адалинде. Молодые люди с жадностью набросились на скудный ужин. – Скажите, а вам не страшно здесь одному? Говорят, что тут водится всякая нечисть, – поинтересовалась девушка. – Люди склонны преувеличивать, – улыбнулся монах. – На самом деле этот лес ни чем не отличается от многих других. Позвольте спросить, куда вы все-таки направляетесь? В двадцати милях к северу стоит Эшфорд. Чуть дальше к югу – Чесфилд, на западе лишь горы и болота. Там почти нет ни сел, ни монастырей. – Мы как раз направляемся в Эшфорд, навестить моего дядю, Лорда Кэдогана, – мгновенно соврала Адалинда. На самом деле девушка понятья не имела, где она сейчас находится, куда отправляется, и что дальше будет делать. Но в Эшфорде действительно жил старый друг ее отца, и кто как не он сможет помочь девушке? Сэм бросил на нее удивленный взгляд, и хотел было что-то сказать, но получив от девушки чувственный толчок благоразумно промолчал. – Но до Эшфорда путь не близкий, а ваш друг нуждается в еде и отдыхе, – заметил монах. – Всего в нескольких милях отсюда есть небольшое Аббатство, куда я, собственно, и направляюсь. Его настоятель отец Августин, мой хороший друг. Он с радостью приютит вас на некоторое время, ваш спутник не поправится.

Адалинда многозначительно взглянула на Сэма и тот еле заметно кивнул. – Большое спасибо, отец Вильгельм. Мы с радостью примем ваше предложение, – улыбнулась девушка. – Помогать ближнему – мой долг, – ответил монах. Рано утром трое наших путников отправились в путь, и к полудню уже поднялись по крутой тропе, огибавшей гору, и наконец оказались у Аббатства. Адалинду поразила величина стен и громадные здания, возвышающиеся над ней. Они вошли через главные ворота, а во дворе их уже ждал Настоятель (а кто же еще мог быть так хорошо одет) с двумя послушниками. Это был высокий худощавый мужчина с длинным, чуть крючковатым носом, седыми волосами и густыми бровями. – Здравствуйте, Аббон, – радостно сказал отец Вильгельм. – Великая радость войти в обитель, осененную вашей властью, – монахи поцеловались, даруя благословение всем святым. – Позвольте поблагодарить Вас за столь теплый прием, оказанный мне и моим друзьям. – Не стоит благодарности, брат мой, – приветливо улыбнулся Настоятель и поприветствовав Адалинду и Сэма велел послушникам отвести гостей в комнаты, чтобы они смогли отдохнуть и восстановить силы. Их повели на местное подворье и Адалинда невольно восхитилась внутреннем расположением Аббатства. Сразу же из-под въезда тянулась усаженная цветами тропа, превратившаяся в настоящее поле у самых ступеней монастырской церкви. Слева от дороги виднелись овощные гряды, а за ними располагались баня и больница с травохранилищем. Справа от них находились и другие строения: мастерская копиистов и библиотека, трапезная с кухней и кладовой и конечно спальни, расположенные вдоль крытой галереи и сообщающиеся с хором. Все они образовывали широкий монастырский двор, а у самой стены виднелись могильные кресты. Все богатство этого двора гостям рассмотреть так и не удалось. Их привели в какой-то маленький домик с несколькими одинаковыми спальнями, и Адалинда, очень уставшая с дороги едва коснувшись головой подушки, погрузилась в сон.

***

К концу недели погода сильно испортилась. Небо заволокло серыми тяжелыми тучами. То и дело срывался мелкий дождик. Адалинда и Сэм все еще находились под покровительством монастыря. Девушку поразило то, как к ним относились все проживающие в Аббатстве без исключения. После нескольких сытных ужинов и крепкого сна Аддингтон быстро пошел на поправку, и они все чаще стали обсуждать свои дальнейшие действия. – Я уверена, Лорд Кэдоган обязательно поможет нам, когда узнает всю правду, – сказала Адалинда, когда они с Сэмом прогуливались по территории монастырского двора. – Значит все что нам нужно, это беспрепятственно добраться до Эшфорда? Это будет не так сложно, если учесть, что за нами нет погони. Кстати, Вам не кажется это подозрительным? – Мы, кажется, договорились что ты будешь обращаться ко мне на “ты” и без всяких титулов, – укоризненно взглянула на друга девушка. – Извини, – немного смутился парень. – Тебе не кажется это странным?

Адалинда и сама ломала над этим голову. Фредерик наверняка давно понял, что она сумела спастись и то, что ее до сих пор не разыскивают повсюду с собаками, казалось очень подозрительным. – Будем надеется, что дяде вполне хватит того, что я просто пропала, и моя голова в качестве сувенира ему не понадобиться. Сэм усмехнулся. Они не спеша подошли к главным воротам. Те были открыты и молодые люди увидели, как несколько послушников сбрасывают туда из огромных железных баков пищевые отходы, которые покатились вниз по склону. Но больше всего Адалинду поразило что люди, стоящие внизу, толкая и опережая друг друга жадно ринулись в этот поток, ища что-нибудь съестное. – Что они делают, – ахнула девушка. – Еще одно щедрое подаяние церкви нищим, – презрительно фыркнул Аддингтон. – Эти люди готовы на все что угодно, лишь бы не умереть с голоду, – он с грустью бросил взгляд на толпу грязных бродяг в лохмотьях, копающихся в объедках. – Пойдем, здесь не на что смотреть, – юноша обнял Адалинду за плечи, уводя прочь от этого нелицеприятного зрелища. Они сели на скамейку и стали наблюдать, как несколько монахов собирают урожай на маленьком огороде. – Скажи, Сэм, почему ты спас меня тогда? Ты рисковал жизнью ради меня, а я до сих пор не знаю причины, – Адалинду давно интересовал этот вопрос, но задать его все не было подходящего момента. – Да, рисковал, – он вдруг взволнованно заерзал на скамейке и смущенно опустил глаза. – Но зачем ты это сделал? – Мне не хотелось бы об этом говорить. – Ты спасаешь совершенно незнакомого человека, рискуешь всем и не хочешь об этом говорить? – маленький толстый монах отчитывал одного из послушников, но Адалинду они уже не интересовали. Девушка пристально смотрела на друга. – Ты, наверное, этого не помнишь, – тяжело вздохнув начал свой рассказ Сэм. – Мне было десять лет, когда умерли мои родители. Как-то раз я бродил по улицам. От голода едва волочил ноги, и я случайно забрел в кондитерскую лавку. До сих пор вспоминаю тот аромат свежей выпечки и разноцветные кругляшки леденцов на витрине, – ученик колдуна улыбнулся, но так и не осмелился взглянуть на Адалинду. – Продавец вышвырнул меня из лавки, крича что-то про надоевших ему бродяг и попрошаек, грозясь избить меня до полусмерти, если еще хоть раз увидит в своем магазине. Я плакал сидя у двери, и вдруг увидел тебя, когда вы вместе с отцом проходили мимо. Ты, взглянув на меня что-то прошептала графу, и купив в той самой лавке свежую булку хлеба с орехами и изюмом отдала ее мне. У тебя тогда были две такие забавные косички…– отчего-то Сэм тяжело вздохнул. – Позже я попал в ученики к Зитто, но все равно каждый день прибегал к вашему замку чтобы еще хоть раз увидеть тебя. Тайком наблюдал, как вы с отцом гуляли, играли, странно, что ты меня ни разу не заметила.

Сейчас, в этом печальном взгляде Адалинда снова увидела того плачущего мальчика, с острыми торчащими угловатыми коленками и тоже вспомнила его. – Теперь ты понимаешь? Я просто не мог поступить иначе. А впрочем, какая теперь разница, – Сэм махнул рукой и направился в сторону их домика. Девушкам так задумалась, что не заметила, как к ней подошел отец Вильгельм. – Почему вы грустите, Адалинда? – спросил он, садясь рядом с ней. – Просто навеяли грустные воспоминания, святой отец. – Не переживайте, дитя мое. Что бы там ни было, это все осталось в прошлом. Как чувствует себя ваш друг? – Он почти поправился. Я благодарна вам за гостеприимство. – Идемте, скоро подадут ужин, – монах поднялся на ноги и учтиво протянул руку девушке.

Сэм появился только когда накрыли на стол. Он как ни в чем не бывало сел рядом с Адалиндой и с аппетитом принялся за трапезу. Сразу после ужина отец Вильгельм отправился в библиотеку и предложил гостям составить ему компанию. Молодые люди с радостью согласились. Библиотека находилась в отдельном двухэтажном здании внушительного размера. – Говорят в монастырях прекрасные библиотеки, – мечтательно сказала Адалинда, ступая по мраморной лестнице вверх. – Я с удовольствием полистала бы несколько книг. – Вас в само помещение не пустят, – улыбнулся монах. – Библиотека своего рода светоч. Это тайна, которую никому не дано познать. Существует придание, что тот, кто войдет в эти книжные лабиринты не сможет выбраться оттуда. Только библиотекарь и его ученик знают все тайны, но уста их опечатаны клятвой. Остальные монахи работают в скриптории, куда мы и направляемся. Одна книжная мастерская была внизу, вторая находится непосредственно перед входом в саму библиотеку

Скрипторий представлял собой что-то вроде мастерской по переписки рукописей. У окна за гладко отполированными блестящими столиками над старинными книгами корпели молодые монахи. Отец Вильгельм уединился с каким-то жуткого вида стариком (Наверное, это и есть библиотекарь – подумала девушка) и они тихонько о чем-то беседовали. Адалинда и Сэм в это время внимательно разглядывали иллюстрации к свещенописаниям, которые лежали на одном из пустующих столиков. Там были и сцены из библейских рассказов, и изображения самого Создателя, и даже демоны и черти, пожирающие человеческие души в адском пламени. – Вам нельзя здесь находиться, – послышался сзади тихий голос. Это был молодой послушник, вернувшийся на свое рабочее место. Невысокий светловолосый юноша с укором смотрел на незваных гостей. – Извините, мы ждали отца Вильгельма и немного увлеклись, разглядывая рисунки, – виновато девушка – Вам нравится? – довольно улыбнулся послушник. – Очень нравится, – улыбнулась Адалинда. Сэм согласно закивал. – Это ваши работы? – Да, одни из немногих. – У Вас настоящий талант, – восхищено воскликнул Аддингтон. – А Вы давно живете в монастыре? – поинтересовалась Адалинда. – Уже четыре года. – И Вам нравится здесь? – спросила девушка. – Да. Мой отец всю жизнь посвятил служению церкви, и я всегда мечтал последовать его примеру. – Лоренс! Ты опять бездельничаешь? – это вернулись библиотекарь с отцом Вильгельмом. – Простите, святой отец, – послушник виновато склонил голову. – Сейчас же принимайся за работу! – крикнул он и возмущенно уставился на гостей. – А вы что здесь делаете? Посторонним нельзя входить сюда. – Прости, Умберто, это моя вина, – отец Вильгельм положил руку на плечо Адалинды. – Ты же знаешь наши правила, Вильгельм! – Все в порядке, мы уже уходим. Спасибо за все, Умберто, – монах и двое молодых людей вышли из библиотеки. – Что-то он не очень дружелюбный, – язвительно заметил Сэм. – Не подумайте ничего дурного, Умберто прекрасный человек, просто он свято чтит наши традиции, улыбнулся Вильгельм.

Не лестнице ведущей в жилое помещение послышался не то каркающий, не то чавкающий звук, заставивший всех троих обернуться. В темном проеме арки виднелся еле заметный силуэт человека. Перед Адалиндой что-то упало с противным хлюпаньем, и девушка в ужасе вскрикнула. Прямо у ее ног лежала огромная дохлая крыса. Страшно представить, что делали с бедным животным. Все ее тело покрывали ужасные раны, а голова и вовсе была оторвана. Девушке стало плохо. Ее ноги подкосились, и только благодаря Сэму, который вовремя успел подхватить ее под руки, Адалинда не рухнула на холодный пол.

Тем временем незнакомец вынырнул из проема, схватил крысу и сунул ее под рясу. Человек этот очень походил на монаха, хотя одежда его выглядела старой и грязной, как у бродяги. Что же касалось его лица, то оно представляло собой лысый череп, обтянутый кожей, низкий лоб, круглые глаза с очень маленькими подвижными зрачками и каким-то безумным, даже зловещим взглядом. Нос отсутствовал вовсе, вместо него был какой-то безобразный отросток, напоминающий хрящ. От носа до излишне оттопыренной нижней губы тянулся рубец, смещая рот на правую сторону. Заметив, что внимание путников обращено к нему, его род расползся в безобразной улыбке. – Господне наш благ душою, – уродец склонился в каком-то странном поклоне. – Дом сей добр. Тут еда. Помолимся Господу нашему, – неожиданно его глаза расширились и он, бросившись к Адалинде, больно схватил ее за плечо и с силой затряс. – Смерть на нас! – Вдруг закричал незнакомец. Девушка испуганно вырвалась и нырнула за спины Сэма и Вильгельма. – Всепокайтеся! Господь наш Иисус всеведущий и беспощадный! Взмолись! Свято и папа освобождает от греха! Иисус грядет! Всепокайтесь! – он громко расхохотался. – Сальвадор! – голос Настоятеля разлетелся по всему коридору, и все присутствующие вздрогнули. Уродец от страха глубже забрался в проем арки. – Что ты там прячешь? – он указал на руку, в которой тот все еще сжимал дохлую крысу. – Убери это немедленно, и чтобы я здесь больше тебя не видел! – человек по имени Сальвадор пробормотал что-то похожее на “изыди” и кряхтя убежал вниз по лестнице. – Не бойтесь его, – сказал Аббат глядя на перепуганных Адалинду и Сэма, – Он ничего не сделает вам. – А что это он такое говорил? – к девушке постепенно стала возвращаться речь. – Его судьба очень трагична. Некогда он принадлежал к миноторам, а потом по воле судьбы оказался в секте Дольчина. – Уж не хотите ли вы сказать, что он был еретиком? – ужаснулся Вильгельм.

– Увы, это правда. После “очищения” он нашел пристанище в нашем Аббатстве, – глаза Вильгельма расширились от ужаса.

– Не смотри на меня так, друг мой. Он сам во всем сознался Святой Инквизиции. Идемте, дети мои.