Охота на тёмного

Глава 1

Это тёмный район, тихий, ночью здесь совсем никто не ходит. Поэтому девушка осторожно оглядывается, вздрагивая от каждого звука. И всё же это лучше, чем днём, когда чувство опасности ни на минуту не покидает её. Страх – давно позабытое для неё чувство, считай новое. До этого она могла только побаиваться за семью, за маленькую дочку, но за свою жизнь – никогда. Она не может бояться смерти. Это было бы просто смешно.

Но вот то, что происходит перед смертью… да, мысли об этом пробирают до дрожи. Их ведь никогда не находят просто убитыми, с пулей в сердце или, на худой конец, с ножом. Смерть только через изощрённый ритуал.

А ведь когда-то она сама была ночным кошмаром для многих…

Приятная тьма окутывает Елену, и она почти расслабляется. Чувствует прилив былой силы и уверенности.

Чьи-то шаги сзади, и девушка испуганно оборачивается. Слишком резко и дёргано, что заставляет молодого парня удивлённо остановиться в паре шагов от неё. Вчерашний студент, но держится очень уж напряжённо. Явно не на прогулку вышел.

Елена с подозрением поглядывает на него и почему-то может хорошо разглядеть все черты его лица. Будто рядом с ним светлее. Она запоминает каждую деталь: серые глаза смотрят с недоверием, светлые всклокоченные волосы, прямой нос, тонкая губа разбита, под глазом тоже ссадины. Одет в чёрную кожанку и тёмные джинсы, руки держит в карманах.

- С вами всё в порядке? – аккуратно спрашивает он.

Не подходит, стоит на месте, как полный дурак. Как совершенно обычный парень.

- Просто замечательно, - зло бросает Елена и продолжает путь.

Идёт медленно, ждёт, когда незнакомец выйдет вперёд. Ей не хочется быть к нему спиной. Но он всё не обгоняет её.

«Нет, он самый обычный человек…»

Где-то на соседней улице раздаётся громкий собачий лай. Девушка боится и ненавидит себя за это. Достаёт телефон из кармана, идёт и пишет.

Разве обычные люди не могут убивать?

Она сворачивает в переулок и оглядывается. Он не пошёл следом.

Елена издаёт смешок, собирается убрать записанное в телефоне и проклинает себя за глупость, но тут замечает чью-то тень. Громадный чёрный пёс стоит перед ней и внимательно заглядывает прямо в глаза.

- Брысь отсюда, - Елена замахивается на собаку рукой, но подойти почему-то не решается.

Глухой рык. Точно такой же, только полностью белый пёс стоит прямо за ней.

Тихо выругавшись, девушка вжимается спиной в кирпичную стену дома. Пытается успокоиться, призвав на помощь ту самую силу ночи. В доме рядом кто-то спит неспокойно, очень дурной сон. Похоже, его истязают муки совести за что-то. Отлично подходит.

Елена внутренне тянется к энергии этого человека, так легко открывающейся перед ней. Краем глаза замечает приближающиеся фигуры людей (или не людей?). Собаки бросаются вперёд…

---------------------------

Два дня назад в реке нашли очередной труп.Я приехала на место одной из первых, чтобы осмотреть тело.

До этого уже произошла целая серия загадочных убийств. Жертвы всегда девушки, их всегда находят утопленными на мелководье, при этом к ним привязывают мешки с камнями. Всё это странно и напоминает только старые языческие ритуалы. Так либо приносили дары духам, либо пытались избавиться от нечистых. Мне приходилось изучать эту тему, я многое по ней знаю и поэтому больше склоняюсь ко второму варианту.

В глаза сразу бросалось то, как это убийство похоже на все предыдущие. На влажном песке у воды осталось чёрное обугленное кострище, заниматься им я отправила помощницу. И так было ясно, чем окажутся сгоревшие в костре вещи. Одежда жертвы.

Я подошла к вытащенному на берег телу, опустилась перед ним на колени, медленно натянула перчатки. Я внимательно рассматривала её, подмечая каждую деталь. Вместо обычной одежды убийца надел на неё белое льняное платье, как и на всех девушек до этого. В короткую косу был вплетён венок, цветы завяли и помялись. В разных местах на теле собачьи укусы и следы ударов. Она лежала передо мной на боку, руки и ноги связаны. Я мягко повернула её ладонь и нашла свежие ожоги, такие же и на ступнях.

Конечно, позже экспертиза показала, что изнасилования не было. А следователи установили, что ничего не украдено.

Всё как в прошлый раз. И до этого.

Ничего из этого не вызвало во мне эмоций, я и не такое уже видела. Но я внутренне дрогнула, когда очередь дошла до другой неизменной детали.

Я провела рукой по знакомому лицу, вытирая с него грязь. На этот раз Лена…

Следователи подошли ко мне даже с какой-то сочувствующей надеждой. Все девушки, которых убили, были мне знакомы. Лена была мне по-настоящему близка. Зачем это кому-то?

Я покачала головой.

- Я знаю её. Давайте запишу номер её мужа.

По крайней мере, в тот день появилась и новая улика. В предполагаемую ночь убийства Лена прислала мне сообщение с описанием какого-то мужчины. Его нашли на удивление быстро, он же и стал первым и последним подозреваемым. До этого привлекался в делах о наркотиках.

Я блаженно обхватываю руками тёплый стаканчик и вдыхаю пленительный аромат. Вот чего я долго ждала, так этого чудесного напитка. Я не знаю кофе хуже, чем из автомата у работы, и всё же это лучше, чем вообще без кофе.

- Маша?

- Чего тебе?

Я раздражённо оборачиваюсь, чтобы увидеть широкоплечую фигуру мужчины в форме. Никита высокий, обычно уверенный, чересчур уверенный в себе молодой человек. Но сейчас он стоит и хмурится, мнётся перед тем, как что-то сказать. Как человек, которого попросили сообщить что-то неприятное.

Всё же, для убийства слишком спокоен. А остальное меня мало волнует.

-Мне сказали что ты здесь. Ты уже слышала последние новости?

- После того, как ты скажешь, у меня будет время допить кофе? Если нет, то заткнись.

- Тебе-то работы не прибавилось, никто не умер. Подозреваемого отпустили.

- Что?! Ты издеваешься сейчас?

Никита тоже раздражён.

- По-твоему, это было моё решение?! Я похож на дурака? Сам бешусь, но кому же объяснишь, что мы настоящего убийцу отпускаем! Сверху начали давить, что улик нет, а человека держим. И попробуй докажи что-то с этим жалким сообщением!

- Он не убийца.

- Точно, ты же веришь в его невинность. А чего же тогда не радуешься его свободе?

- Он мог что-то знать.

- Ты забываешь, кто из нас следователь. Думай о своей работе. Я тебе решил это рассказать, потому что этот гад виновен в смерти твоей подруги. И он даже не будет наказан.

- Можешь не продолжать.

- Я в нём почти уверен. «Девушка? Знал, в ночь на вторник видел. Не убивал.» Шутит, от вопросов уходит.

Я угрюмо пью кофе. Хоть не следователь, а сама понимаю, что он вёл себя подозрительно, слишком смело. Но разве он похож на серийного убийцу? Нет. На наркоторговца, мелкого пакостника похож, но никак не на фанатика, совершающего кровавые ритуалы.

- Зачем ему тогда признаваться, что он видел Лену перед убийством?

К этому времени я уже допиваю свой кофе. Никита задумчиво смотрит в окно.

- Я просто документы заскочила передать, так что я пойду. Ты звони, если какие новости, ладно?

- Угу. Давай.

Я буквально выскакиваю из здания участка полиции на свежий воздух. Остаюсь под карнизом, чтобы позвонить. С неба снова капает холодный дождь, под ногами прохожих шуршат жёлтые листья. Всё серое. Одноцветная фигура парня становится рядом со мной, тоже прячась от льющейся с неба воды, но я так долго смотрю прямо ему в глаза, что он отходит от меня подальше.

- Да? – голос Каролины в трубке напоминает о себе.

- Привет, подозреваемого отпустили.

- И что? Ты же говорила, что это не он?

- Всё равно самое время свалить отсюда.

Молчание.

- Ты опять? – вдыхает Каролина.

- Я серьезна, Лина. Уезжай из города, на время. Ты же знаешь все девушки…

- Ага. Скоро зима.

- Прекрасно. Я тебя и не прошу уехать надолго, пока ты спрячешься, мы со всем разберёмся. Лина, ты будешь следующей. Не рискуй, прошу тебя.

- Я подумаю. Но здесь друзья. А в другом городе никого.

- Я не смогла им помочь, - мой голос звучит достаточно холодно. Хотя последние недели только и переживания об этом.– Понимаешь?

- Скоро зима.

И она повесила трубку.

А если уговорить Никиту взять отпуск и уехать вместе с сестрой? Тогда она не будет одна. Хотя чем он поможет…

Я впервые по-настоящему не знаю, что делать. Не могу контролировать ситуацию. Даже понять, что происходит. Кому всё это понадобилось?

А тот парень, я о нём даже забыла, не ушёл. И теперь подходит ко мне. При близком рассмотрении я его узнаю.

- Смотри, как бы они не передумали. Розанов Григорий, если я не ошибаюсь?

До этого я видела его только раз, когда на опознании заявляла, что не встречала его раньше и ровным счётом ничего о нём не знаю. Насколько мне известно, тоже самое сказал и муж Лены.

- Подозреваемого в убийстве чудом отпустили, а он даже не пытается поскорее удрать из участка. Я даже сделаю вид, что мне это интересно.

- Не чудом.

Упорно игнорирую его. Это отличный шанс выведать у него хоть какую-то полезную информацию, но мне становится понятно, что он и сам сейчас заговоритна эту тему. Иначе бы не вился так вокруг меня.

Он усмехается, смотрит на меня, как на крайне забавную вещь. Слишком смел для преступника. Да и для обычного подозреваемого тоже.

Никита утверждал, что такое поведение как раз подходит для преступника с нашей мотивацией. Следствиесчитает, что их совершает фанатик или группа фанатиков из какой-то секты. Мне же сложно поверить в такое: совпадений быть не может, убийца направленно выбирает в жертвы моих знакомых. Долго преследует их, возможно, следит несколько дней.

Есть вариант, что теперь он захочет убить и меня саму. Предпочитаю думать, что если покушение на меня и будет, то по большой тупости.

- Я тоже ожидал от тебя другой реакции, - тем временем говорит Гриша. - Совсем никаких эмоций? Похоже, не такая уж она тебе важная подружка была.

Он протягивает это с улыбкой, явно пытается задеть. Но я никак не реагирую, молчу.

- Есть закурить?

- Не курю. Тем более того, что нужно тебе.

Он не уходит. Ждёт. В конце концов, я сдаюсь первая.

- Слушай, у меня сейчас не самые светлые дни, чтобы вести пустую болтовню с тобой. Что ты хотел сказать?

- Там твой легавый за нами в окошко наблюдает. Это приватный разговор, не для его ушей.

- Замечательно. Ресторан, кино? Не мне же тебя приглашать, веди давай. Хотя нет, постой.

Телефон в моём кармане ожил. Сначала я подумала, что это звонит Каролина, и она передумала. Но на экране высвечивается другое имя: «Полина».

- Подожди, это важно.

Гриша ещё пытается что-то сказать, даже хватает меня за руку, но я отворачиваюсь от него. Когда звонит дочь погибшей подруги, ничего не может быть важнее.

- Полина?

Из трубки доносится плач и еле слышные из-за него слова.

- Тёть Маш… Папа, там папа…

- Что случилось? Полина, говори, объясни всё. Он опять пьёт? Я сейчас приеду.

Снова приходится отмахиваться от наглого Гриши. К этому времени начался настоящий ливень, и я выскакиваю под него. Решительно движусь к машине, одновременно шаря в карманах.

- Я пришла со школы, а он тут… он не дышит, не шевелиться…

Бедная девочка еле говорит. Я достаю ключи, открываю машину, завожу мотор. Грише я сую визитку, потом просто закрываюсь от него. Он подождёт.

- Я не знаю, что делать, кому звонить… мне страшно, он здесь… висит…

Пытаюсь сдержаться, чтобы не начать крыть матом. В остальном остаюсь хладнокровна. Как и обычно собрана.

- Полина! Полина, слушай меня. Внимательно. Сейчас беги к соседям, если есть кто из взрослых, расскажи им всё. Я сама позвоню, кому надо, и сейчас приеду. Слышишь? Думай о том, что я скоро буду рядом, как быстро я приеду.

Давлю газ на полную, набирая номер экстренных служб.

- Да чтоб тебя…. Кретин малодушный, ты вообще мог о дочери подумать?! И что с ней теперь будет?

__________________

Эти мысли не покидали меня, и когда я заходила в их дом, а когда я увидела девочку, они только громче зазвучали в моей голове.

Соседей дома не оказалось, Полина сидела на пороге у двери (зайти в квартиру боялась), плакала и смотрела на экран телефона. Считала время до моего приезда.

Как убедить человека, что он сможет жить дальше, как облегчить его боль? Я работаю со смертью каждый день, но при этом совершенно не знаю, как успокаивать близких погибших. Обычно этим занимаются другие люди. Поэтому я просто обнимаю Полину, поглаживаю по плечу.

- Ты молодец, такая храбрая, ты всё смогла правильно сделать. Всё будет хорошо, я буду рядом, буду тебе помогать…

Но у меня мало времени. Оставляю ребёнка в коридоре, а сама прохожу в тихую квартиру.

Дух близкой смерти. Я чувствовала его и вчера, заходя сюда. Но думала, что это из-за похорон Лены. Теперь же понятно, что он поселился здесь в ожидании ещё одного мертвеца. Конечно, она не уходила через врата.

Он повесился на кухне, рядом на столе стоит бутылка. Сомневаться в том, что он мёртв, не приходится. Я быстро прохожу в их спальню, начинаю методично осматривать всё содержимое шкафа. Делаю это как можно осторожнее, назад всё складываю точно также, чтобы меня ни в чём не заподозрили. Потом перехожу к тумбе у кровати, продолжаю свои поиски пока не открываю «женскую» полку. Здесь лежат все личные вещи Елены, множество разнообразных украшений и других бесполезных побрякушек. Она любила всё это, ей нравилось быть заметной. Среди всего я нахожу и неприглядные на первый взгляд, но очень важные атрибуты. Несколько рун, в том числе медальон-оберег в виде косого креста с черточками на концах, мешочек с перьями, травами, камнями, ракушками и другой мелочью, ножик, флакончики с вином и водой и свечка в виде чёрного черепа. Всё это я забираю с собой. Это даже не воровство, ведь никому такое не может понадобиться. Люди не посчитают подобное ценностью.

Потом прохожу к окну, чтобы проверить одну догадку. Если хорошо приглядеться, на углах рамы также заметны руны, похожие на разные колёса. Но они такие блеклые, что становится понятно – в тот вечер Лена ими точно не пользовалась.

А самое главное, на подоконнике я нахожу целый пакет с чёрной солью. Вот он очень будет полезен, сама я давно её не готовила.

Складываю найденное в сумочку и выхожу в коридор. Оказывается, уже приехали скорая и полиция, поэтому я делаю как можно более скорбное выражение лица.

Далее идёт долгая формальная часть – расспрашивают меня и Полину, которая вообще мало соображает в такой ситуации. Звонят их родственникам, все они живут в другом городе. Но кто-то из них обещает приехать и взять Полину под опеку. Этот день, пока родственники едут, я соглашаюсь побыть с девочкой. И мы как можно быстрее уходим.

Полина совсем плоха. Почти не перестаёт плакать, не отпускает моей руки. Я тоже в подавленном состоянии. Согласиться-то согласилась, но что теперь с ней делать? К себе домой вести никак нельзя.

Мы бредём по лужам до моей машины. Дождь на время прекратился, но всё небо затянуто тучами, холодный ветер бьёт по лицам. Усаживаю Полину на переднее сиденье, вещи Лены из сумки перекладываю в свой чемоданчик, с похожим, но более полным набором. Я всегда вожу его с собой.

В моей машине ребёнок, только потерявший родителей. На людей, которых я могу называть друзьями, кто-то ведёт охоту. Да и ещё сообщение от Гриши, напоминающее, как мне нужно поговорить с ним.

В небе раздаётся карканье ворона. Почему-то именно голоса этих птиц всегда придают мне уверенности. Я просто стою, прислушиваясь к этому звуку, пока он не затихает вдали. А потом рывком сажусь в машину и закрываю дверцу.

- Заедем ко мне домой, - тихо говорю я и беру Полину за руку.

Она не отвечает, всё смотрит в сторону своего дома.

Список знакомых, тем более тех, кому я могла бы доверить девочку, невелик. Звоню Каролине. А когда та поднимает трубку, я некоторое время молчу. Не знаю, как объяснить всё, не растревожив чувств Полины.

- Маша, я ещё не передумала.

- Я не за этим звоню. Тут такое дело…

К этому времени мы подъезжаем к моему дому, и я поспешно выхожу.

- Я быстро, - шепчу девочке, мягко сжимаю её ладонь и отпускаю.

Теперь она не слышит, и я могу говорить свободно.

- Ты помнишь семью Елены? Ты же её знала, так?

- Не очень хорошо… но явно лучше, чем других девчонок. А что?

- После смерти Лены её муж спился, он и до этого не особо устойчивой личностью был. А сегодня повесился. У них дочь, Полина, в пятый класс только перешла.

- Какой ужас! И как она? Что с ней теперь?

- Всё плохо, это она его нашла… Так у неё родственники есть, одна не останется. Но они приедут только завтра, а сегодня Поле нужно где-то переночевать. Я сказала, что со мной будет, крёстной представилась, чтобы в приют её не забрали. Но сама понимаешь, у меня совсем никак.

Поднимаюсь на свой этаж, достаю ключи.

- Понятно… Ты ведёшь к тому, чтобы она осталась у нас?

- На одну ночь. У вас же целый дом, может быть найдётся место для одного маленького человечка?

- Да, конечно… Думаю, Никита не будет против. Своим, конечно, помочь надо. Я тут всё подготовлю, езжайте к нам. Жаль так девочку…

Я отключаюсь. Приоткрываю дверь, и оттуда рыжей молнией выскакивает существо, так ждавшее моего возвращения.

- Арысь, тихо. Поедешь с нами.

Арысь – чудесная и очень умная кошка. Она умеет чутко сопереживать людям, особенно детям, и она знает, как им помочь.

Мы возвращаемся в машину, пятнистая кошечка усаживается на коленях Полины и принимается плавно мурчать. Та сначала гладит её, но быстро впадает в дрёму. Арысь наводит на неё светлые сновидения.

Рабочий день подходит к концу, поэтому на улицах полно машин и людей. Все спешат, но стоят в пробках. Серые и чёрные многоэтажки, поблескивающий мокрый асфальт. Город постепенно скрывается в тумане грязного белого цвета. Он медленно крадётся, скользит меж людей, поглощает их.

Мы отделяемся от общего потока машин и едем в сторону пригорода, к частным домикам. Сюда покров с полей добрался раньше, тем более тут слишком мало света, чтобы противостоять ему. Впереди нас практически ничего не видно.

Арысь внимательно наблюдает за мной. У неё очень человеческий, осознанный взгляд, и сейчас она смотрит так, будто ждёт от меня объяснений. Даже волнуется. Понимает, что я не просто так её взяла.

- Ничего, Арысь, пока ничего. Но у меня плохое предчувствие. Дух, понимаешь, он не остался в квартире, где смерть. Он следует за нами. А он никогда не ошибается.

Я бросаю взгляд на лицо мирно спящей девочки. Такая бледная, измученная. Сразу видно, что это её первые минуты спокойствия за долгое время.

- Если только не будет чудесного вмешательства, - добавляю я.

Арысь продолжает на меня смотреть. Вот до чего я докатилась, советуюсь с кошкой.

Мы подъезжаем. Каролина и Никита уже вышли нас встречать. Арысь вскакивает с колен Полины и та сразу просыпается.

- Где мы? – она сонно трёт глаза.

- Поль, мы у друзей. Ты помнишь Каролину?

- Наверное…

Каролина проводит нас к дому, при этом держится рядом с девочкой и мягко беседует с ней.

- Ты помнишь меня? Я Каролина. Я хорошая знакомая твоей семьи и Маши. А там Никита, мой брат. Ты останешься у нас на ночь, хорошо?

- А как же… тётя Маша? – Полина озирается на меня.

- Я тоже побуду с вами. Всё в порядке. Может, ты хочешь поспать? Утром станет лучше.

Арысь крутиться рядом с девочкой, трётся о её ноги. Но та упорно борется со сном.

- Моего папу забрали?

- Забрали.

- А почему он это сделал… Вы знаете?

Мы с Каролиной переглядываемся. И вот как сказать, как это объяснить?

- М-м… Твой папа очень скучал по маме, - я пытаюсь сказать правду и как можно проще. – Настолько сильно, что он решил бросить всё в этом мире и уйти к ней. Но это очень плохо. Твоя мама будет совсем не рада. Он выбрал ужасный способ, который приносит только страдания всем, но не даёт того, что ты хочешь.

- Другой мир?

- Душа не умирает. Она только на время уходит, чтобы очиститься и вернуться назад. Счастливой.

- Мама мне тоже так говорила. Просила не переживать слишком сильно, когда…

Полина трёт глаза и пытается подавить зевок.

- Вот и не нужно, - Каролина мягко подталкивает её к выходу из комнаты. – Лучше поспи.

Они уходят, а мы с Никитой садимся за стол на кухне. Я нервно постукиваю пальцами по дереву и разглядываю фотографии на стене. Вообще весь их дом обставлен очень скромно, и кроме множества снимков, которые делает Каролина, в комнатах нет никаких украшений. Зато этими фотографиями они очень дорожат. На одном маленьком фото, бережно наклеенном на холодильнике, но явно теряющемся среди остальных, я узнаю себя. Похоже, это было весной, и я точно не видела, как был сделан снимок.

- Я сделаю кофе, - устало вздыхает Никита, понаблюдав за мной.

Он проходит к буфету и я слышу, как гремит посуда.

- Ты думаешь, твои слова успокоят девочку?

- Нет. Если только немного, раз сама Лена ей всё объясняла.

- Не знал, что ты верующая.

Я иронично усмехаюсь.

- Так ты у нас надолго? Или тоже хочешь здесь переночевать? И что вообще такое, почему ты не могла оставить Полину у себя?

- Моя квартира, мой образ жизни и я сама совсем не расположены к детям. Девочке было бы просто неудобно у меня. А здесь она под присмотром Лины. Я немного посижу у вас, посмотрю, чтобы всё в порядке было и поеду домой.

Он ставит передо мной дымящуюся кружку. Когда я беру её, у меня даже перестают дрожать руки.

- Ты разговаривала с Розановым?

- Ещё нет.

- Маша, я видел вас. О чём вы говорили?

Я недовольно смотрю на него поверх своей чашки. Он внимательно наблюдает за каждым моим действием.

- Мы не успели поговорить, позвонила Полина. Честно, не знаю, что ему было нужно.

Я встаю из-за стола, чтобы проверить Полину с Каролиной, но мой телефон снова звонит. Я нехотя поднимаю трубку.

- Слушаю.

- Это я. Нам нужно встретиться.

- Какой-то ты нетерпеливый. Мне кажется, или должно быть наоборот, чтобы я за тобой бегала, ища встречи? Тебе-то зачем?

- Могла бы и понять, что я на кого-то работаю. И если я не передам тебе информацию, у нас обоих будут неприятности. Ты понимаешь масштабы неприятностей в таких делах, или это тоже надо объяснять?

- Ладно, если у тебя есть возможность добраться коттеджей, я здесь. Улица Смородиновая, я тебя встречу. Или жди, пока я вернусь в город, но это будет поздно.

- Окей.

Я заглядываю в комнату Каролины. Полина лежит в кровати и, похоже, спит. Арысь разместилась прямо на её груди, бока кошечки поднимаются и опадают в такт дыхания девочки. Каролина сидит на стуле рядом, смотря на что-то в своих руках, но при виде меня поднимается.

- Как она? – тихо спрашиваю я.

Но Полина тут же открывает глаза.

- Я не сплю.

Арысь осуждающе смотрит на меня.

- Тётя Маша, а то, что вы говорили… получается, мой папа не сможет там встретить маму?

И снова мы с Каролиной молча переглядываемся. Отвечать опять приходится мне.

- Поверь, мы сделаем всё так, чтобы вы когда-нибудь опять встретились. Но ты всё равно должна помнить, какой это ужасный поступок. Хорошо? Нам будет очень сложно. А ты станешь сильной и со всем справишься. Сейчас отдыхай.

Я указываю Каролине на дверь,и мы выходим.

- Ты ведь тоже это чувствуешь? - встревоженно шепчет Каролина.

Теперь я замечаю, что она вертит в руках руну. Косой крест.

- Смерть? – я иду дальше, в коридор, там открываю прихваченный из машины чемоданчик. – Да, она следовала за нами. Сейчас дух стал сильнее из-за висельника, но с отпугиванием его пока справиться Арысь. Потом я проконтролирую, чтобы похороны провели правильно. А вот смерть… я не знаю за кем она. Это должно случиться скоро, поэтому очень важно позаботиться о девочке.

Я приподнимаю кулон-руну, чтобы Каролина увидела.

- Это Лены. Единственный, который мне удалось найти. Остальных не было ни при телах, ни у них в квартирах.

- Значит, она не уходила через Врата. Чем нас меньше, тем слабее магия, так ведь?..

- Да… Знаешь, я думаю о том, что Полина могла бы пойти по стопам матери. Очень умная девочка. И такая трагедия в жизни.

- Но она совсем ребёнок! Да и прояви ты хоть немного сочувствия к ней, разве она после всего захочет такого?

- Вот и узнаем со временем. Я же не предлагаю обращать ребёнка прямо сейчас, подождём. Я тут прихватила кое-чего из Лениных вещей, у тебя всего хватает? Чёрная соль?

- Соли немного осталось…

- Плохо. Возьми часть у меня.

Пока Каролина пошла искать, куда сложить соль, я выхожу на улицу. Меня сразу начинают тревожить изменения в пейзаже. Туман всё ещё весит плотной завесой, но почему-то обходит этот дом стороной. Вокруг нас создаётся ровный круг, со светлой поляной внутри, что не может быть просто случайностью.

Где-то мелькает отсвет фар.

- Ох, - Каролина выходит, и открывшийся вид ей тоже не нравиться.

- Охрана дома достаточно надёжная?

- Смотря для чего…

Мой взгляд останавливается на высокой ели недалеко от нас, от которой так и исходят волны силы. Я не могу увидеть их с этого расстояния, но явственно чувствую руны на стволе. Прекрасная работа. Возможно, поэтому Лина сильнее остальных. Её Врата позволяют связать все три мира, в отличии от простеньких «порталов» в Навь. Но сейчас это может стать нашей проблемой…

Хлопок калитки. Я оборачиваюсь и замечаю Гришу, с подозрением оглядывающегося вокруг.

- Что же, тебя пугает туман? – обращаюсь к нему я. – И чего ты вообще сюда пришёл? Как ты…

- Я знаю точный адрес потому, что тебе больше не к кому ехать.

Гриша подходит и становится на пороге рядом с нами. Он всё поглядывает на туман и хмурится, даже как-то качает головой, будто не хочет себе в чем-то признаться.

- Может, раскроешь их загадочные личности?

- В дом не пустите?

Каролина недоуменно смотрит на нас. Тут входная дверь открывается.

- Что вы тут так долго стоите?.. – из дома появляется Никита.

Они с Гришей застывают, и некоторое время просто буравят друг друга взглядами. На губах Гриши играет немного нервная ухмылка. Никита сжимает кулаки.

- Ничего не хотите объяснить?

- Именно этим я сейчас и собираюсь заняться, - Гриша пытается пройти в дом, но Никита преграждает ему проход.

- Не так быстро.

Я тоже понимаю, что разрешить зайти неизвестному в дом в наших обстоятельствах, идея самоубийственная. Кто знает, кем он может оказаться. Нечистым только и нужно приглашение.

Но Гриша снова озирается. Быстро отворачивается, будто мы могли этого не заметить.

- Он чего-то боится, - Каролина наклоняется к самому моему уху.

- Он обычный, иначе я бы знала. Но у него есть что-то магическое с собой, вроде обезвреженное, - также шёпотом отвечаю, а потом громче добавляю: - Пусть заходит.

- Пропусти ты его, - просит Каролина, когда Никита замешкался.

Никита наконец отступает и сквозь зубы спрашивает:

- Зачем вы его пригласили?

- Он сам пришёл! – отвечает Каролина. – Кто-то прислал его к нам.

- Придётся его выслушать, - я безразлично пожимаю плечами.

Никита смотрит на меня. Понимает, благодаря кому возможный преступник появился на пороге его дома.

Гриша с хозяйским видом разгуливает по гостиной и очень внимательно разглядывает всё, что ему попадается.

- Не дурно, не дурно…

При этом он ни на секунду не останавливается, страхом от него несёт за километр. На кого бы он не работал, они хорошо его припугнули. Во время нашей первой встречи он себя так не вёл.

- Расскажешь наконец свою сказку? – прерываю его метания я.

Гриша косо поглядывает на моих друзей, но те и не думают уходить.

- Ладно, раз вы все тут собрались, - Гриша едко улыбается. – Мария, ты же у них дома, так? Значит навлекаешь опасность и на них. Пока вы вместе, угроза обращена ко всем вам.

Гриша протягивает мне свёрток и я задумчиво рассматриваю его. От него исходит такая сильная магия, что обжигает мне руки. Однако, магия не должна себя так вести, сейчас она будто бы разрушена.

Так и есть. Я аккуратно разворачиваю свёрток и вываливаю содержимое на стол.

- Что это? – Никита подходит ближе, сложив руки на груди.

Я вижу, как его сестра глубоко дышит, пытаясь подавить эмоции.

Руны. Точно такие, как руна, которую я нашла у Елены, только расколотые на несколько частей и пропитанные кровью своих бывших носительниц.

- Это было очень сложно сделать, - замечаю я, приподнимая осколки.

- Для начала, давайте признаем, что я никого не убивал.

- Почему же тогда твоё описание попало к нам? – недоверчиво спрашивает Никита.

- Мне заплатили, чтобы я преследовал её. Следил за ней. Но я не убивал.

- Ты видел убийство?

- Нет! Нет, конечно.

- Всё равно это преследование, ты соучастник…

- Не это важно сейчас. Моего нанимателя интересует только один…

Он кидает быстрый взгляд на Никиту.

- Криминальный авторитет… Точнее, там всё не так просто. Он ещё замешан в каких-то оккультных делах. Но я не так много знаю об этом. Меня попросили передать, что все погибшие девушки были его сообщниками. И убийства продолжатся, пока его самого не найдут. А ещё мой босс уверен, что Мария знает, где он.

Он поворачивается ко мне.

- Мария, тебе правда лучше просто сказать, где сейчас находится твой бывший муж. Он ужасный… человек. На его руках много крови. Ты же не хочешь, чтобы твои друзья пострадали из-за него?

- Мой бывший?!

Вот чего я точно не ожидала. Они могли преследовать любые цели, но никак не его, не этого человека. Не так, чтобы он был совсем заурядной личностью, даже наоборот… но ради таких, как он, серийных ритуалов не устраивают.

Он.

Потихоньку картинка в моей голове всё же начинает складываться. Я еле сдерживаю смех, надеваю назад маску удивления.

- Муж?! – в замешательстве спрашивает Никита.

Я только отмахиваюсь от него. Каролина хмурится, что-то припоминая.

- Но это же было так давно… Мы только с тобой познакомились, когда ты с ним разводилась.

- Да я его больше десяти лет не видела! Не знаю, ни где он, ни что с ним. И знать не хочу.

- Он многому научил тебя. Его сообщницы – твои близкие знакомые. Никто не поверит, что вы с ним больше никогда не связывались. Ты хоть понимаешь, кто он? Знаешь, кого покрываешь? Или, может, о своей работе, своей сущности он забыл тебе рассказать?

- Какой ещё сущности? Чему научил? Маша, ты понимаешь, о чём он говорит? – Никита настолько ничего не понимает, что начинает злиться.

Каролина садится на стул и помалкивает, будто вообще не имеет отношения к этому делу. Вот и молодец.

Я смотрю на свои руки, которые снова начали жить своей жизнью (то почему-то постукивают, то что-то вертят и мнут), как и всегда при моей сильной задумчивости, и спокойно объясняю:

- Я знаю, что мой муж был замешан в тёмных мистических делах. Он научил меня простейшей магии и обрядам, чтобы я могла себя защитить, если тень от его поступков падёт и на меня. Но повторяю, это всё в прошлом, он мой бывший муж. А с девушками он мог познакомиться, когда мы вместе жили в этом городе. Наверное, он мог знать их через меня… хотя я не помню. Это было давно, я надеялась, всё прошло. Никита, я думаю, Гриша намекает на то, что мой муж был не человеком.

- А кем? – иронично спрашивает Никита и устало потирает переносицу. – Маша, вот, что я думаю: наша первая теория была верна. Убийцы – фанатики-сектанты, как и твой муж. Две секты, одни фанатики что-то не поделили с другими, поэтому сейчас всё это происходит. И никакая магия не причём.

- Как же ты точно изложил ситуацию, - криво усмехается Гриша. – Мария, ты уверена, что тебе нужно во всё это ввязываться? Уверена, что не хочешь изменить своего решения?

Он смотрит на меня даже с сожалением.

- Ты ведь тоже мара, так? У таких, как ты, они медленно забирают всю энергию, а потом резко разрушают её. А после ты видела, что происходит. Огонь, вода, всё по правилам.

- Передай своему боссу, что я без понятия, где мой бывший.

Гриша качает головой.

- В случае, если переговоры не помогли, они будут пытать тебя и Последнюю. Нам известно, кто она. Они ничего не оставят от этого дома, как и от его обитателей.

Он проходит к двери, но замирает там, снова смотрит на меня.

- Ты угрожаешь нам? – оскаливается Никита.

- Не я.

Гриша выходит из дома, Никита дёргается за ним, но я придерживаю его за рукав.

- Всё серьёзно. У нас мало времени, поэтому мне нужно успеть всё объяснить. Скрывать нет смысла, скоро ты сам всё увидишь…

- У нас же Полина! – Каролина вскакивает со своего места. – Они точно нападут на нас, и что же с девочкой будет?

- Не паникуй. Всё равно поздно её куда-то отсылать. Арысь предупредит об опасности, тогда и будем волноваться.

Я выглядываю в окно, смотрю, как Гриша исчезает в тумане. Происходящее на улице мне нравится всё меньше. К этому времени уже должно начинать смеркаться, но во дворе всё также светло. А туман, скрывающий нас кольцом, не даёт посмотреть, как дело обстоит за территорией нашего дома. Напрягает. Во тьме у нас было бы больше шансов.

Слышится приглушённый лай собак.

В комнату распушенным клубком вкатывается Арысь.

- Ставры и Гавры… Арысь, брысь отсюда!

Арысь взбудоражена и испуганна, но подчиняется. Возвращается к Полине, только мяукнув нам что-то яростное напоследок.

- Это опасность? – выдыхает Каролина.

- Нет, ещё далеко. Но Арысь ненавидит собак… особенно этих.

- Итак, Никита, пока Каролина проверит защиту дома, я тебе всё расскажу.

- Я понял, что к нам сейчас заявятся, - Никита проходит в свою комнату, из тумбы достаёт свой пистолет, перезаряжает. – Нужно позвонить в полицию.

- Этого не хватит, - я следую за ним. – Твоё неверие абсолютно бесполезно сейчас. Поэтому слушай внимательно и верь. На самом деле есть три мира, в одном из них, под названием Явь, мы живём, два других потусторонние. Сектанты, как ты их называешь, это правители в других мирах. Белый и Чёрный, они могущественны, и они вечные соперники друг другу. Чёрного правителя Нави пытаются представить как чистое зло, Белому правителю Прави же наоборот, поклоняются и в этом мире. Время от времени Белый и Чёрный проходят в Явь под видом обычных смертных и какое-то время живут здесь, чтобы лучше понять, до чего дошло его развитие. Белый уже вечность пытается найти и убить Чёрного. Люди, которые нам угрожают, как раз последователи Белого, они считают моего мужа Чёрным, а меня марой, раз он меня чему-то научил. Мары – магические помощницы Чёрного в этом мире…

Никита смотрит на меня шокировано и, конечно, с неверием. Но скоро ему предстоит самостоятельно убедиться во всём.

- Маша… ты правда в это веришь? Думаю, жизнь с таким мужем на тебя повлияла.

Громко хлопает входная дверь и мы быстро выходим. Никита держит пистолет наготове. Каролина появляется из другой комнаты. На пороге снова стоит Гриша, теперь он даже не скрывает своего страха.

- Они не выпустили меня! Я им больше не нужен!

Никита злорадно смеётся.

- Они идут сюда, - севшим голосом добавляет Гриша.

- Нам главное продержаться до ночи. Тогда мои силы увеличиваются. А ещё Полина… - я поворачиваюсь к Каролине. – У нас есть Зимний крест её матери. Понимаешь? Это хоть как-то поддержит наши силы. Пусть она не научена, но нам понадобится любая помощь. Белый – настоящий фанатик, он точно не отступит.

- Маша, нет, это может быть опасно для неё!

- Иначе это будет опасно для всех нас. Если у нас не получится… она в любом случае погибнет.

Я решительно иду в сторону спальни, прихватив с собой чемодан.

- Парни, не смейте выходить на улицу! Не под каким предлогом. И не убейте друг друга.

Каролина семенит за мной. У комнаты мы останавливаемся и смотрим друг на друга.

- Тебе лучше успеть совершить переход до того, как выход к Вратам будет закрыт. Я сама справлюсь.

Каролина бросает полный тревоги взгляд на дверь. Там мирно спит ещё ничего не знающая девочка.

- Она почувствует его присутствие… с руной она снова увидит своего отца. Кроме того, ей и так будет сложно. Может, даже больно. Она ведь не подготовлена, у неё совсем нет магической энергии…

- Я буду осторожна. За призрака не волнуйся, я его собираюсь использовать. Плохо только, что я не могу вызвать других.

- Протянуть до ночи. Хорошо, - Каролина внезапно крепко обнимает меня, потом отскакивает и быстро уходит.

Я захожу в комнату. Самой больно от мысли, что придётся использовать ребёнка. Полина спит, широко раскинувшись по кровати, и смешно сопит. Я присаживаюсь рядом, мягко встряхиваю за плечо.

- Вставай, соня.

Арысь соскакивает на пол и нервно крутится у меня под ногами. Она чувствует приближение светлой братии.

Полина приподнимается и сонно трёт глазки.

- Поль, нам очень нужна твоя помощь.

- Какая? Что случилось?

- Понимаешь, есть одни очень плохие люди, которые хотят нам зла. Раньше твоя мама нас от них защищала, но теперь нужно, чтобы ты нас защитила от них.

Полина смотрит на меня широко раскрытыми глазами

- Но как? Я ведь…

- Ты веришь в магию?

Девочка смущается.

- А что?

- Вот это, - я показываю ей руну Елены. – Магический амулет твоей матери. Я научу тебя им пользоваться, и ты нас спасёшь. Хорошо? Но тебе придётся быть очень сильной.

Я помогаю надеть кулон на шею Полине, и она завороженно рассматривает руну.

- Вы не шутите?..

- Нет, конечно, нет.

Я протягиваю свою стремительно темнеющую руку с зажатой в ней булавкой.

- Руна будет очень непослушной, потому что она не твоя. Ты не научена магии, поэтому тебе станет плохо. Но ты не должна сдаваться, ясно?

Аккуратно беру её пальчик и укалываю булавкой, Полина дёргается от неожиданности и капля крови тут же выступает на коже. Я прижимаю уколотый палец к руне, туда же вытягивается тьма из моей руки.

- Это моё разрешение. Закрой глаза, сожми руну в руке. Почувствуй её силу.

- Я, кажется… да, я чувствую! Она холодная и… очень тёмная? Почему?

- Не бойся, тёмный – не значит зло. Теперь возьми вот это.

Я достаю из чемодана небольшую статуэтку покровителя смерти, зимы и тьмы из чёрного камня. Она ничтожно мала по сравнению со своими прототипами, величественными идолами, которые раньше ставили люди для поклонения. В те времена, когда Чёрного ещё почитали, а не боялись.

- Представляй как твоя собственная сила смешивается с силой руны и перетекает к тотему. Только передавай силу осторожно, понемногу, не давай ей хлынуть сплошным потоком. Тебе может показаться, что ты видишь призраков, но не обращай на них внимания. Сосредоточься на своих ощущениях, не слушай чужие голоса. Их нет. Никуда не выходи, какой бы шум не слышала за дверью, сиди тихо.

Полина кивает и притрагивается к статуэтке.

- Странно, я будто бы держу за руку тебя… - Полина слабо улыбается, вздрагивая всем телом. Я точно знаю, что у неё получается. Изменения маленькие, но они всё же есть. – Мне что-то плохо… Тётя Маша, мне страшно!

- Ничего не бойся, всё будет хорошо. Держи тотем, будто держишь мою руку. И это станет правдой. Ты сильная. Ты спасёшь нас, главное делай, как я сказала.

- Я буду как мама… - шепчет она, решительно сдвигает брови.

- Как мама.

Я ухожу, прикрывая за собой дверь. Полина сидит, крепко зажмурившись, сжимает в руках амулеты с такой силой, будто от них зависит её жизнь. Будто она утопающая и это единственные предметы, что держат её на поверхности. Да так оно и есть.

Арысь выходит за мной, но часто оглядывается, будто так и рвётся вернуться к девочке. Но у меня есть дела поважнее, кроме как думать о переживаниях кошки. В гостиной раздаются чьи-то вскрики.

Я быстро достаю чёрную соль и выкладываю из неё у порога в спальню символы защиты.

Дух висельника как раз устремляется к нам, пытается прорваться в спальню. Эти охранные символы не особо сильны, но могут сдержать мелких гадов вроде неупокоенной души.

Я вытягиваю руку и хватаю духа. Тот начинает дёргаться, издаёт звуки, похожие на плач и тогда я командую:

- Стоять. Я – твой повелитель.

Неохотно, но призрак всё же замирает. И я тащу его в сторону гостиной.

Там оцениваю обстановку. Стол перевёрнут на бок, Гриша прячется за ним. Он мелко подрагивает, смотрит на свои руки и что-то бормочет. Приблизившись, я замечаю тату на его кисти, но особо не разглядываю его. Слабонервный оказался парень, не выдерживает потустороннего влияния. Мало толку от него будет.

Никита стоит на крыльце и стреляет в туман, где что-то шевелится. Он нарушил мой запрет, вышел на улицу, и я уже собираюсь идти разбираться. Но с этим прекрасно справляется тень, отделившаяся от ели, когда заталкивает нашего полицейского назад в дом. Тот настолько ошарашен её появлением, что не сопротивляется.

- Каролина? Это ты? – выдыхает Никита, с опаской поглядывая на тень.

Даже Гриша отвлекается от своего страдания, чтобы посмотреть, что происходит. Призрак рядом со мной жалобно поскуливает. Становится будто бы немного темнее.

- Да, она тоже мара, - отвечаю я. – Надеюсь, ты меня внимательно слушал.

Каролина неуверенно улыбается, поглядывая на брата.

Каролина и правда сейчас непохожа на себя. Тьма вытекает из её кожи и клубится вокруг, из-за чего она и похожа на тень. Её чёрные волосы распущены и достают ей до колен, хотя в реальности они у неё намного короче. В руке у неё зажат простой серп. Но я привыкла видеть её такой, поэтому отношусь к её состоянию совершенно безразлично. В отличии от Никиты.

- Как… Что с тобой.

Я опускаю чемодан, выглядываю в окно, силясь разглядеть там нападающих. Медленно вытаскиваю из чемодана свой серп.

- Я совершила переход в Навь… неполный. Поэтому изменилась моя сущность. Я - мара, Никита. Это всё правда.

Я раскладываю на полу свои травы и бутыли. Чёрную соль.

- Лучше расскажите мне, кто там.

- Волки, медведи и олени, кажется, - отвечает Никита, даже не отрывая взгляда от сестры. – Зверьё всякое.

- Не просто зверьё… - тихо бормочет Гриша. – Бердеи.

- Просто прекрасно.

- То, что вы тут говорите, вообще ничего не объясняет! – восклицает Никита. – Что, чёрт возьми, происходит?!

- Всё, что нужно для твоего выживания, мы объяснили. А теперь слушай наши указания. И прошу без самовольничества.

- Я там попыталась начать строить ограду, - Коралина неопределённо махнула рукой.

Приглядевшись, я замечаю чёрные скрученные кусты с ярко красными ягодами.

- Боярышник?

Несколько волков бегают по нашему двору, приближаясь к дому. У некоторых из-под лап вылетают искры.

- Никита, попытайся отстреливать их, нельзя дать им поджечь дом!

- Старые защитные заклятия пока сдерживают большинство, - объясняет Каролина. – Но надолго ли…

В ответ ей снова раздаётся лай собак.

- Эти точно пройдут. Но попытайся пока усилить ограду.

Я встряхиваю призрака. Кроме меня его видит только Каролина, поэтому мои действия кажутся остальным странными.

- Я – твой повелитель. Рази бердеев. Нашли болезни.

Висельник вылетает на улицу, кидается к ближайшему волку, залетает внутрь него. Бедняга тут же падает, постепенно обращаясь назад в человека. Катается по земле, покрывается противными на вид волдырями.

Никита подстреливает другое животное и крепко выражается.

- Кто они такое? Это люди?

- Колдуны-оборотни.

Каролина справляется со стеной, заставляя её разрастаться. Я передаю ей в помощь свою силу и силу Полины. Некоторых животных это отпугивает, но на участок всё равно прорывается громадный медведь.

Я опускаюсь рядом с неспокойной Арысью.

Поджигаю свечу-череп. Сжигаю в ней перо и несколько трав. Открываю флакон с водой, разливаю его под ногами кошки. Достаю флягу с кровью.

- Тише, Арысь, не крутись.

Я начинаю размазывать кровь прямо по шерсти Арыси, и под моими руками кровь становится чёрной. Кошка выгибается, наслаждаясь долгожданным освобождением.

- Арысь-Поле, Арысь-Поле, вернись, собою обернись.

Кошка изгибается всем телом, начинает увеличиваться в размерах и изменяться. С неё спадает старая шкура, а под ней оказывается рысь. С женским лицом.

Опять ругань Никиты, когда он шарахается от нас.

В этот момент что-то с силой ударяется о дверь. Второй удар и дверь трещит.

- Наш мишка? – предполагаю я.

В следующую секунду дверь всё-таки обваливается, по ней в дом проходит злобный гризли.

Никита стреляет в него, но на медведя это вообще никак не влияет. Я вижу, как Гриша пытается тихо ускользнуть в другие комнаты. Снова немного темнеет, хотя за окном всё также светло. Нет сомнений в том, что кто-то поработал магией с погодными условиями на нашем участке.

Арысь кидается прямо на морду медведя, расцарапывая его. Я краем глаза окидываю происходящее на улице. Тела людей в шкурах. Стена из боярышника по кругу, за ней мечутся чьи-то тени. Прямо с неба на поляну спускаются три молодых паренька в золотых одеждах и на рыжих конях, с ними две величественные охотничьи собаки, белая и чёрная. Четвёртый конь идёт следом без всадника. Дух висельника сначала устремляется к ним, но пугается исходящего от них света.

Отвлекаюсь, взмахиваю рукой в сторону медведя. Арысь хорошо его задерживала, но я прогоняю его тьмой. Вселяю в него такой ужас, что животное напролом выскакивает из дома. Я чувствую, как там отключается Полина.

Белый точно в выигрыше, до сих пор достаточно культов в честь него. Именно вера в него увеличивает его силу. Последователи же Чёрного в меньшинстве.

Арысь выскакивает следом, распушившись, становится на крыльце, пытаясь преградить путь к дому.

- Кто те люди? – спрашивает Никита, перезаряжая оружие.

Они вместе с Гришей, который почему-то не спрятался, выглядывают через окно на улицу.

- Это не люди. Солнечные мальчики, они тоже из Прави. Мне вот только интересно, где четвёртый…

Я осекаюсь. Хватаю руку Гриши, рассматривая его «татуировку». Он пытается вырваться, но я только сжимаю его крепче.

- Знак Авсеня, - я смотрю прямо ему в глаза.

Четвёртый брат сидит прямо передо мной.

- Но я не чувствую силы.

Гриша отводит взгляд, вздыхает. С надеждой высматривает братьев за окном.

- Они отобрали её. Я прогневал Белого, но он обещал всё вернуть, если я буду хорошо работать. Но теперь они убьют и меня. Хотя… я всё сделал, как просили.

- Это ты изменяешь свет? Значит, в тебе ещё что-то есть?

- Я надеюсь. Всё же осень, пора моего покровительства.

- О чём вы говорите? – спрашивает Никита.

- Те трое – главные помощники Белого, они берут силу от солнца. Год поделен на их время силы и правления, - объясняет Каролина. – Авсень, Гриша утверждает, что он Авсень, четвёртое «Солнце», покровительствует осенью. И его, похоже, лишили силы.

- Я смог заставить свет остаться на территории вашего участка. Но это только рядом с Белым получилось, у него моя магическая энергия.

Я поднимаюсь во весь рост.

- Постарайся исправить это, верни нам тьму. Твой конь может помочь, в нём должна остаться хоть какая сила. Главное, разрушь заклинание, и мы останемся живы!

Я выскакиваю на улицу, где Арысь уже борется с двумя собаками. То, что она сама из светлых, вызвало у них небольшую заминку, но в конце концов на неё всё равно напали. Ставры и Гавры обладают мощью не обычных животных, поэтому Арысь долго не выдержит борьбы с ними. Она уже вся в крови от их укусов.

Со всех углов ко мне собирается вода, которую я тут же направляю на ближайшего пса. Превращаю воду в лёд, осколки которого впиваются в собачьи бока.

Ко мне на конях подскакивают двое из братьев, вытаскивая мечи. Взмахиваю рукой, в которой всё ещё держу серп, и тот вытягивается в острую длинную косу. Мои руки оплетают чёрные и красные нити; тьма сочится из под кожи, из глаз. Вода всё также ручьями стремится ко мне. Теперь я вижу, как от всего живого поднимается серая дымка – жизнь медленно вытекает из них, у кого-то её больше осталось, у кого-то меньше. Двое всадников и лошади передо мной состоят из чистого света.

Мне не нужны Врата, чтобы совершить переход.

Первый брат, Коляда, делает выпад ко мне, я отражаю его косой. Свет соприкасается с тьмой. Делаю пасы в воздухе, чтобы оградиться от второго всадника, Ярило, щитом изо льда. Становится невыносимо жарко, лёд тает, а Коляда всё продолжает наступать. Мы продолжаем сразу два боя: физический и магический. Братья рубят мечами - я фехтую косой, братья пытаются поразить меня своим светом – я выпускаю тьму. Сильный поток холодного ветра со льдом и снегом отбрасывает Коляду далеко в сторону. Он всегда был слабым. Этот же ветер подбрасывает и меня, чтобы я смогла приземлиться за спиной Ярило. Стремительно рассекаю воздух лезвием, повторяя очертания косого креста. Ярило замирает, как бы заморозившись, моя тьма сползает к нему и медленно поглощает, немного опасаясь его света. Ярило смотрит на меня зло, пытается что-то сказать.

- Не ожидали от мары такого? – не могу лишить себя радости от самодовольной улыбки над поверженным врагом.

Озираюсь и первое, что замечаю – как полыхает огонь в доме. Никита пытается потушить его огнетушителем, Каролина – магией воды.

Гриша, то есть Авсень, уже сидит на своём золотом коне, что-то приговаривает, вознеся руки к небу. Символы на его руках зажигаются красным.

Быстро приближаюсь к нему. Вокруг начинает смеркаться, но слишком медленно.

Авсень свысока смотрит на меня. Сейчас он держится намного увереннее того, каким мы его видели до этого.

- Я видел, как ты сражалась. Впечатляет. Это необычно для мары.

- Я полна сюрпризов.

- Это ведь не твой муж, да? Он не Чёрный. А если и был им, то передал тебе всю силу, я угадал?

- Сейчас не время. Нам нужна ночь.

Коса перевоплощается в серп, и я прячу его за пояс.

Авсень больше ничего не говорит. Я становлюсь рядом с лошадью, которую Авсеню приходится придерживать, чтобы она не рванула от меня прочь.

Я вижу нити магии, которые куполом оплетают участок, их сейчас и пытается разрушить Авсень.

- Свет осенний, я - твой повелитель… - слышу, как он бормочет, но больше и не пытаюсь ничего разобрать.

Нити магии медленно, совершенно не желая подчинятся своему бывшему хозяину, тянутся к Авсеню. Я подхватываю их и вплетаю вместо них тьму. Свет начинает разрушаться быстрее. Ночь практически открывается перед нами. Я чувствую свою магию, заряжаюсь ночью и луной, проглядывающейся на небе. Усталость от растраченных до этого сил уходит.

- Маша! – истеричный вскрик от дома.

Мы с Авсенем отвлекаемся, оборачиваемся.

Огонь полыхает, но он будто остановился, перестал распространятся. Купала стоит в кругу пламени на пороге, держа Каролину за волосы. Её серп валяется в отдалении.

Никиту и Арысь я вижу через окно в доме, рядом с ними стоит Коляда. Никита держит на руках маленькое тело, ещё живое, но без сознания. Полина.

Чёрный пёс Гавры тоже там.

Ярило, на котором нет никаких следов моей магии, последовательно сжигает кусты боярышника, из-за них выходят колдуны-бердеи в шкурах. Уже видно, как их воинство велико.

Конь под Авсенем начинает беспокойно переступать с ноги на ногу, а потом вовсе скидывает всадника и убегает к братьям.

- Вставай, мы итак упали в их глазах.

- Ха-ха, очень смешно. Что делать будешь, Смерть?

- Переходим к плану «Б».

И я иду на поклон к светлым.

- Стойте, я на всё согласна! Я всё расскажу! Я знаю, где Чёрный…

Заискивающий, испуганный взгляд Авсеня на меня. Возможно, он думал, что в моём плане «Б» я раскидаю всех его врагов, верну ему магию. Но нет, мне придётся действовать тоньше.

- Сразу бы так. Эту мы берём с собой, - заявляет Купала, дёрнув Каролину. – Ярило останется здесь, чтобы присмотреть за вашим домом, как бы не погорел.

Коляда и Купала подходят ко мне с волочащейся вслед Коралиной. К нам также подходят несколько бердеев. Одни из них остаются с Авсенем, другие молчаливой стражей становятся по бокам от нас. По пути я тихо взываю к призракам.

Нас проводят к ели с рунами, которой недавно пользовалась Каролина для перехода в Навь. Теперь же Купала проводит рукой по стволу, и от его прикосновений под корой растекается свет, поднимается к кроне. Среди хвои быстро набухают и раскрываются цветы, будто сотканные из лучей солнца. Скоро нас закручивает в вихре из солнечных лепестков, свет слепит так, что мне приходится закрыть глаза ладонями. Но и это не помогает.

Всё это действие может показаться кому-то красивым, но я уж точно не думаю о таком. Красивая магия обманчива. Светлая магия представляет только опасность для меня.

Когда мы совершаем переход, я чувствую себя очень странно. Место, куда мы попадаем, не один из трёх миров. Ко мне не приходит сила и безграничное умиротворение, как в Нави, но этот мир и не пытается отвергнуть меня, вытеснить, как Правь. Скорее, мы попадаем в какое-то междумирье.

Это усложняет мне задачу, но лишь немного.

«Я – ваш повелитель. Придите ко мне».

В руках появляется чёрная нить, которую я быстро начинаю сплетать с силой духа, исходящей от погибших мар и силой магии, что всё ещё вытекает из разрушенных рун где-то далеко. Я связываю себя с призраками мар.

«Придите ко мне!»

Они охотно отзываются. Я чувствую их жажду мести.

«Совсем немного подождать, мои милые».

Мы идём по, кажется, нескончаемому коридору. Нас ведут рядом, но потом меня силой останавливают, а стражники Каролины с самой девушкой проходят дальше. Она пытается посмотреть на меня в последний раз, но ей не дают даже обернуться, грубо отвернув голову вперёд.

Мы останавливаемся у двери и она тут же открывается. Двое охранников толкают меня к офисному столу и стулу рядом с ним. Я опускаюсь на стул. Всё кругом белое, как в больнице, и только стол передо мной настолько красный, что режет глаза. За ним сидит Белый собственной персоной.

Он в человеческом теле, в человеческой офисной одежде, но я сразу узнаю его. Его я почувствую всегда. Но вот он меня, похоже, и правда не узнаёт.

Белый поддаётся вперёд, складывает руки на столе и лучисто улыбается мне. Он весь такой светлый: золотистые волосы, брови и ресницы, янтарные глаза, белоснежная рубашка и эта улыбка, она будто по-настоящему светится и согревает всё вокруг своим теплом.

Я настолько не доверяю ему, что эта улыбка пугает меня.

Я откидываюсь на спинку стула, закидываю ногу на ногу и твёрдо смотрю прямо ему в глаза.

- Ну что же, дорогая Мария, вы ведь согласились рассказать нам о Чёрном? Я вас внимательно слушаю.

- Отпустите Каролину. Моё условие – её жизнь и свобода. И для других моих друзей тоже.

- Да-да, конечно. Как только вы всё расскажете, мы тут же её и вас отпустим. Но советую вам поторопиться.

Врёт.

- Конечно, вашему честному слову можно верить, но всё же отпустите её сейчас. Тогда поговорим.

Белый лишь хохочет над моей дерзостью.

- Возможно, прямо сейчас над вашей подругой начинают ритуал. Я настоятельно советую ответить на мои вопросы до того, как у неё заберут всю энергию. Потом уже будет поздно что-то исправить.

- Насколько я помню, на этот ритуал потребуется час. Этого времени достаточно на светскую беседу. Может, у вас здесь найдётся кофе?

Губы Белого едва заметно сжимаются. Я всё так же наблюдаю за ним, ожидая, когда он меня узнает.

- Не злоупотребляйте гостеприимством, Мария. Иначе можете отправиться вслед за остальными марами.

- Нет, так нет. Я желаю узнать причины по которым вы разыскиваете моего мужа. Вы так уверены, что он сам Чёрный? Он? Я бы никогда не поверила.

- У нас достаточно оснований, чтобы так думать. Не притворяйтесь, что не знаете, кто он. Только сам Чёрный может посвятить кого-то в мары, и для этого ему нужно раскрыться.

- Это так. Вот только он меня не посвящал. Вы не думаете, что это кто-то из близких моего бывшего?

- И кто же?

- Знаете, вы лишили сил самого разумного из солнечных мальчиков. Он почти догадался. Но ладно, прежде я хочу наконец узнать: зачем? Зачем всё это? Каждый раз такие старания, часто сопровождающиеся смертями ваших приближённых и невинных людей.

- Потому что если мы не уничтожим Чёрного, то нам не избежать ещё больших смертей. Чернобог, благодаря ему существуют смерть, болезни, бесплодная зима. И он собирается захватить Правь, мир, помогающий людям.

- Что-то великая Правь слишком озабочена вечными догонялками с Навью, которая не претендовала на ваши земли уже очень много веков. Вместо того, чтобы заниматься своей работой в это время. Так вот, я хочу передать тебе волю Чёрного – он хочет заключить мирный договор.

- С чего вдруг?

- Да потому что нам никогда не нужна была эта глупая борьба. Глупая.

Молчание.

- Откуда ты знаешь его волю?

- Всё ясно. Тебе и не нужен мир, ведь от борьбы с Чёрным твоя сила увеличивается, так? А Чёрный наоборот слабеет, ты убедил людей в его зле… а ведь когда-то его почитали. Те самые люди. Я знаю всё. Потому что я и есть Чёрный.

Белый даже сказать ничего не может, но я и не жду ответа.

- Обычно я переселяюсь в тела мужчин… но какая разница? Наш дух беспол. Я стала женщиной. Но ты об этом даже не подумал, не признал меня. Ты обманулся. Но не важно, я всё ещё готова положить начало нашей дружбе. Нет, давай не так. Я сейчас тихо уйду, заберу с собой Лину. Ты не будешь нас преследовать. Посмотришь, как люди живут. Своими делами займёшься. И я тебя трогать не стану. Может, когда-нибудь мы выпьем по чашечке кофе вместе.

Я поднимаюсь. Белый всё также смотрит на меня. Я даже не могу понять, что выражает его взгляд.

Медленно, но уверенно прохожу к двери. В спину мне раздаётся выстрел.

- Последний подарок от нашего друга Авсеня. Пули из чистого света. Отлично разъедает тьму, - скрипит стул, когда Белый поднимается на ноги.

Я отпускаю сдерживаемые до этого момента души. С диким воем призраки налетают на Белого. Я сгибаюсь и пытаюсь обернуться, чтобы увидеть это.

Крики. Грохот. Жажда крови.

Моё тело снова умирает. Нет, я не умру, смерть не может погибнуть так легко. Но моё тело… ох, как оно страдает.

Сползаю на пол, больше не в силах удерживаться на ногах.

- Это точно не обычные пули… - задыхаюсь, держусь за бок, по моим рукам сочится тёплая кровь.

Больно, так больно, что я практически ни о чём больше думать не могу. А обычно мне всё равно, что чувствует тело. Смотрю только на Белого, медленно подползаю к нему. Он валяется на полу, призраки быстро расправились с ним и отлетели.

- Что же ты придумал на этот раз?..

Мягко провожу рукой по его скулам, по волосам. Призраки не пощадили его – он весь в крови, она идёт из его ушей, рта, глазниц. Самих глаз уже нет. Он обхватил руками свою шею, на лице застыл ужас. Я притрагиваюсь к его промокшей насквозь от крови рубашке. Там, где сердце, глубокая рана. И всё равно он прекрасен.

- Вот, ты умер первый… А ведь надеялся избавиться от меня на этот раз навсегда? Я каждый раз… всегда разрушаю твои надежды.

Он умирает вместе со мной. Маленькая победа, но я всё равно злорадно радуюсь ей.

Я улыбаюсь, когда мягко целую его.

Боль такая, будто меня разрывает изнутри. Наверное, так и есть. Лежу на спине и смотрю на призраков, что провожают меня. Всё знакомые лица…. Но среди нет Каролины. Нет Лины! Она жива.

Кажется, открывается дверь и к нам кто-то бежит. Но я уже не слышу. Я на пути в Навь. К себе домой.

Хочу кофе…