Пара Рогов 1. Искатель

Пара Рогов 1. Искатель

Когда линия горизонта в очередной раз приняла в свои объятия расколотый огненный диск дневного светила, поднявшийся молодой бриз, сотканный из дыхания богов и песен Древних, спустился на землю, начав вновь свой великий и нежный танец меж зелёных, наполненных жизнью вердепомовых листьев деревьев, создавая вечную песнь. Он разбудил их голоса…

Сигарский лес и вправду очнулся.

Друзья, вам стоит кое-что знать об этом месте. Этот лес отличался от других кардинально. Это были не просто заросли кустарника и парад могучих, древних как сама Земля деревьев, хотя и без этого не обошлось. Да, тут царила зелень. Целый мир скрывался под кронами. Все его обитатели — звери, птицы и насекомые — осознавали, насколько это место особенное.

Местные рощи ещё в незапамятные времена облюбовали друиды и использовали их как святилище и жертвенный алтарь для своего Зелёного бога. И каждому смертному, не обременённому тайным знанием, не положившему на сей алтарь свою жизнь намеренно, строго-настрого воспрещалось пересекать границу леса. Целые легионы омел, дубов, сосен и орехов наблюдали, как этот запрет был нарушен.

Искатель проспал весь день. Он набирался сил, ведь ему предстояла сложная задача. Его нынешний заказ был страшнее и опаснее всех предыдущих, но и стоил гораздо дороже. Звон золотых иридов в кошеле на поясе убеждал его решиться на эту авантюру. За деревьями скрывалась тьма.

Искатель был уверен, что, скорее всего, его заметили ещё до первого шага в чащу. Деревья увидели его своими зелёными глазами и шёпотом уже донесли до своих подопечных — колдунов, что он здесь.

Времени у него было в обрез.

Поэтому он на всякий случай ещё раз пересчитал стрелы в своём колчане.

«Одна, две, пятнадцать».

Все были на месте. Он чётко знал их количество, но пересчитал просто для успокоения.

Сделав это, ринулся в неизвестность.

Деревья будоражило его присутствие. Чужак бежал сквозь них, будто хищник из другого мира. Их интриговал один вопрос:

«Что его сюда привело?»

Для многовековых старцев это выглядело чем-то из ряда вон выходящим. Деревья сильно отличались от людей и смотрели на время иначе. Этот пробегающий мимо парень казался им просто мухой — шумной и глупой. Вроде бы недостойной внимания. Но представьте: вы не видели мух целое десятилетие. Удивляет, не правда ли?

— Сигарский лес не то, чем кажется, — сказал ему заказчик.

— Да? — переспросил Аарон, даже не допуская мысли, что когда-нибудь окажется там.

В тот момент он охотился. На самых хищных и бесчестных зверей — на котов.

— Более чем. Хоть это проклятое место и выглядит как заросли, это настоящая крепость.

«Сигарским» этот лес называли только в народе. На новых картах, которым не было и десяти лет, он значился просто как Западный лес. Находилось это место в дне пути от небольшого городка под названием Нутуч, в самом горном северо-восточном регионе Аморит. На гербе этого княжества был изображён крылатый зверь, летящий с вершин гор, дабы вселять страх в своих врагов. И, собственно, по идее это был крылатый волк. Ну или, в крайнем случае, пёс. Так звучала официальная версия. Но, занявшись этой работой, Аарон начал серьёзно задумываться, что крылатая тварь на гербе — всё-таки кошка.

Всё дело было в городе. Нутуч был не особо большим. В принципе, как и весь горный регион — не слишком заселённым. И была у него одна-единственная проблема: кошки. Когда-то давно, когда Аарону не было и пяти лет, в городе случилось нашествие крыс. Вопрос решили радикально. Так обычно и решают любые проблемы жители Аморита — почти в каждом доме появилось по коту.

По итогу многие коты стали бездомными, и за десятилетие их расплодилось до каких-то нереальных количеств. Они были просто повсюду. Сотнями бегали по улицам, истребили почти всех птиц и гадили где только могли, без каких-либо стеснений. Коты даже умудрились каким-то образом помешать прокладке путей для парового трамвая, когда один из них пробрался внутрь двигательной системы и трамвай взорвался, унеся с собой жизнь пушистого засранца. Однажды жрец местной церкви Светлейшей Девы сказал, что на каждого жителя Нутуча приходится по три десятка котов.

Аарону уже стукнуло девятнадцать лет, и он, так уж вышло, абсолютно ничем не занимался. Когда-то он был подмастерьем у одного из местных кузнецов, но после того несчастного случая в лавке учитель выгнал его, даже не желая слушать, как всё произошло. В целом Аарону жилось неплохо. Он сидел дома, помогал матери, колол дрова, ходил за водой и поливал её цветы.

Мама Аарона выращивала цветы и растения для нескольких аптекарей. Ну и просто для продажи и красоты.

Но денег не хватало, и пришлось искать работу. Если ты родился в одном из городов Аморита, у тебя есть три основных пути.

Если ты умелец — куёшь железо, делаешь мечи, стрелы и патроны.

Если храбрец — идёшь охранять границы. И, если повезёт, будет война, где ты сможешь пострелять и помахать мечом.

И третий путь — если ты просто безумно храбрый: спуститься в одну из шахт добывать руду для тех же целей. Ну и, если повезёт, золото и алмазы.

С ковкой у Аарона не задалось. В шахты он никогда не стремился, а в армию его не отпустила бы мать.

Всё, что у них было, — они сами.

Вот так он и стал ловцом котов на службе у города. Не стоит смеяться. Поймать кота, который этого не хочет, не так просто, как кажется.

Утро начиналось вполне обычно. Он проснулся, оделся, взял мешок для котов и отправился в центр на охоту. За одного пойманного кота давали одно серебряное перо. За пять — одну золотую корону. В удачные дни Аарон мог поймать две с лишним дюжины котов. Он влез на крышу невысокой башни, чтобы разведать территорию, и вгляделся в улицы вокруг дома.

— Привет, Аарон!

— Привет, Госси, — ответил Аарон.

Госси был толстым мальчишкой на пару лет младше самого Аарона. У него были узкие раскосые серые глаза, как и у большинства аморитцев. У Аарона — такие же, только серо-зелёного цвета.

Госси высунулся в окно, а Аарон съехал с крыши на его карниз.

— Как жизнь? — спросил Аарон, улыбнувшись.

— Да у меня всё хорошо. Скоро на работу с папой пойдём.

— Правда? А он уже берёт тебя с собой?

— Да, уже целый месяц как. Мы делаем стену дома одной милой женщине на Плиточной улице.

— Это так здорово, Госси.

— А ты охотишься?

— Ага.

— Ты читал? Медведи уничтожили целых троих троллей в западных землях.

— Нет, ты же знаешь, меня не сильно заботят медведи, — сказал Аарон.

— Да я про наёмный отряд, Аарон! Они такие невероятные. Вот бы тоже быть как они.

— По-моему, ты и так довольно неплохой парень. Сдались тебе эти тролли.

— А, подожди секунду, — сказал Госси и исчез в окне.

Через пару минут он вернулся, держа в руках белую толстую кошку с крайне недовольным выражением морды.

— Я поймал её вчера. Но оставить её нельзя, так что вот, — сказал Госси. — Надеюсь, там ей будет хорошо. Она добрая. Аарон скинул с плеч пустой мешок, и они засунули туда кошку. Мешок был сконструирован так, что кот, как бы ни пытался выбраться, сделать этого не мог. В итоге все они смирялись и просто лежали меховой подушкой по несколько часов, пока охотник не сдаст добычу. Убивать котов считалось плохой приметой. Да Аарон и не смог бы.

Поэтому животных вывозили высоко в горы и оставляли там, аргументируя это тем, что только треть возвращается обратно в город.

Чёрный желтоглазый котяра мог стать вторым пассажиром в мешке но заставил его побегать по крышам. Аарон прыгнул за ним, а тот устремился в трубу. Он уже почти схватил кота за задние лапы, но сорвался и рухнул со второго этажа прямо в куст. Аарон лежал на том, что до падения было кустом можжевельника, и смотрел вверх. Чёрная морда посмотрела на него пренебрежительно и скрылась. Аарон лежал и думал. Отец Госси был каменщиком. И его отец тоже. И Госси наверняка станет каменщиком.

«Мы как наши отцы», — подумал вслух Аарон.

— Но если у тебя нет отца, то и тебя, наверное, нет. Неужели меня попросту нет?

Поднявшись на ноги и пребывая в лёгком гневе, он принялся выползать из куста, чтобы начать охоту по новой.

День определённо был неудачным.

— Молодой человек, — прозвучал голос откуда-то сзади.

Это было настолько неожиданно, что Аарон аж подпрыгнул.

— Да? — протянул он.

Перед ним стоял человек, полностью укутанный в какой-то странный бесконечный плащ. Аарон даже подумал, что это одеяло или что-то вроде того. Лица почти не было видно. Кажется, оно было перебинтовано.

— Вас не интересует предложение поработать за разумную плату? — спросил человек в плаще.

— Эм… Думаю… что нет, — сказал Аарон и принялся залезать обратно на крышу.

Это было долго и мучительно.

Аарону казалось, что он лезет минут двадцать, не меньше. В конце концов, оказавшись на тёмно-оранжевой крыше, он упал на колени, пытаясь отдышаться. Стена была отвесной и почти не имела мест, за которые можно было нормально зацепиться.

Он чуть снова не рухнул вниз, когда откуда-то сбоку услышал голос:

— Я не закончил. Выслушай моё предложение.

Это был всё тот же человек в плаще.

— Какого?.. — недоумённо спросил Аарон и посмотрел вниз.

«Как он сюда влез так быстро?» — подумал он.

— Ты готов меня послушать?

— Ну да… — согласился Аарон.

…

— В этом лесу есть кое-что, что мне очень нужно, — сказал старик в плаще.

— Почему ты сам не заберёшь?

— Я не могу. Туда нужно зайти.

— А что конкретно?

— Один предмет. Особый. Нужно зайти туда, забрать его тихо и так же тихо выйти. Думаю, такой ловкий парень, как ты, справится. Там есть три линии защиты. Деревья — первая. Они тебя сразу увидят и попробуют запутать. Это я могу помочь обойти. Но главное — не вздумай оборачиваться. Просто смотри вперёд.

— Деревья? Ага… Я уже сказал, что мне это не интересно.

— Я дам тебе это.

Человек развернул ладонь, полную овальных и круглых золотых самородков.

Это были ириды. Редкие и очень ценные.

У Аарона полезли глаза на лоб. Он знал, что это такое, но своими глазами никогда их не видел. На такие деньги можно было купить дом и жить три зимы.

— Думаю, мы нашли общий язык, — сказал старик.

Эти события мелькали в голове парня, бегущего через лес, про который все матери говорят детям: «Не ходи туда».

Кроме иридов старик дал ему палку и велел сунуть её за пояс. «Она поможет тебе обыграть деревья. Но не оборачивайся».

Местечко и правда было неприветливое. Кривые чёрные деревья выглядели злыми и шумели ветвями над его головой. Аарон чётко ощущал на себе чужие взгляды — взгляды глаз, которых не существовало. Где-то вдалеке слышались странные звуки, и он изо всех сил старался не представлять, что это может быть.

«Так! Спокойно! Это всего лишь лес…» — говорил он себе мысленно, всё быстрее переставляя ноги.

— Аарон, — услышал он и замер.

На лбу выступили капли холодного пота. Он совершенно отчётливо это услышал. Помедлив мгновение, Аарон просто пошёл вперёд, отдаляясь от того, что было за спиной. Боковым зрением он видел, как что-то двигалось между деревьями. Он мог поклясться, что был здесь не один.

— Аарон! — прозвучало снова.

Но он не остановился. Он тяжело дышал. Воздуха не хватало. Будто тонул. Тонул на суше. Уходя всё дальше и дальше вглубь леса, он, как и говорил старик, встретил несколько огромных камней, испещрённых непонятными линиями. Такой же камень дал ему старик, только гораздо меньше. Сейчас он лежал у Аарона в кармане. Землю повсюду застилали ковры из мха и палых листьев. Она была мягкой и неприятной. И вдруг просто оборвалась. Аарон покатился кубарем вниз, в какую-то низину. Он вскочил на ноги как ни в чём не бывало и понял, что стоит по щиколотку в воде.

— ААРОН! — прокричал голос сзади страшным рокочущим, нечеловеческим звуком.

То ли поддавшись страху, то ли инстинкту, он обернулся. Но там никого не было. Просто всё тот же лес. И всё.

Аарон облегчённо вздохнул. Сердце бешено отбивало ритм. Он даже улыбнулся.

— Ну надо же… Понапридумывал себе всякого.

Он уже решил продолжить путь дальше, но вдруг упал, не понимая, за что зацепился. Потом ощутил движение.

Аарон задрал рубашку и увидел корень дерева, который, прорвав штанину, лежал у него на животе.

Корень ожил.

И пронзи

л его.

Аарон видел, как тот движется под его кожей.

Не сумев сдержаться, он закричал от адской боли.

Пара Рогов 2. Сигарский лес

Он открыл глаза, слепой как крот жадно хватая ртом воздух.

Всё тело сотрясала дрожь. Изо рта шёл пар. Было невероятно холодно. Словно он провалился зимой под лёд и только что вынырнул на поверхность. Все мышцы ныли. Руки и ноги ломило, а голова гудела и звенела, словно церковный колокол. Через минуту он понял, что привязан. Верёвки больно врезались в запястья и стопы. Но пошевелиться он не мог не только поэтому — конечности будто залили свинцом.

Ещё через мгновение пришло новое осознание. Он был привязан к большому сырому камню лицом к небу. Его попросту растянули на нём. А ещё через минуту Аарон понял, что рубашка, прилипшая к груди, мокрая от крови.

Он впал в ужас и закричал. Казалось, вокруг никого не было. Он кричал час или два, пока не охрип. Звал на помощь, вопил, плакал и молился. Никогда в жизни ему не было так страшно. Ситуацию усугубляло то, что он совершенно ничего не видел. Во время коротких приступов затишья между криками он прислушивался. Это было всё, что ему оставалось.

Ветер.

Шелест проклятой листвы.

Иногда на лицо падали холодные капли. Ситуация, прямо скажем, скверная.

— Может быть, ты уже замолчишь, в конце концов? — сказал голос слева.

Судя по звуку, его обладатель находился поодаль.

— Кто… кто ты? — спросил Аарон.

— Глухой человек, видят боги. Я пыталась дать тебе возможность просто проораться и успокоиться, но… я, конечно, встречала упрямых ослов, но парень, ты прям чемпион.

Она говорила пугающе спокойно.

— Что? Что ты несёшь? Кто ты такая? — сбивчиво спросил Аарон.

О друидах Сигарского леса он знал немногое, но в одном был уверен: женщин среди них не было. Более того — им строго-настрого запрещалось входить в лес. Но голос был отчётливо женским. Даже слегка детским. Это была девочка.

— В общем, меня зовут Инга. Привет.

Она помолчала секунду.

— Не очень понимаю, зачем тебе эта информация, но ладно. Я опять пришла в лес. Решила в этот раз не избегать деревья, а сражаться с ними. Поэтому сделала огненное зелье и подожгла часть леса. Пока деревья отвлеклись, прошла чуть дальше, добралась до третьего верстового камня… а потом меня схватили.

«Опять?» — подумал Аарон.

Но спросил другое:

— Зачем ты вообще пытаешься попасть в лес?

— А ты зачем?

Он хотел ответить, но им помешали шорохи и голоса. Это были люди. Они приближались, и, судя по звукам, их было много.

— Что сейчас будет?.. — прошептал Аарон.

Но Инга не ответила. Аарон понял, что рядом развели костёр. Воздух пропитался едким запахом дыма и каких-то трав. Из невидящих глаз потекли слёзы. Послышались шаркающие шаги. Аарон затаил дыхание.

— Что ж… — произнёс старческий голос. — Вы пересекли нашу границу, идиоты.

В голосе явственно сквозило удовольствие.

— И вашему преступлению нет никакого оправдания.

— Почему я ничего не вижу? — спросил Аарон.

— Что? А… Ну да… — ухмыльнулся старик.

Аарон этого не видел, но усмешка ощущалась почти физически.

— А зачем тебе? Ты всё равно умрёшь. Трижды.

— А эту куда? — спросил другой старческий голос.

— Выбросите этот мусор за черту. И да… сломайте ей руки и ноги.

Инга молчала. Смиренно принимала судьбу. Потом, судя по звукам, её куда-то утащили.

— Начнём, пожалуй?

— Да.

— Нет! — закричал Аарон.

Забили барабаны. Запели десятки голосов.

Лицом он чувствовал порывы ветра. Его облили чем-то густым, жирным и липким. А потом всё внезапно затихло.

Барабаны стали едва слышно отбивать медленный ритм.

Аарон ощущал, как на него смотрит что-то нечеловеческое. Чувствовал дыхание существа. Запах сырой земли и трав.

Потом оно прикоснулось длинными холодными пальцами к его голове.

Череп пронзила зверская боль. На шею накинули верёвку и начали душить. Он задыхался, не в силах хоть что-то сделать. А потом его грудь пронзило что-то острое. И сразу после этого по голове ударили с такой силой, что сознание погасло.

Аарон умер.

Руки Инги положили на камень и с силой ударили по ним каменным молотом. Потом то же самое сделали с ногами. После этого девушку, словно мёртвое животное, вытащили на окраину леса и бросили на землю.

Один из друидов — с короткой козлиной бородкой — посмотрел на неё сверху вниз.

— Могла бы хотя бы притвориться, что тебе не наплевать.

Инга лежала на животе неподвижно.

— Я всё равно не остановлюсь, — уверенно и пугающе спокойно сказала она.

— Как можно не понимать, что тебе здесь нет места?

— Прощай, Инга.

— До встречи, Инвар.

И он ушёл.

Девушка приложила немало усилий, чтобы перевернуться на спину.

Через пару часов она снова начала чувствовать тело. Отёк медленно сходил. Зрение всё ещё оставалось мутным, но уже можно было различать силуэты. Ночь подходила к концу. Из-за деревьев показалось солнце. Наступил новый день.

Инга чувствовала, как быстро срастаются её кости, и уже прокручивала в голове новый план. Если поджог леса не сработал, может, получится иначе? Нужно было как-то попасть в центр.

— Если напрямик не вышло… и обходными путями тоже…

Инга часто разговаривала сама с собой вслух. Это помогало не нервничать и заодно не забывать человеческую речь.

— Птицы влетают в лес свободно… сверху… Значит, нужно придумать способ туда влететь. Что есть летающее и достаточно большое, чтобы донести меня до центра леса?..

Она была совсем невысокой девушкой — примерно полтора метра ростом.

Коротко остриженные каштановые волосы, почти как у мальчика, трепал ветер. Они едва прикрывали уши. Круглое лицо. Маленький нос, усыпанный веснушками. Огромные голубые глаза — почти кукольные. Сейчас со щёк полностью сошёл румянец. Одета Инга была в чёрные мужские штаны, такую же рубаху и плетёные из лозы сапоги, обмотанные тканью. Это она сделала специально — чтобы иметь возможность красться. Уже через час Инга поднялась и неспешно пошла вдоль деревьев.

Тело Аарона неглубоко зарыли в корнях центрального гигантского дуба. Дерево росло здесь уже тысячу лет. Словно стража, его окружали омелы и берёзы. Аарон открыл глаза, и в них тут же набились земля и песок.

Он попытался закричать, но из горла вырвался только хриплый сдавленный звук. Он снова мог двигаться. С трудом Аарон высунул руку наружу. Земля лезла в рот и глаза, но ему уже было плевать. Потом вторую руку. И почти выбрался.

Поднявшись, он понял, что ему ужасно холодно.

Весь перепачканный грязью и пылью, Аарон был полностью голым. В голове царила странная каша. На груди тянулся длинный порез. Но это уже была не рана. Скорее шрам — немного выпуклая полоса, будто вырезанный на коже рисунок. Аарон присел на камень и попытался хотя бы на секунду унять шум в голове. Ужасная какофония была настолько сильной, что он не всегда слышал даже собственные мысли. Потом встал и медленно побрёл среди деревьев, сам не зная куда.

В полумраке мелькнули факелы. Аарон направился к свету.

По дороге он случайно наткнулся на друида — невысокого толстого старика с клочковатой бородой. Увидев Аарона, тот завизжал как девчонка и рухнул в обморок. Аарон просто переступил через него и пошёл дальше.

Поляна посреди густого леса была словно кольцом окружена деревьями.

В центре лежал огромный камень, а вокруг странной спиралью возвышались камни ещё больше. Все они были исписаны непонятными каракулями и внушали ощущение древности.

Когда друиды заметили его, Аарон дёрнулся от паники, но бежать не стал. Он слишком устал. Да и сил двигаться быстрее обычного шага у него уже не осталось. К его удивлению, друиды не напали на него и не зарезали прямо на месте. Некоторые ахнули. Пара стариков рухнула на колени и принялась бормотать что-то бессвязное. Ещё нескольким, судя по всему, стало плохо. Но все без исключения просто смотрели на него.

— Здравствуй, — сказал один из них, явно главный.

На белое одеяние старика была накинута рогатая волчья шкура. Казалось, он и сам не знает, что говорить, но понимает: сказать хоть что-то всё-таки нужно.

Друиды были стариками. Почти все — седые, с длинными бородами. Пара человек выглядела чуть моложе остальных, но ненамного. Одеты они были в одинаковые белые балахоны с капюшонами. У некоторых к ним крепились рога. У того, кто стоял впереди остальных, из волчьей морды торчали два огромных оленьих рога.

— Я… я не хотел сюда заходить. Честно. Клянусь. Пожалуйста, не убивайте меня.

Друиды переглянулись в недоумении.

— Так мы и не смогли… — пробормотал один из них.

— Тихо! — грозно, но негромко осадил его главный.

— Я правда не собирался ничего у вас красть.

— Добро пожаловать домой, дитя, — сказал друид.

— Что? — переспросил Аарон.

— Посмотрите на его голову… — зашептались друиды.

Аарон поднял руки и нащупал на голове небольшие рожки. И заорал сорваным и хриплым голосом. Из его лба торчали маленькие крючковатые рога, как у молодого оленя, чуть ниже линии роста волос.

Друидам пришлось приложить немало усилий и уговоров, чтобы парень успокоился.

— Это вы сделали со мной?!

— Нет… Ну то есть не совсем…

— ЧТО?!

— Не волнуйся. Я всё тебе объясню.

— Я ЖДУ!

— Это был бог.

— Я знаю только о Светлейшей Деве, — сказал Аарон.

В детстве мать иногда водила его в церковь.

— Бред.

— Бред?

— Ну да, — улыбнулся друид.

— Она хотя бы не жрёт людей! Боги так не поступают! Так поступают монстры! Ваш бог жрёт людей!

— Ну… бывает иногда.

Повисло молчание.

— Так. Давайте вы сейчас всё нормально объясните. И это… уберите это с моей головы, а то я за себя не отвечаю.

Он немного помолчал.

— Пожалуйста, — на всякий случай добавил Аарон.

Старики дали ему одеяло, усадили на пень и начали рассказ.

— Это был истинный Зелёный Бог. Мы, как водится, принесли тебя ему в жертву.

Аарон не сразу понял, что вообще можно ответить на такое заявление. К нему постепенно возвращалась ясность мыслей. Он вспомнил тяжёлое дыхание.

Запах земли и трав.

И чужое присутствие.

— Что это была за тварь… существо?

— Зелёный Бог. Он присматривает за лесом. А мы присматриваем за ним.

— Ну а я тут при чём?

— Иногда такое случается. Вместо того чтобы принять жертву, бог её помечает. Делает своим знаменем. Друид указал на рога.

— Шикарно… И почему я?

— Мы не знаем.

— И что теперь делать?

— Этого мы тоже не знаем.

— Тогда что вы вообще знаете?!

Страх постепенно сменялся злостью и полным непониманием происходящего.

— Мы знаем, что тебе нужно добраться до святилища. В день солнцестояния, с восходом солнца, подняться на алтарь и посмотреть в глаза солнцу.

— У солнца нет глаз, — отрезал Аарон.

— Ну… — замялся друид. — Вроде бы. Но так говорят легенды.

— Легенды? И часто такое происходит?

— Последний раз — шестьсот лет назад, — вставил один из самых дряхлых друидов.

— Это плюс-минус, — добавил другой.

— Плюс-минус ещё сотня лет, — уточнил третий.

— Шикарно. А если я не хочу этого делать?

— А какой у тебя выбор? Во-первых — рога. Во-вторых, Зелёный Бог тебя уже не отпустит.

— Шикарно.

— Ну да.

Аарон мысленно ударил каждого из них.

— Если я сделаю то, что он хочет… что ВЫ хотите… рога исчезнут?

— Мы не…

— Только попробуй договорить неуверенно падла!

— Вероятность есть, — быстро исправился друид.

— И как туда попасть?

Друиды принялись шептаться.

Спустя минуту вынесли решение:

— Один из нас отведёт тебя.

— Я поведу, — сказал толстоватый друид с густой белой бородой и маленькими глазками. До этого он почти всё время молчал. — Меня зовут Рунгёрд.

— И когда?

— До солнцестояния осталось шесть дней. С рассветом мы отправимся в путь.

Стоял солнечный день.

Друиды дали Аарону поесть, принесли одежду, одеяла и подушки и велели набираться сил. Жили они прямо здесь, в лесу — в землянках, сложенных из камня и укрытых крышами из ветвей.

Аарон был настолько взволнован, что был уверен: уснуть он точно не сможет. Но рухнул на солому в одной из землянок как убитый. И проспал до середины ночи. Возвращение из мёртвых, как оказалось, сильно изматывает. Очнулся он за час до рассвета. Это был тот самый сладкий момент после сна, когда ещё не открыл глаза и не понимаешь, где ты, который сейчас час и что вообще происходит.

Аарон всеми силами надеялся, что всё случившееся — просто кошмар. Но стоило открыть глаза, как он снова оказался там же.

Ночной лес уже не выглядел таким враждебным, как раньше. Теперь Аарону даже казалось, что здесь… неплохо.

Они вышли с первыми лучами солнца.

Юноша в плаще с огромным капюшоном и низенький пухлый старик, опирающийся на посох и носящий огромную остроконечную шляпу, напоминающую гриб. Шли они молча. И очень медленно.

— Может быть, споём песню? — вдруг спросил Рунгёрд.

Аарон посмотрел на него таким взглядом, которым можно остановить бушующего медведя и нанести зверю непоправимую душевную травму.

— Только попробуй… — загробным голосом произнёс парень.

Мимо его уха просвистела стрела.

Из-за кустов вышла Инга, вставляя новую стрелу в арбалет.

— Куда это вы собрались? — спросила она.

— Не твоего ума дело, девчонка! — ответил Рунгёрд.

— Так, в общем не знаю для чего тебе эта информация но… — сказал Аарон. — Эти уроды принесли меня в жертву какому-то чудовищу. Потом я ожил. И теперь мы идём к какому-то святилищу. Нам нужно успеть до солнцестояния, чтобы исправить вот это.

Он снял капюшон.

— Обалдеть, — ответила Инга.

— Хочешь с нами?

— Да.

— Пошли.

Аарон снова накинул капюшон и прошагал мимо Рунгёрда, сверлившего его взглядом.

Инга молча пошла следом.

Пара Рогов 3. Истории у костра

Сумрак сгустился и плавно перешёл в ночь. Двигаться дальше было бессмысленно: дороги не видно. Хоть до города и оставалось не так далеко, ни мобилей, ни коней по пути они не встретили. Неудивительно: шли они совсем с противоположной стороны от тракта. Пришлось остановиться на привал. Инга и Аарон быстро собрали хворост, а старик развёл костёр.

Трое молча сидели посреди нигде вокруг костра. Стараясь не пересекаться взглядами с остальными, девушка откинулась назад и смотрела в ночное небо и на дым костра, улетающий в неизвестность, чтобы там исчезнуть. Аарон сидел и смотрел на неё, стараясь делать это незаметно. Совсем ещё ребёнок, но уже воительница. У неё были большие голубые глаза, которые сейчас казались совсем чёрными.

— Интересно, о чём она думает? — размышлял он.

Старик вынул откуда-то трубку и закурил; воздух, наполненный запахом костра, пронзили ароматы его табака и трав. Сладковатый запах, очень приятный, немного щекочущий ноздри — запах дождя и влажноватой листвы. Такой знакомый.

— Это же осень! — понял Аарон.

Так пахла сама осень.

— Что? — осведомился старик, поглаживая рукой свою огромную седую бороду.

— Ничего, — ответил Аарон, отведя глаза.

— Ну, — начал старик, — хотите, я вам сказку расскажу?

— Чего? — сказала Инга. — Мы не дети. Я — не ребёнок точно.

— Конечно! Дети умеют слушать, — ответил старик.

— Мне всё равно, — негромко сказал Аарон и откинулся назад на траву.

— В общем, можете закрыть уши руками, если хотите.

— Может, так и поступлю, — добавила Инга.

— Ну, в общем, эта история про…

Девочку и перекрёсток

Однажды одна девочка поехала с отцом на ярмарку, но отошла от него далеко и потерялась. Она не могла найти отца и его лавку в толпе, поэтому решила уйти с поля. Отец говорил ей, что если она потеряется или заблудится, то они обязательно встретятся на перекрёстке. Девочка вышла на перекресток, села там в траву и принялась ждать. Ждала она и час, и два, и три. Она лежала, наблюдая за облаками, и мечтала. В общем, думала о всяком. А мимо проходили разные люди. Они проезжали на повозках, на лошадях. Лошади ржали и фыркали.

— Девочка, девочка! — услышала она голос. — А ты случайно не потерялась?

Она обернулась и увидела, что из зарослей к ней выглянуло пугало.

— Нет, — сказала девочка и немного отошла на дорогу.

Пугало было, как и полагается пугалу, страшным. Вместо лица — мешок с разными пуговицами вместо глаз и вышитый чёрными нитками рот, искривлённый неровной улыбкой. Одна из пуговиц оторвалась и безвольно висела. На нём был драный пиджак, а на голове — широкополая коричневая шляпа. Из головы торчала солома. Пугало неуклюже прыгало на своём шесте и покачивалось, а вокруг жужжали мухи.

— Тебе точно не нужна помощь, девочка? — задорным голосом спросило пугало.

— Нет. Я папу жду. Он скоро придёт, и мы уедем.

— Ты боишься меня, девочка? — поинтересовалось пугало.

— А почему ты пугало? — спросила она.

— Я не пугало вовсе, я — рыцарь.

— Ну как же. Ты пугало. И голова твоя набита соломой, значит, и мозгов у тебя нет.

— Меня заколдовала злая ведьма, — сказало пугало обиженным голосом.

— Я тебе не верю. Глупое пугало, уходи.

И пугало ускакало обратно в поле. Оно оглянулось и посмотрело на одинокую девочку, стоящую посреди перекрёстка.

— Ты молодец, девочка. Не верь незнакомцам! — крикнуло ей пугало и скрылось в подсолнухах.

Девочка сидела среди подсолнухов на перекрёстке, солнце сдвинулось, а она всё ждала. Мимо проходил большой серый гусь.

— Привет, девочка, — сказал гусь.

— Привет, — ответила девочка.

Гусь остановился рядом и принялся чистить свои пёрышки.

— Как поживаешь?

— Вот, папу жду, — ответила она. — А разве гуси разговаривают?

— Обычно нет, но меня научила моя хозяйка. Мы договорились с ней встретиться на этом перекрёстке.

Девочка ахнула от удивления.

— Это как же можно гуся разговаривать научить?

— С детства, я тогда ещё гусёнком был.

— Это так здорово!

— Слушай, а ты не могла бы мне сорвать подсолнух?

Девочка сорвала, и гусь принялся неспешно его клевать. Как вдруг из поля выскочило пугало и прыгнуло прямо на гуся. Тот, гогоча, спохватился и, размахивая своими серыми крыльями, начал паниковать.

— Прекрати! Ты его пугаешь!

— Я пытаюсь тебе помочь, — сказало пугало.

— Мне не нужна твоя помощь! Никогда больше ко мне не подходи, глупое пугало! — закричала она.

— Ты слышал, что она тебе сказала? — спросил гусь. — Уходи, или худо будет.

Они посмотрели друг на друга, и пугало, опустив плечи, ускакало назад.

— Спасибо тебе, храбрая девочка, ты выручила меня, — сказал гусь. — Скачут тут всякие.

— Да, — неуверенно согласилась девочка.

Потом они просто сидели на перекрёстке вместе и болтали о том о сём.

Не прошло и часа, как подъехала большая деревянная повозка, забитая всякими склянками и банками; она была запряжена белым конём с красными глазами и золотой гривой. Правила повозкой самая красивая женщина из тех, что когда-либо видела девочка. Её лицо было словно фарфоровым, глаза лучились жизнью, а губы были оттенка самой алой розы из тех, что только можно было представить. На женщине было надето пышное платье с розовыми и пурпурными лентами и бантами, и огромная шляпа, украшенная большими синими цветами.

— Знакомься! — торжественно объявил гусь. — Это моя хозяйка!

— Здравствуйте, — поздоровалась девочка.

— Здравствуй, девочка, — широко улыбнулась женщина.

— Какая у вас красивая шляпа, — сказала она.

— Спасибо. У меня их очень много дома.

— Хозяйка, она спасла меня от злобного пугала.

— Какая храбрая девочка! Спасибо тебе! — одобрительно воскликнула женщина.

— Не стоит, мы ведь взяли подсолнух, а он же пугало…

— Глупости! За спасение моего гуся ты заслужила награду. Хочешь, я подарю тебе шляпу и угощу сладостями? У меня их очень много дома.

— Спасибо, но я жду папу, он должен скоро прийти… — сказала девочка.

— Не волнуйся, мы очень быстро съездим туда и обратно, просто нужно подобрать тебе шляпку, примерить и всё такое.

— Ну ладно, — согласилась девочка, — если это быстро.

Девочка уселась рядом с женщиной, и они уехали. Пугало выглянуло из подсолнухов.

— Ведьма её съест?

— Ну, в лучшем случае, — ответил гусь и улетел.

Когда папа пришёл на перекрёсток, он так и не встретил девочку. Грустный старик просто отправился домой.

— Какая глупая сказка! — возмутилась Инга.

— Какая глупая девочка, — ответил старик.

Аарон слегка рассмеялся. А Инга немного погрустнела и сидела молча.

— Ну хорошо, другая сказка…

Про старое дерево

— Твоя биография? — рассмеялся Аарон.

— А давайте поднимут руки те, кого недавно не пытались убить деревья? — парировал старик.

Однажды одному молодому человеку в наследство от отца достался сад. Старик его помер давно, и ничего, кроме сада, у него не было.

— И зачем мне эти деревья? — сказал мальчишка, глядя на своё наследство.

Так шли годы, а сад стоял без дела. И решил он, дабы выручить хоть какую-то выгоду, построить на той земле гостиницу. Для этого пришлось бы вырубить почти все деревья, ведь сад был небольшим.

— Ты уверен, что хочешь сделать это? — спросила у него однажды жена.

— Ну а что? Плодов он почти не приносит. Смысла в отцовском наследстве никакого нет.

— Просто ты бы ухаживал за ним. И, может, получилось бы.

— Пропадать днями в саду, как отец? Ну уж нет. У меня дел много. А сейчас я быстро построю дом, и можно будет уже летом, через пару месяцев, постояльцев принимать.

— Просто они же живые, ладно бы сухие рубить…

— Просто деревья, вот и всё.

— Но он же их так любил.

— И что?

Принялся парень работать, ведь сил и упорства ему было не занимать. Каждый день рубил он строптивые деревья, сушил их ветви на солнце, жёг их после этого. Летели дни в работе, и хоть деревьев, как казалось поначалу, было не так много, они не отступали. В конце концов, своим упрямством и настойчивостью он всё же справился.

И сад под лёгкими взмахами топора превратился в небольшое поле, усеянное пеньками. Среди них и жухлых листьев осталось только одно дерево. Огромное и самое старое — первое дерево, посаженное ещё его дедом. Эта яблоня стояла там не один десяток лет. Взмахнув топором, он ударил яблоню, но без особого результата, так ещё несколько раз, и снова, и снова.

Решив, что лезвие топора затупилось, парень заточил его как никогда: топор стал острым настолько, что им впору было бриться. И снова он вонзил острие в ствол яблони. Но вынуть топор так и не смог.

— Застрял? — удивился новый хозяин сада.

И гневно попытался вырвать свой топор. Из ран яблони засочился сок, а в тех местах, где была уже содрана кора, проглядывал белый, словно кость, ствол. Топор вытащить не удавалось, он так и оставался торчать из ствола дерева.

Тогда парень отправился на рынок и купил новый топор. После этого из ствола торчало уже два топора. Парень выдохнул, решив, что злиться на упрямое дерево глупо и что он всё равно упрямее. После этого из ствола торчало три топора.

— Да пропади ты пропадом! — закричал он на дерево и оставил его в покое.

Он выкорчёвывал пни, сжигал ветви и листья, почти не бывал дома, забыл про друзей, почти не видел жену. Месяцами рубил он эти деревья и не заметил, как пришло и начало уходить лето. А строительство дома так и не началось. Фундамент нельзя было заложить из-за пней и корней в земле: все их выкорчевать не удавалось.

Начали опускаться руки. Работая под палящим солнцем в последние дни августа, он решил прилечь отдохнуть, лёг в тени яблони с торчащими из неё топорами и крепко-накрепко уснул. Но разбудило его солнце; в бреду от жары он встал и посмотрел вверх. Яблони рядом не было — она стояла поодаль. Он переместился в тень, но яблоня раздвинула свои ветви, освобождая путь солнечным лучам.

— Зачем ты это делаешь? — спросил он, не ожидая ответа.

— А что уж теперь? — спросило дерево. — Оставайся тут один, ни с чем, — сказала старая яблоня и засохла.

— Боги, ну это какой-то бред. Сказка про солнечный удар? — спросил Аарон.

— Нет, сказка про глупость и неуважение, — объяснил старик.

— Хочешь, я тебе расскажу сказку?! — разозлился Аарон.

— Да, можно, если есть что сказать.

— Ну, так вот рассказ про...

Черепаху, которая думала, что она умнее всех!

В общем, шли люди по улице и увидели черепаху, которая сидела и дымила у пруда. Отвратительная привычка, кстати. Они заговорили с ней, и она начала умничать про жизнь и уважение. Всё никак не могла заткнуться, хотя её никто не спрашивал, а потом из неё сделали черепаховый суп с привкусом дешёвых советов. Конец.

Аарон уселся и умолк. Повисла тишина на целую минуту.

— Интересная сказка, — сказал старик. — Но про черепаху есть ещё одна, тоже неплохая.

Про черепаху и цветных рыбок

— Я тебя ненавижу, — прошептал Аарон.

Старик сделал вид, что не заметил выпада, и продолжил:

Однажды в пруду спала старая черепаха. Она была настолько старой, что помнила, как засияли звёзды.

— Я настолько старая, что помню, как засеяли звёзды, — говорила она. — Вроде бы…

Жила она просто, занимаясь своими черепашьими делами: общалась с братьями-черепахами, выпивала со старой крысой, а ещё наблюдала за миром вокруг.

Шли годы, мир менялся. Черепаха это замечала, конечно, но обычно ей было всё равно.

Однажды в пруд приплыли две маленькие разноцветные рыбки. Они были уверены, что раз они видят лучше, то и понимают больше. И в какой-то момент к ним начали приходить люди, прося о помощи, ведь среди них ходила легенда — сказка, если угодно, — что эти рыбки могут исполнять желания. И это было правдой. Каждый раз для сотворения своего волшебства они устраивали пляски, выпрыгивая из пруда.

А ещё там жила женщина, которая также обладала даром. Она могла оборачиваться птицей и парить в небе, могла оборачиваться рыбой и дышать водой. Но был у неё лишь один изъян — зависть. Её так злило и раздражало, что в мире есть ещё кто-то особенный. Эта птица жаждала увидеть конец своего пути, к чему-то прийти, но никак не могла. То путь не тот, то не в ту сторону ходила. И жила она вот так, недовольная своей жизнью.

Однажды черепаха сказала рыбкам, что гораздо безопаснее им будет плавать по кругу, одна за другой, и так творить свои чудеса. Рыбки ответили, что так чудес не произойдёт. Они постоянно носились по пруду, дабы создать хоть что-то. Это было глупой тратой сил, но людей это забавляло, и рыбки были довольны.

К пруду прилетела птица и познакомилась с рыбками.

— Так здорово быть птицей, уметь летать! Ты можешь отправиться куда захочешь, — восхищались рыбки.

— Да, но вы вдвоём можете создать что угодно.

— Нам не хватает движения. Один этот пруд — и на всю жизнь. Ещё и рядом с этой скучной черепахой. Кошмар.

— Как бы я вам хотела помочь… — лукавила птица.

— А чем мы можем помочь тебе? Ты же не просто так прилетела в наш пруд?

— А у меня всё есть, — сказала птица. — Я просто хотела познакомиться и увидеть вас. Посмотреть, как вы танцуете под водой.

И рыбки показали ей свой лучший танец. Они кружили, не жалея сил.

— Это было великолепно! — восхитилась птица. — Знаете, у меня очень большой клюв. Если вы заплывёте мне в клюв, я смогу взлететь с вами и показать вам землю и пруд с высоты.

Рыбки обрадовались, воображая, какое чудо они смогут сотворить, проделав такой большой путь.

— Подожди, но если мы заплывём в твой клюв, разве ты нас не проглотишь? — спросила одна из рыбок, та, что не билась головой в детстве.

— Ну конечно нет. Да и зачем мне это? Разве я наемся такими маленькими рыбками?

После этого птица широко открыла клюв, и туда заплыла первая рыбка.

— Ну же! Давай быстрее! — сказала она сестре.

Но та всё ещё сомневалась и в итоге передумала. После чего птица закрыла клюв и проглотила первую рыбку.

— Зачем?! — спросила у неё вторая.

— Просто так, — ответила ей птица и попыталась её поймать.

Рыбка сумела уплыть вглубь пруда. После этого она творила чудеса, плавая только по кругу, последовав совету старой черепахи и понимая, что большего для этого и не нужно.

Старик закончил.

— Зачёт, — протянул Аарон, подняв руку. — А теперь можно обратно в лес? Мне тошно, и я хочу умереть…