Орден живого тумана

Глава 1

– Кора Оуэл?

Голос за спиной заставил молодую женщину в длинном дорожном плаще обернуться. Её глаза цвета серебристого изумруда осмотрели улицу в поисках зовущего и остановились на изящной девушке с золотисто-сапфировыми глазами и светло-пепельными волосами. Мгновение – и губы Коры тронула улыбка.

– Тильда? Тильда Колдрен. Вот уж кого не ждала встретить в такой дали от столицы!

– Ты же знаешь, как далеко могут завести дела. – Тильда засмеялась и подхватила подругу под руку. – Сколько мы не виделись, с момента окончания академии, да? – не давая Коре опомниться, она решительно потащила её к ближайшей таверне. – До меня доходили слухи о сильном чароплёте в этой глуши, но, я и подумать не могла, что это ты!

– Хочешь сказать, что ты приехала в Стоуншелд в поисках сильного чароплёта, которым в итоге оказалась я? – С улыбкой спросила Кора, садясь за стол.

«Орлиное гнездо» было единственным постоялым двором в городе. И, наверное, именно поэтому, единственной приличной таверной. Хозяин, которого все знали только под прозвищем «Рыжебородый Корд», очень гордился своим детищем и старался держать его, как он выражался, «всегда в строю». Сам готовил, и даже варил особое пиво, которое насчитывало около семидесяти вариантов и, на ряду с пышной огненно-рыжей бородой и страстью пивовара к готовке, стало визитной карточкой Стоуншелда. Ради которой сюда приезжали многие.

Тильда, усевшаяся напротив, шутке засмеялась, но отвечать не спешила. Подождала, пока дочь хозяина примет у них обеих заказ и уйдёт на кухню, затем огляделась по сторонам и взяла в руки наполненную до краёв «приветственную» кружку. Которую в заведении рыжебородого Корда подносили раз в день каждому посетителю. Говорят, с подходящим каждому человеку и случаю вариантом пива здесь ещё ни разу не ошиблись.

– А ты, значит, стала странствующим чароплётом? – сделав глоток, она недоумённо посмотрела на кружку, покачала головой и откинулась на спинку странной конструкции: то ли кресла, то ли стула, которыми были укомплектованы все столы в «гнезде». – Честно говоря, я думала, ты пошутила тогда на выпускном. Странствующих чароплётов уже три сотни лет никто не видел, все находят более… подходящее для себя место.

Кора фыркнула и потянулась за своей кружкой.

— Вот и я своё нашла, Тиль. Странствовать ведь никому не запрещено.

— Это конечно верно, – задумчиво протянула бывшая сокурсница. – Вот только… Работы-то тебе хватает? Сейчас ведь в каждом городе свой двор чар. Люди скорее в него обратятся, чем к пришлому кудеснику.

– Хватает, не беспокойся, – пиво в её кружке сегодня пахло кедром, вереском и дорогой. Интересное сочетание… – Так ты здесь в поисках сильного чароплёта?

Кора внимательно посмотрела на нахмурившуюся подругу. Судя по всему, происходит что – то серьёзное.

Тильда снова умолкла, задумчиво глотнула из своей кружки.

– Из чего он варит эту штуку? На вкус, словно хлеб, который жарили на дубовых поленьях и полыни.

– Тиль, – Кора отставила свою кружку и чуть подалась вперёд. – Что происходит? С чего вдруг рунный двор ищет новых чароплётов тайком? Вам же достаточно просто сообщить о намерении.

Та залпом осушила свою кружку и поднялась.

– Пойдём со мной.

Они поднялись по винтовой лестнице и вошли в комнату, которую, видимо, снимала Тильда. Комнаты в «Орлином гнезде», были выдержаны в том же стиле, что и таверна внизу. Массивные деревянные двери, обшитые древесиной каменные стены. Мебель Рыжебородый Корд подобрал с той же любовью, с которой относился к своему постоялому двору. Массивная ровно настолько, чтобы не пострадать от буйного нрава постояльцев (наверняка ещё и зачаровал на всякий случай). И изящная настолько, чтобы снявший комнату ощущал себя комфортно, а порой и роскошно. Так же, Рыжебородый Корд гарантировал всем, решившим отдохнуть в его «гнёздышке», безопасность и сохранение тайны, если, конечно, она не нарушает закон. Но для кого-то гарантий трактирщика было явно недостаточно.

Переступая порог, Кора заметила слабую рубиновую вспышку. Фирменная защитная магия Тиль. А заодно и дополнительная звукоизоляция. Вроде той, что они в академии использовали. Только намного сильнее. Но это и понятно, они уже давно не дети и магия растёт вместе с ними. Проследив за рубиновым «коконом», окутавшем все стены, гостья покачала головой и опустилась в одно из кресел.

– Рунный двор вдруг занялся политикой, и ты решила открыть мне его страшные тайны?

Веселья подруги Тильда не разделила. Опустившись на диван рядом, она положила ногу на ногу, сцепила руки замком вокруг колена и чуть подалась вперёд, чтобы не упустить реакцию на свои слова.

Уровень автоматически проставленной подругой личной защиты тоже впечатлял, но на этот раз Кора не спешила комментировать – ждала, что произойдёт дальше.

– Ты и права и не права, Корри. Я знала, что ты где-то в этих краях и, честно говоря, надеялась с тобой встретиться. Но цель моего приезда, совершенно иная. И, к сожалению, она связана вовсе не с поиском новых чароплётов в провинции. Это было бы намного проще и, честно говоря, приятнее.

– Судя по исключительным мерам безопасности, которые ты приняла, прежде чем начать этот разговор, Тиль, дело и в самом деле серьёзное, – Кора оставила лёгкий тон. – Но чем странствующий чароплёт может помочь одной из Дам рунного двора?

– Не скромничай, – губы Тильды тронула кривоватая усмешка. – Ты получила в академии двойную ленту. Это многое значит. Вдвоём нам всегда удавалось решить любую загадку.

— Это, конечно, верно, – в тон подруге отозвалась Кора. – Только жизнь ведь не магические ребусы Дока, в ней бывают задачки и без ответа.

– Бывают, но те ответы, которые всё-таки существуют, вдвоём нам будет гораздо легче найти.

– Тоже верно. – Кора кивнула и откинулась в кресле. – Что ж, считай, что ты меня заинтересовала. И о какой «загадке» идёт речь?

– Когда в последний раз ты слышала об ордене живого тумана?

– Что?..

Коре показалось, что она ослышалась. «Орден живого тумана» был старой академической страшилкой. Пожалуй, уже даже не страшилкой, а поводом для розыгрыша, потому что в его существование всерьёз не верили даже в те времена, когда она только поступила в академию.

История о группе студентов, решивших заняться опасными, а потому незаконными, практиками, существовала, кажется, с момента основания академии Семи Ветров. Версий о том, чем именно занимались в «живом тумане», ходило много. Каждое новое поколение студентов, считало своим долгом дополнить ужасающий список. И чем изощрёнее было «преступление», тем дольше жили истории. В своё время они обе активно участвовали в развитии «студенческого ужастика». Это было даже весело. Но всерьёз слышать от Тильды подобный вопрос…

– Ты меня разыграть решила, Тиль? Тогда сразу скажу, вышло так себе, мне ведь давно не девять.

– Был бы это розыгрыш, лунушка моя, я бы первой порадовалась, – невесело усмехнулась в ответ подруга.

– Только не пытайся меня убедить, что всё это оказалось правдой, – Кора фыркнула, но, заметив выражение лица собеседницы, осеклась. – Тиль?

Та откинулась назад, расцепив пальцы, закрыла глаза и заговорила.

– Всё началось полтора лунных круга назад. Из академии сообщили о пропаже двух студентов. Сама знаешь, там не спешат вмешивать в свои дела посторонних, поэтому, когда рунный двор получил это сообщение, я приняла его за очередной розыгрыш. Как раз в стиле «историй про орден». Но спустя два дня ко двору прибыл наставник Гаюс. С вопросом, как идут поиски.

– Док?! – брови Коры взлетели вверх. – Он бы в таком точно участвовать не стал…

— Вот и я так же подумала. – кивнула Тильда, не открывая глаз. – Поэтому и решила присмотреться получше.

– И? – Кора почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она знала, что ей не понравится то, что она услышит. Совсем не понравится…

– Наставник Гаюс попросил встретиться с ним наедине, не вмешивая в это весь Двор. Так сказать, «во имя чести альмаматер».

Кора невольно улыбнулась этим словам. Наставника Гаюса специализация выбрала в тот год, когда они с Тиль поступили в академию. И первые семь лет он был их старшим сокурсником. С которым они обе, к слову сказать, крепко сдружились. И потом, когда сокурсник стал наставником, эта дружба никуда не делась. Что, разумеется, не мешало Гаюсу с честью выполнять свои обязательства. Поэтому она живо представила, этот «разговор наедине». Наверняка превратившийся в очередное решение головоломки. И не смотря на всю серьёзность ситуации, Кора даже пожалела, что не была там, вместе с друзьями.

– Проанализировав события последних нескольких месяцев, мы пришли к выводу, что кто-то решил возродить «орден», основываясь на легендах о нём.

Коре показалось, что в комнате стало намного холоднее. И даже как-то потемнело.

– Возродить орден? – она в ужасе уставилась на подругу. – Основываясь на легендах… Погоди, на всех легендах?

У неё волосы на голове зашевелились стоило представить, что случится если какому-то безумцу подобное придёт в голову.

– Не уверена, но, думаю, что да. – Тильда понимающе кивнула. – И похоже, возрождение в самом разгаре. Это продолжается год, а возможно и два. Но, благодаря популярности розыгрышей на тему ордена, похоже, «медузу в своём дворе» академия как раз и не заметила.

– Постой, постой, постой… – Кора зажала пальцами виски и несколько раз мотнула головой, словно не в силах принять до конца услышанное. – А вы с доком не могли ошибиться? С чего вы вообще пришли к таким выводам? Может эти пропавшие тоже розыгрыш устроили.

– Это первая версия, которую мы решили разобрать, – кивнула Тильда. – Они ещё специализацию не получили. А в комнатах в дни исчезновения док нашёл следы сильной локационной магии. Уровня последнего года не меньше. Такое им было просто не по силам.

– А по негласным правилам «орденовских мистификаций», просить о помощи можно только тех, кто твоего уровня… – задумчиво произнесла Кора. – Значит обманка действительно не при чём.

– Именно. Кроме того, среди учеников, по словам дока, упорно ходят слухи о том, что в орден рекрутируют. Большинство от этих слухов в ужасе, но есть и те, кто интересуется «условиями отбора».

– А это уже не смешно, – Кора всё больше хмурилась. Рассказ подруги ей совсем не нравился. – Ладно, теорию о том, что какому-то идиоту захотелось возродить орден, можно считать рабочей. Хотя в голове это с трудом укладывается. И вы с доком решили во всём разобраться, так?

Она не удержалась от лёгкой озорной улыбки.

– А ты бы на нашем месте нет?

– Поймала! – смеясь отозвалась Кора. – Кто бы это ни затеял, он не знает с кем связался.

– Повторюсь, Корри, будь всё так просто…

– Но что-то же вы с доком выяснили. Ты сама сказала, что встреча со мной не была твоей основной целью. Значит, Стоуншелд как-то связан с живым туманом? Рассказывай.

– Хватку ты не потеряла, не зря мы с доком хотели тебя найти, – улыбнулась Тильда. – Да, да, он тоже автор этой идеи, не смотри на меня так. Ещё до того, как академия подала просьбу в рунный двор о расследовании, док попытался сам разобраться с ситуацией. И при попытке «прочитать» комнату получил почти полный блок.

Кора ошарашено посмотрела на подругу. У Гаюса была первая ступень «Ловчего» и высшая ступень «призрачного зрения». Поставить ему блок, при любом виде поиска, было практически невозможно! Понимая изумление сокурсницы, Тильда подтвердила свои слова кивком и продолжила.

– Единственным, что он смог увидеть, было изображение герба «живого тумана». При чём изображение значительно отличалось от того, к которому мы все привыкли. И не только внешне. Оно было очень древним. Не стилизованным под старину, а именно древним. От него явно ощущался старый след Потоков. Как бывает, если предмет много использовали в сильных ритуалах, а потом надолго утратили или заменили, должным образом не переложив энергию.

– Зная дока, он счёл это зацепкой, – усмехнулась Кора.

– Угу. Мы подняли все доступные нам архивы и выяснили, что орден действительно был. И даже процветал в первую сотню лет существования академии. А потом был не просто распущен, а фактически бескровно уничтожен. Все члены ордена были исключены из академии и лишены права заниматься Искусством в любой форме. Причины этой жёсткой опалы мы так нигде и не нашли. Ничего кроме формулировки в бумагах об исключении за занятие потенциально опасными, запрещёнными практиками. Но какими именно, там не сказано.

Кора поднялась со своего места и принялась ходить по комнате. Верный признак одновременно волнения и напряжённого размышления.

– Кто-то из участников ордена жил в Стоуншелде?

– Один из трёх основателей, судя по тем немногочисленным документам, что удалось найти доку. Я приехала, чтобы попытаться получить информацию. Если не от людей, то от места, в котором они когда-то жили.

Кора кивнула. Хотя, честно говоря, подругу в этот момент она почти не слушала. Размышляя о том, что не давало ей покоя последние несколько лун.

Странствующий чароплёт – профессия, не располагающая к осёдлому образу жизни. Дорога становится проводником, помощником. Частью окружающей путника магии. И не важно, есть ли у странника дом, в который он возвращается или нет, дорога всегда манит его. Говорит с ним, слушает его и ведёт. Дорога Коры вела её в Стоуншелд. Ненавязчиво, осторожно, но неуклонно. Давала понять, что она нужна именно здесь. Даже работа, которую она принимала, вела её в этом направлении. Не для того ли, чтобы встретиться с Тиль? И пиво у Корда… Вереск, кедр и дорога…

– Корри!

От окрика подруги она словно очнулась.

– Прости, – тряхнув головой, чароплёт повернулась к подруге. – Что ты спросила?

Тильда встала и подошла к замершей посреди комнаты сокурснице, внимательно заглядывая ей в глаза.

– Что ты видела?

– Я? Нет, я просто задумалась… Знаешь же, призрачное зрение у меня слабое.

– Знаю, – кивнула Тильда, – Но я подумала… Знаю, вопрос не слишком вежливый, но… Ты так и осталась спящей?

Заметно, что спрашивать ей неловко, но и не спросить она не могла.

Быть «спящим» было гордостью в детстве и тяжёлым грузом во взрослой жизни любого чароплёта. Спящими называли тех, чей талант к чарам раскрылся лишь частично. Для академии задача «пробудить спящего» и, тем самым, раскрыть в нём ещё один талант или же усилить уже существующий, была не менее, а порой и более важной, чем обычное обучение. Но, если «пробуждение» не происходило ко дню окончания академии, шансов, что оно произойдёт позже, практически не было. Более того, бывали случаи, когда «спящая» часть дара начинала поглощать «активную», тем самым ослабляя хозяина. К счастью, такой исход случался ещё реже, чем сам «вечный сон», как называли его наставники. «Сон» Коры оценивали, как талант высокого уровня: минимум второй, а возможно и первой ступени. Однако за четырнадцать лет обучения её не удалось не только пробудить, но даже определить суть «спящего» таланта.

– Мне хватает того, что есть, – мрачно буркнула Кора, – возможно, наставники и вовсе ошиблись, решив, что я «спящая». Знаешь же, такое бывает.

Тильда кивнула и не стала развивать тему, чувствуя, что подруге она неприятна.

– Ладно, моё сонное состояние сейчас меньшая из наших проблем! – Кора мотнула головой и громко хлопнула в ладоши. – Где, говоришь, жил этот основатель ордена? Думаю, пора его навестить.

***

– Ничего не понимаю… – Тильда сделала шаг назад и опустила руки, отступая от стены, к которой только что прикасалась. – Я такое встречала разве что после магических пожаров. Но дом ведь цел!

Семейство Уилвуд давно покинуло Стоуншелд. Заброшенный дом не был никому интересен и за годы без хозяина утратил своё былое величие. Нет, скорее спрятал его под покрывалом времени. Обычно такие дома охотно шли на контакт. Им нравилось рассказывать свои истории. Делиться эмоциями, годами копившимися под их крышей. Обычно. Дом Уилвудов на контакт не шёл. Он был словно опустошён или наглухо заперт от любопытных. Они провели в доме больше часа, но тот не захотел даже «поздороваться».

Теперь обе уставшие гостьи опустились на ступени крыльца, чтобы решить, что делать дальше.

Кора чуть откинулась назад, рассматривая выбитый на воротах семейный герб Уилвудов. Геральдика и символизм всегда были ей интересны, они как написанные тайным языком послания. Если умеешь их читать, то можешь узнать многое. К примеру, этот. По нему без чароплётства можно многое рассказать о тех, кому он принадлежит.

Вот эта часть узора, говорит о древности рода. А эта о том, что семья занимается Искусством. А вот и знак двора прозрения и, надо же, двор начал… Но славные подвиги Уилвудов прошлого не ответят на вопросы сейчас… И есть ли тот, кто ответит?..

– Другие зацепки у вас были? – она оторвала взгляд от герба и перевела на подругу. – Эта вышла неудачной.

– А была самой перспективной. След двух остальных родов затерялся гораздо раньше, но док собирался в архивы и обещал найти что-нибудь к моему возвращению. – она поднялась. Не понимаю, что с этим домом. Я совершенно его не чувствую. А ты?

Кора качнула головой и тоже поднялась.

– Он словно спит. Глубоко спит. – она подошла к выкованному на воротах символу рода и провела по нему пальцами. – Красивый, правда? И сильный. Хотела бы я знать, что произошло.

– Красивый, – согласилась Тильда, – Печально, что одно событие в жизни только одного человека перечеркнуло судьбу целого рода.

– Возможно и нет, – Кора обрисовала пальцами все линии и замкнула контур. – Мы не знаем, возможно, это – тоже часть их судьбы.

– В тебе говорит истинный странствующий чароплёт, лунушка моя, – негромко засмеялась Тильда.

– Ну, не зря же меня выбрал именно этот Путь, – Кора улыбнулась в ответ и отошла от герба. – Когда ты планируешь возвращаться в Вириди?

– Вечером, скорее всего, не вижу смысла здесь оставаться, раз уж информация «не пошла».

– Хорошо, тогда…

Она шагнула с травы на каменную тропинку и почувствовала, как в лицо ударил порыв ветра и запах вереска. Короткий как вспышка «зов» дороги. Яркий, но непонятный… вереск? Сегодня она уже чувствовала этот запах, в таверне Корда.

– Кора?

– Да, – очнувшись от зова, она чуть тряхнула волосами, позволяя густым прядям цвета красного дерева упасть на спину. – Если ты подождёшь пока я закончу с делами, то мы сможем отправиться вместе. Думаю, вам с доком не помешает помощь.

– Док, как всегда, оказался прав. Он сказал, что ты обязательно поедешь со мной.

— Это же док…

***

Корда она нашла, как и планировала, за стойкой в «Гнезде Орла». Тот любовно вытирал кружки, готовился к обеденному наплыву посетителей. Увидев чароплёта, он отложил в сторону полотенце и подался вперёд.

– Чем могу помочь прекрасной чудеснице? – голос у Рыжебородого был низким, чуть басовитым и очень подходящим к его внешности.

– Расскажи-ка мне о своей приветственной кружке, хитрый ты плут, – она лукаво посмотрела на сделавшего невинное лицо хозяина таверны. – Какие чары ты вплетаешь туда, Корд? Обещаю, я никому не раскрою твой секрет. Я просто хочу понять их «послание».

Лицо рыжебородого разом утратило всякую игривость.

– Что за вкус был у твоего пива, девочка?

– У моего был вереск, Корд, а ещё кедр и дорога. Что хочет сказать мне твоё пиво?

– Ты очень сильная, девочка, – рыжебородый покачал головой. – Тебя ждёт интересное время, но не стоит его бояться. Пройдёшь через все преграды тогда станешь ещё сильнее. Сейчас мало тех, кто верно слышит свой путь. Ты – услышала верно. Слушай себя и слушай вереск, дорога укажет тебе твой путь.

– Распутал клубок, нечего сказать, – усмехнулась Кора. – Ладно, пусть будет, по-твоему. А что досталось моей подруге? Она говорила о хлебе, жареном на дубовых поленьях. А ещё, о полыни.

Рыжебородый помрачнел ещё больше.

– Смерть стоит за спиной у твоей подруги. Хоть время её ещё не пришло. Если не будет осторожной, уйдёт с ней до срока.

От слов трактирщика она на миг замерла.

– Так что за магия в твоём пиве, Корд, могу ли я доверять ей?

– Тебе, странствующий чароплёт, я скажу. Моя магия так же стара, как и твоя. Они часто шли рука об руку. Теперь же они обе почти забыты.

Кора внимательно посмотрела в глаза собеседника и негромко ахнула. Магия перепутья! А она ведь даже не сообразила, что трактир Корда (а заодно и постоялый двор!) стоит как раз в центре пересечения девяти дорог! Значит Корд – прядник…

Прядников, как и странствующих чароплётов, и в самом деле давно считали устаревшей ветвью искусства. Перекрёстки дорог, выбор судьбы, не важно. Любая «развилка» давала им Силу. Силу видеть нити событий, заглядывать в суть вещей или людей и давать им… не советы, нет. Лишь подсказки. Указания на то, к чему стоит присмотреться. Они не видели будущего или прошлого, как обладатели «призрачного зрения». Не предсказывали событий. Лишь направляли по сужденному пути. Идти по нему или нет, было уже выбором тех, чьим был этот путь. Поняв, кто перед ней, Кора поняла и ответ на свой вопрос. Она поняла, стоит ли верить предсказаниям рыжего трактирщика.

– Ты сказал, что за спиной моей подруги стоит смерть, прядник. Каким путём я должна идти, чтобы отвести её?

– Быстро схватываешь, девочка. – усмехнулся тот в усы. – Только смерть не за твоей спиной и не на твоей дороге. Иди своей и молчи. Придёт час, будет путь – поможешь. А нет – прими и отпусти. Свой путь удержи, это – важнее. А теперь, ступай. Вам обеим уже пора.

***

В академии Семи Ветров она не была уже почти шесть лет. Если бы не обстоятельства, то, скорее всего, эта поездка вызвала бы у Коры исключительно положительные эмоции. Четырнадцать лет, проведённых здесь, были яркими и вспоминались только с улыбкой. Но сейчас её мысли были заняты совсем другим, и встреча с почти ставшими домом стенами прошла практически не замеченной.

Слова прядника не давали Коре покоя. Спокойно отнестись к предупреждению о, пусть даже только возможной, смерти подруги, было не просто. Если бы не предупреждение рыжего трактирщика, она наверняка уже рассказала бы Тильде о нависшей над ней угрозе. А так оставалось только надеяться на то, что срок Тиль всё-таки ещё не пришёл. Смерть очень не любит, когда её пытаются обмануть и не станет уводить за собой того, кому не место на дороге перерождения…

Увидеть встречающего их дока, даже зная, что он их ждёт, Кора не ожидала. За то время, что они не виделись, Гаюс окончательно превратился из молодого, чуть нескладного парня в представительного мужчину. Отпустил волосы до положенной наставнику длины, от чего они наконец перестали путаться и напоминать взъерошенное чёрно-синие воронье гнездо. В серо-голубых глазах прибавилось мудрости, но и тревогу пополам с усталостью Кора узнала в них довольно легко.

– Наставник Уэйз, – спрыгнув на землю, Кора церемонно склонила голову с трудом сдерживая улыбку.

– Странствующий Чароплёт Оуэл, – Гаюс так же церемонно склонился, пряча смеющиеся глаза. – И Рунная Дама Колдрен.

Тильда чуть кивнула в ответ.

– Прошу, следуйте за мной, – он широким жестом указал в сторону преподавательской башни.

Когда все трое поднялись в кабинет, Гаюс плотно закрыл дверь, обернулся, одарил девушек широкой улыбкой и протянул обеим руки.

– Рад вас видеть! Как же я рад видеть вас обеих!

– Даже в сложившихся обстоятельствах? – с улыбкой спросила Кора вкладывая свою ладонь в протянутую руку.

– Особенно в них, моя маленькая мудрая сова.

Кора засмеялась, услышав школьное прозвище, и опустилась в одно из кресел.

– Правда, он совсем не изменился? – усмехнулась Тильда, садясь во второе, – Удалось что-нибудь узнать?

– Почти ничего, – Гаюс с досадой махнул рукой.

– Получил подтверждение того, что во главе ордена Живого Тумана стояли представители трёх древних семей. Шеган Уилвуд, Астрен Фродегерд и Сольвида Мирик. Но их судьбу после исключения мне проследить не удалось. Слияние семей, исчезновение. История запутанная и концов в ней не найти. А у вас что-нибудь есть?

– Пусто, – качнула головой Тильда. – Дом словно запечатан. Вообще никакого контакта. После магических пожаров и то информации больше остаётся! Не знаю, что с ним могли сделать.

Кора задумчиво водила взглядом по комнате. Множество книг, у окна шкаф. На письменном столе несколько знакомых с юности головоломок. Созданных самим Гаюсом… Кабинет был настоящим отражением своего хозяина.

– Фродегерд и Мирик? – Тильда явно была удивлена. – Что ж, история с орденом не слишком повлияла на их будущее.

– Чего не скажешь об Уилвудах, судя по всему. О них почти ничего нет.

– Слушай, док, – Кора задумчиво крутила в руках взятое со стола Гаюса перо. – Что именно произошло? Меня-то ты посвятить забыл.

Тот смущённо почесал нос.

– В начале цикла по академии начали ходить новые истории о деятельности ордена. Первое время мы не слишком обращали на это внимание. Сама знаешь, сколько появляется этих «новинок» вместе с неофитами, – Гаюс вытянул ноги под столом и сложил пальцы домиком. – Когда появились первые истории об испытании для вступления в орден, к ним тоже не отнеслись серьёзно. До тех пор, пока не исчезли двое студентов. Герин Сприг и Флора Кальвин.

Произнося имена, док одновременно передал им и образы. Перед глазами мгновенно возник сначала высокий, чуть сутулый парень с длинным чуть загнутым вниз носом, а следом девушка, старательно прячущая непослушные волосы под капюшон мантии. Выразительные фиалковые глаза смотрели при этом дерзко, но Коре показалось, что в их глубине прятался то ли испуг, то ли неуверенность.

– Накануне исчезновения они хвастались, что прошли финальный этап посвящения. А утром не пришли на занятия. Из-за двойного исчезновения первой версией был, разумеется, розыгрыш. До той минуты, пока я не обнаружил символ ордена в обеих комнатах, когда искал в них подтверждение «сговора». Предвосхищая твой вопрос, общего между пропавшими я тоже не нашёл. Ни внешности, ни склонностей.

Кора чуть кивнула.

– А символ? Можешь мне его показать?

Гаюс вытащил из стола лист пергамента и положил его на стол. Затем накрыл бумагу ладонью, закрыл глаза…

«Призрачная паутина» – одна из способностей тех, кто владеет любым из призрачных чувств. Гаюс, с его «зрением», мог легко «выткать» всё, что видел. И каждый раз этот процесс завораживал.

Из-под пальцев мага словно потекли тонкие, как паутинка, «ручейки». Сначала едва заметные, они становились чётче, плотнее, шире. Наполнялись цветом, превращаясь в яркий рисунок. Кора внимательно наблюдала за появлением на бумаге образа, пытаясь понять его. Символы пяти стихийных элементов, познание… А это, кажется, элементы родовых гербов основателей. Этот ей не знаком… А вот и лента с девизом… Странный, больше похож на руническую вязь. Но, кажется, здесь действительно слова. «Туман – хранит истину».

– Даже в сотканном отголоске чувствуется поток Силы – с уважением заметил закончивший ткать и открывший глаза Гаюс.

– Интересно, что у них за культ тумана, – усмехнулась Кора. – Даже истину ему хранить доверили.

– Ты о чём? – Тильда недоумённо посмотрела на подругу.

– В смысле? – Кора указала рукой на витиеватый девиз. – Об этом, конечно.

– Лунушка моя, рисунок, конечно, красивый, но при чём тут туман?

– Тиль, если это розыгрыш, то очень неуместный…

– Хочешь сказать, – Гаюс подался вперёд, – Что можешь это прочесть?

– А вы, видимо, нет, – задумчиво произнесла та. – Странно… Здесь написано: Туман – хранит истину.

Кора провела пальцами по рисунку указывая направление букв и почувствовала, как по спине прошёл знакомый каждому магу холодок. Признак потока магии, пронизывающего тело.

Остальные символы тоже часть надписи? «Ищущий истину пройдёт тропой тумана. Если…»

Прочесть до конца Кора не успела. Сначала, ей показалось, что всё просто поплыло перед глазами. Но, секунду спустя, она поняла, что комнату быстро заволакивает довольно густой и плотный туман.

– Док? Тильда? – Кора моментально вскочила с кресла и подняла руку, готовясь отразить атаку.

На её призыв никто не ответил. А видимость была настолько плохой, что комната словно исчезла, растворилась. Уверенной можно было быть только в том, чего касалась её свободная рука.

– Тильда? Док?

Снова никакого эффекта. Сохраняя готовность отразить нападение, Кора медленно двинулась вперёд. Туман, похоже, поглощал не только «свет», но и звуки. По крайней мере, собственных шагов она не слышала. Возможно, именно в этом причина молчания друзей? Но кабинет не настолько большой, чтобы они не встретились на протяжении уже нескольких минут. Ведь перед тем, как комнату окутал этот странный туман, их разделял только письменный стол дока.

Впереди показался проблеск света. Кора ускорила шаг и наконец вышла из липкой мглы. Оказавшись… В библиотечном зале академии?! Нет. Оглядевшись по сторонам, она поняла, что приняла за библиотеку гостиную одного из орденов. Книг здесь и в самом деле было много. Да и в целом комната была непривычной. Нет, дело было не в обстановке. Стиль вполне соответствовал привычной с детства академии, но… Что-то в атмосфере было другим. Кора шагнула вперёд, опираясь ладонями о поручень лестницы и посмотрела вниз. В центре нижнего яруса – большой круглый стол. Вокруг стулья с высокими спинками. Кора автоматически пересчитала их. Тринадцать. Полный круг. Интересно, в гостях какого из орденов она оказалась? Нужно будет уйти раньше, чем её здесь найдут… Конечно, она давно не студентка, забредшая не туда, но она помнила, как в своё время они сами ревностно охраняли секреты «Рунной Совы», и меньше всего хотела вторгаться в чужие тайны. Пусть они и были отчасти всего лишь игрой. На миг улыбнувшись своим мыслям, Кора принялась быстро спускаться по ступенькам. У стены напротив стоял камин с весело потрескивающим поленьями пламенем. На стене над ним, по традиции, висел герб ордена. Подняв глаза, непрошенная гостья поражённо застыла на месте. Она смотрела на отлитый в металле, объёмный рисунок дока. Герб «Живого тумана».

Герб ордена, распущенного много столетий назад. Она переместилась во времени? Или просто видит прошлое, как Гаюс с его призрачным зрением? Нет, у призрачных чувств совсем другой механизм. Пусть у неё этот дар развит намного слабее, чем у дока, но всё же достаточно, чтобы отличить его от чего-то другого.

– Шеган, ты же понимаешь, что это неправильно! Мы должны что-то сделать, пока всё не зашло слишком далеко!

Взволнованный девичий голос и шаги за дверью, заставили Кору метнуться вниз по лестнице и, на ходу бросая на себя чары невидимости, укрыться за тяжёлой атласной шторой. Невидимость невидимостью, но наступи ей кто-нибудь на ногу, от скрытности не останется и следа…

– Что ты предлагаешь, Астрен? – отозвался чуть раздражённый мужской. – Оглушить его по голове воздушным молотом, связать и приковать в подвале к стене?

– Смешно тебе! – шутку она явно не оценила. – Он к тебе раньше всегда прислушивался, поговори с ним…

Дверь распахнулась и говорившие вошли в комнату. Рассмотреть людей из своего укрытия Кора не могла, слишком далеко от окна «повиснет» тяжёлая штора. Не заметить такое невозможно. оставалось лишь слушать и стараться разобраться в ситуации.

– Ключевое слово здесь «раньше», Асти, – парень криво усмехнулся. – Он сейчас никого не слушает. Словно одержимый этой идеей!

– А может, не идеей, Шег? – судя по звуку, девушка отодвинула от стола один из стульев и села. А парень принялся ходить по комнате. Что только убедило Кору в правильности выбранной ею тактики.

– Думаешь, он куда-то влип? – похоже он и сам уже обдумывал этот вариант, но верить в него очень не хотел.

– А кому в здравом уме подобное придёт в голову? – девушка, видимо, поднялась и подошла к собеседнику вплотную. Теперь, они оба стояли точно напротив импровизированного убежища непрошенной гостьи. – Ты сам до последнего думал, что он шутит. А ведь сегодня последний день, когда мы ещё можем его отговорить.

В комнате на миг повисла пауза.

– Хорошо, я попробую с ним поговорить, но, честно, не думаю, что из этого что-то получится. – сдался Шеган под её напором.

– Отлично! Давай сделаем это сразу после церемонии определения. Я бы конечно и её пропустила, но, знаю, что так нельзя. К тому же, он там наверняка будет, а значит, мы сможем проследить, чтобы он не натворил бед.

Он в ответ негромко засмеялся.

– Твоё упорство войдёт в легенды. Ладно, бери что нужно и пошли. За опоздание нас явно не похвалят.

Вскоре Кора снова осталась одна и покинула своё убежище. В академии происходило что-то странное. И разобраться в этих странностях было необходимо, даже если они никак не были связаны с исчезновением студентов её времени. Кстати, теория о путешествии пока не получила подтверждения, и с этим следовало разобраться в первую очередь. Наблюдатели жёстко привязаны месту наблюдения и чаще всего невидимы для окружающих. А значит, самый простой способ разобраться…

Несколько минут спустя из комнаты вышла чародейка в парадной одежде. Сойти за ученицу, пусть даже выпускного года, у неё точно не выйдет, наставники помнят всех в лицо. А вот затеряться среди приглашённых представителей дворов, которые всегда приезжали в день поиска пути, будет вполне по силам. Если, конечно, на входе не стоит чародей, рассеивающий магию иллюзий.

Зал церемоний уже заполнился гостями и участниками. Затеряться в этой толпе было несложно. Кора огляделась вокруг, пытаясь угадать, чей разговор она подслушала. И к её удивлению, кандидаты нашлись довольно быстро. Возбуждение в день определения было присуще всем, даже тем, кто уже нашёл свой путь. Но тревога, исходящая от двух молодых людей чуть в стороне, была явно другого порядка. Повинуясь какому-то внутреннему порыву, чароплёт подошла ближе и прислушалась к тихому то ли спору, то ли просто возбуждённому разговору.

– Он не мог пропустить церемонию, Шег! Он ни одной не пропустил со дня нашего поступления. Даже в те годы, когда нам было рано. Что-то случилось, я чувствую.

– Асти… – Шеган подавил тяжёлый вздох. – Церемония ещё не началась. Он вполне может ещё…

Та выразительно посмотрела на него, и парень умолк. Он и сам чувствовал, что происходит что – то не правильное.

– Что ты предлагаешь?

– Ты сам сказал, что церемония ещё не началась. Давай найдём его и всё выясним.

– Хочешь сбежать с церемонии?!

– Свою мы не пропустили. И к этой можем успеть, если ты перестанешь болтать зря. Пошли уже!

Секунду поколебавшись, Кора направилась вслед за покидающей зал церемоний парочкой. Они быстро, почти бегом, пересекли двор, разделяющий разные части академии, вошли на отведённую под жильё половину и всё так же, не сбавляя шага, поднялись на третий этаж. Астрен решительно прошла по коридору и остановилась у одной из дверей.

– Ульвин, открой. Я знаю, что сегодня ты не покидал академию.

При этих словах брови Шегана взлетели вверх, но он оставил эту реплику без комментариев. Ответа они не дождались, и Астрен решительно приложила ладонь к двери. В следующую секунду пустой коридор заполнил оглушительный рык. Стоявшая в тени двери Кора вздрогнула от этого звука и невольно шагнула вперёд.

– Нет… – Астрен явно была в ужасе. Посмотрев на стоявшего рядом приятеля, она в бессилии сползла по стене на пол и закрыла лицо руками. – Нет, Шеган… Он… он всё-таки сделал это! Мы… Мы не успели…

Парень был явно ошарашен не меньше своей подруги, но старался держаться увереннее. Присев рядом, он положил руку на плечо девушке.

– Асти… Мы ещё ничего не знаем. Нужно открыть дверь и войти. Только сначала найти наставника Форсина. Нам понадобится сильный элементалист.

Астрен убрала от лица руки и отбросила назад длинную каштановую прядь.

– Все наставники сейчас на церемонии. И если мы её прервём… На объяснения понадобится слишком много времени, Шег…

– Но ничего не делать, мы тоже не можем, Асти.

Секунда колебания – и Кора решительно шагнула вперёд, сбрасывая иллюзию и призывая свою рабочую накидку. Вот сейчас она и выяснит, является ли сторонним наблюдателем.

– Что сделал ваш друг? – забавно будет, если её всё-таки не услышат.

Но нет. Оба вздрогнули и обернулись. Потом резко вскочили.

– Кто вы? – практически в один голос.

– Тот, кто может помочь, не тратя много времени. Если, конечно, вы не будете тратить его сами. Что происходит?

Астрен внимательно посмотрела на незнакомку.

– Вы не из академии, – уверенно сказала она, потом оглядела накидку. – Странствующий чароплёт? Вас дорога привела?

– Скорее, туман, – усмехнулась Кора. – Так что происходит?

При словах о тумане, они снова переглянулись, потом взволнованно заговорили.

– Ульвин сильный элементалист. Лучший в нашем цикле. Они с наставником Форсином разошлись во мнениях. И теперь Ульвин, словно одержимый, хочет доказать свою правоту. Он намерен призвать и полностью подчинить себе Элементарных зверей.

– Подчинить? – Коре показалось, что она ослышалась.

– Он говорит «выдрессировать», – Шеган, как и Астрен, явно не просто не одобряли этой идеи. Они от неё были в ужасе. – Мы пытались его остановить, но… Он и слушать не хотел. Сказал, что сделает это в полнолуние. Но, видимо, обманул, чтобы не остановили.

Элементарные звери. Одна из составляющих каждого стихийного элемента. Маги часто обращаются к ним за помощью, но выдрессировать?! Может ещё на поводок взять?! Парень – заносчивый идиот. Для него это явно ничем хорошим не закончилось. А им теперь последствия разгребать…

– Какой у вас двоих Путь и основная специализация? – читать детишкам лекцию сейчас явно не время.

– Я часовщик. Целитель девятой ступени. – Первой ответила девушка.

– А я Ключник. Боевой практик, седьмая ступень.

– Прямо на подбор, – усмехнулась Кора. – Ладно, запоминайте. Астрен, как только я отомкну дверь и войду, замкни звук. Чтобы не произошло здесь, никто не должен услышать и прийти. Ваш друг скорее всего мёртв, а звери злы. Они набросятся на любого. Нам не нужны новые жертвы. Шеган, у тебя хорошо получается запечатывать пространство.

При этих словах, она невольно усмехнулась, вспоминая так и оставшийся неприступным дом.

– Запечатай выходы с этого этажа, чтобы звери не вырвались, если я не смогу с ними договориться. И если поймёте, что я мертва, уходите оба. Найдите вашего наставника и всё ему расскажите. Я наложу на этаж «зеркальную печать» в случае своей смерти. Но она продержится только три недели. Не забудьте сказать об этом. Всё ясно?

Ошарашенные напором странствующего чароплёта, юные маги только кивнули.

– Тогда начали.

Кора встала напротив двери, огляделась на своих «помощников», и только убедившись, что они оба почти доплели свои чары, сложила ладони в размыкающий знак и прикоснулась к двери. Замок тихо щёлкнул. Сделав глубокий вдох, чародейка толкнула ручку и решительно шагнула вперёд. Чувствуя, как за спиной замыкаются два довольно сильных заклятья разом.

Несмотря на то, что на улице был день, в комнате было темно. Хуже, чем в безлунную ночь в подвале. Первым порывом было, конечно, зажечь огонь. Но помня о том, кто ждёт её здесь, Кора сдержала этот порыв и предпочла воспользоваться «кошачьим зрением». Простенькое заклятье из тех, что нанизываешь на бусину словоряда, чтобы не тратить на него время.

Когда темнота отступила и чароплёт смогла оглядеться по сторонам…

– Какой же ты дурак, Ульвин…

Негромко прошептала она, рассматривая отметины когтей на двери, потолке, стенах… Пол был усыпан клочьями, природа которых, когда Кора её осознала, повергла в ужас. Сожжённый, утопленный, удушенный и… Видимо, забитый до смерти камнем. Четыре трупа животных были разорваны так, словно каждый из них взорвался изнутри.

– Идиот… Ты им жертвы приносил или пытался заключить Стихии в мёртвые тела? – проворчала чародейка продолжая медленно обходить комнату. – Ты не элементалист, ты даже не некромант-недоучка… Ты либо просто кретин, либо…

Тихое, пока ещё не агрессивное рычание за спиной прервало поток её мыслей и заставило медленно обернуться.

Они появились неоткуда. Сразу с четырёх сторон. Полыхающий пламенем кот, сотканная из ветра птица, каменная змея и струящийся как вода морской конёк. Появились и теперь медленно кружили вокруг неё, издавая негромкие, но явно угрожающие звуки. Все четверо постоянно меняли форму. Становились то больше, то меньше. Кот, лев, саламандра… Орёл, ястреб, сова… Змея, медведь, волк… Конёк, спрут, медуза. Словно сами не знали, какими должны, хотят, могут стать. Десятки зверей сразу. Испуганных, злых, голодных.

Кора замерла, медленно поднимая руки, сложенные в знак просветления и покоя. Одновременно открывая свой разум.

«Я Не Враг Для Вас. Не мучитель, заперший здесь. Я пришла освободить вас. Исправить то, что он совершил. Безо всяких условий. С вами поступили несправедливо.»

В её разум словно сразу ворвались Пожар и Тайфун. Ураган и Обвал. Смешались, сплелись. Проникли в самую её суть. И разом схлынули. Она пошатнулась, тяжело дыша, и рухнула на колени. Не устояла. Но сил на то, чтобы не прикасаться руками к разбросанным повсюду останкам, всё же хватило. Сложив руки на коленях, Кора закрыла глаза, пытаясь отдышаться. И поняла, что больше не чувствует вокруг страха и агрессии. Только покой, радость и… Надежду?

Странно. Такое чувство, словно рядом с ней детёныши. Маленькие дети… Или ребёнок. Один маленький ребёнок…

Внезапная догадка заставила чародейку изумлённо открыть глаза. Нет, такого не может быть! Просто не может… или всё-таки?..

Все четверо кругом лежали вокруг неё и неотрывно смотрели в лицо. Метаморфозы наконец прекратились. Теперь перед ней были огненный котёнок – норовящий запрыгнуть на колени. Черепашонок – робко высовывающийся из своего панциря. Птенец, пока ещё неясной породы – пытающийся взлететь и добраться до её плеча. Прежним остался только морской конёк. Разве что в размерах уменьшился.

Кора негромко рассмеялась. Протянула руку, погладила сначала птенца, потом тут же довольно замурлыкавшего котёнка.

– Невероятно… А ведь всему виной его страх.

Будь она внимательнее, сразу бы поняла, что не так. Ведь ни один из элементарных зверей не принял свою истинную форму, даже на миг. Только те, в которых они приходят к людям на их призыв… Док бы наверняка понял быстрее…

Что ж. Хорошие новости: Стихийное равновесие сохранено, школе и всем, кто в ней находится, ничего не угрожает. Плохие… Плохих, увы, больше. И с ними ещё придётся как-то разобраться. А ещё сообщить о них. Но, для начала… Она оглядела окружающий её «личный зоопарк».

– Что ж мне с вами делать, ребята, а? Здесь оставлять точно нельзя. Опять ведь напугаетесь. Да и оставаться в этой форме надолго для вас опасно. Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.

***

– Как думаешь, сколько времени нам стоит подождать, прежде чем идти за помощью? – Астрен напряжённо смотрела на запертую дверь. Два заклятья позванивали в воздухе как соприкасающиеся струны.

– Ну, зеркальную печать мы вряд ли пропустим. В отличии от церемонии.

Шеган пожал плечами, стараясь казаться спокойным. В отличии от Асти, которой свои чары приходилось постоянно контролировать, он свою работу уже закончил. И теперь старался отвлечься от нарастающей тревоги любыми посторонними мыслями. Если задумываться о происходящем, становится настолько жутко, что очень хочется всё бросить и убежать.

Странная всё-таки этот чароплёт. Интересно, с чего она взяла, что у него хорошо получаются запечатки? Если бы они где-то встречались, он бы точно запомнил.

– Шег, слушай, – голос Астрен снова вернул его к действительности. – Думаешь она права?

– М?

– Ну, на счёт Ульвина… Про то, что он мёртв.

– Не знаю… – Шеган зябко передёрнул плечами. – Надеюсь, что нет. Но если этот дурак действительно пытался подчинить себе стихии, то оказаться мёртвым для него будет самым гуманным выходом.

– Что… – она с трудом удерживала слёзы и звуковой барьер стал, очевидно, слабеть. – Что мы скажем Сольви, когда она вернётся? – Представь, стоило уехать на две недели, вернётся, а брата больше нет…

– Асти… Не хорони его раньше времени. Магию призыва такого уровня в академии наверняка сразу бы заметили. Всё это вообще может быть розыгрышем, – Шеган отлепился от стены и сочувственно посмотрел на девушку. – Мы ещё от странствующей за это получим. Решит, что мы ему помогли!

– Ты сам в это не веришь, – бесцветным голосом отозвалась девушка.

Когда дверь наконец открылась, напряжение висело в воздухе не хуже, чем звенящие от «прикосновений» заклятья. Они оба едва не подпрыгнули, несмотря на то, что, благодаря наложенному заклятью, открытие произошло совершенно беззвучно. Одежда странствующей чародейки была в крови, а вид довольно уставший. Но ран видно не было, поэтому молодые маги не знали, что и думать.

Заметив тревогу и растерянность на их лицах, Кора поспешила ободряюще улыбнуться.

– Кровь не моя. И думаю, не вашего друга. Хотя… Так для него, полагаю, было бы лучше.

– Вы нашли его? – Астрен боялась своего вопроса, но знала, что должна его задать. – Что… Что с ним?

– Нет, – Кора качнула головой. – Я его не нашла. Не думаю, что кто-то сможет его найти.

Почему? – Шеган нахмурился, между бровей пролегла суровая морщинка. – Просто расскажите всё как есть, мы давно не дети.

– Конечно не дети, давно, – взгляд Коры спокойно встретился с глазами парня, принимая «вызов». – Где я могу привести себя в порядок? Там и поговорим.

– На вашем словоряде не было цветных бусин, – заметила Астрен пока они шли по коридору к её комнате.

– Наблюдательная, – похвалила чародейка, пуская воду и начиная очищать платье и мантию от жутких пятен. – Не было.

– Красный, белый, коричневый и голубой… Это же… – Девушка поднесла руку ко рту и изумлённо посмотрела на странствующего чароплёта.

– Разве стихийных зверей можно так «запереть»? – В ванну Шеган не вошёл, остался у двери, но разговор, разумеется, слышал.

– Подлинных нельзя, – легко согласилась владелица украшения. – Даже по согласию. Им нужна более… свободная форма. А части души можно. На время.

– Части души? – Астрен, кажется, не совсем понимала о чём речь.

– Души Ульвина? – а вот Шеган, всё прекрасно понял. – Он не сумел призвать Стихийных зверей своим ритуалом, да? Вместо этого нарушил равновесие внутри самого себя и призвал внутренние элементы, которые вместе с его Духом создавали его самого, так?

– Из тебя выйдет хороший боевой практик, Шеган, – Кора закончила с очисткой платья, закрыла воду и вышла в комнату. Парень стоял у двери, опершись спиной о косяк. – Всё на лету схватываешь. Не знаю, откуда он взял тот ритуал, который использовал, но… Там были элементы некротики, что само по себе огромная ошибка при работе со стихиями. К тому же его желание доказать свою правоту почти любой ценой. Он действительно сильный элементалист. На его призыв откликнулись те элементы, которые могли его слышать.

– И… что теперь? – голос Астрен едва заметно дрожал. – Раз его душа разделилась на четыре части, получается, что он мёртв? И где тогда его тело?

– Ушло, – криво усмехнулся Шеган, получив за это сердитый взгляд подруги. – Дух Ульвина никуда не исчез, он по-прежнему связан с его телом. Так что мертвецом его точно назвать нельзя. Только вот равновесия в нём больше нет. Ни в чём. Он как одержимый, только самим собой. И какой-то одно-единственной полубезумной идеей. Правда какой именно, мы понятия не имеем.

– Всё верно, – кивнула Кора. – Вспоминайте, как давно вы видели своего приятеля. С момента разделения души соединить её можно только в первые пять дней. Если пройдёт больше, выход будет только один. Полное изгнание.

Оба переглянулись и замолчали. А в самом деле, как давно они видели Ульвина? Не сегодня точно. Вчера? Вчера у них не было общих занятий, а вечером все готовились к следующему лунному празднику. Была суматоха и много народу, но был ли среди них Ульвин? Этого они оба вспомнить не смогли.

– Позавчера, – Астрен на мгновение запнулась в неуверенности, потом кивнула сама себе. – Да. Позавчера. После занятий у нас было собрание ордена. Он на нём точно был.

– Верно, – Шеган кивнул, – Так как он элементалист, то именно он и ещё Эльта от нашего ордена входят в состав первой группы подготовки. Мы именно это и обсуждали позавчера.

— Значит будем считать, что свой ритуал он провернул сразу после собрания, так? – подвела итог Кора.

– Нет, сразу после не мог, – Астрен прошла наконец в комнату и опустилась в кресло рядом с Шеганом. – Мы Сольви провожали. Его сестру. Отец вызвал, помочь в ковене. Этого он бы тоже не пропустил.

– И всё же, будем считать, что ритуал он провёл той же ночью. Значит, у нас осталось три дня. Лучше просчитаться в эту сторону, чем в другую.

– В голове не укладывается… – Астрен зажала пальцами виски и закрыла глаза. – Тогда нужно начинать поиски.

– Вопрос в том, откуда, – усмехнулся Шеган. – И как. Стандартный поиск ведь здесь не сработает, верно?

«А парень действительно хорош», – мысленно улыбнулась Кора.

– Верно. Разделив свою душу на части, ваш приятель разорвал всякую связь со своим «следом». Ни одна старая связь не поможет его найти. А сам он при этом к месту совершенно не привязан. Будь зона поиска ограничена академией, у нас был бы хоть призрачный шанс. Тут даже части его души не помогут, связи потеряны. Они даже не смогут объяснить нам его «навязчивую идею», по которой его можно вычислить.

В комнате повисла тяжёлая, напряжённая тишина. Правда продлилась она не долго.

– А если искать то, чего не должно быть? – Астрен задумчиво покрутила пальцами прядь. – Нарушение равновесия ведь очень заметно. Даже небольшое. А если все элементы одной души разрознены, на энергетическом полотне ведь будет не просто возмущение, как при болезни. Такое нельзя будет не заметить.

Нет, ребята определённо хороши. Оба. Но почему у неё такое чувство, словно они ей экзамен сдают? Смешные. И это «самый страшный орден в истории академии»? Что же пошло не так?

– Отличная идея, – Кора внимательно посмотрела на девушку. – Ты говорила, что ты целитель. Сможешь «расстелить полотно»? Для начала проверим академию.

– Да.

Астрен наконец обрела уверенность. Быстро освободила стол от лишних предметов и расстелила на нём большой пергамент. В несколько штрихов набросала очертание академии. Затем закрыла глаза и протянула над «схемой» руки. Почти незаметно дрогнули пальцы, почти беззвучно зашевелились губы, произнося заговор. Минута – и на довольно объёмной карте академии стали появляться светящиеся фигурки. Одни горели ярко и ровно, другие были более тусклыми. У третьих то там, то здесь виднелись тёмные пятна.

«Девочка очень сильная, первый год специализации, а уже такие возможности», – Кора поймала себя на том, что улыбается.

Астрен тем временем закончила свой ритуал, опустила руки и вместе с остальными принялась рассматривать результат.

– Кажется, наставнице Барч стоит обратится к целителю со своей спиной. – в ответ Шеган получил весомый тычок локтем в бок: «не отвлекайся»

Большая часть людей обнаружилась, как и ожидалось, в зале церемоний. Несколько в коридорах и комнатах…

– Ничего, – парень разочарованно качнул головой. – А идея была перспективная…

Астрен понуро опустила голову, идея-то была её… И подняла руки, намереваясь смахнуть «карту.

– Погоди, – Кора удержала девушку за руку. – Здесь ведь только здания академии. Если я тебя «подсвечу», сможешь добавить всю территорию?

– Я… Попробую, – она чуть смутилась. – Раньше так далеко я ещё не делала. Да и… Если я в каком-нибудь месте не была, то показать его не смогу.

– Я, видел почти всю академию, – отозвался Шеган, – давай попробуем вместе дорисовать…

Ещё несколько минут настройки и «карта» стала нужных размеров. Правда и светящихся фигурок на ней стало намного больше. Похоже, Астрен ещё не умела «ограничивать» свой поиск. Просто считала всю карту сразу. Что было живым, то на ней и отразилось. Хорошо хоть форму объекта «светлячки» сохраняли. А то поди отличи, где здесь человек, где кошка, а где куст жасмина… Да и сейчас с «разобраться» было сложновато. Выходил почти сплошной светящийся ковёр вокруг здания.

– Ой… Кажется я перестаралась.

Кора стоявшая позади девушки ободряюще сжала её предплечья.

– Зато всё неправильное будет лучше заметно, – В лицо чароплёта словно ветер подул. В нос отчётливо ударил горьковатый запах вереска. – Послушай, дорогая, А ты можешь найти здесь цветник мадам Легра и отделить его от всего остального?

– Попробую…

Чем ближе становился цветник, чем меньше других «точек» оставалось на карте, тем сильнее Кора чувствовала вересковый запах. Она отошла от юной целительницы и склонилась над картой. А секунду спустя, чуть не подпрыгнула от негромкого, но пронзительного вскрика, полного боли. Астрен отпрянула от стола с таким ужасом, что Шеган в секунду оказался рядом.

– Асти? Асти, что случилось?

– Я… Я такого никогда раньше не встречала, Шег… – она уткнулась в него носом и изо всех сил вцепилась в рубашку. – Жутко… Но это не Ульвин. Слишком… Маленький…

Парень принялся утешающе гладить подругу по голове, а сам вопросительно посмотрел на Кору.

Та уже решительно направлялась к двери.

– Останься с ней, я быстро.

И прежде, чем парень успел среагировать, отвечать было уже некому.

Чем ближе она подходила к цветнику, тем сильнее становился запах вереска.

«Я прямо охотничья борзая», – усмехнулась про себя чародейка.

Запах исчез в тот момент, когда объект поисков, безжизненное тело довольно крупной собаки, оказалось в поле её зрения. Чароплёт быстрым шагом подошла к животному и присела рядом с ним на корточки. Ран и других очевидных причин смерти видно не было. Что же так напугало юную целительницу?

– Он просто… Разорвал связь элементов, – Голос за её спиной был тихим и подавленным. – Даже представить боюсь, что чувствовало это бедное животное.

Кора обернулась и строго посмотрела на молодых людей.

– Что, – усмехнулся Шеган, – Я с ней, как вы и просили. А если серьёзно, мы нашли ещё три похожих места. Тоже с вариантами элементальных зверей. И у каждого разорваны связи.

– Получается, – Кора поднялась, – что Ульвин пытается найти замену утраченным элементам.

– Но это же глупо… – Шеган нахмурился. – Он не сможет заменить элементы своей души стихиями животных. Связи совершенно разного характера.

– Возможно, он этого просто не осознаёт. Разделение души наверняка повлияло на его разум.

– Мы должны… провести их, – Астрен подошла к собаке и склонилась над ней.

– И сделать это до конца церемонии, – кивнула Кора, – Это сейчас мы тут бродим как призраки в заброшенном доме. А потом придётся быть осторожнее. Лишние вопросы нам не нужны.

Спустя некоторое время в разных концах академического парка вспыхнуло четыре «последних дороги». Когда пламя погасло, Чароплёт и двое юных магов снова собрались в комнате Астрен, ставшей их своеобразной штаб-квартирой.

– Подведём итоги, – Помогая Астрен убрать уже не нужное «полотно жизни», хмуро сказала Кора. – Судя по найденным нами животным, Ульвин осознаёт, что произошло с ним и пытается восстановить утраченное равновесие. Но, по какой-то причине, он не пытается восстановить связь со своими собственными элементами, а ищет им замену.

– Но почему?

Пока дамы занимались уборкой, Шеган успел проверить ход церемонии и сейчас в задумчивости листал свой учебный гримуар, пытаясь понять, не упустил ли он что-то, что могло объяснить действия неудачливого однокурсника. Но, похоже, нет. Страницы зависшей в воздухе книги продолжали без остановки пролистываться то в одну, то в другую сторону, не находя ответов на поставленный хозяином вопрос.

– Возможно, он не помнит, что с ним произошло? – Астрен качнула головой. – Если его состояние близко к одержимости, то воспоминания могут быть очень нестабильными. А последние часы перед разделением и вовсе стереться из памяти. Как ты и говорил, осталась лишь потребность к действию, а осознание всех его последствий уже искажены.

– Хорошо ещё, что он на животных этот свой фокус пытался провернуть, а не наставников или учеников отловил в тёмном коридоре, – мрачно буркнул Шеган захлопывая гримуар и падая в кресло. – Представляю, чем бы это обернулось.

Кора невесело усмехнулась. Парень озвучил то, что у неё самой в голове крутилось с той минуты, как они обнаружили трупы животных. Если этот недотёпа, находясь в своём безумии, покусится на людей, пытаясь вернуть себя, то не удивительно, что об ордене поползли такие слухи. Попади сейчас хоть один наставник в комнату Ульвина, некротическим его ритуал назовут сразу. А вторжение в саму суть любого существа считается запретным даже среди некромантов. Так что попадёт болван меж двух огней. Может, оттого про орден и пошла такая дурная слава? Если бы она не вмешалась, ребята наверняка обратились бы к наставникам. Которым всё это бы точно не понравилось. Но тогда почему «клеймо» получил весь орден? Всё равно, что-то здесь не сходится…

– Даже не шути так, Шег, – в глазах Астрен на миг промелькнул ужас. – Уль, конечно, балбес, но точно не убийца.

– Животным это скажи, – Шеган выразительно посмотрел на закончившую с уборкой и теперь с видом примерной ученицы сидящую за столом подругу. – Или они не считаются? Кто отнял одну жизнь, с лёгкостью, тот и перед второй не остановится.

– Дурак, – буркнула в ответ Астрен, отворачиваясь. Но было понятно, что это просто протест против того, с чем она не была готова согласиться, понимая при этом правоту сказанных слов. – Как нам искать то его теперь? Полотно ведь не помогло…

Вопрос был хорошим. И, главное, своевременным. Пусть даже они вычислили мотивы Ульвина. К его поискам это их не приблизило ни на шаг.

Кора задумчиво откинулась в кресле. Как можно найти кого-то, чей разум настолько изменён, что привычная логика не работает, а понять новую нет ни времени, ни возможности? Пальцы чародейки непроизвольно перебирали бусины на словоряде. Бусины? Её взгляд упал на четыре цветных шарика. Стихийные элементы души. Пока не минул пятидневный срок, связь всех пяти частей сохраняется. А если этим воспользоваться?

– Шеган, ты говорил, что ты боевой практик?

Парень кивнул.

– Уже создавал рунницу?

– Только основу, – На лице парня появилось сосредоточенное выражение готовящегося к сложной работе человека. – Для призывной у нас условий вроде не хватает, время и место ведь нужно точно рассчитывать, а мы не знаем, когда он изменился.

– А нам призыв и не нужен, – качнула головой чародейка, поднимаясь с кресла. – Мы сделаем рунницу, усиливающую связи. Помогите-ка мне место освободить, придётся начертить полный рунолад по всем правилам. Иначе мы его просто не удержим.

– Усиление связей? – Шеган на секунду задумался. – Думаете нашей с ним дружбы хватит?

– Да не наших связей! – Астрен вскочила со стула и, подхватив его, быстро отнесла в другую комнату. Затем вернулась за следующим. – Его связь с элементами, верно? Вы хотите показать ему, где искать то, что он потерял, да? Тогда он сам нас найдёт, и нужно будет только снова сделать его целым!

У Шегана глаза засветились неподдельным восторгом.

– Если получится, то никакие испытания наставника Горта мне будут уже не страшны!

– Тоже хорошо, – Кора засмеялась. – Только чертить придётся тебе, у меня с собой инструментов нет. И призвать их вряд ли получится.

– А почему? – Шеган, с энтузиазмом взявшийся за подготовку рабочего пространства вместе со всеми, даже остановился и внимательно посмотрел на неё. – Нет, я смогу, конечно, если вы подскажете, как и что, но, почему у вас не получится? И вообще, откуда вы узнали, что нам помощь нужна?

Астрен тоже посмотрела в сторону чародейки.

– Вы странствующий чароплёт, но сказали, что вас привела не дорога, а туман. Я о таком никогда не слышала.

Прежде чем Кора успела ответить, Шеган видимо, о чём-то догадался, и восторг в его глазах засветился ещё сильнее.

– Вы Небулаходец, да?

И снова Кора не успел ответить. На этот раз, впрочем, к лучшему, так как не знала, что сказать. Использованный парнем термин, казался ей знакомым и даже правильным, но с «расшифровкой» память не спешила.

– Это ещё что? – недоумённо спросила Астрен, – Я про такую специализацию никогда не слышала.

– И не услышишь, – усмехнулся Шеган, – Небулаходничеству в академии не научат. Это врождённый дар. У меня дед был Небулаходцем, а то я бы тоже не знал. Они как прядники, только их сила не в перекрёстках, а в тумане. Туман их куда угодно отвести может. И во времени, и в пространстве. Дед говорил, что много чего ещё делать можно, если научиться. Только говорил, что опасно это, потому большего мне не рассказал.

– Так ты в честь деда название ордену придумал? – лукаво спросила Астрен,

– Ну да, – парень чуть смутился. – Он говорил, что туман, он как живой. Как дорога для странствующих чароплётов. Может стать и врагом, и другом. Потому небулаходцы и стараются молчать о своём даре. Дед говорил, что это слишком большой соблазн для тех, кто не понимает «туманную дорогу».

Парень умолк, а потом всё так же, слегка смущённо посмотрел на молчавшую чародейку.

– Простите, вы, конечно, сами должны были всё объяснить, но… Просто…

– Просто дед был тебе очень дорог, – улыбнулась Кора.

– Угу, – Шеган на секунду опустил голову. – Надеюсь, мы с ним ещё встретимся.

Стряхнув грусть, будущий боевой практик с утроенным энтузиазмом принялся готовить место для предстоящего обряда.

Помогающая ребятам Кора тем временем глубоко задумалась.

Значит, Небулаходец… Спасибо за разъяснения, Шеган… Похоже, её спящий дар всё-таки пробудился. И теперь ей придётся учиться им пользоваться. И учиться в «боевых условиях». Жаль, что Уилвуд-старший здесь не поможет. А если слишком расспрашивать младшего, он наверняка быстро догадается, что знает больше того, кому доверился. Не самое лучшее открытие, в момент, когда где-то рядом бродит «душекрад», от которого не пойми чего ждать. Может, попробовать расспросить Корда, когда она вернётся? Прядник явно понял о её сути больше, чем хотел показать. Вот старый жук… Но этим она займётся позже. Сейчас есть вопросы поважнее.

***

На то, чтобы составить полный Рунолад, а потом сложить из него подходящую рунницу, у них ушло больше часа. Церемония определения длилась обычно три–пять часов. Прошло уже не меньше двух, значит, время работало против них. В любой момент наставники и ученики могли начать расходиться, и тогда изменения в магическом фоне наверняка заметят. Да, не опасные, иначе сработали бы охранные заклинания, но объясняться придётся всё равно. А объясниться будет… не просто.

Шеган действительно оказался прилежным учеником. Энергия рунницы оказалась мощной и ровной. Но, несмотря на это и на то, что все четыре душевных элемента Ульвина не только пошли на контакт, но и впитали достаточно энергии, найти «беглеца» не удалось. Результат то ли был, то ли не было, не понятно. Потерянную часть себя звери чувствовали. Кору, которой в обряде досталась роль «транслятора-переводчика», с первой и до последней секунды чувствовала эмоции, захлёстывающие потеряшку. Она никому бы такого испытать не пожелала. Но несмотря на это, ни призвать Ульвина, ни понять, где он находится, они так и не смогли. Поняв тщетность своих попыток, они наконец разомкнули круг и опустились прямо на пол. Сил добраться до более удобного места отдыха не осталось. Четыре цветные бусинки в словоряде Коры теперь мягко светились от избытка силы.

– Я, наверное, где-то ошибку допустил, – угрюмо произнёс Шеган. – Поэтому и не получилось.

– Нет, – Кора качнула головой. – Если бы ты допустил ошибку, рунница вообще бы не сработала. Есть что-то, чего мы просто не знаем, поэтому не учли. Или просто не можем верно «расшифровать» то, что видим.

– А как это ещё можно расшифровать? – Астрен пожала плечами. – Он просто стоял в комнате Шегана и смотрел на нас. Не мог же он у Шега под кроватью всё это время прятаться.

– Да не моя это была комната, с чего ты взяла? – удивился парень. – Там и мебель другая, и стоит всё иначе.

– Ага, – Астрен лукаво прищурилась. – А вид из окна хозяин этой комнаты у тебя одолжил на недельку «поносить»? Радужный мост я ни с чем не спутаю!

Кора на миг даже забыла, как дышать, потом резко села и повернулась к девушке.

– Дорогая, ты уверена?

– Угу. Да мы можем прямо сейчас пойти и проверить, пока остальные не вернулись, – она с готовностью поднялась на ноги.

Не понимающий, что происходит, Шеган поднялся и пошёл следом.

– Асти, ну ты ж не серьёзно?! – в голосе было искреннее недоумение, – Думаешь, я бы его там не заметил?

– Не думает, – ответила за девушку Кора. – И я тоже. Но, думаю, что правы вы оба. И это причина, по которой я здесь.

Она резким движением распахнула дверь, перед которой остановилась Астрен, и вошла внутрь.

Девушка была права, вид из окна комнаты был точно таким, как в тех коротких вспышках видений, что пришли к ним троим в усиливающей руннице. И это всё ставило на свои места. И, в то же время, невероятно запутывало. И единственный шанс распутать…

– Шеган, – она в несколько шагов преодолела расстояние, отделявшее её от парня, крепко обхватила его за плечи и заглянула в глаза. – Кроме названия ордена, что ещё ты сделал в память о деде? Герб? Что-нибудь на гербе ордена, связано с твоим дедом?

– Эммм… – окончательно потерявший нить происходящего парень на секунду задумался. – Ну, да… У него было кольцо с очень красивым рисунком. Я как-то спросил, значит ли он что-нибудь. Подумал, что это какой-нибудь рунолад или обережник. Он засмеялся и сказал, что это просто рисунок. Ну и…

– Когда вы создавали герб, ты взял его вместо девиза, да?

Парень кивнул.

– А что случилось?

Кора секунду помедлила, слишком долго было сейчас всё объяснять.

– Всё хорошо. Думаю, что я знаю, как найти Ульвина и как ему помочь. Но для этого мне придётся уйти. Если всё получится, то он скоро вернётся сюда. Если по истечении трёх дней он всё ещё не найдётся, то, вам нужно будет рассказать о том, что с ним случилось. Только не его сестре, ладно? И никому не рассказывайте обо мне.

– Хорошо, – Шеган кивнул. – Вы же небулаходец. Дед тоже всегда молчал о своих исчезновениях.

– Вот и хорошо. Я вас обязательно найду и всё объясню. Но позже. Сейчас нужно спешить.

– Вы только найдите его, – голос Астрен был необычно тихим. – До того, как придётся его… Изгнать.

– Я постараюсь, милая, – Она секунду обняла обоих за плечи и направилась к двери.

– Кстати, вы так и не сказали нам, как вас зовут!

Она обернулась, посылая детям озорную улыбку.

– Кора. Когда мы увидимся в следующий раз, зовите меня Кора.

Только бы её догадка о том, как вернуться оказалась верна. Иначе… Ничего хорошего.

С такими мыслями чароплёт спустилась в гостиную ордена. До герба она могла дотянуться только с помощью небольшой лестницы… Ну, или левитации! Последнее было проще. Теперь она легко могла прочесть «красивый рисунок». Медленно плывущие по кругу клубы тумана легко сложились в слова.

«Туман – Хранит Истину. Ищущий истину пройдёт тропой тумана. Если готов принять её на себя.»

«Её — это тропу или истину?» С усмешкой подумала Кора пальцами повторяя текучий замысловатый узор. Так же, как недавно кабинет Дока, комната быстро затянулась мглой. В этот раз на полу, (или на земле?) Кора отчётливо видела следы. Следы её собственных туфель. Путь домой.

***

– Кора?!

Она вздрогнула и огляделась по сторонам. Осознавая, что стоит у двери в кабинете Гаюса. А друзья смотрят на неё с изумлением и лёгким недоверием.

– Так, лунушка моя, – Тильда поднялась и быстрым шагом подошла прямиком к подруге. Док отставал от неё ровно на один шаг. – Объясни-ка нам, что происходит. Сначала ты вдруг видишь буквы в странном узоре, начинаешь нам их читать. Затем просто исчезаешь в клубах тумана, а через секунду возникаешь у двери, словно только что вошла. Тебе не кажется, что это странно даже для нас троих?

– Нет, Тиль, – Кора мельком взглянула на свой словоряд. Четыре бусины были всё ещё там, хоть и изрядно поблекли. – Для нас троих это, как раз, нормально. Я всё тебе объясню. По крайней мере, то, что поняла сама. Но позже. Сейчас у нас очень мало времени.

Она решительным шагом прошла в комнату и встала у стола Гаюса.

– Док, я знаю, где твои пропавшие студенты. И если мы срочно не примем меры, у вас на руках будет два трупа и бооольшие неприятности.

– Два трупа?! – Гаюс даже воздухом подавился. – В стенах академии? Ты серьёзно? Рассказывай. И прошу, не говори, что это связано с ужасами живого тумана! Иначе мы до конца времён будем с этим разбираться…

– С орденом – нет. Только с его отдельным представителем, – усмехнулась Кора. – У тебя есть план расселения студентов по общежитию? За последние года три – четыре.

– Где-то был, – он задумчиво огляделся по сторонам и принялся за поиски.

– Тиль, – Кора повернулась к подруге, – помнишь историю о разорванных душах, которую мы с тобой слышали, когда только поступили?

– Это ту, после которой мы с тобой активно включились в этот «фольклор»? – уточнила подруга. – Про то, как в живом тумане скармливают души первогодок какому-то там монстру?

Угу, – Кора кивнула.

– Помню. Если ты сейчас скажешь, что монстр и орден существуют на самом деле и ты была у него в гостях, то нам с доком придётся тебя связать и отправить в дом покоя…

– В гостях я действительно была, но не у монстра, а у Ордена, и он оказался не таким уж и кровожадным, – оба приятеля уставились на неё с таким видом, словно и в самом деле намерены немедленно вызвать помощь.

– Так, спокойно! – Кора подняла руки ладонями вверх. – Сказала же, сейчас всё объясню. Док, ты план-то нашёл?

Тот протянул ей свёрнутый пергамент.

– Вроде этот. Зачем он тебе?

. Кора одним движением растянула чертёж прямо в воздухе.

– Ну-ка… – секундная пауза. – Шкатулка просто открывалась – хозяйка дурою была… – буркнула себе под нос чародейка. Потом посмотрела на всё ещё вытянутые лица друзей и тяжело вздохнула.

– Док, связь между студентами – это комнаты, в которых они жили. В них, много лет назад, жили два совсем других человека. Похититель их просто перепутал.

– В смысле?! – Гаюс даже на стул присел. – Призрак, что ли? Тогда почему он похищение устроил только сейчас? Если много лет назад, то в этих комнатах ведь между теми и этими студентами ещё и другие жили. Они что, временные близнецы?

– Нет, это не призрак, – Кора качнула головой. – Это один недотёпа, размазанный по времени из-за неудачного ритуала слияния духа. Сейчас всё объясню, только по дороге, времени мало.

Она кивнула на ещё больше поблёкшие бусины.

Объединить распавшийся на элементы дух – задача и сама по себе не простая. А если этот дух ещё и во времени размазало… Сама не зная почему, Кора настояла на том, чтобы не вмешивать рунный двор, а, по возможности, и других работников академии. К счастью, у них троих знаний, да и сил, вполне хватало, чтобы составить, а потом и провести, все нужные ритуалы.

Крыло, по которому, судя по мерцающим частицам души, бродил Ульвин, на время «чистки» полностью расселили. Что наверняка породит ещё много разных «страшных историй». Собравшись в заброшенной части библиотеки, в которой Кора теперь без труда узнала гостиную ордена Живого Тумана, они приступили к исполнению задуманного.

– Позвольте поинтересоваться, молодой человек, – Гаюс строго посмотрел на рухнувшего в центр рунницы бледного, явно обессиленного парня в разорванной в пяти местах мантии. – Кто вас надоумил устроить всё вот это вот безобразие?

Двоих похищенных студентов, тоже благополучно найденных во временно́м разломе, отправили по своим комнатам, предварительно убедив их в том, что раздвигающиеся стены и прочие ужасы заточения – это отчасти сон, а отчасти розыгрыш. К счастью, Ульвин не успел найти ещё двух «жертв», и ребята не пострадали. Теперь в полутёмном помещении их было только четверо, и пришло время задать вопросы, не дающие покоя большей части присутствующих.

Ульвин, несколько затравленно оглядевшись по сторонам, уставился на трёх совершенно не знакомых ему чародеев. Или знакомых?

– Это всё… Разве был не сон?

– Для кого-то, может, и сон, – фыркнул Гаюс, – А для кого-то ночной кошмар!

– Я почти ничего не помню. – Парень зажал виски́ пальцами. – Помню, что начал призывный обряд. Приготовил духам «сосуды…»

При этих словах, Кору передёрнуло.

– Слушай, посудный мастер, откуда ты вообще эту гадость взял? В Академии таким ритуалам никогда не учили. – Зрелище разорванных в клочья трупов животных ещё долго будет её преследовать.

– Из семейного архива. – Ульвин, похоже, даже не понимал, откуда в его собеседниках столько негодования. – Сольви вообще считает, что учиться можно только дома, по семейным традициям. А в академии мы только время зря тратим. Но мне нравится с ребятами время проводить, мы из-за этого часто ссоримся.

– Погоди-ка, – док прищурился. – Как говоришь зовут твою сестру?

– Сольви. Ну, Сольвида. Сольвида Мирик.

– Это одна из основателей «живого тумана»? – опешила Тильда.

– Чего?! – Ульвин уставился на неё, как на живущую в доме покоя. – Соль и основатель ордена? Да никогда в жизни! Она и в академию-то поступила по настоянию отца. Почти по приказу.

– Любопытно… – Кора задумчиво покрутила в руках словоряд. – Значит, это твоя сестра учила тебя некротике?

– Нууу, – парень смутился, – Не то чтобы учила, так, показала пару вещей. Мне никогда это особо не нравилось. А тут… Сам не знаю, что на меня нашло. Слушайте, а домой мне можно? Если я здесь и правда несколько недель проторчал, представляю, что будет дома… Кошмар!

«Пару недель, парень? Ты даже не представляешь…» – мысленно усмехнулась Тильда.

– Домой то? – Гаюс качнул головой, – Домой можно. Только ещё на один вопрос ответь. Ты ведь принял этих ребят за своих друзей. Ты бы действительно убил их, чтобы вернуть себе элементы?

– Почему сразу убил? – Ульвин даже возмутился. – У животных ведь всего два элемента, поэтому они умирали, а без одного из пяти вполне можно жить. Должен же я был заплатить за призыв всех элементов!

– Заплатить? За призыв элементов?! – Кора чувствовала, что закипает. – Так ты, идиот, даже не понял, что произошло?! Нет, док, всё, давай отправлять этого кретина обратно, пока я его своими руками не придушила.

В тот момент, когда силуэт Ульвина растаял во временной дымке, с Корой произошло что-то странное. Сознание словно взорвалось. Время раскололось, как разорванное надвое полотно. И на каждой половине картинка была своя. Кора видела, как во время церемонии перепуганные Астрен и Шеган ворвались в зал и наперебой что-то рассказывали наставникам. Видела, как опечатывают магией комнату Ульвина. Как о произошедшем сообщают его сестре… И как разгневанная Сольвида Мирик врывается в академию. Вырывая сердце каждого встреченного на пути наставника. Буквально. Вырывая их голыми руками. Точнее, одной рукой, а орден живого тумана обвиняют в чёрной некротике и накладывают печать на всех его участников.

И в то же время, она видит совсем другую историю. Ту, в которой участвовала сама. Вернувшийся Ульвин падает в гостиной ордена, прямо к ногам Шегана. И тот исключает его из ордена. Раньше, чем парень успевает опомнится. А остальное скрыл густой, уже знакомый Коре туман.

***

Было это прошлым или же настоящим, а может, она создала параллельную вселенную? Кора до конца так и не понимала ответа на этот вопрос. Она, Док и Тильда, странным образом помнили обе ветки событий. Для остальных же орден Живого Тумана перестал быть «страшной сказкой», превратившись в один из самых долго существующих и уважаемых в истории академии. Семейство Мирик по-прежнему оставалось одним из столпов общества, но истории об их увлечении тёмной некротикой стали звучать чаще, хоть и с большей опаской. Пытаясь разобраться с переплетением вероятностей, причиной которых стала она сама, Кора вернулась в Стоуншелд.

Первым пунктом её визита был особняк Уилвудов. Правда она не представляла, что скажет, но чувствовала, что поступает правильно.

– Я знал, что ты сегодня придёшь.

Услышала она знакомый, повзрослевший голос сразу, как только её нога встала на садовую дорожку дома Уиллвуд. С кресла на веранде поднялся мужчина. Чёрные волосы изрядно припорошены сединой, вокруг серых глаз множество лучистых морщинок. Но в остальном Шеган почти не изменился. Разве что стал выше на полторы головы и шире в плечах. Что ж, удивляться было в общем-то нечему. Она ещё при встрече поняла, что парень очень сильный чароплёт. А значит, ему не составило труда научиться замедлять свой возраст до того, как это умение потеряет смысл. Не удивительно, что в свои четыреста семьдесят пять он выглядел лучше, чем многие к преклонным двумстам тридцати. И этот факт её почему-то очень радовал.

– Знал? – Кора улыбнулась, проходя во внутренний двор. Красивый, ухоженный, вовсе не похожий на тот, заброшенный, в котором так давно или совсем недавно… Они с Тильдой сидели после неудачной попытки войти в дом. – Откуда?

– Ты же обещала вернуться и всё рассказать, Кора. – Он улыбнулся, обнимая гостью. – Интересно, ты старше или младше меня теперь?

Она засмеялась. Потом осеклась. Поняла.

– Ты помнишь? Всё?

– Когда воспоминания начали двоиться, я решил, что схожу с ума. Почти перестал понимать в какой из реальностей нахожусь. Потом понял. Тяжелее всего было то, что помнил лишь я один, – они медленно пошли по дорожке к дому.

– Один? – Кора изумлённо на него посмотрела, – А как же Асти?

– Она нет. Только историю, в которой ты помогла, а потом исчезла. Наверное, я тоже не должен был помнить, но знаешь, я ведь сжульничал тогда.

– Сжульничал? В каком смысле? – Кора улыбнулась.

– Проследил, как ты уходила. А потом повторил за тобой. Ничего, конечно, не вышло, не заложено во мне Небулаходничество, наверное. Но след с тех пор остался, – он закатал рукав, показывая тонкий, но очень чёткий рисунок на запястье. Потому, наверно, и помню. А ещё иногда вижу развилки. Не важные, и не далеко. Но пару раз очень помогало. Кстати…

Шеган полез в карман и вытащил перстень. Изящный, дамский, правда, на полпальца. Вместо камня на нём медленно «перекатывалась» туманная надпись: «Идущий туманной тропой – всегда видит истину».

– Ещё утром это была дедовская печатка. Из-за этого я тоже знал, что ты придёшь.

Кора секунду помедлила, потом взяла перстень и надела его на правую руку.

– Можно, я иногда буду в гости приходить?

– Нужно. Обещаю, дом больше запечатывать не буду. Да и незачем. Никто ведь поджечь его больше не пытается, – Он улыбнулся. – Асти тоже будет рада. Жаль, сегодня тебя не застала. Уехала по делам во двор познания.

– Привет ей передавай.

– Передам, как вернётся.

Уходя от Шегана, Кора тепло и чуть грустно улыбалась. Что ж, остался ещё один, последний визит…

– С возвращением, странствующий Чароплёт, – Корд уже наливал свою приветственную кружку. – Или лучше назвать тебя туманной странницей?

Кора фыркнула, садясь за стойку и принимая протянутое.

– Ты ведь всё знал, да? С самого начала знал!

– Не всё, – Корд налил и себе. – Только вероятности. А о них лучше молчать, ты же знаешь. Что б боком не вышли.

Кора кивнула и сделала глоток. И снова дорога, вереск и кедр.

– Кое в чём ты, к счастью, ошибся, прядник. Смерть не пришла за моей подругой.

Корд помолчал, сделал шумный большой глоток. Потом внимательно посмотрел ей в глаза.

– А с чего ты решила, что мои предсказания сбываются в один день? – и, видя, как вытягивается лицо чародейки, прядник громко захохотал.