Печать мироздания: Мясник. Познавший секиру

Глава 1

Глава 1

Лортин-74. База Гримхольд.

«Планета призрак» - Именно так стоило назвать этот мрачный космический булыжник, усеянный кратерами от взрывов и множеством обломков боевой техники.

Сразу же после приземления на побитую снарядами посадочную площадку Хантера любезно встретила пара тяжеловесных роботов и сопроводила строению, которое на первый взгляд похоже на обычное укрепление, вкопанное в землю. Холм из стали и сплавов.

Даже не верится, что за этими грузно-раздвигающимися ставнями Доспехи получали свой первый опыт в сражениях, постигали знания контроля силы. Но как оказалось это лишь верхушка айсберга. Открывшийся лифт стремительно спустил нас под километры железа.

Судя по тому, что виднелось сквозь небольшие зазоры лифта, объект до сих пор является не только центром обучения, но и действующей военной базой чьи бескрайние ангары были заполнены различной летательной техникой, начиная от одноместных истребителей и миниатюрных беспилотников, заканчивая космолётами для перемещения пехотных единиц и тройкой гигантских авианосцев. Но мой путь начинался не здесь, а уровнем ниже.

Достигнув отметки в тридцать пять километров лифт начал поступательно снижать скорость, а через несколько минут и вовсе остановился. Двери открылись и взору предстала база «Гримхольд». По мере продвижения по широким и столь же мрачным как это место ответвлённым коридорам происходило знакомство с внутренней расстановкой: Вдоль всего пути располагались казармы: в одних стояли деактивированные дроиды, в других отдыхали служащие, которые своими повадками и внешностью смахивали больше на наёмников, чьи тела без исключения были вытатуированы гербами отрядов, в которых им довелось служить. Азартные игры и неуставные разговоры здесь были нормой.

Хантера же отвели в корпус, расположившийся в самом отдалённом краю всей базы за трёхступенчатой бункерной дверью, за порогом которой ожидал суровый мужчина одетый, как и все в стандартный набор солдата нисколько не отличавшийся от моего за исключением аж целых пяти жетонов, весящих на его венозной шее. Встретив ожидаемого им бойца, он дал отмашку сопровождающим о том, что те могут идти обратно на свои посты. Мы остались наедине с седеющим воякой, прожигавшим своими бесчувственными глазами. – «Добро пожаловать на базу Гримхольд» – Абсолютная эмоциональная пустота его голоса наводила на ощущение полного безразличия к тому, кто сейчас стоит перед ним, словно он видит подобных каждый день. Так даже лучше, а то излишние любезности и опека начинали напрягать. – «Моё имя Капитан Ленгвич. Именно я буду обучать и закалять твоё тело на протяжении следующих шести месяцев». – фраза закончилась приветственным рукопожатием. Его грубая ладонь жёстко обхватила мою руку, демонстрируя изрезанное шрамами мускулистое запястье.

Хантер – Хантер Пендрагон, можно просто Хант.

Закончив с приветственным ритуалом, мы тут же направились на ознакомительную экскурсию по месту моего обиталища на ближайшие месяцы. И первой на очереди стала комната отдыха. «Тогда я ещё не знал насколько редко буду её видеть».

Ленг – Вот место где ты будешь иногда спать. – капитан привел к комнате с парой солдатских двухъярусных коек. – Бросай вещи и пошли.

Дальнейший путь лежал в большой обшитый металлом тренировочный зал, большая часть инвентаря в котором сделана вручную. Ленг объяснял это отсутствием веры в машины, постоянно облегчающими процесс тренинга, вечно страхуя от мала-мальского переутомления. А вот в сделанных им снарядах он видел истинную закалку тела и воли. На этом наша краткая экскурсия окончилась со словами – «Остальное сам найдёшь. А сейчас не будем тратить время на болтовню и преступим» – С последней фразы начался ад.

1 месяц. – Что сказать по поводу его методов выработки силовых качеств? Суровые. Сразу понятно, что обучал он профессионалов с не малым опытом за плечами для меня же это мучение. Ежедневные, ежесекундные тренировки. Мы работали по принципу час через час и да именно МЫ, несмотря на казалось-бы седеющие волосы он делал всё тоже что и я плюс ко всему постоянно подгонял моё умирающее тельце. Начало каждого захода состояло из пары десятков кругов по ангару и беспощадного спарринга. После чего изрядно побитый боец приступал к силовым упражнениям. О том какие веса использовались страшно говорить. Постоянно падавшие и придавливавшие «спортивные» снаряды были обыденностью. Сон длиной в четыре часа становился нормой.

2 месяц. – Методы капитана изменились. В лучшую ли сторону? Однозначно нет. Он изменил идею тренировок в сторону «Самый лучший учитель - это твой враг». Во время выполнения любого упражнения нужно быть начеку, ведь в тот момент, когда он вроде бы стоит на поддержке, всё могло резко измениться и превратиться в отработку боевых рефлексов. В остальном Ленг придерживался прежней стратегии – «выдавить все соки, которые есть».

3-5 месяц. – Тело окрепло. В плане мышечных объемов изменения не кардинальные. Как стало понятно из слов капитана доспех перестраивает владельца и не дает мышцам сильно расти или уменьшаться, он делает их более крепкими, усложняет структуру. Методика выжимки сил осталась прежней, но старыми трюками, по типу ударить ногой в корпус во время приседа со штангой в 300 кг, уже не удивить, они стали читаемы и подловить меня стало проблемно. По части спарринга учитель по-прежнему превосходил неопытного Доспеха. Долгие годы военной службы капитана давали о себе знать, но молодость, приобретенные знания и рефлексы всё же начинали составлять конкуренцию старому вояке. Я ни разу не победил его, но заставлял изрядно потрудиться и устать. Позже мы перешли к азам стрельбы, тактики ведения боя, управления транспортом и прочему. Опять же не скажу, что был лучшим учеником, но к этому моменту уже обошёл уровень среднего воина спец. подразделения.

6 месяц. – Последний месяц. Обычно учителя дают в последние дни отдохнуть и становятся более лояльными. Ага, ещё чего. Он был не из тех, кто даст расслабится, как раз наоборот - дожмет всё что осталось. Тренировки стали не предсказуемыми, в любой момент дня и ночи могла начаться отработка ударов, силовых, тактических или стрелковых умений. В последний день казалось, что он попытается меня убить, так сказать для того чтобы убедиться в усвоенных уроках. Но всё оказалось куда проще. Ленг молча собрал вещи и отправился по приказу командования в другие учебные подразделения. По итогу этих шести месяцев я понял почему Доспехов считают лучшими воинами: строгое обучение в сумме с возможностями доспеха делают их опасными противниками.

Провожая взглядом переступающего бункерные ворота Ленга, казалось, что самое страшное осталось позади.

«Наконец можно расслабиться и вздремнуть, целых полгода ждал этого момента» – войдя в комнату, я не думал ни о чём кроме встречи с подушкой, которая была в момент нашего соприкосновения словно пушистые облака, завалился на кровать и моментально покинул реальный мир.

***

В темном переулке мусорных свалок.

Женский испуганный голос – Прошу не надо! Я не знала о вашем бизнесе! Мы можем договориться! Можете забрать реактор! Молю оставьте нас!

Вышибала – О наших делах здесь знают все, так что можешь не прикидываться. Только люди Мистера Фишера имеют право добывать запчасти из военных транспортников, а ты мало того, что не из наших, так ещё и забираешь все деньги с продажи себе. Непорядок.

Женский испуганный голос – Хорошо. Этого больше не повторится, если Мистеру Фишеру надо, то я могу отработать. Просто прошу, не трогайте нас.

Вышибала – Отработать. Нет. Мистеру Фишеру надоели те, кто пытается его надуть. Нужно оставить послание, понимаешь. Этим посланием станешь ТЫ! – звук скользящего внутри ножен лезвия сопутствовал скрой кончине, но удар от прилетевшей в голову бутылки, заставил того шелохнуться.

Женский испуганный голос – Беги сынок. Беги. Беги, Хантер.

***

Прозвеневший будильник вернул обратно заплутавшее во снах дитя. – «Опять, когда же это закончится? Теперь жалею, что Ленг улетел. Отсутствие нормального сна отталкивало старые воспоминания». – желание вновь возвращаться в сновидения не оставалось от слова совсем. Побродив по не многочисленным коридорам и комнатам, зашел в душ.

Типовая душевая кабинка, выложенная из белой с проблеском серости плитки. Из-за частых тренировок не часто была возможность и силы посетить душевую. Только сюда Ленг никогда не врывался и потому данное место быстро стало любимым и только тут я мог остаться с мыслями наедине: «Любопытно, если всё эти испытания лишь половина пути - Что будет потом?» Дальше по плану контроль доспеха. «Насколько суров следующих учитель? В любом случае, кем бы он ни был, физическими нагрузками меня не удивить».

Выходя из ванной комнаты и потирая голову полотенцем, на встречу шёл вроде человек…хотя, нет. Заметив чью-то фигуру Хантер быстро обернул полотенце вокруг пояса в надежде на то, что гостья не успела заметить, чего ей видеть не стоило: «Она явно не Землянка: бронзовый цвет кожи, да и по четыре пальца на руках». Рептилоидная гостья быстро переступала с ноги на ногу и потому через пару мгновений она уже стояла около Доспеха на расстоянии вытянутой руки. После того как незнакомка приблизилась на достаточное расстояние у меня появилась возможность увидеть ещё несколько деталей: жабры, которые в закрытом состоянии еле отличаются от кожи; синие глаза как у земноводных с черным ромбовидным зрачком; прическа крайне необычна, волосы внешне схожи с…с водорослями, тонкие как у нас, но темно-зеленого оттенка и отблёскивают под лучами света. Незнакомка чуть наклонила корпус в знак приветствия и подождав какое-то время в такой позе, она приподняла взгляд в мою сторону. Хантер поняв её жест откланялся в ответ.

Незнакомка – Здравствуйте Хантер Пендрагон. – шипящий голос был крайне необычен учитывая её акцент отдалённо напоминающий азиатский. – Моё имя Госпожа Гису Миякучи.

Хантер – Извините, Госпожа Миякучи. Я не знал о ваших обычаях при знакомстве.

Миякучи – Ничего страшного. Я прибыла к вам как раз для того, чтобы научить обычаям других племен и называйте меня Сенсей Миякучи.

Хантер – А разве мы недолжны перейти к контролю доспеха?

Миякучи – Об этом не волнуйтесь, Доспех Энгельс задержится на пару недель. У него не отложные дела. В его отсутствие командование решило прислать меня для вашего ознакомления с тем как себя следует вести в нашем межгалактическом обществе. – с этих слов начался второй раунд адовой бойни. Но на сей раз битва была не физической, а умственной.

***

Зубрешка одних и тех же ритуалов и традиций - раз за разом. Сенсей Миякучи постоянно твердит о том, что вся это информация лишь поверхностный слой, но у меня иное мнение: 167 преобладающих рас, племен и народов, «минимальные» правила общения для каждой расы и владение хотя бы пятью межгалактическими языками - всё это предполагалось знать. Если Ленг за полгода замучил меня физически, то она сделала это за две недели умственно. Хотя всё ни так плохо - среди кучи однообразных ритуалов встречались довольно интересные, к примеру:

Племя Бромига – Знатные алкоголики. При образовании новых союзов каждый член союза с одной и с другой стороны должен осушить литровую бутылку их самогонки, дабы доказать твердость своих намерений на дальнейший диалог. Наверное, именно потому с ними мало кто ведёт переговоры.

Раса Фиксмеры – С ними наоборот много кто сотрудничает. У них маниакальное рвение чинить всё что попадется под руку. Очень развитая раса, постоянно расширяют границы своих владений, по этой причине с ними часто возникают конфликты, но приходится искать компромиссы, ведь они являются ведущими строителями космической техники. Обслуживание и ремонт большинства кораблей так же держится на их четырех плечах.

Народ Тирват – О существовании их представителей узнала Раса Фиксмеров во время очередного захвата как им казалось безжизненной планеты. Первое время их считали аномалией. «Переливающееся фиолетовое свечение, исчезающее из тени при попытке подойти к ней» - такое определение дали им первые исследователи и таковым оно и осталось во многих учебниках. Но, если верить словам той что сидит предо мной - «Они схожи со змеёй-сороконожкой, выпившей реактивного топлива». Эти существа крайне редки и скрытные так что встретить их при обычных обстоятельствах навряд ли получится, потому поверю ей на слово. Насчет того почему «народ», а не «вид животного» - долгое время их и вправду считали сначала аномалиями, а затем в ходе исследования включили к разряду животных до тех-пор, пока они не заговорили. Решив, что нет смысла прятаться от стремительно захватывающих их родной мир Фиксмеров, Тирват пошли на контакт. После чего присоединились к тогда существовавшему союзу Империи и Лоялистов. Благодаря, исследованию структуры ДНК этого народа ученые смогли вывести формулу топлива для гипер-двигателей, используемого сейчас.

В запасе Миякучи есть еще множество любопытных историй, но это всё равно тонет под горой наискучнейших обрядов, которые приходилось заучивать в ускоренном режиме.

Потому приходилось изредка уводить тему разговора в сторону, дабы дать время на отдых моему глохнущему мозгу. И в один из таких разговоров речь зашла о Доспехе Энгельсе. По словам Сенсея, он прошёл огромное количество сражений и многое о расах с дальних систем она узнала именно от него (в основном о том где у них слабости). Человек чьё лицо может увести за собой любую женщину и поднять в последний бой каждого мужа: волевой заостренный подбородок и глубоко посаженные глаза словно прекрасные жемчужины в ракушке, кожа его суха от пепла сражений, черный жесткий волос, жилистое просушенное тело…

Дальше слушать её восхваления я не стал.

«Жилистое телосложение. Откуда она знает о том какого его тело без одежды? Ладно, не будем лезть в личное. Назревал куда более интересующий вопрос. А где он?»

***

Спустя пару дней после обозначенного срока Энгельс наконец-то прибыл. Встреча этой парочки была очень мила: жаркий поцелуй, нежные объятья. Но их радость смущал факт наличия пары сотен вояк вокруг, к тому же атмосфера не располагала к долгому и тесному общению. Обменявшись парой нашептанных на ушко фраз, они разошлись улыбаясь друг другу. Что-то подсказывает - их встреча скоро вновь состоится. При взгляде на Энгельса описание Миякучи вполне совпадало, если отбросить всю стихотворную шелуху, произнесённую ей: немного худощавый, но в целом спортивный; ростом около ста восьмидесяти, как и я; на вид где-то 28-30 лет, хотя кто знает насколько долго могут жить Доспехи.

Из-за переглядываний с Сенсеем Энгельс чуть не столкнулся с рядовым солдатом, наблюдавшим за прощающейся парой и лишь после закрытия дверей лифта Доспех вновь вернулся к существующим реалиям. Хантер же смотрел за всем этим процессом на пороге между казармами и зоной обучения.

Хантер – Здравствуйте, мило смотритесь. Я так полагаю вы Энгельс Примторем.

Доспех Энгельс – Привет, да. – подтвердил, ещё раз оглянув уезжающий вверх лифт. – Можно без формальностей. – не знаю то ли на него так повлияла недавняя встреча с возлюбленной или он всегда настолько бодр и свеж. Но по его поведению не складывалось ощущение, стоящего предо мной воина прошедшего десятки, а может и сотни битв.

Хантер – Думаю имена друг друга нам известны, но всё равно предлагаю представиться. – вновь протягиваю знакомый всем жест приветствия (рукопожатие). – Хантер Пендрагон.

Доспех Энгельс – Энгельс, просто Энгельс.

Хантер – Приятно познакомиться, знал бы насколько сильно тебя ждал. – после убийственных тренировок Ленга и плавящих мозг уроков Миякучи - очень сильно ждал.

Энгельс – Это прекрасно. Слушай я уже давно знаю Миякучи, к тому же как слышал тебя обучал безумный Ленг и прекрасно понимаю о необходимости отдыха, потому давай так и сделаем. За последнюю неделю я поспал максимум три часа, так что это и в моих интересах. – в его голосе и вправду чувствовалась усталость, да и я был по-прежнему не первой свежести. В целом как он и сказал это в наших общих интересах, потому приняв единогласное решение мы отправились по комнатам.

На следующий день.

На этот и все последующие разы местом обучения стала другая комната, представляющую из себя сверхпрочную коробку стены которой состояли из десятков слоёв металла повышенной плотности.

Доспех Энгельс – Здесь мы будем тренироваться. – приятная ностальгия пропитала его тело. – Давно я тут не был. Даже как-то соскучился по этой бесконечной тишине и отдалённости от мира. – многотонные ворота сдвигались нам в след.

Хантер – Энгельс. – откликнувшись на зов учитель отвлёкся от наслаждения пустотой и повернулся к окликнувшему. – Вчера ты сказал что Ленг «безумный»…

Энгельс – А что я задел твои чувства к нему? Если так, то извини, не хотел. – говорил, начиная делать разминку суставов.

Хантер – Нет просто…других Доспехов обучает не он?

Энгельс – Так ты по поводу этого. – голос резко потерял былую бодрость и стал серьезнее. – Там ситуация такая: Есть определенный круг лиц, добившихся в военном деле особых успехов. – Те, кто делают вещи, на которые не способны другие, но по каким-либо причинам ушедшие на пенсию или отправленные в запас. Их способность обучать бойцов определяются путём жесточайшего отбора, проводя тестирования для определения уровня профессионализма. Ленг один из тех, кто по физической подготовке годится в высшие спец. подразделения войск империи, но психологически он безумец, помешанный на идее «сделай или умри». Умри в его случае носит не образный характер - бывали прецеденты. С тех пор ему дают в обучение только Доспехов. Мы более стойкие, потому его тренировки для нас хоть и жестокие, но не смертельные, к тому же подобные методики дают отличные результаты. В большинстве случаев. Наверно потому его до сих пор держат на службе. – вновь вернув прежнюю энергию в звучании, отбросил мысли о нём. – Как бы то ни было, ты сейчас здесь, жив, здоров. Начнём.

Ответив на интересовавший Хантера вопрос, приступил к первому тесту. Энгельс направился в противоположную сторону комнаты к принесённому с собой кейсу и начал капаться в его содержимом в поисках нужного предмета.

Энгельс – Вот он, родимый. – извлеченный из хранилища прибор с пятью осколками разных доспехов, закрепленных на конце рукояти, вот что было необходимо в этот момент. – Я вижу вопрос в твоих глазах, не волнуйся это индикатор класса доспеха.

Хантер – Если у доспехов есть разные классы, то логичней было бы узнать это как только я прибыл в цитадель. Разве нет?

Энгельс – Ты прав, но это устройство работает исключительно в руках Доспеха. А у нас во вселенной не так уж и много Доспехов со свободным временем длиною в полгода. Потому и выдают их по факту прибытия освободившегося. – активированный от прикосновения индикатор стал сигнализировать, загоревшимся синим датчиком на рукояти о готовности к пользованию. – Подскажи, где твой талисман? – сначала Хантера не понял о каком «талисмане» идет речь, но спустя пару мгновений Энгельс уточнил о чём именно говорил.

Хантер – Так ты об этом. Вот на плече. – поднеся прибор к обозначенному месту, один из осколков начал излучать энергию, что словно ручей плавно тянулась к находящемуся перед ней воину.

Энгельс – Берсерк. Хорошее совпадение - мой класс такой же. Знаешь мы с тобой везунчики. – очередное непонимание о каком везении он толкует. – Ну талисманы у нас удобные в плане ношения: у тебя браслет на плече, у меня кольцо (на указательном пальце). А ведь бывает так что доспех трансформируется в не самую безобидную форму. К примеру: у меня есть знакомый, у которого доспех прицепился прямо к…хкх, в общем ты понял куда или взять того же Короля Артура и его меч Экскалибур, согласись постоянно носить оружие в руках - очень заметно.

Во время рассказа о неудачливых Доспехах он рылся в кейсе разыскивая очередной прибор.

Энгельс – Активируй-ка доспех.

Хантер – Постараюсь, но не факт, что получится. – попытка вобрать в себя всю злость что была в нём сейчас оказалась безуспешной. Как и говорил, он снова капризничает. – Не получается. А это что, снова измеритель или индикатор? – поинтересовался, озадачившись при виде рукояти с двумя тонкими металлическими рожками. Но ответа я не получить вплоть до момента пока он не ткнул им меня в бок.

Энгельс – Шокер. – удар током - вот чего сегодня точно не ожидал. Разряд не причинял сильной боли, скорее был очень неприятен. На одной части тела он не останавливался и продолжал бить в хаотичном порядке. Один из разрядов пришёлся по колену, на которое Хантер рефлекторно упал.

«Разряд за разрядом - чего он ждет от этой процедуры?» – доспех начинал подавать «признаки жизни» и пытался раскрыться после очередного заряда электричества. – Хватит! – в этот момент все моё тело пробрало напряжение и легкая злость, которой оказалось достаточно для пробуждения. Отдышавшись пару секунд и успокоив шалящие нервишки встал с колена.

Энгельс – Наконец-то, я уж думал повышать мощность. Крупноватый у тебя доспех. – проявил лёгкое восхищение.

Хантер – И для чего нужна была это процедура? – небольшой остаток от возмущения всё ещё остался.

Энгельс – Для активации защитного рефлекса. – схватив папку, лежавшую рядом с «кейсом для пыток», стал зачитывать текст. – Доспех… Кодовое имя - Мясник… Ранний носитель неизвестен…Сила неизвестна... – продолжил изучать документ.

Хантер – «Мясник». Звучит солидно и устрашающе, но почему «Мясник»? Услышав это, не скажешь, что Доспех с именем Мясник должен кого-то защищать.

Энгельс – До основания «Корпуса Пяти» имена Доспехам давались лично Артуром за деяния и нрав. Сейчас же существует множество талисманов, ни разу не нашедших себе достойного, как твой, и имена им дают те, кто работают в космических крепостях, делая это зачастую от их собственного понимания «крутости». Естественно, они согласовывают всё с Высшим Советом, после чего те вносят позывные в реестр. Но на данный момент мне больше интересен пункт с необозначенной силой. Скажи, ты раньше активировал его?

Хантер – Да, было несколько раз.

Энгельс – И как ты это делал? – расспрашивал меня попутно рассматривая доспех вокруг.

Хантер – Пытался вызвать эмоции.

Энгельс – Эмоции… Самая распространенная практика для начала. И что конкретно: радость, сожаление, желание защитить или беспокой…

Хантер – Злость, раздражение, гнев.

Энгельс – Необычно. – в ту секунду как произнеслась эта фраза он остановился прямо передо мной. – С какой целью ты активировал? – голос стал напряженным.

Хантер – В первый раз хотел посмотреть какой он. А во второй раз для самообороны…Ну и в третий раз бился на арене. – учитывая пронзающий взгляд Энгельса не было желания говорить о том, что я использовал доспех в третий раз ради проверки своих сил.

Энгельс – Самооборона - это допустимо. Что случилось с нападавшими? – воздух вокруг накалился.

Хантер – Вырубил парочку и отпустил.

Энгельс – На арене с кем бился? – атмосфера разговора приходила в норму.

Хантер – Против мутанта.

Энгельс – Удовольствие от боя получил?

Хантер – Да какое там удовольствие, меня чуть не сожрали.

Энгельс – Хорошо. – сделав легкий выдох из напряженной груди, снова вернулся в привычное состояние. Явно именно этих ответов он и ждал. – Злость. Попробуем воспользоваться этим. – вновь взяв шокер, он настырно подходил, подкручивая мощность.

Хантер – Может другой способ будет более эффективным?

Энгельс – Сам не хочу, но это самый рабочий вариант.

Не успев сказать в ответ ни единой фразы, начался процесс выяснения силы.

10 минут спустя.

Стоя на колене проносился удар за ударом. Одно и тоже, всё без результата. - «Подожди. Он остановился? И снова ящичек с инструментами. Что этого кажется мало, нужно что-то серьезнее?»

Вставая с колена, по телу опять гуляло напряжение. Подошедший к тому моменту, как Хантер твёрдо встал на ноги, Энгельс с предметом схожим с измерителем радиации, навёл его на меня и приступил ко второму тестированию.

Энгельс – Прости если что? Пойми просто лучше так чем посреди боя, когда может оказаться поздно. Поверь моему опыту. – прибор начал мигать, находясь на максимуме своих возможностей. – Ясно. Поглощение энергии. –в его голове пролетали горькие воспоминания прошлого, отражающиеся болью в глазах. Видя подобный взгляд не в первой Хантер не стал осуждать учителя, который, как и он знал, о горечи потерь.

Хантер – Ладно, ничего. Что значит «поглощение энергии»? – доспех решил, что на том его миссия окончена и собравшись в наплечный талисман, снова оставил своего владельца.

Энгельс – У многих Берсерков распространена разновидность использования силы противника против него самого. Некоторые как я, отражая удары получают часть их энергии или схожие с тобой, впитывающие прямой урон. Но это не значит, что мы все одинаковые - просто имеем похожие источники силы. – видя уставшее и замученное выражение лица своего протеже, он принял необходимое в данный момент решение. – Думаю нужно отдохнуть. В шесть вечера на этом же месте, не опаздывай.

Глава 2

Энгельс – Две минуты - опаздываешь. – стоя посреди комнаты, отчитывал задержавшегося ученика, который в этот миг переступил порог комнаты.

Хантер – Прости, долго отходил от сна. – в интонации присутствовала лёгкая тяжесть.

Энгельс – Здоровый сон - безусловно хорошо, но в нашем деле минута промедления может стоить очень дорого. Запомни это. – ещё один трагический жизненный опыт содержался всего в двух словах. Погибшее поселение не простило ошибку.

Энгельс – Надеюсь ты понял меня. Теперь приступим к обучению. – сделав короткий вдох, продолжил, вышагивая круги вокруг Хантера. – Самая частая причина по которой умирают Доспехи - это неумение пользоваться своей силой, а если быть точным призывать её. Первый способ - «эмоция» - чем она сильнее, тем лучше отклик. Второй способ - «самозащита» - доспех не даст тебе умереть просто так, он будет поддерживать жизнедеятельность владельца до самой смерти. Третий, заключительный способ - «мотивация» - работает эта методика не на всех, но она является наиболее эффективной. Представь, то ради чего ты отдал бы всё, даже собственную жизнь. Этим может стать что угодно: старая игрушка, возлюбленная, дом, семья…Попробуй.

Хантер – В мыслях происходил выбор между тем что уже было и что стоит применить: Эмоции. В битве с Сокрушителем помогли только в последний момент; Самозащита. Та же история; Мотивация. Та, ради кого я бы сражался, давно покинула меня. Воспоминания того дня вновь накрыли с головой: мольбы отпустить её, попытка договориться, нож и её героизм, спасший меня.

Мать спасла дитя, спасла чтобы он жил дальше и если судьба есть, то она привела его сюда не для предотвращения, случившегося с ним, а для спасения других от этой участи.

«Я стану тем щитом что защитит слабых и мечом, уничтожающим тех, кто желает войны!» – невольно прозвучало в голове Хантера.

Энгельс – Молодец, быстро справился. – доспех ученика явил себя во всей красе буквально через минуту медитации, хотя у других на это уходит как минимум несколько часов самокопаний в поисках нужного объекта. – Хорошо раз ты так удачно справился с заданием, то не вижу смысла тянуть.

Хантер – воспоминания уходили на второй план возвращая к происходящему. – Тянуть с чем?

Энгельс – С практикой конечно. Давай покажи, чего стоишь. – в нём проснулась некая игривость от предвкушения битвы. Не ожидая ни секунды отошёл в дальнюю сторону зала, приняв облик Доспеха. В тот момент стало понятно почему его так тянет к земноводным. Цельнометаллический Доспех выглядел словно воин сошедший из глубин, чья броня покрыта чешуйчатыми пластинами. От лба до копчика торчали плоские шипы длиною с палец, что словно плавники у рыб могли прижиматься к телу, контролируя тем самым проводимость энергии. Голову же закрывал плавно переходящий к плечам шлем с пустой чуть выпирающей маской, имеющей на себе только грозные глубокие вырезы для глаз, через тьму которых на противника глядела пара чёрных акульих жемчужин. А алебарда, свисавшая с плеча, придавала ему некую схожесть с Нептуном, держащего трезубец.

Не ясно кто сделал первый шаг, но в ту секунду стало понятно лишь одно - сейчас будет много скрежета и помятого металла.

Во время боя Хантер пытался применить весь полученный входе спарринга с Ленгом опыт, нанося удар за ударом и уворачиваясь от многократно повторявшихся размашистых выпадов.

Профессионал своего дела - что ещё сказать о Энгельсе как о бойце? Обдуманные и систематизированные взмахи, кувырки, колющие и рубящие удары - всё это повторялось им раз за разом, не давая и шанса уйти от некоторых пропускаемых финтов. Самое заметное в его стиле то насколько отточены и легки выполняемые пируэты. Хоть в первую нашу встречу я и не видел в нём прошедшего множество воин солдата, но сейчас этот факт был неоспорим.

Не смотря на проигрышное положение, в следствие не хватки умений и отсутствия оружия, Хантер всё же проводил вполне удачные атаки: пара прямых джебов и хуков была пропущена в корпус и голову оппонента. Ситуацию это не сильно спасало. Закаленность боями оставалась на стороне более опытного учителя. Но Мясник оказался куда прочнее чем думал сам владелец и по всей видимости куда прочнее чем предполагал подзапыхавшийся противник.

Впервые за последние несколько минут сражения Энгельс отступил, собираясь с силами к новому рывку. «Вот мой шанс нужно измотать его ещё больше, не давая время на передышку и отдых. Нужно наступать прямо в лоб. Надеюсь продержусь до момента, когда он откроется».

Удар и снова удар, на этот раз в доминирующем положении был Мясник, который даже не пытался уходить от оборонительных атак противника. Со временем Хантер начал все чётче ощущать проводимые в его сторону контратаки. Броня вот-вот сдаст позиции и тогда один точный взмах алебардой может стать последним. В то же мгновение юный Доспех почувствовал прилив, тех же сил, что были при битве с Сокрушителем.

«Поглощение энергии. Точно! Берсерк питает свою мощь от получения непосредственного урона. Значит нужно уйти в защиту, выжду пока он откроется и тогда хватит всего одного удара».

Снова и снова. Взмах за взмахом. Доспех Хантера всё слабее и слабее. - «Да, когда уже он выдохнется?!….СЕЙЧАС». Открывшийся из-за промедления корпус противника был сражен апперкотом, в который вложилась вся скопившееся энергия и ярость Мясника.

После длительного полета в три метра, Энгельс упал. Победа!... Или нет? Прокрутившись через спину, враг встал как будто ничего и не было. Этот уверенный кувырок удивил юного Доспеха, не рассчитывавшего на то что после подобного его оппонент сможет подняться на ноги. Хантер подготовиться ко второй попытке. «НЕТ! Нельзя останавливаться снова! В бой! Попробую ещё раз!»

Мясник совершил резкий (для его доспеха) рывок и уже было хотел ворваться в битву, даже не смотря на то что броня порядком истерзана, но…

Энгельс – Стоп. Молодец, справился задачей. – на лице снявшего доспех учителя красовалась легкая улыбка и последовавшие несколько хлопков оваций. – Можешь расслабиться. Ты вправду хорошо справился. Приходилось обучать многих и не до всех доходило то чем им нужно пользоваться для победы.

Хантер – Значит, я оказался прав - нужно было лишь использовать накопленную энергию? – последовав примеру избавился от остатков доспеха. Отдышка после сражения не давала покоя.

Энгельс – Правильно, так что считай, что ты в клубе сообразительных. Через пару часов отбой, потому можешь быть свободен. – сверился со временем взглянув на внутреннюю сторону запястья на которой был надет тонкий пластиковый браслет. – До завтра. В восемь утра здесь же. – Энгельс куда-то торопился и потому последние слова он произнёс, когда, переступив порог комнаты за его спиной закрылись многотонные двери.

Следующий день не заставил себя долго ждать. В комнате раздался ритмичный писк, заставивший Хантера приподнять свою голову с, как ему казалось в момент полусонного пробуждения, наимягчайшей подушки. Протянутая в сторону источника раздражительного шума рука точным хлопком ладони заткнула пунктуальную пищалку. Перекрутившись на спину, он обтёр руками лицо в надежде на то что от этого начало дня будет более бодрым.

«Без электронных часов было бы тяжело сказать, что сейчас: утро или ночь. Как же я соскучился по солнечному свету. Искусственное освещение с каждым днём становилось привычнее, но этим ни как заменить ни теплых лучей солнца, ни свежесть дуновений ветра. Ладно что-то меня занесло, нужно вставать». - Поднявшись с кровати и закончив утренние ритуалы, отправился к месту встречи.

8:00

Энгельс – В этот раз вовремя. А значит вчерашний урок был усвоен. – он стоял ровно в том же месте где и в прошлый раз, не убирая ухмылки, оставшейся после боя.

Хантер – И тебе доброе утро. – сегодня был один из тех малочисленных дней, когда мне удалось немного выспаться, так что настроение оставалось более-менее позитивным.

Энгельс – Ладно тебе. Давай лучше продолжим с того на чём закончили в прошлый раз.

Хантер – Значит снова спарринг. Я думал курс тренировок «имени безумного Ленга» окончен.

Энгельс – Хах, верно подмечено. Курс его обучения подошёл к концу. Настало время для взрослых. – ехидная интонация сказанного давала понять, что пусть жестокости в тренировках не будет, но сам процесс станет намного сложнее. – Во время вчерашнего боя я заметил, что ты бился только кулаками. Почему не активировал оружие?

Хантер – Просто, без понятия как его использовать. Сам понимаешь я только недавно начал осознавать принцип активации доспеха. – решил умолчать о раннем пользовании секирой, ведь это получилось случайно.

Энгельс – Так и думал. Хотел убедится в правильности своих мыслей. Ничего, научим. Для начала нужно сконцентрироваться на объекте ради которого сражаешься, потом представь первую ассоциацию со словом оружие и держи его, пытайся наполнить эту картину как можно большим количеством деталей. Приступай.

«Опять в мыслях и в самом себе. Объект – она, оружие – секира, ассоциация – война, палач, убийство…мясник». – Пальцы, сжавшиеся в кулак, наполнялись чем-то тяжелым, холодным и грубым. Открыв глаза, взору предстала та же секира что и в битве на арене. – Давно не виделись. – прошептал себе под нос.

Энгельс – Что? – увидев глаза ученика, в которых читался вопрос «неужели я сказал это в слух», он продолжил. – Милый топор.

Хантер – Секира. – поправил кратно и ёмко.

Энгельс – Секира. Да, звучит получше. Давай испытаем её в деле.

«И вновь эта игривая аура, исходящая от него. Доспех. Алебарда. Боевая стойка в ожидании начала сражения. Чувствую спорить с ним бесполезно. - Придётся принять вызов. Сейчас всё пойдет интереснее, на этот раз со мной секира. Оружие на изготовку и В БОЙ!»

***

Говоря в общих чертах, фехтовальщик из меня плохой. В первую минуту Энгельс выбил секиру и всё пошло по тому же сценарию: накопление энергии и удар. Правда мой трюк с атакой в корпус Энгельс предугадал и увернувшись в сторону, оттолкнул меня в стену, в следствие чего вся сконцентрированная сила ушла в металлическую перегородку, оставляя глубокую вмятину от моего корпуса. Пришлось повозится какое-то время с тем чтобы вытащить предплечье из искореженной стены, на чем он меня и подловил, отправив рукоятью алебарды в нокаут, дезориентированное от столкновения тело.

***

Темнота. Мягкие солнечные лучи падали на веки, уставшие от серости бункерной обыденности. Протерев заспанные глазницы и привстав на мягкой поляне, увидел всё то о чём приходилось разве что читать в книгах, рассматривая иллюстрации к ним. Речушка, по одной стороне которой возвышался простирающийся до горизонта лес, а по другую лежал луг и цветы числа и края не видавшие. Зеленая трава, покрытая утренней росой и дымка от воды, заполонявшая собой километры вокруг. В реке что-то поблескивало. Приблизившись ближе к ряби на воде, увидел маленьких рыбок чьи чешуйки были словно серебро. Все они озорливо гнались друг за другом следуя течению. Но одна из них совсем не шевелилась - застряла меж камней мелководья и не может выбраться. Наклонившись к ней, Хантер протянул руку и стоило ему только коснуться водной глади как та сразу же вырвалась из плена и ударила не состоявшегося спасителя по щекам своим мокрым хвостом, напоминавшим… – Хантер! Хантер! Хантер, твою та мать! Очнись! –...полотенце. Влажное полотенце.

Через тяжело открывающиеся веки стала проглядываться картина суровой реальности. В глазах мелькали звёздочки. А надо мной навис Энгельс, прикладывавший ко лбу холодное полотенце и протягивая стакан с водой.

Энгельс – Так, молодец. Вставай, аккуратно, не спеши. – виновник происшествия пытался помочь подняться.

Приняв сидячее положение, к Хантеру пришло осознание нереальности увиденного ранее. После пары глотков из опустошённого стакана, к левой руке нахлынула резкая боль.

Энгельс – Извини, увлёкся. Ты как? – волнение и легкая дрожь проходила сквозь каждую кость.

Хантер – Рука, сильно болит. – схватившись за источник дискомфорта, сразу отдернулся обратно.

Энгельс – Не трогай. По всей видимости сломал. Давай, вставай на ноги, отведу тебя в комнату.

Доведя Хантера в его личную четырёхместную казарму, Энгельс отправился в медпункт за обезболивающим и не заставив себя долго ждать вернулся с автоматическим шприцом, заряженной в него ампулой и капсулой с голубой жидкостью. Не тратя не минуты тот сходу вколол дозу препарата в мышцу, под которой расположилась сломанная кость и размазал густую голубую слизь по месту перелома, после чего она тут же застыла, зафиксировав руку больного в одном положении.

Энгельс – Волноваться не о чем. Как я говорил тебе на первом занятии - доспех не даст умереть своему владельцу. Через пару дней кости встанут на свои места и зарастут, но беспокоить руку не советую. Просто спокойно лежи, если что понадобится зови. И еще раз - прости. Часто вхожу в кураж, когда надеваю доспех. – слова Энгельса стали последним перед проявлением побочного эффекта от обезболивающего – очень сильная сонливость.

На протяжении двух дней адской агонии рука была охвачена огнем. Кости словно вправлялись чем-то изнутри, медленно стягивая их друг к другу. Обезболивающие помогали лишь снять жар, но как бы то ни было парадоксально не избавляли от боли, пронизывавшей половину тела.

В общей сложности мне понадобилось трое суток на полное восстановление, хоть рука по-прежнему давала знать о ранении, но всё же к концу лечения я снова стоял в тренировочном зале с оставшимися на её стенах «шрамами» от прошлых битв.

Энгельс – На твоё возвращение ушло чуть больше времени чем ожидалось. Но это понятно - ты и доспех ещё не до конца «привыкли» друг к другу. Думаю, через недельку всё исправится. А сейчас вернемся к тренировкам. Понимаю, что на данный момент твоё состояние всё ещё оставляет желать лучшего, – учитель не поднимал глаз, выхаживая перед учеником из стороны в сторону – так что пока мы займёмся по большей части теорией. – встал в нескольких метрах напротив Хантера, призвал оружие и попросил повторить за ним. – В своё время мне приходилось сражаться со множеством противников, использовавших различный арсенал. Среди них были и те, кто воевал со схожим с твоим оружием. Потому обучить тебя основным приёмам смогу, не сомневайся.Во-первых – всё показанное это только базовые движения, которые ты должен будешь перестроить под себя и воссоздать собственный стиль ведения боя. Если хочешь жить. Во-вторых – Будь хитрым и непредсказуемым: в то время пока все бьют в лоб, ты заходишь с боку и атакуешь в слабые места.В-третьих – Помни о своих преимуществах: доспех твоего класса очень прочный и способен выдержать удары, убивающие других. Пользуйся этим.

Энгельс – Давай попробуем. Удар от бедра - перемести секиру к левому бедру и руби снизу в верх по диагонали пока она не окажется на уровне головы, тем самым разрывая тело корпус противника и отражая его вероятную атаку. Дальше из этого положения наносишь резкий удар влево и рассекаешь шлем, после этого оружие окажется возле твоего левого плеча. Да, правильно – обратился к человеку с тяжестью разрезавшего воздух с секирой в обеих руках. – Заключительный удар - из последней стойки рубишь с верху вниз по диагонали к своему правому бедру, уничтожая остатки груди, пресса и по возможности раня ногу врага. А потом та же комбинация, начиная от другой ноги. Тем самым у тебя получается не законченная фигура песочных часов. Ясно? – дождавшись одобрительного кивка, дал команду. – Тогда тренируйся. – усевшись в углу зала, Энгельс принялся наблюдать за протеже.

В течение следующего месяца эта комбинация была единственным приёмом, отрабатываемым день за днем, в то время пока наставник сидел, наблюдая за успехами ученика или же иногда практикуясь в противоположной стороне зала, по путно с тем не громко проговаривая каждый шаг.

Оттачивая свои умения, я часто посматривал на демонстрацию сил и возможностей своего учителя. Его движения плавны и просты, но то из каких позиций они выполнялись, делало их неожиданными: Заходя со стороны от воображаемого противника, он наносил боковой рубящий удар в грудь, затем прокрутив алебарду вокруг своего туловища, атаковал в спину. Или же подпускал его в плотную, ждал пока тот нанесёт удар и пользуясь силой врага отталкивал того в нужную Энгельсу сторону и проводил контратаку, рассекая открывшуюся заднюю часть тела. В его арсенале было много того что я взял бы на вооружение, но приходилось оттачивать только одну продемонстрированную комбинацию. До тех пор, пока в один из дней он не подошёл ко мне и приостановил очередное повторение заученного до мелочей приёма.

Энгельс – Остановись. Нужно поговорить. – в его тоне было непонимание и озадаченность.

Хантер – Что-то не так?

Энгельс – Твоя секира. Тебе ведь тяжело с ней управляться? Верно.

Хантер – Да, она довольно увесистая. – озадаченность охватила и меня.

Энгельс – Обычно Доспех привыкает к своему владельцу за неделю или две максимум. Налаживается что-то вроде симбиоза и становится простым в пользовании.

Хантер – К чему конкретно ты ведёшь?

Энгельс – Ощущение веса доспеха - один из признаков налаженности взаимосвязи. Чем большее он оказывает сопротивления, тем хуже доверие. Мне приходилось встречать подобное.

Хантер – И что значат эти симптомы?

Энгельс – Похоже, что у тебя есть «внутренние демоны» с которыми ты по-прежнему конфликтуешь: Не решенное дело, старые враги, воспоминания, держащие на одном месте.

Хантер – Воспоминания говоришь… – прошлое не давало мне покоя на протяжении всей жизни, и оно же мучает по ночам, а сейчас встало между мной и доспехом.

Энгельс – Можем обсудить прошлое, я расскажу о своём, а ты о…

Хантер – Не хочу говорить об этом. Не с тобой. – ответил, огрызнувшись с долей рычания. – Прости. Слишком личное.

Энгельс – Понимаю. У самого есть парочка, таких воспоминаний. – местами они куда трагичнее чем мы можем представить. Друзья, родные, все дорогие ему…...в той войне. – Знаешь, есть «ритуал», официально он конечно не практикуется, потому его существование подвергается сомнению. В общем: в ходе «ритуала» доспех погружает своего владельца в проблему внутреннего равновесия, которая и является заслоном между образованием единства Доспеха. Я один из тех, кто может провести этот ритуал. Но! Когда ты согласишься, обратного пути не будет, тебе придется столкнуться со своими терзаниями лицом к лицу и побороть их во чтобы то ни стало. Либо они усилятся в сотни раз, в таком случае ты останешься там, пока твои «демоны» тебя не пожрут. – практика ритуала держится в особом секрете среди доспехов и передаётся лишь тем, кто понимает своё предназначение и верит в него всем сердцем. Помощь оказывается только тем, в кого обладатели таинства верят, как в себя.

Хантер – Согласен. – в любом случае если не победить их сейчас, то они будут пожирать мою душу всю оставшуюся жизнь. А я уже слишком устал сожалеть о том, что не сделал.

Энгельс – Надеюсь ты в полной мере понимаешь серьезность: Ты можешь остаться и не рисковать, но тогда доспех с очень большим трудом примет большую часть тебя, а можешь рискнуть всем ради своей миссии.

Хантер – Я принимаю этот риск. – его голос зазвучал твёрже и увереннее.

Энгельс – Пойдём. Тебе нужно прилечь.

Расположившись на кровати в голове гуляли мысли о дальнейшем. Потеющий лоб, мурашки, сердце готово выпрыгнуть наружу. Откровенно-говоря всё тело пробирал страх. Энгельс возился с наплечным браслетом, сидя по обок от меня.

Хантер – Расскажи, что ты с ним делаешь.

Энгельс – Сам процесс нельзя описывать: правила. Но говоря фактами, которые всем и так известны, не вникая в подробности. Ты помнишь, что доспех защищает и излечивает владельца? – задал риторический вопрос и продолжил. – Так вот эти процессы можно обернуть в другую сторону, на некоторое время. Тем самым мы получим эффект, приводящий к поиску и «атаке» существующей проблемы при помощи подсознания. Этим и опасен ритуал - по сути ты должен избавиться от проблемы или твой разум уничтожит сам себя.

Хантер – Сколько продлиться ритуал? – взаимное легкое напряжение и страх неизвестности пропитал пространство между нами.

Энгельс – Я же говорю, всё зависит от тебя. Время индивидуально: некоторые справляются за час, кто-то нет. Но не волнуйся я профессионал и в отличии от других смогу вытащить тебя если почувствую что-то неладное. – минуты молчания казалось длились часы. Он явно недоговаривал моменты, возясь с рунами на амулете ученика. – Готово. Теперь закрой глаза и опустоши разум.

Глаза медленно закрылись и сознание тут же провалилось в небытие. Ощущение словно падаю в бесконечной пустоте. Минута, две, три, пять. Отсутствие терпения и любопытство сделали своё дело. Открыв глаза, увидел знакомое место. Я здесь уже был - сон. Тот самый сон. Но сейчас он такой…осязаемый. Холод и сырость того дня. Никогда сон не был настолько реален. Стоя посреди чуть освещаемой луной подворотне контейнеров, я на какое-то время даже позабыл о том где и зачем здесь нахожусь, наслаждаясь свежестью уличного воздуха и красотой луноликой ночи. Но вдруг из-за переулка послышался крик. В конце улицы промелькнули две тени и отчетливый силуэт мужчины, преследовавшего их. Откликнувшись на возглас помощи, рванул в погоню.

Сон повторявшийся прямо на глазах. Она, маленький мальчик, заслонённый ею и вышибала нависший над ними. Инстинкты и осознание грядущих событий приказали остановить это - сорвавшись с места кинулся к убийце, повалив того на землю и принявшись упорно душить. В этот же миг ведение расплылось словно дым, и я вновь оказался в том переулке, где всё началось.

Десятки и сотни раз, снова и снова, повторялся один и тот же зацикленный сценарий. Самым пугающим во всём было не то что мне приходилось беспрерывно проживать свой ночной кошмар, а тот факт, что с каждым повтором убийца всё больше походил на меня. В какой-то момент и вовсе став близнецом. И единственное что оставалось делать после множества безуспешных попыток остановить убийцу в отражении так это просто беспомощно наблюдать за тем как происходят повторяющиеся события в попытках смириться с ведением, сидя на железной бочке, приносимой мной из той улочки, где лежало начало событий.

Каждый раз: одинаковое начало - преследование, и одинаковый конец - смерть. После чего Уроборос заходил на новый круг.

Не знаю сколько я уже здесь провёл, но ясно одно - этого времени оказалось достаточно, чтобы в какой-то момент потерять интерес к происходящему, не замечая смену очередного цикла. Всё это время я был абсолютно один... – «По всей видимости Энгельс не собирается вытаскивать меня отсюда, хотя уже давно пора». – …абсолютно один до тех пор, пока из-за спины не послышался отвратный вороний голос.

Темная фигура – Хантер, Хантер, Хантер. – насмешка в голосе и зловещий хрип сопровождали его речь. – Горе та какое. Нехорошо

Фигура, возникшая из неоткуда, так же наблюдала за проекцией терзаемого сознания. Недолго постояв в тени, фигура в тёмном плаще и непроглядном капюшоне, присоединилась составляя не желаемую сейчас компанию.

Хантер – Ты кто? – единственная эмоция в отношении него - раздражение. Никакого удивления или чего-то более того, словно его появление это нечто закономерное.

Темная фигура – Я? Сейчас более уместен вопрос: Кто ТЫ? А я лишь местный обитатель.

Хантер – Зачем явился сюда? – спросил, привставая с бочки.

Темная фигура – Вопросы, вопросы, вопросы. – протараторил и сразу сменил манеру речи, растягивая каждую букву. – Это начинает надоедать. – после этого голос вернулся к прежнему состоянию. – Почему только я должен отвечать? У меня тоже есть вопросы: Почему убийца так сильно похож на тебя? И с чего ты решил навестить меня? Хахахаха.

Раздражение достигло пика. Хантер схватил за шиворот потрепанного плаща заливающегося в безумном смехе шута и вытащил под фонарный свет…он. Будто взглянув в зеркало, я снова увидел себя. Но в моих…то есть, в его… В его глазах нет белка - только глубокая тьма и насмешливый оскал.

Насладившись обескураженным лицом держащего его Доспеха, зловещий клон щёлкнул пальцами и запустил цикл вновь. Вся материя, как и он сам растворились в пелене вновь пересобирающегося воспоминания. Но на этот раз он встречал пленника сознания на выходе из надоевшего переулка. Хантер принял его подзывающий жест и направился к концу улочки с намерением хорошенько врезать, фигура продолжала с издевкой капать на нервы.

Фигура – Прекрасно понимаю тебя. Злишься. Но!! Ты так и не ответил на мои вопросы, а это знаешь ли нечестно. – протянув вперёд ладонь, остановил Мясника в двух шагах от себя. Кончики его пальцев чувствовали, как бьётся яростное сердце собеседника. – Ответь. На. Вопрос.

Решив не принимать облик Доспеха, Хантер схватил удачно лежавшую рядом в куче хлама трубу и применил отточенные секирой удары.

***

«Я»

В десятый раз проходя в переулке мимо фигуры и еле сдерживая эмоции.

Фигура – Ответь и я отстану.

«Буду»

В очередной раз укатывая бочку.

Фигура – Отвееееть.

Хантер – Пошёл на хер! – ответил, не отвлекаясь от процесса перетаскивания.

«Приходить»

Садясь на бочку в начале цикла.

Фигура – Вот он... Мой любимый момент. Сейчас он достанет нож. А знаешь, что я люблю ещё…ОТВЕТЫ.

«Снова»

Сотый, а может тысячный цикл, когда вышибала достает нож.

Фигура – Сейчас будет интересно. Смотри. Смотри… Ты не смотришь, так не интересно… Может тогда ответишь?!

«И»

Не желая смотреть на это снова Хантер остался на холодном сыром асфальте переулка, опершись спиной о стену вместе со своим надоедливым преследователем.

Фигура – Одиноко тут. Поиграем в правду или действие?

«Снова»

Стоя над её хладным телом и смотря в глаза, Хантер улавливал последние частицы угасающей жизни. Каждый раз делая так по его телу всё ещё пробегали леденящие мурашки.

Фигура – О.Т.В.Е.Т.Ы.

Хантер – Почему он похож на меня? – чувств, сил или эмоций не осталось.

Фигура – Наконец заговорил, я уж было начал думать у тебя язык отсох.

Хантер – Всегда, когда я вижу этот сон, виню за себя за то, что убежал, не попытавшись предотвратить случившееся. Считая себя причастным к её смерти. Понимаешь, я ведь мог схватить один из тех осколков бутылки что валяются под ногами или схватить этот треклятый кусок железа, торчащий из кучи. Но нет. Убежал. Бросил.

Фигура – Понимаю. – в первый и единственный случай за всё время он действительно сопереживал мне.

Хантер – Почему же я здесь? Наверное, потому что сам этого захотел, не подумав о бесконечной цикличности этих мест. Не знаю. А может просто надоело просыпаться по ночам в поту и болью на сердце

Фигура – Близко. Продолжай. – голос становился походящим на человеческий, а не кряканье ворона.

Хантер – Захотел стать настоящим Доспехом, и неважно какая цена встала бы перед мной…

Фигура – Хорошо. Дальше. – тон начал казаться знакомым.

Хантер – …дабы не допустить страданий других. – обернувшись в сторону фигуры мне предстало точное отражение меня без демонически-черного взгляда и безумного оскала. – Я прощаю тебя.

Фигура – Спасибо. Давно хотел услышать эти слова. – его голос стал неотличим от голоса Хантера, словно то и был он сам. Поблагодарив, он возложил свою ладонь на плечо стоящего перед ним двойника и произнёс. – Давай, ты знаешь, что делать.

Пальцы Хантера сомкнулись и сделали заветный щелчок, звук от которого эхом пронёсся по глухому переулку. Ведение вновь начало рассыпаться. Веки закрылись сами по себе, возвращая к бесконечной темноте сознания.

***

Глаза рефлекторно прищуривались от бившего в них луча света от фонарика. Над лицом навис Энгельс.

Энгельс – Фуух, ты меня напугал. Думал не вернешься. – его лицо расплылось в улыбке, еле сдерживая радостный смех. – Вставай, но только аккуратно, не торопись.

Хантер – Сильная слабость –э то нормально? – тело было не слабо истощено и изрядно онемевшее.

Энгельс – Для человека, пролежавшего на кровати месяц? Да.

Хантер – Месяц! – заметив краем глаза знакомую трубку, повернул голову и увидел присоединенную к руке капельницу.

Энгельс – Да, месяц. Ты долго не выбирался, но в тебе по-прежнему был рассудок и жизнь. Хоть и колыхавшиеся время от времени. – он испытывал искреннее волнение и вину за, то что потерял контроль над ситуацией, оставив своего ученика в невероятно рисковом положении. – Знаю какой вопрос тебя сейчас волнует: Почему я не остановил ритуал? Подсознание, оно слишком глубоко вцепилось, вмешиваться в ритуал было опасно. – после оправдания он вновь попытался включиться в позитивный настрой. – Но как бы то ни было, ты здесь... Ладно, полежи пока, а я за едой. – стремительно покинув подмастерье, отправился за обещанным.

Хантер – Спасибо, належался. – произнеслось в след и Хантер опёрся о спинку солдатской кровати.

Глава 3

Вернув тело и мысли в прежнее состояние после долгого отсутствия, я приступил к плавному переходу к обыденности обучения. Правда не покидая пределов комнаты, но всё же это лучше нежели бессмысленно тратить своё время, ибо чем раньше закончится обучение, тем раньше преступлю к обязанностям Доспеха.

Энгельс в свою очередь продолжал беспокоится за меня, потому ближайшее время процесс обучения нёс исключительно теоретический характер. И главной причиной тому стал факт того что я первый на его памяти кто пробыл в подсознании настолько долго и вернулся.

Но через пару недель занятия вновь переместились в зал. Чему я на моё собственное удивление был даже рад.

Хантер – Как же я соскучился по этому местечку. – кошмары перестали навещать и на душе больше не висел груз горечи и сожаления. – Смотрю его восстановили за время моего отбытия. – металлическая коробка вновь приобрела тот же вид что и был при первом её посещении.

Энгельс – Да, стены были сильно деформированы и пол весь перерублен. Решил вернуть его к первозданному виду до твоего возвращения.

Во время краткого любования ремонтом в воздухе повисло молчание, которое решил прервать заряженный на познание Хантер.

Хантер – Ладно, как говорил Ленг: «Зачем откладывать на завтра то что можно проверить на прочность сегодня?» Начнём урок. Вчера ты упомянул о неких трех законах железа. Может расскажешь о них по подробнее?

Энгельс – «Три закона стали» - такое название им дал лично Король Артур:Закон стойкости – «Доспех никогда не сдаётся, бьётся до конца, истинная честь для нас - умереть с оружием в руках».Закон милосердия – Данный закон гласит: «Если враг возложил своё лезвие к ногам и более не намерен биться, то Доспех обязан его пощадить». Я же считаю, что враг - есть враг. Сегодня отпустил, а завтра он прострелит тебе череп.Закон миропорядка – «Доспеху не должно убивать ни в чём не повинных, Доспех не ищет войны». Но это ещё не всё, есть ещё несколько устаревших «негласных» законов, установленные потомком Артура, Пятым обладателем меча Экскалибур: Первое – «Не заводить семью, дабы не ставить в опасность тех, кто дороги нашему сердцу». Второе – «Доспехам не должно поднимать орудия во имя убийства друг друга». Сейчас представители королевской знати превратили это в развлечение, устраивая турниры. Третье – «Не оголять силу доспеха без особой нужды или против тех, кто слабее тебя». Входе воин данное правило многими забылось.

Хантер – Что будет если нарушить их?

Энгельс – Со стороны законов Империи, ничего. За исключение берётся «Закон миропорядка». Все эти правила придуманы Доспехами для Доспехов, они как кодекс чести. – открыв кейс содержимое которого (после опыта с шокером) перестало внушать доверие, извлёк из него тонкий «справочник». – Но вот в этой книге прописаны те законы, которых нам нужно придерживаться. – гладкая на ощупь бумага содержала в себе «Права и обязанности Доспехов».

Хантер – Я думал в таких структурах эпоха использования книг давно прошла. – бумага уже много лет назад потеряла свойство хранения информации, так как на сегодняшний день все организации хранят документы на электронных голографических носителях.

Энгельс – Наше руководство крайне старомодно. Смирись, ты ещё много раз увидишь странности этих миров. Спрашивать знание законов не буду, просто советую прочитать её, на будущее. На этом всё, до завтра можешь быть свободен. – покидая тренировочную территорию Энгельс поинтересовался моим прошлым, встав бок о бок.

Энгельс – Слушай у меня есть один вопрос. Только ты не подумай, что пытаюсь тебя оскорбить. Просто я прочитал твою биографию. – не мог подобрать подходящих слов. – Ты ведь с планеты Земля…Читать то хоть умеешь?

Хантер – Да и не только. – Хантер без какой-либо обиды понимал по какой причине возникли эти сомнения. В последние десятилетия Земля является одной из самых малообразованных планет. Империя настолько потеряла веру в обучаемость населения проживающего на ней, что даже закрыла последнюю школу остававшейся в статусе единственной на протяжении двадцати лет.

Энгельс – Где обучался грамоте? Если не секрет?

Хантер – Нет, не секрет. Мать очень любила книги. Постоянно их читала и меня научила, а отец хорошо умел считать. Он научил меня работать с цифрами. Ну и школа дала кое-какие начальные знания.

Энгельс – Хорошо… Слушай, мне на какое-то время надо уехать, буквально на три недели. Тебе всё равно ближайшее время лучше не спарринговаться со мной, так что будет полезнее если ты потренируешься сам. - в своём темпе. – продолжил просьбу, отдав в руки сложенный в виде ромба голографический планшет, состоящий из четырех равных сегментов. – Здесь я смоделировал боевые ситуации и методы противодействия им. Выберешь понравившуюся и нажмешь «воспроизвести». Он выведет в пространство объемные модели, ничем не отличающиеся от реального боя, только в данном случае ты в роли зрителя, а не участника. Прошу, дело срочное, мне нужно встретиться с одной…кхм… одним генералом. И желательно чтобы эта информация осталась только между нами.

Хантер – Мой рот на замке. – мы оба знали о каком Сенсее… то есть «генерале» шла речь.

Стоило только последним словам покинуть уста Хантера, как Энгельс тут же побежал исполнять «боевой долг».

***

Включив планшет стало понятно с какой целью, он бился с вымышленным противником, когда я отрабатывал одну единственную комбинацию. Ловелас уже давно замышлял встречу с ней, но трудности со мной мешали ему приехать раньше. Стоит отдать дань уважения создателю прибора - проекции и вправду неотличимы от реальности.

Все последующие дни, проведённые в тренировочном зале, я пытался повторить всё в точности как транслировал голографический инструктор, но большинство попыток были безуспешными, что стало причиной быстрого осознания того что это просто не мой стиль.

В один из таких тренировочных дней Хантер вновь пытался опробовать один из перекрученных приёмов учителя, но, как и было сказано ранее - «безуспешно». Упав после поставленной самому себе подножки во время неудачного уворота от воображаемой атаки, полное понимание всех выше сказанных слов твёрдо закрепилось в его голове. Поднявшись на ноги Хантер вновь направился к дальнему углу и вновь сел напротив голографического планшета, включив запись отрабатываемой контратаки, дабы понять в чём он ошибся на этот раз.

«Энгельс, в отличии от меня, гибкий и быстрый, потому использовать полное копирование его тактики - невозможно. Может попробовать двигаться как противник? А смысл? Они всегда в итоге проигрывают, значит нужно что-то другое… – принялся размышлять, уложив спину на жесткий металлический пол, сложил руки под головой используя их подушку. – Вспомни что говорил Энгельс. «Будь непредсказуемым. В то время, когда все бьют в лоб, обходи со стороны и атакуй слабые места. Помни о своих преимуществах. Доспех твоего класса невероятно прочен и способен выдержать удары, убивающие других. Пользуйся этим». И из всех качеств я должен собрать пазл, который в последствии станет моим стилем ведения боя. А что, если… – снова вернувшись в сидячее положение, Хантер активировал вокруг себя все те голографические моделирования боя, что находились в электронном носителе. – … попробовать разобрать каждый приём на куски и сделать нечто своё, используя собственные преимущества и советы Энгельса. Получится ли? Кто знает? В любом случае я не узнаю этого пока не попытаюсь.

С того момента Хантер принялся к детальному изучению каждой записи в поисках подходящих ему боевых элементов, из которых в дальнейшем зарождались новые атаки, контратаки и способы защиты.

Большая часть из всех тех методик ведения боя оказались совершенно бесполезны, в следствие крупных габаритов и малой подвижности доспеха. Все возможные кручения вокруг противника не подходят под подобные характеристики. Только контратаки, удары в лоб и легкие обманные маневры с ослаблением противника. Вот мой путь.

Спустя неделю безостановочных сборок различных вариаций, Хантер всё-таки приступил к отработке приемов. Удивительно что за столь маленький срок ему удалось найти очертания того что в финале станет собственной тактикой боя. Может так повлиял ритуал и доспех открыл то чего раньше не мог увидеть? Ну или дело в банальном отсутствии демонстраций Энгельсом других методик, кроме одной единственной комбинации? Или же Энгельс специально предоставил ему возможность побыть в одиночестве, дабы тот сам смог почувствовать течение своей силы? Как бы то ни было Мясник с каждой тренировкой становился ближе к становлению истинным Доспехом.

По прошествии двух недель Энгельс вернулся на территорию базы и не найдя ученика в его комнате и во всех остальных по путных местах, направился к единственному оставшемуся помещению где тот мог быть.

Энгельс – Хантер, я вернулся! – окрикнул, стоило бункерным дверям бойцовского зала открыться на пару сантиметров. – Я полон сил и энергии, так что можем приступить к тренировкам с новой мощью. – переступив порог металлической коробки, обнаружил ученика трудящегося над очередным ново-изученным приемом. – Молодец, но я на твоём месте бы отвел правую ногу чуть в сторону и проводить удар над чуть большим углом.

Хантер – прервал отработку нового удара секирой и потирая пот со лба повернулся к учителю, дабы, подойдя к нему поприветствовать рукопожатием. – Привет. Я знаю, не волнуйся. – прокомментировал совет. – Как генерал? – настроение вернувшегося учителя было заразительным, потому и я поймал источаемые им волны позитива, проявившие себя легкой улыбкой на лице.

Энгельс – Она просто волшебн…кхм

Хантер – Да ладно, хватит скрывать. Сам всё понимаю. Не маленький.

Энгельс – Спасибо. Ну тогда думаю ты и сам догадываешься. Вернемся к теме. Вижу тренируешься в поте лица.

Хантер – Да и узнал куда больше чем с тобой.

Энгельс – Неужели? Думаешь сможешь повалить меня? – боевая игривость росла.

Хантер – Один раз вроде получилось. – желание проверить себя было как никогда высоко.

Энгельс – Тебе просто повезло. К тому же я ведь быстро оклемался после того удара, так что не считается.

Хантер – Может попробуем ещё раз и узнаем случайность ли? – сжал руку оппонента.

Энгельс – Нарываешься? – произнес с улыбкой в ожидании положительной реакции и ответил крепким сдавливанием ладони.

Хантер – Да, нарываюсь. – вцепившиеся стальной хваткой руки не уступали друг другу.

Энгельс – Отлично, тогда время не ждёт. – отойдя в другой конец комнаты, встал в привычную стойку, готовясь бить снизу заведённой за спину секирой.

Оба активировали Доспеха явили свою броню. В воздухе повис интерес к грядущему столкновению. Минутное молчание и Энгельс рванул вперёд, Хантер же стоял в оборонительной позиции с выставленной перед собой секирой.

Сближение: Энгельс размашистым ударом пробует нанести атаку в голову, но за пару мгновений до этого секира сменила положение повернув рукоять вверх и оставив своё лезвие на прежнем месте. Встретившая алебарду, секира выдержала удар за счёт большей массы и физической силы доспеха противника, заставив её проскользнуть над головой Мясника. Пролетевший над Хантером удар дал ему возможность атаковать в оставшийся без защиты бок, чем он незамедлительно воспользовался. Отлетевшие обломки говорили о серьезности повреждений рёбер и задетой спины, но Энгельс, как и его доспех были очень стойкими.

Энгельс – Используешь мои же приёмы. Как не стыдно? Ладно, но теперь ты меня не проведёшь. – несмотря на внушительное увечье доспеха, сам Энгельс остался цел. Разве что сильные гематомы на месте ударов будут напоминать об этом сражении ближайшие пару дней.

Наставник решается сделать выпад вперёд нанося колющую атаку остриём орудия. Но у Хантера был план и на этот случай: совершить максимально быстрый шаг в сторону от линии атаки и зажав алебарду между лезвием секиры и рукоятью секиры, увести его удар в сторону, в добавок оглушаем свободной рукой хуком в голову.

Крайнее действие заставило Энгельса отпустить рукоять алебарды, бесконтрольно упасть и перекрутившись по полу, преодолеть расстояние в пять метров. Мясник откинул орудие противника в противоположную сторону, оставляя того лишь с кулаками.

Хантер – Ты прав: Я использую твои приёмы. Но ты ошибаешься думая, что весь мой стиль боя скопирован с твоей модели. Я взял только часть от твоего стиля, соединив его со своими преимуществами и перестроив под себя – Прям как ты учил и это только нача… – прилетевшее в спину оружие, ошарашило от неожиданности трюка. Энгельс стоящий с протянутой рукой перед собой, поймал алебарду вернув потерянное.

Энгельс – Неплохо. Но запомни две вещи: Первое – Будешь трепаться с противником - быстро умрёшь. Второе – Никогда не думай, что ты знаешь всё.

Очередной рывок. В паре шагов перед встречавшей его секирой, Энгельс, вытянув алебарду во всю длину, вонзил её в пол и вытащил себя в сторону, атакуя незащищенную спину Хантера топорной стороной острия. Наставник уже было подумал, что сейчас находится в выигрышном положении, ибо неповоротливый доспех навряд ли сможет что-то ему противопоставить в такой ситуации.

Хантер сделал то банальное действие, которое предполагал его учитель - потянулся свободной рукой к застрявшему в спине оружию.

Энгельс же дабы не дать вновь оставить себя обезоруженным попытался извлечь остриё, но в тот момент Хантер свёл лопатки и чуть прогнув спину назад зажал алебарду доспехом словно тисками. Тем самым давая себе время на то чтобы перехватить её левой рукой и метнуть секиру в не ожидавшего, но успевшего среагировать и отпрыгнуть наставнику. Хоть это и был первый раз, когда Хантер использовал секиру как метательное оружие, но она всё же ровно вонзилась в стену, как раскалённый нож по маслу.

Хантер – Ты думал я не придумаю как противостоять этой уловке?

Энгельс – На самом деле – нет. Обычно после этого удара (и последующих за ним рядом стремительных размашистых комбинаций) никто не выходил победителем. А ты… Воссоздал стиль противодействия на противодействие моих же приёмов, кстати усвоив совет о том, что нужно помнить о своих преимуществах. Неплохо, очень неплохо. Есть чему учиться. Ну так что закончим или продолжим?

Хантер – Закон стойкости - Доспех никогда не сдаётся, бьётся до конца. – вытащил алебарду из спины и бросил её в руки наставнику.

Энгельс – Правильный ответ. – услышав ожидаемые слова, снова ринулся к своему лучшему «врагу».

Бой продолжился. Размениваясь ударами, они наносили друг другу глубокие и малые повреждения, подлавливая самих себя на невнимательности и используя те приемы, которые ранее скрывали, поджидая лучшего момента. Но ни один из них так и не смог сразить другого. И по итогу решили сойтись на ничьей. Данный вариант оставался наиболее разумным, при условии того что доспех Хантера был уже сильно потрёпан, а поглощённая энергия давно использована. Энгельс же решил прийти к такому решению по причине сильной усталости, охватившей его от затянувшегося противостояния.

Энгельс – Это учебное занятие, так что думаю пора расходиться. – держа шею друг друга и замахиваясь оружием поступило предложение о перемирии.

Хантер – Согласен. – одновременно отпустили глотки. – Было весело.

Энгельс – Как Доспех я не должен приветствовать насилие. Но как тот, кто давно не бился в полную силу. Да. Было весело. Но в тот раз всё равно была случайность.

Хантер – Главное, что сейчас ты сдался.

Энгельс – Мы договорились на ничью. Разве нет?

Хантер – Но ты же её предложил. Разве нет?

Энгельс и Хантер – Ха-ха-ха-ха. – искренний задорный смех наполнял собой изрубленную в клочья комнату.

Энгельс – Будем считать ты победил, но только на половину.

Хантер – Пойдёт. Если не против я хочу прилечь.

Энгельс – Согласен. Отдых сейчас нужен. Мы тут боремся где-то часа два. Завтра на этом же месте. Не опаздывай. Покажешь, что ещё умеешь и будем оттачивать имеющееся.

Глава 4

24 дня спустя. Тренировочный зал.

Поняв, что полный ремонт тренировочного зала после каждого нашего спарринга занимает слишком много времени, Энгельс запросил у Совета голографический военный симулятор, используемый при обучении новобранцев. Вся установка представляла из себя небольшой кейс в котором лежали: уже знакомый голографический носитель и прилагающиеся к нему четыре проектора в виде металлических шаров, располагая которые по разным углам комнаты воссоздается объёмная проекция боя.

Энгельс – В голову бей, разрубай тело, он защитился, тогда шаг назад, дай противнику возможность приблизится, ещё шаг назад, заманивай его… – сидя в углу комнаты мастер, наставлял своего падавана.

Хантер – Сам знаю…заставь врага думать, что он в доминирующим положении и когда он войдёт в кураж - начнет делать ошибки. Позволь ему ударить себя в нужную тебе часть доспеха, (самая защищенная зона - спина) схвати за руку, обезоружь и воспользовавшись накопленной энергией добей (отсекающий голову удар).

Энгельс – Молодцом. Пятнадцатый бой и пятнадцатая победа. – отключив пультом проекции, начал собирать шарообразные проекторы. – Хотя этот спарринг затянулся. Прошлый раз был более эффектным: Сначала изматывающая врага безостановочная атака, последовавший за этим неожиданный оглушающий кулак и добивание в виде брошенной заряженной энергией секиры. Вот это действительно твой стиль.

Хантер – Ага, – Хантера схватила лёгкая отдышка после череды постоянно набрасывающихся волн враждебных проекций – но постоянная атака изматывает не только противника, но и меня, а также из-за этого я часто открываюсь под ответный удар. Сам ведь говорил.

Энгельс – Просто проверял внимательно ли слушаешь наставления.

Оповестительная система зала – Доспех Энгельс Примторем, просим вас пройти к пункту связи. - Срочное сообщение от командного центра.

Энгельс – На сегодня закончим, можешь отдыхать. – стремительно направился к обозначенному месту.

Последовав совету наставника Хантер решил немного полежать, дабы успокоить загудевшие от столь многих телодвижений суставы.

«Не думал, что здесь имеется связь с внешним миром, учитывая то на какой глубине мы находимся. Интересно: А под каким предлогом Энгельса отпустили на свидание с Миякучи? Неужели он наплёл историю про генерала или…» – Мысль прервалась к тому моменту как в шаге от своей комнаты он услышал слабые намёки на многочисленный топот и творящуюся вдалеке суету.

Звук становился сильнее, приближаясь к источнику беспокойства находящегося за бункерной дверью, отделявшей зону Доспехов от солдатских казарм. Приложив отпечаток ладони к индикатору, заслон открылся. Солдаты второпях одевали боевое снаряжение и активировали дроидов. А уже готовые бойцы и дроиды незамедлительно направлялись на взлётную площадку и загружались в боевые крейсеры. Судя по всему, случилось что-то серьёзное.

В непроглядной массе мелькнула фигура Энгельса, держащего свой путь прямиком к лифту.

Хантер – Энгельс, Энгельс! – пробираясь через толпы людей и машин, приблизился к учителю. – Что сказало командование?! – перекричать всю возникшую суматоху было тяжело.

Энгельс – Тебе это знать не надо иди отдыхай! – отозвав меня обратно, отправился к лифту.

Хантер – Почему все вооружаются?! Ответь! – отдернув за плечо, остановил спешно уходящего напарника.

Энгельс – На соседнюю планету упал подбитый корабль пиратов, он пытался улететь на сверхскорости во время боя. Пираты украли протонные пушки с одной нашей базы, и мы как самые близкие к месту крушения должны задержать их!

Хантер – Я с тобой!

Энгельс – Нет, это не обсуждается!

Хантер – Если есть возможность избежать лишних жертв среди солдат, то я готов! Или ты сомневаешься во мне?!

Энгельс – В тебе я не сомневаюсь, но…

Хантер – Мой доспех прочнее чем у других! – вцепился в руку попытавшегося уйти Энгельса. – Ты сам это говорил! Да и какой я буду Доспех если буду отсиживаться на базе, в то время как другие погибают?!

Энгельс – Тебя не переубедить? – он не желал сейчас испытывать своего ученика в реальном бою. Но его упорство не давали иного выбора. К тому же как бы Энгельс этого не хотел, но Хантера нужно испытать. И лучше пусть для первого столкновения это будут обычные пираты, нежели не познавшего пороха Доспеха занесёт сразу к Нефилимам.

Хантер – Не переубедить!

Взяв из оружейной легкий пластинчатый защитный чёрно-серебристый боекомплект, сели в ожидавший нас челнок.

***

Пролетая рядом с место крушения, оказалось бой уже идёт. Местная регулярная армия, как и мы получила сообщение о перехвате и уже вела ответный огонь по оборонявшимся пиратам, засевшим в своём сильно побитом при падении корабле.

Пиратское судно было построено по всем канонам их образа: кости и черепа по тёмно-смолистым бортам неимоверно длинного корабля; множество (оторвавшихся на данный момент) двигателей и стабилизаторов полёта, когда-то источавших едкий черный дым, служивший маскировкой и средством устрашения; и огромный золотой скелет русалки с вытянутым вперёд гигантским, как и его обладательница, копьём во весь нос судна, которое помимо декоративного значения имела и практическое применение в виде тарана.

Наш крейсер сел на безопасное расстояние от происходивших событий, высадив прибывшее подкрепление.

Энгельс – стоя у опущенного трапа судна – Хантер, слушай внимательно: Наша задача пробиться внутрь и захватить капитана этого судна, выведя его к местным военным службам. Позади нас пойдут легионеры и займутся успевшими выбраться наружу пиратами, потому не удивляйся если в спину прилетит пара пуль, но старайся избегать ракет и прочих снарядов. Некоторые из них могут нанести неслабый и опасный для тебя урон. - Ты и доспех ещё не полностью синхронизировались так что сильно не выпендривайся и будь внимателен.

Хантер – Я думал нас может убить только другой Доспех.

Энгельс сделал первый шаг в сторону пиратского корабля и Хантер машинально последовал за ним.

Энгельс – Доспех не настолько неуязвим как оно кажется. Он прочнее многих металлов известных нам, но есть сплавы способные при должном оборудовании разрушить целостность доспеха. Я конечно сомневаюсь о наличии у них подобных снарядов и оружия, но повторюсь: «Будь Вни-ма-те-лен». – последнее слово протянулось по слогам, заставляя верить в его значимость. – Ясно?

Хантер – Так точно.

Энгельс – Одевай доспех, мы на подходе к месту контакта.

Желание получить пулю или осколок полностью отсутствовало, потому ученик не стал спорить и повторил за наставником.

***

Энергетические щиты, окружавшие поле битвы плотным куполом, сдерживали огонь противника, не прекращавшегося ни на секунду. За одним из них стоял следивший за ходом операции офицер, отличавшийся от других: наличием на груди вышивкой с соответствующим званием, меньшим количеством броне-накладок и более официальным внешним очерком защитного костюма, отражавшегося в офицерской фуражке и имеющегося только у него ряда наград на груди.

Энгельс – Офицер Траум.

Офицер Траум – Траум Венгела, если быть точным. – молодой ещё «зелёный» офицер, только недавно окончивший академию. Это задание было для него первым, что стало причиной скрываемого волнения. – А вы Доспех Энгельс Примторем? – он понимал глупость своего вопроса к стоящему перед ним Доспеху в полной трансформации, но с протоколом не поспоришь.

Энгельс – Да.

Офицер Траум Венгела – В таком случае позвольте убедиться в этом. – достал из-за пазухи заранее подготовленный прибор и навёл на нас обоих. Спустя пару секунд сканирования устройство показало одобрительный результат, подтверждающий личность Доспехов. Офицер в свою очередь кивнул головой в след поступившего от прибора решения. – Пройдёмте за мной.

На пути следования открывалась картина безостановочно стреляющих плазмомётов, к которым постоянно подносились боезапасы в виде лент из плазма-патронов, испускающих при выстреле из дула фиолетовое пламеня и синеватый дым, остающийся после. Этот дым словно лёгкий туман частично покрывал площадь в радиусе сражения.

Если судить по глухому звуку за щитами, то казалось, что пираты стреляли из мелкокалиберного оружия, сопровождавшегося время от времени гремевшими взрывами от сбиваемых в воздухе ракет, шум от которых было уже не так легко скрыть. Выстрелы бойцов с нашей стороны ничем не глушились и в сравнении с вражескими ощущались и слышались более увесистыми, яркими и угрожающими. Подобные хитрости эмитировались исключительно для поднятия боевого духа, создаваемого для обманчивого ощущения превосходства над противником.

Пройдя несколько сотен метров, мы прибыли к блокпосту, состоящему из двух дроидов держащих щиты, которые готовые деактивировать их по приказу офицера, чтобы пустить Доспехов за черту, отделяющую войска Империи и пиратское отродье.

Офицер Траум Венгела – Вот самое наилучшее место для диверсии. Здесь минимальное количество обломков и самый короткий путь к шлюзу. На этом мои полномочия заканчиваются, дальше ваша работа. – отойдя от места где откроется пространство для маневра, отдал приказ дроидам. – Дроид L-120, дроид Zi-74…

Энгельс – Готов?

Хантер – Готов.

Офицер Траум Венгела –… опустить щиты.

Защитный энерго-поток исчез, и мы двинулись вперёд.

Пара десятков метров отделяла от пройденного заграждения и это расстояние стремительно увеличивалось с каждым шагом, так же соразмерно повышая плотность огня, направленного в нас.

Пули, ракеты, крупнокалиберные снаряды и осколки от них - все это обращено против Доспехов, прорывающихся к шлюзу. Но любые попытки остановить их наносили лишь незначительные повреждения, пробуждающие в берсерках только ещё больший азарт к сражению.

Энгельс – Хантер, как думаешь твоей накопленной энергии хватит, чтобы пробить шлюз? – система связи (встроенная в броне-костюм надетый на базе) позволяла напарникам спокойно и отчётливо вести диалог, даже несмотря на бушующие вокруг звуки войны.

Хантер – Если судить по ощущениям, думаю хватит.

Энгельс – Тогда ты иди вперед, а я за тобой.

Пять метров…три метра…два метра…до шлюза оставалось всего ничего…один метр…энергия растекалась по всему телу, стремясь вырваться в наружу…УДАР!!

Не выдержав столкновения с плечом дверь вылетела с петель словно те пули что свистели над головами. За ней нас ожидал взвод вооруженных неприятелей, троих из которых отправила в нокаут выбитый шлюз. На долю секунды стрельба прекратилась, давая пиратам время на прицеливание и понимание произошедшего. После первого залпа последовала ответная реакция и на нас вновь полился поток патронов. Энгельс подоспел в тот же момент и ударив о пол алебардой заглушил орудия противника покрывая высвобожденной энергией небольшую площадь сражения.

Энгельс – Выруби их, но не убивай.

Хантер – Ясно, значит работаем только руками. – отозвал секиру.

На каждого из обстреливающих хватало по одному удару, что в принципе было не удивительно, ведь во время тренировок мы спокойно кромсали сверхпрочный металл, так что сейчас приходилось сильно сдерживать свои порывы. Разобравшись с одними дальше ждали следующие, а там другие, другие и другие. Комната за комнатой, коридор за коридором мы «пробивались» к капитанскому мостику.

***

На нашем пути встала герметичная броне-дверь, пробить которую одними только кулаками не представлялось возможным.

Энгельс – У тебя энергия осталась?

Хантер – Немного.

Энгельс – По всем правилам за нею рулевая рубка, а там наверняка засел капитан. Доставай секиру, вскроем её.

15 минут спустя.

Хантер – Капитан сидит в своей «неприступной комнате», пока его команда сражается и погибает за него. Тебе не кажется, что всё должно быть, как раз-таки наоборот? – разрубая многометровую дверь, расспрашивал своего наставника, мирно стоящего позади. – Как-то это попахивает трусостью.

Энгельс – Это как взглянуть: может они настолько доверяют друг другу, что готовы вверить свою жизнь капитану, а он это ценит и не рискует за зря.

Хантер – Я это к тому что может ты мне поможешь?!

Энгельс – С удовольствием, но как видишь коридор для двоих узковат. – даже сквозь его шлем и доспех чувствовалась насмешка.

Хантер – Энгельс, ты мне, не побоюсь этого слова, друг…

Энгельс – …и учитель… – продолжил он.

Хантер – … но я тебя когда-нибудь прикончу.

Сделав последний замах, дверь сдала позиции. Оставалось лишь только отогнуть её остатки и тогда путь во внутрь будет абсолютно чист.

Но стоило только первому силуэту показаться в образовавшейся щели, как в его голову прилетел снаряд, отбросивший Хантера и стоящего за ним Энгельса обратно в коридор.

Не дожидаясь второго выстрела Энгельс тут же сорвался с места наперехват двуручного орудия отправившего его напарника в бессознательное состояние. Из капитанской рубки раздался ещё один выстрел. Не достигнув тела Доспеха тот попал в стену, ставший роковым промахом для пиратов.

Единственный оставшийся в сознании Доспех зачищал помещение от перепрограммированных дроидов, служивших когда-то для увеселения толпы на ринге, но теперь ставшими прислужниками пиратов.

Дроидов было слишком много и в какой-то момент на него навалилась толпа жестянок, задачей которых сейчас стало повалить и обездвижить нападавшего, что в свою очередь у них начало получаться, прилипая к Энгельсу словно жвачка. В этот момент капитан стоя за его спиной зарядила патрон и навилась в сопротивляющееся тело Доспеха, готовясь к выстрелу. Мини реактор раскручивая сферу, сталкивал протоны, которые являлись догорающим «фитилём» орудия…ВЫСТРЕЛ.

Комнату наполнила ослепляющая вспышка, от орудия заставившая капитана закрыть свои глаза, открыв которые она ожидала увидеть мертвого Доспеха, лежащего в её ногах. Но открыв их, увидела лишь свой промах и ствол уведённый в сторону рукой второго Доспеха, отправленного ранее в отключку.

Капитан Пиратов Элиза – ПОЛУЧАЙ!!! – выкрикнула, бросив основное оружие и в последствии выпуская обойму из семи зарядного пистолета в неспешно надвигающегося на неё Доспеха, что по мере сближения накрывал её тело своей огромной тенью. Обойма быстро опустела, и та поняла безрезультатность своих попыток, но всё же продолжала отстаивать себя до конца, выхватив из сапога нож.

Капитан пиратов уже намерилась ударить в шею нависшего над ней исполина, но её стремительно летящую руку остановил подоспевший Энгельс и тут же оглушил при помощи очередного трюка - дотронувшись до лба капитана, пропустил сквозь тело энергию, мгновенно отключившую её.

Энгельс – Ты как? – спросил, смотря на шлем Мясника по краю которого прошёл патрон, чуть не задевший череп.

Хантер – В норме, только голова слегка кружится.

Энгельс – Это ничего… – перевёл взгляд с напарника на бессознательно валяющееся тело капитана. – Отведём её к офицеру. Там пусть дальше сам разбирается.

К тому моменту как было законченно с нашей основной целью большая часть пиратов снаружи уже были задержаны, хоть некоторые по-прежнему оказывали сопротивление. А после передачи капитана в руки офицера и демонстрации заложницы - оставшиеся также сложили оружие.

После передачи главенствующего пирата мы направились обратно на борт корабля для дальнейшего возвращения на базу, но остановившись на пороге трапа Энгельс решил на всякий случай отвести меня к врачу, который был любезно предоставлен офицером. Как оказалось, в ходе полевого осмотра на краю трапа, снаряд всё-таки немного задел голову, оставив напоминание в виде царапины.

Военврач – Ничего жить будет. – отбивающийся позади марш входящих на борт корабля солдат заставлял его руки потряхиваться. – Смажем заживляющим раствором и завтра будет как новенький. – Энгельс остановил врача, готовившегося достать лекарство из подсумка.

Энгельс – Не стоит, просто прочистите рану.

Хантер – И зачем тогда вообще вся эта процедура?

Энгельс – Хотел убедиться, что ничего не угрожает твоей жизни. Как ни как я несу за тебя ответственность.

Врач достал маленький металлический тюбик и приступил обрабатывать порез, от чего возникало лёгкое пощипывание.

«Странный ты Энгельс. Тебя беспокоит моё здоровье, но при этом ты не даёшь врачу облегчить процесс заживления. И чего ты этим добиваешься? Хочешь закалить меня, приучая с малого к тому что на некоторые раны не стоит даже тратить время? Или же вовсе не придавать значения любым увечьям? Так сказать идти до конца вне зависимости обстоятельств. Не знаю рабочая ли эта методика, но оно сейчас и не важно. На данный момент есть куда более интересующий вопрос».

Хантер – Оружие которым нас пытались убить невероятно мощное. Оно прошило мой доспех насквозь словно раскаленный нож по маслу. Как?

Энгельс – Это одно из тех орудий о которых я говорил. – встав в свой полный рост, осмотрел затихшее поле битвы, на котором до сих пор стояла пелена от закончившейся стрельбы. – По всей видимости именно об этих «протонных орудиях» сообщало командование. Их не так просто достать. Есть всего два варианта как ими можно завладеть: либо выкрасть у военных, либо купить самопал на чёрном рынке, который может убить помимо Доспеха ещё и самого выстрелившего: состав в самопальных образцах слишком специфический. В официальных орудиях используется компонент схожий с топливом для гипер-прыжка, а вот подпольные мастера суют туда плазму высокой концентрации из-за неимения формулы этого топлива, которая держится под особым секретом.

Хантер – Дай угадаю: Оно предназначается только для усмирения Доспехов?

Энгельс – Совет заявляет, что нет. Но все мы прекрасно понимаем его истинное назначение - как ты и сказал «для усмирения Доспехов». Нас считают оружием массового поражения и это утверждение имеет обоснования - бывали прецеденты, когда союзники оказывались врагами. Взять к примеру, один из самых страшных случаев в истории Империи - Доспех под именем Магниум, защитник столицы Империи города Эфес служил долгие годы верой и правдой. Но после буквально одной миссии за «Пределом Мироздания»…Ты ведь помнишь что это?

Хантер – «Предел Мироздания» - Часть космоса которой правят Доспехи предавшие нашу миссию - защищать мир. Те, кого прозвали «Нефилимы». Мы бьёмся за это место уже четыре сотни лет, так и не освободив ни километра пространства.

Энгельс – Молодец, так вот…после миссии за «Пределом Мироздания» он начал странно вести себя: беспочвенная агрессия, насилие над подчиненными и так далее. В один из дней в порыве гнева он даже убил собственную семью, что послужило его окончательному изменению. На следующее утро столица была залита кровью её жителей. Ни один из Доспехов не мог прибыть на помощь, вследствие бушевавшей тогда войны и в тот момент Совету пришлось выкручиваться самим. Этот случай отчётливо показал, что нужно иметь запасной вариант на такой случай и в скором времени было разработано оружие «Грам» - название оно получило в честь «Меча Грам». Исходя из дальнейших отчётов, Магниума убили, но только когда он уже успел перерезал два близлежащих города… Ходят разные версии того, почему так произошло: возможно элементарная старость, которая привела к психологическому заболеванию; может просто решил перейти на сторону врага, но с чего бы прослужив почти 80 лет он решил бы это сделать, хотя…; есть так же псевдо-теория, которую многие отрицают, о том, что существует Нефилим способный «манипулировать» другими и Магниум попал под его влияния после стычки с ним. Хотя эта теория просто догадка. Мы никогда не встречали подобных способностей. Вот как-то так. – повернулся к зависшему над головой Хантера врачу. – Ну что доктор вы закончили?

Военврач – Да, последний штрих. Всё, свободен.

Глава 5

Две недели спустя. 00:32 по местному времени.

Проснувшийся посреди ночи Энгельс пытался как можно более незаметно покинуть базу, стараясь не попасться никому на глаза. Но проходя мимо тренировочного зала его внимание привлёк звук глухих тяжёлых ударов и наставническая обеспокоенность взяла верх.

Энгельс – Почему не спишь? – поинтересовался о позднем нахождении ученика в зале, в котором когда-то практиковал Ленг. – Время позднее и отбой уже давно был, а ты всё грушу колотишь.

Хантер – Не спится, пытаюсь сбросить лишнюю бодрость. – ответил чуть запыхавшимся голосом. – Отбой кстати был не только для меня. Чего это по ночам бродишь?

Энгельс – Есть предложение, хочешь пройтись в город? – заинтересовал, пытаясь увильнуть от ответа на заданный вопрос.

Хантер – Я не против. – желание пройтись вне бункера было огромное, ибо теснота серых стен давила на него.

Энгельс – Тогда помойся и оденься поприличней, жду тебя возле лифта.

Приведя себя в должный вид и выбрав из своего «разнообразного» гардероба в чем сегодня выйти, Хантер отправился к ждавшему его Энгельсу.

Энгельс – Хантер ты понимаешь, что кроме нас троих эту информацию никто знать не должен. – заходя в лифт предупредил меня о секретности вылазки.

Хантер – Троих?

Энгельс – Я договорился с тем, кто отвечает за наши выходы наружу. Теперь он оформляет всё это по документам как разведывательную операцию.

Хантер – За просто так?

Энгельс – Конечно нет. Покидать базу он может только посменно, а смена у него длится по полгода. Потому помощь оказывается за доставку некоторых предметов. – двери лифта закрылись и платформа начала свой путь на поверхность.

Хантер – И что же это? Выпивка, фаст-фуд или запрещёнка.

Энгельс – Ты слишком плохо думаешь о нём. Классическая музыка вот в чем его желания. На глубине пары десятков километров под металлической крышкой связь с миром минимальна и послушать что-либо через интернет при этих условиях та ещё пытка. Так что приходится выкручиваться как можешь, закрывая глаза на некоторое наше отсутствие. – лифт всё продолжал подниматься, приближаясь к самому верху.

Двери лифта открылись и снаружи уже стояли два подготовленных заранее белоснежных мотоцикла.

Хантер – Ты знал, что я соглашусь?

Энгельс – Нет конечно. По документам разведывательные операции проводятся нами вдвоём с целью твоего обучения. Потому и мотоцикла всегда подготавливают из расчёта на двоих. – усевшись за руль, Энгельса посетил закономерный вопрос. – Ты знаешь, как им управлять?

Хантер – Да. – завел железного коня, не отставая от своего наставника. – А если бы я не знал, что тогда?

Энгельс – Тогда тебе пришлось бы очень быстро бежать.

Хантер – Хах, даже в таком случае я был бы быстрее. – произнес, подталкивая к спору.

Энгельс – Опять нарываешься. Ладно…Пересекший последним черту города угощает, приехавшего первым. Едем строго на юго-запад до знака. – вытянул влево соответствующую руку, показывая направление движения. – Согласен?

Хантер – У меня нет денег. Давай просто на интерес.

Энгельс – На интерес я не согласен, к тому же у тебя есть деньги. Вот, держи. – достал из внутреннего кармана давно валяющийся у него браслет и отдал его ученику.

Хантер – И что это? – «Единственное чем расплачивались на Земле были кредиты на голографических картах оплаты, а такое видел впервые. Ну разве что подобные встречались на тех, кто живет в центре города». – Хантер надел браслет и тот мгновенно затянулся на его запястье подстроившись под владельца.

Энгельс – Цифровой браслет, на нём хранится вся информация о тебе, включая твои счета в банках. Плюс ко всему он привязан исключительно к тебе, так что если кто-то снимет его, то всё равно не сможет воспользоваться, но даже при этом не стоит давать браслет незнакомцам или подозрительным личностям, а то всякое бывает. В последнее время случаи взлома сильно участились.

Проведя пальцем по поверхности браслета на руке появилась проекция с основной информацией о носителе, в углу которой не навязчиво красовалась сумма в 250 000 кредитов.

Хантер – И откуда у меня деньги?

Энгельс – Ну как же, ты участвовал в миссии по задержанию пиратского судна и находящихся там опасных личностей, на счету которых как минимум грабежи и разбои.

Хантер – Ясно. Хватит болтать, поехали.

Поравнявшись на одной линии начали отсчет. – Один. Два. Три! – Рыча моторами байки стартовали вперёд, оставляя позади себя шлейф от разрывающих высохшую землю из-под шин.

Мотоциклы совершенно одинаковы, так что сейчас ни у кого из них нет не единого преимущества перед другим. Только опыт стал важнейшей характеристикой, определяющей победу. Рёв движков, движение нос в нос, космос над головами и мелькавшие пейзажи былой войны. Уничтоженная техника, пустынная земля без каких-либо намёков на дорогу - таким стал вид планеты разоренной входе битв за территории между Нефилимами и Доспехами.

За спины улетали долгие километры неотрывного движения ноздря в ноздрю и перескакивания из одного кратера в другой. Непроглядные холмы казались бесконечными. Но вот, вдалеке начал виднеться знак обозначающий условную линию финиша. В тот момент Хантер пытался выжать все что можно из своего движка, но проблема в том, что его мотоцикл и мотоцикл Энгельса были совершенно идентичны, а это значит, что и разогнаться быстрее чем соперник он не в силах.

Хантер – Давай, давай, быстрее. – в голове суматошно бегали мысли о том, как заставить мотор выдать больше чем он может. – «Точно! Перенаправим топливо в реверсную ячейку напрямую». – пара нажатий на экран блокировки руля и руки уже открывали крышку двигателя. – «Так, эту трубку перекрою, а тебя усилим, а тебя… а что это…хмм, допустим ты подаешь охлаждение. Наверное. Ладно ты пока что не работай. Как же я ненавижу и обожаю новые двигателя - их можно перебирать буквально голыми руками. Иии ГАЗУ!!»

В паре километров, отделявших от финиша, мотоцикл приобрел новые силы, опережая Энгельса на полкорпуса, что и стало гарантом победы.

Доехав до местной парковки, мы остановились и продолжили дальнейший путь своими ногами.

Хантер – Ну так что? С тебя выпивка.

Энгельс – Это было нечестно.

Хантер – О честности речи не было. Победа есть победа.

Энгельс – Победитель... – прошептал с недовольной издёвкой. – Пойдем, угощаю, но для начала кое-что покажу. За мной.

Наслаждаясь местным мироустройством, мы проходили по улицам города возведенного из маленьких космолётов схожих с межзвёздными домами на колёсах, переоборудованными под бары, мелкие забегаловки и тому подобным что было построено кочевыми торговцами. Гуляя по местным улочкам ноги сами по себе теряли спешку и переключались на неторопливый размеренный шаг, который давал в полной мере пропитаться уютом, тёплой атмосферой и искренними улыбками живущих тут поселенцев что наслаждались каждой минутой своей переменчивой жизни. Смотря на всё это голову посещали удивлённые мысли от того «как они смогли воссоздать настолько домашний настрой?», даже несмотря на окружавшие их суровые окрестности. От одного космолёта к другому тянулись пестрящие гирлянды, наполняющие даже самые темные уголки своим теплым светом. Запах домашней еды доносящийся из каждого космо-трейлера, наполнял тело спокойствием, а задорный смех раздающийся из заведений, опустошал разум от житейских проблем.

Хантер – Тут очень…

Энгельс – Красиво. Да…

Хантер – Даже не верится, что им разрешили поселиться на этой планете.

Энгельс – Правильно делаешь, что не веришь. Они здесь нелегально. Обычно как у них это происходит: прилетают на слабозаселенные планеты и живут там до тех пор, пока их не прогонят или пока на планете не остаётся того чем можно поживиться.

Хантер – Судя по всему, они большие любители кровосмешений – дал заключение, засмотревшись на зелено-кожую Протерианку и четырёхрукого Фиксмера, держащего одной парой своих ладоней плод их необычной любви, а другой приобнимая возлюбенную.

Энгельс – В этом ты прав, потому не советую сильно налегать на спиртное. А то, кто знает куда тебя занесёт? Поверь моему честному слову.

Хантер – Спасибо, учту.

Преодолев спальный район небольшого городишки, мы добрались до его центра где расположились импровизированный клуб и бар, стоя между которыми Энгельс выжидал какого-то момента.

Энгельс – Вот что я хотел показать. – произнес шёпотом находящемуся перед ним напарником, чуть выглядывая из-за его плеча.

Хантер – Если тебе интересно моё мнения, то я выбираю бар. Мне танцы не очень по душе. – сделав пару шагов в сторону выбранного заведения, рука Энгельса уперлась мне в сплетение.

Энгельс – Я не об этом. Обернись.

В подворотне клуба стояла неприметная парочка, которая просто…

Парень – Ну давай чего ты ломаешься.

Девушка – Отойди от меня! Отстань! – повышенным тоном заявляла о незаинтересованности.

Парень – Да ладно, тебе будет хорошо. Соглашайся. – настаивал, продолжая лапать и наглаживая её.

Девушка – Я СКАЗАЛА НЕТ!

Было уже сорвавшись на помощь жертве домогательства, Энгельс вновь остановил мой порыв.

Хантер – Надо помочь! – возмущенный бездействием учителя, пытался сделать хоть шаг, но он так же продолжал останавливать. – Если сам стоишь, то не мешай мне!

Энгельс – Посмотри. – сделав кивок, увёл голову Хантера в сторону той парочки.

Парень – Крошка, почему ты так жестока со мной. Как же вчерашний вечер и всё что было тогда сказано. Да и к тому же… – дальнейшее было сказано исключительно её, на ушко.

Девушка – Ладно, давай, но только в последний раз! – настроение резко сменилось на кокетливое. Уводя спутника за его когтистую руку, скрылась в темноте переулков.

Хантер – Не понял. А что сейчас произошло?

Энгельс – Это называется «не надо лезть раньше времени». Эти любовники уже неделю так заигрывают. Также эта сцена является наглядным примером твоего через-мерного желания защитить всё и всех, даже если того не требуется.

Хантер – А вдруг это действительно был бы насильник?

Энгельс – Но он же не был. У многих из новоприбывших к нам слишком сильно развито чувство долга из-за сказок о «Великих Доспехах», стоящих на страже всего во вселенной и спасающих словно принцы красивых дам. Пойми не надо вмешиваться в те ситуации, прямого проявления которых ты не видишь, а лишь только догадываешься о вероятности их совершения.

Хантер – Ты это к чему?

Энгельс – К тому, что многие дипломаты и Доспехи развязывали воины только из-за того, что они желали предотвратить ещё не существовавший конфликт. В попытках сделать лучше они лишь усложняли положение. Борись только с прямым проявлением несправедливости и так называемого зла, а всё что тебе кажется таковым отметай в сторону до момента, пока не найдешь доказательств.

Хантер – То есть заглушить в себе внутреннего борца за справедливость.

Энгельс – Не заглушить, скорее просто упокоить его.

Хантер – Ясно. – внутренняя противоречивость бушевала в его душе, но лёгкое похлопывание по плечу необъяснимым образом возвратило в изначальное русло. – Если ты думаешь, что после этой лекции я забыл про выпивку, то ты сильно ошибаешься. – на лица вновь нахлынуло прежнее веселье и мы отправились в Бар «Валерьяновый Кот».

Усевшись за барную стойку заведения отделанного в стиле ковбойских питейных, начали говорить о обо всём, волновавшим наши головы.

Энгельс – Слушай, по поводу той пары: если бы я не знал об их романе, то сделал бы также как ты. Не подумай, будто я моральный урод, который не в силах защитить тех, кто в том нуждается, просто в некоторых случаях лучше не торопиться с выводами.

Хантер – Да, понял…проехали. Мне больше интересно другое: Как вы познакомились с Сенсей Миякучи?

Энгельс – История довольно банальная. – яркое начало плавно перешло в стадию неприятных воспоминаний. – Лет пять назад меня отправили на задание по защите и эвакуации одного поселения. Из их лабораторий сбежали образцы мутантных животных, выведенные в военных целях. Сильные твари, способные ранить Доспеха. Первые несколько недель получалось отбивать нападения, но потом они кажется стали обучаться - начали нападать группами с разных сторон. С каждым днём становилось сложнее, и каждый раз они придумывали новые способы борьбы и при чём довольно успешные. Я терял как минимум по десять поселенцев за сутки, продолжая продвигаться к месту эвакуации. В общем одна из тварей все-таки задела меня и понадобилась помощь врача, которым стала Мисс Миякучи, – рассказ разбавлялся тёплыми тонами при каждом упоминании её имени – тогда она была интерном, после этого случая она конечно сменила профессию. Так вот, она лечила, лечила и лечила израненное тело солдата, ставшего её постоянным посетителем. И за это время я понял, что обо мне ещё никто так не заботился. Я увидел в Миякучи нечто большее чем доктора, я увидел в ней новый стимул к борьбе. Вот так мы познакомились. – голос безуспешно пытался вернуться к веселью, но воспоминания прошлого перекрывали реальность.

Хантер – Что было дальше? – проникшись историей продолжал расспрашивать.

Энгельс – Миякучи взяла меня с собой в её первую экспедицию на планету…

Хантер – Я про поселенцев.

Энгельс – Там все окончилось печально. Добравшаяся группа в 50 поселенцев из 1500, была крайне измучена и запугана. Посадочной площадке остался один единственный летательный аппарат рассчитанный на экипаж из двадцати единиц, но мы как-то смогли залезть во внутрь. Миякучи села со мной в кабину пилота. Мы только начали взлетать. И из леса появились мутанты. Словно рой диких ос они облепили нас на трехметровой высоте. Скрежет металла, крики, мольбы. Добравшись до спасательной базы пилоты, окружавшие нас, были в шоке от того как мы смогли улететь. Половина корабля была разорвана в клочки. От всего корабля осталась рулевая кабина, бак с топливом и пара двигателей. А всё, что оставалось позади было полностью залито кровью тех тварей и поселенцев. По итогу я улетел на планету с целью спасти тысячи, а вернул только её…

Хантер – Может и тебе пройти этот ритуал?

Энгельс – Нет. Если я уйду в подсознание, то больше не вернусь. Это ведь не единственное воспоминание, их слишком много.

Хантер – Бармен, повтори. – ранее нами было заказано Бромигское пиво.

Энгельс – И бутылочку вон того. – добавил, указав на бутылку с ярко-красным напитком, который судя по перешёптываниям других посетителей употребляют исключительно смельчаки.

Полтора часа спустя.

Бутылка опустела. Беседа вернулась к приятным воспоминаниям.

Энгельс – …после этого мы забрались на крышу из скользкой после дождя черепицы, открыли вино и тогда я настоятельно решил, что сделаю всё для её счастья.

Хантер – Вино, античный город, праздник, салюты. Романтично.

Энгельс – С этим не поспоришь.

Хантер – Слушай, я с тобой на пару выпил бутылку крепчайшего самогона и с десяток кружек пива, и мы до сих пор трезвые.

Энгельс – Ускоренный метаболизм. Доспех борется почти любыми с токсинами. Сильные яды конечно могут ослабить, но убить… – делает очередной глоток пива. – …навряд ли.

Хантер – Значит никакого опьянения. Это одновременно весело и грустно.

Энгельс – Угу. – согласился, сделав три легких кивка головой.

Хантер – Слушай раз уж мы так хорошо сидим то может расскажешь: Зачем, когда мы брали капитана пиратов ты дал дроидам себя повалить? Ты ведь спокойно мог уничтожить их одним ударом. К чему был весь этот спектакль? – голос выдавал в нём лёгкое недовольство столь рисковой самодеятельностью.

Энгельс – Извини. Просто хотел тебя проверить. Неужели я настолько ужасно сыграл роль жертвы?

Хантер – Ну скажем так: Станиславский тебе бы не похлопал. Да и тут дело не столько в артистизме, сколько в том, как ты понял, что я успею спасти тебя?

Энгельс – Я чувствовал, твоё приближение и потому примерно понимал к какому моменту подоспеет помощь.

Хантер – Чувствовал?...

Энгельс – Ага. – послышалось из кружки с пивом. – После ритуала между нами осталась временная связь. Мне ведь пришлось использовать часть своей силы, чтобы активировать скрытые области твоего доспеха.

Хантер – Ясно. Кстати, на счёт доспеха: А что меня ждёт дальше, по окончанию обучения?

Энгельс – Ты думаешь конец уже не за горами?

Хантер – Я бьюсь с тобой почти на равных, знаю все законы и кодекс Доспехов, к тому же спас твою шкуру на корабле пиратов. Учитывая все сказанное. Да, я так думаю.

Энгельс – Во-первых, если буду в действительности сражаться на максимум своих возможностей, то у тебя не будет и шанса на победу. Что касаемо знаний кодекса, это конечно похвально, но против Нефилима не поможет. А за спасение, спасибо, тут ты действительно проявил себя, но как ты сказал ранее, я мог спокойно с этим справиться и сам. Но всё же сочтём это как плюс. И что получается в итоге? Два минуса против одного плюса.

Хантер – И сколько ещё мне придется быть в подмастерьях?

Энгельс – До момента обретения «истинной формы». – посмотрев в мою сторону он увидел в глазах собутыльника немой вопрос. – Сейчас твой доспех это, лишь набросок того каким он станет потом. Истинная форма - это полная синхронизация доспеха и владельца, при которой вы становитесь единым целым. Дальнейший облик доспеха будет немного иным, говоря фигурально «проявлением твоей внутренней сути» и ваша сила начнет раскрывать свой потенциал.

Хантер – И когда это случится?

Энгельс – Без понятия. Всё зависит только от тебя самого. А по поводу того, что же ждет после обучения, я не знаю. Эти вопросы решает Совет.

Хантер – Хорошо в таком случае может хотя бы ответишь: «Почему ты помог мне с ритуалом?» Судя по написанному в кодексе, вам разрешается оказывать подобную помощь исключительно доверенному кругу лиц.

Энгельс – Просто…я увидел в тебе, себя в прошлом. – покручивая остатки на дне бокала, отвечал он. – Только тогда мне никто не помогал: в ускоренном темпе обучили тому что вроде как должно знать и уметь Доспеху, и бросили в самое пекло. По этой причине пришлось много раз оступаться и больно падать. Хоть ты и не догадываешься, но мы похожи. И я не хочу, чтобы ты так же как твой учитель мучился в долгом сожалении о содеянном. – спустя минуту молчания, допивая до дна оставшееся пиво, встал, хлопнув ученика по плечу. – Хантер, мне нужно идти, завтра к утру вернусь на базу. – отпустив плечо направился к выходу, возле которого уже ждала Миякучи, одетая в скромное летнее платье.

Хантер – «Ловелас». – произнеслось в голове. – Ладно время позднее, – уточнил насколько позднее, взглянув на браслет «3:45» – пора закругляться.

Неделю спустя. 23:56. Казарма Хантера.

Плавая по спокойным морям царства Морфея в лодке которой стала моя кровать, я наслаждался умиротворённостью долгожданного отдыха после очередного изнурительного спарринга. Тишина и плавность мысли были прерваны РЕЗКИМ ЗАВЫВАЮЩИМ ЗВУКОМ, ЧТО УДАРИЛ ПО УШАМ, СЛОВНО НАКОВАЛЬНЯ ОБ ГОЛОВУ.

Хантер – Да что там опять?! – не довольный внезапным пробуждением голос вырывался из горла. – Сирена?

В следующие пару секунд Хантер мгновенно вскочил, одевшись настолько быстро что будь здесь горящая спичка, то она бы не успела прогореть и на половину. Юный Доспех покинул спальню в поисках Энгельса, но он нашёл меня первей, встретив у самых дверей комнаты.

Энгельс – За мной, живо! – резкое пробуждение так же плохо сказалось на нём.

Хантер – Что случилось?! – учитель вёл по коридорам в сторону бункерной двери, за которой лежал выход на поверхность.

Энгельс – Наши подбили вражеское судно. Оно приземлилось здесь.

Хантер – Значит, как в прошлый раз. Задержать капитанский состав.

Энгельс – Сейчас будем действовать по обстоятельствам. Мы не знаем чей этот корабль точно. Известно лишь только, то что они напали на солдат космического аванпоста при попытке досмотра.

Собрав экипировку и двинувшись в сторону посадки, вместе с нами отправили около сотни бойцов, окруживших территорию в радиусе пары сотен метров от приземлившегося судна.

Хантер – Как-то тихо. Я бы даже сказал «слишком». – уточнил стоя в ряду нацелившихся на судно бойцов.

Огромный корабль, словно мотыль с турбинами под крыльями, был полностью обесточен.

Энгельс – Знакомая ловушка. Будь начеку.

Переступив границу, отделявшую условно-безопасную область и окружённый корабль, Доспехи направились в зону контакта.

Подходя к отпущенному, как будто специально для нас грузовому трапу позади корабля, в голове пробегали мысли о том, «кто же находится внутри?», если он даже не пытается остановить врага, а наоборот приглашает в свои владения.

Хантер – Может поищем другой вход?

Энгельс – Другие входы в лучшем случае заблокированы или скорее всего заминированы.

Хантер – Это разве проблема?

Энгельс – Для нас? Нет. А вот для бойцов пришедших с нами и кочевых торговцев, которые не так далеко отсюда - да. Я не знаю насколько они сумасшедшие, но такие случаи в моей практике уже были, и я не хочу опять рисковать.

Хантер и Энгельс в одну ногу сделали шаг вперёд, вступив на трап судна. И стоило им это совершить как массивная входная дверь начала тягостно подниматься вверх.

Энгельс – Пойдём дальше и пути назад не будет.

Хантер – Как будто у нас есть выбор. К тому же отсиживаться в сторонке у меня нет желания.

Последняя пара шагов осталась позади одновременно вошедших Доспехов и как того следовало ожидать тяжёлые ставни вновь стали смыкаться. Не оглядываясь на происходящее за их спинами, они продолжили идти дальше по тёмным отсекам корабля, единственным освещением в которых были тусклые старомодные лампы, что словно факела помогали недалеко отбросить неизвестность пути.

Блуждая по клишировано худо-освещённым коридорам, от Энгельса исходило странное ощущение, в котором читалось предположение того где мы находимся, но надеясь на обратное тот не желал его высказывать.

Очередной вход открыл для долгожданных гостей новый отсек. Наставник в ту же секунду не задумываясь оттолкнул ученика к перегородке, разделяющей отсеки и следом разнеслись залпы орудий.

Роботы покрыли, непрошенных по их мнению, посетителей пулеметным огнем, но вытащенная Энгельсом из подсумка граната сместила чашу весов. Приблизившись к обломкам нападавшего, он увидел на разорванном корпусе, покрытым сажей от взрыва, аббревиатуру NPM.

Энгельс – Нефилимы. – надежда на ошибку улетучилась.

Хантер – Значит это корабль Нефилимов. Отлично, сегодня на одного урода станет меньше.

Энгельс – Главное, чтобы этим уродом не стал один из нас. – чешуйчатый доспех активировался.

Хантер – Нас двое, он один. – Мясник активировался.

Энгельс – Думаешь один?

Следующий самый просторный из всех увиденных здесь отсеков зазывающе открыл свои ставни, за которыми на первый взгляд не таилось никакой опасности, но стоило только войти во внутрь как с высокого потолка посыпались металлические убийцы.

Приходилось не слабо осторожничать, прорубая секирой и алебардой путь через сотни роботов, которые помимо того, что опаснее чем гуманоид, так ещё и частично оснащены опасным для доспеха оружием «Грам». Что сложно, когда твоё тело и разум полностью уходят в процесс боя.

Снеся с плеч голову последней железяке, перед нами встала та самая дверь, что была на вид прочнее всех прочих и которая исходя их примерного пройденного расстояния должна была быть центром управления корабля. А даже если и не центром, то как минимум пограничной комнатой к его достижению.

Энгельс – Капитанская рубка. – он был чётко уверен в своём утверждении.

Хантер – Ясно. – отодвинул напарника в сторону. – Опять будем вскрывать и опять мне прилетит пуля в голову. – но стоило только замахнутся секирой как дверь отодвинулась в сторону.

Энгельс – Нас ждали.

Хантер – Да, и этот факт очень напрягает.

Хантер вошёл первым под огромный пустующий купол. Где-то в глубине шестого чувства эта атмосфера напоминала ему очень хорошо запомнившееся место - Арена. Ощущение, подкрепившее себя, стоявшей посреди комнаты фигурой.

Хантер – Нефилим?

Энгельс – Нефилим.

В обеих его руках лежали парные клинки, изогнутые словно серпы с лезвиями, чьей длины бы хватило чтобы разделить руку от запястья до локтя одним взмахом. Облачённый в неимоверно-тонкий на вид доспех, что словно сделан не из металла, а из легчайшего фиолетового шёлка, отбрасывающего на свету стальной отблеск. Его шлем словно шутовское лицо, поделенное на злобно ухмыляющееся и грозно недовольную гримасу. А голова была окольцована клоунской шляпой со свисающими с неё игольчатыми моргенштернами вместо пушистых помпонов.

Шут – Энгельс. – произнес, протягивая слоги и чуть шипя на последней букве. – Не ожидал тебя здесь увидеть. – ноты безумия доносились из проклятых уст.

Энгельс – Предлагаю договориться: Ты сдаешься, и мы избегаем никому не нужного конфликта.

Шут – Скучно! – его взор пал на Хантера. – А это кто такой смелый, в чьей тени ты спрятался? Неужели тот молодой и не окрепший птенец, за которым меня послали? – указал серпом в сторону цели.

Хантер – Раз послали так давай попробуй убить! – сделал шаг к противнику и намеревался продолжить сближение если бы не подоспевший наставник.

Энгельс – Стоп! – вышел перед учеником, пытаясь остановить его порыв. – Хантер, не надо. Ты не знаешь во что влезаешь, лучше уходи.

Хантер – Уходи?! Ты серьезно?! Если его отправили, чтобы убить меня, то и решать это должен я! – внутри бушевала ярость, пропитанная гневом возникшая при виде Нефилима.

Энгельс – Ты …ты не готов…тебе надо… – искал оправдания тому почему же Хантер должен покинуть поле боя.

Шут – Ах, по всей видимости мальчонка не ведает в чём дело. Так может я расскажу! – злобный оскал шлема стал источать фиолетовое свечение.

Энгельс пару мгновений назад отговаривавший от битвы, после сказанного мгновенно сорвался и ринулся в схватку. Отражая и парируя размашистые удары, шут продолжал провоцировать оппонента.

Шут – Ну а что?! Хочешь оставить всё так как есть? Я та знаю кто ты?

Пропущенный удар алебардой в голову, заткнул болтуна. Но не остановил серий атак, что проводил безумный весельчак.

К бою подключился и Мясник. Отличный шанс убить одним замахом шута, что был сейчас занят Энгельсом и потому не видевший надвигающуюся со спины смертельную угрозу.

Атака. Из доспеха противника возникла, словно дым, его копия, принявшая скрещенными над головой серпами, лезвие секиры. Пара ответных ударов шута изменила ход сражения и теперь мы уже бились на равных - двое на двое.

Клон был гораздо быстрее тяжёлого Доспеха, потому все попытки ранить того секирой заканчивались уклоном под невероятным для человеческого тела углом и контратакующим порезом. И так повторялось раз за разом, вводя и без того взбешённого Мясника в состояние затуманенной агрессии.

«Нужно успокоится и выйти из куража сражения. Иначе если я продолжу в том же темпе, то он хоть и не быстро, но прикончит меня».

Первое что пришло на ум в подобной ситуации, так это принять сторону обороны на то время пока буду обдумывать дальнейший план противодействия.

«Он быстрый, легкий и прыгучий как Энгельс. Значит хватит одного удара. Пусть бьет. Заставлю его выдохнуться. И когда он достигнет достаточной кондиции, сделаю то чего явно не ожидает».

Принимая на себя один удар за другим, Хантер выжидал подходящего момента, лишь изредка отбивая выставленной перед собой секирой боковые замахи в голову и за одно с тем впитывая энергию. Энергию, которой в какой-то момент стало вполне достаточно для реализации смертельного финта и оставалось только подловить клона в нужную секунду, когда тот начнёт медлить. Эта секунда не заставила себя долго ждать, ибо клон неистово вкладывал все свои силы в попытке пробить Доспеха.

И вот настал миг, когда Хантер мог исполнить задуманное. Вся накопленная энергия перекачивала в ноги, благодаря чему во время очередного нападения он стремительно отскочил в бок уйдя от серпа, что пронёсся над его головой в паре сантиметров. И направив оставшуюся энергию через руки в секиру нанёс сокрушительный удар по черепушке, от которого Нефилим применив всю свою изворотливость всё же увернулся. Из-за чего лезвие секиры вонзилось не в клоунскую башку, а в металлический пол по которому в следствии выпущенной энергии прокатилась ударная волна.

Шут ловко приземлился на пол, но достигшая его волна заставила того упасть спиной о, как оказалось в миг соприкосновения лопатками, жёсткий пол. После чего вместе с равновесием он потерял и целостность своего сердца, в которое в ту же секунду прилетела брошенная Хантером секира.

Правда победа праздновалась недолго. Повернувшись в сторону настоящего шута, он тут же бросил в меня серп. Попытка отразить его оказалась критически провальной. Изогнутое лезвие просто на просто обогнуло выставленную секиру и серп вонзился как по маслу прямиком в череп Мясника.

Боль…Темнота…Вспышки воспоминаний…Она. – Ты должен защитить их. ТЫ ДОЛЖЕН СРАЗИТЬ ИХ! Не дай им умереть. УБЕЙ ЕГО! Ведь ты: Доспех. МЯСНИК! Защитник. УБИЙЦА! Великодушен. БЕЗЖАЛОСТЕН!

Хантер – Защитить невинных, сразив всех ублюдков! – гнев заполонил каждую часть тела, отбросив разум на второй план. Сейчас движущей силой стала ЯРОСТЬ.

В то время как контуженное тело Мясника валялось в прострации, доспех боролся за жизнь своего владельца до конца, и в итоге сумел излечить пробитый череп, выплюнув серп из раны.

Боль осталась, но встать теперь Мясник был в силах. Поднявшись на ноги и сжав в руках секиру, перенаправил в неё всю, переливающуюся алым гневом энергию и метнул её в стоявшего боком в десятке метров Нефилима.

Шут, думая, что его цель мертва не беспокоился о том, что противник более сможет встать. Это и стало роковой ошибкой. Заметив в последний момент опасность, он попытался уйти в сторону и поднял блок из серпов в надежде хоть как-то смягчить летящий в него снаряд.

Вспышка в момент соприкосновения была столь ярка что в тот момент ослепила всех находящихся в комнате. Энгельса и Нефилима отбросило вдаль друг от друга. После удара доспех шута стал уже не таким весёлым: Его оружие раскололось на множество мелких осколков оставив от себя лишь рукояти, броня наполовину уничтожена, а даже то что осталось сильно повреждено и вот-вот было готово отвалиться от неудачного движения.

Шут – Я. Сдаюсь. – лежал, опёршись на локоть, еле вдыхая воздух. И в доказательство своих слов деактивировал доспех.

Секира вернулась к хозяину, которого не могли остановить ни какие слова. Отныне он стал воином безумия.

Энгельс – Хантер? – секира снова отправилась в шута. – Хантер! – отразив в последнее мгновение летящие лезвие остриём алебарды.

Топор вонзился в паре сантиметров от головы Нефелима и оружие вновь возвратилось к Хантеру, который повторил попытку ещё пару раз, тяжело переступая с ноги на ногу в сторону шута.

Энгельс – Хватит! Он уже сдался!

Шут – Твои слова. Не остановят безумца. Видимо рассудок. Не вернулся после ранения.

До недобитой цели Мясника оставались жалкие метры, и он уже готовился нанести заключительный удар. Сделав замах, секира возвысилась над головой её владельца и устремилась прямиком к тому чтобы оборвать жизнь Нефилима. Но Энгельс всё ещё продолжал защищать не представляющего опасность врага и опять выставил своё оружие в противовес оружию ученика, скрестив их вместе.

Энгельс – Хантер! Приди в себя! – испустил накопленную в алебарде энергию, откинув ударной волной напарника, что, перевернувшись через спину оказался на колене.

Энгельс – Ты Хантер Пендрагон, Доспех. Имя тебе Мясник. – отдёрнул нижнюю часть рукояти и превратил алебарду в полужёсткую плеть, сегменты которой скреплены электро-потоками.

Хантер – Мясник! – поднявшись на ноги, снова рванул к шуту готовясь к новому рубящему удару.

Идя на опережение хлыст окрутил Хантера, пропуская сквозь него высасывающий силы заряд. Против других Доспехов это обычно действовало, и Мясник не был исключением. Но только сейчас его питал куда более мощный источник силы - Ярость. Хантер перехватив плеть свободной рукой, разрубил сковывающий его «провод».

Энгельс не сдался и решил перейти к крайним мерам: столкнуться с идущим напролом безумцем незамечающего ничего кроме своей единственной цели. Обняв неостановимого минотавра, он обратился к «ритуалу».

Энгельс – Знаю, что эффект ритуала на находящегося в сознании опасен. – дотянувшись до плеча Хантера, принялся возиться с рунами. – Но извини, тебе нужно вернуть себя.

Упав в глубины своего сознания, Мясник замер словно статуя.

Снова: Боль…Темнота…Вспышки воспоминаний…Осознание и она.

Спустя пару мгновений в абсолютной темноте мелькнул луч света что развеял непроглядную тьму, явив взору бесконечно-светлое пространство. - Комната чьи стены и потолок нескончаемо длинны, а пол не имел видимых границ.

Находясь посреди этой бескрайности у Хантера возникло чувство чего-то невероятно родного в тот момент, когда из-за его спины послышался чей-то ласковый знакомый голос. – Хантер. – Обернувшись на зов, он увидел её. Белое платье в пол, завивающийся волос и до боли родные черты лица.

Мама – Здравствуй сынок. – её нежная ладонь коснулась щеки вставшего в ступор сына.

Хантер – Привет… – тяжело произнеслось в ответ, не веря, что вновь видит её такой какой она была в лучшие свои дни.

Мама – Что случилось? В твоих глазах горечь. Почему?

Хантер – Ты сама знаешь…Сейчас это всё ведь лишь иллюзия?

Мама – Возможно. Но разве это плохая иллюзия? Да и почему, то что происходит лишь в твоей голове должно быть обманом?

Хантер – Не должно быть…

Мама – А кто это позади тебя? – выглядывая за плечо сына испуганно спросила она.

Фантомом сознания Хантера, обернувшись увидел замерший на одном месте доспех: Смахивающий на череп шлем с забралом дополнился парой пепельных дьявольских рогов, внутри которых нескончаемо догорают угли. Сам же доспех принял тёмный окрас с редко стекающими каплями чёрной смолы. В момент ярости он был весь окутан переливами яростной энергии.

Хантер – Это я. Точнее мой доспех.

Мама – Разве так должен выглядеть защитник, герой, Доспех.

Хантер – Нет... Мой учитель сказал, что истинная форма - проявление тебя самого. Вот каков я внутри.

Мама – Выглядит жутко.

Хантер – Да…Но даже если так - я направлю её против самого зла. Я стану возмездием, что уничтожит Нефилимов и всех, кто стоит на пути тьмы. Пусть даже если после того я не смогу называть себя Доспехом.

Мама – Хантер…может ты и не Доспех. Но ты точно нечто большее. – коснувшись лба сына своей ладонью, она вернула фантом обратно в тело.

***

Хантер – Энгельс? – попятившись назад, схватился за рога и оторвал, оставляя лишь обрубки на шлеме.

Энгельс – Ты вернулся?

Хантер – Вернулся.

Шут – Ребят, может обратите внимание. – прокряхтело лежащее в стороне тело. – Я конечно очень рад воссоединению, но у меня кажись почки отказывают.

Дождавшись спец. служб Совета, Хантер и Энгельс успешно передали корабль и команду, после чего благополучно вернулись на базу.

В лифте.

Хантер – Прости за то помутнение. Я просто…

Энгельс – …не контролировал себя из-за ранения. Не стоит извиняться. Думаю, нам вообще стоит забыть об этом случае. – в воздухе повисло неловкое молчание. – Кстати, сегодня ты проявил свою истинную форму, потому можешь считать обучение законченным.

Хантер – А я ведь говорил, что не за горами.

Энгельс – Это я говорил. Но в целом - да. Завтра напишу отчёт и отправлю в Совет. Там они решат, что делать с тобой дальше и на этом наши пути разойдутся.

Хантер – Жаль. Я бы хотел выпить с тобой ещё.

Энгельс – Ну эта идея вполне реализуема. – нажатие на кнопку лифта поменяло ход обратно вверх.

***

Несколько дней спустя. Посадочная площадка.

Стоя в ожидании кораблей, учитель давал прощальные наставления.

Энгельс – … и последнее. Все будут считать тебя оружием или инструментом ведения войны. Прошу не становись таковым, не слушай гнусных аристократов. Помни Доспех - это освободитель, а не завоеватель.

Подлетевшие челноки прервали беседу. Двое консулов подошли к каждому лично, приглашая пройти на борт кораблей.

Энгельс – Время прощаться. Хантер Пендрагон, для меня было честью обучать вас. Надеюсь вы найдете своё место в жизни и сделаете правильный выбор.

Хантер – Думаю мы ещё увидимся. До встречи, учитель.

Финальное рукопожатие, с которого и началось наше знакомство. Зайдя в челнок броне-дверь закрылась и на этом началась моя история. История Хантера Пендрагона – Доспеха.