Пещера чудес

Вороны на горизонте

В корчме было многолюдно. Шум и беседы не шумели - шелестели как листья на улице. Оторванные от деревьев они шуршали и неслись, куда подует ветер. Главное подальше от эпицентра бури.

Йоана достала из печи очередной горшок с кашей и тяжёлым взглядом окинула ещё раз толпу.

- Кому каши не хватило руки вверх! – строгая забота сквозила в каждом слове молодой женщины.

Большая часть, если не все, посетителей корчмы «У валуна» были беженцами, так что платить им было нечем. Некоторые предлагали остатки грошей, что удалось прихватить из дома, но хозяйка корчмы была непреклонна. Как бы ей не было тяжело одной – мужа она не видела уже месяц – она не могла обирать этих несчастных.

- Маманька, иди малого прикорми. Он опять кричит.

Дочка подростковых лет пришла с заднего двора, за которым стоял хозяйский дом.

Йоана передала дочери ухват, наказала что и когда будет готово и стягивая замызганный передник заторопилась к младенцу.

Дорога огибала таверну, поэтому задний двор был таковым условно. Дорога шла вдоль горной речушки. Местность вокруг была скалистой, недалеко журчал небольшой водопад. Там обычно Йоана набирала воду. Прямо напротив корчмы, зажатый между дорогой и валунами, один из которых дал название таверне, стоял небольшой домик. Справа под цельным базальтовым обрывом примостился хлев, мелкие курни и загончики для коз.

Проходя по улице, женщина прикрылась рукой. С юго-востока с речной долины дул холодный, промозглый ветер. На миг она остановилась, присмотрелась к горизонту и серым облакам, быстро летевшим по небу. Чёрные точки вились точно мушки где-то там. За холмами и деревьями. Они то взлетали, то садились. Было это далеко, но женщина нахмурилась.

- Не к добру вороны такими стаями кружат – мелькнуло в голове у нее – особенно в наше-то время.

Добравшись до ивовой колыбели малютки, Йоана ласково отодвинула младшую дочь, которая уже проснулась вероятно от заливистого крика малыша, и взяла на руки сына. Прислоняя визжавшего младенца к груди, женщина вдруг помянула отца. Волнение пробрало её, но она тут же спохватилась. Ей надо думать о другом. Ей надо быть сильной. Накормив малыша, Йоана уложила его в колыбель и стала укачивать. Он задремал, но как только она перестала качать снова заплакал.

- Мама, я послежу за маленьким. Я уже взрослая – очень серьёзно сказала девочка.

- Спасибо, Радка – Йоана поцеловала дочь, принимая помощь - Ты и правда у меня уж очень взрослая…Прости…

- Что-то не так мамочка?

- Нет, нет! Всё хорошо! Всё будет хорошо! Со всеми нами!

- И с па…- хотела спросить девочка, но осеклась.

Йоана не смогла сдержать слёз, понимая какая взрослая и чуткая у неё дочь.

- Папа тоже будет с нами. Уже скоро. Я верю, что Всесоздатель не оставит нас. «Всегда ты помни - не один, твоя душа и доброта его хранит».

Хоть Йоана не была сильно набожной, цитата из Учения позволила женщине окончательно взять себя в руки. Она ещё раз поцеловала дочь и с вновь обретённой уверенностью пошла в корчму.

Когда Йоана пришла её старшая дочь хозяйничала вместе с одной из посетительниц у прилавка. В обычное время она бы побранила дочь за лень и грубость – заставлять гостя работать. Но не сейчас.

Хоть и с чужой помощью, но всё было в порядке. В большом зале парили тарелки и чарки с подогретым бульоном. Каганцы пыхтели, а угли в печи трещали.

Йоана думала сходить на двор. В хлев. Проверить…тех, кто там лежал. Но не успела…

Нагло пиная дверь, в общий зал корчмы зашли полдюжины мужчин. С оружием. Йоана дрогнула всем тело, и подошла к стойке.

- Мамань, бандиты! – шепнула ей дочь.

- Лучше бы они – поджала губы и закинула косу дочери ей за спину женщина - Глянь на их одежду, Дарьяна. Это солдаты короля.

Кольчуги с табардами. Герб, хоть и был не королевский, а герцогский - белый орел на сизом фоне - сути дела не менял. Поправляя шлемы и капеллины, и грохоча по полу грузными сапогами, трое прошли сквозь ряды притихших и оробевших людей. Ещё трое остались у входа.

- Ты хозяйка? – бросил один с крупной челюстью и вислыми волосами, подрезанными шапочкой.

- Я, сударь.

- Знаешь кто мы? – глухо цедил он.

- Защитники наши, солдаты Его Величества Виктора, Короля Ораёвы. Спасибо вам! – женщина как могла естественно поклонилась в пояс.

Дочка тоже молча наклонила голову.

- Хм – поиграл бледными валиками губ мужчина – Сталс быть накормишь нас. Из благодарности.

Гнусно усмехнувшись, он согнал с ближайшего длинного стола весь люд. Одним видом и тяжело упавшей кольчужной перчаткой.

Солдаты у входа позвали ещё с десяток человек. Самые приметные – трое. Мелкие дворяне со свитой – или если проще – бедные или странствующие рыцари. Пара крупных и один тощий в гамбезоне. Разноцветные гербы на латах и накидках распугали остатки народа, поспешившего освободить столы. Часть осела на улице, а часть по углам харчевни.

- Ты, Гжегож, справился о лощадях? – лихо усаживаясь на скамью, крикнул рыцарь в орихалковых латах – Да пусть наполнят бадью. Надобно помыться.

- Да. На всех нас… то есть каждому по бадье - словил смешки товарищей и поправился второй в панцире и белой, грязной от дороги, накидке с тёмной елью на гербе – И ребяткам! А то смердят как сапоги грибочные! Да у меня не такие! Сами вы подсосновники!

- Да-да. Такой и есть – потрепав товарища, захихикал тот, что тощий в гамбезоне.

- Как прикажете панове – мужик с большой челюстью постарался скрыть недовольство и обратился к Йоане, старавшейся быть максимально учтивой – Лошадей - в стойло. Мы ночевать будем. Как слышала, три бадьи панам. И одну для их челяди.

- Вам сударь? – скрипя зубами, отозвалась хозяйка харчевни.

Гжегож фыркнул, но потом кивнул. Похоже захотел поважничать, как сидевшие у него на шее рыцари.

Задачка была ещё та. Для беженцев пришла пора платить по счетам – не к удовольствию признала Йоана. Две работницы столько воды никак не успеют натаскать. А батраков уж две недели как смыло. Как перелётные птицы чуют, что пора лететь на север, так и они учуяли, что в эти края идёт, мчится галопом, отзываясь стуком копыт – война.

***

Тяжёлые во всех смыслах гости собирались отбывать. Челядь выводила лошадей из хлева. На заднем дворе было многолюдно. Йоана тревожно поглядывала на них. Пока ей везло скрывать то, что им не надобно было знать.

Вчера ей, к счастью, дали самой заводить лошадей. Дали переложить их. Иначе бы быть беде. Ведь в хлеву на сеновале, а теперь на полках сверху, под шкурами, якобы сохнувшими для продажи, уместилось с десяток раненых.

И то были далеко не побратимы этих, что, гогоча подмигивали тушующейся Дарьяне. После еды, мытья и отдыха осталась неуслаждённой только одна из основных потребностей.

Вот уже на лошадях. Проклятый королевский разъезд уже подался на дорогу, как из-под склона, откуда вчера они и приехали, послышался топот и стук копыт.

Шла колонна. Во главе ехал, поблескивая даже в эту хмурую погоду латами рыцарь. Его лошадь вся в броне лениво топтала дорожную грязь. Рядом ехала свита. Реял стяг. Солнце и щука на синем фоне.

За ними шли строем стрелки, одетые в меховые ферязи и собольи шапки, с пищалями за спиной, а в руках их блестели грозные топоры или даже скорее секиры.

Йоана с тревогой смотрела на них. Наемники - подумала она – иноземные.

Дальше шли ряды ландскнехтов и большое количество пехтуры с пиками. Изредка с тяжёлыми щитами. Всего в колонне шагало сотни под четыре человек. В конце ехал обоз с эскортом. Когда он проехал мимо, Йоана разглядела внутри людей в вольных костюмах. Не солдат. С расписными накидками на плечах.

- Маги – еле успела удержаться от того, чтобы сказать вслух женщина - Что они тут забыли? На войне…

- Сэр, Эугенюш - подёргивая поводьями, сказал рыцарь в гамбезоне, третий из гостившей троицы – Вы быстрее, чем полагалось.

- А вы медленнее – угрюмо отозвался рыцарь в блестящих латах и с хохолком из красивых крашеных перьев на темени вытянутого вверх и вперёд, точно щучий нос, шлема – И милорд Бужашчупак для вас. Хоть мы в походе и товарищи, но порядок соблюдать должно.

Говорил он надменно и скорее оскорбительно, чем снисходительно. Если уж не по содержанию, то по манере.

- Конечно…милорд – не к своему удовольствию сказал рыцарь – Мы остановились на ночлег. Отбываем немедля.

- Нет, извольте. Раз вы тут, то поедете с нами – проехался по двору и подкатил к Йоане – Женщина, ты видела здесь не вызывающих доверяя индивидов? То бишь людей. Кто-то проходил мимо, кого бы ты отнесла к лихому народу?

«Только тебя и твоих псов»

- Нет, сударь, то есть милорд.

- Ваше благородие для черни, но да ладно. Деревенщине глупость простительна. Тем более сегодня. – спесиво процедил мужчина и обращаясь к своим подчинённым зачитал тираду – Король приказал нам выловить недобитков из сокрушенных второго дня мятежников. Часть из них укрылась в роще чуть дальше по тракту. Основные силы идут вдоль реки. На Мок Сивину. Наша задача как можно быстрее покончить с остатками засевших тут мятежников. И присоединиться к войску. «Вы надежда и опора короны в данный решающий час. Покончим с язвой, что терзает нашу Родину». Это слова нашего великого короля. От себя посмею добавить, что мы оправдаем ожидания, возложенные на нас Его Величеством. И даже превзойдём их. Если мы качественно выполним задания быстрее остальных групп зачистки – он медленно проехал мимо стоявших в строю солдат и наёмников, питавших мало интереса к его речи - каждому по завершению из своего кармана доплачу к жалованию. По 20 золотых викторианов!

Солдаты заорали нечто нечленораздельное, но очень воодушевлённое.

- Значит плохи у нас дела - пробубнил один из рыцарей, тот что в орихалковом панцире.

- Чё так?

- Слышь какой щедрый. А платит не сейчас, а по факту. Значит думает, что большая часть подохнет. И пустословом не будет, так как по-честному заплатит, и не обеднеет.

- Да не.

- Хочешь верь, хочешь нет. А он тот ещё проныра. Помянешь ещё меня. Надеюсь по дурному.

- Чего? – сказал тощий в гамбезоне, ёрзая в седле, и тут же понимающе закивал.

Эугенюш Бужашчупак ещё раз объехал вверенное ему войско. Он купался в их внимании и почитании как в тёплой ванне. Но наконец его взгляд упал на загнанные, зыркающие глаза беженцев.

- Проверить всех. Всё тут обыскать! Живо!

Йоана застыла, как будто её оглушили эти слова. В голове пульсировало от напряжения, и ей приходилось лишь вяло смотреть за тем, как наёмники и ландскнехты шныряют с завидной удалью по корчме, дому, выволакивают беженцев – мужчин, женщин, детей - точно поросей на бойню.

Но главное…Из хлева послышались крики. На чужом, не всеобщем языке. Наёмники нашли раненых повстанцев.

- Господин, мои люди нашли пиплов что не вызывать должный ауфоритет - отчитался главный из стрелков, на ломаном всеобщем.

- Как же плохо вас учат грамоте. Уши вянут. Доклад принял– рыцарь с хохолком из перьев качнулся в седле и, вдарив стременами по бокам лошади, подъехал к отрешённо прижимавшей к себе дочерей Йоане – Значит такова ваша плата нашему королю.

- Я не знала, кто эти люди. Моё дело приютить и обогреть. Тому учит нас Учение – ответила, как могла жалостливо женщина заученной фразой.

- И служить своему господину верой и правдой тоже – скривился рыцарь – А ты забываешься чернавка. Ещё и женщина…

Йоана не могла припомнить, чтоб в Учении были строки о том, о чём говорил рыцарь, однако склонилась в просящем поклоне.

- Прошу…помилуйте!

- Всесоздатель покарает тебя, если ты лжёшь - крякнул он и отъехал.

«Всё-таки дела такого важного господина не стоили возни с какими-то обывателями, пусть и помогавшими повстанцам»

С этими мыслями Йоана выдохнула и хотела забрать малыша у Дарьяны.

- Кончай этих ублюдков – крикнул рыцарь с хохолком.

- Стойте – Йоана знала, что очень рискует, но тем не менее не могла молчать – Ваше благородие. Как можно. Предначертания о войне, подписанные ангелами, не разрешают такое отношение к раненым.

- Ты совсем забылась! Какие Предначертания!? Что ты вообще понимаешь женщина!? Видела с нами магов? Думаешь они на кривоносов в твоём погребе охотиться пришли. Знаешь, за чем они здесь?! Чтобы выжечь поганцев до последнего! Чтобы наша Родина вздохнула свободно! И никакой бумажкой никакие ангелы нам указывать не будут! Тьфу! Праздные твари. Потому то и бросил их Всесоздатель. Не взял с собой в райские чертоги!

- Но как же господин! Разве Всесоздатель не велел быть добрым ко всякому. Несмотря на его прегрешения. Вы правы - я лишь луна, жалкая и меркнущая пред вами – Йоана достала из-за ворота платья кулон в виде солнца и луны, религиозной эмблемы Святой Церкви Всесоздателя – Вы солнце. Мужчина, чья доброта как свет для всех вокруг. Прошу сжальтесь над заблудшими. Пусть их судят как велит того Порядок. Праведным королевским судом.

- Да чтоб тебя! – достал из седла плётку рыцарь, и принялся стегать женщину. К ней сразу подбежали дочери. Укрывая младенца, они пытались защитить мать.

Выпустив пар, рыцарь убрал плётку. И как-то странно прищурился.

- Твой позор и грех не смыть просто так – сказал он – Но вот твои дочери чистые девы. Верно?

- О, господин прошу – догадалась, что имел в виду рыцарь – Моя старшая дочь ещё только-только стала взрослой. И у неё сейчас не то время. Женское новолуние. Если позволите – потянув за шнурки на вороте платья, Йоана выпятила грудь в кошачьем прогибе – Я же куда более опытна, и знаю, как угодить уставшему в дороге мужчине.

Закидывая растрёпанные волосы назад и облизывая рассеченные губы, Йоана выглядела очень соблазнительно. Вообще она не являлась писаной красавицей. Руки её изрядно страдали от работы, а возраст уже был не девичий. Но морщин ещё набралось немного, женственная фигура и долгая супружеская жизнь наградили её всем нужным для заявленной ею цели.

- И мне, чистокровному дворянину, лорду, путаться с тобой, нерадивая наглячка?

- Сможете меня проучить. Муж часто меня вразумлял…ммм…говорил, что я только его кулаки и чресла понимаю. Ну может не только его, конечно…ах-ха.

- Но па…

Какой-бы «большой» Радка не была, она не всё могла понять, но благо её рот успела заткнуть старшая сестра.

- Грязная придорожная потаскуха… – процедил лукаво рыцарь и усмехнулся - Капитан, кончайте ублюдков! Нам нужно выдвигаться. Этих проверили? Хорошо! На всякий случай. Всех мужчин к ублюдкам. К женщинам – похабно поднимая верхнюю губу и обнажая белые как стенной алебастр зубы, зыркнул на Йоану Эугенюш – мы ещё вернемся.

Йоана выдохнула. Спасти бедолаг не удалось, но хотя бы семья в сохранности. Да и большая часть беженцев. Это всё, что она могла.

«Пока эти сволочи будут возиться с отрядами повстанцев, мы уже успеем уйти. Спрячемся в лощине в паре десятков миль на север. Там есть небольшой промысловый посёлок. На картах не отмечен. Дороги к нему нормальные не ведут. Переждём там. Муж сказал, если что ждать в этом месте» – подумала женщина, всё еще глупо и пошло улыбаясь – Спокойно уйдём всем людом, когда эти съедут.

Но её надеждам не суждено было сбыться.

В миг, когда раздались залпы пищалей в хлеву и дворе, один из всадников покачнулся и рухнул на землю. Стяг с щукой упал. Пуля, метившая в Эугенюша отклонилась и убила ехавшего рядом знаменосца. Броня рыцаря была по всей видимости зачарована.

- На камнях. Сверху – закричал он и поддал лошади, уходя ближе к зданиям, с линии стрельбы.

Дальше наступил полный хаос. Выстрелы со всех сторон. Гомон и крики. Дочки жались к Йоане как овечки. Она поняла, что надо действовать. Прижимая сына к груди, женщина повела дочерей за собой. Бегом.

Чудом удалось ускользнуть. Вдалеке слышались утихающие звуки боя. А также женские крики…тоже вскоре скрывшиеся за скалами.

Бездна и добрый волшебник

Ветер дул яростно. Пошёл первый снег.

Йоана с дочерями была уже почти неделю в пути. Шли медленно. Младшая Радка, хоть и пыталась держаться, с трудом выдерживала темп.

Еды не было. Лезть приходилось порой по голым камням, ведь соваться на дорогу – чистое самоубийство. Любой разъезд, который зашёл уже далеко на юг, их убьёт. Если не что-то похуже с ними сделает. А потом всё равно убьёт.

Скоро снег уже валил не переставая. Стало совсем холодно. Укрывшись в очередной раз у дерева, выросшего на каменном склоне и образовывавшего корнями нечто вроде закутка или пещерки, женщина попыталась развести костер.

Пара камешков и кучка хвороста. Удар. Еще один. И ещё десяток. Результата ноль, только руки все в крови от неудачных попыток. В этот и прошлый дни.

- Всесоздатель помоги, дай сил – причитала женщина в горькой досаде, взгляд её упал на Радку и Дарьяну, державшую младенца, уже даже не кричавшего.

Молоко несколько дней уже горчило, и малыш почти не ел. Должно быть виноваты жёлуди и коренья, которые они грызли пару дней назад.

Женщина склонилась и ещё раз ударила камнями. С прежним результатом.

Йоана сгорбилась, прижала руки к груди и засипела. Орать сил не было, но боль и усталость снедали её изнутри. Рык закончился броском камней в кострище.

Дальше были слышны только всхлипы. Йоана устала. Она уже так давно держалась. Одна. Муж ушёл с мятежными силами. Провожать… И уже месяц ни слуху, ни духу. Может он погиб? Как дурак ввязался в битву, про которую говорили Эугенюш? Оставил её одну на совсем?

- Какой же он дурак! ААААА!!! – крикнула Йоана и с её шеи сорвался кулон в виде солнца и луны – И ты…Я никогда не верила, что всё буквально…Но сейчас я больше вообще не верю…

Девочки молчали и с пустыми глазами смотрели на мать. Она тоже глянула на них. Таким же пустым взглядом. Затем принялась сверлить валяющееся на камнях украшение.

- Да пошли вы все!

С яростью, которая воззвала к последним силам, она подхватила и швырнула в неудавшийся костер символ веры. Осела, как тетива оборвавшаяся и потерявшая остатки натяжения. Больше внутри неё не осталась даже злости. Лишь пищащая в ушах пустота.

- Маменька, огонь…

Женщина не поняла, о чём ей глаголит такой далёкий и тихий голос. Поднимая глаза, она встретила кроткий скудный огонёк, поедающий прутья хвороста одно за другим. Встрепенувшись, она покидала мха и мелких палочек. Огонь разгорелся.

- Как?

- Магия, мамочка! – сказала Радка – У тебя из рук.

- Магия?

Ей ниспослан дар? Тут Йоана вспомнила, что сделала. Потянулась за украшением, но сразу же опомнилась…Но огонь не обжег её. Как бы близко она не приближала руку. Дивясь этому факту, женщина с лёгкостью вытянула, успевший чуть-чуть оплавиться кулон. Прижала его трепетно к груди.

- Мама, платье!

Йоана еле успела притушить платье, начавшее тлеть от касания раскалённой вещицы.

***

После почти двух недель блужданий по скалистым холмам и лесам, Йоана с дочерями добралась до искомого посёлка. Рухнув на колени, она лицезрела догорающее пепелище скоромных хат и землянок.

Раньше Йоана лелеяла мысль, что они с мужем чудесным образом встретятся в посёлке…Теперь она поняла, что всё было тщетно. Муж скорее всего мёртв. Но она была уверена, что они всё равно встретятся, хоть в раю, хоть в аду.

Но почему? Не уж то даже чудо не помогло им выжить? Почему не привело к благополучному исходу? Или это было не чудо?

Йоана смогла использовать его лишь раз. Свой дар. Но что, если это колдовство. Что если её ярость дала пищу чему-то тёмному? Женщина не знала ответа.

Но верить в то, что это было благое знамение она больше не могла. Короткий проблеск надежды и снова полная отчаяния бездна. Вздымавшиеся над деревенькой столбы дыма как опоры серого склепа уносили в свинцовое небо остатки жизни. Снег тоже будто шёл снизу вверх мелкими крупицами снежинок. Весь мир казался тёмным, и лишь припорошённая снегом земля своим холодом давала Йоане понять, что она всё ещё жива.

За эти долгие дни в дороге она постарела. Виной тому голод или постоянная тревога, в её лице угасли последние искорки жизни. А может так уходила надежда.

В глазах мутнело. И крик дочерей уже не мог пробудить женщину. Кажется, слышался стук копыт. Должно быть очередной разъезд. Ну и пусть. Она устала…В сопротивлении нет смысла. Не раньше, так позже. Судьба их уже решена.

Взгляд скользнул по Радке самой бодрой из всех, Дарьяне почти такой же выхолощенной как сама Йоана, и малышу, что тихо спал. Плакать он уже не плакал. Молоко иссякло уже давно, даже горькое. И силы он пополнял во сне. Почти непрерывном. Долго ему так не протянуть.

Такой маленький и беззащитный. Совсем не успел пожить. Хотя может оно и к лучшему.

- Мама! Мама! Надо прятаться! Они едут!

Нет ответа.

Казалось, тени деревьев и развалин воют в унисон ветру, а проклятый стук и вовсе находится в ушных раковинах. Смерть подступала. Отовсюду.

На лицо мальчика, завернутого в грязную пеленку, упала прозрачная, почти незримая как морок, слеза. Йоана подняла лицо и увидела девушку в красивом тёмном платье.

Её локоны не развивались на ветру, а черты расплывались в серости как мякиш в молоке. Её полупрозрачный лик склонился над женщиной и ребёнком.

Йоана не понимала, что происходит.

Вдруг, девушка заметила широко раскрытые и полные внимания глаза женщины. Бросилась в сторону, поманила её рукой. Взывала идти в заросли лозняка, голого в эту пору. Призывала войти в лес.

Очарованная призрачным образом Йоана с трудом поднялась, а дочери в замешательстве последовали за матерью.

Тишина воцарилась на прогалине всего на пару минут. Из-за деревьев галопом выехал разъезд. С белым лебедем, плавающим по озеру и окруженным оранжевым фоном, на стяге. Королевский штандарт.

- Эти идиоты даже отчитаться не удосужились, что эту часть они уже зачистили – прокричал, кружа коня на месте, мужчина с большими кисточками и хвостом на шлеме-шапочке – Едемте. Здесь нечего делать. Мы и так отстаём от всех сроков.

- Чёртова мать мне в печёнки, если эти ублюдки из Армии этого ушлёпка Багно не растут на деревьях или не вылазят из тролльих задниц по десятку на дню.

- Лейтенант Шмечаш, отставить ругань. Понаберут челяди. Но противников и правда больше, чем должно быть. Колдовство на поле боя тому виной.

- Колдовство? Они же не мертвецы! Живые гады! Это чудо, не иначе! Наши подтверждают. Ну из тех, кто вернулся.

- Отставить! - рявкнул капитан на своих подчинённых – У изменников только колдовство и может быть. Таково слово Короля и Святой Церкви. А трусам и дезертирам – виселица!

- Эх…А ведь когда поступал на службу, Красимир ещё правил. И что бы там ни было с его постелью, а жилось лучше, чем сейчас –драгун со спадающим шлемом ностальгически вздохнул.

- Лейтенант Шмечаш, мне это понимать как измену? – достал драгунский пистоль капитан.

Ответить лейтенант не успел. Кто-то заметил следы. Свежие. Идущие в чащу.

***

Продираясь сквозь ветки, хлеставшие по лицу и рукам, Йоана с дочерями углублялась в чащу леса.

- Мама! Сзади! Коняшка фыркнула!

Прислушавшись, Йоана распознала хруст ломающихся веток под копытами и ругань солдат.

Как и в прошлый раз. Чудо не спасло. Лишь отсрочило неизбежное. Она не видела девушки-призрака с самого захода в лес.

Но тем не менее. Она ускорила шаг. Животная жажда выжить. Даже будучи прижатым капканом или раненым. Вперёд!

Звуки приближались. Сзади мелькнул оранжевый стяг. Йоана оперлась одной рукой о дерево. Большое и кривое. С огромным выточенным болезнью и грызунами дуплом.

- Лезьте! А я…

- Но маменька…- Дарьяна испуганно озиралась.

- Мама, малыш – тихо сказала Радка и протянула руки.

Йоана увидела на её глазах слезы.

- Ничего. Я вернусь за вами. Обещаю…- погладила дочь по голове женщина, полнясь гордости и необъяснимой уверенности.

Девочки с младенцем на руках полезли в темень дупла. Йоана знала, что лжёт и потому старалась не смотреть на дочерей.

Она скоро умрёт. Она просит об этом. Пусть её жизнь станет платой за жизнь её детей. Твёрдое убеждение сидело в голове Йоаны.

Она побежит. Из последних сил, которых было крохотно мало. Но она сможет. Уведёт всадников от дерева. Что будет потом с её детьми она не думала. Всё будет хорошо. Точно, без сомнений.

Йоана уже хотела рвануться, так как крики солдат свидетельствовали, что её заметили. Решила взглянуть на детей в последний раз. Однако…

В дупле было пусто.

Йоана судорожно нырнула головой внутрь и её засосало словно в омут.

Через минуту у дерева очутились конники.

- Где он?

- Кажется это была женщина!

- Да какая разница – где она?! Не дерево же её сожрало.

- Тц. Плохое место. Гиблое. Что логово ведьминское, дери меня метла – лейтенант Шмечаш поправлял спадающий шлем и крутил головой, цыкал языком – надобно обратно.

Капитан что-то хотел сказать в ответ, но ему не дали договорить. Воздух прошили пули, грянул отзвук выстрелов.

- Смерть псам! Долой тирана!

- Слава блаженной королеве Мирасоль! Слава Ведьме!

- Слава Маршалу Багно!

Сбивая меткими выстрелами всадников с коней одного за другим, кричали повстанцы.

Драгуны выхватили пистоли, палаши, дали залп и рванули назад к посёлку, но оттуда грохнули новые выстрелы. Кричали на раскийском. Ладно и звонко.

- За Союз Спасения! Слава Советам! Слава добровольцам! Долой тиранию!

Бой длился недолго.

***

Темно. Холодно. Склизко и грязно. Боль от удара была глухой, тупой и тошнотворной. Но пустой желудок заставлял Йоану ёрзать в приступах сухой рвоты.

Кости на одной руке были сломаны. Рёбра с одной стороны тоже. Тяжело дышать, каждое движение причиняет боль. Что с девочками? Кругом тихо. Нет! Еле слышное мяуканье, по-другому это было не назвать, дало ориентир.

Пересиливая адскую боль, Йоана поползла по чему-то грязному, жесткому, липкому и слегка вязкому.

- Радка, Дарьяна…- просипела мать, проведя по лежавшей навзничь фигуре. На груди лежал младенец. Целой рукой женщина потрясла одну и дочерей.

- Скажи….скажи.. что-нибудь…

- Мама, я тут. Дарьянка не знаю где…

- Радка…она тут…кхм…иди сюда. Гхм. Я не могу… - скривилась в приступе боли от попытки встать Йоана – иди сюда…пожалуйста…

- Я не могу…- хныкнула девочка, готовая зареветь – нога….Больно. не могу встать. Мама мне страшно…Я не вижу, где ты.

Как бы она не храбрилась, Радка была всего лишь девочкой. Понимающей и заботливой. Йоана попыталась встать. Вначале у нее получилось, ноги более-менее остались целы после падения. Но почва под ногами предательски просела, и нога скользнула по склону горы или кучи, на которую они с дочерями упали.

Йоана кубарем покатилась вниз. Вскрики Радки удалялись, а вопли Йоаны становились всё менее человеческими. Окончилось падение на стыке двух «холмов». И Йоане вновь не повезло. С размаху она влетела в острое нечто. Извиваясь, она прикрывала израненное лицо.

Боль ушла. Не сразу. В голове дурманом прошёл шок. Или это была смерть. Обрывком мысли Йоана поняла. Что её жизнь окончательно превратилась в ад. В самом прямом смысле этого слова.

Она лежала долго. Вдалеке слышала гулкий звук приземления. Как ноги шли с лязгом точно по куче железок. Всё ближе… Прямо над ухом…

- Ты ранена - сказал голос – Похоже я вовремя.

Вокруг разлилась чернилами кромешная тьма. Тем не менее, его она видела. Чётко. Каждую деталь.

Обычный парень. Молодой. Лет двадцати. Такой какой-то…обычный. Встретишь такого на улице и потом и не вспомнишь что вообще когда-то встречал.

- Я могу помочь. Загадай желание - сказал он с весёлой печалью, как показалось Йоане в её изувеченном болью сознании.

- Пожалуйста…

- Да?

- Забери мою жизнь….- прошептала или вернее прочертила губами, как немая слова женщина – Но умоляю спаси моих детей. Пожалуйста.

Парень стоял рядом. Наверняка он ведьмак или демон. Может он завёл их в своё логово специально, чтобы…

- Опять демон…Как же ты меня не любишь…Хотя имея ввиду нашу общую знакомую волшебницу мне не так оскорбительно это слышать.

Женщина не поняла ни слова. Обращались явно не к ней.

Вокруг снова стало темно. Больше она не видела странного парня. Только бы её детям ничего не грозило. Пусть только… а на себя ей плевать.

И когда она уже подумала, что попала в забытье, он ответил – грустно и серьёзно.

- Твоё желания я исполнять – отказываюсь….

***

Сладко. Вкусно.

Как яблоко, но не яблоко. Слива. Похоже больше, но тоже не оно. Благослива! Точно! Очень редкий фрукт. Дорогой. Как-то Йоана его пробовала. Привёз купец из дальних тёплых стран. Вообще она любит фрукты и солнечную погоду. Нужно было открывать таверну, где-нибудь в другом месте. Да хотя бы в соседнем королевстве Лювед. Тихая гавань. А у неё корни есть. Взять всех - и мужа дурака и детей и свалить на берег тёплого залива. Но…

- Маменька – пролепетала Дарьяна рядом, сжимая выжатый кусок благосливы.

- Да?

Тело не болело и наполнялось лёгкостью и силой. Приподнимаясь, она посмотрела на дочь - целую и невредимую. Вокруг всё озарял приятный жёлтый, даже вернее золотой, свет.

Они находились на склоне горы из мусора и земли. Палки, орехи и грязь. Соты? Рядом торчал толстый столб, из серого камня. Он вздымался под самый потолок, который еле различимо маячил вверху. Надпись зеленым гласила - С3, этаж 8.

На потолке, высоко вверху, свет позволял выловить взглядом узор из труб и кожухов. И ряд отверстий, пробитых в этих трубах, из которых дул то горячий, то холодный воздух. Под ними и росли холмы – грязный и блестящий, сплошь из заколок, игл, битого стекла, камней и других бликующих вещей.

- Любая сорока бы обзавидовалась – подумала Йоана и наконец опомнилась - А где Радка?! Где…,

Её прервала дочь, указывая на вершину холма.

Йоана посмотрела и рот невольно открылся. Дерево. Небывалой красоты. Розовый цвет бутонов и золотые листья. Невысокое, но раскидистое. Как добротная яблоня.

Вместе с Дарьяной они поднялись по склону. Погодя она услышал весёлый смех Радки.

Весело хлопая своими ладошками о ладоши парня, она искренне радовалась. Играли не затейливо, но бодро. Рядом лежал, качаясь в колыбельке малыш. Двигалась кроватка без чьей-либо помощи.

- Проиграл!

- Дя - парень комично расстроился и шмыгнул носом – Никогда не умел играть в «ладушки». И почему именно эта игра, спрашивается?

- Потому что мне она нравится – расплылась в улыбке девочка, и тут же сочувствующее спросила – Тебе не понравилось?

- Понравилось. Но думаю тебе больше понравилось бы играть с кем-то более мастеровитым.

- Да ты сбивался…но какая разница. Было весело!

- Рад если так - поднялся с земли парень и зыркнул на Йоану – Думаю мне пора.

- Ууу, почему?

- Здесь я больше не нужен – улыбнулся он женщине и собрался уходить, но она его окликнула.

- Кто ты? Мы у….

- Нет. Но были очень близки. Скажите спасибо своему сыну. Его желание – спасло вам троим жизнь. Благо детям ничего кроме близких не нужно.

Усмехнувшись, он снова собрался идти. Но Йоана схватила его за рукав.

- Так кто вы, сударь? Как я могу вас отблагодарить? Ведь такие услуги дорого стоят, даже для ваших колдовски…волшебных господ.

- Я не спасал вас.

- Но как же?! – воскликнула Дарьяна – А как же наши раны? Как же дерево?

- Раны я уже объяснил. А это – мило улыбнулся парень и глянул на дерево шелестевшее листьями на вырывающемся из дыры зимнем ветре – Что поделать, если росток, что в семени, захотел стать деревом. И вам тут урок, уж простите за менторские повадки. Вы желали смерти. Мать ради детей, дочери ради матери. И хоть между смертью и жизнью грань очень хлипкая и нечёткая, а суть пугающая и неясная, что у одного, что у второго….Вернее, не хоть, а именно потому…Именно потому-то тот кто не отваживается желать жизнь, не смеет желать смерти.

Закончил парень твердо, но всё же улыбаясь.

- Я исполнил те желания, которые хотел. Теперь мне пора. Прошу прощения – поклонился виновато парень и на миг выдал хмурый взгляд.

- Но…я хотела…думала…раз уж вы дали нам столько чудес. Но это жадно с моей стороны просить от вас ещё большей доброты – Йоана не преклонила колен, но её поклон был глубже и весомее, чем любое челобитие.

- Я бы вновь не исполнил ваше желание. Увы, но вашему мужу не стоит сейчас отвлекаться на вашу защиту.

- Папа жив?

Парень улыбнулся.

- Но откуда вы это знаете? И про нас тоже?

Та же улыбка.

От наивности или доверия к столь странному и непонятному существу, Йоанна подалась вперёд, опускаясь на колени.

Твёрдое слово её остановило.

- Глубина вашей благодарности не стоит грязного лба. Хотя настаивать не буду. Если так вам будет угодно, я не вправе вам мешать.

- Я хотела в последний раз просить – неловко сказала женщина – как нам выбраться из этой чудесной пещеры?

- Ох ё!

Парень растерял весь свой ореол возвышенности. Глупо почесал затылок. Затем высунув язык принялся шарить в кармане.

- Надо же так проколоться. А как же? Ааааа! Нужно желание! Вот! Угадал? – протянул он сахарного петушка Радке.

- Как?! А ладошки вовремя ставить не можешь.

- У всех свои слабости. – Наиграно уязвлённый парень бубнил себе под нос – всегда такие маленькие и такие сильные. Аккуратнее с вами надо. Второй раз убеждаюсь.

Договорив, он подошёл к Дарьяне.

Та поёжилась от налетевшего сверху морозного сквозняка.

- Самое то. Как влитая села.

На девушке вмиг появилась тужурка из рыжего меха. Она укуталась в неё и разомлела.

- Так тепло маменька!

- Вам…- парень остановился рядом с женщиной – за все ваши страдания… Я должен больше всех. Но так и не могу вам отплатить.

Йоана слегка виновато улыбнулась. Всё казалось ей сном. Таким ярким и живым. Но всё это ведь не могло быть реальным.

Щелчок.

-Ай!

- А что-то случилось?! – ещё более неестественно воскликнул парень, убирая руку за спину, а второй потянулся к груди женщины.

Она не испугалась. В конце концов, это вполне допустимая плата…

- Да что ж такое! Меня то демоном рисуют, то насильником каким-то! Ей богу! Тут это даже не к месту! – возмутился парень и быстро схватил оплавленный кулон, продев руку как иглу прямо сквозь одежду – Пусть вас не пугает тьма на пути, ведь вы не одни.

Он отпустил руку. Йоана вытащила кулон. Он ярко сиял. Женщине показалась, что она поймала в руки звезду. Так чарующе и ярко светил огонёк в её руках, но глаза не слепил.

- Мама он прирастает по чуть-чуть – не выговаривая, сказала Радка и продолжила грызть петушка.

Йоана хотела поблагодарить парня, но он исчез. Не сразу женщина нашла его под потолком пещеры. Он поднимался к одному из отверстий как бы по винтовой лестнице. Только ступеней не было, лишь в момент исчезавшие золотистые искры.

- С4. Уровень 10. Улица Нигде. Прямо на перекрёстке – сказал парень – И простите ещё раз.

- Но за что?

- За то, что я не создал идеальный мир. Тот, где вам не пришлось бы страдать. Где маленькая помощь не понадобилась бы, а моё вмешательство не было бы необходимым – грустно звучал гаснущий под сводом пещеры голос парня – Симон был прав. Ибо виной тому только я. И никто другой. Было бы желание - я ведь всё смогу создать.

Йоана не всё расслышала, и не поняла сути его слов. Она и дети остались одни в этой пещере полной чудес.

Перекрёсток в Нигде

Голый каменный пол. Пустая звенящая тьма, разносящая эхом каждый шорох.

Йаона с детьми брели уже…Она не знала сколько. Солнца здесь не было, и время засечь никак не выходило. Уйдя от куч, они пошли вдоль столбов-колонн.

Кулон указывал им путь. Путеводным светом разгонял мрак и не позволял поддаться сосущему страху неизвестности. Воздух прохладный и промозглый, как будто замер и время от времени заставлял ёжиться и покрываться мурашками. Тужурка кочевала по плечам дочерей и женщины, согревая их поочерёдно.

Плоды, собранные у дерева, быстро закончились, но чудесный петушок раз за разом прирастал до исходного состояния, а голод утолял он ничуть не хуже плодов благосливы.

Ориентиром служили знаки на столбах. Высоко вверху, вымалеванные жёлтой краской. «С3». Без изменений на протяжении уже долгого времени.

В принципе их текущий этап путешествия шёл куда спокойнее прошлого – подумала в определённый момент Йоана, но ей быстро напомнили, что забываться не стоит.

На одном из привалов у подножия колонны, девочки спали. Йоана сидя между ними кормила малыша. Кулон светился слегка притухшим светом, как живой, словно бы уходил в сон. Но от приглушённого света становилось по-домашнему уютно. Или Йоане только так казалось.

Оторвав малыша от груди, она обмотала его чудной пеленкой из колыбельки. Никакая грязь не приставала к ней. Хотела привалиться поудобнее и уснуть, но вдруг послышался странный звук.

-Ау!

Йоана повела головой по кругу. Отзвук повторился. Но громче.

-Ау!

Как будто зовут пропавшего. Но нечто неприятное, от чего волосы вставали дыбом, заставило Йоану насторожиться.

Больше звука не слышалось. Только мёртвая, даже не пищащая тишина. Само понятие звука кажется растворилось в пучине этого особенно чёрного сумрака.

Йоана вглядывалась во тьму, и вдруг услышала шёпот, прямо за ухом, прямо внутри него.

- И зачем ты так стараешься? Не стоит ли бросить их? Так шанс выжить гораздо выше…

Йоана моргнула, потрясла головой из стороны в сторону. В голове зудел её собственный голос.

- Иди! Эти бесполезные девчонки только отбирают еду у малыша. Они только и думают, как бы бросить такую клушу мать! Она заботится о нём, а на нас ей плевать! Так думают, и скоро они это сделают. Когда ты отвернёшься они убьют его!

Йоана испугалась, что это её собственные мысли, что это место плохо на неё влияет, но потом увидела кулон и поняла, одну очевидную и простую истину.

- Нет…Я верю…в него и в своих дочерей! И ты не сломишь мою волю. Кем бы ты ни был!

Некто, а вернее нечто, скрывающееся во тьме пещеры внушало ей эти мысли. Вкрадывалось внутрь под личиной её собственного внутреннего голоса. Хотело погрузить её в страх, тревогу и отчаяние. Но она больше не потеряет надежды. Не теперь. Когда она зашла так далеко, и не когда ей помог тот «волшебник». Его доброта не должна пропасть зря.

Йоана вгляделась во тьму. И ей ответили взаимностью. Впереди выплывая из ничего свет кулона вычленил огромные туши. Чёрные, кривые, с тонкими лапами и маленькими мордами, где казалось не было рта. Чудовища смотрели не неё мелкими блестящими на свету глазёнками. Голые от шерсти и волос, костистые лапы двигались медленно, готовились. Нет, боялись. На пол упали огромные капли слюны. Йоана увидела, как почти половина туловища отделяется и в темноте сверкают мелкие белоснежные ряды зубом, как воронка углубляясь в туловище монстра.

Йоана растормошила детей. Покуда свет кулона озарял их, чудища не дёрнутся. Такой вывод сделала женщина. Девочки испуганно прижались к матери, и они направились прочь.

Чудища ползли следом. Они ждали, подбирались, отступали. Йоана верила, что всё будет в порядке. Прижала малыша одной рукой и выставила источник света перед собой, сжатый свободной ладонью.

- Маманька!

Дарьяна успела толкнуть Йоану и сама упасть на недоумевающую мать. Тварь рухнула рядом. Там, где до этого стояли женщина и дети. Чудовищная бестия повертела россыпью глаз, завозилась тучным и бесформенным туловищем и изготовилась схватить Дарьяну, несмотря на обжигавший шкуру свет. Но кулон блеснул в руке женщины со стойкой убеждённость – ты не тронешь её. Колонны и столбы очертил всплеск яркого света.

Чудища, кувыркаясь и источая беспорядочный раздирающий на сотни человеческих голосов вопль, отползли подальше в мрак пещеры.

Йоана тяжело дыша посмотрела на еле сияющий кулон. Похоже выплеснув свет, он ушёл в некое подобие отдыха. Так по крайней мере подумала Йоана.

Спешно ставя на ноги дочерей, женщина поспешила вперёд, пока бестии не прознали, что у неё больше нет световой защиты.

***

Ноги подгонял страх. Осязаемый, непонятный, звериный.

В скорости Йоана с дочерями наткнулись на стену. Тупик? Нет – лестница. Но высота ступеней была гигантской. С человеческий рост или чуть более того. Йоана подсадила дочерей, отдала малыша, но сама никак не могла влезть. У девочек банально не хватало сил подтянуть её.

Йоана хотела снять кулон.

- Идите без меня! Возьмите…

- Мама. Тут склон. Крутой, но ты залезешь! – крикнула Радка и указала в сторону.

Там расчерчивая гигантские ступени линией гладкого склона Йоана нашла путь наверх. Дальше карабкались по нему. Тяжело, трудно, но шершавая поверхность не давала скользить и потому путь прошёл без происшествий.

«С3. Этаж 9»

Так гласила надпись на стене. Йоана припомнила слова «волшебника». Слегка замялась, но рык где-то у подножия лестницы её образумил. С трудом прошли ещё этаж.

Теперь это был нужный – десятый. Но сил уже не осталось.

- Они тебе обуза…

- Девочки быстрее! - крикнула женщина и, пуская дочек вперёд, поспешила за ними.

Монстры были неразличимы, невидимы. Но они подступали. Гнали беглянок как дичь. Когда они поймут, что кулон им больше не угроза, они играючи сожрут всех.

В спешке женщина потеряла ориентир. Бежали влево от лестницы…Кажется…Колонны как весенний хоровод мельтешили перед глазами. Сотни колонн. Ровные ряды сливались и разделясь. Уходили в вечность.

Впервые с момента, как они начали бегство мальчик плакал. Чувствовал реальность опасности. Ведь кулон совсем угас, изредка выдавая скудное сияние. Неужели им всё же не уйти...?

- Брось их!

- Нет! Нет! Нет!

- Они бесполезны. Мальчик – спасай его!

- Уйди из моей головы! Диавол! Изыди!

Девочки вторили матери. Похоже они тоже слышали слова искушения.

Наконец до бестий дошло, что им ничего не мешает. Забравшись на столб, тварь метнулась кузнечиком к Йоане и девочкам. Свет слегка просиял, но такое слабое свечение не могло остановить чёрную тушу и разинутую мерзкую голодную пасть.

Когда тварь уже обрызгала их едкой слюной и готовилась пировать, её отшвырнуло. Йоана упала, чудом сгруппировалась, и малыш в ее руках не пострадал.

Жмурясь, женщина прислушалась. Шаги. Похоже на её собственную поступь по местному полу в сапогах. Женщина затрепетала в ожидании спасения - людей. Но на её лице появилась только гримаса ужаса, и девочки рядом пискнули еле слышно.

Бряцая оружием мимо них в рваной, расколотой и ржавой броне и одежде топали с две дюжины мертвецов. Скелеты и ещё вполне целые, но уже начавшие разлагаться тела. Глаза их святились сине-зелёным светом точно из самых глубин ада. В руках их горели того же цвета факелы.

О счастье, они вроде не заметили беглянок. Йоана хотела встать и побежать. Пока бестии и нежить рвут друг друга…

Вдруг, один из скелетов остановился. Обратил сияющие адским пламенем глазницы к ней. В руке он сжимал пику, но одежда на нём была как на простом крестьянине. Если лохмотья на его теле можно было назвать одеждой.

- Мэм – учтиво поклонился мертвец, и захотел снять шляпу, которой не было.

Не вышло. В итоге снял голову, повергая Йоану и дочерей в ещё больший ужас.

- Товарищ, мы пришли спасать милых дам, а не пугать их! И это так не изящно путать голову и то, что должно на ней быть! - ставя себя между ерзающими в замешательстве монстрами и Йоаной с детьми, громко возвестил мужчина в ярких, особенно на контрасте с мертвецами, серебристых доспехах с карминовым плащом и вьющейся как гнездо аиста шевелюрой.

Затем он картинно, похрустывая латными перчатками, очень героически вытянул из крупных ножен меч, причудливой формы - два лезвия как змеи, обвивающие друг друга и заканчивающиеся общим навершием в виде бутона.

Затем он обернулся к Йоане и девочкам, одарил их воодушевляющей улыбкой и подмигиванием красивых серо-голубых глаз.

- Всё в порядке! Теперь вы под защитой рыцаря-паладина Суздаля из Арктура. Я названный жених Сони, героини человечества, заступницы Монси-ле-Ратуна и просто самой доброй волшебницы на этом свете. Я её именем кля…

Монстр вырвался из сумрака и с дьявольской яростью откинул заболтавшегося рыцаря в один из столбов. После такого выжить можно было только с помощью магии или волшебства. Или чуда. Йоана попятилась, видя как тварь уже мчалась к ним с дочками. Но добраться до людской плоти она так и не смогла.

Пики, копья и алебарды заградили бестии путь.

- Уходите мэм! Мы задержим исчадий! – крикнул мужчина-скелет, что уважительно снимал голову перед Йоаной – Прямо вперёд. До Ведьминой черты. За ней вы будете в безопасности.

- Что это за…- риторически выдала женщина, но скелет не правильно понял и дал пояснения.

- Аррейн аррантзалея. Кажется правильно сказал. Хим-удильщик. Страшенная тварюга. Но мы смогем. Бегите!

Йоана не понимала почему она уже так спокойно слушает скелет. Встав, она услышала голос рыцаря. Взглянула и оторопела.

- Тебе не сломить меня чудовище, ибо я герой что сокрушит тебя! Так…а ГДЕ КОЛЬЦО?! ААААА!!! Я ЖЕ В КРЕДИТ ЕГО ВЗЯЛ У ЭТОГО КРАХОБОРА ДЖЕНКИНСА! ГДЕ ОНО!?

Собирая по частям свои косточки голосил скелет с шевелюрой и витиеватым клинком. Тот самый, что ещё недавно подмигивал им, теперь зыркал вокруг сияющими смертью глазницами. И очень нелепо ползал по полу и искал своё кольцо.

Йоана снялась с места, взяла дочерей и поспешила прочь от творившегося в этой пещере безумия.

***

Женщина упала без сил на холодный серый пол сразу за Ведьминой чертой. Бежали долго – сил не осталось.

Она было подумала, что черта эта образ, нечто нечёткое и она не поймёт, когда минует её. В действительности ею оказалась верёвка - красная и плотная. Как канат в порту она натянулась между столбами.

Радка и Дарьяна жадно глотали воздух и оглядывались в сторону откуда прибежали. Бой остался очень далеко, но рокот и крики до сих пор доносились до ушей.

- Это вас почуял Суздаль?

Голос вызвал рефлекторную реакцию у всех троих, глаза сами нашли низкую фигурку. Ладненький гладкий костюм, покрытые лаком ботинки, мужской хоть и с хрипотцой, располагающий голос. Наглая ухмыляющаяся рожа отечески тепло смотрела на детей.

Йоана не сразу поняла, кто перед ней стоит. Ростом в три яблока с очень пышной зелёной причёской, с ней говорила мандрагора. Скверное злое растение, которое ведьмы используют в своих обрядах. Так ведали придания. Эта же стояла, деловито сложив руки на груди, и изучающе смотрела на женщину.

Тут вокруг выплыли мохнатые рожицы. Они не моргали и не переставая улыбались. Дьявольской улыбкой.

- Начальник, что делать?

- Отведём их к главному из нахлебников – разложил замок из рук на груди мандрагор – Идёмте. А! Тащите их, Сев.

Йоана окружённая мелкими монстриками с большими ушами и глазами, лишёнными век прижала малыша к груди. Её подхватили мелкие пушистые лапки и потащили в неизвестность.

***

- Мок Савина продержится еще около недели. Если к королевским войскам не подойдут подкрепления. В рядах их армии всё больше наемников. Новая партия уже в пути. Касадоры из Саммергейна. И…много всякой шушары. Если они обойдут Мок Савину и возьмут её в осаду. А тем более если прибудут пушки. Их они тоже заказали в Феррумии.

- Откуда знаешь?

- Агенты Советов донесли.

- На какие шиши?

- Занимают у Мерканты. У тамошних банков.

- Тц! Так нам никак не удержаться. Нас зажмут в долину Гри. Блок с моря, и мы прижаты к горам и границе Люведа. А те пока хранят нейтралитет. То есть против нас.

Все офицеры посмотрели на маршала. Молодого, только разменявшего четвёртый десяток. Один его видимый глаз блестел рубином. Другой скрывала шторка из бежевых волос.

- Мы сможем выстоять. С нами Рокси и Королева.

- Только она, какой бы доброй не была, не сможет нам помочь захватить сердца остального народа. Не побудит их к восстанию. Как и королева, которая я слышал так и не вернула рассудка. Какой бы не была ваша стратегия…кгхм ваш план, господин Багно…Эх…Надеюсь нам явится ещё одно чудо…и план выстрелит.

Маршал покивал в тяжёлых думах. Собрание в палатке главнокомандующего Фронта Народного Освобождения Маршала Багно было окончено.

Выходя вслед за остальными на улицу военного лагеря, Маршал Багно увидел женщину и троих детей – двух девочек и младенца. А перед ними вышагивал в чванливой манере Дженкинс. Местный маклер, жутко предприимчивый мандрагор и по совместительству, дядя Рокси, которой маршал был по гроб жизни обязан.

После короткого немого приветствия, мандрагор кивнул в сторону женщины с детьми.

- Ваша теперь забота. Суздаль похоже учуял именно их. Так что будьте начеку – сказал Дженкинс, и собрался уходить.

- Простите, что с порога спрашиваю – произнесла женщина, резко поворачивая голову в сторону и снова обратно – Вы не знаете человека по имени Вилкас. Такой взрослый с виду, а по голосу задорный отрок. По поведению бессовестный и буйный.

- Как вас зовут?

- Йоана.

- Йоана, я бы рад вам помочь, но я не знаю всех своих солдат в лицо. К сожалению или к счастью. Тем не менее, я обязательно прикажу поискать – ответил Багно – Но всё-таки. Кто вы и откуда?

Йоана вкратце рассказала свою историю. Дженкинс остановился чуть поодаль и слушал с интересом.

- Ясно – заключил маршал и улыбнулся – Помогу чем смогу. А пока…- сверкнул он красным глазом – Господин Дженкинс, проводите Йоанну и детей к доктору. Мои лекари заняты, да и детям не место в военном лагере.

С неохотой мандрагор махнул рукой. Йоана оборачиваясь на маршала с тревогой, пошла следом.

***

Шли недолго.

На перекрёстке высились два указателя. «Улица Нигде» и «Переулок Там же». Из четырех углов перекрестка занят был только один.

Под светом поднятых высоко кристаллов, как под россыпью маленьких солнц, расположился неказистый, но уютный с виду домик. С верандой и крылечком. В два этажа и с чердаком.

На лужайке зеленела трава. На кресле устроилась женщина почти седая, с морщинами, но не скажешь, что старая. Просто уставшая.

Рядом вытянув ноги нежилась под солнцем девушка, стройная, красивая с шоколадными волосами. Лёгкое бикини покрывало очень небольшую грудь. Кроме купальника и тёмных окуляров на лице больше ничего не было.

Ступая на траву, Йоана услышала сопение.

- Опять дрыхнет вместо работы! Где ж такую вторую найти! – крикнул мандрагор разгорячённо, но и сам не скрываясь нежился в лучах искусственного солнца.

- Не ори так…Я аупах…-громко зевнула девушка – Прикорнула всего то на пару минут. Госпоже Мирасоль захотелось солнца. Ну…наверное. Вроде. Я пыталась честно. Я больше не знаю, что сделать. Всё перепробовала. Даже самые… негуманные методы. Потому и решила дать себе и ей передохнуть.

Мандрагор вздохнул.

- Ладно. Прости. Переключись. Вот тебе новая работа. Пришли из мрака к твоей черте.

Девушка поднялась и села на шезлонг, подгибая одну ногу под себя.

- Вы провалились в одну из дыр?

Йоана кивнула.

- Далеко шли?

- С3 этаж 8.

- Не далеко. Но и не близко как для обычных мирян. Тем более женщин – заключил мандрагор.

- Ладно. Надо осмотреть младенца – встала и вдела ноги в необычные сандалии девушка – Дядя, присмотришь за госпожой Лабеж. Пожалуйстаааа – видя, что мандрагор намылил лыжи прочь, грозно кинула она.

- Что ж меня все припахивают…А ты вообще не можешь, не имеешь права меня эксплуатировать после всего того, что ты сделала со мной!

- Опять про свои счета будет ныть – показала зубы в неудовольствии девушка – Идёмте.

- Тебе грустно? - Радка взяла за руку апатично сидевшую в кресле седую женщину. Та посмотрела на неё.

- Я не знаю…

Йоана хотела забрать дочку, но девушка её остановила и внимательно посмотрела на обеих. Йоана заглянув за линзы окуляров, заметила нечто... Тьму?

- Твоя дочь тебя не любит. Она сделала тебе больно. Я вижу – слёзы навернулись на Радкины веки, и она зарыдала – Так нельзя с мамой. И он…

- Тс…Твоя мама расстроится, если тебе будет грустно из-за моих проблем – присела на траву женщина словно выходя из оцепенения, длившегося вечность – Спасибо тебе! Ты показала мне, как снова жить. Ты помогла мне вспомнить, что такое радость – женщина обняла девочку – Спасибо тебе! Жаль моя дочка больше не такая сладкая и милая как ты. Но я всё равно её люблю. Я вспомнила это слово! И больше не забуду.

- Радка…Я не понимаю…

- Твоя дочь психомантка. Когда они коснулись друг друга –произошёл обмен воспоминаниями или точнее кусками личностей. То, что не была способна вынести одна вынесут обе. Хм. – Девушка с энтузиазмом и кичливостью продолжила размышлять вслух - Магия. Как же она безгранична, виртуозна. Волшебство всегда гонится за ней. Но угнаться не в силах. Я ничего не могла сделать. Да я не рисковала смещением, но для волшебника это путь в один конец. Проклятия тоже не действовали. Это вообще странно. А еще страннее…Столь выверенный контроль не то что человеку не доступен, но и на сколько мне известно даже ангелу. Как твоя дочь могла развить способности, чтобы контролировать их на таком уровне? Очень интересно. В любом случае королеве лучше. А значит я хорошо поработала хе-хе. Я молодец!

- Зануда…и лентяйка, вот кто ты! – буркнул Дженкинс и тут же прикусил язык – Ты! Опять про меня плохо думаешь!

Девушка самодовольно ухмыльнулась.

Вдруг сзади послышался стук подков по камню. От лагеря в далеке мчались всадники. Двое. Когда они приблизились, Йоане удалось их разглядеть. Она подалась вперёд.

Всадник спешился и подбежал к ней. Они горячо обнялись.

- Вилкас!

- Йоана, любимая! Как ты тут…

Удар по лицу был сильным. Пощёчина Йоаны сбила с толку мужчину с неопрятной бородой. Но он не успел опомниться, как его губы выловили её горячие уста. Страстно и долго они целовались. Всё же радость превышала обиду и злость. Йоана отстранилась и ещё раз ударила мужа по лицу.

- За дело…- выдавил из себя, глупо хихикая Вилкас – Но мы всё таки вместе…

- Не твоими стараниями…- бросила грозный взгляд Йоана в порыве противоречивых чувств, но всё же мужа она простила.

На столько она его любила.

- Ох ты! А кто такой у нас здесь?

- Твой сын!

- Сын! Как ты его назвала? – принимая на руки сына, Вилкас обнял своих дочерей.

- Я ждала тебя…Не хотела одна называть сына, которого ты так долго ждал. Но у меня есть хорошее имя для него.

- Тебе я больше никогда не смогу отказать, любимая! Я поддержу любой выбор.

Жена прижалась и прошептала имя.

- Красивое имя. Как у древнего героя. – Вилкос поднял малыша над сгрудившейся в объятиях семьёй – Симон. Мой первый сын.

Ведьма закашлялась. Поперхнулась.

- Что-то не так, госпожа…?

- Нет, вы не берите в голову – язвительно ухмыляясь бросил мандрагор – Так еёйного хахеля зовут. Каждую ночь по нему вздыхает.

- Цыц! У нас много дел! Пошли, недоваренный брокколи – смутилась девушка и пошла к дому – Надо сказать отцу про госпожу Лабеж.

- Позволите по этому поводу и мне зайти – сказал до сего молчавший старец в тулупе и шапке.

Усы были его гордостью и до сих пор красиво торчали торчком.

Йоана следила за тем, как девушка, мандрагор, старец и Королева шли к крыльцу с красивыми белыми перилами. Как Дженкинс ругался на обидное сравнение и приводил десяток черт, отличающих его от недоваренной брокколи.

Йоана прижала свою семью ближе. Радка наконец успокоилась. Йоана знала, что теперь у них всё будет хорошо. Знала, что эта девушка в очках поможет им. Что именно к ней послал их «волшебник». Не к мужу, а именно к ней. Неужели играя в ладушки он всё выяснил у Радки и вложил часть себя в неё, а потом сам помог госпоже Королеве? Он видит будущее? Знает всё на перёд? Или тому виной лишь череда случайностей, небольших по меркам мира, но таких важных чудес.

Йоана знала, что это ещё одно его чудо, как и эта девушка. Даже не смотря на сумрак, хранившийся в её глазах.