Освобождение

Оценка

(v29.4 от 20.10.2021; первоначальная версия – 2013 г.)

Клеонф, владетель Теорский, отчаянно скучал. Собравшиеся за столом гости являли собой худший из вариантов компромисса, поскольку не удовлетворяли ни одну из сторон. Клеонф потратил кучу времени на спор с собственной тёткой, занимавшей высокое положение распорядительницы двора принцепса сената, и всё же отбился от настойчиво предлагаемых ею старых, скучных, но очень влиятельных вельмож. Леди Меропа же, на правах единственной его родственницы, вычеркнула всех «слишком молодых и легковесных». В итоге получилась сборная солянка малознакомых середнячков, большинство из которых можно было смело отнести к «профессиональным гостям», пришедшим исключительно ради бесплатной еды.

Клеонф окинул взглядом свой парадный зал – мрамор, гранит, колонны, драпировки, в меру тусклые светильники. По центру протянулся обеденный стол: сорок метров белоснежных скатертей, лучшего хрусталя и тончайшего фарфора. Гости уже собрались; следовало признать, что они, по крайней мере, прилично одеты и неплохо воспитаны. Счастье ещё, что сама Меропа не явилась на это сборище. У неё хватило такта отговориться какими-то придворными обязанностями, но по факту ей просто не хотелось вращаться в недостаточно значительном обществе. Так что теперь Клеонфу осталось со спокойной душой сделать выбор: напиться постепенно, и тогда приглашённые покажутся вполне милыми людьми, или напиться быстро, и тогда остаток дня просто не задержится в памяти. Гости скучать не будут в любом случае – с хозяином им говорить особо не о чем, а специально нанятые слуги обеспечат непрерывный поток еды и выпивки и без прямых указаний. Правда, Клеонфу в любом случае следовало ещё выдержать торжественное начало трапезы – несколько предписанных традицией тостов и парочка до невозможности фальшивых благодарственных речей, но он уже давно научился пропускать подобный информационный шум мимо сознания.

Хозяин дома совсем уже было склонился ко второму варианту – зачем помнить всякую скукотень, без которой только легче жить? А к завтрашнему полудню он вернёт себе более-менее нормальный вид... Но планы грубо нарушил прямой вызов с мобильника дворецкого, встречающего гостей у парадного подъезда. Сей толковый простолюдин не располагал, увы, даже искоркой Таланта, так что поддержку телепатической связи пришлось взять на себя Клеонфу.

Ситуация перед входом разворачивалась и в самом деле тревожная: к особняку подкатил автомобиль. Длинный, чёрный, блестящий. И, что особенно важно, с широкой пурпурной полосой. Дверца открылась, и на чисто вымытые гранитные плиты тротуара ступила весьма известная в столичных кругах личность. Дворецкий ещё успел заметить жёсткую улыбку новоприбывшей, а затем Клеонф поспешил прервать связь. Эхо ментального удара настигло его даже и по уже разрушающемуся каналу. Слуга же просто отключился. Интересно, он сразу уволится, как только очнётся, или потребует утроения жалования – за риск? Клеонф потряс головой, отгоняя неуместные мысли.

В целом ситуация неприятная, но не сказать чтоб необычная. Этикет весьма чётко регламентировал поведения хозяина дома. Он встал, нарочно громко скрипнув креслом, чтобы привлечь внимание гостей. Тихий гул голосов поспешно затих. Как и звон посуды.

– Дамы и господа, – ему удалось наполнить голосом всё немаленькое помещение. – С сожалением вынужден сообщить, что мой дом почтил вниманием цензор, – Клеонф опёрся руками о стол и ещё раз, но теперь внимательнее, оглядел гостей. – Конечно же, я предоставлю обычную компенсацию за беспокойство.

Цензорами именовались чиновники, оценивающие Талант граждан города; в методах они не стеснялись. Оценка эта определяла общественное положение, и Клеонф, как потомственный всадник, надеялся на подтверждение своих прав.

Пятеро наиболее способных – а может, честолюбивых? – гостей вежливо вышли на связь, предлагая поддержку. Он вынужден был отказаться, и не только из соображений всё того же этикета. Лучший из них раза в два уступал хозяину дома, и они не проводили совместных тренировок и не сработались как команда. В совокупности это означало, что от совместных действий вреда будет гораздо больше, чем пользы. Клеонф с трудом удержался от мысленных проклятий в адрес Меропы, вычеркнувшей его обычных помощников.

«Прикройте эвакуацию, – мысленно велел он пятёрке. – Я задержу цензора, насколько это возможно».

Он махнул рукой, и по убранству зала пробежала едва заметная рябь. Часть драпировок исчезла, вместо них в боковых стенах появилось шесть дверей. Спустя несколько секунд пять из них медленно открылись, а над проёмами зажглись зелёные таблички «выход». Клеонф послал каждому из гостей краткое сообщение с именем лидера его группы. Пятёрка лидеров, в свою очередь, поспешили встать у «своих» дверей, готовясь при необходимости поднять защитные купола. К счастью, «профессиональные гости» обладали и преимуществом – такого рода эвакуация была далеко не первой в их практике, а потому проходила чётко, без паники и лишних метаний.

Выкинув из головы мысли о паразитах, Клеонф сосредоточился на приближающемся чиновнике. Незваная гостья уже почти преодолела холл и приближалась к надёжно запертым высоким узким дверям парадного зала.

Раздалось три предписанных законом удара посохом. От каждого стальные двери тряслись и скрипели. Клеонф сосредоточился. К счастью, тот же закон разрешал ему не открывать. Если цензор не может войти в дом, то это личная проблема цензора... А без зрительного контакта от атаки очень легко защититься. Хотя и прикрыть ту же дверь дополнительной защитой никогда не вредно.

На сервисную электронику дверей обрушился ментальный удар. Клеонф вполне этого ожидал, но всё равно выдержал с трудом. Он активировал пару резервных источников энергии и плотнее закапсулировал оборону. Следующий удар отразить не составило особого труда. Он уже было обрадовался, но тут по створкам пробежала волна; из стальных они стремительно превращались в деревянные, а Клеонф не успевал выделить нужное количество ресурсов на стабилизацию пространства. Ещё одна волна, удар посохом, и двери рассыпались гнилыми щепками.

Порог гордо переступила Ксения Ирд Пеарги. Единственная иностранка, добившаяся столь высокого поста – благодаря своему исключительному Таланту. И не просто иностранка, а инопланетница: нимфа с Алькара. Бледно-зелёная кожа, вздёрнутый носик, относительно короткие, всего лишь до плеч, волосы, крашенные в светло-русый, причём крашеные уже довольно давно – тёмно-синие корни заметно отросли... Лоб украшала её всегдашняя серебряная диадема с изумрудами, голову на уровне глаз перехватывала столь же всегдашняя белая повязка. Многие считали цензора живым воплощением Фемиды, и не только из-за повязки, но также из-за чудовищной неподкупности вместе с не менее чудовищной въедливостью. Вместо весов и меча она носила длинный белый посох, которым пользовалась поразительно уверенно. Не менее уверенно она носила предписанную должностью белую с широкой пурпурной каймой тогу из очень тонкой шерсти. Доморощенные эксперты в области моды, во главе с Меропой, единогласно утверждали, что так называемые варвары физически не в состоянии носить тогу правильно. Когда им указывали на Ксению, они не менее единогласно признавали её исключением, лишь подтверждающим правило...

– Цензор Максимус Республики – с проверкой к владетелю Теорскому. Во имя закона! – объявила визитёрша своим чистым, глубоким голосом.

Эта традиционная фраза вернула Клеонф к реальности. Визиты Ксении были неотъемлемой частью его жизни – в конце концов, должность она получила ещё до его рождения, но каждый раз он глядел на неё как загипнотизированный. И на его памяти она не изменилась ни капельки – казалось, время не властно над нимфой... Но фраза произнесена, и гляделки кончились.

– Владетель Теорский заявляет отказ от сотрудничества, – не менее ритуально отозвался Клеонф.

– Свой любимый отказ, – промурлыкала цензор. – Он будет, конечно же, преодолён, – к самоуверенному тону добавился решительный кивок.

Она вскинула посох. Отделка зала дрогнула, но лишь чуть потускнела. Зато пятачок полированного гранита вокруг цензора сменился ярко зеленеющей травой. Неуловимый жест – и пятно начало расширяться, захватывая новые и новые участки пола.

Клеонф контратаковал. Потраченное на обмен ритуальными фразами время дало ему возможность поднакопить энергию. Он обрушился на щит цензора, почти физически завибрировавший под его ментальными ударами. Продвижение травяного пятна замедлилось, а потом и вовсе почти остановилось.

Ксения не замедлила ответить, причём, как это обычно у неё водится, в другой плоскости. Телекинетическая волна врезалась в стол. Первой в воздух поднялась еда и посуда, метательными снарядами направившись в сторону Клеонфа, который так и стоял во главе, опершись руками о столешницу. Следом взмывали в воздух скатерти, а затем и щепки, которые цензор с бешеной скоростью выламывала из стола и кресел.

Клеонф едва успел перестроиться. Принял на щит наиболее резвые тарелки, затем вклинился и разрушил структуру телекинетического потока. Посуда, внезапно вспомнив о гравитации, с весёлым звоном спикировала на каменный пол и уцелевшую часть стола. Сверху спланировала скатерть, которую тут же присыпали обломки мебели.

Пока Клеонф боролся с летучей посудой, цензор расширила свою «зелёную зону» на треть зала. Колонны превратились в деревья, стены – в старую каменную кладку, обильно заросшую мхом и плющом, откуда-то взялись кусты и даже парочка певчих птичек.

Клеонф бросил быстрый взгляд на эвакуационные выходы – последние гости поспешно покидали зал под защитой локальных щитов его любезных помощников. Он снова сосредоточился на цензоре. Ресурсы теперь можно было не экономить, и он распечатал все резервы, стараясь отвоевать утерянное пространство. Ксения пошатнулась под его ударами; её щит рябил, трещал и прогибался, ей пришлось опереться на посох. Повязка пошла бурыми пятнами, и по щекам скатилось несколько кровавых капель. Но сквозь плотно сомкнутые губы не прорвалось не звука.

Сначала, на гребне азарта, Клеонфу удалось отвоевать заметный кусок зала, но потом он заметил, что его силы словно уходят в какой-то бездонный колодец. Он тратил всё больше и больше, а продвигался всё меньше и меньше. Гримаса Ксении из сосредоточенной стала самодовольной, несмотря на то, что отдельные капли крови сменились вполне реальными ручейками. Она снова повторила свой фокус со столом, но теперь взмокшему, тяжело дышащему Клеонфу удалось остановить поток осколков и щепок буквально у самого своего лица. Сил на поддержание стабильности пространства уже практически не оставалось. Он посопротивлялся ещё чуть-чуть, дожидаясь, пока закроются противоударные двери эвакуационных и выходов, а затем обессилено плюхнулся в своё кресло, единственное из уцелевших в зале. Теперь оно стояло не во главе стола, а перед огромной кучей мусора. Из озеленённой части помещения тянуло смесью плесени и сладковатого запаха тропических цветов. И пели птички. Издевательски звонко.

Ксении явно надоело тратить силы на преобразование реальности. Напоследок она направленным импульсом разметала кучу мусора перед его креслом – Клеонф едва-едва, но всё же успел выставить щит. Затем цензор спокойным шагом проследовала к хозяину дома, поправляя сбившиеся складки на потемневшей от пота тоге.

– Отказ преодолён, – возвестила она, резким движением вскидывая посох на манер гигантской указки. Кончик покачивался у самого носа хозяина дома. – Ещё возражения?

– Никаких, – с трудом выдавил Клеонф. – Только небольшой сюрприз.

Дрожащей рукой он аккуратно отвёл посох в сторону, и мысленно послал короткую команду. Круглый участок пола с креслом и цензором резко провалился на уровень ниже, плавно затормозив лишь в самом конце спуска.

Нижнее помещение было заметно скромнее размерами. Мебель он тут подбирал по своему вкусу, не оглядываясь на условности: несколько мягких диванов, журнальные столики, парочка стеллажей, комоды, пуфики, огромные зеркала... Обширная кровать в дальнем углу.

Люк над их головами бесшумно закрылся.

– М-м, интересное местечко, – пробормотала Ксения, оглядывая обстановку. – Это и есть твой сюрприз?

Городские сплетники придерживались мнения, что их бессменный уже много лет главный цензор ориентируется в пространстве исключительно за счёт феноменальной способности к ясновидению. Клеонф же знал, что она больше полагается на несколько камер, спрятанных среди изумрудов диадемы, и прилагающийся к ним имплантат, транслирующий изображение непосредственно в мозг. Хотя и тот самый дар ясновидения также имел место. Среди прочих её Талантов.

– Типа того. Присаживайся, – он указал на один из диванов.

– Да, тут и в самом деле мило, – признала Ксения, ещё раз оглядывая обстановку. – Хотя и... О, – одна из баночек на ближайшем комоде взмыла в воздух. – Ты и инвизином запасся!

– Ещё бы не запасся! – он аккуратно вклинился в телекинетический поток, перехватывая баночку с целебной мазью. Ксения не сопротивлялась, расслабленно развалившись на диване. – Ты же каждый раз выкладываешься по полной.

– Не по полной, – тихо шепнула она. – Но близко. Мне надо быть уверенной, что ты сможешь себя защитить. Хотя бы у себя дома.

– Угу, – успокаивающе промычал Клеонф.

Он нащупал мягкую пряжку у неё на затылке, расстегнул и аккуратно стянул повязку. К счастью, кровь ещё не успела свернуться, и ткань отделилась легко. Не удержался от вздоха: её пустые глазницы выглядели ужасно – воспалённое, кровоточащее розовое месиво. Ещё раз вздохнув, он добавил к своему инвентарю банку антисептика, пачку стерильных салфеток и принялся аккуратно промывать, дезинфицировать и смазывать целебной мазью. Ксения расслабленно улыбалась. Как-то раз она ему призналась, что по-настоящему кайфует в такие моменты: боль снята инвизином, а он нежно массирует тысячи нервных окончаний...

– М-м... Восхитительно, – выдохнула она едва слышно. – Ты здорово натренировался, Клео...

– Да уж, практики-то у меня хватает, – несколько ворчливо отозвался Клеонф, очищая салфеткой пальцы от остатков мази. – За все эти годы я ещё ни разу не видел, чтобы эти раны полностью зажили. Ты специально себя гробишь?

– Ой, да брось, – беспечно отмахнулась Ксения. – Как ты верно заметил, это длится уже много лет, и ничего. А отказываться от своего Таланта я не собираюсь. Пусть и ценой некоторого количества крови. К тому же, ты так приятно гладишь...

Клеонф ограничился возмущённым фырканием.

– Если мне это нравится, что я, по твоему, должна делать? – почти непритворно возмутилась она. – Пойти и повеситься в ближайшей подворотне? Не меряй меня по людской мерке.

– Конечно же нет, госпожа цензор, – нарочно официально откликнулся Клеонф. – Чтобы я, да критиковал...

– Ой, брось говорить глупости, Клео.

– Ну я-то не цензор, чтобы всегда говорить умные вещи, – не удержался от шпильки Клеонф. – Кстати, что «хотя»? – он покосился на недоуменно задранные брови на безглазом лице и пояснил: – ты сказала: «тут и в самом деле мило, хотя...»

– А, это... Не важно. Не хочу портить тебе праздник пустыми придирками, – она выудила из складок тоги чистую повязку и привела лицо в относительно приличный вид.

– Ой, «праздник», скажешь тоже, – Клеонф скривился. – Не сыпь мне соль на... В общем, не издевайся. После Меропы тут уже нечего портить.

– Меропа искренне желает тебе добра, – мягко напомнила Ксения. – И я выбрала время визита не случайно, ты понимаешь, надеюсь.

– Что, я слишком громко думал? Насчёт напиться? – опасливо осведомился Клеонф.

– И снова ты говоришь глупости, – вздохнула она. – Твои планы можно было вычислить и без всякого ясновидения. Достаточно хоть немного тебя знать. И, кстати, чтобы ты зря не беспокоился, я, как цензор максимус, подтверждаю твою первую категорию владения Талантом.

– Спасибо.

– Это не подарок и не одолжение, – неожиданно строго сообщила Ксения. – Это констатация факта. С каждым разом ты обороняешься всё лучше и лучше. Наоборот, это я должна тебя благодарить, что ты не трясёшься над имуществом и всегда заявляешь отказ, вместо того чтобы соглашаться на унылое тестирование.

– Ну, так гораздо интереснее, – осторожно пояснил Клеонф. Он старался не распространяться о своей мечте – когда-нибудь победить её в честном поединке. Хотя старался, возможно, зря. Если уж она так легко вычислила его планы на вечер.

– Полностью согласна. Рада, что ты это понимаешь, – она сделала паузу, лукаво улыбаясь. – А это вот – подарок, – она снова покопалась в глубинах тоги, и, наконец, достала небольшую коробочку. – С Днём рождения, Клео!

– Спасибо, – Клеонф открывал коробочку очень осторожно, потому что уже имел «счастье» познакомиться с некоторыми образчиками цензорского юмора. Но там было всего лишь золотое кольцо полноправного всадника. Клеонф удивлённо задрал брови. По идее, он должен был получить его в магистрате завтра в полдень. – Нет, спасибо конечно... Но раз это подарок, то ты подразумеваешь, что я его не заслужил?

– Именно. Позволить какой-то тётке испортить собственный день вступления в полные политические права... пф-ф...

– Но она же распорядительница двора самого принцепса! – попытался возразить он. – И тётка у меня только одна!

– Вот станешь принцепсом, пусть тогда она твоим двором и распоряжается, – отрезала Ксения.

– Хм-м... – интересно, откуда такая резкость? Он решил рискнуть. – Возможно, это ещё один глупый вопрос, но... Не метишь ли ты на роль командира моего двора?

– Нет, с чего ты взял? – её удивление казалось неподдельным.

– Ну... Мне ещё ни разу не дарили кольца красивые нимфы, – сымпровизировал Клеонф.

– Ха. Значит, ты предлагаешь мне подать в отставку и засесть в твоём особняке, чтобы собачится с Меропой по поводу списка гостей и количества блюд в меню? Я верно поняла? Офигенно заманчиво! – она картинно поаплодировала. – Пф-ф... – это уже было натуральное шипение рассерженной кошки.

– Ну-ну, Кси, не шуми, – он успокаивающе взъерошил её волосы. – Это была всего лишь шутка.

– Естественно. У тебя же всё-таки есть мозги, – уже менее сердито огрызнулась цензор. – Потому-то я всё ещё здесь. Кстати, – она потеребила край пропотевшей тоги, – ты, надеюсь, снабдил этот свой будуар душем?

– Конечно же. Мне и самому неплохо бы помыться. Тебе потереть спинку?

– О, непременно! – мечтательно протянула она. – И не только спину!

Отсрочка

(v33.14 от 20.10.2021; первоначальная версия – 2014 г.)

День начинался не так уж и плохо. В конце концов, когда человек проснулся в собственном доме и даже в собственной кровати, и у него не болит голова, а предыдущий вечер и большую часть ночи он провёл наедине с любимой женщиной, и вместе они занимались совсем не вышиванием...

Очередное зеркало сорвалось с креплений и весело хряпнулось об пол.

Клеонф лениво приоткрыл глаз. Левый. Кинул мутный взгляд на распотрошённые диваны, разломанные комоды, разбросанную тут и там одежду, щедро присыпанную осколками стекла... И снова упал на подушки. Потолок над кроватью, ещё вчера идеально белый, теперь покрывала жирная сажа.

Разумеется, проснулся он в гордом одиночестве. Это уже стало печальной традицией. Да, вчера вечером Ксения была вполне довольна жизнью в целом, и Клеонфом в частности. Да, ночью они продолжили веселье. Да, спальню они громили вместе – он бы ещё и не тем пожертвовал ради счастливой ксениной улыбки. И? И всё как обычно. Клеонф мог хоть наизнанку вывернуться – и всё равно «доброе утро» ему скажет разве что дворецкий...

Скрипнула дверь. А вот и сакраментальный дворецкий, лёгок на помине – Клеонф узнал походку. Смотреть на слугу глазами, а тем более напрягаться и сканировать ауру ему совершенно не хотелось. Да и разговоры говорить не было ни малейшего желания. Наверняка ведь дворецкий потребует компенсации за риск на работе. И зачем это Ксении понадобилось его вчера вырубать...

– Я вижу, вы уже проснулись, господин, – вкрадчиво произнёс слуга.

Клеонф вздохнул. Ясновидение ни к чёрту. «Доброго утра» ему даже дворецкий не пожелает.

– Да. Что там у тебя?

–Утренний доклад. Во-первых, ваша, гм, гостья благополучно отбыла. Два часа назад. Как следует позавтракав.

– Угу, – Клеонф внезапно понял, что и сам бы не отказался подкрепиться.

–Во-вторых, ваш День Рождения встал в кругленькую сумму. Компенсации гостям. Доплата разово нанятым слугам – за риск. Парадному залу требуется капитальный ремонт. Да и здесь, – дворецкий хмыкнул. – Мебель сколько, два дня простояла? Антирекорд, однако.

–Дорогой мой Алькаид, – Клеонф остался совершенно равнодушным. – Отвянь, а?

– С радостью, господин Теорский. С превеликой радостью. Я как раз подумывал: что-то подзадержался я у вас на службе. А ведь это, как вчера выяснилось, вредно не только для нервов.

– Ну и катись. Зарплату по безналу перечислю.

– Если у вас ещё есть, что перечислять, – невинно заметил теперь уже бывший дворецкий.

– Есть-есть... Катись, я сказал.

Простолюдин прохрустел к выходу.

Клеонф сам не совсем понимал, что на него нашло. Ещё вчера было ясно, что дворецкий станет кочевряжится, но тогда хозяин дома планировал удержать полезного слугу. Поднять жалованье, извиниться, что-нибудь придумать... Но этим утром всякое желание суетиться исчезло. Более того, воодушевление тоже куда-то делось. Осталась одна только апатия. Дом в руинах, слуг нет, Ксения смылась, деньги профуканы... Клеонф нехотя встал и осторожно, стараясь не порезаться, пробрался в малую столовую. Там ещё засыхали остатки ксениного завтрака. Клеонф отыскал планшет, обессилено уселся за стол и принялся рыться в собственной почте, машинально подъедая то, что ещё можно было подъесть.

Почта не радовала. Спам, спам, спам... Письмо от Меропы, блистательной клеонфовой тётки, распорядительницы двора принцепса сената. Тётка поздравляла с совершеннолетием и едко напоминала, что теперь он уже большой мальчик, и должен наконец взяться за ум. Перестать якшаться со всякими подозрительными иностранками – подразумевалась Ксения, – и заняться деланием денег, чтобы быть достойным своих великих предков и родственников... Клеонф тупо перечитал фразу про «великих родственников», которых у него было ровно одна штука – Меропа собственной персоной, вяло удивился тёткиной наглости, и закрыл письмо. Так, что там ещё... Уведомление от банка – он наконец может совершенно самостоятельно пользоваться деньгами со своего счёта. Рента с фамильных земель не больно-то велика... Но жить можно.

В последнюю очередь Клеонф открыл письмо, помеченное вместо имени отправителя чёрной кошачьей рожей. Очень толстой и очень наглой. Символ узнаваемый... Каждый, кто попал в затруднительное финансовое положение, и при этом не захотел, или не смог, взять кредит в банке, рано или поздно получал такое письмо. Напоминание от ростовщика – вот что значила эта морда. Ростовщика звали Кысь, и этого имени страшилась чуть ли не треть города.

Клеонф внимательно перечитал письмо. Сравнил задолженность с размером счёта в банке. Вывод напрашивался неутешительный. Идти ему куда-либо совсем не хотелось... Но тут было уже не до желаний. Кысь, он ведь не гордый. Если должник не идёт к кредитору, то к должнику наведывается одна из кысевых бригад. И это вам не визит какого-нибудь цензора, не-ет. Покалечат только так.

Так что Клеонф покривился, повздыхал, но таки принялся приводить себя в порядок. Надо заплатить хоть часть долга. А Кысь безнал не принимает, так что шагом марш в банк, бери наличность. А потом тащись... Можно бы прихватить друзей. Теоретически. С практической точки зрения – Клеонф может привести от силы пять человек, а Кысь легко выставит пятьдесят. А если верить слухам, то и пятьсот... И самое главное, Клеарху не хотелось бы расставаться с иллюзиями. Друзья познаются в беде, да. Поскольку он неплохо знал этих людей, то выбирая между «друзьями» и истиной... предпочитал «друзей».

Так что идти следовало одному.

Тога исключалась: и район неподходящий, и не наденешь её без дворецкого. Клеонф предпочёл полевой мундир всадника. Само название сословия безбожно устарело – лошади давным-давно применялись лишь в церемониальных целях, но традиционное облачение было хотя бы практичным. К мундиру полагалась фамильная шпага – и это послужило ещё одним аргументом в выборе одежды. Конечно, в век бластеров довольно смешно разгуливать с заточенной железкой, но ему мог понадобиться концентратор магии. Просто... на всякий случай. На роль концентратора годилась хоть палка, хоть посох – как, например, у Ксении, – но клеонфовы предки предпочитали шпаги. Причём вполне боевые, а не игрушечные «церемониальные». Полтора кило заточенной стали предавало уверенности. Не смотря даже на то, что фехтовать он толком не умел – всегда было лень учиться. Краешком сознания Клеонф понимал, что самоуверенность эта ложная, но всё же... Но всё же он решил, что даже такая не помешает.

***

Кысева штаб-кватира располагалась над баром. Весьма затрапезная такая забегаловка на окраине города. Обшарпанная двухэтажная пристройка к не менее обшарпанному многоэтажному жилому дому в сером и мрачном спальном районе. Клеонф в своём сословном костюмчике, да ещё и со шпагой, смотрелся здесь чужеродно. Местная публика косилась... Но и только. Кысь весьма тщательно следит за порядком в своём районе.

Клеонф опасливо толкнул алюминиевую дверь и тихо проскользнул внутрь. Бар был почти пуст. Скучная отделка – негорючие и износостойкие, но невзрачные керамические плитки. Тихое гудение кондиционера. Скучающий бармен. Парочка вяло потягивающих морковный сок вышибал. Клеонф сначала не поверил своим глазам, но да, они пили именно морковный сок. И лица у охранников были кислые-кислые... Несколько тихих завсегдатаев употребляли что покрепче. Всё как всегда. Клеонф хотел уже двинуться в сторону лестницы на второй этаж, когда заметил нечто странное в боковой нише. Всё-таки обычно в общепите на столиках не ставят жёлтые пластиковые тазы; и уж тем более никто не выстраивает вокруг этих тазов батареи стопок с водкой. Кроме того, он никак не ожидал встретить в таком месте Цензора Максимуса Республики, с унылым видом наблюдающей, как над тазом левитирует рюмка. Конечно, слово «наблюдает» не очень подходило Ксении с её повязкой поверх пустых глазниц; но на лбу вместо обычной диадемы у неё поблёскивала узкая полоска бисера, и Клеарх надеялся, что среди бусинок подключённые к имплантату камеры спрятать не труднее, чем среди драгоценных камней. Ну не явилась же она в такое место, надеясь на одно только ясновидение! Оделась Ксения подчёркнуто неофициально – заношенный спортивный костюм с капюшоном, почти полностью скрывающим синие корни волос. Хотя крашенные в блондинистый кончики только подчёркивали бледно-зелёную кожу...

Клеарх наконец вышел из столбняка и подсел напротив.

– О, Клео, и ты тут, – Ксения ничуть не удивилась. – Та ещё дыра этот трактирчик... – она чуть изменила форму энергетического потока, поддерживающего рюмку в воздухе. Закалённое стекло тихо тренькнуло и осыпалось в таз сотней мелких кусочков.

– Хм... Попусту переводишь продукт?

Прозвучало это чрезмерно резко. Он-то себе позволить выпить не мог, хотя очень хотелось. Но с Кысем предстоял трудный разговор. И надо быть полным идиотом, чтобы решать денежные вопросы на пьяную голову.

– Типа того... – спокойно согласилась Ксения, поднимая в воздух новую рюмку.

– Но зачем?

– Ты знал Эйаса? Хотя, куда там, он смылся до твоего рождения... Ну, хотя бы слышал? Эйас Александер, он был верховным цензором до меня.

–Кое-что, – осторожно кивнул Клеонф.

В памяти всплыла сценка из далёкого детства. Отец, на его недоуменный вопрос заявляющий, что «Ксения Пеарги – та ещё сволочь, но на фоне суки Александера она реальная милашка».

–Сволочь я, значит? – с каким-то даже злорадством усмехнулась Ксения.

Чёрт, он слишком громко думал. Вечно с ней так – копается в чужой голове без малейшего стеснения.

– Я так не считаю, – поспешно открестился Клеонф.

– Гм. Ну, твой папаша был в целом прав, если уж честно, – Ксения раздробила ещё одну рюмку. – Я не могу пить – Эйас постарался. Мигом выворачивает... Угораздило же меня попасть к этому уроду в ученики!

–Выворачивает? – тупо переспросил Клеонф.

–Выворачивает, выворачивает, – мрачно подтвердила Ксения. – Думаешь, для чего этот таз?

– Для битого стекла, плавающего в водке? Хм. А если алкогольную клизму?

–Добрый ты... – она хмыкнула ещё мрачнее. – Эйас не был идиотом, дорогой мой Клео. Он всё предусмотрел.

–Допустим. Но зачем...

– Я вообще сюда пришла? Память, Клео, память. Вот представь... Стоило мне действовать чуть поумнее. Ведь ясно же было, что мужнины родственнички не успокоятся. Подловить их на подходе, сыграть на разнице собственных частот, элементарно же... Не-ет. Я пыталась тупо утопить...

– В водке?

–Причём в дешёвой. На пособие беженца особо не разгуляешься. Думаешь, почему тут теперь стены огнеупорные?

Клеонф озадаченно потёр затылок. Смысл разговора как-то ускользал.

– А можно с начала? У тебя есть муж, ты от него сбежала, родственники были недовольны...

– Нет, – она решительно покачала головой. – У меня был муж... Формально богатый. Крупный землевладелец... В долгах, как в шелках.

Клеонф невольно поморщился.

–Прикончил его один из отчаявшихся кредиторов, – продолжила Ксения. – Детей у нас не было... А вот обширный неотчуждаемый майорат был. И родственники мужа обвинили в убийстве меня – чтобы отсечь от наследства.

– Какие милые люди.

– Ну, мы не очень ладили, – Ксения задумчиво поболтала рюмкой, расплёскивая содержимое. – Мягко говоря. Я не хотела этого брака, всё решили родители, мои и его... А, теперь уже не важно. Я смылась сюда, потому что вашему Сенату до задницы всякие там требования «варваров» об экстрадиции. Особенно «зеленожопых» с Алькара, – она неодобрительно покривилась. – Представь – одна, в чужом городе, где тебя даже за человека-то не считают. Жизнь вроде как кончилась... Ни целей, ни желаний. Вот разве что забыть мне хотелось, это да. Но, как видишь, так и не удалось, – Ксения стала ещё печальней.

– И родственнички явились сюда по твою душу?

– Да не сами родственники, конечно, – отмахнулась Ксения. – Не того полёта птицы. Грязную работу за них делают наёмники. Я сидела вот тут же, в дверь вламываются они, я к тому моменту была уже изрядно...

– В зюзю? – услужливо подсказал Клеонф.

– Не до такой степени, – суховато возразила цензор. – давай, я лучше тебе покажу.

И она коснулась ладошкой его лба прежде, чем Клеонф успел возразить.

***

Бар изменился. Вместо плиток – деревянные панели. Народу стало больше, и все – в одежде словно бы из музея. Исчез таз и батарея стопок – на столике стоял лишь полупустой графин и стакан. Исчезла и Ксения.

В трактире было шумновато. Лениво вращающиеся вентиляторы вместо кондиционера. Спёртый воздух. Перед глазами всё расплывалось – Клеонфу почему-то никак не удавалось сфокусировать взгляд. Мысли в голове еле шевелились...

Шумно распахнулась дверь. Громко зазвенел колокльчик. Он попытался припомнить что-то важное. Вроде же, когда он входил, не было никакого колокольчика?..

Вошедших рассмотреть он как следует не мог – так, только весьма объёмные силуэты. Но явственно чувствовал накатывающую волнами агрессию. Голоса грубые, и наглые.

– Всё, допрыгалась, сука зеленожопая? Думала, прирезала муженька, сюда припёрлась, и всё в ажуре, да? Так вот нет! Нам хорошо заплатили, так что тебе крышка!

Клеонф тупо пялился на новоприбывшего. «Сука зеленожопая»? Это он о ком?

–Господа, вы же не будете против, если мы избавим вас от общества этого вот инопланетного дерьма? – вопрос был обращён к залу.

Публике было по большей части всё равно. Послышалось несколько одобрительных выкриков, и ни одного протестующего. Бармен вяло протирал стаканы, делая вид, что ничего не замечает.

Итог был абсолютно ясен – ему никто не поможет. Его размажут по стенке, а эти будут наслаждаться зрелищем... Его охватила жалость к самому себе. И злость. Зрелище, значит? Будет им зрелище. Гори оно всё!

Комок энергии сформировался словно сам собой. Ничего сложного, элементарнейший излучатель... Силовые линии расползались, взгляд по-прежнему не желал фокусироваться. А вот сил было в избытке. Что-то тут опять же было не то, у Клеонфа никогда не было столь обширных запасов. В голове упорно крутилась какая-то мыслишка, но он тупо от неё отмахнулся, стараясь поймать разбегающиеся силовые линии.

Кто-то грубо схватил его за плечо, и от неожиданности он всадил весь запас в так и не до конца сформированную конструкцию. Простейший излучатель, да... Свет! Белая, ярчайшая вспышка, а затем тьма, и боль, и жуткая вонь горелой органики. Мышцы не держали, он уронил голову на столешницу – тело взорвалось новой порцией боли... Даже дышать было больно... И почему так темно? И что это за мерзкий скулёж?

Он ещё успел понять, что скулит он сам, когда внезапно всё кончилось.

***

Клеонф, тяжело дыша и вцепившись в столешницу, снова сидел в баре, отделанном керамикой. Напротив – Ксения, улыбающаяся сочувственно и немного насмешливо.

– Вот примерно так всё и было...

– Могла бы и словами объяснить, – проворчал он. Почти даже и не возмущённо – на настоящее возмущение не осталось сил.

– Так нагляднее.

–Скорее даже чересчур, – скривился Клеонф. – Ты что, и правда сожгла всех обычным фонариком?

– Типа того. Человечина-гриль, в ассортименте... К счастью, почти никто не орал, а те, кто орали – быстро заткнулись. Я от собственного-то скулежа чуть не свихнулась. Хотя, может и свихнулась, кто знает, – Ксения задумчиво расколола очередную рюмку.

– Нужно радоваться, что хоть сама не окочурилась... – проворчал Клеарх. – Как тебе это вообще удалось?

– Я же нимфа. С Алкькара. Зеленожопая. Радоваться? – она скептически хмыкнула. – Это когда во главе полицейских сюда вломился Эйас? Который с ходу заявил, что только понаехавшая дура могла отмочить такую глупость, и даже жаль, что меня нужно вытаскивать, потому что Талант остаётся Талантом, несмотря на вопиющее отсутствие мозгов... А что такое реабилитационный период после ожогов, знаешь? Особенно учитывая, что врач из Эйаса так себе, а никому другому он меня не доверил. Впрочем, глаза бы мне никто не спас... Это было самым трудным. Смириться. Я больше никогда ничего не увижу собственными глазами...

– У тебя же имплантат. Я думал, он неплохо работает.

– Неплохо, – проворчала Ксения, машинально касаясь бисерной ленточки. – Тебе бы такое «неплохо». Согласишься заменить свои глаза вот на это? Могу организовать. К тому же, из Эйаса я этот грёбаный имплантат больше шести лет выцыганивала. Шесть грёбаных лет! Он, видишь ли, ждал подходящего момента. В педагогических целях. В жопу такую педагогику...

– Удивляюсь, что ты его не придушила.

– Не то что я не пыталась... – Ксения хищно оскалилась. – Только вот он всегда был настороже, а возможности наши поначалу были тупо несопоставимы. А потом он смылся. Повесил мне на шею эту должность, и смылся! После всех издевательств. Сволочь.

Клеонф представил себя на месте этого Эйаса... Почему-то он казался скорее достойным сочувствия, чем «сволочью». Интересно, как прореагирует Ксения, если он выскажет это мнение вслух?

Проверить ему не дали: позади бесшумно возник один из кысевых подручных. Типичная безликая «шестёрка» для мелких поручений.

– Владетель Теорский? – тихо, чуть ли не шёпотом осведомился служитель. – Кысь готов вас принять.

– Уже иду, – деревянно выдавил Клеонф, поднимаясь.

Ксения молча улыбнулась очередной рюмке.

***

Ростовщик дожидался в своём полутёмном захламлленном кабинете. Толстый, пожилой, малоподвижный, лысый, в поношенном чёрном костюме... Один из самых зловещих «серых кардиналов» города, он совсем не выглядел зловещим.

– Клеонф, мой дорогой! – ростовщик расплылся в преувеличенно радушной улыбке. – Ты наконец выбрался навестить своего старого дядюшку Кыся!

– Не припоминаю, чтобы мы состояли в родстве, – ощерился аристократ.

– Ну, почти, – не смутился Кысь. – Я так долго и плотно общался с твоим отцом, что он стал мне практически братом... Безвременно ушедшим.

– Это было давно.

Очень хотелось добавить «и неправда», но Клеонф вовремя прикусил язык.

– Не так уж и давно... Я его прекрасно помню. Так ловко ускользнуть в могилу, так и не вернув треть долга... Тебе повезло, что я никогда не перекладываю долги на наследников. Которые, к счастью, приходят сюда совершенно самостоятельно! Ну, мальчик мой, чем порадуешь?

– Вот, – Клеонф аккуратно положил на стол стопку пластиковых карточек «на предъявителя».

Кысь тут же их сгрёб, привычным движением соорудил этакий «веер», мгновенно пересчитал и довольно заулыбался.

– Неплохо, мальчик мой, очень неплохо. Даже не ожидал. Вот что значит – хорошая наследственность! Значит, вчерашний праздник оказался не столь бурным, как мне рассказывали?

– Понятия не имею, что за чушь вам наплели.

– О, можешь не рассказывать, я понимаю – молодость, она быстро кончается, и надо ценить, что есть... Итак, итог очень даже хорош. Но недостаточно.

– Я знаю.

– Ха! Умненький мальчик. Итак, как сын моего старого друга, ты наверняка в курсе, как улаживаются подобные ситуации.

– Как-как... Деньгами они улаживаются, – буркнул Клеонф.

– Да, я мог бы дать тебе отсрочку – и взамен вздуть проценты... Только вот, – Кысь из весёлого внезапно стал очень серьёзным, – как ты будешь эти проценты платить? А? Есть идеи?

Клеонф вяло махнул рукой. Типа, не твоего ума дело.

– Как-нибудь.

– Интересно даже будет посмотреть на это твоё «как». Хм. Как я слышал, цензор подтвердила твой первый уровень Таланта?

– Да.

– Ты знаешь, я порой предлагаю альтернативу несостоятельным должникам.

Клеонф нервно сглотнул. Вот оно... То, на что он надеялся, и чего одновременно боялся.

– Что-то такое слышал, – он осторожно кивнул.

– Да уж надеюсь. Шпагу ты прихватил – очень разумно... Итак, очередная моя бригада близка к завершению обучения. Ребятам будет полезно потренироваться – всё же перворанговый всадник, не какой-нибудь задохлик. Победа над таким противником... Ну, ты понимаешь, надеюсь. Воодушевит, и так далее.

– Ещё не факт, что такая победа состоится, – мрачно возразил Клеонф.

Кысь, казалось, удивился. Слегка.

– Если ты им накостыляешь, я буду только рад. Пробелы в подготовке лучше выявлять заблаговременно... Твой случай будет неплохой проверкой. Или ты отказываешься от поединка? Условия выгодные: отсрочка на полгода, проценты прежние.

– Хм...

– Проценты лишь на остаток основного долга, – вкрадчиво добавил Кысь.

Выбор был... непростой. Лишними деньгами Клеонф не располагал. Особенно если вспомнить превращённый чуть ли не в руины дом. Альтернатива – всего-то полчаса позора. В том числе и физически болезненного позора. С бригадой ему не справиться, ясное дело. Нечего и пытаться. Но деньги, чёрт бы их побрал...

– Ваша взяла, – буркнул он наконец.

– Умница, – Кысь снова заулыбался. – Условия обычные: иди по Гана, там тебя встретят. Пока ты не пытаешься никого убить – никто не будет пытаться убить тебя. Мне нужен долг, а не труп.

– Понял.

– Ну так иди. Удачи.

– Угу, – Клеонф кивнул и очистил помещение.

Наружу ему удалось проскользнуть, не привлекая внимания Ксении: она как раз выташнивала в таз свой завтрак. Тот самый, из клеонфовой кухни. Что звуки, что запашок были те ещё, но всё население бара упорно делало вид, что ничего не замечает. Видимо, цензор так «развлекается» уже не первый раз. И все, кто позволял себе что-то заметить, уже благополучно получили втык цензорским посохом. Который, как Клеонф только сейчас заметил, всё это время аккуратненько стоял в уголке ниши.

***

Улица Аристида Гана представляла собой унылый коридор из обшарпанных пятиэтажек. Ни малейшего намёка на зелень. И никаких людей. Или хотя бы машин. Не говоря ужу о мусоре. Тупо ровный асфальтобетон, бурые фасады домов, тусклые окна – все тёмные, хоть и целые... Не похоже, чтобы тут жили люди. Вся улица выкуплена под кысев полигон? Так сколько же реально финансов сосредоточил ростовщик?

От невесёлых размышлений о будущем города Клеонфа отвлекли выскользнувшие из подворотни «ребятки» Кыся. Улицу впереди перегораживала четвёрка фигур в серых одеждах – самых обычных, из дешёвого магазина. Может быть, даже из того же, что и ксенин костюмчик... Быстрый скан показал, что Талантом владеют все, но трое – на самом примитивном уровне, а один – чуть посерьёзнее. Три боевика и прикрытие... Лица закрыты масками, в руках – самые обыкновенные боевые посохи. Почти сразу Клеофн засёк и вторую четвёрку – сзади, на почтительном расстоянии. Чтобы он не смылся, значит. Ну что ж, этот бой не выиграть, но и проигрывать следует достойно. Клеонф решительно сжал челюсти и вытащил шпагу из ножен. Блестящая сталь придала уверенности в себе. Самообман, конечно, но лучше уж так, чем сразу задирать лапки...

Итак. С восьмёркой нападающих в контактном бою он не справится однозначно. Да даже и с шестёркой – «прикрывающие» обычно держатся сзади... Эх, он всегда ленился учиться фехтованию, а после смерти отца так и вообще забросил тренировки... Следовательно, бандитов нужно удержать на расстоянии. Клеарх вскинул стремительно теплеющую от потока энергии шпагу, перегораживая улицу мерцающим куполом барьера. Да, долго он защиту не удержит, и купол сжирает энергии больше, чем два куска плоскости, но кысевы бригады состоят из десяти человек. Спустя пару секунд с крыши донеслись два приглушённых хлопка, и Клеонф самодовольно улыбнулся. Снайперы с электромагнитными винтовками. Пули завязли в барьере – винтовки в таких стычках намеренно ставят на «минимальный» режим, чтобы отвлекать, отнимать энергию на защиту, но не убивать. Хотя синяк после попадания даже «медленной» пули будет знатный. А попадание в голову вырубит почти со стопроцентной вероятностью.

Клеонф попытался прищучить переднего «прикрывающего». Он надеялся, что вырубив Таланта, от остальной тройки можно будет легко избавиться. К его удивлению, поток энергии не попал в цель. Причём бандит не просто уклонился, он слегка вмешался в структуру. Небольшое искривление силовых линий – и вся энергия ушла в асфальт. Клеонф попытался сформировать поток заново, но бандиты ответили согласованно – щит заискрился от очередных двух пуль, шести посохов и скоординированной ментальной атаки, достаточно слабой, но выполненной точно в такт собственным колебаниям купола. Ещё чуть-чуть, и из-за резонанса полусфера пойдёт вразнос и рассыпется, выкачав попутно все клеонфовы запасы...

Так что пришлось реагировать быстро. Плюнув на атаку, Клеонф соорудил новый купол, чуть поменьше, а потом отключил разрушающийся внешний. Затем снова потянулся к противнику, который снова уклонился. Новая атака на защиту...

Клеонф понял, что проигрывает, и проигрывает всухую. Сейчас он истратит все силы на ряд постепенно уменьшающихся куполов, а потом его можно будет брать голыми руками. Его начала душить бессильная злоба. Опустить руки и сдаться? Этим выскочкам, чтобы они вдоволь наглумились над ним, мало того что всадником, так ещё и перворанговым Талантом? А вот хрен!

В голову упорно лезли ксенины воспоминания. Страх, отчаяние и гнев. Он не может, просто не может опустить руки... Клеонф плюнул на бесполезные атаки, прикрыл глаза и принялся формировать на поверхности очередной защитной сферы мощный излучатель. Когда нынешняя внешняя разрушится, бандитов будет ждать неприятный сюрприз. Конечно, это было против правил; применение такого оружия переведёт конфликт с Кысем на совсем другой уровень. Впрочем, Клеонфа это не так сильно волновало. Переведёт, не переведёт... Проблемы надо решать последовательно.

Внезапно в почти готовую структуру кто-то вмешался. Кто-то очень умелый и могущественный, почти мгновенно расчленивший и купол, и излучатель на безобидные фрагменты.

Мышцы внезапно свело судорогой. Через шпагу и держащую её руку прошёл огромный заряд энергии. Чужой, колючей, не структурированной. Ещё одна судорога, донёсшиеся через руку брызги чужой энергии – на этот раз гораздо боле упорядоченной; земля на миг ушла из-под ног, в лицо ударил ветер. Затем всё кончилось, только вот шпагу кто-то по-прежнему крепко держал. Клеарх с трудом открыл глаза, одновременно пытаясь освободить оружие из захвата.

– Осторожнее, а то ведь сломаю твою фамильную железку, – мрачно буркнула Ксения.

Шпагу, естественно, держала именно она. За лезвие. Голой рукой, по которой уже струились кровавые ручейки.

Клеонф ошалело потряс головой. Они находились на той же улице, только парой сотней метров дальше. Ксения... Клеонф сосредоточился на таком знакомом лице, сейчас выражавшем крайнее неодобрение.

– Ты мне скажи, ты хорошо подумал? Нет, конечно, ты имеешь право поступать по собственному разумению, – Ксения отпустила шпагу и переложила в окровавленную руку свой собственный посох. – Но больно уж глупо всё это выглядело. Даже не похоже на тебя. О снайперах на крыше ты помнишь? Вспышкой их не достанешь. А знаешь, сколько времени нужно, чтобы перевести винтовку в боевой режим?

– Глупо? – Клеонф скривился. – Ну, может быть. Наверно, ты права, и гораздо умнее было бы позволить сломать себе пяток рёбер...

– Нифига подобного, – Ксения ещё сильнее поджала губы. – Было бы гораздо умнее переломать рёбра им, – она махнула в сторону осторожно приближающихся бандитов.

– Но как?!

– Я тебе много раз показывала, как. Сколько раз ты приглашал друзей помочь тебе с цензорской проверкой? И сколько раз они реально тебе помогли?

– Ни разу, – признал Клеонф. – Ты всё время побеждала нас всех.

– Именно. Ну так что, мне отойти в сторонку и посмотреть, кто быстрее: Талант или снайпер? Захватывающее, наверно, будет зрелище.

Клеонф скрипнул зубами. Издевается ведь. И знает, что он сделает всё, лишь бы не опозориться у неё на глазах. Да, гордость, чёрт бы её побрал. Но он готов вынести от Ксении всё – кроме презрения...

– Перестань, – буркнул он. – Я попытаюсь... – он вздохнул, – я попытаюсь разделаться с ними.

– О, это, наверно, тоже будет интересно, – заметила она гораздо мягче.

– Ты поможешь?

– Смотря какой смысл ты вкладываешь в это понятие. Помахать посохом я всегда готова, а вот применять Талант, – она хмыкнула. – Это же ты должен Кысю, не я.

Клеонф дёрнулся, как от пощёчины. Как уничижительно это прозвучало... Да лучше бы она и в самом деле его ударила, чем так. В конце концов, у него не было особого выбора: статус аристократа обязывает вести определённый образ жизни.

– Позволю себя обратить твоё внимание, – сладко пропела Ксения. – Если твоё всадничество не возражает, конечно. Момент для самооправданий не очень удачный, – она указала кончиком посоха на приближающихся бандитов.

Клеонф опомнился. В самом деле же.

Так, если делать всё по уму. Во-первых, надо определить конечную цель. Что имеется? Десять бандитов. Что нужно получить? Десять недееспособных, но живых человек. Как этого добиться? Это-то и есть самое интересное.

Ксения выступила вперёд, весело помахивая посохом.

Громко сообщила бандитам:

– Ваша задача слегка усложняется. Продолжим?

– Вы примените Талант? – опасливо осведомился один из бандитов.

– Нет, конечно. Только палку.

Противники осторожно кивнули.

Клеонф понял, что снова злится. Развели тут версаль... Первым делом выставить защиту от снайперов. Простая плоскость. Конечно же, о покорной пассивности и речи быть не могло. Но, целый десяток бандитов... Допустим, Ксения на некоторое время удержит их на расстоянии, но снайперы в любом случае остаются проблемой. С внезапной решимостью Клеонф понял, что именно с них-то и надо начать. Ага, ага, начнёшь тут – без визуального контакта-то... Начнёшь и кончишь. Вот бы подключиться к их каналам связи... Небольшая инъекция высокачастотных модуляций – и всё, будут до утра прочухиваться. Увы, Клеонф лишь едва-едва нащупывал тонкие, постоянно ускользающие ниточки ментальной связи. Нечего и пытаться подобрать к ним ключ.

Внезапно его озарило. Нет никакой надобности их взламывать! Достаточно со всей дури вмазать по человеку на другом конце. Не физически, конечно, вмазать, и момент нужно выбрать правильно, и ещё эта их манера уклоняться, но...

Клеонф, болезненно морщась, перешёл в режим ясновидения. Тут нужна была не столько сила, сколько умение, филигранная точность. Он вечно ленился тренироваться как следует. Но несколько мгновений абстракции от материального ему всё же были доступны. Талант, первый ранг, ага. Улица и стены домов превратились в непристанно шевелящийся белый шум. Настоящий каньон из наведённых помех. Полигон, чтоб его... Откуда-то сверху тянулись две тонкие ярко-синие нити снайперских каналов связи. На земле у каждого из них был свой координатор, причём из боевиков, не из «прикрывающих». Понятно, перестраховка, чтобы не загружать Таланты рутиной... Ксения выглядела как бледное, постоянно ускользающее салатовое облако, бандиты – более чёткие серые тени. На защитную «размазанность» им явно не хватало умений. Группа в целом слабо отсвечивала золотистым сиянием – простейший способ стабилизации реальности.

Клеонф ещё успел отметить двух «целевых» бандитов, когда картина мира пошатнулась и вернулась в нормальное состояние. В области затылка поселился натуральный дятел, и лёгким ощутимо не хватало кислорода, но он принудил себя продолжать.

На поле боя творился натуральный хаос – Ксения не столько сражалась, сколько дразнила противников, не давая ни секунды покоя и мастерски уклоняясь от ответных ударов. Впрочем, сама она тоже особого урона противникам не нанесла. Общая картина скорее походила на сложный балет, чем на драку.

Мельтешение целей мешало, но не так чтобы фатально. Клеонф с трудом вытянул руку со шпагой; кончик не просто дрожал – трясся... Он спешно сформировал пару вертикальных узких игл ментального замыкания. Чтобы пробить защиту в одновременно в двух точках, ему придётся порядочно выложиться, так что другой попытки не будет. Глубоко вдохнув, он на долю секунды вернул режим ясновидения, нацелил иглы и влил всю доступную энергию. Ноги подломились, картинка опять осыпалась, но и два бандита, пронзённых очень тонкими молниями, рухнули, как подкошенные. Оставалось надеяться, что он не переборщил, и цели всего лишь в обмороке.

Тут Клеонфа впечатал в асфальт ответный «привет» от «прикрывающих». Он едва сопротивлялся, на стабилизацию реальности едва-едва хватало энергии, но обрушившаяся на плечи тяжесть почти сразу исчезла: вражеские Таланты слишком сосредоточились на атаке, и Ксения воспользовалась случаем по-быстрому им врезать. А потом добавить. Клеонф завороженно наблюдал, как почти синхронно бандиты складываюся пополам; и как одновременно в свою очередь отвлёкшаяся Ксения получает в спину слаженный удар сразу тремя боевыми посохами, летит головой вперёд... Время словно размазалось. На Клеонфа никто не смотрел – бандиты сосредоточились на ближайшей цели. Он потянулся к остаткам своих сил – всё тело отозвалось болезненными судорогами. Оставшуюся четвёрку никто не прикрывал, и магами они были слабенькими, так что ментальный пробой не должен бы потребовать много сил. Но и у Клеонфа их оставалась самая малость. Один рухнул. Второй, третий... Он попытался завалить четвёртого, но в глазах потемнело: всё, донышко. Клеонф услышал, как падает на асфальт ксенино тело, как боевой посох бандита пару раз впечатывается в человеческую плоть, а потом – лишь спокойные шаги. Когда в глазах немного прояснилось, он увидел довольного, хоть и тяжело дышащего бандита, неспешно приближающегося с посохом на плече.

Сил сопротивляться не было. Совсем. Да даже шевелиться сил не было. Мысли в голове исправно шебуршились, но больше в области «насколько больно это будет». Бандит выглядел уставшим – вряд ли у него хватит сил на глумёж. Вдарит по-быстрому и...

Прогноз не оправдался. Бандит вдарил. А потом ещё раз вдарил. И ещё... В четвёртый раз занесённый посох внезапно замер, а затем бандит медленно повалился на бок.

Позади обнаружилась Ксения.

– Я сжульничала, – невозмутимо объявила она.

Выглядела она страшненько – нос разбит, из-под повязки тоже сочится кровь, не говоря уже о располосованной о шпагу руке... Надо бы встать и помочь, но у Клеонфа тупо не было сил.

– Всё не так страшно, как выглядит, – попыталась успокоить его Ксения, подтирая нос рукавом. – У меня большой опыт. Эйас приучил, чтоб его...

– Тебе же вроде нравится драться, – с трудом выдавил Клеонф.

– Ну да. Точнее, мне нравится побеждать, – она криво улыбнулась. – Так, а теперь надо позаботиться о поверженных.

Первым делом она пополнила клеонфов энергозапас. А пока он поднимался с асфальта, Ксения слевитировала с крыши двух всё ещё не очнувшихся снайперов, и сложила всех бандитов в рядок.

– Какой же у тебя предел по левитации? – не удержался Клеонф от вопроса.

Мелкими предметами он мог швыряться и сам, но вот крупными... Левитация требует филигранной работы с энергией, когда он пытался влить по-больше, структура просто рассыпалась.

– Это теликинез, – возразила Ксения. – Истинная левитация при помощи Таланта невозможна, ты же знаешь.

– Не цепляйся к словам.

– Точность терминов тоже важна, – поморщилась Ксения. – Предел, предел... Ну, большой. После сотни кило ограничения уже скорее по запасу энергии, чем по стабильности структуры.

– А меня ты никогда в воздух не поднимала...

– А смысл? Пока ты не научишься поднимать меня, это будет не полёт, а так, бултыхание. По радиусу у меня ограничение метров пятьдесят.

– Я? Поднять? Тебя? – непонимающе переспросил Клеарх.

– Да, да. Что тут такого? Это же довольно известный фокус. Первый Талант поднимает второго, который, в свою очередь, удерживает в воздухе первого. В итоге полёт. С точки зрения физики – бред, конечно, но работает. У нас с Эйасом изумительно получалось... Всё же он был редкостной сволочью.

– Не вижу логики. По-моему, ты к нему несправедлива.

– Да, несправедлива! Но это ничего не меняет. Он показал мне, что такое полёт, а потом смылся. Было бы гораздо легче жить, не испытав этой... этой... – она щёлкнула пальцами, подыскивая нужное слово. – Короче, такое не забывается.

– Что, неужели никто из этого города не может поднять тебя в воздух?

– Никто из тех, кому я могу доверять, – горько вздохнула Ксения. – Для настоящего полёта нужны двое. Двое, тесно сработавшиеся; двое, безоговорочно доверяющие друг другу. Двое, ставшие одним.

– Так ты доверяла Эйасу? Серьёзно? Хм, не напомнишь, сколько раз ты за сегодня сказала, что он «сволочь»?

– Он спас мне жизнь. По-настоящему странно, что он доверял мне. Учитывая, что иногда мне его просто придушить хотелось... Но полёт... Клео, ты даже не представляешь. Мы урывали время при любой возможности – и выкладывались полностью, до упаду... И всё же он смылся.

– Ты его всё ещё любишь?

– Какой ты романтик, Клео... «любишь»... Правильнее сказать, мы бесили друг друга до невозможности. И он улетел с планеты, когда понял, что уже совсем скоро наступит такой день, когда я стану сильнее и во время очередной ссоры его прикончу.

– А как же полёты? – ехидно поинтересовался Клеонф.

– А вот так, – она пожала плечами. – У тебя в голове это не укладывается? Ну, это твои проблемы.

– Ну-ну...

– Да-да. Лично я тут никакого противоречия не вижу, так и знай! – она самодовольно улыбнулась. – Ладно, теперь мне надо немного отвлечься вот на этих, – Ксения махнула в сторону бандитов. – Ты их всё же сильно приложил...

Клеонф с завистью смотрел, как быстро и точно она работает с энергией. И её запасы вызывали уважения, да... Уже спустя пару минут бандиты зашевелились и принялись с трудом подниматься.

– С добрым утром, дорогие мои остолопчики, – почти ласково поприветствовала Ксения болезненно возвращающуюся к жизни бригаду. – Как ощущения?

– Вы сжульничали! – обиженно прогудел тот, которого получил палкой по башке. – Мы уже почти с ним разделались. Если бы вы не вмешались!

– Если бы я не вмешалась, ты бы уже мог похвастаться шикарной, хорошо прожаренной корочкой.

– Вы про ту фиговинку? Он формировал всего лишь чёртов фонарик!

– Всего лишь? Он перворанговый! Всего лишь... – она резко содрала прикрывающую пустые глазницы окровавленную повязку. – Это тоже был «всего лишь» фонарик!

Бандиты виновато потупились.

– Итак. Послезавтра на планёрке я жду подробного доклада. С анализом, – добавила она с нажимом.

– Вас понял, – уныло подтвердил бандит.

– Идите.

Клеонф остолбенело наблюдал, как в ответ на это царственное заявление бандиты и в самом деле развернулись и пошли в сторону достопамятного бара.

– И что это было? – спросил он, наконец подобрав челюсть.

– В каком смысле? Это была кысева обучающаяся штурмовая группа. Мне ещё придётся побеседовать с ними поподробнее. Молодёжь...

– Кысева? А может, всё же, твоя?

– Кысь занимается оперативным управлением. Не могу же я держать в голове каждого должника в этом городе, у меня и своих дел хватает!

– Так, значит...

–Значит, значит. Ты вполне в состоянии восстановить всю картину самостоятельно. Не вынуждай меня читать лекции.

– А ты не любишь лекции?

– Ненавижу!

– Хм... Ты сама организовала эту преступную империю, или это наследие Эйаса?

– Ха! Эйас тайно владел всего-навсего жалкой ростовщической конторкой.

– Но почему ты мне даже не намекнула?

– А почему ты не позвал своих друзей на встречу с Кысем?

– Это другое, – упрямо помотал головой Клеонф. – Друзья не посылают бандитов пересчитывать мне рёбра.

– Ну и я не посылаю. Ты занял денег у Кыся – на общих условиях. Ты не вернул заём вовремя и получил предложение – как и всякий другой на твоём месте. И ты его принял, абсолютно добровольно. И вообще, чего ты хочешь? Чтобы я тебе долг простила?

– Пф-ф! Нет, конечно! – Клеонф чуть помедлил, подбирая слова. – Деньги я верну. Сам. Но я хочу правды. А ты водила меня за нос.

– Не припомню, чтобы солгала тебе хоть в чём-то, – мягко возразила Ксения. – Не рассказывала всего, да. Но не врала. А если ты хочешь знать обо мне абсолютно всё, – её тон сделался заметно жёстче, – то это не так-то просто.

Клеонф постарался взять себя в руки. Да, каждый имеет право на личные тайны. И да, Ксения ни разу не отрицала своих связей с преступным миром и так далее – просто потому, что они не разу на эту тему не разговаривали! Ему и в голову не приходило задавать такие вопросы Цензору Максимусу.

– Но ты сегодня явно не просто так заглянула в кысев бар, – произнёс Клеонф задумчиво.

– Да. Хотя память – это тоже важно. И что дальше?

– Зачем?

– Потому что беспокоилась. Такой ответ сойдёт, а? – Ксения недовольно скривилась – И ведь едва успела...

Клеонф вспомнил «фонарик» и виновато поморщился.

– Достаточно было шепнуть мне пару слов этим утром.

Ксения склонилась к его уху и ехидно шепнула:

– Это было бы неспортивно.

– Ах, неспортивно! – Клеонфу хотелось разозлиться, но на это просто не было сил. Опять. – Знаешь, мне так надоело просыпаться в одиночестве...

– Ну так и не просыпайся, кто же тебе мешает, – Ксения невинно улыбнулась.

– Ты!

– Хочешь, подсыплю тебе яда? И ты никогда больше не проснёшься в одиночестве.

– Потому что вообще не проснусь. Пф-ф! Тебе бы джинном работать. Из бутылки.

– Цензорам лучше платят.

– А, ну да, конечно. Ну-с, госпожа цензор, что вы делаете этим вечером? Читаете лекции своим бандюкам? Ставите на счётчик наиболее уважаемых аристократов города? Готовите коктейль из водки, блевотины и стеклянной крошки?

– Навещаю одного молодого, не слишком знатного, но весьма способного всадника, – в подтверждение своих слов она обняла Клеонфа. Крепко. – Хотя он и будет следующим утром жаловаться на...

– Не будет, – поспешно перебил её Клеонф. – А я и в самом деле способный?

– Ой, не напрашивайся на комплименты. Ты способный, и ты это знаешь. Правда, иногда это знание почему-то вылетает из твоей башки, и мне приходится напоминать.

– Я буду помнить. Всегда.

Освобождение (первая половина)

Редакция 2 (v41.39 от 21.10.2021; первоначальная версия – 2017 г.)

Тодден в последний раз осмотрел переоборудованный подвал главного здания артенского магистрата. Придраться не к чему: инженерная бригада выполнила свою работу по высшему разряду. Ровный чистый бетон, яркий электрический свет, тихое шуршание мощной вентиляции. Тёмный эльф хмыкнул, и велел страже ввести пленницу. Велел, естественно, телепатически: охрана целиком состояла из людей, опутанных заклинанием Подчинения. Под его воздействием человек становится инструментом – тупым, но исполнительным. Конечно, приказы приходилось формулировать очень тщательно, зато никакой опасности предательства. И никакой сомнительной самодеятельности – Тодден мог быть уверен, что с пленницей обращались должным образом: не били, не роняли, не насиловали... И не кормили.

Лязгнула бронированная входная дверь. Охранники двигались с неживой синхронностью – по факту они и были деталями машины. Набор команд «конвой», доведённый за столетия до автоматизма. Пленная эльфийка вполне бодро вышагивала в центре строя. Невысокая, худая, осунувшаяся. Бледная кожа, ярко-голубые глаза. Роскошная грива пшеничных волос, ещё влажных после мытья. Серая заношенная тюремная роба, лёгкие ручные кандалы с внедрёнными амулетами подавления магии. Общий настрой удивлял – никакой подавленности или там озлобленности. Нет, не яркий, но вполне читаемый оптимизм. И уровень остаточной энергии довольно высок.

Тодден взмахом руки отослал охрану, и сдержанным кивком поприветствовал Юи Алиньези, мага первой категории, старшую волшебницу армии Светлых. Сражалась она храбро, и ранг свой получила вполне заслуженно. Но Тодден знал, что ей нет ещё и двухсот. И при этом Старшая. Видимо, у противника с кадрами стало совсем плохо... Тёмному следовало бы радоваться – ведь это его армия выиграла войну и изгнала Светлых из Готтдома. Но Тодден испытывал в основном печаль. В том числе и потому, что эта пленница – почти наверняка последняя в его жизни. К тому же высокопоставленная, из категориивозвращаемых, то есть удовольствие априори совсем не то.

Лязгнула запираемая дверь. Одновременно раскрылись и звякнули об пол кандалы на руках эльфийки. Спустя пару секунд её роба разошлась по швам; тряпки медленно спланировали вслед за кандалами.

Юи с видимым наслаждением растёрла запястья, и поклонилась в ответ.

– Антимагические наручники, открывающиеся по магической команде? – заметила она с лёгкой усмешкой. – Полагаю, они не слишком надёжны.

– Пока что их надёжности вполне хватало, – парировал Тодден. – Возможно, вы догадались, что сегодня вас придут спасать? Белый Сенат прислал госпожу Редсвейл.

– Знаю, – кивнула Юи. – Я её даже отсюда чувствую. Лиа никогда не умела маскироваться.

– Это объясняет ваше приподнятое настроение. Хм-м... Что ж, можете начинать. Как видите, мы тут наедине, дверь заперта, и ртуть вся убрана, – он указал на выстроившиеся вдоль стен стойки с баллонами, перевёрнутыми горловинами вниз.

– Что именно «начинать»? – с подозрением осведомилась пленница.

– Вашим предшественницам подсказок не требовалось. Практически все они пытались меня атаковать. Плюс, опционально: наговорить гадостей, устроить истерику, молить о пощаде... – Тодден безразлично пожал плечами. – Я полагал, этот перечень заставляют заучивать всех светлых волщебниц.

– Какая глупость, – Юи обошла тёмного эльфа по широкой дуге, направляясь к центру подвала, туда, где высилась восьмигранная призма из пустых стальных рам. – Атаковать вас... тут... Однозначная глупость.

– Я, конечно, не настаиваю, – Тодден послал сигнал, и раздался протяжный скрип: вентили всех баллонов приоткрылись. – Но, по моим впечатлениям, ваш генерал Пиат отбирает себе волшебниц не по такому признаку, как «ум».

Ртуть начала вытекать, и Тоддену пришлось слегка отвлечься от беседы. Каждый поток следовало обернуть в тонкую магическую плёнку – во избежание ядовитых паров. Потоков, конечно, получилось много, но и Тодден не зря гордился своим мастерством.

– На этот раз у него не было выбора, – ехидно объяснила Юи. – Генерала даже отчасти жаль.

– Мне он показался вполне довольным жизнью.

Светлого генерала и его штабных офицеров сейчас развлекали многочисленные тодденовы жёнушки. Вкусная еда и мягкие постели... Своих наложниц Тёмный отбирал тоже не за ум, но и обязанностями нагружал чисто «досуговыми».

– Ну конечно, – согласилась эльфийка. – Проблемы в случае проигрыша – это для подчинённых. Штаб кайфует при любом исходе. Чтоб их.

Ртуть уже растеклась по всему полу, хотя молекулярной толщины защитные плёнки по-прежнему не давали смешиваться потокам из разных баллонов. Тоддена жидкий металл выталкивал, он мог ходить по нему, как по бетону. Пленница же в ртути тонула.

– Как аккуратно у вас получается держать столько параллельных заклинательных нитей, – с отчётливой завистливой ноткой заметила Юи. – Хотелось бы и мне так уметь.

Ох уж эта наивная старательность хорошей девочки... Будь у Тоддена другое настроение, нисколько бы лесть не помогла. Особенно такая явная. Выпотрошил бы пленницу за милую душу. Но какой смысл коллекционировать что-либо, если времени на обладание коллекцией просто не будет? Он чуть ли не физически ощущал, как утекают секунды... Правда, остаётся ещё проблема пальцев, из которых Тёмный сделал своего рода традицию. Впрочем, когда до них дойдёт дело, тут уже будет госпожа Лиа. Которая, как продемонстрировали их предыдущие встречи, вздрючит его секунд за двадцать. Причём, похоже, совершенно неосознанно.

– Переигрываете, – проскрипел Тодден вслух. – Вам же самой потом будет стыдно.

Ртуть тем временем стала затягивать тонкой плёнкой стальные рамы, превращая их в зеркала. Вид на унылые стойки и баллоны постепенно замещался серебристой бесконечностью отражений.

– От стыда ещё никто не помер, – возразила Юи. – А от не вовремя сказанной грубости – очень даже да. И, между прочим, я и вправду вам завидую. Это слаженное дирижирование, – она указала на почти готовые зеркала. – И безо всякого видимого напряга с вашей стороны.

– Научитесь ещё, – отмахнулся Тодден. – Если будете практиковаться, конечно.

Теперь ртуть стала взбираться по ногам эльфийки, скрывая недостатки и вообще все мелкие черты. В итоге должна получиться этакая зеркальная статуя, идеализированная, но сохраняющая грацию живого существа.

Юи поежилась от холода и соорудила простенькое подогревающее заклинание. Тодден охотно подключился, делясь своей энергией: он вовсе не хотел, чтобы пленница свалилась в голодный обморок прямо посреди процесса.

– Спасибо...

Ртуть наконец покрыла все ноги и принялась за туловище.

– Ой, – выдала Юи сдавленным голосом. – А это обязательно... затекать... туда?

– Мне нужен доступ к чувствительным нервным окончаниям, – спокойно пояснил Тодден. – Впрочем, я всегда считал, что работать с кончиками пальцев и приятнее, и гигиеничнее. Если вам так хочется, скрасим эту серую зеркальность, – он указал на залитый металлом подвал, – капелькой алого? А оторванные ногти, я уверен, вам даже госпожа Лиа восстановит. Хотя как врач она, мягко выражаясь, с неба звёзд не хватает.

Юи вздохнула.

– Поймали. Исходя из образа, я должна предпочесть ногти. Но... Знаете, в жопу этот образ. Чем дольше все мои части тела останутся при мне, тем лучше.

– Да уж, «девочка» из вас та ещё, – Тодден постарался попасть в тон. – Порядка ста лет в действующей армии, участие в битвах, включая бойню на Перевалах... Сколько там трупов на вашем счету?

– Не считала. Много. Но в любом случае, меньше, чем у вас.

– С этим не поспоришь.

Ртуть уже достигла горла пленницы и теперь медленно обволакивала руки. Голову выше подбородка Тёмный обычно оставлял свободной.

– Почему-то мне кажется, – поделился он наблюдением, – что генерал Пиат не занимался вашим воспитанием.

– Естественно, моя фамилия ведь не Редсвейл!

– Вам очень повезло, – с самым серьёзным видом резюмировал Тодден.

Он коротко взмахнул рукой. Пленницу в зеркальной оболочке вздёрнуло где-то на метр вверх. С полом её теперь соединяла своего рода колонна, свитая из множества изолированных ртутных потоков. Тодден доработал согревающе-подпитывающее заклинание до полноценного жизнеобеспечения. Просто на всякий случай: вдруг у жертвы сердце остановится, или ожог случится, или ещё какая беда... А потом он сформировал на баллонах электрические потенциалы. Пульсирующие, и достаточно мощные.

Из горла Юи вырвался сдавленный хрип. Её тело выгнулось дугой, мышцы непроизвольно задёргались. Тодден зафиксировал силовым полем ртутную оболочку, и принялся постепенно сбавлять мощность, частоту и длительность импульсов, выводя жертву на режим. Где-то на границе настоящей боли и жёсткого, но ещё терпимого массажа.

– Так... гораздо... – с трудом выдавила Юи прерывающимся голосом. – Аргх!..

Тодден скачком поднял мощность, а потом плавно опустил обратно.

– Время разговоров прошло, – прошептал он нарочито тихо.

Юи ухитрилась кивнуть. Рта она раскрывать благоразумно не стала.

Подстраивая параметры импульсов, Тодден довольно быстро добился от эльфийки нужного ритма дыхания: поверхностного, прерывистого, отчётливо слышимого. Затем соорудил себе из ртути нечто вроде табуретки, и спозиционировал строго за спиной пленницы. Подправил угол наклона выгнутой «скульптуры», чтобы её волосы свешивались вниз, не задевая тела. Достал из потайного кармана жёсткий футляр, а из футляра – костяной гребень. Древний, принадлежавший когда-то его матери.

Конечно, в итоге получился всего лишь суррогат, но не вышибать же Старшей волшебнице мозги... Тодден нежно расчёсывал длинные волосы Юи, любовался всполохами боли в её ауре, и наслаждался звуком дыхания. В такие моменты он был почти счастлив.

***

[на другом берегу Моря Бурь, пятью днями ранее]

Я медленно тащилась по истёртым каменным тротуарам Старого Города. Настроение бултыхалось в районе плинтуса, несмотря на солнечное утро и освежающий бриз. Тоска. Печаль. Уныние. И страх. Тщательно отгоняемый страх... Попадающиеся навстречу люди провожали меня удивлёнными взглядами. Впрочем, у большинства взгляды были скорее брюзгливые... Плевать. Что мне эти люди! А ведь когда-то это был наш, эльфийский Город. Он и теперь официально считается эльфийским, но можно чуть ли не полчаса прошкандыбать по самым что ни на есть центральным улицам, и не встретить ни одного сородича. Одни только люди...

Стоптанные офицерские ботинки глухо шаркали по древним плитам. Драные камуфляжные брюки и старая застиранная майка кое-как скрывали десятилетней давности шрамы – на вскрытом и наспех заращенном животе, на проткнутых и так же наспех вылеченных ногах. Не то чтобы у меня не хватало денег на тряпки – просто было лень озаботиться новыми. Да и смысл? Гораздо проще соорудить очищающее заклинание, чем переться в гардеробную за свежей одеждой... Хотя вот перчатки на руках были явно новые – шёлковые, кислотно-сине-зелёные. Не из моей гардеробной, это точно, но вот откуда? В памяти – дыра, и это плохо. С другой стороны, я все ещё не способна выйти из дому без перчаток, и это хорошо. Не всё воспитание ещё пропито, кое-что осталось... Кинжал в ножнах на поясе, и кошель с золотом в кармане – прекрасно, можно проставить мысленные галочки, все обязательные атрибуты благородной леди на месте. Конечно, всё это жутко устарело в эпоху огнестрельного оружия и чековых книжек... Да и с благородства того толку ныне почти что ноль. Но выйти из дому без кинжала я просто не способна. Хоть вообще голой, но кинжал обязателен, и точка. Рефлекс, намертво впечатанный в личность за годы воспитания.

Вот и нужная дверь. Целиком зеркальная, ровная, прочная – прекрасное творение лучших мастеров. И, к сожалению, преотлично отражающая взлохмаченное седовласое чучело в нелепой одежде. Хотя, конечно, даже такие мерзкие перчатки лучше, чем ничем не прикрытые руки – в их нынешнем-то состоянии. Особенно левая. Мне ещё повезло, что у генерала Пиата всего четыре штабных офицера...

Вывески над дверью не было, только выгравированный на зеркале силуэт остроухой головы. Людям вход не запрещён, конечно, но они сюда заходить не любят – это заведение одно из немногих, открытых ещё до моего рождения и придерживающихся старых, наших, порядков. Я мрачно улыбнулась своему отражению – треть зубов свои, остальные, некогда выбитые, заменены золотистыми протезами. Правый глаз тускло-голубой, опять-таки свой, левый, жёлтый, – магически восстановленный. Цвет кожи – нездоровый, с отливом в синеву. Мешки под глазами. Это до чего же себя нужно довести, чтобы у эльфийки возникли мешки под глазами! Я совсем уж жутко ухмыльнулась, и решительно толкнула дверь. Звякнул колокольчик.

Зал оказался пуст. Ну да, слишком рано. За избранным обществом и приятной беседой сюда следует приходить вечером, а лучше ночью. Но мне хотелось только напиться.

– Здравствуйте, госпожа Лиа! – весело прощебетала Несси, одна из местных официанток.

Совсем молоденькая, мне во внучки годится. Короткие, всего лишь до плеч, волосы, блестящие голубые глаза, задорно торчащие уши. Форменная белая блузка обтягивает небольшую аккуратную грудь, и не скрывает тщательно выбритого лобка – общепринятого символа невинности. Завершали наряд белые чулки, и туфли из прозрачной пластмассы на высокой платформе.

– Мне как обычно, – буркнула я, плюхаясь за ближайший столик. – «Кровь девственницы».

Поскольку «общепринятым символам» в последнее время особой веры нет, я машинально покосилась на вывешенный на видном месте листок с отметками о медосмотре официанток. Да, в конце списка красовалась строка, помеченная сегодняшним числом. Заверенная печатью и подписью врача.

Несси тем временем взяла со стойки – бармен в такую рань отсутствовал – хрустальный стакан, и принялась составлять адскую смесь из спирта, жирного человеческого молока, соли и – ключевой ингредиент – нескольких капель собственный крови. Кровь самая обычная, из пальца; для её извлечения на стойке валялась целая куча одноразовых стальных перьев в бумажной упаковке. Заживление ранок требовало от официанток знания основ магии исцеления, что, конечно, ещё больше взвинчивало цены... Ну и девственность в нынешние времена тоже недёшево стоит. Впрочем, и стоимость молока низкой не назовёшь: производительность кормилец до коров и близко не дотягивает, а по нашим, эльфийским мозгам как следует вдаряет именно человеческое, и никакое иное. Их и пустили-то в Город в своё время только по этой причине... Спирт в коктейле – в основном для запаха. Ну или для людей, на которых молоко не действует, а три капли крови девственницы они и вовсе считают антинаучной мистической бессмыслицей. Кто же виноват, что магию они совершенно не чувствуют.

Я положила на стол золотой – в качестве аванса. Кошель полон, как и всегда в начале дня; хватит не просто упиться, но натурально ухрюкаться. Медленно поболтала стакан с белёсой жидкостью. Сделала пару горьковато-солёных глотков. Вкус приятно обволакивал язык. По телу начало растекаться умиротворяющее тепло, обещающее блаженное забытье.

Звякнул колокольчик. Я удивлённо покосилась на дверь. Надо же, человек! Мужчина лет сорока, коротко стриженный, подбородок гладко выбрит, серый костюм из дорогой ткани безупречно отглажен. Совершенно не вспотевший – значит, приехал на машине. Стального цвета глаза слишком уж цепко осматривали помещение. И осанка больно уж прямая, офицерская. На виду оружия он не носил, но я бы и медяшки не поставила на то, что он безоружный.

Несмотря на пустой зал, тип в высшей степени нахально уселся за мой столик.

– Госпожа Редсвейл! Какая удача. Мне как раз очень надо с вами поговорить.

Голос у него оказался довольно приятный. Для человека, конечно. Чтобы быть хорошим «по-эльфийски», ему не хватало глубины и обертонов.

– И слушать вас не стану, пока не закажете того же, – я приподняла почти ещё полный стакан, – и не выпьете хотя бы половину.

Он чуть заметно скривился.

– Могу даже заплатить за вас, – любезно продолжила я. – Лишь бы только полюбоваться, как вы давитесь.

– Не хватало ещё, что бы за меня платили женщины, – почти оскорбился тип. – Я же не эльф какой-нибудь. – Он повернулся к официантке. – Порцию такой же бурды, пожалуйста.

Та вежливо улыбнулась, достала со стойки ещё один стакан. Спирт, молоко, соль, кровь...

Я смотрела не на Несси, а на лицо этого типа. Его явно интересовали не манипуляции со стаканом, а ничем не прикрытая девичья попка. Глазки маслянисто поблёскивали.

– Попробуешь зажать ребёнка где-нибудь в уголке – шкуру спущу, – пообещала я совершенно спокойно.

Тот дёрнулся – значит, знал, кто я такая, и знал, что угроза вполне реальна. Ах ну да, он же назвал меня по имени... Ну так тем более.

Человек с трудом вымучил улыбку.

– Она, между прочим, на год старше моей мамы.

– Ваша мама отношения к делу не имеет, – парировала я невозмутимо. – По нашим меркам – ребёнок, и точка. А вы бы хоть представились, что ли.

Несси тем временем поставила на наш столик готовый коктейль. Исколотый палец выглядел совершенно целым – недаром местные официантки одни из самых высокооплачиваемых в Городе...

Тип принюхался, поморщился, но золотой выложил.

– Гидеон Зарк, – произнёс он. – Формально, я являюсь помощником полицмейстера Города, но с тех пор, как «многоуважаемый», – кавычки в его речи таки и выпирали, – господин Эльдвейлрон стал к своему молоку подмешивать мёд... В общем, по факту, именно я возглавляю полицию.

– И, конечно, очень этому рады, – буркнула я.

Обычная молокозависимость вымывает мозги медленно, год за годом, но молоко с мёдом... От такого эльфы выгорают за жалких пару лет. Бедняга Лей Эль...

– Не то что бы рад, – Зарк с опаской сделал глоток из своего стакана. Скривился – мне показалось, что его сейчас стошнит, но он справился, проглотил. – Как вы только это пьёте!

– Полстакана, прежде чем мы перейдём к делу, – с садистским удовольствием напомнила я.

И демонстративно отпила из собственного.

– Угу, – покорно согласился человек. С мученическим видом сделал ещё глоток. – Так вот, не думайте, что я так уж рад свалившимся на меня обязанностям. Между прочим, шеф был очень даже ничего, пока мозги окончательно не пропил...

Я ждала, улыбаясь как можно ласковее. Он глотнул ещё. Там оставалось ещё больше половины, где-то три пятых, но я решила не привередничать.

– Ну хорошо. И зачем главному полицаю Города понадобилась я?

– Кх-м, – он с кислой миной рассматривал содержимое своего стакана. – Какая же всё-таки дрянь... А вы, госпожа, понадобились не мне лично, а Конторе. Точнее даже не так. Когда выяснилось, что без мага первого ранга нам не обойтись, причём не просто мага, а непременно волшебницы, я навёл справки, и мне посоветовали обратиться к вам. Мол, вы слишком экстравагантны, чтобы спиваться в унисон с прочими, и потому ещё сохранили капельку мозгов в рабочем состоянии.

– Это лесть, или оскорбление? – задумчиво поинтересовалась я. – И, кстати, сегодня я твёрдо решила надраться.

– Очень жаль это слышать. Надеюсь, вы всё же перемените решение. В конце концов, в ваших услугах нуждается ваш родной Город.

– Он уже давно не мой, – буркнула я. – Не наш. Тут всем заправляете вы, люди. А мы тихо догниваем...

– Да чёрт всё побери! – Зарк бухнул кулаком об стол. – Вы же сами тратите свои чуть ли не бесконечные жизни на всякое дерьмо! Лейсви был гением сыска ещё даже на моей памяти! Гением, понимаете?! А теперь это еле ползающий бурдюк с говном! Бывшие великие волшебники тошнят молоко по крысиным норам! В компании с не менее бывшими великими художниками, композиторами и музыкантами. И далее по списку...

– Несси, повтори, – я вяло сунула свой опустевший стакан официантке.

Бывшие... Ну да. Это заведение как раз для таких, как я. Бывших. Неужели сам не понимает? И что же, объяснять элементарные вещи этому человеку? Ещё чего. Перетопчется.

– И вы, похоже, туда же, – полицейский устало прикрыл глаза. – Мне сухого вина, пожалуйста. Не крепче десяти градусов, и безо всякой там мочи, говна, крови девственниц и прочих извращений.

– Так вы ошиблись дверью, – вяло буркнула я. – Сперму девственников подают в баре через два квартала.

– Не смешно.

– Ничего-то вы не понимаете в красивой жизни.

– Она у меня слишком короткая, чтобы разбираться в сортах эльфийской блевотины, – отрезал Зарк. – Скажите, – продолжил он почти жалобно, – неужели ничего не осталось от знаменитой Лии Редсвейл, лучшего боевого мага Города?

Я сосредоточилась. Заднюю половину черепа тут же охватила приглушённая боль. Вполне, впрочем, терпимая, так что я постаралась не обращать на неё внимания. Сформировала кокон из силовых линий вокруг заркова стакана, вырвала из рук и подвесила в воздухе – мне совсем не хотелось насвинячить. Затем сформировала более крупный кокон вокруг самого Зарка. Вздёрнула его к потолку, пару раз перекувыркнула... Череп в районе темечка внезапно пронзила вспышка почти нестерпимой боли. Я едва сдержала крик, и чудом не утратила контроль. Приступ кончился почти сразу, меньше секунды, но я тут же свернула представление: аккуратно опустила полицейского на стул, а его стакан – на стол. Отпила из собственного, чтобы замаскировать смущение. Хотелось потереть затылок, но я героически сдерживалась. Плохо. Очень плохо. Похоже, от меня и вправду мало что осталось. Ещё пару лет, и не останется вообще ничего. А десятилетие назад такой вот фокус не заставил бы даже поморщиться.

– Весьма впечатляюще, – проронил Зарк.

– Да что вам от меня нужно? – поинтересовалась я устало. – Ну да, балаганные фокусы показывать ещё могу. Вам клоунов не хватает?

– Скажите, госпожа Редсвейл... Вы ведь решили сегодня напиться из-за того, что Сейс Пиат проиграл битву, и Артенский экзархат окончательно потерян? Вы ведь, наверно, получили сообщение.

– Да, получила, – согласилась я. – Битва проиграна, Сейс со всем штабом, по официальной формулировке, «пропал без вести», флот эвакуирует деморализованные остатки армии. Всё, тушите свет.

– А почему вы не отправились с генералом? Три месяца назад, когда он отплывал на тот берег?

– Меня не приглашали.

– Но вы же могли, как это там называется,представить себя к набору, верно?

– Я в отставке.

– Но ведь идёт война. Каждый волшебник на счету...

– Господин полицай, – процедила я, не скрывая презрения. – Генерал Пиат выгнал меня. Самолично. С одобрения Сената. Самым позорным образом. Понимаете?

Хотя, конечно, вряд ли он понимал. Такого рода отставка – вежливый эквивалент вручения шёлкового шнурка. У нас сейчас Цивилизация с большой буквы «Ц», так что никаких физических шнурков не фигурирует. Но все всё понимают – кроме людей, конечно, которых никто не посвящает в такие тонкости.

– Я слышал, ваша прежняя должность досталась Юи Алиньези.

– Я тоже слышала. Она специализируется на прифронтовой разведке. Возможно, сейчас это нужнее, чем умение проламывать городские стены. Со стенами и пушки справятся... – я не смогла полностью скрыть обиду в голосе.

Кроме того, хотя об этом я бы ни за что не сказала вслух, пока некоторые десять лет квасили, Юи продолжала совершенствовать своё искусство. Но всё равно обидно. А с другой стороны, сама мысль отправиться через море и снова столкнуться с тёмными эльфами... Ну, то есть, с армией людей, как и у нас, но возглавляемой тёмными эльфами... Эта мысль просто пугала. До дрожи. Я рефлекторно погладила старые шрамы на животе.

– Нет, ну в самом деле, – продолжила я скорее для собственного успокоения, – когда я начинала карьеру, нам противостояли пехота с мушкетами, кавалерия с саблями и гладкоствольные пушки. О, тогда я играла важную роль. Проломить строй, разрушить укрепления, бомбардировать города... Теперь же, когда Тёмные воюют винтовками при поддержке пулемётов и артиллерии с нарезными стволами... – я безнадёжно махнула рукой.

– У нас тоже теперь есть винтовки и хорошая артиллерия, – заметил Зарк. – А ещё флот, авиация и танки.

Ну, танки скорее были – в сегодняшнем сообщении упоминалось, что удалось спасти всего пару штук. И где-то две трети палубной авиации потеряно, а для остатков нет боеприпасов... Но я не стала заострять на этом внимание. В конце концов, со сборкой бронированных коробок наша промышленность уж как-нибудь справится.

– Вот именно, – снова кивнула я. – Роль боевого мага с успехом исполнит дивизион гаубиц.

Беззаботный тон давался мне с трудом. Несмотря на все разумные доводы, чувствовала себя конченной предательницей. Дезертиром. Я ведь и в самом деле могла бы попроситься добровольцем. Может, Сейс этого даже ждал... Но три месяца назад во мне взыграла гордость. Ну и где она, моя гордость, теперь? И где она была все эти десять пропитых лет? Эх-х... Я мрачно уставилась в пустой стакан.

– Кхм, – Зарк наконец прервал повисшее молчание. – На самом деле, у меня есть одна хорошая новость. Насчёт заморских дел. Однако, в баре я её обсуждать не буду. Предлагаю переместиться в более... подходящее место.

– О, меня арестовывают! – почти восхитилась я.

– Типа того. Задерживаю для беседы. Вы идёте? Или окажете сопротивление?

Я, в принципе, могла бы послать его куда подальше. И ничего этот человек мне бы не сделал. Могла бы, да. Но есть такая вещь, как долг. Не перед ним – перед Юи. Той самой Юи, которая десять лет назад так любезно забрала меня из рук Тоддена. А затем излечила от ран – в меру своего умения. Едва прочитав сообщение, я поняла, что мне предстоит... Жаль, что Зарк отыскал меня так быстро.

Я молча встала и направилась к выходу. Без особого труда – два стакана не в состоянии свалить меня с ног. К счастью.

На улице стояла не какая-нибудь там патрульная машина, а натуральный лимузин. Чёрный, с наглухо тонированными стёклами. Зарк услужливо распахнул заднюю дверь. Я послушно плюхнулась на кожаный диван. Полицейский пристроился напротив. Вёл машину самый настоящий живой водитель. В моём детстве каретами правили големы... Хотя, конечно, по сравнению с людьми глиняные, начинённые дорогими магическими амулетами истуканы медленны и глупы. В армии от них оказался толк лишь на хозработах.

Лимузин плавно стронулся с места. Двигатель работал почти бесшумно. Вот только поехали мы куда-то в сторону окраины.

– Хм, а городская комендатура от нас, похоже, всё дальше и дальше. Вы точно замглавполицай? Или это похищение? – я почти мурлыкала.

– Разве я говорил, что мы едем в комендатуру? – удивился Зарк.

– Ну а куда?

– В Контору, естественно.

– Что ещё за контора?

– Контора с большой буквы. Неформальная организация, ныне управляющая городом, поскольку мозги наших бессменных бессмертных сенаторов окончательно превратились в компост.

Увы, возразить на это было нечего. Сенат спился, с фактом не поспоришь.

– Печально всё это, – вздохнула я.

– Вот именно, – с нажимом подтвердил Зарк. – И, что самое печальное, заменить-то их особо некем. Почему-то вы, старшее поколение эльфов, совсем не стремитесь обучать свою молодёжь.

Я хмыкнула. Теперь, значит, люди уже и в такие дела решили свой нос сунуть. К тому же в Сенат традиционно спихивали ни на что не годных младших сынков влиятельных фамилий... Они квасили там тысячелетиями, послушно транслируя мнение своих могущественных матерей. Настоящие проблемы начались, когда пару сотен лет назад сенатские мамочки вконец одряхлели и принялись впадать в маразм.

– Вот, например, – не отставал полицейский, – возьмём Несси. Работает жалкой официанткой в жалкой забегаловке. А ведь я видел результаты её тестов. Неплохой магический потенциал. Совершенно, увы, не развитый.

– Да, знаю. Она же, если не ошибаюсь, внучка моей двоюродной сестры. Наша генетическая линия испокон веков славилась волшебницами.

– Ну и?

– Послушай, Зарк, или как там тебя. Вся моя семья, моя мать, мои сёстры, братья и племянницы упорно учились, развивали свой дар, и верно служили Городу. В награду Город предоставил им безымянные места в братских могилах по ту сторону моря, в экзархате. Бывшем экзархате, – я вздохнула. – Ну и смысл мне кого-то учить? Я устала собирать ошмётки родственников. И не воображай, что это я для красного словца выдумываю. Озиру, ну, бабушку Несси, в могилу пришлось именно по кускам складывать. Четыре крупных, и дюжина средних, а мелкие мы даже искать не стали, – я откинулась на подушках и прикрыла глаза.

И они ещё спрашивают, чего я пью. Послать бы этого полицая на фронт, под пули и снаряды Тёмных...

– Вы во многом правы, – Зарк сумел придать своему голосу нотку сочувствия. – Но вернуть мёртвых никому не по силам. Спасать надо живых. Пока ещё живых.

К счастью, на остаток пути у него хватило ума заткнуться.

Все эти смерти я никогда не прощу. Ни себе, ни Сейсу. И, что самое поганое, с потерей экзархата они просто обессмыслились. Чего ради эльфы столетиями умирали там, за морем?

***

Из машины мы вышли в подземном гараже. Потом спускались в лифте, куда-то ещё ниже. Наконец, полицейский привёл меня в скромную, почти пустую комнату без окон. Сам сел за стол, мне указал на кресло для посетителей. Довольно мягкое. И не слишком низкое.

– Итак, к делу. Вы, госпожа, понадобились нам, потому что, судя по всему, без вас мы не сможем вытащить генерала Пиата.

– Угу, – мекнула я с деланным безразличием.

Ясно же, что по нынешним временам забирать этих обалдуев у Тёмных остаётся только мне. Ну вот не мог Сейс, если уж не выиграть битву, то хотя бы организовать нормальный отход! А ведь даже не пьёт. Ярый трезвенник.

– Вытащить Пиата, – с видимым удовольствием повторил Зарк. – Он жив, вы меня понимаете?

– Отлично понимаю, – зевнула я. – Пока ещё не оглохла. К счастью. Я и без вас знаю, что они живы.

Самодовольство Зарка заметно увяло.

– Мы снабдили его, и офицеров его штаба, и эту вашу боевую подругу, Юи Алиньези, эфирными метками. Вы знаете, что такое эфирная метка?

– Да, – буркнула я.

Не потому, что знала. Эльф не может признаться человеку, что что-то там не знает. Исходя из названия, это какая-то очередная новомодная техномагическая штуковина, плод сотрудничества наших двинутых философов с их, человеческими, чокнутыми яйцеголовыми в белых халатах. Учёные всегда взаимодействовали дружнее прочих сословий...

– Превосходно, – кивнул Зарк. По его лицу сложно было понять, поверил ли он, или просто изображает вежливость. – Ну, как бы то ни было, метка сообщает, жив ли её носитель. Также мы можем отследить местоположение носителя – приблизительно, с погрешностью плюс-минус десять километров.

– Ну и где они?

– Как ни странно, либо в самом Артене, либо в ближайших окрестностях города.

– Ну да. Тёмным нет смысла куда-то их тащить. Поиграются, и нам вернут, как и всегда.

– Что? – казалось, Зарк сбился с мысли. – «Как и всегда»? Как это?

– Обычно, – фыркнула я. – Тёмные не убивают вражеских генералов, проигравших сражение. Это же элементарно. Старый, привычный враг удобнее. Наберёт заново армию, и опять проиграет. Как Сейс. А новый, пришедший вместо убитого, может оказаться и более талантливым.

– К сожалению, все наши новые будут только хуже, – вздохнул Зарк. – По крайней мере, в ближайшие годы – точно.

– Пиат проиграл войну, – напомнила я. – Причём, по сути, это произошло ещё десять лет назад, когда мы не сумели удержать перевалы. Нынешние наши беды на том берегу – только следствие той неудачи. И он ничего не смог поделать.

– Да, но он знает, как из толпы сделать армию, – возразил Зарк. – Вы хоть понимаете, что сейчас у нас армии, по факту, не осталось? Есть флот – без талантливых флотоводцев, но флот есть. А вместо сухопутных сил – кучка деморализованных солдат. Абсолютно небоеспособных. С нашей точки зрения, генерал Пиат с его почти двухтысячелетним опытом очень бы помог. Когда у нас снова будет армия... Командовать на поле боя может и кто-то другой.

Посмотреть бы, как Зарк заявляет это генералу в лицо. И что случится потом. Да чтобы Сейс уступил право командовать, его убить придётся... Да и двухтысячелетний опыт – не всегда преимущество. В современной войне от тактики фаланг не больно-то много проку.

Я потрясла головой, пытаясь заставить мозги думать.

– «Мы», «с нашей»... Кто это «мы»?

– Мы – это верхушка человеческой компоненты административного аппарата Города, – любезно объяснил Зарк. – Включая секретариат Сената. Ну, вы же знаете, кто пишет законы, принимаемые нашими властными молокососами? Да и остальные ведомства сейчас примерно так работают... Вот эти «мы» и сообразили, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. А ещё к этим «мы» относится часть эльфийской молодёжи. Та часть, которая не готова удовлетвориться карьерой официанта или вышибалы.

Кто-то резко, без стука, распахнул дверь.

– Как, например, я, – объявила тяжело дышащая, растрёпанная Несси. На ней была всё та же форменная одежда официантки, теперь местами запачканная. – И брось свои идиотские формулировочки про «удовлетворение». Ты уже ввёл её в курс дела? – она снисходительно кивнула в мою сторону.

Я смерила её недоверчивым взглядом. Окружила силовым коконом, вздёрнула в воздух — невысоко, где-то на полметра. Только чтобы продемонстрировать, кто тут старший.

Несси сопротивлялась. И ногами лягалась, и даже магию пыталась применять. Крайне неловко, конечно, но и это меня впечатлило. Мои силовые линии она распутать не смогла, ей не хватало ни сил, ни умений. Так что я усадила эту маленькую чертовку на ближайший стул – кресло для посетителей в кабинете было только одно. Она, обиженно надув губки, тут же принялась раскачиваться на двух ножках. Стул душераздирающе скрипел.

– Вечно вы так, госпожа Лиа, – буркнула Несси.

– Это чтобы избавить от иллюзий, – назидательно объяснила я. – Кстати, не рановато ли тебе гулять с голым задом по городу? Если не ошибаюсь, ещё лет семь до совершеннолетия, верно? Как ты вообще тут оказалась?

– Я, может, и осиротела ещё в тридцать, но мама успела меня кое-чему научить, – огрызнулась она. – Например, Укрывающему Пологу. Или как проехаться на крыше машины – и не свалиться при этом, – Несси показала мне язык. – А вы с Гидеоном могли бы и подождать, пока я запру дверь. Пришлось добираться на попутках.

– Это опасно, – осуждающе покачал головой Зарк.

– Да ладно вам, – отмахнулась Несси. – Зануда номер один и зануда номер два, пф-ф.

– Своей башкой рискуешь, – полицейский пожал плечами. – Так вот, госпожа Редсвейл. Мы ожидаем, что вы не только поможете нам с генералом, но и передадите свои знания. Пока ещё есть, что передавать.

– «Помогу с генералом», – передразнила я. – Куда ж я денусь. Но если вы думаете, что я всё та же Лиа Редсвейл, которая могла усилием воли взорвать город, то вы «слегка» опоздали.

– Мною вы крутили вполне эффективно, – Зарк улыбнулся, и вроде бы искренне. – Да и Несси вот тоже. Поймите, мы не можем привередничать. Пусть у вас осталось мало чего, так у остальных нет и этого. Да мне бомбардировщик раздобыть проще, чем толкового мага!

Ну... В принципе, верно. Толковых магов на самом деле не так уж и мало, например на флоте. Но они все при деле; полицейского, а тем более человека, с его просьбами просто пошлют куда подальше. И хорошо ещё если только на словах, не присовокупив магического пинка.

– Итак, мы плывём на тот берег... – я содрогнулась. Слишком много воспоминаний у меня связано с Артеном... Неподъёмно тяжёлых воспоминаний... – А кто такие «мы» в данном конкретном случае?

– Я, вы, Несси, и взвод из отряда быстрого реагирования. Официально мы будем охраной нашего посла, который едет заключать мирный договор.

– Вы собрались туда лично? – переспросила я, не веря своим ушам.

Несси бросила на меня странно тревожный взгляд.

– Именно, – подтвердил Зарк. – Надо же проследить, чтобы в договоре были учтены интересы людей.

Похоже, ему так никто и не потрудился объяснить некоторых элементарных вещей. Я с трудом сдержала улыбку. Вперёд, голубчик. С песней. Хочешь к Тёмным – скатертью дорожка...

– Ну хорошо, – я кивнула. – А Несси-то там на что?

– Мне надо учиться, – объяснила она с наглой улыбкой. – Я так решила.

– Ты. Так. Решила? – медленно переспросила я.

– Может, вам и покажется это удивительным, – проронил Зарк, – но Несси имеет заметный вес в нашей организации.

– В основном потому, что всё же успела кое-чему научиться от мамы, – показушно-скромно пояснила она. – И не только от мамы.

– М-да, нашим теневым правительством заправляют дети, – мрачно резюмировала я.

– Да ничем я не заправляю, – огрызнулась Несси. – Моя ответственность – тайные операции. Пролезь туда, незаметно сделай это... Не надеетесь же вы прорваться к генералу с боем!

– Я как раз хотела спросить, почему вы не берёте никого из Скрытой Стражи, – промурлыкала я.

В способность Несси провести нас к Тоддену без боя я не верила ни на грош.

– Почему это «никого»? – удивилась она. – Я еду. Меня официально зачислят в ряды в приказе о нашей отправке, – добавила Несси гордо. – Потому что сейчас там кучка ни на что не годных стариков, ну и Юи. Но она слишком часто вынуждена бывать на том берегу. И меня учить не захотела...

«Негодных стариков»? Я недоверчиво уставилась на Несси. Кому она лапшу на уши вешает? Мне? Зарку? Или действительно не в курсе?

– Я искренне надеюсь, – вздохнул полицейский, – что хотя бы Алиньези не попалась и сможет нам помочь.

– Чушь! – фыркнула я. – Не держите Тёмных за идиотов. «Пропали без вести», – передразнила я официальное сообщение. – Тупой эвфемизм. Если верхушка проигравшей армии слишком глупа, чтобы вовремя смыться, Тёмные берут её в плен. Точка. Иного не бывает. Хотя да, Юи, безусловно, поможет. По их понятиям, армию возглавляет именно что старшая волшебница. Тёмные, что с них взять! Ведь известно, что у нас тут сплошной матриархат, ага, ага. Так что Сейс со штабом сейчас спокойненько, как лица подчинённые, сидят в комфортабельной камере. Ну а Юи ответит по полной программе.

– В каком смысле «ответит»? – нахмурился Зарк.

Я медленно стянула перчатку с левой руки. Растопырила золотистые, в мерзких красных прожилках пальцы – магически восстановленные. Юи плохой врач, да и условия там были не те... А я ведь, пожалуй, справлюсь не лучше, эх.

– Вот этот пальчик за капитана Мерти, – я загнула мизинец. – Этот – за освобождение подполковника Хотонои, – я загнула безымянный. – Мне продолжать, или уже ясно? За Сейса был уплачен большой палец, если вам интересно.

– Да это ведь вы, – вклинилась Несси, – были старшей волшебницей Пиата при разгроме на перевалах?

– А то ты не знаешь, – огрызнулась я, натягивая перчатку обратно. – Да, была. И если ты решила высказать порицание насчёт проигранной битвы, то опять-таки опоздала. Слегка. На десять лет.

Несси ехидно оскалилась, но тему развивать не стала.

– Итак, послезавтра в полдень, – подвела я итог. – Верно? От приказа до отплытия обычно такой срок. Сбор в порту?

– Да, на первом причале, – кивнул Зарк. – А сейчас я отвезу вас домой, где вы переоденетесь, и мы отправимся в Сенат. Миссия должна быть официально утверждена.

Я почти на автомате соорудила «давящую стену». Один из моих любимейших приёмов, эффективный – и эффектный. Сплетённая из силовых линий плоскость впечаталась в Зарка. Заскрипели колёсики его кресла – оно катилось под моим напором, пока не упёрлось в бетонную стенку кабинета. Зарк охнул – «стена» выдавила воздух из его грудной клетки, попытался вдохнуть – но смог только судорожно раскрыть рот. Его лицо стремительно синело.

– Вы. Мною. Не командуете. – Отчеканила я. – Ясно?

– Госпожа Лиа!... – тихо пискнула Несси.

Возможно, я бы таки задушила Зарка, если бы не очередная вспышка боли в затылке. Я убрала «стену», и, морщась, принялась тереть свою черепушку. Причёска, естественно, стала ещё взлохмаченнее, хотя куда уж больше...

– Но ваше присутствие в Сенате в самом деле необходимо, – просипел тяжело дышащий Зарк.

– Прям как будто я не знаю!

Я встала. Усиленным магией пинком придвинула стол, снова прижимая Зарка к стене; во все стороны полетели какие-то бумаги. Опёрлась о столешницу руками, угрожающе нависла над полицейским.

– Может, я и пьянь подзаборная, – произнесла почти спокойно. – Но крайне не советую пытаться мне приказывать. Вы хотели отыскать способного мага? Поздравляю, вы меня нашли. В два пополудни я явлюсь в Сенат. Соизвольте быть там в это время. Мои перемещения вас касаться не должны. До встречи. – Я повернулась к разумно молчавшему Зарку спиной. – Пошли, Несси.

Та уставилась на меня совершенно обалдело. Так что пришлось заключить её в силовой кокон, подтянуть поближе; затем я сосредоточилась – злость помогла проигнорировать ноющую головную боль – и пробросила портал. Маленький, на двух эльфов, и короткий, до ворот собственного дома. И всё равно, спустя миг оказавшись у калитки, я уронила Несси и обессилено плюхнулась на истёртые каменные плиты. Желудок вывернуло. Эти порталы жутко энергоёмки. Я тупо пялилась на зловонную лужицу стоимостью в два золотых, и радовалась, что Зарк остался в своём подвале. Позор ведь. Волшебница – первого ранга! – не способная нормально телепортироваться...

– Ух ты! – восторженный голос Несси резанул по ушам. – Вы умеете делать порталы! Офигеть!

Ну да, обычно-то я хожу пешком... Попыталась встать – ноги подгибались. Тогда доползла до ограды особняка и встала, цепляясь за фигурную решётку.

– Да, умею, – выдавила наконец. Во рту всё ещё стоял кислый привкус рвоты.

Поблизости кто-то умело перетасовал пространство. Кто-то, мне неизвестный: мастера телепортации очень ценились в армии... и потому оказались повыбиты одними из первых. Остались дилетанты в этом искусстве, вроде меня: саму себя перенесу, а вот хотя бы десяток солдат – уже нет.

На мостовой материализовался молодой эльф стандартно-ангелоподобной внешности: светлокожий, голубоглазый и блондинисто-длинноволосый. Нарядился он в белую тогу с широкой золотой полосой – такие носят дипломаты. Вообще, в тоги по нынешним временам кутаются только сенаторы, а послов, кстати, полагается набирать именно из сенатского сословия. Значит, этот вьюноша едва-два назначен на должность. Иначе бы я что-то да слышала о столь заметном пополнении в нашем руководящем органе.

– Смотри, Чиба! – Несси чуть не подпрыгивала от восторга. – Она умеет телепортироваться! А ты говорил, что Редсвейлы непригодны к телепортации! А она умеет!

– Да, умеет, – дипломат извлёк из складок тоги щегольскую, с перламутровой ручкой, пилку, и с высокомерно-отсутствующим видом принялся подравнивать ногти. – И пункт назначения стабильный: носом в лужу собственной блевоты. Воистину, достойно подражания.

– Эй, хоть я и работаю в баре, но я же не пью собственную продукцию, – обиделась Несси. – У меня будет получаться лучше!

– Уверена? С голой задницей по улице ты уже разгуливаешь, – невозмутимо парировал тип.

Он на миг поднял на меня глаза, едва заметно кивнул, и снова вернулся к ногтям.

– Госпожа Лиа, будем знакомы: Арчибальд Зейтман, сенатор, – он особо выделил это слово.

Имя мне по-прежнему ничего не говорило, но вот фамилия... Его семья владела крупнейшим на планете торговым флотом, а также колониями и торговыми факториями на всех континентах, кроме контролируемого Тёмными Готтдома. Вдобавок Зейтманы прославились, организовав – за собственный счёт – вывоз всего гражданского населения Артена. В свои колонии, естественно. Очевидно, в качестве награды семейство наконец получило место в Сенате, и все прилагающиеся по статусу привилегии. По имущественному-то цензу они давно проходили, а теперь соблюли и репутационный.

– Скорее Чиба-сопляк, – буркнула я себе под нос.

Но он услышал. Медленно поднял взгляд. Пристальный, но при этом жутко брюзгливый.

– Ну, как сказать. Мозги у меня в рабочем состоянии, а вот ваши, гм... Скисли. Очевидно, в результате чрезвычайно упорных упражнений. Со стаканом.

Не сотрясая зазря воздух, я метнула в него «ловчую сеть». Модификация той же «стены», но приспособленная не для отталкивания, а для опутывания и обездвиживания.

Сенатор не стал выставлять щит, и даже не попытался распутать силовые нити, чтобы заклинание разрушилось на подлёте к цели. Нет, он просто телепортировался – мне за спину, и вкрадчиво шепнул на ухо:

– О, да у вас ещё остался порох в пороховницах! Ах ну конечно, сейчас всего лишь утро...

– Ты так выпендриваешься, – Несси дёрнула его за длинные волосы, – только потому, что выучился прыгать туда-сюда, и ещё немного лечить! Всего-то!

– А ты, – Зетмайн портанулся ей за спину и отвесил звонкий шлепок по заднице, – не умеешь и этого!

– Зато я умею кое-что другое!

Она окутала себя полем незаметности – плохеньким, мне были видны неаккуратно торчащие, незамкнутые силовые линии, но сенатор, судя по всему, и вправду потерял её из виду. Растерянно заозиравшись, сместился на несколько метров – явно наугад. Тут же получил в живот массивной нессиной туфлей, прилетевшей из невидимости. Вторую, метившую ему в грудь, он заметил вовремя, и сумел отбить. Несси тем временем подкралась к нему со спины, сбросила маскировку и легко повалила на землю – сенатор, похоже, не особо злоупотреблял боевыми искусствами. Да и тога физическим упражнениям не слишком способствует...

Я стояла, вцепившись в холодные прутья ограды, и скрипела зубами. От зависти. В их возрасте я знала и умела раз в пять больше, чем эти двое вместе взятые, но какой ценой... С раннего детства ездили по мозгам – «идёт война, надо учиться». И я училась. То нельзя, на это – нет времени, а если бы я попробовала вывалять в дорожной пыли сенатора, получила бы розог... А эти – наплевали и на «учиться», и на «надо», и они ведь... если не счастливы, то весьма довольны жизнью, это же в глаза бросается! Да, они почти ничего не умеют, но чего достигла я со своими умениями и всеми этими «надо»?

Зейтман наконец сумел подняться – слегка помятый и порядком запылённый, он рассеянно улыбался. С Несси он справился элементарно – весьма грубой, но энергетически напитанной силовой клеткой.

– Ладно-ладно, ты умеешь кое-что ещё, кроме прыгать и лечить, – нехотя буркнула эльфийка.

Сенатор едва заметно поклонился, отключил клетку, и телепортнулся ко мне, хотя нас разделяло всего несколько шагов. Такими темпами он ходить вообще разучится... Несси тем временем собирала свои туфли.

– Возможно, вы уже догадались, – начал Зейтман довольно-таки любезно, – что я...

В него снова полетела туфля, но на этот раз вмешалась уже я – соорудила простенький щит.

Сенатор вздохнул, переместился Несси за спину, взял её за плечи, и портанулся обратно – с ней за компанию. Чертовка ухитрилась состроить виноватую рожицу.

– Она очень не любит проигрывать, – пояснил Зейтман извиняющимся тоном. – В принципе, полезное качество, но иногда очень утомляет. Так вот, я...

– Назначен послом к Тёмным, верно? – говорить я старалась как можно нейтральнее, не демонстрируя чувств. – И возглавляешь нашу миссию.

– Буду назначен, – поправил он. – Если мы доберёмся сегодня до Сената.

– Мне надо переодеться. Да и вам двоим – тоже. Идёмте.

Я наконец нашла в себе силы оторваться от ограды. Калитка распахнулась сама, от простого прикосновения – мой дом оснащён полным набором сервисной и защитной магии. Например, телепортироваться в него, или из него, ну, не то чтобы совсем нельзя – скорее, очень трудно. Очень-очень. Я не осилю, да и этот мальчишка – тоже. Надеюсь.

Фамильный особняк Редсвейлов отличался помпезностью, даже по столичным меркам – два ряда колонн на фасаде, фронтон с барельефами, высоченные потолки, и так далее, со всеми возможными архитектурными излишествами. По семейным преданиям, прабабка потратила на него всё состояние, и именно с тех пор Редсвейлы служат в армии. Содержание особняка съедало немалые средства, но всё равно, расстаться с ним будет очень непросто... Дом, мой милый дом. Эх.

Тяжеленная, высотой метра четыре, входная дверь послушно открылась – опять-таки сама, от прикосновения. Мы оказались в гулком холле. Полированный мрамор, стройные колонны, струящийся сквозь стеклянный потолок свет. Нигде не пылинки. И, словно бы для контраста, у самого входа – пьяный Лей Эль, сидящий на полу в обнимку с бутылкой. Обряжен он был в мятый парадный мундир – наверно, собирался на службу, да так и не собрался...

– Перепутал мой холл со своим кабинетом? – осведомилась я холодно.

Он с трудом сфокусировал на мне взгляд, и расплылся в блаженной улыбке.

– Тебе... ик... всё же пон... понр-равил... ис-сь перч-чат... тки!

Так вот, оказывается, откуда взялась эти ужасные ужасти. Хорошо, что Лей ходит в мундире – и представить страшно, какую гражданскую одежду он себе бы подобрал.

– Да, да, – я успокаивающе погладила его по голове. – А разве тебе не пора в комендатуру?

– Ги-гидеон и с... сам спр-справитс-ся! – Лей упрямо выговаривал каждую букву даже в самом пьяном состоянии.

– Остальные-то уже разошлись? – уточнила я.

– Угу... К-кар-рьер... ристы нес-счастн... стн... ные!

– Остальные? – ехидно переспросил Зейтман.

– Да, остальные! – с вызовом подтвердила я. – Традиции, знаешь ли! Партнёры соответствующего социального статуса. Сегодня спишь с одной пятёркой, завтра с другой, послезавтра – с третьей! И не пытайся мне рассказать, будто знаешь, кто твой отец!

– А почему бы и нет? – вкрадчиво спросил сенатор. – Зейтманы – патриархальная семья.

– Извращенцы, – фыркнула я.

– Ой-ой-ой, какие мы грозные, – папочкин сыночек погрозил пальчиком. – Моногамия разрешена законом, знаете ли.

– Знаю! Первая дверь направо – гостевая гардеробная. Ты, как патриарх моногамный, может, в курсе: комната с тряпками на вешалках. Там можно подобрать любую одежду. Ну, почти любую. Ни в чём себе не отказывайте.

Я стремительно ушла вглубь дома. Пусть сами разбираются с полицмейстером, раз такие умные. Прям как утки... К тому же, мне гостевая гардеробная не годилась, нужна была сейфовая. Всё же в Сенат иду, а не в бар... И в дискуссии насчёт семейного устройства участвовать совсем не хотелось. Да, многие, особенно люди, считают наш матриархат в его «традиционной» форме основной причиной вырождения эльфов. И, возможно, они даже правы... Но какое мне до этого дело! Всё равно детей у меня нет, а из-за «гостеприимства» Тоддена уже и не будет.

Вот и стальная дверь хранилища – тщательно отполированная, со сложным техномагическим замком. От простого прикосновения она не открывается, нужно сформировать идентификационное заклинание. Тихий лязг отпирающихся запоров; громкий скрип несмазанных петель – я не открывала эту дверь десять лет, с тех пор, когда последний раз отправлялась за море.

Короткий тамбур. Нервное ожидание, пока внешняя дверь герметизируется. Ещё одно заклинание, снова лязг замков... Эти толстые, пропитанные защитной магией стены нужны не против воров – гардеробную украсть можно разве что целиком. Нет, главной задачей хранилища было защититьдом от самого мощного из моих артефактов.

Пустая комната. Свежий воздух, очищаемый от углекислого газа сложным набором амулетов. Зеркальные стены, подогреваемый гранитный пол. Матовый металлический потолок, по которому медленно перемещаются несколько ярко светящихся пятен.

– О! К нам хозяйка заявилась, – объявил Первый голос.

– Не больно-то она торопилась, – сварливо отозвался Второй.

– Какие пакостные тряпки, – ужаснулся Третий.

– Да и причёска не лучше, – подхватил Четвёртый.

– А почему ты никогда не берёшь с собой наследницу? – плаксиво поинтересовался Пятый. – Нам же интересно. И ведь такова традиция...

– У неё нет наследницы, – язвительно заметил Второй. – Бездетная неудачница.

– Заткнисссь, – прошипела я. – Все заткнитесь! Засуньте свои нотации в свои сраные задницы!

– Команда отклонена, – ехидно парировал Первый. – Объект «задница» не найден. Кроме разве что твоей. Запихать туда что-нибудь?

– Только попробуй!

– А твои тряпки всё равно никуда не годятся, – буркнул Третий.

– Ну так избавься от них! – не выдержала я. – Вы гардеробная, или кучка стариков на лавочке?

Задул слабый ветерок. Моя одежда начала быстро распадаться, словно бы потоки воздуха уносили нитку за ниткой... Впрочем, примерно так оно и было.

– Ты не навещала нас десять лет, – напомнил Первый. – Мы соскучились.

– Лично я совсем не соскучился, – возразил Второй. – Вы только посмотрите на эту спитую рожу...

– Ей уже недолго осталось, – попытался успокоить его Пятый. – А наследница может и получше оказаться.

– Наследница, которой нет! – не уступал Второй.

– Какие вы все вежливые, аж жуть, – вздохнула я. – Между прочим, у меня есть родственники из побочных линий. Например, Несси.

Третий тем временем наконец разделался со старой одеждой. Звякнул кинжал, выпавший из истаявших ножен. Звонко раскатились золотые монеты, оставшиеся без кошелька. Я покосилась на многочисленные отражения в зеркалах. И правда, что за потасканная рожа... Эх, а ведь прошло каких-то жалких десять лет. Разноцветные глаза, изуродованное шрамами тело, оранжевые пальцы на левой руке и не менее оранжевые ногти на правой.

– Привести волосы в порядок? – предложил Четвёртый. – Я их и покрасить могу.

– Вообще-то, отправляясь за море, разумнее побриться налысо, – пробормотала я.

– Вы же эльфийка из благородного семейства! – ужаснулся Четвёртый.

– Её внешность уже ничто не испортит, – вклинился Второй.

– Причём тут порча внешности! – не уступал Четвёртый. – Благородная леди не может носить короткую причёску!

Увы, но он был прав. Это как непременный кинжал: бессмысленно, но необходимо. Вот Несси плюёт на эти правила с высокой колокольни, а я не могу. Завидую ей, понимаю, что поступаю глупо, но отступить от правил не могу.

– Тогда косу, – вздохнула я. – Как обычно. Но никакой краски!

Позади моей головы в воздухе сконденсировалось облачко, и Четвёртый, что-то тихо бурча, принялся отмывать и расчёсывать мои спутанные патлы.

– Значит, вы собираетесь за море? – печально уточнил Третий. – То есть, вам нужна броня, а не одежда?

– Вот именно, броня! – подхватил Первый. – Так что ты не лезь, это моя зона ответственности.

– Да, броня, – подтвердила я. – Лёгкая, длительного пользования, со встроенными амулетами.

В древнем военачальнике-традиционалисте есть свои плюсы. В армии, в отличие от флота, Скрытой Стражи, полиции, и прочих ведомств, не существовало официальной формы. Любой наследственный офицер мог одеваться по собственному вкусу. Для нижних чинов, конечно, шили крупными партиями – мы не настолько психи, чтобы к каждому рядовому приставлять по индивидуальному портному. Но и там одежда менялась год от года. Сейс обожал придумывать новые образцы мундиров.

Самовлюблённо мурлыкая, Первый высветил на зеркалах несколько моих фигур, облачённых в разные вариации на тему брони.

– Вот этот, – я ткнула в «как-бы кожаный» комбинезон, тиснённый многочисленными чёрными, белыми и синими квадратиками.

– А табельное оружие к нему – хлыст? – ворчливо осведомился Второй. – Может, желаете стек? Или плеть?

– Слушай, засунь свои фантазии туда, откуда ты их берёшь, и займись делом. Пистолет, знаешь такое слово? Нормальный офицерский пистолет. И кинжал заточить. Предусмотреть в броне ножны.

– Конечно, – саркастически поддакнул Второй. – Куда вы без этого куска паршивой стали.

– Фамильная реликвия, между прочим.

– Скорее, фамильное говно мамонта...

Ворчание ворчанием, но эта парочка уже вовсю трудилась над моим новым облачением. Я всерьёз считала такую броню вершиной маготехники. Лёгкая, в меру толстая – сантиметра три, достаточно прочная – держит холодное оружие, осколки, дробь, мелкокалиберные пули. Вместо тяжёлого шлема – магически генерируемый пузырь, быстровключаемый. Можно долго носить, не снимая: кожу поддерживает в порядке, никакой грязи и мерзких запахов; кроме того, в такой броне прохладно в пустыне и тепло в снегах. Хорошая трансляция тактильных ощущений, так что и забываешь, что на руках – толстенные перчатки... Ну и куча встроенных амулетов. Начиная от автоматического подтягивателя косы при включении пузырешлема, и заканчивая резонансным усилителем заклинаний. Без которого я даже в лучшие годы не смогла бы взорвать город, несмотря на всё хвастовство.

На выходе из гардеробной меня поджидал голем-дворецкий с паническим отчётом системы безопасности. Пока я переодевалась, сенатор благополучно раскурочил защиту от телепортации, и вволю попрыгал туда-сюда. Два исходящих прыжка, оба – с пассажиром, два входящих, один снова с пассажиром... Пускай таких вот вундеркиндов в дом...

Эта парочка поджидала меня в холле. Чиба просто переоделся в чистую тогу, а вот Несси нарядилась в роскошный парадный мундир офицера Скрытой Стражи из изумрудного бархата. Запредельная наглость для несовершеннолетней. Которая к тому же официально ещё даже не зачислена в штат.

Лей Эля нигде не было видно.

– Так-так, – сказала я тихо, похлопывая раскрытой левой ладонью по сжатой в кулак правой. Пожалуй, стек оказался бы не лишним. Зря отказалась. – И зачем, позвольте узнать, вам понадобилось ломать защиту?

– Полицмейстеру давно пора на службу, я просто подкинул его в комендатуру, – рассудительным тоном объяснил сенатор. – Ну а с Несси пришлось смотаться, потому что подходящего мундира в вашей гардеробной не нашлось.

Тут до меня наконец кое-что дошло. Значит, он научился телепортироваться – илечить, да?

– Так-так, – повторила я. – Несси, а ты в курсе, что в твоей забегаловке напитки с кровью такие дорогие, потому что у официанток большая зарплата? А зарплата большая, потому что...

Несси встретилась со мной взглядом, тихо пискнула «Госпожа Лиа», и спряталась за спину Зейтмана.

– Потому что, – неумолимо продолжала я, – предполагается, что вы воздерживаетесь, ага? Храните невинность, и всё такое? А не что некий сенатор после ночных развлечений восстанавливает всё, как было?

– Ну мало ли что предполагается, – Зейтман кривил губы, силясь сдержать ухмылку. – На работе она – девственница, а что происходит после работы, так это её личное дело. Вы же не пожелали оформить над ней опеку, – добавил он с претензией.

– Какие смышлёные нынче детки пошли, – прошипела я.

Сосредоточилась – в магоброне это гораздо легче; толчком простейшего, кое-как слепленного шара из силовых линий распахнула дверь. Сформировала второй, более качественный, силовой кокон вокруг этой парочки, и вышвырнула их вон из дома. Через ворота они перелетели вполне благополучно; я уже собиралась аккуратно затормозить их над мостовой, но в этот момент затылок пронзила очередная вспышка боли, и заклинание самым позорнейшим образом распалось – в воздухе, на приличной скорости. Зейтман успел телепортировать себя и Несси прежде, чем их ободрало о землю – всё же мастер, и реакция хорошая. А я осталась стоять посреди холла, потирая затылок и пытаясь понять, что скажу ему при следующей встрече. Что я и в самом деле хотела их покалечить? Типа, жестокая шутка, демонический смех прилагается? Или наоборот, извиниться? А может, гордо промолчать? Тьфу...

В Сенат я предпочла отправиться пешком.

***

Зал заседаний высшего органа власти строили по образцу амфитеатра. На «сцене» – консульский стол под традиционным синим сукном, на «трибунах» – ряды столов и кресел для простых сенаторов. Всё это накрыто куполом, и освещается роскошной люстрой с питаемыми магией светильниками.

Когда я наконец туда добралась, заседание было в само разгаре. В воздухе уже висело устойчивое амбре – смесь подогретого молока, мёда и спирта. Консул-примо мирно спал, уложив голову на стол, заваленный бумагами и заставленный бутылками. Консул-секундо читал «Альманах философии» за позапрошлый год, рассеяно прихлёбывая что-то из полулитровой кружки. Рядовые сенаторы собрались в кучки по интересам. Отдельные слова тонули в неразборчивом гуле голосов, изредка перемежаемом вспышками смеха и звоном бокалов.

Зейтман, Несси и Зарк топтались у самой сцены. Как только я добралась туда же, молодой сенатор тихо кашлянул, и второй консул – о чудо! – отложил в сторону книгу и смерил меня ничего не выражающим взглядом.

– Явилась наконец, – буркнул равнодушно.

Он поискал что-то на своём столе, не нашёл; затем отодвинул кресло, залезпод стол и, повозившись, выбрался с пачкой исписанной бумаги. На титульном листе красовался отпечаток его сандалии.

– Законопроект о мирных переговорах, – объявил консул, усаживаясь, и принялся просматривать документ – быстро, явно «по диагонали». – Бла-бла-бла, обычный канцеляризм, ещё канцеляризм... Состав делегации: глава – Зейтман, от армии — Редсвейл, восстановленная в звании временно, только на срок переговоров. От Скрытой Стражи – другая Редсвейл, свеженазначенная. Семейный подряд, да? От полиции – зам полицмейстера. А что забыла полиция на мирных переговорах?

– Охрана, Ваше Превосходительство, – вежливо пояснил Зарк. – В городских условиях мы справляемся лучше армии.

– Ну-ну, – консул побарабанил пальцами по столу. – Транспорт обеспечит флот. Угу. Ещё одно бла-бла-бла... Задача: заключить мир, по возможности вызволить пленных. Справитесь?

– Конечно, Ваше Превосходительство, – кивнул Зейтман. – Я не вижу особых сложностей.

– Молодец, – неопределённо похвалил консул. – Атанас! – он обернулся к спящему коллеге. – Просыпайся. Да просыпайся же, – он потряс консула-примо за плечо, и тот наконец кое-как отодрал голову от стола.

– Что?

– Отправляем делегацию для мирных переговоров.

– А мы победили?

Консул-секундо неопределённо пожал плечами и обернулся к Зейтману.

– Мы победили?

– Нет, Ваше Превосходительство. Вдребезги разбиты.

– Когда привезёте этого поганца Сейса, – едва слышно пробормотал консул-примо, закрывая глаза, – напомните, чтобы я намылил ему шею... – он снова опустил голову на стол.

– Надо полагать, тут возражений нет, – второй консул обернулся к залу. – Господа сенаторы! Есть что сказать по поводу законопроекта о мирных переговорах?

Большинство не среагировало. Только какой-то мрачный тип с первого ряда, в одиночку рассматривавший содержимое своего стакана, поднялся – его заметно шатало – и заплетающимся языком спросил:

– А ч-что, мы с к-кем-то воюем?

– Да. С Тёмными, – объяснил Зейтман.

– И д-давно?

– Да уже лет шестьсот...

– А, т-ты про экз-экзархат... Ну что ж, уд-дачи, – мрачный сенатор плюхнулся обратно на своё кресло.

– Думаю, обсуждение на этом можно закончить, – подытожил консул-секундо, снова раскрывая альманах. – Возражающих нет, закон принят, счастливого пути и всё такое... Чиба, сходи в штаб флота, пни там кого надо, пусть выделят кораблик поприличнее... Ну, не маленький, сам знаешь, – консул махнул рукой и углубился в чтение.

Зал мы покинули молча.

– Сенат в своём репертуаре, – вздохнула Несси, оказавшись снаружи.

– Вечнопьяные бездельники, – буркнул Зарк.

– Просто большинству там за тысячу, – примирительным тоном попытался объяснить Зейтман. – А некоторым и за две. Им уже давно надоела вся эта политика.

– Я и говорю, бездельники, – повторил полицай. – Страна разваливается, а им там всё надоело.

– А вы что скажете, госпожа Лиа? – учтиво поинтересовался сенатор.

– До встречи послезавтра в порту, – хмуро объявила я. – У меня осталось не так много времени, следует потратить его с толком.

– То есть, натрескаться в зюзю? – уточнил Зарк.

– Не твоё дело, человечек.

Да, это было грубо. Но меня бесит, когда люди начинают критиковать эльфийский способ управления эльфийским городом.

Полицейский молча уселся в свой лимузин, громко хлопнув дверцей. Взревел мотор. Прошелестели шины.

Несси открыла рот, закрыла, потом, после явной внутренней борьбы, снова открыла и с трудом выдавила:

– Госпожа Лиа...

– Что там у тебя?

– Вы не научите меня, – она нервно сглотнула, – телепортации?

– П-фф. Вот прям как будто мне больше делать нечего.

Нессино лицо вытянулось. А вот сенатор послал мне гневный взгляд, и совершенно справедливо: я и сама понимала, что эта грубость мало что незаслуженная, так ещё и насквозь лживая. Однако Зейтман всё же промолчал; он приобнял Несси, и они куда-то телепортировались.

Я же отправилась домой. Пешком.

Впрочем, в покое меня так и не оставили.

Стоило мне только намешать первый стакан – ничего особенного, молоко пополам со спиртом – и уютно устроиться за кухонным столом, потому что парадная столовая всегда казалась мне слишком уж помпезной, как напротив материализовался Зейтман. Выражение лица у него было столь высокомерно-неприступное, что хоть пропагандистский плакат рисуй: «сенатор поучает заблудшую грешницу».

– Во-первых, вот компенсация за взлом охранной системы, – он небрежно швырнул мне банковский чек. – Во-вторых, не могли бы вы объяснить, почему вы так грубы с Несси? Она же ваша ближайшая родственница. На данный момент.

– Не ваше дело, – буркнула я. – Сенатор вы там или глава делегации, а на такого рода вопросы я отвечать всё равно не обязана. К тому же, к себе домой я вас не приглашала.

Он на миг скривился, а потом его лицо снова стало неприступной ледяной маской.

– Вот как, значит. В общем-то да, не обязаны, верно... А вот явиться на борт вовремя, и в трезвом виде вы обязаны. Иначе я наложу все предусмотренные законом взыскания. Помните это.

Он наконец испарился.

Я прижалась лбом к холодной столешнице. Вот, спрашивается, как ему объяснить? Я приняла решение; оно крайне разумное, и потому я твёрдо буду его придерживаться; но при этом оно мне совсем не нравится, и потому я то и дело срываюсь. Подойти, что ли, и сказать: «Привет, сенатор. В голове у меня полная каша, ты это знаешь? Решения принимает набор логических конструкций. Часть из этих ментальных костылей просто устарела, другая с самого начала была идиотской. Но они со мной очень давно, почти с самого начала; в каком-то смысле они и есть – я... Ну, не вся я, но какая-то часть меня, и очень важная часть. Вынь её – вся личность рассыпется, как карточный домик. Так что я лучше угроблю целую армию, как тогда, на Перевалах, или покалечу судьбы родственникам, да и тебя на верную смерть отправить могу – но правил этих не отменю. Но при этом, конечно, сердце у меня есть, и каждая смерть ляжет тяжким грузом на совесть – погибшим это так поможет, о да. И мне противно поступать, как последней сволочи. Ах да, а ещё мне жутко страшно. Реально, до усрачки. А теперь ещё раз подумай и скажи: ты и в самом деле хочешь, чтобы я с тобой ехала к Тоддену?» Три ха-ха. Да в жизни я такого не скажу. Никому. Потомственная волшебница, дослужившаяся до первого ранга – сто шестьдесят лет успешной военной карьеры – не имеет права так говорить. И точка. Решение продиктовано теми самыми логическими конструкциями, и потому запрет непреодолим. Да и поверит ли он мне? Мальчишка ведь, войны не нюхавший, в лапы Тоддена Потрошителя не попадавший...

Прихватив пару бутылок, я заперлась в тамбуре между внешней и внутренней дверями гардеробной. Даже Зейтману сюда не телепортнуться, но и Пять Голосов до тамбура не достают. Узкая металлическая конура, как раз для такого ничтожества, как пропивающая свои мозги волшебница с эпическим бардаком в башке.

Счёт времени я утратила очень быстро, и спать в боевой броне удобно даже на голом полу, но вот туалета, увы, в тамбуре не предусмотрено; да и голод – весьма настойчивое чувство. Так что иногда приходилось выползать. В памяти у меня образовалась изрядная лакуна, но, когда я в очередной раз отперла дверь с целью проблеваться в сортире, подо мной хрустели упаковки от аварийных сухпайков – наверно, это самая мерзопакостная еда, которую только можно найти в доме...

На выходе из туалета мене поджидал Зейтман. Он брюзгливо морщился и, наверно, что-то говорил – я не слушала... Тогда он ухватил меня за шиворот – телепортация – и вот я уже лежала, уткнувшись носом в холодную металлическую палубу военного корабля; вокруг пахло морем, кричали чайки, а на меня обрушилась Быстрая Трезвость. Это сложное заклинание, но Зейтман исполнил его мастерски – меня даже не стошнило. Зато все внутренности скрутил адский сушняк.

– Воды... – выхрипела я сквозь непослушные, вмиг пересохшие губы. Каждый звук обжигал горло словно наждачкой.

– Ах воды, – издевательски пропел сенатор.

Ещё одна принудительная телепортация – крошечная, метров на десять – и мы оказались по ту сторону фальшборта. Сенатор тут же скаканул обратно, а я... Короткое стремительное падение, болезненный удар о воду. Мало того, что морскую и солёную, так ещё и пополам с мазутом и всяким мелким плавающим мусором, которого всегда полно в порту.

Угроза утонуть в этом дерьме заставила-таки меня соображать. Мелькнула мысль про «включить шлем», да я позабыла, как это делается... С грехом пополам сосредоточилась. Выворачивая и без того горящие огнём внутренности, телепортнулась обратно на палубу. Без сил плюхнулась, приложившись лбом об обжигающе-холодный металл. Горло перехватило спазмом: тело пыталось вытошнить совершенно пустой желудок.

– Повторить? – участливо спросил Зейтман.

Я проскрипела что-то неразборчивое.

И тут же снова оказалась за бортом.

Силы были почти на исходе. Плюс опьянение окончательно прошло, и накатила паника. Я попыталась сосредоточиться раз, другой... изрядно наглоталась дерущей горло горькой отравы... и уже почти отчаявшись, всё же смогла вернуться на палубу. Почему именно на палубу, к обозлённому сенатору, а не куда угодно ещё? Да потому что благородные волшебницы не убегают от своих начальников. Это как кинжал или длинные волосы...

– Мне показалось, вы ответили «да», – издевательски пояснил Зейтман. – Может, и в третий раз повторить? Мне не жалко.

Ничего членораздельного я произнести не могла при всём желании, и с обречённым смирением стала ждать, что он наконец-то меня утопит...

– Что здесь происходит? – начальственно осведомился незнакомы голос. Отчётливо эльфийский – вся палитра обертонов на месте. И при том совершенно трезвый.

В поле моего зрения вошла пара до блеска начищенных ботинок. Офицерских, флотского образца. Выше взгляд я поднять не могла, но и так было понятно: это командир корабля.

– К нам на борт, – совсем другим, дружелюбно-вежливым тоном объяснил сенатор, – прибыла представитель сухопутных сил. Госпожа Редсвейл, волшебница первого ранга. Прошу любить и жаловать.

– Воняет, как говно, выглядит, как говно, и даже валяется, как говно, – подытожил капитан. – Но хотя бы не опоздала к отплытию. Для армейских вонючек, считай, достижение.

Меня вздёрнули за шиворот. Не рукой – заклинанием. Руки капитан заложил за спину, а взгляд его льдисто-синих глаз был столь пристален, словно бы он пытался прожечь меня насквозь.

Идеально отутюженная чёрная форма, золотые знаки различия. Молодое, как у всех эльфов, лицо, но вот стрижка короткая – из-под фуражки ничего не выбивается. Значит, в довершение всех моих бед, он ещё и из незнатной семьи. Небось, долго и упорно выслуживался с самых низов, и терпеть не может всяких там потомственных, с кинжалами, особняками и всем прочим.

– Меня зовут Марк Руфо, – объявил капитан. – Я командую этим кораблём. Это означает, что тут я царь и бог. И если вы только попробуете повыё...повыпендриваться, то остаток пути проведёте в карцере. Вам всё ясно?

Я с трудом кивнула.

– Язык отсох, да? – без тени иронии спросил Руфо.

Я снова кивнула.

– Бывает. Сейчас отмочим...

«Отмачивание» он организовал прозаически: перепоручил меня матросу, вооружённому ведром. Воду в ведро наливали пресную, и даже чистую, а ошивающийся вокруг сенатор не делал попыток её магически изгадить – наверно, просто не умел, так что и на голову мне вода выливалась по-прежнему чистой.

Уже после первого ведра я обратила внимание на одну из фраз капитана – «к отплытию не опоздала». После третьего смогла наконец более-менее внятно изложить своё недоумение сенатору.

– Ну да, – подтвердил он. – Сперва я планировал дождаться полудня, а затем вытащить вас из дома и устроить разнос по поводу опоздания. Но потом взвесил всё ещё раз, и решил смотаться с утра пораньше, а скандал сэкономить. В конце концов, зачем вам лишняя ругательная запись в личном деле?

– В воспитательных целях, – пробормотала я себе под нос.

– Когда кому-то двести пятьдесят три, этого «кого-то» уже поздновато воспитывать... Хотя я и попытался.

Надо же, он и мой возраст знает с точностью до года.

– Полегчало? – он участливо протянул руку. – Встать можете?

Я сделал вид, что руки не вижу, и встала совершенно самостоятельно. Чисто из принципа. И даже два самостоятельных шага сделала. Опираясь о стенку надстройки. Сенатор насмешливо косился на эти подвиги. После третьего неуверенного шага он коснулся моего плеча и перенёс нас к сходням. Я судорожно вцепилась в планшир – ноги не держали.

– Кхм. Я притащил вас пораньше, – сенатор говорил на ухо, тихо, почти шёпотом, – ещё и потому, что хотел кое-что сообщить. Чтобы, ну, дать пищу для размышлений. Наверно, вы помните, что битва на Перевалах свелась к взаимного истреблению; очень большие потери с обоих сторон. Тёмные победили с незначительным перевесом. Это на десять лет отсрочило их финальный рывок и падение экзархата.

– Конечно, помню. Я там была.

– А ещё, вы, может быть, помните, что Тёмные пускали вперёд в основном людей, и потому сохранили почти семьдесят процентов своих магов. Наши же маги бились на передовой, и потери среди них просто чудовищные. Выжило девять. Не процентов, штук. Девять, включая вас.

– Нам надо было любой ценой удержать перевалы! У Тёмных слишком много подконтрольных людей, на равнине их не остановить, это ещё тогда было ясно. Мы задействовали все резервы, и... И всё равно ничего не получилось...

– Вот именно. Причём, заметьте, обучить солдата можно кое-как за год, а за декаду его можно обучить очень хорошо. С магом такой фокус не получится, тут нужно лет шестьдесят. Да и нет у нас столько талантливых молодых эльфов, чтобы восполнить потери...

– Но мы должны были удержать перевалы!.. – прозвучало это откровенно беспомощно.

– Вопрос цены. Всегда – вопрос цены. Но я не на этом хотел сфокусироваться. Прошу вас, подумайте, как я расцениваю действия... эльфа, который, совершив ошибку, не пытается её исправить. А только усугубляет – разрушает свои способности пьянством, ещё увеличивая таким образом наши потери; не занимается воспитанием возможного пополнения... Как мне расценивать поступки такого эльфа? Отвечать не нужно. Просто подумайте.

Я заскрипела зубами, сдерживая рвущиеся наружу бессильные оправдания. Вот же гад. Бьёт в самое больное место.

– А теперь нам пора встречать Несси, – жизнерадостно объявил сенатор. – Она скоро прибудет.

Я почти случайно заметила знакомый раздрызганный, с торчащими концами, клубок силовых линий.

– Уже прибыла, – пробурчала я себе под нос. – И пытается спрятаться. Под заклинанием невидимости.

– Может быть...

– Безо всяких «может». Вот она, видно же, – я с трудом помахала ей рукой.

– Так вы её видите? – удивился Зейтман. – Но как?

– Эй, парниша! Я волшебница первого ранга, помнишь? Прописью, первого! – почти проорала я.

– Тише, я не глухой.

– И я тоже, – добавила наконец сбросившая заклинание Несси. – Привет, Чиба. Госпожа Лиа, – она слегка кивнула.

Нарядец на ней был тот ещё: прозрачный дождевик из толстого, гибкого, но не мнущегося пластика. Под ним – чёрное бикини. И её любимые туфли на огромной платформе, тоже пластиково-прозрачные. По-моему, в таких и по городу-то ходить неприлично, а уж по военному кораблю...

Подошедший к сходням капитан был, похоже, того же мнения.

– Редсвейл-младшая? Вы нарушаете форму одежды, – объявил он грозно.

– О, капитан Руфо, – Несси невозмутимо поднялась на борт. – Вам отлично известно, что устав Скрытой Стражи обязывает носить форму только в здании Сената. Хотя в чём-то вы правы, – она прищёлкнула пальцами, и бикини тоже стало прозрачным. – Так гораздо лучше вписывается в общий стиль, верно? У Стражи просто офигительная гардеробная, – Несси лукаво улыбнулась.

Капитан побагровел, скрипнул зубами, но всё же сохранил ровный тон.

– Нет, так не лучше. Вы не будете ходить по палубе в таком виде. Я квалифицирую это как подрыв дисциплины на борту. И в таких туфлях вы переломаете себе лодыжки на первом же трапе.

– Пф-ф, какой же вы скучный, – скривилась Несси.

Она ещё раз щёлкнула пальцами, и дождевик сделался чёрным до непрозрачности, хотя и сохранил «пластмассовый» блеск. Небольшая волна дрожи, и фасон одежды сменился – теперь это была шинель. Точнее, скорее пародия на шинель – такие в секс-шопе продают. Туфли остались прежними.

– Ну что, теперь ваша душенька довольна? А мои лодыжки вас не касаются.

– У меня большое искушение наказать вас за неуважение старшего по званию, – сообщил капитан, покосившись на сенатора.

Тот едва заметно кивнул.

– Это ваше право, – совершенно официальным тоном согласилась Несси.

– Шагом марш на камбуз. Кок найдёт вам работу. Три вахты.

– Никакой фантазии, – фыркнула Несси. – Есть три вахты на камбузе, капитан. Счастливо оставаться, – она удалилась, изящно покачивая бёдрами.

– Ну и штучка, – вздохнул Руфо.

– Надеюсь, она не слишком обиделась, – пробормотал сенатор. – А то дело закончится массовым отравлением.

– В случае массового отравления – отправится драить гальюны, – пригрозил капитан. – Так ей и передайте.

***

Тодден медленно поднимался по винтовой лестнице. Он только что закончил размещать – со всеми удобствами – генерала Пиата и его штаб, и наконец перепоручил этих светлых клоунов своему гарему. Самого генерала они уже неплохо изучили, но штаб он набрал себе новый, и Тодден искренне надеялся, что надоедливые жёнушки вволю поразвлекутся. И хоть ненадолго оставят его в покое. Каким местом он вообще думал, выбирая в супруги этих похотливых, безмозглых, жадных куриц? Умудрившихся за все эти годы так и остаться похотливыми и безмозглыми? Тодден невольно скривился. В общем-то, понятно каким – в восемьдесят, когда гормоны бурлят, мозги не особо работают... Увы, жёны вместе с гормонами не выветриваются.

Тодден наконец добрался до звуконепроницаемой комнатки под самой крышей Артенского Магистрата. Тщательно запер дверь. Сел за стол. Снял с шеи амулет связи. Активировал.

Над столом сформировалось полупрозрачное изображение – верхняя половина весьма почтенного тёмного эльфа в роскошной мантии.

– Мой кесарь, – Тодден склонил голову перед верховным владыкой Тёмных. – Всё сделано. Светлые разбиты, Артен захвачен.

– Да, мой верный Фиро, ты хорошо потрудился, – согласился Риан Великий. – Только вот похоже, что ты не рад своей победе. Что так?

Тодден внимательно вглядывался в неверную картинку. Они с кесарем очень, очень долго работали вместе, это верно. Но разве могут Тёмные доверять друг другу? Пока Тодден громил внешних врагов, Риан строил единое государство из кучки владетельных кланов, готовых передраться в любой момент, и по самому незначительному поводу. Готов ли правитель поверить, что победоносный военачальник не покусится ни на кусочек политической власти?

– Помнишь, как всё начиналось? – тихо спросил Тодден. – Как мы начинали Большую Игру? Как я доверился тебе, а ты мне – в те времена, когда кинжал в спину можно было ожидать даже от собственного сына?

Про то, что эти времена никуда не делись, он тактично умолчал.

– Помню, – кивнул кесарь. – И ты ни разу меня не подвёл.

– Да. Ни разу... Дело сделано, Риан. Светлые выброшены с материка. Помнишь, я тебе обещал? Давным-давно?

– Помню, – снова кивнул кесарь. – Я так понимаю, ты намекаешь, что обещание выполнено – и теперь ты больше не хочешь возглавлять армию?

Голос Риана звучал подчёркнуто ровно, и лицо оставалось спокойным – насколько это можно было понять посредством амулета. Такой разговор следовало бы провести лично, а не дистанционно... Но Тодден помнил слишком много имён победоносных генералов, триумфально вернувшихся в столицу только ради того, чтобы получить порцию яда от какого-нибудь завистливого придворного.

– Я устал, о мой кесарь. Я честно служил... И прошу заслуженной награды.

– И какой именно?

– Отдыха.

– Мы оба отказались от отдыха, когда решили объединить кланы и изгнать Светлых.

– Кланы объединены, Светлые выгнаны. Я в самом деле устал, Риан. Я не кокетничаю, не выпрашиваю новых земель, денег или титулов – мне хватает уже имеющихся; ты всегда награждал меня очень щедро. Я просто-напросто устал.

Кесарь чуть помедлил. Потом отрицательно покачал головой.

– В любом случае, это не делается вот так, через амулет. Нужно заключить мирный договор, нужно разобраться с пленными, ты должен явиться в столицу и сделать доклад по всей форме. Вот тогда мы и поговорим. Из Артена может и в самом деле казаться, что всё сделано... Ты просто не знаешь всех деталей. Что творится тут, в столице. И насколько на самом деле «объединены» кланы. Насколько мне нужна твоя помощь, Фиро, – печально закончил Риан. – До встречи. Нам надо многое обсудить.

– До встречи, мой кесарь, – Тодден завершил беседу.

Этого-то он и боялся. Он всеми силами оттягивал последнее наступление. Готовил армию десять лет – хотя хватило бы и года, от силы двух. Но дальше тянуть было невозможно... Закономерный, ожидаемый, но всё равно такой страшный итог – ему велено вернуться в столицу. А он так устал.

Конечно, у него оставалось ещё немного времени – до прибытия переговорщиков от Светлых. И ещё пленница, которая, возможно, поможет хотя бы ненадолго отвлечься от забот...

***

Какая же всё-таки огромная эта штука – линкор. Ну, то есть, на любом, даже самом военном, эльфийском корабле есть несколько шезлонгов – иначе это был бы не эльфийский корабль; но на линкоре нашлось место для настоящей прогулочной палубы. Небольшой, конечно, но после обеда всегда приятно отдохнуть в таком специальном месте, не затронутом обычной военной суетой... Молоко на флоте строго запрещено, да и не может волшебница первого ранга позволить себе напиваться во время боевого похода, так что я лениво прихлёбывала антиабстинентный отвар – та ещё дрянь, на вкус как разбавленный желудочный сок, но позволяет избавиться от навязчивых мыслей о выпивке, и не менее лениво наблюдала за расслабляющемся в соседнем шезлонге Зейтманом, который пил минералку. Хотя, аскет эдакий, мог бы себе позволить и вино.

– Скажите, господин сенатор... Пока Несси ещё на камбузе... Если вернуться к тому разговору на моей кухне – а почему вы сами не научите свою подружку той же телепортации? Вы же в этом искусстве мастер, и это безо всяких преувеличений или там лести.

Зейтман досадливо дёрнул ухом, но всё же ответил.

– Да потому что войти в высший слой общества совсем не просто; репутация в этом процессе даже важнее денег. Разве это не очевидно? Любовница из потомственных офицеров – это мило и демократично, а вот ученица не из сенаторов – жуткий моветон. Я не могу рисковать положением всей семьи. Мы слишком много потратили, взбираясь на эту ступеньку.

– Да кого сейчас волнуют все эти условности...

– В политических баталиях любое оружие сгодится. К тому же, нас, Зейтманов, всё ещё считают чужаками, а с чужаков спрос всегда строже.

– Так это правда, что ваша семья роддом из Готтдома?

– Все эльфы родом из Готтдома, – сухо сообщил сенатор. – Наш биологический вид зародился именно там.

– Вы же понимаете, о чём я. Ваш... – пришлось поскрипеть мозгами, вспоминая слухи. – Прадед, верно? Самый настоящий Тёмный. Родился на их территории, сбежал, женился на Светлой... И прочая пошлая романтика.

– Да, всё так, – кивнул Чиба. – Учтите, что остальные три моих прадеда – Светлые. И все четыре прабабки – тоже.

– Вы – да. Успешный продукт селекции. Но решения принимает глава семьи, так?

– Сейчас эти обязанности на моём отце. Который в данный момент обеспечивает расселение беженцев из Артена в Колонии Лам. Старшие мои родственники, э-э, ушли на покой. Вынужденно. Именно что по указанной вами причине.

– Допустим, я вам верю...

Скрипнула ведущая на палубу дверь.

– А что об этом думает сама Несси? – спросила я, скосив глаза на уже привычный комок раздрызганных силовых линий.

Очевидно, посуда после обеда уже вымыта.

– Ну, я честно изложил ей причины...

– На самом деле не совсем честно и не совсем все, – объявила Несси, сбрасывая невидимость и плюхаясь в свободный шезлонг. – Но я привыкла брать от жизни доступное. Не питая особых иллюзий. Если уж на то пошло, от иллюзий я избавилась очень рано. Лет в тридцать. Когда одна госпожа не захотела признать дальнюю родственницу, внезапно ставшую сиротой.

В мою сторону она подчёркнуто не смотрела.

– Да, кстати, – спохватился Зейтман. – В той истории, госпожа Лиа, которую вы рассказали Зарку, есть одна нестыковка. Несси осиротела гораздо раньше битвы на Перевалах и всех её последствий. Почему вы не позаботились о бедной сироте?

– А откуда вам известно об этой беседе? – спросила я с подозрением. – Неужели полицай вам докладывается?

– Нет, что вы, – сенатор с усмешкой махнул рукой. – Не Зарк. Его водитель.

– И не Чибе он докладывался, а мне, – вставила Несси.

– Естественно, не буду же я лично допрашивать прислугу, – подтвердил Зейтман. – А вы бы всё же ответили по существу, а, госпожа Лиа?

Я вздохнула.

– Неужели не очевидно? – вполне осознанно передразнила его фразу. – Элементарно же, господин сенатор. Я не хочу превращать Несси в послушный инструмент генерала Пиата. Которым он попользуется лет сто, в том числе и вагинально, а потом сгрузит на неё все накопившиеся грехи и спишет в утиль, а сам пойдёт дальше, весь такой чистенький, аж смотреть больно.

– Вы могли бы меня просто учить, – заметила Несси. – Не превращая в инструмент.

– В том-то и дело, что не могла. Сейс не дурак, понимаешь? Кто угодно, но только не дурак. Ему нужны исполнители, а не конкуренты, и он некогда не передаёт опасных знаний без предохранителя. Все, кого я обучу, превратятся в мои копии. Могущественные послушные инструменты. Насчёт мотивов Юи точно сказать не могу... Но полагаю, что они сходные. Хотя с головой у неё получше.

– И почему же, – крайне неодобрительно поинтересовался Зейтман, – вы не рассказали всего этого раньше? Ей, не мне? Нормально говорить с Несси вам тоже генерал запретил?

– Да потому, дурилка ты сенаторская, что воспитать себе смену – это мой долг. Да, да, я прекрасно это знаю, мне об этом талдычили всю жизнь. И я этот долг исполнять отказываюсь. Полностью осознанно, нагло и цинично. Теперь вам двоим всё понятно?!

– Выговорились? Полегчало? – Зейтман с улыбкой отсалютовал стаканом. – Видите, это совсем не сложно. Вовсе не обязательно было так тянуть. Последние десять лет – так точно зря.

– Волшебница первого ранга не должна отступать от своего долга, – буркнула я угрюмо.

– Хм. – Несси печально покачала головой. – Ну, как бы там ни было, спать со стариком, который, вполне возможно, приходится мне отцом, дедом и прадедом одновременно, что-то совсем не хочется.

– Считается, что для волшебницы первого ранга это большая честь, – поведала я всё так же угрюмо. – Спать, я имею в виду. А отказываться – большой позор.

– Насколько я наслышан об армейских порядках, – ехидно вставил сенатор, – у старого генерала было не так-то много шансов стать вашим родственником. Там ведь и штабисты, гм, участвовали, и прочие высокоранговые офицеры...

Несси брюзгливо скривилась.

– Юи, кстати, – припомнила я давнюю обиду, – часто халявила в этом отношении. Смывалась в дозоры в самое неподходящее время. Бери с неё пример, раз уж записалась в Скрытую Стражу.

– Стража не подчиняется армии! – возмущённо воскликнула Несси.

– В Городе, – злорадно напомнила я. – А в зоне боевых действий – Сейс старший офицер, которому подчиняются все.

– Боевые действия закончились.

– И сенаторами он не командует в любом случае, – успокаивающе добавил Зейтман. – Не волнуйся, я тебя ему не отдам. Кстати, – он указал на выходящего на палубу Зарка, – давайте-ка сменим тему. Между прочим, Несси, я просил тебя нагрубить капитану не просто так, помнишь? Как там настроения у нижних чинов?

– Да я бы его подразнила и безо всяких просьб, – фыркнула Несси. – Типичный вояка: сам запихнут в футляр, и всех вокруг пытается упихать в футляры.

– Кгх-м, – вежливо напомнил Зейтман.

– Да всё в порядке у нижних чинов, – отмахнулась Несси. – Корабль новый, капитан, хоть и вояка, своё дело знает. Обитаемость хорошая, кормят вовремя и вкусно – лично проверяла... Потери во время войны флот понёс совсем небольшие... Сухопутных моряки недолюбливают, считают бездарными вонючками; если зарковы полицаи начнут возбухать – она невежливо потыкала пальчиком в подошедшего вплотную полицейского, – мигом укантропупят... Гидеон, будь паинькой, ага? Что касается Пиата – генерал популярностью тут тоже не пользуется. Типа, сухопутный вонючка в квадрате. Тебя, Чиба, отчасти уважают – не лично, а как представителя семьи Зейтманов. Типа, «морские эльфы», почти коллеги. А Гидеона держат за психа.

– Вот-вот, – скорбно подтвердил замполицмейстера. – Совсем матросам голову задурили. Стоит только упомянуть, что я на переговорах намерен проследить за интересами людей, как на меня смотрят, словно на болвана пустоголового.

Я покосилась на сенатора.

– Может, рассказать?

Тот устало прикрыл глаза. И едва заметно кивнул.

– Потому что так оно и есть, господин полицейский, – объяснила я почти вежливо. – Тёмные не ведут переговоров с людьми. Тёмные не считают людей достойными внимания. Они держат вас за скот, не более того... Пока мы, Светлые, учились телепортироваться, маскироваться и взрывать города, они учились людьмиуправлять. Напрямую, через мозг. Вот почему Тёмные могут гнать толпы и толпы солдат, как на бойню, и вот почему нам пришлось сделать ставку на дистанционное оружие – авиацию, артиллерию и танки... Впрочем, при стычках магам всё равно приходится быть на передовой – гасить вражеские заклинания. Иначе наши собственные солдаты нас же и перестреляют. Так что...

– Поздравляю с завидным назначением, – вклинился сенатор. – Вы сами настояли, чтобы вас включили в состав делегации. Теперь это закон, господин полицейский.

Зарк скрипнул зубами.

– Да, да, я слышал эту старую байку. Уже много раз. Очень удобная история: позволяет оправдать любые потери на фронте, а потом ещё и не допустить нас к переговорам.

– Я же говорила, что он не поверит, – хмыкнула Несси.

– Да. Но, как Светлые, мы обязаны были его предупредить, – наставительно заметил Зейтман. – У него ещё достаточно времени, чтобы, например, сломать ногу или украсть шлюпку, и таким образом не попасть в лапы Тёмных. Карьера, конечно, будет разрушена, – он состроил сочувственную гримасу. – Но жизнь-то дороже...

– Пф-ф, эльфы, – полицейский взмахнул рукой. – Неужели вы и вправду думали купить меня этими бабушкиными сказками? Счастливо оставаться, светлые...

Он вальяжно покинул палубу.

– Меня иногда удивляет, – пробормотала себе под нос Несси, – как такой человек мог стать фактическим главой полиции. Ведь Лей Эль был ещё в своём уме, когда назначал заместителя.

– Увы, подбор кадров не относится к талантам нашего полицмейстера, – я вздохнула. – Кроме того, конкуренты ему тоже не нужны.

– По крайней мере, моя совесть будет чиста, – подытожил сенатор.

***

Тодден предупредил о своём визите за час, явился точно в назначенное время, и даже постучал в дверь, прежде чем входить. Да, формально он тут главный начальник, но с личной представительницей Его Величества, уполномоченной вести мирные переговоры со Светлыми, госпожой в сенатском ранге Моррой Эквир следовало вести себя крайне осторожно. Она, несомненно, была послана сюда следить за благонадёжностью Тоддена – кесарь мог сколько угодно расточать комплименты, но на слово Тёмные не верили никому, включая и ближайших соратников. Особенно ближайших соратников. Про такого рода личных представительниц ходило множество слухов: что они составляют неофициальный гарем Его Величества; что не угодившие им поднадзорные внезапно умирали от разного рода якобы естественных хворей; даже что кесарь давно уже только ширма, а реальная власть – в коллективных руках этих «представительниц»... Тодден старался быть очень, очень осторожным с госпожой Эквир.

Уютный кабинет ярко освещался полуденным солнцем. Госпожа представительница изволила работать с бумагами за роскошным столом. Когда она подняла взгляд на вошедшего, блики заиграли на многочисленных золотых украшениях, продетых в отверстия в её широко расставленных ушах. Хороший, кстати, знак – в плохом настроении входящих она просто игнорировала.

Одно из двух гостевых кресел было развёрнуто спинкой к столу; тихо всхлипывая, его занимала обнажённая юная эльфийка – колени на ковре, лицо уткнуто в сиденье, попка выставлена в сторону двери – попка, жестоко исполосованная рубцами от плети, небрежно брошенной тут же.

– А вот и наш главный вояка, как всегда вовремя, – почти дружелюбно объявила Морра. – Усаживайтесь, – она махнула в сторону свободного кресла.

На каждом пальце сверкнуло по золотому кольцу. Блеснули золотые нити, сплетённые вокруг предплечья в замысловатом спиралевидном узоре.

Тодден послушно сел.

– Рад видеть вас в добром здравии... Но мой титул – губернатор Северных Территорий, – как мог мягко напомнил он. Любая военная должность считалась для сенатора позорной, и ему с большим трудом удалось не выпустить наружу возмущение. Оскорбление было, естественно, намеренным. – И я просил о беседе наедине.

– О, не беспокойтесь насчёт Шази. Она – моя ученица, ей полезно будет послушать.

– Как пожелаете, – с как можно менее заметным колебанием согласился Тодден. – Его Величество напомнил мне о необходимости заключить мирный договор. Мне хотелось бы знать, какие условия вы сочли приемлемыми, и ради чего воевала наша армия.

– Тут всё просто, господин главнокомандующий, – она откровенно улыбнулась, внимательно наблюдая за закаменевшим лицом Тоддена. – Ваша армия... Впрочем, вы правы, она в каком-то смысле и наша тоже... Армия воевала ради изгнания Светлых с материка. Наши минимальные условия – они должны признать, что земли по эту сторону Моря Бурь теперь принадлежат нам, вовеки веков.

– А что с судоходством?

– Я попытаюсь выторговать, – она со значением тряхнула роскошной гривой белоснежных волос. – Попытаюсь... Но надежды мало, господин главнокомандующий, – со вздохом признала она. – Право на содержание флота, международная торговля... Очень вряд ли. Они блокируют всё наше побережье. Разве вы не можете хоть что-то сделать с их кораблями?

– Увы, почти ничего, – Тодден печально покачал головой. – У нас нет флота... Пара их кораблей по-глупому подставились под береговые пушки, но Светлые очень быстро усвоили урок. А на море нам противопоставить им нечего.

– Ну, по крайней мере вы, хоть и тянули десять лет, но разбили их сухопутные войска. Артен наш, и останется нашим, это я твёрдо обещаю. Если они заупрямятся, то никакого мирного договора, и точка.

– Они не настолько идиоты, – сухо вымолвил Тодден.

Он не хотел, чтобы стала заметна его надежда. Если бы только Светлые заупрямились... Если договор сорвётся... Это могло бы стать его спасением.

– О да, тут они почти наверняка согласятся, – «представительница» снова тряхнула своей гривой. – А ведь вам, наверное, хотелось бы, чтобы они отказались? Ведь иначе дело всей вашей жизни подходит к концу, господин главнокомандующий?

Вопрос прозвучал крайне двусмысленно. В самом ли деле он был полон угрозы – или ему только кажется?

– Ни одна война не может длиться вечно. И в жизни любого эльфа есть множество дел.

– Рада за вас, господин главнокомандующий, – её улыбка и вправду выглядела вполне радостной. – Наверно, они, эти дела, уже ждут вас? Прямо сейчас? – она чуть кивнула в сторону двери.

– Вероятно, – Тодден поднялся. – Благодарю, что нашли время для встречи со мной.

– Да-да, – рассеянно подтвердила «представительница», склоняясь к бумагам.

Раскачивающиеся золотые побрякушки пускали солнечных зайчиков. Выпоротая Шази уже почти не всхлипывала. Тодден бесшумно закрыл за собой дверь.

***

Яркое утреннее солнце, громкие крики чаек, и твёрдые доски причала под ногами. Чиба в новенькой тоге и с тубусом в руках дипломатично приветствовал встречающего нас квестора Тёмных – смазливого красавчика в изящно скроенном мундире. Я тем временем пялилась на Несси. Короткие волосы ерошил ветер; стройный силуэт; расслабленная поза; вместо одежды – полосы чёрной материи, довольно небрежно навитые на тело: все стратегические мета прикрыты, но намёк совершенно очевиден. Плюс эти её всегдашние туфли на платформе, из прозрачного пластика. Эх, как бы мне хотелось ходить в таких. Но эльфийке из хорошей семьи, потомственному офицеру так одеваться не положено. Тем более в окружении врагов, когда непрактичная обувь может стоить жизни. Равно как и дурацкие ленточки вместо брони. Всё так. Но как же притягателен образ этакой безмятежной феечки, о безопасности которой заботятся всякие специально для этого предназначенные угрюмые мымры! Практично бронированные, растратившие жизнь на освоение высших ступеней магии, и всё такое. Типа меня.

Позади нашей живописно остроухой группы выстроились зеленолицые полицаи, тщетно пытающиеся выдержать стойку «смирно». Капитан Руфо отказался подводить линкор ближе чем на пятнадцать километров к берегу – из-за пушек Тёмных. Так что к пирсу мы добирались на катерах, и господ сухопутных растрясло. Впрочем, какой нам толк от двадцати полицейских, пусть даже в самом боеспособном состоянии, когда за спиной квестора солдаты образовали сплошной живой коридор – от причала до комплекса зданий магистрата? Шеренга слева, шеренга справа, винтовки в положении «к ноге»; все стоят смирно, не шелохнувшись, в абсолютно одинаковых позах. Заклинанием Подчинения от них так и несло; мне иногда казалось, что эту вонь я ощущаю носом, а не «вторым», магическим зрением. Причём, естественно, это было не «ручное», легко разрушаемое заклинание, а амулеты. И не какие-нибудь там теоретически снимаемые ошейники, о нет. Тёмные уже лет триста как перешли на небольшие золотые пластинки, вживляемые в одну из крупных костей.

Ситуацию контролировал лично Тодден – в воздухе ощущались несколько его ртутных наблюдательных капель в магических оболочках. Одна из главных его козырных карт, между прочим: во время любой битвы он всегда отсиживается в тылу своей армии, но при этом видит полную картину боя, и может отдавать приказы точно и своевременно, не полагаясь ни на каких адъютантов. Недавно изобретённая радиосвязь отчасти сгладила это преимущество, но, увы, лишь отчасти.

Приветствия наконец кончились, и мы потащились в акрополь. Артен достался Тёмным хоть и пустым, но целым, в полной сохранности. Последнее сражение, по старой традиции, генерал Пиат дал в полеперед городом. Понятно же, что на узких улочках, среди всех этих домов тактику фаланги применять невозможно... А придумать что-то новое? Тогда это был бы уже не Пиат. С другой стороны, в обмен на сохранность зданий Тёмные позволили провести эвакуацию в относительно спокойной обстановке, без обстрелов и бомбардировок. Вероятно, «спасибо» за это следовало сказать Тоддену, поддерживающему в своём войске железную дисциплину.

Артен – очень старое поселение, эльфы тут жили задолго до колонизации Архипелага. Высокие городские стены с изобретением пушек утратили военное значение, но древние укрепления акрополя всё ещё доминировали над плоским ковром жилых домов. Самую верхушку холма занимал магистрат. Изначально построенный как резиденция правителя независимого полиса, он и теперь ещё сохранял пышный дворцовый облик, несмотря на многочисленные флигели и пристройки. Как и любое общественное здание Светлых, магистрат защищали противотелепортационные амулеты – наподобие тех, что в стенах моего дома. Особо на фоне прочих зданий выделялся двухэтажный Посольский флигель – его оснастили ещё и изолирующими амулетами, чтобы предоставить послам возможность уединиться. И, естественно, Тёмные направили нас именно туда, с весьма прозрачным намёком: «раньше были хозяевами, а теперь – только гости».

Перед входом во флигель нас ожидали ещё двое встречающих. На этот раз не военные, а дипломаты. Главенствовала в этой паре посланница из числа Доверенных Кесаря. Если внешности Несси я тихо завидовала, то вот эту переговорщицу мне с первого взгляда захотелось убить. Желательно, особо жестоким способом.

Сочетание белого с золотым для дипломатов принято и у нас, и у Тёмных – все мы родом из Готтдома. И эта вот мило улыбающаяся посланница, конечно же, следовала традиции. Белоснежные волосы. Кожа цвета бронзы. Золотые искрящиеся глаза – без магии таких не заимеешь. И несколько кило золота во всех возможных местах. Множество колец и разнообразных висюлек в каждом ухе. Штанги в бровях и переносице. Кольца в губах. Сосках. Пупке. И между ног. Несколько лоскутов формально белой, а по факту почти прозрачной ткани, которые она носила, ничего толком не прикрывали. «Наряд» дополняли золотые нити, оплетающие руки и ноги. Плюс туфельки на каблуках – кстати, довольно низких. И от всего этого просто воняло волшебством. Каждое украшение – амулет; достоверно распознать их назначение не представлялось возможным – многочисленные источники магии сливалась в совершенно неразборчивую кашу. Но как минимум половина всего этого золота наверняка зачарована на красоту: упругая, идеально гладкая кожа; точёное лицо; тщательно выверенная фигура. Плюс ещё и духи с феромонами... У меня в броне всегда есть амулет-газоанализатор. Теоретически, против боевых отравляющих веществ, а на самом деле как раз для таких вот случаев.

Слева и чуть позади от посланницы стояла помощница, закутанная в непрозрачный белый балахон с капюшоном. Длинный подол достигал земли, кисти рук скрывались в широких длинных рукавах... Разглядеть можно было только подбородок, вполне ожидаемого бронзового цвета, и несколько прядей белоснежных волос.

– Приветствую вас на земле Готтдома, – сладким голосом проворковала переговорщица. – Моё имя – Морра Эквир; я действую по поручению Его Величества Кесаря. Это, – она указала на вторую тёмную эльфийку, – Шази, моя ученица.

– Рад вас видеть, – без тени улыбки сообщил Чиба. – Я – Арчибальд Зейтман. Уполномочен представлять здесь интересы Пресветлого Сената. Справа от меня, – он махнул в мою сторону, – вы можете видеть госпожу Редсвейл-старшую, эксперта в области магии. Слева, – он указал на Несси, – стоит госпожа Редсвейл-младшая, мой секретарь.

– Очень приятно, – лицо Морры стало ещё приторнее. – Ради укрепления наших дружеских чувств, и надеясь на успешные переговоры, я от имени своего повелители предлагаю вам занять эти покои. Вы можете использовать их столько, сколько посчитаете нужными.

– Наш визит надолго не затянется, – пообещал Чиба. – Проект соглашения у меня с собой, – он слегка приподнял тубус. – Сегодня вы с ним ознакомитесь, затем мы обсудим возможные замечания. К утру будет готов финальный вариант, который мы завтра подпишем. Затем после полудня я планирую нанести визит господину губернатору, и к вечеру закончить дела на вашем берегу.

– Но... – Морра выглядела обескураженной. – Так быстро? – она плавными шагами подошла ближе, демонстрируя себя во всей красе и призывно улыбаясь. – Зачем спешить? Можно же обсудить всё... вдумчиво и подробно, вы меня понимаете?

– Терпеть не могу, когда пытаются обратиться к животной стороне моего «я», – крайне сухо проронил Чиба. – Три лоскутка и духи с феромонами... Со мной такие фокусы не пройдут, госпожа Эквир.

Тёмная эльфика закусила губу. Следовало признать, выглядела она всё ещё очень мило.

– А вы точно дипломат? – поинтересовалась она наконец. – Впрочем, не важно. Поскольку вы так спешите, то не будем терять время. Раз вы думаете в первую очередь о делах, то, возможно, нам следует подняться в ваши покои? Прямо сейчас? Где вы позволите мне ознакомиться с тем самым проектом, и мы всё обсудим?

– Конечно, – согласился Чиба.

Морра самолично открыла скрипучую дверь, и мы вошли в посольский флигель. Шикарный холл на первом этаже, парадная лестница наверх... Мы поднимались парами: Чиба и Морра, затем Несси и Шази, в конце – я и Зарк. Рядовые полицейские остались внизу.

На втором этаже лестница выходила в ещё один холл, поменьше размером. Двери налево и направо вели в жилые комнаты, но мы прошли прямо, в переговорную. Широкие окна, отделанные деревянными панелями стены, большой стол со множеством стульев. Садиться, однако, сенатор не стал, потому и остальные вынужденно остались стоять.

– Вот, – Чиба открыл тубус, извлёк нужный свиток и передал его Морре. – Идея соглашения проста. Наша сухопутная армия разбита, поэтому Готтдом ваш. Весь, целиком. Наш флот силён, поэтому море наше. Всё, до самой прибрежной черты.

– А как насчёт территориальных вод? Десятикилометровой экономической зоны? С целью рыболовства и прибрежных грузоперевозок.

– Никаких территориальных вод, – отрезал Чиба. – Любую рыбацкую лодку, вышедшую в море, мы будем считать законной военной целью и уничтожать без предупреждения.

– Но вы при всём желании не сможете контролировать каждый метр побережья.

– Да, но этого и не нужно. Крупные корабли спрятать невозможно. Мелочь мы будем отстреливать при первой возможности. Конечно, часть сможет проскользнуть незамеченной, но никакой опасности они не представляют.

– Никакой опасности – и тем не менее вы запрещаете?

– Да, – спокойно подтвердил Чиба. – Потому что вам, Тёмным, дашь палец – руку по локоть откусите.

– Мы могли бы обсудить это заблуждение подробнее, – обворожительно улыбнулась Морра. – Этой ночью.

– Мне кажется, – Чиба слегка кивнул в сторону Несси, – что вы неправильно оцениваете сложившуюся ситуацию.

– В Готтдом со своим гаремом! – фыркнула Морра. – Что может быть глупее! Ладно, я поняла вашу точку зрения, – она углубилась в текст договора. – Так, а вот параграф о пленных надо вычеркнуть. Захваченные армией эльфы считаются личными пленниками Тоддена, а не кесаря. И соглашения на их счёт надо заключать лично с Тодденом.

– А что насчёт людей?

– Люди относятся к категории трофеев, а не пленных, – ласково объяснила Морра. – Как, например, винтовки и знамёна. И возврату, естественно, не подлежат... Хотя, если вы пересмотрите своё мнение насчёт прибрежных вод, я могу пойти на уступки.

– Нет. К сожалению, это невозможно.

– Вы уверены? Как жаль. Вы дали своим людям свободу, – она кивнула на Зарка. – В этом ваша сила... и ваша слабость. Ха. Если передумаете, я к вашим услугам, в любое время дня и ночи. Не стесняйтесь побеспокоить. Дежурный офицер всегда знает, где меня найти. Идём, Шази.

Морра удалилась, призывно покачивая бёдрами. Шази ушла следом, бесшумная, как привидение.

Зарк дождался хлопка входной двери, и только потом начал:

– Насколько я понимаю ситуацию, семейству Зейтман не нужны конкуренты-Тёмные на морских торговых путях. Так? И ради достижения этой цели вы готовы списать со счетов десять, а то и двадцать тысяч пленных людей. Кстати, вы даже не спросили, сколько их.

– Первоочередная цель – предотвратить высадку Тёмных на Архипелаге, – возразил Чиба. – Нельзя допустить возникновения у них флота.

– А я полагаю, что взаимовыгодная торговля пошла бы на пользу всем сторонам. В том числе и лично вам, сенатор. Готтдом – большой рынок, а их промышленность хуже нашей, разве не так? Я настоятельно рекомендую вам пересмотреть свою позицию.

– Заключение международных договоров находится в моей компетенции, господин заместитель полицмейстера. Ваши же обязанности ограничиваются охраной дипмиссии.

– Контора контролирует нижний и средний уровни бюрократии почти всех ведомств Города. Мы способны серьёзно осложнить жизнь любого человека или эльфа. Вам это известно?

– Да, конечно, – Чиба раздражённо указал на дверь.

– Вам это так просто с рук не сойдёт, – пообещал Зарк.

Но помещение покинул. Громко впечатывая каблуки в пол. Хорошо хоть дверью не хлопнул.

– Идиот, – прошипела Несси. – Боги, какой идиот!

– Это его собственный выбор, – Чиба пожал плечами. – Госпожа Лиа, имейте в виду, что мы не можем рассчитывать на людей в деле охраны посольства.

– В окружении Тёмных на людей в любом случае рассчитывать нельзя, – подтвердила я деревянным голосом. – А на Зарка я бы не рассчитывала и дома.

***

Из окон второго этажа открывался великолепный вид на море. Оранжево-красное закатное небо, пологие волны, мелкий песок... Я попыталась припомнить, когда последний раз была на пляже. Получалось, ещё до битвы на Перевалах. Довольно странно для жительницы приморского города, которой нечего делать. Интересно, почему? Ответ пришёл сразу – «чтобы не пугать публику покорёженным телом», но даже по моим меркам он звучал по-идиотски. Ну, допустим, визит ко врачу я сознательно решила отложить на «после последней битвы у Артена» – результаты сражения я угадала ещё тогда, но серьёзно ошиблась со сроками. Но какое мне дело до ужасаний какой-то там публики? Да и на крайний случай всегда есть пустынные участки побережья, а ещё существует ночь, когда никаких шрамов не видно... Пришлось покопаться в своих мотивах поглубже. Похоже, всё упиралось в механизм блокировки неуместных желаний. Неуместным считалось всё, что не входило в специальный список... Который, кстати, мне никто не надиктовывал, я его сама составляла. Но почему туда не попало купание? А кто его знает...

Пришлось отвлечься от окна, и приняться за более насущные проблемы. Чиба и Несси заняли один из жилых блоков на втором этаже: общая гостиная, из которой две двери ведут в отдельные спальни. Ну, по крайней мере у них хватило мозгов не затевать ночные развлечения на вражеской территории... Я бы могла занять соседний такой же блок, но по соображениям безопасности мне предстояло ночевать в их гостиной. Причём сидя в кресле. Поспать перед завтрашним было просто необходимо, но я не такая мастерица, чтобы перекрыть сторожевыми заклинаниями целый этаж. Чуткий полусон в кресле казался разумным компромиссом. Молодёжь моё решение конечно не обрадовало, но протестовать они вполне разумно не стали. Тёмные славились своими убийцами, способными проникать даже в хорошо охраняемые помещения. Причём безо всяких там маскирующих заклинаний. Потому как «не спортивно», и всё такое...

***

Мой сторожевой сон оказался прерван где-то через час после полуночи. Вопреки расхожему среди людей мнению, определить «темноту» или «светлость» эльфа по ауре очень трудно. Гораздо легче увидеть разделения человек-эльф, мужчина-женщина, молодой-старый. Так что обнаружив ауру юной эльфийки, осторожно крадущейся без применения маскирующих заклинаний, я сперва решила, что это Несси. К тому же и двигалась она в сторону чибиной спальни... Ну а маскировку не применяет, потому что поняла, что против меня она не работает. Я всё равно собиралась её шугануть, из чисто репутационных соображений: что это за часовая, мимо которой можно легко прокрасться? Но только вставая с кресла, я наконец вчиталась в подробности, и поняла, что никакая это не Несси. Силовая клетка вокруг цели собралась практически на автомате. Я даже, пожалуй, вкачала туда слишком много энергии. Рефлексы, рефлексы... Во вторую очередь я соорудила магический фонарь. И только в третью наконец поняла, кого поймала: Шази собственной персоной. Причём опознала я её в основном по балахону.

– М-да, – процедила я задумчиво. – Ну и что с тобой делать? Может, просто отпустить? Броском из окна.

Скрипнула дверь. Из своей комнаты выглянул заспанный Чиба. На нём были только шёлковые пижамные штаны. Я невольно загляделась на его идеально проработанную грудную мускулатуру и чёткие кубики пресса. Вот что значит унаследованная от Тёмных склонность к медицинской магии...

– Что тут происходит? – осведомился сенатор скорее риторически.

– Вторжение, – озвучила я очевидную банальность. – Возможно, с целью домогательства?

– Нет! – страстно возразила Шази. Она попыталась упасть на колени, но тесная энергоклетка не позволила. – Я...

– Госпожа Лиа, – перебил её Чиба. – Расширьте, пожалуйста, клетку. Совсем её убирать пока нельзя, но превращать нашу гостью в сардельку – слегка перебор, по-моему.

– Да без проблем, – кивнула я.

Силовое поле скачком увеличилось, выделив Шази где-то полтора квадратных метра пола.

Тёмная откинула капюшон, и таки бухнулась на колени. На вид она оказалась совсем молодой, моложе даже Несси. Лет пятьдесят, наверно. Волосы хоть и белоснежные, но короткие, до плеч; глаза уже трансформированные, золотые; а вот висюльки болтались только в ушах, и всего семь штук: три простых колечка в левом, четыре – в правом. Амулеты, конечно. При желании я могла бы выяснить их назначение, только вот голова с недосыпа жутко гудела. Да ещё и клетку поддерживать требовалось, не говоря уже о светильнике, который и без того мерцал...

– Ваше превосходительство, – дрожащим голосом начала Шази. – Я прошу... Прошу предоставить мне... Убежище. Политическое. Я больше не могу... Не могу – тут. Морра...

– Я догадываюсь, что Морра может быть очень неприятной наставницей, – Чиба задумчиво потёр переносицу. – Но прямо сейчас... Это нереально.

– Но...

Ведущая в холл дверь гостиной распахнулась. Без малейших попыток приглушить шум. На пороге стояла Несси. В облегающем комбинезоне из чёрного трикотажа, с капюшоном, да ещё и в маске.

– А, вот и ты, – кивнул Чиба. – Как там дела у господ полицейских?

– Все мертвы, – безразличным тоном сообщила Несси. – Убиты, очевидно, ножом, отобранным у одного из часовых, – она, на миг закрыв глаза, что-то неразборчиво прошептала, и сплошной чёрный трикотаж плавно превратился в давешний набор ленточек.

– А что Зарк? – уточнил Чиба.

– Тоже, – Несси всё так же равнодушно пожала плечами. – Тот самый нож торчит из его солнечного сплетения.

– Так-так, – Чиба перевёл взгляд на Шази. – А потом кое-кого ловят у входа в мою спальню.

– Но это не я! – Тёмная протестующе замотала головой. – Не я! Поверьте...

– Она и в самом деле пыталась прокрасться к Чибе? – поинтересовалась Несси.

– Да, – подтвердила я. – А теперь просит политического убежища.

– Как интересно, – Несси обошла пленницу кругом, внимательно разглядывая. – Что делать будем?

– Как я уже говорил, – Чиба оперся спиной на дверной косяк, и скрестил руки на груди, – прямо сейчас убежище я предоставить не могу. Договор ещё не подписан, а нас троих слишком мало, чтобы сражаться со всей армией Тёмных. Более того, учитывая все эти загадочные смерти...

– Но это не я! – чуть не плача воскликнула Шази. – И я не могу вернуться к Морре! Она меня убьёт. Вот, смотрите...

Тёмная медленно встала и прикоснулась к застёжке у горла. Балахон упал на пол кучей белой материи. Другой одежды, и даже обуви под ним не было. Только золотое ожерелье с рубинами, которое не давали снять два больших золотых кольца, продетые вокруг ключиц. Спину и ягодицы эльфийки покрывали многочисленные свежие рубцы от порки.

– Выглядит впечатляюще, конечно, – согласилась я. – Но, если считать по меркам моей семьи, например, то это наказание за средней тяжести косяк. Только и всего. И, кстати, почему ты до сих пор не заживила кожу? Вы, Тёмные, славитесь своим целительством.

– Не могу... – пояснила Шази. – Запрет на использование магии, – она потеребила четвёртое кольцо в правом ухе. – Часть наказания. Морра обещала, что на шесть дней. Иногда она даже держит свои обещания...

– Значит, так, – Чиба смотрел строго в глаза Тёмной. – Сейчас я вызываю стражу, передаю ей тебя, и заявляю, что ты поймана на месте преступления.

– Нет!..

– Мне, конечно, не поверят, – продолжил Чиба. – Хотя тебя всё равно накажут – за то, что самовольно сюда залезла и подставилась. Но не убьют. Далее, если завтра вечером ты найдёшь способ пробраться на борт линкора... Например, можешь украсть наш катер... То тебя примут и предоставят убежище. Я распоряжусь ждать тебя до полуночи.

– Но...

– Вариант два, – с напором продолжил Чиба. – Я отдаю тебя страже, и говорю, что ты просила убежище. Тебя казнят на рассвете за попытку предательства. Выбирай.

– А мне казалось, – вклинилась Несси, – ты хотел действовать по-светлому.

– Я и действую, – указал Чиба. – Тёмный убил бы её на месте. Безо всяких разговоров. Ну, госпожа Шази, какой вариант ты выбираешь?

– Первый...

– Умница. Несси, вызови дежурного офицера Тёмных. Думаю, если обратиться к часовым с внешней стороны входа в здание...

– Такого рода вопрос я могу решить и без подсказок.

У нашего входа поста почему-то не обнаружилось, так что Несси пришлось прогуляться до главного корпуса. Но в целом Чибе удалось провернуть всё быстро и тихо. Давешний квестор осмотрел помещение, с вежливой скукой выслушал факты («обнаружили трупы, поймали Шази»), и забрал Тёмную с собой. Полицейских пока что сложили штабелем на первом этаже – утром квестор обещал прислать людей для переноски на причал. Эх... Зарк, допустим, пострадал вполне за дело – любая попытка «проконтролировать» сенатора значительно сокращает жизнь. Но вот его полицейские... Просто оказались в не том месте в не то время. Как глупо. И жестоко. Хотя, конечно, чего ещё ожидать от подростков? Даже если они Светлые. Силы уже есть, а сопереживание ещё не отросло, да и должных навыков не хватает.

***

Остаток ночи прошёл тихо. А вот на рассвете начался шум. Прямо у нас под окнами люди под управлением Тёмных наскоро сколотили Х-образный крест. К кресту привязали (хорошо хоть не прибили) Шази. Безо всякой одежды, естественно. А потом Её Дипломатичность Морра собственноручно принялась охаживать свою ученицу кнутом. С оттяжкой, от всей души. Шазины крики очень быстро перешли в полупридушенные хрипы.

Господин сенатор тем временем совершенно спокойно привёл себя в порядок – умывание, тога, завтрак, а затем занялся перепроверкой листов с итоговой редакцией мирного договора. Не знаю, кто из них двоих его готовил, но квадратные буквы древнеэльфийского смотрелись вполне аккуратно.

– Угрызения совести, – заметила я вполголоса, – тебя совершенно очевидно не мучают.

– А должны? – Чиба и не подумал поднять взгляд от бумаг.

– Ну ты как бы Светлый... Хм. Твоей репутации этот случай точно на пользу не пойдёт.

– Все знали, что Зарк на меня давит. В законе об отправке нас сюда это чуть ли не прямым текстом прописано. По его инициативе. Спустишь такое с рук – сядут на шею и будут ездить до конца жизни.

– Это очевидно, – согласилась я. – Но не обязательно было устраивать столько убийств. Можно же действовать тоньше... Он ведь госслужащий. Нарыть какую-нибудь растрату, уничтожить репутацию, и уволить без выходного пособия. Плюс ссылка куда подальше, в колонии.

– Примерно как поступили с вами? – усмехнулся Чиба. – Хотя вас не ссылали, конечно, и обвинение было поинтереснее растраты... Это всё старпёрские штучки. Для тех, кому за пятьсот. Ненавижу такого рода сложности на ровном месте.

– Ты же политик. И к тому же дипломат.

– И поэтому должен уважать право на жизнь каждого чиновного хамла? Вот уж фиг.

– Не боишься допрыгаться до восстания? Восстания людей, я имею в виду.

– Лучше уж восстание, чем это нынешнее медленное загнивание, – отрезал Чиба. – Мы до сих пор не заменили людей на големов только потому, что люди обходятся дешевле...

Дверь в гостиную распахнулась – от магического пинка; мощным прыжком в комнату влетела Несси. Целилась она явно в Чибу, так что мне пришлось ловить её в воздухе – старой доброй силовой ловушкой.

– Так не честно, госпожа Лиа!

– А договор переделывать ты будешь? – невозмутимо поинтересовался сенатор.

Я аккуратно поставила Несси на пол.

– И переделала бы, – фыркнула та. – Там нет ничего особо сложного. Хотя эта потасканная злюка уже скоро заявится... Ну так подождёт, подумаешь.

Я выглянула в окно. И в самом деле, экзекуция окончилась. Едва живую Шази как раз снимали с креста.

– А вы тут про людей спорите, да? – нагло поинтересовалась Несси. – Чиба снова завёл свою любимую пластинку про големов?

– Типа того, – кисло согласился сенатор.

– Хм, – я внимательно посмотрела на счастливую нессину рожицу. – А ведь Зарк говорил, что ты работаешь на Контору. Откуда столько радости?

– Могу лицемерно повздыхать, хотите? – с готовностью предложила Несси. – Или, может, вы думали, что мне нравится работать на людей? В Контору я пошла от безысходности. А Зарк меня конкретно достал.

– Каким же образом?

– Приставал. Думал, что раз я официантка, то меня можно.

– О... – я вспомнила тот маслянистый блеск в его глазах. – Так надо было мне сказать. Моя репутация и так уже безнадёжно испорчена.

– Большую часть времени вы пребывали, – Несси деликатно кашлянула, – немного не в том состоянии. И к тому же ябедничать, фи...

Где-то внизу скрипнула входная дверь.

– К нам приближается Дипломатия С Кнутом, – весело прошипела Несси. – Слабонервным и неуравновешенным прятаться по углам!

– Сейчас ты должна изображать моего секретаря, – проворчал Чиба. – А не шута.

– К вам можно? – Морра вежливо постучала по открытой двери. Рукояткой кнута. Окровавленного.

– С оружием – нельзя, – заявила я, глядя ей прямо в глаза.

– Вы про это? – она словно бы впервые увидела зажатое в руке кнутовище, а потом отбросила его куда-то за спину. – Так лучше?

– Входите, – нейтральным тоном пригласил сенатор. – Поправки внесены, как мы и договаривались, – он указал на листы договора.

– Как мило. – Морра принялась внимательно перечитывать текст. – «В вечную собственность»... «Взаимный отказ от репараций»... «Граница по береговой линии»... И ни слова про пленных... Всё верно. Кстати, Тодден просил передать, что вы можете войти через главный вход в полдень. Эти его глупые игрища, – она неодобрительно поморщилась. – Вы должны быть в курсе. И, имейте в виду, мне ваши офицеры даром не нужны; если вы не заберёте их с собой, то они умрут. Быстро и безболезненно, это я вам обещаю.

– Вполне ожидаемо, – согласился Чиба. – Подписываете?

– О да.

Начался нудный, но необходимый церемониал: Морра брала лист, сосредотачивалась и творила заклинание Подписи-и-Печати. Затем передавала бумагу Чибе, тот творил аналогичное, но уже от имени Светлых. Морра тем временем брала следующий лист...

Наконец на столе образовались две стопочки: их и наш экземпляры.

– Не то чтобы я была особо рада, – тёмная эльфийка упаковала свой экземпляр в футляр из силовых линий, – но дело сделано. Надеюсь, в следующий раз мы увидимся не слишком скоро. Затребованная вами похоронная команда уже должна дожидаться во дворе.

– Благодарю вас, – Чиба отвесил лёгкий поклон. – Да, дело сделано. Прощайте.

– Тёмные не прощают, – с весьма двусмысленной улыбкой ответила Морра.

И величественно проследовала вниз.

***

Доставкой тел на линкор Чиба занялся лично. Заодно и свой экземпляр договора спрятал в надёжный корабельный сейф. Я тем временем мерила шагами гостиную, пытаясь настроиться на предстоящееспасение. Генерала я уже однажды вытаскивала из плена – Пиат использовал эти «спасения» в качестве своеобразного экзамена. Финальная проверка перед назначением очередной подающей надежды карьеристки – а если говорить честно, то дуры – на должность Старшей Волшебницы армии. В принципе, в самой процедуре нет ничего сложного – для полноценного мага первого ранга. Беда только в том, что за последние десять лет я эту «полноценность» слегка подрастеряла. Оставалось надеяться, что Тодден не будет слишком уж придираться. На должность Старшей я в любом случае не претендую...

Бесплодный круговорот мыслей прервало только возвращение Чибы.

– Вы когда-нибудь задумывались, – спросил он негромко, – насколько странен Тодден?

– Ну, он же Тёмный...

– Даже для Тёмного, – не уступил сенатор. – Я говорю не о его жестокости; она как раз обычна. А вот, например... Вы же изучали историю? Что сделал бы нормальный полководец Тёмных, разбив нашу армию? Тодден ведь много раз побеждал Пиата.

– Отправился бы в поход на собственную столицу, конечно же, – я пожала плечами. – В попытке захватить трон. Именно так кесарем стал Риан... Но все уже давно поняли, что Тодден не таков.

– Вот именно. Светлые приняли это как факт; нынешнее поколение уже и не вспоминает, что раньше было иначе. Что мы так долго удерживали экзархат не благодаря несуществующему гению Пиата, а из-за вечных междоусобиц по ту сторону фронта.

– Тоддену понадобилось шестьсот лет, чтобы дойти до Артена, – напомнила я. – Так себе результат, если честно.

– Так он тоже не гений, – хмыкнул Чиба. – На мой взгляд, Тодден – инструмент. Не слишком острый, но послушный. Тем и ценен.

– Может быть.

– Он титулуется губернатором, но интересуется почти исключительно делами армии... При этом я крутился всё утро среди его офицеров, но не заметил какого-либо восхищения. Этакого, знаете, ореола победоносного военачальника. Да даже обычной теплоты – они же, в конце концов, одно дело делают.

– Они – Тёмные, ты – враг. Какая ещё, нафиг, теплота?

– Ох, ну естественно они при мне не откровенничали... Но такие вещи ведь заметны, никто не может... А, ладно, – Чиба махнул рукой. – Не хотите мне верить – не надо. Хотя даже его нежелание выйти к нам довольно красноречиво. Триумфатор, губернатор, второй после кесаря – и сидит в подвале.

– Свой резон в твоих словах есть, – нехотя согласилась я. – Кстати о подвале: вы с Несси ещё не передумали идти со мной к Тоддену?

– Странно, что я не слышу в вашем голосе особого протеста, – произнёс Чиба, окидывая внимательным взглядом помещение. – Имейте в виду, что сюда мы больше не вернёмся. Если что-то позабудете, то можете попрощаться с вещью навсегда.

– Я весьма предусмотрительно не взяла никакого багажа, – напомнила я. – Протеста нет, потому что, во-первых, я боюсь и представить, что вы вдвоём тут натворите без моего присмотра. Во-вторых, Юи наверняка понадобится медицинская помощь. Ну и в-третьих, мне всё же не следует забывать, что ты как-никак возглавляешь нашу миссию и вообще сенатор.

– Вот-вот, – со значением кивнул Чиба. – Не забывайте, пожалуйста.

– Но одеты что ты, что Несси совершенно неподходяще.

– Это создаёт проблему?

– Ну да. Тодден – ртутный маг, ты в курсе? Пары ртути крайне ядовиты. Обычно он старается изолировать свое рабочее вещество магической плёнкой, но в бою это не всегда получается. Меня защитит броня, а вам двоим придётся справляться самостоятельно. Сумеешь? На Несси, подозреваю, в этом смысле надежды мало.

Та, словно привлечённая звучанием своего имени, поднялась к нам с первого этажа.

– Почему это на меня надежды мало? – удивилась Несси. – Внизу всё чисто, – сообщила она Чибе.

– Потому что я не верю, что ты умеешь фильтровать пары ртути, – пояснила я.

– С этим я за двоих справлюсь, – пообещал Чиба. – А вот насчёт прочих поражающих факторов... Не уверен.

– От пуль и магии я вас прикрою. Только не толкайте под руку. И не истерите.

– Скажете тоже, госпожа Лиа, – обиделась Несси. – Мы что, похожи на истеричек?

– А под обстрелом вы бывали? Сомневаюсь.

– Мы крепче, чем кажемся внешне, – сообщил Чиба.

– Надеюсь. – Я выглянула в окно. – Готовы? Солнце приближается к зениту.

– Этот этаж я ещё не проверяла, – пробормотала Несси.

– Ещё четверть часа, – попросил меня сенатор. – После нашего отбытия Тёмные тут всё перероют. Не хочу оставлять им подсказок.

Наружу мы вышли почти точно в полдень. Двор оказался совершенно тих и пуст; все Тёмные куда-то попрятались. По парадной лестнице, ведущей к главному портику, мы поднимались в полном молчании. Чиба так и вышагивал в парадной тоге. Несси вернулась к «ночной» форме одежды – чёрный обтягивающий трикотаж, закрывающий почти всё тело. Я же приводила броню в боевой режим. Косу – подобрать, шлем – включить, амулеты – активировать. Уже перед самым входом, высоким, двустворчатым, я послала финальную команду – переход в «боевую ярость». Поле зрения сузилось, время замедлилось, текущая сквозь тело сила стала более осязаема и управляема. Мозг стал работать точнее, сосредотачиваясь на конкретной задаче и отсекая все посторонние мысли. Очень удобное, но крайне энергоёмкое состояние.

Дверные молотки я пошевелила магией – рукой в состоянии «ярости» я их вполне могла вырвать с корнем. Раздались два протяжных «ба-амс». Почти сразу двери начали открываться – медленно, со скрипом. Открывал их человек, седовласый старик в безупречной ливрее дворецкого. Мощный амулет подчинения фонил откуда-то из района грудины. Весь пол позади него покрывала ртуть.

Дворецкий наконец открыл двери и изготовился к приветственному поклону. Я сформировала мощную ловчую сеть; она врезалась в человека на заметной скорости, скомкала и зашвырнула его в глубь полутёмного, залитого ртутью холла. Соорудила отсекающий купол, расчистила кусок пола. Шагнула внутрь. Рявкнула «Быстрее!» Двери за нашими спинами захлопнулись совершенно самостоятельно. Одновременно дворецкий взорвался – Тёмные любят такие фокусы. Огненный ком растолкал ловчую сеть, пришлось, защищаясь, добавить энергии в купол. Плёночное покрытие ртути не выдержало, металл вскипел, насыщая воздух ядом. Одновременно от дальней стенки холла широкой волной выплеснулась новая порция ртути. Жидкий металл частью растёкся, частью принялся взбираться на стены и колонны. Спустя пару секунд из замаскированных ниш выскользнули живые серебристые скульптуры с винтовками в руках. То есть, конечно, люди, но сплошь покрытые ртутной плёнкой – для экранирования. Первый залп я приняла на «защитную стену». Прежде чем они успели перезарядиться, преодолела их слабые индивидуальные защиты, и вскипятила каждому кровь в районе горла. Экономично – и смертельно. Всеми марионетками управлял, конечно, Тодден – дистанционно. Нити заклинаний тянулись куда-то в подвал... Удерживая купол и не отключая защитной стены, я решительно двинулась вперёд. Где-то там должна быть лестница.

Взбирающиеся по стенам потоки ртути добрались до потолка и попытались атаковать нас сверху – маленькими, обёрнутыми в плёнку и напитанными магией шариками. Пришлось сформировать над собой несколько очень горячих, но коротких вспышек. Энергию следовало строго дозировать – чтобы не обрушить здание на собственную голову. Капли испарились, я продвинулась ещё немного вперёд. Чиба и Несси пока что за мной поспевали – я слышала топот их шагов и видела отблески аур.

Впереди высилась гипсокартонная перегородка, от стены до стены. Явно временная, сделанная наспех. Я слегка замешкалась, пытаясь придумать наиболее простой способ её развалить, когда сработали пиропатроны, и перегородка рухнула сама. На нас обрушилась ещё одна волна ртути, начинённая едва живыми людьми. Оружия у них не было, но амулеты фонили даже сильнее, чем у дворецкого. Среагировала я на автомате: подпитала и расширила защитную стену, полностью перекрыв зал, и соорудила дополнительный удерживающий слой, чтобы не дать ртути растечься. Плюс точечный подогрев, правда, нацеленный довольно приблизительно: поди разбери, где у них там горло... Тодден не стал дожидаться и сдетонировал их всех пачкой. Огненный ком достиг потолка; я попыталась удержать защиту, упираясь изо всех сил – и чувствуя, как расширяющийся газ сдвигает меня вместе с магической «стеной», отвоёвывая дополнительный объём. Ступни скользили по гладкому мрамору парадного холла. Пришлось отключить «стену» и усилить купол, пропуская огонь поверху. Взрывная волна прокатилась по помещению. С потолка посыпалась обгорелая дрянь. Но перекрытия выдержали. И мой купол выдержал, хотя колени уже подгибались. Увы, об отдыхе не могло быть и речи; «боевая ярость» неотвратимо пожирала энергию, и любая задержка грозила позорным обессиленным обмороком, прямо на глазах у Тоддена. Пришлось не просто идти вперёд, но идти быстро. Благо, похоже, на этом этаже сюрпризы закончились.

Вот и парадная лестница. Широкие ступени вверх, залитые ртутью. Лестница вниз тоже есть – сбоку, узкая, служебная. Целиком облепленная жидким металлом, включая перила. Что внизу – не детектируется, но вероятность засады почти стопроцентная. Телепортацию по-прежнему блокируют спрятанные в стенах амулеты... Оставался один вариант – идти напролом. Достроила защитному куполу плоское донышко, добавила энергии, распрямляя нижнюю полусферу, заставляя растолкать неподатливый бетон перекрытия. В какой-то момент арматура не выдержала, раздался громкий «крак», а затем грохот ссыпающихся вниз обломков. Защитная сфера не просто ухнула вниз, она ещё и покатилась. Несколько мгновений я ещё пыталась удерживать равновесие, а потом на меня свалился Чиба в своей дурацкой тоге. Несси продержалась секундой дольше.

Гора обломков и силовой шар с нами троими внутри плюхнулись в лужу ртути. И, конечно же, нас тут поджидала ещё одна порция марионеток с винтовками. Я наугад расшвыривала куски бетона и короткими, но мощными вспышками испаряла ртуть, постепенно расширяя снова ставшее куполом защитное поле. Расталкивая и расплющивая марионеток, беспорядочно поджигая патроны в магазинах и нагревая кровь в телах. И стараясь не слушать свист пуль.

Наконец поверхность купола упёрлась в стены помещения, и всё затихло. Я с трудом встала; в ушах шумело. Постаралась припомнить, в каком направлении тянулись управляющие нити заклинаний. В той стороне обнаружилась дверь, которую я тут же вышибла. За ней начинался такой соблазнительно прямой коридор, причём пустой. Хотела было сразу туда и рвануть, но мои спутники всё ещё валялись на полу. Выглядели они слегка помятыми, но вроде ничего серьёзного. Если судить по аурам.

Приходили в себя они невыносимо медленно – с моей точки зрения, конечно. В реальном времени прошло секунд тридцать, наверно. Героическим усилием подавляя желание подгонять их пинками, я еле-еле дождалась, пока они встали, и широкими шагами направилась к мощной двери, видневшейся в конце коридора. Ртути тут почти не было – так, несколько лужиц, которые я предусмотрительно испарила. Людей-марионеток тоже не наблюдалось. С бронированной дверью пришлось повозиться. Тугоплавкая, с внедрёнными защитными амулетами... В конце концов я всё же смогла раскурочить замок. С жалобным стоном створка повернулась на погнутых петлях.

И вот тут мне пришлось брать себя в руки. Стискивать зубы, наступать на горло собственной песне – всем этим «вперёд», «крушить» – и вытаскивать себя из «ярости». Это сложно не столько физически – в броне есть нужный амулет, который достаточно только активировать, сколько душевно: очень тяжело расставаться с ощущением силы, соединённой с простым и понятным взглядом на мир. Возвращаться к серости, головной боли, самокопаниям и заумным рассуждениям... Но надо, надо. Тут проходила граница, фигурально выражаясь, циркового манежа и директорской ложи, где бузить нельзя, а то Тодден обидится, и примется за нас по-настоящему. Кстати, только в нормальном состоянии я сообразила, что к сегодняшнему сценарию он подошёл спустя рукава, так что справилась я довольно неплохо. Учёл моё состояние? Или, может, ему просто всё надоело?

Мы стояли на пороге ярко освещённого бетонного бункера. Пол покрывал тонкий слой ртути, по которой проскальзывали электрические импульсы. Слишком слабые, чтобы пробиться через броню, но достаточно ощутимые для незащищённого эльфа. И не расчистишь ведь – нарушение этикета... Пришлось идти так. Нессины платформы в кои-то веки нашли практическое применение. Для себя Чиба соорудил заклинание хождения по воде – довольно неаккуратное, но работоспособное.

Центральную часть бункера отгораживала восьмигранная ширма из стальных рам с натянутой ртутной плёнкой. Я бы запросто проделала дыру, но, опять же, этикет... Пришлось стучаться. Магией, по тонкой ртутной мембране. Я не удержалась и изобразила оглушительное «та-дам!» на квазилисте металла.

– Ну конечно же, чего ещё ожидать от госпожи Лии, – недовольно проскрипел низкий эльфийский голос с той стороны.

Мембрана медленно стекла вниз, и мы наконец увидели Тоддена и Юи. Лишённая одежды и почти целиком, кроме головы, облепленная ртутью разведчица оказалась зафиксирована в характерной позе: выгнутое дугой тело, лицо вверх, волосы назад. Тодден сидел на своеобразном ртутном табурете и, по обыкновению, причёсывал свою жертву. Только мгновение спустя я поняла, чего тут не хватает: крови. Запакованной в маленькие шарики силового поля, чтобы не сворачивалась и сохранялась красной. Тут должны быть целые гирлянды этих шариков... Кроме того, у Юи по-прежнему оба глаза оставались на месте, и никаких признаков вскрытой брюшины, или проткнутых ног, или хотя бы сорванных ногтей. Не говоря уже о зубах. Я ощутила иррациональный гнев пополам с такой же иррациональной, но оттого не менее жгучей обидой. И стоило так стараться, пробиваясь сюда, когда у них тут сплошное взаимопонимание! Даже прерывистое дыхание Юи напоминало скорее сексуальное возбуждение, чем боль. А вот многочисленные нити жизнеобеспечивающего заклинания удивления не вызывали – Тодден своих жертв всегда страхует.

– Вы, похоже, – прокаркала я хрипло, – оказываете тут сервис по высшему разряду, господин Северный Губернатор? Интересно, в честь чего?

– За хорошее поведение, – невозмутимо пояснил Тёмный, и слегка кивнул Чибе. – Рад вас видеть, господин сенатор. Обычно ваши коллеги ко мне не заходят. Скажите, вы ведь из тех самых Зейтманов?

– Да, – подтвердил Чиба. – Это моему прадеду вы помогли перебраться на Архипелаг. Мы помним свои долги.

– О, это была всего лишь мелкая услуга, – отмахнулся Тодден, переводя взгляд на Несси. – А вы, так понимаю, Редсвейл-младшая? Из какой-то побочной линии, наверно? Фамильное сходство есть, но довольно слабое.

– Да, – автоматически кивнула Несси. – Внучатая племянница или что-то в этом роде. Но какое вам дело?..

– Матка госпожи Лии десять лет назад выглядела ни разу не использованной, – пояснил Тодден. – Я хотел удостовериться в правильности догадки.

– Ну у вас и манеры, – скривилась Несси. – Фи, господин губернатор.

– Твоё воспитание тоже не блещет, – парировал Тёмный с усмешкой. – Итак, вы трое пришли за своим генералом и его офицерами, верно? Я сейчас велю их привести.

– Можете не утруждаться, – бросил Чиба.

А дальше несколько событий спрессовались в спутанную кашу. Я увидела, как Чиба переходит в режим «боевой ярости» – а я и не знала, что он умеет; как Несси окутывается своей плохонькой невидимостью, формирует виртуальный кинжал и бросается к Тоддену; как Юи выворачивает наизнанку заклинание жизнеобеспечения, вытягивая из Тёмного энергию, плюс, кажется, там ещё и болевой шок был. Как Тодден, хоть и захваченный врасплох, умудряется перехватить своей левой нессину правую с кинжалом. Как Чиба посылает мощный импульс, разрушая защитные амулеты в стенах, и бросается к этой куче-мале, на ходу формируя телепорт. В голове у меня сам собой сложился паззл: он собирается смыться с Несси, Юи и Тодденом, но без меня, без Пиата и без штабистов! Не даром он избегал телепортироваться при Тёмных, и вот откуда все эти укоризненные речи при отплытии! Я бросилась за ним, разом впрыгивая в «ярость» и вклиниваясь в формирующееся заклинание. Общий каркас был уже готов, и энергии Чиба влил туда порядочно. Конечная точка была за границами моего второго зрения, но где-то на море – линкор, наверно. Своим вмешательством я сбила прицел. И времени на точные расчёты не оставалось: Тодден, не смотря на все старания Юи, активно выворачивал нессину руку и явно готовился контратаковать. Так что я преодолела отчаянное сопротивление Чибы, по-быстрому залатала прорехи в каркасе, цель назначила «примерно в ту сторону примерно над морем», и нажала на метафорический спуск. Мгновение телепортации – и мы всей гурьбой свалились в холодную солёную воду.

Тодден довернул руку – я услышала отчётливый хруст и нессин болезненный вскрик. Вернул контроль над связывающим его с Юи заклинанием, откачал потерянную энергию и разорвал нити – аура разведчицы опасно притухла. Ещё жива, но требуется срочная помощь. Отвесил магическую оплеуху Чибе – не слишком сильную, но тот и так был дезориентирован моим вмешательством в его телепорт. И под конец Тёмный вцепился в меня.

Я все эти мгновения судорожно рассчитывала портал до корабельного карцера. Там есть гасящие магию амулеты. Наверно, именно туда и целился изначально Чиба... Линкор я кое-как отыскала, но там столько этих проклятых отсеков... Тодден же времени не терял. Повиснув на мне мёртвым грузом, он пустил все силы на преодоление моей брони. Вода вокруг нас натурально закипала, амулеты возмущённо пищали, сигнализируя о недостаточном запасе энергии. А я лихорадочно ощупывала линкор в поисках характерного провала в магическом поле. Сигнал тревоги запищал совсем оглушительно – запасы энергии почти на нуле, защита рук-ног отключена, последние крохи пущены на голову и тело. Я наконец обнаружила нечто-почти-похожее-на-то-что-нужно, и пробросила туда портал на нас двоих. Счастье ещё, что Тёмные ничего не понимают в телепортации...

Мы вывалились у самого потолка довольно тесной каморки. Стальные стены, невыключаемая лампочка в антивандальном плафоне. Амулеты в стенах мигом высосали всю магию; моя «ярость» тут же выветрилась... А Тодден, гад такой, сумел извернуться и использовать меня в качестве амортизатора. Передняя сторона тела болезненно встретилась с полом. Клацнули зубы. Во рту появился металлический вкус крови. Впрочем, мне было почти что всё равно. Главное, что получилось.

Магия не работала, броня стала бесполезной кучей хлама – но хотя бы нудный писк умолк. Я ожидала, что обожжённые руки и ноги начнут болеть, но их вовсе словно бы не было. Похоже на сильное онемение, только вот никакое это было не онемение... Видимо, в последние мгновения Тодден смог нанести по-настоящему серьёзные повреждения. Меня охватило ужасно противное ощущение беспомощности. Запертости в клетке из мёртвой плоти.

– Однако, – спустя мгновение произнёс Тодден. Выглядел он вполне целым – значит, о собственной защите от кипятка позаботился. – Кто бы мог подумать. И что дальше?

Я напрягла шею и с трудом приподняла голову, чтобы буркнуть:

– Не знаю.

И обессилено положила голову на бок. Зубы, по больше части протезы, вроде не выбиты. А вот прикушенный язык болел.

– Хм, – Тодден удивлённо поднёс к лицу всё ещё зажатый в правой руке гребень, которым он расчёсывал Юи. – Надо же. Цел.

Он преувеличенно бережно спрятал гребень в футляр, а футляр – во внутренний карман.

– Интересно, этот ваш сенатор прочухается, или утонет? – продолжил Тодден задумчиво. – А я ещё уши развесил насчёт долга и благодарности... М-да. Типично, на самом деле. Но больше всего меня удивила Юи. Следовало с самого начала догадаться, что это вот поведение в стиле пай-девочки вовсе не из-за страха боли.

– А она в самом деле хорошо себя вела?

– И очень даже, – подтвердил Тодден. – Чего не скажешь о вас. Ни в прошлый раз, ни сейчас.

Он повозился, доставая мой кинжал из ножен.

– Вы ведь плохая девочка, а, госпожа Лиа? – он присел рядом и посмотрел мне в глаза. На его лице блуждала улыбка. Пугающая. Полубезумная. – И всегда были плохой.

Тодден небрежными движениями расплёл мою косу. Потом выбрал относительно небольшую прядь из чёлки, потянул так, что голова приподнялась над полом.

– Над вашей причёской явно следует поработать.

Он довольно небрежно поскрёб кинжалом по коже головы, на манер бритвы. Короткая вспышка боли; прядь волос осталась в его руках, а моя башка оказалась снова на полу. Тодден взялся за следующий кусок чёлки.

– Немного асимметрии должно пойти вам на пользу.

Я ничего не ответила. Не хотела подзуживать. В конце концов, кинжалом можно и горло перерезать... Пусть уж лучше с волосами возится.

***

Тодден успел обработать где-то четверть моего скальпа. А потом в механическом дверном замке загремел ключ. К сожалению, по отношению ко входу я лежала неудачно, и посетителей видеть не могла. А аур в карцере, естественно, не разглядишь при всём желании.

Тёмный отрезал очередную прядь и поднял взгляд на вошедших.

– Ну что вы на меня так смотрите? – удивился он. – Нет, я ещё не сошёл с ума. Видите, даже вашу госпожу Лию не прирезал. Хотя хотелось... – он отрешённо посмотрел на зажатые в руке волосы. – А может, и сошёл. Но совсем чуть-чуть, и это пройдёт. В конце концов, я ртутный маг, а не железный. Мои нервы довольно мягкие.

– Всё это прекрасно, – ответил раздражённый голос Чибы. – Но мы с вами поговорим чуть попозже, ладно? Несси, пожалуйста, изыми кинжал.

Послышался цокот высоких каблуков по металлу.

– Ну конечно, – Тодден безропотно протянул оружие куда-то вне поля моего зрения.

Теперь послышались глухие шаги ног, обутых в сандалии. Чиба подошёл к моей голове, осторожно пошерудил рукой обгорелые остатки моей брони чуть пониже плеча. Тихо присвистнул.

– Вам очень больно?

– Там уже нечему болеть, – буркнула я.

– Значит, транспортировка облегчается. Несси, бери за ноги. Я возьму за плечи. Тодден, вы пока что подождёте тут.

Руки у сенатора оказались всё ещё мокрые.

Впрочем, эльфы протащили меня недалеко. За дверью карцера нас поджидали носилки, вестовой, и четыре матроса. Меня наконец перевернули на спину, и я могла более-менее сносно смотреть на всё происходящее.

– В лазарет, – распорядился Чиба. В мокрой тоге он выглядел довольно жалко.

– Никакого лазарета, – твёрдо возразила я. – И если ты ко мне хоть каким заклинанием прикоснёшься, сожгу не раздумывая. Веришь?

Он машинально притронулся к собственному горлу.

– Верю. Но почему?

– Не хочу пасть жертвой «врачебной ошибки», – пояснила я. – Раз уж тебе не удалось оставить меня куковать у Тёмных, в компании Пиата и разлюбезной Морры.

Чиба сначала выглядел удивлённым, а потом нахмурил брови.

– Что за глупости! Так вы из-за этого вмешались в заклинание? Но я не собирался вас там бросать.

– Ага, так я и поверила.

– Разве вы не заметили, что я просчитывал массу телепортируемых с учётом вас?

Это был бы хороший аргумент, вот только...

– Там всё происходило слишком быстро. И не такой я эксперт в телепортации, чтобы вычленить нужный кусок... Хм. И ты, скорее всего, знаешь, что я не эксперт, а потому можешь врать, ничем не рискуя. Кроме того, что тебе мешало просто предупредить?

– Вы бы отказались участвовать в авантюре, – ответил Чиба. – И я рассчитывал, что вы расшифруете происходящее и присоединитесь к группе без лишних подсказок... Но вы расшифровали немножечко не то. Что ж, будет мне наука.

– А если бы я совсем протупила?

– То я вернулся бы за вами сразу, как только выбрался бы из карцера.

– Я должна верить на слово, да? Хм. Почему бы тебе в таком случае не спрыгать за генералом?

– Потому что если Пиат вернётся, всё пойдёт по-старому, – раздражённо объяснил Чиба. – Он соберёт новобранцев, раздаст им винтовки со штыками вместо копий и примется заново строить фалангу. Танки в роли кавалерии, артиллерия и авиация в роли магов... Ну и, в качестве вишенки на торте, позорная отставка Юи, которую обвинят в сдаче Артена. Как вы, надеюсь, понимаете, меня такое будущее совсем не устраивает.

– Тогда ты не можешь подтвердить свои слова делом.

– Есть ещё одно соображение, – сенатор недовольно покосился на матросов. Которые всё слышали, и, безусловно, разнесут слухи по всему кораблю. – Только... Если вы не согласны на лазарет, как насчёт вашей каюты?

– Против каюты ничего не имею.

– Тогда несите в каюту, – велел Чиба матросам.

Процессия стронулась. Шатало меня довольно умеренно, хотя узкие люки и крутые трапы создавали изрядные проблемы для носильщиков.

– Я смотрю, рука у Несси уже в порядке, – заметила я.

– Как новенькая, – она демонстративно покрутила ладошкой у моего лица. – Вы зря не доверяете Чибе.

– Тебе легко говорить... Так, и Юи, насколько я понимаю, не утонула?

– Едва успел выловить, – недовольным тоном сообщил Чиба. – Сейчас она в лазарете. Угрозы жизни нет. А вот вашей – есть. Заражение крови уже началось, хоть вы пока и не замечаете. И почки откажут очень скоро.

– Спасибо за информацию, но я и сама знаю основы медицины.

– Хм... Так, вот и ваша каюта.

Послышался лязг очередного люка. Меня переложили с носилок на койку.

– А теперь оставьте нас наедине, – безапелляционным тоном велел сенатор.

Матросы вышли. Несси посмотрела на Чибу удивлённо, но тоже вышла. И закрыла люк снаружи.

Повисло молчание.

– Ты что-то хотел мне сообщить? – напомнила я.

– У меня большие планы, – нехотя начал Чиба. – Насчёт Тоддена... И насчёт вас.

И умолк.

Чёрт бы всё побрал. У меня каждая секунда на счету, конечности чем дальше, тем больше распадаются. А он резину тянет.

– Что за планы? – спросила, с трудом сдерживаясь.

– Вы знаете, что у моей семьи есть колонии. Некоторые аборигены... Короче, создают проблемы. Я полагаю, что из Тоддена получится неплохой глава частной армии. Колониальной.

– Сомневаюсь...

– Конечно, его нельзя просто так отпускать в самостоятельно плавание. Нужен, хм, комиссар. Эльф, который будет неотлучно находиться при Тёмном; достаточно компетентный, чтобы углядеть признаки неповиновения, и достаточно могущественный, чтобы подавить бунт. И достаточно скептически настроенный, чтобы не вступить в сговор. Короче, это должны быть вы.

– Что?! – Я не поверила свои ушам. – И думать забудь.

– Но...

– Никаких «но». Я – на тебя – работать – не буду. Заруби себе на носу.

– Зейтманы могут предложить очень хорошее жалованье.

– Плевать... И вообще, идите нафиг, господин сенатор. Я должна была умереть десять лет назад, так? Вот и представь, что так и случилось. Пусть Несси оставит себе мой кинжал. И дом в столице пусть забирает, со всем содержимым. Я и так десять лет её зря промурыжила, это было, прямо сказать, нечестно с моей стороны... А меня, сделай вид, что больше нет. Вычеркни из планов. Ага?

– Вы же это не серьёзно? – ошарашенно спросил Чиба.

– Серьёзно. А теперь, будь добр, оставь меня одну. Пока у меня осталась хоть капелька терпения.

– А если...

– Немедленно!

– Да, госпожа Лиа, – зло бросил Чиба, отпирая люк.

Так. Наконец-то одна. И магия действует. Прекрасно.

Целительство мне никогда не давалась. Мама истрепала множество розг, прежде чем вбила (какое подходящее слово) в меня объём знаний, минимально необходимый для волшебницы первого ранга. К счастью, Тодден предпочёл именно поджаривать, а не там рвать на куски или обрабатывать кислотой, так что все нервы-сосуды-суставы остались на своих местах. Хотя белок и свернулся. Требовалось всё это восстановить. Та ещё работка на самом деле...

Шипя и проклиная всё сквозь зубы, я медленно, шаг за шагом восстанавливала живую ткань. Выглядел результат премерзко – оранжевая, в красных прожилках, шелушащаяся кожа. Негнущиеся, дрожащие пальцы. Неуклюжие, с трудом держащие вес тела ноги. И боль. Не слишком сильная, но неустранимая. То есть устранимая, конечно, но не с моим уровнем знаний. Плюс, до кучи, созданная мною плоть оказалась нестабильной. Дней пять кое-как продержится... А потом или гангрена, или бурно развивающийся рак. И пойди ещё пойми, что хуже. Впрочем, пяти дней должно хватить.

Следующей задачей было «добраться до берега». Причём, естественно, до берега Архипелага. Можно было просто отсидеться в каюте... Но я чувствовала, что не выдержу. Терпения не хватит. Значит, требовалась энергия, много энергии. И никакого лишнего веса. Я содрала с себя бесполезные остатки брони, сдёрнула с койки и с трудом скомкала простыню – пригодится на берегу. На подушке выжгла «насчёт дома – это не шутка». Наверняка же устроят обыск... А затем пробросила короткий портал до машинного отделения.

Вообще-то на кораблях крайне не рекомендуется телепортироваться. Слишком много маленьких отсеков, слишком много мощных машин со всякими шестернями и турбинами, электрические провода и магопроводы... Малейшая ошибка может оказаться слишком дорогой как для волшебника, так и для судна. Но мне требовался доступ к мощному источнику энергии.

Машинное отделение линкора – этот тот ещё грохочущий, промасленный и прокопченный ад. Корабль держали под парами, готовясь отплыть в любой момент. Главный распредщит пришлось искать в основном магическим чутьём – энергия она и есть энергия. Знаний об электричестве я нахваталась по верхам, но в броню линкоров встраивают вполне магические защитные амулеты, и преобразователь энергии я опознать могу. Задержав дыхание, я прикоснулась к нужным контактам левой рукой.

Это оказалось больнее, чем я ожидала. Причём боль от ожога терялась на фоне боли от ворвавшейся в тело силы. Энергии было слишком много... Даже для меня, с моими рекордными резервуарами... Портал за борт я соорудила почти инстинктивно. Слила излишки энергии в море, перевела дух, крепче прижала к себе простыню, и направилась к Архипелагу. Умеренно длинный прыжок с выходом на метр выше волн. Короткое падение, довольно жёсткий удар о воду. Следующий прыжок... Оставалось надеяться, что краденной энергии и в самом деле хватит, чтобы пересечь море.

***

Зейтман вышел из каюты госпожи Лии и преувеличено аккуратно закрыл люк. В душе его клокотал гнев, но он не собирался выпускать эмоции наружу. Но абсурдность ситуации бесила. И беспочвенные подозрения. И это трижды долбанное упрямство. Несси наградила его понимающей улыбкой.

– С госпожой Лией бывает очень трудно, – пояснила она с интонацией «а я же говорила».

Сенатор предпочёл пройти метров двадцать по коридору, прежде чем открывать рот.

– Ты, конечно, всё подслушала.

– Ага, – самодовольно подтвердила Несси. – Как думаешь...

Её речь прервало появление вестового.

– Сообщение для господина сенатора, – матрос отсалютовал по всем правилам.

– Да, да, – Зейтман прижал пальцы к вискам, стараясь успокоиться. – Слушаю.

– Капитан просит вас подняться на мостик. Как можно быстрее.

– Понятно. Дорогу я знаю. Идём, Несси...

– Так вот, – она явно стремилась вернуться в прерванной теме. – Как думаешь, госпожа Лиа говорила серьёзно? Ну, насчёт дома?

– Скорее всего.

– Интересно, а она в курсе, что я не бомж? От мамы осталась вполне приличная квартирка... И вообще, неужели она не понимает, что от неё мне нужен не дом и не этот дурацкий кинжал! – Несси в сердцах швырнула оружие на палубу.

– Не мусори, – Зейтман рассеяно сформировал силовую клетку и подтянул кинжал к себе. – К тому же это, небось, семейная реликвия.

– Если бы госпожа Лиа ещё понимала, что такое «семья»! Дом! Чтоб её... Эта её фразочка... Неужели она и вправду думает, что все эти годы я мечтала исключительно о недвижимости?

– «С госпожой Лией бывает очень трудно», – мрачно процитировал сенатор.

– Издеваешься, – буркнула Несси, забирая кинжал.

Зейтман не стал отвечать. Они как раз добрались до мостика, и посвящать в личные дела всех офицеров... Дурной тон.

Ходовая рубка являла собой смешение двух эпох: терминал детектора волшебства, магические индикаторы внутренней диагностики и пульт управления силовым щитом соседствовали с электронно-лучевой трубкой радара, телефонном внутренней связи и электрическим машинным телеграфом. Во флотские офицеры пока что брали только эльфов, причём с хорошим образованием – равно магическим и инженерным. Торговый же флот уже практически полностью перешёл на электричество и человеческие экипажи. Дефицит кадров...

Оторвавшись от невесёлых раздумий, Зейтман всё же смог вежливо поздороваться:

– Добрый вечер, капитан.

– Сенатор, – Руфо отсалютовал в высшей степени небрежно. – Мы засекли необычную цель. Одиночная эльфийка, приближается к нам с юга. Пешком.

Он указал на терминал магодетектора, а потом продемонстрировал свежие листы из поста оптического контроля. Изображения получились довольно нечёткие, но одинокая белая фигурка среди волн различалась вполне ясно.

– И она нам ещё заливала, что магия ей запрещена, – фыркнула Несси.

– Думаете, это та самая, кого вы ждёте? – спросил Руфо. – Шази, верно?

– Полагаю... – начал было сенатор.

– Господин капитан! – прервал его дежурный оператор. – Внутрикорабельная телепортация в машинное отделение!

Свет погас, отключились все приборы. Зейтман почувствовал странный всплеск магии, где-то довольно близко. А потом телепорт, тоже поблизости. И ещё один, но уже вдалеке... Спустя мгновение свет включился; ещё через пару мгновений начали оживать пульты, один за другим.

– Что за... – Руфо обернулся к приборам. – Кто... Старшая Редсвейл, я уверен!

– Восстанавливаем контроль... – пробормотал оператор. – Подтверждаю. Её каюта пуста. Зафиксированы остаточные следы цепочки телепортаций. Направление – на север.

Руфо скрипнул зубами. Было заметно, как он буквально затыкает поток ругательств.

– Наши повреждения? – сумел он наконец выговорить.

– Аккумуляторы разряжены, но исправны. Вскрыты пломбы распредщита... Но щит тоже исправен.

– Хм. И движется домой... – капитан бросил взгляд на карту. – Можно уведомить береговую охрану, чтобы попытались перехватить.

– Конечно уведомите, – вмешался сенатор. – Только скажите им, чтобы не вздумали перехватывать. Я полагаю, нам не нужны лишние жертвы.

За их спинами послышались шаркающие шаги.

– Тук-тук, – донёсся слабый женский голос.

– Госпожа Юи! – обрадовалась Несси.

Бледное лицо, белая больничная пижама и тапочки без задников. Разведчица выглядела очень истощённой и шла, опираясь о переборку.

– Вам полагается лежать в постели, – указал сенатор.

– И пропустить всё самое интересное? – возмутилась Юи. – Достаточно уже и того, что Лиа без меня упрыгала.

– Оставить болтовню! – рявкнул капитан. – Здесь вам не балаган! Господин Тажи, телеграфируйте береговой охране насчёт старшей Редсвейл! Господин Лейд, что там с этой Шази? Вы восстановили контакт?

– Да, господин капитан, – подтвердил оператор. – Движется прежним курсом. Скорость около трёх узлов, отчётливый магический след.

– Какая ещё Шази? – удивилась Юи. – В наших планах не было никакой Шази! Только Тодден. С ним, надеюсь, всё благополучно? – она вопросительно взглянула на капитана.

– Сводку по карцеру, – велел тот подчинённым.

– Целостность не нарушена, объект внутри, признаки жизни в наличии.

– Полный порядок, – перевёл капитан. – А насчёт Шази спрашивайте у сенатора. Лично для меня она не более чем лишняя головная боль.

– Она попросила политического убежища, – пояснил Зейтман. – И к тому же ученица главной переговорщицы Тёмных. Вероятно, из неё можно будет выудить что-нибудь ценное.

– Ты ей обещал, да? – Юи слабо улыбнулась. – Понятно. А как не допустить взрыва, ты уже придумал?

– Взрыва? – грозно переспросил Руфо.

– Какого ещё взрыва? – удивился сенатор.

– Ты имеешь в виду... – задумчиво протянула Несси. – Это как с теми людьми в магистрате? Госпожа Лиа их так круто гасила, Юи! Жаль, что ты не видела...

– Я и так примерно представляю, на что способна Лиа.

– Взрыв, – напомнил капитан. – Что за взрыв?

– Тёмные обожают взрывающиеся амулеты, – пояснила Юи. – Дистанционно управляемые. Превращают в живые бомбы своих людей. Или наших раненых. И ещё устраивают минные поля. Клепают эту пакость тоннами.

– Но ведь Шази – эльф... – напомнил Зейтман.

– Ха, – Юи скептически приподняла бровь. – Думаешь, она сбежала действительно самостоятельно? Думаешь, у Тёмных нет магических детекторов? Думаешь, они там все идиоты?

– То неснимаемое ожерелье... – тихо пробормотала Несси. – Помнишь?.. Очень странное.

– Та-ак, – раскатисто протянул капитан. – Наиболее логическое решение – расстрелять цель. Но, полагаю, вы, господин сенатор, будете возражать.

– Не уверен, – покачал головой Зейтман. – Я, конечно, обещал. Но подвергать линкор бессмысленному риску? Зачем?

– Потому что ты Светлый! – воскликнула Несси. – И ты обещал!

– Не вижу способа сохранить ей жизнь. По-моему, тут только два варианта: либо она взорвётся одна, либо она взорвётся вместе с нами.

– Но... – начала было Несси.

– Пустые споры тут не помогут, – оборвала её Юи. – Мне нужна энергия. Много. – Она протянула руку. – Господин сенатор?

– О! – просияла Несси. – Ты ведь тоже первого ранга!

– Э-э, – Зейтмана охватил приступ паники. – М-мм. Дело в том, что, – он сглотнул, – что... Короче, не умею я делиться энергией, – закончил он очень тихо.

– Зато я умею, – для настоящего рявка у Юи не хватило сил. – Давай уж свою чёртову граблю!

Зейтман неохотно прикоснулся к разведчице. Он помнил тот эпизод в подвале магистрата, стремительно теряющего силы Тоддена...

Впрочем, на этот раз Юи действовала деликатнее. Сенатор ощутил падение сахара в крови, усилием воли подавил приступ голода, а Юи уже телепортнулась. Спустя несколько секунд послышался отдалённый взрыв, а разведчица прыгнула обратно, но не мостик, а на палубу. Оно и правильно, нечего Тёмной рассматривать органы управления новейшего линкора... Одной рукой Юи удерживала обнажённую Шази за горло, другой призывно размахивала белым балахоном. Зейтман бросил вопросительный взгляд на капитана, тот кивнул.

– Господин Лейд, примите вахту.

Сенатор протянул руки Руфо и Несси, и они втроём телепортнулись на палубу.

– Как видите, всё довольно просто, – гордо объявила Юи. – Достаточно запихнуть рубины в магическую клетку, порвать ожерелье и прыгнуть без них. Эту вот, – она встряхнула полузадушенную Шази, – надо запереть. Желательно в антимагическом карцере. И желательно отдельно от Тоддена. Это возможно?

– На борту две камеры, – сообщил Руфо. – Но что, если потребуется запереть кого-то из команды?

– Предлагаю решать проблемы по мере поступления.

– Зачем её вообще запирать? – удивился Зейтман.

Пленница выглядела совершенно не опасно. Блокирующее магию кольцо из уха вырвано, рана небрежно залечена. Рубцы от бича тоже кое-как залечены. Ожерелье с рубинами отсутствовало, но массивные кольца вокруг ключиц всё ещё оставались на своих местах. Дышала она тяжело, с присвистом. Взгляд мутный.

– Я имею опыт общения с Тёмными, – пояснила Юи. – Это, – она ещё раз встряхнула пленницу, – продукт психопрограммирования. Почти наверняка. Ты уже достаточно близко познакомился с Лией и должен знать, какие фортели она временами откалывает. А ведь Лию программировали Светлые... Тут же мы имеем дело с воспитанницей Тёмных. Лично я её хорошего поведения гарантировать не могу, вы все – и подавно. И никаким её собственным обещаниям верить нельзя. Сказать она может всё что угодно, и вполне искренне, а потом у неё в голове щёлкнет какой-нибудь триггер, и...

– И? – подтолкнул Зейтман. – И что?

– Не знаю, – пожала плечами Юи. – Это требуется выяснить.

– И кто будет выяснять?

– Полагаю, Скрытый Советник. Нерешаемые задачки я стараюсь скидывать на начальство; для того оно и существует, разве не так?

– У меня нет начальства в прямом смысле этого слова, – ворчливо поведал сенатор. – Есть отец, но это далеко не то. – Он устало потёр переносицу. – Ладно, уговорила. В камеру её. В конце концов, я обещал убежище, а не комфорт. Тёмным мы её выдавать в любом случае не собираемся.

Монопольное право

(v43.7от 20.10.2021; первоначальная версия – 2017 г.)

Клеонф, владетель Теорский, с неохотой выбрался из такого уютного пассажирского кресла такси. Дело было даже не в ноющем после недавней потасовки теле; нет, проблемой был сам его дом, в последнее время превращающийся во всё больший клубок проблем. К тому же, у самого парадного входа обнаружился припаркованный лимузин – серый, с ярко-голубой каймой вокруг всех кузовных деталей. Расцветка уникальная в границах города, и очень хорошо знакомая... Клеонф со вздохом обошёл такси и подал руку Ксении.

Если помятый владетель в своём пропылённом полевом мундире ещё более-менее тянул на представителя гордого сословия всадников, то госпожа Верховный Цензор сейчас меньше всего напоминала чиновника высокого ранга. Заношенный спортивный костюм, пропахший потом и перепачканный не только грязью, но и кровью; расквашенный нос, который Ксения имела дурную привычку подтирать рукавом; кое-как повязанная поверх пустых глазниц повязка; дешёвая бисерная полоска на лбу взамен приличествующей её рангу диадемы...

– Зато все зубы на месте, – заметила Ксения, никогда не стеснявшаяся читать мысли собеседников. – Тёткин? – она кивком указала на серый лимузин.

Не смотря на потерянные много лет назад глаза, видела она вполне прилично. В основном благодаря вживлённому в голову имплантату, чьи камеры обычно прятались среди блестяшек налобного украшения.

– Угу, – согласился Клеонф. – Ты ещё не передумала заходить? У вас с Меропой вечно какие-то трения.

– Я тебя не брошу, – Ксения снисходительно улыбнулась. – И ты совсем зря её боишься. Впрочем, её многие боятся...

– Естественно, она же распорядительница двора самого принцепса. Кстати, некогда не понимал, почему принцепс не поручит эти обязанности своей очередной жене.

– О, в семейные дела Председателя Сената нос лучше не совать, – посоветовала Ксения. – И запутаны они до неприличия, да и небезопасно это.

– Я и не сую. Как видишь, они приходят ко мне сами.

Клеонф собственноручно распахнул двустворчатую входную дверь. Последний слуга от него уволился этим утром...

Внешне дом выглядел вполне прилично, да и холл был почти цел. А вот двери между холлом и главным залом лежали грудой деревянных щепок – а ведь только вчера днём они были мало того что целыми, но ещё и из крепкой стали. За пустым проёмом виднелся сам главный зал – дальняя половина более-менее нормальная, гранитно-мраморная, украшенная тяжёлыми драпировками. Ближняя же часть радовала зеленеющей травой, неровной, поросшей мхом кладкой стен, и оплетёнными лианами стволами деревьев вместо колонн. Ну и, естественно, расколотая в щепки мебель, осколки посуды, грязные скатерти... В единственном целом кресле сидела распорядительница двора собственной персоной. Высокомерно-недовольное лицо, серая с ярко-голубой каймой тога. В руке Меропа держала официального вида свиток с печатью на шнуре.

– Ну наконец-то, – поприветствовала она вошедших.

– Здравствуйте, тётушка, – Клеонф слегка склонил голову.

Ксения лишь кисло улыбнулась.

– С проблемой долга разобрался? – уточнила Меропа.

– Естественно.

– Ну и прекрасно. Ты, наверно, знаешь, что тут? – она помахала свитком.

– Догадываюсь.

– Вероятно, ты помнишь, как я спорила с твоим отцом... В отличии от него, я считаю, что пользоваться этим, – Меропа снова потрясла свитком, – не просто можно, но и нужно. Соблюдая меры предосторожности, конечно. Теперь, когда ты наконец стал совершеннолетним, я исполняю последний пункт его завещания. Прими, – она царственно протянула свиток.

Клеонф осторожно его взял. Плотная, гладкая на ощупь бумага. Чуть заметный затхлый запах архива.

– Постарайся не налажать... – буркнула Меропа. – Или хотя бы налажать не слишком сильно. И прибери весь этот свинарник, – она махнула в сторону травы. – Уже чуть ли не сутки прошли.

– Да, тётушка, – вздохнул Клеонф.

– Мусор выноси через заднюю дверь. Не позорь себя перед соседями.

– Да, тётушка.

– Пф-ф. Приятного вечера, – Меропа величественно поднялась с кресла. – Вам обоим, – она снисходительно кивнула Ксении и наконец удалилась.

– Ты и в самом деле выносил мусор через переднюю дверь? – удивлённо уточнила цензор.

– Однажды, – признался Клеонф. – Тут и путь короче, и двери шире...

– М-да. А что в свитке?

Клеонф развернул самое начало документа и краем глаза взглянул на заголовок.

– Как я и думал, – он свернул бумагу обратно. – Оно самое.

– «Ключ от двери», – выудила из его головы Ксения. – А дальше? Мне же интересно!

– Дальше – фамильная тайна. Что за дверь – сейчас покажу; но сперва тут и в самом деле надо навести порядок.

– Хочешь, чтобы я любопытством помучилась? Ну-ну.

Клеонф только пожал плечами. От любопытства ещё никто не умер, а дом вчера громила главным образом Ксения. Так что может чуток и подождать.

– Ох, какие мы грозные сегодня, – вздохнула цензор. – Конечно же я подожду. Если не слишком долго.

«Мой дом – моя крепость». «Дома и стены помогают». В случае фамильного особняка Теорских это были далеко не пустые слова. На подземных уровнях имелось несколько генераторов и накопителей магической энергии; Клеонф подключился к ним ещё на входе и сейчас уже восполнил все потери. Первым делом он отменил всю траву и вернул мраморную отделку стен. Тут требовалось много сил, зато минимум умений, так что управился он довольно быстро. Затем Клеонф измельчил все щепки в древесное крошево, и принялся формировать из него новую дверь – довольно медленно, потому что телекинез требовал весьма точной работы с силовыми линиями.

– Конечно, металлическая была бы лучше, – пояснил он вслух. – Но гранулированная сталь у меня кончилась. Ну, почти кончилась – на замок и петли ещё наскребу... Надо будет при случае пополнить запасы.

– Копуша, – фыркнула в ответ Ксения.

Ждать ей явно надоело, так что она тоже включилась в процесс: рассортировала, измельчила и собрала в отдельные кучки осколки стекла и фарфора; скатерти раздёргала на нитки. Причём получилось у неё гораздо быстрее – а ведь доступа к энергоресурсам дома Клеонф ей не предоставлял.

– Дальше сам справишься, – она покосилась на принявшую вполне приличный вид дверь в холл. – А теперь показывай, что за ключ.

Клеонф по-быстрому затолкал кучи вторсырья в кладовые – с прицелом потом слепить что-нибудь дельное, и повёл Ксению по лабиринту служебных коридоров к не менее служебной, утилитарно отделанной лестнице.

Три этажа вниз. Площадка с единственной алюминиевой дверью, снабжённой простейшим дактилоскопическим замком.

– Как-то не впечатляет, – заметила Ксения.

– Это только предбанник, – пояснил Клеонф.

Он прижал ладонь к сенсорной пластине. Дверь распахнулась – совершенно бесшумно.

Облицованная серой плиткой комнатка упиралась в гораздо более внушительную дверь, даже скорее люк, тускло поблёскивающий воронённой сталью. Чуть в стороне, посреди круга из красных плиток, возвышался пульт управления. Стоило Клеонфу пересечь серо-красную границу, как его окутало слегка пощипывающее кожу поле мыслешифратора.

– Какие предосторожности, – фыркнула Ксения.

– Фамильные секреты должны оставаться секретами.

Клеонф наконец развернул свиток полностью. Внимательно прочитал чеканные формулы ключевого энергоконструкта. Положил руку на пульт и сформировал пароль. Загудели сервоприводы, створки люка послушно уползли в стену.

– Прошу, – Клеонф наметил формальный поклон.

Они оказались на решётчатом балконе, примостившемся у потолка обширного ангара. На дне ангара стоял танк, жутко нелепый на вид: узкий и при этом слишком высокий, угловатый, с короткой пушечкой и непропорционально большими катками. Вдоль стен теснились здоровенные цилиндрические ёмкости с разнообразными порошками – начиная от броневой стали и заканчивая сверхчистым кремнием для электроники. На потолке притулились запаркованные манипуляторы исполнительных механизмов. На самом балконе имелись только стеллаж с чертежами в пластиковых папках, и терминал управляющей системы посреди ещё одного красного круга мыслешифратора. На дно ангара вела довольно узкая лестница.

– Пф-ф, – не выдержала Ксения. – Столько секретности, и всё ради вот этой штукенции? Мумия фамильного скакуна, надо полагать? Сколько лет... точнее, столетий этому гробу на колёсиках?

– Папина любимая шутка, – чуть раздражённо отмахнулся Клеонф. – Минутку, – он взял крайнюю папку с верхней полки, вчитался в заглавие. – Конечно, это тоже уже устарело – надо бы обновить набор чертежей, но всё же... Смотри.

Он встал в красный круг перед терминалом. Ангар был средоточием могущества владетелей Теорских. Конечно, могущества относительно скромного... Но работать с энергией и информацией Клеонфу тут было проще, чем где-либо ещё. Папку даже не нужно было открывать – все слабо излучающие метки прекрасно читались и так, пакетом; о содержимом особо задумываться не требовалось – главное, правильно транслировать команды для машинерии ангара. Старые навыки вспомнились неожиданно легко – отец в своё время заставил натренироваться до состояния автоматизма, но в последние годы Клеонф ленился возиться с железом... К счастью, тело ничего не забыло. Памятник старины исчез, разобранный на гранулы; на его месте довольно быстро возник широкий, приплюснутый, округлый, длинноствольный танк.

– Ну вот, – Клеонф постарался сдержать гордую улыбку, но она всё равно так и лезла наружу.

– Мальчишки просто обожают возиться со своими железяками, – проворчала Ксения себе под нос. – Да. Вижу. Танк. А что за теми воротами? – она указала в дальний конец ангара, где высились две здоровенные створки из всё той же воронённой стали.

– Грузовой лифт на поверхность. Ты, наверно, видела у меня в центре двора круглую бетонную площадку? Вот туда он и ведёт.

– И смысл было так закапываться...

– На случай ядерного удара, – напомнил Клеонф.

– Против орбитальной бомбардировки всё равно не поможет, – скривилась Ксения. – Короче, понятно. Рада за тебя и твою любимую игрушку. Я сейчас по-быстрому заскочу к себе домой...

Клеонфово настроение мигом испортилось.

– Угу, – он вяло кивнул.

– В самом деле по-быстрому, – с нажимом повторила Ксения. – Мне надо привести себя в порядок. А потом я вернусь. И, вернувшись, надеюсь застать приведённую в порядок спальню – ты про неё ещё не забыл, а?

– Угу, – ещё раз кивнул Клеонф, но уже веселее. – Спальня, да.

– Будь умничкой.

Клеонф проводил Ксению до выхода – её уже поджидал служебный лимузин; затем спустился – но не в разгромленную спальню, а обратно в ангар. Он бывал здесь довольно часто – сначала с отцом, а потом и сам; раздобыть пароли оказалось совсем не сложно, они не менялись со времён деда. Врученный Меропой свиток был скорее символом – того же рода, что и официальное кольцо всадника. Только вот кольцо символизировало политические права и обязанности, а свиток – военные и хозяйственные. И в первую очередь, конечно, обязанность защищать город от любого гипотетического захватчика.

Клеонф задумчиво превратил танк обратно в музейную реликвию. Потом, чуть поколебавшись, спустился на дно ангара и прошёлся до громадных ворот. Они открылись с тихим гулом – служебные механизмы поддерживались в идеальном состоянии. Тут и в самом деле имелась платформа грузового лифта, и широкая спираль пандуса, способного выдержать танк – на случай неполадок в лифтовой машинерии. А ещё тут имелись вторые ворота, такие же большие. И красный круг шифратора с пультом. Куда Клеонф и встал – после короткой борьбы со своей совестью. Спальню ведь и в самом деле следовало привести в порядок... Он потряс головой и прочитал заклинание-ключ.

Толстенные бронированные створки медленно раскрылись, отчётливо подвываясервоприводами. Запоры тут были особенно массивные и многочисленные – и по веской причине. Проём упирался в так называемую границу пространства. С виду она походила на тонкую плёнку, прозрачную, но обесцвечивающую и размывающую «потустороннее» изображение. На ощупь, как Клеонф знал по своему опыту, граница абсолютно неощутима... А лекции о её физической природе из его головы давным-давно выветрились. Главное, она разделяет «здесь» от «там». Запросив в последний раз отчёт контрольной системы – всё в норме, Клеонф шагнулсквозь.

Бетонные стены, бетонный пол, высокий бетонный потолок. Широкая, пригодная для танка площадка, плавно переходящая в винтовой пандус, спускающийся на пятьдесят метров вниз, до местного уровня земли. Никаких лифтов и сервоприводов; только тусклые лампочки, запитанные от размещённых на крыше солнечных батарей.

Клеонф отпер неприметную боковую дверцу, и вышел на опоясывающий башню балкон. Такой же бетонный, как и всё остальное, естественно. Хорошо хоть перила при строительстве обработали достаточно тщательно, и на них можно было опираться без риска поцарапаться.

Послеполуденное солнце жарило вовсю. Башня возвышалась над широколиственным лесом, плавно спускающемся к морю между двух сравнительно невысоких отрогов старого горного хребта. Тишину безветрия нарушали только редкие крики чаек. Когда башню строили, долина была пуста и никому не нужна; сейчас же у самого пляжа проглядывала черепичная крыша роскошной патрицианской виллы. К счастью, с новыми хозяевами удалось договориться. Хотя, конечно, они предприняли меры предосторожности... Клеонф быстро просканировал лес и почти сразу засёк оптику поста корректировщиков. Глядя прямо в объектив, он лениво помахал артиллеристам рукой. В отрогах прятались как минимум две батареи гаубиц, нацеленных на башню. Конечно, в технологическом плане этот мир уступал родине Клеонфа; к примеру, они понятия не имели, как прокладывать врата между мирами. Но чтобы разрушить башню, хватит даже относительно примитивных пушек.

Клеонф перевёл взгляд на море. Так соблазнительно близко... Но когда Ксения говорит «в самом деле быстро», ей надо верить. К тому же, конкретно сегодня хозяев виллы дома быть не должно. При последней встрече где-то неделю назад они упоминали о чрезвычайно важной поездке на противоположный, не видимый даже с башни берег моря.

Клеонф уже подумывал вернуться домой, когда в районе крыши послышался шорох, и на него сзади-сверху обрушился кто-то невидимый, но буквально пропитанный магией. Удар оказался не слишком сильный, да к тому же ещё и скользящий, но Клеонфу всё равно пришлось вцепиться в перила. А обвившие шею незримые, но весьма ощутимо мокрые и холодные руки заставили поёжиться.

– Ха! Ты вздрогнул! – торжествующе прозвучал девичий голос.

– Ещё бы, – огрызнулся Клеонф. – В тебе сколько кило? Сорок пять? Пятьдесят?

– Эй, не выдумывай! Я же скомпенсировала свой вес магией!

Объятия разжались, и Клеонф наконец смог отлепиться от перил и повернуться лицом к гостье. Глазами он видел разве что мокрые следы на бетоне, но вот щедро излучаемая во все стороны энергия детектилась безо всякого труда.

– Килограмм пять всё же чувствовалось. И кончай уж выпендриваться с этой невидимостью, Несси. Всё равно твой магический профиль я ни с чем не перепутаю.

– Бурчишь прям как госпожа Лиа, – укоризненно произнесла Несси.

Но маскировку всё же отключила.

Выглядела она вполне ангелоподобно – юное лицо, едва достающие до плеч пшеничного цвета волосы, голубые глаза, худое тело, бледная кожа. Нечеловеческую природу выдавали только остроконечные уши, да исключительно высокий уровень магической энергии. На ней был купальник – белый, сравнительно скромного покроя, но ставший почти прозрачным от воды; и совсем прозрачные пластиковые босоножки на здоровенной платформе со шпилькой.

– Ну, выглядишь ты так же хорошо, как и обычно, – резюмировал Клеонф.

– А то! – она без стеснения повисла на его шее, собирая на мокрую ткань пыль с его мундира. – Я всегда хорошо выгляжу! Как отпраздновал своё совершеннолетие? Ты же теперь тут официально, да?

– Да, официально, и да, отпраздновал, – Клеонф поморщился. – Ну, будем считать что «как». Скажем, не самым худшим образом.

– Понятно. Чиба вон своим совершеннолетием тоже не слишком доволен. А мне ещё семь лет ждать...

Скрипнула дверца.

– Ке-хе-эм, – обозначила кашель Ксения. – Вижу, ты тут не скучаешь.

Она уже привела в порядок лицо, переоделась в официальную тогу, заменила бисер на парадную диадему, и потому смотрелась очень внушительно. Впрочем, как Клеонф с облегчением отметил, посох она с собой не взяла.

Несси мигом разжала объятия, бросила взгляд на новоприбывшую, подскочила к перилам балкона и радостно проорала куда-то в пространство:

– Чиба! Чи-иба! Иди сюда! Клео наконец-то привёл свою невесту! – она обернулась к Клеонфу и уточнила гораздо тише: – Это ведь Ксения, правильно?

Он только и сумел, что кивнуть.

– Невеста? – Ксения удивлённо задрала брови.

– Я никогда не произносил этого слова, – запротестовал Клеонф.

– Это и так понятно, – отмахнулась Несси. – Достаточно послушать, как ты о ней рассказываешь. – Она снова перегнулась через перила. – Чи-и-иба-а! Куда ты там запропастился!

– И вовсе незачем так орать.

Клеонфу показалось, что голос возник раньше хозяина. А хозяин именно что возник – сильный всплеск энергии сложной структуры, и хоп – он уже тут. На вид его можно было принять за нессиного старшего брата – такой же бледный, светловолосый и голубоглазый. Почти такая же нечеловечески яркая аура магического Таланта. Только вот мокрые волосы у Чибы были гораздо длиннее, до пояса. И одет он был в белый махровый халат. Совершенно непрозрачный.

– Вот он я, – добавил Чиба невозмутимо. – Клео, по-моему, только ты тут знаешь всех...

– Э-э... – Клеонфу потребовалось полсекунды, чтобы расшифровать намёк. Он указал рукой на Чибу. – Арчибальд Зейтман, сенатор. Его семья владеет этой долиной. Несси Редсвейл... Несси, ты, помнится, говорила, что тебя ждёт назначение в Скрытую Стражу?

– Уже! – радостно подтвердила она. – Официально, решением Сената! Чиба продавил. Я и зелёный мундир носить имею право!

– Несси Редсвейл, – продолжил Клеонф, – офицер Скрытой Стражи. И Ксения Ирд Пеарги, Цензор Максимус.

– Очень приятно, – Чиба слегка склонил голову.

– Что тут... – Ксения на полпути оборвала фразу. – Мы вообще где?

– Ну ты прям как будто сказок в детстве не читала, – удивился Клеонф. – В стране волшебных эльфов, естественно.

– Несовершеннолетних, – Ксения поджала губы. – Семь лет ещё, значит? А выглядит на все шестнадцать...

– Мне шестьдесят три, – обиделась Несси. – Я вам не младенец какой-нибудь.

– Кстати, – поспешил вмешаться Клеонф, – вас двоих я не ожидал сегодня встретить. Вы тут уже или ещё?

– Только-только вернулись, – пояснил Чиба. – И с корабля сразу на пляж. Нам требовалось... освежиться.

– И как всё прошло?

– В точности по плану! – воскликнула Несси. – Хотя, как я и говорила, госпожа Лиа отказалась от роли надсмотрщика при Тоддене. А ты не верил, – она ткнула Чибу пальцем.

– Во-первых, не надсмотрщика, а комиссара, – возразил тот. – А во-вторых, я уверен, что успокоившись и ещё раз всё обдумав, она примет моё предложение.

– Держи карман ширше. Или ширее?

– Шире, – поправил Клеонф.

– А в целом вы очень неплохо знаете наш язык, – с одобрением заметила Ксения. – Это Клео вас натренировал?

– Моя семья зарабатывает деньги на международной торговле, – пояснил Чиба. – Ну, в основном. Заклинания для быстрого изучения языков – один из наших крайне ценных коммерческих секретов.

– Зейтманы владеют крупнейшим на планете торговым флотом, – с гордостью вставила Несси.

– Ясно, – кивнула Ксения.

– Хм, – Чиба бросил взгляд на виллу. – Не переместиться ли нам в более удобное место? Я приглашаю.

– Конечно, – Клеонф поспешно взял Ксению за руку.

Чиба в свою очередь одной рукой прикоснулся к Несси, другой – к Клеонфу. Быстрый и сложный каскад коротких заклинаний – и все четверо оказались на деревянном помосте под тентом. Одним концом площадка крепилась к вбитым в берег сваям, другим – вдавалась в воду. В центре помоста стоял овальный обеденный стол, сервированный на двенадцать персон. Его окружала дюжина изящных стульев, а также многочисленные низкие столики с до блеска начищенными, наполненными колотым льдом серебряными ящиками. В половине ящиков теснились графины с жидкостями всех цветов радуги, в остальных – столь же разнообразные фрукты самых экзотических форм. Три места на столе явно недавно побывали в употреблении – отодвинутые стулья, наполовину полные стаканы, испачканные едой тарелки. Однако, никакого третьего эльфа на помосте не обнаружилось. Равно как и слуг.

– Вау, – восхитилась Ксения. – А летать вы можете?

– Только на самолёте, – Чиба слабо улыбнулся. – Мне надо ненадолго отлучиться. Скоро вернусь. Чувствуйте себя как дома.

Он телепортнулся – в одиночку.

Несси тем временем подошла к краю помоста, легко оттолкнулась, и заскользила по поверхности воды, как по льду. Энергия при этом так и утекала во все стороны: сформированное крайне небрежно заклинание нещадно сифонило. На порядочном расстоянии от берега подпорка наконец не выдержала; Несси зарылась в волну, уйдя под воду с головой. Немного побултыхавшись, она повернула обратно. Ещё одно небрежное, но крайне обильно напитанное энергией заклинание сформировало пижонскую волну, вынесшую эльфийку точно к помосту.

– Теперь по крайней мере чистая, – удовлетворённо отметила Несси. – А почему вы всё ещё стоите, как неродные? Клео, ты-то тут точно свой! Садитесь, ешьте, пейте...

Она показала пример, с размаху усевшись на коротко скрипнувший стул. Водрузила ноги в чудовищных туфлях на стол, взяла полупустой стакан с какой-то бесцветной жидкостью и задумчиво уставилась в горизонт.

– Воспитанность – это так ужасно, – вполне серьёзно сообщила Несси куда-то в пространство. – Вот даже Чиба. Конечно, по сравнению с госпожой Лией у него ещё не всё так плохо... Но он ведь попёрся переодеваться. В сенаторскую тогу с посольской золотой полосой. Нет чтобы расслабиться – все же свои... Да, имейте в виду, слуг мы сюда не допускаем. Каждый лишний человек – это лишние глаза и уши. Так что наливайте себе сами.

– Какая-то ты нетипично тихая сегодня, Ксения, – заметил Клеонф, изучая содержимое ближайшего сервировочного столика.

Текст на этикетках он прочитать не мог, так что приходилось действовать методом тыка, ориентируясь по запаху. Чибу и Несси он знал уже довольно неплохо, поэтому не удивился, что большинство напитков оказалось безалкогольными. И совсем ничего по-настоящему крепкого.

– Признаться, – Ксения наметила кивок в сторону Несси, – волшебных эльфов я представляла себе немножечко не так. Ну, исходя из всех этих сказок, понимаете, да?

– Простоя я – нетипичная, – гордо объявила Несси. – Да и Чиба – своего рода белая ворона... Точнее, чёрная, – она коротко хихикнула. – Чёрная среди белых.

– Я работаю над этим, – слегка обиженно заявил появившийся из воздуха Чиба. – Вся наша семья работает.

Теперь он и в самом деле был одет в тогу. Белую с широкой золотой полосой. И даже волосы успел высушить.

– Смотри не перестарайся, – Несси отсалютовала ему стаканом. – Наша стая ворон не так хороша, чтобы с ней сливаться.

– Да, баланс – штука важная, – согласился Чиба, усаживаясь.

– Между прочим, – с оттенком ехидства заметил Клеонф, – в тоге за столом полагается лежать, а не сидеть. Не правда ли, Кси?

– Раньше полагалось, – пробормотала цензор. – Сейчас даже твоя тётушка не настаивает на соблюдении этой традиции...

– К счастью, моя семья не страдает традиционализмом, – вяло отмахнулся Чиба.

– А что, эта ваша знаменитая госпожа Лиа тоже где-то тут? – спросил Клеонф, указывая на третье использованное место, по-прежнему пустующее. – Несси её так часто поминает...

– Нет, что ты, – Несси отрицательно покачала головой. – Госпожа Лиа с самого начала Чибу невзлюбила. А на обратном пути они натурально поцапались. Так что на землях Зейтманов её ещё долго не будет. К сожалению.

– А почему она непременно «госпожа»? – поинтересовалась Ксения. – Или это часть имени?

– К вопросу о воспитании, – Несси криво улыбнулась. – Госпожа Лиа «госпожа», потому что, ну... она госпожа, и всё тут.

– Потом что она в одиночку может взорвать город, – подсказал Чиба. – Потому что она сильнейшая... Нет, мощнейшая – по объёму управляемой энергии – волшебница из ныне живущих. В этом мире, конечно же.

От виллы донеслась короткая, но громкая трель электрического звонка.

– Тьфу ты, – Чиба со вздохом поставил свой стакан. – Прошу меня простить. Надеюсь, не произошло ничего особо ужасного.

Он телепортировался.

– Это был сигнал тревоги, – обеспокоено пояснила Несси. – На случай, когда слугам очень надо нам что-то сообщить.

Она даже убрала ноги со стола, и отставила стакан, словно бы готовясь вскочить и куда-то побежать.

Сенатор вернулся довольно быстро. И в крайне мрачном расположении духа.

– Он ушёл из-под надзора.

– Кто? – уточнил Клеонф.

– Тодден.

– Сбежал? Но вы же говорили, что всё прошло по плану...

– Не время для препирательств, – отрубил Чиба.

– Мы можем помочь ловить, – предложила Ксения.

– Э-э...

– Не ставь Чибу в неудобное положение, – вмешался Клеонф. – Как и.о. хозяина дома, он несёт за нас ответственность. И вместо ловли пленника будет вынужден опекать нас.

– Да, – сенатор благодарно кивнул Клеонфу. – Я могу по-быстрому перебросить вас на башню. Конечно, всё это крайне прискорбно, но приходите завтра, хорошо? Я найду способ как следует извиниться, обещаю.

– Конечно, без проблем, – согласился Клеонф.

– Рада буду видеть вас вновь, – самым благонравным тоном вставила Несси.

Ксения благоразумно не стала возражать. Хотя лицо у неё пару раз дёрнулось.

Чиба без лишних церемоний перебросил их на балкон, ещё раз извинился, и телепортировался обратно.

Клеонф в последний раз полюбовался морем, вошёл с Ксенией внутрь башни, и принялся запирать ведущую наружу дверь.

– Против животных, – пояснил он. – Чибу-то никакие преграды не остановят.

– Как думаешь, им можно доверять? – озабоченно поинтересовалась Ксения. – У меня не получается прочитать их мысли. Словно бы защитный кокон вокруг мозга.

– Эльфы... – Клеонф неопределённо взмахнул рукой. – Пока что я предпочитаю думать, что можно. Всё-таки Светлые. Пошли? – он указал на люк-между-мирами.

– Кстати, а почему ты его не запер? Чтобы я могла полюбоваться на твою подружку?

Они вместе шагнули сквозь разделяющую реальности плёнку.

– Несси – подружка Чибы, и только Чибы, – твёрдо произнёс Клеонф. – Хотя, конечно, она обожает дразнить всех вокруг.

– Допустим, я тебе верю. Но почему не запер дверь?

– Да потому что она управляется только изнутри. Когда это всё строили, – Клеонф широким жестом обвёл ангар, – в первую очередь опасались вторжений с той стороны.

Тут он наконец перевёл взгляд на пульт управления, и заметил тревожно мерцающие красные индикаторы.

– Кстати о вторжениях... – он быстро прокрутил лог сообщений. – Похоже, я знаю, куда сбежал этот их Тодден.

– Он здесь? – встревоженно уточнила Ксения.

– Да. В главном зале. Пошли, – Клеонф почти бегом отправился к лестнице.

– Зря я не захватила посох... Запирать не будешь?

– В случае чего я предпочту выкинуть эльфа на ту сторону. Это лучше, чем любой другой вариант. И никаких убийств, слышишь?

– Я что, похожа на кровожадного монстра? Кстати, кто он такой, этот Тодден?

– Чиба и Несси очень уклончиво о нём говорят. Я понял только, что они намеревались его пленить и вроде как успешно пленили, что он будет командовать их наёмным войском, и, самое главное, что он Тёмный.

– Звучит довольно бредово.

– Ага. Но я собираюсь подзаработать на этом самом наёмничестве.

Ксения аж споткнулась.

– Ты хочешь пойти в солдаты удачи?

– Нет-нет. В вербовщики.

Они притормозили перед служебной дверью, ведущей в главный зал. С той стороны не доносилось ни звука.

– Я собираюсь быть посредником, – продолжил Клеонф. – Между Чибой и Тодденом, с одной стороны, и желающими подзаработать из нашего города – с другой. Дверь-то в их мир одна. Моя.

– Звучит не так плохо. И да, я в курсе этой дурацкой системы с лицензиями. Монопольное право, и всё такое?

– Именно. Так что имей в виду: с той стороны нас поджидает потенциальный источник денег.

Клеонф решительно распахнул дверь.

***

Чиба и в самом деле телепортировался обратно на виллу, но даже и не подумал суетиться и организовывать поиски. Вместо этого он взял стакан с минералкой и принялся расхаживать по помосту, отпивая небольшие глотки.

– Волнуешься? – Несси вернулась к своей позе «ноги на столе». – Ну и зря.

– Ничего, скоро успокоюсь.

– Ты сколько бочек ему дал?

– Только парочку. Конечно, я гостеприимный хозяин, и всё такое, но ртуть нынче совсем не дёшева...

Чиба принудил себя прекратить метаться, и сел наконец за стол.

– Так-то лучше, – одобрительно заметила Несси. – Две бочки – это фигня. Ничего он не натворит... К тому же, в случае «чего», ты же можешь перенести сюда госпожу Лию? Твои люди её уже, небось, выследили?

– Люди моего отца, – с нажимом поправил Чиба. – И да, найти её было не трудно. Но нет, в ближайшее время её лучше не дёргать.

– Ох, – Несси поморщилась. – Я... понимаю. Э-э, как это повежливее, загул, да? Надеюсь, эти твои-не-твои люди за ней присмотрят.

– Присмотрят, – кивнул Чиба. – С госпожой Лией всё будет в порядке, тут я уверен. А вот за Тоддена я беспокоюсь.

– За Тоддена? Этого свинтуса? А почему не за Клео?

– Я, наверно, и в самом деле неправильный Светлый... Но и Тодден – жутко неправильный Тёмный.

– Вешай лапшу на уши кому другому, – недовольно буркнула Несси. – «Неправильный Тёмный», как же... А то я не видела его подвал. И чем он там занимался, тоже видела.

– Ну да, он же всё-таки Тёмный, – не стал спорить Чиба. – Но в важных ситуациях он действует разумно. В отличие от многих других своих сородичей. А вот насчёт Клеонфа я не уверен. Молодые люди так импульсивны...

– Он заметил, что мы сидели тут втроём.

– Да, я специально оставил этот намёк... Но сообразит ли он?

– Ну так объяснил бы в лоб.

– Это было бы не интересно.

– Ах «не интересно»... – Несси смерила Чибу задумчивым взглядом. – Ну-ну.

***

Клеонф никогда прежде не встречался с тёмными эльфами; он ожидал увидеть нечто стереотипное негроидно-блондинисто-красноглазое. По факту же гость выглядел скорее смуглым, чем чёрным; длинные, чуть ли не до пят, волосы наоборот оказались тёмными, как и почти чёрные глаза. Ну хотя бы остроконечные уши не обманули ожиданий. И, что самое главное, стоял он не на полу, а на этакой серебристо-металлической шайбе высотой в полметра и диаметром в полтора. Шайбу удерживала тонкая плёнка магической оболочки; сам металл шёл мелкой рябью. Клеонф мигом опознал ртуть. Чертовски много ртути.

При виде хозяина дома Тодден слегка улыбнулся, и послал заклинание. Сразу, сходу, без единого вопроса. Сам энергоконструкт Клеонф опознал весьма приблизительно – что-то из разряда ментальных. Слишком сложное для анализа, но относительно маломощное. Поймать и разрушить его не составил особого труда. Да и в целом Тодден не воспринимался как что-то особо сильное – так, Талант высшей категории, на уровне Ксении. Никакой искрящейся магии, как у Чибы или, в особенности, Несси.

– Интересно, – безучастно заметил Тодден.

Голос у него оказался вполне эльфийский, богатый обертонами.

– Как невежливо, – фыркнула Ксения.

Клеонф не стал ничего говорить. Он просто ответил ударом на удар – магически, конечно. Никакого особого выпендрёжа, простое, но достаточно мощное энергетическое копьё. И реакцию от эльфа он ожидал симметричную – принять удар на щит, или разрушить структуру заклинания... Но вместо этого в воздух взвились капельки ртути, каждая – в индивидуальной магической капсуле. Капли на миг сформировали завесу, приняли на себя удар... Нет, не просто приняли – впитали и присовокупили к своей мощи. А затем Тодден бросил их в атаку.

Клеонф едва успел поднять щит. В дело вступила Ксения – добавила щиту плотности и мощности. Но всё равно капли заметно прогнули его структуру, едва не прошив насквозь. Истощив запас энергии, ртуть принялась стекать вниз. Клеонф по-быстрому выпрямлял и залатывал щит, а Ксения попробовала провернуть свой фирменный трюк с преобразованием вещества. Но только-только возникшая трава при соприкосновении с ртутью посерела и рассыпалась прахом, причём и тут Тодден смог присвоить часть энергии чужого заклинания. Он ещё раз улыбнулся, на этот раз шире.

Ксения яростно зашипела. Она попыталась атаковать более прямо, тремя энергетическими копьями с разных ракурсов. На перехват ожидаемо поднялись группы капелек, и Клеонф попытался перерезать энергонити, связывающие их с Тодденом. В ответ вся ртутная «шайба» буквально взорвалась тысячью отдельных брызг. Теперь уже Ксении пришлось формировать полусферический щит, а Клеонфу – изо всех сил его подпитывать. Силовая сеть гнулась, тратила энергию с устрашающей скоростью, но таки выдержала. Капли стекали на пол безвредными шариками, собираясь обратно в «шайбу».

– Полагаю, достаточно, – Тодден удовлетворённо кивнул. – Приходите завтра к Чибе, обсудим все детали.

– Уже уходите? – с лёгкой угрозой в голосе поинтересовался Клеонф.

Конечно, он изначально и планировал выгнать незваного гостя, но теперь владетеля охватил азарт боя.

– А если мы вас ещё чуточку задержим? – поддержала Ксения.

– Да неужели, – Тодден саркастически приподнял бровь. – У вас есть силы и способности, это верно...

Ртуть снова взлетела в воздух пеленой капелек. Но теперь они перемещались раза в три быстрее, и атаковали щит не равномерно, а точно в силовых узлах. Клеонф на автомате добавил энергии – и обнаружил, что она уходит, словно вода в песок. По каплям прошла высокачастотная пульсация, структура щита завибрировала в ответ. И почти тут же схлопнулась, высосав из Клеонфа остатки сил. Он почувствовал, как подламываются ноги; от позорного падения его спасла только Ксения, вовремя подставившая руку. Выглядела она не намного лучше – усталая до серости, с проступившими на повязке бурыми пятнами; но хотя бы не падала.

– А вот навыков вам не хватает, – закончил фразу Тодден. – Дорастите хотя бы до уровня госпожи Лии, тогда и будете мне угрожать. До завтра, – он издевательски помахал рукой.

Ртутная «шайба» с прямым как палка эльфом стронулась с места, обогнула по широкой дуге Клеонфа с Ксенией, и направилась к лестнице, ведущей в подвал.

– Да кто же он всё-таки такой? – прошептала Ксения.

– Ну и дерьмовый же сегодня день у меня вышел, – вяло пожаловался Клеонф.

– Надеюсь, хоть теперь ты дверь запрёшь?

– Да, только вот прочухаюсь хоть слегка, – он запросил отчёт у системы безопасности. – Тодден продвигается к выходу. ПДК по ртути не превышена.

– Даже удивительно. Ты заметил, как он каждую капельку обёртывал защитной плёнкой? Тонкая работа.

– Угу.

– И вообще. Его Талант не больше моего. Может, даже чуть меньше. Но он гораздо... эффективнее. Даже завидно. И жаль, что я оставила посох дома. Ну тут уж сама виновата...

– Напросись к нему в ученики, – ехидно предложил Клеонф.

– Вот ещё...

– В любом случае, завтра я отправляюсь к Чибе. В том числе и чтобы обсудить поведение некоторых его гостей. Ты со мной?

– Пожалуй, да.

– Тогда я пока схожу закрою двери. Тодден уже отбыл.

– А я схожу проверю, как дела у тебя в спальне, – Ксения лукаво улыбнулась.

– Там...

– Знаю-знаю, свинарник. Вот и приведу его в порядок.

***

Клеонф планировал встать пораньше, но в итоге проснулся в районе полудня. Как обычно. И, опять же как обычно, в гордом одиночестве. Впрочем, Ксения явилась довольно быстро – он как раз заканчивал завтрак. Пришла она при полном параде – драпировка тоги тщательно выверена, диадема начищена, лучший посох отполирован. Чертыхаясь про себя, Клеонф отправился напяливать чистый мундир и пристёгивать фамильную шпагу. Чтобы соответствовать.

Чиба и Несси обнаружились на верхней площадке башни, сразу за воротами перехода. Они устроились на двух тонконогих стульях за столиком полированного дерева, и самым наглым образом преспокойно резались в карты. Сенатор тоже вырядился в тогу; его спутница, словно для контраста, небрежно завернулась в полотенце. Не забыв, естественно, нацепить свои любимые туфли из прозрачного пластика.

Клеонф подошёл к столику. Секунду порассматривал карты и многочисленные кучки мелких медных монет. Эльфы его упорно игнорировали. Тогда он со всей дури пнул стол. Карты полетели во все стороны; монетки звонко покатились вниз по пандусу. Чиба среагировал мгновенно: коротко телепортнулся к летящему столику, схватил, снова телепортнулся уже с ним куда-то за пределы видимости – на виллу, наверно, – и почти сразу вернулся. С пустыми руками. И чрезмерно спокойным выражением лица.

– Я считал тебя свои другом, – с горечью выговорил Клеонф.

– Но ты и есть мой друг, – возразил Чиба. – И имей в виду, что люди, вообразившие меня своим врагом, долго не живут.

– Ага, – поддержала его Несси, нарочито медленно вставая. – С ними случаются всякого рода неприятности. Совершенно внезапно.

Она демонстративно прищёлкнула пальцами, и резким движением подхватила возникший в воздухе кинжал. Эффект, правда, был изрядно подпорчен непрофессиональным исполнением и диким перерасходом энергии... Однако лезвие блестело самой настоящей сталью. Несси с деланным спокойствием принялась вычищать острым кончиком несуществующую грязь из-под ногтей.

– Мне не нравится ваш тон, – холодно произнесла Ксения.

– Браво! Брависсимо!

По пандусу поднимался Тодден. На этот раз на своих двоих, без ртути. На лице тёмного эльфа играла улыбка. Он даже пару раз картинно похлопал в ладоши.

– Чиба убивает Клеонфа – и прощается со своей мечтой о наёмной армии. Или Клеонф убивает Чибу – и теряет своего единственно клиента, всю возможную прибыль, и, скорее всего, эту башню. Что может быть глупее?

– Я же просил вас, – процедил, не оборачиваясь, Чиба сквозь зубы, – оставаться на вилле.

– Просил, – согласился Тодден. – Торчишь тут с утра, нервничаешь... Вместо того, чтобы гасить конфликт – раздуваешь...

– Я несу ответственность за всё происходящее, – почти прошипел Чиба.

– Ну и неси, – Тодден фыркнул. – Если тебе так хочется.

Чиба взмахнул рукой, словно бы отодвигая Тоддена в сторону, и кивнул Клеонфу.

– Ты, как минимум, – Клеонф положил руку на эфес шпаги, – утаил от меня важную информацию. Или даже прямо солгал.

– Да, я не стал тебе говорить, что работать придётся с ночным кошмаром светлых эльфов, которого боятся и ненавидят все, побывавшие на фронте...

– Те немногие, кто выжил, – вставил Тодден.

– И который привык использовать людей, как вещи... – продолжил Чиба.

– С этими двумя я обошёлся крайне корректно, – Тодден снова фыркнул.

– Что, даже не причёсывали? – удивился Чиба.

– Пальцем не тронул.

– И что тебе помешало это сказать? – поинтересовался Клеонф. – Заранее, я имею в виду. Кстати, побега ведь тоже не было?

– Побег был, – возразил Чиба. – Хотя, конечно, я помог его организовывать. А что помешало... – Он сел, ссутулившись, на стул. – Страх. Побоялся я. Струсил. Веришь, нет?

– Испугался? – удивился Клеонф. – Это меня, что ли? Нет, не верю.

– М-м... Не тебя, как такового. Ты мог отказаться от поединка – и похерить таким образом всю мою затею. А ведь без поединка Тодден не стал бы с тобой работать.

– Небольшая психологическая проблема, – вежливо пояснил Тодден. – Мне нужно было убедиться, что ты маг, а не вещь.

– Всё равно не вижу тут ничего особо страшного, – Клеонф пожал плечами. – Да мне такого рода экзамены Ксения чуть ли не каждый месяц устраивает.

– Просто, – Несси спрятала кинжал, – если уж говоритьвсю правду... Ты ведь знаешь, что у люди из нашего мира магами не бывают? И если эльфов Тодден убивал и калечил...

– С большей частью ваших магов я лично никогда не встречался, – возразил Тодден.

– За действия подчинённых вина лежит на начальнике, – отмахнулась Несси. – Так вот, эльфов он убивал и калечил; а людям вышибал мозги, превращая в свои послушные куклы. Причём как нашим, когда они оставались без защиты магов, так и своим собственным. Просто чтобы выполняли команды.

– Я уже упоминал о своей небольшой психологической проблеме, – невозмутимо напомнил Тодден.

– Именно поэтому мне и нужны наёмники, – пояснил Чиба. – Никто из наших с ним работать не будет. Хотя госпожу Лию я всё же надеюсь уломать.

– Вообще-то, – Тодден поморщился, – меня вовсе не радует перспектива заиметь её в надсмотрщиках.

– Вы здесь чужак, и навсегда останетесь чужаком, – отчеканил Чиба. – Вы могущественны. Могущественный чужак означает опасность. Вы либо будете под надзором, либо вас в принципе не будет.

– Речь не мальчика, но мужа, – кисло согласился Тодден. – Всё верно. Но я не в восторге.

– Да кто вы такой? – не выдержала Ксения. – И почему вы до сих пор живы, если уж на то пошло?

– Совсем недавно я был губернатором Северных Территорий Готтдома, государства тёмных эльфов.

– Главнокомандующим их армией он был, – язвительно поправила Несси. – Но так именоваться ему, видите ли, неприлично.

– Ни капли уважения... – вздохнул Тодден. – Это и в самом деле неприлично для эльфа моего ранга, знаешь ли. Моего бывшего ранга. А сейчас я пал до простого капитана наёмников на службе семейства Зейтман. Пока ещё и без самих наёмников, к тому же. Какая ирония судьбы. А почему жив? Порой я и сам этому удивляюсь...

– Потому что моя семья перед вами в долгу, – пояснил Чиба.

– Передо мной много кто в долгу, – проворчал Тодден. – Но, как известно, самый удобный способ расплатиться – это пришить кредитора... То, что Зейтманы чтят свои долги, лучше всего доказывает их светлость.

– Да уж, Клео, – Ксения похлопала его по плечу. – Клиенты у тебя просто прекрасные.

Клеонф и сам был не слишком-то доволен объяснениями Чибы. Но на него давил долг. Отсрочка отсрочкой, но ведь деньги достопамятному Кысю возвращать в любом случае придётся.

– Не сказать, – он вздохнул, – чтобы у меня был особый выбор. Монопсония – это ужасно.

– Монополия ничуть не лучше, – угрюмо отозвался Чиба.

– Так давайте поторгуемся, – хищно оскалился Тодден.

Несси одобрительно хмыкнула и обратилась к Ксении:

– Я не разу не была с той стороны двери. Вы не устроите мне экскурсию?

– Постарайтесь ничего не попортить, – торопливо бросил Клеонф, подавая Чибе руку.

Судя по выражению лица, Ксения особого восторга не испытывала... Но в свои денежные дела Клеонф решил её не допускать.

Каскад телепортационных заклинаний, и бетонная башня сменилась на роскошно обставленный кабинет Чибы.

– Я догадываюсь, – без предисловий начал Тодден, – с какого рода контингентом предстоит иметь дело. Авантюристы, беглецы, желающие быстро разбогатеть... Но всё же, обсудим минимальные требования к кандидатам...

Клеонф постарался выкинуть из головы посторонние мысли, и включился в работу.

Освобождение (вторая половина)

Перепрыгать через море... Вся глупость этой идеи дошла до меня где-то на середине пути, когда линкор уже давно исчез из поля зрения, а родной берег ещё и не думал появляться. Энергии пока хватало; проблемой стала моя голова. Жутко разболевшаяся. Пришлось притормозить и прилечь на воду, тихонько качаясь на волнах и разглядывая вечернее небо. Бултыхаться так можно довольно долго – пока там ещё боли уймутся... Но вставал вопрос навигации. Все, кто освоил телепортацию, умеют и ориентироваться по магнитному полю. Так что направление на север отыскать не проблема. Но если какое течение снесёт меня заметно в сторону... А я ведь сухопутная волшебница, и очень слабо разбираюсь во всех этих морских делах... Так вот, если тут есть какое течение, то чем дольше проплаваешь, тем сильнее можно ошибиться. Вплоть до промаха мимо Архипелага. Но голова так болела...

Видимо, я чересчур ушла в себя. Ближнюю сторожевую сеть, против акул, ещё поддерживала, а о дальнем обнаружении не подумала. Так что слепящий свет прожектора на фоне почти чёрного неба оказался для меня сюрпризом. Как и усиленный мегафоном голос с палубы патрульного судна.

– Пресветлая Пограничная Стража! Нам сообщили, что некая Лиа Редсвейл собирается пешком перейти море! Это случайно не вы?

Я буркнула себе под нос «ага», но пограничник, конечно же, не услышал. На таком расстоянии в море хоть оборись, всё равно не услышит... Так что пришлось телепортироваться на палубу и неловко вставать на непослушные ноги, цепляясь за фальшборт. Только ощутив холодный ветер на мокрой коже, я вспомнила, что броня осталась в каюте линкора. Крепче вцепилась правой рукой в планшир, левой – в скомканную простыню, и заставила себя глядеть строго в глаза пограничника. Мне удалось встать более-менее прямо. Но щёки горели.

– Да, я Лиа Редсвейл. Волшебница первого ранга, сухопутные войска. Какие-то проблемы?

Эльф-пограничник отвёл взгляд первым. Похоже, он был смущён не меньше моего. Молодой лейтенант, чуть постарше Чибы. И при том довольно способный маг – на патрульных корветах нет места под мощные радары и всякие навороченные магические артефакты. Команде приходится справляться в основном за счёт собственных сил.

– Пограничный досмотр, – промямлил лейтенант. – Что везёте?

Вопрос, очевидно, вырвался автоматически, и сам пограничник тут же понял его идиотизм. Потому что покраснел ещё сильнее.

– Простынку, – ответила я ехидно. – Надеюсь, пошлиной она не облагается и к контрабанде не относится?

– Э-э... Нет. Не относится. Вам, э-э, нужна какая-либо помощь?

– Направление к нашему берегу не подскажите? Боюсь заплутать.

– Туда, – лейтенант махнул рукой почти точно на север. – Но тут ещё километров восемьдесят...

– Значит, мне не стоит задерживаться, – прервала я его. – Ещё вопросы?

– Э-э... Нет...

– Счастливо оставаться.

Если не стараться ставить рекорды дальности, то десять прыжков. Вполне реально. Голова ещё побаливала, но совсем чуть-чуть. Я для верности вцепилась в простынный комок ещё и второй рукой, и сиганула на север.

Пустынного пляжа достигла ближе к середине ночи. Ни о каких делах в такое время не могло идти и речи, так что я наскоро высушилась заклинанием и завалилась спать, завернувшись в ту самую простыню.

Побудка получилась ранней и не то чтобы приятной. Тело настойчиво напоминало, что даже эльфам вообще-то требуется пресная вода, да и еда тоже бы не помешала... Пришлось сжать волю в кулак, плотнее завернуться в простыню, и нащупать ближайший из реперов, расставленных вдоль прибрежного шоссе. Мне требовалось попасть в город. Но не в столицу, а в Сюрмеер. Прибрежный курорт километрах в тридцати, фактически дальний пригород, но целиком расположенный на земле, принадлежащей сенатскому семейству Анхавен. Благодаря чему имел собственный магистрат, свою полицию и вообще был этакой вещью в себе – весьма популярной у столичных жителей обеих рас. А ещё там есть питьевые фонтанчики, прямо на улицах. М-м, вода... Чистая...

До города я добралась уже во вполне деловое время. Телепортнулась на набережную, напилась, и пошла пешком в центр, неловко переваливаясь на больных ногах. Прохожие, конечно, на меня косились, но я уже давно привыкла к подобного рода взглядам. На своих двоих я шла не ради прохожих. Главной задачей было попасться на глаза неприметным эльфам а гражданке. Незапоминающиеся лица, но очень внимательные взгляды; тщательно спрятанные пистолеты и рации. Была и побочная задача – проверить, каково это ходить по людным местам, едва прикрывшись тонкой тряпкой. Как оказалось, ничего особенного, только вот довольно холодно. Особенно босым ногам. Я невольно ускорила шаг. Первой моей целью был банк – требовалось снять со счёта немного наличных.

К моему удивлению, в операционном зале обнаружились только люди. Трое клерков и двое посетителей. Пожав плечами, я направилась к свободному сотруднику. По мере моего приближения его дежурная улыбка всё больше стекленела. Клерк видел перед собой растрёпанное, на четверть лысое чучело в простыне. Но при этом – эльфийку. А эльфы не признают документов; мы опознаём друг друга по аурам, для людей неразличимым. То есть мою личность установить он не мог, но и в обслуживании отказать права не имел... Не переставая улыбаться, он тайком просунул руку под стол. Вероятно, там была некая кнопка, вот только её нажатие не произвело никакого эффекта.

– Меня зовут Лиа Редсвейл, – заявила я мрачно. – Мне требуются сто золотых.

Улыбочка у клерка совсем перекосилась.

– У вас есть счёт в нашем банке?

– О да. Не помню, сколько там точно, но много. Гораздо больше сотни.

– Э-э... Минутку.

Он принялся листать гроссбух. Нужное место нашёл довольно быстро. Поднял на меня по-прежнему неуверенный взгляд.

– Э-э... Да, вы значитесь в списке. Если... Э, то есть, в каком виде вы предпочитаете получить деньги? Чеком? Банковскими билетами?

Он снова как бы невзначай сунул руку под столешницу. И снова безрезультатно.

– Молодой человек, – я перегнулась через стойку. – Деньги на счёт вносились золотом. Я желаю получить их обратно золотом. Монетами. Знаете, увесистые такие кругляшочки?

– Но... Мы обычно не... В любом случае, вы должны составить заявку. Банк рассмотрит её в течении трёх дней...

– Деньги, – потребовала я. – Немедленно. Или, – я приподняла магией человека в воздух и слегка потрясла, – у банка станет на одного служащего меньше.

Наконец-то дверь во внутреннее помещение банка открылась, но появилась не ожидаемая охрана, а заспанный светлый эльф в измятом деловом костюме. Он тщетно пытался прикрыть рукой зевающий рот и выглядел ни капельки не грозно.

Я аккуратно опустила клерка обратно на стул.

– Ну и что тут... – Афелиан Роджи, младший банкир дома Анхавен, протёр глаза. – О, госпожа Лиа! Тебя трудно узнать. Что, вляпалась в очередную переделку?

– Типа того. И ты, наверно, догадываешься, что мне потребовалось в твоей шарашкине конторе. А этот твой... Впрочем, пусть сам объясняет. Мне по-прежнему нужна сотня монет.

– Такой скандал из-за жалкой сотни? – удивился банкир.

– Скандал из-за одного сони, – поправила я. – Если бы ты с самого начала сидел тут, как и полагается, я бы просто вежливо попросила.

– Какой же эльф занимается делами по утрам? – удивился Афеля. – Мне казалось, раньше ты и сама так думала.

– Моя ночь, очевидно, прошла далеко не так весело, как твоя.

– Скорее всего, – согласился банкир. – Ну так что тут у нас? – он покосился на подчинённого.

– Клиент желает получить сумму золотом, – деревянным голосом пояснил клерк. – Причём немедленно.

– Ну а чего ты хотел, это же госпожа Лиа... – Афеля вздохнул. – Очевидно, придётся провести дополнительный инструктаж. – Он перевёл взгляд на меня. – Сейчас всё сделаю. Прими извинения, и так далее. Но лучше бы тебе в следующий раз вести себя потише.

– Не забывай, это ты сидишь на моих деньгах, а не наоборот, – раздражённо огрызнулась я.

– Помню-помню...

Банкир скрылся в задней комнате, а спустя секунд тридцать вернулся с глухо позвякивающим кожаным мешочком, снабжённым банковской биркой.

– Прошу вас, уважаемый клиент, – деньги он не просто отдал, а вручил с поклоном. – Достал из-под самой задницы, ещё тёпленькие.

– Фигляр, – фыркнула я, неловко принимая деньги. Руки предательски дрожали. – Спасибо. Скорее всего, в ближайшие дни я зайду ещё раз.

– Догадываюсь. Задёшево такое не лечится...

– Это уж точно.

После банка я направилась к добротному, но внешне ничем не примечательному особняку на тихой, расположенной недалеко от центра города улочке. Прохожие там появляются редко, зато всегда есть парочка полицейских патрулей. Дом если и выделялся, то только в магическом смысле – мощные амулеты против прослушки, но ни малейшей защиты от телепортации.

Никакой вывески на особняке не было. В городских списках владелец дома числился просто как «господин Фрин». И никакой врачебной практики официально он не вёл, хотя у него и был диплом доктора медицинских наук. Анхавенам пришлось постараться, чтобы уберечь его от армии – врачей на фронте не хватало даже сильнее, чем мастеров телепортации. О существовании доктора Фрина я узнала окольным путём, и довольно давно. Когда-то мне крайне требовался врач, который ни при каких условиях ничего не расскажет ни маме, ни генералу. Сейчас они уже не представляли опасности – с того света ещё никто не дотянулся, но Фрин успел завоевать моё доверие. В отличие от остальных господ медиков. Хотя, конечно, приходилось выдерживать все эти условности с постепенным приближением. Если доктор был занят, ко мне подходил один из тех эльфов с внимательным взглядом, и тихим голосом просил зайти попозже. Сегодня, к счастью, ничего такого не случилось, и я беспрепятственно вошла в приёмную. Фринов секретарь габаритами превосходит большинство охранников, и очки на его лице смотрятся крайне комично. Особенно учитывая, что плоские стёкла вряд ли могут улучшить и без того стопроцентное зрение. Но со своей работой он вроде как справляется.

Мне секретарь только молча кивнул.

Дальнюю стену кабинета почти целиком занимало огромное окно, а боковые оккупировали стеллажи с картонными папками. Ещё тут имелся монументальный стол, вечно заваленный бумагами, роскошное хозяйское кресло, и скромный стул для посетителей. Один-единственный.

– А вот и вы, госпожа Лиа, – Фрин поднял глаза от своих бумаг.

Против света подробности различить очень трудно, но я знала, что глаза у него тёмно-карие, короткие волосы светло-каштановые, а кожа выглядит слегка загоревшей.

Фрин тем временем на меня не просто смотрел, а зондировал – целым комплекс слабых, но очень настойчивых заклинаний. Я и не думала закрываться.

– Я ждал вас десять лет назад, – продолжил доктор, снова склоняясь к бумагам. – А потом... перестал ждать. Рад, что ошибся. Присаживайтесь.

– Мне нужно было разделаться со старыми обязательствами, – буркнула я, плюхая деньги ему на стол и устраиваясь на стуле. – Это только аванс... Кто же знал, что Тодден будет десять лет сопли жевать!

– Окончательный расчёт будет по итогам лечения, – напомнил Фрин, перекладывая деньги в ящик стола. – Что-то вы смурная какая-то. Дела идут плохо?

– Да не то чтобы... – я подпёрла щёку сжатой в кулак рукой. – Просто слегка разочарована. Прошлась тут в этой простынке... Оказывается, достаточно не сосредотачивать внимание на своей одежде, и всё в порядке. И никаких особых ощущений.

– А должно быть что-то особое? Кроме ветра, конечно же.

– Ну наверно должно, раз мне это так долго запрещали! Чего ради я чуть не свихнулась, обзавидовалась и глушила себя молоком, если гуляй хоть голышом – и максимум что замёрзнешь? Хотя надо будет ещё с туфлями на высоком каблуке попробовать – может, всё дело в них?

Фрин не сдержал ухмылки.

– Что-то мне подсказывает, что туфли вам не слишком-то помогут... Кстати, для удобного ношения высоких каблуков существует весьма простая модификация голеностопа. Рекомендую; единственный побочный эффект – обычную обувь надевать вы больше не сможете.

– Так вот почему Несси так легко ходит в своих... Впрочем, не важно. Да, я хочу попробовать эту модификацию.

– Ага, – доктор поставил галочку в разграфлённом бланке заказа. – А что касается ваших жалоб на запреты, то уверен, что основную часть этих запретов изобрели вы сами. И сами же себя ими и плющили...

– Могли бы посочувствовать хотя бы для вида, – вздохнула я. – Да, я давно уже поняла, что хоть голышом гуляй – толку никакого, всё равно никому я не нужна и всех только раздражаю. А эта накрутка позволяла преобразовать проблему в теоретически решаемую – типа, стоит только сменить облик, и... А поскольку никакое «и» бы не последовало, то нужен был запрет. Но для печени это всё вредно, конечно.

– Э-э, – Фрин удивлённо уставился на меня. – Хм. «Никому не нужна и всех раздражаю», вот как, значит. А как же Несси?

– Она всего лишь ребёнок, – отмахнулась я.

– Ещё раз хм. Ещё есть Зейтман-младший. Судя по письму, которое он мне прислал, – Фринн демонстративно помахал исписанным листком с гербом Зейтманов, – он очень в вас нуждается.

– Это когда же он успел вам прислать? Разве линкор уже добрался до Города?

– Письмо отправлено в тот день, когда был утверждён закон о вашей миссии. Он тут пишет, что согласен покрыть все расходы на лечение, если у вас вдруг возникнут финансовые трудности.

– О, это говорит в его пользу. Но каков же хитрец! Хочет хоть так меня в долг перед собой загнать. Фигушки. Я ещё десять лет назад нужную сумму отложила. И вообще, Чибе требуюсь не я как таковая, а надсмотрщик для Тоддена. Волшебник первого ранга, с армейским опытом, вышедший в отставку с госслужбы.

– Интересно, – доктор рассеяно перелистнул пару бумажек в папке. – А что насчёт господина Эльдвейлрона, полицмейстера? Он давно уже не ребёнок, и, готов поспорить, ему нужны вы «как таковая», а не ваши способности волшебницы.

– Так он же молокосос в стадии деменции, – скривилась я.

– Его можно было бы вывести из этого состояния... Если бы он захотел, конечно, – Фрин вздохнул. – Короче, вынужден с вами согласиться. Прогулками с голой задницей вашу проблему не решить.

– А жаль.

– Да, это было бы проще всего... Итак, по медицинским показаниям вам требуется полная замена рук, ног и левого глаза. Кроме того, вы нуждаетесь в глубокой регенерации печени, почек, кишечника, яичников и матки. Также я рекомендую убрать шрамы, избавиться от проплешины, восстановить природный цвет волос, плюс вы выбрали модификацию голеностопа под высокие каблуки. А о тех картинках, что вы мне оставили во время прошлого визита, я могу не вспоминать, верно? Раз вы и сами поняли, что радикальная смена внешности всё равно не поможет.

– Те? Да, их можете выкинуть – они безнадёжно устарели... За десять лет я придумала кое-что поинтереснее. Конечно, смена внешности вряд ли что-то исправит, но это не повод отказываться от эксперимента. У вас же найдётся чистый лист бумаги?

– Зная вас, уверен, что потребуется не меньше пачки, – доктор и в самом деле достал стопку хорошей белой бумаги.

Рисовать в классическом смысле этого слова я не умею. Но все военные маги в принудительном порядке учатся переносить изображения из головы на бумагу. Вот и сейчас я принялась формировать в воображении портреты, параллельно фиксируя картинки на листах, а Фрин принялся их комментировать.

– Форму черепной коробки менять не буду, и не просите – слишком опасно... Клыки побольше сделать можно, но не настолько же!.. Вертикальные зрачки я делать умею, но тогда придётся и второй глаз заменять... Опять гигантомания, глаза такого размера залезут в мозг... Цвет волос можете выбирать абсолютно любой, тут без проблем... А вот рога – это не очень хорошая идея, шейный отдел позвоночника у эльфов и так перегружен...

– И тем не менее на рогах я настаиваю... И, кстати, впишите в заказ замену всех зубных протезов на подходящие по цвету.

– Нарисуйте фигуру целиком, и вы поймёте, что с такими рогами голова будет смотреться чрезмерно большой. И спать они вам будут мешать.

– Да, насчёт всей фигуры это вы правы. Там тоже надо кое-что поменять. Кое-где прибавить, кое-где – наоборот, убавить... И шрамы убрать, это верно...

– Насчёт «прибавить-убавить» я даже не сомневался, – Фрин широко улыбнулся. – Все, кто приходят ко мне добровольно, любого пола, обязательно хотят что-нибудь «прибавить-убавить». Разнятся только подробности.

– Ну да, – кивнула я. – Купить красивую фигуру гораздо проще, чем мучить себя спортом и диетой. Хотя, конечно, дороже... Голова и вправду смотрится крупновато. Да и к тому же...

Я замолчала, уставившись на пурпурноволосую фигурку на бумаге. Короткая причёска, охватывающие голову массивные рога, большие круглые глаза, тощее тело... Довольно жалкое зрелище, если подумать.

– Да? – подтолкнул доктор.

– Просто внезапно поняла, – я взяла чистый лист бумаги, – что мне не следует подражать Несси.

Новый образ выкристаллизовался очень быстро. Бледная кожа, узкие глаза – не щёлочки, конечно, а этакие деформированные перевёрнутые трапеции.

– И не из-за всяких глупых правил...

Тёмно-синяя склера, бирюзовая радужка, вертикальные зрачки.

– … А потому, что я предпочитаю продавливать, а не подстраиваться, если вы меня понимаете.

Короткие рога, две пары, отрастающие из висков параллельно ушам, но почти сразу загибающиеся назад. Нижние меньше верхних; цвет – тёмно-синий, подчёркнутый яркими бирюзовыми полосами вдоль каждого рога.

– Внешность должна соответствовать роли, – продолжала я вслух.

Длинные, до колен, волосы, опять-таки в основном тёмно-синие, но с узкими бирюзовыми прядками. Тело я изобразила весьма скупо – ничего особенного там не предполагалось.

– Более взрослая, более... доминантная.

Я добавила надменную улыбку. С клыками, конечно. Скромного размера.

– Более фигуристая, – ехидно вставил Фрин.

– И это тоже, – согласилась я. – Всё бирюзовое должно светиться. Одежду я рисовать не буду, но, очевидно... Тёмно-синий фон, тонкие штрихи серебряной вышивки, несколько бирюзово-светящихся кристаллов. Но это потом.

– Глаза снова слишком большие, – доктор внимательно рассматривал рисунок. – Вечно вы забываете, что это шарики, а не плоские фигнюшки... И поверх височных костей придётся добавить основание под рога. Но в целом это всё реализуемо, о да.

Он придвинул к себе чистый лист бумаги, и быстро накидал мою будущую черепушку, а потом – голову без кожи, с чёткими отметками мышц и связок.

– Да, – подытожил Фрин, – реализуемо. – Он вернулся к разграфлённому бланку заказа. – Модификацию ног оставляю?

– Естественно, – фыркнула я. – Это такой же обязательный пункт, как и рога.

– Для люминисценции я мог бы использовать гены светляков, но, по-моему, проще и для вас удобней будет встроить в тело магический амулет с нужной функцией. Вы согласны? Сможете регулировать яркость и всё такое... А энергия так и так за счёт глюкозы в крови.

– Угу.

– Преображение займёт несколько дней. Я не смогу провести всё это за один раз, к тому же в некоторых случаях придётся действовать методом проб и ошибок...

– Понимаю.

– Кроме того, я хотел бы подержать вас под капельницей. Да, я знаю, это скучно и противно. Но, подозреваю, вам – очень нужно. Наши мозги, – Фрин прикоснулся к своему лбу, – и сами по себе неплохо восстанавливаются, если только не глушить их постоянно всякой дрянью. А у меня есть комплекс препаратов, значительно подстёгивающий этот процесс. Вас же мучают головные боли при использовании сложных заклинаний?

– Да, есть такое... Ладно, уговорили. Гулять так гулять, по полной программе.

– Замечательно. Значит, вам придётся пожить у меня в больничном крыле особняка, – доктор передал мне заполненный бланк заказа.

Сумма в графе «итого» красовалась умопомрачительная, учитывая даже честно вписанную пятнадцатипроцентную скидку «за эксперементализм».

– Палаты у меня комфортабельные, – продолжил Фрин.

– Небось, с решётками на окнах?

– Ну что вы. Только бронестекло и магическая защита. Я же, помимо всего прочего, ещё и семейный врач Анхавенов. И повар у меня очень хороший.

– Надеюсь, что так, учитывая заоблачные цены за постой, – проворчала я, внимательно перечитывая документ. – Одолжите ручку...

– Конечно, – он внимательно проследил, как я подписываю оба экземпляра, и спрятал свой в папочку. – Кстати, а вы осознаёте, что вот в этом, – он постучал пальцем по моей картинке, – эпатажа даже больше, чем у Несси? Она использует образы официантки или танцовщицы в совершенно неподходящих ситуациях, но мы все уже насмотрелись и на тех, и на других. Голой задницей сейчас никого не удивишь. А у вас... Это образ госпожи, имеющей право отдавать приказы – длинные волосы об этом просто кричат, но при этом нарушены чуть ли не все каноны внешности для высших классов – и Светлые, и Тёмные... Хм, – он внимательно посмотрел мне в глаза, а потом удовлетворённо кивнул. – Да, пожалуй, именно это вам сейчас и нужно.

***

Как Тодден и ожидал, у юного сенатора нашлась для него Сделка. На первый взгляд, даже и не особо идиотская. Особенно если учесть, что исходила она от едва разменявшего восьмой десяток оболтуса. Естественно, Тодден согласился. Благодаря чему сменил карцер на гораздо более уютную комнату на втором этаже уединённого поместья Зейтманов. К спальне даже балкон прилагался. А вот дальше начались сложности. Во-первых, люди-слуги. Мало того, что подключаться к их мозгу строго запрещалось – вполне ожидаемо, конечно. В Готтдоме все знали, что Светлые со своих людей пылинки сдувают, так что приходилось себя контролировать. Но гораздо существенней оказалась проблема человеческого общения. Тодден привык управлять марионетками при помощи наборов команд; эти команды за столетия затвердились до жёстких, автоматически воспроизводимых конструкций – а как иначе дергать за ниточки огромные армии? И в итоге обнаружилось, что словами он бытовые приказы отдавать разучился. Постоянно срывался то на условный язык нервных импульсов, то на высокий стиль штабного совещания. Спотыкаясь, к тому же, о давно позабытые слова, типа той примерно-цилиндрической штуковины, куда наливают тёплую воду для утреннеготуалета. А потом ещё приходилось всячески себя успокаивать, чтобы не убить и так дрожащего от страха слугу, который в ответ на невнятный запрос попытался отвести заморского гостя к ватерклозету.

В довесок к бытовым трудностям в первый же день на Тоддена свалилась проблемабашни. Высокий бетонный цилиндр высился посреди леса на принадлежащей Зейтманам земле. Опоясывающий верх башни балкон придавал строению грибообразный вид. Ни одного окна, только дверь на балкон и широкие ворота внизу. И – невероятно мощные утечки магии, идущие откуда-то из внутренностей верхнего яруса. А когда Чиба – без намёка на улыбку! – начал объяснять про проход в параллельный мир, построенный высокоразвитым народом людей-магов... Тодден не верил своим ушам. И чтобы совсем уж его добить, сенатор перешёл к планам укомплектовать ту гипотетическую частную армию наёмными офицерами из другого мира. Причём Чиба говорил совершенно серьёзно, словно бы не понимая всей дикости подобной концепции.

Когда Тодден осторожно намекнул, что вряд ли сможет сработаться с людьми в роли офицеров, Чиба только отмахнулся. Заявил, что всё предусмотрел, выдал две бочки с ртутью, снабдил знаниями странного языка, и велел устроить испытание для Хозяина Башни. Которым, как потом выяснилось, оказался двадцатипятилетний мальчишка. Человек. Причём биологически, насколько можно судить, точная копия их собственных людей – хотя без вскрытия полностью уверенным быть нельзя, конечно. Магический потенциал у него оказался весьма средненький, умения этим потенциалом пользоваться – и вовсе низкие... Тоддену пришлось постараться, чтобы сымитировать относительно честный поединок и при этом не зашибить ни человека, ни его спутницу, которая была и старше, и способнее, и биологически какая-то странная. Но нужной цели бой достиг – Тодден смог убедить себя, что имеет дело с пусть диковинной, но разновидностью эльфов. В конце концов, не в ушах счастье... К тому же после краткого визита на ту сторону Тодден проникся уважением к тамошней технике. А особенно – к потокам энергии, с которыми эта техника имела дело. Тот же переход между мирами постоянно поддерживался включённым, наподобие лампочки в карцере. А ведь энергии затрачивалось больше, чем вырабатывали все электростанции Готтдома вместе взятые... И вот разумных личностей с такими возможностями Чиба собрался нанимать? Тем не менее, сенатор на полном серьёзе начал серию переговоров с тем самым мальчишкой. Который, в свою очередь, не менее серьёзно подтвердил готовность предоставить персонал – не сразу, но в ближайшем будущем. Тодден про себя гадал, чем Чиба собирается расплачиваться. И не пытаются ли им с той стороны подсунуть банальных шпионов под видом наёмников?

***

Моё лечение затянулось на невыносимо долгие пять дней. Хорошо, хоть протекало оно почти что безболезненно – Фрин всё-таки профессионал. И отработал деньги до последней монетки: одна только гладкая, без единого изъяна кожа чего стоила! Белая, с чуть заметным фиолетовым оттенком, восхитительная в своей ненатуральности. А тщательно вылепленное лицо, почти точно совпадающее с моей картинкой, было столь прекрасно, что я даже пообещала себе не злоупотреблять выпивкой – чтобы не запортить эту красоту слишком быстро. Рога тоже выглядели как надо, хотя предсказанные доктором проблемы проявились во все красе: и на боку не поспишь, и к новым габаритам головы я пока не привыкла... Но по крайней мере теперь можно было поставить мысленную галочку – «мечта выполнена».

Своё лицо я рассматривала в гардеробной, которая у Фрина оказалась хоть и сговорчивой – никакой многоголосицы и, конечно же, никаких склок, но зато тупой до невозможности. Любой предмет одежды приходилось описывать во всех деталях, а потом ещё и долго подгонять, чтобы не сборило, не топорщилось, и при этом не душило... Но я справилась. Теперь на мне красовалось, условно говоря, платье – закрывавшее шею, но не плечи, и весьма плотно облегавшее грудь, а облегать там теперь было очень даже чего. Но при этом никакого декольте. А вот начиная от талии «платье» превращалось в две довольно короткие полосы ткани, спереди и сзади, шириной как раз в ту самую талию. Они вроде бы даже что-то там прикрывали – если стоять по стойке «смирно» в безветренный день. Реальной же их задачей было подчёркивать широту бёдер. Наряд дополняли чулки и длинные перчатки без пальцев, изготовленные из всё той же тёмно-синей плотной ткани с серебристой вышивкой и светящимися камушками, что позволяло создать впечатление скорее штанин и рукавов, чем нижнего белья. Ну и конечно же, туфли на толстой подошве и высоком каблуке – тоже тёмно-синие, визуально сливающиеся в одно целое с ногами. Благодаря стараниям доктора, ничего особенного я не ощущала, разве что выше стала сантиметров на пятнадцать... Первоначально я хотела этим и ограничиться, ну плюс ещё новенький кинжал в ножнах на правом бедре, и вволю посверкать практически ничем не прикрытой задницей. Но потом обнаружила, что стринги при таком наряде только добавляют сексуальности, и к тому же избавляют от нежелательных ассоциаций с официанткой. А снять их при необходимости будет совсем не трудно...

– Выглядите прекрасно, – вежливо заметил Фрин.

Появление в гардеробной доктора отчасти вернуло меня к реальности. Ведь и правда, так на себя в зеркало можно до бесконечности пялиться. А у меня дела и поинтереснее есть.

– Да, вы проделали великолепную работу, – согласилась я. – Деньги будут вам доставлены в течение суток.

– Можете особо не торопиться, – отмахнулся доктор. – Если запоздаете, я просто перешлю счёт Зейтману-младшему.

– Вот это как раз и есть веский повод поторопиться. Не желаю иметь ничего общего ни с одним из Зейтманов.

– Это уже ваше дело... Рад, что вы довольны моей работой.

– Да-да, намёк поняла, уже ухожу. Просто никак не могла налюбоваться своей новой улыбкой.

Я и в самом деле улыбнулась ещё раз, не отрывая взгляда от зеркала – все зубы такие ровные, такого естественного цвета. И весьма заметные клыки, придающие хищную нотку... Я тряхнула головой и наконец очистила помещение.

***

Деньги в банке на этот раз удалось получить без малейшей заминки: Афеля дожидался меня в операционном зале, и даже выглядел вполне бодро. Возможно, эта оперативность была как-то связана с парочкой шпиков, что сопровождала меня, особо не скрываясь, от самого дома Фрина. А может, он просто велел секретарю позвонить в банк?

Обратно в кабинет к доктору я телепортнулась – не тащить же тяжеленный мешок на своём горбу, и, о чудо, обошлось даже без позывов к тошноте. Вот что значит хорошее лечение.

– Быстро вы, – заметил Фрин, отрываясь от очередной картонной папки.

– Тут вся сумма, – я пнула тихо звякнувший мешок. – Можете пересчитать, если не верите.

Под сумрачным взглядом доктора мешок проволочился по полу и тяжко вспрыгнул на стол. Фрин рассеяно взглянул на бирку.

– Подписи старины Афели можно верить – если речь идёт о деньгах, конечно. Так что мы в расчёте. Приходите ещё, – улыбку он изобразить не потрудился.

– Если ваши архаровцы будут меня искать, то я направляюсь в «Ушастик» на Торговой площади.

– Вас тревожит «наружка»? Я пытался объяснить Анхавенам, что в вашем случае она не требуется, да и бесполезна, но они очень беспокоятся за свой город.

– Что вы, наоборот! С эльфами на службе гораздо приятнее иметь дело, чем со случайными прохожими. Они гораздо более предсказуемы.

– Очень рад, – бесстрастно выговорил доктор, возвращаясь к своим бумагам.

На Торговую площадь я отправилась снова телепортом – главным образом чтобы проверить, что и в самом деле вылечилась.

***

Бар в Сюрмеере принадлежит тому же владельцу, что и столичный, поэтому и вход выглядит так же: зеркальная дверь в зеркальной витрине, выгравированный остроухий силуэт вместо вывески. Но порядки тут гораздо демократичнее – основная касса делается с людей, платящих тройную цену за самые обычные напитки, но подаваемые в Настоящем Эльфийском Баре с настоящими полуголыми официантками. Давиться жирным молоком никого не заставляют – чтобы не навредить бизнесу.

Зал сегодня, как и всегда, был почти полон. Но наблюдался ряд странностей: во-первых, слишком тихо. Во-вторых, слишком много эльфов, чуть ли не четверть публики. В третьих, прямо напротив двери, спиной к входу у стойки сидел... нет, сидела некто в изумрудном бархатном мундире Скрытой Стражи. Причём сидела в гордом одиночестве: от ближайших соседей с обоих сторон отделяло по три пустых места.

Почти сразу я узнала ауру Несси. На миг замерла в дверях – очень уж не хотелось на неё отвлекаться, но бегство смотрелось бы смешно... Вздохнув, взяла себя в руки и пошла вперёд, к стойке. Подойдя поближе, я учуяла характерный кислый запашок. Вдобавок к мундиру Несси пила антиабстинентный отвар – на манер коктейля, через трубочку. Неудивительно, что вокруг неё образовалось пустое место.

– А что мы такие официальные сегодня? – спросила я вполне дружелюбно. – Ты же вроде как в Скрытой Страже служишь, а не в полиции.

– Скрываться от вас всё равно бессмысленно. – Несси подчёркнуто медленно обернулась, подняла взгляд... Наигранная скука мигом сменилась восторгом. – Вау! Госпожа Лиа! Чиба предупреждал, что вас нельзя беспокоить, потому что вы в загуле, но такого я не ожидала! Круто!

– Загул только начинается, – возразила я, усаживаясь на соседний табурет.

– А мундир нужен, чтобы никто возникать не начал, – закончила объяснение Несси, выкладывая на стойку амулет. Формой и размерами он напоминал карманные часы в серебряном футляре.

Профиль амулета я распознала сразу – противопрослушивалка. Стоит только открыть крышку, и можно будет поговорить без лишних ушей. Даже наши черты лица будут для стороннего наблюдателя смазаны, чтобы нельзя было слова по губам прочитать.

– Пока я вас ещё слышу, – вмешался бармен, – что будете пить?

– Блевотину, – я кивнула на нессин стакан и выложила золотой аванса. – То есть абстинентную дрянь. Двойную порцию. Во время допроса в качестве подозреваемой следует сохранять ясную голову, и следить за языком.

Я слегка подтолкнула локтем Несси. Та ответила вымученной улыбкой.

– Эта кислятина пользуется сегодня бешеной популярностью, – заметил бармен.

– Ещё бы, – согласилась Несси. – Тут же пол-зала разных шпиков набилось. Агенты семейства Анхавен с заданием «проследить и не допустить порчи имущества». Агенты семейства Зейтман с заданием «проследить и помочь уладить неприятности». Агенты столичной Конторы с заданием «проследить, но не вмешиваться». Ну и я до кучи.

– Разве ты не по поручению Чибы? – удивилась я.

Несси дождалась, пока бармен наполнит мой стакан, открыла крышку своего амулета, и только потом ответила.

– Нет. Формально я по поручению госпожи Юи – она телепортнула меня сюда в обмен на подробный отчёт о вашем состоянии... Кстати, рада, что сообщу ей только хорошие новости. Но на самом деле я тут от себя лично.

Амулет приглушил шум и изрядно размыл все предметы за пределами сферы неслышимости, так что мне волей-неволей пришлось сосредоточиться на лице собеседницы. Несси задумчиво хмурилась.

– Чиба-то тебе дело говорил, – я сознательно подзатянула паузу, мелкими глотками отпив примерно треть стакана. – Сейчас я не имею ни малейшего желания рассуждать о нём, или его делах... И тем более я не согласна поступать к нему на службу. А вот как следует отдохнув и расслабившись, я могла бы и переменить мнение.

– Вот поэтому я и пришла к вам именно теперь, – Несси неуверенно помялась. – По-моему, он лезет туда, куда лезть не следует... Но что я могу? Если, например, я припрусь в Сенат и заявлю, что Чиба вербует для Тоддена людей-волшебников из параллельного мира... Они же решат, что я с катушек съехала.

– Прям с языка сняла, – не удержалась я. – Всем известно, что люди магами не бывают, а параллельные миры... Чисто теоретически концепция известная, но что касается практики...

– И тем не менее, – упрямо продолжила Несси. – А ведь самое-то поганое... Когда они убедятся, что это правда, они и не подумают Чибе что-то там запрещать. Нет, они захотят себе таких же наёмников.

– Да откуда эти люди-маги взялись-то? Что, у Чибы в подвале сидит гениальный изобретатель? И почему я их не видела? Магические способности от меня не скроешь.

– Я их тоже не видела, пока Чиба не познакомил меня с мальчишкой, которому принадлежит башня перехода. – Несси помолчала и с неохотой добавила: – Уже довольно давно познакомил... А гений если какой и есть, то не у нас: переход построен полностью с той стороны.

– А вот это уже опасно.

– Вот именно! У Зейтманов там целая артбригада башню под прицелом держит, но всё равно... – Несси опять замялась. – Мне было бы гораздо спокойнее, если бы там за порядком присматривали вы. Причём в первую очередь присматривать надо за самим Чибой. Хотя Тодден меня тоже беспокоит.

– Чиба – сенатор, – напомнила я. – Выше меня по рангу. Присматривать за такими – задача Скрытой Стражи. То есть твоя. Почему ты ищешь помощи у меня, а не у своего начальства? У той же Юи, например?

– Потому что госпожа Юи отказывается говорить со мной про Чибу, – зло прошипела Несси. – О чём угодно, но только не о деле.

– А, так она разыгрывает классическую схему... – я снова нарочито медленно отхлебнула из своего стакана. – Зря. Ты уже старовата для такого. И, самое главное, не доверяешь ей всецело и безоговорочно, а без этого не сработает.

– Какую ещё «схему»?

– Классическую. Сначала ученице поручается сложная задача. Просто поручается, «пойди и сделай», никаких пояснений. Пока ребёнок корячится в меру своих сил и умений, наставница наблюдает, отпуская язвительные комментарии. Когда всё заканчивается провалом, то можно и порку устроить... Или, как минимум, словесно втоптать ниже плинтуса. И только потом наконец излагаются инструкции. Но с тобой это не сработает, понятно же. Юи тебе не мать, и вообще не родственник. Да и мозги у тебя уже более-менее варят.

– Спасибо за лестную оценку, – пробурчала Несси. Потуга на сарказм вышла довольно слабой. – Но мне реально нужны эти самые инструкции. Скрытый Советник и два его заместителя вечно пьяны, Юи молчит, других коллег я просто не знаю. Да я даже не уверена, что они вообще есть! А Чиба с Тодденом всё химичат. Не верю я, что они ради каких-то колоний стараются. Слишком много усилий...

– Тодден весьма могущественен, – проронила я задумчиво. – То есть, конечно, да, его можно отправить в колонии. Но это означает «оставить без присмотра», что, очевидно, глупо и опасно. Безопасный вариант решения – пришить его. Немедленно, безо всяких сюсюканий.

– Чиба будет резко против, – возразила Несси.

– А Зейтманы слишком богаты, чтобы игнорировать их мнение, – кивнула я. – Есть ещё умный способ решения проблемы – инкорпорировать Тоддена. Назначить его на действительно важную должность, отдать ему, например, армию. Да он и в консулах неплохо смотрелся бы...

– Он же Тёмный! – Несси не столько возмутилась, сколько удивилась.

– Он эльф, и он дееспособен. Этого достаточно, – отрезала я. – Если ничего не предпринимать, то реальная власть утечёт людям. Какому-нибудь очередному Зарку. Хотя, – добавила я после короткого раздумья, – консульство будет, пожалуй, перебором. На данном этапе. Но в генералах он смотрелся бы действительно неплохо.

– А я думала, вы его ненавидите...

– Ну, скажем так, меня весьма радует, что в армии я больше не служу. Оказаться его подчинённой... Нет, ни за что. Но стране он бы мог принести пользу. И он бы был на самом виду. Под присмотром. Чуть оступится – офицеры его прикончат, и никакой Чиба уже не поможет.

– А вы? Поможете?

– Тоддену? – уточнила я с ленивой улыбкой.

– Да нет же! Мне.

– Если ты хочешь от меня чего-то большего, чем совет, – принялась я объяснять подчёркнуто спокойно, – то ты должна приходить с конструктивным предложением. Конкретная должность, кто начальник, кто подчинённые, какие обязанности, какое жалование... Чиба это понимает, но его предложение меня не устраивает. Если я нужна тебе, то организуй что-нибудь более... привлекательное.

Нессино лицо вытянулось. Она открыла рот, закрыла... Наконец выдавила:

– Понятно...

Не глядя захлопнув крышку амулета, она выложила на стойку два золотых.

– Ты не останешься на вечер? – удивилась я.

– А то я не видела вас в пьяном виде, – зло огрызнулась Несси. – Лучше уж домой поеду. Автобусы ходят каждые полчаса.

Я внимательно посмотрела на её печальное лицо – воплощённое разочарование и безысходность, потом кинула взгляд на набитый шпиками зал, и решила:

– Подкину тебя до столицы. Ты же эльф и стражник, какие ещё автобусы!

Положила руки ей на плечи, быстро сосредоточилась, короткий прыжок – и мы оказались на городской набережной.

– Я и сама прекрасно доберусь... – пронудела Несси.

Игнорируя реплику, я обошла её со спины, снова положила руки на плечи. Ещё один прыжок – и мы оказались над морем где-то в километре от берега. Причём очень так хорошо «над»: до воды предстояло лететь метров триста.

– Госпожа Лиа! – в панике взвизгнула Несси, инстинктивно пытаясь за меня ухватиться.

– Не вертись, – я сама схватила её в объятия. – Расслабься. Просто смотри. А то ведь всё самое интересное пропустишь!

Мы падали уже с приличной скоростью. Несси ещё успела что-то там нечленораздельно пискнуть, пока я заканчивала подготовку и запускала каскад телепортаций. Прыжок – прыжок – прыжок... Мы оказывались то у самой воды, то чуть ли не под облаками, непрерывно падая, и нигде не задерживаясь дольше, чем на пару секунд. Я проложила маршрут вдоль берега – так и ориентироваться проще, и пейзажи занятнее. Шум моря, крики чаек, ветер в лицо. Прыжок – прыжок – прыжок... Упоительное ощущение могущества, власти над пространством... И свободы. Не полёт птицы, конечно, но что-то очень близкое. Из последнего прыжка мы вышли напротив самого модного пляжа столицы, метрах в пятидесяти от берега и десяти – над водой. Вертикальная скорость набралась весьма приличная, поэтому пришлось создать стопку тормозящих силовых плоскостей. И всё равно в воду мы плюхнулись очень громко, но хотя бы обошлось без травм.

С пляжа я планировала доставить Несси в комендатуру полиции – уже обычным телепортом, без выпендрёжа; но, по доведённой до автоматизма привычке сканируя окрестности, обнаружила ауру Юи – совсем недалеко, в паре сотен метров. Так что из воды, прямо с глубины, когда мы наконец оттормозились, я перенесла нас к разведчице. Она самым примитивным образом валялась на шезлонге под зонтиком – в легкомысленном сарафанчике, в тёмных очках, с какой-то книжкой в руках...

Я наконец отпустила Несси и счистила с себя воду – одним резким заклинанием, эффектным и эгоистичным, обрызгивая всех вокруг. Впрочем, большая часть брызг досталась песку: под вечер пляж довольно пустынен. Юи проворно прикрыла лицо книжкой, а и без того мокрая Несси только хмыкнула. Она уже не выглядела такой надутой, но и её обычного оптимизма как-то не наблюдалось.

– Что, так не умеешь? – я не удержалась от самодовольной улыбки. – Ничего, мне не жалко и тебя посушить.

Соорудив простенький силовой щит между нами, я почистила и её. Юи досталась вторая порция брызг...

– Госпожа Лиа, – пробормотала разведчица. – Трезвая, вредная и могущественная. М-да-с.

– Ты пошто ребёнка обижаешь? – весело спросила я, слегка пнув шезлонг. – Только посмотри на её постную рожицу.

Юи со вздохом отложила книжку, подняла очки на лоб и внимательно осмотрела Несси.

– Пустяки, – равнодушно резюмировала она. – Рожа как рожа. Бывало и похуже. – Юи перевела взгляд на меня. – А вот ты выглядишь значительно здоровее. Хотя эти рога... – она фыркнула.

– Ты что, – я пнула шезлонг сильнее, – и правда решила оставить Несси один на один с проблемами?

– Мне бы её проблемы, – ещё раз вздохнула Юи. – Чиба – прекраснодушный светлячок. Его же воспитывали под сенатора, не забывайте. А Тодден – безвольный тюфяк, не осиливший устроить военный переворот даже у себя дома, где ему было бы и проще, и легитимнее... Ничего они не натворят.

– А как же наёмники?! – не удержалась Несси.

– Наёмники на то и наёмники, чтобы выполнять приказы, – отмахнулась Юи. – Всё это фигня.

– Ещё одна мрачная рожа, – недовольно подытожила я. – Ты-то что в таком трауре? Кто-то умер?

– Да. Генерал Пиат.

– Только не говори, что всю жизнь в тайне его обожала. Всё равно не поверю.

– Верно, любить я его совсем не любила. И теперь начинаю думать, что зря. Могла же переубедить Чибу... А теперь, когда я объявила Сенату, что генерал – всё...

– Кстати, кто его наследник? – перебила я. – Ведь, в отличии от флота и полиции, армия до сих пор числится частной лавочкой, личной собственностью Пиата. Типа, наёмники, работающие по контракту с Сенатом. Хотя последние лет пятьсот организация всё больше и больше огосударствлялась...

– Ты, значит, ещё не слышала столичных новостей, – оживилась Юи. – Юридического наследника нет. Биологический ближайший родственник – похоже, ты...

– Вот только не пытайтесь повесить всю эту хрень на меня!

– Никто и не вешает, – злорадно объявила Юи. – Ты всё профукала, сидя у Фрина. Сенат единогласно решил, что достойных наследников нет, что собственность выморочная, что казна её забирает, и теперь там ругань до самой люстры: решают, кто станет новым генералом, и за места штабных офицеров тоже драка. Причём, – Юи снова погрустнела, – их интересует вовсе не командование как таковое...

– Догадываюсь, – кивнула я. – Вообще странно, что на эти места нашлось больше одного кандидата, да к тому же из сенаторов. Нет, даже не так: удивительно, что больше нуля.

– Ничего удивительного, – опять вздохнула Юи. – Ведь генералу и штабистам можно трахать старшую волшебницу. И других волшебниц тоже... А старшая-то волшебница сейчас я! Когда прихожу на заседания, они чуть ли не раздевают меня своими жадными взглядами...

– Вот уж не ожидала, что наших сенаторов интересует этот вопрос, – я недоверчиво покачала головой. – Или что у них какие-то проблемы с удовлетворением этой потребности, раз уж она возникла.

– Активничает младшее поколение. Да и из них не все, а только наиболее задавленные своими бабушками, мамочками и старшими сёстрами.

– Отправьте их на экскурсию, – вклинилась Несси. – В, э-э, заведение нужного профиля. Зейтманы владеют такими в каждом порту, а в столице – даже несколькими. Включая высший класс. Могу помочь организовать.

– И вот её ты называешь ребёнком? – возмущённо поинтересовалась у меня Юи. – Я уже прорабатываю этот вариант, – пояснила она Несси. – Но тут проблема в тех самых мамочках, к сожалению. Про заведения-то сенаторы и без меня знают.

– Организуйте похищение, – фыркнула я. – При помощи Тоддена и его наёмников.

– Тебе хорошо говорить.

– По крайней мере, – продолжила я уже более серьёзно, – хищные взгляды гарантируют, что тебя не планируют обвинять во всех бедах Артена. И увольнять с позором тоже не планируют.

– Да-да, – вяло кивнула Юи. – Важно сохранять оптимизм в любой ситуации. Тысячу раз это слышала.

– Слушай, ну не тянут какие-то там взгляды на вселенскую скорбь!

– Просто о других моих проблемах рассказывать бессмысленно, – Юи села на шезлонге и нашарила сандалии. – Их показывать надо. До комендатуры ты отсюда допрыгнешь?

Моих талантов с запасом хватает на любые перемещения в черте Города за один прыжок, и Юи это прекрасно известно. На самом деле этот вопрос означал «будешь смотреть, или куда подальше пошлёшь?»

– Ну конечно допрыгну, – согласилась я почти без колебаний. – Ты же так старалась, кроила печальное личико... Надо тебя вознаградить.

– Ко входу в Скрытую половину, – уточнила Юи.

Она прикоснулась к Несси и телепортнулась. Я прыгнула следом.

Несмотря на название, Скрытый вход в комендатуру выглядит вполне обычно: шестиколонный портик, блестящая табличка, массивные дубовые двери с тугой пружиной... За дверьми ещё и вахтёр имелся. Человек, конечно.

Юи и Несси по очереди приложили руки к зачарованной пластине из огненного опала, от их прикосновений послушно менявшего цвет на зелёный: «доступ разрешён».

– Эта со мной, – бросила Юи вахтёру, указывая на меня.

– По идее, у меня и так должен быть доступ по всему зданию, – возразила я, в свою очередь прикладывая руку.

Пластинка ожидаемо позеленела.

– Интере-есно, – протянула Юи.

– Мне довольно часто приходилось доставлять Лей Эля на работу, – объяснила я. – Даже, пожалуй, слишком часто.

– И старый молокосос не нашёл ничего лучше, как дать тебе полный доступ, – вздохнула Юи. – Понятно. Нам сюда, – она указала на лестницу.

Вход на второй этаж охранял ещё один вахтёр с пластиной – всё так же охотно пропустившей всех нас троих.

– Тут персонал – только эльфы, – пояснила Юи, как только дверь захлопнулась за нашими спинами. – Люди все внизу.

Короткий коридор – всего десять плотно закрытых кабинетов. Что самое странное – подозрительно тихих кабинетов. Шум создавали только наши шаги.

– А вот, так сказать, святая святых, – Юи подвела нас к двери в конце коридора.

Табличка гласила: «Скрытый Советник Ниненкабуз».

– Вуаля, – разведчица широко распахнула дверь.

В нос шибануло знакомое амбре – спирт и мёд. С точки зрения человека, в кабинете за роскошным столом сидел длинноволосый светлый эльф, злоупотребляющий разнообразными напитками. Многочисленные бутылки громоздились на столешнице, ещё более многочисленные документы высились кипами прямо на полу. Да, человек бы увидел именно это. Я же видела старательно запрограммированного голема, обвешанного заклинаниями иллюзии, и украшенного личной магической печатью Лей Эля – чтобы кто-нибудь сдуру не перепутал. Впрочем, примерно треть бутылок оказались настоящими – для создания запаха, наверно. И сваленные на полу бумаги тоже были вполне реальные.

– Пьёт, как и всегда, – недовольно буркнула Несси.

– Э-э... – я от удивления даже не сразу нашла нужные слова. – Одно из двух: либо вы держите меня за дуру, не способную это опознать, либо вы сами уж не знаю кто, если не способны это опознать.

– Что «это»? – подозрительно осведомилась Несси.

– Да при чём тут «опознать»! – возмутилась Юи.

– Это – голем под иллюзиями, – пояснила я для младшей. – И Лей Эль мне уже его показывал. Точнее, хвастался.

– Небось и делали его с вашей помощью, – предположила Юи.

– Нет, они с Ни-Ни сами справились. Потому и хвастался.

– А где же тогда Скрытый Советник? – недоверчиво вопросила Несси. Она подошла к голему вплотную и даже потыкала пальцем. – На ощупь – вполне нормальный эльф. Живой.

– Да, это хорошая, качественная иллюзия, – кивнула я. – А где Советник – не знаю. Он же Скрытый, не забывай. Лучше объясни, – повернулась я к Юи, – зачем ты сюда меня позвала.

– Так вот ради этого, – она кивнула на голема. – Я же не знала, что ты сюда как к себе домой ходишь... Понимаешь, раньше, в смысле, пока я в последний раз не отправилась за море, Ниненкабуз тутбывал. По крайней мере с утра и до обеда. Разбирался с бумагами, – она пнула ближайшую стопку, – давал ценные указания. А теперь тут только это. И у его заместителей – тоже.

– С самого твоего приезда? – уточнила я.

– Да! Я своё начальство в глаза не видела! И вообще ни одного эльфа из Скрытых! А бумаги с первого этажа всё прибывают, – она снова пнула пачку. – Я же армейский разведчик! И ни куста не смыслю в этих городских делах. Не говоря уже о том, что подделывать подпись начальника, не имея прямого приказа... – она печально махнула рукой.

– Но подделать всё же можешь? – заинтересовалась Несси.

– С технической точки зрения – да. Ничего сложного.

– И ты уже который день куксишься, вместо того, чтобы решать вопрос? – полувозмутилась-полуусмехнулась я. – Скрытая Стража считается подразделением полиции, и подчинена полицмейстеру, так? Вот пойдём у него и узнаем.

Я уже бывала тут несколько раз, так что сориентировалась достаточно быстро: не заставленных мебелью участков стен в кабинете было довольно мало, а сучок хитрой формы на стенной панели – только один. Правда, Юи уже успела нагромоздить бумаг перед замаскированной дверью. Пришлось их передвинуть.

– Он же всегда пьян, – возразила Юи, зачарованно наблюдавшая за моими манипуляциями.

– И протрезвляющих заклинаний я не знаю, – согласилась я, распахивая наконец дверцу, за которой начинался узкий, скупо освещённый закатным солнцем коридор. – Но Фрин упоминал, что может вывести его из запоя. Идёмте, – я первая протиснулась в потайной ход.

– Фрин... – протянула Юи. – Да, Фрин, скорее всего, может и не такое.

– Твоему голосу не хватает энтузиазма.

– Этот паук вгоняет меня в дрожь.

– Ну, это твои проблемы... Кстати, он потребует денег. У вашей конторы есть какие-нибудь средства на непредусмотренные расходы?

– Хорошо, что напомнила. Пойду займусь этим вопросом, – Юи зашебуршилась, разворачиваясь в узком коридоре. – С полицмейстером вы и вдвоём с Несси справитесь.

– Эй, я не дотелепортирую двоих до Сюрмеера!

– Встретимся у входа, – бросила через плечо стремительно удаляющаяся Юи.

– Знаете, госпожа Лиа, – вполголоса произнесла Несси, – по-моему, госпожа Юи полицмейстером брезгует.

– Я всё слышу!.. – донеслось до нас из кабинета.

– А мы тебя не боимся! – проорала я в ответ. – Очень может быть, что и брезгует, – согласилась я уже тише. – Он бывает весьма неопрятен.

Мы наконец добрались до не менее узкой дверцы, ведущей в кабинет Лей Эля.

Воняло тут ещё похлеще – не только спирт и мёд, но и рвота с поносом. К счастью, полицмейстер обнаружился в своём кабинете – самый настоящий, не какая-нибудь там иллюзия. Лей Эль мирно спал. Под столом. В луже собственной блевотины. И никого постороннего.

– Следует признать, тут есть, чем брезговать, – продолжила я подчёркнуто нейтральным голосом. – Открой окно, пожалуйста.

– А по мне, так ничего особенного, – возразила Несси. Но окно всё-таки открыла. – Видала я и похуже. Например, вас.

– Так и знала, что не упустишь случая напомнить.

– Но это же правда.

– Я в курсе. Поможешь его тащить. Как жаль, что по всему зданию телепортация заблокирована...

«Явная» половина комендатуры не пустеет никогда – посменное круглосуточное дежурство, постоянная готовность, и так далее, подробности смотри на пропагандистском плакате. Но спросить, кто мы такие и куда несём полицмейстера, никто даже и не попытался. Думаю, даже если бы его похищали Тодден и Шази, громко обещая при первой же возможности утопить в бочке с ртутью, господа полицаи всё равно постарались бы ничего не заметить. Бедняга Лей Эль порядком их всех достал... А тут: Несси – в форме, от моего прикосновения – опаловые пластинки зеленеют, лепота! Можно спокойно заниматься своими делами.

Юи, как и обещала, поджидала у входа в здание, демонстративно морща носик. В руках у неё позвякивал увесистый мешочек с банковской биркой.

– Надеюсь, тут хватит.

– Я тоже надеюсь, – согласилась я, прикидывая маршрут.

– Три прыжка, я уже рассчитала, – Юи прикоснулась к моему плечу и продемонстрировала сформированный, но ещё не накачанный энергией каркас заклинания.

Маршрут самый что ни на есть консервативный: вдоль шоссе, с паузами возле общественных реперных точек. Я согласно кивнула, Юи переложила руку на плечо Несси, мы синхронизировались... К счастью, работать в паре мы научились ещё в армии, и всё прошло без проблем. Из последнего прыжка вышли у самого порога фринова особняка.

– Не знаю его внутренней планировки, – пояснила Юи.

– Значит, помогай волочь, – велела я. – Надеюсь, Фрин не заставит ждать нас до утра.

Конечно, это было нарушением ритуала... Но тащить через весь город обделавшегося, мертвецки пьяного полицмейстера – развлечение совсем не в моём вкусе.

Секретарь молча распахнул дверь кабинета своего начальника. Фрин всё так же ковырялся в горе исписанной бумаги.

– Вероятность, что вы притащите ко мне Лей Эля сегодня же, – объявил он, поднимая взгляд, – я оценивал процентов в сорок. А вот что вы прибудете под конвоем Скрытой Стражи я, признаться, не ожидал.

– Мы тут в роли носильщиков, – поспешила объясниться Юи. – И деньги плачу я, а не Лиа. Двести золотых хватит?

– Смотря на что, – заметил Фрин. – За простое протрезвление этого даже многовато будет. Восстановление изношенных внутренних органов – уже придётся доплатить. А вот, например, допрос – ни за какие деньги. Разве что вы принесёте судебный приказ, утверждённый Сенатом.

– А восстановление головного мозга? – поинтересовалась я. – Вы же говорили, что можете вывести его из состояния деменции. И вообще, с его мозгом можно что-то сделать? Быстро, я имею в виду. Ведь головы эльфов защищены от магии.

– Защитными свойствами обладает лишь мозговая оболочка, – пояснил Фрин. – А не сам мозг. Если действовать хирургической пилой и скальпелем достаточно аккуратно, то можно достичь значительных результатов, – он жутковато улыбнулся. – Но, кстати, я совершенно не уверен, что это потребуется в данной конкретной ситуации. И в любом случае, сперва надо убрать всю дрянь из его крови.

– Хорошо, – согласилась я. – Сначала вы его протрезвите, и я сама, лично, попробую его расспросить. И если выяснится, что нужной информации он выдать не может...

– То тогда что? – удивлённо поинтересовался Фрин. – Я могу восстановить повреждённые участки мозга, а не потерянные воспоминания. Мне их попросту неоткуда взять.

– Короче, там и решим, – отмахнулась я. – Сначала протрезвление. Юи, ты согласна?

– Да, – ответила она необычайно кротко.

– Минуточку, – пробормотал Фрин, заполняя бланк. – Деньги оставьте, секретарь подготовит сдачу к вашему уходу... Так, готово. Подпишите каждый из экземпляров.

Юи с деревянным лицом проследовала к столу, положила золото и подписала заказ-наряды. Фрин внимательно проверил подпись, спрятал свой экземпляр в папку, и повелительно взмахнул рукой:

– Соберитесь в кучку. Не хочу затягивать... И пачкать ковры в половине дома тоже не хочу.

На мой взгляд, мы ничего такого особо не запачкали, да и Лей Эля старались брать за самые неизгвазданные места, но эти доктора таки чистюли... Юи снова прикоснулась к Несси, Фрин медленно выбрался из-за стола, прикоснулся ко мне, и телепортнул всех. Куда-то в подвал.

Просторное, высотой в два этажа помещение без окон освещал яркий электрический свет. Все поверхности устилал мелкий белый кафель. На полу среди плитки темнели решётки водостоков. Посередине стоял одинокий стол из нержавейки, навевая ассоциации с прозекторской.

– Тело – туда, – Фрин указал на стол. – Сами встаньте рядом.

– Зачем? – подозрительно поинтересовалась Юи.

– В заказе был пункт «чистка», – ехидно пояснил Фрин, отходя в угол. – Предпочитаю не терпеть грязных эльфов. И вообще грязь.

– Э-э... – только и успела проблеять Юи.

Нас окружил стакан силового поля, и тут же сверху обрушился поток воды. Чистой и даже тёплой – к счастью. И ещё раз к счастью, вместо шампуня Фрин применил магию, так что всё закончилось секунд за десять, а потом воде позволили стечь. В качестве побочного эффекта наша с Несси одежда выглядела теперь весьма потёртой, Лей Эль оказался и вовсе голым, а вот надетый на Юи сарафан почти не пострадал.

– Я же сказал – «положите», – недовольным тоном процедил Фрин. Не дожидаясь нашей реакции, он окружил полицмейстера силовым полем, поднял в воздух и подвесил вниз головой. – А теперь – отойдите. Желудок у него не совсем пустой, к сожалению...

Эту команду мы исполнили гораздо резвее. Фрин снова включил большой «стакан». Затем в Лей Эля полетела «Полная Трезвость». А потом – ещё один душ, чтобы смыть рвотные массы... Затем чистый, голый, и абсолютно трезвый полицмейстер оказался на столе, в лежачем положении. Впрочем, он почти сразу очнулся и пробормотал что-то вроде «где я?»

Фрин отключил все силовые поля и слегка поклонился:

– Ваш ход.

– По крайней мере, он говорит, – задумчиво проронила Юи.

А я тем временем сосредотачивалась, чтобы вызвать «боевую ярость». Без привычного набора амулетов это оказалось очень непросто; пришлось вспомнить кое-что из давних, детских ещё уроков, преподанных дражайшей мамочкой после порции живительной порки... Да, трудно, но я собиралась совершить по-настоящему плохой поступок, и мне требовалась «ярость». Ещё парочка жгучих воспоминаний, и наконец получилось: поле зрения сузилось, время замедлилось, и, что самое главное, отключились те части мозга, что отвечают за мораль и самокопания. Остался чистый разум, нацеленный на конкретную задачу, и с весьма расширенным набором средств – я буквально чувствовала энергию, волнами перекатывающуюся где-то под кожей. Иллюзия, конечно, но такая приятная.

– Эй, – Юи машинально отступила на пару шагов, – тебе не кажется, что это слегка перебор?

Несси явно тоже что-то почувствовала, но, похоже, «ярость» опознать не смогла. Фрин молча окружил себя мощным щитом.

Я поймала взглядом голубой отсвет собственных глаз на мокром кафеле, улыбнулась, и двинулась на Лей Эля. Который как раз садился. Меня он заметил слишком поздно, попытался отползти, чуть не свалился со стола...

Полицмейстер заметно выше меня, и тяжелее, а восстановление скелета – весьма дорогое удовольствие. Поэтому я сначала сформировала поддерживающую силовую сеть, и только потом схватила Лей Эля за горло и вздёрнула в воздух. Нагрузка на руку – и, зеркально, на его дыхательные пути – составила килограммов десять; с одной стороны, довольно убедительно, а с другой – совсем не фатально. И говорить он сможет.

– Ни-Ни отчитывается перед тобой, – произнесла я равнодушно. – Выкладывай, где он сейчас.

Для окружающих мой голос сейчас звучал ускоренно, почти как писк, но Лей Эль был достаточно опытен, и достаточно трезв, чтобы внимательно вслушиваться.

– А если я скажу, что был пьян, и не помню? – медленным басом выдавил он сквозь сжатое горло.

– То я тебе не поверю, – ответила я всё так же холодно. – Знаешь, меня давно занимали некоторые странности твоего черепа. На коже нет шрамов, но вот структура костей... И плюс намёки Фрина дали пищу для размышлений. Ты ведь купил себе неубиваемую память, верно? Никакой деменции у тебя нет, и не было. Только опьянение. Передоз молока.

– Ничего такого я не покупал!

– Значит, был подопытным кроликом? Как мило.

– Вообще-то, – подал голос Фрин, – речь тогда шла о спасении его жизни. Конечно, я не упустил случая попрактиковаться.

– Не мешайте, – бросила я плечо. – А ты колись, – я сформировала на держащей полицмейстера ладони слабое огненное заклинание.

Лей Эль дёрнулся и крепко стиснул зубы. Часть перчатки вокруг кисти распалась обугленными обрывками. Запахло палёным. Ожога я не почувствовала. И ответа так и не дождалась.

Пришлось посильнее сжать пальцы.

– Повторить?

– Ну, – Лей Эль сглотнул, – допустим да, я кое-что помню. Ни-Ни говорил, что ему крайне не нравится вся эта возня... Возня младшего Зейтмана с пришельцами из чужого мира... И у него даже есть план, как с этим покончить.

– И ты одобрил этот план?

– Я был пьян, – Лей Эль виновато отвёл глаза.

– Так одобрил, или нет?

– Я ничего тогда так и не ответил, – прошептал он.

– Понятно, – я разочарованно швырнула полицмейстера обратно на стол.

– Он ещё говорил, что так удобно, что Зейтман никому о чужаках официально не объявлял, и разрешения Сената не получал...

– Да, да, это очевидно, – я устало потёрла переносицу.

– А можно, теперь я отправлюсь домой? За штанами? – прозвучало это откровенно заискивающе.

– Вали...

Лей Эль телепортнулся. Я же тем временем пыталась вернуться в нормальное состояние. По идее, убрать «ярость» должно быть проще, чем включить. Но весь фокус в том, что каждый раз мне отчаянноне хочется расставаться с пофигизмом, помноженным на могущество. Хотя и надо.Надо. «Ярость» отнимает слишком много энергии, без постоянной внешней подпитки всё закончится гипогликимической комой... Так что пришлось призвать на помощь многолетнюю привычку душить и ломать об колено собственные желания. Несколько глубоких вдохов, зажмуренные глаза – почему-то это всегда помогает... И внезапно всё кончилось. Болела обожженная рука, краснели от смущения щёки, взгляд метался куда угодно, только не в сторону троицы эльфов.

– Простите... – промямлила я в пол.

– Она снова с нами, – с облегчением констатировала Юи.

– За что вы извиняетесь? – поинтересовался Фрин.

– Оу, госпожа Лиа, это было так круто! – радостно провозгласила Несси.

– Он же полицмейстер, – выдавила я. – Старше меня по возрасту, должности и званию...

– Но... – начал было Фрин.

– Стоп, стоп, – вмешалась Юи. – Не расспрашивайте её. А то она примется отвечать, и у нас заедут шарики за ролики от причудливых вывихов её внутреннего мира. – Разведчица подошла вплотную, положила руку мне на плечо. – Да, да, он полицмейстер, и всё такое, но благодаря тебе мы выяснили важную информацию. И вообще он под конец так разнюнился, что мне аж противно стало. «За штанами», – проблеяла она, передразнивая. – Тьфу.

– Кх-м, – демонстративно откашлялся Фрин. – Я как раз хотел сказать, что не плохо бы предупредить младшего Зейтмана. Или вы так не считаете? Можете воспользоваться моим теле...

– Точно, предупредить Чибу, – встрепенулась я. – Возьму Несси, чтобы дорогу подсказывала. А ты и сама должна путь знать, – договорила я в сторону Юи уже на ходу, обняла Несии и скаканула к первой реперной вышке на трассе.

Разведчица появилась следом спустя пару секунд.

– Паук говорил о телефоне, – раздражённо заметила она. – Зачем самим-то прыгать?

– Мне надо проветриться, – пояснила я. – И к тому же, Чибе может потребоваться помощь.

И тут же прыгнула к следующей вышке, не дожидаясь ответа.

– Чиба – сенатор! – уже откровенно зло выпалила Юи, появляясь следом. – У него достаточно слуг и солдат, чтобы справиться с чем угодно! И плюс Тодден!

– Тодден без тонн ртути мало чего стоит, – возразила я, прыгая дальше.

Эта вышка стояла уже в черте Города.

Всё ещё преследующую нас Юи хватило только на возмущённое шипение.

– У них сегодня планировалось совещание, – подала голос Несси. – С Клео. Хозяином башни перехода. Чиба старается не допускать мои уши до своих деловых бесед, – она вздохнула.

– Ну, сегодня у него не будет выбора, – посулила я. – Куда дальше-то?

– Вдоль побережья, – махнула рукой Несси. – Вторая долина с той стороны главного хребта.

– Не близко, – фыркнула Юи.

– Ты можешь за нами не идти, – сообщила я, с трудом сдерживаясь.

– Мне нужен мой начальник, – огрызнулась разведчица. – Причём живым и здоровым!

– По-твоему я его съем, что ли?!

– Вижу, вы уже пришли в норму, госпожа Лиа, – меланхолично заметила Несси. – А у Чибы, между прочим, даже своя собственная реперная вышка есть!

– Папочкина, небось, – хмыкнула я. – Впрочем, не важно. Погнали.

Юи обречённо кивнула.

***

Не знаю, о чём на протяжении долгих пяти прыжков думали мои притихшие спутницы, а лично я злилась на Зейтманов. Гадала, скаредность заставила их поселиться так далеко – как известно, богатые эльфы потому и богаты, что на ветер денег не бросают. Или, может, дело в уединении? Всё же репутация у них, потомков Тёмных, та ещё...

Сразу за главным хребтом, в одном прыжке до цели, мысли в голове стали путаться, и в пустом желудке начала проклёвываться тошнота – достаточно слабая, но... Юи выглядела получше – и опыта телепортации больше, и Несси она не тащила, но на моё предложение передохнуть она согласилась без колебаний. Привал мы устроили на ночном пляже, у самой кромки нетронутого леса – эта долина, похоже, всё ещё оставалась бесхозной.

– Ты, конечно, знаешь, – Юи с облегчением уселась на землю, – что я невысокого мнения о логичности твоих поступков...

– О да, – согласилась я, тоже усаживаясь. – Что ты, что Несси совершенно не стесняетесь резать правду-матку, когда обсуждаете мои поступки.

– Просто мы... – Несси принялась описывать вокруг нас круги. – Ну или, по крайней мере, я... Надеюсь, что вы исправитесь. Иногда мне бывает очень стыдно, что я – тоже Редсвейл. – Она немного помолчала. – Довольно часто, на самом деле.

– Вообще-то, – перебила Юи, – я немного не о том. Обычно у Лии есть хоть какая-то логика. Странная, извращённая, но есть. Но вот сейчас я вообще ничего не понимаю. То ты громогласно посылаешь Чибу в жопу, а сейчас мы мчимся к нему, чтобы... Даже не знаю, зачем. Вот что ты ему скажешь при встрече? Свалившись на голову посреди ночи.

– Что мы пришли предупредить и помочь, – невозмутимо объяснила я. – На самом деле логика тут очень простая: когда я вижу сенатора, готового вкалывать, а не упиваться и не прохлаждаться в шезлонге на пляже, как некоторые, – в темноте мой выразительный взгляд пропал впустую, но, думаю, Юи намёк поняла и так, – то я не намерена позволять всяким-разным вставлять ему палки в колёса. Тем более, без разрешения Сената. Но в тоже время, чтобы я, да работала на какого-то заносчивого мальчишку? Да ни за какие деньги!

– Что ж, – разведчица вздохнула, – будем надеяться, что Чиба примет это объяснение.

– Если уж говорить об объяснениях, ты-то зачем за мной увязалась?

– Потому что тут замешано моё непосредственное начальство, – терпеливо, с отчётливыми интонациями «повторяю для идиотки» напомнила Юи. – Мне нужно разобраться в ситуации. И я хочу быть в курсе, до чего вы с Чибой договоритесь. Дело идёт о моём будущем, понимаешь?

– Ну конечно...

Реплику пришлось прервать, потому что я услышала отдалённый, но очень узнаваемый грохот: артиллерийская канонада. Сколько мы такого на фронте наслушались...

– Кажется, мы опоздали, – невозмутимо заметила Юи. – Прыгаем на гребень между долинами?

– Да, – я вскочила и схватила в охапку Несси. – Надо оценить обстановку.

Подходящую точку для обзора мы нашли только со второго раза. В темноте и грохоте трудно было что-либо разобрать, но патрицианскую виллу я более-менее опознала: светящиеся окна у самого пляжа, плюс реперный маяк. И никакой защиты – ни от телепортации, ни от прослушки. Ауры эльфов видны сквозь стены, как на ладони... Пальбу вела замаскированная в скале батарея; стреляли, к счастью, не в виллу, а куда-то в верхнюю часть долины. Что там было, понять я не могла; чувствовалась какая-то мощная магическая аномалия относительно небольшого размера, и довольно высоко над землёй. Кроме того, я засекла ещё две артбатареи, почему-то молчащие.

– Вилла? – проорала мне в ухо Юи. – Прыгаем?

– Да!

Я подтянула её поближе, формируя общее заклинание: целиться следовало не на репер, а на живых эльфов внутри дома. Но в таком шуме замучаешься объяснишь, проще показать.

Внутри виллы оказалась прекрасная звукоизоляция: канонада ощущалась только через вибрацию пола и дребезг безделушек на многочисленных полках. Помещение, скорее всего, считалось кабинетом: во главе большого стола для совещаний восседал Чиба, на противоположном конце – Тодден, а посерёдке, лицом к нам – незнакомый мне человек. Молодой, даже по людским меркам, лет двадцати пяти; бледный, взъерошенный, в военном мундире непривычного покроя. И с ясно ощущаемой магической аурой. Но при этом с незащищённым, как у любого человека, мозгом. Как непривычно...

– Вот тот самый Клео, о котором я тебе говорила, – Несси освободилась от моих объятий и кивнула гостю.

– Кого я вижу! – восхитился Тодден. – Рогатая госпожа Лиа!

– Если бы Фрин не заверил меня, – сенатор кивнул на высившийся перед ним телефонный аппарат, – что всё время держал вас под надзором, то я подумал бы, что эту жопу с ручкой устроили мне вы.

– Между прочим, мы пришли помочь, – заявила я обиженным тоном.

– Очень любезно с вашей стороны, – кисло согласился Чиба.

Он небрежно взмахнул рукой, и над человеком-волшебником возник бледно-голубой шар незнакомого мне заклинания. Слабое, но с чрезвычайно сложной внутренней структурой, как и все психоинформационные. Некоторые элементы я распознала – детекторы и генераторы звука, но вот остальное... Как ни странно, к самому человеку никаких нитей не тянулось.

– Прости мои манеры, – Чиба виновато улыбнулся гостю, – но я на взводе.

Шар относительно тихо произнёс что-то на незнакомом мне языке.

– Надо было с самого начала переводчик соорудить, – продолжил сенатор. – Учить их твоему языку сейчас совершенно нет времени... Итак, вежливость, да? Та, что с рогами – Лиа Редсвейл, о которой мы столько говорили. Без рогов – Юи Алиньези. Несси ты знаешь... Дамы, – он повернулся в нашу сторону, – позвольте представить вам Клеонфа, владетеля Теорского, хозяина перехода между мирами, который только что был разрушен.

– Твои манеры и вправду оставляют желать лучшего, – заметила я скептически. – «Та, что с рогами», фи...

– Да, да, – Чиба устало потёр лицо. – Это дело чем дальше, тем больше обрастает проблемами, как снежный ком. И меня это бесит, катись оно всё в бездну! Когда я выясню, кто это всё устроил... Если это Ниненкабуз... Он заплатит мне за каждый испорченный нейрон, за каждый зря потраченный золотой...

– Э-э, – ошарашенный Клео пялился на меня во все глаза. – Портал не разрушен, – перевод на эльфийский шар транслировал гораздо громче, чтобы слышали все. – Его взрывчаткой не возьмёшь, а всё оборудование на той стороне. Разрушена башня, но это всего лишь бетон. Её можно отстроить заново...

– А если снаряд влетит прямо в переход между мирами? – живо поинтересовалась Юи.

– Угол неподходящий, – уклончиво ответил Клео.

– Ага...

– Хоть ты не играй на моих нервах, – попросил Чиба. – Они и без того натянуты. Веришь?

Прозвучало это предельно ласково. Скорее всего, это означало, что где-то там, в глубине, за невидимой перегородкой настоящий Чиба рвёт и мечет.

– Да-да, – Юи машинально отступила на шаг, видимо, тоже почувствовав запертую бурю. – Но я не думаю, что Скрытый Советник... Это же безумие, так подставляться! В смысле, если уж устраивать такое непотребство, то первым залпом надо было разрушить виллу со всеми обитателями...

– Позиции гаубиц не позволяют обстреливать виллу, – проскрипел Чиба. – Только область вокруг башни. Бывшей башни.

– А почему они всё ещё стреляют? – осмелился спросить Клео.

– Если бы я знал! На вызовы батарея не отвечает, – Чиба с ненавистью отодвинул от себя телефон. – Мои люди во главе с начальником охраны готовят штурм. Мне нужно больше информации, – его затуманенный взгляд остановился на мне. – Госпожа Лиа. Раз уж вы собрались помочь...

– Смотаться на батарею? Хм, почему бы и нет.

Чиба, конечно, мог бы сам, но для таких дел нужна специальная подготовка. Кстати, неплохо бы ещё и броню с амулетами, но кто же знал, что простой поход в бар закончится вот так.

– Но не в таком же виде! – возмутилась Юи. – У неё же энергия почти на нуле! Чиба, разве ты не видишь?

– То есть вот это, – ошарашенно пробормотал Клео, – у вас считается почти нулём? А что тогда полный заряд?

– Я же говорила, – хвастливо напомнила Несси. – Она может взрывать города...

– Не слишком крупные, – уточнила я. – А чтобы справиться с людьми, много энергии не нужно. У вас же там нет волшебников?

– Сейчас на этой стороне только я, – тихо заметил Клео. – Ксения мне голову оторвёт, если узнает подробности...

– Пустой риск, – Чиба для убедительности посмотрел мне прямо в глаза, – я не поощряю. Тодден, вы из нас наиболее опытный в этом деле. Подпитайте госпожу Лию.

– С удовольствием, – Тёмный расплылся в наглой улыбке. – Я всегда рад помочь прекрасной даме.

Наши взгляды столкнулись. Во мне боролись страх, злость и разум, твердивший о необходимости пополнить силы. Тодден, нарочито расслабленно развалившийся в кресле, улыбнулся ещё наглее.

– Ваши новые глаза воистину прекрасны, – сообщил он протяжно. – Я бы непременно присовокупил их к своей коллекции, да вот только она осталась в Готтдоме и, скорее всего, уже уничтожена. Какая жалость.

– Пошевеливайся, – процедила я сквозь зубы.

– Раньше вы не одобряли моих действий, – промурлыкал Тодден. – И никогда меня не торопили. Наверно, это всё рога. Или этот сногсшибательный наряд?

– Или твоя наглая рожа! – сорвалась я на крик.

– Ох какие мы грозные...

Тёмный наконец перешёл от слов к делу. Сформировал в воздухе между нами обширное питающее облако. Вариант с одной стороны деликатный, а с другой – требующий активного участия реципиента: надо соорудить заклинание, чтобы подключиться. Я ограничилась несколькими тонкими и длинными трубками; они воткнулись в облако и начали перекачивать энергию. Юи дождалась примерно середины процесса, а потом с невозмутимым видом вошла вовнутрь, впитав остатки единым глотком.

– Не думаешь же ты, что я отпущу туда тебя одну, – пояснила она.

– У тебя нет полномочий меня «отпускать» или «не отпускать», – возразила я.

Наскоро просчитав портал, прыгнула высоко в воздух над артбатареей, и уже оттуда пробросила более точный телепорт вовнутрь. Я позаботилась о нескольких слоях амортизирующих силовых полей, но всё равно пол довольно болезненно ударился о ноги... Такова цена пустого пижонства.

И тут на меня обрушился залп. Не снаряды, звук. Боль в чувствительных, не защищённых демпфирующими амулетами ушах мигом заставила позабыть о ноющих коленях. Воняло гарью; плотные клубы порохового дыма мешали что-либо толком рассмотреть. И, самое противное, все солдаты на батарее были опутаны заклинанием Подчинения. Хорошо хоть без амулетов – простые командные нити. В первую секунду я подумала о Тоддене, но нет, источник нитей был тут же. Только вот я никак не могла рассмотреть, кто. И противный звон в голове мешал сосредоточиться... Впрочем, глаза боятся, а руки делают: опознавать и рвать Подчинение – базовый, глубже всех вбиваемый в подсознание навык Светлого боевого мага. Пока я пыталась разобраться в ситуации, нити вовсю разрушались, освобождая людей. Неизвестный Тёмный попытался восстановить сеть; приведя свои мысли хотя бы в относительный порядок, я направилась к цели – пешком, ориентируясь на ауру. Вроде бы женская... Молодая... Но какая-то странная, перекуроченная... И это необычное ощущение мага-с-открытым-мозгом, как рядом с человеком-волшебником. Клео же заявил, что он тут один?

Юи оказалась резвее, но опередила меня всего на пару секунд. Мы практически столкнулись рядом с... Шази? Я узнала её в основном по белому балахону, теперь весьма испачканному. Голова у неё оказалась обрита налысо, но это ещё полбеды. Из черепушки, почему-то только слева, торчали три толстые резьбовые шпильки с навинченными гайками, между которыми оказались зажаты амулеты незнакомого мне типа. По сравнению с нашей прошлой встречей аура у неё очень сильно изменилась... Я никак не могла понять, в чём тут дело. Шази тем временем молча и тупо попыталась в очередной раз восстановить свою сеть.

– Вот жопа, – прошептала Юи потрясённо. – Ей же мозги вышибли! Ты видишь?

– Хм. На вид вполне живая...

– Не полностью вышибли. Она жива – вегетативно. Но управляют ею те амулеты, – Юи указала на навинченные железки. – Без них она овощ. А с ними – ходячий зомбификатор.

– Так, – я потрясла головой. В ушах всё ещё звенело. – Так. Во-первых, капсула, – я накрутила вокруг Шази силовую клетку, относительно слабую – из экономии, но достаточно сильную, чтобы не пропустить нити Подчинения. – Во-вторых, делать тут больше нечего. Возвращаемся на виллу.

Юи явно пыталась что-то возразить, но я не стала слушать.

– Сюрприз, – объявила я Чибе, демонстрируя тёмную эльфийку. – Интересно, откуда она тут взялась?

– Вот-вот, – поддержал меня сенатор. – Мне казалось, госпожа Алиньези, что вы собирались сдать её в тюрьму.

– Я и сдала, – холодно подтвердила Юи. – Лично дотащила до комендатуры и засунула в камеру. Плюс оформление всех бумаг.

Чиба встал, обошёл Шази кругом, внимательно приглядываясь к железкам.

– Обратите внимание, – он указал на уши пленницы, грязные, но совершенно целые, безо всяких украшений и даже без проколов. – Все старые амулеты исчезли. На новых я не вижу никаких опознавательных меток... Но на Архипелаге не так много эльфов, способных провернуть такое.

– И один из них – Фрин, – заметила Юи.

– Можешь выгораживать своего начальника сколько угодно, – я безразлично пожала плечами, – но Ни-Ни тоже умеет потрошить мозги. И достать заключённую из полицейской тюрьмы ему гораздо проще.

– А что вы собираетесь с ней делать? – спросил Тодден.

Голос его теперь звучал очень по-деловому; он тоже встал и теперь внимательно рассматривал соплеменницу. И не только рассматривал – я засекла несколько слабых диагностических заклинаний.

– Лично я считаю, – Чиба устало потёр лицо, – что от неё надо наконец избавиться. Если бы не всякий дурацкий гуманизм, – он наградил Несси сердитым взглядом, – она бы взорвалась ещё у того берега. И мне жилось бы гораздо спокойнее.

– Ты же Светлый! – воскликнула Несси.

– Не путай «светлость» и «прекраснодушный идиотизм», – огрызнулся Чиба.

– Без помощи она долго не протянет, – заметил Тодден. – Сильное истощение, повреждение мозга... Воспалительные процессы уже начались.

– Вот и отлично.

– Мне это не нравится, – объявила я твёрдо. – Она всё-таки эльфийка. Совсем молодая... И ты обещал ей убежище.

– И что вы предлагаете, госпожа Лиа? – подчёркнуто официально поинтересовался Чиба.

– Мы могли бы обратиться к Фрину, – твёрдости в голосе у меня заметно поубавилось. – Они с Ни-Ни конкуренты, что один испортил, другой может поправить...

– Фрин – это ваш личный костоправ? – насмешливо спросил Тодден. – Рога он выращивать умеет, это я вижу, но что он сможет сделать тут?

– Вылечит.

– Тело, вы имеете в виду, – фыркнул Тёмный. – Получится этакий безмозглый фрукт.

– У вас, значит, есть предложение получше?

– Конечно. Отдайте её мне, – Тодден ещё раз прозондировал Шази. – У ваших докторов может быть опыт доставания информации из мозга, а у меня есть опыт успешного запихиваниявнутрь. Который потребовал череды трупов, недопустимой даже для самого плохого Светлого.

– Вы должны понимать, – проговорила я медленно, – что любое предложение с вашей стороны кажется мне подозрительным и не заслуживающим доверия.

– Но? Тут ведь должно быть какое-то «но».

– Да просто сама идея отдать Тёмную Тёмному выглядит привлекательно, – пояснила я. – Но сначала мне нужна консультация Фрина.

– Только не тяните, – попросил Тодден.

Хм, а он ведь реально волнуется.

– Всё это прекрасно, – встряла Юи, – но что насчёт юридической стороны дела? Чиба, ты будешь вызывать полицию? Инициировать официальное расследование? И каков статус Шази – по документам?

– Я что, так похож на идиота? – рявкнул Чиба. – Полиция? Они тут сами в роли подозреваемых! Если Ни-Ни хочет игры без правил, он получит игру без правил!

– Но... – попыталась возразить Юи.

– Никаких «но», – оборвал её Чиба. – Мне нанесено оскорбление. Его не загладишь всякими там «но».

– Похоже, мне пора подавать в отставку, – меланхолично заметила Несси. – И пятнадцати дней с назначения не прошло...

– Да просто из Ни-Ни надо дурь выбить, – проворчала я. – Только вот если выбивать по-настоящему, то это будет полный развал Скрытой Стражи. Хм.

Ненавижу такие ситуации. С одной стороны, надо поддержать Чибу, потому что нам нужен хоть один трезвый сенатор. С другой стороны, Ни-Ни топить нельзя, потому что Скрытая Стража – важный винтик в механизме Города. И ещё нужно помочь Юи и Несси, зажатым между этими двумя центрами силы... Плюс ещё есть Лей Эль, чья задача как раз – не допускать таких вот конфликтов. Зря я его отпустила за штанами...

– Я, пожалуй, пойду, – мрачно объявила Юи. – Ваши умонастроения я уже поняла. Счастливо оставаться.

И исчезла, прежде чем я успела возразить. Что-то в последнее время мы перестали друг друга слушать. Плохой признак.

– А вы, госпожа Лиа, – Чиба сделал выразительную паузу, – вроде как собирались навестить своего лечащего врача? Вместе с Шази. Точнее, вместе с пока ещё живым телом Шази.

– Угу.

– Пожалуй, придётся мне помочь. Вы же позволите?

Я согласилась почти без колебаний.

До центральной площади Сюрмеера Чиба дотащил меня и Тёмную всего за два прыжка.

– Извините, что бросаю вас тут посреди ночи, – он действительно выглядел слегка виноватым, – но есть дела, требующие моего внимания. Безотлагательно, и без свидетелей.

– Уж догадываюсь.

– Несомненно. Да, и имейте в виду: вся эта затея с Шази – ваша личная инициатива. Делайте с ней, что хотите, но строго за свой счёт. Это понятно?

– Да, господин сенатор, – я постаралась вложить во фразу побольше сарказма.

– Очень хорошо, – он телепортнулся.

Спустя пару секунд я тоже телепортнулась – в кабинет к Фрину. Хоть я и предполагала, что в такое время его следует искать скорее в спальне, но у меня уже не было сил даже на минимум вежливостей.

Однако, Фрин всё ещё сидел в кабинете. Одетый в халат, он, задрав босые ноги на стол, читал вечернюю газету.

– Вы хоть когда-нибудь спите? – брякнула я с ходу. – То есть, прошу прощения, это опять я.

– Вижу, – спокойно подтвердил Фрин, откладывая газету. – Вообще-то, я уже собирался ложиться, но после панического звонка Зейтмана пришёл к выводу, что вероятность вашего повторного визита весьма высока.

Он встал из-за стола и задумчиво уставился на Шази.

– Весьма высока, – повторила я. – Но я бы, к примеру, на вашем месте просто заперла дом, а визитёры пусть до утра ждут...

– Вы – да. Потому что для вас дом – место отдыха, а я тут – работаю. На передовой вы же не заставляете ждать до утра гонцов с важными известиями?

– Ах ну да, вы же тут действительно как на фронте. А что касается известий...

Я постаралась как можно короче изложить последние новости.

– И что вы хотите от меня? – поинтересовался Фрин.

– Вы что-нибудь можете сделать для Шази? В плане излечения, конечно.

– Хм, – доктор принялся медленно обходить тёмную эльфийку по кругу. – Убрать железки, купировать воспаление, восстановить клетки мозга – это всё реально. Но вот дальше мы будем иметь на руках не овощ, а нечто худшее. У неё вычищена вся, или почти вся личность. Но сохранены участки, отвечающие за владение магией. То есть, колдовать она может, а вот тормозов у неё больше нет. И даже речь она сейчас воспринимать не способна... Понимаете, как это опасно?

– Пожизненная изоляция?

– Именно. Причём учитывая, что личности больше нет... Это всё просто бессмысленный расход ресурсов получается. Значительных ресурсов. Нейрохирургия – вещь сложная, знаете ли.

– А восстановить личность вы не можете? Или создать новую?

– Интересно, как вы себе это представляете, – проворчал Фрин. – Я специализируюсь на вытаскивании информации из голов, а не вкладывании. Чисто теоретически, можно было бы попытаться. Но тут нужны годы опытов. А может, даже и столетия... Плюс, первые результаты будут сто процентов негодные. Что-то в духе големов... – Фрин отрицательно помотал головой. – И, в любом случае, у меня просто нет времени на серьёзную научную работу. Увы. И это я даже не поднимаю вопрос финансирования. Которое за пределами ваших возможностей.

– М-да, – согласно вздохнула я. – Ну что ж. Значит, альтернативы Тоддену тут нет.

– Вы упоминали о его интересе, – кивнул Фрин. – Не то чтобы я в него верил... Ну, то есть, он же военачальник и администратор, верно? Но при этом я хотел бы присутствовать при попытке. На случай, если он и вправду умеет что-то интересное.

– Чтобы обскакакть Ни-Ни в случае чего, да? Только вот вряд ли Чиба позволит Тоддену покинуть поместье.

– Так, – Фрин перестал нарезать круги и уставился на меня немигающим взглядом. – Насколько лично вы во всём этом заинтересованы, госпожа Лиа? Эта Тёмная вам ведь, по сути, никто?

– Мне просто не хочется, чтобы её списали в расход, – пояснила я. – И так слишком много трупов.

– Она по факту уже мертва, – напомнил Фрин. – Даже в самом лучшем случае у нас на выходе будет новый эльф вот в этом вот теле. Но Шази, как таковой, больше нет.

– Всё лучше, чем ещё один труп, прикопанный в ближайшей канаве.

– Ясно. Вопрос номер два: насколько вы мне доверяете? Мне будет гораздо проще вести дело, если вы передадите этот объект мне. Со всеми правами и обязанностями.

– Не объект. Эльфийку.

– Не ожидайте от профессионала эмоциональной вовлечённости, – предупредил Фрин. – Это необходимый защитный механизм.

– Эх. Ладно. Но в случае неудачного исхода я потребую подробного отчёта.

– Согласен.

– Тогда она – ваша.

– Очень хорошо.

Фрин мягко, но настойчиво принял на себя управление энергетической клеткой.

– Какие-нибудь бумаги, подписи? – поинтересовалась я устало.

– Работорговля у нас вне закона, разве вы не знаете? – удивился Фрин. – Такие вещи не документируются... Надеюсь, вы понимаете. И умеете молчать.

Сняв с себя ответственность за Шази, я словно бы повернула какой-то невидимый рычажок: мозг явно переключился в режим отдыха, глаза слипались...

– Точно, – сонно подтвердила я. – До свидания. Я сказала вам «спасибо»?

– Хм. Нет. Да это и не нужно... Желаете воспользоваться вашей палатой? Она ещё не занята.

Вот уж насколько я была усталая, но язык не повернулся сказать «да».

– Ни в коем случае, – я помотала головой. – Лучше уж отель. И дешевле раз в десять.

Я наконец покинула его дом. Пешком.

Теоретически, у меня в городе был даже собственный особняк. Точнее пентхаус. Выкупленный десять лет назад, и простоявший всё это время запертым. Завтра нужно будет им заняться. А сейчас – спать. В каком-нибудь чистом, уютном месте, с заранее застеленной кроватью... Я наконец добрела до одного знакомого отеля – номера там дорогие, всего раза в два дешевле фриновой палаты, но благодаря дороговизне всегда есть свободные места. И кровати по-настоящему удобные.

***

Утро у меня получилось позднее. И не слишком радостное – голова всё ещё ныла после вчерашнего. Характерная такая тяжесть. Слишком много проклятых телепортаций... В ресторан при отеле я спускалась медленно, держась за перила. И воодушевления от рогов, каблуков и почти голой задницы ни капельки не ощущала – они воспринимались скорее как помеха, хоть и не слишком существенная. Впрочем, стакан антиабстинентной дряни, а потом и глубокая тарелка сытного супа изрядно поправили моё самочувствие. Истинно, все мы – рабы своего желудка... Я даже принялась строить планы на день: сначала разобраться со свои новым домом, привести его в хотя бы относительно жилой вид и всё такое, а вечером можно заново попытать счастья в «Ушастике». Вряд ли Несси снова будет меня там дожидаться с целью всё испортить.

Я как раз закончила с супом и перешла ко двойной порции жаркого, когда ощущение знакомых аур заставило ненадолго оторваться от еды. Да уж, Несси решила не дожидаться вечера. Зачем, когда можно навестить меня прямо за завтраком? Да ещё и в сопровождении Чибы. Сенатор, как обычно, вырядился в тогу, а Несси предпочла некую вариацию на тему делового костюма: юбка с боковым разрезом до пояса и пиджак на голое тело, застёгнутый на единственную пуговицу. Про туфли и говорить нечего – те самые, прозрачные.

Самое интересное, что лицо сенатора сохраняло абсолютное спокойствие, а вот Несси была явно чем-то смущена. К моему столику они подошли в полном молчании.

– Если вы надеетесь, что я поделюсь завтраком, то фигушки, – буркнула я с набитым ртом. – Заказывайте себе отдельно.

К нам уже спешил официант, привлечённый тогой и стоящими за ней деньгами и властью. Эта парочка уселась – за мой столик, конечно. Чиба тихим голосом сделал заказ. Обслужили их с рекордной скоростью. А потом снова повисло молчание.

Первым не выдержал сенатор.

– Это семейное дело, – произнёс он подчёркнуто нейтрально. – Я стараюсь держаться в стороне. Несси?

– Я знаю, – недовольно буркнула та. – Разве не видишь, мне нужно собраться с духом...

– Обещаю не кусаться, – подбодрила её я.

– Ну, в общем, – принялась излагать Несси, – когда Чиба сообщил мне про дом, я сперва не поверила... А потом дел было дофига... И вот...

– Надеюсь, метеорит на особняк не падал?

– Нет, – Несси помотала головой. – Но... Дело в том, что я... Короче, я только сегодня утром наконец решилась туда зайти.

– И? Только не говори мне, что дом такой же пугающий, как и я.

– Дело в том, что я ещё не знаю. Потому что там кто-то есть.

– Что?!

– Да, – с несчастным видом подтвердила Несси. – Защитные чары отключены, и дверь открыта... Вы никого... э-э... Может, вы кого-то приглашали? Ну, там, позабыли, что отдали особняк... мне?

– Нет, – твёрдо ответила я. – Я ничего не позабыла и никого не приглашала. Дом в столице твой. Безо всяких шуток.

– Понятно...

– Кстати, – припомнила я, – Чиба, это не твои следы, случайно? С того дня, когда ты утаскивал меня на корабль?

– Я не трогал двери, – спокойно ответил сенатор. – И не отключал защиту.

– Значит, придётся сходить и посмотреть, – подытожила я. – Всем вместе. Но сперва, – я опустила взгляд на наполовину полную тарелку, – надо закончить завтрак.

***

Фамильный особняк представлял собой довольно жалкое зрелище. Калитку, естественно, пришлось открывать вручную. Входную дверь – тоже. В холле натоптано; бледные, но на полированном мраморе вполне отчётливые следы, и даже не от одной пары ботинок. И, что самое плохое, звенящая тишина вместо привычной ауры «домашних» заклинаний. В углу сиротливо стоял отключенный голем... Но при этом вещи вроде бы все на месте.

– Вот что значит бесхозяйственность, – печально произнесла я в пустоту. – Стоит только немного отлучиться...

– Куда мы идём? – поинтересовался Чиба.

– И что будем там делать? – добавила Несси.

– В сейфовую гардеробную, естественно. То есть натоптано тут чуть ли не везде, но ведущий туда след меня беспокоит больше всего. А делать что будем... Не знаю, как вы, а я начну с поджаривания пяток.

Охранные чары гардеробной ещё работали – единственные во всём доме. Видимо, взломщики оказались не совсем придурками... А жаль. К двери вело как минимум два следа.

– Мы чего-то ждём? – удивлённо уточнил Чиба.

– Хозяйка дома должна открыть дверь, – напомнила я. – Несси?

– Э-э... А как?

– Элементарно, – фыркнула я. – Заклинание личного идентификатора. Его все должны знать.

– И с чего бы ей открываться от моего идишника? – удивилась Несси.

Но ладошку всё же приложила. Дверь протяжно скрипнула, поворачиваясь на петлях.

– Ты давным-давно занесена в список, – пояснила я. – Как наследница.

В пространстве между внешней и внутренней дверью мусора ещё прибавилось. Вдобавок тут обнаружилась табуретка, на которой лежал моток крепкой верёвки, и записка. А на полу, точнее, на горе мятых упаковок из-под пайков, храпел Лей Эль. В повседневном мундире.

– Странно, что он здесь не задохнулся, – заметил Чиба.

– Пока внутренняя дверь закрыта, предбанник вентилируется, – объяснила я. – Это же любимое место Редсвейлов. Когда тебе хреново, и хочется побыть одной... – я пока что нежно потыкала полицмейстера. Ногой. – Подъём, господин взломщик. Ты никаким боком не Редсвейл, чтобы валяться тут.

Несси тем временем взяла записку.

– «Какая жалость, что тут нет крюка, и некуда подвесить верёвку, – прочитала она. – А если бы был, то в моей смерти оставалось бы винить только собственную размазнявость. И вообще». Подписи нет.

– Тут в самом деле нет крюка, – тихо заметил очнувшийся Лей Эль.

Вставать он не спешил.

– Естественно, нет, – подтвердила я. – Моя прабабка очень тщательно готовила это место. Свежий воздух, хорошая звукоизоляция, и никаких крюков. А то бы мы давным-давно вымерли, не оставив потомства.

– И как понимать эту хрень? – Несси демонстративно помахала листочком.

– И где ты откопал этот табурет? – добавила я. – У меня отродясь таких не было.

– Ни-Ни... – начал полицмейстер.

– Ага! – встрепенулся Чиба. – Я ждал, что всплывёт это имя.

– Вы все... – Лей Эль обвёл нас троих мутным взглядом. – Вы все очень злы?

– Зол я был вчера, – спокойным тоном объяснил Чиба. – Теперь же, – он резко пнул табурет, – я в бешенстве.

– Ни-Ни говорил, – с трудом выдавил полицмейстер, – что мне лучше, – он махнул в сторону табурета, – сделать всё самому. А то придёте вы и сделаете всё сами.

– Но почему верёвка? – удивился Чиба. – Традиционный способ – яд...

– Пока работают заклинания, – поведала я, – яд в этот дом не пронесёшь. Впрочем, сейчас они не работают.

– Потому что я не хочу умирать, – пояснил полицмейстер.

– Вообще-то... – начал Чиба.

– Стоп, – перебила я. – Есть предложение: Лей Эль компенсирует убытки из личных средств, подаёт в отставку и уезжает с Архипелага. Куда-нибудь в колонии. Вас это устроит, господин сенатор?

– Почему бы и нет, – пожал плечами Чиба. – Но основная вина – на Ни-Ни. Этот, – последовал в высшей степени снисходительный кивок, – всего лишь не уследил.

– Его затем и посадили на должность, чтобы следил, – отрезала я. – А не мёд молокососил.

– Возможно, я чего-то не понимаю, – встряла Несси, – но почему убытки должен компенсировать Лей Эль? А не мой пока-ещё-начальник?

– Да потому что с Ни-Ни хрен чего получишь, – объяснила я. – И к тому же его в отставку отправлять нельзя. Слишком ценен и важен.

– Три ха-ха, – отозвался Чиба.

– Если ставить вопрос ребром, – я посмотрела сенатору в глаза, – то он для Города ценнее, чем ты. На данный момент.

– Ты всегда ему благоволила, – пробормотал Лей Эль. – И этот мальчишка-сенатор тебя вмиг очаровал. А об меня уже и ноги вытираешь... Только и слышу, сделай то, да ещё вот это...

– Пьяницы автоматом вычёркиваются из списка заслуживающих уважения, – объяснила я. – Разве ты не знаешь?

– Но ты и сама пьёшь!

– Так я свои интересы и не учитываю, разве это не заметно?

– Честно говоря, не очень, – вставил Чиба.

Несси только фыркнула.

– Смейтесь сколько угодно, но я требую устаканивания ситуации! – я сначала ляпнула, и только потом сообразила, что сказала. – То есть нормализации. Убытки должны быть компенсированы, уязвлённое эго – заглажено. Сейчас закончим тут, и пойдём отвешивать пинков Ни-Ни. Как я всё это ненавижу, чтоб вы знали... Лей Эль, ты принимаешь свою часть сделки, или мне тебе рёбра пообломать?

– Ты это серьёзно? – не поверил полицмейстер.

– Вам не кажется, что вы лезете вперёд паровоза? – попытался вмешаться Чиба. – Я вам свои интересы отстаивать не поручал.

– Великолепно! – осклабилась я. – Ну и кто, по-вашему, господин сенатор, должен исполнять обязанности Ни-Ни и его старших оперативников? Которые, безусловно, были сообщниками в этом деле с мозгами Шази и обстрелом башни? Может быть, вы лично займётесь?

– Исполнять обязанности по порче моего имущества не должен никто, – отчеканил Чиба.

– Да просто Ни-Ни нужно по ушам надавать, чтобы не заигрывался, – отмахнулась я. – Для того вот этот, – я кивнула на полицмейстера, – и был поставлен.

– Вы так говорите, словно Ни-Ни ребёнок.

– Ну, физически он взрослый. Ты с ним встречался?

– По какой-то странной причине меня этой чести не удостоили.

– Понятно, – я снова посмотрела на Лей Эля. – Ну так что ты решил?

– Я подам в отставку, – тихо ответил он. – И возмещу треть убытков. Но ни в какое изгнание я не поеду.

– Зейтманы бывают очень мстительны, – заметила я как бы между прочим.

– Это уже мой риск.

– Поскольку господин сенатор просил меня не усердствовать... Выметайся из дома. И напиши заявление сегодня же.

– Ха, – отозвался полицмейстер. – До встречи.

Так и не поднявшись, он неуклюже переполз через порог внешней двери, и телепортировался.

– Теперь нам предстоит прогуляться в... – я прикинула возможные варианты. – Да, в столовую. Скорее всего, остальные – там.

– А можно я пока загляну сюда? – Несси указала на внутреннюю дверь. – Я столько слышала про вашу гардеробную, госпожа Лиа...

– Конечно, но только без меня.

– Там ведь ничего опасного? – уточнил Чиба.

– Ну как тебе сказать... Видишь эти толстые стены и прочные двери? Они тут не просто так.

– Слушайте, я могу переодеться сама, – Несси для верности притопнула ногой. – Я не младенец. И гардеробными я уже пользовалась.

– Как скажешь, – Чиба покинул шлюз первым.

Я вышла следом. Дверь за нашими спинами со скрипом закрылась.

– Нам сюда...

Впрочем, дорогу можно было и не указывать: следов хватало.

Конечно же, они обнаружились там. Ниненкабуз восседал во главе обеденного стола. На своего голема он походил весьма отдалённо. Длинные волосы заплетены во множество чёрных, белых и красных косичек. Выбеленное лицо. Чёрные губы. Красные контактные линзы. Чёрный мундир без знаков различия. По бокам от него сидели подчинённые, не так ярко накрашенные, но разодетые кто во что горазд. Сплошь светлые эльфы мужского пола, конечно. И чем же занималась наша надежда и опора, одна из самых зловещих организаций в городе? Правильно, играли в настольную игру. Картонное поле, разноцветные фишки, многогранные кости... И ведь все трезвые. И настолько сосредоточенные на игре, что нас заметили далеко не сразу.

– Э-э... И это действительно Скрытый Советник? – громким шёпотом спросил у меня Чиба.

– Именно так, – подтвердила я. – А также его героические оперативники.

Ни-Ни наконец нас заметил.

– О, – он встал во весь свой немаленький рост. – Господа, игра окончена.

Его подчинённые молча покосились на меня... И тихо исчезли. Телепортнулись, не вставая с мест. Советник медленно, подчёркнуто не торопясь проследовал к нам. Каждый его шаг отдавался эхом во внезапно повисшей тишине.

– Госпожа Лиа, – он поклонился. – Сенатор, – Чибе достался лишь лёгкий кивок.

– Стоило мне ненадолго отвлечься, – приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза, – как ты сразу пошёл вразнос.

– Без тебя тут скучно, – нимало не смущаясь ответил Ни-Ни.

– Могу устроить вам весёлую жизнь, – с угрозой в голосе предложил Чиба. – Хотите?

– Ввоз двух Тёмных, – сухо проронил Советник. – Включая вражеского военачальника. Нелегальные сношения с высокоразвитой цивилизацией. Попытка контрабанды наёмников из параллельного мира. Кадровые перестановки в моём ведомстве без моего ведома. Смерть двадцати одного полицейского при подозрительных обстоятельствах. Вы хотите пополнить этот список?

– Проникновение со взломом, – я постаралась спародировать его тон. – Порча моих сервисных чар. Порча имущества сенатора. Воздействие магией на мозг людей. Уничтожение личности эльфа. Угрозы полицмейстеру.

– Никаких угроз, – ухмыльнулся Ни-Ни. – Только дружеский совет.

– Ну вот теперь и возмещай две трети убытков, – злорадно потребовала я. – Угрожал бы как следует – ничего платить не пришлось бы.

– Вообще, конечно, следовало бы, – согласился Ни-Ни. – Но он такой жалкий. Опустившийся молокосос.

– Лей Эль прикидывается. Разве ты не понял? Он просто жадная, ленивая, расчётливая задница.

– Всё это очень мило, – скучающим тоном произнёс Чиба. – Но вы отвлеклись. Мы обсуждали вчерашние события. Совершенно неприемлемые.

– Я учту ваши пожелания, господин сенатор, – пообещал Ни-Ни. – Когда вы накосячите в следующий раз, я совершенно законным образом заведу дело. Скучные бумажки, подшитые в картонную папку... А при допросе, обещаю, вам выбьют не меньше двух зубов. Чисто ради поддержания традиции.

– Но...

– Если вы настаиваете, то я могу не дожидаться следующего раза, а начать прямо сейчас. Две трети ущерба – большие деньги.

Пришлось слегка его поджарить. Ну, точнее, сформировать не слишком мощный огненный шар, от которого Ни-ни смог быстренько прикрыться щитом. Со стороны это выглядело как вспышка, охватившая Советника, и тут же погасшая. Всего лишь напоминание. Декларация о намерениях. «Будь аккуратен, или поджарю по-настоящему».

– Он сам нарывается, – пробормотал Ни-Ни. – Ввоз Тоддена ещё можно подогнать под традиционные привилегии сенаторов, но инопланетные люди-маги...

– А что насчёт Шази? – напомнила я. – Ты вышиб мозги эльфийке, причём несовершеннолетней, которая тебе не сделала абсолютно ничего!

– Ты не хуже меня знаешь, что она была ходячей бомбой. Психопрограммирование. И он тоже знает, – Ни-Ни кивнул в сторону Чибы. – Но вы все такие добрые, Светлые, взрослые... Сопереживающие... Угрозу, как обычно, пришлось устранять мне. Причём, заметьте, я её не убил, а удалил опасную часть, не затронув остальное. Максимум гуманности.

– Теперь это так называется? – сухо вопросил Чиба. – «Устранение угрозы»? Какой всеобъемлющий термин.

– Постарайтесь в него не вляпаться, – с нехорошей улыбкой предупредил Советник.

– Осталось, – я указала на занятый игрой стол, – прояснить свинарник, который вы тут устроили.

– Твои сервисные чары очень ревнивые, – пожаловался Ни-Ни. – Пока их выкорчёвывали...

Пришлось устроить ему ещё одну вспышку, посильнее.

– Мне это показалось хорошей шуткой! – поспешно сменил тон Ни-Ни. – В конце концов, должен же у меня быть отпуск, хоть когда-нибудь! И это единственное место в городе, где нас никто не стал бы искать. Все знают, что ты за такое и убить можешь.

– Вот именно! Шутка, значит?

– Изначально я планировал всё совсем не так...

– Уж догадываюсь.

– Да. Ты героически возвращаешься, мы встречаем... У нас даже тортик был! А ты так и не пришла. И за лечением обратилась не ко мне, а к Фрину! – в этой реплике сквозила уже самая настоящая детская обида.

– Угадай с трёх раз, по какой причине, – оскалилась я. – А Юи ты почему не пригласил на эти свои посиделки? Всё веселее было бы!

– Это же твой дом, – поражённо ответил Ни-Ни.

– Уже не мой, а Нессин. Вломился в дом к собственной подчинённой. Фи...

– Э-э... Формально, получается, так...

– Вот теперь и извиняйся по всей форме.

Мою речь прервал отдалённый «бам» двери гардеробной. И истошный крик «госпожа Лиа!» в исполнении Несси.

На пороге столовой она появилась спустя пару секунд. Совершенно ошарашенная, с округлившимися глазами. Это, впрочем, ещё ладно бы, но волосы у неё теперь были длиной до поясницы, а одета она оказалась в вечернее платье струящегося шёлка. На голове – кокетливая шляпка, на плече – дамская сумочка. В руках она несла туфельки на слишком низких для её модифицированных ног каблуках.

– Госпожа Лиа! – она сунула туфли мне чуть ли не под нос. – Они сделали это, потому что, – она на миг прикрыла глаза, – «приличная леди не может ходить на шпильках»! – Несси с отвращением бросила туфли на пол. – А шляпка, – она яростно содрала с себя несчастный предмет и зашвырнула в дальний угол. – А волосы! И это платье! Кто... Что они такое?! И как они смеют!..

– По семейной легенде, – принялась я излагать менторским тоном, – их изготовила моя прабабка. Вроде как она придала им черты пяти лучших своих любовников.

– Худших, вы хотели сказать!

– Есть версия, что со временем у них испортился характер. Мало кому понравится год за годом сидеть в железном ящике.

– В любом случае, – Несси сорвала с плеча сумочку и зашвырнула её в другой угол, – я не желаю иметь с ними ничего общего! Их можно как-то... отключить, уничтожить?

– Это память о наших предках, – осуждающе поведала я.

– Мне нужна гардеробная, а не память!

– Это лучшая гардеробная на Архипелаге, – без тени сомнения заявила я. – Если оценивать исключительно профессиональные качества, конечно же. И быть достаточно настойчивой.

– Тогда заберите её... – Несси наконец заметила Ни-Ни и прервалась на полуслове. – А вы кто такой?

– Тот самый момент, когда очень хочется телепортнуться куда подальше, – признался Ни-Ни. Но, тем не менее, отвесил лёгкий поклон. – Я – Скрытый Советник Ниненкабуз. И, учтите, я не знал, что этот дом теперь ваш. Госпожа Лиа не удосужилась уведомить магистрат.

– А! Сбежавший начальник! – Несси сжала свои волосы в кулак где-то на уровне плеч, прошептала короткую формулу, и всё, что ниже руки отделилось и упало на пол. – Так это вы выпотрошили Шази, взорвали чибину башню и прячетесь от Юи? Ха! А от Юи-то нафига прятаться?

– Интересная реакция, – задумчиво проронил Ни-Ни. – Знаете, господин сенатор... Действуй вы нормальным способом, я бы вполне согласился взять её на службу. И грязную работу за вами ведь именно она делает? Очень интересно, – повторил он. – Да, Несси, это всё я. Что касается госпожи Юи, то она меня просто-напросто нервирует. Она была на фронте, а это сильно меняет эльфов. Война – страшная вещь. Война не позволяет остаться ребёнком, эгоистичным, жестоким, искренне верящим в идеалы. Ты либо взрослеешь – либо умираешь. Юи повзрослела. Наши игры больше не для неё.

– Вы это серьёзно? – у Чибы натурально отпала челюсть. – Я действительно слышал то, что, как мне кажется, я только что услышал?

– Э-э... – проблеяла Несси.

– Откуда же мне знать, что вы там услышали? – удивился Ни-Ни. – С дикцией у меня вроде как всё в порядке. Может, вас вчера слегка контузило?

– Не язви, – бросила я советнику. – И две трети компенсации за тобой, помнишь?

– Да, госпожа Лиа, – раздражённо подтвердил Ни-Ни. – У меня хорошая память.

– Тогда мы с сенатором слегка прогуляемся, – я взяла Чибу за руку. – Полагаю, новой хозяйке дома есть что обсудить со своим незваным гостем.

– Думаю, да, – согласилась Несси.

Вполне, я бы сказала, заинтересованно.

Мы с Чибой телепортнулись – недалеко, к калитке. Портал просчитывала я. Сенатор, по-видимому, ещё недостаточно оправился, чтобы сопротивляться.

– Он это серьёзно? – потрясённым шёпотом переспросил у меня Чиба.

– В некоторой степени. Это его любимая идея – типа, взрослые спились и всё развалили; так он, значит, не будет взрослеть. Враки, конечно, но иногда я гадаю: он эти свои выходки, навроде вчерашней, совершает осознанно, чтобы подтвердить свою «детскость»? Или – пугающая мысль – устраивает их вполне искренне? Так до сих пор и не выяснила.

– М-да, – Чиба потёр затылок. – Знаете, меня в последнее время не отпускает одна мысль. И Лей Эль, и Ни-Ни относятся ко мне как к чужаку, и это понятно, но вот вы для них явно «своя»...

– Естественно, – подтвердила я. – Они же потомственные офицеры на высоких должностях. А я – волшебница первого ранга.

– Вы уже тысячу раз это говорили.

– Дурень! Патриархальный. Я же говорила и про матриархат, помнишь? И про соответствующих партнёров? Конечно же, они оба регулярно у меня ночевали.

– Точно, – Чиба принял виноватый вид. – Простите. Хм. Он сказал, ему не нравится Юи, потому что она воевала. Но ведь вы тоже...

– Такого рода вопросы надо задавать не мне.

– Пожалуй что так.

На самом деле, меня эта загадка тоже интересовала. Но если подумать, моя зацикленность на своих проблемах и безразличие к окружающим не сильно-то отличается от той самой «эгоистичности и жестокости». А «веру в идеалы» вполне заменяют все эти чёртовы списки и идиотские правила. Оставалось только удивляться, как я умудрилась выжить.

Вежливо распрощавшись, я отправилась в Сюрмеер.

***

До чего же приятно проснуться в собственной постели в собственном доме, чётко осознавая, что все дела сделаны и спешить никуда не надо. Даже эпопея с заменой стандартной гардеробной на сейфово-бронированную успешно завершена, и Пять Голосов аккуратно перенесены в новый ящик... Я, конечно, была слегка разочарована, что их не удалось сбагрить Несси. С другой стороны, теперь я в любой момент могла получить лучшую в мире броню, и даже повседневная одежда у меня содержит полный набор полезных амулетов.

Кроме того, я проснулась не просто в своей огромной, рассчитанной на шестерых спальне, а проснулась в гордом одиночестве. Это было очередным нарушением правил –благородная леди может изредка не делиться походной койкой и даже гостиничной кроватью, но мирная, спокойная ночь в своём доме и без надлежащей компании... Нонсенс. Такой приятный нонсенс...

Идиллию очень быстро нарушил тихий звонок сигнализации. Подробности принёс голем-информатор, похожий на большого паука на тонких ножках. Незваный гость, телепортировался в столовую, отпечаток ауры напоминает Чибу. Чертыхнувшись сквозь зубы, я велела подготовить завтрак на две персоны, а сама тем временем попыталась отыскать халат. Не наряжаться же, едва продрав глаза...

К моему приходу в столовой пахло уже весьма аппетитно. Голем-дворецкий, высокий и грузный, заканчивал расставлять тарелки. Чиба, в своей всегдашней тоге, совершенно бодрый, тщательно причёсанный, лениво развалился на стуле.

– А вот и вы, – поприветствовал он меня.

– Господин сенатор... – я плюхнулась на стул напротив. – Слушай, а тебе вообще знакомо такое понятие, как «частная собственность»?

– Приблизительно, – сообщил Чиба, склоняясь над тарелкой. – А у вас вкусно готовят.

– Интересно, почему я до сих пор не вышвырнула тебя в окно?

– Наверно, потому что я пришёл с важными известиями? Потребовалось изрядно потрудиться, но я выполнил ваше условие.

– Какое ещё условие? – с подозрением поинтересовалась я. – Вроде я не ставила никаких условий.

– Ну как же, – Чиба изобразил удивление. – Всё вполне чётко было изложено. Кстати, по столице гуляют странные слухи. Будто бы вы вчера днём, на пляже...

– Нарушила очередное правило, – согласно кивнула я. – Но не меняй тему. Что за условие?

– И как вы себя чувствуете? После вчерашнего? – со светской улыбкой спросил сенатор. – И вы и вправду смогли уговорить пять эльфов?

– Да, пять... С этим предрассудком бороться труднее всего – больно уж глубоко он вбит. Имена называть не буду – должна же у меня оставаться хоть капелька порядочности.

– Я уверен, у Фрина на столе уже лежит поимённый список.

– Вполне возможно, – согласилась я. – Чувствую же я себя очень даже ничего. Я хоть и дилетант в магии исцеления, но кое-что всё же могу... Что касается «ощущений в целом» – в кровати этим заниматься удобнее. Особенно если кровать под крышей.

– Зрители мешали советами? – предположил Чиба.

– Больше мешал песок... Так что там за условие?

– Ну, ну, не прикидывайтесь. Сами же требовали пропихнуть Тоддена на госслужбу. Это оказалось не просто: он уже привык считать себя капитаном наёмников. Да и мои коллеги в Сенате далеко не сразу оценили идею с должной стороны... Но у меня получилось.

– Получилось – что?

– Ну смотрите. Формальным главой армии остаётся генерал и четыре его штабных офицера. Должности эти теперь будут занимать только сенаторы, на ротационной основе. Их основной обязанностью будет следить за фактическим командующим – сенатским легатом. То есть Тодденом.

– А основным правом той сенатской пятёрки остаётся секс с волшебницами?

– Верно, – подтвердил Чиба. – Юи совсем не рада, как вы понимаете.

– Всё это, несомненно, очень интересно. Но не настолько, чтобы вламываться ко мне с утра пораньше.

– Вообще-то уже за полдень, – заметил Чиба.

– Кх-м. В любом случае, тебя я не приглашала.

– Я столько сил потратил, всех убеждая и уговаривая на ваш вариант, – с демонстративной, а значит наигранной обидой в голосе поведал сенатор.

– Твои проблемы.

– Ну-с. Теперь, когда всё улажено, вы готовы вернуться к должности Старшей Волшебницы армии? Она считается выше легатской, я специально настоял.

– Ты смеёшься, что ли? Нет. И думать забудь.

– Почему-то я даже не сомневался в этом ответе... – Чиба вздохнул. – Но отдаёте ли вы себе отчёт, что всю эту кутерьму я затеял не ради себя, а ради вас? И ради Тоддена, конечно. Но он вроде придерживается отведённой роли. А вы кочевряжитесь.

– Что за чушь, – фыркнула я.

– Вы одна из лучших волшебниц современности, – принялся объяснять Чиба. – И я с болью наблюдал, во что вы превратились после своей отставки. Вам нужна должность. Некие рамки и обязанности, удерживающие и придающие форму.

– Не мели ерунды. Все эти годы я задыхалась под тяжестью Долга, и ты хочешь навесить на меня новый?! Хрентушки! О да, эта чёртова клетка из правил и обязанностей прекрасно придаёт форму! Но с чего ты взял, что она мне нравится?

– Вы в последнее время совсем не пьёте, – задумчиво констатировал Чиба.

– Да, пока держусь, – согласно буркнула я. – Не знаю ещё, сколько продлится. Осталось не так много правил, которые мне хотелось бы нарушить.

– Так и знал, что у вас есть какой-то список! Очевидно, рога, каблуки...

– Неприличная одежда, – подхватила я. – Переезд в другой дом в другом городе. Загул в баре, но на трезвую голову. Пляж и всё, что с ним связано. Ночь в одиночестве... И, что самое паршивое, всё это оказалось как-то мелко и бессмысленно. Огромные затраты душевных сил, чтобы переступить, преодолеть запрет. И полный пшик в итоге. Ну или почти полный. В одиноком утре всё же есть своя прелесть.

– Так я и говорю, вам нужна...

– Нет, – прервала я его. – Обратно в тюрьму я не пойду. Ты можешь хоть на голове плясать, а согласия я всё равно не дам.

– Вот, значит, как вы это всё воспринимаете, – протянул Чиба. – Ясно. Ну, тогда, быть может, вы захотите взглянуть на то, что получилось из Шази? Тодден планирует назначить её своей помощницей. И, кстати, резко возражает против вашей кандидатуры на должность Старшей.

– О, ещё бы он не возражал. А из Шази уже что-то получилось? Конечно, хочу.

– Она сейчас в поместье Зейтманов. Подкинуть вас?

– Минуточку, – я одарила сенатора широкой улыбкой. – Сначала мне надо заглянуть в гардеробную.

– В таком случае добирайтесь сами, – Чиба встал из-за стола. – У меня есть дела и поинтереснее, чем под дверью вашей раздевалки топтаться. Спасибо за обед...

– Вообще-то завтрак. Выход там, – как можно любезнее указала я.

Сенатор предпочёл просто исчезнуть.

А я и в самом деле направилась в гардеробную. Где начался энный раунд ежедневного цирка. Первый голос создавал очередной шедевр, отпуская свои традиционные язвительные комментарии. Второй настойчиво предлагал косу или, на худой конец, огненный меч. Третий ныл, что его «опять» оставили без работы, хотя я исправно нагружала его предыдущие десять дней. Больше всех доставал Пятый со своим бесконечным брюзжанием насчёт Несси – наследница, похоже, разочаровала его в высшей степени, нанесла удар в самое несуществующее сердце, унизила, растоптала, и вообще. И только Четвёртый довольно мурлыкал, приводя в порядок мои синие и бирюзовые пряди.

***

С высоты примерно полукилометра долина Зейтманов напоминала разворошенный муравейник. У наскоро собранного причала разгружался контейнеровоз. Через лес тянулась свежая просека; по дороге из бетонных плит грузовики перевозили стройматериалы. Вокруг точки перехода возилась куча рабочих, ровняя землю и огораживая будущую стройплощадку. К самому порталу вела временная деревянная башня.

А вот эльфов в поместье обнаружилось всего трое. Ауры двух Тёмных в комнате на втором этаже виллы, и один Светлый, скучающий на балконе рядом с той самой комнатой. На балкон я и телепортировалсь. Расчёт полей-амортизаторов получился удачным, и приземлилась я почти мягко.

– Привет, Седж.

– Госпожа Лиа, – слегка поклонился оперативник Скрытой Стражи. – Пришли на тёмненькую полюбоваться? Чиба упоминал нечто в этом духе.

– Ну да. Сам он мотается по каким-то делам, а где Несси? Я думала, тут сторожить – это её обязанность.

– Несси развлекается с начальником, – скривился Седж. – То есть «учится». Как будто мало нам уже имеющихся проблем с сенатором...

– Дети... – фыркнула я. – Ни дня в спокойствии. Эх. Ладно, сперва проведаю Шази, или кто она там теперь, – я решительно взялась за ручку балконной двери.

Внутри обнаружилась просторная светлая комната. Вероятно, гостиная – учитывая все эти диваны, пуфики и столики; или даже будуар, принимая во внимание огромное зеркало.

В центре комнаты на высоком табурете сидела Шази. Обнажённая; давешний белый балахон валялся на полу бесформенной грудой. Ну, то есть, скорее всего это была Шази: тёмная эльфийка с вроде бы похожим лицом, но с совершенно новой аурой. Вместо золотых глаз – сверкающие ртутные шарики. Последний раз я видела её совсем лысой, а теперь у неё были длинные белые волосы, которые расчёсывал стоящий позади табурета Тодден. В целом выглядела она вполне нормально: никаких рубцов или шрамов, никаких колец, и ничего похожего на заклинание Подчинения. Хотя ртуть вместо глаз, м-да...

– Госпожа Лиа, – поприветствовал меня Тодден, не прекращая причёсывать. – В полном боевом облачении. Однако.

Я и в самом деле была в броне: тёмно-синий комбинезон, украшенный тонкими серебристыми пластинами и ярко-бирюзовыми кристаллами. Подчёркивающий формы, и в то же время придающий облику агрессивность. Плюс полный комплект амулетов, естественно.

– Эта она и есть? – оживилась тёмная эльфика. – Впечатляет, нечего сказать.

– Похоже, тебе нравится причёсывание, – заметила я.

– Ну конечно. А почему нет? Неужели вы думаете, что Тодден создал бы личность, возражающую против его любимого фетиша?

– О, так она полностью, так сказать, информирована?

– Разумеется, – кивнул Тодден. – Скрывать такое – значит создавать почву для недоверия, шантажа и прочих глупостей.

– А живот ей вы вскрываете ежевечерне, вместо сказки на ночь? Или только по праздникам?

– Ну, ну, госпожа Лиа, – Тодден укоризненно покачал головой. – Не путайте помощницу с пленницей.

– Помощница, значит... – я перевела взгляд обратно на эльфийку. – А как тебя зовут?

– Шази. Надо же мне как-то называться, а это имя уже прикреплено к телу.

– Хм, допустим. А что насчёт глаз? Не устояли перед страстью к коллекционированию? Или несчастный случай во время лечения?

– О, это только плёнка, – пояснил Тодден.

По его жесту ртуть переползла на лицо Шази, превратив его в серебристую маску. Глаза у неё оказались прежние, с золотистой радужкой.

– Просто небольшая предосторожность, – пояснил Тодден. – На случай, если мне понадобится посмотреть на мир с её точки зрения. Ну и вообще, я полагаю, это окажет весьма дисциплинирующее воздействие. Правда, Шази? – он взмахнул рукой, и ртуть вернулась на глазные яблоки.

– Безусловно, – согласилась та. – Хотя тут есть и элемент удобства. Не нужно пересказывать, что видишь, достаточно шепнуть: «посмотри»...

– Аудиосвязь у вас, значит, тоже есть, – констатировала я.

– Ага, – подтвердила Шази. – Я настаивала на перманентной, но он отказался. Типа, в детстве это, конечно, было круто, но с возрастом требуется больше уединения.

– «В детстве»? Я чего-то не знаю? Тодден, откуда вы вообще взяли эту личность?

– О, мы наконец дошли до основного вопроса, – Тёмный аккуратно спрятал гребень. – Прогуляемся немного?

Шази подобрала с пола и напялила свой балахон. Выглядел он почти по-старому, только вычищенный, и без капюшона.

– Ну, если вы считаете это нужным... – нехотя согласилась я.

Понятно, что они не хотели делиться информацией со стражником – подслушивать через дверь у нас очень многие умеют, а уж питомцы Ни-Ни так все поголовно.

При этом выйти Тёмные предпочли именно что через балкон. Первой выскочила Шази, легко перемахнула через перила и устроила себе самый настоящий магический батут, на котором и подпрыгивала, пока Тодден чинно спускался по лестнице из силовых полей. Я предпочла телепортироваться.

Кусок не затронутого стройкой леса начинался почти у самой виллы. Мы углубились всего лишь метров на пятьдесят, когда Шази наколдовала нечто мне незнакомое – полусферический, накрывающий нас всех купол, но не защитный, и не изолирующий. И довольно низкоэнергетичный.

– Можно говорить, – объявила она.

– Противопрослушивалка? – предположила я. – Какая-то странная. Что, только в лесу работает?

– Не обязательно, – Шази отрицательно помотала головой. – Сгодится любое место с заметным звуковым фоном. Заклинание усиливает его и забивает нашу речь.

– Звучит не слишком надёжно, – с сомнением протянула я. – Впрочем, дело ваше... Что там такого секретного вы хотели мне сообщить?

– Тут вот какая закавыка, – начал неспешно вышагивающий Тодден. – Прежде всего мне надо сориентироваться в ситуации. А то я, признаться, как-то потерял нить событий. Надеюсь, госпожа Лиа, вы меня проконсультируете.

– Насчёт чего? – удивилась я.

Столь витиевато сформулированный вопрос сам по себе дезориентировал.

– Насчёт моего будущего, – ответил Тодден. – Изначальная идея Чибы имела какой-никакой смысл. Во главе компактного отряда наёмников покорять туземцев какой-нибудь Остомании... Простая, честная работа, никак не затрагивающая интересы Готтдома. Потом Чиба сказал, что вы требуете всё переиграть. И меня назначают фактическим главой государственной армии Светлых, единственный смысл существования которой – борьба с армией моей родины. Тогда я решил, что тут, конечно, какое-то завихрение в мозгах ваших сенаторов, но ваш личный мотив – третировать меня, не выезжая из столицы. В принципе, понятно – ползать по джунглям желающих мало... И тут вы заявляете, что не собираетесь становиться моей надсмотрщицей. Я, конечно, улыбаюсь и киваю, но – что за фигня? Вы там все вообще каким местом думаете?

– Наши сенаторы по большей части в принципе не думают, – сухо проронила я. А потом вздохнула. – Что же касается меня... Тут есть правда и правда. С одной стороны, наше государство разваливается. Большинство эльфов на ответственных постах ни на что не годны, средние и нижние этажи госмашины почти полностью замещены людьми. В лучшем случае власть возьмут полутёмные – вроде Чибы и Фрина. Сейчас они ещё стараются не отсвечивать, но вообще-то тут их довольно много – ручеёк беглецов из-за моря никогда не прерывался. И вы неплохо впишитесь в их компанию, разве нет? А в худшем случае мы превратимся в государство людей. С очевидным итогом – тут высадится экспедиционный корпус Тёмных. От армии – и вас – вовсе не требуется захват Готтдома. Только охрана побережья.

– Тут главная роль у флота, – заметил Тодден.

– Верно. Потому-то, я полагаю, ваше назначение и допустили... Но есть ещё одна правда. Когда мне задали тот вопрос, я только что заполучила это тело, – я машинально дотронулась до рога, уже ставшего вполне привычным, – и как раз собиралась его опробовать. И тут меня перехватывает Несси... Дальше понятно? Я просто постаралась сочинить что-нибудь абсурдное и при том невыполнимое. Чтобы отцепились и не мешали развлекаться. Но Чиба, очевидно, умеет добиваться поставленных целей... Вам не смешно?

– Не очень, – признал Тодден без тени улыбки. – Вы схохмили, а мне расхлёбывать. Если отбросить всю словесную шелуху, вам нужно, чтобы кто-то тут поддерживал порядок, охранял от внутренних переворотов и внешних вторжений.

– Ага.

– Но сами вы при этом палец о палец ударять не планируете. Как и прочие Светлые.

– Это ещё почему, «как и прочие»? – удивилась я. – По-вашему Ни-Ни не Светлый, что ли? Или его подчинённые? Или вы считаете их действия недостаточно активными?

– Кажется, я вас понял, – медленно кивнул Тодден. – Я – охраняю берега, вы – смотрите, чтобы я не удрал. Ну, не самый худший расклад.

– Полагаю, вы сможете выйти в отставку, как только воспитаете себе подходящего преемника. Если захотите, конечно.

– Посмотрим...

– А теперь, когда ваше будущее прояснено, поговорим о прошлом, – потребовала я. – Откуда взялась личность нынешней Шази?

Тодден вздохнул. Осторожно спросил:

– Вы знаете, что такое «воображаемый друг»?

– Чисто теоретически. Никогда такой фигнёй не страдала.

– Значит, вам повезло с относительно хорошим детством. Хм. Воображаемый друг, как правило, это автономная личность, существующая за счёт ресурсов вашего мозга. Так вот, Шази – это и есть эта личность, извлечённая из моей головы и помещенная вот в это тело.

– Э... Но как? Защитная оболочка мозга ведь не пропускает любое колдовство, в том числе и своё собственное?

– Конечно же, потребовалась трепанация черепа, – спокойно пояснил Тодден.

– И вы доверились Фрину? Я бы ни за что на такое не пошла...

– Нет, конечно. Не Фрину. Но доверился. Операцию проводил Риан, давно, ещё до войны. Дело в том, что по стандартам Тёмных «воображаемый друг» – опасное психическое расстройство. С ним нельзя занимать любые значительные должности. А мне предстояло возглавить армию... Пришлось извлечь и записать на специальный, э-э, артефакт.

– Ваш кесарь смог провернуть такое? Шестьсот лет назад? Даже как-то не верится.

– Ну не даром же Риана зовут «Великим». И вот теперь она снова существует, – Тодден нежно обнял Шази. – Очень скучал.

– После шестисот лет ожидания они воссоединились... Попахивает дешёвой мелодрамой.

– Нет, не после шестисот. Я, конечно, не ждал так долго.

– Ты хочешь рассказать ей всё? – обеспокоилась Шази. – Это может быть опасно.

– Ох, ну не всё, естественно. Краткую версию. Есть шанс, что она поймёт. Так вот, госпожа Лиа. Я, конечно, не смог ждать так долго. Эксперименты по воплощению я начал почти сразу. Сначала с людьми, но там ничего не вышло. Слишком большая разница в устройстве мозгов. Тогда я стал использовать эльфиек. Светлых. В основном гражданских, из прифронтовой полосы. Но и военных тоже, если удавалось захватить. Тех, что были почти без магического таланта и на низких должностях.

– Да, пропаж было довольно много, и мы даже иногда ловили ваших лазутчиков... Но исчезали ведь и эльфы. Мужского пола, я имею в виду.

– Приходилось делиться, – уклончиво ответил Тодден. – Себе я оставлял только эльфиек. Да и то не всех: мозги требовались в хорошем состоянии.

– А ещё глаза и пальцы, верно?

– Да, я их начал коллекционировать как раз тогда. Для прикрытия. Надо же было объяснить, зачем я вожусь с пленницами. При наличии-то гарема. Если бы раскрылась правда, то я лишился бы должности. А скорее всего, и жизни. Так что даже в самом лучшем случае, – он снова обнял Шази, – я воплощал её на пару дней, а потом подчищал следы.

– Теперь, значит, мелодрама превращается в шпионские страсти-мордасти.

– Госпожа Лиа, – Тодден смерил меня внимательным взглядом. – Знаете, я всегда гадал, насколько осознанно вы стараетесь меня взбесить. В самые неподходящие моменты.

– Со стороны кажется, что чисто на автомате, – заметила Шази.

– Э-э... – только и смогла промычать я.

– Поскольку вам явно не интересно, – печально проронил Тодден, – распинаться дальше смысла не вижу. Шази я уже и без вас всё рассказал.

– Прошу меня извинить, – пробормотала я, смотря себе под ноги. – Рада, что у вас всё хорошо сложилось. В конце концов.

Не дожидаясь ответа, я телепортнулась. Вверх и назад, чтобы оказаться высоко над морем.

***

Тодден отстранённо отметил исчезновение Редсвейл-старшей. В третий раз обнял Шази. Шепнул ей на ухо:

– Я ведь так и не сказал самого главного. Что нет никаких гарантий, что Риан действительно тебя извлёк, а не понадеялся на эффект плацебо. Может, он просто расковырял мне башку, записал на тот гребень всякий мусор... А твоя личность – не более чем моя фантазия, которую я транслирую, якобы «читая» эту «запись»?

– Но какая разница? – удивилась Шази. – Мы же с Фрином всё проверили. Я существую, даже когда ты спишь, или окружён антимагическими амулетами. Я уже есть, и не важно, каким именно образом.

– Мне – не важно, – согласился Тодден. – Ей может быть важно. Госпожа Лиа всё это затеяла, и должна быть в курсе, что командующим армии станет возможный псих...

– Кх-м, – раздался громкий кашель.

Стражник появился словно неоткуда, даже обычных возмущений от телепортации Тодден не заметил. Скорее всего, заклинание невидимости... Без как минимум полутора тонн ртути его очень трудно отследить.

– Извините, что вмешиваюсь, но вас лучше успокоить прямо сейчас, – стражник подошёл ближе и понизил голос. – Вам будет очень трудно найти психически здорового светлого эльфа возрастом старше шестидесяти пяти.

– Э-э, – Тодден даже не сразу нашёлся с ответом. – А как же Чиба? Например.

– Разве он не говорил вам, что устроил всю эту кутерьму только для того, чтобы, как он выражается, «спасти» вас и госпожу Лию?

– Ну да. Он разбирается в традициях Тёмных лучше, чем я ожидал.

– А, так по вашим меркам он нормальный? Ну так ещё проще: знайте, что по нашим меркам овеществлённая тульпа – это скорее «круто», чем «заскок». Если придумаете, как их поставить на поток, чтобы любой смог свою материализовать, то сможете срубить неплохих деньжат.

– Э-э, неожиданная, э-э, идея, – только и смог выдавить Тодден. – Я подумаю, – добавил он уже более плавно.

– Вот и отлично. Да, и пользуйтесь в следующий раз антипрослушкой покачественнее. Мне аж неловко было: взрослый, вроде, эльф, а прикрывается каким-то дурацким птичьим щебетом...

***

Я планировала немножко поболтаться в воздухе и спокойно поразмышлять, но мне не дали. В паре метров за моей спиной кто-то перетасовал пространство, и я услышала знакомый голос:

– А здесь мы можем наблюдать госпожу Лию, – говорил Ни-Ни. – Исполняющую свой коронный фокус. Это действительно круто, но делает из нас прекрасные мишени, и поэтому для служащих Скрытой Стражи строго не рекомендуется.

– Но ты же сам... – послышалось слабое возражение Несси.

Мы опасно приблизились к воде, так что я снова телепортнулась, набирая высоту и смещаясь в сторону соседней пустой долины.

Человеческому глазу трудно заметить эльфийскую фигурку высоко в воздухе; но маги смотрят в первую очередь на ауры, а моя на фоне неба сияет так, что и слепой заметит. Не удивительно, что Ни-Ни с лёгкостью повторил мой манёвр. Теперь они оказались впереди меня: Скрытый Советник в чёрном мундире, крепко обнимающий Несси в изумрудном.

– Правила для того и существуют, чтобы их нарушать, – пояснил Ни-Ни. – Но тут важно помнить: если нарушишь в неподходящий момент, и случится жопа, то ответить придётся по полной программе.

– Э-э... И как же определить? – озадаченно спросила Несси.

Мы опять упали слишком низко. И к тому же мне надоело слушать прописные истины. Я принялась телепортроваться с короткими интервалами, выписывая сложную фигуру и при этом неуклонно смещаясь к той долине. Достигнув примерной оси симметрии, сиганула вниз с самой верхотуры, оттормозилась об классический многослойный «бутерброд» силовых полей, но не телепортнулась на берег, а так и осталась плавать. Благо, полностью исправная броня сама удерживает на поверхности воды. Плюс обогрев. Приятно...

Ни-Ни повторил мои выкрутасы почти в точности, так же сиганул, и тоже остался плавать. Правда, ему пришлось поддерживать себя и Несси на воде вручную. С другой стороны, у них и рогов с бронёй не было, только довольно тонкие мундиры, да обувь...

– Заметила, как это делается? – продолжал он урок. – Стопка силовых полей, которые, самое главное, надо опереть не о себя, а о поверхность воды. Самая сложность тут в переносе фокуса приложения сил...

– Да вроде ничего особо сложного, – возразила Несси. – По воде ходить я уже умею. Тут должно быть похоже, только слоёв больше.

– Вижу, вы прекрасно спелись, – заметила я громко.

– Ага, – подтвердила Несси. – Потому что Ни-Ни, в отличие от вас всех, обещал меня всему научить. И безо всяких там «классических» методов.

– Чем дальше, тем больше я уверен, что она впишется в мою команду, – подтвердил Ни-Ни.

– Смотри, не наставь Чибе рога, – усмехнулась я. – А то наш дорогой сенатор снова обидится.

– Я что, так похож на призового быка-осеменителя? – возмутился Советник.

– Ты же культивируешь имидж подростка, – напомнила я. – Значит, должно быть буйство гормонов и перманентный стояк.

– Не пытайся впутать меня в очередную авантюру. Официально заявляю, что мне не понравилось вычёсывать песок из волос. И приглашение на сегодняшний вечер я уже получил. Причём, особо подчёркиваю, не от Несси.

– А я сегодня решила сачкануть, – поведала я мечтательно. – Переночую где-нибудь на побережье. Благо, в броне будет вполне комфортно.

– То есть ты её не против Тоддена нацепила? – удивился Ни-Ни. – Надо же.

– И против Тоддена тоже. Обожаю сочетать приятное с полезным. Мне надо подумать. В тишине и спокойствии.

– Да? И о чём же?

– Не твоё дело.

– Как и всегда. Ладно, намёк понял. Несси, ты ещё способна воспринимать новые знания? Или мне тебя к Чибе доставить?

– Конечно, способна! – возмутилась та. – Солнце ещё высоко!

– Так я не только бык-осеменитель, но ещё и галерный раб, – промурлыкал Скрытый Советник. – Сейчас ты у меня попрыгаешь!

Они наконец телепортнулись. Не далеко, на берег. Я ещё долго слышала весёлые визги Несси и притворно-грозное рычание Ни-Ни. Похоже, они устроили что-то вроде салочек. Прям как дети. Хотя почему «как»...

А мне и в самом деле требовалось подумать. Я получила «свободу от». От Долга, от обязательств, от запретов. Не полностью, но во вполне достаточном объёме. И теперь наступал момент «свободы для». Целеполагание. Которое никогда мне толком не давалось. Меня воспитывали как исполнителя. Как инструмент для достижения чужих целей. Теперь я брала свою судьбу в свои руки.

Конец «Освобождения».