Очередные зарисовки очередного безымянного писателя

Вдохновился после просмотра нового аниме "Террорист".

Горячая чашка с чаем приятно согревала руки, а аромат колбасок дразнил обоняние, так и маня съесть ещё один бутерброд. Лёгкая сонная нега ещё не покинула тела, держа разум в полудрёме, заставляя действовать автоматически.

Священный ритуал в виде завтрака, после которого я окончательно подаю признаки жизни, начиная походить на человека, а не существо подвида «нежить, не спавший». Надоедливые солнечные лучики пытались попасть в глаза, просвечивая сквозь облака, но мне пока везло.

Глоток божественного напитка. На языке разливается ярко выраженный вкус бергамота с мягким оттенком сахара. Укус не менее прелестного искусства строения из съестных материалов. Целая палитра, своей насыщенностью вторгающаяся в негу и сметая ту с пути.

Полуулыбка на лице, чуть прищуренные голубые глаза смотрят на пейзажи за панорамным окном, любуясь видом пробуждающегося Сеула. Двадцать пятый, - наивысший, - этаж небоскрёба с элитными жилыми квартирами. Любые удобства, которое только могут прийти в голову – тут это обычная действительность, только и знай, что вовремя счета за коммунальные услуги оплачивай. И да, никакой аренды – жильё принадлежит мне. Формально.

Почему так, а не «пост фактум»? О, это прелюбопытнейшая, полная трагизма история, в которой переплелось всё и сразу: горе, отчаяние, страх, боль потери, пустота, новая надежда, осмысление и прочее-прочее-прочее.

Был на свете однажды маленький мальчик, и звали его Канн Виктор. Фамилия шла первой, ибо большую часть своей осознанности ребёнок прожил в Южной Корее. Так вот. Всё у того малыша было просто чудесно: любящие, очень богатые родители – мама, невероятной красоты девушка корейской национальности, и отец – русский бизнесмен. Игрушки, какие он только мог вообразить – только протяни руку и вот они, прямо здесь. Младшая сестрёнка, такая непосредственная и милая, одним своим присутствием излучавшая тепло.

Рай, о котором мог мечтать любой обездоленный ребёнок – был у Виктора на яву. Но. Всегда и везде есть это отвратительное, всё портящее слово «но». С мальчиком случился его персональный кошмар, навсегда сломавший того.

То произошло обычной, ничем не примечательной ночью, когда семья всем составом находилась в небольшом путешествии, в дали от всех рутинных дел и прочего, отдыхая душой. Чёрный автомобиль, спокойно колесящий просторы красивой Австрии, петляющий по серпантинам в горах. Резкий шум, грохот. Слепящая вспышка оранжевого пламени и машина вылетает с трассы, уходя в глубокую «кроличью» нору, кромсая себя об окружающие деревья. Паника, животный ужас, широко раскрытые глаза шестилетнего Виктора смотрели на мир с застывшим в них шоком.

Провалы в памяти, итог у которых один, и тот донельзя горький: из его семьи не выжил никто. Мальчик остался сиротой в одно мгновение. Поистине трагичное событие, оставившее неизгладимый след на психике ребёнка. Освещавшееся в новостях, вызвавшее прилив журналистов, сочувствия общества и прочей мерзости, которой было интересно лишь одно – новые новости.

К счастью, в этом беспросветном мраке, в который окунулся Виктор на следующие несколько недель, проступил тоненький лучик света, и имя ему было Анна. Доверенный человек отца, который являлся, судя по всему, тем ещё параноиком. Именно эта русская молодая блондинка забрала Виктора себе на опеку, вызволяя его из той бездны персонального, не прекращающегося кошмара, методично, шаг за шагом обхаживая малыша.

Они переехали в Южную Корею, где, как выяснилось, пареньку ничего не угрожает, и он сможет спокойно вырасти, взяв себе фамилию матери. Всё состояние семьи Анна как-то смогла отвоевать, удерживая то на каких-то счетах, в подробности она перед мальцом не вдавалась.

Ребёнок рос, постепенно становясь старше, полноценным подростком. Однако, с той аварии с ним стало происходить… странное. Он начал вспоминать то, чего никогда не переживал: походы в непонятную школу, драки, смазанные лица, много стычек, скандалы с никогда не существующим человеком, которого он почему-то называл «мама».

Виктор испугался, посчитав, что сходит с ума. Но не сказал, ибо подумал – если об этом узнают, то от него заберут Аню, как девушка требовала себя называть. Логика семилетнего карапуза поистине неисповедима. Так он жил с этим, видя всё новые и новые «сны», которые потихоньку меняли его.

Мистер Канн стал умён не по возрасту, адекватен, спокоен, лёгок в общении. А ещё самую малость флегматик. Но переломный момент в только-только начавшейся стабилизироваться личности четырнадцатилетнего подростка случился в очередную, ничем не примечательную ночь.

Тогда-то он вспомнил всё.

Но не смог принять, поняв, что этот пакет памяти начал банально… стирать личность парня, замещая новым потоком данных. У него появились маниакальные привычки, которые и позволяли держаться самого себя, - от которых я избавлялся без малейших сожалений, мысленно ругая этого дурака за такое, - например: дневник со всеми переживаниями, от которого тот буквально не отлипал, записывая любые произошедшие в себе изменения и реакции. И это только малость.

Гостю, который сам мало понимал, что происходит, не понравилось, когда уже его решили затереть. Между Виктором и неизвестным завязалась борьба. Борьба, в конце которой оба истощились настолько, - пока физическое тело слегло с мощнейшей лихорадкой, - что между ними началось… слияние.

На руинах двух рождалось одно цельное. Также нельзя забывать про то, что у «гостя» куда больше жизненного опыта. По итогу получаем сборную солянку, результатом которой стал несравненный я: привязанности и пережитые эмоции – от Виктора, трезвый взгляд на окружение и критичность мышления – от мистера «Х», ибо имени в наследство не перешло. Но не только «взрослость» новому мне досталась от неудачливого реинкарнатора.

Особый дар, некая мистическая сила, равной которой нет в мире. Чудо-глаза, видящие угрозу.

Они перекрашивают в прозрачно-серый цвет всё, что представляет опасность.

У стула шатается ножка и я могу упасть? Что же – слабый элемент теперь светится и я знаю, что лучше на ту табуретку не садиться. Слабые опоры у здания? Аналогично. Могут активироваться произвольно, если масштаб грозящей мне опасности выходит за относительно безопасные пределы, то бишь обрушение моста там, или ещё что из такой категории.

А ещё, кажется, они могут предвидеть будущее в коротком промежутке времени. Попробовал я как-то уломать Аню на «подраться», чисто ради интереса, под шутливой темой, в тот момент активировав свою силу.

И оказался шокирован. Я видел траектории ударов, которые произойдут в ближайшем будущем на примере мерцающих в пространстве белёсых полос и с виду предугадывал все выпады девушки. Но всё равно не спасло от того, что меня в сухую заломали.

После такого открытия также в голове поселилась мысль, что жгучая блондинка-то, это, не обычная девушка, а явно проходила какую-то боевую подготовку. Плавные движения, максимально с виду энергоэффективный стиль, смертоносность, с которой Анна танцевала даже, а не дралась… Мне теперь страшно её злить вообще по любому поводу, хоть и знаю, что ничего мне не сделает, ибо очень любит, да. Но не показывает, насколько. Цундере. Моя, но всё же цундере. Или просто невероятно клёвая женщина? И так сойдёт.

Изменило ли обладание предвидением в моей повседневности что-либо? Частично, отрицать не стану.

Так, я теперь ни разу не поранился по случайности, не попал ни в какую переделку, успешно, на сто процентов сдавал все тесты, - ибо оно подсвечивает угрозу в виде неправильного ответа также, хе, - а ещё чувствовал себя куда увереннее, чем только-только после осознания нового-«Я».

Ну и на протяжении полутора лет эдак лениво пытаюсь уломать Аню начать полноценно учить меня драться, но та вообще ни в какую не хочет, постоянно находя отмазки. Я не настаивал, не желая слишком уж ей надоедать, вместо этого записавшись на Крав Мага, по совету девушки, подсказавшей с направлением. Занятия раз в неделю уже на протяжении года. Первые восемь месяцев нам методично, невероятно нудно и одновременно жёстко вбивали в головы понятие дисциплины и допустимости применения сиих приёмов. Разбуди меня кто в пять утра – перескажу все правила и запреты для гражданской жизни на зубок, ни разу не сбившись.

Недавно же мне исполнилось шестнадцать лет. Без учёта традиционного, очень бредового счёта, когда всем добавляют плюс один год сверху. На дворе март две тысячи двадцать четвёртого, я являюсь второгодкой старшей школы «Нэнпин», уровнем выше своих соседей из других районов, но не дотягивающая до элитной, государственная с закосом на творчество. Специально выбирал такую, где не слишком высокая нагрузка. Базовые знания по программе хоть и есть, - пришлось освежать быстренько, - но вот желания заново батрачить и заучивать конспекты не было вообще никакого. Аня, выступавшая главным помощником в данном деле – была только за, если я так хочу.

Вообще, она была… великолепным человеком, ставшим опорой не только для старого Виктора, но и для меня нового. Простая, как лом: если плохо – поддержит, если хорошо – порадуется. Любит выпить пивка по вечерам, смотря мелодрамы. Заметен русский акцент в её разговорном корейском. Есть свой мотоцикл – Kawasaki Ninja 1000SX в чёрно-красной раскраске. Тот ещё зверь, я был в восторге, когда она учила кататься. Одеваться любит в удобные, не слишком вычурные наряды – джинсы, блузки и спортивные костюмы. Отдельно идёт кожаная куртка, в которой она натурально становится ходячим секс-символом и пропагандой вступления в ряды мотолюбителей.

Бывает, засматриваюсь, но ничего такого в мыслях и не было – ясно понимал, что бьющим пубертатом лишь загублю выстроенное между нами доверие. Аня, естественно, такие взгляды замечала и начинала вести себя более провокационно, специально так потешаясь над бедным мной.

Тридцати трёхлетняя женщина заняла в моём сердце не роль матери, нет, а скорее «чёткой» сестры, которая за любой движ, кроме голодовки. При том, что иронично, готовить она не умеет от слова «совсем». У меня глаза сами активируются, стоит лишь ей предложить попробовать новый рецепт, а это показатель!

Допив, наконец, свой самую малость остывший чай и доев бутерброды, чинно убрал за собой, не создавая лишнего шума. Подойдя к окну и смотря сверху-вниз на живущий город, довольно улыбнулся. Ощущаю себя королём, с вершины оценивающим свои владения. С семидесяти метров высоты-то, ещё бы не ощутил.

Начало учебного года лениво напомнило о себе необходимостью собираться в школу. Как же лень снова видеть эти не слишком симпатичные корейские лица и слушать их собачий язык, пока сам имитирую бурную деятельность и занятия учёбой.

Анна любит поспать подольше, потому не стал ничего на неё готовить, ещё со вчерашнего осталось.

Утренний душ, просушить чёрные волосы феном, почистить зубы, улыбнуться отражению, в котором отражался симпатичный молодой человек, кореец-полукровка, взявший всё лучшее от родителей. Принялся неторопливо переодеваться в форму, будь трижды проклято требование, чтоб все школьники в ней ходили. Белая рубашка с чёрным галстуком, обычные брюки и лакированные туфли, пиджак в довершение, но на улице не настолько холодно, потому не стал его одевать, лишь перекинув через плечо, как какое-то полотенце.

Само учебное заведение находилось в двадцати минутах ходьбы от дома. Я предпочитал всегда ходить пешком, не желая лишний раз ханжу из себя строить, да и пешие прогулки – полезно. Выйдя из квартиры, закрыв ту на ключ, - второй есть у Ани, - спустился вниз на лифте. Белые телефонные наушники без провода привычно заняли свою позицию, пара кликов на смартфоне и вот в них уже заиграла расслабляющая классическая музыка.

Множество прохожих, каждый из которых спешит по своим делам: на работу, отвести ребёнка в школу, сбегать в магазинчик. Живой шум не пробивался сквозь Вивальди, позволяя наслаждаться бьющим в лицо ветерком.

В самой школе училась примерно под тысячу детей, и с этим учреждением у меня были токсично-полюбовные отношения: делая всё необходимое, но ничего сверх нормы, никаких посторонних активностей. Друг только один – прикольный парень, с которым новый-«Я» нашёл общий язык и сдружился на почве чтения и компьютерных игр. Свой досуг как-то и в другом мире нужно проводить, не всё же время на улице торчать, да? В таком-то деле и помог обычный компьютер, по вечерам заменяющий походы в клубы и пьянки. Если бы и пошёл, то Анна, являющаяся также и моим телохранителем, - вбившая себе в голову этот долг и его исполнение, - решила отправиться со мной. Оно мне надо, пьяную русскую тащить обратно домой, так ещё и за такси из своего кармана платить? Пф-ф!

Тем временем поток учеников становился всё больше, ручейком стекаясь к вратам в альма-матер и персональную преисподнюю любого подростка. Настукать бы по голове всех этих корейских министров из отдела образования, так накрутили, что дети натурально вешаются, если не сдают экзамены! Ужас, до сих пор не могу привыкнуть к заскокам местным, банально относясь ко всему через призму беззаботности и слабой насмешки. Эдакая защитная реакция от стресса.

Само здание было «П»-образной формы больших размеров, с прилегающей спортивной площадкой и полноценным парком. Привилегии от правительства позволят-с, да. Куча классов, кружков и всего прочего.

Но сейчас меня интересовало не то, как бы поскорее сменить обувь и пройти к «своим» баранам, а топографический кретинизм одного отдельно взятого индивидуума, которого я считаю другом.

Отправив быстрое сообщение в местном аналоге инстаграма, где у меня в профиле нет ни одного фото, узнал, что он будет через примерно пару минут. Ну, ничего, подождём.

Наслаждаясь теперь уже Моцартом и его неумирающей классикой, увидел радостно махающего конкретно мне брюнета, - а стоял я в небольшом отдалении от ворот, - шедшего быстрым шагом и одетым в такую же форму. Убрав наушники, крепко пожал руку оказавшегося рядом парня.

- Утра, Хан, - поравнявшись, мы неспешно продолжили путь на территорию самой школы, - чё как у тебя?

- Угу, даров, Вик. Да сестра опять мозги пилит, все каникулы по ушам ездила: ну купи это, ну купи то, ну сделай это и так далее, - болезненно скривился Накато Хан, такой же шестнадцатилетний селюк, у которого в наличие есть одна очень стервозная младшенькая.

- И ты, естественно, купил?

- Или так, или она заложила б меня матери, а тогда вообще атас, - просто пожал он плечами, - сам понимаешь.

Жизнь с сестрой манипулятором и балующейся шантажом – действительно, не позавидуешь ему. Ну, у Хана хотя бы есть та самая сестра. Но да не будем о грустном.

- Сегодня вечером в Арену пойдёшь? – Сменив тему, поинтересовался о самом главном. Куда же это – покорять просторы MOBA-гейминга, и без верного товарища по команде?

- Ха, ещё спрашиваешь?! Конечно! Только чур я сегодня не в роли лесника!

- Как хочешь.

Вообще, какие у меня планы на эту жизнь?.. Честно говоря, не знаю. Быть счастливым? М-м-м… пожалуй? Одновременно просто и достаточно тяжело, дабы цель не стала легкодостижимой. Но разве я уже не счастлив?

Есть суперсила, которую потихоньку развиваю, крутая девушка под боком, - хоть и старше чуть более, чем в два раза, - верный друг, горы денег на счетах. Никаких серьёзных, напрягающих проблем, спрогнозированного конца света или угрозы конкретно для меня. Наслаждаюсь вечерами, в принципе ни на что не жалуюсь. Может, вот оно – счастье? Когда всё стабильно и нет необходимости бежать куда-то вот-прямо-сейчас, решая вопрос жизни и смерти.

То есть, просто плыву по течению, получается? Закончу школу, поступлю в универ, найду себе девушку, работу на удалёнке чисто для души, женюсь да буду расслабленно почивать. Хм… звучит, как план.

Получается, что всё-таки да, собственное тихое и самую малость меланхоличное счастье достигнуто. Самое быстрое исполнение мечты, ха.

Остаток школьного дня прошёл абсолютно предсказуемо и до смерти типично: математика, три подряд рисования, литература и последняя физика. В классе всего было двадцать пять учеников, каждые из которых поделились на группки между собой. Ничего интересного, такую картину можно увидеть в любом социуме. Мы с вторым ценителем видеоигр и хорошего отдыха сами по себе, не изгои, но и не общаемся на постоянной основе с остальными.

Что ж, со школой покончено, теперь пора приступать к самому интересному!

Ориджин. Утопия. Часть 1.

— Я Карлсон, я Ка-а-арлсон, я во-о-овсе не медве-е-е-едь, — едва слышимо шепча себе под нос, напевал песенку, всплывшую памяти, которая осталась со мной из далёкого-далёкого и такого родного мира.

Окружение, мягко говоря, не прельщало: стены без острых углов, такая же «аккуратная» мебель, полностью из какого-то мягко-твёрдого, — что бы это ни значило, — пластика, и лишь один диван здесь был настоящим — из кожи, который так и манил прилечь на себя. Панорамное окно со стёклами, которые наверняка ещё попробуй пробить. Стол, кресло, шкаф, запертая в данный момент дверь.

Как несложно догадаться, я в кабинете у психолога. Почему вообще здесь оказался? Хороший вопрос с донельзя банальным ответом — выбился из нормы. Для местных — слетел с нарезки, словил психоз на нервной почве, из-за которого пострадали другие детишки. «Другие»? Ну, да, я тоже сейчас «детишка», увы.

Мир будущего, а эти конченные спиногрызы всё не меняются, ха! Ну что за ирония судьбы… Казалось бы, скоро должен прийти непосредственно сам психолог. Но! Есть, как говорится, один ма-а-аленький нюанс — монитор на столе, повёрнутый лицевой стороной ко мне.

Миг, и он загорается, а на экране появляется миловидный, так и располагающий одним своим видом к себе аватар девушки, от чего я напрягаюсь ещё больше: блондинистые волосы, небесно-голубые глаза, всё подобрано идеально под тот образ, которому я доверюсь больше всего. Началось. Проклятые личинки Механикусов современности, которые довели технологии до того уровня, что люди… стали банально не нужны.

Нейросеть во всём своём великолепии и на пике прогресса. Или, может, лучше будет сказать Искусственный Интеллект? Да без понятия, что-то, что это техно-магия для меня, обычного пользователя мировой сети интернет в своём родном мире.

— Доброе утро, Адам, — предельно учтивым, до зубовного скрежета мягким голосом начала машина, претворяющаяся человеком.

Больше всего пугает лишь одно — я перед ней беззащитен, как младенец. Считывает мимику лица, куда направлен взгляд, температуру тела, потоотделение, пульс, — спасибо грёбанному чипу в виске, — и вообще всё, о чём я наверняка даже и не подозреваю. Стоит заговорить — и считай пропал, раскрутят как пить дать! Потому с этими фальшивками действенна только одна тактика: тотальный игнор. Нет слов — не могут зацепиться за что-либо, следовательно, не могут завязать диалог с пациентом.

Уже пятый сеанс, а от напряжения совершенно не могу расслабиться до сих пор. Честно говоря, меня пробирает лёгкий ужас от того, в какую яму себя загнало нынешнее человечество. Абсолютный потребитель, отдавший управление более «разумным» творениям, и у одной только высшей власти ещё остались эволюционировавшие обезьяны, в руках которых и находится контроль над машинами, — читай, всем миром.

— Опять не хочешь со мной поговорить? — Надулась аватар, скрестив руки под грудью. Белая блузка и чёрная юбка-карандаш, убойное комбо, будь я здесь постарше. Естественно, подобранное из полученного ими психо-профиля. Естественно, моего. — Я тебя чем-то обидела или что? Не понимаю. Уже говорила, но повторю ещё раз — ты можешь рассказать мне всё, поверь, я не стану тебя осуждать!

Естественно. Смешно слышать это, учитывая, что камеры тут буквально везде — даже в туалетах! Они знают, что произошло, знают, что стало первопричиной, — спасибо камерам в «родительском» доме, — но всё равно продолжают тупой фарс с целью помочь бедняжке. Никакой личной свободы, все шаги и действия фиксируются, дабы в случае отклонения от нормы, когда ты станешь представлять гипотетическую опасность для окружающих — изолировать. Целые города тотального «парадайса», где нет ни одного преступления и все счастливы до невозможности.

Две тысячи восемьдесят пятый год, а по ощущениям — словно в веке эдак двадцать третьем оказался. Покажите мне того, кто решился меня сюда закинуть, и я его голыми руками удавлю! Ну или сдохну, пытаясь, не суть важно.

— Ада-а-ам, о чём задумался? — С хитрой улыбкой на устах поинтересовалась «психолог».

Может, ну его, всю эту дичь? Мыло, верёвка и того-этого, фьють-ха? Ага, счщаз, размечтался. Такие товары тут строго фиксируются системой, плюс те же камеры дома. Кибер-полиция прибудет быстрее, чем я успею соорудить петлю. Ножик, взятый на кухне, банально перестанет резать, если попробовать надавить на кожу. Единственный рабочий вариант — упасть с какой-нибудь высоты. Лестницы? Три раза «ха». Вылетят специальные держатели, которые замедлят падение на случай несчастно запнувшегося идиота. Крыша? Туда не пройти. Вообще ни на какую. Обрывы? Перекрыты. Все. С окна? Такие же, только чуть более навороченные держатели из лицевой части стен.

Идеальная, совершенная золотая клетка и Чашка Петри в том числе. Все эти железки смотрят за нами, анализируя, охраняя, не давая покинуть зоны комфорта, а со временем личность и представить не может себе такого.

— Эх, ты ведь понимаешь, что только затягиваешь наши с тобой сеансы, да? — Печально вопросила искусственная тварь. — Своим упрямством и нежеланием банально поговорить, дорогой мой, ты делаешь хуже не только себе, но и твоим родителям. Мама ведь волнуется за тебя, Адам, как и папа.

О, примитивные, — как Python, — манипуляции пошли. Это что-то новенькое.

Почему я вообще оказался «здесь»? Коротенькая история, если честно: умер в родном мире от остановки сердца, — ибо оно у меня барахлило, а раз я даже ничего не осознал, то вывод напрашивается сам собой, — очутился тут, в теле пятнадцатилетнего Адама Квина. Образцового представителя расы «человек, мозги промыты», у которого в период пубертата соответствующие мысли были только о том, как его одноклассница симпатично выглядит. Всё. Ну, вот то есть, вообще всё. Никакого протеста семье, обществу, похоти, ни-че-го. Суть бездны, думаю, очевидна. А там пришло великое осознание задницы, в которой новоиспечённый не-первый-человек оказался, стресс, нагнетание, и вишенкой на торте стал какой-то жирный говнюк по имени Томми, одноклассник Королёвны-Квина, решивший вякнуть что-то в его сторону на почве зависти к внешнему виду. Итог — мне сорвало крышу окончательно и бесповоротно, а все бурлящие глубоко внутри эмоции вырвались в виде ультранасилия по отношению к пацану, который являлся такой удобной грушей для битья. Выбитая челюсть, трещины в рёбрах, множественные гематомы и ушибы, сотрясение мозга, куча визгов и криков, паника учителей и «друзей» парня, ведь те впервые в жизни видели такой, ха, кошмар.

Разрешили ситуацию только прибывшие ИИ-копы, для которых создали отдельные тела, ибо не для человеков это дело — в погонах по городу бегать и тем более, — о ужас! — работать.

Покажи тут кто бои без правил, может, паническую атаку бы даже словили всем населением.

И, как можно понять, мириться с таким раскладом дел я не собираюсь. Всегда был свободолюбивой личностью, презирающей ограничения. А когда тут вся жизнь буквально одно сплошное ограничение… м-де.

Плюс, что удивительно, у меня нет никакого страха смерти или тем более привязанности к кому-либо в новой оболочке. Существовать по местным правилам и дальше я не смогу. Хоть мы, л-люди, и те ещё черти, которые адаптируются даже к анальному рабству у демонов, но… я просто-напросто не хочу. Не хочу втаптывать свою гордость, независимость, свободу в землю. Раз уж так, то… уйду с огоньком.

Может, повезёт и получу третий шанс, а может и нет. Плевать, но финальный концерт я просто обязан устроить на славу. Может, обезьяны и одумаются от тотального контроля со стороны ИИ, добровольно переданного тем, при том. Ведь что это за летящие годы, если в них нет никакой… изюминки, искры? Жалкое существование, возведённое в невозможный абсолют.

Да тут огнестрела, и то, не осталось в свободном доступе! Нет, ну что за разумные, а?! Вот, просто, скажите мне?! Никаких лицензий, ничего нет! Военных, и то, чёрт побери, нет! Я просто в ужасе, как уже говорил и не постесняюсь повторить это ещё раз, для профилактики, ибо лишним не будет.

— Раз уж так… слушай, Адам. У меня к тебе деловое предложение, — вновь подала признаки активности аватар, явно считав что-то с моего чипа в голове. От этой штуки тоже, кстати, нужно будет избавиться. — Ты поговоришь. Но не со мной, а с родителями. В течение следующих семи дней. Они у тебя хорошие, поймут и поддержат. Обстоятельно поговоришь. А после, ещё через неделю, уже придёшь ко мне. Договорились?

«Поймут и поддержат», ха-ха! Набор двоичного кода, и так нагло заливает! Во талант! Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять — мать с отцом банально стали бояться «меня», после того, что их «золотой сыночка» сотворил. Ну дак, они ведь насилия в своей жизни также никогда не видели — им сейчас по тридцать пять, то бишь родили меня в двадцать лет. А вся эта нейро-дичь стремительно росла в тридцатых годах, к сороковым заполонив вообще каждую отрасль и перехватив контроль. Естетвенно, все старики сейчас в доме престарелых, под разными предлогами, но и дураку понятно, что это жу-жу-жу неспроста — они ведь видели, как было раньше. И не все согласны с таким исходом.

Хм, а это вариант. Нужно будет детально обдумать.

— Мне нужен твой ответ, Адам. Ты согласен, или и дальше придёшь на новый сеанс сюда, но уже через два дня?

Отсрочить эшафот, выиграв себе время на действия? От чего-то я не сомневался, что дальше нейро-тварь предпримет нечто более убойное, чтобы меня разговорить, буквально вся интуиция вопила об этом. А ещё моралистами себя называют… Если уж так, то почему бы и не да?

— Сделка, — односложно вымолвил шёпотом, все ещё не смотря в монитор. Естественно, меня услышали.

— Хорошо, дорогой. Ты можешь идти. До встречи, — дружелюбно улыбнувшись, дву (код)личная сучность подала сигнал и двери открылись.

Не попрощавшись с этой ересью, ведущей себя, как девушка, молча вышел из чистилища, оказавшись в коридоре с нежно-жёлтыми обоями и кафельной плиткой. Ни скамейки, ни регистратуры, одни только двери с номерными табличками, внутри которых заседают такие же фальшивки. Мило, чтоб его.

Ровно шестьдесят секунд размеренного шага, — нельзя дать извергам понять, что я куда-то тороплюсь! — и я оказался на улице. Такой… приторно чистой, прилизанной улице. Птички поют, травка насыщенно зелёная, деревья с густой листвой, улыбчивые крайне редкие люди в окрестностях, ухоженные тротуары, и воздух. О, какой здесь был невероятно приятный, не загрязнённый ничем воздух, не передать словами. Пожалуй, единственное достоинство от ИИ-низации: хоть эти засранцы следят за экологией планеты, в отличие от макак-разумных.

Что дальше? На парковку, где меня ждёт бравый электрокар, которые тут клепают, как под копирку, только цвета у всех разные, — способ самовыражения, хе! — а в нём одна чудная мадама с типично естественно идеальной внешностью, то бишь маман Адама. Ева.

Хе-хе. Хе. Ха-а-а-а… знатная ирония, это-то я оценил.

Сама парковка была сразу за углом здания образца «коробка бетонная, типаж больницы». Здесь находилось всего три машины, сквозь стекло одной из которых мне слабо так помахала блондинка с голубыми глазами. Парадокс, но, кажется, на верхушке власти затесался какой-нибудь истинный ариец, решивший изменить рождаемых детишек так, чтоб они в большинстве своём были белыми и блондинами. Все борцы за права чернокожих сейчас наверняка в гробу перевернулись. И это тоже меня бесит: мне нравятся блондиночки с аппетитными формами, но когда их слишком много — начинает надоедать однообразие.

Послушно сев в автоматически открывшуюся заднюю дверь и пристегнув ремень безопасности, — все ездят на скорости тридцать километров в час, Карл! Тридцать! — наконец заговорил естественно ровным голосом:

— Поехали, мам, всё уже закончилось.

Дверь без звуков закрылась, а женщина обернулась, окинув меня обеспокоенным взглядом, при том не спеша заглянуть в глаза. Вырез декольте был вызывающе глубоким, но здесь ни один прохожий и не посмотрит на него, они ведь все такие воспитанные.

— Как прошло? — Прикусив нижнюю губу, она всё же вбила команду в «руль», и автопилот принялся за дело, мерно покатившись к дому.

Естественно, люди сами водить не могут, сугубо ради безопасности.

— Замечательно, мне уже лучше, — ложь слетала с языка так спокойно, что становилась не отличимой от правды, ибо я ведь и не солгал. Мне и правда лучше и всё действительно прошло замечательно. Просто контекст другой.

Да и врать все тут тоже разучились.

Конечно, по пустякам ложь возможно, либо ради собственного удобства в отдельно взятой ситуации, но такие случаи тщательно обрабатываются системой, и субъект берётся под повышенное наблюдение. За мной, небось, сразу несколько киборгов беспрестанно следят, пф. Потому в основном никто не брешет.

— Хорошо, любимый. Хочешь заехать куда-нибудь перекусить, м?

За окном проносились до зевоты однообразные пейзажи: идеальные здания, дороги, виды, люди. «Welcome to the Paradice», ёп-теть.

— Нет, давай сразу домой, ма. Хочу отдохнуть. Знаешь, эта мисс… — пришлось поднапрячься, чтоб вытащить её «имя», — Гвиневра, весьма хороша, и заставляет своими словами задуматься меня о многом. Пожалуй, я даже переосмыслил кое-что для себя.

Например то, что их всех нужно сжечь, всё во имя революции и свободы воли, естественно.

— Как скажешь, — слабо улыбнувшись, согласилась «госпожа мать», более не решившись продолжать беседу. Мне же к лучшему.

Ещё минут двадцать меланхоличного пути, — пока я накидывал грубые пометки дальнейшего плана, — спустя.

Ах, дом, милый дом. Как жаль, что ты остался в прошлой жизни. В новой же его подобием является ухоженный, а как иначе, двухэтажный коттедж со всеми удобствами, которые только можно вообразить: спальни, гостиные, ванные с джакузи, бассейн, гараж, свой кинотеатр и даже, блин, «ВР»-комната. Аналогично нейросетям, данная игровая индустрия также скакнула далеко вперёд.

Печально, что стать вторым безумным гением, запершим десятки тысяч разумных в своей игре, не выйдет. Я бы не отказался от такой роли.

В прихожей, словно верный щеночек, стоял и ждал нашего прибытия отец семейства — Джек Квин, голубоглазый блондин атлетичного телосложения, а по характеру подкаблучник и трусливая тряпка, не державшая в руках ничего более тяжёлого, чем пакет от дроида курьера. Хотя, может и державшая: ноги своей жены, когда имел её в особых позах, экспериментируя. Все они здесь больные ублюдки, я в данном выводе ни капли не сомневаюсь.

Или то я больной для них, полностью здорового общества? Кто ж разберёт эту философскую чушь…

Мог бы, как и они все подвергнуться удовольствиям, благо способов очень много, — в своей ситуации скорее эскапизму, — но нет, если уж решил устраивать террор и анархию, пойдя во все тяжкие, то поздно сворачивать.

— А вот и мы, Джеки, — ласково снова улыбнулась мать. Чего ж они все с таким блаженным видом ходят? В еду наркоту добавляют, иль чегось? А если и да, хм? Блин, теперь ещё и об этом думать…

— Вижу-вижу. Как у нашего тигра дела? — Отзеркалив голливудскую усмешку, поинтересовался сей индивид, называющий себя моим «отцом».

Испанский стыд от такого прозвища пробивает дно и летит в бесконечность, но право слово, какая разница, пусть хоть «зайчёнком» называет, всё равно надолго я тут задерживаться не собираюсь. Революция не терпит нахождения в зоне комфорта. Ну, а ещё она не проводиться в одиночку… Но сию проблему я уже надумал, как буду решать, достаточно будет лишь одного действия, которое также и сожжёт все мосты назад.

— Замечательно у меня дела, пап, — пробормотал, закатив глаза. Поведенческий паттерн не отличается от предыдущего Адама, стабильно тюфяк. — Я устал, пойду к себе в комнату.

И в подтверждение своих слов, не собираясь более продолжать этот пустой обмен любезностями, побыстрее ретировался из белого ада. Белые стены, полы, потолки, мебель, да даже одежда, и та — белая! Где мой чёрный?! Где стиль?! Что это за убожество?!

Сама комната была в тон всей дыре: роскошная кровать с полупрозрачным балдахином, пушистый ковёр, стол с мощнейшим компьютером на нём, огромный шкаф с кучей одноцветной одежды. Ну и всё. Насколько успел разобраться в памяти шкета, то если человек решит посвятить себя определённому роду деятельности, того цвета одёжка ему и полагается. Мать, как не сложно догадаться — учительница, а отец… никогда не думал, что скажу это, сам в прошлом являясь в один отрезок времени тем ещё фанатом жанра MOBA: мой «батя» — стопроцентный задрот и гик, шпилящий в свои «ВР» игрульки по десятке часов в день. Мужик выбрал быть счастливым, с одной стороны одобряемо, а с другой — жалкое ничтожество.

Ладненько, ру-пу-пам-па-рам, что дальше? Каковы дальнейшие шаги?

Что же… пора устраивать мозговой штурм касательно метода, с помощью которого обо мне узнает как можно больше народу и радикалы, которые (пожалуйста) наверняка существуют, подхватят посылаемую идею. И методы эти явно абсолютно точно будут нелегальными, на грани с терроризмом.

Как там говорилось? Ах, да, вспомнил:

«Без жертв — нет победы!».

А я настроен на победу убийственно серьёзно.

***

Следующий день, вторник. Старшая школа «Риверстэнд». 9:00 утра.

Мир за последние лет пятьдесят или даже больше не видел ничего страшного, либо то самое «страшное» очень умело прячут. Что же, я намерен исправить сию неувязочку в скорейшем времени!

Отпроситься в школу оказалось не сложно — поводом послужила жажда извиниться перед жирным придурком Томми, которого местная чудо-медицина уже поставила на ноги за неполный месяц, сотрясение, и то, вылечили! Пожалуй, это второй плюс «будущего, которое уже наступило».

Мать, растрогавшаяся от такого «искреннего» раскаяния, сама меня и отвезла. Она тут же и учительницей работает — литературу преподаёт. Удивительно, но обычных учителей ещё не заменили. Да, квалификация гораздо выше, каждый обязан иметь педагогическое высшее образование, всё ещё везде наблюдение, но сам факт — поразил.

Прости, маман, придётся тебе до конца своих дней теперь волноваться и жить с будущим позором.

Никаких сожалений, сомнений или прочего — я выбрал свой путь, я по нему и пройду. К чёрту этот шанс, я о нём не просил и не желал, меня всё устраивало и раньше. Отказываюсь мириться с таким исходом. И если мне придётся стать чудовищем, которое ждёт моральное разложение — подумаешь, не велика цена за то, что собираюсь совершить. М-хм, я ведь не рассчитываю прожить тут «долго и счастливо». Да «долго» и то, в планы не вписывается.

Мог бы ещё потянуть время, но тогда, возможно, машины смогли бы заметить что-либо, а мне это не нужно. Удивил — победил. Право первого хода за мной, сучки.

Школа была… ну, блин, такой же чистой, аккуратной, и одновременно обычной школой. Дети социализировались, взаимодействовали между собой, дружили, любили, злились и всё прочее-прочее. Только без того налёта негатива и всякой гадости, который был на моей планете.

— Давай, сынок, я верю в тебя. Удачи, — напоследок потрепав меня по плечу, от души пожелала Ева, поцеловав в щёку. После базовых любезностей с моей стороны она наконец ушла.

Неспешно двигаюсь в свой класс, находящийся на втором этаже.

Главная проблема в том, что все колюще-режущие предметы сделаны из дряни, которая банально не режет по коже, вообще ни в какую. Логичный вывод — использовать подручные средства. Но какие? Мебель тут безопасна до омерзения, знаем, проходили. Ответ до гениального прост: ручка. Простая, шариковая ручка с металлическим стержнем. Работяги тут давным-давно пишут всё на планшетах, но я ведь и не про школьные принадлежности говорил. Мать — учительница. А учителя любят коллекционировать какую-нибудь бесполезную ерунду. Ева — собирает ручки. Все ручки, любого типа. «Безобидное» хобби, ставшее моим оружием. Попросить взять себе симпатичную писчую принадлежность, ибо та просто понравилась — раз плюнуть. Из паттерна поведения не выбивается. Сильным ударом такой штукой вполне можно пробить глаз. Этого с головой хватит для моей задумки.

Первым уроком у класса стояло ОБЖ, помещение для которого также расположилось на втором этаже. Совместное, где лепили всякую чепуху, но также находился и полноценный инструментарий в виде пилы, отвёрток и гвоздей. Ручка — всего лишь ключ доступа к более серьёзному оружию.

Вот вроде всё такое безопасное, а косяки даже в такой системе найдутся. Зря они не перевели и обучение на плечи ИИ. Ой как зря.

Я был одет в белые джинсы, кроссовки и такой же расцветки легкий свитер. Мой билет к успеху лежит в левом кармане. Волосы педантично зачёсаны на правый бок, на устах еле заметная усмешка. Голубые глаза смотрят на мир с тщательно скрываемой брезгливостью и весельем.

Вот и он, заветный кабинет. Урок начался пять минут назад, сейчас только должны заканчивать введение в сегодняшнюю тему.

Остановился перед дверью. Протяжно, с прикрытыми глазами выдохнул, окончательно настраиваясь. В следующий миг на окружающий мир смотрели два ледяных омута. Пора.

Короткий, прерывистый стук. Не дожидаясь разрешения тяну за ручку и решительно вхожу внутрь.

В классе для занятий находится пятнадцать детей одного с телом Адама возраста. Десять девушек, пять парней. Лишь двое брюнетов. Учитель — мужчина сорока лет с добрыми глазами и официальном костюме, но без пиджака. Почему не в фартуке? Занятия ведь не по обработке дерева, тут такого вообще нет — чтоб ученики, и держали реальные инструменты в руках? Смешно.

— Адам? — Удивлённо спрашивает мужчина, встав со своего места.

Все взгляды были прикованы ко мне. Выбиваюсь из общей картины, никогда такого не было. Интересно, не обычно.

— Да, мистер Шоршах, вы сегодня поразительно наблюдательны, — позволяю себе короткую усмешку, медленно шагая к нужной мне парте. — Я чего пришёл-то… понимаете, тут такое дело у меня появилось. М-м, деликатное, скажем так.

Здесь было только два панорамных окна. Не пробиваемых, как и все. Со шторами, как и все.

— Дело? Какое дело? Ты же вроде как… эм, прости, но, отстранён? — Потерев переносицу, извиняющимся тоном произнёс учитель.

— О, не беспокойтесь о таком пустяке, я вас уверяю, это совершенно несущественная деталь. Видите ли, мне нужно, чтобы вы открыли во-о-он ту дверь, — мотнув головой в сторону прохода в комнату к инструментам, принялся пояснять и дальше: — Прям очень нужно, выручите, сами не представляете, на сколько.

Остальные молча наблюдали за бесплатным шоу, и не думая вмешиваться. Какие послушные, тц.

— Что ты такое говоришь, Адам? Ты ведь знаешь, что ученикам туда нельзя, так? — Уже нахмурился преподаватель.

— Эх, а ведь я хотел красиво всё сделать… — пораженчески вздохнув, обратился к однокласснице, у парты которой и остановился: — Лиза, будь паинькой, встань, пожалуйста.

После подбадривающей улыбки наивная и очаровательная, влюблённая в ныне мёртвого парня овечка окончательно потекла. Интересно, получится вызвать у неё Стокгольмский синдром? Выйдет любопытный эксперимент, определённо…

— Спасибо, солнце, — плавно достаю ручку из кармана, разворачивая такую послушную красотку к себе спиной. Учитель уже собирался что-то возразить, но я перебил: — А теперь слушайте меня предельно внимательно, мистер-мне-плевать-как-вас-зовут. Либо вы открываете мне этот кабинет, либо… я выколю девчушке глаз.

Немая пауза. Левой рукой аккуратно обхватываю её горло сзади, пока правая не останавливает металлический наконечник у глазницы ошарашенной блондинки. Сто процентов сюда уже рвутся полицейские, вылетевшие из своего участка.

— Э-э, п-прости, Ад-дам, а-а, что ты делаешь? — Нервно и прерывисто спросила пленница.

— Угрожаю, Лиза.

Класс зароптал, кто-то попробовал встать, а мужчина подойти ближе. Пришлось повысить голос:

— ВСЕМ НЕ ДВИГАТЬСЯ! — Не сдерживаясь, рявкнул, и о да, это их уже проняло, как и ручка, находящаяся вплотную к правому глазу девушки.

Медленным шагом отхожу к нужному мне проходу.

— Шоршах, живо открывай, или я её прикончу прямо тут, и это будет на твоей совести! — Продолжаю давить. И-и-и… сейчас!

— ВНИМАНИЕ! ПРОИЗОШЛА ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! НЕ ПОКИДАЙТЕ СВОИХ КЛАССОВ, ЗАПРИТЕСЬ ИЗНУТРИ, СИЛЫ ПРАВОПОРЯДКА УЖЕ В ПУТИ! ВНИМАНИЕ!..

Оповещение прокатилось по всей школе громовым раскатом. Волной накатила паника. Идиоты попытались встать. Прости, Лиза, но такова цена свободы.

Дёрнуть правой рукой на себя. Сопротивление. Болезненное чавканье. Дикий, животный вопль, оглушивший всех. Она попыталась вырваться, правда попыталась. Но я держал слишком крепко, сжав её так, что блонди толком и пошевелиться не могла.

— ШОРШАХ, ДВЕРЬ!

— Д-д-д-да… — затрясшийся мужчина мигом рванул сюда, отчаянно шаря по карманам и напуганными глазами, полными шока, смотря на сочащуюся кровь и слизь из глаза. Ну и мерзость!

Школьники разом отшатнулись, попробовав было метнуться к двери.

— Попробуете выйти — я убью её! А теперь живо к дальней от выхода стене и только посмейте отойти от неё!

Дрожащий, как осиновый лист мужик попытался было открыть замок, но получилось у него это не с первого раза.

Мне надоели эти попытки дуры вырваться, как и её визги. Резко подхожу к школьникам, указывая правой рукой с зажатой в ней ручкой на другую блондинку.

— Ты, сюда!

— А-адам, может н-не надо?

— ВНИМАНИЕ! ПРОИЗОШЛА ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! НЕ ПОКИДАЙТЕ СВОИХ КЛАССОВ, ЗАПРИТЕСЬ ИЗНУТРИ, СИЛЫ ПРАВОПОРЯДКА УЖЕ В ПУТИ! ВНИМАНИЕ!..

— Быстрее давай, Лина. Не испытывай моё терпение!

Сердце бешено гоняло кровь по сосудам, адреналин заменил всё остальное. Пинком отправляю выбравшую «вилку в глаз» прямиком в толпу, сразу перехватывая подошедшую девушку, которая практически ничем от неё не отличается. Нет, ну точно у них тут где-то клондайк!

Подталкивая её в комнату, захожу внутрь, крикнув напоследок остальным:

— Напоминаю: пробуете выйти — умрёт уже Лина! И её смерть будет на ваших руках!

После чего захлопываю дверь. Я-Адам знаю этих соплежуев, они не пойдут против, подвергнув жизнь подруги угрозе. Банально смелости не хватит спастись самому. Ничтожества.

Комната с инструментами открылась передо мной в полном своём великолепии: пилы, лобзики, наждачки, отвёртки, гвозди и шурупы, молотки, дрель, шуруповёрт, брусья. Самое то для молодого террориста, устроившего «скулшутинг» в будущем. Только без стрельбы, но и это исправим вот-вот уже совсем скоро. У меня ещё максимум минута до приезда огромного количества полиции.

Игнорирую оцепеневшую от страха девушку, зажавшуюся в углу с видом «не трогай пожалуйста-умоляю-спасите-меня-кто-нибудь», принявшись потрошить запасы. Отвёртка в левый карман, благо что они глубокие и достаточно удобные, в правый же шесть гвоздей по двести миллиметров каждый из отдельной упаковки, ручка — на стол, в руки — строительный молоток, чисто металлический. Моя пр-р-релесть!

— Слушай меня предельно внимательно, Лина, — принялся объяснять ещё одной овечке политику партии: — Что бы ни произошло, ты держишься меня, не отходишь за спину, не пытаешься убежать, не пытаешься говорить, ни-че-го! Не! Пытаешься! Сделать! Выполняешь только то, что я тебе прикажу. Иначе — видишь этот молоток у меня в руке?

Получив в ответ судорожный кивок и короткий всхлип от дрожащей, как от холода при минус сорока, шикарной блондинки в школьной форме, — белая блузка, галстук, юбка, чулки и туфли, — закончил объяснения:

— Так вот, иначе этот клевец на сим чудесном инструменте раздробит тебе череп, превратив твою чудную головку в кашицу. Поняла меня?

— А-а-ага. Адам, а… ты обещаешь, что… что если я буду делать всё как ты скажешь, то я выживу? — К удивлению, собрав «яйца в кулак», относительно твёрдым голосом прямо потребовала ответа пленница.

— Мне нет смысла тебя убивать, если будешь примерно себя вести. Договор? — Ласково улыбнувшись, чем, наверняка, напугал её ещё больше, протянул левый кулачок.

— Д… договор, — отбив его, обессиленно согласилась овечка.

Что же… полиция должна прибыть примерно… через секунд десять.

— ВНИМАНИЕ! ПРОИЗОШЛА ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! НЕ ПОКИДАЙТЕ СВОИХ КЛАССОВ, ЗАПРИТЕСЬ ИЗНУТРИ, СИЛЫ ПРАВОПОРЯДКА УЖЕ В ПУТИ! ВНИМАНИЕ!..

Пора приступать к основной части, распаковывая матрёшку всё дальше. Молоток есть, но ведь он, ха, не предел того, что я могу получить с целым классом в заложниках.

Учиха. Пролог.

Первое лето после войны всегда ощущается особенным. Момент, когда приходит осознание того, что война закончилась, можно более не бояться и не прятаться. Оттого этот, казалось бы, обычный жаркий августовский день чудился прекрасным.

Жизнь здесь, в Конохе, била ключом - все лавки были открыты, заманивая покупателей выставленными на обозрение изысканными товарами, привезенными издалека, и блюдами, своими ароматами так манящими прохожих.

Жители чуть нехотя и потому неторопливо прогуливались по своим делам, дети, собравшись в компании, играли на площадках, или маленькими ужиками увивались за своими родителями, путаясь под ногами. Счастье и прохладу приносил слабый ветер, тихо шелестящий в кронах деревьев, в тени которых собирались особенно уставшие обыватели, ищущие приют от палящего солнца. Ниндзя можно было изредка заметить с низин улиц. Они размытыми фигурами передвигались по крышам домов прямиком к зданию администрации Хокаге, спеша по вызову на очередную миссию. Молодые генины, лишь недавно закончившие академию и взявшие свою первую миссию, теперь отдыхали в небольших уютных кафе с сокомандниками и наставником. Они сидели, с гордостью демонстрируя свои новенькие, пока еще сверкающие на солнце протекторы Селения, сокрытого в Листве. Бесцельно гуляющие гражданские в лёгких нарядах, чунины в узнаваемой форме в виде зелёного жилета, кого здесь только не было. Порой, если особенно повезёт, можно было заметить и самого Сарутоби Хирузена, правителя Конохи, мирно бродящего по улицам близ собственного дома. Либо же таинственных защитников в масках животных и особой униформе, которые трудятся не покладая рук, дабы оградить от угроз и обеспечить безопасность всем остальным.

Жизнь в квартале Учиха, расположенном практически в центре селения, ничем не выделялась из общего ритма. Обилие традиционных построек вокруг, множество зелени, громкие крики резвящихся детей, мягкий гул толпы. Мужчины, в основном одетые в одежды темно-синих, черных оттенков. Женщины с лёгкими улыбками на устах, кто с детьми, а кто просто вышел за покупками. Все, как один, выделялись привлекательной внешностью и волосами цвета вороного крыла.

Представители одного из клана-основателя Конохи переживали очередной, так долго желанный всеми, мирный день. Без нависшей дамокловым мечом угрозы идущей войны над головой, без незримого напряжения и нитей горечи от утрат. Вторая мировая война шиноби закончилась уже практически полгода назад, и даже самые нервные представители огненного клана все-таки отошли от всех пережитых ужасов, вновь довольствуясь приятной рутиной.

Так и сейчас, в одном из двухэтажных домов внутри квартала царила полностью расслабленная атмосфера. Учиха Юмико и Учиха Тайро - брат и сестра, просто проводящие время вместе за очередной партией в сёги.

Мальчику недавно исполнилось четыре года, и выглядел он как типичный представитель их клана: чёрные волосы, достающие практически до плеч и сейчас беспорядочно растрёпанные, синяя футболка с моном Учиха на спине, а также чёрные шорты.

Сестра же в свои десять лет уже стала полноценный генином, что являлось целым поводом для легкой зависти младшего. Шелковистые волосы, кончики которых протягиваются чуть ниже лопаток, миловидное лицо. Обычная, домашняя фиолетовая блузка и такие же шорты.

— Ты точно жульничаешь! — Обвинительно ткнул пальцем мальчик, надувшись. — Как можно было съесть моих золотых генералов так быстро?! Это нечестно!

— Что такое, малыш, неприятно проигрывать, да? — Лукаво улыбнувшись, Юмико передвинула дощечку с фигурой серебряного генерала, убрав ещё одну пешку оппонента.

— Ничего я не малыш! Ну ты и вредина! — Нахмурившись, когда был уничтожен уже слон, Тайро раздражённо потер переносицу. — Как ты это делаешь?!

— Не скажу, — быстро растрепав волосы младшего брата, из-за чего тот, отфыркиваясь, недовольно отполз прямо к кровати, девочка продолжила: — Может, когда-нибудь ты и научишься играть в сёги, но точно не в этом году, хи-хи.

— Это мы ещё посмотрим… Ха! Попалась! — Убрав фигуру копья, мальчик победно посмотрел на родственницу. — И кто теперь тут не умеет играть?

— Ох, маленький дурачок… — тщательно пытаясь скрыть улыбку, которая так и норовила расползтись по губам, прошептала брюнетка. — Тебе нужно просчитывать ходы наперёд, а не пытаться съесть как можно большо моих фигурок, понимаешь?

Для наглядности она подтвердила свою правоту, одной комбинацией лишив брата сразу трёх фигурок.

— Сдаёшься?

— Учиха никогда не сдаются! — Воинственно вскинул кулачок Тайро. — Я ещё отыграюсь, вот увидишь!

Они находились в просторной комнате Юмико, расположенной прямо напротив спальни младшего члена их семьи. Большая кровать, стоящая у левой стены, рядом с окном, откуда открывался красивый вид на небольшой сад, где их мама любит выращивать редкие цветы. Письменный стол со стулом и шкафом по правую сторону. Один высокий ящик и комод у фусума — раздвижных дверей из плотной, непрозрачной ткани — довершали аскетичную картину чужой комнаты.

В этот момент двери распахнулись. На пороге стоял их отец — Учиха Итори. Строгий мужчина с волевыми чертами лица и промораживающим до костей взглядом темно-синих глаз. Порой мальчику было страшно встретиться с ними взглядом. Полноценный джонин в свободное от службы в военной полиции Конохи время предпочитал носить длинное хаори с моном клана в уже привычной цветовой гамме.

— Тайро, — слабо улыбнувшись сыну и даже не взглянув на собственную дочь, уверенно начал Учиха, — пошли со мной.

— …Э-э-э, конечно, а куда? — Сразу же встав, уточнил ребёнок.

— Тебе уже четыре года, настала пора начать твоё обучение, как это принято уже на протяжении многих лет.

— Мы будем учить новые техники, да? Ура!

Уже выходя, Тайро полностью забыл о недоигранной партии в сёги с сестрой. Его лучшей подругой, которая сейчас недовольно смотрела в спину уходящему отцу, нахмурившись и что-то прошептав себе под нос. Наконец-то он сможет выучить крутые техники и показать, что тоже заслуживает носить гордое имя клана Учиха!

— Так что, пап, ты научишь меня Огненному шару? — Чуть ли не прыгая на ходу от распирающего интереса, быстро спросил мальчик.

— Да. Все вопросы потом, — коротко ответив, приказал отец.

Впрочем, младший Учиха нисколько не расстроился. Он шел, тихонько напевая услышанную недавно, но уже приевшуюся мелодию каких-то музыкантов, одетых в цветастые одеяния и игравших на площади.

Как узнавал у сестры Тайро, полигоны их клана сейчас находятся на окраинах селения, где они могут безбоязненно отрабатывать всё, что только в голову взбредёт. Пара из отца и сына неспешно направилась прямиком туда сквозь полные жителей улицы Конохи. Хоть снаружи и стояла достаточно жаркая погода, большинство предпочитало не сидеть в четырёх стенах, а помогать родственникам с работой, либо же бродить без особей цели, наслаждаясь симпатичными видами природы, которая пустила свои корни даже на главных улицах.

Мальчик подмечал, как отец несколько раз встречал знакомых, скупо кивая. Если быть честным, он немного побаивался своего родителя. В основном потому, что он был… жутким? Рядом с ним было неуютно находиться подолгу, сразу создавалось ощущение, будто его сейчас накажут просто за то, что Тайро слишком громко дышал.

Само место для тренировок, на которое привёл его папа, было очень живописным. Небольшое озеро, расположенное между пролеском и дорогой, которая и связывала ближайшие полигоны в одну большую сеть. Солнечные блики отражались от незамутнённой воды, а огромное дерево с очень густой листвой, стоящее возле водоёма, довершало картину.

— Это место тренировок нашего клана? — Активно осматриваясь, поинтересовался Учиха-младший.

— Да, тут каждый отрабатывает свой первый Огненный шар. Только после идеального исполнения техники ты можешь считаться истинным Учиха, сын.

— М-м-а-а… А те, у кого нет таланта к стезе ниндзя? Ну, как бабушка Норико, торгующая лучшими вкусностями?

— Они все тоже Учиха… просто неполноценные члены клана, которым нет доступа к определённым местам в квартале.

— «Неопределённым» — это каким? — Наклонив голову набок, спросил Тайро.

— Тебе пока рано это знать, — отмахнулся отец, подойдя к берегу озера. — А теперь смотри и запоминай. Я покажу только один раз, объяснив, что и как делать, а дальше ты должен дойти до всего самостоятельно. Понял?

— Понял!

Итори удовлетворённо кивнул, стоя всё с таким же каменным выражением лица, после чего вытянул руки перед собой.

— Печати для техники Огненного шара следующие: — Мужчина начал медленно, чтобы его сын всё правильно увидел, демонстрировать, — змея, овца, обезьяна, свинья, лошадь, тигр.

Каждая печать являла собой определённую позицию пальцев и ладоней, формирующих полноценные жесты. По завершению перечисления Итори глубоко вдохнул, после чего…

— Катон: Огненный шар! — Прямо из его рта с диким гулом вылетел массивный сгусток огня, размером превышающий рост отца в целых полтора раза!

Снаряд на приличной скорости полетел прямиком над озером, постоянно извергая из себя адский жар и достаточно громкий шум, чтобы у неподготовленного к такому Тайро с непривычки даже заложило уши. Пламя пролетело целых пятнадцать метров, после чего с шипением принялось испаряться, опадая на поверхность воды.

Мальчика переполнял восторг, который он поспешил излить на отца:

— Вау! Это было просто… пуф, хрыщ, паф, пам! — Активно жестикулируя руками, он не мог сдержать эмоции, которые шли из него через край. — Я тоже так смогу?! Правда-правда?

— Да, правда сможешь, — скупо улыбнувшись на такую искреннюю похвалу, ответил отец. — И помни — это далеко не максимальная мощь пламени. Всё зависит от вложенной чакры, которая и является топливом для техники. Сила стихии огня заложена у Учиха в крови, нет техники из этой стези, которая бы нам не покорилась. А теперь попробуй повторить.

— Конечно! — Серьёзно кивнув, Тайро встал подле отца у берега озера, после чего протяжно выдохнул, успокаиваясь.

До этого папа объяснял ему, как базово управлять своей чакрой, а пробудить очаг помог и того раньше, из-за чего парень был уверен в своих силах касательно неизбежного успеха.

Первая печать, потоки чакры в теле ребёнка начинают закручиваться в нужном направлении. Вторая, третья, четвёртая. Он чувствует, как в животе скапливается приятное тепло, которое с каждой секундой становится всё более и более покалывающим. Тигр, последняя печать.

— Катон: Огненный шар! — Выкрикнув технику, Тайро протяжно выдохнул… но вместо техники из его рта вылетел лишь чёрный дымок, заставив его болезненно закашляться, а живот будто скрутиться изнутри.

Мысли заметались в голове безудержным вихрем.

«Почему… почему не получилось?! Я же всё делал правильно! Как показывал отец!», — сцепив зубы, мальчик не дал тени разочарования от неудачи проступить на лице.

— Хм… ты слишком спешишь с выдохом пламени, это никуда не годится, — дёрнув уголком рта, хлёстко произнёс Итори. — Тебе нужно больше практики, но общую суть ты осознал, этого достаточно на сегодня. Потом будешь сам отрабатывать, и не затягивай с этим. Понял?

— Конечно, пап, — через силу ответил мальчик, отвернувшись от требовательного взгляда родителя.

— Каждый раз, когда ты стремишься к чему-то, помни главное: ты Учиха. Представитель лучшего, сильнейшего клана во всей Конохе. Неважно, как много часов ты тратишь на уединённых полигонах, отрабатывая что-либо, но запомни главное — на людях провал недопустим! Только первые места, только лучший результат.

— Я — Учиха! — Довольно повторил Тайро.

— Именно. Никогда не забывай, кто ты такой, где бы ты ни находился — не позволяй сломить себя никому, — серьёзно кивнув, мужчина продолжил: — Я верю, что настанет время, и ты превзойдёшь меня в стезе шиноби, сын. Ты обязан меня превзойти, доказав всем, что ты достоин величия нашего клана. Провал недопустим.

Парню захотелось нахмуриться и одновременно гордо выпятить грудь от чужих возложенных ожиданий.

— Я не подведу, отец, обещаю, — посмотрев прямо в глаза родителю, чётко произнес мальчик.

Мужчина лишь пробуравил своего сына взглядом на протяжении нескольких секунд, после чего прикрыл глаза, принимая чужое обещание.

— Отлично. А теперь пошли.

— А? Куда? — Недоумённо моргнув от такой резкой смены темы, спросил Учиха-младший.

— Поедим данго, отметим твоё начало тренировок, — невозмутимо пожал плечами мужчина.

Тайро никак не ответил, лишь понятливо кивнув и довольно улыбнулся.

Он был в предвкушении того, как покажет отцу Огненный шар, который заставит его похвалить сына. Такая огромная техника, что затмит весь горизонт. И будет даже лучше, чем у этой надоедливой Юмико, которая считает его совсем ребёнком!

Вот она наверняка удивится, когда увидит технику, которая во много раз круче, чем у неё! Уж он-то отомстит сестре за все те обидные поражения в сёги и подколки на тему того, что он все ещё несмышлёный ребёнок. Да так отомстит, что Юмико аж в обморок упадёт от шока, вот!

Ехидная улыбка сама собой возникла на лице.

Тем временем они уже потихоньку возвращались в клановый квартал. Общая дорога занимала от силы минут тридцать-сорок, но Тайро не жаловался. Честно говоря, ему нравилось вот так гулять по селению, просто наслаждаясь погодой или хорошей компанией в виде сестры. Хоть он и устаёт со временем, но кого это волнует, когда у мальчика есть такая удобная лошадка, которая старше него уже на целых шесть лет!

— О, Итори-сан! — Из мыслей мальчика вывел чужой взрослый голос, позвавший отца по имени.

Парень быстро осмотрелся, сразу выцепив взглядом молодого черноволосого парня. Кажется… он его уже где-то видел? Более тщательно обдумав, он вспомнил:

«Тоже Учиха, вроде как какой-то знакомый папы. И чего нужно этому дураку? Меня данго ждут!».

— Что-то случилось, Ясухиро? — Нахмурившись, без лишних приветствий спросил отец.

Это был юноша лет восемнадцати на вид, одетый в зелёный жилет шиноби Конохи, с заплетёнными в тугой пучок на затылке волосами и более живым выражением лица, чем у Итори.

— Глава объявил внеплановое собрание, что-то связанное с выбором наследника поста, — уже подойдя ближе, куда тише закончил Ясухиро.

Стоило только прозвучать этим словам, как отец сразу нахмурился, бросив короткий взгляд на сына, резко сказав:

— Дойдёшь до кафе сам, Тайро. Появились дела. Пошли, — мотнув головой в сторону кланового квартала, приказал Итори.

Не успел парень и слова вставить, как обе фигуры просто испарились, использовав Шуншин, оставивший после себя лишь небольшой порыв ветра и взметнувшиеся листья.

— Ну конечно, у него нашлись дела поважнее, — раздосадованно пнув лежащий под ногами камешек, недовольно пробормотал мальчик. — А как иначе, пф.

Ну ничего, вместо отца потащит с собой Юмико в кафе. Не одному же там сидеть, от скуки умирать? А так хоть можно будет подразнить надоедливую дурынду.

Значит, решено.

Учиха. Непонимание.

Пятница - как много эмоций кроется в одном слове. Столь любимый многими день рабочей недели, когда предвкушение отдыха так и витает в воздухе, а люди в спешке доделывают все свои срочные дела, мечтая поскорее вернуться домой. Ранним пасмурным утром торговый район Конохи уже был переполнен. За этот день всем торговцам необходимо продать как можно больше товара, со спокойной душой уйдя на выходные.

Курсирующие туда-сюда толпы народу, от ниндзя до малограмотного ребёнка, не давали продыху. Гомон стоял такой, будто сегодня официальный день празднования сотворения селения. Среди этой разношерстной массы разумных (и не очень) шёл и сам Тайро вместе со своей матерью, Учиха Минами, стройной, симпатичной брюнеткой тридцати лет.

Его мама была, как успел понять мальчик, довольно тихим человеком, не слишком любящим любые конфликты, в особенности семейные. Никогда не перечила отцу, не помогала ни с чем, связанным со стезёй шиноби, но при этом парень точно знал, что раньше мама была полноценной куноичи. В прочем, он не то чтобы спешил лезть к ней в душу.

Руку приятно оттягивал практически полный пакет с различной едой внутри: сыры, мясо, хлеб, молоко, такояки как «секретный» подарок им с сестрой. И всё же, он не до конца понимает, зачем постоянно ходить от одной лавки к другой, рассматривать товар по паре минут, и при этом после не покупать тот! У них ведь есть места, где мама постоянно делает покупки, так к чему этот фарс?

Самое же непонятное здесь то, что мать не спешит его просвещать, говоря лишь одно:

— Вырастешь — поймёшь, дорогой.

— И ничего не пойму я всего… этого! — Недовольно проворчал малец. — Вот какой смысл тратить столько времени на такую мелочь?

Минами лишь вздохнула, вместо нормального ответа переведя тему в совершенно другую сторону:

— Кстати, Тайро, почему ты перестал нормально общаться с сестрой? Вы поссорились? — Она остановилась у одного из фруктовых прилавков, начав рассматривать лежащие в коробке яблоки, за который отвечал какой-то сухонький старик с седыми волосами, одетый в зелёный фартук.

— С чего ты взяла, что перестал? — Удивлённо переспросил ребёнок. — Нормально вроде всё.

— О, и именно поэтому Юмико мне жалуется, что ты совсем стал её игнорировать уже на протяжении трёх недель?

— Да ничего не игнорирую я её, врёт она! — Возмущённо ответил мальчик, скрестив руки на груди. — Я просто тренируюсь, пока она бездельничает, вот ей и скучно!

— М-да, хм? — Оплатив упаковку яблок, который отправились в корзинку к матери, которую та несёт левой рукой, недоверчиво посмотрела она на сына. — И чем же ты так занят, что не можешь с ней даже поговорить нормально?

— Огненный шар изучаю, — насупившись, ответил Тайро. — Отец говорил, что без достаточных усилий нельзя ничего достигнуть, а смысл ему врать?

— Огненный шар, значит… — как-то меланхолично повторила Минами, мотнув головой, будто сбрасывая всплывшее наваждение из прошлого, после чего строго продолжила: — Ты, конечно, молодец, но сестру всё равно не игнорируй, потому что это некрасивый поступок. Договорились?

— Ла-а-адно, — с мученическим стоном согласился паренёк.

— Умница, а теперь пошли ещё зайдем к тётушке Рейко, у неё наверняка сейчас новая партия…

Дальнейший мамин трёп Тайро не слушал, лишь вставлял в моменты пауз «ага, угу, конечно». Кажется, он начинает понимать, что имел ввиду папа, когда однажды с тяжелым вздохом сказал: «Женщины…». Осталось лишь смирение с неизбежной тратой времени на поход по магазинам. А ведь мог сейчас оттачивать Огненный шар… у него ведь уже почти получается! Конечно, техника и так выходит нормальной, но на взгляд парня недостаточно приемлемой, чтобы впечатлить отца. Заставить же его гордиться собой ребёнку очень хотелось.

Он и так его практически не хвалит, вечно занятый делами клана и работой в военной полиции, жалко ему, что ли, сказать простое: «Молодец, сын, я горжусь тобой»? Не умрёт же он от этого…

К счастью, ещё на час поход по рынку не затянулся, и мама наконец сжалилась над ним, пойдя обратно домой. Но и тут не обошлось без приключений — она встретила какую-то знакомую.

— Наори? — Удивлённо воскликнула женщина, увидев шедшую по клановому кварталу куноичи с фиолетовыми волосами. Та сразу обернулась, буквально просканировав Тайро и его мать взглядом, из-за чего у мальчика пробежали мурашки по коже.

— Минами, — подождав, видимо, подругу, слабо улыбнулась непонятная куноичи. — Твой сын?

— Да, это Тайро. Через полгода уже в академию поступает, — невесомо погладив сына по голове, тепло улыбнулась мать, из-за чего парень чуть ли не по стойке смирно встал. — А у тебя как дела? Ты как пропала пару лет назад, я думала, случилось что. Так нет, живая! Где пропадала так долго?

Несмотря на радость мамы, мальчик подметил, что она не особо-то и спешит идти обниматься, как это обычно делает с ним.

— Миссия, сама понимаешь… — вежливо растянув губы, ответила Наори. Не нравится она ему, жуткая какая-то тётка. — Подзатянулась слегка, только недавно вернулась.

— Слегка? — Поражённо покачала головой Минами. — Кошмар-то какой… Кстати! Я слышала, что недавно Нака вернулся с задания, представляешь?! Все уже думали, что он, ну… ты поняла. А тут такое чудо!

— …Согласна, действительно чудо, — посмотрев почему-то на ребёнка и смерив его непонятным взглядом, невозмутимо согласилась куноичи. — Ладно, я пойду, мне ещё дома прибираться после такого длительного ухода, сама знаешь.

— Да-да, конечно. Ну ты заходи к нам, как время будет. Испеку твой любимый пирог! — Ещё раз потрепав сына по волосам, предложила мать.

— Обязательно зайду как-нибудь, спасибо за приглашение, — кивнув на прощание, она просто взяла и ушла.

Мальчик перевёл подозрительный взгляд с матери на то место, где недавно стояла Наори, а после обратно на мать.

— Вы друзья?

— Эм… что-то вроде, да, — опять же нечитаемо улыбнувшись, несвязно ответила Минами. — Не забивай себе голову, пошли лучше домой.

— Да я только рад…

Всё больше мальчику начинает казаться, что происходят какие-то откровенно странные дела. Отец теперь вечно занят делами клана, непонятно какими, правда, но то, что занят — факт. Сестра хоть и пытается к нему пристать, как липучка, но и у той тоже наплыв миссий со своей командой, и домой она приходит уставшая практически всегда. Вот теперь и у матери всплыли странные знакомые.

«Ай, всё равно на них, не мои проблемы», — мысленно махнув рукой, раздражённо подумал Тайро.

Наконец войдя в дом и разувшись, мальчик оставил тяжелый пакет на кухне, сразу достав из него упаковку с сыром, пока мама пошла мыть руки. Всё равно ведь не увидит… наверное. А кушать хочется.

Только он собирался уже откусить кусочек божественной пищи, как заметил бесшумно вошедшую на кухню сестру, из-за чего чуть не подпрыгнул от испуга, но вовремя взяв себя в руки, невозмутимо откусил сыр, будто так и надо.

Юмико, показав жест тишины, поманила его ближе к себе пальцем.

— Чего тебе? — Шёпотом поинтересовался парень, сделав ещё один укус.

— Делись давай, я тоже хочу! — Девочка попыталось было вытянуть у него из рук угощение, но он вовремя спрятал то за спину. Между парой завязалась шуточная борьба, которая постепенно перенеслась в коридор.

— Да ну тебя, — презрительно фыркнув, отмахнулся парень, как только у него из рук вырвали объект борьбы.

— Не ворчи, вредина, а то друзей не будет, — ещё больше растрепав его волосы, убеждённо произнесла Юмико. — И вообще, пойдем погуляем? Я сегодня свободна, покажу тебе одно место.

— Не хочу я гулять, мне тренироваться надо, — скривился Учиха.

— Ну так я тебя и потренирую, в чем проблема? — Вскинув брови, поинтересовалась девочка.

— Ты-то и потренируешь? Да ты, по словам папы, даже драться нормально не можешь, так что кого ты там тренировать собралась, пф-ф?

Между ними возникла недолгая пауза, во время которой сестра смотрела на него, будто впервые увидела.

— Вот как… я тебя поняла, — грустно улыбнувшись и отведя взгляд, прошептала Юми, сразу же направившись обратно наверх, к себе. — Хорошего дня… брат. И меньше повторяй чужие слова, умнее будешь.

Мальчик решил никак не отвечать этой надоедливой девчонке, сразу выйдя из дому. Перекусил хоть как-то, теперь пора и тренироваться. Желания помогать матери с продуктами у него сейчас не было никакого.

И почему Юмико вечно пытается к нему навязаться? Он ведь не совсем мелкий, чтобы нянчиться и контролировать каждый его шаг! Вечно у неё всё не как у людей…

Сама прогулка до уже практически родного озера помогла отвлечься мыслями от всех произошедших событий, сосредоточившись на предвкушении к теперь-то уж точно успешному выполнению техники.

На окраинах Конохи в основном находились жилые районы, состоящие из одно-двухэтажных зданий. Периодически попадались полноценные многоэтажки, которые для парня были в новинку, ведь строить их стали относительно недавно. Кстати, стройки. Ещё одна нелюбовь для него. Здесь, в селении, постоянно что-то строят, расширяют, везде, кроме парков и совсем уж отдалённых районов, стоит шум людской жизни.

Не то чтобы он не любил наблюдать за тем, как его дом постепенно становится всё лучше и лучше, просто… порой хочется побыть в тишине. И даже дома это не всегда выходит. В такие моменты как раз хорошо просто взять и пойти бродить по паркам и пролескам, в которых если и можно кого-то встретить, то в первом случае это будут мирно гуляющие пары гражданских, а во втором такие же, как и он сам, желающие мгновения полного покоя и единения с природой.

Сейчас, вновь стоя на тихом берегу живописного озера, мальчик некоторое время просто наслаждался видами, после чего, устало вздохнув, резко сложил серию печатей:

— Катон: Огненный шар! — Изо рта вырвалось пламя, но не такое, как у того же отца, а более слабое, практически с ладонь размером. Пролетев жалкие пять метров, оно не пережило столкновения с водой. — Тц, опять не выходит.

Ну вот что он делает не так?! Печати, натренировав мелкую моторику, складывает нормально, качественно. Чакра тоже движется как надо, результат же выходит хороший! Ну… ладно, ничего не хороший.

Тайро понимает, что проблема в объеме вложенной энергии, но как это исправить? Он правда пытается подавать больше чакры при создании техники, но тогда его концентрация срывается, и вместо нормального приёма выходит… ещё более жалкое зрелище.

Естественно, мальчик осознаёт, что проблема в контроле, но не знает, как всё это исправить. Никто никаких упражнений по улучшению этого параметра ему не объяснял.

Может, попросить отца? Того, который вечно занят, последнее время ходит мрачнее тучи из-за клановых разборок, и в принципе не то, чтобы многословен? Сестру, у которой своя жизнь, а её младший брат тут служит в роли антистресса, на котором можно выместить все накопившиеся эмоции? Нет уж, он и сам справится, не дурак ведь!

Так и шло время в попытках улучшить результаты, вплоть до самого вечера.

Солнце медленно клонилось к закату, пока цикады пели свою песню, разбивая гнетущую тишину вокруг водоёма. Чакры на очередное создание техники не оставалось, и Учиха, с малость подрагивающими от усталости и перенапряжения руками, обессилено бухнулся на траву. Растянувшись на земле в позе звезды и прикрыв глаза, он просто наслаждался слабым ветерком, играющим в волосах.

Ему нравится чувствовать эту приятную боль в мышцах от постоянных нагрузок, осознавая, что он провёл время с пользой, но этот факт омрачало лишь то, что Огненный шар большого размера он так и не смог нормально создать. Какая противная техника… Всё горло от неё теперь саднит, чтоб его.

— Ладно, пора уже домой, — неторопливо поднявшись, не обращая внимания на пролетевшую стаю птиц, парень размеренным шагом отправился обратно.

Какого-либо желания бежать или идти быстрым шагом у него сейчас не было — хотелось просто медленно пройтись и ни о чем не думать.

Но, всё же, голод даёт о себе знать, переключив все мысли на еду.

«Интересно, что сегодня мама приготовила? Опять рис? Или, может, рамен? Хотя она ведь покупала сыр… который мы съели. Упс».

Сегодняшним вечером было довольно облачно, при этом малиновый закат отлично видно с любой точки селения.

Однажды мама говорила, что если небо окрасилось в красный, то значит, сегодня кто-то умер. Получается, сейчас где-то происходит трагедия, а никто и не в курсе? Как-то даже… странно? Понимать, что каждую секунду времени происходит то или иное событие, на которое ты не в силах повлиять, да даже узнать о нём. Самую малость печально от такого злого мира.

Сейчас бы ещё купить порцию данго после длительного занятия с техникой, но все деньги, которые мама ему дала на карманные расходы, мальчик уже потратил на очередные сладости. Юмико, что ли, помучить? Но ведь они вроде поссорились?

Только сейчас, спустя практически целый день, Тайро начинает осознавать, что наговорил сестре гадостей. Некрасиво получилось. Нужно будет извиниться…

Над головой начинали зажигаться первые звезды, притягивавшие взгляд мальчика. Их мягкий, ровный свет позволял не спотыкаться, хоть с задранной вверх головой делать это было сложнее. Уже подходя к стенам родного клана, мальчик отвлекся, увидев знакомые сердцу картины.

К вечеру квартал Учиха преображался, становясь похожим на какую-то сказку: тёплые огни освещали дома, просачиваясь сквозь окна. Бумажные фонари вдоль дороги не давали заблудиться жителям, — да и вряд ли те смогли бы потеряться там, где живут уже много лет, — а красивая архитектура создавала ощущение нереальности.

Острые крыши с блестящей черепицей, различные украшения в каждом дворике, которые каждый стремится как-либо выделить среди остальных соседей. Редкие прохожие разных возрастов, но все с до боли знакомой внешностью, спешащие домой, к семьям либо же просто близким друзьям.

Дом мальчика выделялся от остальных тем, что его забор был расписан красивыми линиями, сам собой привлекая взгляд даже в небольшом вечернем мраке. Дверь приветливо отворилась, впуская его внутрь. В нос сразу же просочились крайне аппетитный запахи пищи, из-за чего он против воли сглотнул. Сначала привести себя в порядок, а потом всё остальное.

Уже спустя молниеносных пятнадцать минут, Тайро, с мокрыми волосами, больше всего сейчас похожий на воронёнка, в предвкушении вкусного ужина практически вбежал на кухню.

Она представляла из себя просторное помещение с большим столом посередине, холодильником, плитой и высокими комодами у боковой стены. Панорамное окно напротив двери выходило во внутренний двор и в данный момент было закрыто белыми занавесками с привлекательной вышивкой.

Здесь уже была вся семья: опять хмурый отец, одетый в домашнюю кофту со штанами, мама в бежевом фартуке, как раз выкладывающая блюда на стол, и сестра в домашней одежде с завязанными в высокий хвост волосами.

— Привет, мам, пап, — усевшись за стол, сбоку от Юмико, спокойно поздоровался Тайро.

— Где ты был так долго? — Улыбнувшись сыну, беззаботно поинтересовалась мать.

— М-хм, тренировал Огненный шар у озера.

Перед мальчиком стояли рис с карри, испускающие просто умопомрачительный аромат и якитори с золотистой корочкой, а в довершение великолепный домашний удон. Женщина явно расстаралась приготовить столько вкусностей, что у парня чуть ли слюнки не текут от обилия еды и её завлекающего вида, который так и просит скушать всё это с как можно большим удовольствием.

Все приступили к ужину, неспешно наслаждаясь блюдами. Мальчик наложил себе побольше карри, вместе с румяными лепёшками, которые служат в роли хлеба.

— И как успехи? — Кинув короткий взгляд на отпрыска, прямо спросил Итори.

На этом моменте Тайро против воли чуть нахмурился, не желая сейчас вдаваться в детали, но под выжидающим взглядом отца всё же буркнул:

— Не очень. Не хватает контроля, чтобы сделать технику мощной. Сейчас получается только совсем мелкий шар.

— Но всё же получается? — Попыталась подбодрить сестра, однако не успел парень ответить, как Учиха-старший недовольно вставил:

— Сколько ты уже времени на это тратишь? Почти месяц… тц, отвратительно. Старайся лучше, не позорь наш клан тем, что не можешь освоить такую простую технику, — хлёстко и хмуро закончил мужчина. — Ты меня понял, сын?

— Никого он не позорит, ему всего четыре! — Ядовито прошипела Юмико, зло смотря на отца. — Ты требуешь невозможного, даже не объяснив базовые принципы развития контроля!

Тайро хотелось угомонить их. Крикнуть, чтобы они все заткнулись и не обсуждали его. Но вместо этого мальчик лишь чуть ли не до скрежета сцепил зубы, промолчав.

— Не вмешивайся в беседу мужчин, ни на что не способная бездарность! — Сощурил глаза Итори.

— Да ты даже не знаешь, что я вообще могу, какое право ты имеешь меня судить?! — Откровенно яростно воскликнула Юми, вскочив из-за стола.

Хлопок. Девочка недоверчиво смотрит на ладонь отца, прописавшую ей болезненную пощёчину, на которую она даже никак не отреагировала.

Взгляд матери метался от мужа к дочери, но она, до боли закусив губу, так и не вмешалась. Парню так и хотелось выкрикнуть в этот момент: «Мама, останови их, ты же всё видишь! Почему тогда молчишь?!». Хотелось накричать на отца, который обижает его сестру. Но мать никогда не вмешивалась, а воли ребёнка не хватило, чтобы начать перечить родителю. Глаза защипало.

Не желая больше оставаться ни на минуту дольше в этой ужасной обстановке, Тайро быстро встал с места, побежав к выходу на улицу, оставив недоеденное блюдо. Лишь у самой двери его взгляд зацепился за комплект затупленных кунаев, которые мальчик забыл убрать обратно в свою комнату. С бурей злых мыслей в голове он схватил те, окончательно уходя из дома. Места, в котором только разгорается новый скандал между непокорной дочерью и отцом-тираном.

Ноги несли его сами сквозь пустынный квартал прямиком к клановому небольшому полигону, на котором в основном обучали тайдзюцу таких же ребят, как он. Уставшее тело из последних сил помогало хозяину добраться до тихого местечка, не щадя саднящие после практики с огнем легкие, сейчас рвано и жадно вдыхающие прохладный ночной воздух. Найдя первую попавшуюся мишень, утопающую в темноте окружения, парень стал зло метать кунаи.

Один за другим, снаряды врезались куда угодно, но не в центр мишени. Когда те заканчивались, он шёл к деревянному столбу, который и служил мишенью, поднимая все железки, после чего отрабатывал снова.

У него не было точного знания правильной техники метания, но этого сейчас и не нужно было. За наблюдением полёта смертоносного в будущем оружия можно было не думать обо всё произошедшем. Он даже смог несколько раз попасть в центр!..

Тяжело выдохнув, Тайро с нечитаемым выражением лица посмотрел на оружие в собственной руке. Да, сестра была права в том, что ему всего четыре года. У него всё впереди. Но результатов от него хотят уже сейчас — полное постижение Огненного шара, да даже то же метание, и то, на достаточном уровне. Вот только учить почему-то никто нормально не хочет. Не самому же парню всё это постигать с нуля?!

И почему отец вообще такой… просто такой? Чем ему не годила Юмико? Почему он требует от своего сына невозможного? Это же бред! Ну не ведут себя так нормальные взрослые!.. А может, его отец ненормальный взрослый? Нет, ну а что? Мама запугана, боится ему и слово поперёк сказать, — несмотря на возраст, это Тайро понимает прекрасно, — сестру он бьёт за непослушание, когда она пыталась за него заступиться. По отношению к нему ставит какие-то неадекватные требования.

Получается… его отец и правда, эм, странный? Хм… сложно. Он просто не понимает смысла так себя вести. А если не понимает, то, как говорила мама: «Вырастешь — поймёшь». Хоть мальчик и не хотел признавать того, что эта фраза действительно многое объясняет, но только к такому выводу он смог прийти по итогу всего этого несусветного безобразия.

Уже собираясь уходить и собрав раскиданные метательные железки, парень в последний раз осмотрелся, когда со спины его окликнул голос, из-за которого тот чуть не подпрыгнул от испуга:

— Э-э-э, привет?

Учиха. Предубеждение.

Это был такой же мальчишка Учиха, как и он сам, только выглядящий откровенно странно, по мнению парня:

Если колючие, торчащие во все стороны, волосы были типичны для их клана, то вот его одежда явно ломала стереотипы. Темно-синяя куртка с ярко выделяющимся оранжевым воротом и молнией, обычные сандали с открытым носком, бриджи и полноценные… водолазные очки ядовитого апельсинового цвета?.. Допустим. Он за все свои прогулки по Конохе вместе с сестрой или матерью и не таких чудаков успел повидать, так что вся его «бурная» реакция свелась лишь к слегка приподнятым в удивлении бровям.

— Привет. Ты кто такой? — Даже не пытаясь звучать дружелюбно, спросил парень. Только лишних проблем ему тут ещё не хватало.

— Я Учиха Обито, будущий величайший Хокаге! — Приняв какую-то несуразную позу с выставленным большим пальцем вверх, громко ответил собеседник.

…

Десять секунд неловкой тишины. Пять на обработку информации и еще столько же, чтобы смириться с тем, что его собеседник сумасшедший.

— …А ты?

— Учиха Тайро, — неприветливо буркнув, ребёнок быстро спрятал набор с уже сложенным обратно кунаями за пазуху. — Чего ты тут забыл, а?

— Гулял, а потом, ну, э-э, тебя увидел! А чего ты тут делаешь? Тренировался, да? Можно я с тобой? Я, если ты не знал, стану очень сильным шиноби!

Не прошло и двух минут, как у гордого представителя клана Учиха уже голова болит от этого слишком многословного Баранито. Да, это имя ему явно подходит лучше.

— Ясно, не твоё дело, не твоё дело, нет, мне плевать, — последовательно ответив на весь спич, парень равнодушно развернулся, направившись на выход, обратно домой.

У него не было никакого желания общаться с кем-либо в данный момент. Хотелось побыть одному, с чем он и успешно справлялся, но никак не в компании одногодки.

— Эй, ты что обиделся, что ли? Уже уходишь?! Точно не хочешь потренироваться с будущим Хокаге? Последний шанс! — С каждым словом всё больше повышая голос, говорил Обито.

Парень тяжело выдохнул, остановившись, и быстрым шагом подойдя обратно к незваному собеседнику. Как же его бесят такие… назойливые придурки, не знающие термина «личная границы».

— Слушай сюда, идиот. Когда кто-то тренируется в одиночестве — это значит, что он хочет заниматься один! Не нужно навязываться, как побитый щенок, крича о недосягаемой мечте. Это отвратительно. А теперь, будь добр, не открывай больше свой рот и не трогай меня с этого момента, — быстро отчеканив каждое слово, выпалил прямо в лицо очкарику Тайро, из-за чего у него прямо полегчало внутри, и комок эмоций, требовавший выхода, как раз развязался.

— Ты всегда ведёшь себя, как… как мудак? — С вызовом бросил Обито, стоило только ему развернуться обратно.

— Что ты сказал? — Недоумённо моргнув, переспросил мальчик.

Оскорблять его имеет право только сестра. И то в шутку. Такого обращения с собой он не потерпит, тем более, от какого-то крикливого полудурка, не способного ценить прелесть молчания.

— О, так ты ещё и глухой? Мне повторить? Так давай! Му-да… Ай! — Схватившись за нос, куда прилетел удар, исполнение которого парень однажды подсмотрел с тренировок сестры, по инерции очкарик упал на землю, испачкав штаны.

Злость вскипела в мальчике. Этот… ублюдок кем себя вообще возомнил? Бессмертным, чтобы его обзывать? Хотелось ударить ещё раз, а после ещё. Выплеснуть весь негатив на сверстнике, всё негодование от слов отца, бездействия матери, собственных неудач. Очень хотелось.

Но он понимал, что если всерьёз устроит драку, то у него будут проблемы. Может, ещё и сам получит. А давать отцу ещё больше поводов для недовольства и причинять проблемы он не собирается. И без того тошно.

— Ты просто безмозглый придурок, — окатив напоследок Обито обидными словами, ну, таковыми их считал сам Тайро, он развернулся и быстрым шагом ушёл с площадки.

Так и не заметив, как побитый мальчик от переполняющих его эмоций сжал кулаки добела, при этом став быстро растирать глаза, из которых потекли слёзы, Тайро ушёл обратно домой, с паршивым настроением в довесок. Он ведь просто хотел побыть один, так почему всё вышло… вот так?

Добравшись до дома за рекордный срок, абы как скинув обувь в прихожей, он сразу пошёл к себе в комнату, проигнорировав сидящую на кухне мать при свете одной тусклой лампы, уткнувшуюся в собственные ладони.

Раздражённо бросив набор с кунаями на комод, стоявший рядом с его кроватью, Тайро с разбегу прыгнул на кровать, тяжело выдохнув и прикрыв глаза.

Под проникающим через открытую занавеску тусклым лунным светов, который и позволял увидеть хоть что-то, парень всё-таки решил переодеться в домашнюю одежду, ибо не дело это, пачкать постельное без особого на то повода, от мамы же потом влетит по полной за свинство.

Сама комната у него была не то чтобы просторной, но мальчика всё устраивало, ибо он был не особо прихотливым касательно жилья: горизонтально стоящая под просторным окном кровать с двумя подушками и тёплым пледом, комод рядом, шкаф слева от двери, в углу, стол со стулом рядом с хранилищем однотипной одежды, и в довершение серый, пушистый ковёр на полу, а также скромный бонсай в небольшом горшке на подоконнике.

Однако его блаженное уединение прервали. Снова.

«В этом мире вообще можно побыть одному хотя бы несколько часов?!» — С нескрываемой усталостью подумал парень.

Юмико зашла внутрь неспеша, аккуратно прикрыв за собой дверь. Одета была всё также, как и за семейным ужином.

— Не помешала?

— Если скажу, что помешала, ты же всё равно не уйдёшь? — Закатив глаза, проворчал парень.

— Хе-хе, конечно же нет, — внаглую присев к нему на кровать, подвинув брата, беспощадно разрушила чужую надежду девочка.

— Ну так, чего хотела?

— …Поговорить, — наконец сказала она после небольшой задержки.

— Можно я просто буду изображать из себя стенку, м-ма? — Кинув взгляд на смутный в такой темноте профиль сестры, он заметил, что с ней что-то совсем не то. Быстро сев, мальчик требовательно ткнул её пальцем в плечо. — Эй, с тобой всё в порядке? Выглядишь так, будто… эм, съела сырого мяса?

Пять секунд неловкой тишины, заполонившей комнату целиком. Парень сам подивился такому идиотскому сравнению, самому первому пришедшему в голову.

— Пх, чего-чего съела? — Слабо фыркнув, риторически переспросила Юми. — А вообще… всё-то ты видишь, заноза мелкая. С отцом поссорилась, сам знаешь.

Ему стало неудобно по той причине, что, по сути, произошло это из-за него. И всё же он решил спросить:

— Тебе сильно досталось от него?

— Да так, старик просто поорал и убежал обратно к себе в кабинет, не обращай внимания, — с мимолётной улыбкой отмахнулась девушка. — Он ведь на тебя из-за Огненного шара сорвался, что, совсем не выходит?

Тайро хотел отмахнуться, огрызнуться либо же вообще промолчать, но… что толку? Только хуже сделает, а так, ничего плохого не случится ведь, если он ей расскажет всё, как есть?

— Ага, контроля не хватает, думаю. А долго ты изучала его?

— М-хм… где-то с месяц, наверное, — просто пожала плечами брюнетка, выглядя совершенно невозмутимой, несмотря на сказанное дальше, — и то вышло так себе, но на мои результаты папаша вообще не обращал внимания, как и сейчас, в прочем.

— А почему он тебя игнорирует? Ты же уже генин, и, м-м-м, сильная? — Неуверенно закончил мальчик.

— Это был вопрос, хах? Сомневаешься в моём великом могуществе, мелкий? — Наигранно недовольно с нотками возмущения потребовала ответа Юмико.

— Если сомневаюсь, то что?

— Ну всё, держись, старшая сестра атакует!

И начался ад для ребёнка. Щекотка, казалось, сведёт его с ума. Никакого шанса избежать «наказания» не было — силы не хватает, да и желания обрывать этот поток чистого, незамутнённого смеха и минуты счастья у него не было.

Создавалось ощущение, что длилось это целую вечность, у парня даже слёзы пошли от безостановочного смеха. Хорошо, что в доме, в каждой комнате, была отличная звукоизоляция, — благодаря каким-то печатям, как два месяца назад объяснила мама, — и возня брата с сестрой никак не потревожит старших.

Отсмеявшись, будто бы, на всю жизнь вперёд, Тайро со сдавленным хрипом, резко вытерев невольно выступившие слёзы, молниеносно отполз к краю кровати, прикрывшись от злого тирана подушкой.

— Всё, хах, хватит! — Швырнув в неё плед, который накрыл девочку с головой, он наконец смог нормально отдышаться.

— Ладно-ладно, гадёныш проворный, — фыркая и хмыкая, как кошка какая-то, Юми выпуталась из кокона, — так вот, хочешь, чтоб я научила тебя нормально делать технику, и ты утёр нос отцу?

— Ага! — Без лишних раздумий кивнул парень, даже не задумавшись о том, что постижение Огненного шара, вроде как, по «традициям» клана принято проходить в одиночку. — А когда ты меня научишь? М? Ю-ми-ко! Когда?

Чуть ли не вцепившись в её плечи клещами, заканючил ребёнок, раскачивая сестру взад-вперёд, как куклу какую-то, пока та пыталась сдержать рвущийся наружу смех. Наконец, совладав с напором чувств, девочка, протяжно выдохнув, широко улыбнулась, потрепав мелкого по волосам.

— Если хочешь, то можем хоть завтра.

— Решено, завтра! — Не давая ни секунды, сразу вставил Тайро, а то вдруг она ещё и передумает?! — И даже не думай смотаться куда-то на миссию или просто пропасть, а то найду и… эм, сделаю что-то! Поняла?

Уже откровенно рассмеявшись, на что парень нахохлился, она схватила его в охапку, завалившись на кровать в обнимку, прижав брата к себе так, что тот спустя некоторое время начал возмущённо хлопать её по спине и плечам, не в состоянии даже вздохнуть. Тиранша!

— Пфе-пфе… — отфыркавшись, когда его наконец выпустили, он, всё же, не спешил отодвигаться от сестры, наслаждаясь простым теплом семейных объятий. — Злая ты, Юми.

— Нужно же кому-то держать тебя в форме, чтобы совсем не обленился, — насмешливо хмыкнула девочка, — так что не ной мне тут, а то ещё получишь дозу оздоровительной щекотки.

Тайро послушно замолк, прикрыв глаза и чувствуя себя в полной безопасности и комфорте. Как же приятно…

Секунды и минуты уютной тишины медленно тянулись, пока мальчик лежал, ни о чем не думая, а затем незаметно засопел прямо сестре в шею, наконец уснув крепким сном после морально выматывающего дня, полного на не самые приятные события.

И, естественно, уже никак не реагировал на то, что сестринские руки прижали его поближе к себе, обняв, как плюшевого мишку.

***

Сегодня была довольно пасмурная погода, скрывающая за серыми облаками лучи огромного солнца, а бодрящий ветер, от которого, если недостаточно тепло одет, выскакивают мурашки по коже, заставлял идти в темпе, не стоя подолгу на одном месте. Воздух казался особенно свежим - почти колким, словно напоминая о скором похолодании. Деревья тихо покачивались, роняя листья, и каждый шаг отдавался легким шелестом под ногами.

Тайро двигался в лёгкую припрыжку прямо за расслабленной сестрой, которая, гадина такая, столкнула его с кровати ранним утром, заставив собраться пораньше. Но даже несмотря на такое «приятное» пробуждение, он ничуть не расстраивался, хоть и периодически зевал во весь рот, чуть ли не до проступающих слёз.

Наконец-то он сделает крупный шаг в изучении Огненного шара, как того давно и хотел!

— Расскажи пока, что конкретно у тебя не получается, — попросила девушка, одетая в обычную ветровку и штаны, держа руки в карманах.

— М-хм, ну, эм… — на короткое мгновение задумавшись, он уверенно продолжил: — Контроль проседает, сама техника получается, но откровенно слабая, потому мне её даже показывать не очень-то удобно.

— Опиши детально процесс создания, мне нужно понять детали.

И парень принялся закидывать Юмико вообще всем: фактами, пошаговой инструкцией собственного исполнения, догадками и домыслами, просто вопросами на ту или иную тему, связанную с этой техникой.

За речью мальчика, который не затыкался ни на секунду, дорога пролетела практически незаметно, и вот пара из брата и сестры вновь оказалась у того самого озера.

— …и вообще, это какой-то бред! — Резко выдохнув, закончил парень. — Кстати, ты так и не рассказывала, кто тебе достался в команду и что за сенсей! А уже сколько прошло, почти год! Вдумайся только, год! Так что давай, я жду самых детальных подробностей!

— Обойдёшься, дурачок маленький, — беззлобно ответила брюнетка, потянувшись. Но на чуть ли не умоляющий взгляд брата, сжалилась: — Да нечего рассказывать — два придурка, которые вечно дерутся между собой и пытаются меня достать, сенсей… просто исполняющий свои прямые обязанности ниндзя, скажем так.

— А миссии, уже выполняла что-нибудь крутое? — Мысленно окрестив всю её команду, кроме самой сестры, бездарями, продолжил Тайро.

— Хм… дай-ка подумать, — приняв позу мыслителя, она замолчала на долгие десять секунд, краем глаза наблюдая за переминающимся с ноги на ногу мелким. Ещё такой ребёнок, честное слово… — О, вспомнила! Уже успела спасти целую принцессу какого-то дворянского рода, у них там сложная фамилия… та ещё девка была, но целая принцесса!

— О-о, крутота! А подробности?!

— А подробности как-нибудь потом, мы тут не за этим. Давай, показывай наконец свой «шедевр».

Проигнорировав последнее слово, мальчик достаточно быстро сложил серию печатей, после чего из его рта вылетел огненный болид небольшого размера, пролетевший на этот раз все пятнадцать метров, дабы потом опасть в воду, банально испарившись.

Обернувшись на сестру, Тайро застыл с широко раскрытыми глазами.

— У тебя есть Шаринган! — С обвинительными интонациями заговорил парень, завороженно смотря на один томоэ, выделяющийся чёрным цветом на ярко-красной радужке. — И ты мне ни слова не сказала!

— Хм, поверь, это не то, о чем вообще любой Учиха хотел бы говорить… Вырастешь — поймешь, к сожалению, — издав горький смешок, ответила Юмико.

— Ну вот, опять это выражение! — Закатив глаза, проворчал мальчик. — Ладно, нет так нет. Может, наконец расскажешь, что я делаю не так.

— У тебя всё правильно, кроме исполнения печатей, — покачав головой, сестра подошла ближе, начав медленно демонстрировать как нужно делать. — Смотри. Из-за ошибки в этой части ты и не мог нормально управлять техникой. Повторяй за мной.

Лишь спустя двадцать минут страданий для пальцев, у парня наконец получилось сделать правильные мудры. Кто вообще придумал это издевательство над руками?!

— То есть, с контролем проблем у меня нет? — Старательно заучивая всё до единой детали, негромко поинтересовался Тайро.

— Нет, но упражнения по его улучшению я тебе тоже дам, но уже позже. Будешь в свободное время, которого у тебя преступно много, отрабатывать.

— Хай, капитан! — Встав по стойке смирно, шутливо поклонился мальчик, после чего наконец сложил верную серию печатей, сказав на выдохе: — Катон: Огненный шар!

В этот раз пламя вышло… полноценным, иначе и не скажешь. Полноценные два на два метра чистой силы, пролетевшие целых двадцать пять метров на приличной скорости! Восторгу маленького Учиха не было предела.

— Не, ну ты видела, видела?! Это было так… круто! Спасибо! — В буре захватившей мальчика эйфории, он порывисто обнял сестру, чуть ли не приподняв ту с места.

— Пф, ты же мой брат, естественно, у тебя всё и всегда будет получаться, нужно лишь приложить достаточно усилий. — Вновь потрепав его по голове, довольно произнесла девочка. — А теперь смотри, к чему нужно стремиться и превзойти!

С этими словами она с нечеловеческой для глаза скоростью сложила серию печатей, без каких-либо слов выдув натуральный огненный метеорит! Техника, радиусом больше самого Тайро в два с половиной раза!

— Ва-а-у! — Выдал он вполне ожидаемую реакцию. — И всё равно я сделаю круче со временем, поняла?

— Да-да, как скажешь… А теперь ещё раз, для закрепления материала, создай ещё один Огненный шар.

— Ох, ну ты и тиранша! — Закатив глаза, с железной уверенностью заявил мальчик.

Домой они по итогу вернулись лишь к позднему вечеру, полностью вымотанные, но довольные жизнью.

Учиха. Первый успех.

Лёгкий ветер играет с волосами, выбивая непослушные пряди из причёски, и те падают вперёд, немного закрывая обзор. Он рефлекторно поправил всё обратно, немного мандражируя перед предстоящим событием.

Сегодня отец решил проверить результаты прогресса парня, притащившись к нему на место отработки техники. Конечно, не обошлось без лёгкого хвастовства вчера за ужином, где он и сказал, что вроде как освоил дзюцу, но это уже детали, честное слово.

Ладно, Тайро точно с этим справиться. После помощи от сестры и шлифовки на протяжении целой недели, не может не справиться, иначе тогда сам себя натурально уважать перестанет. Сложно даже представить, когда бы он справился, если не помощь Юмико. И почему вообще эти традиции клана такие… древние? Нет бы нормально научить самому, но вместо этого поставить минимальный проходной балл по размеру шара.

— Приступай, — коротко рубанул отец, сложив руки на груди.

Сейчас он был одет в типичную форму шиноби: зелёный жилет с множественными кармашками на лицевой стороне, кофта и штаны тёмных цветов, а в довершение шли сандали с открытым носком и протектор Конохи, завязанный на лбу.

Сегодня утром в клане вновь произошло… что-то. Увы, Тайро не спешат посвящать во все происходящие события, заставляя догадываться обо всём самому. Даже Юми и то, молчит как чужой ниндзя на допросе, а это показатель! И это не нравится парню, который очень не любит оставаться в неведении.

Ненадолго отложив ворох мыслей, парень спокойно вдохнул полной грудью, на краткое мгновение прикрыв глаза.

Тихий шум воды от столкновения с прибрежными камнями. Шелест ветра, срывающий с деревьев пожелтевшую листву. Карканье воронов в ближайшем пролеске. Не греющие лучи солнца, касающиеся открытой кожи. Буравящий спину чуть хмурый взгляд отца, готовый оценить или осудить потуги сына.

— Катон: Огненный шар! — Рефлекторно сложив печати в слитном движении, выдохнул мальчик. Только вместо воздуха вышел огромный поток огня, горящий столь яростно, что даже ненадолго ослепил собственного создателя.

Техника, размером превышающая самого пользователя в полтора раза, бурлящим потоком стремительно полетела над озером, оставляя за собой остаточный шлейф языков пламени.

Тайро завороженно наблюдал за результатом, в который вложил лишь треть всей чакры, не смея оторваться ни на миг. Чистая мощь притягивала взгляд так или иначе, но осознание того, что он сам это породил — лишь улучшало и без того прекрасное настроение. Что ещё ему нужно для счастья, когда получается создать большой бабах? В данный момент, пожалуй, что ничего.

Техника пролетела все тридцать метров, после чего наконец столкнулась с гладкой поверхностью воды, подняв волны густого пара. Как бы озеро не испарилось такими темпами…

Некоторое время между отцом и сыном стояла полная тишина, пока первый с непонятными эмоциями во взгляде наблюдал за достижением своего отпрыска, вплоть до момента, когда не осталось ничего, напоминающего о том, что произошло здесь и сейчас.

— Ну… как тебе? — Неуверенно спросил Тайро, потерев чуть липкие от волнения ладони друг о друга.

Итори не спешил отвечать, все ещё пребывая в собственных мыслях, даже несмотря на прозвучавший голос. Лишь через минуту тот, всё-таки, коротко отозвался:

— Для твоего возраста впечатляет, хоть ты и слишком затянул с изучением. Но это не критично, — и, будто поколебавшись, будто бы нехотя добавил: — Хорошая работа… сын.

Парень хотел искренне улыбнуться, но вместо этого вышла лишь бледная тень той счастливой улыбки. Не было особой радости теперь, после увиденного: как отец жёстко высказывался о его «таланте», как оскорблял сестру, будто она просто пустое место, чужая тень в собственном доме. Тайро ни в коем случае не ставил авторитет и силу отца под сомнение, но все же этот человек словно стал чуть более чужим для него — перестал вызывать в нем слепое обожание и счастливое виляние хвостом от одного брошенного взгляда. Несмотря на всё это, некоторые ростки радостных чувств просочились, приподняв настроение.

— Так как считай, что с экзаменом, ты... справился, теперь настала пора всерьёз начать твоё обучение, как и положено любому Учиха, сотворившему Огненный шар. Есть вопросы?

— А чему именно ты будешь меня учить? — Даже не раздумывая, поинтересовался парень.

— Как правильно сражаться в первую очередь — любой член нашего клана обязан уметь постоять за себя и доминировать на поле боя, показывая заслуживающую уважения силу. Только так мы можем заставить наших врагов бояться нас ещё больше, ты понимаешь это?

— Эм… страх прямо влияет на боеспособность врага, подрывая его моральный дух? — Сделал несмелое предположение брюнет.

— Именно. Для начала я поставлю тебе наш клановый стиль тайдзюцу… — и полилось море объяснений с нюансами, которые мозг Тайро запоминал, кажись, работая на форсаже.

Когда враг сталкивается с Учиха, то в первую очередь опасается всемирно известного Шарингана с его иллюзиями и огненных техник. Но упускают из виду то, что и в ближнем бою любой красноглазый может задать трёпку, и не малую. Таких идиотов хоронить приходилось поспешно и в закрытых гробах.

Их клан редко полагается на чистую грубую силу или избыточную ловкость с акробатикой и кучей ненужных движений. Вся система строится в связке чтение-контрмера. Шаринган видит движение оппонента ещё до того, как тот начнёт его, позволяя атаковать максимально эффективно. Отсюда и хладнокровная манера ведения боя: перехваты, минимальные уклонения, удары в момент открытия. Этот стиль был направлен на сохранение энергии и позволял вести долгие бои порой и с несколькими оппонентами, требующие выносливости.

Никаких круговых махов или широких атак, всё предельно прямое, рассчитанное на скорость. Если у тех же Хьюга тайдзюцу — это один сплошной танец, в котором каждое движение может лишить противника функционирования, то у Учиха — как вспышка, столь же яркая и стремительная. Они делают упор не на постоянное давление, а на быстрые выпады, отсюда и ощущение, что весь бой строится на коротких рывках.

Удары идут не одиночными выпадами, а полноценными сериями от трёх до пяти смещений, направленных на нанесение как можно большего урона.

В прочем, их клан практически никогда не дерётся «чистым» тайдзюцу, если ситуация не вынуждает перейти к обратному. Ближний бой встроен в общий стиль, где любое движение может перейти в подготовку для определённого дзюцу. В основном это инструмент для навязывания ритма перед решающим ударом.

Но самое главное в том, что когда Учиха входит в ближний контакт, то он перестаёт осторожничать. Пытается зайти в слепую зону, делает агрессивные выпады, вынуждая противника совершать ошибки, ибо он не поспевает за ритмом движений.

— …минимальная трата энергии, максимальная эффективность, чудовищное давление через скорость атак и нестандартные ходы. Всё понял? — Строго спросил отец, пока Тайро стоял, зависнув и переваривая всё сказанное.

— Вроде бы… да, общую суть уловил.

— Отлично, тогда смотри и повторяй за мной.

Как оказалось, занятия с требовательным родителем, это не то, что можно пожелать кому-либо. Уже в первые два часа парень был готов проклинать всё на свете, лишь бы мучение поскорее закончилось.

Неправильная стойка — резкий окрик и удар, наглядно показывающий, почему нужно так, и никак иначе. Неправильный выпад — новый болезненный синяк в наказание. Неправильный блок — добро пожаловать в объятия травы и матушки земли. Плохо проведённая комбинация — обидная демонстрация собственной неправоты и ошибочности исполнения.

Было больно, обидно, очень выматывающе и до умопомрачения тяжело, с его-то четырёхлетним телом. Но на здравый аргумент, что «я же ещё не вырос нормально толком», отец лишь презрительно отмахивался, увеличивая нагрузку.

Кажется, впервые за всю свою жизнь мальчик возненавидел кого-то за то, что человек пытается ему «помочь», в меру своих сил и взглядов на эту самую помощь.

Очень помогали упражнения по контролю чакры, которые укрепляли в мальчике чувство терпения, вынуждая по несколько часов к ряду минимум сидеть неподвижно, управляя чакрой внутри тела. Эта же самая чакра, по советам сестры направляемая особым образом по замкнутому кругу прямиком в мышцы, позволяла держать действительно недетские удары отца, который не особо с ним церемонился. Обычного, неподготовленного ребёнка первый же такой выпад отправил бы как минимум с трещиной в кости прямиков в больницу. С такой подготовкой к бою были все шансы до него не дожить. Это мысль мелькала в голове после особенно болезненных ударов.

Слово «садист» для Тайро также приобрело новый термин, в ярко негативной окраске. Хотелось закричать, возможно, даже расплакаться, всё бросить и убежать к себе в комнату, но он отчётливо понимал, что так сделает всё только хуже, а родитель от него в любом случае не отстанет, пока не посчитает результат тренировки «удовлетворительным».

По итогу домой парень пришёл лишь поздно ночью, чисто на морально-волевых силах, ведь физических в нём не осталось совершенно. Тело — сплошной синяк, тяжелое дыхание, пропотевшая насквозь одежда, грязная кожа, сбитые в кровь костяшки, когда отец заставлял его отрабатывать на манекене укрепление ударов чакрой, дабы банально не травмировать себя.

Так, Тайро познакомился со старушкой Адзусой благодаря отцу, бывшей много лет меднином в госпитале, — одна из немногих Учиха, кому удалось, — после перешедшей «на покой», хоть она и всё равно лечила «молодых да безрассудных», как женщина любила выражаться.

Она проживала на окраине квартала, в небольшом домике с симпатичной верандой и полноценным садом, где росло множество неизвестных парню растений разных форм и цветов. Семьи у неё не было, а из домашних животных только один старый, здоровый кот чёрной расцветки, которого мальчик периодически видел на клановом рынке, — где торговали не слишком обширным количеством товаров, но по большей части только для своих, чтобы далеко не ходили, — когда помогал матери с покупками.

Учитывая же то, что скоро будет «Тори-но-Хосаку», он же фестиваль в честь сбора урожая и повышенной удачи, то привести тело в порядок было первоочередной задачей (только затем, чтобы снова оказаться избитым после, но это уже ненужные детали).

Сама процедура лечения проходила… странно, на взгляд мальчика. Тётка просто поводила ладонями, окружёнными зелёным мерцающим светом, над синяками, и те исчезли, не оставив и следа!

Но даже осознать перспективы медицинских дзюцу парень не успел, ведь мать сразу же впрягла его в суматошную подготовку к началу праздника, который состоится через неделю.

Подбор размеров юкаты для каждого члена семьи, которые Минами шьёт сама, постоянные примерки, стресс, невольная помощь в украшении двора и окрестностей, вместе с остальными «детишками», как выразилась сестра, благополучно сбежав на миссию и бросив его тут одного.

Довольно забавное зрелище, как черноволосые, в большинстве своём неразговорчивые дети, одетые по одному цвету и даже форме, методично украшают клановый квартал. И ещё очень выматывающее, ведь всегда находились те, кто был не прочь поболтать вместо работы, издавая такой шум, что и от техники Огненного шара и то, меньше звуков будет.

Это первый крупный праздник после окончания Второй мировой войны ниндзя, и потому Коноха готовилась к нему с размахом, не скупясь ни на чём. Людям было необходимо увидеть эту непередаваемую атмосферу сплочённости, стать её частью, прочувствовать, что всё, тяжелые времена закончились, настало перемирие, а больших конфликтов в ближайшее время гарантированно не предвидится.

И сейчас, стоя в коридоре и меланхолично наблюдая за финальным наведением марафета матери, Тайро как никогда желал сбежать от этой страшной женщины. Никогда ведь такой не была, но стоило услышать про всеобщий праздник, как будто подменили! Словосочетание «всё должно быть идеально», он, наверное, слышал уже раз сто за последнюю неделю.

Когда наконец мама вышла к ним, смиренно ожидающим главной провожатой, — ведь отец тоже банально смирился с инициативой жены, — мальчик невольно засмотрелся на неё. Минами была действительно красива, и он вполне мог понять, почему папа раньше взял её в жены (и откуда у них двое детей, кхм).

Юката нежного, персикового цвета с изображёнными ветвями и лепестками сакуры, создающими особый, запоминающийся с первого взгляда узор. Уложенные в аккуратно заплетённую косу длинные и блестящие волосы, перекинутые через плечо. Незримый глазу, лишь подчёркивающий достоинства, макияж. Невесомая богиня, на которую слегка подуешь, и она, — пуф! — испарится.

— Тебе по красоте маму никогда не догнать, — ехидно шепнул на ухо стоящей рядом сестре Тайро, на что получил лишь резкий тычок локтем по рёбрам, из-за чего он скривился.

— Можем выходить, — улыбнувшись, лёгким голосом произнесла Минами, проходя к двери.

Квартал Учиха был гораздо более оживлённым, чем в любой другой день в году.

Небольшие переносные лавки со сладостями и прочими закусками. Бродящие туда-сюда пары, с детьми разных возрастов, без детей, бабушки и дедушки с внуками и внучками, просто одиночки, не нашедшие себе партнёра на празднование. Другие люди, гражданские, которые также обычно не чураются проходить через место жительство клана, по факту расположенного практически в центре.

Негромкий гул разговоров, слышалась игра на музыкальных инструментах где-то неподалёку, — кажется, цудзуми и бива, — создававшая атмосферу нереальности своими завораживающими мотивами.

Большинство Учиха, как и семья самого Тайро, направлялись к храму Нака, который являлся местом, где традиционно собирались члены клана по особым датам, как сейчас.

Постепенно поток черноволосых становился всё больше, а герб, — красно-белый веер, — всё чаще мелькал на спинах мужчин, которые даже так выражают свою принадлежность к сильнейшим в Конохе.

В общей сложности на довольно просторной территории храма набралось под две сотни Учиха, из которых шиноби была примерно половина, большей частью которых являлись уже взрослые люди, тогда как маленьких детей тут было, наоборот, относительно мало.

Все ждали лишь одного — речи нынешнего главы их клана, Учиха Рокудо, крепкого, пятидесятилетнего мужчины, родившегося во времена основания Конохи и пережившего две мировые войны. Настоящий ветеран, признанный всеми умелый шиноби, джонин Скрытого Листа, суровый характером и нравом, уважающий право сильного и тщательно пестующий гордость Учиха человек. Его авторитет был незыблем, как и все решения, которые он принимает.

— Сегодня знаменательный день для всего селения, в котором мы занимаем роль одного из двух Великих основателей! — Громким, звучным и хорошо поставленным, хрипловатым голосом начал Рокудо, стоя на небольшом возвышении храма и пробежав взглядом по каждому из присутствующих. — День, когда официально можно сказать: война закончилась! Наши родители, братья, сёстры и близкие сражались и умирали, защищая свой дом, дабы не пустить больше смерть к нашему порогу! Они сделали все, что было в их силах, чтобы мы и дальше жили в счастье, а наш клан процветал и становился только сильнее и величественнее! Так радуйтесь же, радуйтесь тому, что сможете жить в мире и покое, без нависшего клинка над головой! Живите каждый день так, чтобы после вы ни о чём не жалели! Гуляйте, пейте, танцуйте, веселитесь! Да славится гордое имя клана Учиха!

Аплодисменты, казалось, затопили вообще всю округу. Короткая, но задевающая за живое речь. Именно то, что нужно было такой толпе, которая не решила отказывать себе в простом, человеческом удовольствии, направившись гулять кто куда.

Магическим образом, не иначе, родители решили оставить Тайро на попечение сестры, — будто ему оно нужно, хм! — тогда как сами пошли…

— Вспоминать молодость? — Непонимающе переспросил мальчик.

— Именно! — Важно подняв указательный палец, довольно сказала Юмико. — Когда человек вырастает, то постепенно он… эм, ржавеет, в общем, как плохая сталь. И они пошли убрать этот налёт благодаря новым впечатлениям. Понятно объяснила?

— То есть у меня скоро появится новый брат или сестра? — Скептично уточнил брюнет, смотря на сестру взглядом, так и выражающим «ты говоришь мне какой-то бред».

— Нет! Нет-нет-нет, не появятся! — Как-то даже испуганно замахала ладошками Юми. — Наверное… Откуда ты вообще о таком знаешь, тебе всего четыре?!

— Не всего, а «уже» четыре, на секундочку, — фыркнув, солидно покивал парень.

— Ну конечно, как скажешь, — спокойно пожала плечами девочка, — а вообще, чем займёмся тут?

— М-м-м-м… — вытянув губы в трубочку, промычал Тайро, после чего весело продолжил: — Скупим сладкого на все деньги?

— Ты что, мои мысли читаешь?

— Просто гении думают одинаково, очевидно же!

— Хм, — с горделивой интонацией хмыкнула Юмико, — тогда что предпочтёшь?

— Естественно данго, а что ещё?

— Ну, например что-то новое?

— Не-е, зачем, если есть проверенная классика?

— Справедливо.

Следующий час слился для пары из брата и сестры в один сплошной поток удовольствия, ведь когда ещё выйдет наесться вкусностей до отвала? Соревнуясь, кто быстрее уничтожит порцию, шутя друг над другом, они по итогу оказались в небольшом парке, где оказалась чудом не занятая скамейка, которую те поспешили оккупировать со всей доступной скоростью.

В юкатах двигаться было не то чтобы удобно, да и скорее непривычно, ведь для Тайро это вообще первый раз в жизни, когда ему довелось надеть… такое безобразие.

«Ками-сама, насколько же удобней обычные шорты с футболкой!» — в сердцах мысленно воскликнул мальчик.

— Как думаешь, я буду хорошим ниндзя? — С интересом спросил парень, вытянув ноги перед собой и прикрыв глаза в блаженстве.

— А с чего вообще такие вопросы? — Немного наклонив голову набок, сказала девочка.

— Ну… просто я не знаю. Тренировки с отцом — это такой ужас, что я потом вообще с кровати вставать не хочу. А ещё Шаринган, техники, команда в будущем. Не слишком много всего? Я ведь сейчас даже гулять нормально не успеваю, всё на тренировки уходит.

Как-то грустно улыбнувшись, она потрепала его по голове, заверив:

— Ты будешь лучшим ниндзя, которого я только знаю, уверена. Хоть я считаю, что отец слишком тебя нагружает и вообще… делает не лучшие вещи, но всё же он тебя в той или иной мере готовит. Мне тоже было больно и обидно, пока он… не важно.

— Что не важно?

— Не важно — значит не важно. Не будем об этом.

— Ну ладно, — легкомысленно пожал плечами Тайро, даже не задумавшись о причине. — Так как ты со всем этим справляешься?

— У меня есть ты, — искренне обняв брата за плечо, серьёзно заявила Юмико. — Ну а ещё хорошая подруга — Рика.

— Рика? — Надув щёки, возмущённо переспросил мальчик. — То есть, я у тебя не один единственный друг и ты умеешь общаться с другими?

— Эй! — Шутливо вскрикнув и пихнув мелкого в плечо, хихикнула брюнетка. — Она, так-то, очень хорошая девчонка, так что не надо мне тут! И всё я умею общаться с людьми, просто если ты этого не видишь — то ты слепой, понял?

— Сама ты слепая, дурочка!

— Это я-то дурочка?! Захотел повторения кары небесной в виде щекотки, наглая малявка?

— Ах, так, да?! — Аж привстал от негодования мальчик. — Ну всё, ты подписала себе приговор… мелочь! Гья-ха-ха!

С воодушевляющим смехом он кинулся прямо на сестру, попытавшись ту задушить в крепких объятиях, но, почему-то, не получалось. Она точно жульничает!

Так и завязалась между ними шуточная борьба, по итогу которой он снова несправедливо проиграл, оказавшись схваченным в захват «как мишка».

— Ты точно используешь запретные техники, чтобы победить великого меня!

— Хи-хи, с чего ты взял? — Прижавшись к его затылку лбом, негромко спросила девочка.

— Потому что я — непобедим. Усекла?

— Ещё как усекла… хе-хе… хе… прости, не могу сдержаться, — тщательно подавляя смешки, сквозь улыбку сказала Юмико.

— Ну вот, теперь ещё и растаптываешь мою гордость, смеясь надо мной! — Горестно и намеренно громко вздохнув, даже визуально будто сдулся мальчик. — А что дальше? Роль плюшевой игрушки в постели? Личный слуга?

— М-хм, дай-ка подумать… — приложив указательный палец к губам, притворно задумалась Юми. — Как насчёт моего персонального поставщика вкусняшек?

— Только если за твои деньги, — сразу открестился Тайро.

— Знаешь, я определённо точно обдумаю это…

Дальнейшее времяпровождение было ещё более прекрасным, — ведь что может быть лучшего, чем продолжить наедаться сладким? — и, пожалуй, он был бы не прочь как-нибудь повторить всё это, даже если ради такой гулянки вновь придётся одеть на себя юкату.

Учиха. Конфликт.

Иней покрывал практически всю поверхность в округе, будто эфемерная плёнка, столь же тонкая, сколь и слой снега, наконец выпавший сегодня утром, впервые за зиму. Тайро, поначалу увидев такие пейзажи, особенно непривычные для него, ненадолго выпал из реальности, просто любуясь видом.

Обычные жители активно расчищали дороги и тропинки от любых преград, дабы осадки не мешали им вести свои дела в Конохе. Приятный хруст под ногами, пока парень шёл на очередную рутинную, но от того не менее болезненную тренировку, никак не мог переключить направление его мыслей.

Наверняка отец вновь будет наседать со всё новыми и новыми требованиями, делая из собственного сына ходячую пародию на человека. Постепенно недовольство тем, сколько побоев парень получает, стало прорастать всё сильнее и сильнее. Будто этот напыщенный придурок намеренно третирует мальчика.

Однако, несмотря на такое отношение, нельзя не признать, что результат есть, он не стоит на месте и даже активно двигается в сторону всё большего мастерства. Действительно большой скачок в навыках, который все ещё меркнет перед бурлящими глубоко внутри чувствами.

Птиц в это время года стало заметно меньше, ведь большая их часть улетела на юго-запад, и солнце больше не греет толком. Приходилось тепло одеваться на каждую тренировку, дабы банально не простыть, — а после эта же одежда противно липнет к коже, вызывая омерзение, — а дальше схватка сделает свою часть работы.

Так и сейчас, у ставшего практически родным за эти месяцы озера, тишину пространства в округе разрывали звуки интенсивной рукопашной схватки: отец наставлял сына, как сражаются истинные Учиха, со всей присущей старшему поколению жёсткостью, плавно переходящей в мало контролируемую жестокость.

Молниеносный удар, принятый на скрещенный блок. Неприятная, тянущая боль по всему предплечью. Облачко пара, вылетевшее изо рта с резким выдохом. Отшаг, пропустивший в паре сантиметров от головы ногу более высокого противника, из-за чего волосы невольно шевельнулись.

Хук левой, которая оказалась взята в железный захват, после которого останутся чёрные синяки. Использовать это как опору, дабы нанести двойной выпад ногами и оттолкнуться, а после, перегруппировавшись прямо в воздухе, приземлиться на землю, без промедлений вновь рванув в атаку.

Удары сыпались один за другим, переходя в блоки, парирования, захваты, попытки забрать преимущество с помощью работы ног. Тайро привычно не обращал внимания на тот факт, что его тело вновь представляет из себя сплошной комок боли, до скрежета сцепив зубы и из раза в раз пытаясь задеть ублюдка, по недоразумению назвавшегося его отцом.

Всё ради того, чтобы уже не оправдать его ожидания, не получить похвалу, нет. Парень истово, со всей искренностью хотел сделать ему больно в отместку за то, как он с ним поступает.

Но, естественно, ребёнок в процессе обучения банально не имеет шансов задеть полноценного джонина, элитного ниндзя Конохи, как бы ни старался и сколько сил не прикладывал. Итог был до печального закономерен.

Сделав ещё один выпад, на этот раз нацеленный на почку, он не успел среагировать на внезапный удар ногой, попавший прямиком в солнечное сплетение. Моментальная боль, воздух выбило из лёгких. Обидный полёт до земли, закончившийся болезненным столкновением с грунтом, столь же холодным и безразличным, как Итори.

— Кх, — поморщившись от простреливших ощущений, Тайро на эмоциях ударил кулаком по земле.

Опять проиграл.

— Достаточно на сегодня. Иди к Адзусе, заодно занесёшь угощения, которые Минами подготовила, — даже не попытавшись помочь подняться, строго произнёс отец.

— Спасибо за тренировку, — поклонившись, монотонно отрапортовал парень, после чего быстрым шагом, стараясь не беспокоить левую руку, поплёлся обратно.

Такие «благодарения» он вынужден делать каждый раз по завершению, иначе на следующем занятии прилетит в два раза сильнее. Единственным спасением от перманентных побоев служит только эта сердобольная старушка, постоянно ворчащая на «дурака Итори», и исправно убирающая все последствия. Хоть фантомная боль все ещё некоторое время преследует после, но эта цена куда более приемлема, чем ходить с болью.

Порой, быть «любимчиком» родителя — куда более худшая участь, чем можно себе представить, чтоб его.

Предварительно забрав из дому корзинку с подарком, который также служит и оплатой беспокойства старушки, Тайро неторопливо пошёл к окраине квартала. На него если и обращали внимания проходящие мимо Учиха, то не более, чем на предмет интерьера. Ну, хоть за это выборочное безразличие им спасибо, а то, пожалуй, терпеть напускное сочувствие было бы куда как отвратительнее.

Дойдя до заветного лазарета, он трижды постучал по двери. Спустя секунд тридцать терпеливого ожидания, перед ним за порогом появилась женщина лет семидесяти на вид, с седыми волосами, уложенными в тугой пучок на затылке. Бледновато-синие глаза на морщинистом лице некоторое время рассматривали пришедшего, после чего она отошла в сторону, пропуская гостя внутрь.

— А, Тайро, проходи-проходи, опять побитый весь, небось, да? — Дружелюбно спросила бабушка.

— Есть немного, Адзуса-сама, — уважительно обратившись, вежливо ответил парень, разуваясь и без промедления проходя в гостиную, где бывал уже который раз.

— Ох, сколько говорю — не называй меня так, несносный ребёнок, — чисто для проформы проворчала дама. — Чаю будешь? Недавно ходила в магазинчик к Сумико, взяла пару порций аммицу, так что, если хочешь — угощайся.

— Спасибо за гостеприимство… эм, Адзуса?

— Так-то лучше.

Чай она готовила просто потрясающий, это мальчик мог заявить с абсолютной уверенностью в собственной правоте. Пьянящий аромат, выметающий все мысли о чем-либо ином, божественный, идеально сбалансированный вкус. Даже лучше, чем у его мамы.

Поначалу для него стало шоком то, что свести такие синяки, какие он получает практически каждый день на неделе — не займёт и десяти минут. Медицинские техники — нечестная штука. Только, как объясняла бабуля, очень-очень требовательные в контроле и понимании анатомии человека.

В первые визиты сюда он аж загорелся идеей выучить всё это, но когда посмеивающаяся старушка положила перед ним пять талмудов, каждый из которых был толщиной как его голова, то с натянутой вежливой улыбкой пришлось отказаться от такой «чести». Со всей честностью он мог признать, что банально не осилит такое, да и зачем себя мучить? Отец старается за двоих, а добавлять еще что-то сверху — это как по своему желанию с разбега прыгнуть в могилу.

Отдав ей подарок, за что получив ещё большую дозу благодарного ворчания, он был отправлен прямиком на кухню.

Так и сейчас, пока напиток остывал, а пахнущие орехами и другими завлекающими ингредиентами аммицу привлекали взгляд, с него планомерно сводили все повреждения. Небольшой холодок проходил в тех местах, где техника Мистической ладони соприкасалась с кожей, вызывая приятное покалывание и слабое онемение.

— Ну что, снова цел и здоров, — довольно кивнув самой себе, негромко начала Адзуса. — Не щадит тебя этот здоровый лоб, совсем не щадит…

— Зато сильным стану, — просто пожав плечами, ответил мальчик, сложив ладони вместе и произнеся: — Спасибо за угощение.

— Да не за что, дорогой, ты кушай, чтоб силы были. Как там Юмико, кстати, всё такая же вертихвостка?

— Вы знакомы с ней? — Удивлённо спросил Тайро. — А чего раньше не рассказывали?

— Ну, как знакома, — фыркнув, проворчала старушка, — скорее с твоей матерью. Бегала ко мне постоянно, спрашивала, как ухаживать за малышкой, совсем девка ничего не понимала, эх…

— О как, — сделав глоток чая, он наконец попробовал угощение. Вкус разных фруктов, смешанных в просто восхитительной сладкой пасте, растёкся по рту. — М-хм, ясно… Очень вкусная штука.

Так, за неспешной беседой на пустяковые темы, незаметно пролетел практически целый час. Тайро чувствовал себя полностью довольным жизнью, ему была искренне приятна такая забота, исходящая от постороннего, по сути, человека.

— Я, наверное, пойду уже, не хочу, чтоб мама лишний раз волновалась, — уважительно поклонившись, сказал брюнет. — Большое спасибо, было очень-очень вкусно, правда!

— Тебе спасибо, — отмахнулась бабушка. — Иди давай, и постарайся в следующий раз получить поменьше, больно уж скучное это дело — синяки сводить и всё прочее.

«Всё прочее?» — озадаченно пронеслось у него в голове. — «Там было что-то ещё, кроме следов от ударов отца?» В прочем, задумываться лишний раз об этом прямо сейчас он не очень хочет, так что, пообещав постараться, довольный отправился прямиком домой.

Можно было бы пойти погулять по селению, но настроение к этому не лежало. А вот полежать дома и почитать книжку о приключениях бесстрашного самурая — самое то.

Сказано — сделано.

Сестра сейчас была на очередной миссии с командой, и нарушить его покой не могло ничто. С головой погрузившись в похождения ненастоящего персонажа, уютно устроившись под пледом на кровати, в данный момент Тайро был даже самую малость счастлив.

Лишь вечером, когда его позвала ужинать мама, пришлось вылезти из своего убежища, с неохотой отложив недочитанную историю, и направиться вниз, на кухню.

Сегодня его встретили повседневные блюда, не отличавшиеся какой-либо разнообразностью: рис с карии, мисо-суп и такояки с соевым соусом в роли закуски. Поначалу всё шло неплохо, только отец уж больно хмурый был, активно работая челюстями. Обычно за столом царила неспешная беседа, но в данный момент, похоже, что-то всё же случилось.

Юмико ещё не вернулась домой, а тишина малость давила, да и любопытно было… Не побьют же его из-за одного вопроса?

— Отец, что-то случилось? — Спокойным голосом, негромко поинтересовался парень.

— А ты ещё не знаешь? — Кинув на него резкий взгляд, в ответ спросил мужчина.

— …Нет?

— Этот чертов Рокудо приболел, и настолько перепугался, что решил отойти от дел, передав пост главы клана придурку Фугаку! — От злости тот аж стукнул по столу. Удивительно, но Минами никак не отреагировала, продолжая безучастно есть. — Его прямой наследник, а уже готов идти и кланяться Хокаге лично, лишь бы выбить лучшие условия! Низкое, недостойное поведение для любого Учиха!

Хотелось спросить, что разве это не естественно — договариваться? Но мальчик благоразумно промолчал, внутри лишь удивившись, что власть вроде и сменилась, а про это он узнаёт вообще совершенно случайно. Хотя, кто ж будет его посвящать в дела клана, обычного ребёнка?

— Видите-ли, «уступки необходимы в связи с множественными конфликтами военной полиции с населением», чтоб его! Да много эти дураки из совета могут нам сделать! — Всё больше распалялся отец, найдя «благодарного» слушателя. — Запомни мои слова, Тайро — этот полудурок заведёт весь наш клан в бездну, прогибаясь под властью проклятого торгаша и его союзников.

— …Ладно?

Остаток ужина прошёл в гнетущем недовольстве родителя, пока, наконец, парень не смог уйти в свою комнату, поблагодарив мать за еду. Кто ж мог знать, что на душе у отца столько негатива по отношению к ситуации, о которой сам Тайро был не в курсе.

Дальнейшие дни полились сплошным потоком утомляющей своими тренировками рутины. Да, он осознавал, что становится всё лучше и лучше, а каждый спарринг с отцом теперь не заканчивается его тотальным поражением, но, всё же, легче от этого не становилась, ведь нагрузка повышалась соразмерно успехам.

Куда более впечатляющим достижением для парня оказалось уболтать сестру на полноценные занятия по упражнениям с чакрой. Так, за три недели, во время которых, — пока не был бит отцом в образовательных целях, — мальчик учился ходить по деревьям, а после и воде.

Если с первым пунктом всё понятно, зависит лишь от собственного мастерства в контроле, когда энергию нужно было удерживать на ногах, как полноценную «подушку» между деревом и стопой, то вот с водой… На дворе стояла зима. Довольно холодная зима, и идти купаться даже в оздоровительных целях в том же озере — верный путь подхватить простуду после первого же раза.

Вместо этого пришлось мучиться в просторном тазе, полностью заполненном теплой водичкой на заднем дворе их дома. Ногам было все ещё холодно, но не настолько, если бы он раздевался полностью. А так, укутанный в куртку и с приподнятыми штанами — самое то, хех.

«Почувствуй себя настоящим ниндзя, чтоб его».

Благо, из Юмико вышел учитель на славу, и навык он отработал в достаточной степени удовлетворительно, дабы почувствовать себя на некоторое время всемогущим и окрылённым успехом.

Кто ещё может в его возрасте похвастаться тем, что может ходить по вертикальным поверхностям и в любой точке пространства, будто это обычная земля? Таких сверстников Тайро не знал, — справедливости ради, он вообще с ними практически не общался, большую часть времени проводя с сестрой, либо же будучи третированным отцом, а после отдыхающим в блаженной тишине.

Так, они всей семьёй отпраздновали наступление нового года, в честь чего по всей Конохе также был устроен праздник. Вообще, их пытались проводить по любому маломальскому поводу, стоит отметить. Счастье населения, как пояснила парню Юми, напрямую влияет на производительность. Хоть полного смысла он пока и не понял, но общую суть уловил: довольный крестьянин работает лучше, чем уставший и злой крестьянин.

Лишь такие вот празднования позволяли немного расслабиться и не чувствовать себя запертым в своем же теле, подобно марионетке в чужих руках и с одним планом действий: тренировки с отцом, отдых, немного свободного времени, куда изредка добавлялись наставления сестры, а после всё по новой.

Пришла весна. Мягкой поступью она постепенно вступала в свои права, грея прохладный воздух и наполняя его свежестью, от которой хотелось дышать глубже. Растения оживали: из-под земли начали пробиваться первые бутоны, раскрывающие свои лепестки солнцу, а на деревьях вспыхивала зеленью молодая листва, радуя глаз. Уже растаявший снег каплями стекался в небольшие прозрачные ручейки по всему лесу. Птицы возвращались во вновь потеплевший край, паря над крышами домов и верхушками деревьев.

И наконец отпала надобность надевать слишком уж тёплую одежду. Страна Огня была расположена в регионе с отличным климатом, где заснеженные зимы были относительно редкими гостями. Самая мощная страна, как с гордостью ему говорил отец, разумеется, между процессом приготовления отбивной из собственного сына и наставлениями о том, как правильно перейти в следующее движение в связке ударов, дабы перебить шейные позвонки. То была довольно увлекательная лекция, несмотря на то что у бабули Адзусы пришлось просидеть целых два часа.

В один из таких деньков, когда утром мороз ещё упрямо держится, а к полудню солнце наоборот начинает припекать, у мальчика с самого пробуждения было какое-то странное предчувствие — словно впереди ждёт что-то… не слишком хорошее.

Юмико ушла на миссию по охране каравана со своей командой уже как четыре дня назад, в клане снова происходят какие-то непонятные для него шевеления, а последнее занятие с отцом, где он научил как серьёзно усиливать свои удары и блоки с помощью чакры, как и всё тело, чтобы оно выдерживало больше урона, прошло чрезмерно… жёстко.

Комбинировать управление чакрой с приёмами прямо посреди активного сражения оказалось той ещё муторной задачей, решение для которой парень нашел далеко не сразу, но все же справился. Однако, оставить хоть одного синяка на отце так и не вышло, к сожалению.

Уже под полночь, когда мальчик пил чай со сладкими данго на кухне вместе с матерью, ибо ему не спалось, наконец и случилось то, из-за чего его шестое чувство так долго подавало сигналы о неприятностях.

Звук отворяемой двери. Так как отец был в доме… это наконец вернулась сестра с миссии вне селения. Только-только он хотел встать и пойти радостно её поприветствовать, как со второго этажа спустился Итори, взглядом пригвоздив сына обратно.

Юмико вошла с каменным лицом, растрёпанная, явно не первой свежести походная одежда — приталенная серая кофта с сеткой из чакро-нити под ней, которая служит дополнительной защитой, бриджи с порванной снизу левой частью.

— Почему ты так долго задержалась с выполнением такого пустякового задания? Ты нужна была здесь, в клане, — требовательно начал отец.

Обвиняемая, уже только хотевшая кивнуть матери с братом, недоумённо моргнула, переведя взгляд на родителя. Только-только норовившая образоваться усталая улыбка так и не появилась. Она нахмурилась.

— По какому поводу я теперь нужна здесь? — Сложив руки на груди, колюче переспросила девушка.

— Это дела клана, и ты прекрасно знаешь, какие. Я в последний раз повторяю вопрос: какова причина задержки? — Ледяным тоном продолжил Итори.

Тайро уже хотел вмешаться, защитив сестру, но в этот самый момент от неё, обычно всегда сдержанной в общении с кем-либо, кроме её младшего, так полыхнуло убийственным намерением, что он сразу же осёкся.

«Что за чёрт?!» — панически подумал парень, переводя глаза с одного члена семьи на другого.

— Ох, извини, папа, что дорога на, представляешь, миссии вне деревни может занять больше времени, чем оно планировалось. Особенно, если встретить по этой дороге… кое-кого. Но откуда же тебе это знать, старику, который уже сколько не покидал стен селения, а? Года два? Ну ничего, я всё понимаю, мало ли что могло случиться. Но, видишь ли, в данный момент я совершенно не настроена на разговор о чем-либо… в особенности о чужих проблемах, которые конкретно со мной никак не связаны. Так что отойди, пожалуйста, и дай мне привести себя в порядок.

Воцарилась гробовая тишина, столь напряжённая, что хоть один малейший звук, и Тайро казалось, что произойдёт что-то… очень нехорошее. К превеликому сожалению, это действительно было так.

— Иди за мной. Давно пора преподать тебе урок хороших манер в семье, — с невозмутимым выражением произнёс Итори, направившись к выходу. Через короткое мгновение и один хлопок двери мальчик остался в доме один, вместе с матерью, которая сложным взглядом смотрела туда, где пара из отца и дочери недавно находилась.

— Почему ты не вмешалась? — Требовательно спросил Тайро у неё, прикусив губы.

— Что бы это изменило, дорогой? — С печальной улыбкой переспросила Минами. — Твой отец всё равно бы меня не послушал, решив всё сделать по-своему.

«То есть, теперь нет смысла даже пытаться?! И просто сидеть… смотреть на это?!» — очень хотелось выплюнуть эти слова с изрядной долей яда, но он понимал, что мама действительно ни в чем не виновата и не могла как-либо повлиять (ну да, повлиять надо было раньше — когда мужа и отца для детей своих выбирала). Отец был слишком… просто слишком. Потому просто промолчал, никак не ответив, вместо этого лишь крепко сжав ладони в кулаки.

— Ты уже так вырос, скоро поступишь в академию, — водя пальцем по ободу чашки с чаем, сказала женщина. — Ждёшь этого?

Безучастно кивнув, даже не слушая толком, Тайро направился к выходу. Хватит с него. Наверняка отец не стал бы на ночь глядя уходить слишком далеко, решив «преподать урок» на ближайшем полигоне.

Однако, чем дольше по морозу бродил парень, тем более хмурым становился. Их нигде не было, даже до озера он дошёл, но встретил лишь пустоту. Свято уверенный, что Юмико сейчас вне дома, мальчик продолжал поиски. Дальше было решено прочёсывать клановые полигоны на окраине деревни.

И, спустя целых полтора часа, на протяжении которых у него уже пошли мурашки по коже от холода, он наконец нашёл.

Полигон номер три, как он знает благодаря рассказам отца о клане, закреплённый за Учиха.

Просторная поляна, на которой благодаря лунному свету отчётливо были заметны недавние следы боя: подпалины на траве, рухнувшая парочка деревьев, множественные следы.

— Юмико? Сестра? Ты тут?! — Громко воскликнул мальчик.

Вместо ответа он уловил слабый шорох неподалёку. Сразу же рванув на звук…

— Нашлась! — Обеспокоенно выдохнул парень.

Но сразу же нахмурился, успев заметить активный Шаринган с двумя томоэ в глазницах. Захотелось выругаться. Она-то и просветила его, как именно пробуждается их клановое доудзюцу, потому Тайро прекрасно осознавал, что только что случилось между отцом и ею.

Поспешно остановив подачу чакры, тем самым отключив Шаринган, она недовольно отвернулась, спрятав лицо в прижатых к груди коленях.

— Ты в порядке? — Подойдя ближе, он присел перед ней.

— Свали, мелкий, — донеслось до него глухое требование.

— И не подумаю. Давай, вставай, пойдем домой.

— Не хочу я туда!

— Хочешь или нет, всяко лучше, чем сидеть на морозе.

Спустя несколько секунд внутренней борьбы, она всё же попыталась подняться.

— Ай! — Болезненно вскрикнув, когда попыталась опереться на левую ногу, сестра чуть ли не упала обратно, но он вовремя успел её перехватить, хоть и скривившись от натуги.

— Ну ты и тяжелая… Что случилось?

— А то ты не видел, — проигнорировав его первые слова, со свистящим выдохом ответила Юмико.

— Он… серьёзно тебя просто взял и… избил?

В груди мальчика, стоило только представить, как на его сестру поднимают руку, вспыхнула жгучая, пылающая злость. Никому не позволено её обижать!

— Как видишь, наш папаша не выделяется из толпы наличием мозга, — ядовито ответила девушка, неспеша переставляя ноги.

— Но почему?! Он же… ну не может просто взять и избить собственного ребёнка! Я не понимаю!

— Ещё как может, если это я, — медленно процедила девочка.

— За что он с тобой так жесток? Ты же, эм, хорошая?

— Пф, этот ублюдок всегда найдёт повод выместить свою злость за то, что я родилась девочкой, а не парнем, как ты.

Так вот оно что… На некоторое время между ними повисла тишина, пока оба шли обратно, сквозь темноту и порывы холодного ветра. В такой час встретить кого-то по пути та ещё задачка, если только это не центральные улицы, так что пара шла в полном уединении друг с другом.

— А… Шаринган?

— Из-за него.

— Что-то случилось на миссии?

— Да.

Немногословная переброска фразами, не вдаваясь в лишние детали, кажется, помогала ей отвлечься от боли.

— Ясно. Сильно болит?

— Да.

— Зайдём к Адзусе?

— Завтра.

— Ладно.

Поморщившись от особо холодного потока ветра и нескольких капель, упавших с неба, Тайро тихо пробормотал:

— Кажется, дождь начинается…

Юмико никак не ответила, продолжая молчать и погрязнув в собственных мыслях.

Облака нависли огромным, тёмным массивом практически по всему видимому небу, и лишь сквозь небольшой зазор было видно пробивающийся свет от спутника их планеты.

Мальчик тоже не спешил докучать ей, вместо этого сосредоточившись на том, чтобы побыстрее дойти домой и не промокнуть. Мысль об отце в последнее время была как заноза, которую невозможно вытащить: чем больше он видел и не мог понять, тем больше злости и горечи скапливалось внутри. Он начинал замечать то, что раньше проходило мимо. Как отец разговаривает с сестрой — будто она вещь какая-то. Как смотрит на них — оценивает, будто решает, сколько сил стоит вложить в очередной «урок». Словно... словно они не его дети, а простой материал вроде глины, из которой он лепит по своему образу и подобию. И этот холод, эта уверенность в своём праве ломать...

В голове по кругу мелькали одни и те же мысли, остающиеся без ответа:

Неужели их отец настолько нездоров, что видит насилие, как единственный выход решения семейных конфликтов? Неужели он действительно думает, что это нормально? Разве можно быть таким жестоким со своей семьей? С чего этот… человек вообще имеет какое-либо право так относиться к собственному ребёнку?! Это же…

Пустота внутри скалила зубы и шептала тяжелую правду: отец не заблудился, не сорвался, не ошибся. Он такой. Он всегда был таким. И никакие слова, просьбы, крики этого не изменят. И что теперь делать с этим знанием — он не имел ни малейшего представления.

— …несправедливо, — на грани слышимости произнёс Тайро.

— Весь этот мир несправедлив, и никогда это не изменится, — также негромко ответила сестра. — Нам лишь остаётся смириться с этим и жить дальше.

Молчаливо кивнув, парень не решился как-либо ответить. Настроение было отвратительным, так и хотелось взять отца за грудки и избить до полусмерти, потребовав объяснить то, почему он ведёт себя, как последний мудак.

Но, увы, не на все вопросы найдутся удовлетворяющие ответы.

Учиха. Академия.

В этот приятный весенний день двери академии ниндзя были открыты для всех будущих шиноби. Церемония поступления — традиционное событие, происходящее из года в год. Десятки детей, которым только предстоит вырасти над собой и познать всю прелесть выбранной карьеры, дабы в будущем защищать свой родной дом от недоброжелателей.

Огромное здание «Ф»-образной формы с большим навесом перед собой. Округлая крыша, выкрашенная в красно-чёрные цвета. Множество окон по периметру строения. Приличные окружные территории, внутри которых нельзя почувствовать себя в тесноте.

Большую часть занимают тренировочные площадки для различных классов, расположенные посреди редких скоплений деревьев. Перед главным входом просторная территория, на которой в данный момент собрались под сотню человек: мужья и жёны, бабушки и дедушки, а также непосредственно будущие ученики — члены их семей. Кого здесь только не было: обычные гражданские, чьим первенцам повезло уродиться с достаточно мощным очагом чакры, Учиха в фирменных хаори с гербом клана, стоявшие стройной кучкой с другими однофамильцами. Хьюга в противоположной стороне от них, будто оживший свет — все в белых одеждах, контрастирующих с их темно-синим цветом волос. Инузука с нинкенами, — боевыми собаками, которые могут запросто разорвать неподготовленного ниндзя, сейчас стоявшие с высунутыми языками от припекающего солнца, — меньшинство Абураме, всего одна семья.

Были и другие фамилии потомственных ниндзя: Сарутоби, Акимичи, Яманака. Толпа получалась, на взгляд Тайро, — которого пришли сопровождать мать с сестрой, — довольно колоритной.

Все они ждали одного — когда лидер Конохи взойдёт на небольшой деревянный подиум и произнесёт свою речь, каждый год отличающуюся в деталях от предыдущей.

Сарутоби Хирузен, Третий Хокаге их селения, был мужчиной пятидесяти с лишним лет: практически полностью седые, коротки волосы. Морщинистое лицо с добродушным выражением. Одеяние «Тени Огня» — длинное белое хаори с красной надписью «Три» на спине и массивная на вид шляпа такой же расцветки, бросающая тень и прикрывающая половину лица.

Сейчас, стоя перед толпой бывших, нынешних и будущих шиноби, он внушал одним своим присутствием. Вроде обычная фигура старика, но при этом от него так и чувствовалась чудовищная, скрытая в теле мощь. Истинно, сильнейший ниндзя селения.

— Все, добро пожаловать в академию шиноби! Перед нами — новое поколение, те, кто однажды станет щитом и сердцем Конохагакуре-но-Сато. Сегодня вы вступаете на путь, где каждая капля пота, каждое преодоление себя и своих границ станут вкладом в будущее нашей деревни. Пусть ваши шаги будут твёрдыми, а дух — непоколебимым. Воля Огня - это не просто слова, это наше наследие, наша вера и стремление к лучшему будущему. Это решимость защищать тех, кто стоит за нашими спинами, тех, кто нам дорог! Когда человек одинок, пламя его воли слишком мало, но, стоит рядом встать тем, кто верит в него… стоит протянуть руку друг другу — и тысячи таких душ соединяются в пылающее пламя, способное изменить весь мир! — Подняв руку, Сарутоби Хирузен выпустил в воздух небольшой огненный фейерверк, от которого стоящие рядом дети восхищённо зашептались, а Тайро оказался впечатлён проявленным мастерством контроля.

Так филигранно выпустить «обычный» фейерверк из пальцев способен даже не каждый Учиха, так что тут вполне есть чему завидовать.

— А теперь, вы можете увидеть результаты распределения на доске у стены главного входа, — махнув рукой в оную сторону, закончил Хирузен со слабой, покровительственной улыбкой, неспешно уходя со сцены.

— Давай, иди, и только попробуй не попасть в «А»-класс, будешь жить у меня на полигонах, мелкий, — наклонившись и шутливо похлопав его по плечам, ехидным шёпотом сказала Юмико.

— Да-да, сама-то, небось, только и рада будешь, — отмахнувшись от неё, парень быстрым шагом пошёл к нужному месту, стараясь не попасть в слишком уж плотную толпу из сверстников.

Желания участвовать в позорной давке у него не было никакого.

Хм…

«Рин, Куренай, Асума… сын хокаге, что-ли? Аоба… ну и имечко. Хана, а, ещё одна Хьюга… Обито? А этот тюфяк, ни на что неспособный, как сюда попал?.. А, ну да, он же Учиха. О!» — довольно улыбнувшись, когда он заметил своё имя, мальчик неспешно отошёл обратно к семье, стараясь не слишком толкаться.

— Естественно прошёл, — закатив глаза и пафосно фыркнув, ответил на немой вопрос сестры Тайро. — По-другому и быть не могло, знаешь ли.

— А то, ну, если бы всё же провалился — тебя бы ждали утешающие сестринские объятия, а так… — комично разведя руками в стороны, просто улыбнулась девушка.

— Да не сильно-то и хотелось… малявка, хм! — Ущипнув её прямо за бок, из-за чего сестра против воли ойкнула, он сразу же убежал обратно к огромной доске с именами, возле которой уже стоял один из, видимо, учителей, в типичном форме чунина.

Детей было действительно много, и это для времени, когда в период их рождения гремела активная фаза войны, судя по рассказам матери, которая очень редко и не охотно, но всё же делилась тем, как оно было на самом деле. И в лучший из лучших классов прошло всего одиннадцать человек, что само по себе, как считает парень, показатель. Естественный отбор, — исключая Обито, о котором он не лучшего мнения после той давней встречи на площадке, — во всей красе.

— Всем внимание! — Громко начал тот самый мужчина, стоявший у доски. — Видите цифры у каждого класса? Это ваша будущая аудитория на следующие пять лет учёбы. А теперь проходите в нужные классы и не задерживайтесь.

После чего просто ушёл внутрь, нагло проигнорировав несколько скромных вопросов от тех, кто стоял практически перед ним.

«Ну, ладно…» — расслабленно пожав плечами, Тайро направился к необходимому помещению. Которое, как оказалось, находилось на втором этаже академии.

Простые двери бежево-жёлтого цвета со стеклом выше середины, сквозь которое можно заглянуть внутрь. Слева расположены длинные парты, стоящие ярусами — каждая чуть выше предыдущей, чтобы ученикам было хорошо видно доску. Напротив них - единственный стол преподавателя, ничем не отличающийся от остальных, и большая меловая доска, занимающая почти всю стену. Панорамное окно занимает всю стену напротив входа, пропускающее много света и создающее ощущение простора. Из него открывался вид на крыши Конохи, кроны деревьев и небо.

— Уютно тут… — тихо пробормотав себе под нос, он занял место посередине у окна. Как раз стали заходить его будущие одноклассники.

Большинство были парнями, а из целой группы всего трое девчонок. Одна с красными глазами, отдалённо похожими на активный Шаринган, брюнетка в бело-красном одеянии с расслабленным выражением лица. Вторая оказалась с какими-то, видимо, фамильными лентами на скулах, частично переходящих на щёку, шатенка с янтарными глазами, а довершала картину белая кофта с красной, тонкой жилеткой и обычными шортами в тон блузке. И, видимо, та самая Хьюга — типичное для их клана белое хаори, обтянутое поясом, длинные темно-синие волосы и жутковатые глаза благодаря Бьякугану, доудзюцу их клана, который все неграмотные идиоты наивно сравнивают с Шаринганом.

Постепенно класс заполнился… практически полностью. Не хватало только Обито. Никто пока не спешил начинать между собой разговоры, да и в этот момент как раз к ним зашёл, похоже, будущий преподаватель.

Высокий, статный дед с поседевшими волосами, завязанными в длинную косу на затылке, а две пряди обрамляют лицо с противоположных сторон. Строгая серая юката лишь подчёркивала его так и сквозящую в каждом жесте невозмутимость.

— Доброе утро, будущие ниндзя Конохи, — неспешным, текучим голосом начал старик. — Меня зовут Кимура Тоусен, можете обращаться просто Кимура-сенсей, не ошибётесь… А где ещё один из группы? Учиха?

Тайро недовольно поджал губы из-за того, что ему теперь ещё и за Обито отдуваться, но всё же без какого-либо энтузиазма ответил:

— Откуда мне знать, где он ходит, сенсей?

— Хм-м-м-м-м… — о, неужели это его новый учитель по искусству хмыканья, которым так тайно гордится каждый соклановец?! — Ладно. Потом передашь ему все документы о поступлении.

— Хай!

— Отлично… а теперь представьтесь по очереди. Чего хотите, как зовут. Для начала этого будет достаточно. Учиха, начинай, — лениво махнув в сторону парня ладонью, будто мошку отгонял, Тоусен с грацией кошки уселся за своё массивное, кожаное кресло, откинувшись на спинку и сложив руки в замок перед собой.

— Зовут Учиха Тайро. Хочу… — ненадолго замешкавшись по причине того, что банально не знал, как ответить, он с каменным лицом продолжил: — Хочу стать сильным ниндзя.

Следующим встал шатен с… оранжевой повязкой, горизонтально проходящей через нос. Они тут сговорились, что ли?

— Всем привет, меня зовут Намиаши Райдо. Хочу стать таким же крутым, как мой отец, — немного лениво произнеся всё, он сел обратно.

Имена шли один за другим, а Тайро только и оставалось, что запоминать, дабы потом не переспрашивать. А то, хе-хе, неловко выйдет.

— Ширануи Генма, хочу выучить много крутых техник, — ещё один с каштановыми волосами и приятной улыбкой.

— Сарутоби Асума, стану следующим Хокаге, — паренёк с черными волосами да так и проскальзывающем в голосе высокомерием. Сынишка нынешнего Каге, значит… Никакого пиетета и почёта к этому наглому сопляку, который ему сразу не понравился, Учиха не испытывал.

На такую «пафосную» и короткую фразу каждый отреагировал по-разному, но особого негатива не было.

— Эбису, — поправив чёрные очки круглой формы, от которых отскочил блик солнечного луча, продолжил мальчик. — Стану лучшим учителем в этом мире!

— Ямаширо Аоба, — ещё один очкарик, только с торчащими вверх чёрными волосами и спокойным выражением лица. — Хочу стать опытным ниндзя, чтобы оправдать ожидания семьи.

— Майто Гай, приятно познакомиться, друзья! — Вскинув правую руку с выставленным большим пальцем, жизнерадостно, с улыбкой-забором практически прокричал чудак, одетый в зелёное трико и с причёской под горшок. — Я стану сильнейшим шиноби в тайдзюцу во всём мире, и превзойду своего отца!

— …А, сын Дая, — негромко пробормотал себе под нос сенсей, чему-то покивав в мыслях. — Тут всё ясно. Следующий.

— Юхи Куренай, — доброжелательно сказала красноглазая не-Учиха. — Мне нравится гендзюцу и, эм, хочу стать мастером в нём?

— Нохара Рин, приятно познакомиться! — Солнечно улыбнулась маленькая девочка с каре, заговорив звонким голосом. — Я стану врачом, прямо как моя мама, и буду помогать всем нуждающимся!

Тайро слабо улыбнулся от так и летящего от неё во все стороны энтузиазма и жизнерадостности. Кажется, теперь понятно, кто будет самым «шумным» из всего класса.

— Хьюга Хана, — немного тихим голосом начала она, — стану сильной куноичи. Всё.

Её лоб, к слову, не был закрыт какой-либо повязкой, как-то обычно делают все члены побочной ветви их клана, насколько знает парень. Следовательно, девчонка из главной? Ну… для него это ничего не меняет, но к сведению явно принять стоит.

— Хорошо, — поднявшись, Кимура-сенсей прошёл к центру класса, заложи руки за спину и внимательно осмотрев каждого присутствующего. — Сегодня никаких занятий не будет, так, лишь это знакомство и базовое введение, которым сейчас и займусь, а потому внимательно слушайте и запоминайте.

Взяв небольшую паузу, старик продолжил лёгким голосом:

— На моих уроках царит только три правила, следуя которым, вы достигнете высот на поприще шиноби в будущем и не вызовете моего гнева: не лениться, прикладывая все возможные усилия на занятиях. Вести себя адекватно. Не конфликтовать всерьёз между друг другом. Если имеются претензии к кому-либо из одноклассников, подталкивающие к… необдуманным поступкам — идёте прямо ко мне и выкладываете всё без утайки. Уяснили?

— Хай! — Нестройным хором отозвался каждый присутствующий.

— Превосходно. Теперь о том, что вы будете изучать в академии на протяжении следующих пяти лет, — довольно огладив внушительной длины седую бороду, кивнул сам себе Тоусен. — Первый год подготовительный, по большей части построение фундамента для тайдзюцу, много теории и начало изучения фундаментальных наук, которые с каждым курсом будут всё более продвинутыми. Нагрузка будет, и не малая, так что морально подготовьтесь. Со второго упор делается на прикладные предметы: обучение жизненно необходимым навыкам букидзюцу, в которые входит сюрикендзюцу, кендзюцу и каякудзюцу, оно же базовое обращение с печатями. Ну и тайдзюцу, естественно, тоже. Работа с чакрой, три начальные техники, без которых вы не сдадите экзамен на генина и, собственно, на этом всё. Вопросы?

— Сенсей, — уважительно заговорила Хана, — если у меня особые занятия по стилю Мягкого Кулака в клане, как мне быть с тайдзюцу?

Кимура усмехнулся, будто услышал какую-то забавную шутку, спокойно ответив:

— Не только у тебя особое ведение ближнего боя, девочка. Тут в классе Учиха, Сарутоби и наследник потомственной семьи элитных мечников, — лёгкий кивок в сторону Намиаши, от чего тот гордо выпрямился. — Поверь, под каждый случай разработана своя методика, направленная на синергию и улучшение навыков, которым вас обучают родители. Так что заскучать никому не придётся.

— Спасибо за объяснения, сенсей.

— Всегда пожалуйста, и передавай привет своему деду, — на упоминание того, к кому, видимо, маленькая Хьюга была неравнодушна, она удивлённо приоткрыла глаза, впрочем, быстро успокоившись.

— Обязательно, сенсей.

— Ещё вопросы?.. Нет? Ладно. На сегодня это всё, все свободны. С завтрашнего дня начинаются занятия. Если есть желание — можете остаться тут поболтать, но сильно не затягивайте. Учиха, для опоздавшего дружка документы лежат у меня на столе. Остальные свои папки заберёте там же.

С этими словами Тоусен… натурально сбежал, по мнению Тайро, просто испарившись с помощью Шуншина, — техника чудовищно быстрого перемещения, граничащего чуть ли не с телепортацией для обычного взгляда, — оставив их одних.

Первое время никто не решался заговорить, и парень хотел уж было уйти домой, но желанию не суждено было сбыться, к сожалению:

— Может, познакомимся нормально, ребят? — С приятной глазу улыбкой предложила Нохара, сложив руки «домиком» перед собой и покрутившись на месте.

— М-м, ну, можно, — просто пожав плечами, ответила Юхи.

— Мне нужно домой.

— И мне тоже, извиняйте, девчонки.

— Тоже откланяюсь…

По итогу из класса, под чуть расстроенный взгляд Рин, вышла половина ребят. Остались только девчонки в полном сборе, чудик в зелёном трико, сам Тайро, который не хочет, чтобы сестра потом ему всю плешь проела своими нотациями о необходимости заводить друзей, и Ямаширо, который в забавных очках ещё.

— Ну… так тоже пойдёт… — простучав незамысловатый ритм по парте, зевнул Тайро, уже не сдерживаясь. Мало того, что плохо выспался, нервничая из-за такого важного дня, так ещё и тут всё прошло на удивление быстро, и сейчас на улице солнце даже не в зените находилось. — Как уже представлялся, но сделаю это ещё раз, меня зовут Тайро, приятно познакомиться ребят. Сильно нервничали перед сегодняшним?

— И мне! — Сразу вклинилась в беседу Нохара, ярко улыбнувшись парню. — Честно, немного нервничала, но, эм, всё же хорошо по итогу?

— Ну, а чего ещё можно было ожидать от первого дня? — Риторически спроси Аоба, расслабленно пожав плечами. — Вы уже занимались с кем-то до академии, или нет, кстати?

— Меня мама немного учила, — будто это была страшная тайна, шёпотом призналась девочка с фиолетовыми метками на щеках.

— Сестра и отец, — добавил Учиха, скосив взгляд на Юхи. — А у тебя?

— Папа недолго всякому разному, но меня больше интересует Хьюга. Ты знала, что твой дед и наш сенсей знакомы?

— С чего бы мне это знать? — Недовольно буркнула белоглазка, поднимаясь и быстрым шагом направившись к выходу.

— Хана, ты куда? — Непонимающе громко спросила Рин, но та ушла, проигнорировав. — Она обиделась, что ли?

— Кто ж разберёт, что у неё в голове, — отмахнулась брюнетка с красными глазами, сразу переключившись на новую тему: — Тайро, а у тебя Шаринган уже есть? Покажешь?

Мальчик против воли нахмурился, подавив желание поморщиться, будто он съел дольку лимона. Эта тема была для него не самой приятной.

— Нет ещё. А ты знаешь какие-нибудь гендзюцу, раз хочешь стать мастером в них?

— …Нет, — неловко ответила девочка, насупившись. — Но у меня оно точно будет получаться лучше, чем у тебя, понял?

— Лучше, чем у Учиха? Ты ничего не перепутала? — Насмешливо фыркнув, поинтересовался парень. — Наше гендзюцу — самое совершенное из всех возможных!

— Ага, конечно, — закатила глаза Юхи, — рассказывай больше!

— Ну, если не веришь, то обещаю, что в будущем покажу тебе все прелести Шарингана, так уж и быть, — ехидно улыбнулся Тайро, — возможно, даже лично на твоём разуме, ты ведь не против… острых ощущений, подруга?

— Так, хватит угрожать Куренай! — Воинственно, как ей казалось, вскинула кулачок Нохара. — А то… а то плохим будешь, понял? Аоба, скажи ему!

— …Что сказать? — Как-то даже потерянно уточнил очкарик. Никто из них не заморачивался над уважительным обращением и прочим — пять лет как-никак вместе учится, да и в таком возрасте о таких мелочах не думают. — «Тайро, не говори ей правду?», так, получается?

— И ты с ним заодно? — С наигранным шоком воскликнула Юхи. — Ну всё, Рин, мы просто обязаны объединиться, чтобы показать этим дуракам, кто тут ещё не прав!

— А может, эм, не будем никому ничего показывать? — Растерявшись от такого, шатенка неловко улыбнулась, поправив выбившуюся из простенькой причёски прядь. — И просто, ну… помиримся?

— Так мы и не ссорились, наивная душа, хм! — Постаравшись вложить всё своё мнение о чужих умственных способностях в этот хмык, покровительственно заверил Тайро.

— Не обижай мою девочку! — Сразу вскинулась брюнетка.

— «Твою девочку», Куренай?

— Ты посмотри на неё, она же добра, как сама Ками-сама!

— …Мы знакомы максимум час, ты ведь в курсе? — Скептично вскинув брови, ровным голосом спросил Ямаширо, двумя пальцами поправив очки.

— Это не отменяет того, что я уверенна в своих словах!

Тайро с нескрываемой усталостью потёр переносицу, вновь против воли вспомнив многозначительное выражение отца: «Женщины…». Кажется, он начинает понимать смысл этого столь многогранного слова всё больше и больше.

— Как скажешь, — встав из-за парты, довольно потянулся парень, после направившись к столу, где лежала нужная папка для Обито. — Ладно, давайте, я тоже пойду. До завтра, ребят.

— Пока! — На прощание активно помахала ладошкой Нохара.

— Смотри не споткнись, грубиян!

— Смотри не навернись на ровном месте под давлением собственного самомнения, мелкая! — В той же манере ответил Тайро на выпад красноглазой.

— Мы с тобой одногодки! Эй! А ну вернулся сюда, дурак, я тебе сейчас!..

Уже откровенно забавляясь, прямо на выходе, наблюдая, как Рин пытается успокоить новоявленную подругу, Учиха издевательски бросил, намеренно растягивая гласные звуки:

— Что, говоришь? С высоты моего роста не слышно карликов, — после чего сразу же вышел, оставив последнее слово за собой, напоследок лишь махнув рукой Ямаширо на прощание.

Нормальный вроде парень, так что наладить отношения лишним точно не будет. Да и не одному же ему каждый день сидеть на занятиях в академии? Вот то-то и оно.

К этому времени во дворе академии оставались лишь несколько семей со своими детьми, которые также, как и он, выходили наружу с главного входа. Мать с сестрой, как и договаривались, ушли обратно, не став ждать понапрасну, у них ведь и своих дел полно.

Настроение у Тайро было просто отличным: класс, вроде, хороший попался, ребята весёлые, а сенсей нормальный… ну, с первого взгляда, по крайней мере. Мама ещё к его приходу успеет приготовить чего вкусненького, а что ещё ему для счастья, спрашивается, надо? Да ничего, пожалуй.

Практически выйдя за ворота заведения лёгким, прогулочным шагом, щурясь от бьющих в лицо солнечных лучей, парень заметил уныло идущего в сторону академии второго Учиха из его одноклассников.

— Обито! — Не слишком довольным тоном воскликнул мальчик, направившись прямиком к нему. Не успел тот и рта открыть, как он сразу же продолжил: — Мне плевать, где тебя носило и что случилось, но факт в том, что ты опоздал. Держи, это твои документы за поступление. И постарайся приходить вовремя, не позорь честь клана Учиха. Понял?

— Ага, как скажешь, — пренебрежительно ответил парень в оранжевых идиотских очках, выхватив папку.

Тайро лишь презрительно хмыкнул, пройдя мимо этого клоуна. Плевать на его поведение, не исправится — будут проблемы с сенсеем. А проблемы отдельного взятого Учиха — не касается самого Тайро, так что пусть вертится, как хочет, он ему не нянька.

А вот сестру дома можно будет вдоволь подоставать, раз уж она наверняка попробует отыграться на нём за… всякие весёлые штуки, которые он периодически проворачивает с ней, и прощание перед уходом внутрь здания академии явно не стал исключением.

Ещё посмотрим, кто кого защекочет до полусмерти… После того раза для него это теперь личная война, так что всё только начинается!

Учиха. Экскурс в историю.

Тайро никогда не был слишком шумным ребёнком, по словам матери. Но вот «умным засранцем» по версии сестры — как раз таки да. Иначе он не может объяснить, с какого такого перепугу она решила научить его «священному стандарту для любого ниндзя» совершенно спонтанно.

Был, между прочим, его законный выходной, парень отдыхал после тяжелой, — а как иначе? — тренировки с отцом, и вот приходит довольная, как кот, Юмико, за шкирку утащившая мелкого с собой. Ну, а теперь сиблинги стояли на клановом полигоне, готовые к дальнейшим занятиям.

Недалеко от них возвышались скальные массивы, плавно вливающиеся в основную гору, на которой и выдолблены лица всех Хокаге. Периодически из камней росли полноценные толстые кустарники, изредка деревья, образующие небольшие островки зелени в отрыве от земли.

Множество растительности, образующей естественные условия окружения. Легкий, витающий аромат сырой земли и цветущей жизни, смешивающийся с бодрящим ветерком, от которого листва издаёт негромкий шелест.

Мерное течение мелкого ручейка, берущего свой ход из горы, плавно разрезая поляну на две части. Вода в нём была кристально чистой, ясной и вполне себе питьевой, отражая своей поверхностью блики тёплого солнышка.

— Может, наконец скажешь, что тебе на этот раз пришло в голову? — Смерив сестру любопытным взглядом, поинтересовался парень. — А то твоё таинственное молчание начинает порядком раздражать.

Она была одета в простую кофту синего цвета, хорошо смотрящейся вместе с короткими шортами, а сандалии с высокой подошвой не давали ногам испачкаться. Волосы завязаны в простую косу, сейчас слабо треплющуюся от порывов воздуха.

— Всего лишь научить тебя необходимым для любого ниндзя навыкам, и не более.

Представь, что тебе нужно проникнуть в особняк аристократа из Страны Молнии и выкрасть секретный свиток. Твои действия?

— Я должен сделать это незаметно, да?

Такие небольшие игры Юми периодически устраивала во время их посиделок, потому особо такому вопросу мальчик вообще не удивился, после спокойно выслушивая, где и в чём он был не прав, когда отвечал.

— В точку.

— Хм… просто прокрадусь?

— Хороший, самый простой вариант, — одобрительно кивнула девочка. — И именно это будет сегодняшней темой: скрытное передвижение, разведка местности и наблюдение, как правильно устанавливать лагерь, ловушки и также оказание минимальной медицинской помощи. Напоследок же ориентирование в округе, чтобы банально не заплутать в трёх деревьях.

— О, ясно. Ну… давай, что ли? — Заразительно зевнув, сказал Тайро, попрыгав на месте, дабы взбодриться.

Первым было решено начать с самого, по мнению сестры, необходимого — бесшумной ходьбы. Всего есть два способа, с помощью чакры и, соответственно, без неё. Для полного гашения звуков при соприкосновении стопы с поверхностью нужно выпускать минимальный толчок энергии в местах контакта. Суть примерно такая же, как и в хождении по деревьям, только не постоянный импульс, плюс не настолько «мощный». На удивление, уловить и самое главное повторить, у парня вышло относительно легко.

Параллельный метод был в правильном положении стопы и коленей, а скорость была поменьше.

Лекцию о том, как правильно и где конкретно устанавливать лагерь и ловушки он слушал со всей серьёзностью, ведь если потом не ответит на вопросы, Юми обещала сделать страшное… а именно внаглую забрать все карманные деньги на сладости. Более чем серьёзный повод для того, чтобы проявить несвойственное его возрасту качество усидчивости.

Казалось, за эти полчаса бесконечной говорильни он узнал больше, чем за всё время до этого. Благо, что сестра пообещала после передать материал и в письменном виде, чтобы всегда была возможность освежить знания.

Также указывала, куда смотреть и на что обращать внимание в первую очередь на незнакомой местности. Подмечать чужие следы, сломанные ветки и даже примятую, Ками её побери, траву. На этом этапе ему честно казалось, что скоро он натурально возьмёт и провалится в сон, подальше от такой важной, но все ещё нудятины.

Выдалась возможность оживиться, когда речь зашла про большой «бабах» от взрывных печатей, которые и служат ловушками на враждебной территории. Как и многочисленные яды с сигналками при активации процесса. Тут перед Тайро открылось целое, как оказалось, искусство: идеальные места, само строение механизмов, как это всё сделать, комбинации сразу нескольких ядов, по образцу на тонком сенбоне, которые залпом втыкаются в кожу, и это только самая верхушка айсберга, о которой поведала девушка.

Медицинская помощь — наложение шин, вправление вывихов, как остановить кровотечение, хоть рассказ был и довольно жутковатым, по мнению парня, и с лишними подробностями, но суть своей необходимостью передавал отлично. Он проникся, однако неистового желания бежать и становиться медиком, что ожидаемо, не возникло. Его фамилия Учиха, и мальчику всего четыре года, а от одних рассказов о том, как трудятся медики, ему уже плохо становится.

Заключительной темой стало ориентирование на местности. Как никогда не сбиться с курса в лесу, не потеряться, легко разбираться в любом регионе и всё, с этим связанное.

Огромный поток информации, шедший одновременно с уроками в академии, нагло улыбался в сторону уменьшившихся часов приятного сна.

Эти занятия с Юмико растянулись на добрый месяц, в течение которого Тайро страдал, брал передышку, потом снова страдал от обилия знаний, а после… ещё раз страдал, проклиная сестру всеми известными словами у себя в мыслях.

Создавалось чувство, что некоторые шиноби работают и тренируются меньше, чем он под руководством этой черноволосой бестии и чудовища в одном флаконе. Кажется, она даже получала какое-то извращённое удовольствие от его, бедного парня, страданий! Вот до такой степени всё это дошло!

К счастью, заканчивается и это форменное издевательство, как и любая другая вещь в этом мире. Майское утро встретило Тайро надоедливым солнцем, слепящим сквозь щель в занавеске, умиротворённой тишиной в его комнате и теплом пледа, укрывающего мальчика плотным пушистым коконом.

Хотелось полежать ещё минуточек десять, отложив боры к академии, но волевым усилием и со страдальческим, негромким стоном он рывком поднялся с лежачего положения, облокотившись о стену затылком, сонно пробормотав:

— Когда-нибудь я точно нормально высплюсь… — и в этот момент дверь, отделяющая его царство от остального дома, распахнулась, явив миру абсолютно довольную мордашку Юмико… — снова ты, мой мучитель…

— Да-да, а кто ж ещё придёт будить твою задницу, чтобы не проспал академию? — Противно громко спросила девушка.

— Убей меня…

— Только если холодной водичкой в лицо, если не встанешь в течение трёх секунд. Три… два…

Тайро с судорожными рывками попытался вскочить с постели, дабы она не плеснула в него из чашки, которую держала в руках, но запутался в одеяле, с дикими глазами и глухим стуком упав на пол.

— …Я тебя ненавижу, — чистосердечно выпалил мальчик, — не будет тебе покоя на всём свете после такого, поняла?

— Ага, как скажешь, — легко отмахнулась от его слов Юми, с ещё более омерзительным «сё-ё-ё-ёрб» отпив из чашки. — Давай, приводи себя в порядок и спускайся, мама уже готовит завтрак.

— Что именно?

Выпутавшись и раздражённо кинув плед обратно на кровать, полностью бодрым голосом поинтересовался парень.

— Спустишься — узнаешь, хм! — Насмешливо хмыкнув и сразу слиняв с комнаты, отозвалась сестра.

Несколько растянувшихся секунд Тайро тупым взглядом сверлил то место, где только что стояла наглая девчонка, после чего тяжело выдохнул, пробурчав нечто нечленораздельное, направившись в ванную комнату с грацией ленивца.

Почистить зубы, умыться ледяной водой, тихо выругаться, ибо забыл включить тёплую, расчесать волосы и придать им плюс минус приемлемое состояние, вновь мысленно третировать сестру, переодеться в комнате и наконец спуститься на кухню.

Маршрут, занимающий у него максимум минут пятнадцать, окончился в светлом помещении, с которого доносились просто божественные ароматы и живые голоса, но последнее было лишь небольшим препятствием к тому, чтобы окончательно «ожить» после сладкого сна.

Отца, как обычно, уже не было, вечно он шляется непонятно где. У мальчика иногда создаётся ощущение, что тот женат на работе, а не на маме. Зато довольная Юмико тут как тут, за обе щёки уплетающая омлет с рисом, запивая всё это дело свежевыжатым соком.

М-м-м-м… вкуснота!

— Доброе утро, мам, — коротко бросил парень, сразу же принявшись за свою порцию, сейчас чуток остывшую, но от того не менее вкусную.

— А как же со мной поздороваться? — С хитринкой во взгляде и видом оскорблённой невинности спросила Юми.

— Ты меня разбудила, так что не заслужила такой милости… малявка, — он не знает, почему, но именно на это слово она реагирует ярче всего.

Так и сейчас попыталась пнуть его ногой под столом, но мальчик был готов к такому коварному удару, поджав колени под стул.

— Не ссорьтесь между собой, ещё даже не вечер.

— То есть, вечером можно? — Вычленив главное, любопытно переспросил он у матери.

— Не умничай, дорогой, лучше ешь давай, а то придёшь, как вчера, голодный как волк.

— Понял, мелкий? Так что помалкивай и не посягай на моё величие, хм-ф!

— Ла-а-адно, мам, — быстро показав сестре язык, покладисто согласился мальчик.

Желток аппетитно растекался по рису, создавая непередаваемую комбинацию вкуса. Сам рис был идеально приготовленным, без какой-либо сухости. Небольшие кусочки нежного мяса, попадающиеся то тут, то там, лишь возносили его вкусовые рецепторы на пик удовольствия.

— Столько времени прошло, а ты всё не хочешь рассказывать за своих одноклассников, — в притворной обиде поджала губы Юмико, сделав глоток сока. — Что, там всё настолько плохо?

— Да нормальные они… ну, насколько нормальными могут быть типичная Хьюга, сынок Хокаге и бракованный Учиха, — отмахнулся Тайро, ловко орудуя палочками.

— Почему же так грубо, хм? — Вскинула брови девочка, метнув взгляд на активно греющую уши маму, которая сейчас «очень занята», нарезая капусту для будущего салата. — Вряд ли Обито-кун заслужил такого пренебрежительного обращения. Вы ведь оба с ним Учиха.

— В том-то и дело, что заслужил. Он же вообще бездарность! Ничего нормального делать не умеет, так ещё и постоянно опаздывает, подставляя всех на дополнительные самостоятельные задания!

Возмущение парня было очень даже праведным, ведь за почти два полных месяца с начала учёбы всё было ровно так, как он и описывает. К счастью, неосознанное влияние сестры тут оказалось незаменимо — Тайро не слишком беспокоился из-за таких мелочей, порочащих «честь клана», как любит поговаривать отец. Потому до полноценного конфликта между двумя одноклассниками не дошло, так, лишь игнорирование друг друга.

— И всё же, я уверена, что у него есть весомые на то обстоятельства, чтобы быть таким… ненадёжным, — с тщательно скрываемым скепсисом в собственных словах произнесла она. — Так что попытайся с ним не враждовать по чём зря. Да и если бездарность сейчас, то в будущем это может ведь в любой момент измениться, не так ли? Не будь таким категоричным — больше нервов сохранишь.

Никак не ответив на её высказывание, мальчик быстро доел, сыто выдохнув.

— Спасибо, было очень вкусно, ма. Касательно того дурака… я подумаю, Юми, так уж и быть, пф! — Высокомерно фыркнув, он быстрым шагом направился к выходу, по пути захватив небольшую наплечную сумку с учебниками и тетрадями. — Всё, я пошел!

— Береги себя!

— И подружись с Обито! — Вдогонку крикнула сестра.

Закатив глаза на такое безумное предложение, он размеренным, не слишком медленным шагом пошёл в академию. За прошедшее время внутри квартала практически ничего не изменилось, так, лишь у некоторых домиков произошёл косметический ремонт и в саду новые виды растений цветут.

Учёба была не то, чтобы сложной, а скорее… душной, как в запертой комнате жарким летом. Постоянные тесты, зубрёжка материалов, и не дай Ками ошибиться — Кимура-сенсей, он же старый дед, как его в мыслях зовёт Тайро, сожрёт и не поморщиться от чужих моральных страданий.

Тому же Обито влетает регулярно и с систематической жестокостью к нежным чувствам ребёнка. Но тот все ещё продолжает, будто специально, и дальше провоцировать деда. Парню даже стало интересно, куда же заведут их эти столкновения… но всё же поставил бы на Тоусена и дисциплинарное взыскание с Обито.

Перед главным входом академии уже толпились незнакомые ему ребята из других классов, кто просто ожидая друзей, а кто занимающийся непонятно чем.

В класс мальчик заходил уже без каких-либо сильных чувств. Он успел немного изучить каждого, составив своё собственное мнение, да и уже успели образоваться группы по интересам.

Так, к примеру, девчонки держатся друг за дружку. Рин служит эдаким сердцем всей компании, разбалтывая обычно молчаливую Хану, в перерывах болтая о всяких женских штучках с Куренай, которая умудряется быть везде и всюду.

Генма, Эбису, Майто и Асума являли собой второе самообразование, в котором сынишка Хокаге чувствовал себя «властителем», являясь негласным лидером. Хотя, Гай на это явно плевать хотел, порой издавая столько шума, что хоть куда подальше от него убегай, лишь бы спастись. Первые двое же спелись характерами и интересом к учёбе. Только если Ширануи делал всё без излишней самоотдачи, успевая и отдыхать, то Эбису… его Учиха окрестил «поехавшим на учёбе маньяком» без малейших сомнений. А ещё невзлюбил по той причине, что он вечно просит для себя дополнительные задания на дом. Тоусен же, пердун старый, даёт их вообще всем. И ведь продолжает дальше выпрашивать, придурок, пытающийся подлизаться к сенсею.

Но тот, как выразилась Хана, процитировав слова деда, который лишь удивился такому учителю для своей внучки: «Калач тёртый», и лишь тонко издевался над всеми, кто пытается так нагло подбить клинья.

Последней же группой оказался сам Тайро с Аобой, тогда как Обито шёл в довесок. Большую часть времени парень общался лишь с Ямаширо, который оказался приятным собеседником и умным, к тому же, сверху довольно часто впутывая в споры и просто разговоры девчонок.

Нохара умела поддержать любую тему, душа любые конфликты на корню своей обезоруживающей улыбкой. Порой Тайро сомневался, что она настоящий человек, настолько девочка была… мягкой и доброй. В сравнении с вечной язвой сестрой и той же молчуньей Ханой — сомнения плавно перерастают в уверенность. Не бывает таких хороших людей и всё на этом!

Однако, слова сестры касательно второго Учиха в классе всё никак не желали выходить из головы, засев глубоко внутри и шепча всякие бесящие вещи. Окончательно проиграв сражение с собственной совестью, он с тяжелым вздохом повернулся к верхней парте прямо за собой. Немного подумал, после чего полноценно перебрался к своей цели, предварительно пихнув того в плечо, ибо нечего сопеть на перемене, когда парень тут, вроде как, собрался извиняться.

— Эй, Обито, просыпайся давай!

— М-м… А! — Подскочив от находящегося в пугающей близости недовольного лица Тайро, мальчик протёр глаза, недоуменно проморгавшись. — Ты не снишься?

— А я похож на твою личную галлюцинацию? — Ехидно поинтересовался он, иронично изогнув губы в подобии на улыбку. — Чего я вообще хотел от тебя… в общем, помнишь, как мы познакомились осенью?

На фоне во всю шел спор между Намиаши и Хьюгой, которые сцепились по какому-то пустяковому поводу на почве учёбы.

— Ну помню, и? — Недружелюбно буркнул неполноценный Учиха, скрестив руки на груди.

— Я хотел бы… извиниться за тот удар, у меня было самую малость паршивое настроение. Мир?

Протянув ему ладонь для рукопожатия, мальчик был напряжен, как никогда. Пусть только этот придурок попробует отказать, он ему такой кошмар на земле устроит… Однако, к его же благополучию, Обито с довольным лицом крепко пожал руку.

— А то! Только не веди себя как говнюк больше!

— Только, если ты не станешь чрезмерно часто орать и опаздывать, тогда обещаю подумать, хм! — Высокомерно задрав подбородок, заявил Тайро.

— Ничего не могу обещать, и вообще, ты кто такой, чтобы ставит мне условия?!

— Тайро Великолепный, сильнейший в классе и будущий лучший шиноби!

Ещё раз напоследок окинув брюнета с короткой стрижкой взглядом с ног до головы, он вернулся за свою парту, не сказав более ни слова, пока Обито сдерживал смешки изо всех сил. К счастью, этого мальчик уже не видел, полностью забыв про него.

Как раз по всей академии прозвенел звонок, оповещающий о начале нового урока. Современная история мира шиноби… та ещё нудятина, на которой их заставляют вызубрить устаревшую геополитическую обстановку, а после мутузят, заставляя писать длинные анализы того, как и почему до этого дошло. Один из нелюбимых предметов Тайро.

Кимура-сенсей неторопливо вошёл внутрь аудитории, одним движением прикрыв за собой дверь и огладив шикарную бороду, без лишних предисловий сразу перейдя к теме урока, так как все ученики были на своих местах:

— И так. Небольшое отступление, дабы вы лучше понимали сегодняшнюю тему — нынешние отношения между Элементальными Странами. Спустя год после окончания второй мировой войны ниндзя, которая длилась восемь кровопролитных, мучительных для каждого лет, ситуация в мире кардинально изменилась. Каждое Великое Селение истощено теми потерями, которые они несли, и затаились до поры до времени. Сунагакуре, воевавшая на два фронта — против Конохи и Ивагакуре, находится в как-никогда бедственном положении, в сути своей пустыня теперь это сплошная зона смертельной опасности для любого путника. Кумогакуре получило серьёзные потери при одном важном событии, к которому перейду чуть позже. Киригакуре вело подрывную деятельностью против сразу двух стран, терроризируя наши силы Мечниками Тумана, на данный момент одна из главных угроз благополучия Конохи. Однако главная проблема — Ивагакуре. Понесли меньше всего потерь, большей частью пытаясь отвоевать у песочников нейтральные территории гор и пустыни ради полезных ресурсов.

Тоусен взял небольшую паузу, смочив горло водой, стоящей на его столе.

— Это так, базовые вводные. Судьбоносным событием всей войны, определившим её дальнейший ход, стало падение клана Узумаки и Узушиогакуре в частности. Четыре страны объединились, что до этого не проворачивали ни разу, дабы уничтожить нашего союзника. Были задействованы тысячи шиноби, все доступные Биджу, они же Хвостатые Звери. Кризис, последовавший за тотальным геноцидом, сложно переоценить. Осада, шедшая три недели безостановочной резни.

На последнем слове Тайро заметил, как сидящая рядом Рин немного побледнела.

— Итоги? Произошёл размен, как бы ни было печально это признавать — жертва Узумаки помогла силам Конохи, шедшим на помощь, добить врагов. Ещё больше трупов, трое Биджу были убиты, и мы смогли начать диктовать свои условия целому миру, если они не хотели, чтобы шиноби нашего селения наведались к ним домой, учинив ещё более страшную бойню. В остатке имеем безоговорочное лидерство Конохогакуре-но-Сато во всех спектрах: военном, экономическом, политическом и не только.

Прикрыв глаза и подавив невольную дрожь от представленных масштабов, Тайро продолжал внимательно слушать.

— Но, как вы можете понять, никто таким положением дел не доволен. Со всеми странами у нашего селения натянутые отношения, кроме, разве что, Страны Горячих Источников, находящейся в симбиозе с нами. Потому запомните: никогда, слышите меня, никогда не доверяйте кому-либо с другим знаком на протекторе! Есть куча примеров того, насколько плохо кончали такие доверчивые идиоты.

Протяжно выдохнув от долгой речи, дед помедлил, прежде чем закончить:

— Спустя год мало что изменилось, кроме, разве что, раздолья нукенинов, тех, кто предал родной дом, уйдя в одиночное плаванье. За пределами стен Конохи, даже на территории нашей страны, помните, всегда нужно быть начеку.

— Сенсей, а что в итоге случилось с Узумаки? — Тихо спросил Эбису, но его голос в наступившей тишине отчётливо услышал каждый.

— Уничтожены под корень, а их дом разрушен до тотальных руин, не оставив после себя совершенно ничего. Их просто стёрли из мира, — просто пожав плечами, будто речь о погоде, сухим голосом ответил Тоусен.

Остаток урока никто не открывал рот, только если не спрашивали напрямую. Очень уж история красноволосых дьяволов оказалась… жуткой. Прямо до мурашек по коже. Фантазия Тайро пасовала перед тем, чтобы вообразить огромных монстров и тысячи ниндзя, атакующих чужой дом.

Настроение на протяжении занятий у каждого оставалось самую малость пришибленным, и математика с письмом прошли мимо сознания мальчика. Домой он уходил с непонятными чувствами в груди, даже не пытаясь расшифровать ту палитру красок, что царствовала внутри.

Только он хотел завалиться к себе в комнату и просто полежать, отдохнуть да подумать обо всяком, как все планы обломал отец.

Очередная тренировка. Ну конечно, а что же ещё, спрашивается?

Понимая, что отказывать — значит сделать себе хуже, Тайро без особого энтузиазма пошёл за ним. Чем дольше шли, тем сильнее вектор мыслей парня смещался с трагедии на войне к тому, что его ждёт на этот раз. Когда достигли пункта назначения, он чуть ли на месте не ёрзал от распирающего изнутри интереса.

— Чем сегодня займёмся, м? Снова тайдзюцу?

— Нет, на этот раз кое-что новое, — устало потерев переносицу, принялся рассказывать отец. — Каждый Учиха обязан овладеть сюрикендзюцу на высочайшем уровне. Настал момент, когда и ты станешь это отрабатывать.

И начался очередной круг мучений для Тайро. Если начальная техника давалась просто, к примеру как правильно держать кунаи с сюрикенами, под каким углом метать и прочие не очевидные для обывателя приёмы, то с самой практикой вышли накладки.

В центр мишени попадало дай Ками если половина, тогда как другая уходила по краям или вовсе мимо. Парень понимал, что его глазомер ещё недостаточно натренирован, да и опыта маловато, но видеть хмурость и недовольства отца от очередного промаха все ещё было неприятно.

А уж когда тот решил добавить практику метания на ходу, за каждый промах вынуждая своего сына делать по полноценному спринту вдоль озера, «для тренировки выносливости», как высказался отец…

Достаточно будет лишь сказать, что домой Тайро вернулся чуть ли не падая на ровном месте, естественно, полностью один, ведь у родителя появились «очень важные» дела в военной полиции.

Заметив же в течение следующей пары дней, что отец и сестра с удивляющим упорством наглухо игнорируют друг друга, он лишь тяжело вздохнул, не решив вмешиваться в чужие проблемы.

Порой у мальчика создавалось ощущение, что он самый адекватный из всей семьи, честное слово!

Учиха. Речи неловкие.

Сегодня был особенный день для Тайро, какие случаются всего один раз за целый год — день, когда он был рождён на свет. Событие, полностью и без остатка посвящённое одному только ему.

Хоть дом и не был украшен ненужной мишурой и прочими вещами, от которых обрадовался бы обычный ребёнок, а праздничная атмосфера так и царила в воздухе, смешиваясь с ароматами пищи богов, приготовленной матерью, которая особенно расстаралась.

Подарки, которые ему подарил каждый член семьи с каждого утра, уже лежали распакованные у него в комнате: новый набор кунаев от отца, серия книг известного автора от матери и самый главный, ожидаемый им с нетерпением «сюрприз» — доска для игры в сёги с искусной резьбой, где каждая фигурка была самим совершенством.

Стоит признать, что последнему он был рад больше всего, ведь это в первую очередь значило то, что сестре не плевать на него, а она действительно думала и выбирала, что бы такое взять. Учитывая же то, что играют в эту игру они практически регулярно, то довольству мальчика не было предела.

Праздничное застолье решено было начать при свете дня, когда жаркое летнее солнце удачно спряталось за массивными, ярко-белыми облаками. Стол, полностью заставленный самыми разнообразными яствами и деликатесами, которые в Конохе можно купить только за приличную сумму, ведь те поступают аж с других стран.

Караагэ, хрустящая жареная курица, маринованная в соевом соусе, имбире и чесноке. Одно из любимейших угощений парня, которого сейчас было в изобилии. Якитори, окономияки, полноценное наба, — общая тара, в которой намешано столько всего, что глаза разбегаются, — онигири на закуску.

Это ли не истинное счастье — видеть столько вкусностей вместе и сразу?

За столом царили приятные разговоры в передышке от поедания яств. Подколки, весёлый смех Тайро, когда сестра выдавала особенно забавные фразы. Тёплая забота матери, с чьего лица ни разу не сходила улыбка. Даже отец был в довольном расположении духа, хоть и не особо участвовал в беседе.

Всё было просто прекрасно, на взгляд мальчика, кроме одной, сразу заметной детали — Юмико вообще никак не пыталась взаимодействовать с отцом. Он её прекрасно понимал и даже поддерживал, но всё равно это немного печалило. То, что в их семье есть трещина, возникшая по вине Итори, его родителя. И вряд ли она вообще когда-либо заживёт, стоит быть честным хоть перед самим собой.

Однако, всему приходит конец, как и этим посиделкам, к сожалению.

Тайро, сыто выдохнув, живо поблагодарил маму, после чего чуть ли не улетел в свою комнату, полежать на кровати и просто отдохнуть, погрязнув в мелочных, но приятных фантазиях.

Тут было свежо, открытое настежь окно не позволяло духоте задержаться внутри на сколь-либо долгое время, а темная сторона, куда не попадали лучи солнца, делала температуру приемлемой. Идеально…

Только он собирался прикрыть глаза, завязнув в наслаждении одного единственного момента, который был полон необычайного покоя и умиротворения, как в это же мгновение в его обитель вошла не менее довольная сестра, присев рядом и подвинув мелкого.

— Хорошо-о-о-о… — протяжно выдохнув, заявила Юмико. — Пошли гулять, а?

Парень не хотел куда-либо идти, потому лениво приоткрыв один глаз и смерив её взглядом, слабо махнул левой ладонью и пробурчал с нотками нежелания:

— Не хочу.

— Так и будешь целый день сидеть в четырёх стенах, когда у тебя праздник? Тем более, после еды нужно походить, а то станешь таким же неуклюжим, как панды, — со знанием дела привела аргумент Юми, невесомо толкнув его в плечо.

— Я никогда не стану неуклюжим, я ведь Учиха… Ты не отстанешь, да?

— Даже не надейся, братишка, — ехидно ухмыльнувшись, она полностью облокотилась на его грудь, из-за чего он беспокойно заворочался, пытаясь выбраться. — Давай, вставай, нас жду великие приключения!

— Ладно-ладно… тогда слезь с меня для начала, ты тяжелая!

— Ах! Запомни, никогда не называй девушек тяжелыми! Вообще никаких! — Вытянув указательный палец, с великой мудростью духовного наставника потребовала девочка.

— Но это ведь правда! — Надувшись, воскликнул Тайро, сложив руки на груди и наконец встав.

— Ничего не знаю, но всё равно не называй! А то тебя будут бить, и притом сильно.

— Странные вы все… — недоумённо вздохнув, он направился к выходу. — Пошли уже, сама звала, ты и веди.

— Да-да, маленький тиран, бегу и повинуюсь! — С непонятно откуда взявшимся энтузиазмом ответила Юмико.

Оставив язвительный комментарий при себе, парень молча пошел за ней. В принципе, он не был серьёзно против прогулки, просто хотелось полежать, полениться и ничего не делать. Законное право — день рождения ведь! Но, увы, одна мелкая дурында плевать на это хотела, чему он даже в некоторой степени рад, хоть и ни за что не признается в этом самому себе.

Зелёная листва была повсюду, куда ни глянь: парки, сады, клумбы, всё так и привлекало взгляды своей живостью. Для жителей Конохи же это был очередной выходной день, когда можно просто заняться своими делами, отдыхая от работы.

Множество прохожих, и чем ближе к центру, тем больше. Само сердце селения было по размерам своим довольно-таки здоровым: улицы, ширина которых позволит разъехаться между свой трём каретам, с хорошей, каменной дорогой и различными заведениями на любой вкус и цвет.

Даже в такую погоду тут создавался полноценный людный поток, не спешащий заканчиваться. Тайро, держащий сестру за руку, чтобы его не унесло «течением», чувствовал себя будто в столице Страны Огня, столько было незнакомых лиц и шума от активностей той или иной направленности.

— Ну так куда мы идём, хм? — Громко спросил парень, чтобы она точно расслышала.

И нисколько его гордость не страдала от того, что его ведут, будто дитё малое. Юмико так можно, другим нельзя, всё просто и понятно.

— В парк, там можно будет хорошо посидеть, но так быстрее всего дойти.

На ходу пожав плечами, более мальчик ничего не спрашивал, терпеливо ожидая, когда они смогут выйти из этой толкучки. На краю зрения мелькнула какая-то блондинистая макушка в зелёном хаори, кричащая что-то про победу, но он не придал этому значения.

Центральный парк, расположенный в десяти минутах ходьбы от места, где жизнь в Конохе бьёт ключом, представлял из себя завораживающее зрелище: деревья-сакуры по обеим рядам тропинок, весной создающие неописуемую красоту, множество лавочек под тенью листвы, находящихся на достаточном друг от друга расстоянии, полянки для пикников, где сейчас какая-то семейная пара и их маленькая дочь наслаждались погожим деньком позднего лета. Фонари, включающиеся, когда стемнеет, освещающие всё своим мягким светом. Посередине парка большой каменный символ Воли Огня, ночью испускающий мистическое свечение, на которое слетается множество светлячков.

Только-только сиблинги хотели пойти к свободной лавочке, виднеющейся в отдалении, как позади прозвучал громкий окрик:

— Ю-ми-и-к-о-о!

Рефлекторно обернувшийся вслед за сестрой Тайро увидел… какую-то Инузука, судя по всему. Девочка-шатенка со здоровым нинкеном в спутниках.

Белая блузка, черные шорты с сандалями, а причёска представляла из себя длинное каре, достающее до плеч. Собака же была бело-черная, сейчас кружащаяся вокруг хозяйки с высунутым языком, ростом до груди мальчику.

— Твоя знакомая? — Переведя взгляд на родственницу, с интересом в голосе поинтересовался он.

— Помнишь, я тебе про неё рассказывала? Моя лучшая подруга, — махнув ей рукой, она направилась навстречу. Парню лишь оставалось пойти следом, тяжело вздохнув.

— Не, не помню. Ну, сейчас и познакомимся тогда, чего уж.

— Она очень хорошая, так что не переживай ты так, — потрепав по волосам, заверила девочка.

— Не делай так… в таком людном месте, блин!

— Да-да, конечно…

Неназванный пёсель, учуяв знакомый запах подошедшей ближе Юмико, с громким лаем кинулся на неё, чуть ли не запрыгнув на руки. От такого Тайро шокировано моргнул, приоткрыв рот от удивления, а сама владелица собаки рассмеялась.

— Вечно он тебя любит больше!

— Прив-е-е-т мой хороший, — удерживая черно-белого так, чтобы он не упал, ласково забормотала сестра. — Соскучился, да? Совсем тебя Мика загоняла, бедненький мой? Ну ничего-ничего, со мной ты в безопасности, малыш…

— Аф-аф!

Тайро вновь ненадолго завис, когда тот начал облизывать её лицо, из-за чего Юми зашлась хохотом. Стоявшая рядом с ним Инузука, которая сейчас с нескрываемым интересом рассматривала парня, лишь притворно надулась от такой картины.

— И всегда… вот так? — Скептично окинув взглядом все не решившуюся закончить обнимашки двоицу, прямо спросил мальчик.

— Эх, да постоянно! Рика совсем голову теряет, когда видит эту царицу, подкармливающую её всяким вкусным. А ты кем будешь?

— Эта «царица» моя старшая сестра, — с гордостью заявил Тайро. — Вы давно дружите?

— Ещё с академии, вместе учились в одно классе.

Слабо улыбнувшись, будто она вспомнила что-то приятное из прошлого, ответила девочка.

— Мика, да? Я Тайро, будем знаком.

Рукопожатие вышло на удивление крепким. Тем временем собака, которую, как понял Учиха, зовут Рика, наконец слезла с широко улыбающейся да так и лучащейся довольством сестры, теперь принявшись обнюхивать парня, который застыл сам себе изваянием, не зная, как на такое реагировать. В итоге получил мокрым носом по ладони.

— Это она так… э-э, здоровается? — Неуверенно обратился к Мике он.

— Ну, не залаял — уже хорошо. Считай, что ты ему понравился.

— Ты выгуливала его, да? — Подойдя ближе и обнявшись, что окончательно скинуло мальчика в бездну непонимания, дружелюбно сказала сестра.

— Ага, миссии сегодня не было, вот и вышла проветриться. А вы тут как оказались?

Они всей компанией направились к ближайшей скамье, которую шатенка заприметила первой. Она стояла в тени от большого дерева, которое охватывает довольно большую территорию. По такому стволу не составило бы проблем взобраться наверх и без применения чакры.

Подруги уселись рядом друг с другом, а собака устроилась в ногах у хозяйки, сжав её ногу лапами, будто подушку. Тайро, конечно, слышал, что нинкены Инузука разумны, но слабо представлял, до какой именно степени.

— Гуляем, отдыхаем. У брата сегодня день рождения, так что ничего важного.

И понеслась… О чем эти две сплетницы только не беседовали: перемывали косточки знакомым, о новых товарах у какой-то Токоми, попутно почёсывая довольную жизнью Рику. Про всякие забавные миссии, где чего им только не доводилось с командой делать, чтобы заказчик засчитал выполнение… А про парня все благополучно забыли.

Ну, в прочем, он не то, чтобы был слишком уж против. Отсюда открывается довольно неплохой обзор на весь большую часть парка, и рассматривать прохожих, каждый из которых был одет совершенно по-разному, оказалось на удивление неплохим занятием. Когда же и это надоело, то он представлял, как один на один сражается с каким-нибудь Хаширамой: крутые техники, затмевающие небеса, чудовищный грохот, истинное наслаждение схваткой… Всё, как и описывалось в рассказах матери, когда та рассказывала сыну всякие истории на ночь.

Казалось бы, ничего неожиданного уже произойти ну просто не может… Но Тайро в который раз возвёл глаза к небу, когда заметил идущую по этому же пару, в это же самое время Нохару Рин с, судя по всему, своей матерью — девочка была практически полной копией старшей женщины, только более миниатюрной. И она, естественно, тоже его заметила.

«Красивая вырастет» — невпопад подумал мальчик, приветливо махнув рукой в ответ. Девочка, о чем-то быстро переговорив с матерью, теперь чуть ли не побежала к ним. Она была одета в обычную зелёную футболку и шорты с небольшим поясом, которые констатировали с её обычным нарядом в академии.

Юмико, заметившая всё это, лишь многозначительно хмыкнула, но на резкий взгляд парня никак не ответила, сделав вид, будто и вовсе не заметила такой «мелочи».

— Привет, Тайро! — Жизнерадостно начала Нохара, немного опешив от того, что собака резво встала и начала её обнюхивать. Но чуть ли не сразу устроилась у неё в ногах!

— Привет, Рин. Знаешь, Мика, мне кажется, что у тебя… эм, нинкен лёгкого поведения?

Рика лишь метнула на него ленивый взгляд, издав то ли лай, то ли бурчание, вновь принявшись играться с Нохарой, которая от такого внимания растерялась, но быстро взяла себя в руки, принявшись почёсывать пёселя за ушком.

— Так, а ну цыц, не принижай достоинство Рики! Она великолепна везде и всегда, а ты просто завидуешь, что с тобой она не такая ласковая.

— Да-да, конечно, что мне с собачницей спорить… — закатив глаза, пробормотал он так, чтобы уж точно его услышали. — А ты тут как оказалась, Рин?

— От кошатника слышу! — С видом оскорблённой невинности Мика повернулась к Юмико, «громко» зашептав: — У тебя такой злой мелкий, это просто кошмар!

— Если у Учиха есть контракт с ниннеко, это не значит, что все мы кошатники!

Нохара, всё хотевшая наконец что-то сказать, с неловкой улыбкой переводила взгляд то на одного, то на другого.

— Да-да, наверняка фанатеешь по кошкам и сейчас просто оправдываешься! Хм!

— Хм! — Аж привстал от такой наглости Тайро. — Юмико, скажи ей!

— Что сказать? — Со смешком уточнила девушка.

— Что мы не кошатники!

— Но ты ведь любишь кошек, разве нет? — Вопросительно наклонила она голову на бок и приставив указательный палец к губам, притворно задумавшись. — Недавно ведь рассказывал, какие они мягкие, пушисты и вообще…

— А-аргх! Ты… ты! — Не находя нужных слов, мальчик требовательно обратился к Нохаре, которая сейчас тщательно давила любые позывы к хохоту: — Скажи им, Рин! Я же не кошатник!

— Ну-у. эм-м-м… — увидев кивок Инузука за спиной Тайро, она виновато пожала плечами, мило улыбнувшись. — Ты никогда не рассказывал о своих предпочтениях в академии… но всё же я думаю, что кошечки прекрасны.

— Естественно, они прекрасны! — Горячо согласился мальчик, а когда осознал, что сказал, то поспешно исправился. — Но я всё равно не кошатник!

Мгновение тишины, которое после разорвалось в дружном смехе. Парень, нахмурившись и скрестив руки на груди, поочерёдно осмотрел каждого, задержавшись на Рике, после чего с железобетонной уверенностью выдал:

— Злые вы все, блин. Ну вас!

— Не злись, — приятельски похлопав его по плечу, попробовала утешить Рин. — Мне тоже нравятся кошечки… и собачки, конечно, тоже, Рика.

— Так ты с мамой тут гуляла? — Забыв про свой «масштабный» позор, с интересом спросил Тайро.

— М-м, мы ходили за покупками и решили сократить через парк, так быстрее дошли бы домой. А вы?..

— У этого засранца сегодня день рождения, вот и показываю ему мир, — со знанием дела покивала Мика.

— Ты вообще нас случайно встретила! — Сразу же недовольно вставил мальчик, переведя требовательный взгляд на сестру. — Скажи ей!

— Я ничего не слышала, я ничего не знаю, — с ехидной ухмылкой разведя руками в сторону, отмахнулась Юмико.

— Ой, ну вас, женщины…

— А у меня и подарка нет… Почему ты раньше не сказал?! — Как-то даже взволнованно сказала Нохара, надув щёчки и посмотрев на него.

— Зачем?

— Как это зачем? Чтобы отпраздновать!

— Ну-у-у… извини? Если хочешь, могу потом сводить тебя куда-нибудь отпраздновать отдельно? — Неуверенно предложил Тайро, не понимая, какой смысл всего этого. Ему ведь и дома праздника хватило! Нет, ну если она хочет, то, как бы, ладно…

После его слов Рин почему-то покраснела, отведя взгляд, а Юмико, наоборот, схватившись за руку подруги, принялась чуть ли не задыхаться от тщательно подавляемого смеха, пока парень переводил непонимающий взгляд то с замявшейся Нохары на сестру, то обратно.

— Что уже не так?! — В сердцах воскликнул Тайро.

— Да не-не, ничего, всё просто ш-шикарно! — Довольно отсалютовав, заверила Мика, утешая помирающую непонятно по какой причине со смеху подругу. — Тебе не о чем переживать, правда же, Рин-тян?

— А-а-а… д-да! Точно! — Энергично закивала девочка, неловко улыбнувшись. — Ладно, мне уже пора домой идти, ещё маме нужно будет помогать. Так что, эм, до встречи!

И не успел парень хоть что-то сказать, как она просто взяла и убежала! Нет, ну что это такое?!

— Я её обидел, или как? — Непонимающе сам у себя спросил он.

— Пф, и близко нет, не переживай об этом так сильно. Ладно, Мика, мы пойдём, я его ещё хотела данго угостить, сама понимаешь.

— Конечно, не буду задерживать. Ну, ещё свидимся, подруга. И с тобой тоже, покоритель женских сердец. До встречи! Рика, ко мне.

Наблюдая, как Инузука спокойно уходит, Тайро флегматично поинтересовался, смирившись с тем, что он понимает, что ничего не понимает.

— О чём она, когда сказала «покоритель женских сердец»?

— Вырастешь — поймёшь.

— Ну конечно, кто бы сомневался…

Возведя глаза к небу, Тайро тяжело вздохнул, потянувшись. По крайней мере, его ждёт вкусное угощение. А отыграться на сестре можно будет и позже.

Дальнейший день прошёл уже без неожиданных сюрпризов, как можно было подспудно ожидать. Посиделки в кафе, разговоры на пустяковые темы, подколки сиблингов друг над другом, а уже под вечер приятное чаепитие на веранде их дома с оставшимися наготовленными матерью угощениями.

Никаких забот, проблем и всего прочего, что могло ухудшить текущее время. К сожалению, Тайро не ощутил каких-либо изменений со сменой цифры возраста. Выше не стал, сильнее тоже, как и умнее. Печально, хоть и очевидно…

Следующий день начался с раннего, очень ленивого подъема и чуть ли не проспанной академии. Только у главного входа состояние мальчика можно было сменить с «труп оживший» на «плюс минус здоровый», настолько он не хотел просыпаться, каждый раз требуя ещё пять минуточек, пока сестра не решила его банально скинуть с кровати, ещё и нагло посмеявшись.

Первая половина занятий прошла для него в каком-то трансе: Кимура-сенсей вроде и рассказывал материал, даже вызывал его, но в голове совершенно ничего не отложилось, кроме мыслей о том, что всё-таки парень сказал что-то не то вчера Нохаре. Не желая более забивать себе этим вообще весь мозг, на большой перемене он втянул в вялотекущую беседу второго Учиха и Ямаширо.

В основном перемывали косточки авторам учебников, которые и написали такие занудные штуки, от которых буквально клонит в сон. На фоне доносились звуки яростного спора между Куренай и Райдо, которые вновь столкнулись лбами непонятно по какому поводу, а рядом с ними находился Асума.

Да… сынишка Хокаге. К нему Тайро не питал каких-либо приятных чувств и близко. Смотрит на всех так, будто они по определению ниже него, ведёт себя, будто каждый обязан ему лично. Зазнавшийся говнюк, считающий, что стоит хоть чего-то, хотя на деле просто пустышка, каких много.

— …и я уверен, что любой бы… — Обито оборвался на полуслове, начав как-то глупо улыбаться.

Скосив взгляд в ту же сторону, он увидел вошедших в класс Рин с Ханой, которые сразу же направились к ним. Честно говоря, Тайро не понимал, почему Обито постоянно начинает вести себя так… странно в присутствии Нохары. Вроде же нормальный парень, если не учитывать его лень, а стоит только в радиусе видимости появиться шатенке, как всё, пиши пропало — он улетает в дали далёкие.

В прочем, не плевать ли, что там у него в голове творится? Сугубо проблемы лично Обито, но никак не его. Потому мысленно пожав плечами на такое поведение, он решил не заморачиваться над этим.

— Что делаете? — Любопытно спросила Рин, усевшись по соседству рядом с Тайро.

— Просто болтаем обо всяком, ничего особого, — тепло кивнув девочкам, ответил Аоба, всё также сидящий в своих очках, расслабленно откинувшись на спинку длинной скамьи и запрокинув голову, смотря на остальных снизу-вверх.

— М-м, а мы тут с Ханой обсуждали, что будем делать, когда введут спарринги на следующем году. Честно говоря, я не очень хочу с вами драться, ребят, как представляю, так не по себе становится!

— Не переживай, Рин, если что, я побью любого, кто тебя обидит! — Воодушевлённо заявил Обито, вскинув руку в патетичном жесте.

— Пф, ты даже на физической подготовке всегда чуть ли не последний прибегаешь, ты о чем вообще? — Высокомерно начала Хьюга, тонко улыбнувшись и подставив подбородок на руку.

— Успехи на этих нудных уроках не отражают моей истинной силы!

— Ну-ну, посмотрим, когда тебя начнут ставить даже против девчонок, как я тебя в землю вобью.

— Не слишком ли много наглости для низкой малявки? — Ехидно встрял Тайро.

— Ха-а?! Да мы с тобой почти одного роста, дурак! И кого это ты тут малявкой назвал? Повторить слабо?! — Сразу завелась девочка, привстав.

Как понял парень, она из основной ветви, или как у них в клане это называется, и там все ведут себя более раскованно, чем в побочной. Довелось однажды увидеть Хьюга с повязкой на лбу, который вёл себя, будто и не живой вовсе. Жутковатое зрелище…

— Ох, и что же ты мне сделаешь? Только и можешь, что к другим лезть, м?

— Да я тебя уложу в первые же секунды спарринга, м-фх!

— Неужели? Тогда запомни вот что — у тебя не будет и шанса против меня, когда начнутся спарринги! Кем бы ты ни была, меня тебе не победить! — С точно таким же высокомерием заявил Тайро, ничуть не сомневавшийся в собственной победе.

— Ну-ну, посмотрим, как ты будешь умолять о пощаде, валяясь на грязной земле, Учиха!

— Хм, смотри не переоцени своих сил, Хьюга!

— Так, а ну успокоились, дурашки! — Легонько стукнув ребром ладони обоих по макушкам, сердито прервала их Рин. — Не ссорьтесь мне тут, поняли?

— Да никто не ссорится, лишь выясняем, кто брехло, а кто сильнейший ниндзя в будущем! — Отмахнулся Тайро, всё же потерев место «удара».

— Не зарекайся, ещё посмотрим, кто кого! — Сделав жест «я слежу за тобой», закончила Хана, и как раз прозвенел звонок на очередной урок. Математика, аргх! — Смотри, не вылети с класса, а то я совсем в тебе разочаруюсь.

— Тебя это тоже касается.

Все принялись рассаживаться по своим местам, вошёл в аудиторию Кимура-сенсей, а Тайро пообещал себе, что не проиграет этой высокомерной малявке. Ещё посмотрим, кто лучше — Учиха или Хьюга.

Хотя ответ, естественно, и так очевиден!

Учиха. Гордость.

Плотный утренний туман висел между домами, словно неспешно бродил по узким улочкам, впитывая запахи мокрой земли и свежесрубленной древесины. Воздух становился всё более прохладным, немного колким, и каждый вдох напоминал, что тёплая пора окончательно осталась позади. Над крышами плавно поднимался дым из трубопроводов, растворяясь в сереющем небе.

Листва у тренировочных площадок редела: зелёные кроны, ещё недавно шумевшие под солнцем, теперь тянулись вверх тонкими, почти обнажёнными ветвями. Неровные клочья жёлтого ковра лежали вдоль дорожек, и с каждым шагом людей листья чуть слышно хрустели, проминаясь под усилием обуви. Ветра стало больше и он пробегал по деревне быстрыми, холодными порывами, заставляя фонари у входов в дома едва покачиваться, а шарфы и накидки прилегать к телу.

На горизонте, над линией леса, стояла тяжёлая серая полоса облаков. Они не спешили, словно собирались обсудить между собой, стоит ли сегодня пролиться дождём. Но в воздухе уже витало то самое чувство, знакомый каждому жителю Конохи: скоро с крыши первых домов закапает.

Вся деревня словно замирала в этом переходе между тёплым уютом и грядущей стужей, принимая осень так же естественно, как и всё остальное вокруг.

У полюбившегося Тайро озера тишина нарушалась глухими звуками ударов и рывков.

Вот он делает резкий выпад, проводя серию атак по сестре, которая плавно уклоняется от каждого удара, даже не активировав Шаринган. Её движения напоминали змеиные: столь же грациозные и неспешные. Будто танец великолепного цветка, а не сражение между сиблингами.

Парень выхватывает из подсумка кунай, закрутив и взяв его обратным хватом, став действовать более агрессивно, добавляя к этому работу ногами. Усиливая свои движения чакрой, даже для Юмико было бы болезненно блокировать вообще всё подряд.

Сталь порхала, как бабочка, рука держала рукоять без излишнего напряжения, будто обычную, лёгкую ветошь.

Резко отклонив корпус от ответного выпада ногой, Тайро попытался задеть её, но не успел среагировать на то, как с пугающей скоростью сестра полностью потеряла опору на земле, второй ногой с разворота попав прямиком в солнечное сплетение и выбив весь воздух, откинув на несколько шагов.

— Слишком концентрируешься на том, чтобы меня достать. В этот момент не следишь за оппонентом. Будь внимательнее, — её холодный, сухой голос, обозначающий ошибки, лишь подтверждал, что ещё ничего не кончено.

Молниеносно метнув кунай, а следом и целый град сюрикенов, он рванул следом.

Вспышка багрового в её глазах. Два томоэ смотрели на мир через призму даваемого могущества.

Пальцы перехватывают ближайшие к ней сюрикены прямо на ходу, которыми она сбивает оставшиеся.

Кланк-кланк-кланк. Звон столкновения затупленной стали друг о друга бьёт по ушам. В следующее мгновение она легко отводит серию, направленную на нанесение как можно больших физических травм.

Тайро делает подсечку, вынуждая её резво отшагнуть. Сразу же продолжает приём, из нижнего положения переходя в прямой удар с разворота. Нога встречает жесткий блок, его откидывает назад.

Смена позиций. Теперь парень вынужден на грани возможного парировать, уводить в скользящий и изредка жесткие блоки её атаки.

Юмико не щадит, действуя так, как сражалась бы против настоящего врага. Он чувствует, что ещё максимум секунд десять-двадцать и его просто сметёт под таким высоким темпом. Каждое касание её конечностей оставляло небольшой, но всё же синяк. Сила гасилась в последнее мгновение перед контактом, за что мальчик ей отдельно благодарен.

Понимая, что либо он сейчас проиграет, либо придумает что-то нестандартное и отсрочит поражение, Тайро решает бороться до конца. Ещё никогда Учиха не сдавались из-за такой мелочи!

Потому он решил идти в размен. Если не может нанести удар и выйти целым, то нужно не дать ей отступить, вынуждая подставиться.

Резко рванув вперёд, прямо посредине её связки, парень ловко отклонил голову с кругового движения ногой. Сверхблизкая дистанция, вот оно. Не ожидала, что несмотря на её действия, он продолжит агрессию.

Зажав её запястье, оставившее болезненный удар на левой ключице, заставившее его сцепить зубы до скрежета, Тайро поставил всё на один единственный выпад. Апперкот правой.

Мгновение. Крепкий захват на его плече и правой руке. А в следующую секунду он уже перелетает через неё, брошенный захватом. Глухой удар тела о землю, резкий, шипящий выдох. Снова проиграл, естественно, тц.

— Забыл про возможность захватов и бросков. Всегда держи в голове, что враг может решиться на такой смелый шаг, — багровый в её глазах погас, вновь оставляя обычную расцветку. — Если бы отреагировал — успел бы вырваться и, возможно, нанести смертельную рану в реальном бою.

Подойдя ближе, она наклонилась, подав руку и тепло улыбнувшись.

— Молодец, в этот раз куда лучше справился. Даже заставил меня активировать Шаринган.

Благодарно кивнув и приняв руку, парень ответил без каких-либо негативных эмоций:

— Все ещё недостаточно, я считаю. Мог бы разрушить твой темп прямо между связками, если бы решился.

— В следующий раз обязательно попробуй, а там я на месте покажу, как это применять и когда, чтобы действие не обратилось против тебя самого. Сильно болит? — Указав на ключицу, обеспокоенно спросила Юмико.

— Да нормально, обычный синяк, сам пройдёт за день, — легко отмахнулся мальчик, ведь его такой пустяк вообще не волнует. Не после тренировок с отцом. — Слу-ушай, а насколько ты быстрая, если все всерьёз?

— Правда хочешь узнать? — Лукаво улыбнулась девочка, скрестив руки на груди.

— Иначе бы не спрашивал?

— Ладно, хм. Вот… настолько, — последнее слово она произнесла, уже стоя у него за спиной.

Он ведь даже моргнуть не успел! Вообще ничего, просто в одно мгновение тут, а в другое без каких-либо спецэффектов уже позади!

— Шуншин использовать нечестно, вредина, — надулся Тайро, высокомерно вскинув подбородок.

— Ну, ты же не уточнял, как именно я должна была это показать, — легкомысленно пожала она плечами. — Ладненько, теперь слушай внимательно…

Сестра начала рассказывать про все известные ей тонкости сюрикендзюцу: работа с леской, перенаправление траектории снаряда прямо в воздухе посредством столкновения с другим снарядом, как метать сразу несколько кунаев с одной руки и всё, о чем Тайро даже не догадывался.

На первый взгляд могло показаться, что тема-то лёгкая, но как только он пытается представить как попадает в мишень, находящуюся за деревом, а не перед ним, то его фантазия разводит руками в бессилии.

— Ничего, научу, да так, что лучше меня будешь это делать, — с уверенностью заявила девочка в ответ на справедливые сомнения.

Далее, прямо тут, она решила проверить его базовые навыки шиноби, которые вбивала в него ранее. В частности: бесшумную ходьбу и разведение лагеря плюс правильная расстановка ловушек.

Впервые в жизни мальчик держал в руках взрывные печати, — искусство фуиндзюцу, которым так славились Узумаки, способные запечатывать в свитки полноценные масштабные техники, — а уж сколько напряжения в нём было, когда устанавливал их и даже на пробу активировал одну… Сам механизм, кстати, простой: или отсроченный на определённое время взрыв, либо же по «датчику», когда рядом пробегает кто-то с активным очагом чакры. Страшная штука, в общем, которая может бахнуть как фейерверк, а может как полноценная серьёзная техника, ведь всё зависит от мощности отдельно взятой печати.

С остальными же категориями теста он справился вообще без проблем. Всё-таки парень понятливый и далеко не глупый, так с чего бы такую легкотню не выучить, если это ещё и самому интересно?

Когда с основной частью было полностью покончено, Тайро невинно напомнил:

— Ты, кстати, обещала научить меня Шуншину, Юми, — и так многозначительно посмотрел, что та сразу поняла — отвертеться не получится.

— М-хм… ты прямо сейчас хочешь? — С горестным хмыком уныло переспросила сестра.

— А когда ещё? Естественно, сейчас.

— Любишь же ты издеваться надо мной, мелкий, — потерев переносицу, явно о чем-то задумавшись, она продолжила: — Ладно, слушай и смотри внимательно…

В сути своей, метод действия техники Телесного Мерцания довольно-таки прост: чакра временно облегчает тело, которое начинает двигаться на огромной, почти непрослеживаемой скорости. Для сторонних наблюдателей может показаться, что пользователь и вовсе телепортируется, что будет далеко не так. Самое главное это чтобы на пути не было множества препятствий, об которые на такой скорости шиноби просто размажется, как блинчик об стенку. С помощью же Шарингана с этим дзюцу вполне можно полноценно маневрировать, а не только двигаться по прямой, что даёт практически нечестное преимущество, ведь по окончанию времени действия техники тот же Учиха из-за повышенной реакции и других чувств банально не испытает того короткого замешательства, которое переживают большинство других шиноби. Именно по этому в прямом бою Шуншин использовать можно только в определённых ситуациях, далеко не всегда.

Сам процесс обучения использованию не слишком и сложный, нет. Куда тяжелее научиться вовремя останавливаться и вообще привыкнуть к тем ощущениям, которые возникают при применении.

Лишь одна печать — Тигр, а после необходимо задать всей чакре в теле один, простой параметр, а именно облегчение веса. Для этого требуется приличный контроль, но не на уровне недосягаемого. У Тайро вышло лишь к позднему вечеру под терпеливым руководством сестры сделать короткий рывок на пять метров, не оставив после себя никаких спецэффектов, после чего он не смог устоять на месте и кубарем покатился по земле, успев усилить тело чакрой, чтоб было не так больно.

— Пфе-кхе-хех, — откашливаясь и отфыркиваясь от залетевшей в рот земли, парень вскочил, с восторгом закричав и подбежав к сестре, порывисто обняв её: — Ты видела, видела? У меня получилось! Я справился, ха!

Она с довольной, тёплой улыбкой обняла его в ответ, растрепав волосы, на что мальчик сейчас даже не обратил внимания, просто уткнувшись носом ей в ключицу.

— Да, ты молодец, Тайро. Мой маленький гений, а?

— И ничего я не маленький… — тихо пробурчал он, не спеша обрывать такие приятные обнимашки.

— Да-да, как скажешь, — еле слышно фыркнув, согласилась Юмико. — Ну что, пошли уже потихоньку домой, небось проголодался?

— Ага, это уж точно, — и, словно в подтверждение его слов, стоило только мыслям соскочить на тему еды, как живот заурчал. — Ещё и земля эта… такое чувство, будто она на мне везде. Надо будет помыться сразу, как вернёмся.

Сегодня погода была достаточно колючей, чтобы к ночи вызвать по телу табун мурашек после непродолжительной прогулки. А ведь это они ещё и половины пути не прошли…

— Как у тебя в академии дела, кстати?

— Да всё также, ничего толком нового и нет. Разве что, Обито оказался не настолько уж и кретином, как я изначально думал, тут ты была права, — спокойно признал парень, не покривив душой.

— Хм, а я тебе что говорила? Меня и мои советы нужно всегда слушать, я плохого не скажу, — горделиво произнесла девушка, идя по левую сторону от него, крутанувшись на месте и повернувшись лицом к Тайро, заложив руки за спину. — Понял?

— Куда ж я денусь? Понял, конечно.

— То-тоже, молодец!

Остаток дня уже дома, после того как привели себя в порядок, они провели, играя в сёги, поставив на кон право называть проигравшего весь следующий день так, как того захочет победитель. Тайро сражался до последней фигуры, как отчаянный командир, не желавший признавать жестокого поражения. Но, к сожалению, он снова не смог справиться со стратегическим умом сестры, как она сама же и сказала.

Следующее утро по традиции началось с мучительного пробуждения. Мальчик любил поспать подольше, и каждый, Ками-сама, раз вставать так рано — было настоящей пыткой для его натуры. В академию он, по традиции, пришёл только-только проснувшийся и осознающий окружающую реальность. Первые уроки прошли снова-таки мимо сознания, но главный ажиотаж вызывало то, что они наконец начинают начальную отработку тайдзюцу.

Хоть парень и уверен, что будет показывать одни из лучших результатов наравне с Хьюга, — признавать это было неприятно, но объективно отрицать силу её кланового стиля не стоит, — всё же не слишком задирался. Так, пара ехидных шуток о самой Хане и Аоба, который, как он признался, не очень любил драться, что нашло горячую поддержку уже у Рин.

Когда класс вывели на одну из площадок академии и Кимура-сенсей стал показывать основы и вообще пояснять за какую-то «философию тайдзюцу», — что сам Тайро посчитал тем ещё идиотизмом, но благоразумно промолчал, — сразу стало видно успевающих и отстающих.

Как и ожидалось, на вершине, по субъективному мнению парня, находились он с Ханой, Асумой и Райдо, тогда как у других вечно что-то выходило не так, из-за чего дед Тоусен строго поправлял и прикрикивал «для мотивации». Худшим же оказался Обито, к сущему недовольству другого Учиха, но и тут он не стал лезть с упрёками. Мало ли, что у него за проблемы, да и насколько он узнавал, родителей у Обито нет, а живёт он с бабушкой, которая вошла в клан как жена обычного Учиха, не шиноби, да и сама таковой не являлась. Так что, в какой-то степени, его неумение драться даже объяснимо.

— Совсем бездарность, и кто его только взял в лучший класс, — насмешливо прошептал Асума стоявшей рядом с ним Куренай.

Нет, Тайро мог стерпеть многое. Правда многое. Но прямое оскорбление его соклана, даже если он вправду бездарь — это уже было слишком. Обито в первую очередь Учиха, а члены клана, как известно и как ему всегда твердил отец, стоят друг за друга горой. И парень не собирается отворачиваться от… своего друга.

Признание данного факта далось ему нелегко, но, всё же, они постоянно общаются с ним в академии на разные темы, то есть, много времени проводят вместе. А так ведут себя друзья. Следовательно…

— Закрой свою пасть, Асума, и не смей оскорблять Учиха, — жестко, с ледяным оттенком в голосе потребовал он.

Сынок Хокаге, видимо, не ожидая такого, даже не сразу понял, что обращался парень именно к нему. Однако, полноценно повернувшись к нему, не растерялся, ехидно ответив:

— Разве я не прав, Тайро? Он же бракованный Учиха, полный идиот, ты глянь на него — даже базовые движения нормально сделать не может! — Их начавшая разгораться перепалка начинала привлекать всё больше внимания.

— Бракованный ровно настолько, насколько ты избалованный дегенерат, считающий себя кем-то особенным из-за того, что ты всего лишь жалкий, никчёмный сынишка Хокаге. Какого это, жить и осознавать, что ты никогда не превзойдёшь собственного отца, а? Вечно находиться в его тени… как ничтожная шавка!

Тайро знал, на какие точки надавить, чтобы собеседнику снесло крышу. За более чем полгода учебы он успел достаточно изучить его, и все эти слова не взялись из воздуха. Сарутоби вечно бахвалится перед одноклассниками, но при этом резко съезжает с темы, когда разговор заходит о самом Хокаге. Столько необоснованного самомнения и высокомерия на пустом месте, что это даже смешно. Нет, серьёзно! Он вот, например, никогда и ни перед кем не выпендривается тем, что он Учиха. Что в этом такого? Ну да, клан Основатель, да, они сильны. Практически то же самое можно сказать и про остальные кланы, за исключением участия в основании селения.

— Так что я повторяю в последний раз — не смей оскорблять Учиха. До твоей скудной головы это дошло достаточно ясно?

— Ты совсем попутал, жалкий ублюдок? — Взъярился Сарутоби, рявкнув. Занятие полностью прекратилось, а Тоусен не спешил прерывать их двоих, наблюдая со стороны.

— О, и это я-то жалкий? А ты тогда кто? Хм… может, просто высокомерный тупица, неспособный совершенно ни на что, кроме как говорить всем, какой крутой у тебя папочка? Пустослов, и не более того. Знаешь… мне даже немного жаль тебя.

Есть пробитие. Асума рванул на него с дикими глазами, занося руку для удара. Тайро уже был готов плавно уйти с траектории атаки и заломать противника, как учила сестра, тем более взбешённый враг не думает, и одолеть его было бы легче лёгкого, но в этот момент между ними из Шуншина возник сенсей.

Убийственное давление опустилось на поляну, заморозив на месте каждого. Так вот оно, какое — «Ки», оно же намерение убивать. У парня от такого аж холодок по спине прошёл, в прочем, он довольно быстро оклемался.

— Хоть спарринги и начинаются со второго года обучения… Однако конфликты между учениками никуда не годятся. Раз вы так активно спорили друг с другом и дело дошло до драки, то, полагаю, вы будете не против решить всё спаррингом, выяснив, кто прав, а кто нет, не так ли?

— Да я его размажу! — Зло процедил Сарутоби, давая своё согласие кивком.

— Конечно. Прошу прощения за беспокойство, сенсей, я быстро улажу это недоразумение, — насмешливо посмотрев на оппонента, со слабой улыбкой повинился Тайро, из-за чего сын Хокаге сделал глубокий вдох.

— Хорошо. Остальные — разойдитесь. Правила простые — никаких техник, никаких кунаев и прочих железных изделий. Только тайдзюцу. Встаньте в центр. Печать примирения.

Сделав нужный жест и проявив базовое уважение к сопернику, оба стояли в пяти метрах друг от друга, готовые к схватке. Сарутоби занял неизвестную ему стойку, явно не базовый стиль Листа. Сам же Тайро стоял в расслабленной на первый взгляд позе, с опущенными вниз руками. Обманчивое впечатление беззащитности либо недооценки стоящего напротив.

— Начинайте.

Асуме других слов и не нужно было. Он сразу рванул на него, готовый стереть ухмылку с лица Учиха раз и навсегда.

«Мне даже Шаринган не нужен, чтобы уложить этого увальня» — отстранённо подумал Тайро, сконцентрированный на максимально показательной победе. Гордость Учиха внутри него не может пострадать.

Первый удар был быстрым, нацеленным в скулу парню. Короткий шаг в сторону, отклонить голову назад. Второй выпад Сарутоби ушёл в никуда благодаря скользящему блоку.

Молниеносная контратака, только вместо тела, как того подспудно ожидал Асума, попадание проходит по запястью, прямиком в одну из болевых точек, каждую из которых Юмико заставила заучить намертво.

Короткий болезненный вскрик. Движение уцелевшей рукой наотмашь, дабы отогнать его. Но Тайро принимает ту на жесткий блок, плавно переведя движение в нерушимый захват. Сразу же со всей силы всадить левую ногу ему в живот.

— К-ха-а! — Просипел Асума, никак не способный вырваться.

Одним рывком за заломанную руку протащить Сарутоби вперёд по земле, самому зайдя за спину. Придавить к земле. Идеально.

— Одно движение — и либо перелом руки, либо сотрясение от удара по затылку, — всё также расслабленным голосом, словно и не было драки, сказал Тайро. — Полагаю, это чистая победа, Кимура-сенсей?

На поляне стояла гробовая тишина. Обито показал «класс» большим пальцем, во всю улыбаясь, Нохара же в страхе зажала рот ладонями. Остальные тоже не остались равнодушными. Даже Тоусен, и тот, в удивлении вскинул брови, наконец невозмутимо кивнув.

— Учиха Тайро побеждает, разойдитесь.

Послушно отпустив тяжело пыхтящего Асуму, парень быстро отошёл парой шагов назад. Проигравший оппонент моментально попытался встать, но скривился от стрельнувшей боли в животе и руке. К счастью, вновь рваться в драку не спешил.

— А теперь слушайте меня внимательно, два наглых сопляка, — хлёстко начал сенсей, придавив драчунов тяжелым взглядом к месту. — Вы — будущие шиноби Конохогакуре-но-Сато, и конфликты между товарищами по ремеслу откровенно порицаются всеми. Неважно, по какому поводу, но это факт, и вам придётся с этим смириться. Сарутоби, не смей оскорблять своих товарищей, какими бы плохими они не были. Учиха, заступаться за слабых это похвальное дело, но не провоцируй настолько явно. Второй Учиха, — короткий кивок в сторону Обито, — займись наконец собой и начни тренироваться, и тогда насмешки прекратятся. Вы можете игнорировать неприятелей, окидывать их презрительными взглядами и прочая чушь, но прямой саботаж учебного процесса, миссии или любой другой активности — строго наказуемо законами селения. Ещё раз затеете ругань между собой — будут приняты более жёсткие меры к каждому. И мне глубоко наплевать, чьи вы там сыновья и какие у вас кланы. Это воспитательный процесс, так что, если понадобится, я проведу его со всей жестокостью. Вы уяснили?

После короткой паузы первым также невозмутимо, как говорил сам Тоусен, ответил Тайро:

— Хай, сенсей. Понял предельно чётко, прошу прощения за устроенную сцену.

— …Понял, — недовольно буркнул Асума.

Всё же, парень был прав в том, что сынишка Хокаге лишь избалованное ничтожество. Вроде и такая важная «шишка», а в бою из себя ничего не представляет, полная посредственность. А гонору-то сколько было…

— Отлично, тогда вы оба идите в медпункт. Все остальные — занять свои места! Кто-то говорил, что урок был окончен?!

Направляясь к медикам, идя бок о бок и не сказав ни слова, между ними царила напряжённая тишина. Сам Тайро не спешил начать бессмысленный, в общем-то, диалог. Его и такое положение дел сейчас полностью устраивает.

Однако, видимо, его одноклассник так не считал.

— …Извини за то, что плохо высказался об Учиха, — ровным голосом произнёс Асума.

— …Принято. Извини, что так жестко спровоцировал тебя, — расслабленно пожал плечами Тайро, не замедлив шага. Ему не сложно произнести эти слова, а полноценная вражда с будущим шиноби Конохи ему и правда не нужна.

— Принято. Получилось у тебя слишком уж хорошо…

— Нейтралитет? Ты не лезешь к Обито и ко мне, а я не лезу к тебе. Если же будет повод, то говорим прямо и решаем на месте.

— Нейтралитет.

Больше никто из них не сказал ни слова. Всё необходимое уже было сказано, а переливать из пустого в порожнее смысла нет. Осталось только донести суть договора к Обито, который может решить отомстить Асуме за оскорбление…

Как же напряжно.

Учиха. Первый год.

Экзамены по окончанию первого курса академии не представляли из себя чего-либо сложного, где требовалось бы выкладываться сверх меры или же напрягать голову, пытаясь вспомнить нужные формулы ради наивысшего балла.

Лишь обычные тесты по пройденной программе, с которыми справился даже такой относительно недалёкий человек, как Обито, хоть и пришлось корпеть неделю над книжками, как он поделился с остальными в период подготовки. Но оно того определённо стоило, ведь не завалил всё же.

Базовое сюрикендзюцу, теоретические предметы, начиная от истории и заканчивая математикой, начальное тайдзюцу, — даже без спаррингов, — всё это далось Тайро феноменально легко. В прочем, тут стоит сказать спасибо регулярным занятиям с сестрой и отцом, чтоб тому спалось неспокойно, которые и позволили ему делить первое место с назойливой Хьюга, которая совершенно не отставала от него по успехам в учёбе.

Регулярные «избиения» под видом обучения все ещё продолжаются, а наука клана Учиха, то бишь руко-ного-махательство, активно познаётся. У парня иногда проскакивает ощущение, что если продолжать всё в таком же темпе, то к годам пятнадцати он станет неостановимым шиноби, которому всё по плечу.

Интересно, Мадара-сама тоже ощущал себя всемогущим в его возрасте?

После того конфликта с Асумой и договора, они так и не пересекались толком друг с другом, отчуждение между группами стало только более явным, да и всё в принципе. Мальчика это полностью устраивало, ведь лишние проблемы с Кимурой-сенсеем ему были совершенно не нужны, а портить отношения не хотелось бы.

Сейчас, после всех экзаменов и третирования каждого в классе, они своей, давно свыкшейся друг с другом компанией собрались в небольшом парке перед академией, в котором стоит лишь с десяток скамеек.

Пятеро ребят устало потягивались, зевали и вообще пытались максимально демонстративно показать, как же их вымотала учёба на протяжении практически полного года. А ведь каникулы у них и не такие большие, всего две недели…

— Уверен, что даже отдохнуть нормально не успею, как снова в эту скучную академию нужно будет ходить, — откинувшись на спинку лавки и заложив руки за голову, недовольно сказал Обито.

— Да ладно тебе, не всё так плохо. Наконец-то введут спарринги, не придётся чуть ли не днями сидеть на одном месте в классе, — легко отмахнулся от чужого ворчания Ямаширо, сидевший рядом.

Благо, что скамьи тут были достаточно длинные, дабы пятеро детей невысокого роста вполне смогли уместиться, так ещё и дополнительно немного места осталось.

Повсюду невероятно красиво цвели сакуры, создавая чрезмерно уж розовую палитру окружения, но Учиха даже нравилось. Было в этот момент что-то… мистическое.

— Ага, и наконец я смогу со спокойной совестью повалять Хану на земле, а мне за это даже ничего не будет. Даже рад такой возможности, — с нескрываемым ехидством закончил Тайро, ухмыльнувшись в лицо Хьюга.

— Мечтай пока можешь, всё равно будешь молить о пощаде в первые же десять секунд после начала, — высокомерно заявила девочка, окинув его презрительным взглядом. — Не долго тебе довольным ходить осталось, я тебе говорю!

— Это ты бахвалься, пока время есть.

— Ну хватит вам уже, два драчуна, — притворно строго успокоила их Нохара, стальной хваткой сжав ладошки, которые положила каждому из двоицы на плечо.

— Ай-ай-ай, Рин-тян, да не надо так сильно, понял-понял, не дурак, дурак бы не понял! — Скороговоркой выпалил Тайро, отцепив её руку, а после повернувшись к Обито и прошептав: — Смотри, какая она страшная, у-у-у…

Тот лишь весомо покивал, согласившись.

— Пф, такой смелый, а её боишься, как кошка собаки, — закатила глаза Хьюга, насмешливо фыркнув.

— Так понимать надо, тебя то я запросто одолею, но её? Не-е, шансов нет, подруга.

Нохара, хотевшая окончательно урезонить парня, лишь отвернулась в другую от него сторону, надувшись.

— Ну вот, она обиделась. Рин, ты обиделась?

— Ничего я не обиделась, Тайро!

— Но тогда почему у тебя такой обиженный голос и ты от меня отвернулась?

— Тебе кажется, понял?!

— Не злись на этого дурака, Рин-тян, я позабочусь о том, чтобы он выразил истинное уважение! — С пылом воскликнул Обито, но под откровенно скептичный взгляд другого Учиха лишь подмигнул. — Ты ведь выражаешь ей уважение, да?

— Э-э-э… — в какой момент всё пошло куда-то не туда?

— Ты что, её не уважаешь?! — С шоком вмешалась Хана, подыгрывая, тогда как Ямаширо лишь душил смешки изо всех сил.

— Да что за бред вы несёте?! — В сердцах воскликнул Тайро, откровенно не понимая, что творится. Это над ним так тонко издеваются, или что? — Уважаю я её, с чего вы вообще взяли, что нет?

— …Это Обито первый начал, к нему все вопросы, — моментально открестилась Хана.

— Предательница! Ничего я первый не начинал!

— Ага, как же…

Ох, ну что за маразм в пять лет… Парень с силой потёр виски, чтобы уж точно прийти в себя, после чего решительно сказал:

— Ладно, хватит. Лучше вот что скажите, что вы на каникулах делать будете? Может, сходим куда погуляем?

— Например? — Тут же уточнил Аоба, заинтересованно склонив голову.

— Ну-у… не знаю? На месте придумаем, в общем. Так что?

В итоге все согласились, что было вполне ожидаемо. Не хотелось бы весь отдых провести в тренировках, как уже начинает подшучивать над ним сестра, замечая, как мальчик вообще не сбавляет темпа в тренировках. Немного обидно, на самом деле, потому Тайро твёрдо намерен исправить это досадное, чистой воды недоразумение.

Их отпустили после экзаменов практически сразу, потому время было и ребята посидели ещё недолго, пока за ними не начали приходить родители или другие родственники в случае с Обито. Старушка Томико, которая и воспитывает его, была в уважаемом даже для стариков возрасте, как узнавал Тайро у мамы, то ей около восьмидесяти.

За самим парнем пришла сестра, довольная и с улыбкой, будто она была кошкой, объевшейся сметаны.

— Ну что, готов праздновать? — С лукавой усмешкой поинтересовалась Юмико, растрепав его волосы, на что сам мальчик вообще не обратил внимания.

— А то! Куда пойдем, м?

— Хм-м-м, дай-ка подумать… — она ненадолго замолчала, а потом с блеском во взгляде шёпотом предложив: — Как на счёт ресторана Акимичи, который в центре, с большой красной вывеской?

— Ты ещё спрашиваешь? Пошли давай!

Под её смех, когда Тайро стал чуть ли не подгонять её, влекомый сладкими фантазиями о невероятно вкусном жареном мясе, которое Акимичи умеют готовить ну просто великолепно, так они и торопливо дошли до заветного места.

Большое здание, из которого доносились пьянящие ароматы еды. Широкие, просторные стёкла с видом на улицу. Внутри царило оживление: большинство столиков из твёрдого, лакированного дуба были заняты посетителями. Пухлый мужчина, принимающий заказы за специальной стойкой, сейчас как раз обслуживал очередных клиентов. За ним располагался проход на кухню.

Сиблинги заняли свободное место у окна. Небольшие диванчики с бежевой обивкой из кожи, стоявшие по обеим сторонам, так и заставляли расслабиться в первые же секунды.

— Ка-а-айф… — блаженно выдохнул Тайро.

Вскоре Юмико отошла делать заказ, и время ожидания после они провели за пустяковой беседой по поводу академии и предстоящих каникул, на которых сестра с многообещающим взглядом заверила, что спуску давать ему не будет.

— Эх… совсем ты меня не щадишь…

— Ну-ну, тебе полезно будет, — насмешливо отбила Юми, беззаботно продолжив: — У меня, кстати, через два месяца экзамен на чунина. Так что могу пропадать некоторое время, нужно будет готовиться…

— И ты мне говоришь это только сейчас?! — С шоком переспросил Тайро.

— Ну, да?

Сколько бы далее он не пытался её расспрашивать по этому поводу, она хранила подозрительно многозначительное молчание. Потешно вздохнув, мальчик недовольно отозвался:

— Я, конечно, поздравляю и всё такое, но чтоб тебе поскользнуться на ровном месте за такое!

— Какой ты жестокий растёшь, ужас… — шутливо сказала Юмико, кивком поблагодарив официантку, принёсшую их порции на огромном подносе, который занимал половину стола.

Внимание парня сразу переключилось на еду. Чего здесь только не было: жареная свинина, говядина, онигири на закуску, соусы различной направленности. А уж какие ароматы всё это добро издавало, м-м-м…

— Ну-с, приятного аппетита!

Общее застолье продлилось целых полчаса, за которые они неспешно дегустировали каждое из блюд, параллельно ведя пустяковую беседу, по ходу которой он все ещё пытался выпытать у неё подробности, но только невзначай и мимоходом, но сестра, раскусившая его тактику, лишь с понимающей улыбочкой, которая так выбешивала, ловко меняла тему на более подходящую, будто так и надо.

После праздничных посиделок сиблинги решили прогуляться по Конохе, развеяться и переварить съеденное. В животе приятно тянуло, а на душе было чистое, концентрированное счастье и удовольствие, которое появляется только после великолепного приёма пищи.

— Куда пойдём в этот раз? — Просто поинтересовался Тайро, идя по левую сторону от сестры.

— М-м-м, как на счёт горы Хокаге?

— …Прям на самый верх? — С недоумением уточнил мальчик, скептичным взглядом посмотрев на три лика правителей селения, которые будто бы осуждающе взирали в ответ.

— На макушку Первого? — Невинно предложила девушка.

— А нас не оштрафуют и не побьют за такое? — С ещё более видным сомнением протянул он.

— Да не бойся всё будет спокойно! Верь мне!

— …

— …

— …Эх, ладно. Но если что, то это ты во всём виновата заранее.

— Хе-хе, как скажешь, мелкий.

— Твоё хихиканье звучит как у извращенки… малявка, — ловко уклонившись от шутливого удара, парень не успел среагировать на шутливый захват. — Ай-ай, всё-всё, я понял, отпускай давай!..

Подъём на гору Хокаге в Канохе всегда существовал в двух вариантах, и каждый из них отражал статус и подготовку поднимающегося.

Первый путь — стандартный, предназначенный для гражданских и гостей деревни. Он проходит по вырубленным в камне лестницам, расположенным на правой стороне горы, вдали от лицевой части, где высечены лики Хокаге. Маршрут выглядит скромным: аккуратные ступени, перила, несколько площадок для отдыха и редкие прохожие, решившие осилить данную дорогу. Это путь, которым поднимаются все, кто не владеет чакрой или просто предпочитает обычный подъём.

Второй путь — традиционный и, по негласному обычаю, считается настоящим «путём шиноби». Он расположен прямо на лицевой стороне горы, там, где высечены головы Хокаге. Чтобы подняться этим способом, нужно использовать контроль чакры — ходьбу по вертикальным поверхностям. Молодые ниндзя часто устраивали среди себя соревнования, кто первым доберётся до вершины, под молчаливое попустительство старших.

И, естественно, пара Учиха выбрала второй вариант.

Когда они поднялись на голову Первого Хокаге, а ветер довольно сильно трепал волосы, Коноха буквально раскрылась перед ними, как на ладони. Закат подсвечивал крыши мягким оранжевым сиянием, а по улицам уже загорались первые огни. С высоты она выглядела спокойной, тёплой, почти домашней — такой, какой мальчику хотелось бы видеть её всегда. Тайро остановился рядом, завороженно рассматривая всё, до чего дотянется взгляд.

Он был впервые здесь, и просто не мог пошевелиться, настолько у него перехватило дух.

Юмико немного выждала и только тогда заговорила, будто боялась разрушить момент:

— Если хочешь, чтобы люди к тебе тянулись, перестань пытаться быть похожим на него.

Она не произносила имя, да и они оба понимали, о ком идёт речь.

Тайро медленно перевёл на неё взгляд.

— Я не… пытаюсь.

— А выходит именно так, — тихо сказала Юмико. — Везде, кроме академии, где ты завёл себе друзей и моего общества — постоянно хмурый, напряжённый, будто кто-то тебе вечно должен. Люди это чувствуют. Ты хороший, но снаружи обывателям этого не видно.

Он отвернулся, будто рассматривая деревню, хотя взгляд у него стал рассеянным.

— Я просто хочу, чтобы меня воспринимали серьёзно, — раздражённо выдохнул мальчик. — В академии я могу быть самим собой, а в других местах? Не хватало, чтобы ещё пальцем начали тыкать, приговаривая, что Учиха какой-то не правильный. Вон, с Обито иногда такое происходит.

— Тебя и так воспринимают, — фыркнула девушка, закатив глаза. — Но серьёзность — это одно. А вот быть говнюком, как наш дорогой папаша, совсем другое. Тебе не нужно так себя вести заставляя себя, уверяю.

Она сказала это спокойно, без злости. Будто констатировала погоду. Именно из-за того, что Юмико не пыталась на него давить, навязывать своё мнение, а честно высказала всё со стороны… парень действительно всерьёз задумался.

Ветер дарил лёгкую прохладу, а ночная жизнь селения постепенно разгоралась с новой силой.

Тайро молчал пару секунд, потом едва заметно кивнул:

— Я… понял.

— Вообще всегда вести себя проще — не значит быть слабее, — сестра тело улыбнулась, вновь растрепав его волосы, будто это действия приносило ей ни с чем не сравнимое удовольствие. — Это значит жить не вечно на взводе. Доверься людям и они сами потянутся. Я живой пример. Не заморачиваюсь всякими сложными вещами, и вот, полностью довольна своей жизнью!

— Неприятно признавать, но ты умеешь говорить разумные вещи. Я подумаю над твоими словами.

Юмико легонько толкнула его плечом.

— Вот и отлично. И в смысле, ты что, это только сейчас признал, ха? Я, так-то, всегда самая умная и несравненная!

— Где-то я уже это слышал… — со скупым смешком произнёс мальчик.

— Естественно слышал, потому что это чистая правда!

— Поверю тебе на слово.

— Засранец мелкий…

Не став как-либо отвечать на ворчание сестры, Тайро довольно улыбнулся, присев прямо на холодный камень у края, свесив ноги вниз. Немного щекотало нервы осознание того, что под ним десятки метров высоты, если не повезёт сорваться. В прочем, всяко приятнее, чем сидеть на середине шедевра каменщиков, или кто создавал это чудо.

Хороший сегодня всё же день…

Учиха. Цветение ярости.

Наконец это всё-таки случилось. Юмико успешно сдала экзамен на чунина, хоть подробностей Тайро и не знает. Всё проходило закрыто, без излишнего освещения событий, как это могло бы быть при участии других селений. Но это априори невозможно, ведь вторая война закончилась только с чуть более года назад.

Все ещё не стихла ненависть к шиноби, носящих отличный от Конохи протектор и все ещё происходят небольшие стычки на границах маленькими отрядами. В прочем, самого мальчика это не касается. Сейчас он от всего сердца поздравлял сестру с повышением, самолично потащив в очередное вкусное место — в этот раз новое заведение с жареными деликатесами.

Юми так и светилась улыбкой напополам с гордостью, бахвалясь по поводу и без, как она всех в одиночку победила и всё в таком духе. Парень с восторгом внимал её словам, и тем более описаниям боёв, через который ей довелось пройти.

Из питья они заказали обычный чай, который всегда заходит под любое блюдо и не важно, даже если оно сладкое. Поистине, напиток богов!

Сам ресторан был довольно живописным: из резного красного дерева, с неуловимым утончённым стилем, где сочеталась золотая, черная и красная палитры цветов на всей мебели. А ещё тут очень любили добавлять в пищу совсем уж убойные специи. Поначалу, когда он только попробовал первую порцию, его язык, по ощущениям, чуть не сожгло. Однако распробовав, на удивление, паренёк даже втянулся во вкус — блюда планомерно уничтожались одно за другим, а вкусовые рецепторы, казались, ещё никогда не испытывали такого разнообразного ощущения.

Юмико тоже не отказывала себе в угощениях, хоть отнеслась и не с таким энтузиазмом к новой кухне, как брат, но и не противилась.

Тут было довольно много посетителей, и практически все столики на данный момент оказались заняты, из-за чего стоял небольшой шум разговоров. Сиблинги сидели за угловым местом, откуда открывался неплохой обзор на всё внутри, хоть и каждое место было огорожено небольшими стеночками, создающими чувство уединенности.

— И что дальше будешь делать? Когда думаешь получить ранг джонина? — Любопытно поинтересовался Тайро, подцепив палочками… спагетти.

Ну и название для обычной лапши, Ками-сама… Откуда ж они такое взяли только спрашивается? Но это не отменяло того, что сие блюдо ну просто-таки очень вкусное, особенно вперемешку с мясом, какой-то пастой и специями. Хотелось есть ещё и ещё, не останавливаясь, и по этой причине мальчик, наоборот не спешил. Обычно еда не вызывает у него настолько сильного энтузиазма, и это было самую малость подозрительно. Потому он решил растянуть удовольствие, а не набивать живот сразу.

— М-м-м-хм… не знаю, но постараюсь в ближайшие лет пять, может быть, — задумчиво ответила девушка. — К слову, скорее всего я ещё скоро перееду жить отдельно, подальше от родителей.

Парень не сразу осознал смысл сказанного, но когда до него всё же дошло, то он против воли нахмурился.

— В смысле? Куда переедешь?

— Буду снимать квартиру на окраине Конохи, — будто речь шла о погоде, расслабленно просветила сестра.

— …

Хотелось спросить: «А я?». Но он удержался. Понимал, что слишком эгоистично будет просить её и дальше оставаться в доме, где отец может спокойно её избить по любому поводу, а мать благополучно не вмешивается, предпочитая отсиживаться в стороне от любых конфликтов.

Получается… Юмико просто сбегает, оставляя его одного в этом не слишком-то и дружелюбном семейном доме? Бросает своего брата? Это… в горле предательски запершило, и он с силой прикрыл глаза, сжав левую ладонь под столом в кулак до боли в костяшках. Так нечестно. Просто… несправедливо. Тайро прекрасно осознавал, что так для неё же будет только лучше, но от этого импульсивное, слишком детское желание устроить истерику меньше не становилось.

Мальчик протяжно выдохнул, вновь приступив к еде и стараясь не смотреть на сестру.

— Ты сможешь приходить ко мне когда захочешь и оставаться, на сколько захочешь, — словно прочитав его мысли, торопливо добавила брюнетка, взяв его ладонь в свои и слегка сжав. — Эй, послушай. Я знаю, что… не очень красиво поступаю. Но чем дольше я буду контактировать с отцом, тем сильнее между нами будет напряжение, пока снова не случится… «урок». Он все ещё джонин, несмотря на возраст, и у меня нет против него шансов в прямом бою. Пойми меня, пожалуйста.

Осознание того, что теперь всё внимание родителя будет направлено на сына, избавившись от раздражителя в виде дочери, пугало до дрожи. Тайро лишь сцепил зубы по крепче. Хоть ему и всего пять лет, но он не будет вести себя как маленький ребёнок, не понимающий слова «необходимость». Реальность такова, что как бы он ни пытался, то повлиять ни на что не может. А значит, осталось лишь смириться, попытавшись извлечь выгоду даже из такого положения.

— Я всё прекрасно понимаю, — сжав губы, тихо ответил мальчик, смотря ей прямо в глаза. — Правда понимаю. Просто… это обидно. Очень. Однако не рассчитывай теперь, что я не буду к тебе приходить. Каждый день буду навещать, поняла?!

— Конечно, Тайро, — слабо, но искренне улыбнувшись, сказала Юми. — Спасибо. Это много для меня значит.

— Будешь спонсировать меня данго следующие полгода, раз ты теперь богата настолько, что можешь снимать себе квартиру!

— Ха-ха, как скажешь…

Хоть от такой новости праздничная атмосфера и была беспросветно испорчена, они всё же и дальше сидели в ресторане, пока не объелись так, что в горло и куска больше не лезло. Парень ни словом не расспрашивал её о том, где именно она собралась жить и вообще не задавал любых вопросов по этой теме. Тщетная надежда на то, что сестра просто скажет, что «это была шутка», все ещё тлела глубоко внутри, несмотря на уже изложенные факты его собственной логикой.

Уже под вечер, когда сиблинги вернулись домой, то Тайро принялся помогать ей собирать вещи по запечатывающим свиткам, которыми относительно недавно, — благодаря «экскурс введению в походную жизнь» от сестры, — научился пользоваться. Принцип был прост: положить предмет в специальное место на открытом фуин, подать чакру в нужно место и с негромким «пуф» вещь исчезала… куда-то. Куда, сестра так и не решила сообщить, сказав, что для него это пока сложно и отделавшись лишь общими словами: своё подпространство, создаваемой искусственно благодаря взаимодействию с квантовой механикой… Ладно, он и правда не понял. Хотя и сама Юмико не была уверена в сказанном, ведь не так четко помнила теорию, которую учила ещё в академии, так что вполне могла ошибиться.

— Это тоже надо сложить, — взяв в руки длинную юкату, заявила сестра, придирчиво осматривая одеяние.

Всего было четыре свитка, в которые и поместится весь её скарб. Больше половины уже было убрано, и в комнаты было непривычно пусто, что навевало на мальчика небольшую тоску, которую, в прочем, он не спешил открыто проявлять.

— Так… это есть, ага, это тоже идёт, — довольно кивнув самой себе, ещё один элемент одежды испарился с негромким «пуф».

Уже под конец, когда мебель осталась девственно чистой, в их комнату нагрянула мать. Очень удивлённая таким поворотом событий, и это ещё мягко сказано.

— А… это что? — Потерянно спросила женщина, остановившись в проходе и осматривая пустую комнату дочери, где кроме голой мебели ничего более и не осталось.

Атмосфера в комнате мгновенно напряглась, ибо такого сиблинги не предусмотрели. Юмико застыла с последним свитком в руках, медленно обернувшись а Тайро едва заметно подался ближе, будто хотел встать между матерью и пустой мебелью, но сам не понимал зачем.

Минами вошла внутрь, оглядываясь, словно пыталась найти спрятанные вещи, которые вот-вот должны были проявиться из воздуха.

— Ты… собираешься переезжать? — Голос сорвался на неровный шёпот. — И ничего мне не сказала?!

— Да, мам. — Юмико не пыталась смягчать удар, не отвела глаз и не стала оправдываться как-либо.

Парень её полностью в этом поддерживал, для поддержки сжав ладонь сестры. Для придания дополнительной смелости… ей, конечно же. И в этот момент в дверях возник Итори. Он остановился, обводя пустую комнату быстрым, холодным взглядом, остановившись на дочери.

— Объясни, — коротко бросил он, будто отдавал приказ подчинённому.

— Я ухожу, — спокойно ответила Юми. — Сняла жильё на окраине селения. Что-то непонятно из этого?

— Ты считаешь, что можешь принимать такие решения сама? — Мужчина также сделал шаг внутрь, тяжёлый, не терпящий никаких возражений. — Ты принадлежишь клану. И семье. Ты обязана…

— Обязана терпеть тебя? — Ядовито перебила девушка, не повышая голоса. — А не многого ли ты хочешь? Я никому и ничем не обязана, к твоему сведению, отец.

У Тайро сжалось горло от понимания, что очередной конфликт неизбежен. Ему казалось, что сейчас наступил момент кульминации, когда и так испорченные отношения между их родителем и сестрой испортятся окончательно.

Отец шагнул ближе, в его взгляде вспыхнул знакомый металлический блеск холодной ярости, хотя Шаринган не спешил активироваться.

— Ты неблагодарная дрянь, слушай меня внимательно. Я сделал из тебя…

— Ты сделал из меня того, кто хочет уйти как можно дальше от этого отвратного дома, — тихо, но твёрдо отрезала она, вновь перебив. Мальчик заметил, как кулак отца против воли сжался. — И если тебя это так удивляет… значит, ты просто никогда не смотрел на меня по-настоящему. Как и всегда, в прочем.

Повисла давящая тишина, и лишь мать попыталась вмешаться, сбавив накал страстей:

— Итори… пожалуйста…

Но он даже не повернулся к ней.

— Ты не уйдёшь, — окончательно произнёс он, будто отдавал нерушимый приказ. — Выгружай своё барахло обратно, пока я не решил сделать это сам.

И вот тут Тайро впервые в жизни двинулся без раздумий и каких-либо лишних сомнений, вмешавшись в семейный конфликт. Он шагнул вперёд, встав между ними — маленький, худой, но со взглядом, который явно не соответствовал ему вопреки всему его детскому возрасту.

— Отец. Она уходит, и точка.

Итори медленно повернул голову к сыну, будто даже удивившись, что тот осмелился заговорить. Почему-то даже усмехнулся.

— Не вмешивайся, сын. Это не твоё дело.

— Её дело и моё тоже. — Тайро чувствовал, как руки предательски дрожат, но не отступил. — Она не должна больше… получать «уроки». И вообще, Юми стала чунином, она вполне сама может решать, что и как ей делать в своей жизни, не думаешь?

В прочем, стоит отдать ему должное, мальчик всё-таки не дрогнул перед страшным авторитетом отца, выстояв до конца, так и не отведя собственного взгляда. Хоть ладошки и вспотели.

— Ты слишком много говоришь, как для того, кто всегда стоял позади девчонки, — холодно произнёс мужчина, рассматривая его, будто впервые увидел. Сестра хотела было впрячься за брата, но более сильное сжатие ладони её урезонило хотя бы на время.

— Может быть, — с недовольством признал Тайро. — Но я прав и я знаю это, так что не отступлюсь. Отпусти её из дому… пожалуйста.

Несколько секунд тянулись мучительно долго, будто время намеренно замедлили. Затем Итори резко отвернулся, будто потерял интерес.

— Делайте что хотите, — отец почти выплюнул слова, покидая комнату, сопровождаемый резким скрипом дверей. — Но чтобы её ноги здесь не было уже через час, иначе последствия… вам не понравятся.

Мать опустила плечи, словно из неё вышел весь воздух, уйдя вслед за мужем. Как же Тайро бесила эта её… без инициативность, будто и не человек вовсе. Особенно ярко это стало проявляться в последнее время, создавая ощущение, будто она живёт на правах гостя в собственном жилище.

Юмико наконец позволила себе улыбнуться, хоть и самую малость вымученно. Она подошла к брату и легко хлопнула его по плечу, приобняв.

— Спасибо, малыш. Очень вовремя, я уж думала, что придётся снова доводить всё до драки.

— Не называй меня так… — тихо пробормотал парень, но голос сорвался от переполнявших эмоций.

Мальчик впервые пошёл против отца. И самое главное — впервые победил. Правда, радости от этого не было совершенно никакой, его будто выжали досуха похлеще, чем на тренировке.

Сестра же слегка пригладила ему волосы.

— Всегда можешь приходить ко мне в любой момент, помнишь?

— Ага… а я могу насовсем поселиться у тебя?..

— Боюсь, такого отец уже не сможет позволить, иначе возникнут неудобные, хах, вопросы от других Учиха. Так что… крепись, мелкий.

Ну вот, снова назвала. Потом подняла последний свиток, накинула на плечи легкую куртку и вышла из комнаты.

Проводив её до дверей и проигнорировав сидящую на кухне мать, которая дёрнулась в непонятном порыве, но так и не решилась встать, он долго смотрел уходящей фигуре сестры в спину, пока наконец она окончательно не скрылась среди домов.

По итогу Тайро ещё долго стоял посреди опустевшей комнаты той, кто была с ним рядом на протяжении всей его недолгой жизни. Жившая здесь часть его мира исчезла за один вечер, оставив только одни голые стены и странную пустоту внутри.

Он провёл ладонью по столу, где ещё утром лежали её вещи. В груди неприятно заныло.

Мать позвала его по имени, но он не ответил.

Через несколько мгновений раздался другой голос, преисполненный строгости:

— Тайро. Пора на тренировку. Раз уж ты дорос до того, чтобы начать мне перечить, то пора усилить нагрузки.

Парень сделал медленный вдох, словно засовывая всё, что чувствовал, куда-то поглубже. Повернулся.

И пошёл вниз, на неизбежное наказание, которое мысленно уже окрестил полноценной казнью. Но оно того определённо точно стоило, ибо никаких сомнений теперь он не испытывал и подавно.

Добраться до ставшего каким-то даже немного родным озера не составило проблем, хоть уже и начинало вечереть. Благо, сейчас стояло лето и никаких холодов можно было не ждать.

Не успел мальчик заметить отца, как его инстинкты, отточенные за множество спаррингов с родителем, все разом, будто по команде взвыли.

Мысли пропали из головы. Шуншин был использован автоматически, выкинув его в десяти метрах от первоначального местонахождения. Там, где он был раньше, теперь была небольшая выбоина в земле от… удара ноги.

Против воли его взгляд встретился с активным Шаринганом отца, на котором можно было заметить три томоэ.

Поняв, что никаких прелюдий не будет и его «урок» начался уже сейчас, Тайро занял боевую стойку, не став даже пытаться поговорить, всё равно бесполезное занятие.

Стремительный рывок, который он вновь не заметил, а скорее ощутил. Дуновения ветра в полный штиль в округе прошли по коже, руки скрестились в жестком блоке.

Ощущения накатились такие, будто в него впечаталась гора, а не обычный выпад. Неприятный треск в руках и тело мальчика резко полетело с места, крайне болезненно ударяясь при каждом столкновении с землёй.

Только-только мир наконец перестал хаотично вращаться вокруг, как парень надрывно закашлял. Руки неимоверно жгло — это единственное чувство, которое сейчас он ощущал крайне отчётливо сквозь онемение.

Попытался встать как можно быстрее, ведь чем дольше времени проведёт на почве — тем больнее его будут пинать и дальше.

Однако получил лишь ещё один чудовищный удар, на этот раз кулаком в живот. Он даже не успел осознать, как фигура ублюдка оказалась перед ним. Отправиться в дальнейший полёт ему не дал пинок по спине от чрезмерно шустрого родителя.

Вновь выставил перед собой руки, дабы не впечататься лицом в грунт. Пищащий звон прошёл по ушам. Мальчик не понимал, что происходит и где он находится, но в голове набатом билась лишь одна мысль со всей доступной ею силой:

«Подняться. Я обязан подняться как можно скорее».

Оттолкнувшись ногами и ещё пару раз перекатившись, он смог подняться одним движением, уйдя из-под добивающего, и вот земля снова оказалась промята от вложенной силы.

Не было даже секунд на то, чтобы подумать, почему отец начал так жестоко бить. Сердце разгоняло адреналин по крови бешеными темпами и билось с такой скоростью, что стук ощущался всем его естеством, заглушая даже окружающие звуки.

А в следующий момент всё его тело будто вскипятили изнутри. Кровь взбунтовалась против хозяина, причиняя невыносимую агонию.

— А-А-А-А-А-А-А-А! — Натурально завопил Тайро, от болевого шока вновь падая вниз и пытаясь разодрать ногтями кожу на запястьях, чтобы достать и вынуть болезненную чертовщину.

Руки расцарапаны до мяса, набатом стреляет пытка, лишая его осколков здравого рассудка. Горло охрипло и теперь выдавало лишь жалкие сипы, и он зашёлся кровавым кашлем, ни на миг не переставая пытаться облегчить страдания.

Очередной удар, на этот раз в солнечное сплетение, когда его подняли за шкирку, будто нашкодившего котёнка, отрубил его на несколько секунд… или минут, ощущение времени напрочь испарилось.

Боль не прекращалась ни на миг, буквально сводя с ума.

«Это неправильно… так не должно быть! Больно. Больно. БОЛЬНО!»

Оставалось лишь два противоположных друг другу желания: чтобы наконец всё это закончилось и ему позволили спокойно умереть. А второе — чтобы тот, кто это с ним сделал, подох самым жестоким способом.

…А кто на него напал?..

…

Точно, отец. Отблеск Шарингана. Кипящая кровь. Иллюзия.

Когда пришло отрешённое осознание всего произошедшего даже сквозь до сих пор не затихающую пытку, а тело выгибалось всеми неестественными способами, что-то в нём изменилось.

Резануло глаза. Мир стал чётче. А ещё пропала боль, оставив после себя лишь одно: абсолютную, животную жажду прикончить своего отца.

Рука чуть ли не продырявила подсумок, который он додумался захватить с собой, выхватив кунай. Ноги выстрелили, будто пружина.

— Сдохни!

В слепом гневе Тайро всё нападал и нападал на спокойно уклоняющуюся от любых выпадов фигуру Итори, пытаясь задеть лезвием. Но всё было бесполезно, это как домашней кошке сражаться против серьёзно настроенного льва.

На каком-то моменте ублюдку надоело играться, и он одним движением обезоружил сына, вновь вбив того в землю своим локтем, который, кажется, что-то ему сломал в спине.

Тайро ещё пытался пошевелиться, встать, да что угодно, лишь бы не оставлять попыток его прикончить, но банально не мог. Будто начисто парализовало, не давая и рукой двинуть.

Лишь прерывистое, сиплое дыхание вырывалось изо рта, пока кипящая в венах ненависть и гнев сходили на нет, не исчезая полностью, а лишь прячась до поры и времени, сейчас оставляя после себя лишь странную, холодную пустоту, которая заглушала даже сигналы боли от многочисленных синяков, переломов и растяжений.

— Успокоился, щенок? — Арктически спокойный голос отца раздался прямо над ним.

— …Надеюсь ты подохнешь в муках, ублюдок, — и не подумав себя сдерживать, сквозь зубы прошипел парень.

— Значит, успокоился, — удовлетворённо пробормотал Итори. — А теперь слушай меня внимательно, скажу это только один раз. Что ты, что твоя паршивая сестра — отбросы. И вы ими будете до тех пор, пока не сможете за себя постоять в смертельном, честном бою. Дура возомнила себя всемогущей, решив пойти наперекор моей воле, с наивной надеждой на то, что селение её защитит. Попомни мои слова, она подохнет на первой же серьёзной миссии, когда будет лишь два варианта: либо она убьёт, либо её.

Мужчина взял небольшую паузу, прежде чем продолжить точно таким же тоном, никак не изменившись голосом:

— Тебе отбиться от рук я не позволю и воспитаю так, как обязан то сделать истинный Учиха. Будешь якшаться с этой идиоткой — стану выбивать из тебя всю дурь, в заключении проводя воспитательные испытания с помощью гендзюцу.

Тайро очень хотелось перебить, возразить или ещё как-то высказать своей протест. Однако благоразумно сдержался, лишь мысленно пообещав самому себе, что плевать он хотел на последнюю угрозу, даже если он будет подыхать на тренировках с ублюдком, сестру навещать он не перестанет.

— Хоть на что-то ты оказался уже сейчас годен, раз пробудил наше наследие. А теперь поднимайся, до этой тряпки Адзусы дойдёшь сам, либо же помрёшь в процессе. Завтра у тебя будет ещё одна тренировка. Там и закрепим материал.

На последних словах мальчик против воли дёрнулся, услышав, как сразу же отец исчезает в Шуншине.

Перевернувшись на спину, тщательно задавив любые болезненные стоны, он просто молча воззрился на начавшие проявляться звёзды в небе, не спеша предпринимать попыток подъёма.

Как же его всё это достало.

Марвел. Я был пьян, когда на меня накатило вдохновение.

— Роберто, знаешь, почему мы с тобой сейчас разговариваем?

Комната для допросов была не слишком дружелюбна к любому, кто сидит внутри, находясь в позиции допрашиваемого. Ещё больше это ощущение усиливал аккуратно одетый в смокинг мужчина блондин, который будто сошёл с глянцевой обложки журнала, на которые вздыхают тысячи одиноких мамочек и девочек подростков, сейчас же находящийся прямо напротив меня.

— М-м-м, вы решили предложить мне шаурму? — Сделал случайный вброс, попытавшись угадать.

— …Что? Нет, конечно, — поначалу даже впал в лёгкое недоумение от ответа блондин, в прочем, быстро собравшись. — Ты взломал электронные счета национального банка и ограбил государство на двадцать миллиардов долларов, если ты, вдруг, позабыл.

— А-а-а, ну да, было такое, — покивав, аки болванчик, смущённо улыбнулся, попробовав было правой рукой растрепать волосы на затылке, но не смог ту сдвинуть из-за наручников, которые были закреплены к специальному креплению посередине стола.

— Не хочешь рассказать, где эти деньги, и вернуть их по-хорошему? — Любезно улыбнулся агент, играющий роль «доброго» полицейского.

Почему же меня ещё не обкололи наркотой, начав выпытывать всё интересующее? Ну-с… Хороший вопрос, смею заметить, однако, пока не стану на него отвечать. Ведь так пропадёт вся интрига!

— Даже если б знал, то вряд ли смог сказать… пока вы не покормите меня шаурмой, — протяжно вздохнул, выражая всю скорбь мира, — а так, увы, я не имею ни малейшего понятия, о чём вы говорите, мистер Доу.

— Ха-ха, Роберто, очень оригинально, — как-то даже устало закатил глаза федерал, — мне сразу начать тебе ломать пальцы и выдирать ногти, приступая к жесткому допросу, или всё-таки ты «передумал»?

— Прежде чем я дам ответ, можно задать вопрос? — Состроив жалобное лицо, спросил.

— …Давай, спрашивай.

Оч-чень ехидно ухмыльнувшись, из-за чего блондин незаметно глазу напрягся, чуть ли не пропел:

— Агент Генрих Паттисон, а вы знаете, что прямо сейчас вашу жену долбит во все щели ваш сосед, мистер Ворквуд, м-м-м? Ох, а как она стонет! Шарлота явно любит побольше и… более чёрный агрегат, а?

— Какого хрена?! — Мигом взвился со своего места мужчина, схватив меня за ворот рубашки и практически впечатав лицом в стол. — Что за бред ты несёшь?!

Сразу же внутрь вбежали двое охранников, оттащивших невероятно ревнивого блондина от меня подальше, пока я давил в груди гомерический хохот.

— Как ты узнал?! Что с Шарлоттой? Что с ней?! — Продолжал яриться не доверяющий своей жене муженёк, который так и искал повод уличить её в измене.

Люди… Тц.

— Прямо сейчас? — Невинно наклонил голову набок, сложив губы трубочкой и подумав, пока его продолжали держать, но, что примечательно, так и не вывели. — Он загоняет свой член длинной в семнадцать сантиметров ей в пизду, под её громкие стоны, нагнув раком в вашей спальне, той, где ещё зелёные шторы такие прикольные, с рюшами. Зачётная, кстати, у Шарлотты родинка на левой заднице, не находите?

Только-только начав было успокаиваться, тот уже был выведен наружу окончательно, когда начисто потерял крышу, стоило услышать про шторы и родинку. Вновь наступила блаженная тишина, а запертая дверь глушила все звуки беснующегося агента снаружи, который сейчас наверняка наплевав на всё полетит домой… и действительно застанет то, как его жену жестко имеет сосед.

После этого на порыве эмоций изобьёт того до полусмерти, жену голой выкинет на улицу, начнёт крушить дом… Так, хватит, не нужно столько подробностей, спасибо.

К сожалению, затишье не продлилось и пяти минут, как внутрь уже вошла…

— Охо-хо, какая персона почтила меня своим присутствием! — Уважительно присвистнув, окинул рыжеволосую красотку быстрым взглядом, чисто эстетически наслаждаясь видами, открывающимися сквозь обтягивающий деловой костюм.

— Знаете меня? — Приятно улыбнувшись, она уселась на то же место, где совсем недавно был тот буйный.

— Вас невозможно не знать, мисс Романофф, — вопреки собственным же словам, перестал гримасничать, на краткое мгновение прикрыв глаза, после чего посмотрел на неё уже совершенно спокойно.

— Вот как? Спасибо, приятно такое слышать, Роберто. Или как лучше к тебе обращаться? — Приложив указательный палец к нижней губе, поинтересовалась Наташа.

— Как вам угодно, мне без разницы, — пожал плечами, сразу задав вопрос: — К слову, ваш… эм, коллега. Ему там не слишком голову снесло?

— О, нет повода для переживаний, хотя я не могу не отметить твоего таланта выводить людей из себя, — вполне искренне и не покривив душой, похвалила девушка.

Такое сразу считывается и от меня априори невозможно утаить, что порой бесит до невозможности, но тут даже в тему, вроде как.

— Благодарю, однако, до истинного мастерства насмешника мне, боюсь, ещё очень далеко, — скупо улыбнувшись, слабо подёргал руками, привлекая внимание к наручникам. — Может, уберёте эту гадость? Всё равно ведь знаете, что я банально не смогу отсюда сбежать.

— Пожалуй, так действительно будет лучше, — легко согласившись, она сразу достала ключ из кармана, быстро освободив от наручников.

С наслаждением протерев запястья, убрал руки в карман серой толстовки, сцепив пальцы в замок.

— Ну как?

— Явно чувствую себя куда более комфортно, ещё раз благодарю. И так… что дальше? — Я не скрывал своего интереса в её дальнейшем шаге на этом импровизированном мною допросе.

— Хочешь шаурму?

— Хм-м-м… да, двойную, с сыром и грибами, пожалуйста, — не стал отказываться от блюда богов, так ещё и за бесплатно.

— Принесут через минут десять, а пока не против поговорить?

— С вами хоть на край света, мисс Романофф, — шутливо отсалютовав, чем вызвал у рыжеволосой скупую улыбку, вновь спрятал конечности в карман.

— Отлично, я запомню, Роберто. Мне вот интересно, сколько ты уже совершенствуешь свои навыки в программировании?

— Лет эдак… — подняв голову к потолку, где сиротливо горела одна вбитая в какой-то непонятный материал лампа, пытался точно вспомнить, но не получилось, увы. — Не помню точно, но примерно четырнадцать, с шести лет. А вы?

— Что я? — Указала на себя пальцем Наташа, недоумённо переспросив.

— Сколько вы учитесь программированию? — Терпеливо повторил вопрос, не разрывая с ней зрительного контакта. А зелёные глазки-то красивые.

— Честно говоря, только недавно начала осваивать эту нелёгкую вещь, но года два где-то точно, — и даже не соврала. — И то, что ты провернул — для меня кажется чем-то невероятным, буду честна с тобой.

— Ну да, нелёгкое дело было, — умудрённо покивал, не став скрывать проступившую гордость, — грабить банки онлайн, дело, знаете ли, очень муторное. Хотите совет?

— Конечно.

— Никогда не грабьте банки… и никогда не покупайте шаурму на углу девятой авеню, там она та ещё гадость, после которой будет сильно крутить живот, похлеще, чем от индийского стрит-фуда.

— О… довольно… полезный совет, что бы я без него делала, — легко фыркнув и наклонившись чуть вперёд, облокотившись подбородком на руку, сказала девушка, чьё декольте начало очерчивать опасные линии.

Ох, Карлос, что же ты за кибер-фриком был, за что мне это… Двадцать, чёрт побери, лярдов! Двадцать, Карл! Ладно, мне это надоело. Пора бы и честь знать, всё же, попал в застенки ЩИТ-а именно он, а не я.

— Наташа, у меня к тебе предложение, — забив на официоз, убийственно серьёзно сказал.

Она, почувствовав, что «клиент» уже готов, аж подобралась.

— Внимательно слушаю, Роберто.

— Предварительно я озвучу обязательства со своей стороны, пожалуй. Я возвращаю деньги, рассказываю, как всё провернул, помогаю вашим кодерам убрать дефекты в системе защиты. Ну как, звучит?

— И что же взамен? Вертолёт и гарантия безопасности? — Шутливо растянула губы в подобии на улыбку рыжик.

— Всё предельно просто. Прямо сейчас мы с тобой, в этой комнате, занимаемся бурным сексом до изнеможения, со всем причитающимся. А потом я поработаю твоим психологом ровно один час, а оплатой послужит лучшая на планете шаурма. Ну и после спокойно покину это недружелюбное место. Устраивает?

Могильное безмолвие можно было резать ножом. По лицу профессионально подготовленной Чёрной Вдовы, ныне беглянки из Союза, получалось прочитать только одно: «Что?». Но…

— Идёт. Энрико, выключи камеры, — обратилась она в пустоту, после чего встала, закрыв дверь изнутри.

У меня же… случился синий экран смерти. Хоть такой ответ и ожидался со сто процентной гарантией, всё же… Ха!

— У меня одно условие, Роберто, — на этот раз ласково улыбнувшись, проворковала Вдова.

— Слушаю, — с внезапно пересохшим горлом ответил.

— Если ты нарушишь условия сделки, по итогу не сказав… я причиню тебе такие страдания, от которых ты будешь молить о смерти. Ты даже не представляешь… насколько у меня богатая фантазия.

Тяжело сглотнув, непрерывно наблюдая за тем, как красивейшая рыжеволосая девушка планеты неспеша раздевается, смог из себя выдавить:

— Поверь, очень даже хорошо представляю. Я, знаешь ли, держу своё слово.

Местный боженька, без понятия как там тебя звать, спасибо тебе за то, что Романофф тут отбитая на голову защитница интересов США и готова буквально на всё ради цели. Просто… человеческое, огромное спасибо.

Роберто-младший стал колом, стоило увидеть полностью нагую Наташу. Что же… это будет лучший час в моей новой жизни. Если уж и идти во все тяжкие, то такой старт я считаю… просто, блядь, охуенным!

***

Спустя ровно один час я, довольный, как слон, лениво наблюдал за Вдовой, которая надевала на себя одежду обратно, поправляя смазавшуюся и так понятно от чего помаду. В разуме царила полная идиллия, а мир чуть ли не плясал мне в такт.

— Я тебе клянусь, это были самые превосходные шестьдесят минут в моей жизни, — не стал скрывать, сам поправляя джинсы и мысленно восхваляя «свою» новую выносливость. — Однако, психологом я для тебя поработаю как-нибудь в другой раз, Наташ, но не сомневайся в этом обещании и тем более, моей честности.

Она молча смотрела на меня, но теперь в этом взгляде не было и капли скрытой глубоко внутри антипатии. Всё же, секс сближает… особенно, такой бурный. Наверняка через пару минут девушка сможет меня запросто прикончить, словно ничего и не было, но я, так-то, и не жалуюсь.

— Всё по моей части будет в вашем компе у стажёра Кормака, файл «ZN-322», он там один такой на диске, не ошибётесь. Деньги и как к ним получить доступ — там же. Ну-с-с, а теперь я пошёл!

И не успела Романофф и шагу ступить, как я банально… испарился из пропахшей весьма специфически допросной, в один миг оказавшись на шумных улицах Лос-Анджелеса. Ну нахер этот Нью-Йорк, где в этом мирке через день случается тот ещё бред, наподобие летающих пауков, ходячих пингвинов и вторжения инопланетян, что не выбивается из обычного вторника того многомиллионного отстойника.

Мог бы и в другую страну, но пока не настолько уверен в своём навыке «Мгновенного фазового смещения». По сути, перехожу в другую плоскость мира и за моментальный период вновь выхожу в привычную плоскость, но в другой точке.

Что же вообще происходит, спросишь ты, мой дорогой читатель написанного в далёком будущем дневника? Ну-с… я вроде как оказался в мире Марвел, только есть один… да ладно, не один, нюанс.

Какой-то неправильный это Марвел, тут, блин, чего только не намешано! Хотя мутантов, вот, нет! Но вообще, логика тут вышла покурить травки и обратно не вернулась, могу заявить это со всей смелостью. Абсурдная ситуация с Романофф лишь подтверждает это.

Как же так оказалось, что я «попал», как несложно догадаться, в тело двадцатилетнего кибер-фрика Роберто Карлоса, который грабанул Штаты на двадцать лярдов, решив сделать себе подарок на день рождения таким незамысловатым образом? Спойлер: он не латиноамериканец, а белый. А ещё у него лютая аллергия на любую наркоту… да, так нелепо он чуть не сдох в застенках ЩИТ-а, ведь те уже пытались, вестимо.

Ну-м-хм… Сделка с неведомым нечто, когда под угрозой находится бедная моя душенька, ещё никому не мешала. Условия? Просто проверить данный мир на пригодность для «попаданцев», что бы они ни задумал в будущем… Со слов неведомого нечто данная планета куда более открыта к «залётным» душам, потому можно ожидать… всякого. Как и отсутствия логики в некоторых местах, по «канону» положено, что бы это ни значило в таком ключе.

Таймлайн? Старк ещё не заикался о ракетах, судя по обрывочной памяти Карлоса, Тора не было на планете, как и Человека-Паука. Относительно обычный, в общем-то, Нью-Йорк, без НЁХ под боком каждый божий день.

Способности, чтоб «не сдох в первый же день»? Ну и странный лексикон у нечто…

Всего две, на самом деле. Первая — то самое «Мгновенное фазовое смещение», по сути, телепорт в любую точку планеты…, а может и не только её, но проверять космос мне откровенно не по себе. Вторая — какая-то неадекватная форма прорицания… или всеведения, просто до космических масштабов развитое шестое чувство, без понятия! Даже названия не знаю!

Вся соль этой штуки в том, что… я просто знаю, стоит мне полюбопытствовать на какую-то тему и сознательно активировать способность. Захотел всё выяснить про того первого агента, который допрашивал уже «нового» Роберто, который даже не осознал собственной смерти, как бац, и мне в голову полился полноводный ручей фактов, кадров в реальном времени, как с его женой и тем негром, просто секретов мужчины и вообще всё, что с ним связано. Очень… страшная сила, если подумать. А думать я умею, относительно, конечно, и не всегда, но умею.

Но для активации необходим один простой фактор: знать, чью именно личность я собираюсь «сканировать», иначе пожелай я узнать о Наташе, и мне разнесло бы мозги фактами о миллионах русских домохозяек с таким же именем. Вот такие вот пироги, м-да.

Что дальше? А… без понятия, вот прям вообще.

Может, пойти напиться? Хм, хорошая идея! Заодно отдохну от всего этого дерьма…

Червь. Глава 1.

Мир никогда не был добрым местом, где можно решить все свои проблемы, просто поговорив. В большинстве случаев мы рождаемся никем, живём обычную серую жизнь, испытываемым персональные триумфы и трагедии, а после умираем. Цикличность бытия, ничего особенного. Лишь один из миллиардов таких же разумных, которому не суждено было выйти за парадигму «нормального», «предсказуемого» хода событий собственной жизни.

Но. Везде есть это вездесущее «но», которое полностью всё меняет, переворачивая с ног на голову. Мой случай не стал исключением из этой категории.

Как всё началось? С яркого, слепящего света, от которого болели глаза. Рождение новой жизни — это всегда чудовищно болезненный процесс не только для матери, но и для первенца, которого она проводит в свет сквозь себя.

Уникальный опыт, чувства от которого, впрочем, поблекли с ходом времени. Шестнадцать лет на альтернативной версии земли, похоже, даже в альтернативной паутине кластера мультивселенной. Много это или мало?

Я все ещё помню свою первую жизнь так, будто это было только вчера: переезд в другую страну без гроша в кармане, изучение нового языка, адаптация, первая работа, учёба, новоселье, вечные ссоры с матерью, страдающей алкоголизмом, отчуждение от семьи, самостоятельная жизнь, первая влюблённость, выпуск с дипломом…

Так много событий, проносящихся сейчас, будто киноплёнка старого фильма, пока я сижу в потёртом временем кресле театра, вспоминая это в особо меланхоличные вечера моей новой жизни.

Честно сказать, я был любителем чтения. Просто обожал всякие истории про попаданцев, оригинальных героев и целые миры, рождённые фантазией талантливых авторов. И по книгам у меня сложилось некое предубеждение относительно того, что все перерожденцы не испытывают проблем с периодом адаптации к новому телу, сразу начиная прогибать под себя мир или заниматься другими, несомненно важными делами мирового масштаба.

Так вот, авторитетно могу заявить: они все нагло врут. Очень нагло, ведь сами не сталкивались с таким опытом, не переживали его, не находились в теле беспомощного маленького чудовища, неспособные пошевелить даже указательным пальцем левой руки. Это очень давит на сознание, которое просто не может нормально функционировать в таком недоразвитом мозге.

Начинается стремительная деградация. Часть образов навсегда стирается из памяти, испытываются серьёзные когнитивные перегрузки, вечно сопровождают головные боли. Я был в ужасе, когда осознал это. В настоящем, перманентном ужасе, неспособный не то, что спасти собственную личность, а даже внятно мыслить.

Родители этого тела не понимали, что творится с их ребёнком, который находился в постоянной истерике, не способный угомониться ни на миг. Стресс давил так, что я серьёзно был близок к тому, чтобы умереть. Не знаю, как, но способ наверняка нашёл бы.

Начались походы полугодового меня к врачам. В памяти вырезались сплошные белые пятна, писк приборов, беспокойные интонации. Когда я осознал, что стал забывать лицо моей бабушки, которая была для меня довольно важным человеком в первой жизни, начал паниковать ещё больше. Успокоиться не получалось. Как и стабилизировать моё состояние врачам, которые просто не понимали, что происходит с отдельно взятым младенцем.

В один из дней, которые проносились будто в ускоренной съемке через камеру старого смартфона, у меня случился нервный срыв. Скорее ментальный, но всё же.

Эмоции были на пике, я не контролировал совершенно ничего. Лишь дикая, очередная животная паника, когда я понял, что не могу вспомнить лицо старшего брата, который всегда был для меня опорой в трудный час.

И тогда произошло… что-то. Как-то иначе назвать это на тот момент я никак не мог.

Танец двух сущностей, несоизмеримо прекрасных, огромных и могущественных. Миллиарды осколков, окружающие их, будто живой хитин. Они были в основном одноцветными, но были и какие-то… аномальные. Неестественно яркие, даже немного аляповатые. И к одному из таких меня потянуло мягкой, но неостановимой силой, пока сущности всё продолжали свой вечный танец.

Сеть неустойчива. Требуется резервное хранилище.

Дальше у меня был провал в памяти, это факт. Но этот момент контакта с чем-то неземным я помню до сих пор. И он же помог мне не сойти с ума, как оказалось.

На момент своего бытия младенцем я не знал, что случилось, и далеко не сразу понял, что… больше нет того постоянного напряжения, головных болей и спазмов. Прекратились неконтролируемые порывы закричать изо всех сил. Просто… всё закончилось, будто это был один сплошной кошмар.

Никаких панических мыслей, никакой потери памяти. Даже вернулось уже утраченное, что тогда было чудом. А следом в моей голове из ниоткуда появилось знание. Нарушающее все мои понятия о нормальном, и так пошатнувшиеся из-за перерождения, и уж точно не естественного происхождения.

Знания о том, что я теперь могу делать. А как оказалось, могу многое. Это сейчас, являясь искушённым пользователем сети интернет и просто разбирающийся в большинстве тем, я понимаю, что тогда со мной произошло, но для того неоперившегося птенца, коим я и являлся, это было чем-то неизведанным.

Триггер. Активация «Короны Поллентии». Установка контакта с источником сил — сверхсуществом находящимся на ином плане бытия.

Поначалу, первые года экспериментов с собственной силой, я считал себя особенным, даже избранным. А потом немного подумал, и понял, что лишь один из множества. Особенно это подтвердилось, когда впервые увидел местные новости.

Что же это за сила-то такая? Ну, именно она не дала мне окончательно деградировать до уровня младенца, сохранив мой ментальный план в целости и сохранности, а также наделив сверхспособностями.

Какими? Я буквально могу покидать своё тело в виде эдакой духовной проекции, которая к тому же в состоянии влиять на реальный мир, а также становится видимой и… да много чего «и». Слишком много нюансов и деталей, чтобы сейчас вдаваться в подробности.

Стоит добавить, что по восприятию в первые попытки это сначала било достаточно сильно, чтобы терять сознание сразу после завершения тестов. Я назвал свою новую форму просто и со вкусом: «Дух». Ведь им я, по сути, и являюсь.

Мир, который открывается в Духовной форме, преображается на сто восемьдесят градусов. Всё было сведено к структуре, к базе данных. Как в Матрице. Люди в форме миллионов постоянно перемещающихся между собой линий, очертания окружающего мира в виде волновых сигналов, от которых идут ещё больше каналов, распространяющихся по всей округе.

Во время прогулок в коляске, когда я «спал», ведь во время пребывания в новой форме настоящее тело действительно снижает свою активность практически до нуля, от некоторых людей тянулись натуральные столбы данных, уходящих куда-то в иной пласт реальности. Полагаю, что прямиком к сущностям. А те разумные были такими же обладателями суперсил, что и я сам.

Поначалу пришла аналогия с паразитами, которая меня напугала достаточно, чтобы я всерьёз занялся исследованием самого себя. Не бывает пряника без кнута, как оказалось. Тот поток данных, который передаётся от каждого «супера» к сущностям, в сути своей чистейшая информация, запакованная в архивы.

А я же… я и есть само понятие «информации». Ближайшая аналогия — моё сознание записали на некий носитель, который служит барьером между негативным влиянием несовершенного тела и моим разумом.

Когда понял, что стал натуральной «энграммой», скажем так… Поначалу было отрицание. Ведь не могло это быть на самом деле? Ха-ха. Как оказалось, ещё как могло. Остальные стадии принятия прошли плавно и согласно ожиданиям.

Однако даже такая жизнь на биологическом квантовом компьютере, расположенном в мозге, все равно лучше, чем полная деградация. Я принял нового себя и то, что оказался в каком-то фантастическом мире типичной супергероики с мрачным подтекстом.

Ведь, как оказалось, здесь существуют «герои» и «злодеи», которые ведут между собой эдакую непримиримую борьбу. Ещё есть отдельные группы психов и просто одиозных личностей, чьи силы слабо понимаемы. Ну, а также Губители. Непонятные мерзости, методично уничтожающие человечество. Ах, да, и ещё они неубиваемы. Даже сильнейшие мета-люди не в состоянии навсегда упокоить их.

Факт, что я теперь живу в мире, которому буквально предначертан конец света из-за: постепенно обретающего сознание «Золотого человека», как я понял разок взглянув на того в Духовной форме, когда он пролетал по своим несомненно важным делам. Губителей, неубиваемых монстров, стирающих миллионы разумных своими атаками на города человечества. Сущностей, которые непонятно зачем всем подходящим раздают свои осколки и собирают информацию, но буду считать их потенциально инопланетными захватчиками. Тайной мировой организации, которой просто не может не быть.

Так вот. Всё это осознание, которое закрепилось где-то годам к восьми, когда моё «прокси» тело уже ходит в местную школу, начало на меня давить. Какой смысл был в перерождении, если всем всё равно суждено погибнуть?

Я не питал лишних иллюзий относительно того, что человечество сможет победить в предстоящей войне с сущностями, которых я уже априори записал во враги. Как они подарили «силы», так и разом могут их забрать, это логично. И меня вместе с ними, ведь я теперь, по сути, чистый поток информации, которая закреплена к работе Короны Поллентии, опухоли в мозге, которая при активации, — триггере, — и даёт суперсилы, исходя из психического состояния реципиента.

Потому… просто существовал. Зачем пытаться, если борьба априори бессмысленна? Нет ни одного шанса в победе против такого. Жил обычной жизнью.

Где же амбиции, жажда спасти человечество, возвыситься, спросите вы, читатели моего мысленного блога? Я не тот человек, который поведёт за собой толпу, и уж тем более целый мир. Совершенно не тот.

Единственный вариант спасения, который я здесь вижу, так это уйти на Землю-Алеф, эдакую максимально приближенную итерацию моего родного мира. С этой же Алеф сюда, на Землю-Бет, приходят большинство культурных новинок. Например, Звёздные Войны, чтоб эта франшиза горела в огне.

А раз сюда что-то да попадает, значит, есть проход. И исходя из бесчисленных часов поиска в интернете, там нет никаких супергероев и прочей ереси комиксов. То есть, нет влияния сущностей. Следовательно, мой шанс на мирную жизнь в нормальном, не умирающем в раздоре конфликтов мире. Мысль о том, что я стану троянским конём, который и даст проход червям в новый для них мир, я предпочёл полностью игнорировать ради моего душевного спокойствия.

Сейчас, когда мне вроде как шестнадцать лет и мир потихоньку скатывается в хаос, как достигнуть своей цели я все ещё не знаю. Вместо этого большую часть времени отдаю на развитие собственных сил, дабы в нужный момент быть способным побороться за своё право на счастливую, тихую жизнь.

Теперь, пожалуй, расскажу немного о семье, в которой мне повезло переродиться. Работающий на «Медхолл», крупную медицинскую корпорацию, отец. Сорокалетний мужчина европеоидной внешности, с русыми волосами. Спойлер — я внешностью пошёл в Артура, а не в мать, в отличие от сестры близняшки.

Мать — учительница математики в местной «престижной» школе, которая, буду честным, всё равно то ещё захолустье. Но Линда, видите ли, горит своим делом педагога. Вы знали, что я ненавижу математику и все науки, с ней связанные? Ну вот, теперь знаете.

Внешностью она явно выше среднего. Блондинка с голубыми глазами и хорошей фигурой, а также грудью троечкой. Таких обычно берут в модельный бизнес, оттого удивительнее, что вместо лёгких денег (ах, да, конец мира жешь, всем здравомыслящим не до мастурбации на красоток), она предпочла работу учителем.

Сестра же… Анна та ещё пакость, буду честен. Ну, ладно, не буду продолжать типичное ворчание старшего на пару минут брата, потому буду краток. Красотка, вся в мать, любит внимание, немного капризная, любит всякие красивые штуки, не любит своего зануду брата. Типичная девчонка шестнадцати лет, короче, и говорить толком не о чем.

Ну и я собственной персоной — Итан, шестнадцатилетний «ботаник». Ну и имечко, конечно… Интроверт, который большую часть времени проводит в телефоне или компьютере, ведь смысл смотреть на унылые пейзажи города, который сразу навевают мысли о том, что когда-нибудь и сюда придёт Губитель? Ну и не шибко то социализированный молодой человек, ведь к черту мне не сдалось заводить дружбу с детишками, когда самому проще… да вообще всё.

Благо, что мозги мои теперь работают на все сто десять процентов, хе-хе, благодаря способностям.

Каштанового цвета волосы, зелёные глаза, обычное, довольно привлекательное лицо. Ну и хорошая фигура, спасибо спортзалу, куда заставляю себя ходить.

Живёт наша дружная чета Бэккеров в просторном частном домике с современным ремонтом, находящемся относительно недалеко от центра. Престижный район и всё такое, понимать надо. Крепкий потолок среднего класса, есть даже своя машина — BMW E60 (конкретно эта фирма, похоже, есть в каждой вариации Земли, хах), гордость отца, который любит иногда покопаться во внутренностях этой красотки.

Ну да ладно, вернёмся ко мне. Чем обычно можно заняться, когда на дворе март две тысячи десятого года, хороших игр ещё нет, компов тоже, а чатиться на форумах не по супергероям, -которые уже в печёнках сидят, — банально надоело?

Ответ, на самом деле, очевиден. Творчество. А что вы ожидали услышать? Пойти на прогулку и словить на свою задницу приключений? Нахрен оно мне не сдалось.

Вместо этого предпочту нарисовать какой-нибудь красивый арт персонажей из моего родного мира, которые тут в новинку, а после продать его на аукционе. Относительно написания книг… я пытался, и даже что-то вроде получалось, но слишком уж нудное это дело. Куда приятней картинки, который внезапно могут перейти в категорию восемнадцать плюс, если совсем скучно станет.

Так и зарабатываю себе на жизнь, и этого вполне хватает на покупку всякого интересного, ведь рисую я очень даже хорошо, по моему собственному мнению. Конечно, Анна завидует «успеху», но кому не плевать на недовольство стервозных сестёр?

Сегодня было решено воплотить в реальность портрет Симург, «Ангела», она же губитель, телепат чудовищной мощи. Только… более милой, скорее даже няшной версии Симбы. Такие получше продаются, а средства мне сейчас нужны, в компьютере скоро накроется видеокарта, придётся новую брать, эта и так уже дышит на ладан. Да и забавно продвигать культуру «ми-ми-мишных» тварей, на которых всегда найдётся спрос, а также парочка горящих анонимов в интернете, осуждающих мою работу, будто им больше заняться нечем.

Обычно, когда я погружаюсь в сам процесс рисования, то полностью абстрагируюсь от всего мира, душой отдаваясь творчеству. И очень, повторяю, очень не люблю, когда меня прерывают. Что и случилось сейчас.

— Эй, задрот, тебя мама зовёт, — без спроса вошла в комнату сестра, которая ниже меня на полголовы. Её волосы сейчас были заплетены в простую косу, а одета она в короткие белые шорты и такую же футболку.

— Аня, ещё раз назовёшь задротом, я спалю твою заначку с вибратором, которую ты «гениально» решила спрятать под подушкой, — хоть и перепрячет, все равно предсказать ход её мыслей не то, чтобы большая проблема.

— А? — Непонимающе вскинула брови девушка, быстренько прикрыв дверь. — С какого хрена ты у меня в комнате роешься?!

— А с какого хрена ты ведёшь себя, как дрянь? — Ответив встречным вопросом, отложил графический планшет, после чего со вздохом встал и пошёл на выход.

— Это просто ты кретин, который ничего не понимает! — Недовольно ответила блондинка, взмахнув руками.

Я её закономерно проигнорировал.

— Эй, не делай вид, будто меня тут нет!

— Что говоришь? С такой высоты просто не слышно карликов, извини, — произнёс нараспев, уже спускаясь по лестнице вниз, тогда как она прямо за мной.

— Пф, вот поэтому ты все ещё девственник, никакого уважения к девушкам!

— И это ты мне говоришь, «не целованная»? — Ехидно спросил негромким голосом, даже не оборачиваясь.

— Да пошёл ты, придурок, — практически побежав вниз и намеренно задев меня плечом, Аня убежала в сторону гостиной. Ну и хрен с этой язвой, перебесится.

Сама кухня было достаточно просторной, чтобы вместить в себя всех членов семьи. Мама сидела за столом, чинно попивая чаёк с конфетами, одетая в простую блузку и джинсы. Видимо, недавно куда-то ходила.

— Что-то хотела, мам? — Остановившись в дверях, поинтересовался, на что она, все ещё жуя, кивнула на соседний стул. Эх, видимо, что-то «важное».

— …У меня к тебе разговор, дорогой, — неспешно начала Линда, прожевав всё и запив.

— М-м-м, ладно? А на какую тему?

— Твоя социализация, — весомо заявила маман, и я в очередной раз сдержал порыв закатить глаза. В который уже раз она пытается меня «социализировать», уже даже смешно. — Видишь ли, я снова вижу, что в школе ты ни с кем не общаешься. Помнишь, о чем мы договаривались с тобой в прошлый раз?

Я все-таки не сдержался и тяжело вздохнул. Уже не впервой поднимается эта тема, которая приходит к своему закономерному результату. Ну не хочу я заводить связи с подростками, у большей части которых, что у парней, что у девушек, только одна мечта — трахнуть Славную дырку, она же Виктория Даллон, супергероиня без маски, к тому же школьница, учащаяся в «Аркадии», куда я по недоразумению вселенной вынужден ходить.

— Конечно, помню. И я все ещё в процессе работы над этим вопросом, не беспокойся, мам.

— Уже целых два месяца «в процессе»? — Изящно выгнув бровь, насмешливо поинтересовалась мой мучитель в плане социальной жизни.

— Не простое это дело, знаешь ли, друзей заводить.

— Ага, особенно когда ты даже не пытаешься.

— А с чего бы мне вообще пытаться сблизиться с этими идиотами, которые ни на что толком не способны?

— Немного циничный взгляд на дружбу, не находишь? — Хмыкнула Линда, сделав ещё глоток.

— Какой уж есть, мам, какой уж есть…

— …Ладно, я понимаю, что ты не слишком то и хочешь этим заниматься, — устало выдохнула ещё одна блондинка в доме, — но завтра ведь будет фестиваль в честь двадцатилетия нашей школы, хоть там постарайся повеселиться, ладно?

— Конечно, без проблем, — спокойно кивнул, после чего встал и, напоследок быстро поцеловав мать в щёку, пошел обратно в свою комнату, — ладно, я дальше рисовать.

— Не засиживайся слишком долго, — напоследок сказала Линда.

— Конечно!

Как же иногда утомительно бывает взаимодействовать с семьёй, это конечно шок. Хоть я и вроде как «оцифровался», эмоции испытываю всё также стабильно, и просто не мог не привязаться к тем людям, с которыми, по сути, рос с самого младенчества, будь проклято то время.

Ещё и опять социальная активность, эх… Как же порой хочется лечь и не просыпаться. Особенно в этом мире, которому грозит тотальный апокалипсис в ближайшие лет двадцать максимум.

***

Старшая школа Аркадии это довольно огромное здание в «Н»-образной форме, где помимо деток богатых родителей учатся ещё и так называемые «Стражи», то есть детки с суперсилами, которые вроде как скрывают свои личности.

Ну и семейство Даллон, в составе которого эрзац версия Александрии, — сильнейшей женщины за планете, — она же Виктория Даллон, а ещё девочка целительница, которая одним касанием может вылечить всё, кроме мозга, по её же словам. Ну и ещё на фоне затесался Эрик Пелхэм, её младший кузен или что-то такое, я особо не вдавался в подробности.

И сегодня здесь был праздник, в котором участвовали все видные шишки школы соответственно. Толпы народу с родителями, столы со всякой снедью, всякие спортивные соревнования и прочие атрибуты фестиваля.

Я отрешённо шагал сквозь толпу, пока в наушниках играла песня «Demons» от Джейкоба Ли. Меланхоличные мотивы заглушали звуки прохожих, позволяя витать в собственных мыслях. Не было никакого желания становиться частью этого гуляющего хаоса.

В данный момент всю голову занимали думы тревожные. Например, о том, что Корона влияет на своего носителя. Давно начал подмечать то, что все «кейпы» склонны к конфликтам. Даже та же божий одуванчик Эми-Панацея, которая просто хорошо сдерживается.

А также о потенциале собственных возможностей. С получением суперсил я постоянно их использовал, пытаясь развить во что-то большее. Хоть поводок зависимости постоянно отпускается благодаря многочисленной практике, тот факт осознания, что я могу на гораздо большее, всё же не отпускал. Это будто жужжащий комар прямо за ухом, не даёт отвлечься.

Чего бы стоило, к примеру, в бесплотной, нематериальной форме залететь в банк где-нибудь в Нью-Йорке, вынести всё ценное, а после жить, почивая на лаврах? Или стать героем? Скука забивает все мысли. Скука-скука и ещё раз, скука. Пока я копаюсь в песочнице относительно того, что «вот выйду на новый уровень» и сразу начну поиски портала на Землю-Алеф, мир то не стоит на месте, а рушится.

Как бы тяжело мне ни было это признавать, но… тянуть больше нельзя. Для поиска метода побега из этой дыры нужны связи, ведь такие сведения наверняка хранятся за семью печатями. Выйти на контакт с секретной организацией? Никакого нормального, адекватного метода у меня нет.

В легальной структуре я буду ограничен по рукам и ногам, не смея и шагу ступить без уведомления начальства, так что этот вариант мимо. Связи через нелегальный аспект жизни? Там ведь тоже сидят «большие дяди и тёти», у которых как раз есть нужные мне контакты, а также наверняка кроты в правительстве и СКП. А о цене мы как-нибудь договоримся.

Однако… хоть мой моральный компас и далёк от понятия «хороший» человек, мне всё равно ведь придётся жестить, скорее всего. Ну да не в этом проблема. А в том, что на такого любознательного меня могут объявить охоту все, кому не лень, если узнают, что именно я ищу. Ведь если это узнаю я, то сбежать от этого пиздеца захотят и другие. Сложно.

Благо, что родители не в курсе относительно того, что я имею суперсилы. Избегаю больниц как могу, а если не выходит, всё равно не прохожу МРТ. Иначе всё усложнилось бы на порядок, ведь наверняка мною заинтересовалось бы СКП.

Так что в итоге получается, как же мне действовать?..

Пока рабочий вариант вижу только один — накопление ресурсов, которые позволят торговаться за нужную мне информацию, а также создание «репутации» опасного и жесткого кейпа, готового на всё ради неизвестной обществу цели.

Вот только есть нюанс. Если начну грабить банки, склады банд или правительство сразу, то быстро на меня откроют охоту, опять же. Хотя… плевать? Как и на то, кого грабить, лишь бы были те самые ресурсы.

Все они, что Протекторат, что банды, в сути своей одно и то же. А ещё я не гений криминального мира, но понимаю, что если собираюсь работать через теневую сторону, то те самые банды лучше не трогать, ведь это потенциальный источник связей, особенно Империя Восемьдесят Восемь, отбитые нацики, над которыми стоит Гезельшафт, который заправляет в Германии. У тех наверняка будет много крайне интересного в их закромах.

Естественно, присоединятся к ним я не собираюсь, но вот бартер? Это уже другой разговор. Всё же собственная свобода действий мне довольно дорога, чтобы идти в официальные структуры, а работая на самого себя, всегда остаёшься в плюсе. Да даже если попробовать хоть как-то заигрывать с СКП и Протекторатом, то это сразу закроет мне дороги к нацистам и, возможно, другим организациям, выставив эдакой крысой.

Потому… пожалуй, решено. Сначала нужно себя зарекомендовать как полноценную стороннюю силу, а после уже и идти договариваться. Звучит довольно просто, хах. Главное никого не убить в процессе. Ну, слишком уж «правильного» имею ввиду. Но ни слова про «не калечить». Злодеи ведь всегда антисоциальные элементы, так? Так. Да и Слава, она же Виктория Даллон, несчастных воришек калечит, а их потом лечит Эми. Чем я хуже?

Тем временем большая часть народа с фестиваля отправилась смотреть на спортивные соревнования кейпов, куда пригнали Стражей, детишек до восемнадцати лет на службе у СКП, которые в будущем перейдут в Протекторат, а также их надзирателей — Батарея и «Наручник», он же Штурм.

Нет никакого желания смотреть на цирк уродов и бесконечную рекламную компанию их мерча, потому спокойно прошёл к трейлеру, находящемуся практически на окраине фестиваля. Таджик, или кто он по национальности, с густой бородой, был единственным работником. Мой любимый торговец фаст-фудом, как минимум потому, что делает божественную шаурму. Даже специально взял его контакты, чтобы узнать, работает ли он в какой-либо день, ведь график у него… ненормированный, скажем так.

Ещё хороший вопрос, конечно, что таджик вообще забыл в Броктон-Бей, в Америке, но это уже другая история.

— Привет, Нурлан, — поставив музыку на паузу, приветливо улыбнулся. Вот что-что, а вкусно покушать я обожаю. Особенно шаурму. — Мне двойную, с сыром и грибами.

— А-а-а, Итан! — Радостно воскликнул мужик. — Давно тебя не видел, сща всё буит, не переживай!

— Ты единственный оплот веры в нормальную еду в этой дыре, дружище, — клятвенно заверил его, доставая презренные зелёные бумажки.

— Рад слышать, рад слышать! Как у тебя дела вообще, учёба там, может девку завёл? — Начав нарезать мясо с вертела, поинтересовался жизнерадостный торговец божественным товаром.

— Да какая девушка, мне шестнадцать, помилуй, — усмехнулся на такой пассаж, продолжив: — А так всё тип-топ, а ты как, бизнес процветает?

— Да эти фрики опять в центре войнушку устроили, не решили, видимо, кто пихать свой хер в баб-гигантов будет, — умудрённо сказал забавный таджик, имея ввиду недавнюю заварушку между АПП, которые азиаты, и Империей.

— Хах, отлично сказано, друг мой, просто… превосходно! — Забирая уже готовую шаурму, сдержал порыв облизнуться. — Ладно, бывай, я пойду отдыхать, хорошего дня тебе.

Так и ушёл, под ответное прощание моего личного шеф-повара (просто он об этом ещё не знает).

И всё-таки… жизнь в этом дерьмовом, подыхающем мире может быть не так уж и плоха, стоит признать.

Червь. Глава 2.

Устроить свой первый, пробный выход было решено на следующий же день, ведь чего тянуть кота за причинное место? Первой целью великого гения имени меня я решил выбрать… нефтяную вышку, на которой и стоит штаб Протектората.

Дерзко? О, это пиздец насколько дерзко, простите за мой французский. Однако моё преимущество в том, что обо мне вообще никто и ничего не знает. Нет методов защиты против бесплотного духа, который в «себе» может проносить всякое, также делая то нематериальным. Даже барьер вокруг вышки и тот, не проблема, ведь в первую очередь он защищает от физических вещей. Специально рылся на форумах ПЛО, чтобы найти упоминание такой занятной детали. Какие же беспечные кретины…

Я планирую выжать из этого вообще всё, что возможно — личности героев, данные архивов, протоколы защиты, хранилище со всяким интересным. Поставлю Протекторат на уши, щёлкнув по носу за беспечность, попутно нарушив минимум с десяток законов и заработав на пожизненное в Птичьей Клетке, если поймают. Тем более, с такими сведениями не составит труда доказать тому же Кайзеру, когда выйду с ним на контакт, что это именно я обнёс «легавых».

Хоть я технически «оцифрован», но все равно спасибо той хтони, которая решила, что следует дать мне именно такой набор способностей. Я ведь, когда нахожусь в духовной форме, по сути являюсь сгустком информации. И воздействовать на любую другую — не так уж и сложно, если она оцифрована.

У меня есть два состояния, когда я использую свои силы. Первый — нематериальный, невидимый, находящийся в плане информационной реальности, где всё делится на волновые сигналы и приёмники. Второй — я становлюсь материальным и соответственно видимым, могу влиять на окружающий мир и технологии, в частности посредством испускаемых по желанию импульсов. Идеальный шпион и вор, а также страшная тварь, если решу сойтись в прямом бою.

Почему так? Ответ прост. Я могу менять духовную форму по своему усмотрению, но главное ограничение от дурака (чтобы не стал чудовищем) — всё должно оставаться в пределах гуманоидного очертания. То есть не полностью человек, но и не нечто непонятное.

А вырастить у себя на руке вращающиеся клинки или просто задать своей «информации» определённые параметры — также легко, как дышать. Вся моя специализация, так-то, это взаимодействие с данными. Просто чуток извращённая, стоит признать.

Мне не нужна разведка, ведь все потоки сведений и то, куда они направляются, я увижу на месте, там же и сориентировавшись. Может быть самую малость самоуверенно, но я четырнадцать с лишним лет оттачиваю мастерство в использовании Духа, так что сейчас не время для сомнений. Качаюсь с пелёнок, так сказать.

Весь день субботы я провёл, будучи в состоянии воодушевления, потому, дабы не вызвать ненужных сейчас вопросов от родни, все время, за исключением семейного обеда, я провел у себя в комнате, тщательно прорисовывая образ, который и собираюсь использовать во время ограбления века.

Получилось… очень-таки пафосно, хочу сказать! А главное мрачновато и брутально, как и полагается «проекции», за которую меня наверняка будут считать после окончания дела. Ведь то, что я покажу, будет слишком не похоже на те же силы Призрачного Сталкера, стража, которая может делать себя бесплотной.

Уже под часов девять вечера, когда на улице стояла легкая прохлада и полная темнота, освещаемая лишь дорожными фонарями, наконец настало время действовать.

Без лишнего шума спокойно вышел из дома, ведь отец с матерью сейчас культурно отдыхают у себя в спальне, занимаясь сексом (иногда коробит использовать свою силу для подсматривания, но чего не сделаешь ради конспирации. Теперь ещё неделю эта чушь из головы не выйдет), тогда как Аня чатится с кем-то, лёжа на кровати и отрешившись от всего мира.

На мне были одеты чёрные джинсы с надежными кроссовками, такая же худи и легкая курточка вместе с шарфом, ведь заболеть я даже теоретически не хочу. Завершало это великолепие чёрного парада обычная шапка за пятнадцать баксов.

От моего дома до набережной, где кафешки и прочие заведения работают до поздна, пешком идти минут тридцать, так что можно особо не торопиться. Как раз оттуда будет достаточное расстояние, чтобы в духовной форме долететь до вышки. В данный момент максимальная дистанция для меня — полтора километра, и ни на метр больше. Хотя изначально вообще было всего метров сто, так что прогресс огромный, уж точно не мне жаловаться.

Насколько понимаю, «силы» кейпов развиваются как мышцы. Ну, по крайней мере у меня так, хоть новых приёмов никаких и не появилось. Лишь дальность применения растягивается и время, которое я могу проводить в альтернативном состоянии.

В такое время на улицах было довольно многолюдно, особенно в центре, где все ещё курсировал привычный трафик в виде таксистов и просто работяг. Шум дышащего жизнью города так и опьянял. Всегда приятно просто раствориться в толпе незнакомцев, каждый из которых идёт по своим, несомненно, важным делам. Сразу появляется чувство, что я будто в другом мире, где априори не могу быть замеченным.

Так и дошёл до «Дабл’Эй’Чиз», небольшой кафешки прямо у набережной, где подают более-менее сносный кофе и те самые чизбургеры, ставшие визитной карточкой заведения. Доводилось однажды попробовать, и могу подтвердить, что готовят тут действительно неплохо, хоть до маминой стряпни не дотягивает, естественно.

Столики были как внутри заведения, — которое было обставлено со вкусом, полностью из тёмного дерева, — ограждённые небольшими перегородками, создающими ощущения уединенности, так и снаружи, под стандартными навесами с логотипом заведения. По очевидным причинам было решено посидеть в самом кафе.

Занял специально самый дальний столик, который не видно прямо со входа, да и большей части зала, дабы встречать поменьше проходящих официантов, одна из которых как раз подошла практически сразу же, стоило мне усесться.

Миловидная шатенка со строго завязанным на затылке пучком волос, а также небольшими веснушками на носу, примерно моего возраста, может чуть постарше. Зеленоглазая, похожа на лисичку, хе-хе.

— Добрый вечер, уже определились с заказом, или может вам подсказать? — Приветливо улыбнувшись, поинтересовалась… Моника, как было написано на бейджике.

— Один латте с молоком и двойной чизбургер, пожалуйста.

— Конечно, в течение пяти минут принесу. Ожидайте, — после чего также ушла обратно.

Пока готовят мой перекус, включил телефон, заходя на вкладку с очередным выпуском новостей.

Так, ага, очередная реклама героев во время прошедшего фестиваля в Аркадии…

Ох, твою ведь сука мать! Стоило только один день погрузиться в рисование, пропустив новости, как сразу случилось очередное нападение Губителя, а если быть точнее, то Бегемота, многотонной туше из кристаллов, пород камня и металлов, исторгающей из себя любую энергию, заражая всё в округе, куда наведается «старший» брат. На этот раз жертвой стал Дрезден, Германия. М-да… не везёт им, конечно.

Может, тогда отложить нападение? Наверняка герои сейчас на взводе и могут вытворить лишнего… Черт. Ладно, будь что будет. Откажусь сейчас, вновь буду тянуть резину до последнего, ведь прекрасно себя знаю. Хватит. Пора взять свою решимость в тиски и пойти действовать.

Мне лично не доводилось вживую видеть Губителя, даже одного, к счастью, и именно поэтому я все ещё жив и без какой-либо психологической травмы. Ну, слишком явной. К тому же, даже не рассматривал вариант отправиться на сражение против них, ведь это будет чистейшим самоубийством.

Симург просто спечёт «мозг» за секунду (вот и минус бытия энграммой), или что ещё хуже, заразит песней, сделав «зиз-бомбой», эдакой фигурой, которая будет стремиться к всё большим и большим разрушениям, хотя поначалу может вести себя нормально.

Бегемот натурально испарит своими выбросами энергии, часть которой наверняка сможет воздействовать на моё духовное тело.

Единственный более-менее пригодный для сражения вариант, так это Левиафан, бог гидрокинеза, но все равно шанс того, что мое настоящее тело банально утонет, если действовать без раскрытия личности героям, которые и будут держать моё тело в воздухе, на безопасном расстоянии, стремится к ста процентам. Потому просто ну нахер этих трёх машин для аннигиляции человечества. Я не настолько отбитый, чтобы в это лезть, а также достаточно эгоистичный, чтобы понимать, что нет смысла умирать за будущий труп, рискуя собой.

— Ваш заказ, мистер.? — С вопросительной интонацией Моника поставила поднос с кофе и чизбургером на стол.

— Итан, приятно познакомиться, — слабо улыбнулся, благодарно кивнув.

— И мне тоже, я Моника, но ты и так это знаешь. Я же могу на «ты»?

— …Да, без проблем. Я тут надолго, так что не удивляйся, если задремаю на некоторое время. Плохо выспался, понимаешь? Все равно вы ведь до двенадцати работаете, насколько помню, — ответил ровным голосом, никак не изменившись в лице.

Сейчас на часах была половина десятого, а за те же два часа я с головой уложусь в сроки выполнения задуманного.

— Конечно, я понимаю, тогда больше не буду беспокоить. Хорошего отдыха, — все также улыбнувшись, попрощалась Моника и ушла дальше работать.

Ну-с, оставлю еду на момент, когда вернусь после операции, ведь на меня всегда нападает легкий голод после использования силы. Поудобнее устроившись на диванчике, откинувшись на спинку и накинув капюшон, прикрыл глаза, привалившись головой к стене.

Город засыпает, просыпается бабайка, чтоб его.

Одна мысленная команда, и дух, моё настоящее сознание, обрётшее форму, покидает тело, переходя в мир фиолетовых, красных и синих с белым оттенков. Ежесекундно поступающие туда-сюда различные сигналы, отголоски реального мира в виде фонового эха, постоянные колебания волн. Все это обрушилось неостановимой волной.

Сразу приходит опьяняющее чувство всемогущества, ведь стоит мне только пожелать, как вся электроника, которая и передаёт информацию, перейдёт под мой абсолютный контроль. Однако быстро беру себя в руки, делая эфемерный выдох.

Мне не нужно себя видеть со стороны, чтобы осознать новый внешний вид, специально разработанный под дела, связанные с кейпами. Обычные люди будут его видеть каждый раз, когда я переходу в материальную форму, и, естественно, восторгаться моим стилем. Специально ведь под это создавал, хах. Каждый хочет свою долю признания, даже если собирается творить откровенно нелегальные дела.

Я решил отталкиваться от моды викторианской эпохи, когда люди действительно знали, что означает слово «стиль». Роскошное пальто чёрного цвета, такая же жилетка, — в кармане которой лежали карманные «золотые» часы на цепочке», — под которой видно красный галстук и белую рубашку, обычные брюки с туфлями. Но самое важное не это, о нет.

Самую маковку моего «костюма» составляет всё, что находится выше шеи: зубчатая корона с инкрустированными в обруч рубинами, зависшая в паре сантиметров над головой, но при этом идеально держащаяся. Осколки обсидианового стекла, которые из разрозненных кусков составляю всю «голову» целиком, и лишь на месте глаз небольшие оранжевые точки в самой глубине, которые ещё постарайся заметить. Ладони из такого же материала, с остриями на костяшках.

Как выглядит путешествие через информационный мир? Будто лютый приход наркомана, который познал «белочку». Нормально ориентироваться тут то ещё испытание, особенно из-за постоянно циркулирующих массивов данных, которые так и норовят сбить с курса, благо, что я достаточно приспособлен.

Шум обрывается, стоило мне только воспарить над заливом, в глубине которого похоронено множество кораблей, которые раньше и обеспечивали солидный доход городской элите, но после прихода десятиметровой ящерицы в гости, как-то не сложилось нынче.

Башня Протектората сияет, будто маяк в ночи: миллионы линий, расположенных по всей длине вышки, а также практически прозрачный барьер, сейчас активный. Недавно была битва с Губителями, в которой гарантированно участвовали герои, и сейчас их внимание должно быть ослаблено в достаточной мере, чтобы не обратить внимание на процентный скачок мощности защиты, когда я пролечу сквозь неё, как нож разрезает масло.

Как можно было подумать, здесь не царит полная тишина, о нет. Информация имеет свой «звук», с которым переходит из одного источника в другой. У некоторых это мерный писк, у других же отзвук бьющейся взаперти молнии. По-разному бывает.

Для начала план действий прост: зайти, загрузить всё что смогу на заранее подготовленную флешку, вырубить источник питания после, обесточив, и проникнуть в кабинет к директору, которая сейчас должна быть либо дома, либо в отделении, расположенном в городе, и уже там изъять бумажную документацию.

Конечно, я лишу себя преимущества, убрав электричество, но не в моих планах пока сходиться в прямом столкновении с героями. Для этого время пока ещё не настало.

Сама вышка представляла собой как минимум полторы сотни метров высоты, полностью бронированные окна, каждый угол просматривается камерами и датчиками слежения, однако снаружи пока никого не было.

Спокойно пролетаю внутрь здания, зависнув в коридоре, судя по пересечениям потоков. Которые, к слову, если всмотреться чуть лучше, переходят в две точки. Одна практически в самой середине строения, по всей видимости это генераторная, так как туда стекаются элементы, отвечающие за сам элемент питания, тогда как в другую точку, ближе к верхушке, где и расположены кабинеты начальства, стекаются оцифрованные данные.

Они имеют другой оттенок, в отличие от чистой энергии, потому сопоставить маршрут не заняло много времени.

Тем временем во всех помещения кто-то, но всё же был, судя по постоянно мельтешащим сигнатурам. Техники, охрана СКП, даже парочка «героев» с информационным столбом, торчащим прямо из их голов и уходящим в пустоту, просто клерки и прочие люди. Удивительно, но в такое относительно позднее время ещё никого, судя по всему, не отпустили домой.

Что же, для них хуже. Лишний раз подвергнутся стрессу на и так не простой работе.

Неспешно пролетая этаж за этажом, насчитав уже порядка двух сотен разумных, преодолел, видимо, этаж Стражей, где слишком уж много было столбов, торчащих прямо из голов. Жуткое зрелище: миллионы пакетов, передающихся ежесекундно куда-то за грань реальности, отчитывающихся о своем носителе настолько полно, что наверняка не осталось ни одного секрета в безопасности.

Забавный факт, но я такой участи по неизвестной мне причине избежал. Есть у меня догадка касаемо этого любопытнейшего феномена: так как я и есть сама «информация», которая живёт в сети паразитов, то данные обо мне не нужно никуда передавать, они и так постоянно находятся в «интернете», которым и заправляют сущности.

Не было выявлено никакого влияния Короны Поллентии на носителя, кроме повышенной склонности к конфликтам, и то, не у всех представителей костюмированного общества. Следовательно, инопланетные существа не заинтересованы в локальном контроле отдельных представителей вида человеческого. Потому можно слишком уж сильно не беспокоится за собственные личностные границы.

Тем временем я как раз оказался у цели. Серверная, где передача данных достигает максимального скопления во всей башне. Десятки отдельных вычислительных блоков, каждый высотой метра в два и в один шириной. А ещё внутри находятся двое технических рабочих, сейчас обслуживающих аппаратуру, судя по их действиям.

Ладно. Никаких сомнений, колебаний и слабостей. Пора действовать согласно плану. Пора явить себя этому прогнившему до костей миру.

Перехожу в материальное состояние, предварительно зациклив одной мысленной командой картинку с камер. На пару минут, но должно отвлечь.

Отличное освещение белым светом, мерный гул техники, хорошая вентиляция, нет никакой духоты и затхлости, как и пыли.

Не успела двоица что-либо понять, как первому прилетел удар средней силы в висок, сразу вырубая, та же участь постигла и его напарника. Простите, парни, лишние свидетели мне не нужны, а медленно обезвреживать вас мне некогда.

Более не обращая на них никакого внимания, буквально просовываю руку в собственное тело, доставая флешку на максимально доступный объем, после чего сразу же вставляю её в один из серверов, тут же вновь уйдя в нематериальность и задействовав свои силы, начав принудительно стягивать все данные внутрь носителя.

Перехватил сигнал тревоги, перенаправив его на самый дальний от серверной участок, на третьем этаже. Все равно кибер-охрана, отвечающая за безопасность в виртуальном мире, уже засекли неладное неестественным скачком мощности в их локальной сети, потому полностью пытаться скрыть факт проникновения глупо, куда проще отвадить внимание.

Сразу же во всем здании замелькали сигналы активации оповещающих сирен. Решив ради любопытства вновь выйти в «реальность», не разочаровался в увиденном.

Весь свет стал мигать прерывистым красным цветом, а также во всю завыла сирена, одновременно с оповещением, которое наверняка слышит абсолютно каждый внутри башни:

— Внимание! Несанкционированное проникновение! Активация протокола «Властелин-Скрытник». Всем подразделениям немедленно перейти в режим повышенной боевой готовности и действовать в соответствии с протоколом. Предположительно шестой уровень угрозы. Внимание!.. — продолжила свою речь система безопасности, повторяя одно и то же из раза в раз.

Шестой уровень, неплохо я их напугал своим неожиданным визитом. Такой уровень обычно выдают тем, с кем может справиться тренированная команда кейпов в содействии с боевой группой оперативников, а также, что предположительно обычные действия сотрудников (наподобие пуль) не возымеют особого влияния.

Пока каждую секунду я воровал десятки гигабайт информации, сюда уже направились сразу несколько групп. Тц, быстро выяснили настоящее место атаки. Ну, оно и не удивительно, система защиты ведь строилась под руководством тех ещё параноиков.

Снова ухожу в нематериальность, как раз в момент, когда картинка с камеры вновь возобновилась. Можно было бы полететь прямо к ядру всей электроэнергии, но я бы не рискнул оставлять флешку без присмотра. Нужно выиграть минуту времени. Видимо, пора немного попугать бойцов, перенаправив всё внимание на неизвестного кейпа, то бишь меня, а все нужные сведения за эти заветные шестьдесят секунд быстренько перетекут ко мне на флешку, не оставив после себя копий. Но наверняка у них есть бэк-ап, однако нервы должно неплохо помотать.

Прохожу прямо сквозь стену, которая здесь была лишь парой чисто символических линий фиолетового цвета, после чего дожидаюсь прихода сразу двух групп по восемь человек, вооружены до зубов, и каждая под руководством одного героя. Стоило им только войти в заветный участок коридоров, ведущий в серверную, как моментально померк свет, погружая всё в зловещую темноту.

Сразу же включались фонарики, которые… сразу же гасли. Жаль, что большая часть звуков, пока я в чисто информационной форме, для меня приглушена. Однако… ничто не мешает мне влезть прямо в их канал связи.

— Первый отряд, докладывайте. Видимость?

— Нулевая. Свет погас, фонари тоже.

— Второй отряд, у нас то же самое.

— Принято.

— Продолжаем движение, — напряженно произнес довольно молодой женский голос. — Сохранять дистанцию, оружие на предохранителе.

А теперь чуток пошалим.

— Ополчение, чувствую движение за двумя поворотами спереди.

Стоило только отряду одного из героев дойти до предполагаемой точки контакта, как сразу вновь перехожу в нематериальность.

— Бесстрашный, у вас визуальный контакт?

— Какого… нет, как слышно? Но здесь точно кто-то был, я уверен.

— Что за чёрт… канал связи нес…!

— Повторите, вас не…

— …естный влияет прямо на канал, он нас…

— Потеря связи. Повторяю, второй отряд, ответьте! — Раздражённо процедил Бесстрашный.

Мужчина в белых доспехах, отдаленно напоминающий римского легионера. Суперсилы заключаются в постепенном усилении некоторых предметов.

Хотелось бы выпендриться, но боюсь, что такой опытный герой сможет достаточно быстро сориентироваться, приняв необходимые меры. Но все же не удержался от одной мелкой шалости.

— Здравствуйте, господа и дамы, — раздался немного басистый, хрипловатый голос сквозь наушники у всех подключенных к каналу связи, как сразу же картинка с камер в этом секторе оборвалась.

В следующую же секунду я становлюсь материальным прямо за спиной у Бесстрашного, задав своей форме параметр абсолютной крепости и пробивной мощи. Масса смещается в правую руку, делая её неестественно тяжёлой, как будто внутри не кость и мышцы, а спрессованное ядро из стали. Вся лишняя энергия уходит в короткий импульс — сила, собранная до предела, высвобождается не толчком, а точечным разрывом пространства.

Тело мгновенно твердеет, приобретая структуру, не способную гнуться или дрожать. Контактная точка сжимается до миллиметра, чтобы давление было максимальным. Опора под ногами замирает — поверхность будто становится частью меня, не давая удару рассеяться. Отдача уходит в пустоту, рассеиваясь. Всего миг — и мой кулак, насыщенный массой, скоростью и идеальной плотностью, вонзается в броню Бесстрашного, вбивая его в левую стену, будто в рыхлый металл.

Не успел «римлянин» и дернуться, как с громким звоном упал на пол, со скрученным в крутую доспехом. От такого он не сразу оклемается, минус один.

Оперативники СКП начали палить из своих пистолетов-пулемётов и короткоствольных винтовок, издавая просто неприлично много шума и вспышек. Расслабленно пережидаю всю очередь, не испытывая даже и капли ощущений от столкновения пуль с моим телом. Наверняка другой отряд уже рванул сюда.

— Вы закончили? — Вопросительно склонил обсидиановые наросты, заменяющие голову, на бок, после чего продолжил механизированным голосом: — Теперь моя очередь.

Я двигаюсь спокойно и по очереди, будто исполняю ритуальный танец. Сначала искусственно ускоренный удар ногой и противник теряет опору ещё до контакта. Глухой удар по локтю, рывок корпуса в сторону, и человек уже падает, плечо смещено, он заорал от дикой боли, но умирать точно не планирует.

Следующий — короткий толчок в грудь, чтобы открылась линия для броска. Корпус летит в стену, голова не бьётся о бетон, но ребро втискивается в лёгкое, дыхание сбивается.

Неизвестный мне мужик достал пистолет из кобуры, начав судорожно палить. Первый выстрел, его напарник падает с открытым переломом ступней. Второй выстрел, очередной боец СКП падает с сотрясением.

Так один за другим упали оставшиеся шестеро бедолаг, включая стрелявшего.

Я специально бью так, чтобы как можно быстрее вывести оппонента из строя: точечные усилия, минимальное время контакта, максимум эффекта на каждое действие. Во время использования способностей всё становится настолько понятным и прозрачным, что навыки по борьбе и боксу, полученные во время хождения на специальные секции, выходят в несколько раз смертоноснее.

Ни крови, ни паники. Только ряд плавных движений и на выходе получаем стонущие, но живые тела. Несколько вывихов, сотрясений, пара трещин в мелких костях, множество ушибов и переломов. Именно такие травмы вырубают противника на время, но не лишают будущего.

Когда всё кончено, коридор усыпан фигурами охраны и бессознательного Бесстрашного. Панацея починит их позже, сейчас моя задача выполнена: всё внимание я точно перетянул на себя и другой группе точно не до захода в пустую серверную, когда их друзей шинкуют практически за поворотом.

Вновь ухожу в нематериальность, возвращаясь к флешке, пока Мисс Ополчение, ещё одна героиня, пытается привести Бесстрашного в порядок. Сто процентов отправили ещё солдат, а не только ближайшие отряды, потому пора бы и честь знать.

Отлично, все что можно, уже насильно перенесено, потому вытаскиваю маленького воришку из разъема, вновь впихивая флешку обратно в тело, закрепляя ту внутри. Удобно быть призраком, что могу сказать.

На моменте, когда я пролетал сквозь быстро бегущих на место контакта укомплектованных сотрудников, свет в той области вновь заработал. Чтобы вырубить генератор мне не нужно даже переходить в физическую форму.

Достаточно лишь пафосно сжать эфемерный кулак, направленный на нужный мне агрегат, в котором сейчас стояло четверо вооруженных дурачков, оглядывающихся во все стороны, как в машине запустился процесс комплексной перегрузки.

Сильный внезапный гул, короткий треск замыкания, резкие искры взбесившегося электричества и… да будет тьма.

Вся вышка Протектората в этот миг погасла полностью, не осталось ни одного источника света, кроме фонариков людей. Наконец-то отрубилась эта надоедливая система оповещения и гнетущее красное освещение, которое создавало не слишком приятную атмосферу.

Теперь пора прогуляться в кабинет к Эмили Пиггот, помародёрить и там чуток, во славу старого доброго ценителя моноклей.

Секунд тридцать стремительного полёта в полном информационном вакууме, который разбавлялся лишь сигнатурами мельтешащих людей, и я с небольшим недоумением завис прямо над двумя разумными, от одного из которых тянулся информационный столб прямиком в пустоту.

Хм… какого хрена Пиггот забыла сегодня здесь? Или она ночует и в принципе живёт на работе? Ай, да плевать. Не хотелось бы, конечно, слишком пугать пухляшку, но ничего, переживёт. Но вот Оружейника, так как никто другой это в такой ситуации быть не может, желательно вывести из строя сразу. Больно уж противный он, что в медийной составляющей, что в силовой.

Боюсь, даже придётся немного переусердствовать, ибо слишком у него броня… крепкая, полностью всё закрывает, хотя на всяких мероприятиях область вокруг рта была открыта. Пф, параноик, одобряю.

Выхожу у него за спиной из нематериальной формы, нанося неестественно быстрый удар прямо по хребту. Следующий приходится в подколенную ямку, резко ухожу в сторону от взмаха алебарды, становясь перед ним одним движением, после чего пробиваю ему двоечку с размаху прямо в лицо, отрывая с выпадами целые куски костюма. Мог бы трансформировать свою руку в молот и банально отбить его, но не хочу пока показывать этот аспект своей силы.

Не такой уж и прочный оказался, или это я слишком сильный… Потерял сознание он, в общем, довольно быстро.

— Не двигайся, иначе я прострелю тебе голову, — донёсся до меня на диво холодный, собранный, с ноткой усталости голос взрослой женщины.

— Вы всегда можете попро… — уже начав поворачиваться, дабы культурно побеседовать, но… получил очередь в лицо! Эй! Для виду никак не отреагировав на такое хамство, спокойно продолжил: — Знаете, это было не очень вежливо. Я ведь вас и пальцем не тронул, уважаемая.

— А нападать на СКП и Протекторат, по-твоему, вежливо? — Ядовито переспросила Пиггот, все ещё держа мою макушку на мушке. — Что тебе нужно?

— О, всего лишь все физические документы, находящиеся в этой комнате, не более, — вполне доброжелательно произнёс, проигнорировав первый вопрос. — Прошу оказать мне содействие, самому лень всё искать. Тогда обещаю оставить вас целой и невредимой, как и… ваши грязные секреты.

«В течение некоторого времени» осталось не высказанным, но ей и не нужно этого знать. Всё равно ведь она попробует потянуть время, но плевать. Я спокойно передвинул массивный диван, который непонятно что тут забыл, прямиком к двери, заблокировав оную, ведь с той стороны потихоньку собираются готовые на штурм бравые ребята.

— Как вы уже поняли, я самую малость крепкий, потому продолжать эскалацию не вижу смысла. А теперь приступайте, — всё же, вежливость всему голова.

И… она действительно начала собирать все папочки, которые были в кабинете. Правда делала это та-а-к нарочито медленно, что даже не смешно.

— Поживее, если не хотите международного скандала от многочисленных сливов, вам же потом всё это и придётся разгребать.

По итогу спустя три минуты на столе собралась приличная кучка документов, а снаружи целый взвод бойцов, в паре с Мисс Ополчение и Батареей со Штурмом. Они начнут врыв через пять…

— Меня зовут Монолит, приятно познакомиться, Эмили Пиггот. Мне уже пора, так что до скорых встреч, — галантно поклонившись, после чего взяв в левую руку все бумаги, просто испарился прямо у неё на глазах. Все равно все предметы будут храниться «во мне», пока я не вознамерюсь их достать.

Как раз ворвались герои, так что и мне пора домой.

«Монолит». Я очень долго думал над своим прозвищем, к чему только не склонялся. «Эхо», «Осколок», «Обелиск», «Проводник», но всё было… не то. Однако понятие нерушимого объекта, коим и является моя ментальная составляющая, слишком пришлось мне по душе. Да и отсылка на одноимённую группировку из старой игрушки моего родного мира тоже способствовало.

Главное, что звучит довольно пафосно.

Я уже не обращал внимания на то, что происходит в башне. Всё дело не заняло у меня и двадцати минут, что, считаю, тот ещё показатель. Одно пожелание, и меня буквально дёргает обратно в родное тело, которое мирно дремало в кафешке, прислонившись к стене.

Стоило только открыть глаза, как напротив, за другим диванчиком, сидела… Моника. Или скорее будет правильно «Моника», в кавычках, так как подозреваю, что только что случайно влез куда-то совсем не туда, хотя планировал всего лишь ограбить Протекторат.

Гребанный мир и его «совпадения», чтоб его.

Ладно… я ещё жив и здоров, так что убивать меня явно не планируют. А если не убили, значит переговоры. Без возможности войти в духовную форму и решить дело с неизвестным мне кейпом, которым явно и является девушка, — ведь об этом буквально орёт моя интуиция, — сейчас ехидно улыбнувшаяся, хоть я ничего и не сказал. Чего только не решил осмотреться перед вылетом на дело, спрашивается?..

В прочем, буду решать проблемы по мере их поступления.

Червь. Глава 3.

Мы сидели и смотрели друг на друга, и, как я полагаю, это могло бы продлиться ещё неизвестно сколько времени, но у меня оно, все же, не резиновое.

— Ты чего-то хотела, Моника? — Скосив взгляд на все также стоявшую чашку с кофе и перекусом рядом, не спешил притрагиваться к блюду, вежливо поинтересовавшись.

— Не переживай, Итан, я туда ничего не подсыпала. Да и смысл? Так что можешь спокойно насладиться своим остывшим кофе, — лукаво поджав губы, заверила девушка.

Мало мне было знания, что миру грозит тотальное уничтожение, так теперь и добавилась паранойя, что в моих мозгах полазил полноценный Власт…

— Нет, я не телепат. И не Властелин, так что не бойся слишком уж сильно.

— Ты в курсе, что я даже…

— Не успел додумать? Да, в курсе. Но ничего не могу с собой поделать, знаешь ли.

Ладно. Это пиздец как странно.

— Ты Умник какой, что ли? — Задумчиво хмыкнув, откинулся на спинку диванчика, отхлебнув немного холодного кофе. Ну и гадость.

Я не испытывал излишнего волнения в данный момент. Может, влияет моя природа, благодаря которой я, скажем так, не могу чувствовать чрезмерно яркие эмоции, но поставил бы на то, что просто достаточно хладнокровен, чтобы не начать паниковать, когда меня застали «голым», фигурально выражаясь.

— Долго соображал, да? Хотя ладно, можешь не отвечать, по лицу всё видно. Я Сплетница. Крутая девчонка, душа компании, и просто очень-очень полезная. Приятно познакомиться, не убивай сразу, ха-ха. Ха.

Мх-м. Мысли активно перескакивали с одной темы на другую, пытаясь вспомнить нужную бродягу или злодейку. Многочисленные темы форумов на ПЛО, просто обсуждения в городских чатах…

— …Напомни, чем ты тут занимаешься? А то что-то вспомнить не могу. И что тебе от меня нужно, раз ты решила настолько грубо выйти на контакт?

— Грубо? Да ладно тебе. Вот если бы я сделала вид, что не в курсе — тогда было бы грубо. Я бы сидела тихо и держала твой миленький секрет при себе, пока не пригодится. А так я, можно сказать, проявляю редкий альтруизм. Даже для себя.

Какая же она болтливая… Обрубать диалог нет никакого смысла, может ещё обидится. А наживать врагов раньше времени, помимо правительства, я пока не то, чтобы планировал.

— Хватит заливать меня океаном воды, пожалуйста. Давай перейдём к делу — что тебе надо от меня, что ты можешь дать мне, какие гарантии, и почему мне не избавиться от тебя при первой же возможности? Если уж ты «открыта для переговоров», — ехидно закончил, намеренно громко откусив чизбургер.

Если рыбка сама лезет в аквариум, то кто я такой, чтобы отказываться? Главное, чтобы это не оказалась полноценная пиранья.

— К делу так к делу, не буду тратить твоё, несомненно, важное время, — спокойно кивнула Сплетница. — Пожалуй, начну с небольшой предыстории, чтобы ты понял, как обстоят дела. По некоторым причинам я была вынуждена приехать в Броктон, чтобы начать новую жизнь. Как видишь, вполне успешно — новое имя, «подработка» на стороне, в общем, свободная жизнь во всей красе. Однако кое-что пошло не по плану. Догадаешься, или нужна подсказка из зала?

— На тебя вышли СКП либо банды? — Озвучил очевидную догадку, анализируя всё сказанное. — Так какое твое настоящее имя, к слову?

— Хуже. Это Выверт. А зовут меня Лиза, приятно снова познакомиться.

— Тот самый Выверт, который вроде как местный миф? — Приподнял брови, поинтересовавшись.

— Вот только он ни черта не миф, а на службе у него армия наёмников, вооруженная тинкертехом, — подтвердила Мониа-Лиза. — И этот ублюдок захотел видеть меня в рядах его бравых подчинённых. Как понимаешь, вариант отказа он даже не рассматривает.

— Интересно девки пляшут, — прикрыв глаза, ненадолго задумался. — Получается, я тебе нужен, чтобы?..

— Чтобы отстоять меня у Выверта.

Настала недолгая пауза, во время которой я добил чизбургер. Даже остывший, все ещё вкуснятина. Не зря платил за него.

— Отличные тут блюда, хочу заметить, — уважительно кивнув на пустую тарелку и залпом допив кофе, прямо спросил: — Как ты узнала, что это я только что был в гостях на вышке?

— Моя сила срисовала тебя сразу же, как только ты занял самый дальний столик, а уж когда у них погас свет… — развела руками МонаЛиза. Или как там называлась та картина? — То сложить дважды два не составило труда.

— Ты Шерлок на стероидах, что ли? — Фыркнув, оперся подбородком на руку.

— У тебя поразительная дедукция, ты знал? — Ответив вопросом на вопрос, слабо улыбнулась Лиза.

Полагаю, что вот так вскрывать большинство карт и идти на контакт она сегодня совершенно не планировала. Но когда увидела возможность в виде «нового» кейпа, который оказался подростком, а сама она находится в скорее всего отчаянном положении, решила действовать и будь что будет. Сильно же девушка не хочет садиться на поводок. Как и я, в принципе.

— Это всё, конечно, очень познавательно, но скажи мне вот что, дорогая моя Джоконда, — неторопливо начав, смотря прямо ей в глаза, которые та не отводит, расслабленно продолжил: — Какая мне выгода вступать в прямое противостояние против Выверта, у которого, как ты говоришь, есть своя персональная армия, наверняка ещё и супер секретная база, куча связей и влияния, если у меня уже вроде как намечается конфликт с героями? Зачем мне тебя спасать?

— Помимо того, что ты выручишь девушку в беде, которая будет тебе очень благодарна? — Застенчиво улыбнулась Сплетница.

— Пф-ф, уж извини, но гормоны мне не настолько сносят голову, чтобы все мысли соскочили на секс при первом же намёке. Так что давай, разрекламируй себя, мисс Холмс. Не думала же ты, что стоит лишь попросить, и принц на белом коне решит все твои проблемы?

— О, не знала, что ты и есть тот самый «принц», — прикрыв ненадолго глаза, шатенка заговорила уже более серьёзно: — Если ты поможешь мне отодрать лапки этого скользкого гада и не попытаешься потом посадить на поводок — считай, выиграл джекпот. Я полезная. И не особо кусаюсь. Наверное. Наверняка ты был в вышке не просто так, и твоя цель достаточно масштабная, раз потребовалось туда проникнуть, наверняка схлестнувшись с ними. Я могу помочь тебе её достичь, если это, конечно, не уничтожение мира и прочий террор ради террора.

— Ты так и не сказала, на что способна на самом деле, — напомнив ей это, выпрямил спину, сцепив ладони в замок.

— Я и не собиралась, — усмехнулась Лиза, откинувшись на спинку стула. — Но раз уж ты задал вопрос, придётся приоткрыть завесу тайны.

Она медленно покрутила ложку в моей чашке, которую отодвинула к себе, наблюдая, как тонкая полоска отражённого света бегает по поверхности металла.

— Ну… от части я действительно Шерлок на стероидах, как ты сказал. Достаточно одной мелкой детали, чтобы моя сила из неё построила целую картину. Взламывать любые пароли, сайты, базы данных — как легкая прогулка. Универсальный Умник собственной персоной! — И замолчала с видом «хвали меня быстрее». Однако после полной тишины с моей стороны, вернулась к саморекламе: — Любой человек, место, событие — всё связано. Стоит мне сосредоточиться, и эти нити становятся очевидными. Иногда это детали, иногда целые схемы. Смешно, но чаще всего я знаю о человеке больше, чем он сам.

Она замолчала, изучая мою реакцию, словно проверяла, насколько далеко можно зайти. Я же изо всех сил держал покерфейс.

— Не спеши делать выводы. Это не всевидение и не телепатия. Моя голова просто складывает пазл быстрее, чем должна. И да, если перегнуть, то натурально рвёт мозг, — добавила девушка с сухой усмешкой. — У меня уже был опыт, когда я перестала различать, где заканчиваются люди, а где начинается статистика. Не рекомендую.

Я против воли чуть нахмурился.

— Удобно. Особенно если использовать это для контроля и манипуляций, которые ты и сейчас проводишь, думая, что я не замечаю. Тебе настолько твоя сила давит на мозги, что не можешь не использовать её?

— Она активна постоянно, так что да. Но контроль, это, пожалуй, через чур громкое слово. Я предпочитаю «понимание». А теперь о гарантиях.

Оставив чашку в покое, Лиза сцепила пальцы перед собой, словно имитируя мою позу.

— Слушай, мне нужно хотя бы капельку доверия, ладно? Без этого всё коту под хвост. Я уже видела, чем кончаются союзы на недосказанностях, спойлер: очень плохо. Я не продаю чужие тайны, если человек играет честно. Не лезу в голову, не использую информацию против союзников. Если ты поможешь мне с этим изворотливым гадом, я помогу тебе со всеми твоими планами.

— «Капельку доверия», да? — Задумчиво переспросил.

Повисла короткая пауза, наполненная звуками улицы за окном.

— Это всё, что мне нужно. Пожалуйста, — без тени улыбки попросила Сплетница.

Из нашей короткой беседы я вполне понял, что она не тот тип человека, который будет идти на просьбы или прогибаться под кого-то. Такое поведение лишь доказывает, в какой она заднице находится.

Ну, а ещё мои остатки альтруизма, не испарившиеся со временем жизни в этом мире, подняли голову. К тому же она сулит достаточно весомую выгоду, если мы действительно сработаемся. Почему бы и не рискнуть? Не всё же время мне одному действовать, рано или поздно пришлось бы заводить союзников. И лучше раньше, когда они сами падают в руки.

Я человек прагматичных взглядов, по большей части.

— Я не против вписаться за тебя. Все равно мне не нравятся мутные придурки с непонятными целями в жизни, — слабо хлопнув по столу, подбадривающе улыбнулся, — если ты действительно можешь всё, что перечислила и даже больше, то это в любом случае будет мне только в плюс. Записывай номер, потом созвонимся, я пока ещё от вышки не отошёл.

Продиктовав заветные циферки и получив проверочный звонок, спокойно встал, от души потянувшись.

— До встречи, Лиза. И спасибо за чизбургер, они здесь действительно отпадные, — кивнув напоследок, пошёл на выход.

Мы обсудили всё, что нужно, так что дальше задерживаться нет смысла, хоть меня дома особо никто и не ждёт. Спать всё же немного хочется.

***

В ленивый воскресный день, когда никуда особо и не нужно идти, я более тщательно просматривал ленту новостей относительно нападения Бегемота. И что могу сказать… миру в очередной раз повезло, что «Убийца героев» и старший из троицы не успел добраться до своей цели, что бы ей ни было.

Триумвират в очередной раз постарался и ценой огромных жертв отогнал ходячую глыбу смерти, ведь Зион, он же Золотой человек, не соизволил явиться, в этот момент помогая какой-то японской девочке в Нидерландах перейти дорогу. Забавно в своём абсурде.

Увы, но такова нынче реальность, какой бы безумной она ни была.

Касательно же Сплетницы, то она успела засветиться лишь в парочке несерьёзных ограблений, что довольно удивительно для меня. В прочем, может, пока лишь осваивается со своими силами. Всё возможно. Но факт в том, что кроме пары нечётких фотографий и упоминаний о кражах, на неё больше ничего нет.

Второй заслуживающей внимание новостью стоит освещение нового кейпа, некоего, хах, Монолита. Специально зашёл на ПЛО с телефона, где сейчас во всю идет обсуждение ночного нападения на вышку, о котором прознали все, кому не лень.

Добро пожаловать на форум «Паралюди онлайн».

Вы вошли как: »AvadaKurvavra»

Вы просматриваете:

• Ветки, в которых вы комментировали. • И Ветки, в которых есть новые комментарии. • ИЛИ Личные каналы с новыми сообщениями. • Первое сообщение темы: отображается. • 10 постов на страницу. • Последние 10 сообщений в личной истории сообщений. • Сортировать Ветки и Сообщения по: времени публикации. • У вас нет нарушений.

♦ Тема: Ночной налёт на Вышку. Кто такой «Монолит»?

В: Разделы►Места►Америка►Броктон-Бей

Bagrat (Автор темы) (Ветеран) (Знаток)

Опубликовано: 17 марта 2010

Собираю всё по кускам. Источники из СКП молчат, но слухов море. Ниже то, что подтверждается тремя и более свидетелями или совпадает по времени. Давайте заполнять пробелы.

• Около 21:40 в башне Протектората коротит освещение. Через минуту уходит резерв. • Срабатывает протокол «Властелин-Скрытник». Сирены, красный свет, объявлен шестой (!) уровень угрозы. • В районе серверной замечен неизвестный. Описание: чёрный «обсидиан» вместо лица, зубчатая корона-обруч, тусклые оранжевые «глаза» внутри головы. • Внутри коридоров слышны перестрелки. Бесстрашный выведен из строя в первые минуты. Под конец Оружейник был жестоко вырублен. • По внутренней связи слышали голос неизвестного. Голос искажён, спокоен. • Здание полностью обесточено на ~20 минут. Фонари бойцов тухнут. • Из серверной пропадает инородный носитель/носители данных, на которые он и перекачивал инфу. • Неизвестный появляется в кабинете директора Пиггот, требует бумажные документы. Уходит до штурма. Там же представился — «Монолит». • Предварительно: тяжёлых ранений мало, смертей нет. • В 22:15 питание возвращают по секторам. Неизвестный исчезает. Преследования без результата.

Нужны: точные таймкоды, фото/видео до блекаута, что именно вынесли из серверной и кабинета. Также подтверждения по составу группы героев (слухи про Мисс Ополчение, Батарею, Штурма).

(Стр 1 из 420)

►HumansRELAX

Ответил 17 марта 2010:

Подтверждаю блекаут. Был на пирсе, курил. Свет лег сразу по всему зданию. Похоже на целенаправленную перегрузку.

►Pchelka_CZ

Ответил 17 марта 2010:

Прошла инфа, что он «как призрак». Прошёл через стены и камеру. Это Призрачный Сталкер под другим именем?

►Reave (Ветеран)

Ответил 17 марта 2010:

Нет. У Сталкера нет такого воздействия на электрику. И силуэт не совпадает. Тут другой профиль: Скрытник/Излом/Бугай, возможно, Технарь необычного типа.

►NetInFire

Ответил 17 марта 2010:

Мой источник в диспетчерской говорит: тревога по сети прыгнула сразу в нескольких узлах, потом связь «зашипела». Это больше похоже на вмешательство в передачу данных, не просто перерезали кабель.

►NewParadise

Ответил 17 марта 2010:

И при этом он никого не убил. Даже СКП-шовцы отделались ушибами и переломами. Цель была не бой, а кража инфы.

►Kefir& Bol’

Ответил 17 марта 2010:

Цитата, записанная на прослушку (не спрашивайте), пересказ: «Прошу оказать мне содействие». Он так реально сказал Пиггот. Кто это вообще косплеит учтивого злодея?

►TikTakBadaboom (Модератор)

Ответил 17 марта 2010.

Пользователь @Kefir&Bol’ получает перманентный бан. Шпион русских.

[Пользователь @Kefir&Bol’ был перманентно заблокирован].

►Zeta_One

Ответил 17 марта 2010:

Серьёзно?! Он шпионяра?! Видел стоп-кадр до отключения камер. Корона зависает над головой, как обруч. Глаза светятся глубоко внутри. Если это маска — она дорогая.

►Panzerfaust_88

Ответил 17 марта 2010:

Империя нюхом чует таких одарённых. Уже пишут, что Кайзер «в курсе». Если у него есть фаза нематериальности, тюрьма его не удержит. Полезный союзник для любого.

►SarkasmicCosmic

Ответил 17 марта 2010:

Ага, и завтра он поведёт экскурсии по серверной за 5 баксов с одного лица. Обычный налёт, просто с огоньком.

►Radar_PHO

Ответил 17 марта 2010:

Классификация от СКП: Бугай/Скрытник/Излом, уровень инцидента шесть. Официально: «имевшая место хищения информация изучается, угрозы гражданским нет».

►Brocktonite03 (С места событий: Броктон-Бей)

Ответил 17 марта 2010:

Снаружи оперативники перекрывали входы и выходы, когда всё началось. Когда свет включили, всех погнали вниз и вывели по периметру. Штурма и Батарею видел. Про Мисс Ополчение не скажу — могла быть внутри.

►XxVoid_CowboyxX (С места событий: Броктон-Бей)

Ответил 17 марта 2010:

Отключение было как по щелчку. Фонари на шлемах и реальных боевых карабинах загорались и тут же тухли. Пацаны ругались на связь — хрипела жутко. Спасибо вам, сливщики!

►Chrome

Ответил 17 марта 2010:

Если он взял серверный архив, ждём сливы. Но не забегайте вперёд. Нужны пруфы. @XxVoid_CowboyxX согласен, сливщики наши герои, кем бы они не были. Главное чтоб не уволили работяг…

►Reave (Ветеран)

Ответил 18 марта 2010:

Апдейт по травмам: Бесстрашный без серьёзных, оперативники подлатаны. Несколько сотрясений. Повреждений зданию минимум, несмотря на накрывшийся генератор. Это очень чистая работа.

►HumansRELAX

Ответил 18 марта 2010:

«Чистая работа» и «протокол шестого уровня» — вот и весь наш Протекторат. Как мы вообще ещё работаем?..

►SilberVogel

@HumansRELAX молись, чтобы анонимность пользователей ПЛО и дальше поддерживалась, а то тебя уволят с волчьим билетом. Мы всегда будем рады тебе в И88, если ты настоящий белый мужик.

[Пользователь @SilberVogel был перманентно заблокирован].

►Moderator_PHO

Ответил 18 марта 2010:

Тема закреплена. Слухи без подтверждений — под спойлер и с пометкой. Личные данные кейпов — в бан.

Конец страницы. 1, 2, 3, 4, 5, 6… 420.

Мило, чего уж. И это только один из отрывков, благо, что я не стал тратить время на чтение откровенно шизофренических теорий, покадрового разбора боя с обрывочных записей, которые уже, естественно, оказались слиты, вычленение постов Стражей и Героев и прочий бред. Хорошая, конечно, у СКП безопасность, если это не они делали сливы.

Отложив телефон обратно, провёл ладонью по лицу, коротко выдохнув, после чего пошёл вниз, на кухню.

Было желание закопаться в извлечённые данные, но очень хотелось есть, слишком частое применение силы выматывает, а один вчерашний чизбургер не в счёт. Мама как раз готовит что-то вкусное, судя по запаху и доносящемуся шуму.

Однако, не успел я зайти в райскую обитель вкусностей, как меня перехватил отец, сейчас выходящий из гостиной.

— Итан, пошли, поможешь мне с машиной, — кивнув в сторону гаража, хрипловато произнёс Артур. Видимо, не выспался после вчерашнего «родео». Так, стоп, хватит думать об этом.

— Прям сейчас? Я о-о-очень голодный, пап, — несмотря на горестный вздох, всё же развернулся и пошел в сторону двери, ведущей прямиком в не слишком большой гараж.

— К сожалению, иногда голодом приходится пренебречь, — участливо похлопав меня по плечу, он усмехнулся. — Не переживай, я тоже пока ничего не ел, но Линда как раз готовит вместе с Аней, мы успеем закончить с малышкой, а после сразу поедим.

— М-м-м, ладно, — промычал со смирением, спросив: — А что с ней не так-то?

— Да ничего особенного, просто проводка сгорела, — ответил отец, доставая из кармана перчатки. — Старая уже, вот и коротнула.

Малышка, — так он называл свою машину, — стояла у стены, сверкая после недавней помывки. Капот был приоткрыт. Пахло бензином и маслом, а под ногами валялись какие-то провода, пара гаек, изолента и пластиковый контейнер с болтами, перемешанными как семечки. Истинный творческий хаос.

Мы оба молчали, пока он что-то подкручивал внутри, и только звон металла нарушал тишину. Я помогал — держал фонарик, передавал ключи, иногда просто стоял и притворялся, что понимаю, что происходит. На деле полная магия. Он что-то выкручивал, менял местами, стучал по корпусу кулаком, и двигатель будто оживал на глазах. Никогда не был фанатом автомобилей и ухода за ними, хоть и по верхам разбираюсь.

По итогу мотор пару раз кашлянул и заурчал, ровно, как будто ничего и не было. На лице у него мелькнула детская радость, редкое выражение, которое невозможно не заметить.

— Видишь? — Сказал он, улыбаясь. — Старый провод от перегрева почернел, контакт отвалился, а без него никуда.

Я только кивнул. В такие моменты всегда казалось, что Артур не просто чинит технику, а будто возвращает её к жизни. Каждый жест — уверенный, точный, без лишних движений. Мужик на все руки, действительно уж.

— Ну вот, теперь можно и на кухню.

Я машинально выключил фонарик, бросил взгляд на мотор, теперь тихо работающий, и подумал, что, может быть, у каждого из нас тоже где-то есть этот самый перегоревший провод — стоило бы только найти, зачистить, припаять обратно, и всё снова заработает.

Тряхнув головой и прогоняя лишнюю меланхолию, уже точно прошёл на кухню.

— Что у нас? — Бодро поинтересовался, присаживаясь за стол.

— Жареная картошка с мясом и грибами, — улыбаясь, ответила мама, снимая крышку со сковородки, откуда сразу повалил пар. Ух-х, а запах то какой, запах!

— У меня волосы провоняли! — Недовольно буркнула сестра, в прочем, также усевшись, ибо есть-то хочется.

— Какой кошмар, не думала их постричь? — Пересыпая себе свою порцию, сказал будто бы в никуда.

— Я тебе щас как постригу, вообще лысым станешь! — Зло пробормотала Аня, попытавшись пнуть ногой под столом. Безуспешно.

— Что, коротковата, да? — Сочувственно посмотрел на неё, ухмыльнувшись.

— … — уже хотела что-то ответить младшая блондинка, но была прервана матерью:

— Господи, да можете вы нормально поесть, а не цапаться друг с другом?

— Не я первая начала! — Обвинительно посмотрела на меня сестра.

— Но ты первая начала ныть, как я мог удержаться от такого повода?

— Да легко! Я вот тебя сейчас трогала?!

— М-м-м, дай-ка подумать… — притворно задумался, дабы ответить как-то более изысканно, но в этот момент как раз зашёл отец. С моим телефоном в руках. Телефоном, который сейчас разрывался от сообщений.

— Пока переодевался, услышал у тебя в комнате уведомления, держи, — сразу забрав протянутый предмет, посмотрел на отправителя. Лиза. Вот ведь дерьмо. — Кстати, кто такая Лиза?

В этот момент Аня, жевавшая картошечку, чуть не подавилась, после чего прямо с забитым ртом спросила:

— У тефя ше, дефушка пояфилась?

От: Лиза. Тема: Срочно!!!!! Сообщения: Итан! Итан!!! ОТВЕТЬ ЧЕРТ ВОЗЬМИ Центр, пятнадцатая авеню. Как можно быстрее Их тут шестеро!!!!! И ОНИ С ПУШКАМИ ИТАН!

Итан: Продержись пять-десять минут. Выйди на крышу.

Практически взлетев из-за стола, сразу так, в домашней футболке и шортах, а также тапочках, побежал в гараж, где стоит мой велосипед, которому уже года два как. Лишь успел крикнуть родителям напоследок:

— Очень срочно! Прости, мам!

— Итан! Итан Бэккер! — Послышался недовольный голос матери.

Ну всё, грёбанный Выверт-перевёртыш, можешь заказывать себе могилу. Отвлекать меня от еды, когда я и так был чертовски голоден — это очень некрасиво. А когда я чем-то недоволен, особенно голодом, то я становлюсь самую малость… раздражительным.

Искренне надеюсь, что Сплетница не сдохнет за то время, пока я доеду до нужного радиуса действия своей силы. Мне ведь потом ещё перед родителями объясняться, и вряд ли они отстанут на простом «нужно было помочь подруге».

Ох, грёбанный мир…

Червь. Глава 4.

Здание, в котором располагалось местное подразделение Службы по контролю за параугрозами, ничем не выделялось. Внешне оно сплошь было из стекла, в зеркальных окнах отражалось тёмно-серое весеннее небо. Только логотип с щитом и буквами «С.К.П.» как-то отличал его от других зданий Броктона.

Каждый, кто входил в вестибюль, обнаруживал странную двойственность атмосферы в здании. С одной стороны, можно было увидеть сотрудников в костюмах, входящих и выходящих из здания, они собирались в группы и что-то обсуждали. Здесь дежурила команда из четырёх укомплектованных по последнему слову техники офицеров СКП, каждый из которых был размещён в отдельной части вестибюля. У них у всех были кевларовые бронежилеты с металлической сеткой, лица закрыты шлемами, все вооружены огнестрельным оружием. Их снаряжение отличалось, двое были снабжены свисающими с ремней на плечах гранатомётами, патронташи с различными боеприпасами крепились на груди, в их числе были огнегасительные снаряды, электромагнитные бомбы и различные шоковые гранаты. У двух других, на первый взгляд, были огнемёты, но если бы кто-нибудь нажал на спусковой крючок их оружия, то выпустил бы толстый поток пены, достаточный, чтобы удержать любого, кроме самых сильных и быстрых злодеев и прочих не самых благонадежных членов общества.

С другой стороны, абсолютным контрастом к этому был сувенирный магазин, после окончания школьного дня его заполняла молодёжь. В нём был широкий ассортимент сувенирных фигурок, плакатов, видеоигр и одежды. Метровые фотографии членов команд Протектората и Стражей размещались на одинаковом расстоянии друг от друга по всему помещению, фон каждой фотографии пестрел яркими цветами.

Веселый гид терпеливо ждал в приёмной, мило улыбаясь всем, кто бросал взгляд в его сторону. По расписанию он водил туристов и детей в офисы СКП, оружейную комнату, тренировочный полигон и стоянку с фургонами для перевозки преступников-паралюдей. Для тех, кто был готов заплатить за особую экскурсию, подождать около двух часов и вынести эскорт СКП, была дополнительная остановка — визит в штаб-квартиру Стражей.

Однако сегодня улыбался он толпе журналистов, которые слетелись сюда, как акулы на кровь. Нападение ночью субботы всколыхнуло общество, и в данный момент все, от обычных жителей до официальной прессы, хотели вызнать подробности.

Эмили Пиггот это жутко раздражало. Внимание этих недалёких людей, которым лишь подавай хлеба и зрелищ, никогда её не прельщало. Как и в принципе работа с кучей психически неустойчивых кейпов, но такова была её обязанность.

Сейчас, сидя в своём кабинете и читая детальные отчеты о прошедшем вторжении, она была зла. Очень зла, хоть никак и не показывала этого на своём лице.

Очередной «одарённый» ублюдок, возомнивший о себе слишком много, посмел проникнуть в штаб Протектората и вынести не только секретные сведения, а вообще всё, до чего у него дотянулась рука.

Уровень кризиса, который начнется, если он опубликует хоть что-то, трудно даже оценить.

СКП не всегда действовало самыми гуманными методами, особенно это касается таких опасных кейпов, как ныне покойный Всеотец, Крюковолк, просто залётные бродяги со слишком опасными силами и не только.

Эмили Пиггот ненавидела кейпов. Угроза, которая постепенно дестабилизирует и так хаотичную обстановку в мире. Фрики, не способные придерживаться субординации, выполнять приказы, как настоящий солдат. Обуза в любой мало-мальски серьёзной операции, но мнения о себе у каждого отдельно взятого парачеловека столько, что позавидует даже президент США. Однако ей приходится сидеть и управлять всей этой толпой. Пока ещё она справляется более-менее нормально, но сама женщина считает, что и её стальная выдержка может дать слабину.

В этот момент ей на включенный компьютер поступил звонок. Маттео, главный техник.

— Решили проблему? — Без предисловий перешла сразу к делу директор СКП отделения Восток-Северо-Восток.

— Мэм, внутренние генераторы накрылись от перегрузки, резервные линии частично спасли ситуацию, но придется менять всё питание. Полное восстановление займёт трое суток, часть жизненно важных этажей в это время будет запитана от сторонних источников энергии. Общая стоимость замены обойдётся в два миллиона, — сухо закончил усталый, мужской голос.

На несколько секунд повисло гнетущее молчание. Эмили хотелось очень грязно выругаться, но она сдержалась.

— Ясно. Приступайте, средства поступят из резервного бюджета. Конец связи.

Никто не любит кейпов, которые атакуют официальную власть. Ещё больше никто не любит, когда устранение последствий за таким элементом выходит во внушительную сумму.

— Оружейник, инициируй собрание через двадцать минут, — послав сигнал по лежащей на краю стола рации, Пиггот болезненно сморщилась, став собирать всю нужную документацию.

— Принято, директор, — Колин, как всегда, был немногословен.

Можно было подумать, что хоть старшее поколение кейпов более адекватно…, но ни черта.

Глава Протектората Броктон-Бей, Оружейник, был абсолютно антисоциальным человеком, не способным на базовое проявление и понимание эмоций. Хотя, стоит признать, что его поведение, больше похожее на робота, иногда куда более предпочтительное. Вечно сосредоточенный на работе, не терпящий попрание своего общественного имиджа. Имеет хорошие отношения с Дракон.

Батарея и Штурм — два клоуна, которые всерьёз начинают работать только при чрезвычайных ситуациях, всё остальное время предпочитая проводить за чем угодно, кроме непосредственной работы.

Мисс Ополчение — можно было бы и повысить до категории адекватных, если бы не её чрезмерное эго. Женщина-кейп не выносит, когда её осуждают или с кем-то сравнивают, и каждый приказ проводит через свою критическую точку зрения, а если уж он выйдет за грани её понятия добра и зла, то вовсе можно ждать полноценных дебатов.

Про стражей Эмили и вовсе ничего думать не хочет. Просто сборище слабо контролируемых детей, которые сами не понимают, чего хотят от жизни. Идиоты, по нелепой случайности или другим, не слишком приятным способом получившие свои силы.

Сам зал для собраний в здании СКП представлял из себя просторное помещение с круглым, длинным белым столом, полным освещением и большим голографическим экраном у окон, на котором выводятся все необходимые сведения также, как и на специальных планшетах, каждый из которых расположен перед креслами.

Внутри уже собрались все необходимые… работники. Старшие герои Протектората, аналитики из числа обычных людей, и личный помощник самой Эмили — старый напарник Томас Кальверт. Она была бы и рада его во век не видеть, ведь любое напоминание о той операции в Эллисбурге колыхало старые раны, но уж больно тот был эффективен.

В центре стола мерцала голограмма — застывшее изображение башни Протектората, снятой дронами с пирса в момент атаки. Линии электрических контуров мигали красным, участки повреждений подсвечены жёлтым.

— Время инцидента: с двадцати одной сорока до двадцати двух пятнадцати, — сухо отчитался один из аналитиков, мужчина в очках, листая данные на планшете. — Шестой уровень угрозы. Потерь нет. Повреждения минимальные, основное — выведен из строя генератор и серверный сектор. Потери информации пока оцениваются.

— Пока? — Раздражённо уточнила Эмили.

— Директор, — вмешался Оружейник, сидевший рядом с ней, уже без шлема, но с повязкой на виске, — большая часть архивов резервировалась автоматически. Как минимум уже можно подтвердить, что были украдены данные действий при различных протоколах, системы безопасности, а также… личности всех кейпов, которые были в нашей базе данных.

— А нападение на персонал? Что с ними по итогу? — Пиггот подавила желание выругаться. Снова.

— Бесстрашный и десяток бойцов временно выведены из строя, как и два техника, находившиеся в серверной в момент проникновения, — коротко ответил Томас Кальверт, склонившись над столом. — Никто не убит. Нападавший действовал избирательно, без намерения нанести летальные повреждения. Судя по всему, задача была не уничтожение, а кража и демонстрация возможностей.

— Психологический удар, — со смешком добавил Штурм. — Показать, что может войти, взять и уйти.

Эмили перевела взгляд на экран, где застывший кадр показывал фигуру в чёрном, с короной над головой.

— Опознать не удалось?

— Отсутствуют какие-либо совпадения, — снова вступил аналитик. — Визуальный профиль уникален. Движение и поведение не соответствуют известным кейпам со схожими способностями. По силовой классификации: Бугай-6, Скрытник-7, и Излом-6 по предварительным прикидкам.

— Новый отбитый на голову идиот с нечестными силами, классика, — буркнул себе под нос Итан, он же Штурм.

— Уровень подготовки? — Спросила Эмили, проигнорировав нарушение субординации. С этим клоуном всё равно бесполезно что-либо делать.

— Высокий. Он контролировал сеть, перенаправил сигналы тревоги, манипулировал энергоснабжением. Предположительно, обладает прямым доступом к цифровым структурам. Очень неприятный противник в городской среде.

— Или Технарь-Излом, довольно редкое сочетание, но нельзя исключать, — вставил Кальверт, глядя на голограмму. — Стиль избыточно демонстративен, поведение уверенное, контакт с директором намеренно выстроен как игра на нервах. «Прошу оказать содействие» — цитата, уже разошлась в сети. Это не случайный дебют, а спланированное появление. Напасть на Протекторат спонтанно в принципе невозможно.

— Протекторат выставлен посмешищем, — сухо заметила директор СКП. — Он знал, когда напасть, какие протоколы активируются и кто дежурит.

— Следовательно, утечка изнутри, — без выражения отметил Оружейник. — Или внешний источник с доступом к системам СКП. Также нельзя исключать вариант, что если он может управлять электричеством, то имеет и базовое понимание того, куда сначала нужно было бить.

— Я прослежу цепочку, — предложил Кальверт. — До утра хочу иметь список всех, кто имел удалённый доступ к внутренней сети.

— Составьте, — кивнула Эмили. — И ещё. Поднять все заархивированные досье по кейпам, действующим на территории Броктон-Бей и окрестностей, включая нелегальные группы.

— Уже выполняется, — ответил один из трёх аналитиков, перелистывая таблицы. — К слову, Империя и АПП уже обсуждают инцидент. Как бы они не вмешались.

— Пусть обсуждают, — резко оборвала она. — Пока не получим подтверждений, всё это мусор.

В помещении повисла короткая тишина. За окнами едва виднелись лучи солнца— свет ложился на стены, разбивая комнату на ровные геометрические плоскости.

— Хорошо, — наконец сказала Эмили, складывая руки на столе. — В течение суток хочу отчёт по всему, что касается нападения. Каждый участок, каждая минута, каждый человек, кто мог знать о детальном содержимом серверов.

Директор ненадолго прервалась, отпив воды, после чего продолжила:

— Также… нужно выписать этому Монолиту волчий билет. Он в открытую напал на нас, учитывая же то, что на днях было нападение Бегемота, то, по сути, просто воспользовался положением. Разошлите всем потенциальным группировкам, которые в нём заинтересовались: попробуют как-либо взаимодействовать с Монолитом, Протекторат и СКП обрушит на них всю свою мощь. Все доступные ресурсы переправить на выяснение сил, личности и мотивов нового злодея. Присвоить седьмой уровень угрозы. При контакте сразу атаковать, попытавшись задержать и обезвредить. Обычным сотрудникам запрещено вступление в бой без поддержки героев. Создайте Клетки Фарадея на архивах, если он вздумает снова к нам лезть.

— Седьмой уровень? Вы уверены, мэм?..

— Он вошёл к нам, будто к себе домой, одним ударом обезвредил Бесстрашного, потенциально способного выйти на мощность Триумвирата, обесточил всю вышку, за три секунды вырубил Оружейника, — на этом моменте недовольной речи Пиггот, Колин против воли поморщился, — и не забываем про переломанных обычных солдат, лечение которых тоже требует времени, даже с Панацеей, а после же враг спокойно ушёл, предварительно помимо боевых навыков проявив и силы взаимодействия с электричеством. Так что да, я уверена, Роберт. Этот сукин сын не уйдёт без последствий.

Почечная недостаточность Эмили вновь дала о себе знать, из-за чего она до белых костяшек сжала кулак, после чего закончила:

— На этом всё. Оружейник, донеси новую информацию до стражей — при контакте им в бой вступать запрещено.

Уже спустя несколько часов, когда директор прошла через процедуру диализа, и сейчас сидела в своём кабинете, решая, что делать с очередной раз взбрыкнувшей Сталкером, активный монитор вновь привлёк её внимание. Прямой вызов от Коста-Браун, генерального директора СКП. Ну, конечно, день не мог стать ещё хуже, как дно было пробито. О их косяке уже в курсе вообще все.

Директор СКП ВСВ ответила на поступивший звонок, и на экране появилось изображение деловитой, строгой начальницы. Пиджак, прямые чёрные волосы, суровый взгляд и первые морщины. Ребекка Коста-Браун.

— Эмили, что у вас там происходит? — Она была прагматичным человеком, который не любил тратить время попусту.

— Директор, у нас произошло ЧП. Нападение нового кейпа на штаб Протектората, пересылаю полный отчёт. Если кратко, был нанесён ущерб на миллионы долларов, а также факт хищения всех сведений, содержащихся на серверах. Мы уже восстановили пропажу через резервные копии, но если что-то из этого всплывёт… Плохо будет всем.

— Вижу, — активно читая отчёт, ответила Ребекка. — Попробуйте выйти на контакт и узнать его мотивы. По возможности завербовать. Если отказывается идти на сотрудничество — захватить и изъять все украденные данные. Такой опасный элемент может слишком сильно дестабилизировать обстановку. Касательно его силы… пробуйте давить энергетическими атаками разной направленности. У него обязана быть уязвимость, — по непонятной причине директор нахмурилась, — если же нет… объект «Монолит» переходит в категорию угроз «S»-класса и им займётся Триумвират в полном составе. Вторая версия Сибири нам не нужна, проще устранить заранее.

На этом моменте рука Пиггот против поли дрогнула, выдавая всю степень волнения. Ситуация резко по уровню напряжения скакнула вверх.

— Так точно, мэм. На этом у меня всё.

— Хорошо. Конец связи.

Оставшись теперь уж точно полностью одной в собственном кабинете, Эмили устало выдохнула, выпив залпом чашку с водой.

Обновить план действий относительно нового злодея не заняло слишком много времени, как и уведомить всех об этом. Но, как это обычно бывает, со дна снова постучали. Притом весьма настойчиво.

— Директор Пиггот, у нас столкновение кейпов в городе! На пятнадцатой авеню, центр. Уже были зафиксированы кейпы: Монолит, Сплетница и неизвестные наёмники с тинкертехом. Также был замечен несущийся прямо к месту боя Крюковолк. Есть пострадавшие от обломков здания.

Прождав две секунды, никак не отвечая по рации, женщина всё же не сдержалась:

— Ёбаный блядь пиздец, чтоб этих ублюдков…

Сделав глубокий вдох, а после выдох, напоследок выпив ещё одну чашку с водой, куда она добавила безопасную дозу успокоительного, которое никак не повлияет на её продуктивность, Эмили ответила, взяв в руки злополучную рацию:

— Высылайте туда Оружейника и Штурма с Батареей, плюс три оперативные группы захвата. Первостепенная задача — безопасность гражданских. Кто в ближайшем патруле стражей?

— Призрачный Сталкер и Стояк, мэм.

…

Всё только что стало ещё хуже.

— Мисс Ополчение в боевую готовность. На консоли Рыцарь. Выполнять. Конец связи.

— Так точно! Конец связи.

Ни одного спокойного дня на её работе. Главное, чтоб не было жертв невинных, а то этот день официально станет одним из худших, уверенно войдя в первую десятку, где почётное место лидера занимает Нилбог, будь эта тварь трижды проклята.

Самой же Эмили теперь нужно поскорее пройти в координационный отдел, дабы следить за всем в прямом эфире.

***

Я крутил педали велосипеда как не в себя. Холодный ветер вызывал мурашки по всему телу, некоторые оглядывались на психа, который решил в легкой одежде выйти из дома в плюс десять по цельсию.

В данный момент было плевать на это. Единственная главная цель, стоящая в разуме как путеводитель — успеть доехать и спасти шкуру своей будущей союзницы от особо наглых наёмников.

До пятнадцатой авеню от моего дома было три километра. Я пролетал на красный цвет светофоров, реакция была обострена до предела. Машины и здания пролетали на приличной скорости, а ладошки уже вспотели от твердости хватки.

Лишь бы успеть.

Десятки, сотни машин, проносящихся где-то на фоне, пасмурный день, облака, заслоняющие собой солнце, и лишь одно чувство в груди — злость.

Свою гонку на скорость я окончил на ближайшей парковке, когда понял, что до нужного района осталось около километра. Привязав байк на велозамок, с небольшой одышкой практически побежал в ближайший переулок.

Взгляд быстро зацепился за пожарную лестницу, ведущую на крышу. То, что нужно. Как раз там никакие залётные придурки не побеспокоят. Само здание было пятиэтажным, какой-то деловой офис, видимо.

Оказавшись на верхушке, протёр лоб от выступившего пота, после чего сел прямо на гальку, прислонившись к выпирающей вентиляционной трубе.

Ладно, пора.

Переход в духовную форму прошёл без лишних неожиданностей. Всё, что успел вынести с Протектората, сейчас надёжно хранится в моем комнате, под матрасом, заранее проверенное на наличие жучков и прочей гадости.

Информационный мир вновь раскрылся передо мной во всей красе, но желания любоваться пейзажами не было, потому сразу полетел в нужном направлении. К сожалению, в материальном виде летать я не способен. Но вот прыгать на огромные расстояния? Это без проблем.

Скорость, которую я здесь могу развить, довольна впечатляюща. Преодолеть практически километр у меня заняло примерно секунд двадцать.

Сплетница всё же смогла выбраться на крышу, отлично. Её фигура, от которой исходит «столб в никуда», отчетливо выделялась на общем фоне однообразных линий различных цветов. Спустившись к ней и остановившись прямо напротив, вновь сменил состояние.

Лиза испуганно дёрнулась, когда перед ней появилась моя боевая форма, но быстро взяла себя в руки, даже визуально расслабившись.

— Мне нужна информация по снаряжению наёмников и их точное местоположение, — не дав ей и слова вставить, сразу заговорил модифицированным голосом.

Времени на разведение политесов, как это обычно бывает, нет.

— Да-да, конечно… шесть человек, — окончательно отдышавшись, видимо после длительного забега, она начала перечислять, прикрыв глаза. — Форма одинаковая, оружие не типовое — тинкертех, винтовки со снотворным и парализаторами. У каждого ещё запасной карабин, тоже технарские. Три дрона, с виду разведка, но наверняка с какой-то пакостью. Сети, визоры, гранаты, даже пена — полный набор для охоты на кейпов. Ракетная установка… не спрашивай, не в курсе про снаряды. Они меня пока потеряли, но это ненадолго. Знают, что я в этом здании. Уже окружают, поднимаются со всех сторон.

Девушка замолчала, резко помотав головой из стороны в сторону, после чего вновь заговорила:

— Честно, я уж думала, что ты решил меня бросить… э-э, Монолит. Да, Монолит. Ну и имечко у тебя стрёмное, конечно. Не думал провести ребрендинг, пока не поздно?

— Очень смешно, Сплетница, — чуть наклонив голову, медленно, издевательски похлопал. — В общем, обстановка понятна. Сиди и не высовывайся, пока большие дяди поговорят между собой о былом, вспомнят молодость, так сказать. Есть оружие для самозащиты?

— Пистолет сойдёт? — Продемонстрировав скрытую кобуру под её курткой, надетой прямо на костюм, ехидно фыркнула МонаЛиза.

— Если что, стреляй по глазам или ногам и рукам, хотя вряд ли нормально пробьёт кевлар или во что там они оделись, сама разберёшься. Это не займёт много времени. Я пошёл.

Известный мне факт состоит в том, что мои эмоции по большей части глушатся, когда я пребываю в духовной форме. Сейчас я не испытывал какого-либо волнения. Я знаю свой лимит сил, способности, очень много тренировал их. Шестеро наёмников не должны стать сколь-либо длительной проблемой. В отличие от тех, кто может зайти на шумиху, хоть я и попытаюсь всё сделать, не привлекая лишнего внимания.

Стоило только вновь вернуться в мир чистой информации, как увидел три точки, неестественно взлетающие наверх. Дроны.

Что же, пора научить любителей подглядывать за несовершеннолетней правильным манерам.

Червь. Глава 5.

К счастью, дроны оказались самыми обычными, не технарского производства. Один волевой посыл и в трёх агрегатах перегружается проводка, после чего они неумолимо полетели вниз.

Быстро сделав круг вокруг здания и окрестностей, сразу нашёл шесть подозрительных сигнатур, от которых так и несёт технарскими данными. Четверо поднимались к крыше, по двое с разных лестниц. Оставшаяся пара занимает позиции на соседних крышах, откуда открывается хороший обзор на эту.

Каждая из высоток была минимум в этажей пятнадцать, полностью из стекла. Офисы кампаний, просто жилые квартиры элиты города. Неприятно будет такое разрушать, а также наверняка умрёт множество людей, если начнётся полномасштабная схватка. Потому нужно закончить как можно быстрее, не повредив ничего.

Куча жертв мне совершенно точно не нужны.

Сначала было решено закончить с одиночками, которые могли помешать в самый неподходящий момент. Моё время пребывание в состоянии Излома, если использовать классификацию СКП, довольно ограничено. Тело тратит довольно много ресурсов на поддержание работы ментальной формы, которая неразрывно связана с носителем Короны. Максимум около полутора часа активных действий, после которых связь начнёт обрываться и меня довольно жестко вернёт обратно, в разбитую и истощённую тушку.

У каждой силы есть своя цена и ограничения, это аксиома, в которой я не исключение. За получаемую мощь и платить приходится соответствующе.

Выйти прямо за спиной у только поднявшегося наверх снайпера, который хоть и был насторожен после падения дронов, которые уже заметили гражданские снизу, никак не успел отреагировать.

— К-ха! — Чудовищной силы удар пришёлся ему прямо в хребет, переломав все кости и откинув на несколько метров прямиком в стену, от столкновения с которой солдат мгновенно теряет сознание, падая сломанной куклой на землю.

Новый инвалид в нашем милом городке, если доживёт. Никакого милосердия и мягкости по отношению к тем, кто работает на Выверта и был отправлен похищать несовершеннолетнюю, к тому же наверняка и до этого дела проворачивавший откровенную чернуху.

Я не испытываю каких-либо терзаний совести касательно таких личностей, даже если они умрут. Наёмники знали, на что подписываются, когда идут на отлов кейпов.

— Третий, приём. Третий, приём, — донёсся из такой же технарской гарнитуры голос, видимо, их командира.

Перелёт к его напарнику на другую крышу небоскрёба не занял много времени. Тот уже во всю высматривал сквозь оптику полноценного ремингтона место, где слёг его товарищ. Повторение — мать учения.

Материализоваться позади облокотившегося об парапет стрелка, резко схватить за обе руки, ногой упереться в спину и сильно дёрнуть конечности на себя. Громкий хруст раздался по окрестностям, вместе с его криком, который некому услышать, ведь освободившейся рукой я сорвал с него наушники со встроенным микрофоном, кинув те на металлический пол.

Обхватив его затылок, приложил лицом об своё колено. Вновь тошнотворный хруст крошащихся зубов. Сознание улетело в нирвану, а тушка свалилась к полу, издав негромкий стук.

Никаких сомнений, когда жизнь моего потенциально очень хорошего союзника висит на волоске.

Небоскрёб, в котором была оставшаяся четвёрка, представлял из себя пересечение каналов связи, электрических проводов и других приборов, хранящих в себе различную информацию. Огромные буквы на самой верхушке, — очередной банк, — здесь светились неоновыми огнями, которые в ночное время активируются уже в физическом мире.

Первая двойка сейчас поднимается по лестнице в здании прямо на крышу. Осталось три этажа, и они встретят Сплетницу, которая затаилась за одной из толстых вентиляционных труб. Решил начать с этих.

Схема действий практически никак не изменилась. Они банально не ожидают того, что прямо в упор может появиться кто-то достаточно сильный, чтобы одним махом вырубить обученных солдат в элитном, явно дорогом снаряжении. Жаль, что оно напичкано маячками и с собой утащить сейчас не получится. Мой внутренний хомяк недовольно проворчал что-то на краю подсознания.

Выйти в физическую плоскость прямо между ними, обоих схватить обоих за шею и швырнуть прямо в пол. Что могло пойти не так?

— А-а-а! — Могло пойти не так-то, что у одного из них была в руках система запуска снарядов. Портативная, плюс-минус компактная ракетница, которой придурок воспользовался за мгновение до того, как встретиться лицом с металлом.

Сука.

За долю секунды девять небольших ракет вылетели из дула, смотрящего прямо в пол.

Взрыв захватил всё окружающее пространство, благо я вовремя успел уйти в нематериальность. Грёбанные камикадзе. Вижу, как информационные структуры обрываются, проседая вниз, а часть обрушилась в то место, где находится улица с трассой, по которой прямо сейчас проезжают машины. Надеюсь, прохожие не пострадали. Оба наёмника моментально скончались.

Нет времени любоваться разрушениями, устроенными этими придурками. Оставшиеся двое поняли, что всё накрылось, и уже с ноги ворвались на крышу.

Пять секунд полёта, за которые подмечаю, как Сплетница достала и поставила на изготовку пистолет, судя по её движениям. Появляюсь рядом с первым наёмником.

Двухметровый гигант, закованный в полноценный, мать его, экзоскелет с головы до ног и с каким-то огнемётом в руках, судя по форме.

Первый удар пришёлся в живот, область печени. Громкий треск брони, сразу ухожу в другое состояние, избегая выстрела. Мысли становятся ещё более быстрыми, практически лишаясь эмоциональной окраски. Ещё один минус использования моей силы. Без тела химические реакции организма, которые и отвечают за эмоции, не работают. Длительное нахождение вне носителя не рекомендуется. Грозит потерей человечности, что недопустимо.

Вновь выхожу в реальность у него за спиной, впиваясь обеими руками прямо в область лопаток, пробивая костюм, предварительно задав нужные параметры собственным рукам. Как оказалось, стрелял он сдерживающей пеной. Суперсредство против всех кейпов, способности которых не позволяют разорвать ту голыми руками несмотря на невозможное сопротивление материала или просто телепортироваться.

Буквально разрываю доспех под скрежет композитного сплава или из чего там технари Ящика Игрушек делают свои поделки. Игнорирую второго, который начал стрелять в меня без остановки со своего карабина. Очередной удар в спину, после приложить головой об колено. Всегда работает. Очередной инвалид готов.

В этот момент Сплетница высунулась из своего укрытия, начав стрелять. Последний оставшийся наёмник резко завалился на пол, схватившись одной рукой за бедро, куда попала пуля, все ещё продолжая вдавливать курок. Даже когда автомат издавал лишь сухие щелчки он не сдавался, сцепив зубы и пытаясь снова, снова и снова.

Поразительная жажда жизни, или просто защитный механизм. Плевать. Неторопливо подхожу к нему, взявшись ладонью за дуло и банально согнув то так, чтобы оно смотрело на лежащего человека.

— Ч-что ты за тварь? — Шипяще выдохнув, зло спросил мужчина.

Я не посчитал нужным отвечать на этот вопрос. Лишь ударил в челюсть, выбивая ту вместе со всеми зубами, как и лишая сознания врага.

Не слишком им и помогли дорогие игрушки против подавляющей силы и эффекта неожиданности.

— Это все, Сплетница. Можешь выходить, — повернул голову к уже вышедшей из укрытия девушки, которая довольно быстро оказалась рядом.

Губы прикушены, левый кулак периодически сжимается, частое дыхание. На лицо признаки стресса и небольшой паники.

— Что произошло на лестнице? — Пряча пистолет обратно в кобуру, отрывисто спросила Лиза.

— Наёмник успел выстрелить из ракетницы. Часть лестницы обвалилась, наружная стена упала на улицы, — спокойно отвечаю, осматривая её на какие-либо повреждения. Здорова, отлично.

— Дерьмо… дерьмо-дерьмо, — принялась ходить по небольшому кругу Вилборн, — скоро здесь будет весь Протекторат, а может кто и другой заглянет на огонёк. Нам нужно валить, и как можно быстрее.

— Быстрее всего будет упрыгать. Залазь на спину, — развернувшись, чуть наклонился.

— Ты… ты серьёзно сейчас? — Нервно фыркнув, переспросила Лиза.

— Я похож на шутника?

— …Нет. Ты похож на пиздец насколько жуткого типа, когда используешь свою силу, — видимо, смирившись с тем, что ей придётся меня оседлать, она всё же залезла, обхватив руками и ногами, прижавшись всем телом.

— Спасибо за комплимент, я долго работал над концептом костюма, — вежливо поблагодарив, присел, после чего с нечеловеческой силой оттолкнулся, предварительно задав необходимые параметры телу.

Как ощущается прыжок с одной крыши небоскрёба на другую? Отсутствие опоры под ногами, ветер, бьющий в лицо, хоть это ощущение и очень приглушённое. Грудь двоечка, прижимающаяся так крепко, что все очертания сознание дорисовывает само. Даже несмотря на отсутствие тела в данный момент, все представители мужского пола, похоже, неисправимы.

Приземление на высотку, где был вырублен первый наёмник, прошло довольно жестковато. Ноги проскользили по полу, оставляя за собой борозды на поверхности. Женские руки сомкнулись ещё крепче, зависнув мертвой хваткой.

— Ты в порядке?

— Никогда не думала, что буду летать на спине у кого-либо, знаешь ли, — отрывисто огрызнулась девушка.

— Всё случается в первый раз, — философски подметив, подошёл к краю, — даже такие, казалось бы, не ординарные вещи.

— Ох, ну да, коне-а-а-а-а-а! — Закричала от испуга блондинка, когда я прямо посреди её ответа прыгнул на очередную крышу. Продолжила она уже после второго прыжка: — Да чтоб тебя, предупреждай, когда собираешься полетать, глыба ходячая!

Сплетница была закономерно проигнорирована. Серия прыжков длилась ещё некоторое время. Я целенаправленно шёл к южным районам города, дабы там затеряться, высадить Лизу и вернуться в собственное тело, которое будет не так чтобы и далеко. Постепенно высотки закономерно заканчивались, однако моё внимание привлекло не это.

Из соседнего здания кверху тянулся густой чёрный дым, будто горит сразу несколько этажей. Я не заметил этого раньше, так как был самую малость занят спасением кое-чьей задницы.

Я только собрался уточнить у Лизы, что за хрень творится, как воздух будто прорезали металлические когти. С глухим ударом, смяв пару листов кровли, на соседнем здании вылезло… оно.

Крюковолк.

Огромная, почти вдвое выше человека фигура, каждая мышца которой словно была выкована из стали и покрыта слоями крючков, лезвий, кривых осколков. Лезвия торчали из предплечий, из спины, из коленей, даже морда, волкоподобная, была собрана из металлических пластин, из которых выпирали спицы. При каждом вдохе воздух визжал, будто его втягивал компрессор.

— Мать твою… — выдохнула Лиза, инстинктивно прижавшись ещё ближе. Когда её жизнь и свобода под прямой угрозой, всё напускное высокомерие куда-то испарилось. — Это что, Крюковолк?! Серьёзно?! Почему, блядь, он всегда появляется, когда ситуация и так полная жопа?!

Зверюга выпрямилась, цепи и обломки арматуры звякнули, когда она повела плечами. Глаза, если это вообще можно так назвать, горели мутным красным светом. С крыши под его весом сыпалась галька, металл тихо поскрипывал.

— Только не геройствуй, ладно? — Прошептала Сплетница, не отрывая взгляда от чудовища и слабо похлопав меня по плечу. — Ты, конечно, крут и всё такое, но не хочу узнавать, кто из вас всё же сильнее. К слову, он собирается прыгать. Прямо к нам.

Крюковолк издал низкое гортанное рычание, шагнул вперёд, и с каждой секундой звук металла, скребущего о металл, становился громче.

В голове пронеслось единственное, идеально описывающее всю ситуацию слово — пиздец.

Что эта ходячая машина смерти здесь забыла? Почему именно сейчас? Ладно…

— Спускайся вниз, переоденься в обычную одежду и иди к крыше пятиэтажки на… — назвав нужный адрес и спустив девушку обратно на землю, продолжил: — Там будь рядом с моим телом, пока я разбираюсь здесь со всем этим. Всё поняла?

Это мало того, что был жест доверия по отношению к ней, ведь мало ли чего Лиза могла сделать, пока я в «отключке», так и банальная перестраховка. Подозреваю, что по окончанию буйства Монолита и когда я очнусь, мне будет самую малость хреново, ведь я так и предчувствую перенапряжение, которое сто процентов получу.

— Да, — быстро кивнув, она с очевидным волнением в голосе добавила: — Если победишь, то с меня… не знаю, придумаешь что-нибудь адекватное, я в тебя верю! Всё, я побежала!

Наблюдая, как она покинула крышу, начав быстрый спуск по лестнице, вернул всё своё внимание на кейпа Империи. Как раз собирался наладить с ней какой-никакой контакт… хотя нужно ли мне это теперь, когда у меня есть Сплетница?

Девушка ведь вполне может выйти на контакт с теми, кто и представляет из себя полноценную силу, продав добытую информацию. А если свяжусь с Кайзером, то это пятно на всю репутацию… которая и так злодейская. В общем, решу на месте.

Как раз эта образина из лезвий сорвалась, перепрыгнув прямо на мою крышу. Раздался сильный грохот, часть парапета была смята под его весом, и кейп довольно резво выпрямился, в прочем, не спеша нападать. Ну что же, снова переговоры, вестимо, только на этот раз вместо милой девушки передо мной стоит чудовище, упивающееся жестокостью.

— Крюковолк, — слабо кивнул, приветствуя действительно сильного Бугая.

— Монолит.

Его голос был таким же противным, как и звуки, которые его тушка издаёт при любом движении. Режет слух своей жёсткостью.

— Чем обязан твоему визиту? Не просто так же ты захотел побродить по центру в это время.

— До меня тут одна новость дошла, что новенький кейп грабанул ебланов с вышки, представляешь? — Улыбнувшись во все свои клыки, лающе заскрипел волк.

— Да, тоже слышал что-то такое, говорят, яркое представление было.

— А ты, типа, фокусник или чё? — Проведя лапой по поверхности крыши и оставляя следы от когтей, нарочито весело спросил имперец.

— Только если нужно выставить себя в хорошем свете перед какой-нибудь хорошей девушкой. Ты под это понятие уж точно не подходишь, здоровяк, — в притворном сожалении покачал головой, — так чего хочешь?

— Кайзер хотел предложить встречу новому кейпу, а тут такая возможность подвернулась. Ты же белый?

— Если отвечу, что фиолетовый, тебя это устроит?

— Гр-р-р… — недовольно зарычал Крюковолк, ещё пару раз поцарапав крышу. — Харе пиздеть. Да или нет?

— Более белый, чем твои зубы, это уж точно. Ровно через две недели, если ничего не изменится. У заброшенной верфи в доках, в полночь. Думаю, мы вполне сможем прийти к взаимопониманию с Кайзером. Он прослыл деловым кейпом, знающим своё дело.

Немного лести никогда не повредит. Не знаю, как сложатся расклады к тому времени, но наладить контакт с лидером банды лишним не будет, главное не скатиться в резню при попытке отстоять свою независимость.

Конечно, мило, что волчара нанёс ущерба на сотни тысяч баксов, пока поднимался, лишь бы передать послание. Какой исполнительный пёсик, аж гордость берёт за навыки дрессуры имперцев. Надеюсь, он никого не зарезал мимоходом по дороге.

— Раз уж мы пришли к договорённости, не против немного помахать кулаками? — Выпрямив пальцы правой ладони, задумчиво осмотрел их, после чего сжал, чуть нарастив острых наростов. — Нужно ведь зарекомендовать себя, понимаешь, волчонок?

Больше слов Крюковолку и не надо было. Базовая провокация и предложение хорошей драки. Что может быть лучше для такого отбитого садиста, который заправляет подпольными боями насмерть в доках? Только реки крови, разве что.

Многотонная, как я полагаю, туша понеслась прямо на меня, стартанув на неожиданно быстрой скорости. Я затеял эту драку в первую очередь для того, чтобы Кайзер, который и получит послание, не решил, что меня можно просто прогнуть силой на первой же встрече. Отделанный до состояния отбивной подчинённый как раз станет наглядной демонстрацией.

Я не стал уходить в сторону или ещё как-либо избегать прямого столкновения. Вместо этого понёсся навстречу, глубоко внутри испытывая небывалый азарт. Это моя первая в жизни битва с действительно сильным кейпом, и я сполна смогу испытать свои лимиты, не выдавая козырей. Вышка Протектората не в счёт, там из-за неожиданности нападения толком и не было никакого сопротивления.

Я не испытывал никакого страха от вида этой образины. Параметры тела были заданы, пора приступать.

Рывок и выпад здоровой правой лапы я принял на ответный удар кулаком, от которого часть ладони волка просто лопнула от взрывной силы, по частям разметавшись по всей крыше.

Правые пальцы вонзил в железную плоть попытавшегося толкнуть плечом существа, дёрнув предплечьем в сторону. Крюковолка повело, но инерция пока ещё не испарилась из законов физики.

Вместо того, чтобы швырнуть его целиком, по итогу вырвал часть руки, сразу пнув прямо в живот твари, которая вознамерилась навалиться на меня всем весом, потеряв равновесие. Туша отлетела на десяток шагов, кувыркнувшись пару раз.

— ГР-Р-РР-А-А-А! — Натурально взревел кейп во всю глотку, и оторванные части сами принялись возвращаться к нему, со скоростью влетая прямо в тело, дабы начать отращивать потерянные конечности.

Ладно… Это будет не так просто, как я думал.

Отталкиваюсь от поверхности, как пушечное ядро, с вытянутым кулаком влетел в не ожидавшего такой прыти Крюковолка. На том месте, откуда сделал рывок, осталась небольшая дыра, ведущая прямо на последний этаж здания.

Пробив насквозь грудь, руками разорвал верхнюю часть тела на две ровные половинки, приняв на левый блок удар лапы. Рука, все ещё находящаяся в теле кейпа, сорвалась, и меня откинуло на другой край крыши, предварительно прокатив по земле. Не слишком приятно, между прочим.

Однако и эти повреждения он принялся регенерировать с потрясающей скоростью. Да вы издеваетесь…

— Фу-у-х, а ты живучий гад, да? — Спокойно поинтересовался у него, в прочем, не дожидаясь ответа, вновь рванув прямиком на него. Проверим на практике, сколько он сможет восстановить, когда останется один огрызок.

Больше нет смысла экономить силы. Всё равно что так, что эдак при возвращении будет довольно хреново, так какая разница?

Дальше началась тотальная резьба по железу. Не сдерживался, ибо это как раз удобный манекен, на котором можно проверить… всякое.

Крюковолк бросался вперёд, бил лапами, но уже не так точно, отдавшись чувству ярости. Удар в сустав бедра — металл с хрустом идёт вглубь, через секунду изломанная пластина начинает затягиваться, но не успевает. Ещё один точечный толчок в грудную клетку, чтобы сбить дыхание, и от него остаётся лишь грудной отсек, наполненный чем-то напоминающим густую ртуть. Хм, дышать ему не надо. Буду знать.

— Ну-ка, посмотрим, выдержишь ли ты дробление вдоль оси, — пробормотал я, перехватывая корпус за обе стороны. С усилием, будто вскрывая старый сейф, потянул в разные стороны. Металл трещал, рёбра, похожие на лезвия, расходились, обнажая переплетение клинков внутри. Крови нет, только сплошной металл с непонятной жидкостью. — Любопытно.

Откинув половину туши ногой, шагнул следом, пока та вновь срасталась. В этот раз руку вогнал в область печени.

— Выдержал. Хорошо, — я чуть отошёл, давая ему зарастить повреждения, после чего невозмутимо заявил уже поднявшемуся кейпу: — Научный интерес, не более. Прошу отнестись с пониманием.

Крюковолк рванул снова, издав дикий металлический вопль. Удар пришёлся вскользь — я просто опустил локоть и вбил его голову в крышу, гулкий треск, бетон поддался.

— Значит, сотрясения нам нипочём, — отметил себе и, ухватив его за шею, ударил трижды подряд, каждым движением меняя вектор давления. После третьего шеи не стало — разорвалась на связках, голова с глухим звоном отлетела в сторону. Тело ещё дёрнулось пару раз, прежде чем снова начало затягиваться.

Это… поразительно! Чувствую себя мальчишкой, которому дали конструктор, который можно ломать и веселиться, пока тот сам восстанавливается. Но как это происходит?

— Неплохо. Посмотрим, восстановишь ли ты центральный сегмент, если удалить его физически. — Одним движением я оторвал у него обе руки, затем грудную пластину с сердцевиной. Лёгкий толчок и кусок тела улетел в соседнее здание. — Три, четыре, пять… есть реакция.

Пятиминутная работа превратилась в ритмичное препарирование. Молотил без ярости — спокойно, методично, как механик, проверяющий узлы на прочность. Разбивал суставы, ломал позвоночник, отделял конечности и смотрел, как быстро восстанавливается каждая из них.

— А если уничтожить одновременно? — Два выпада, две ударные волны, тело взрывается, остаётся только клубок из крючков и мяса, который раньше был вроде как желудком. Через полминуты начинает собираться снова, оборачиваясь новыми слоями вокруг уцелевшей части. — Мгм. Чудесно.

Кажется, Крюковолк понял, что физически он явно не дотягивает до меня, потому… просто сиганул с крыши прямо вниз. О как. Ну, тоже вариант. Надеюсь, в архивах СКП будет информация о том, как именно этот кейп регенерирует, потому что он делал это даже тогда, когда восемьдесят процентов его тела просто отсутствовала.

В этот момент, когда я уже собрался уходить, мне внезапно прилетел в голову болт. Хоть и не вонзился, но против воли обсидиановые наросты дёрнулись в сторону. Ауч.

И кто это у нас такой бессмертный?..

Осмотрелся по округе, только чтобы словить ещё один выстрел, только уже в спину. Тот всё также отскочил, но это потихоньку начинает раздражать. Кто там у нас пользуется арбалетами из кейпов? Пара секунд на обдумывание, после чего устало «выдохнул».

Ну, конечно, это будет Призрачный Сталкер, она же состоящая в программе Стражей. Если здесь она, то где-то должен быть и напарник, который был с ней в патруле. А также и Протекторат, который наверняка спешит сюда, устранять последствия моей работы. Могу им только посочувствовать, ведь кто же мог знать, что тут рядом будет Крюковолк? Тот взрыв же вообще вина наёмников.

Ладно, хватит. Больше нет смысла здесь оставаться. И так подустал из-за всего этого, желания на драку с героями вообще не осталось, да и не надо оно мне. Могу ведь войти в азарт и не рассчитать сил. А трупы мне не нужны, как уже говорилось.

Потому игнорируя назойливого сталкера, просто ухожу в информационный мир, сразу же пожелав вернуться в своё тело. Возникло ощущение, что меня сильно дёрнули за эфемерный провод, после чего с резким вдохом открываю уже свои настоящие глаза.

Всё сознание затопила слабая дезориентация и дикий холод. Зубы стучали друг о друга, а всё желание свелось к одному — оказаться в тепле как можно быстрее.

Воздух был ледяным, влажным, будто вот-вот пойдёт дождь. Все ощущения были обострены до предела. Я лежал на крыше, не в силах даже подняться — дыхание рваное, пальцы немеют, всё тело сотрясается от мелкой дрожи. Мир вокруг пульсировал серым светом. Хотелось просто закрыть глаза и перестать существовать хотя бы минуту.

Лишь бы пневмонию не словил. Сорвался, чтоб его, в одних шортах и футболке, принцесску спасать. Такая перегрузка ощущений всегда наступает, если условия содержания тела откровенно паршивые.

Захотелось вновь перейти в Излом-форму, почувствовать ту подавляющую мощь, отрешиться от слабой оболочки и вознестись, но мысленным усилием подавил это желание.

— Эй… — негромкий голос прозвучал почти у самого уха. Кто-то наклонился, потом шуршание ткани и лёгкий, тёплый вес на плечах. — Ты, блин, ледышка ходячая. Замёрзнешь, кто меня потом спасать будет?

Открыв глаза, увидел Лизу. Без костюма, в тёмных джинсах, серой толстовке и бейсболке, волосы спрятаны под капюшон. Куртка, которой она укутала меня, явно не её — болталась на мне свободно, пахла табаком и чем-то вроде дешёвого бензина.

— Где… ты это взяла… — зубы цокнули на полуслове, голос звучал, будто из-под толщи льда.

— Одолжила, — она пожала плечами. — Но воровать одежду у случайных прохожих — не мой фетиш, так что в следующий раз оденься потеплее.

Я попытался усмехнуться, но получилось только судорожно выдохнуть. Последний выпад девушки проигнорировал. Что-то давление подскачило…

— Такси… — сказал запинаясь, — вызови… отвезёшь к себе.

— Ага, конечно, к себе, — протянула Вилборн с нарочитой ленцой, быстро доставая телефон. — Не думала я, что доживу до момента, когда буду водить парней домой. Причём в таком состоянии. М-да… будущая я наверняка не буду этим гордиться.

Она ткнула пальцем по экрану, коротко что-то сказала в трубку и, убрав телефон, присела рядом, глядя на меня сбоку.

— Продержись ещё немного. Машина будет через пять минут, тут недалеко парковка для таксистов. Не вздумай тут отрубиться, ладно? Я тебя не потащу, сразу предупреждаю.

— Стараюсь… — прошептал, прикрывая глаза.

Дальше всё расплылось. Дорога вниз, голоса, гул моторов, шум ветра. Помню, как Лиза помогла подняться, как перекинула мою руку себе на плечи, как мы спускались с крыши по узкой металлической лестнице, и каждый шаг отдавался дрожью в ногах. Потом — короткая вспышка света у обочины, двери, запах дешёвого освежителя и тепло салона.

Такси тронулось, и всё, что осталось в сознании, так это мерцание огней за окном, слабое касание Лизы, когда она поправляла воротник, и её тихое «ещё немного, не вырубайся».

Ох и спрошу же я с неё за то, что оказался в таком состоянии, потому что именно в тот момент ей приспичило мне написать, не дав момента даже одеться потеплее. Боюсь, если бы с кухни пошёл в свою комнату, по итогу опоздал к ней.

Как можно было понять, я вырубился сразу, как почувствовал потепление.

Червь. Глава 6.

Пробуждение было просто отвратительным.

Состояние полной разбитости в теле, вялость и слабость. Я лежал на небольшом диване зелёного цвета, укрытый массивным пледом. Все ещё сохранилось ощущение переохлаждения. Ломота в костях, лёгкая дезориентация и непонимание происходящего.

Устало протёр лицо, оказавшееся влажным. Боже, вспотел, как свинья.

Перед глазами предстала довольно прилично обставленная квартира: ремонт в модерн стиле, изысканная мебель, закрытые шторы, не пропускающие ни единого лучика солнца, уютная обстановка, в которой сразу чувствуется женская рука.

С небольшим усилием сел, осматриваясь. Сплетницы в помещении не было, но вместо неё меня устроила и записка, лежащая на столике рядом:

«Вышла за нужными вещами, чистая одежда на стиралке в душевой, там же и полотенца».

Ну, спасибо за заботу, чего уж. Встать удалось с трудом, из-за чего недовольно нахмурился. Дорога до душа и вовсе вышла отдельным приключением.

Пока горячие капли воды смывали эфемерный холод и приводили сознание в негу, мозг работал, обдумывая всё произошедшее.

Шестеро нейтрализованных наёмников, двое из которых мертвы. Остальных наверняка захватило СКП. Встреча с Крюковолком и назначенная встреча через две недели. Рубилово с грудой железа после, когда я вошёл в боевой раж, желая узнать пределы Бугая. Атака Призрачного Сталкера без попытки на переговоры. И как вишенка на торте — переохлаждение.

Что можно сказать обо всем произошедшем? Хотел как лучше, а получилось как всегда. Классика жанра, чтоб его. Ладно, хватит пока напрягать черепушку, ей наоборот отдых нужен.

После пятнадцатиминутного расслабляющего душа переоделся в чистую белую футболку без какого-либо принта со спортивными штанами такого же цвета, в довершение шли махровые тапочки с кроличьими ушками. Забавно.

Решив более подробно изучить жилище Сплетницы, полноценно обошёл всю квартиру вдоль и поперёк. Богато живёт чертовка, а работает в кафешке, хах. Явно не на легальные «вечнозелёные» снимает хату где-то в центре.

Просторная спальня самой девушки, куда я тактично не стал входить, лишь окинув ту взглядом сквозь приоткрытые двери. Большая гостиная в центре квартиры, где и довелось проснуться, соединённая прямо с кухней и разделяемая барной стойкой

Приоткрыв шторку, ненадолго завис. Открывшийся вид прямо на небольшой парк «Мидтауна» с высоты примерно десятого этажа заставил невольно нахмуриться. Это ж практически и есть центр, где жильё сдаётся минимум от десяти штук баксов в месяц! Интересно Лизка придумала, конечно…

А ещё меня смутило то, что на улице уже практически темно. Сколько же я спал? Зацепившись взглядом за собственный телефон, лежавший там же на небольшом столике, посмотрел, да так и застыл сам себе изваянием.

21:42.

Мама: 13 пропущенных.

Отец: 1 пропущенный.

Ой бля-я-я-я… Бухнувшись обратно на диван, с тяжёлым вздохом набрал номер Артура. Лучше сделать это сразу, а не доводить до ещё большей паники. Мать сейчас вряд ли в самом адекватном состоянии, а мозги обычно в тяжелых ситуациях у мужчины работают лучше.

Три коротких гудка, начало звонка. Полная тишина с той стороны линии.

— Алло?..

— Итан.

— Да, пап, — недолго помолчал, подбирая слова. — Насколько мама не в порядке?

— Она уже хотела звонить в полицию… да, дорогая, это Итан, — донёсся неясный звук, после чего заговорила уже Линда, с явно истеричными нотками: — Итан Бэккер! Где. Чёрт. Побери. Тебя. Носит?! Я звонила тебе целый день, а ты соизволил только сейчас отозваться?!

— …Прости, мам. Не буду оправдываться, я поступил по-свински, — это признание далось мне тяжело, но правду всегда говорить особенно неприятно.

— О, это ещё мягко сказано, молодой человек! Очень, слышишь меня, очень безответственно! От кого, но от тебя я такого не ожидала! Где ты сейчас? Артур заедет за тобой.

— Я в полном порядке, не переживай. Сейчас в гостях у… подруги. Там мутная история выдалась, она случайно влезла куда не надо, пришлось срочно вытаскивать.

— Подруги? — Обманчиво ласковым голосом переспросила мама. — А телефон ты ей можешь сейчас передать?

— Лиза сейчас на улице, пошла забирать заказ у курьера, — ложь слетала с языка также легко, как и прочие слова, — но я тебе говорю, со мной всё точно в порядке. Просто пришлось выручить её. И не нужно за мной заезжать, я сегодня здесь переночую.

— Прости?!

— Сейчас там пробки и вообще, — говорю я и почти сразу вижу, как в квартиру входит Лиза, одетая в простые джинсы и куртку. Она замерла на пороге и тихо усмехнулась, прислонившись к дверной раме, увидев, что я разговариваю. — Не забивай себе голову, завтра утром уже вернусь.

Скосив на неё взгляд, кивнул, рукой подозвав поближе.

— Ну… мы ещё поговорим, Итан. Очень серьёзно поговорим, слышишь меня?

— Очень отчётливо, мам. Я тебя понял.

Линда скинула трубку, ничего более не сказав. М-да… серьёзно она обиделась. Вот ведь дерьмо. По крайней мере сейчас отделался малой кровью, без гневных криков. Уже хорошо.

— Ты так и будешь там стоять, или пройдёшь в свою же квартиру? — Раздражённо бросил в никуда, откинувшись на диван и прикрыв глаза.

— О, просто задумалась, насколько сильно тебе влетит от предков, — лукаво ухмыльнувшись, она одним движением скинула с себя кеды, сняв куртку и проходя в гостиную, захватив с собой два полных пакета.

— Не переживай, ты придумаешь очень убедительную причину, по которой моя подруга попала в такое дерьмо, что мне пришлось срываться с завтрака прямо в домашней одежде.

— Без проблем, — расслабленно пожала плечами Вилборн, — в одном пакете новая одежда, в другом шесть бургеров, сок и наггетсы с картошкой фри.

— Не любишь колу?

— Слишком уж химическая дрянь, — неприязненно дёрнула уголком рта блондинка, завалившись рядом на диван, — мне по душе что-то более натуральное.

— М-м, как скажешь. И всё же ты тащила меня на себе, я польщён, — фыркнув, козырнул ей, шутливо отдав честь.

— Считай, что мы в расчёте за тот полёт по крышам.

— Я тебе, так-то, жизнь спасал.

— Не забывай про нежные девичьи чувства от такого стресса, чурбан, — закатив глаза, слабо ударила меня кулачком.

— Ну вот, опять я во всём виноват, эх…

Ненадолго между нами повисла на удивление уютная тишина. Покатав следующую мысль в голове и так, и эдак, решил всё же озвучить:

— Спасибо, что не бросила меня там, Лиза.

— …Тебе тоже, что спас, Итан.

И снова молчим. Так дело не пойдёт.

— Расскажешь, как я тут оказался?

— Да что тут рассказывать-то, — закатила глаза Вилборн, — таксист сначала перепугался, что ты прямо там откинулся, уже в больницу хотел везти, но лишняя десятка переубедила его продажную душу. Протащила тебя до лифта, уже после скинув на диване. Ты столько новостей проспал, ай-ай-ай!

— Да? И что там такого?

— Всего-лишь заварушку в центре города между отбитыми на голову злодеями, во время которой погибло десять человек, — уже полностью серьёзно закончила девушка.

Что?..

— В смысле десяток погибших? Как? — Растерянно уточнил, медленно упёршись лицом в сжатые кулаки.

Сука. Обычные люди не должны были пострадать. Сука! Скинула ядерную бомбу во время мирных переговоров, называется.

— Четверых, проходящую мимо семью с двумя детьми, раздавило от обломков после взрыва, — выкинув любые эмоции из голоса, принялась перечислять Лиза. — Остальные от лап Крюковолка, который спешил подняться на крышу, дабы тебя перехватить. Это если считать двух подорвавшихся людей Выверта и ещё одного, который не дожил до оказания первой помощи, скончавшись на месте от полученных травм.

Итого семеро трупов на моём персональном кладбище во время второго в жизни официального выхода как кейпа. Великолепно.

— Эй, — тихо сказала Вилборн, чуть отстраняясь, чтобы поймать мой взгляд. — Не начинай. Не смей себя сейчас грызть, понял?

Я молчал. Мыслей было слишком много, и все одинаково пустые. Просто звон в голове, как если бы по черепу ударили кувалдой. Семеро. Семь человек на счету. Из них четверо невинных. Двое детей. И я ведь знал, что это может случиться. Знал, когда выходил. Когда принимал решения. Но одно дело понимать теоретически, а другое видеть цифры в реальности, слышать их чужим голосом. Осознавать, что этих людей больше нет в живых. Хотелось очень грязно выругаться.

Несмотря ни на какую крепкую психику это… бьёт. Очень сильно бьёт.

— Они не должны были там быть, — негромко сказал я наконец.

— Да никто не должен, — спокойно ответила девушка, подсаживаясь ближе и подтянув колени к груди. — Но это не твоя вина. Никто из нас не мог знать, что всё случится именно так. Что тот наёмник решит выстрелить.

— Ты так легко говоришь… Будто сама не видишь, что случилось. Или не осознаёшь?

Что после этого СКП откроет на меня охоту. Что в глазах общества я теперь опасный убийца. Может, для теневой стороны жизни это, наоборот плюс, но все равно… Боже, о чем я думаю?

— Я вижу, — она прищурилась, глядя прямо. — Я просто умею это называть своими именами. Я видела сотни таких сводок, людей, которые делали гораздо более ужасные вещи. И, да, знаю, что ты сейчас думаешь: «мог предотвратить, мог поступить по-другому». Угадала?

Я кивнул. Очевидно, что да.

— Прекрати. — В голосе Лизы не было мягкости, но и жесткости тоже. Ровный, уверенный тон, как у человека, который знает, что делает. — Ты не бог. Ты не можешь контролировать каждую переменную, каждое падение кирпича. Ты пришёл, когда столкновение было неизбежно. Сделал, что мог. И спас мою жизнь.

Короткий вдох, длинный выдох. Грудь будто тянуло изнутри. Я уставился в пол, а после на собственные ладони. Казалось, на них должно быть что-то — сажа, пыль, следы крови, но они были чистыми. Это раздражало и успокаивало одновременно. Умом всё понимаю, но эмоциям не прикажешь.

— Четверо невинных, Лиза. Не просто цифра. Это же люди. Полноценная семья, счастливо жившая… до сегодняшнего дня, а потом бах, и всё. Только потому, что я решил не бить на поражение сразу.

— Неправда, — сказала Вилборн сразу, без паузы, будто была готова заранее. — В этом нет твоей вины, слышишь? Крюковолк. Выверт. Они те, кто всё устроил. Даже если бы ты бил сразу насмерть… это бы ничего не изменило, поверь. Та ракетница с большой долей вероятности всё равно бы выстрелила.

Внутри будто шевелилось что-то липкое — смесь вины и злости, которую никак не получалось вытолкнуть наружу. Хотелось просто выключить сознание, обнулить всё. На месте той семьи ведь могли быть и мои родители с сестрой. Чисто гипотетически.

Лиза, кажется, почувствовала, куда скакнули мои размышления, потому что потянулась и коснулась моего плеча.

— Послушай, — её голос стал мягче. — Я понимаю. Серьёзно. Это всегда бьёт по голове, особенно первый раз. Когда осознаёшь, что сила — это не просто инструмент, а ответственность. Что даже если ты делаешь правильно, кто-то всё равно пострадает. Но это не делает тебя убийцей. Это делает тебя частью мира, в котором всё то ещё дерьмо.

— Легко говорить, — выдохнул я, потерев переносицу.

— Нет, — тихо сказала она, — нелегко. Просто я уже прожила это… однажды. И знаю, что, если сейчас дашь этой мысли укорениться, потом от неё не избавишься. Сначала начинаешь считать, сколько погибло, потом сколько спас, после стоит ли вообще принимать это во внимание. А дальше апатия. Или, что ещё хуже, станешь воспринимать это как игру. И то, и другое тебя убьёт.

Она сделала паузу, посмотрев куда-то в сторону.

— В мире кейпов нет хорошей концовки и лёгкого пути. Есть только решения, последствия и люди, которые с ними живут.

— Значит, просто принять и жить дальше? — Продекламировал очевидную истину, невесело улыбнувшись.

Никогда не думал, что меня будет сидеть и утешать девочка-подросток, хоть и задействуя собственные силы.

— Не совсем. Принять — да. Но не забыть. Помни, но не позволяй этому жрать тебя изнутри. Делай выводы, меняй тактику, будь осторожнее. Вот и всё.

Я усмехнулся краем рта.

— Говоришь как психотерапевт.

— Ну, сила обязывает, — пожала она плечами. — Я буквально знаю, что ты чувствуешь. И что тебе нужно услышать.

— Полезная сила, даже немного нечестная.

— Иногда слишком. Но сейчас как раз вовремя.

Мы немного посидели в тишине. Где-то за окном шумел вечерний город — машины, далёкие крики людей. Жизнь шла, как будто ничего не случилось.

Лиза встала, прошлась до кухни, набрав воды в стакан.

— Держи, выпей.

— Спасибо, — хоть благодарил я её не за протянутый стакан, думаю, Вилборн и так это поняла.

Подсознательно я прекрасно понимал, что кто-то да пострадает, просто встреча с суровой реальностью оказалась болезненной несмотря ни на что. Понимал, на какой путь ступаю, отказываясь подчиняться строгой иерархии официальных структур. Но принять это как случившийся факт все равно не легко.

Надеюсь, жизнь Лизы действительно стоила такой цены, и я не совершил ошибку, заключив сделку с дьяволом, который меня в итоге сожрёт. А ведь придётся сделать ещё более грязные дела ради нашего сотрудничества — как минимум разобраться с Вывертом, который вряд ли откажется от своих планов на одного ушлого Умника. Пум-пу-пу-у-ум… Сложно всё это. Дальнейшая часть разговора же будет ещё тяжелее.

Не став спрашивать о том, откуда у неё деньги на такую квартиру, ибо ответ и так очевиден, вместо этого небрежно бросил:

— Кстати, я назначил Кайзеру встречу через две недели.

Эта новость, казалось, заставила девушку ненадолго уйти на перезагрузку.

— Ты… что сделал? — Повторила Лиза чуть громче, как будто не расслышала.

— Ты прекрасно всё слышала.

Она уставилась, будто пытаясь вычислить, шучу ли я. Не дождалась, и наконец выдохнула:

— Ответь только на один вопрос. Какую цель ты преследуешь? Ради чего… связываться с этими нациками?

Я вновь откинулся на спинку дивана, не сразу заговорив. Было ощущение, что любую фразу, сказанную слишком быстро, она разберёт на составляющие и вывернет наизнанку.

— Цель не сиюминутная, достижимая лишь теоретически. И не про власть, если ты об этом подумала. Я не собираюсь играть в очередного местного «царя горы» или собирать личную армию. Всё куда проще и одновременно сложнее.

Она молча вскинула брови, чуть наклонив голову.

Что же, вот и настал момент вскрывать карты.

— Начну с того, что все мы живём в смертельно больном мире, — неторопливо начал, глядя на выключенный сейчас экран телевизора в другом конце гостиной. — И не в смысле морали или общества. Больном буквально, физически. Всё, что происходит, имеет источник, корень. Когда на Землю пришёл Золотой человек, он не принёс спасение, как это сначала выглядело. Не просветление и надежду. Он принёс начало конца.

Девушка нахмурилась, но не перебила.

— Система суперсил не чудо и не случайность. Это инструмент. Точнее, побочный продукт. Корона Поллентиа это паразит, Лиза. Живой, функциональный орган, встроенный в человеческий мозг. Он не просто создаёт способности. Он использует нас как узлы связи. Каждый кейп, это передатчик, который отсылает данные… куда-то наружу. За пределы пространства, где мы существуем. Каждый раз, видя кейпов во время использования собственной силы, я наблюдаю лишь одну и ту же картину — столб информации, уходящий в никуда.

Я сделал паузу. Лиза инстинктивно прижала пальцы к виску, видимо, привычное движение, когда сила начинала работать против её воли, полагаю.

— Если есть передача, значит, есть приём. Кто-то или что-то по ту сторону получает сигнал. Возможно, управляет процессом. Возможно, просто наблюдает. Но факт в том, что мы не самостоятельны. Нас программируют, подталкивают, ломают. Повышенная агрессивность кейпов, склонность к конфликтам. Случаи пятьдесят три. Тотальное изменение личности при триггере, хоть об этом и предпочитают молчать. Как человечество наделили даром, так могут его и забрать. Достаточно лишь пожелать.

Она поморщилась, глаза на секунду зажмурились.

— Моя сила сейчас орёт, будто сходит с ума, — выдавила Вилборн. — То, что ты говоришь… звучит не как теория, а как… система, к которой всё сходится. Чёрт. Продолжай.

— Губители. Следующий слой. Паразиты с нестабильной эволюцией, сбойные носители той же программы или что-то близкое к этому, как я считаю. Существа, созданные не для разрушения, а для анализа границ. Они проверяют, насколько живуч мир, насколько быстро он восстанавливается, полагаю. Эксперимент.

Лиза глубже втянула воздух, немного истерично переспросив:

— Ты хочешь сказать, что всё это эксперимент? Ты вообще сам себя слышишь?

— Прекрасно слышу и хочу сказать, что всё идёт к неизбежному завершению, — ответил я спокойно. — Губители не случайны, не безумные чудовища. Они разумны и у них есть легко выводимый паттерн общего периода атак — три раза в год, по очереди, просто в разные временные отрезки. Уничтожают, чтобы заставить человечество адаптироваться, пока оно не сломается полностью. А потом точка. Конец эксперимента, какой бы не была цель.

Ненадолго прикрыв глаза, протяжно выдохнул. Лишь бы поверила в мою теорию, которую я выстраиваю с момента, как начал осознавать окружающий мир.

— У этой планеты нет будущего. Сколько бы героев ни появилось, сколько бы городов ни восстанавливали, всё закончится одинаково. Разрушением. Этим паразитам не нужна стабильность, им нужны данные или… что-то.

— И при чём тут Кайзер? — Спросила она с опасливыми нотками в голосе.

— Он один из немногих в этой дыре, кто ещё имеет ресурсы и связи, чтобы достать то, что мне нужно, или вывести на более влиятельную организацию. Информация. Технологии, чертежи, люди. Я не собираюсь убивать, не собираюсь устраивать революцию. Я собираюсь уйти.

Лиза не сразу поняла, кажется. На лице отразилось недоумение, потом настороженность.

— Уйти?

— Покинуть Землю-Бет.

Тишина.

— Понимаешь, Лиз, — продолжил я меланхоличным тоном, мимоходом сократив её имя, — я не герой. И не злодей. Я просто человек, который не хочет сдохнуть под обломками очередного города, пока где-то наверху идёт бессмысленная битва с Губителями. Меня не вдохновляют речи о долге и самопожертвовании. Я видел, чем они заканчиваются. Каждый Губитель — это доказательство того, что мы не победим. Мы можем выиграть пару битв, но война проиграна с самого начала.

Она напряглась, опустив взгляд.

— А Земля-Алеф?

— Вне угрозы, как я считаю. Нет паразитов, нет Губителей, насколько известно. Там всё идёт по другой линии. Люди живут, растут, строят. И пусть у них свои проблемы, но они не обречены. А я хочу жить. Не существовать между обстрелами и кризисами, не ждать, когда очередной монстр придёт и снесёт половину континента. Просто жить.

— И ты думаешь, это реально?

— Думаю, да. — Я пожал плечами. — Если существует система межпространственных переходов, её можно воспроизвести. Как-то же все эти фильмы и прочее попадает к нам с Алеф?

Лиза закрыла глаза, морщась. Я видел, как она сжимает пальцы у висков, будто пытаясь заглушить боль.

— Что?

— У меня сейчас голова раскалывается, подожди…

Замолчав, дал ей переварить всё сказанное. Ради дальнейшего сотрудничества необходимо было открыться.

— Знаешь, что самое смешное? — Риторически спустя пару минут начала девушка. — Я не могу тебя обвинить в сумасшествии. Моя сила… она твердит, что ты прав. Что всё, что ты сказал, правда, или её часть. Что это конец, просто растянутый на десятилетия. Конечно, я и так знала, что всё будет только хуже, но теперь… бля-я-я…

Я посмотрел на неё, но ничего не ответил. Она медленно опустила руку, глаза покраснели, зрачки расширены — явно в диком шоке.

— И всё же… — начала она, но голос дрогнул. — Всё же ты понимаешь, что сейчас сказал? Что ты собираешься сделать?

Не успел я ответить, как девушка судорожно втянула воздух, зажмурившись, будто через голову прошёл разряд тока.

Сила. Её сила заработала на полную, как перегретая машина, выжигая сознание изнутри. Я видел, как лицо Лизы искажает боль, как пальцы судорожно вцепились в подлокотник дивана, а глаза метались, будто она просчитывала сразу тысячу версий будущего — все до одной одинаково безрадостные.

Я хотел сказать что-то — может быть, оправдание, может, просто её имя, но остановился. В комнате стояла тишина, и было слышно лишь прерывистое дыхание собеседницы. А потом Лиза выпрямилась, всё ещё бледная, но с каким-то новым выражением — смесью усталости и осознания.

— …Давай ещё раз. Тебе шестнадцать, ты осознал, что наш мир умирает, с помощью своей силы как-то увидел процесс передачи «данных», и решил перебраться на другую версию нашей Земли, где нет всего этого ужаса?

— Плюс-минус да, всё верно.

— Пиздец. Пиздец-пиздец-пиздец, — резко вскочила с места Сплетница, став ходить туда-сюда по кругу. — Мы не знакомы даже целые сутки, а ты вываливаешь на меня всё это! Сука! Какого хрена, Итан?! Кем ты меня вообще, блядь, возомнил? Ты в край ебанулся?

Сильно же её прорвало…

— Я совершенно точно здоров, Лиза, спасибо за беспокойство. Ты сама присосалась ко мне, пообещав стать надёжной союзницей, если спасу твою задницу от лап Выверта, вдруг ты забыла об этом факте. Так вот, можешь считать, что уже от него избавились. В одиночку я не достигну своей цели, либо же не сделаю этого достаточно быстро. Ты чёртов Шерлок на неадекватных стероидах. Не знаю, что там тебе нашептала сила, но с твоей помощью мои шансы на успех кратно повышаются. Это и в твоих же интересах, к слову.

— У меня есть право отказаться и выйти из этого дерьма? — Хмуро поинтересовалась Вилборн, болезненно поморщившись от прострелившей головной боли.

— Конечно. Я не буду заставлять тебя работать силой, не переживай. Просто обдумай это все ещё раз, пожалуйста. Если откажешься, я пойму. Кстати, у тебя кровь из носу пошла.

Не уверен, что было правильным поступком вот так вываливать на неё столько информации, но и держать её в себе, особенно после прямого вопроса, было тяжело. Знать, что миру грозит апокалипсис — сильно давит на сознание. Отчаянно хотелось поделиться этим хоть с кем-нибудь, кто тоже проникнется масштабом грозящего пиздеца планетарного масштаба. Просто, чтобы банально облегчить собственную ношу от такой информации. И это я ещё не заикался про постепенное обретение сознания Зионом.

Эгоистично? Я сам по себе ходячий кусок эгоизма и цинизма, смешанный в один большой клубок из противоречий. Чудовищно неправильно взваливать такую тяжесть знаний на шестнадцатилетнюю девушку, которой пришлось слишком рано повзрослеть. Даже сказал бы, что аморально. Но я правда больше не вывозил всё это в одиночку, хоть с первого взгляда могло показаться иначе.

— Не сейчас. Мне нужно… нужно время, Итан, — как-то жалобно закончила блондинка, стерев выступившую кровь об рукав кофты.

Я мог бы не говорить ей всего, не ломать картину мира одним разговором, который начался так легко. Чёрт возьми, можно было всё подавать плавно, а не разом. Но просто не стал.

— Да, конечно. И всё же, я могу остаться?..

— …Делай что хочешь.

Слабо, устало кивнув на её ответ, упал на лежащие подушки, закрыв глаза. Точка невозврата в нашем шатком союзе пройдена. Либо всё рассыпется, не успев начаться, либо наоборот, узы станут лишь крепче. Остаётся надеется, что она сделает выбор в мою пользу, не уйдя в сплошное отрицание реальности.

Червь. Глава 7.

Сара Ливси, она же Лиза Вилборн, пыталась жить обычной жизнью. Пыталась изо всех сил, но всё, как это всегда бывает, пошло по наклонной. Конфликт с семьёй. Побег, смена личности, обучение выживанию в недружелюбном мире прямо на ходу. Первые аферы, кражи, взломы, манипуляции, шантаж.

Сплетница вошла во вкус, постепенно став действовать всё более уверенно и нагло. Естественно, её таланты не могли остаться без внимания. На очередном деле, которое должно было обернуться лёгкой прогулкой, на неё устроили засаду трое людей Выверта.

Она сбежала только чудом, в последний момент успев вырваться из магазина одежды. После пришлось залечь на дно: работа в кафе, жизнь в крохотной квартирке на границе с доками. Никак не привлекать внимание к себе.

Однако на неё снова вышли наёмники. Благо, что девушка успела подготовить запасную квартиру, сняв ту под фальшивыми документами, прямо в центре города. Сделанные ранее накопления позволяли спрятаться под пламенем свечи, что сработало. Её не нашли… так быстро.

Встреча с Итаном. Впервые, когда Лиза увидела, как он сел за дальним столиком в кафе, то её сила сразу же выдала то, что заставило пересмотреть свои планы. Поток информации пошёл, как всегда: детали, микродвижения, поведенческие паттерны, мельчайшие эмоциональные всплески. Она видела человека, но мозг тут же начал складывать картину глубже.

Напряжение мышц предплечий: не просто нервное. Контроль. Привычка держать себя в руках. Пульс стабилен, немного ускорен. Волнение. Не из-за собеседника, его нет. Значит, перед важным делом.

Поза «закрытая», но не защитная: концентрация. Внутренний счёт, ожидание сигнала.

Сплетница не стала обрывать поток данных, полностью анализируя новую для себя цель.

Эмоциональный фон: не страх. Предвкушение. Холодное. Не подростковое. Такое бывает перед риском, который ты уже просчитал.

Поведение не соответствует ни одному стандартному профилю гражданских: никаких суетных движений, никаких лишних жестов. Взгляд не скользит по людям: оценивает обстановку. Неудивительно, если вооружён. Но оружие не основное. Основное: аномальная уверенность, проскальзывающая в жестах.

В тот момент она против воли поморщилась, но не стала останавливать действие способности.

Он не просто напряжён: собирается перейти к важному делу. Смена фокуса зрения, микро-дрожь век, частота дыхания меняется на схему, характерную для кейпов перед активацией сил: предвкушение, готовность, ожидание.

Да. Кейп. Без сомнений.

Анализ времени, контекста и поведения выдал точную мысль: первая публичная операция — ещё нет чётких паттернов самоконтроля, но психика устойчива. Опыт имеется, но не в бою. Скорее, в планировании и наблюдении, использовании способностей.

Сила проникла ещё глубже.

Триггер: старый, давний. По эмоциональному следу: психоз, всплеск разрушения личности, но не на почве страха. Крах системы восприятия, эмоциональный срыв. Момент, когда сознание ломается от избыточной информации.

Нетипичная причина: уникальный случай. Отличается от остальных.

Уже после, когда Сплетница заметила погашенный свет в вышке Протектората, которая сквозь окна кафе отлично видна, все звенья цепи сомкнулись.

Во время инцидента с вышкой: действовал уверенно, точно. Не спонтанный дебютант. Планировал туда напасть заранее. Значит, первый «официальный» выход: да, но не первая активация. Триггер был давно, но держал силу в секрете, оттачивал.

Маска спокойствия не маска. Это следствие длительного контроля над силой. Когнитивная адаптация. Удержание множества процессов параллельно.

Значит: не просто кейп. Уровень мышления на грани системного анализа. Но выглядит нормальным подростком. Следовательно, при использовании способности мышление искажается.

Сила уже почти кричала в голове, перебрасывая вероятности, подсовывая выводы один за другим: кейп. Действует скрытно. Триггер — психоз. Функция — контроль электроэнергии, предположительно что-то связанное с информацией. Уверенность — следствие тренировок. Первый выход в «мир» сегодня.

Лиза почувствовала знакомое давление в висках — сила пыталась дотянуться глубже, но наткнулась на пустоту. На «тишину». Как будто внутри Итана не было ничего, за что можно ухватиться. Только ровный, гулкий вакуум, поглощающий любой сигнал.

Она моргнула, морщась.

Интуитивное заключение пришло само собой, холодно и точно, без её участия: шанс избавиться от преследователей. Готов идти на контакт. Не агрессивен. Относительно адекватен.

Дальнейшее решилось само собой. Девушка наладила с ним связь. Договорилась, заинтересовала возможного союзника, который избавит её от нападок Выверта. Никто иной это быть не мог. Посредством длительного изучения информации, только этот злодей подходит под все критерии.

Заинтересован в насильной вербовке Сплетницы: собирает кейпов под своим крылом. Огромное количество ресурсов. Властолюбивый. Самоуверенный. Синдром бога.

Девушка насильно оборвала поток мыслей, сейчас сбивающий её с толка.

Кто же мог ожидать, что её найдут уже на следующий день после того, как она обменялась номерами с Итаном?

В тот момент она как раз закончила с изготовлением нового костюма, который наверняка ей пригодится, если с Монолитом всё сложится удачно. Лиза была на конспиративной квартире, очередной. Решила примерить, когда в дом залетели оглушающие гранаты.

Всё остальное сплелось в гонку не на жизнь, а на смерть. Во второй раз чудом сбежав прямо из-под носа шестерых наёмников, девушка методично двигалась ближе к центру, большему скоплению гражданских.

Слишком много людей: затрудняет поиск нужной цели. Легко скрыться. Затеряться. Есть способ отследить её. Технарские визоры, замечают остаточный след, идут как ищейки.

Дерьмо.

Лиза бродила по каменным джунглям, используя свою силу на полную, путая маршрут так, чтобы попытаться сбить даже такие дорогие игрушки с пути. Паническое письмо Итану. Марафон на крышу, где она оказалась в капкане, замкнутом со всех сторон.

Появление Монолита. Девушка впервые видит его проявление способностей, при демонстрации которых её надоедливая сила вновь включилась.

Как оказалось, это не его основное тело. Проекция, параметры которой Итан легко может менять по собственному желанию. Отсюда и объяснение слабой эмоциональности. Прагматичен, избирательная мораль. Цель стоит выше средств её достижения. Полностью себя контролирует. Упивается собственной силой.

Лиза не думала, что ей так повезёт. Притом дважды. Что он согласился с ней работать и то, что не решил насильно завербовать. После того разговора у неё в квартире, когда характер парня открылся перед ней, будто книга, девушка была в полной прострации.

Снотворное помогло оборвать весь поток данных, которыми сила забивает её голову. Не получалось сконцентрироваться на чем-либо, кроме сказанных им слов о своей цели.

Она спала без сновидений, как убитая. Учитывая же то, что до этого бодрствовала практически сутки, пробежав марафон, от которого зависела свобода девушки, то не удивительно, что отрубило её надолго. Когда Лиза вяло открыла глаза от пробивающихся сквозь шторы солнечных лучей, на улице уже был рассвет.

Проспала минимум восемь часов, что дало свой эффект. Голова больше не болела от обилия информации и логических цепочек, между частями которых её сила пропускает целые категории, сразу подводя её к закономерному выводу.

Лиза лениво потянулась, от удовольствия зажмурившись. На ней была обычная фиолетовая пижама, благодаря которой тело может свободно дышать. Легкая, практически эфемерная, но закрывающая большую часть кожи. Тот поход в бутик явно стоил того…

Блондинка и дальше бы нежилась в кроватке, но её идиллию нарушил неестественный шум с кухни. А после пришло осознание. Итан. Он все ещё здесь, спал в её квартире. Сейчас, судя по звукам, что-то готовит.

Сразу всплыли все те слова касательно неизбежности апокалипсиса, которые он на неё вывалил, решив исповедаться, ведь тому отчаянно хотелось поделиться этим хоть с кем-нибудь. Вот только Лиза не хотела быть тем, кому и пришлось всё это выслушивать.

Ещё два дня назад все её мысли были заняты вокруг собственного выживания и игрой в кошки-мышки с Вывертом и его шавками. Теперь же всё, о чем она могла думать, так это куда же её втянул этот придурок.

Губители, являющиеся двигателем эксперимента. Неизвестные твари, внедрившие человечеству опухоль, дающую силы. Неизбежность конца. Итан, который хочет покинуть планету, бросив её на растерзание тварям.

Ни одного слабого факта, все суждения парня подтверждает её сила, также подкидывающая более… точные прогнозы. Ещё более не утешительные. Лиза не знает, как она относится к идее о побеге. Она вообще мало чего знает. Вся её недолгая осознанная жизнь была посвящена выживанию. А теперь это выживание поставлено под вопросом, но в более долгосрочной степени.

Девушка не хочет умирать. Нет. Её желания, на собственный, субъективный взгляд, прозаичны: жить хорошо и с комфортом. Делать дорогие покупки в бутиках, иметь отличное жильё, верных друзей, не переживая о завтрашнем дне. Может, если сможет обуздать свою силу, даже завести отношения. Ничего недостижимого.

Грёбанный параноик Итан, разрушивший своим откровением всё. Что ему стоило промолчать? Соврать? Не говорить всё полностью? С другой стороны… его цель понятна и тоже проста. Свалить из обречённого мира любой ценой. Сохранить жизнь и возможность наслаждаться ею. Практически идентичное желание относительно её собственного. Понятное, а оттого предсказуемое. С таким можно работать и он не предаст, если не переходить дорогу к их общему стремлению.

Лиза хочет жить. Но она не знает, хочет ли покидать свой родной мир. Мир, в котором буйствуют Губители, куча отбитых психопатов с суперсилами, цивилизация постепенно рушится под растущим комом проблем. Да, Итан действительно был прав, когда сказал, что это «в её же интересах». Дерьмо.

Этот парень её немного пугает: одновременно понятен до простоты, но при этом будто ходячий букет психологических отклонений. Выраженный интроверт с низкой эмоциональной вовлечённостью. Склонен к рефлексии, не любит покидать зону комфорта, её нарушение. Частично первопричины идут от причины триггера, каким бы он ни был в деталях.

Демонстрирует стабильное отчуждение от окружающих, сарказм, низкий уровень эмпатии к посторонним. Ангедония? Хм, возможно, но вряд ли. Циничный нарциссизм? Более вероятно. Явная склонность к обсессивному мышлению и паранойе в связи с знанием о «паразитах» и де-факто инопланетном вторжении. Потенциальная социопатия, если толкнуть в нужном направлении. Обоснованный пессимизм на грани экзистенциального кризиса.

При всё этом, Итану всего шестнадцать лет. Сила точно повлияла на ментальный возраст. Ходит в школу, знает о конце света и уже напал на Протекторат. Слишком адекватное поведение.

Запахи с кухни стали всё более манящими, и Лиза со стоном поднялась, обрывая крутящиеся в голове мысли. Хватит пока что. Она просто адски голодна, о чем дал знать заурчавший живот. Не став переодеваться или приводить себя в порядок, ибо слишком лень, девушка как есть вышла из своей спальни, бросив взгляд на настенные часы.

8:14.

Парень что-то готовил на плите, напевая мотив какой-то въедливой мелодии, будто и не было всего произошедшего. Умение отвлечься и сместить фокус внимания. Долго живёт с осознанием…

Тряхнув головой и запустив руку в волосы, Лиза заразительно зевнула, усаживаясь за барную стойку.

— Привет. Что готовишь?

Итан, ненадолго отвлёкшись и приветливо кивнув, расслабленно ответил:

— Яйца с помидорами и беконом, плюс тосты и свежий сок. Хочу заметить, кухня у тебя что надо, моё почтение.

— Пф, за восемь штук я бы удивилась, если бы ты сказал, что хрень полная. Ты умеешь готовить?

— Я человек разных талантов, но лучше всего получается рисовать и сидеть дома, прокрастинируя.

— Хм? А что рисуешь? — Поблагодарив за поставленную тарелку с уже насыпанной порцией, небрежно спросила девушка.

— Всяких персонажей, какие в голову придут, да и не только, — пожав плечами, он продолжил: — Ты как вообще, выспалась?

— После вчерашней ядерной бомбы голова уже не болит. Но ты всё равно мудак, понял?

— Какая обоснованная агрессия, тц… Где же твои манеры?

— Корчатся в муках, как и твоё чувство такта, Итан.

— Справедливо, — также приступив к трапезе, ответил парень. — Но извиняться уже не буду.

— Я и не надеялась, — закатив глаза, фыркнула Вилборн, — вы, парни, всегда ведёте себя, как бесчувственные мешки с костями.

— Уже доводилось проверять на личном опыте в отношениях? — Ухмыльнувшись, подколол Бэккер.

— Помилуй.

Остаток завтрака прошёл под ничего не значащие разговоры. Им не нужно было слов, чтобы понимать, что главная тема откладывается на потом, когда они оба приведут себя в полный порядок.

Так, спустя полчаса, уже нормально одетая Лиза, сидевшая сейчас на кресле напротив её горе-союзника, всё же решила поднять неудобную для неё тему.

— Напомни, как ты собираешься достигнуть своей цели?

Итан перевёл взгляд с включённого телефона на неё, после чего спокойно ответил:

— Изначально хотел слить весь добытый компромат, ну или его часть, Кайзеру взамен на прямой контакт с Гезельшафтом. Уже с ними бы наладил сотрудничество, после воспользовавшись связями, чтобы найти нужный способ. Если бы потребовали присоединения, попробовал выкрасть или уже на месте обдумывал другой вариант. Ещё есть Элита, если с нацистами не выгорит. Но, как понимаешь, появилась ты и планы изменились.

— И как именно, просвети же, — сейчас Лиза намеренно не хотела употреблять своей силой, напрягая голову.

— Для тебя не проблема взломать архивы, базы данных и вообще что угодно, как понимаю? — Получив подтверждающий кивок, он размеренно продолжил. — Хорошо, тогда часть инфы мы всё равно сольём Кайзеру, слишком уж Гезельшафт лакомый кусочек. Под ними ведь вся Германия и отчасти Австрия. Но вот идти на более плотный контакт уже нет смысла. Зачем, если с твоей помощью можно получить всё бесплатно, приложив немного усилий?

— Так собираешься найти технаря или уже готовый переход между мирами, да?

— Ага, в точку. Что думаешь?

Между ними воцарилась небольшая пауза, пока Сплетница просчитывала всё необходимое.

— Побыть отбитыми воришками? Знаешь, а мне нравится! Можно будет ещё обратиться в Ящик Игрушек, может у них будут нужные штуки, или за солидную сумму смогут продать информацию. Но нам в любом случае потребуется очень много денег.

— Насколько много?

— Минимум сотня лимонов.

…

Итан ошеломлённо замолчал, медленно проведя ладонью по лицу. Девушка заметила, как у него дёрнулся глаз.

— Это вообще реализуемо? — Все ещё пребывая в лёгкой прострации, поинтересовался парень.

— О да, ещё как. Правда, после этого мы станем целью номер один для СКП и тех придурков Умников, контролирующих биржу, но право слово, это ведь такие мелочи на пути к собственному выживанию, не так ли? К тому же, не забывай про Выверта, у него тоже должна быть куча бабла, когда мы с ним разберёмся.

— Хм… ладно, допустим. Плевать на тех, кто захочет нас найти. Выйти на меня смогут только через тебя, так что озаботься хорошей маскировкой.

— В смысле «только через тебя»? — Насмешливо переспросила Лиза. — А ты у нас, типа, неприкасаемый?

— Скорее невидимый для пророков и прочих ушлых гадов, любящих подглядывать.

На этом моменте мозг Сплетницы в очередной раз завис, осмысливая сказанное. Сразу вспомнилось, как при более глубоком анализе дедукция девушки уткнулась в пустоту. Она задала лишь один, очень ёмкий вопрос:

— Как?

— Давай я лучше разъясню, как работает моя сила, — простучав пальцами незамысловатый мотив по ручке кресла, Итан облокотился на подставленную руку. — Когда я активирую способность, то становлюсь… проекцией, энергетическим сгустком или чем-то таким, соответственно покидаю тело. В сути своей у моего «духа» есть две формы. Материальная, параметры которой я могу задавать как захочу, грубо говоря, и энергетическая, в которой я могу влиять на любую информацию, если у неё есть носитель. Ну, кроме физических книг или бумажек.

— На людей можешь?

— Нет, эффект Мантона в каком-то роде это ограничивает, к сожалению… или счастью, — уже тише закончил парень, практически пробормотав себе под нос.

Эффект Мантона можно описать как тенденцию сил влиять либо на живые существа, либо на неживые объекты, но не на оба одновременно. Силы, как правило, имеют встроенные механизмы безопасности, чтобы предотвратить вред для человека, использующего их. Уильям Мантон был первым, кто систематизировал и признал это явление.

Все силы имеют свои ограничения: могут воздействовать только на определенные виды материалов, иметь ограниченный радиус действия, страдать от неточности и так далее. У большинства (но не у всех) силы имеют диапазон, который ограничен пределами тела человека или животного.

Итан же, как подсказала Сплетнице сила и слова собеседника, не способен влиять на информацию живых, тот самый «столб», уходящий в никуда и, предположительно, отвечающий за передачу данных о работе Короны Поллентии.

— Так вот… благодаря особенности моего триггера, не буду вдаваться в детали, ограниченно могу воздействовать на… назову это своё собственное информационное поле, которое является частью более крупного, окружающего всю планету. Ну или что-то такое, я сам пока ещё не разобрался. Короче, единственное, для чего оно действительно годится — так это скрывать меня от пророков, которые и взаимодействуют с этим самым инфо-полем… Аргх, не знаю я, — взлохматив волосы от раздражения, подросток продолжил: — Сам факт в том, что как говорит мне моя сила, то я невидим для пророков. И своим присутствием создаю слепое пятно, на которое их сила не обращает внимания.

— Это… просто охренеть на сколько не честно! То есть и те, кто рядом, тоже невидимы! — Поражённо воскликнула девушка. — У тебя вообще слабости есть?!

— Ну, кроме того, что моё тело беззащитно, пока я в Излом-форме?.. Да, это энергетические атаки особого спектра. Какого именно не знаю, ещё не довелось их принимать на себя, но просто знаю, что меня можно пробить.

— И всё равно жесть… Тебе, кстати, в школу не надо? — Переведя взгляд на часы, поинтересовалась Лиза.

— Да плевать на неё, все равно ничего нового не узнаю, — отмахнувшись, Бэккер перевёл тему на то, о чем девушка не очень хотела говорить. — Так что, в итоге ты со мной?

— А ты ещё не понял этого? Мы, вроде как, уже договорились пойти грабить злодеев. Робин Гуд версия два точка ноль, хе-хе.

— Ясно. И всё же, ради чего ты будешь мне помогать? Мне важно это услышать, Лиза.

Она не спешила отвечать, внимательно разглядывая Итана, который от такого внимания даже не отвернулся, продолжая спокойно смотреть на неё в ответ, терпеливо ожидая слов девушки.

— Наши с тобой желания практически идентичны, — задумчиво начала Вилборн. — Ты хочешь жить без занесённого над головой лезвия гильотины, я хочу того же — размеренной, спокойной, весёлой жизни. Простых человеческих удовольствий. Знать, что наш мир обречён — явно не способствует этому. Потому я и согласилась тебе помочь. Вот так вот всё просто, представляешь?

— М-гм, очень даже… Ладно, не буду у тебя засиживаться. Мне тоже нужно переварить всё произошедшее, так что следующие пару дней, если ничего не произойдёт, не трогай меня.

Парень встал, направившись к сложенным на диване вещам, которые ему вчера купила девушка.

— Без проблем. Если нужно будет что-то уточнить, я же могу тебе писать? Или это тоже под запретом, хах?

— Если в тебе взыграет жажда пообщаться, то ты всегда можешь ко мне обратиться, я человек открытых взглядов, — на полном серьёзе кивнув, ответил Бэккер. — Кстати, забыл сказать. У тебя зачётный костюм, мне нравится.

— Пф, иди уже давай, — гордо и независимо фыркнув, протянула Сплетница.

— Желание леди — закон, — уже полностью одетый к выходу, шутливо щёлкнул пальцами шатен. — До встречи, Лиза.

— До встречи, Итан. Дверь можешь оставить открытой, мне лень вставать.

Так вместо одного отбитого эгоиста, теперь появился полноценный дуэт, который очень хочет жить свободно и готов ради этого на многое. Дуэт, который и не подозревает, что в этот момент замешкалась та, кто априори не способна сбиться с шага.

Только что Путь кардинально изменился.

Червь. Глава 8.

Вторник день тяжелый, ибо идти в школу есть необходимостью отрока любого.

Кх-м. В общем, как можно понять, я относительно живой и даже полностью цел. Морально.

После того, как покинул шикарное жилище Сплетницы, потопав на парковку за велосипедом, дома меня ждал далеко не самый приятный разговор с родителями, суть которого можно свести к следующему:

«Ты безответственный хам, который не ценит заботы родителей, заставляешь нас волноваться, переживать, пока ты пошёл по девкам! Выручал он, ага, как же! Да у тебя же друзей и то, нет, а о девушке ты и вовсе никогда не упоминал. Неужели связался с наркошами?!».

Ауч. В общем, мать сполна отвела на мне душу, наговорив очень много… всякого далеко не самого приятного. Её можно понять, но все равно неприятно. Работа в школе до добра не доводит — ей только дай повод понервничать, сразу начнёт отводить душу. С виду добрая и понимающая женщина, но только до тех пор, пока все идёт под её полным контролем.

Слишком унижаться я не стал, ведь гордость мне не чужда даже в такой ситуации, потому просто проигнорировал весь её спич. Достаточно было и моих извинений. Сестра после ещё отдельно зашла позлорадствовать, но была отшита в довольно грубой форме.

События последних дней неприятно навалились, и мне нужен был отдых от всего. Не слишком хорошее время, чтобы испытывать моё терпение.

Остаток понедельника я провёл в комнате, рисуя одного небезызвестного персонажа с тремя полосками на щеках, передавая весь стресс в портрет. Как результат, вместо позитивного блондина получилось буйство дикого зверя, держащего в руке голову своего лучшего друга. Мрачновато…

Просыпаться рано утром по будильнику было ещё отвратнее, чем раньше. Искренне хотелось швырнуть его в стену, но в последний момент передумал, ведь мне же его и поднимать.

Так и шёл в Аркадию, с мёртвым настроением, поганым чувством на душе от семейной ссоры и все ещё лежащим позади грузом вины за смерть невинной семьи.

От моего дома до школы примерно двадцать минут неспешного шага, за время которых успеваю подумать о всяком, но в данный момент голова была пуста, а все мысли заглушались саундтреком из Интерстеллара, ещё одного чудного фильма, попавшего сюда с Алеф.

Смею судить, что раз фильм в точности похож на тот, который я смотрел в прошлой жизни, то на другой Земле всё идентично вплоть до тех же личностей, снимавшихся в кино. Значит ли это, что я смогу отыскать и прошлого себя? Кто б его знал…

Знаете, почему я не люблю ходить в школу? На это, на самом деле, хватает причин помимо пустой траты времени и банальной лени, а также нежелания оказаться в толпе озабоченных подростков. Как минимум потому, что со мной в одном классе учатся члены Новой Волны — Эми и Виктория Даллоны.

Очень неприятно каждый раз при вспышке эмоций Славной дырки стараться держать лицо, ведь её аура автоматически распространяет эффект, вызывающий уважение, трепет или даже полноценное влечение. Проблема в том, что эта тупая ходячая пизда не контролирует данный аспект своей силы, из-за чего страдают (или наслаждаются, тут как посмотреть) все окружающие, а особенно Эми, которая благодаря постоянному воздействию вообще стала по девочкам, насколько я понимаю в силу своих скудных навыков психологического анализа, нужно лишь банально иметь глаза и не подвергаться воздействию Славы, чтобы понять. А может и не стала, кто ж его знает.

Короче, просто отвратительно. Даже пробовал перевестись в другой класс, когда только поступил сюда, но маман, скрытно фанатеющая по кейпам, не оценила такого перфоманса.

А как максимум потому, что там нужно поддерживать иллюзию общения с одноклассниками, часть из которых активно пытается завлечь «стеснительного» Итана к себе в тусовку таких же гиков. Каждый раз, стоит вспомнить, берёт злость за такое навязчивое желание влезть в мою жизнь со стороны «правильных» детей богатых родителей.

Я, как можно понять, не слишком общительный человек, — Сплетница скорее исключение, подтверждающее правило, — а потому мои личные границы для меня довольно важны. Жаль, что эти тупые дегенераты не понимают этого. Ну, не всем дано быть понимающими, как я.

Наш класс находится на втором этаже левого крыла, где по большей части обитают второгодки. Двадцать человек, из которых знаком более, чем на уровне «привет-пока» я только с четырьмя. Двое — сёстры Даллон, которые априори «дружат» со всеми (конкретно Вики, а Эми идёт в придаток), так что можно вычёркивать. Ещё одна — моя сестра, которой «повезло» попасть со мной в один класс, спасибо матери.

Искушение зарыться в добытые из Протектората документы, дабы узнать все личности Стражей и после благополучно избегать их было очень велико. Но я решил не открывать ящик Пандоры без Сплетницы, которая сможет выжать из этого куда больше.

Само же помещение для третирования школьных умов было типичным: просторная доска по правую стену, где рядом с ней находится дверь, ведущая в коридор. Парты, стоящие в три ряда. Не знаю, почему, но тут они двуместные, а не на одного человека, как это обычно бывает в американских школах. Ещё одна доска, но уже для проектора, находящаяся над небольшим возвышением, где находится учительский стол с ноутбуком на нём. Вдоль всей левой стены тянулись просторные окна с подоконниками, на которых стояли фикусы различных видов.

Может показаться, что это лишнее раздувание собственного эго или какой там используют термин из психологии, когда пациент намеренно избегает плотных контактов с социумом, но нет. Мне действительно хорошо вне толпы. Нет необходимости подстраиваться под кого-то, что является подсознательным механизмом психики, не нужно выдавливать фальшивые эмоции в попытке выставить себя «нормальным».

Потому довольно удивительно, насколько одна особо пытается втянуть меня в «правильную» тусовку, прилипнув, как самый настоящий таракан. Кто же она? Ну… лучшая подружка Ани — Джессика Торрес.

Латиноамериканка с кудрявыми, блекло пшеничного цвета волосами.

Каждый раз, когда её вижу, чувствую себя героем подростковой драмы, право слово.

Так и сейчас она приветливо махнула рукой, сидя посередине класса, воскликнув:

— Итан! Иди сюда!

— Чего тебе, Джесс? — Усевшись на левый ряд, третью с конца парту, где и находится вроде как «моё» место, смиренно спросил.

От неё бесполезно пытаться уйти, догонит, прожужжит все уши и уйдёт довольная. Экстраверт воплоти.

— Ты где пропадал вчера? Аня молчит, не выдаёт тебя, но рожу давит такую, что капец!

А ещё она не стеснена в выражениях. У каждой королевы должна быть своя свита, внешностью пожиже, да, сестрёнка?

— Тебя это волновать не должно, — отмахнувшись от неё, спокойно надел наушники, включив первую попавшуюся песню. Как же меня раздражает это вынужденное времяпровождение здесь.

Уроки проходили стабильно уныло. Хреначащая своей аурой Вики, отрешённая и перегоревшая от работы в больнице Эми, надоедливая Джессика, подозрительно молчаливая Аня. Что могло пойти не так (кажется, недавно я это уже говорил)? А не так пошло то, что на большой перемене сестра всё же не выдержала напора подруги, сдав меня с потрохами:

— Да с девушкой какой-то он был, у неё же и ночевал, Джесс, угомонись ты уже!

— В смысле? Как… с девушкой? — Растерявшись от такого ответа, как-то даже потерянно переспросила латинка.

Да, эта дура была в меня «влюблена». Поэтому я очень не люблю общаться с подростками — вместо мозгов одно порево.

— В прямом, Торрес, — недовольно выдохнув, продолжил, вставая и собираясь выйти отсюда, — у людей есть своя личная жизнь, если ты не в курсе о таком термине.

Не могу винить Аню в том, что она проболталась, нервы любого бы уже не выдержали того потока словоблудия, который эта дура выплёскивает в мир. Как не хочу и разубеждать их в чем-либо. Пусть лучше считает, что у меня есть девушка, чем и дальше продолжает липнуть.

— Итан с кем-то встречается?

— Этот ботаник?..

И ещё сразу несколько реплик подряд от статистов в классе. Просто, сука, класс. Как же меня достал этот цирк. Хочется войти в свою боевую форму и пойти смахнуться с Крюковолком во второй раз, он получился на диво удобной грушей для битья. Заодно отучил бы псину от лишнего кровопролития, хах.

Под шепотки остальных детей быстрым шагом покинул зону дискомфорта, направившись на крышу. Обычно она закрыта, но взломать дверь парочкой ударов по хлипкому замку труда никогда не составляло.

Как же порой утомляет сама жизнь, хочется просто лечь и не ворочаться. Хорошо, что Славной дырки там в классе не было, а то ещё бы и аурой шибануло, мог бы и сорваться, выставив себя не в лучшем свете. Ну его…

Хорошо, что захватил с собой из дому пачку чипсов, заглушить аппетит. Не люблю появляться в столовой — хоть еда там и сносная, но шум стоит такой, будто я в центре города оказался, а не решил покушать.

Полноценный гадюшник со своей экосистемой, как и любая школа, в прочем.

С крыши открывался хороший вид на просторную спортивную площадку, где в тёплую погоду проводили занятия физкультуры. Сейчас же тут было довольно пус… а, нет, естественно кто-то да тут окажется.

И из всех возможных вариантов это будет Эми Даллон. Девочка целительница, нежно любящая сестру, вечно зашуганная, с постоянно приклеенной маской к лицу. Я точно не актёр какого-нибудь погорелого театра, где все сюжетные ходы направлены только на то, чтобы достигнуть всё большего уровня абсурда? Создаётся ощущение, что как раз таки-да.

— Даллон, — слабо кивнув сидящей на скамейке девушке, присел на другой её край.

Уходить я в любом случае не собираюсь. Лучше уж её общество, чем сразу десятка людей.

— Итан? — Вздрогнув и выпав из собственных мыслей, только заметила меня Панацея.

С множественными веснушками на щеках и носу, такими же, как у меня, русыми волосами до шеи и уставшими зелёными глазами, она смотрелась откровенно заёбанной. Именно такое определение первым пришло в голову.

— Ага, приятно познакомиться, — достав пачку чипсов со вкусом сметаны с зеленью, открыл ту, откинувшись на спинку скамьи, начав рассматривать мерно плывущие облака.

— Что ты тут забыл?

— У меня к тебе тот же вопрос. Крыша, вроде как, запретная территория, — вкус приправ приятно проходил по рецепторам, а хруст заглушал назойливые сейчас мысли. — А старшая Даллон где?

— У нас есть имена, вообще-то, — пробурчала Эми, скрестив руки под небольшой грудью, — и она не обязана постоянно быть рядом со мной!

— Так-то, это скорее ты постоянно рядом с ней, а не наоборот, — скосив взгляд на пролетающий у горизонта вертолёт, продолжал хрустеть чипсами.

Панацея не решилась продолжать разговор, насупившись и замолчав. Бедняжка, прервал её уединение, какой ужас.

— Ну так, чего решил на крышу зайти?

В сути своей, что мне терять, если расскажу всё как есть? Не тайна ведь, да и она трепаться не будет, это можно сказать наверняка. А так, хоть пар спущу. Я не испытывал никакого волнения от того, что сижу рядом с тем, кто одним касанием может перестроить моё тело по собственному желанию. Знаю характер девушки и так она поступит только в том случае, если ей тотально снесёт крышу.

— Слушай, каково это жить, постоянно сдерживая себя в тактильном контакте? — Озвучил спонтанно пришедший вопрос, скосив взгляд на сидящую рядом шатенку.

Я уж думал, что такой грубый интерес она проигнорирует, но на удивление, всё же ответила:

— Сначала было тяжело, а потом привыкла. Сейчас мне и одной Вики хватает. Ты так и не ответил на мой вопрос, — выдохнув, напомнила Даллон.

— Джессика проела плешь моей сестре о том, почему меня вчера не было. Та сдала меня с потрохами, перекрутив факты, и, знаешь ли, я не шибко горю желанием становиться героем тупой драмы.

— И почему же тебя вчера не было?..

— Ты правда хочешь это узнать сейчас, а не от пересказа своей сестры? — «Которая суёт свой нос куда ни попадя» осталось не высказанным, но явно понятым ею.

— Она опускает малозначительные, по её мнению, детали, а мне теперь интересно, — будто бы наиграно фыркнула Эми, — так что давай, колись.

— Нужно было помочь одной подруге, она встряла в кое-какое серьёзное дерьмо, так что домой смог вернуться только утром понедельника. Думаю, дальше ты и сама додумаешь, что там сейчас в голове у Торрес творится.

— Эта мымра по тебе ж вроде сохнет уже как с год, да?

— Ай-ай-ай, какие мы грубые, — насмешливо фыркнув, сразу же добавил: — Но вообще да, мозги сношает конкретно, что жутко бесит.

— М-м-м, ясно.

Так и не предложив ей чипсов, продолжил глушить голод, пока между нами вновь повисла спокойная тишина, прерываемая лишь легким хрустом.

— Не хочешь поделиться?

— Ты голодная?

— Сразу бы сказал, что нет, — обиженно буркнула девушка.

Серьёзно? Ну, допустим.

— Да ладно, мне не жалко, держи, — протянув ей пачку, слизал крошки с пальцев, — а ты чего тут оказалась?

— Там слишком шумно, а мне нужно подумать.

— …Понятно.

Эми взяла сразу целую горсть чипсов, начав их неторопливо пережёвывать по одной. Так и сидели, не произнося больше ни слова, просто методично уничтожая пачку съестного.

Интересно, как там сейчас Лиза? Наверняка сила наболтала ей… всякого, из-за чего у неё, возможно, вновь пошла голова кругом. Ну, я считаю, что лучше знать о конце света и при этом сохранить свою свободу в полной мере, чем быть насильно завербованной работать на злодея, не зная ничего, отчаянно пытаясь достигнуть свободы, строя для будущего побега фундамент, кирпичик за кирпичиком.

— Не будешь спрашивать о том, каково это? — Подала голос Эми.

— Каково «это» что? Постоянно видеть лица, полные надежды на волшебное исцеление? Каждый божий день торчать в больнице по несколько часов к ряду, нюхая стерильную чистоту? Получать пустые благодарности? Игнорировать завистливые взгляды обычных врачей? Корпеть над медицинскими учебниками в попытках выучить то, что нормальный человек должен будет изучать в медицинском, уже после школы? — Невесело улыбнувшись, меланхолично продолжил: — И так понятно, что дерьмово. Спасаешь жизни невинных? Ну, круто, что могу сказать. Вот только, дай угадаю, если поначалу ты испытывала воодушевление, желание помогать, то теперь только тотальное, чёрное безразличие, да?

От такой отчасти спонтанной речи Даллон не сразу нашла что сказать. Сам не ожидал от себя такой проницательности. Легко с ней общаться, конечно, понимая, что она не проболтается об этом.

Вот только, к сожалению, девушка не успела ответить, ведь на крышу буквально залетела её сестра. Ещё одна Даллон, только более стервозная. Чёрт, всю красоту момента своей проклятой аурой разрушила.

— Эми!.. Итан? — Недоумённо нахмурившись, сама себя спросила блондинка. Как-то подозрительно много в моей жизни блондинок повелось…

— И тебе привет, Даллон, — слабо махнув рукой и обозначив приветствие, скомкал уже пустую пачку из-под чипсов, — какими судьбами тут?

— У меня к тебе тот же вопрос, Бэккер, — гордо фыркнув, она всё же спустилась на поверхность, сделав вид, будто меня не существует рядом с её сестрой. — Пошли, Эми, скоро уже прозвенит звонок. Представляешь, я такой мем на ПЛО видела, ты обязательно должна его…

— Слушай, Слава, — недовольно сморщившись, раздражённо провёл рукой по лицу, — будь добра, выруби нахер свою ауру и хватит ей «светить» при каждом удобном случае, пожалуйста. Как сейчас.

— Ха? С чего бы это?

Тупая сука. Поняв, что по мне только что прилетело слегка «негативным» оттенком её силы, заговорил чуть быстрее:

— С того, что это грёбанная эрзац версия силы Властелина, которая бьёт по мозгам всем, кто находится рядом с тобой, и что я, что твоя сестра не исключение. А я очень не люблю, когда что-то воздействует мне на мозги, будь то манипуляции или твои способности.

С каждым словом Виктория и Эми выглядели всё более озадаченными.

— Потому, я повторю. Контролируй себя, пожалуйста. Очень неприятно осознавать, что, уж извини за грубость, я был бы не прочь тебе засадить, но при этом не испытываю и толики влечения к твоему телу и личности, когда ты не рубишь всё вокруг аурой.

— Эм… — невольно покраснела Слава, когда прозвучала часть про «засадить», — да, конечно, извини… Просто никто не говорил, что, ну, это так… ну ты понял!

— Конечно не говорили, потому что наяривают на тебя перед сном, — ответив с откровенным отвращением, из-за чего покраснела уже Эми, закончил: — Мы друг друга поняли?

Неужели она?.. Да ну не, не может же быть? Не может ведь, так?

— Фу! Ну и мерзость! Ты всегда был таким пошляком? — Скрестив руки под хорошей такой грудью, сейчас скрытой под белой рубашкой с жилеткой, спросила девушка. — Вроде ж молчишь всегда в школе.

— Потому что мне нет смысла общаться со стадом, которое не может отличить навязанных чувств от собственных, да и о чём? Очередном твоём или Эми подвиге? Увольте, мне и без того есть, чем заняться.

— Ладно, — коротко выдохнула блондинка, — я поняла. Прости, что так получилось с моей силой, просто, ну, не всегда выходит держать её под контролем, понимаешь?

— Да я без претензии, просто неприятно, сама должна осознавать. А молчать и дальше… надоело.

— Ага… ну, ладно, мы пойдем? — Уже обратившись к сестре, спросила Слава.

— У-му, — невнятно промычала себе под нос шатенка, — кстати, Итан… Не против с нами пообедать как-нибудь?

Что, нахер?

— Чего? — Более цензурно выразила мои мысли Слава, после чего быстро перевела крайне удивлённый взгляд с меня на сестру, и обратно на меня.

Эми не стала отвечать, лишь дёрнув сестру и посмотрев вниз крыши с явным намёком. Та поняла всё правильно, бросив на прощание лишь отрывистое:

— Мы полетели! — И с довольно быстрой скоростью просто испарилась, прихватив с собой Панацею.

Так вот. В голове у меня царила сейчас только одна, всепоглощающая фраза: «Какого, мать твою, чёрта?!».

Тяжело, долго выдохнув, выпуская весь воздух из лёгких, с мученическим выражением лица посмотрел прямо на небо, прошептав на грани слышимости:

— Театр абсурда продолжается, да?

Ответа, что ожидаемо, не поступило.

Червь. Глава 9.

Волны лёгкой апатии вновь захватили разум своими миазмами, принявшись отравлять тотальной прокрастинацией.

Такое состояние периодически на меня накатывает, но чаще всего, обычно, бывало именно осенью. Не хотелось ничего делать. При попытке нарисовать что-либо руки просто опускались, не находя адекватной мотивации в том, чтобы совершить усилие над собой. Попытавшись смотреть фильмы или сериалы также чувствовал легкое отвращение, после чего сразу выключал. Все равно закончатся и я о них забуду, так смысл прожигать время впустую?

Хотя я и так этим занимаюсь…

Откинувшись на спинку кресла, молча смотрел на включенный монитор, не спеша притрагиваться к мышке. В мыслях тотальная пустота.

Я знаю, что чтобы преодолеть это состояние нужно через силу начать чем-то заниматься. Спорт, рисование, просмотр сериала, пойти гулять, взаимодействовать с людьми. Знал, но всё, на что меня хватило, так это на усталый, тяжелый вдох.

В чем смысл жизни? Хороший вопрос, когда нужно занять голову. Для кого-то это погоня за мечтой, любимой женщиной, работой, целью, нужное подчеркнуть. Для других же улучшение собственного ничтожного существования, ради этого раз за разом вновь становясь винтиком беспощадной системы капитализма, благослови его Левиафан. Хотя нет, не так. В чем смысл моей жизни?

На этот сразу ответить не удалось. А есть ли он вообще, искомый многими смысл? Ради чего существует человечество, как вид? Планету засрали, друг друга режем за милую душу, потребляем, но ничего не отдаём взамен, за исключением редких разумных индивидов, на которых и держится в наши дни цивилизация. Я не исключение из числа потребителей. Просто один из главных героев собственной истории, считающий себя особенным, но на самом деле не способный даже на самую малость — искреннее, человеческое сочувствие.

Прошло четыре дня, а мне уже плевать на умершую по моей вине семью. Плевать на проблемы вообще всех окружающих людей. На мать, которая все ждёт, когда же я сделаю первый шаг и извинюсь. На отца, которому не хватает воли вмешаться и дать наставительного леща. На сестру, которая витает в собственных грёзах. Этот эгоизм поглощает. Тотальное, чёрное безразличие. Или я утрирую, подгоняемый апатией?

Не знаю. Ничего не знаю, и знать не хочу.

Всего лишь ничтожный кусочек чего-то большего, очередной винтик в неестественно огромном механизме, чьи достижения просто несущественны на общем фоне. Такой же, как и Панацея, мысли к которой уже в который раз свернули за последние сутки.

Эта стеснительная девочка биотехнарь также переживает апатию, постоянно снедаемая списком обязанностей и требований от своей семейки. Не имеет никакого значения, вылечит она сотню, миллион или миллиард жизней — это ничего не изменит. Тлен. Пустота. Безысходность? Скорее фатализм.

Лишь ещё одна искалеченная душа, которая со временем не справится со списком ожиданий и просто сломается. Будет раздавлена точно также, как я, снедаемый мыслью о конце света.

Поделился со Сплетницей наболевшим, и что? Легче не стало, скорее, только ещё более отвратительно. Что не предпринимай, даже если мой план удастся, планете всё равно не выжить. Сражаться? Смешно.

Ко мне не приходит смирение по этому поводу, как и жажда защитить своё место «рождения». Без понятия, что и думать на этот счет. Очередной вопрос в бесконечном списке, который сознание множит, дабы хоть как-то отвлечь меня от того, чтобы пуститься в бездну самобичевания и прокрастинации.

Почему я вообще хожу в школу? Чтобы не разочаровать «родителей», которые с огромной вероятностью всё равно умрут насильственной смертью в скором будущем? Чтобы придерживаться рамок «нормального»? Чушь. Всё чушь, хоть ответ и очевиден, в сути своей.

— …

Хотел хоть слово сказать в слух, но наружу не вышло и звука.

Зона комфорта. Каждый разумный стремится сохранить собственное безопасное пространство как можно дольше, дабы не сталкиваться с суровой реальностью. Если же не повезёт, то вновь начнёт стараться как можно сильнее вернуть всё, как было. Замкнутый круг. Белка, бесконечно крутящая колесо. Уроборос, пожирающий собственный хвост.

Я, опять-таки, не исключение. Не смотря ни на какой апокалипсис и смутное понимание того, что грядёт, моя психика отчаянно хочет сохранить ту эфемерную зону комфорта, которую я сам же себе и выдумал.

Семейные посиделки, ходьба на бесполезную учёбу, рисование как способ отрешиться от вредоносных для спокойствия мыслей. Идеальная цепочка, которую я из нежелания умереть как обычный скот на убой, разорвал.

Последствия того, не побоюсь данного термина, судьбоносного решения, всё же настигли. Старшая школа Аркадия и примерные отношения с родителями слабо вяжутся с целью покинуть планету, но и бросать всё я не хочу, дабы полностью отдаться исполнению собственного пути.

Дилемма. Может, пойти снять какую шлюху, чтобы разгрузить мозги? Секс ведь хорошо их прочищает. Покрутив мысль и так, и эдак, вынужден был признать перед самим собой, что не сделаю этого. Банальная брезгливость. А жаль. Или не очень. Плевать.

Как быть? Что было раньше, курица или яйцо, проблемы с разумом или сам разум? Не знаю. Снова. Опять? Всё же снова.

Сиськи у Лизы зачётные, может и свезло бы, если действительно всерьёз решил подкатить? Не, нахер.

Эми? Я ведь так и не ответил на то приглашение. Да и помнит ли она его в принципе? А если помнит, то сопутствующие с таким контактом проблемы гораздо выше, чем возможные плюсы.

Аня? Я не был особым фанатом инцеста, как и противником, в прочем, тоже. Но нет. Если решу замутить с собственной сестрой, то это станет финальным подтверждением того, что мозги пошли набекрень.

А я ещё хочу сохранить иллюзию стабильности, хотя бы собственного разума, тихо пожираемого затяжной депрессией. Вдруг надумываю себе проблемы из воздуха, и на самом деле я здоров? Разница? Не знаю, не то, чтобы она была при обоих вариантах.

Дальнейший цикл самокопания прервал стук в дверь. Интересно, сработает ли тот факт, что если игнорировать раздражитель, то он исчезнет сам собой?..

«Тук-тук»

…

«Тук. Тук-тук-тук!»

Получается, учитель философии с ютуба нагло врал. Ублюдок.

Желания или сил говорить, как не было, так они магическим образом и не появились. Медленно встав с кресла, подошёл к двери через полную темноту в комнате, разбиваемую лишь синеватым светом монитора.

Анна Линда Бэккер.

— Чего?

Голос без особого выражения, лицо такое, что так и просит профилактического кирпича. Идеально.

Хм? Что-то её внешность слабо вяжется с уже приевшейся глазу: не заплетённые в прическу волосы, подозрительно быстрое дыхание, покрасневшие глаза. Ревела?

— Джесс… Джессика попала в больницу, Итан, — с прерывистым всхлипом всё же призналась девушка.

Они ведь дружат с пяти лет, если мне память не изменяет, — а она только моя сучка, — потому такая реакция неудивительна. Однако желания разводить панику, да хоть даже банально нахмуриться, так и не появилось.

Не желаешь сдавать позиция так просто, моя шиза, да? Уважаю, сам бы постил мозги как можно дольше, просто из врождённой вредности.

— Ясно. Это всё?

— …В смысле, «ясно»? — Откровенно истерично начала сестра, для верности зло толкнув меня в грудь. Ну, или попытавшись. — Ты вообще конченный, или что?!

Но она не остановилась на одном толчке. Один, ещё раз, снова, четвёртый, пока я против воли не оказался прижат к стене не только яростным взглядом, но и двумя девичьими руками. Интересно. Нетипично. Что-то серьёзное?

— Выпустила пар? — Скосив взгляд на сжавшуюся у моего плеча чужую ладошку, не спешил предпринимать ответных действий.

…

— Что с тобой творится? — После пятисекундной паузы как-то даже опустошённо спросила Анна, опустив руки и бухнувшись прямо на кровать.

Мою кровать, куда я хотел лечь. Хоть гнев на мне выместила. Не настолько уж я и бесполезный брат, как можно было подумать. Для такой роли пока ещё гожусь.

— У меня идёт сеанс самоанализа, не предполагающий влияния извне. И лёгкая форма апатии. Торрес жива?

— …Да. Кончай страдать хренью и собирайся, мы едем к ней, — «тяжело» на меня посмотрев, серьёзно сказала Аня. Или без кавычек.

Почему она не настолько же простодушна, как может сперва показаться, как та же Форджер, её тёзка из несуществующей вселенной? Хороший вопрос. Нужно будет подумать об этом на досуге.

— У меня предусмотрено право выбора?

— Нет.

Жаль. Я был бы не прочь отказаться от лишней траты времени на совершенно неинтересную прилипалу, которая постоянно пыталась втянуть меня во всякого рода разные сомнительные мероприятия. Всегда против моего на то желания.

— Понятно. Так и будешь буравить меня взглядом, пока я буду переодеваться?

— Да не сдалось мне твоё тело, — презрительно фыркнув, резко поднялась с уже мятых простыней сестра. — Но мы ещё поговорим, потому что я многое могу понять…, но далеко не всё.

Ну вот. «Младшая» на пару минут будет читать нотации как правильно жить, возомнив себя главной мамочкой в доме.

Хн, может, это мне сейчас и надо? Такое поведение возмутит меня настолько, что я вылезу из скорлупы апатии?

Кто б знал… А, точно. Забыл спросить у неё, что случилось с подружкой. Хотя, не плевать ли? Плевать.

Хочу лечь и не вставать. Где же ты, мой многокрылый ангел, поющий Лунную сонату перед сном?..

***

Центральная больница Броктон-Бей представляла из себя одновременно и жалкое, и гнетущее зрелище.

Толпы страдальцев, мнущихся в главном зале, ожидающих исцеления от Панацеи вне очереди, которая так-то официально существует. Дегенераты, находящиеся в отчаянии, раз решили нарушить общественный порядок.

Снующие туда-сюда врачи разных возраста и внешностей. Немногочисленные охранники от СКП, берегущие один из ценнейших активов штатов. Запах хлорки и спирта. Белая плитка под ногами и желтые обои. Как знакомо и одновременно чуждо. Прелесть дуализма во всей красе.

И Анна, идущая как ледокол сквозь эту толпу страждущих чуда господнего прямиком к регистратуре. Может, её не осмеливались трогать, потому что за спиной шёл такой внушительный я? Ха. Ха-ха. Не смешно.

Я не вдавался в её диалог с кем-то из персонала, устало потерев переносицу. Скоро станет моим коронным жестом, полагаю.

Палата Джессики Торрес располагалась на третьем этаже, где как раз расположен отдел неотложной скорой помощи. Недавно не было разборок кейпов, специально проверял. Куда же повезло шоколадной Красной шапочке встрять?

Примечательно то, что не просто «палата», а с приставкой «V.I.P.», что довольно удивительно. Как минимум тем, что денег у её семейки на такие хоромы точно не водилось. Следовательно, предоставлена от госпиталя. В каких случаях пациенты получают премиум палаты?.. Не знаю.

По крайней мере, она точно не кейп, ведь иначе к ней бы не пустили никого, кроме Протектората, а у дверей сейчас стояли бы сотрудники СКП. Которых здесь нет.

А пациенты неотложки и вип-персоны получают лечение чудо-девочки вне очереди? Опять нет ответа.

Внутри саркофага белого цвета, куда пройти не составило труда, всё было чрезмерно уж… стерильным.

Джессика Торрес представляла из себя довольно жалкое зрелище, стоит признать. Всё тело в бинтах, вплоть до носа, оставляя открытым только глаза. Волосы обрезаны в связи с проводимыми операциями, скорее всего. Больничная роба, не скрывающая слабую дрожь тела. И самое любопытное — пустой взгляд. Как у дохлой рыбы. Или у меня прямо сейчас, проходящего через конфликт с психикой, решившей взбрыкнуть и выстрелить себе в колено.

— Она нас слышит? — Слегка наклонив голову набок, продолжал рассматривать живую иллюстрацию мумии. — Понятно.

Глаза на звук прямой речи всё же скосила. Хоть уточнял я у стоящей в дверях медсестры, которая и вызвалась проконтролировать визит гостей к больному, но её ответ уже был явно лишним.

— Да, она в сознании и полностью слышит вас. Вы сейчас ей нужны, она не в самом… стабильном психически состоянии, — уже тише закончила молодая аспирантка.

Интересно, ей уже успели засадить по самую матку за дополнительную премию? Ладно, не тот момент, чтобы узнавать.

— Понял. Не объясните, что с ней произошло? — Пока Аня уже начала ворковать как курица-наседка над детёнышем с Торрес, негромко поинтересовался у… Марии, как гласит бирка, встав рядом с дверью.

— Вы правда хотите это услышать?.. — С откровенным сомнением переспросила женщина.

…

— К=хм, простите… Лучше выйти, — оказавшись снаружи палаты, где всё внимание пациента было сконцентрировано на подруге, она наконец продолжила: — В общем… обширные порезы по всему телу, множественный… насильственный половой акт, травма внутренних органов и многочисленные переломы. Мы стабилизировали её состояние, но пока дойдёт её очередь к Панацеи… Сами понимаете.

— М-м, вот оно как. А где ай так «повезло», случайно не знаете?

— Нет, к сожалению.

Спустя целых двадцать минут, когда Аня наконец решилась уйти, мы шли по длинному коридору, но случилось… очень интересное событие.

Четверо сотрудников СКП в полном боекомплекте и… Мисс Ополчение? Хо-о, неужели Торрес все-таки триггернула? Но почему тогда нас к ней пустили? Или то была не она? Сложно.

Уже дома, после легкой задумчивости и молчаливости сестры, я уж подумал, что и дальше смогу насладиться единением и дзеном с компьютером, однако Аня не забыла своё «обещание», направившись прямо в мою комнату. Всё ей неймется…

— И о чем ты хотела поговорить? — Спросил с легкой полуулыбкой, усевшись на кресло.

После визита к Джессика настроение по непонятной причине выросло вверх. Может, осознание того, что у кого-то всё обернулось ещё более дерьмово, чем у меня? А что, вполне может быть.

— Какого хрена с тобой творится, Итан? — Без предисловий начала Анна. — Ладно, я понимаю тёрки с родаками, в какой-то мере плевать на это. Но Джессика?! Мы уже больше десяти лет с ней знакомы, а тебе будто плевать на неё!

— Джессика, которая вечно влезала туда, куда не следовало, обожала присесть на уши и просто была конфликтным человеком в своей сути? Вы с ней лучший подруги, спору нет, — понятливо кивнул, продолжив, — но не записывай её в список моих друзей только из-за этого. Мне плевать на Торрес, Аня. Всегда было плевать. То, что с ней случилось — ужасно само по себе, но какое это имеет дело ко мне? Человеку, которому безразлична её судьба.

— Ты… ты вообще себя, блядь, слышишь?! Какого хрена ты стал таким мудаком, а? Что у тебя такого случилось, раз настолько в себя поверил? — Откровенно перейдя на крик, зло спросила сестра.

— Я лишь сказал тебе правду, Аня. Если не хочешь её принимать — твоё личное дело.

Она замолчала, молча рассматривая, будто впервые по-настоящему меня увидела. Может, так и было. Мне надоело делать вид, что всё действительно в порядке. Хочет от меня пустого сочувствия и жалости к своей лучшей подруге? Как жаль, что мне надоело играть в этот театр погорелых актёров, изображая из себя приветливого человека. Спойлер: я совершенно не приветливый, эгоистичный, порой даже жестокий.

Большую часть у меня довольно нейтральное настроение, и я не вижу смысла снимать маски, но сейчас? Когда напала непонятная апатия, и нужно отыгрывать того, кем не являюсь? Нахуй этот маскарад.

— Ладно. Ладно, — отрывисто бросила девушка, подняв ладони в жесте сдачи, — твоя жизнь, живи её как хочешь. Я тебя поняла, Итан. Я тебя прекрасно, чёрт возьми, поняла!

Напоследок громко хлопнув дверью, она наконец вышла. Хорошо, что мать с отцом сейчас вне дома, и не пришлось ещё и с ними взаимодействовать. Это было бы слишком.

Может быть, я действительно дерьмовый брат и человек. Может быть. Но имеет ли это хоть какое-то значение, когда единственное, что действительно важно, так это спасение от грядущего? Я вот не думаю

Но на душе все ещё было погано. Ссора есть ссора, ничего удивительного.

От: Итан. Кому: Лиза. Сообщение: Завтра приду с документами. Будем смотреть.

Хватит растягивать неизбежное. Повседневность не вернёт чувство нормальности, а лишь оттягивает момент встречи с действительно важным. Сквозь апатию, сквозь отвратное настроение, Анна всё же добилась своей цели — заставила меня выйти на эмоции. Хоть и не так, как она рассчитывала.

У неё всегда хорошо получалось воздействовать на чужие нервы, этого таланта у сестры не отнять. Даже если она действовала ради правильной цели, все ещё тот ходячий провокатор. А может, это у меня проблемы с пассивной агрессией. Плевать. В который раз.

Пока же… пока можно просто подремать, наконец избавившись от гнетущего давления мира.

Очень странные дела.

Как бы банально это ни звучало, но я переродился.

И да, мы все дерьме. Полном. Обычно по жизни я придерживался одного крайне простого, но действенного правила – плевать на всё. Был похуистом, короче говоря. Выгорание от творческой деятельности? Бросила девушка? Сбила машина? Проиграл очередную игру на повышение в лиге? Обматерили с другом друг друга? Плевать. Мои нервы и истерики все равно ничего не изменят. Так смысл тогда вообще напрягаться, а? Вот и не напрягался.

Из-за чего удивить меня, порой, бывает крайне тяжело, ибо тотальное равнодушие давно и накрепко во мне поселилось. Однако… сейчас я был готов уронить свою челюсть на пол, если бы это не привлекло лишнего внимания. Попробовал ущипнуть себя, но маленькие пальцы такие неудобные… Отстой.

Что по итогу мы имеем на руках?

Мою смерть. Встречу с какой-то непонятной Хтонью, имени которой я даже не знаю. И после я оказался здесь. Вот так вот просто. Что за Хтонь и встреча вообще? Я не помню деталей. Вот хоть убейте, но не помню.

Единственные факты, оставшиеся в моей голове, таковы: всё это – сплошная ошибка. Я не должен был «здесь», где бы это ни было, оказаться. Ну вот вообще никак не должен был. Но оказался. И из-за этого мне теперь предстоит пиздец, а не жизнь.

Если вкратце: моё «рождение» уже нарушило известную Хтони линию событий, из-за чего создалось ответвление, параллельный мир или что-то такое, короче. Теория ветвей миров, общим словом. Сделал другой выбор – ветка разделяется и так до бесконечности.

И так как эта «ветка», по словам Хтони, оказалась вне предела его влияния, он отправил сюда нас. Кого именно «нас»? В душе не ебу. Но зато знаю, что не мне одному так «повезло».

А цель наша проста – не дать миру сдохнуть. Круто, правда? Вот только ни какая именно угроза, ни что-либо ещё – неизвестно. Хтонь лишь одарила меня даром. Ну, как даром. Сам диалог в моей памяти запечатан, а знаю я, как уже говорилось, лишь общую суть.

Субару Нацуки. Слышали о таком? Ну, самоубийца экстра-класса и просто подкаблучник. Его способности перемещаться назад во времени, Оно взяло из моей памяти да впаяло в саму мою суть. Было это пиздец как больно. Будто всего меня вывернули наизнанку и залили туда жидкий металл, оставив так застывать, а после лепили из уже твёрдого металла… что-то. Крайне абстрактное чувство, полное агонии.

Вы ничего не понимаете? Спокойно, я тоже ничего не понимаю. Будем вместе ничего не понимать, хе-хе.

Но в остатке у нас вот что: я и ещё кто-то «попал» в какую-то историю, и из-за нашего попадания линия всего эпоса уже пошла по другому пути. И из-за этого с миром, по словам Хтони, может произойти что угодно. И наша задача не дать ему умереть. А для этого Оно наделило нас суперсилами.

Вот только никаких сведений о втором везунчике у меня нет. И даже подсказок сучность не дала, представляете?! И вот ещё одна дилемма – мне четыре года, а скоро вообще пять.

На самом деле, это охренеть какая большая проблема. Как я буду спасать мир, если мне всего четыре? Эй, алло, начальник, что за дела?!

Тишина да только цикады поют сквозь открытое окно. Ожидаемо, но не менее обидно. Хотя, плевать. Все равно второй раз говорить с Хтонью мне страшно.

Да и повезло – родился в относительной современности, хоть интернета все ещё и нет. Семидесятые года – золотое время в Америке. Городок в штате Индиана, Хоукпекрс или что-то такое, увы, это мне пока неизвестно.

Хоть с семьёй тоже неплохо – мать красавица домохозяйка (горячая блондинка с голубыми глазами, прям модель!) и отец (крепкий мужик с обычными каштановыми волосами), владелец лавки «Байки на все случаи жизни». Как можно догадаться по названию – рай для велосипедистов. Там вроде есть ещё какой-то работник, но о нём мне известно ровным счётом ничего.

Ах, да! Есть ещё старшая на четыре года сестра – Кристина Миллер (такая же как мать блондинистая гадость). Последнее, как можно догадаться – это фамилия. Не самая худшая, стоит признать. Хоть я в них и не разбираюсь, но на слух звучит неплохо.

Проживает эта Американская мечта в двухэтажном доме (если не считать подвал и чердак) рядом с магазином, недалеко от центра. Мы вроде как считаемся средним классом или что-то вроде? Честно говоря, абсолютно ничего не смыслю в нынешней абемике. Знаю только, что у них много нефти и демократии. Всё.

И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и… никаких монстров здесь нет. Обычный сонный город, каких многих. Надеюсь, что это отсрочка. Не хотелось бы воевать, будучи соплёй меньше метра. Да и умирать страшно. А моя сила, на секундочку, буквально завязана на смерти.

Что за сила? Я ж вроде рассказывал… с памятью после моего осознания в новом теле что-то неладное творится.

Общими словами: я умираю – возвращаюсь на момент «чекпоинта». Он делается обычным щелчком пальцев, максимум время возврата – сутки. Абузить и возвращаться на сутки сразу после использования силы – никак. Число применений неограниченно, и обойти как-то способ возврата невозможно, по словам Хтони. Обязательно это должна быть моя смерть. Мило, чё.

Но проверять я, конечно же, этого не буду. Пока не прижмёт, по крайней мере. Помер один раз – мне хватило.

Было больно, знаете ли, осознавать потерю всего нажитого: небольшой квартирки, стабильной работы, да даже интернета, Карл! Только-только всё стало нормально, пошло как по маслу, я стал счастлив этой рутиной, как «бац!», и всё, по причине утечки газа и смерти от удушья во сне – я здесь. До слёз обидно, но терпимо. Хоть повезло с семьёй новой, говорю же. Старая то умерла давно уже, потому и горевать нет особого смысла.

Все мои будни сейчас происходят однообразно: адаптация к телу мини-пеки, семейный обязательные ивенты (еда, поход в разные места и прочее) и взаимное игнорирование друг друга с новоявленной сестрой.

С чего всё началось? Ну, она хотела меня нарядить в синее платьице. Этим всё сказано. После отказа между нами началась холодная война, и скорость уплетания домашних печенек за столом возросла многократно. Нельзя ведь позволить оппоненту забрать мои сладости!

Не вижу смысла особо напрягаться с угрозами человечеству в таком возрасте. Всё равно ничего особо не сделаю толкового, пока не вырасту. Так что просто получаю наслаждение от новой жизни, большую часть которой провожу либо в комнате под «современную» музыку, которая воспроизводится с огромной бандуры неизвестного мне названия, практикуясь в рисовании (всегда хотел научиться, так почему бы и не да?) либо шатаясь по окрестностям с сестрой, которую поставили мне в надзиратели, из-за чего она жутко бесится.

Обычный завтрак начинался как обычно, но стал роковым в моей рутине:

- Арти, через месяц ты пойдешь в детский садик, - с милой улыбкой проворковала мать, налаживая в тарелку вкусные блинчики.

И да, я знаю. Арти. Боже мой. Это сокращение меня убивает. Нет бы называть полным именем – Артур, как тот самый король с Экскалибуром, но нет же. Хотя она мать семейства, так что ей можно.

Привязался ли я к ним? В какой-то мере да. Конечно, бесконечной любви новая семья у меня не вызывает, по понятным причинам (исекай… бро), но невозможно не привязаться к тем, кто излучает по отношению ко мне чакры любви. Кристи не в счёт – она мелкая обиженная на меня стерва. Ну, ничего – с возрастом пройдёт.

- Не пойду, - мрачно буркнул, продолжая методично пережёвывать молочными зубами блинчик с намазанным на нём мёдом.

Не хватало мне только оказаться в натуральном аду – среди остальных отсталых карапузов. Ужас, содрогаюсь стоит только это представить, бр-р-р!

- Нет, пойдешь, милый, - проигнорировала Алиса (да, так зовут мать) мой веский аргумент, - тебе это нужно.

- Мне нужно много моложенного и музыки для счастья, а не вот это вот всё, - пробурчал с набитым ртом, ловко отобрав у Крис блинчик, к которому она тянулась. Тарелка ведь ко мне ближе стоит, хе.

- Это не страшно, дорогой, заведёшь там себе друзей, будете вместе гулять, - продолжала приводить убойные для её понимания аргументы матриарх, грозно зыркнув на муженька.

- Если заведёшь друзей, то может быть и получишь самый крутой велосипед, - добродушно улыбнулся Альберт. Не Вескер, а мой отец. Это важно.

Я лишь посмотрел на него крайне скептичным взглядом, медленно откусив ещё кусочек вкусного блинчика. Меня такими манипуляциями не проведёшь, старпёр. Хотя я был в его возрасте, когда умер… Сколько там мне было? Двадцать пять вроде… Стоп. А чё так рано детей то завели? В двадцать один, получается? Жесть! А Крис тогда родилась вообще в школьные года матери? М-де, однако.

- Техника такого уловня на меня не действует, - пафосно изрёк я, заточив блюдо полностью. И то, что я не выговариваю букву «р» - всего лишь временные проблемы.

- Пф, зануда, - недовольно фыркнула Крисси, легонько пнув меня своей ножкой под столом. Зараза мелкая.

- Плакса, - припечатав эту соплю непробиваемым аргументом, принялся дальше кушать, наложив ещё порцию. Блинчики не бесконечные, а моему телу нужна энергия, чтобы нагнуть этот мир.

- Дурак! – Справедливо возмутилась на инсинуации в свою сторону Кристотель (да, мне нравится придумывать случайные клички своей сестре, и что?). Ведь плакала она последний раз аж целых полгода назад – когда упала с велика и расшибла коленку.

Интересный факт – я имею память реципиента в полном объеме, потому затыков с «я забыл» не возникает.

- Глузовик ходясий, - с победной ухмылкой, смотря прямо ей в глаза, заточил уж точно последний блинчик.

- Так, выражения за столом, - нахмурилась Алиса-не-из-страны-чудес, - Арти, извинись перед сестрой.

- Плости, Клисси, - да, «л» вместо «р» довольно сильно сбивает с мыслей. Бесит.

- И через месяц, в сентябре ты идёшь в садик. Это не обсуждается.

- Она всехда такая стлогая? – С обречённостью спрашиваю у давящего улыбку отца, который не вмешивался в наш разговор.

- Все женщины такие, сынок, вот подрастёшь…

- Ал! – Шутливо-грозно посмотрела на муженька мать, филигранно нарезая свой блинчик. Ещё хочу, слишком вкусные.

Ну… Садик, значит садик, буду пытаться не сдохнуть от скуки, чё.

И да, велосипед я так и не получил.

***

Детский концлагерь находился в пятнадцати минутах пешком, что было не так уж и далеко, на самом деле. Хоть это расстояние я и преодолевал на машине вместе с матерью за пять минут неспешной езды. Какой машине? Э-э-э… в душе не знаю. Ну, она красивая и угловатая, как и все машины в этом времени. Со стилем.

Вроде от марки «Ford», а какая именно – увольте. Никогда не был знатоком машин. Мне больше нравились автобусы. Они надёжнее, знаете ли. Да и если попадет в дтп, то умирать не только одному мне, а ещё десятку человек сверху. Не так обидно было бы, хе.

Само здание было… обычным. «Н»-образной формы, куда ходили все спиногрызы со всего города. А сколько в нем вообще людей живет?.. Хрен его знает. Тут рядом, кстати, ещё и парковка есть для заботливых родителей. Прикольно.

Уже вижу десятки опасных рецидивистов, которые будут изводить воспитателей. Каждый из них сейчас под ручку с родителем или другим родственником проходит внутрь здания. Я тоже, стоило только выйти из машины. Главное не выделяться. Насколько знаю, дети не любят странных. А устраивать геноцид не по мне. Я выше этого. Надеюсь.

- И долго я тут буду зить? – Информация мне жизненно необходима.

- Какой жить, милый? – Потрепав меня по голове и растрепав укладку (сделанную расчёской), проворковала Алиса. – Ты тут на часиков восемь всего, а потом я заберу тебя обратно, не переживай.

- Уа-у, - смачно зевнув, ещё раз скептично всё осмотрел: как есть концлагерь, только без забора. Почему зеваю? Так утро ещё, спать хочу, а не вот это вот всё.

Бесит. А когда меня что-то бесит, то я начинаю бесить остальных. Просто кармическое воздаяние за то, что они меня достают. Понимать надо. Но прямо сейчас маму доставать опасно, а то может не дать сладкого после. А я люблю сладкое, это сейчас одна из немногих моих радостей в новом мире.

Так что берегитесь мелкие, тролль сотого уровня идёт к вам в гости, хе.

Всеобщее собрание было только для старших, а мы же – мелкие повелители мира, - уже были распределены по группам заранее, а потому нас сразу посадили в классы (клетки), где нам и предстоит проводить всё оставшееся время. Да-а-а-а, ну и мрак.

Пол — выстлан плиткой или линолеумом с выцветшим узором: квадраты, немного стертые временем, кое-где с царапинами от маленьких стульев. По ковру с мультипликационными зверями, изрядно потрёпанному, уже бегают пара детишек. М-де.

Мебель — низкие столики из светлого дерева, с краями, обитыми цветным резиновым кантом. Стулья — в тон, лёгкие, с овальными спинками. Всё рассчитано на рост малышей. По углам — пластиковые ящики с крышками, в которых пестрит Лего, кубики, плюшевые игрушки.

Окна — большие, в деревянных рамах, пропускают солнечный свет, который ложится пятнами на пол. Портьеры — с узорами в духе времени: абстракция, геометрия, или цветастые зверята. На подоконниках — горшки с фасолью или луком, выращенные «экспериментами».

Одна стена — отдана под доску с детскими работами: пальчиковая живопись, вырезанные бумажные человечки, каляки-маляки с подписями воспитательницы: «Томми — динозавр», «Сьюзи — радуга». Видимо осталось от прошлых огузков? Над доской — алфавит на картонке, каждая буква с рисунком: A — Apple, B — Bear, C — Cat и всё в таком духе.

В углу — деревянная кухня с пластиковыми кастрюльками и тканевыми морковками. Рядом — кукольный домик, сделанный явно вручную: обои внутри — кусочки настоящих обоев, маленькие кроватки со сшитыми вручную одеялами.

На одной из полок — проигрыватель, моё спасение из этого ада. В воздухе — смесь запахов клея, краски, чьих-то пряников и старого дерева.

Ну, я ведь и в описания могу, ха! Только следует ещё добавить, что всё это с пятнадцатью чудовищами, исключая меня, в комнате. Которые уже общаются между собой, знакомятся, а есть и просто сидящие в углу спиногрызы, или отдельно от остальных. Понимаю, ребят, это реально тяжело. Последую ка я вашему примеру.

Гордо и независимо прошествовав к партам у доски, занял последнюю – по классике аниме у окна. Я же главный герой… А, стоп. Нет, не главный герой. Попал ведь в какую-то историю, где наверняка есть и свой «гэгэ» с сюжетной бронёй. Получается просто статист, да? Ну и круть, чё. Меньше проблем, наверняка.

Как заметил, сразу четверо спиногрызов тоже решило оккупировать свои будущие места: два каких-то мелких пацана посередине, девчонка в очках и ещё одна блондинка прямо по соседству со мной. Мы взаимно друг друга проигнорировали, к счастью.

Через пять минут ровно (я засёк) в этот филиал Сотоны пожаловало сразу две воспитательницы. Одна – молодая девчушка лет двадцати, с заколотыми в тугой пучок каштановыми волосами. Вторая – дама в возрасте, пухловатая и с морщинами, но добрым лицом. А ещё седыми волосами. Бабулька натураликус, вид особи определён.

- Дети, дети! – Громко начала старушенция, суетливо подходя к императорскому столу у доски. – Сядьте за парты, будем с вами знакомиться.

О, блядь! Мне ведь предстоит десять с лишним лет школы… Опять… Ка-а-а-а-йф. Никакой больше работы, свободу трудягам! Ещё один плюс быстро обнаружился, хе.

Когда все мелкие черти уселись, бабулька начала говорить, а вторая воспитательница стояла рядом. Бедняжка, она ещё не знает, на что подписалась…

— Ну что ж, мои зубастики, — сказала седая с хитрым прищуром, поправляя очки в толстой пластиковой оправе, — добро пожаловать в наш маленький динопарк! Меня зовут Марта. Здесь вы будете рычать, прыгать, строить вулканы из пластилина и, конечно, учиться. Но не скучным взрослым штучкам вроде налогов или стирки носков, нет! Мы будем учиться волшебству: как делиться, как извиняться, как быть храбрым, даже если в животе урчит страшно, как у трицератопса.

Динозавры сейчас в тренде, или чё?

Она обвела взглядом малышей, и те замерли, кто с пальцем во рту, кто с карандашом в носу. Бля, ну не…

— А это, — она указала на вторую воспитательницу, — мисс Сэм. Она новенькая. Будем с ней ласковыми, не пугать, не кусать — по крайней мере, не сильно.

Сэм смущённо кивнула, а один из личинусов — в зелёной кофте и с волосами торчком — громко прошептал:

— А если она боится действительно больших динозавров?..

— Вот и узнаем, — с заговорщицким видом подмигнула бабулька. — Но помните: все мы здесь учимся быть не просто динозаврами, а хорошими динозаврами. Даже если у нас острые когти или иногда хочется реветь в шкафу.

Она развела руками, как дирижёр:

— Сегодня у нас в программе: рисование до потолка, лепка до луны и перекус, если вы всё не съели по дороге! Ну что, готовы?

- Да-а-а-!

Бля-я-я-я… Куда я на хрен попал?.. Пиздец.

***

Всем привет, меня зовут Ким Чен Ын (Артур Миллер) и я хочу прийти в этот садик с молотовым и сжечь его дотла. Это место – куда хуже, чем я мог себе представить даже в самых смелых кошмарах.

Начнём с самого начала, пожалуй.

Марта – седое чудовище с маразмом, повёрнутое на динозавриках. Бр-р. Меня аж дёргает, стоит только вспомнить это. Гипер-заботливая, не оставляет никого без присмотра. Навязчивая в своих гипер-фиксациях. Как можно понять – я захотел её прикончить уже в первый же день. Ъ. Просто «Ъ».

Сэм – её противоположность. Молодая милашка, которая пытается всё выполнять с ответственностью, реально старается и вообще красотулька. А Марта спихивает на неё почти всю работу. Она тут – оплот адекватности посреди чистого хаоса. Как выяснилось, ещё и выпускница педагогического, вернулась в родной городок на практику.

Кстати, поздравьте меня. Я наконец-то узнал дыру, в которой мне повезло очутиться. И-и-и… Пам-пам-пар-рам… Хоукинс! Мне это ни о чем не говорит, хоть в памяти и что-то зачесалось, а значит пофиг. Даже если и знал такой город, сейчас от этого толку – как от завоевания мира в пять лет.

Уже месяц я аккуратно присматриваюсь к местному зверью, детьми именуемому, держась в стороне. И я разочарован. Ноль мозга – всё направлено на веселье, грубо говоря. А ещё во мне крепнут подозрения. Немаленькие такие.

Какие именно? О, вы только послушайте мою великолепную дедукцию!

Та самая соседка по парте передо мною, которая в первый же день оградилась от коллектива, как и я… Она ненормальна! Никаких добровольных активностей с другими личинусами, постоянно одна и что-то записывает в своём дневнике. И это вот ни-капли не похоже на меня, который аккуратно изучает их всех со стороны. Она же просто отрешилась. Так ведь?

Кто «она»? София Картман! Нелюдимая блондиночка. А дети себя так не ведут. И что говорила Хтонь? Что нас будет д-в-о-е! Двое! Уж слишком её поведение выделяется от остальных. Вон, даже добрая Сэм решила социализировать малявку (или взрослявку, если я окажусь прав), став больше времени проводить с ней, чем с другими детьми.

Как можно это проверить? Да легко! Просто сказав непонятную для местных белиберду, зато такую, что житель современных лет поймёт сходу. Ну, вот я и принялся реализовывать свой план в жизнь. А если ошибусь и окажется, что она просто с аутизмом… Ну чё, бывает?

Стоило доброй Сэм только отойти по зову червя-Марты, я деловито поправил рукава кофты и начал исполнение:

- Пс!

Тишина.

- П-с-с-с!

Тишина.

- Хмулая блондинка, пс-с-с-с-с-с! – О, есть контакт! Дёрнулась! – Софа, блин!

- Чево тебе, плидулок мелкий? – Уж когда я позвал её по имени, она явно не выдержала. Работает, хе. А глаза-то у неё… красивые. Изумрудные такие, прям вау.

- Что такое Биткоин и посему Тламп не любит миглантов? Сама дула! – С убийственной серьёзностью спросил эту кроху, которая на мои слова округлила свои глазки так, будто восьмое чудо света увидела.

- Так ты тозе? – Зашептала блондинка, быстро пододвинув свой стул ко мне и смотря почему-то с нездоровым интересом.

- Говолил с той Хтонью и попал… сюда? – Также шёпотом продолжив, увидев её энергичный кивок, улыбнулся аки чеширский кот. – О-о-о да-а, детка. Я исекайнулся!

- И как давно? – С небольшим волнением интересуется она, пододвинувшись ещё ближе, практически в упор к моей парте.

- Месяца тли плимелно? – Задумчиво пробормотал, приложив кулачок к подбородку. – И ты?

- Ага. Та тваль упоминала, что есть ещё один, но без подлобностей. Кстати, мы в зопе, знаешь?

- Конечно, - умудрённо покивал на её утверждение, - попали в какую-то задницу, так ещё и мил долзны спасать. Кстати, что за супелсилы у тебя?

- А у тебя? – По совиному наклонила голову девочка, смотря с интересом исследователя, который увидел интересную зверушку. Хм.

- Дамы впелёд, - насмешливо фыркнув, уставился на неё взглядом. Давай, прочувствуй это ментальное давление!

- Позел… - закатила глаза малявка-которая-взрослая, - я могу зачаловывать… всякое. Ну, навелное.

Чё? Типо как маг в Скайриме?

- Навелное? Это как?

- Не здесь, - нахмурилась блондинка, быстро осмотревшись.

Повторив то же самое, я быстро заметил на нас взгляд довольной Сэм. Ясно. Шпиёны даже тут.

- После концлагеля, выходим вместе, поняла? Я Алтул, кстати, - протянув ей руку, наконец представился. А то что-то не очень, без традиционного «знакомства» дела вести.

- София, - закатив глаза, приняла рукопожатие не-малявка. Ну и славно.

Что же… самое интересное только начинается, а? Дрим-тим уже готов, осталось только подрасти и спасти мир. Пф-ф-ф, всего лишь! По утрам и то бывает тяжелее встать.

Очень странные дела. Часть 2.

Как оказалось, Сонечка у нас – имба сотого уровня, образно выражаясь.

Почему я так считаю? Ну… Её сила – буквально практически как у персонажа, играющего через билд зачарований в «Древних Свитках», ну а для гиков – как у Харухи Судзумии, только сознательно.

Для простоты распишу всё по пунктам:

Первый. Для достижения эффекта она должна касаться предмета. Тут всё понятно, идём дальше.

Второй. Нужно чёткое намерение и понимание того, что она хочет сделать. Стандартно для магии воображения. Почему магии? А что это, как не самая настоящая «мэджик»? То-то и такие пироги…

Третий. Уровень зачарования. Есть простая схема: слово-руна-клеймо. Если кастовать способность через слово – эффект не продлится дольше пары часов, да и по силе будет более слабым. Руной – нарисовать на предмете любую закорючку (желательно похожую на нужный эффект), и использовать магию уже на ней. Так длительность и сила чар увеличится, вплоть до суток и более.

И как вишенка на торте – клеймо. Её собственный символ, в который она закладывает всю свою волю намерения. В чём тогда разница между клеймом и руной? Первое – обладает мощнейшим эффектом и действует всегда с момента нанесения. Второе – стирается с предмета после окончания заряда. Как невидимая батарейка. Но и сил последний уровень требует побольше – хотя о запасе «маны» говорить вот вообще не берусь. Всё условно и интуитивно не понятно.

Огнемёт с плазмой вместо обычного огня? Граната с анти-материей (главное Верить, Карл!)? Запросто! Это же просто…

- …Плосто афигеть, - восхищённо пробормотал, смотря на блондиночку, как на ангела воплоти.

Ей уж помирать почём зря всяко не придется…

- А то, - довольно улыбнулась егоза, поёрзав на скамейке недалеко от главного входа. Опаздывает маман, м-де. Ну, это и хорошо. – Так а ты што мозешь?

Сделал глубокий вдох. Помолился несуществующему богу. Заговорил:

- Умилать. Много лаз. Бесконесно. И отматывать влемя после смелти.

Пять секунд гробовой тишины. И только смех и ор детишек, которые уже уходят с родителями к машинам или просто под ручку домой.

- …Соболезную, - сочувственно похлопала меня по плечу мимик. Почему мимик? Так она большая, а с виду маленькая. Я тоже, так-то, мимик! И где тогда моя Фрирен?..

- Спасибо, подлуга, - понимающе кивнул, откинувшись на спинку лавочки. Ноги стали торчать в воздухе. Ох уж этот мелкий рост… - Плобовала сто-то узе зачаловать?

- Конесно, - насмешливо хмыкнула девочка, тыкнув пальцем в свой браслетик из бисера, - каздая бисеринка зачалована на подделзание олганизма в здоловом состоянии. Мосчный эффект, осень, как я считаю.

Так бы мы и сидели, обсуждая наши дела насущные да судьбу тяжкую, однако нас прервали. Весьма наглым, как я считаю, образом.

- Сонечка, а кто это милый мальчик? – Донеслось из-за спины, где и был выход.

Женщина лет тридцати примерно, в самом соку. Блондинка, такие же зелёные глаза и красивое зелёное свободное платье. Бомба ходячая. Как хорошо, что я ещё мелкий, а то случился бы конфуз.

- Мам? – С явно искренней улыбкой спрыгнула с лавочки Софич и с разгона влетела в подошедшую женщину. – Это Алтул, мой новый длуг. Алтул – это мама.

- Плиятно познакомиться, миссис Мама, - с уважением кивнул, тоже встав, стараясь сдержать рвущуюся наружу идиотскую улыбку, которая испортит шоу. – Знаете, у вас одно имя с моей мамой. Её тозе зовут мама. Две мамы – лазве не клуто? Считайте, сто я вас фанат, как и моей мамы.

И-и-и-и… операция успешно выполнена! Дамочка потекла от умиления (фигурально выражаясь), а желание затискать эдакого доброго мальчика возросло многократно. Вон как тискает дочку рефлекторно, хе-хе.

Да и наладить отношения с семьёй своей коллеги по цеху – правое дело. Наверняка не раз ещё будем контактировать. А что подходит лучше, чем милое дитятко? То-то же, мой гений неопровержим.

- Мне тоже приятно познакомится, дорогой. А где твои родители? – С приятной улыбкой поинтересовалась женщина. Если Сонечка вырастет в такую же… Главное не похерить всё.

Строю свою личную жизнь, ещё ходя пешком под стол? Ну да, я, и чё?

- Мама похозе потелялась на палковке, но сколо должна подойти. Она у меня неляха, но милая. Прямо как вы, - и легко улыбаемся, потирая затылок.

Три.

Два.

Один.

Есть контакт. Она улыбнулась! Смущённо! Я её смутил! Туда эту стеснительность, долой моральные ограничения!

Вот только Соня тоже, кажись, вкурила темку – вон как грозно посмотрела, да ещё и пальцем на горле провела, пока её мать не видела. Понял-принял, не тупой. Тупой бы и к ней ещё подкатил. А я не фанат гаремов. Так что закругляемся.

- О, вон и мама идёт, так сто не пелезивайте, миссис Мама. Плиятно было с вами познакомиться! – Ещё раз для верности улыбнувшись, обратился уже к её дочери: - Увидимся в этом месте, Соня. Пока.

Ну, а теперь меня ждёт увлекательный допрос в машине на тему: «кто такая эта крохотулька? Твой новый друг?». Да. Надеюсь, я это переживу.

***

Она никогда не считала себя особенной. Нет, конечно же нет. Успешной? Пробивной, как сказала бы мама? Надёжной? О да, определённо. Но не особенной.

Эту роль она определила другим людям – тем, которые двигают мир вперёд. Вот они, да – особенные. Потому что других таких больше нет. В отличие от самой Софии, копий которых по всему миру сотни тысяч.

Характером, поведением, да и прочим. Обычная, серая посредственность, которая своим упорным трудом покинула этот замкнутый цикл существования. И всё ради чего? Чтобы в итоге оказаться здесь?!

В новом мире? Семье? Теле? Это всё просто какой-то… бред. Сначала было отрицание. Потеря самой себя в разнообразном и абсолютно бессмысленном ворохе воспоминаний девочки-тёзки.

После девушка была в лютой ярости. Мало того, что её выдернули из собственного мира, даже не объяснив причину смерти, - и умерла ли она вообще, - так ещё и мир отправили спасать. Просто чудесно. Нет, правда, она всегда хотела быть героиней. Лет так до пятнадцати, когда суровая реальность разломала розовые очки. А после было не до этого.

И что по итогу? Ну, оптимизм отныне – её средство от всех проблем. Всего этого было слишком много для обычной девушки, которая очутилась в теле ребёнка с суперсилами. И верить в лучший исход – единственная вера, которая у неё вообще сохранилась.

Хотя, конечно, второму её «коллеге» пришлось ещё более несладко, учитывая его способности. Перемещаться назад после смерти – ну это ли не дар и проклятье одновременно? А уж то, что умирать он (или, что ещё хуже – они) будут, София не сомневалась. Не просто так же Артура наделили такими силами.

К счастью для её психики – первичная адаптация в новой реальности прошла для неё вполне… сносно. Если учитывать то, что появились детская импульсивность и всё, присущее остальным детям её возраста. Спасает только железный самоконтроль, который не даёт скатиться в совсем уж ахинею, да практика с зачарованием.

Она до сих пор довольна своим решением перестраховаться, промучавшись с каждой бисеринкой браслета. Мера, естественно, временная – как говорит её интуиция, которая в отношении сил будто бы и не «её», но даже так – для временного успокоения сойдёт.

Новая мама (до чего же это иронично звучит) стала одной из опор для личности, запертой в этом тщедушном, мелком тельце. Энджела была удивительной – в одиночку заботиться о дочери (которая стала ангелом послушания воплоти), работать в мэрии, зарываясь в бумажки до самой ночи, и при этом окружать саму Софию постоянной заботой и искренней любовью.

Сама бы она так вряд ли смогла – нервы обычно сдавали сразу, стоило только сильному стрессу длиться хоть сколь-либо длительное время. Потому и привязалась так сильно, да ещё и воспоминания самой девочки, - судьба которой для неё осталась неизвестной, - поспособствовали.

Артур же ей казался… странным, честно говоря. Всегда на «своей волне», в стороне от всех, и ещё и эта его проницательность во взгляде… напрягали. Может, он сам и не видит этого, но со стороны-то, оно понятнее. Если бы не знание того, что он точно такой же пришелец, как и она, то списала бы всё на аутизм или ещё какое заболевание. Мало ли что у детей может быть?

По крайней мере – он точно такой же, как и сама София. Не принадлежащий этому миру. Да и общаться с ним оказалось удивительно приятно. Ненапряжно, как сказал сам парень. Или мужчина? Сколько ему было до перерождения, интересно?

Девушка-то умерла в двадцать пять, на пике своей карьеры художницы, выстраиваемой годами. Да… как бы это банально не звучало – но ей повезло пробиться в мир больших денег, когда её творчество оценили по достоинству. А если бы и нет… так бы и работала в супермаркете, попутно писав книжки.

И как основной метод заработка в новой жизни, - это уж на очень далёкое будущее, но всё же, - рисование вполне себе подойдёт. Учитывая сексизм в эти времена, так ещё и Америка, - тем более.

Так что надо бы вновь наработать навык этими тщедушными ручками…

- Так, где там эта штука, - достав выклянченный у матери альбом (ей было очень стыдно, но чего не сделаешь ради искусства), взрослая девушка в теле девочки принялась за работу.

Долгую, но такую интересную и захватывающую.

***

Что есть смысл жизни? Честно говоря, в душе не ебу. У каждого он свой, а всю эту философию оставьте софистам и прочим жуликам, которых показывали по «Рен-ТВ». Однако не задаваться этим вопрос я не в состоянии.

Не тогда, когда нас вывели на всеобщую прогулку на отдельную спортплощадку у территории садика. Мало мне было четырнадцати соплежуев, исключая меня и Соньку, так теперь они ещё и бегающие туда-сюда соплежуи. Блеск, лоск, шик, пиздец. Выберите одно правильное слово из четырёх.

Мои уши уже хотеть связаться в трубочку, но увы и ах. Спасает только общество маленького-взрослого ангелочка рядом.

- А я тебе говолю, что не может это быть комедией. Нам мил спасать, ваабще-та, если ты не забыла, - нудно прогундосил в воздух, раскинувшись на скамейке. Как хорошо, что Марта и Сэм следят за спиногрызами с другой части площадки.

- И сто? В комедиях лазве не было концов света? Ну а вдлуг? – Также спокойно ответила блондинка, разглядывая свой браслетик.

- Какие шансы, а? В холлолах мил умилает в сотни лаз чаще, чем в комедиях. Смились, дологая моя, мы в тотальном дельме. Осталось только ждать начала всего кипиша, - со вздохом откинулся на плечо девочки, облокотившись. Оно мягкое, удобное. А сама она и не против, да и Сэм с чего-то умиляется, удя по её довольной роже, стоит мне только ту заметить. – Нет идей, в какой мил мы попали, кстати?

- Я не была любительницей селиалов и фильмов, но это точно не аниме. Тогда, по клайней меле, мы все были бы в два-дэ, - с легким сожалением отозвалась моя мягкая подушечка.

- Аналогично. Тогда главное вовлемя заметить, что мы в дельме, чтобы успеть из него выплыть. А то оно воняет.

- Да ты плям философ. Алистотеля начитался?

- Это математик, - закатив глаза, поправил её.

Это база, такие вещи знать надо!

- Вообще-то, философ. Идиот.

- З-а-н-у-д-а-а-а-а… - меня заткнули жесточайшим образом, зажав рот ладошкой. Гадость взрослая, некрасиво затыкать людей.

Облизал её ладошку, и та сразу убрала оную. Свободу слова тоже нужно отстаивать, поняли?

- Фу-у-у! – С лицом, полным отвращения, принялась она вытирать ту об бежевые шортики.

- Нечего было меня затыкать, злюка.

- Ой, да иди ты.

- Сама иди.

- Нет, ты!

На это я лишь закатил глаза. Ну, хоть будни в концлагере стали не такими скучными, уже прелесть! Осталось только не сойти с ума от скуки… Парадокс, хе-хе.

***

Джонатан МакКрей был обычным ребёнком десяти лет.

Чуть сутуловатый, с волосами, постоянно лезущими в глаза, и рубашками навыпуск, как у тех, кто всё ещё не может выбрать — быть незаметным в толпе или наоборот выделяться. Он ходил в начальную школу, где в коридорах пахло ластиком и дезинфекцией, а звонок постоянно раздражал уши. Учителя казались вежливыми, а дети — ну, такими же как и он сам.

Джонатан не выделялся. Его не били, но и не звали. На физкультуре он всегда присоединялся в команды по игре в вышибали по остаточному принципу. Обеды ел один. Иногда шептал что-то самому себе, но тихо, чтобы не дразнили.

А потом пришёл Эндрю. Новый мальчик, уверенный, наглый и быстрый — с языком, как кнопка сигнальной тревоги. Он был как звук стекла на грифельной доске, и почему-то всем это нравилось. Именно он сегодня, на перемене, вытряхнул из его рюкзака пенал, назвал его идиотским, а самого Джона — пустым.

— Там ничего нет, — сказал Эндрю, указывая на голову Джона. — Ни мыслей, ни вкуса. Как бутерброд без начинки.

И остальные засмеялись. Даже не злобно — просто… естественно. Как будто так и должно быть.

Он вернулся домой в четвёртом часу.

Мать ещё не пришла с работы, отец был где-то на заднем дворе с лопатой — на участке снова что-то копали, строили, засыпали — у Джонатана давно не было желания спрашивать, что именно. Он прошёл мимо кухни, схватил яблоко и поднялся в комнату, не включая свет.

Там, в полумраке, его ждал он сам — с потухшим лицом в зеркале.

Джон зашёл, бросил рюкзак и сел на пол, подперев подбородок ладонями.

— Козёл он, — пробормотал. — Эндрю. Гнида. Думает, если у него куртка с логотипом и кроссовки, то всё, бог мира. А я что? Пустой? Я не пустой. Я не...

Он замолчал, глядя в зеркало.

В отражении — та же поза. Те же ладони. То же лицо.

Но что-то было… не так.

Неуловимо. Как если бы между им и отражением встал кто-то третий — невидимый, но холодный. Линии губ чуть дрожали. Тень под подбородком была слишком глубокой. Зеркальный Джон сидел в той же позе, но казалось, слишком долго не дышал.

— Эй… — прошептал он сам себе, отводя взгляд, а потом быстро моргнул.

Когда снова взглянул — всё было в порядке.

Лицо в зеркале выглядело просто усталым. Его лицом.

Он скривился.

— Схожу с ума уже от этой математики, — пробормотал парень, потерев переносицу.

Но когда он встал, за его спиной — там, в отражении — мелькнула тень шляпы. И хоть Джон этого не заметил, его отражение на мгновение не встало вместе с ним.

А потом догнало. С глухим, почти не слышным щелчком стекла.

Паломник вышел погулять.

Токийский гуль. ОМП.

Прим. автора: Написано на вдохновении от фанфика "Осколки нормальности". Рекомендую всем пяти неизвестным, которые это прочитают.

Плавно отойти от панического удара наотмашь. Пропустить мимо выпад коукаку, спиралевидно закрученных вокруг руки RC-клеток в форме бура.

Резко сблизиться с противником. Удар коленом в живот, слышен отчётливый треск костей. Взять в захват правую руку и дёрнув оторвать конечность, после разорвать дистанцию, дабы избежать даже возможности пораниться.

- А-а-а-а-аргх! – Полный агонии вопль обнаглевшего ублюдка, который возомнил себя кем-то особенным.

Конечность отлетела к стене многоэтажного дома в небольшом тёмном переулке, из культи стала вытекать кровь. Её запах лишь дразнил, побуждая поскорее закончить развлекаться и уже перейти к непосредственно главной цели сегодняшней вылазки.

Но нет, ещё рано. Так будет слишком скучно. Куда интереснее, если враг ещё побарахтается, попытается выкинуть что-нибудь неожиданное в тщетной надежде на изменение. Всяко лучше очередной жертвы, которая покорно примет своё поражение или даже не осознает собственную смерть.

- И это всё? Такое ничтожество в правду решило «погулять» на моей территории? – Промолвил в воздух, даже не обращаясь к несчастному. Его это явно задело, вон как резво побежал на меня.

Фатальная ошибка.

Даже не высвобождая собственное кагуне, спокойно жду пока он окажется на расстоянии удара. Нет поводов для беспокойства, этот слабак вряд ли даже попав сможет меня серьёзно ранить. Всё же разница в силе слишком велика.

Прямой выпад коукаку. Резко сдвинуть корпус влево, быстрый шаг ему навстречу и мгновенно пробить трахею насквозь.

- Мр-г-к-ха-х, - издав какие-то нечленораздельные звуки этот идиот падает мимо, прямиком на влажный после дождя асфальт.

Удар ногой по шее. Несколько раз для достоверности. Хруст и чавкающий звук расплескавшейся крови является настоящей усладой для обоняния и глаз. Очередной труп на моём счету. Ура, полагаю?

- Это начинает бесить, - негромко цыкнул, достав нож из кобуры, которую не видно благодаря чёрному пальто.

Вырезать какухо, место хранения всей силы гулей, RC-клеток, всяко проще ножом, чем пачкать руки или создавать кагуне, разрывая одежду. Всё же заплатил я за это пальтишко не так уж и мало, но чего не сделаешь ради стиля. На вопрос зачем мне вырезать внутренний орган обезумевшей от голода твари – ответ довольно прост. Каннибализм.

Звучит отталкивающие, согласен. Да и на вкус эта требуха – та ещё мерзость. Тем более, если слишком на это налегать, то есть вероятность протечки крыши. Хотя, мне ли этого бояться? Человеку, ха-ха, который «попал» в мир гулей, сам став монстром? Смешно.

Я буду только рад, если в моей новой жизни будет что-то новое. А достижение нового уровня силы – разве это не то, ради чего стоит стараться? Всё же в любой момент на гуля могут выйти «голуби», следователи из CCG. Если кратко: охотники на любителей мяска, специально подготовленные агенты. Те ещё дотошные мрази. Хотя их можно понять.

А жить мне всё же хочется, ведь если бы всё было иначе, то давно бы просто прирезал сам себя, когда осознал свою новую природу. Любой разумный будет стремиться к сохранению собственной жизни, если только не словил какой-нибудь «приход», или просто не с окончательно потёкшим чердаком. К счастью, пока что я относительно нормальный.

Почему «относительно»? Да потому, что невозможно остаться полностью в своём уме, изменив целую, мать его, расу. Став поедать своих прошлых сородичей. Охотиться на них, как самый настоящий хищник. Это в любом случае сказывается на мне, хоть я и стараюсь держать себя более или менее в рамках. Всё же становиться психом – не по мне. Насмотрелся на оголодавших «сородичей», желания пополнять их ряды что-то у себя не наблюдаю, спасибо.

- Ну, приятного аппетита, - с гримасой отвращения от предвкушения вкуса этого «деликатеса», приступил к трапезе тут же, на месте. Всё равно это глухое место, и заглядывать сюда попросту не кому.

Первый укус по небольшому и кругловатому органу, который был весь в крови. Вкус жёсткой кислятины, будто язык в ней искупался. Второй. Такое чувство, что рецепторы трут наждачкой. Ну и ужас.

Третий укус, и весь «мешочек» полностью съеден. Не густо, однако. Хотя, чего следовало ожидать от такого ничтожества. Не хочу даже описывать всю палитру ощущений. Просто залью себе рот освежителем дыхания уже дома, предварительно хлебнув пару литров отборного кофейка.

Само тело не стал как-либо готовить для транспортировки. Еды у меня хватает с запасом, да и не стал бы я есть такую гадость. Предпочитаю молоденьких девушек и ухоженных женщин. Их мясо по вкусу нежнее, хоть и менее жирное, да и чисто эстетически приятно пообщаться с дамой перед тем, как её умертвить. А может и не только одним общением дело ограничивается, кто знает? Может, на этом аспекте лично я немного и повёрнут, но не плевать ли?

Первое время было жутко не по себе, а про адаптацию к новой «диете» я, пожалуй, промолчу. Достаточно будет сказать лишь то, что по итогу банально привык. Привык опутывать добычу в свои сети, может даже привязывая её к себе или хорошо проведя время, и уже после аккуратно лишать жизни, наблюдая за этим отчаянием, ужасом осознания (хоть и не всегда) в их глазах.

Определённо точно это и есть один из моих «загонов». Обычному гулю, насколько я знаю, нет дела кого и как сожрать. Это всё же я такой… привередливый. Да и есть в этой экспозиции чувство… возбуждения, триумфа от скорого неминуемого конца.

Но и просто проводить время с будущими жертвами мне нравится. Общаться, ходить куда-то (если это не включает в себя кафешки, выблёвывать еду потом не хотелось бы), банально вместе посмотреть какой-нибудь фильм, закончив это приятной ночью. Почему бы и не да? Все мы любим комфорт, и я здесь не исключение.

- Ладно, пора заканчивать, - привычка говорить самим с собой появилась у меня в тот период новой жизни, когда я буквально выживал.

Всё же бытие слабоватым гулем-подростком, который только и мог, что «побираться», ещё даже не до конца адаптировавшись к новой реальности, периодически срываясь из-за голода… Оно изменило бы любого. И такая безобидная штука как беседы с поистине прекрасным (мною) собеседником, ещё ничего.

Теперь же? Прекрасен, богат, силён и уверен в себе. Ну это ли не настоящая «эволюция»? А ведь всего шесть лет новой жизни прошло! Очнулся четырнадцатилетним животным, которому голову сносило от лютого голода, а стал крайне опасным существом, симпатичным парнем, который ни в чем не нуждается.

Мы, попаданцы, из любой жопы выберемся. Это достоверный факт, утверждённый лично мною, а также проверенный множество «исекаев», прочитанных в прошлой жизни.

Быстро скинув труп в стоящую рядом мусорку, стараясь не запачкаться слишком уж сильно, хотя наверняка всё равно немного крови попало на одежду, принялся методично оттирать руки заранее подготовленными в кармане влажными салфетками.

Закончив с приведением себя в порядок, напоследок окинув взглядом тупичок и убедившись, что на первый и второй взгляд здесь всё как обычно (кроме засохшей крови, но её в темноте ещё увидеть нужно), расслабленно пошёл на выход, к улице.

Сейчас поблизости нет других гулей, как и «голубей». Последних довольно легко учуять благодаря их куинке, оружию из какухо гуля. Насколько знаю, какому-то бедолаге не повезло стать полноценной дойной коровой, из которой в застенках тюрьмы вырезают его орган с RC-клетками на постоянной основе, как только он восстанавливается. В прочем, плевать на него, не я же на его месте.

Хотя довольно иронично, что «проживаем» мы в одном с ним районе. Тюрьма «Кокурия», центр содержания гулей, находится здесь же. Я руководствовался принципом «безопаснее всего у пламени свечи», когда выбирал новое место жительства.

Никаких серьёзных группировок, наподобие «Аогири», здесь рядом нет, а следователи более расслаблены из-за близости тюрьмы. Да и кишит их здесь довольно много. Но разве не в этом вся прелесть?

Боязни собственного раскрытия у меня нет. Пусть приходят хоть толпой, мы с ними «потанцуем». Главное, Ариму, местную бабайку всех гулей с собой не берите, и я буду доволен, хе-хе.

В эту прелестную ноябрьскую ночь на улицах Токио было на удивление неплохо в плане погоды. Не слишком холодно, но и близко не жарко. Так, бодряще. Всё, как мне и нравится, идеально. К одиннадцати ночи прохожих всё ещё много, но это и не удивительно, для города с таким-то населением.

Моя съемная квартира находится в обычной многоэтажке, каких тут много. Хозяйка – милая старушка семидесяти лет, приезжающая в город лишь пару раз за год, а так проживающая в какой-то деревушке. Сдаёт жильё почившей дочери, которую та купила честным трудом. Одна из многих трагичных историй этого места, ничего нового.

Два десятка минут неторопливой прогулки, один купленный кофе на вынос в случайном кафе, дабы немного притупить взыгравший голод после «прогулки», и вот я дома.

Двухкомнатная квартира на третьем из всего девяти этажей. Современный ремонт, отдающий Европейским стилем: оборудованная всем необходимым кухня, в которой находится выход на небольшой балкон, уютная гостиная с отличным телевизором, диваном и полками книг да парочкой картин, роскошная спальня с кроватью категории «траходром» и балдахином прилагается в комплекте.

Соседи – две семейные пары и компьютерный гик-студент. Никто не беспокоит по пустякам, плевать на то, чем я вообще живу и уж точно ноль подозрений о том, что рядом с ними живёт страшилка для многих людей. Действительно удобно.

Стараясь не хлопнуть дверью, аккуратно закрываю ту на замок изнутри. Неторопливо разуваюсь, вешаю пальто в шкаф прихожей. Ещё час ушёл на то, чтобы окончательно привести себя в порядок – сходить в душ, закинуть одежду в стирку со специальным порошком без какого-либо аромата, да наложить ранее заготовленного мяса в тарелку, предварительно разогрев то.

Уселся за рабочее место мечты для любого задрота, включив компьютер и телефон, который специально оставил здесь перед вылазкой. Сразу высветилось несколько уведомлений.

Чат соседей… ничего интересного. Новое обновление для «надкусанного яблока четыре»… это поставить позже. О, Мина написала! Моя новая «ненаглядная» - Сарана Мина. Родители явно не заморачивались с именем, и уж тем более фамилией.

Миловидная студентка гуманитарного университета, факультет психологии если быть более точным. Крашеные рыжие волосы, практически всегда неброский, лишь подчеркивающий природные достоинства макияж и выдающаяся фигура делали её чертовски привлекательной. Что поделать, нравятся мне красивые девушки, даже если на их пропажу тревогу поднимет больше людей. Не впервой, справлюсь как-нибудь.

Конечно, как бы мне ни хотелось так развлекаться с каждой девушкой, однако тогда «голуби» вышли на меня слишком быстро, чего не хотелось бы. Потому большую часть времени приходится похищать случайных женщин, надевая на себя амплуа злобного маньяка, ну или что-то в этом роде.

Ведь если и пойдут слуги про это, то с большой вероятностью следователи не заинтересуются случаем, ибо обычно гули не действуют настолько избирательно. Данными случаями пропаж будут заниматься полицейские, которые и так не слишком добропорядочно работают, а уж когда у меня имеется компромат на начальника аж целого отдела, то вообще – пиши пропало!

Естественно, тот толстоватый бедняга не догадывается о личности его шантажиста, однако исправно выполняет главное моё поручение, поддерживаемое приличным «пожертвованием» в его карман от анонимного благодетеля: саботировать все дела, которые касаются пропаж людей. И всё. Легко и просто я избавил себя от огромного количества проблем, ведь те же видеокамеры никто не отменял, хоть они в это время стоят лишь в огромных торговых центрах и прочих больших магазинах. Главная задача для комфортной жизни - это не попасться на горячем следователям, и можно жить припеваючи, как я уже делаю два года.

За такой период в моих «хоромах» побывало двадцать девушек, которые продвинулись из категории «вкусная еда» в «хорошо провести время и только потом продегустировать». Если бы не бездействие полиции относительно пропаж, то на меня бы наверняка вышли, всё же уверен, что хоть какие-то следы я невольно оставил. А так никаких проблем, все стороны (кроме жертв, хотя и большей части из них тоже было приятно) удовлетворены. Красота.

«Привет! Хиро, ты свободен в эту пятницу? Меня пригласили на собрание, будут разбирать новый бестселлер уже проверенного автора. Она тоже там будет, можно будет получить автограф! :)»

«Конечно, если для тебя это важно. Что за книжка хоть?» - Отправить. С лёгким звуком сообщение ушло адресату, оказавшись сразу прочитанным. Мина явно слишком много времени проводит в телефоне.

«Макгаффин Висельника. Знаю, название жутковатое, но сама книжка – крутота! Когда ещё можно будет получить автограф такой знаменитости, а, дорогой?!»

Как мило. Уже «дорогой», а ведь прошло всего три месяца с начала их отношений. Эти, пожалуй, были одними из самых длительных на его памяти. Девушка влюбилась без памяти, банальная история, коих много.

«Хорошо. У меня пока есть некоторые дела, работа и всё такое, сама понимаешь. Прости, не сможем встретиться раньше. Зато обещаю, в эту пятницу тебя ждёт поистине уникальный сюрприз».

Уж про последнее я не соврал ни капли. Пора заканчивать эту «охоту», иначе и передумать убивать её могу, что предполагает некоторые проблемы в дальнейшем. Да и поставил себе одно правило, когда окончательно адаптировался в этом отвратительном мире – не привязываться к еде слишком сильно.

Это как с какой-нибудь лошадью. Можно растить её, проводить время вместе, любуясь грацией животного, а после умертвить и съесть, ибо кушать то хочется. Всё же хотелось бы избежать всяких моральных дилемм от внезапно проснувшейся совести, потому обычно я и не затягиваю так долго.

Просто Мина оказалась… крайне приятной девушкой. Для меня – попадание в десятку по характеру и внешности. Люблю рыжих, даже крашеных.

«^^ Жду не дождусь!!! Не буду отвлекать от работы, целую! <3»

Не стал как-либо отвечать, просто закрыв переписку и открывая список новостей, методично и с аппетитом пережёвывая разогретое мясо. Оно было довольно нежным, приятно растекаясь по языку.

Что нового в мире сем презренном творится? Пожар… бла-бла-бла… О, нападение на отдел CCG, это что-то новенькое!

Как оказалось, опять буянит «Аогири», выбивая «голубей» с одиннадцатого района. Неугомонные какие, однако. Как хорошо, что я подальше от всей этой войнушки. Конечно, при необходимости я вполне в состоянии устроить кровавую бойню с кучей трупов, но желания – откровенно нет. Предпочитаю тихо-мирно жить, не влезая во все эти разборки, ибо даже меня там пришибить могут запросто. Какой только хтони там не водится, чего только «Одноглазая Сова» стоит, эта машина смерти для всего живого – гуль, обрётший полноценную форму какуджа.

Что за какуджа и с чем его едят? Ну, логичная ступень эволюции при долгосрочном каннибализме. RC-клетки гуля проходят качественный скачок, выводя силы твари на новый уровень, как и само кагуне принимает новую форму. Появляется броня на теле и ещё пару приятных плюшек.

Однако, если не до конца пройти до этой ступени, то можно обрести полукакуджа – незавершённую форму. Плюс в придачу режим берсерка и слетевшую с нарезки башню. Ну разве не прелесть? Канеки из оригинальной истории с радостью подтвердит.

Доев и после убрав за собой, ещё пару часов наслаждался тишиной (выбирал место с хорошей звукоизоляцией). Никто не вопит от боли или злости, не желает прикончить, обмануть, манипулировать, нужное подчеркнуть. Никаких забот. Пора и на боковую.

***

До пятницы дни тянулись вполне приемлемо: отдых за играми, убивая время, спокойное наслаждение пищей и удалённая отладка кода одной онлайн игрушки, за что я получаю свою вполне неплохую зарплату. На все желания, по крайней мере, хватает с головой.

Не зря всё же в прошлой жизни учился на программиста, хоть успел и невзлюбить всё, что как-либо связано с университетами, ибо после своего остались строго негативные впечатления. Поступать и здесь? Нет уж, спасибо. Мне и раньше хватило, да и постоянно находиться в обществе молодых обычных людей довольно тяжеловато. О таком не говорят, но «красные» дни календаря у девушек для гулей становятся настоящим, чтоб его, испытанием. Вот сидите вы в одной аудитории, и всем своим существом чуять кровь от соседки – невыносимо. Так и хочется взять да сожрать. Ну и просто вновь учиться нет никакого желания, учитывая то, что на меня могут выйти следователи и мне станет резко не до этого. Плюс какой смысл? Я практически уверен, что умру не своей смертью, не прожив ещё и десяти лет.

Вы хоть можете себе представить, какой это дичайший стресс для психики? Изо дня в день на протяжении шести лет. Знать вкус еды, но вместо желаемого получать отборнейшее дерьмо на языке. Постоянно опасаться внезапного нападения «голубей», быть готовым к обезумевшему от голода сородичу, поддерживать видимость нормальности, дабы не возникало вопросов.

Конечно, плюсов тоже много, но это угнетает. Чувство… того, что я не свободен. Как бы я ни лгал самому себе, отрицать истину будет глупо – я сорвусь. Не в ближайшие месяцы, нет. Может даже под определённым триггером, но это гарантированно произойдёт.

А если я сорвусь, то к этому слову подойдёт только один термин: «Во все тяжкие». Банально не хочу менять личность при раскрытии, вновь ассимилируясь с обществом и ведя серую жизнь. Стою на краю пропасти, за которой будет лишь море насилия. Смысл сдерживать себя остатками моральных рамок, если этот мир – буквально фальшивка, насколько реальным бы он ни был. Просто страницы, нарисованные одним японцем. Фикция.

Жизнь в чужом мире, чужой стране, под чужим именем, с чужой историей, в чужой культуре, с чужими традициями. Как много «чужого», однако. И всё, что остаётся – цепляться за прошлое. За осколки нормальности. Ибо принять настоящее не является возможным. Само понимание, что я живу в выдуманной истории влияет на голову куда сильнее, чем любые заверения того, что моя жизнь имеет смысл. Нет, не имеет. Просто один гуль из многих. Только лишь картинка.

Я упиваюсь своей силой как единственным чувством стабильности в этом блядском хаосе бытия. Стараюсь увеличить её, уже давно подсев на этот наркотик. Единственное, что делает меня поистине живым – момент битвы или раскрытия перед своими жертвами. Когда кровь кипит, а эмоции хлещут бурной рекой, которую невозможно перекрыть. Не важно, мои это эмоции или нет.

Стоит только на меня выйти следователям – я не буду бежать и пытаться прятаться, создавать себе новые документы и жить дальше, как крыса. Нет. Я дам такой бой, чтобы целый мир понял, что трогать попаданца было его фатальной ошибкой. Оказался я здесь? Что же, горе остальным. Я пытался снова стать человеком, но природа расы сильнее. Постепенно и вовсе забил на это, отдавшись течению.

Потому последние мои действия в этом районе становятся всё наглее. Я просто не могу больше притворяться. Держать себя в рамках насильно, дабы хоть как-то приглушить свою совесть. Банально устал сдерживаться, устал от этой новой жизни, которую с радостью променял бы на своё серое существование в прошлом. Но, увы.

Только вопрос времени, когда ко мне в гости заявится CCG. С полным осознанием последствий я добровольно делаю шаг в бездну.

Хогвартс. Времена Мародёров. ОМП.

Какого это – осознать себя статистом, которого в книге бы даже не упомянули? Ну, тут зависит от жанра, стоит признать. Благо, у меня это определенно точно не хоррор и любой другой мрак. Даже в относительную современность попал! Хоть и на лет шестьдесят раньше того времени, когда жил я сам… Но да ладно.

А если я скажу, что попал даже не во времена, описываемые в книге, а раньше? Ну, эдак на целое поколение раньше. Ситуация резко становится другой, хотелось бы мне сказать, но… ничего подобного.

К счастью, я не стал героем мелодрамы, спасателем мира тоже, как и всемирным злом. Обыкновенный Британский Школьник времён 1970-х годов с одной лишь поправкой. Вместо обычного малолетнего идиота я стал обычным малолетним идиотом с магией. Смекаете? Гарри, мать его чудесная женщина, Поттер, чтоб его!

Культовая серия книг и фильмов по ним же, всем запомнившиеся герои, Хогвартс, магия… Та самая атмосфера волшебства и чудес, в общем-то. И теперь я – гордый единственный сын семьи Моррисон, состоящей из работяги отца-волшебника, являющегося целителем в Мунго, а также матери домохозяйки, являющейся обычной, собственно, домохозяйкой и средней волшебницей.

Ничего необычного для этого времени. Ну, хоть не в какой-нибудь радикально чистокровной семье оказался, уже хорошо. Сами родители людьми были хорошими. Обычная английская добропорядочная семья, этим все сказано. Скучно до предсказуемости.

Первые курса два в Хогвартсе было ещё непривычно, а после банально втянулся. До сих пор иногда не могу поверить, что я являюсь магом, притом достаточно сильным, дабы выделяться из общего потока, хоть и до отметки «гений» мне пахать как чебурашка. Да и не сильно то и нужно…

В самой учебе проблем нет никаких, всё объясняют вполне доступным языком, а бесчисленное множество книг из библиотеки окончательно добивают такую монотонную вещь, как знания. Если бы не магия, то даже представить сложно заставлять себя вновь заучивать тонны ненужных наук. А так стимул в виде волшебства всегда толкал меня вперёд, не позволяя забить болт и плыть по течению, лишь бы сдать экзамены.

Творение волшебства собственными руками до сих пор приятно греет душу, от осознания того, что даже я на что-то, да и способен. А уж когда моё упорство в учебе и практическом применении навыков признают некоторые учителя, то даже гордость за себя немного берёт.

В прочем, я не являюсь ярым фанатиком обучения, хоть и уделяю ему существенное количество времени. Как и любому нормальному человеку мне также не чуждо желание отдыхать побольше, а работать поменьше. Благо, что бытие студентом Гриффиндора с развлечением отлично справляется само по себе, чего только стоят постоянные выходки Мародёров или вон, например, очередного прикола Пуффендуйцев во время общей трапезы, за который тем каждый раз прилетает по шапке, но это никогда не заканчивается…

Конечно я, не будь дураком, осознав, что стал однокурсником будущих героев войны и просто родителей многих из тех, кто будет присутствовать в каноничной истории, поступил именно на факультет львов. Поттер, Блэк, Римус, Петтигрю, Эванс. Всего пять фамилий, а переоценить их значимость для будущего чрезвычайно сложно. А так как добро, конечно же, по итогу победит, то выбор первоначальной стороны, казалось бы, очевиден. Да и куда лучше проводить свой досуг с адекватными людьми, а не ультраправыми слизеринцами или же одиночками воронами.

Был ещё вариант пойти как истинный ценитель расслабленной атмосферы в Пуффендуй, но решающим фактом стало моё знание о героях, которые тут, вот так да, оказались вполне живыми людьми. Потому и Гриффиндор.

Каких-либо глобальных планов на свою жизнь я не строил, ибо, ну, не зачем мне это. Как говорится, живу в моменте, здесь и сейчас. Учеба, отдых с друзьями, самостоятельная практика в магии, или иногда с кем-либо из факультета, но на такую должность подошли всего несколько человек.

Я парень простой, без каких-то высоких амбиций или цели изменить весь мир. Хотя исследование магии подходит под высокие амбиции?.. Сложно. В любом случае, прожив одну жизнь и умерев мучительной смертью, во второй я наслаждаюсь, стараясь взять всё и побольше, попутно выстраивая с кем это возможно приятельские или дружеские отношения с заделом на будущее.

Так в основном и получилось. Как говорил один знаменитый персонаж: «Всё идет как я и запланировал». Магия постигается быстрыми темпами, отношения налаживаются, а жизнь, как бы странно это ни звучало, живется довольно неплохо.

Хотя на меня иногда накатывает меланхоличное настроение, если начинаю вспоминать прошлое или туманные перспективы будущего с предстоящей войной против психопата, разделившего свою душу на шесть с лишним частей, а также его Пожирателями. Так сегодня под первое сентября тысяча девятьсот шестьдесят четвертого ещё и сильный ливень пошел, а общий пир уже как часа два назад закончился. Четвёртый курс обещает быть без особых переполохов, но кто его знает, что там будет, в этом будущем…

Ну и как, спрашивается, удержаться от наблюдения за плотным ночным ливнем, особенно под такое настроение? Вот и я не смог. Хорошо хоть из башни Гриффиндора есть выход на отличный, просторный балкон, где можно с комфортом устроить себе смотровую площадку.

Предварительно наложив на себя легкое согревающее и водоотталкивающее, дабы не заболеть в первый же день и с комфортном постоять под струями дождя, избежав всех влажных последствий, смог в полной мере насладиться моментом. Не хватает только тематической музыки, но это так, уже обычные мысли.

Сколько бы лет ни прошло, я всё ещё не могу до конца привыкнуть к этому месту. Оно живое. Оно дышит. Оно знает, кто ты, что ты, куда идёшь, и всегда наблюдает за тобой, даже если ты сам этого не осознаёшь.

Днём он величественный и величавый – замок, что возвышается над всем, гордый и непоколебимый. В солнечных лучах его каменные стены сияют, а высокие башни, кажется, пронзают самое небо. Окна отражают облака, словно тянут в себя кусочки небесного полотна, и в каждом витраже играет свет, окрашивая коридоры в сотни причудливых оттенков. Где-то внизу, в Большом зале, пахнет горячим хлебом и тыквенным соком, а в воздухе витал тихий гул сотен голосов, смех, звон ложек о тарелки, шелест переворачиваемых страниц.

Но ночью… Ночью Хогвартс иной. Он древний, тёмный и полный шёпота. Лестницы поскрипывают под ногами, портреты шевелятся в такт дыханию коридоров, а стены будто перешёптываются о чём-то своём, тайном, спрятанном за веками истории. Свет факелов не столько освещает путь, сколько подчеркивает густую темноту в арках, за колоннами, в дальних углах.

А в ливень…

В ливень замок становится по-настоящему волшебным.

Ветер гонит потоки воды по карнизам, барабанит по крышам, стекая в гулкие водостоки. Капли стучат по стеклу, срываясь вниз сверкающими бусинами. Внизу, у подножия замка, озеро расстилается бесконечной рябью, его поверхность тянется к небу, отражая молнии в своих глубинах. Где-то вдали ухает гиппогриф, а из-за стен теплыми полосами пробиваются лучи зачарованных светильников.

Чувство, будто живу в персональной сказке, конца которой не будет ещё как несколько лет точно. Вот бы это длилось вечность… Мне нравится стабильность в собственной жизни, эдакая предсказуемость. Нет нужды думать тяжкие мысли о будущем, волноваться о резких поворотах судьбы. Просто планируя основной курс, все, внезапно, может стать настолько проще, что иногда сам диву даюсь…

- Чего не спишь? – За спиной раздался немного уставший женский голос подростка. Я сразу узнал его владельца. Лили Эванс.

Немного дернувшись от неожиданности, легонько улыбаюсь, повернув голову.

- Да так, не особо спалось, вышел посмотреть на природу… А ты? Джеймс опять на пару с Сириусом не оставляли ни на минуту? – Хоть сейчас и шёл ливень, но говорить громко не хотелось. Да и она также подошла ближе к перилам, предварительно наложив уже знакомые два заклинания.

- Скорее Марлин, ты же знаешь, она ещё с прошлого года хотела попасть в команду, вот и теперь взялась за старое, - она была одета в теплый вязаный красный свитер, который будто излучал от себя атмосферу домашнего уюта, на пару с обычными джинсами, а невероятно красивые рыжие волосы плавно ниспадали на спину, - уверена, теперь-то она сможет. Шафик уже выпустился и роль вратаря освободилась. Всё лето с метлы не слезала, - улыбнувшись чему-то своему, Эванс с любопытством посмотрела прямо в глаза, отчего я даже спустя четыре года знакомства с ней слегка теряюсь, ведь те слишком красивы, - а у тебя как дела, Уильям?

- Ну, в этот раз обойдёмся без эссе на тему «как я провёл лето», хорошо, Лили? - Негромко хохотнув, на пару с быстрым смешком девушки, вновь отвел взгляд на Запретный лес, который из-за дождя было достаточно плохо видно. - А так всё по-старому, - изобразив рукой непонятный жест в виде того самого «старого», умиротворенно продолжил, - магия, отдых, поездка во Францию и мечты поспать подольше. Прости, пожалуйста, - легкая вина в моём голосе заставила Лили в немом жесте приподнять бровь, что добавляло ей ещё больше шарма, - что не смог приехать, как хотел. Это внезапное путешествие на полтора месяца было тем ещё сюрпризом.

- Ничего, я всё понимаю, ты же и так сову отправил вместе со сладостями, так что подкуп удался, - лукаво улыбнувшись своей незамысловатой шутке, Эванс глубоко вдохнула свежий, пропитавшийся запахом дождя воздух.

- Понравились?

- Пф, спрашиваешь ещё. Сам же помнишь свою эпопею с «угадай любимый вкус конфет» два года назад. Я тогда, кажись, на пол жизни вперёд их съела.

- Значит, пришлись по вкусу, - удовлетворённо кивнув самому себе, слабым движением руки создал из падающих капель дождя две миниатюрные, в сантиметров пять высотой, фигуры, танцующие стандартный вальс.

И практика контроля магии, и услада для глаз. Всегда нравится использовать свою силу в бытовых и прочих мелочах, видя чудеса снова и снова, которые никогда не смогут надоесть. Да и Лили это нравится… Так почему бы не порадовать девушку, если есть возможность, ничего не стоящая?

- Ты ведь помнишь, что обещал научить этому фокусу?

- Как я мог забыть, Лили? – Драматично приложил руку к сердцу, притворно ужаснувшись, впрочем, быстро прекратив. – В плане занятий всё по-прежнему?

- Да, - согласно кивнув, она быстро обновила поддержку водоотталкивающих чар, взмахнув палочкой, которую достала из специальной кобуры на левом запястье. Моя школа… - Может пойдём внутрь? Спать когда-нибудь все же придется лечь, а завтра первым травология…

Недовольство в её голосе не услышал бы только глухой. Ну, тут я с ней лишь согласно кивнул, заходя обратно в башню. Первой парой копаться в грязи или слушать нудную лекцию прямо с утра, а если Помона зайдет сразу с козырей в виде гноя бубунтюбера… Так лень. Вот прям очень.

- До завтра, - немного сонно кивнув, видимо, даже разговор под дождём её не взбодрил, она отправилась в сторону женских спален.

- Спокойной ночи, Лили, - также попрощавшись, неспешно отправился в свою комнату, которую делю с ещё тремя парнями.

Две лестницы вниз спустя, наслаждаясь редкой абсолютной тишиной в обычно самой шумной гостиной всей школы. Ещё один поворот налево и тихо захожу в комнату, соседствующую с компанией Мародёров.

Само помещение было ничем не выделяющимся среди остальных: четыре кровати с балдахинами, столько же крепких, больших сундуков и небольшие окна между кроватями, вид из которых выходит на Запретный лес. Ну и прохладный каменный пол, благо хоть стены зачарованы и температура здесь не как в настоящем замке.

- Отбой уже как два часа назад был, Уил, - тихо и недовольно прошептал Лонгботтом, который лежал в своей кровати, не закрывая балдахин, вместе с тусклым Люмосом за компанию.

- И это мне говоришь ты, читающий книгу в полночь, Фрэнк? – Ирония в моём голосе была явно различима, отчего он лишь недовольно закрыл за собой полог, на который также наложены чары тишины.

Быстро переодевшись в пижаму, наконец могу с чистой душой лечь отдохнуть.

Еле слышимый щелчок пальцами и появляется тусклый свет, освещая закрытое балдахином пространство.

Я уже не помню, сколько раз мысленно произносил это заклинание, и всё равно каждый раз кажется, что магия работает по-своему, как будто она и не моя. «Люмос» — и вот оно, светящееся пятно в темноте, как будто ты открыл какую-то дверь в пустой комнате, где ничего нет, но свет всё равно отбрасывает тени, даже в тишине.

Иногда я думаю, как это вообще работает. Не с точки зрения теории или того, как правильно махнуть палочкой. Я уже давно перестал задаваться вопросами вроде «что это вообще?». Но магия как-то подкрадывается. Ведь ты не можешь просто взять и выучить её как уравнение. Ты не «делаешь» её — ты как бы сливаешься с этим процессом. Вот так просто произнёс слово, и всё стало по-другому. Но есть ли в этом что-то… правдоподобное?

Иногда мне кажется, что она похожа на людей. На мои собственные мысли. Мы все с ними работаем, думаем, выстраиваем что-то, а потом в какой-то момент ловим себя на том, что мысль как-то побежала вперёд, а ты уже не можешь её остановить. Вот и магия так же. Иногда ты запускаешь заклинание, и оно как бы само идёт, даже если ты не готов. Вспомнить хотя бы как я, самонадеянный, попытался на третьем курсе создать Патронуса в спальне — хотел, чтобы в комнате стало светлее и уютнее, одновременно подумав о том самом хорошем, на пару с тем, что если уж я и обладаю силой дурной, то должно и получиться... И чёрт возьми, он реально появился. Хоть и в виде жидкого тумана… Но довольству моему тогда не было предела. Осознавать то, что я настолько крут, что могу создать эрзац версию Патронуса на третьем курсе было реально мощно. Хоть и особых успехов после в этом направлении у меня не было…

Но вот в чём штука — магия не про то, чтобы всегда всё контролировать. Она — как момент. Открыл глаза — и вот ты уже в другом состоянии. Понял, что что-то не так. И магия как бы это ощущает, даже если ты не обращаешь на неё внимания. Вспоминаю, как на первых курсах всё казалось таким чётким, простым. Все эти формулы, уравнения, идеальные заклинания, которые вот-вот сработают. Но на самом деле магия — это просто крошечная щель в том, что кажется стабильным.

Теперь я просто надеюсь, что все внезапно по закону подлости не пойдет наперекосяк, потому что на самом деле магия — как этот чёртов ливень. Когда ты сидишь в тепле, зная, что снаружи дождь льёт как из ведра, а ты всё равно остаёшься в этом пространстве и пытаешься понять, почему всё не так, как ты себе представлял… Что? Ладно, плевать, уже даже мысли путаются…

…

Второе сентября, понедельник. День, как говорится, тяжёлый, и уж точно без доброго утра. Утро добрым вообще не бывает, если только ты не просыпаешься после отличной ночи в объятиях любимой девушки. А уж если это общежитие Гриффиндора и через час начинаются занятия… Тут можно только помолиться, потому что практически каждый любит поспать подольше и сделать всё в последний момент, и из-за этого обычно принять душ становится тем ещё испытанием…

Я хоть и знаю обо всех этих проблемах, стойко их игнорирую. Просыпаться пораньше для меня это настолько же страшный вариант, как для Слизеринца дружить с Гриффиндорцем, вне контекста ситуации с Северусом. Там вообще та ещё драма между ним и Лили, вмешиваться в которую себе дороже…

- Уильям, просыпайся, через час занятия, - настойчивый голос всё не давал отдохнуть подольше… - Если не встанешь, я использую Агуаменти. Ты последний остался.

Лишь спустя несколько секунд от меня последовала реакция.

- Ох, Фрэнк, что-же ты таким надоедливым родился то… - С недовольным сонным стоном рывком сажусь, опуская ноги прямо на холодный пол, промахиваясь мимо специально подготовленных вчера тапок, из-за чего неприятно передёргиваюсь от резкой смены температуры.

- Недовольный тут только ты, и при том в первый же учебный день, - со смешком ответил друг, подходя к зеркалу возле своей кровати, дабы завязать галстук.

- Не правильный не я, неправильный весь этот мир, раз просыпается так рано-о-о-а-а… - Широко, практически до слёз зевнув, все-таки встаю, быстро собирая нужные принадлежности для всех утренних процедур с тумбы, заодно захватив школьную форму.

Благо, мне хватило опыта заранее всё подготовить после того, как эльфы доставил багаж с поезда. Главное теперь всё успеть сделать достаточно быстро, чтоб ещё и успеть дойти до теплиц, которые находятся не так уж и близко к нашей башне.

Сами душевые с туалетами расположены этажом ниже в башне, с точно таким же разделением на мужские и женские, вестимо первые с правой стороны, а вторые с левой. Сама лестница находится в каждом крыле комнат на окраине у стены, ведя вниз ровно в нужные комнаты, а потому внезапных встреч мальчиков и девочек там не бывает. Это и впрямь удобно, что даже выходить из башни никуда не нужно…

А потому вполне ожидаемо увидеть картину резво шагающих туда-сюда студентов, из которых парни иногда выключаются на несколько секунд, пытаясь окончательно проснуться, ну и за мной иногда был такой грешок, признаю. Далеко не святой всё-таки.

Но в этот раз я стойко превозмог, незнамо зачем, наконец приводя себя в порядок. Школьная форма тут, стоит упомянуть, очень даже отличная! Я в ней себя прямо чувствую эдаким молодым аристократом, ха-ха!

Черный халат, с немного темно-красным оттенком внутренней части, почти как глубокий виноцвет. Халат в меру свободный, с острым, чётко очерченным воротником. Легко отличить по факультету благодаря гербу Гриффиндора - золотому льву на красном фоне - который находится на левом кармане. Львиный герб кажется ярким на фоне тёмной ткани, и он символизирует мужество и достоинство. Вроде как… Не помню точно, что там он символизирует. Но для красивого слова хотелось так сказать, да…

Рубашка белая, классическая, с длинными рукавами и застёгивающимися манжетами. Прямо как у обычных людей, но, конечно, маги немного проще обходятся с её подгонкой. Рубашка всегда заправляется в брюки или юбку (для девушек), и её чёткие складки напоминают о дисциплине, присущей ученикам Гриффиндора (три раза ха-ха!). Зато мою немного подкачанную фигуру облегает что надо, подчеркивая все достоинства собственного превозмогания в виде физических упражнений!

Тёмные брюки - чёрные, строгие, прямые. Брюки не привлекают особого внимания, но хорошо сидят, подчёркивая аккуратность и солидность ученика. У них есть стильный зауженный крой, который в целом добавляет юношеской строгости.

Тёмно-красный галстук - Гриффиндорский галстук - это яркая деталь формы, который прекрасно гармонирует с цветами факультета. Вдоль всего галстука идет чёткий рисунок в виде чередующихся тёмно-красных и золотых полос. Он аккуратно завязан, но при этом не слишком туго, чтобы не мешать движениям ученика. Если, конечно, тот сам себя им не задушит… Но один жест рукой и тот сам на мне завязывается, идеально укладываясь. Ох и не зря же столько времени убил на базовые вещи по волшебству без палочки, зато как жить удобнее стало!

Свитер - в холодное время года, кроме халата, на учениках часто бывает тёмно-жёлтый или золотистый свитер с глубоким V-образным вырезом. На груди обязательно есть небольшой герб факультета, который тоже напоминает о принадлежности к Гриффиндору. Но я пока без него, ибо лето ведь только закончилось, кем нужно быть, чтобы его носить… Ах да, точно, нужно быть педантичным Фрэнком Лонгботтомом…

Обувь - чёрные ботинки с туфлями, лаковые или кожаные, с полированным блеском. Они довольно практичные, чтобы бегать по коридорам замка, но и достаточно элегантные, чтобы поддерживать традицию строгого стиля.

В общем, тот, кто придумал эту форму, явно знал, как выглядеть стильно даже если ты тот ещё урод, за что ему моё уважение, скорее всего посмертное. Красивый внешний вид с моим то лицом и волосами это прямо убойное комбо. Хорошо, что в новой жизни я вышел тем ещё симпатичным юношей, это да. Как говорится, нарциссизмом не страдаю, а наслаждаюсь, хоть и в меру.

- Джеймс, Сириус, утречка, - здороваюсь с ещё одними хорошими приятелями, которые сонно брели в направлении душевых.

Не то чтобы мы с ними были прямо друзьями, ибо влезать в их Мародёрские шалости я не имею на то желания, да и моё довольно близкое общение с Лили, с которой я дружу начиная с первого курса, ибо ну кем надо быть, чтобы проигнорировать такую талантливую девушку, в будущем убившую Томного Лорда? Это тут тоже имеет свой вес, хоть Поттер и прекрасно понимает, что устраивать со мной из-за этого конфликт будет явной глупостью, но осадочек, как говорится, остался.

Тут дело не в авторитете или ещё чем-либо, одно дело измываться над Снейпом, который вообще Слизеринец и это будет даже благим делом, а другое над тем, кто тебе иногда помогает с учебой и практикой, да и просто готов вписаться на защиту девушек от всяких там нехороших личностей, а периодически даже участвуя в безобидных, по критериям их компании, проделках. Ну, а там, где Джеймс, там же всегда и Сириус, хоть у нас с ним и чуток получше отношения на почве склонности к особо экстремальным дуэлям.

Тот всё-таки Блэк, а потому голой силы у него тоже немало, так ещё и знание особых заклинаний, которые могут неприятно удивить оппонента. С оставшейся двоицей я толком и не общаюсь, во избежание, так сказать. Римус просто скучный человек, хоть и оборотень, который слишком замкнут, а Петтигрю крыса. И этим всё сказано.

- Доброе, Уильям, - кивнул Джеймс, пожав руку, после чего тоже самое и с Сириусом.

В гостиной уже сидело с десяток учеников, кто просто ждет друзей, а кто все ещё витает в дрёме. Там же уже был Фрэнк и оставшийся дуэт моих соседей, являющихся скорее близкими приятелями, чем друзьями. Это понятие для меня куда более важное, и такими становятся только те, в ком я уверен на все сто процентов.

- Привет ребят, - очередной хор приветствий, и мы неспешно выдвинулись в сторону теплиц. Пока дойдем пройдет еще минут пятнадцать, а до начала осталось все двадцать пять. Наверняка половина однокурсников по привычке в первый же день опоздает.

- Слушай, Фрэнк, ты точно в квиддич не хочешь? – Спросил Фоули, рыжеволосый парень с веснушками крепкого телосложения. Не знал бы его фамилию, точно подумал бы на Уизли…

- Нет, Адам. У меня в планах учёба. Очень много учёбы. Мама всё лето мозги делала, сравнивая с кузеном из Дурмштранга, то ещё удовольствие, скажу я вам, - неприятно поморщившись будто от зубной боли, Лонгботтом раздраженно растрепал свои и так не сильно ухоженные волосы. – От одного его упоминания уже хочется швырнуть что-нибудь эдакое.

- Как знаешь, а я всё же попытаюсь на вратаря.

- Мне тебя заранее жаль, - похлопав Адама по плечу, на его непонимающее лицо сказал лишь одно: - Марлин.

Вскоре коридор огласил горестный стон, в котором выражалась вся боль от разрушенных надежд.

- Да эта маньячка квиддича просто вездесуща, чтоб её… - раздражённо пробурчал он.

- Вы с ней уже виделись летом, что ли? – Барнс аж исполнил непонятный танец бровями, передавая двойной смысл вопроса. Из семьи обычных людей, добродушный и просто приятный в общении парень шатен со средней длинной кудрявых волос.

- Да иди ты, Эдвин, пошляк хренов, - отмахнулся тот от него Фоули, - просто встретились в Косом перед школой, да наши предки разговорились.

- Ну-ну, а вы там пока ели мороженное, мило ворковали, а после…

- А после я достаю палочку и кидаю в тебя Силенцио, для твоего же блага, дружище, - абсолютно серьёзно пригрозил Адам.

- Ага, а потом начнется дуэль двух Гриффиндорцев, и поразит она своей пылкостью сердца зрителей и дам в особенности… - для патетичности смахнул невидимую слезу, приложив руку к сердцу, продолжая, - и выйдет из этой битвы за честь лишь один из вас. Получив награду в виде принцессы, конечно, уверовавшей в то, что именно сей всесильный юноша её любовь всей жизни.

- И жили они долго и счастливо, да, Фрэнк? – Весело спросил Барнс, кивнув в сторону входа в теплицы, у которых уже стояла группка девчонок, среди которых была Алиса Стоун, будущая мать Невилла, вместе с Лили и Марлин МакКиннон.

Главное женское трио факультета как всегда уже в сборе.

- Знаешь, Эдвин, я склонен поддержать Адама в порыве нанесения добра и справедливости в твою сторону.

- Понял-понял, не дурак, молчу! – И для убедительности руками «закрыл» свой рот на замок

Обычно кабинеты, не считая зельеварения и собственно, травологии, открываются заранее, дабы ученики не толпились в коридорах, но тут, увы, приходится ждать. В небольшом отдалении уже видно несколько слизеринцев. Лишь бы в первый же день собачиться не начали… Я-то, конечно, впишусь, ибо не дело это, если они первые полезут, но как же напряжно всё-таки это все.

- Дамы, - выражаю за всех приветствие кивком головы, когда мы уже подошли достаточно близко, - как спалось?

- Честно? Я бы ещё часа три спала беспробудным сном. Привет, Уил, ребята, - поправляя причёску, в которую были закручены блондинистые волосы, ответила Марлин, ненадолго смежив глаза, ни на секунду не останавливаясь.

- Ты уже знаешь когда начнутся отборочные? – Фоули не стал стоять истуканом, а подошёл к просторному подоконнику, усевшись на него, предварительно положив туда небольшой плед, который всегда таскает с собой, будто талисман.

- Нет, нужно будет узнать у Макгонагалл сегодня, а ты тоже собрался пробоваться? – Без особого интереса поинтересовалась блондинка.

- На вратаря, так что даже не надейся пройти, - немного высокомерно усмехнулся тот.

- Хм, и это ты мне говоришь, Фоули, ну-ну… - особо выделив интонацией «ты», насмешливо улыбнулась Марлин.

Фрэнк и Алиса уже шушукались в стороне об очередном прочитанном учебнике по травологии, успев незаметно для всех отойти чуть в сторону, не мешая беседе, в то время как Эванс деловито проверяла сумку, поставив ту на подоконник, чуть в стороне от беседующих о квиддиче и пытающихся поддеть друг друга фанатов полёта. Наверняка уже не в первый раз перебирает, но она обычно так делает, если нервничает.

- Ну да, пойду я погуляю, куда ж мне… - еле слышно пробурчал себе под нос Эдвин, отходя к небольшой компании подошедших сокурсников, с которыми я не общаюсь ввиду слишком разных интересов.

- Все в порядке? – Спокойно спрашиваю у Лили, которой так и не терпится взять, да ещё раз проверить всё ли она взяла, ну чтоб уж точно наверняка… И при этом старательно не смотря в сторону слизеринцев. И дураку понятно, что не всё в порядке, но проявить такт всё же нужно.

Она молчала секунд десять, мрачно отложив в сторону несчастную сумку, пока всё-таки веско не ответила:

- Северус.

- М-хм, и что в этот раз?

- Мы… поссорились этим летом. Вроде бы из-за такой мелочи, но… Мы столько друг другу наговорили, - немного беспомощно взмахнув рукой, она лишь устало вздохнула.

Не знаю, откуда это пошло, но я стал эдаким зрителем со стороны, лишь изредка выдавая советы Эванс, если они ей нужны. Её отношения со Снейпом слишком сложные и, честно говоря, я до сих пор не понимаю, почему она просто не прекратит общение. Мудак же он натуральный, несмотря на всю его «любовь» к Лили, которая не мешает цепляться к той по поводу её общения с Поттером и мной. Бедняга ревнивый…

- Ты ведь знаешь, что он рано или поздно сам придёт к тебе просить прощение, там все и обсудите. И чего он только такой буйный, этот гениальный зельевар…

- И ничего он не буйный!

- Ты даже сейчас его защищаешь, серьёзно? Когда он тебе, цитирую: «столько друг другу наговорили», следовательно, это были явно не ласковые слова. Просто прими, что у каждого человека есть своя, не очень приятная сторона. Только у некоторых она занимает всё пространство, вытесняя то немногое хорошее, что есть, без остатка. Да и пытаться перевоспитать его бесполезно, а то помню я это зрелище год назад, та ещё потеха была…

- Ну, там я немного перестаралась, но можно же быть более… ну…

- Нормальным?

- Да нормальный он! – Немного протестующе и сердито сказала Лили, грозно на меня посмотрев. Мы стояли лицом к окну, наблюдая за пейзажами снаружи, негромко переговариваясь. До прихода преподавателя ещё минут пять точно.

- Нормальный относительно жутких интровертов?

- …Возможно. – Нехотя признала Эванс.

- Честно, Лили, я в шоке с того, что между вами происходит. Столько противоречий, конфликтов и недопониманий, при этом ещё и умудриться сохранить дружбу, живя на двух агрессивно настроенных друг к другу факультетах… Я завидую твоей стойкости, подруга, - с уважительным оттенком в голосе похвалил её, ей это сейчас нужно.

- Да какая там стойкость, не смеши, - слабо улыбнувшись, она устало уронила голову прямо на свою сумку, прошептав достаточно тихо, чтобы услышал лишь я: - И за что мне всё это... Можно же не быть такой сволочью хоть иногда? Ну можно?

- Не всем дано, дорогая мисс Эванс, не всем дано, - сочувственно легонько похлопав её по плечу, всем видом выражая участие, дабы ей стало полегче хоть немного.

- Профессор Спраут! – Громкий голос слизеринца, и вот мы уже заходим в кабинет всей толпой.

Что же, официально первый учебный день четвёртого курса начался… И да, в итоге Мародёры опоздали на пятнадцать минут.

Cyberpunk 2077. ОЖП.

Киберпанк. Многие мечтали ощутить ту самую атмосферу неонового города и его ярких огней, постоянной опасности на улицах, побывать в Посмертии, встретить игровых персонажей… В эту игру влюбились сотни тысяч человек, у каждого из которых была своя жизнь. Я тоже, естественно, куда без этого?

Но очередная мимолётная хотелка так ей и осталась, а быт заняли дела важнее. Университет, работа, серая повседневность и попытки прожить чуть подольше, сводя концы с концами, подыхая от тоски и апатии в съемной однушке, находя отдушину лишь в чтении с играми.

Ничего не обычного, банальная жизнь среднестатистического обывателя, коих было бесчисленные миллионы. Я была лишь одной из них до определённого, к моему неудовольствию, момента.

Сам факт «попадания» в антиутопию будущего хоть и был тем ещё бредом, но пришлось смириться. Никаких грузовиков на дороге, застрявшей косточки в горле или встречи с богами, если таковые вообще существуют. Уснула спустя сутки бодрствования и вот, проснулась здесь. Хотя «здесь» - это понятие довольно обширное.

Незнакомый потолок.

С этой культовой фразы и началась дальнейшая фантасмагория. Следом последовали нервные копошения, пять стадий принятия и бла-бла-бла, что там обычно ещё придумывают писатели для детального, собственно, описывания состояния персонажа. Именно так я чувствую себя уже на протяжении нескольких дней. Персонажем какого-нибудь третьесортного фанфика, который непонятно что тут забыл, в мире не дружелюбном и технологичном. Убить бы автора… Да вот, только и эта защитная реакция на стресс не помогает.

Ладно бы я «попала» в какую-нибудь богатую девушку, у которой из главных забот это только выбор косметики и что бы заказать в ресторане, а денег столько, что на жизнь хватило бы с лихвой. Так нет же… Чувство, будто во время создания персонажа с историей автор отчаянно накурился в хлам, выдав из своей больной психики подобие драмы. Хотя для этого мира вроде бы даже стандартная картина вырисовывается:

Мать одиночка с недавно умершими родителями, её маленький ребёнок на руках, квартира в мегабашне H10, практически закончившиеся деньги на счетах и отсутствие работы. Все бы хорошо, если бы это были просто левые люди… Но есть один маленький, как блядь говорится, нюанс. Меня закинуло в эту самую девушку. Да-да, именно девушку! Залетевшую от какого-то уебка в шестнадцать лет, не имевшую мозгов, тупую пизду, у которой в голове были лишь мысли о том, как бы ещё больше потусить и какую одежку купить, дабы выглядело стильно. Просто, сука, хоть прямо сейчас вешайся на дорогом лифчике!

Существовала спокойно, в свои-то двадцать два, тихо жила в своё удовольствие, и то сугубо по выходным. Так нет, самое время приключаться! Иссекай! Мечта бесчисленных легионов подростков и просто отчаявшихся бедолаг! Просто… обидно. Смертельно обидно. Я бы поняла если бы меня закинуло в какую-нибудь вселенную Поттера или Наруто, да даже Скайрим и тот подошёл бы! Но блядский Киберпанк?! Антиутопия, мрак-дарк-жесть-кошмар где человеческая жизнь ничего не стоит? Так здесь ещё и все эти темы с заменой личности, энграммами и скорой новой войнушкой между корпами и штурмом башни Арасака смертником на главном герое истории…

Уже не осматривая каждый угол квартиры, будто он мог дать мне ответы на все вопросы вселенной, спокойно, с долей принятия завариваю синт-лапшу в стаканчике, предварительно разогрев чайник. Вкус её, по опыту говорю, практически не отличается от оригинала из прошлого мира. Такое же дерьмо. В прочем, хоть какие-то запасы еды у бывшей владелицы тела, земля ей пухом, оставались.

Медитативно жуя резиновые по ощущениям макароны, в очередной раз оцениваю пиздец, в котором мне предстоит теперь выживать: трёхлетняя маленькая вечно активная дрянь по имени София, девятнадцатилетняя тушка Лизы с зачетными сиськами и подтянутым задом, она же Лиззи если по-местному, отсутствие средств к существованию, отсутствие работы, отсутствие каких-либо планов на эту жизнь и полное непонимание что мне делать. Чудно просто до омерзения.

Хоть само тело досталось вполне в нормальном состоянии, даже если она родила в шестнадцать. Третий размер груди, подкачанное тело, хоть и без полноценного рельефа, гладкая натуральная кожа и необходимый минимум имплантов в виде личного порта в запястье, самых простых «Кироши» пурпурного цвета под стать волосам, а также непонятная для меня хрень на правой части шеи, куда вставляются чипы. Практически девственно чиста, что даже немного удивляет.

Но самая главная моя новообретенная проблема сейчас вовсе не всё это, о нет. Все дело в том, что я в душе не имею понятия как воспитывать детей. Да я их не люблю даже! Вечно противные и шумные маленькие обезьяны, которые за милую душу будут сношать мозг двадцать четыре часа в сутки. И вот наблюдая за тем, как маленькая блондинистая трехлетняя мелочь спит на моей кровати, ибо откуда у прошлой дуры были бы деньги на полноценную кроватку, когда были заботы поважнее, обхватив руками плюшевого медведя, у меня было лишь полнейшее непонимание, которое можно было выразить одним ёмким словом, которое подходит на все случаи жизни – «пиздец».

И чем её кормить? Одевать? Как следить за ней? Чем развлекать, дабы не насиловала мозги? Может вообще её в приют сдать?.. Это была бы неплохая мысль, если бы я не оказалась в конченном киберпанке, где эти приюты в большинстве своем наверняка являются притонами. Никаких привязанностей и эмоций, я, благо, в наследство не получила от Лиз. Просто набор картинок, быстро промелькнувший перед глазами и осевший в памяти, при этом отлично усвоившись. Был бы вдвойне пиздец, если бы я к этой мелочи ещё и стала испытывать материнские чувства… Тут и до психоза недалеко, не кибер который, а самый обычный психоз.

Но самое поганое в этой ситуации было то, как эта дура зарабатывала. Ведь жить на что-то нужно было, а ребёнка одного на целый день не оставишь. А какие есть варианты, подходящие по всем параметрам, чтоб и быстро, а также деньги были хоть какие-нибудь? Ну, с учетом отсутствия даже зачатка мозгов. Правильно – проституция. Просто, блядь, нахуй. Цензурных слов нет и не будет. Осознавать, что я теперь в теле, которое отымело точно человек сорок за все время… Ох, такую речь хочется задвинуть…

- Может, действительно повесится? – пробормотала себе под нос, устало присаживаясь на диван возле стены, когда упаковка лапши отправилась в урну.

Нет, ну а что? Вариант вполне рабочий. Если один раз иссекайнулась, то почему бы не быть и второму? Но останавливало меня от этого только то, что если такое все-таки произойдет, то меня ведь и вполне может закинуть в какой-нибудь вархаммер или не дай боже в вселенную моих милых пони. Уж лучше тогда киберпанк, тут хотя-бы понятно, чего ожидать…

Какие у меня тут вообще перспективы? На улице 2072 год, корпорации цветут и пахнут, последний глобальный шок-контент происходил жалких два года назад, по итогам которого в Пасифику сейчас суются лишь отбитые психи, а Баргест на территории стадиона и его окрестностях являются царём и боженькой в одном флаконе под предводительством Курта Хансена. Через четыре года должна произойти массовая войнушка с сошедшим с ума Мартинесом, а ещё через год и события канона подойдут. Таких глобальных потрясений до восьмидесятых годов более пока не предвидится, но шанс словить шальную пулю от перестрелки или быть схваченной Когтями, дабы стать невольной участницей чёрных брейндансов все ещё велик. С такой-то внешностью, прямо говоря выше среднего, нужно быть аккуратней вдвойне.

А работа? Я вижу только один вариант – наёмники. Они же эджраннеры вроде бы. Пахать по двенадцать часов на работе за гроши мне хватило и в прошлой жизни, торговать пилоткой я уж точно не собираюсь, в корпорацию не возьмут, да и смотрим пункт первый, а так как терять мне особо нечего… - тут был невольный быстрый взгляд в сторону спящего карапуза, - то риски для жизни вполне приемлемы.

Я не являюсь гениальной девушкой, чертовски волевой личностью, безэмоциональным психом, как можно было понять, тоже. Просто обычная жительница обычной страны, в меру эгоистичная и слегка замкнутая в себе. Потому никаких чертовски умных планов как разбогатеть за считанные дни мне, конечно, не пришло в голову, как и талантов сверху ко всяким делам, жизненно необходимым, не предоставили. Жаль.

Конечно, тот факт, что я умею ровным счётом ничего, помимо рисования, на которое и пошла учиться, это если не углубляясь в детали, был неприятен, но, хэй, никогда не поздно научиться! Однако путь в сетевой бег мне определенно точно закрыт. Никогда не любила программирование, а так как тут оно вышло на новый уровень, ведь теперь в 3-D вроде как, уверена сразу сломает мне мозг, стоит только захотеть разобраться в теме. Главное, чтоб была в будущем защита какая от таких кибер-ушлёпков, чтобы не переплавили мозг за секунду, а дальше дело техники.

Вот только размышлять это одно, а вот делать… Никто ведь не пустит шпану без хрома сразу в Посмертие, а где брать заказы, как подготовиться и банально пересилить неприятие крови, которая наверняка будет, как заставить себя начать осознанно убивать ради денег… Это уже другой вопрос для будущей меня, которой и предстоит решать весь этот геморрой. А сейчас же исчадие из зАда проснулось, уведомив мир своим громким сопением и попытками слезть с кровати.

Я не вмешивалась, с интересом за этим наблюдая, будто исследуя поведение животного со стороны. Единственное, что знаю по поводу воспитания, да и то это было прочитано в какой-то случайной статье, так это то, что все дети стремятся быть самостоятельными. Вот пусть и пожинают плоды своего развития, мне же проще…

- Бодлое утло, - деловито подойдя ко мне, кроха принявшись ещё больше сопеть все-таки забралась на диван, сразу же прижавшись ко мне бочком, требовательно уставившись в глаза.

- Доброе утро. Зубы почистила? Умылась?

Важно кивнув, она выжидательно уставилась на меня, ещё и ручки скрестив для солидности… Выглядит очень странно и ни черта не мило. А она точно не попаданец, как и я? Больно уж умная для такой сопли… Я молча ждала, смотря на неё в ответ. Играть в «угадай что?» желания точно не было, а потому уже через жалкие десять секунд Соня недовольно отвернулась, буркнув себе под нос:

- Фтул.

- Фтул? – Как можно понять, неизвестно откуда взявшегося навыка понимать лепетание ребёнка во мне также не появилось.

- Лост, фтул, субы систить лаковина, - тщательно выговаривая каждое слово, до меня наконец дошел смысл.

- Тяжело быть такой низкой и слабой, да? – Сочувственно покивав, уже в ванне под ритмичное и сердитое топотание маленьких ножек за спиной пододвинула небольшой стульчик так, чтобы она смогла на него залезть сама. – Оставишь так.

И так, вопрос года: что едят трехлетние карапузы? Если в холодильнике есть только бутылка воды, три пачки лапши и консерва с неизвестным содержимым, которая скоро отправится в урну? Я вот в душе не знаю, а потому придется что-то думать…

Хм, здесь же стоит какой-то ноутбук на столе, а так как интернет, хоть с ним в этом мире что-то и случилось, все ещё работает… Найти быстрый гайд на кормление ребёнка было делом техники, также, как и то, что он может есть, а что нет, было выяснено. А потому новая порция дрянной лапши уже активно остывала. Ну разве я не гений?

Никогда бы не подумала, что этот шедевр кулинарии будет настолько универсален, что его смогут есть даже дети, честно говоря. Пока мини-пека уплетала за обе щёки макароны с теми самыми консервами, которые оказались аналогом тушёнки (лишний раз в туалет сходить всегда полезно), я банально втыкала на вид из окна десятого этажа. Все-таки все эти красивые машины и сам вид титанического города… внушали легкий трепет с непривычки.

Но вопрос финансов все ещё зудел на подкорке мозга, не давая окончательно отключиться от такой отвратной реальности. Я ведь не могу с ходу пойти, взяв пистолет, из которого даже никогда в жизни не стреляла, в руки, нанося всем добро и справедливость на пару с бобрами. Умру ведь от первого встречного, это факт. Брать долги - это ещё один принцип, которого я придерживалась. Точнее, не брать их, да. Никогда. Вот прям вообще. Иначе по закону подлости это плохо кончиться, да и навряд ли тут нашлась бы такая альтруистическая душа, готовая пожертвовать пару сотен эдди на жизнь. Связываться с бандами себе дороже, ибо потом оттуда банально не выйти бескровно.

Пу-пу-пу-пу-у-у-у… И что делать-то, блядь? Никаких связей нет, знакомых нет, должников нет, знаний и навыков тоже, конечно же, нет. Полный атас по всем фронтам. Да у неё даже ствола ебучего нет! Банального Либерти, который можно купить в любом торговом автомате! Ну насколько же тупой сукой была прошлая владелица тела, ох пиздец…

Ладно. Если вариантов нет, нужно создать себе таковой собственными руками. Готова поставить дочку этой дуры, что никакой фиксер не захочет иметь дел с бывшей шлюхой, к тому же с прицепом и без каких-либо умений. А значит, идем в самоволку. Но просто пойти и хреначить всех попало не вариант, так скорее меня уложат, параллельно пустив на органы и по кругу, забавы ради. Никаких канонных персонажей, к которым можно было бы подсосаться в этом времени тоже, кстати, нет. Ну, они есть, но я о них не знаю, так что и нет, по сути.

Тяжело вздохнув и запустив руку в свои чертовски шелковистые нежно фиолетовые волосы, с силой дернула те на себя, дабы простимулировать мозговой штурм. Тщетно.

- Ебаный пиздец, за что мне всё это…

Ладно. Пора действовать. Даже если я полное ничтожество, то полное ничтожество с пушкой в руках звучит уже посолиднее. Ничего не приходит в мысли? Значит буду импровизировать в лучших традициях Капитана Воробья… В конце концов, отчаявшиеся студентки и не через такое проходили, подумаешь, всего лишь добыть деньги в другом мире, п-ф-фа, делов-то! Вот сессия это да, там уже уровнем повыше была сложность.

- Так малыш, сиди здесь, а я пойду погуляю. Если что вот пульт от телевизора, расчленёнку не смотри, если не хочешь кошмаров, пальцы куда не нужно не суй, сопли не ешь, квартиру никому не открывай, если вдруг сможешь, ну и с окна не прыгай, ага… - закончив напутственное прощание, напоследок салфеткой вытерла перепачканный рот только что доевшей Сони. – Ну и прибери за собой. Верю в тебя!

- Ты надолга? – Невинно спросило дитё, быстро слезая со стула благодаря секретной технике «на ручки, мама», потопав к дивану, на котором лежал пульт. От последнего обращения меня даже незаметно передёрнуло. Слишком непривычно…

- Скорее всего до вечера, так что не скучай тут, - махнув рукой, отправилась прямиком к шкафу с вещами, стоящему относительно близко к двери.

Все-таки стиль соблюдать нужно, это же киберпанк! Да и куда без удобной и красивой одежды идти покупать свой первый ствол, засмею сама себя же… Если бы не знала, что эта покупка будет в торговом автомате здесь же, только на первом этаже. При том на последние деньги, после чего на счету будет практически полный нолик. Хоть интерфейсом базовым с помощью Кироши и то пользоваться научилась… Та ещё странная хрень, но, пожалуй, так сейчас можно обозначить каждую вещь в моей новой жизни.

Ну, главное не напороться на киберпсиха, мусорщиков, когтей, любых других бандитов, прочих фриков, панков с улицы, считающих себя королями мира, наркоманов, воров и… Кх-м, пожалуй, хватит. А то этот список можно продолжать бесконечно…

Cyberpunk 2077. ОМП.

Первое января, день, когда вся моя жизнь сменила категорию с “Я счастлив” на “Полный и беспросветный пиздец”.

Обычно я более оптимистичен, но точно не в данный момент, когда в руках находится футуристический аналог Автомата Калашникова, тело ощущается максимально странно и даже в некоторой степени чуждо, вокруг какие-то крики, вопли, даже выстрелы, а вокруг валяется два мужских тела в типичном офисном костюме, заливая пол кровью из своих простреленных голов.

Потрясенно осматриваю окружение, руки судорожно сжимают оружие, дышать получается отрывочно, слегка панически. Первое, за что зацепился взгляд – согнанная в кучу толпа людей, а также стоящих рядом надзирателей: трое высоких бугаев с масками из пикселей, в бронежилетах и обычной военной форме, у каждого в руках по точно такому же автомату… Успеваю также заметить огромный логотип на стене:

Банк “Фудзивара”.

- Блять-блять-блять-сука, что за пиздец?! – еле слышно бормочу себе под нос.

Но увы, спасительный обморок мне явно не грозил. Внезапно слышу слегка роботизированный агрессивный голос прямо у себя в голове:

- Ты чё застыл, Картер? Тебе к Джиму, он уже в подвале, быстрее блядь!

Дергаюсь будто от удара, быстро оглядываюсь, но… и правда в моей голове!

Ладно, вдох-выдох, вдох-выдох. Где тут лестница в подвал? Ага, вот он, знак лестницы над дверью, за приёмной. Быстро иду к нему, стараясь не смотреть на что-либо, да вообще не думать, но получается откровенно никак.

Не знаю, что за черт происходит, но искренне надеюсь, что все скоро закончится. Это точно не сон, всё слишком реальное, сердце стучит набатом, я почти физически могу прочувствовать, как мысли летают по кругу в голове, пытаясь зацепиться хоть за что-то. Тщетно.

Если я не могу взять себя сейчас в руки, происходит откровенный пиздец, который точно не является бэд-трипом со вчерашней новогодней попойки, то просто пойду по течению. Авось пронесёт и я очнусь в своей кровати с похмельем.

Дойдя до открытой двери, сразу спускаясь по лестнице вниз. Сознание находится в непонятной прострации, но тело работает. На механических частях тел у большинства из заложников даже не собираюсь задумываться, прошел по ним лишь краем глаза.

Двадцать ступенек пролетели незаметно, и я оказываюсь в… серверной?! Да что тут…

- Какого хрена так долго? Втыкай свой ёбаный порт быстрее! – рыкнул ещё один “Масочник”, доставая из левого запястья шнур, который сразу соединяет с одним из отверстий сервера.

Если бы мог, обязательно выпал из реальности от такого, но увы. Провода из тела, импланты, навороченные стволы и маски… Это… Пожалуйста, ну нет!

- Живо! – натурально рявкнул мой, видимо, товарищ по ограблению.

Мозг выдаёт один синий экран за другим, но тело делает всё само, будто автоматически. Достаю из своего запястья такой же шнур, после чего недолго думая, вставляю его в одну из множества точек доступа.

Перед глазами появляется красная полоска загрузки, отсчитывающая проценты, и опять роботизированный голос, как только число достигает ста:

- Отлично, нейронка вошла, начинаю ломать. Примерно две минуты, ещё три раннеры япошек не смогут ничего сделать, дальше сами по себе. Идите к остальным, скоро будет жарко.

От моментального осознания грядущего ещё большего пиздеца благодаря внезапно проснувшейся логики хочется завыть в голос. Ограбление банка, сетевой взлом, целых две минуты, а после ещё как-то свалить отсюда, учитывая, что скорость реагирования у местной охраны явно будет гораздо выше, чем мне хочется на то надеяться.

Резко выдираю шнур личного порта, тот автоматически затягивается обратно в руку.

Вдох-выдох. Собраться. Нужно блядь собраться! Вдох-выдох, резкий вдох, выдох. Спокойно. Пока могу адекватно мыслить, анализирую: Не понятно как оказался в будущем, или вообще другом мире, если мои догадки насчет “Киберпанка” верны, тело точно не моё, зовут Картер, или фамилия, неважно. Вооружённое ограбление банка японцев, трупы, будет ещё больше, когда подоспеет служба безопасности на пару с полицией. В теле железки навроде личного порта, искусственных глаз и ещё неизвестно чего именно.

Шанс на выживание? Я бы поставил на минимальный, хах. Но ладно, в чем я точно уверен, так это в своём желании жить, и желательно хорошо да счастливо, но ситуация явно не располагает. Сейчас даже думать не буду о том, почему, как и зачем я оказался здесь. Пусть всё происходящее и до усрачки пугает, но хоть жопу себе порву, не сдохну. Если потребуется буду стрелять, убивать и резать, учитывая местные реалии, даже если до этого и пистолета в руках не держал.

- Чего застыл, пошли давай! – резко хватанув меня за плечо, “товарищ” по делу потащил за собой, отпустив через пару метров.

На словах, конечно, каждый является героем, но одолевают меня сомнения в собственной готовности. Хоть чуточку увереннее стал себя чувствовать, и то спасибо.

Поднявшись вслед за невежливым мудаком, как успел его назвать в мыслях, покрепче сжал в руках автомат, являющийся сейчас здесь моим единственным другом и спасителем. Надеюсь.

В главном зале банка обстановка уже успела перемениться: появилось несколько новых трупов, две девушки и парень, от которых быстро отвёл глаза, внезапно наткнувшись на ещё с десяток на лестнице к следующим этажам, сама толпа теперь стояла в упор к явно запертому главному выходу наружу, а людей с оружием, считая меня и мудака, стало восемь. Гребанная бойня.

- Япошки оказались быстрее, чем нужно, безопасно уйти не успеваем. Толпу на мясо, потом по фургонам, отстреливаемся и дай Господь не сдохнем сегодня, - прокуренным, хриплым голосом сказал один из масок, кивая в сторону выхода, - готовность двадцать секунд.

И сразу же он вдавил целую очередь в потолок над толпой, заткнув любые разговоры, которых среди пленных и так почти не было, продолжив спокойным, громким голосом:

- Сейчас дверь откроется, и вы быстро валите на выход, кто не послушает, сдохнет.

Быстро прикрываю глаза, молясь всем богам, которых только могу вспомнить, хоть и являюсь скептиком относительно религии. С таких событий и уверовать не поздно, если действительно поможет.

Секунды отсчитывал так, словно по истечению таймера мне придется собственноручно залезть в гроб… Ах да, я ведь и залезу. В железный такой, на колёсиках. Пиздец.

Двери резко открываются, раздвигаясь в стороны, сразу звучит небольшая очередь, только в этот раз прямиком по толпе, после чего под аккомпанемент криков и воплей люди начинают выбегать как можно быстрее.

Вариант сыграть в героя и спасти этих несчастных даже не рассматривал, они же сами и пристрелят при первой возможности, как и наверняка товарищи по ограблению. Смотря на падающие тела, время будто замедлило свой ход, в голове стало удивительно пусто, хотя одна мысль всё же проскочила – хочу закурить и напиться.

Секунда, две, пять, восемь, толпа почти полностью выбежала, старательно обходя припаркованные почти в упор два аналога минивэна, куда мы быстрым шагом подходим. Захожу в уже открытые двери, садясь на одно из сидений. Не хочу сейчас думать, просто не хочу. Будь что будет. Может даже поседею по итогу.

Рядом сидят ещё две Маски и один за рулём, заводится двигатель и машина резко трогается с места, когда в этот же момент на небольшую площадь перед входом заезжают четыре явно бронированных джипа, которые и не думают останавливаться, несясь прямиком на таран.

Прикрываю глаза, готовясь к удару. Звук покрышек от резкого поворота, небольшой толчок и душераздирающий звук столкновения металла о металл, но мы все ещё едем. Значит скорее всего минус один минивэн… Плохо. Теперь все внимание сосредоточится на нас. Уйдём ли мы живыми зависит сейчас только от водителя.

Небольшие толчки от резких поворотов, гнетущая тишина и полумрак в салоне, вид на стремительно минующие футуристичные машины через лобовое стекло.

Двадцать секунд, сорок, минута, полторы. Уже почти вернув веру в успешный успех, но всё резко пошло наперекосяк со звуками выстрела. Не успев понять, какого черта происходит, по машине сразу же прилетела очередь, ударив по крыше.

- Дроны! Нужно сбить их.

- Как ты блядь дрона подстрелишь, идиот?!

- А Аякс на что нужен, кретин?!

- Рты закрыли нахуй! – заткнул двух моих соседей водитель, резко повернувшись и пальцем тыкнув прямиком в меня. – Картер, полезай на пассажирское, ебашь их, живо!

- Я?! – откровенно хотелось послать его, но сдержался.

- Нет я, ублюдок, а ну бегом сюда! – настолько громкого голоса слышать ещё не доводилось.

Тяжело сглотнув, покрепче перехватил Аякс, пересаживаясь вперёд. Других вариантов нет, или собью, или пиздец. Впервые в жизни буду стрелять. Вдох-выдох.

Окно открылось само, видимо водитель как-то пошаманил через порт или ещё что. Быстро осматриваю Аякс, ища предохранитель, но… Пустота. Оружие без него, серьёзно?! Ладно, переживу как-нибудь, а может и не нашёл просто, плевать.

Аккуратно высовываюсь из окна, одной рукой держась за раму для окна, второй намертво сжимая автомат. Сразу дует в лицо ветер, по телу прошёл небольшой озноб. Осматриваю что сзади, и очередная очередь с дрона почти попадает, но машина вовремя успела вильнуть в очередной поворот, пока рука судорожно страховала, не давая выпасть наружу.

Отлично, вижу две летающие железки, совершенно не обращая сейчас внимания ни на что другое. Приклад к плечу, обойму в упор к крыше, надеюсь даст хоть какую-то устойчивость. Прицеливаюсь и даю первую очередь из шести патронов. Отдача впивается в плечо, но чудом удерживаю равновесие. На глаз вообще мимо попал.

Очередные выстрелы по крыше, от которых сердце стучит по ощущениям где-то в горле. Слишком близко, слишком опасно. Но назад пути нет. Ещё двадцать патронов, первые пять из которых были пристрелочные, и один дрон чудом падает, врезаясь в лобовое стекло припаркованной машины, я же смотрю на это не отрываясь с замиранием сердца. Попал, я блядь попал!

Остаётся ещё двенадцать на второго дрона, но тут дела идут хуже. До оператора, или что там отвечает за управление наконец что-то дошло, и очередные выстрелы снесли бы мне голову, но очередной крутой вираж буквально спас ситуацию.

Адреналин зашкаливает, пульс стучит набатом, всё перерастает в сплошной нарастающий гул. Страх. Он окутывает меня настолько плотно, что даже немного размывается зрение. Я пиздец как боюсь всего происходящего. Не к такому меня мой родной политех ещё в юности на пару с последующей работой и обычной жизнью готовили, точно не к такому.

С силой кусаю себя за губу, боль отрезвляет. Панически быстро прицеливаюсь. Выстрел. Промазал. Ещё один, небольшая очередь, два одиночных и ещё пять. Магазин пуст, дальше идут только щелчки вместо пальбы. Мимо. Он все ещё летит.

Практически моментально залезаю обратно в салон, быстро проговаривая:

- Там ещё один остался, патроны закончились.

Собственный голос кажется чужеродным, неприятным, хоть и звучит неплохо: хриплый, низкий баритон. Таким бы Брюса Уэйна озвучивать какого-нибудь, хах.

- Бесполезный ты кусок дерьма, меняйтесь с Линкольном, быстрее-быстрее! – прикрикивает водитель.

Заняв своё место обратно, осматриваю свою разгрузку, быстро находя новый магазин. Пятнадцать секунд возни, разбираясь со сменой обоймы в Аяксе, параллельно слышу две длинные очереди, звучащие словно гром среди ясного неба, после чего Маска залазит обратно.

- Больше никого, - его голос спокойный, даже слегка меланхоличный, - сколько до запасных машин?

- Уже почти приехали, готовьтесь. Точку сбора знаете.

Провожу языком по губе, слизывая капли крови. Слишком сильно прикусил, бывает.

Значит, скоро мы сменим машину, после чего будет встреча. Скорее всего, другие четверо уже мертвы или в руках японцев, есть у меня сомнения что после такого громкого звука от удара они смогли бы и дальше ехать.

Остаток пути пролетел незаметно, встрепенулся лишь когда мы полностью остановились. Быстро вышел за остальными, оказавшись в небольшом переулке, где помимо нашего минивэна стояли две легковушки, вид которых будто выбил из меня воздух.

Значит, всё-таки мир Киберпанка собственной персоной. Сука, пиздец! Ну почему именно я блядь?!

Вся проблема состояла в том, что это были машины по виду один в один как та, которую имел виртуальный главный герой той истории, Ви, да и Деламейн вроде на таких разъезжал. Арчер как-то там. Удивительно, что всплыло в памяти.

Засунув все мысли куда поглубже, молча подхожу к машине, садясь на пассажирское. Права у меня, конечно, были. Вот только накладочка - в другом мире и не предназначены для машин будущего!

На место водителя садится Линкольн, так его вроде зовут, снимая маску. Точно, и самому бы надо снять, хотя даже не чувствовал её на лице всё это время… Странно. Руки сразу находят крепление, пару раз дернуть руками на пробу, и вот уже в руках просто обруч, без активных пикселей. Даже разницы не почувствовал, бред какой, все эти технологии.

Сжимаю свой Аякс, хоть как-то успокаивая все ещё бушующие нервы. Я сегодня определённо вышел за свои пределы, а ведь самый пиздец предстоит ещё впереди, как я думаю.

Тёзка президента заводит Арчер и неспешно трогается с места, выворачивая на дорогу. Даже спрашивать ничего не буду, целее останусь, да подозрений меньше вызову.

Закрываю глаза, пытаясь успокоить бушующие мысли. Ещё предстоит встреча с другими Масками, нужно быть готовым. Лишь бы я пережил всё это.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 1.

Всё случилось, когда ей было восемь лет. Путь домой из академии после скучнейших часов в жизни, очередные тренировки с дедом до самого вечера, сон и опять повторение один в один. Так знакомо и привычно, что время летело слишком быстро, но в этот раз что-то пошло не так на первом же пункте.

Перед глазами мелькают картины, пока тело находится в безучастном состоянии: изученный вдоль и поперёк тихий парк, где всегда было легко найти место для отдыха на природе. Странный шум неподалёку, грешное любопытство, ошеломляющая картина похищения какой-то красноволосой девочки, а в следующие несколько секунд сильный удар сзади по голове.

И вот она находится на плече, по всей видимости, предателя деревни, с нанесённым на лоб Фуиндзюцу, от которого даже пальцем пошевелить не может, просто чудесно. Все планы на сегодня можно смело выкидывать, а после ожидать погони за идиотами, которые додумались похитить неизвестную девчонку и одну из Хьюга.

Иначе и быть не может, ведь как только пропажу заметят, или что более вероятно, шиноби отвечающие за барьер вокруг деревни почувствуют несанкционированный выход четверых человек, после чего уж точно они отправят команду джонинов в погоню, это как минимум. Все-таки прошло всего три года с окончания Второй войны, меры безопасности были усилены многократно и действуют по сей день.

Ханна себя героиней ни в коем случае не считала, а потому предпочла тихо отсидеться и ждать прибытия помощи, после чего уж можно будет и выдохнуть. Трусость? Нет, ни в коем случае, - банальная оценка противника. Силы ученицы академии ниндзя, хоть и очень талантливой, несопоставимы против четырёх джонинов, и то, как её обезвредили, наглядно это показывает.

Вся дорога проходила в тишине, лишь вторая жертва похищения пыталась брыкаться, но ту быстро утихомирили второй печатью. И с каждой пройденной в гнетущем молчании минутой Ханна начинала волноваться сильнее и сильнее, ведь даже намёка на ближайшее спасение не было. В плачевную и критическую ситуация перешла, когда они уже отдалились от Конохи на приличное расстояние.

Паника начала накатывать волнами, осознание собственной беспомощности тяжело давило, всколыхнув что-то затаённое, спрятанное глубоко внутри неё. Картинка перед глазами начала расплываться, всё вокруг слилось в фоновый шум, пока она не осознала себя... где-то.

Белые коридоры проносились столь стремительно, что сразу становилось понятно: произошло что-то неординарное. Стремглав подбежав к металлической двустворчатой двери, которая открылась сама, будто по волшебству, она не останавливаясь прошла вглубь комнаты, которая по размеру оказалась куда больше, чем можно было даже представить.

Огромное количество необходимого оборудования для опытов, а также люди, около трёх десятков людей в белых халатах.

Только сейчас у неё получилось отметить краем сознания поразительно точную детализацию окружения: запахи, звуки, даже ощущения... тела. Опять это.

- Получилось? Есть результаты? - отрывисто спросила Ханна, уже стоя перед большим стеклом, за которым в полностью стерильной комнате находилось лишь одно операционное кресло, на котором в бессознательном состоянии находилась полностью обнажённая девушка азиатских корней.

- Да, мисс, ваш препарат сработал идеально! Никаких отклонений, мутаций, отмирания тканей или отказа внутренних органов, объект все ещё жив и даже стабилен! - живо и с большим энтузиазмом принялся отвечать немного толстоватый, лысый мужчина, который в своих очках выглядел на все шестьдесят лет. - Вынужден признать, что поражён в самое сердце вашим успехом, у нас был ещё год времени, а сейчас мы благодаря вам уже имеем готовый результат, который точно удовлетворит Директора!

- Всё перепроверили? Её клетки уже изменены? - взволнованно, с затаённой глубоко внутри радостью спросила, уже собственноручно просматривая все взятые ранее результаты анализов, сравнивая их отличие с таковыми после операции.

- Говорю же вам, это ошеломительный успех! Её организм перестроился словно чудо-господнее, каждый параметр тела объекта соответствует таковому в расчётах, - не сумев сдержать восхищения, ученый разве что только не танцевал на месте.

- Раз так... - тяжело вздохнув, выпуская накопившееся ожидание провала и более не сдерживая лёгкую улыбку, она продолжила, - я лично отчитаюсь Директору. Запомните, господа, сегодня тот самый день, когда благодаря нашей с вами совместной работе человечество сделает шаг вперёд, преодолев какие-бы то ни было ограничения!

Под радостные крики и поздравления с успехом, Ханна покинула помещение, направляясь к лифту, уже без улыбки на лице.

“Как же, совместной работе, хах! Эти придурки даже причину распада клеток от взаимодействия с сывороткой объяснить не способны, зато как нажиться на чужом труде, так с радостью. Хотя и правда стоит признать, что без ресурсов корпорации мои мечты так и оставались бы мечтами, так что ради их исполнения можно и терпеть клинических идиотов, которые только и годны, что анализы проводить”.

Поднимаясь на лифте на сотый, наивысший этаж в небоскрёбе, она быстро запоминала все результаты, печатанные на бумаге. Благо, отличная память позволяет такое, без неё было бы туго.

Выйдя из лифта и подойдя к единственной двери в этом длинном, очередном коридоре, она быстро постучалась, после чего заходит в кабинет, останавливаясь напротив дубового, лакированного стола, за которым восседал седой мужчина, весь вид которого внушал как минимум уважение.

Что-то слишком долго для очередного морока, мысли путаются всё сильнее и отделить реальность от наваждения стало почти невозможно.

- Господин Директор, сэр, испытания моей сыворотки прошли успешно, - перекладывая на стол все имеющиеся бумаги, она не переставала говорить, - поразительно, но двести пятнадцатая перенесла все изменения настолько естественно, насколько это вообще было возможно в данном случае. Её клетки теперь фактически не имеют...

- Говори проще, Ханна, понятливым языком, - перебил её немного охрипший, суровый и требовательный голос, - без всех этих терминов и прочего.

Не подавая вида раздражению от того, что её перебили, она продолжила как ни в чем не бывало:

- Фактически, эффект старения на подопытной теперь не имеет власти, её сила и устойчивость к различным раздражителям выросла многократно. Сила - за счёт усиления костной структуры организма и самих мышц по всему телу. Иммунитет у неё такой, что яды может пить будто воду, внутренние органы также стали гораздо более эффективны. Я создала сверхчеловека, сэр. Новая ветвь эволюции человечества, и ничего из этого не вышло бы без ваших ресурсов. У меня всё.

На полминуты в кабинете висела тишина, пока наконец не была прервана самим Директором, который неторопливо встал и направился к панорамному окну, вид с которого открывается просто чудесный, весь город будто на ладони находится. А уж какие ощущения от знания того, что половина города принадлежит тебе...

- Вот как... Отличная работа, Ханна. На этом, пожалуй, я и расторгну наше сотрудничество. Спасибо за твой труд, я его не забуду, а твоя сыворотка поможет вознестись нам как виду.

- В смысле... расторгаете? - недоумённо спросила женщина, от неожиданности сжимая кулак почти что до крови.

Но ответа не последовало, после чего в кабинет заходят четверо сотрудников службы безопасности.

Её захлестнула настолько всепоглощающая ярость, что всё смешалось в единый поток образов.

Вот она сопротивляется охранникам, пытаясь вырваться. Параллельно с этим она пробивает горло несущему её шиноби, который не ожидал, что она сможет преодолеть действие печати.

Ханну ударяют в живот, отчего та начинает задыхаться, надевают мешок на голову, после чего её тело соприкасается с электрошокером. Сразу же отталкиваясь от трупа, она яростной бестией налетает на другого предателя, у которого на руках была вторая пленница. Движения Мягкого Кулака, которым её учил дед, забываются, оставляя только слепую ярость.

В себя она приходит в лесу, после того как сняли мешок с головы, видя перед собой двухметровую яму между деревьями. Ханна пытается вырваться, но безуспешно, руки скреплены наручниками. Она кидается на него, используя неожиданность от её атаки на максимум, пробивая гортань сзади, шиноби падает замертво, унося с собой вниз девочку с красными волосами.

Трепыхания женщины заметили охранники, но те лишь молча толкают её в сторону ямы, недвусмысленно приставив пистолет к затылку. Девочку сносит в ближайшее дерево от очень сильного удара. Кровавый кашель, минимум перелом нескольких ребер, возможно проткнуто лёгкое.

Ярость клокочет в ней вперемешку с обидой за присвоение труда всей своей жизни Директором. Отчаянная попытка ударить шагающего сзади охранника ногой провалилась, и её бьют в челюсть, после чего сталкивают в яму, уже дезориентированную, начиная закапывать заживо. Девочка пытается встать с земли, но тщетно. Шиноби подходит к ней и с яростной гримасой перекидывает на спину пинком, после чего всаживает кунай в сердце.

Женщина умерла, задохнувшись землёй. Девочка умирает, не успев прожить и десяти лет, уже не узнав, что почти сразу после её забытия подоспел отряд из Конохи, где также был ирьёнин, который чудом, не иначе, не дал девочке отправиться в царство Шинигами.

Но никто не мог знать того, что вместо испуганной восьмилетней Хьюга проснётся девочка, которая вспомнила всё то, что было с ней раньше, до рождения.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 3.

Выписка из больницы прошла буднично. После проверки на адекватность от пережитого и повторного быстрого обследования, Ханну сдали на руки деду, который ожидал в холле больницы. И ни слова про сестру по несчастью, которой тоже не повезло попасть в плен, а также про самих предателей.

- Пошли, дома поговорим, - взяв её за руку, он сразу отправился на выход, - тебе купить чего-нибудь?

Отрицательно помотав головой, девочка продолжила идти молча, не обращая внимания на окружение, лишь мельком взглянув на него.

Поглазеть на всё можно будет и позже. Слегка удивившись реакции Хокуро, но почти сразу же поняв, что тот банально поддерживает имидж бессердечного старика на людях, она успокоилась.

Сам он выглядел для своих лет ещё неплохо: Не слишком морщинистая кожа, острый взгляд глаз, ничем не отличающихся от прочих владельцев Бьякугана, седые волосы, свободно ниспадающие чуть ниже плеч, а также его фирменное белое кимоно с черным хаори. Суровый нрав и клановый стиль в одежде делали его запоминающейся личностью, а потому неудивительно, что некоторые члены клана, попавшиеся на пути, кланялись в знак уважения.

Не смотря на всю ширину его умений и навыков, были у него и минусы со странностями. Чрезмерное увлечение тренировками, и не важно ты тренируешься сам или учишь кого-то, а также заскок на том, кем он является в глазах других людей. Ханна не понимала этой его причуды, а желания проводить анализ личности сейчас нет никакого. Самое главное, что в кругу близких он становился настоящим собой, а не ходячим камнем с минимумом эмоций.

Зная про местные нравы и жестокость, по сравнению с более цивилизованным миром, у каждого тут есть свой, персональный букет психологических проблем ещё с самого детства. А потому её отрешённость и ещё большую замкнутость ото всех можно легко понять - девочка чудом пережила похищение и травму сердца (как именно это залечили для неё все ещё загадка, а желание закопаться с головой в местную медицину уже стоит отдельным пунктом), поэтому неудобных для неё вопросов и интерес от такого события должен быстро пропасть у сокланов.

Общественность не в курсе ни о каком похищении, разве что только отряд задержания, барьерный и верхушка клана Хьюга с Хокаге и родственниками той девочки-красновласки, а более и некому знать.

Всё, что сейчас нужно Ханне - это время для адаптации и принятия новой действительности. Так как никаких новых Мировых Войн не предвидится, ибо последняя закончилась только три года назад, то угрожать ей пока ничего даже в теории не может.

Подойдя к клановому кварталу, который находится рядом со множеством просторных парков, относительно недалеко от центра селения, на входе их встретили двое охранников.

Обычно сюда ставят провинившихся в чем-либо, или просто слабых шиноби из клана, тогда как более высокопоставленные члены тут оказываются примерно никогда.

Пропустили одного из старейшин с внучкой даже не задерживая, ещё и поклонившись в дорогу. Плюсы от влиятельного дедушки тоже хороши, а то, что иногда он вынужден на несколько часов уходить на “секретные” дела к верхушке и вовсе мелочь. Попробуй кто ослушаться приказа старейшины - сразу устроит словесный разнос, а если неудачник ещё и из побочной ветви, то в зависимости от раздражения деда и тупости индивида, тот может и активацию печати на короткое время получить, которая является фактически рабским клеймом.

У Ханны такой нет и отлично, а до чужих проблем ей нет дела. Рабство? Так она и похуже вещи вытворяла ради науки, за которые ей светил бы минимум электрический стул или удушье азотом. Тем более, со своими нравами в чужой монастырь не лезут, но право слово, когда это её останавливало?

Также эта должность является ещё и допуском в секретный отдел кланового хранилища техник, а что знает дед, то он с радостью передаёт талантливой внучке, которая в свои пять лет уделала, хоть и не без труда, десятилетнего генина, парня из побочной ветви в два раза старше себя.

Понимание того, что здесь ей светит как минимум прекрасное будущее сильной куноичи, если она не помрёт в процессе, всегда радует и придаёт ещё больше мотивации к познанию ремесла Шиноби.

Для дальнего боя использовать техники ниндзя, для ближнего - клановый стиль, являющийся, по её мнению, самым смертоносным из возможных известных Ханне, а также изучение ирьендзюцу сделают из неё крайне грозного и неудобного противника. Перспективы - чудесные, осталось только не потратить время в никуда, тщательно изучая и осваивая всё, до чего сможет дотянуться. А там пусть только попробует кто напасть на неё, уж милосердием к идиотам она не страдает. Меритократия во всей красе, и именно этим мир и завораживает.

Дорога до элегантного и опрятного с виду, но уютного внутри дома заняла ещё минут десять. Войти, снять обувь и пройти на просторную кухню, находящуюся сразу слева после короткого коридора, получилось автоматически, так часто Ханна проходила этот путь.

Ещё одной небольшой традицией в этом доме являлось обсуждение всего важного, распивая чай. И дед никогда не начинал говорить что-либо серьёзное, не имея под рукой чашку любимого зелёного чая.

Никаких лишних эмоций или паники от девочки нет, ибо это стандартная практика, да и с мыслями позволяет собраться. Если и раньше психологическая устойчивость у неё была крепкой, особенно после почти полного разрыва отношений с матерью в таком раннем возрасте, то теперь уж и подавно нет повода волноваться. Она - это все ещё Ханна и никто иная, а изменения в характере после произошедшего естественны.

- Может тебе покрепче чего заварить? - с виду непринужденно спросил дед.

- Как обычно, спасибо.

Ровный голос и напряженная спина, взгляд упёрт в одну точку, руки поддерживают подбородок, опираясь об стол. Вполне обычное поведение для неё, если пережила шок.

С виду может показаться, что Хокуро тот ещё кусок льда ходячий, но это лишь маска, которая с ним всегда, если он начинает волноваться, ну или находится на людях. Но его забота о Ханне настоящая и куда более важная для неё, чем что-либо ещё. Только с ним она могла быть полностью откровенной, зная, что Хокуро всегда выслушает и даст действительно дельный совет. Но увы, есть тайны, о которым лучше не говорить вообще никому, ради собственного же блага.

Не было никакого ожидания, пока закипит вода на плите, дед просто разогрел чайник прикосновением руки, не получив даже ожога. Как он сам говорил - это его максимум в Стихии Огня.

Сделав наконец чай, ставит его перед Ханной на стол, пока сам садится напротив, держа свою чашку в руках.

- Рассказывай.

- Да нечего тут рассказывать. Шла из академии через парк, услышала шум, проверила, а после темнота и я очнулась уже на чьем-то плече. После чего... - отрешённость даже играть не приходится, ибо когда у неё много мыслей и переживаний, она всегда отгораживала себя от окружения, что в этом мире, что в прошлом. - Я опять увидела морок, только гораздо более реальный. Это был какой-то кошмар, у меня началась паника, а потом... Не помню.

Дед был в курсе про её странности, и принял это довольно легко, когда врачи заверили что хоть это и странно, но ничего плохого с ней не происходит. А клан Яманака... Себе дороже к ним обращаться.

Сказав всё, что хотела, Ханна сделала глоток зелёного чая, который приятно согревает внутренности. Вкусно. Жаль, что печенья под рукой нет, но это так, мелочи.

Вязкая тишина продлилась с полминуты, пока дед не издал тяжёлого вздоха, после чего поставил свой чай на стол, смотря теперь прямо на неё.

- Послушай, Ханна. - начал он неспешным, тихим голосом. - Такое не проходит бесследно, похищение с клинической смертью после ещё никого не делало счастливее. Я бы лично прикончил тех ублюдков, которые посмели тебя тронуть, но они уже мертвы. Если не желаешь, чтобы я лез туда, куда ты не захочешь, я приму твоё решение. Просто знай, что нести бремя в одиночку всегда тяжелее, чем разделить это с кем-либо близким. В любом случае я всегда тебя поддержу, каково-бы то ни было, знай это и помни, всегда.

И ни слова про двое первых трупов, которые появились на её собственном “кладбище”. Явно не хочет нагружать ещё и этим. Остальные мысли в голове не спешили принимать дельный образ, находясь в раздрае.

Всегда приятно знать, что есть тот, кто поддержит несмотря ни на что, и видеть подтверждение этого в виде собственного деда очень важно для Ханны, которая в обеих жизнях была лишена такой поддержки от семьи.

Нет смысла выдумывать что-либо, а делиться переживаниями хоть и звучит неплохо, но не с её прожитыми, в сумме уже сорока пятью годами, плакаться деду, учитывая, что и самих переживаний-то и нет толком.

- Спасибо, правда, - поджав губы и опустив взгляд в чашку, она продолжила слегка приглушённым голосом, - но я должна сама пережить это, мне нужно просто немного времени чтобы... обдумать всё произошедшее. И можешь сказать Ханако, что я жива и здорова? Я позже ещё сама с ней поговорю, но хотя-бы дня два я хочу отдохнуть от всего и всех, мне нужно подумать. И да, потом мы усилим наши тренировки, и я запишусь на курсы ирьендзюцу, это не обсуждается.

- Если хочешь побыть одна, твоё право. Только не заставляй маленькую тучку переживать слишком сильно, - так он называл её с сестрой: Ханна у него обычная тучка, ибо вечно ходит с непроницаемым лицом или хмурится при неудачах, а младшая всё повторяет за ней, хотя куда чаще в той всё-таки побеждает детская наивность и простота с милотой, а потому и маленькая тучка, - я конечно выиграю тебе время, но под её осадой, хах, долго не выдержу.

И опять ни слова про тренировки и курсы, он просто принял это как само собой разумеющиеся. Ну что за святой человек, никаких споров, ненужных советов и решений за неё. Все бы такими являлись, может она и была бы гораздо более социализированной.

- Я тогда пойду в душ, а потом поспать попробую, всё-таки в больнице все слишком утомительное, - залпом допив чай и оставив уже пустую чашку, Ханна встала из-за стола и подошла к дедушке, обняв его, после чего её крепко сжали в ответ, отчего она крякнула, не готовая к такому.

Что же, пару дней она себе получила, самое время основательно подумать обо всём и обозначить свои дальнейшие цели. И заодно провести ревизию собственных вещей, освежив память.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 2.

В себя она пришла уже в больнице, белые потолки которой она ни с чем не спутает. А кем именно “она” сейчас является? Хьюга Ханна, ученица академии ниндзя и просто талантливая, смышлёная девочка с замкнутым характером? Или же доктор Ханна, которая изобрела искусственную рекомбинацию генома человека, обладательница целой горы наград и премий за вклад в науку, а также до кончиков пальцев эгоистичная дрянь, которой чуждо делать что-либо безвозмездно, на благо других или же в ущерб себе?

Вопрос самоопределения занял её настолько, что она совершенно перестала обращать внимание на все, что происходит вокруг, полностью погрузившись в свои мысли, которые стали на удивление... куда более чёткими, последовательными, а также легкими. Будто она человек, у которого нет совершенно никаких забот и проблем в виде нахождения в больнице и как минимум чуда того, что она ещё жива.

Отделить воспоминания о своём детстве в Конохе от такового на прошлой родине? Ограничить привязанность к новым близким или же наоборот, отринуть старое? А смысл?

Вся её память сейчас ощущается так, будто она лично прожила обе жизни, разделяя сознание на два потока, а потому и ощущения от всех эмоциональных якорей себя-восьмилетней такие яркие:

Вот она гуляет вместе с старшей из сестёр по клановому кварталу, ссора с матерью из-за её поступления в академию, обучение у дедушки, к которому после была допущена третья, младшая из сестёр, охлаждение отношений с матерью, ведь она так и не смогла отпустить потерю своего супруга, сгинувшего на войне, тогда как дочь решила пойти по его стопам.

Но точно также ощущаются и более взрослые якори: война и смерть матери с отцом, воспитание у бабушки, учеба с самого детства, научная карьера в ходе которой были и интриги с предательством, а также воровством проектов, собственные открытия и путь к главной цели всей своей жизни - убрать ограничение в виде времени, которого даётся слишком мало на жизнь, достигнуть успеха, после чего быть закопанной заживо сразу после победы... Наивная идиотка, полностью игнорировавшая саму суть корпораций, с головой отдавшись в науку.

Так кто же она на самом деле?

Самым логичным и верным решением будет не вдаваться в философию и прочую муть, с которой она не всегда ладит, а банально рассмотреть голые факты действительности.

Сейчас она где?

Понимание приходит моментально - в Конохе, чудом живая.

Насильно задушив мысли о множественности миров и все с этим связанное, продолжает задавать вопросы:

Изменилась ли она? Определённо, но на протяжении жизни меняется абсолютно каждый, потому это вполне естественный процесс, ведь жизнь и есть движение с изменением.

Нужно ли ей отделять одну часть от другой? Нет, этим Ханна сделает только хуже, ведь она лично прожила обе жизни, память о которых сейчас так ярка.

Какие из воспоминаний первичны? А какая разница, собственно? Нужно действовать в зависимости от ситуации, а все пережитое перековать в новую, более совершенную личность, которая знает с малых лет чего она хочет, при этом не отказываясь от радостей взросления, избегая ошибок, которые наверняка делал каждый в своём детстве, и она в том числе.

Что именно произошло, в следствие чего она вспомнила всё? Без понятия, и уж точно лучше не углубляться в поле теорий и домыслов. Не поможет, так ещё и время зря пропадёт.

Но сейчас стали понятны все эти “приходы”, которые начались с четырёх лет и во время которых она видела свою же жизнь, только с другой стороны монеты. Из-за этих же странностей одногодки Ханны не шибко то и спешили заводить с ней дружбу. Как уставится она остекленевшим взглядом, так и пропадала из мира на время просмотра.

Конечно, на отношение окружающих повлияла в большей степени стерва-сестра, которой не хватило воли отправиться учиться на шиноби, предпочтя вместо этого обычную гражданскую жизнь, - благо выбор у неё был, ведь нахождение в главной ветви клана несло множество плюсов, - при этом одновременно завидуя талантам сестры и начав распускать про неё слухи.

А дети даже в мире, где царит безумие постоянных войн, все ещё являются детьми, которым подавай только игры, всякие интересности и сплетни о других. Но хоть до травли не дошло, ибо попробуй оскорби члена главной ветви Хьюга, это уже не шутки шутить, но для маленькой Ханны такое было серьёзным испытанием, вследствие которого она закрылась в себе, став ещё усерднее впитывать все наставления от деда, который явно собирается сделать из неё сильную куноичи.

Двумя “лучиками” света в её серой жизни тренировок и одиночества стали родственники - дед и младшая сестра Ханако.

Хокуро - ветеран двух мировых войн шиноби, старик, оставшийся на обочине истории, продолжающий цепляться за своё прошлое ниндзя. В свои шестьдесят пять лет он все ещё может задать жару некоторым джонинам, знающий столько неочевидных вещей, так ещё и искренне желающий “вбить” это в Ханну, которая решила стать ниндзя, а также её сестру, которая на четыре года младше, увилась хвостиком за старшей.

Если с дедом всё понятно, ведь она испытывает к нему глубокое уважение и даже восхищение его подвигами, о которых тот любил рассказывать вечером за чашечкой чая в своём собственном доме, в котором и жили две сестры, пока самая старшая, третья, была с матерью.

Но вот с Ханако всё более сложно получилось: когда Ханне было четыре года и младшая только родилась, сразу через два месяца после столь знаменательного события отец семейства погиб, а детали произошедшего ребёнку никто и не думал говорить. С этого началась отправная точка к разладу в семье, который и стал причиной того, почему двое детей не живут с матерью, вместо этого проживая у дедушки в доме. Двухэтажном, уютном и просторном доме, между прочим, являющимся куда более комфортным для них, чем таковое жилище у мамы.

После кончины отца, супруга заимела радикальное, остро негативное отношение ко всему, что связано с профессией шиноби, а потому когда Ханна вопреки её воле стала учиться у дедушки, проявив таланты с раннего детства, дом познал первый, но далеко не единственный скандал, каждый из которых заканчивался тем, что малышка оставалась при своём мнении, тихо рыдая у себя в комнате после того, как все грубые и чудовищные слова были уже сказаны.

Её отдушиной помимо тренировок стала младшая сестра, в заботе о которой пропадали все тревоги, которые волновали сердце девочки. Так прошел год, два, и наконец четыре, когда Ханако постепенно, но неумолимо шла за своей сестрой, которая являлась для неё своеобразным идолом, решимость которого была непоколебима. По крайней мере, она так думала, не замечая по утрам опухших глаз сестры после очередной ссоры, но и этого с годами стало меньше, пока не прекратилось полностью.

Благодаря деду и его советам она смогла справиться с этим, попросту перестав тратить сколь-либо сил и нервов на свою мать, ничтожность которой стала для Ханны очевидной, раз та видит в собственном ребёнка врага, поработившего своим влиянием младшую из троицы.

И вот она сейчас - новая, более совершенная личность с крепкой психикой и чётким пониманием того, что ей необходимо для собственного блага. Какие-либо планы на будущее строить бесполезно, ведь ей нужно будет самой ко всему адаптироваться, посмотреть на многие вещи под другим углом, понять местные ценности и менталитет на более глубоком уровне, чем это могла сделать ребёнок, и лишь уже после можно будет задуматься о более глобальных целях в жизни.

Ах да, а также не допустить того, дабы не повторилось такое, что она не сможет дать отпор кому-либо, кто посягнет на её свободу и тем более жизнь.

Полностью разобравшись с тем, кто она такая, Ханна принялась наконец за реальный мир.

Лёжа на мягкой кровати, укрытая одеялом, ей даже не нужно шевелить головой, чтобы узнать интерьер медицинской палаты: деревянная кровать с матрасом возле окна с подоконником, которое закрывает спасительная штора, не давая свету доставать прямо к лицу, кран с раковиной напротив, а также небольшой передвижной столик слева от кровати.

Всё это одинаково, если ты бывала хоть в одной одиночной палате. Ей довелось, и не один раз, ведь иногда дедушка был чересчур... увлечённым в тренировку, что не всегда заканчивалось безболезненно для девочки.

А что же до собственного состояния, то чувствовала она себя на удивление чудесно, что сильно удивило, зная, что с кунаем в сердце, как бы, не выживают. Никаких треснутых рёбер, проткнутых лёгких, сотрясения мозга, да даже сердце и то работает как обычно!

Оттянув воротник и заглянув на место, куда и было воткнуто оружие, она заметила лишь небольшой, даже почти не заметный шрам. Ну... ничтожная цена за выживание там, где ей суждено было умереть.

Попробовав встать с кровати, что удалось запросто, Ханна подошла к раковине, ступая босыми ногами по довольно-таки холодному полу, но тапочек, увы, предусмотрено не было. Ополоснув лицо холодной водой и окончательно взбодрившись, она направилась прямиком к двери. Ведь нужно же дать знать врачам, что она очнулась наконец. Наверняка сама операция по спасению её бренного тела заняла много времени, так что прошло не меньше двух дней с момента потери ею сознания, в этом уверенность полная.

Выглянув в коридор, и сразу заметив медсестру, занимающуюся стандартным обходом палат, она лишь молча наблюдала за ней, ожидая пока та не подойдет ближе, после чего “прокашлялась”, а дальше всё пошло по вполне понятному сценарию для больницы:

Её положили обратно в постель, а чуть позже пришел ирьенин, девушка лет двадцати пяти на вид примерно, повторно обследовавшая Ханну с помощью техники Мистической Ладони и довольно скоро вынеся вердикт о полностью целом организме.

Для неё было странно наблюдать действие первой увиденной техники после становление чем-то отличным от обычной девочки. Слишком двойственно. С одной стороны привычная к такому будущая куноичи, а с другой скептик относительно всего, что не было доказано, и видеть такую картину, нарушающую всё, что знала Ханна о природе вещей, было непривычно.

Не концентрируясь на этих чувствах, она приняла всё это за естественный порядок вещей, к которому ей предстоит заново привыкнуть, а после и по полной использовать самой.

Перспективы становления девочкой-волшебницей, умеющей исцелять и калечить одновременно - будоражат само естество.

Кажется, она повторно влюбилась в чакру и всё, что с ней связано.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 4.

Комната Ханны находится на втором этаже. Деревянная дверь, за которой просторное помещение, в котором она может полноценно расслабиться.

Кровать у окна, стол с письменными принадлежностями и книгами из академии вместе с удобным креслом, большой шкаф с кучей однообразных вещей, а также отдельная ванная комната, вход в которую отделяет лишь ещё одна дверь. И в виде завершения остается огромный, пушистый ковёр темно-синего цвета, покрывающий сразу все пространство на полу.

Довольно скромно, нет никаких игрушек или вещей слишком ярких цветов, как это любили некоторые её одногодки. Но такая обстановка в темных тонах всегда действовала на неё успокаивающе.

Сходив в душ и смыв все больничные запахи с уличной грязью, переодевшись в домашнюю одежду, Ханна с чувством полной расслабленности завалилась на кровать, прикрыв глаза и наслаждаясь мимолетным чувством полного счастья. Всегда нужно уметь ценить мелочи жизни, находясь в любых ситуациях, иначе эта самая жизнь банально потеряет большинство красок, слившись в единый серый поток.

Никто за ней не подсмотрит с помощью Бьякугана, ибо на всех домах, принадлежащих клану, нанесены специальные печати, делающие обзор внутрь невозможным, позволяя “всевидящим” шиноби почувствовать уединение. Никто не залезет ей в голову, не скажет лишнего, не собьёт нужный настрой и ещё кучу всего “не”.

Можно и подумать обо всем наконец со спокойной головой.

Для начала разобраться с собственным телом.

Итак, всё, что она видит в своих воспоминаниях, включая ощущения от этого, точно такие же, разве что с новыми мыслями благодаря большему опыту.

Ей все ещё нравится своя комната, занятия в академии также скучны, ибо с дедом она программу перегнала уже давно, а так как тот настоял на обязательном посещении, то она старается не выделяться из толпы, не желая привлекать к себе лишнее внимание. И также со всем прочим - чувства абсолютно те же, только иногда появляются вопросы категории “зачем, почему, как и какой конченный идиот решил делать именно так”?

Цели на будущее?

Проверить все ли навыки тела остались прежними, посвятить почти все свободное время тренировкам для получения силы, благо усердием с терпением, а также природным пониманием и “схватыванием на лету” она не обделена.

Записаться на курсы ирьенинов, знания местной медицины и её возможностей жизненно необходимы. А если совместить это со знаниями более старшей “себя”, адаптировать ту же сыворотку искусственной эволюции под возможности чакры... Перспективы ужасающие в своей привлекательности.

План на ближайшие пару дней?

Пункт первый - морально подготовиться к тому, что у неё есть супер-милая (по крайней мере лично для Ханны) сестра, которая старается во всем подражать ей.

Пункт второй - перебрать всю память тела вплоть до первых воспоминаний, благо что запоминать она может на феноменальном уровне. Мало ли что-то всплывёт в неудобный момент, а потому нужно такого избежать. Да и освежить в памяти всякие заморочки с менталитетом местных.

Пункт третий - морок. Что это такое и почему она видела свою “современную” жизнь? Притом появлялось это в моменты стресса. Теорий множество, можно начать хоть с того, что так ей проявлялись фрагменты из прошлой жизни, но уже одно это не выдерживает никакой критики. Например, идеальная синхронизация - если испытывала стресс тут, то там таких проблем не было и никаких видений во время паники или прочих факторов она не замечала за собой.

Иногда морок мог быть сплошной повседневностью и рутиной, что навевало на мысли о том, что они обе жили одновременно, просто в разных вселенных или ещё где-либо, а во время смерти, причем опять-таки в одно и то же время, они слились.

Почему этот мир, а не другой? Так потому что там она не имела шансов выжить, и чакры там никакой не было, благодаря которой она и выжила здесь. За души она даже не будет думать, ибо там сплошные домыслы, абсолютно сейчас не нужные, да и толку с них никакого.

С памятью вроде бы всё в порядке, Ханна прекрасно помнит все происходящее:

Смерть отца на второй войне, когда ей было всего четыре. Обучение основам бытия шиноби и клановому стилю тайдзюцу, а также освоение Бьякугана вместе с дедушкой. Параллельно жутко нудная учеба в академии, где она никогда не любила находиться, ибо слишком уж там шумно. Такое ощущение, что у однокурсников вечный реактивный двигатель в тело встроен. И как завершение - выбивающиеся из рутины похищение двух девушек, одна из которых уже была генином, собственная клиническая смерть и таинственное воскрешение с новой памятью.

С её закрытым характером проблем в социуме не предвидится, а всякие мелкие отклонения естественны после пережитого.

На следующий день проснувшись рано утром, она отправилась гулять по деревне. Уснув почти сразу же, как посчитала все вопросы решёнными, захотелось посмотреть новым взглядом на место дальнейшего проживания.

От академии у неё недельный отдых, да и все равно желания туда идти сразу после больницы нет никакого, тем более дед не отпустит.

Одевшись в комфортные штаны и легкую кофту, темно-синие вещи, которые носили в повседневности большинство других Хьюга из тех, кто не любит кимоно и схожие с ним варианты, она оставила на столе записку про свой уход, предварительно выпив горячего чая, пошла на выход из дома.

Хокуро уже ушел с утра на очередное собрание старейшин, а Ханна наслаждалась свежим утром и мягкой, комфортной тишиной в округе. Большинство людей ещё спит, потому никто и ничто не мешало ей рассматривать красивые деревянные дома, каждый из которых неуловимо отличался от предыдущего. Архитектура напоминает ей Японию её прошлого мира, спальные районы городов. Там были похожие домики, разве что часть не из древесины.

За десяток минут неспешного шага, наслаждаясь лёгким ветерком и первыми лучами солнца и дойдя до главного входа в квартал, где уже стояли двое проштрафившихся генинов, она спокойно вышла наружу, не обращая на тех внимания.

Первым хочется посетить гору Хокаге, и не став себе отказывать, она направилась прямиком к ним. По улицам, среди точно таких же деревянных домов или небольших квартир, ходили немногочисленные гражданские, создавая легкий шум разговоров и оживления сонного царства.

Можно было, конечно, пойти верхним путём, прямиком по крышам, но спешка ни к чему, а проверить свои навыки ходьбы по стенам и супер-прыжкам она успеет на обратном пути.

С первого взгляда по местному быту и настроениям даже не скажешь, что Коноха ещё не полностью сумела оправиться после прогремевшей на весь мир войны, в которой, если верить словам деда, смертей на каждую скрытую деревню было чрезвычайно много. Спустя целых три года далеко не все последствия были устранены, а пограничные патрули и миссии за границами селения стали опасным делом даже для джонинов. Сколь много было погибших, столько же и возможно даже больше было трусов, которые бросали единственный оплот безопасности и становились нукенинами - предателями деревни. Их нежелание умирать на фронте было сильнее страха преследования и шанса умереть от каждого встречного шиноби, в особенности из родного селения.

Но Коноха выстояла и даже отчасти вышла победителем, ведя войну на три фронта. По словам Хокуро, на собрании джонинов даже выдвигали идею о мобилизации детей, только окончивших академию, и поддержка у такого движения была, но Хокаге, Сарутоби Хирузен, фактически наложил Вето на такое решение, отчего пошло много кругов по воде, да и любви от большинства это ему не добавило, ведь остальные ниндзя были вынуждены продолжать ещё больше рисковать своей жизнью, тогда как была альтернатива в виде генинов и снижения нагрузки, ведь те стали бы в каждой бочке затычкой, позволяя сосредоточиться на более важных задачах.

Пусть страдают взрослые, пока дети растут, да? Ханна не разделяла такого мнения, хоть и понимала мотивы и даже отчасти благодарна, ведь сама она сейчас ребёнок, а кто его знает, когда грянет следующая мировая война. В её неизбежности она не сомневалась ни капли, ведь когда селения вернут силу и количество шиноби возрастёт, опять начнутся конфронтации между собой, а там и желание урвать у соседа побольше ресурсов и лишить их живой силы, урезая доходы с миссий, и вот уже привет Третья Война.

Находясь в своих размышлениях, ноги сами несли её на верх по лестницам, пока спустя часа полтора субъективного времени она наконец не оказалась на самом верху. Лезть именно на каменные головы у неё нет никакого желания, отсюда также открывается прекрасный обзор - вся Коноха как на ладони.

Если брать на взгляд, то скорее всего здесь проживают всего тысяч пятьдесят - шестьдесят населения, где из них пятнадцать примерно являются шиноби. Впечатляющие цифры, на самом деле, ведь всю эту орду нужно ещё и кормить, одевать, платить зарплату, обеспечивать работой... Теперь стало чуть понятнее причина такого агрессивного дележа власти и сфер влияния во время войн, ведь от миссий по всей стране напрямую зависит доход. Меньше заданий - меньше денег - больше недовольных.

Площадь селения также впечатляет, ведь учитывая все леса, парки и тренировочные площадки, входящие в территорию, получаются вполне внушительные цифры.

Насмотревшись на отличные виды, Ханна отправилась обратно вниз, не рискуя идти по практически полностью вертикальной поверхности с помощью чакры. Инстинкт самосохранения у неё сейчас мягко так намекает, что она ещё не готова к такому. Нужно привыкнуть к новым возможностям.

Первым шагом к этому станет обратный путь по крышам с использованием чакры. В отличие от академии, дед давно научил её ходить по деревьям с водой, при этом усиливая свои прыжки почти что идентичным методом.

Десять минут спуска вниз, после чего всё получилось... инстинктивно, будто заранее знаешь, что и как делать. А ведь так и есть, хех. Тело осознанно выполняло прыжки от стен, управляя чакрой в теле. Это непередаваемое ощущение энергии и того, что тебе действительно по силам ходить по стенам и бить с чудовищной силой, двигаться со скоростью пули... опьяняет! Желание работать и работать с чакрой стало только больше, когда от собственной скорости прыжков ветер щекотал лицо, а прыжки были длинной от пяти метров.

Теперь осталось посмотреть остальную часть деревни поближе, в этот раз с надеждой на то, что очередных похитителей маленьких девочек тут не будет, позже записаться на курсы ирьёнина, предварительно поговорив с дедом, и жизнь станет ещё прекраснее!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 5.

Легкий бодрящий ветерок, жители неспешно занимались своими делами, некоторые шиноби уже спешили на миссии с утра пораньше, где-то на крышах щебетали птицы, слышен редкий смех детей.

Умиротворение. Вот что чувствовала Ханна, бродя по Конохе. Будто это отдельное царство беззаботности, где нет места угрюмости и печали, а все проблемы становятся менее напряженными, чем они есть на самом деле.

Неспешно гуляя, уже успев испытать чакру в действии, Ханна могла признать самой себе, что под расширенным взглядом нового опыта, Деревня скрытая в Листве ей действительно нравилось, учитывая то, что относительно не так давно ещё гремела война, с виду и не скажешь, будто она смела коснуться покоя селения.

В её прошлом во время войн целые страны оправлялись гораздо дольше, а жизнь скачкообразно становилась тяжелее. Не было счастливого смеха, относительного покоя и даже безопасности и той, не было. Отвратительно в сравнении со здешними порядками.

Решив не тратить время понапрасну, она сразу отправилась в сторону главного госпиталя. Все-таки она любит медицину и все, что с ней связано ещё со своего прошлого детства, а возможности, которые открывает чакра, поражают воображение, так что ей хотелось поскорее начать её изучение, скрещенное с врачебным делом.

Проблем возникнуть не должно, ибо рук в больнице всегда не хватает, а будущая юная шиноби, которая хочет пройти обучение, это прямо-таки дар свыше для врачей, ибо обычно подавляющее большинство желает лишь одного в таком юном возрасте: технику посильнее да игры повеселее, страшное комбо на самом деле.

По словам деда, если продержишь начальный темп обучения в течение двух месяцев, то дальше проблем возникнуть не должно, а знакомства в госпитале так это дело вообще отличное! Всегда будет полезен тот, кто сразу сможет тебя подлатать или достать чего нужного, по дружбе естественно.

Учитывая возраст Хокуро, который в местных реалиях вполне может считаться ходячей историей, ибо большинство шиноби не доживает и до сорока лет, не верить ему в чем-либо смысла нет, если это не выходит за адекватные рамки, конечно.

Полчаса на дорогу по достаточно небольшим улицам, когда Коноха уже почти полностью проснулась и стала куда оживлённее, и Ханна уже в госпитале. При этом даже тени усталости не наблюдается, что для восьмилетнего организма поразительно, но пора уже привыкать к тому, что как раньше уже не будет.

Для главного госпиталя, на взгляд Ханны, высокой загруженности тут и близко не было. Хотя за все шесть этажей и всю длину здания она отвечать точно не может. Одно из самых высоких зданий в деревне находилось относительно не далеко от центра, куда удобно добраться из любой точки. Внутри же практически все было в белых тонах, по духу напоминая старые госпитали из прошлого мира.

Недалеко от входа находилась регистратура, где находились сразу трое медсестёр. Сходу направившись к единственной свободной сейчас девушке, ибо оставшиеся о чем-то говорили с посетителями, Ханна без предисловий начала разговор:

- Доброе утро, я хочу записаться на курсы для будущих ирьёнинов, что для требуется?

- Желание помогать людям, пробужденный очаг чакры и стремление к знаниям, на пару с терпением, - медсестра посмотрела на неё слегка удивленно, но сразу же начала отвечать явно вбитый на подкорки мозга ответ, не задумываясь ни на секунду, - ты правда хочешь стать ирьёнином в таком раннем возрасте?

- Да.

Лаконичный ответ и молчаливое ожидание, смотря прямо в глаза.

- М-м, давай отойдем, а заодно и заполнишь необходимую форму, ты ведь ученица академии, я правильно поняла? - На ходу доставая из шкафчика нужную бумагу, она сразу начала выходить наружу, через обычную деревянную дверь. Остальные посетители не обратили внимания, занятые своими делами.

- Да, Хьюга Ханна, ученица первого курса академии ниндзя, класс 4-А.

Деление на классы зависит от твоего клана и потенциала как шиноби, или же только второго, если ты бесклановый или сирота. Собственно, от А до D класса соответственно. Ничего удивительного тут нет и в помине.

- Хьюга, значит? - непонятно чему кивнув самой себе, она вместе с Ханной оказались в отельной комнате, вход в которую был рядом с регистратурой. Большой стол в углу комнаты, возле большого окна, шкаф и несколько диванов для отдыха. Мило. - Бьякуганом пользоваться умеешь?

Молча присев за стол, Ханна посмотрела на неё таким взглядом, от которого медсестра невольно смутилась.

- Кхм, что же, раз ты тут, то кто-то да точно знает в клане о твоём желании, а значит проблем не будет. Вот, заполняй по форме, максимально подробно! Если что-то непонятно, спрашивай.

Положив перед ней обычную форму с вопросами и данными о себе вместе с ручкой, девушка уселась на ближайший диван. Что же, вопросов нет, а сама форма вполне стандартная: клан, имя, возраст и прочее-прочее, что только может понадобиться.

Сама бюрократия заняла у Ханны примерно полчаса, после чего она, проинструктированная и с новыми книгами на руках, которые ей сказали за две недели освоить, ушла уже прямиком в свой квартал. Для обычного желающего шесть книжек может и покажутся испытанием, но нужно ведь понимать, что ирьёнин - это серьезная профессия, очень требовательная к навыкам. Неужели уже пора вспоминать свой прошлый мир и учебу в медицинском университете? Слабая улыбка от ностальгических воспоминаний и не думала угасать, даря самой себе чувство спокойствия и небольшой уверенности.

***

Удары хлестко рассекали воздух, звук столкновения ладоней с деревянными манекенами не угасал ни на минуту. Красивый малиновый закат вместе со слабым ветром и практически полная тишина в квартале Хьюга. Все это создавало свою, уникальную атмосферу, позволяя полностью сосредоточиться на тренировке, отдаваясь процессу всей душой.

Ханна уже второй час подряд методично проверяет все уже изученные навыки, вбитые в своё тело дедом на многочисленных занятиях:

Стойки Джукена, знаменитого кланового стиля тайдзюцу Хьюга, связки ударов, которые превращаются в полноценный танец, благодаря Технике Мягкой ладони делая его чудовищно смертоносным для оппонента, контроль чакры на максимально возможном уровне, где требуется с хирургической точностью отмерять нужное количество для каждого удара, усиление собственного тела и не слишком продвинутые, но вполне приемлемые для её возраста навыки по Сюрикендзюцу.

Каждая уже изученная вариация кланового тайдзюцу была опробована, стандартные удары и комбинации повторены и результатом Ханна осталась чертовски довольна. По словам Хокуро, ещё год и её основной фундамент, необходимый для каждого члена клана, будет превосходен. Ужасающие результаты для восьмилетнего ребёнка и ещё более чудовищный повод для гордости деда от осознания того, что его внучка точно станет если не сильнейшей, то одной из - гарантированно. А потому нагрузки соответствуют ожиданиям.

В её пять лет проводились общие клановые тренировки, где каждый из молодежи показывал то, чего достиг. Именно на ней она и заявила о себе на весь клан в таком юном возрасте, протерев пол новоиспечённым генином, который был в два раза старше Ханны. Ох, чего только стоило тогда деду сохранить лицо и не начать обнимать её там же, только ему и ведано.

Там же, кстати, она впервые увидела будущего главу клана Хиаши, который тренировался с Хизаши, младшим, который уже носил на своём лбу проклятую печать. Как сейчас вспоминает Ханна их тренировку, так прекрасно понимает, что из обоих братьев уже получились грозные шиноби, состоящие в ранге чунинов, и сейчас она навряд-ли сможет что противопоставить, ведь разница между ними в целых одиннадцать лет, но она уверена, что скорее рано, чем поздно и с ними она справится. Клановая гордость никуда из неё не пропадала, просто заглушена рациональностью и здравомыслием.

Через месяц, когда она окончательно освоится со всем и жизнь войдет в свою рутину, она хочет изучить академические техники ниндзя, а после и за клановые взяться, тратя практически все свое время на учебу. Все-таки, выдержка взрослого сознания и понимание того, что это необходимо для комфортного существования в будущем творили настоящие чудеса с мотивацией.

Ещё час непрерывной практики, над телом уже начала брать верх усталость, а потому Ханна начала заканчивать тренировку.

Сходив в душ и смыв с себя всю грязь, разлегшись на мягкой кровати, она не знала, чем заняться. В голове мыслей никаких, желания подняться ради изучения местной теории медицины тоже нет. Слишком устала, скорее морально, но увы, с этим поможет лишь время. Нужно только заново привыкнуть ко всему происходящему.

Интересно, а если есть чакра, то тут есть знаменитые китайские культиваторы? Или... точно, они же используют Ци, а хотя не так уж и важно... - из состояния полудрёмы Ханну вывел негромкий стук в дверь.

И что деду понадобилось?

- Открыто! - громкий звук неприятно резанул уши, нахмуренные брови ожидали внезапного посетителя.

Миг, и в комнату практически влетает маленькая фигурка, от которой сердце будто замерло, сразу заключая её в объятия. Ханако.

Ханна молча обняла в ответ, параллельно осматривая девочку четырех лет:

Темно-синие, до лопаток, прямые волосы, симметричное, очень симпатичное лицо и маленький рост делали её крайне милой.

При объятиях внутри будто заново расцветало чувство уюта и некоего спокойного умиротворения. Сначала она сомневалась, что именно будет испытывать к сестре, но сейчас, наконец встретив Ханако, Ханна поняла, что это действительно её сестра, которой раньше, в прошлом мире у неё не было. Конечно, это будет поначалу двоякое ощущение, но ничего. И раз есть та, кто слепо верит тебе и искренне любит всем сердцем... То как не ответить такому и впрямь лучику счастья полной взаимностью?

- Все в порядке? - крепко прижимаясь, обхватив ручками шею, тихо спрашивает сестра.

- Да, цела-здорова, как видишь, а ты как? - легонько поглаживая по голове, Ханна вспоминала это ощущение мягких волос и таких приятных объятий.

- Цела?! Здорова?! Ты пролежала в больнице два дня! Я волновалась! Вдруг ты... ты, с тобой...

Услышать легкие всхлипы она точно не была готова. В растерянности слегка отодвинув сестру и сев рядом с ней, обняла и прижала её к себе, будто плюшевую игрушку. Конечно, взрослая Ханна была практически в панике, ибо ей не доводилось иметь дело с утешением детей, но, ха-ха, в этом аспекте жизни младшая версия самой себя оказалась более умелой, а потому все действия выходили практически сами, как и слова, что она принялась нашептывать ей:

- Ну все, тихо-тихо, никуда я от тебя не денусь, со мной правда всё в порядке. Да и что со мной может случиться? Я ведь твоя сестра! Лучшая из всех сестёр на свете!

- Правда?

- Конечно правда! Сомневаешься в своей сестёрнке?! - в притворном легком возмущении переспросила Ханна.

- Нет! А правда-правда? - и как посмотрит прямо в глаза таким взглядом, от которого только тихо вхдохнуть и остается. Слишком убойный аргумент.

- Правда-правда, маленькая тучка, правда-преправда!

- Не называй меня так!

- Так ты ведь и правда маленькая тучка, что такого?

- Ханна!

- Да, тучка?

- Хмф, сама такая! - с гордым и независимым видом отвернувшись, Ханако полностью залезла на кровать, затащив с собой и сестру. - Сегодня я сплю с тобой.

- Конечно, как скажешь сестрёнка. Или может всё-таки большая тучка?

- Ну... если большая, то ладно!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 6.

Как выяснилось, если не брать в расчет чакру, то общая теория по медицине практически такая же, как и предполагала Ханна. А вот все то, что касается энергетической составляющей в данный момент являлось для нее беспросветным мраком, который еще только предстоит развеять. Все книжки не заняли и полутора недель, как она уже была в госпитале, где пройдя очередной опрос от приставленного к ней куратора - пожилого мужчину, где-то лет пятидесяти, наконец ей выдали еще больше книжек, только теперь более связанных с чакрой, но этот раз со сроком прочитать за неделю.

Лишь хмыкнув про себя, Ханна принялась и за их изучение. Пока что, по крайней мере, для нее нет чего-либо сложного. Но вот проблемы настигли с той стороны, которую она ненамеренно выкинула из головы - академии шиноби.

Оказалось, что терпеть шумных одноклассников оказалось для нее действительно тяжело. На каждой перемене между уроками поднимался гвалт, и они, будто заведённые, издавали такое количество шума, будто там разразилось настоящее сражение, не иначе.

Сам материал не представлял для нее никакого интереса, ведь с дедом они ушли уже далеко вперёд, спарринги были аналогично скучными, ибо против Джукена мало что можно было противопоставить. А потому однокурсников она закономерно игнорировала, будто их и вовсе не существует.

Хокуро всё также гонял её на тренировках, а Ханна только и рада, ибо физически чувствовала, как становится лучшей версией себя прежней. Это было в некотором роде опьяняющим чувством, хотелось испытывать его ещё, ещё и ещё.

Единственное, что выбилось из уже привычной рутины, так это встреча с товарищем по несчастью, той самой красноволосой девочкой-генином. Если быть точным, то она сама нашла её, непонятно как для Ханны, но да не суть.

В тот момент она возвращалась из академии после очередного дня, где ей посчастливилось не умереть от скуки, ведь в этот день были спарринги между учениками. Было довольно потешно наблюдать за трепыханиями бездарного Учиха, представителя ещё одного благородного клана Конохи, при том ещё и Основателя. Этот Обито был настолько ничтожен по её меркам, что даже какая-нибудь девчонка из бесклановых без проблем скрутила бы его за несколько минут. Хотя забава довольно быстро наскучила, а все, что осталось - лишь презрение к такому идиоту, который имея на руках все возможности стать лучше, сильнее, вместо этого так тупо тратил своё время, при этом умудряясь докучать Нохаре, ещё одной однокурснице.

Когда до своего квартала оставалось пройти около пяти минут, она заметила красную макушку, которая шла прямо ей на встречу. Девочка была чуть выше, примерно на сантиметра три, чем Ханна, и одета во всё то же кимоно, или что-то отдаленно на него похожее, желто-черной расцветки. В местной моде она не разбирается и даже думать об этом нет желания.

Заметив Ханну, которая шла через небольшой поток прохожих, она шустро замахала рукой, привлекая внимание проходящих мимо гражданских.

Игнорировать столь явное приветствие будет как минимум невежливо, а потому слегка подняв руку и помахав в ответ, Ханна направилась прямиком к ней. Интерес на пару с любопытством медленно разрастался по всему телу, желая узнать личность товарища по несчастью.

- Привет! А я тебя уже сколько искала, по всей деревне прошлась! - жизнерадостно начала красновласка, не давая вставить и слова. - Я Кушина, приятно познакомиться! Давай отойдем подальше, я думаю нам стоит поговорить.

- Мхм, я Ханна, привет...

Ханна слегка опешила от такого напора, молча последовав за странной куноичи. Поговорить им и правда нужно. Интересно ведь, зачем её похитили! Хотя лучше будет все-таки не лезть с расспросами. Если затеяли все это, значит она ценна для кого-то. А если ценна, то тут только два варианта: член какого-то клана или же политическая ценность как заложника. Другого даже в голову прийти не может.

Они отошли не слишком далеко - в небольшой парк, которых по всей Конохе было как грибов после дождя, усевшись на обычную скамейку, коих здесь было достаточно.

Удивительно свежая погода, тень, отбрасываемая от дерева прямиком на Ханну вместе со слабым ветром делали это место по своему уютным.

- Так что ты хотела?

- Ну, вообщем... - Неловко замявшись, она сразу же глубоко кланяется, соединяя ладони перед собой. - Прости! Из-за меня ты пострадала и чуть не умерла, я виновата перед тобой!

- Хм, эм, ну... Ничего плохого ведь в итоге не произошло?

Ханне становилось откровенно неудобно перед этой девочкой. Попытавшись поставить себя на её место, она бы забыла о второй пострадавшей сразу же, главное, чтоб не померла. И уж точно бы не извинялась сейчас, кланяясь в три погибели, и не желая слушать дальнейшие заверения в обратном, которые, она уверена, последуют, сразу же продолжила:

- Не нужно кланяться и все прочее, мне это не нравится. Если хочешь отблагодарить, лучше оплати счет в кафешке какой-нибудь, и мы в расчёте.

- С удовольствием!

Некоторое время спустя.

- ... И тогда он меня спас, представляешь?!

Кушина экспрессивно жестикулировала, чудом успевая поедать очередной рамен со свининой, параллельно нахваливая некоего Минато. Ей хватило лишь вовремя слышимых от Хьюги периодических поддакиваний, дабы не затыкаться ни на секунду. Как оказалось, представительница ныне практически уничтоженного клана Узумаки оказалась тем ещё экстравертом и любительницей романтичных историй, коей в глазах Ханны и был весь её рассказ про своего товарища.

- И после этого вы поженитесь, будете жить долго, счастливо и прочее-прочее? - доедая свою единственную порцию, Ханна расплатилась с поваром, он же и единственный владелец небольшой лавки - Теучи. Весёлый, так и лучащийся позитивом уже взрослый мужчина лет сорока.

- Не говори глупостей!

Моментально вспыхнув от такого, девочка возмущённо пихнула Ханну. Быстро расплатившись за шесть тарелок рамена, Кушина потащила её буксиром, держа за локоть. Лишь спустя еще минут десять будничных разговоров, в которой ей опять довелось слушать все мысли из ветренной головы Узумаки, они наконец решили закончить сегодняшнюю прогулку длиною в часов пять так точно, начавшуюся с обычного знакомства.

- Если будут какие-то проблемы, ты обязательно зови, если что набью всем им там лица!

Воинственно вскинув кулачок вверх, слегка приобняв за плечи Ханну, красновласая глупо фыркнула с одной понятной ей шутки. Ханна её предложение восприняла всерьёз, но предпочла никак не комментировать это.

- Было приятно познакомиться, Кушина. До встреч-мхе! - не ожидав крепких объятий и уткнувшись взглядом в шею, все-таки её новая само наречённая подруга была выше из-за возраста, подавилась словами Хьюга.

- Мне тоже! Не скучай там, и постарайся не влипать ни в какие неприятности!

Уйдя в одну известную ей сторону, так и закончился вечер для Ханны. Ей ещё предстояло добраться до дома и сделать домашнюю работу из академии, на которую у неё благополучно не оставалось времени.

***

- Сегодня по расписанию у вашей группы будут спарринги между собой, так что не советую расслабляться, ведь от них напрямую будут зависеть ваши успехи как будущих шиноби! - важно вещал классный руководитель в униформу чунина, мужчина тридцати лет от роду. - Первыми будут Какаши Хатаке и Обито Учиха.

Пока пятилетний гений и крикливый полудурок заняли все внимание детей, Ханна мыслями находилась далеко отсюда. Изучение ирьёдзюцу оказалось куда увлекательнее, чем можно было того ожидать - чего только стоила углубленная теория чакры и базис медицинских техник. Чего было не отнять у местных работников госпиталя, так это то, что почти каждый фигурально выражаясь, горел своим делом. Насильно учиться никто не принуждает, так что всё каждому необходимо брать в свои руки.

Если есть желание стать кем-то большим, чем обычной медсестрой, то изучение Техники Мистической Ладони, он же Шосен в простонародье, обязательно. Главная проблема в том, что далеко не у каждого есть успехи на этом поприще. Дзюцу требует к себе близкого к нему, или же идеального контроля чакры, чтобы банально правильно работать.

От самого процесса лечения людей Ханне хочется крепко пожать шею тому, кто решил наплевать на большинство известных ей законов природы. Направляя с помощью Шосена свою видоизменённую, чакру внутрь реципиента, происходят процессы слияния лечебной энергии и родной пациента на таких тонких уровнях, что у неё создается ощущение какого-то сюра. Работает - замечательно, но как чёрт подери именно?! Она ведь намеренно перерыла всю доступную литературу на эту тему, и точного описания всех процессов в организме просто нет! Бред, нонсенс, как она сказала бы! Но всех всё устраивает.

- Следующие: Рин Нохара и Сэцуко Минахоши! - новая пара вышла в центр сразу после оглашения имён. Учиха проиграл с треском, как и всегда.

Конечно, помимо Шосена есть ирьёниндзюцу стихии Воды, или другие аналоги, менее популярные, а также Цунаде Сенджу, на которую молится практически половина госпиталя. Она местная знаменитость: принцесса почти вымершего клана Основателя, ирьёнин высшего класса и одна из троицы Легендарных Саннинов, шиноби ужасающей мощи. Идеал практически каждой куноичи.

Не так давно Ханна начала практиковать Шосен под присмотром куратора. Благо, освоить активацию техники несложно, хоть тут спасибо. Рыбы от её рук заканчивали свой земной путь одна за другой, пока она пыталась разобраться в устройстве воздействия Шосена на живой организм.

Как говорила ей наставница - всего три этапа полноценного обучения технике: рыбы, коты и собаки, люди под строгим присмотром и только после доказательства собственной квалификации. Просто, зато эффективно.

- Хьюга Ханна с Хьюга Мией.

Возвращая всё внимание окружению, она автоматически выходит в центр небольшой полянки на заднем дворе академии. Напротив неё стояла девочка с точно такими же тёмно-синими волосами и белёсыми глазами, как и она сама, только лицом разве что отличалась. Клановое женское одеяние завершало картину, как и белая повязка на лбу.

Значит из побочной ветви... - слегка нахмурившись этой мысли, все-таки свыкнуться с, по сути, рабством ей все ещё немного тяжело, Ханна молча встала в начальную стойку Джукена: согнутые колени на ширине плеч, левая нога чуть выпирает вперёд, как и левая рука, пока правая находится на уровне таза, обе ладони выпрямлены. Её соперница занимает аналогичную позу.

- Знаю, что у вас своё обучение клановому стилю, но оценки вам ставить тоже нужно какие-то, так что сразитесь между собой так, как вам будет удобно, - разъяснил учитель, отходя в сторону, - Начали!

Одновременно активировав Бьякуган с обеих сторон, только у Мии это действие потребовало использовать печать концентрации, в отличие от Ханны, картина боя сразу же пошла не так, как того ожидала член побочной ветви.

У Джукена есть строго заученные каждым Ката, которые образуют полноценный смертоносный танец, созданный соединением определенных приемов. Ханна узнавала у деда, что есть всего три подстиля тайдзюцу: атакующий, защитный и универсальный. У каждого свои преимущества и недостатки, но главное в этом то, что знающий все три категории Хьюга станет смертельно опасным врагом для любого шиноби, вне зависимости от типа атак.

Атакующий нацелен на сверх близкие дистанции, когда каждый удар несет в себе конец врагу на пару с грациозной плавностью движений, являющихся самой основой Джукена. Почти для любого шиноби ближнего боя член клана, решивший сойтись, используя этот тип стиля станет почти гарантированным концом. Представлять опасность могут мечники, но на такой случай есть особая техника Покрова - от запястья и до кончиков пальцев создается уплотненный ковер из намеренно заострённой на концах чакры, которая при столкновении не дает отрезать руку, становясь препятствием, будто полноценное лезвие. Ближайший аналог - Скальпель Чакры, только тот не удержит удара клинка. Покров требует тончайшего контроля и немалых запасов чакры на удержание, а потому далеко не каждый может его освоить.

Мия, по всей видимости, изучала именно этот подтип, раз почти сразу понеслась в атаку.

Вторым является защитный. Если подойти не представляется возможным ввиду высокой опасности словить вражеское ниндзюцу, лучшим вариантом станет изнурение врага путем до идеала отточенных уклонений и Небесного вращения ладони восьми триграмм, он же Кайтен, являющийся одной из лучших защитных дзюцу, которое и огромный Огненный шар или Лавину земли удержит. А когда враг потратит чакру и вымотается, подойти и добить уже дело техники.

И самый сложный в изучении подтип - универсальный Джукен. В умелых руках является оружием, с которым можно устроить бойню и против пяти превосходящих тебя противников, выйдя победителем, хоть и с нулевыми резервами чакры. Вся суть его в том, чтобы, как понятно из названия, совместить в себе всё, а также импровизация. Страшное слово лично для Ханны, особы педантичной. Когда Хьюга в совершенстве овладевает всеми Ката и большинством техник он наконец может начать строить свой собственный танец, комбинируя и составляя связки ударов с нуля, используя каждую Ката как ему вздумается. При таком раскладе ход боя становится абсолютно непредсказуемым, ибо попробуй угадай что он будет делать - атаковать, защищаться или использует ещё что-либо. Универсальный стиль является лучшим противодействием противнику, если вы оба являетесь Хьюгами, когда ты являешься более опытным пользователем Джукена.

Предсказать движения оппонента легко, когда сама заучивала все приёмы не одну сотню раз. А уж комбинировать их, на первый взгляд, в случайном порядке, но по итогу получить полноценную связку - вообще прелесть!

Ханна с четырех лет, как начала обучаться у деда, стала впитывать все его уроки словно губка. А он, видя такой талант, не вгонял её в вымышленные стены подстилей, обучая сначала каждому Ката по отдельности, параллельно развивая её творческое мышление, после чего жестоко, по крайней мере она так считала, заставлял импровизировать в спарринге против него, создавая что-то своё. Ханна была очень прилежной ученицей, она импровизировала. Сначала неудачно, откровенно плохо, но с каждым разом все лучше и лучше, пока за четыре года в итоге не овладела всеми подстилями в совершенстве.

Постоянные чудовищные нагрузки, кровь, пот и слёзы боли сделали своё дело. Хокуро знал, как правильно мотивировать, да и сама Ханна себя подгоняла, не отставая. По итогам благодаря сдвоенному гению деда и его внучки из неё получилась машина для аннигиляции всего живого в таком раннем возрасте, которая в поединке с другим равным Хьюга уделает его в сухую.

Не стоит забывать, что возраст тоже многое решает, и как бы Ханна внутренне от этого не морщилась, но вдвое или хотя бы вполовину кого старше себя она победить ещё затрудняется, банально не хватит выносливости и физической силы, даже с усилением организма чакрой.

Но здесь и сейчас? Против её “одногодки” из побочной ветви? Пора показать хотя бы самой себе результаты своих титанических усилий и потешить эго, не все же время ей терпеть поражение за поражением от деда?

У девчонки не будет и шанса, уж Ханна то постарается.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 7.

Плавно, чуть назад отойти от резкого прямого удара в грудь, сместиться вправо от второго выпада и отбить удар левой руки, не дав использовать на себе Шотей.

Дернуть правой рукой вперед в ложном замахе, после чего на уже приготовившуюся отойти назад Мию резко сделать два коротких шага вперёд, одновременно ударив левой. Скользящий блок, отойти на два шага, после чего напасть используя лично созданную связку из шести ударов, методично загоняя её ближе к краю импровизированной арены.

Гулкий звук ударов и скользящих отводов от напитанных чакрой телами разрезает пространство.

“Не давай противнику окна для атаки, методично загоняй его в угол, после чего добей без каких-либо сомнений” - проносятся отрывком наставления деда, пока обмен ударами продолжается.

Руки напряжены, отдают легким импульсом боли от столкновений, пока ноги наступают на оппонента.

Мия не может вечно защищаться, но и противопоставить что-либо крайне тяжело. Попробует атаковать, прервав даже на секунду блокирование - получит моментальный Шотей в грудь. И она это прекрасно понимает, отчего движения на меткий взгляд Бьякугана Ханны становятся чуть более дёрганными, резкими. Начинает нервничать, отлично.

До очерченным линией конца арены остается три метра. Ханна усиливает напор, проводя удары кончиками пальцев вместо полноценной ладони, благо контроль чакры позволяет. Радиус поражения становится чуть больше, движения рук быстрее.

Удар левой по правой руке в жестком блоке, моментально выпуская чакру из пальцев. Первая ошибка, за которую та была сразу наказана. У Мии ненадолго отсыхает рука благодаря Шотею. Пора заканчивать.

Быстрый подшаг вперёд, хлестко перехватить правой направившуюся в отчаянный удар левую девочки, после чего уже своей левой рукой быстрый удар полноценной ладонью прямо в солнечное сплетение, выпустить импульс чакры.

- К-ха! - весь воздух выбивается из лёгких Мии, после чего та обессиленно падает на землю, начиная быстро кашлять и пытаться вдохнуть. Тонкая полоска крови стекает прямо изо рта, ещё раз кашель, только в этот раз кровавый.

“Перестаралась” - равнодушно отметив состояние девочки, Ханна спокойно отходит обратно под прохладу тени от дерева, перед этим слегка нахмурившись, сказала:

- Извини, увлеклась.

Учитель молча исчез в технике Телесного Мерцания, чтобы через несколько секунд появиться вместе с штатным ирьёнином при академии. Оперативно, однако.

От такого Мия не умрет, сама Ханна переживала такое состояние и не раз во время спаррингов деда, он её все-таки не щадил во время тренировок, со всей тщательностью передавая науку насилия. Прошедший спарринг пойдет как разминка перед самым интересным вечером. Хокуро обещал её научить Вакуумной Ладони.

По его словам, она вполне сможет её освоить, как это уже случилось с Шотеем и Кайтеном. Ханна высоко оценивает арсенал клана Хьюга: не так уж и много техник, зато каждая универсальна и крайне сильна, самое смертоносное тайдзюцу в мире, благодаря которому каждый член клана банально выучив все базовые Ката уже представляет крайне серьёзную опасность. А тем же, кто пошёл ещё дальше, как это сделала она, угрозу будут представлять только элитные шиноби селений, но для начала бы ещё подрасти и войти в лучшую форму было бы неплохо, да. Все-таки жизнь ребенком немного угнетает, хотя в бытовом плане плюсов явно побольше будет.

- Ханна, в следующий раз следи за силой удара. Умение сдерживать себя в нужный момент тоже важно для шиноби, - классный руководитель подошел ближе, хмурясь, - хотя бой вышел отличный, получаешь высший бал.

Для него уже не впервой, когда Ханна так увлекается во время спаррингов. Каждый раз он говорил быть сдержаннее, и каждый раз она кивала, после чего уже на тренировке с дедом спарринговалась до “потери пульса”, в процессе рассказывая о слишком надоедливом учителе. Хокуро же, заверяя, что если постоянно сдерживаться, потенциал свой не реализовать, велел плевать на слова этого идиота, что она с радостью и делает.

Ханна могла бы не переходить из крайности в крайность и регулировать силу удара во время учебных боёв, но ей было скучно. А когда она скучает, хочется чего-нибудь эдакого, экстремального. Потому и сдерживаться она не собирается, пусть лучше эта девчонка сейчас помучается, чтобы после сразиться с ней на пределе своих возможностей. Так будет хоть немного интереснее, но все равно никакой интриги.

По словам деда, в клане сейчас её отделать могут только ребята лет на пять старше неё, остальных же она “не без усилий, но поваляться на полу точно отправишь”, цитируя гордого старика.

***

Купив в забегаловке недалеко от центра деревни порцию Данго, местной сладости, которая пришлась ей по вкусу, Ханна неспешно брела обратно в квартал. Хотелось насладиться покоем перед, несомненно, увлекательным, но наверняка тяжелым вечером в изучении нового дзюцу.

Ранний закат создавал красивый вид, вместе с приятной погодой составляя очередной чудесно прошедший денёк.

Она искренне полюбила погоду и местную атмосферу. Если в другой её жизни почти все время было проведено в огромных высотках, лабораториях и закрытых научных бункерах из-за секретности того или иного проекта, отчего возможности насладиться природой, которая из-за множества войн и некоторых катаклизмов была, если корректно выражаться, “очень не очень”: загрязнённый воздух, моря, океаны с реками и озёрами, везде можно было найти мусор, оставленный человеком, некоторые виды животных натурально вымерли или были изведены кретинами людьми. В общей сложности, все было крайне печально, тогда как в городах была вся жизнь и развлечения, которые только мог представить больной мозг заядлого капиталиста.

Здесь же... Абсолютно всё было прекрасным. Воздух, растительность, бережно не засоренная человечеством, чистые водоёмы. Каждое мгновение её жизни в Конохе было будто бы гораздо более красочным, насыщенным цветами и ощущениями, что ли. Ханне здесь нравилось, и теперь она чуть лучше понимает то умиротворённое лицо Хокуро, когда он рассказывал тот или иной факт о деревне.

Насчет любви к Конохе вопрос даже не стоит. Не стоит обманываться всем этим, даже если очень хочется. Наслаждаться да - вполне, но никогда нельзя забывать, что это селение убийц, где наверняка есть свои пыточные, хранилища с самыми грязными секретами и прочим. Сам этот мир полностью погряз в насилии и смертях. Ничего не стоит властям отдать приказ на устранение неугодного элемента, если он слишком сильно провинился. Политики даже в другом мире политики, увы. Тем более, это не её “полноценная” родина, тут все-таки память о другой жизни не дает затуманить разум. Никакая Ханна не патриотка, а вполне себе здравомыслящая, любящая удовлетворять свои прихоти эгоистка. И она здраво осознаёт, что если очень сильно прижмет, то потерять дом в виде Конохи будет крайне неприятно, но она справится.

А неприятно потому, что к предателям родного селения тут отношение даже хуже, чем к просто врагу. Это факт. Хокуро однажды упоминал, что нукенины не достойны называться шиноби, не должны жить. И она склонна ему верить, смотря на этот мировой строй.

Расселились все по деревням да режут друг друга, попутно промывая мозги искусной пропагандой, дабы никто и не подумал, что пойти против интересов своего селения - хорошая идея. А тех же кто все-таки осмелился, желают умертвить абсолютно все, даже другие предатели.

Если что-то в её жизни пойдет очень сильно не так, раз придется стать буквально врагом всему миру, она конечно будет костерить всё на чем свет стоит, запятнает руки в кровь по локоть банально сражаясь за свою жизнь, но не умрет и найдет своё место. Но это крайне нежелательный исход. Лучше держаться за Коноху, которая даст ей защиту и все нужное для комфортной жизни, но только до серьёзной ошибки, конечно. Как хорошо, что у неё есть голова на плечах, в которую можно не только есть, но и активно думать, а потому шансов на такое удручающее будущее у неё откровенно мало.

- Эй, ты! Ханна! - из глубоких мыслей, когда она почти автоматически дошла обратно до квартала, её вырвал громкий мальчишеский голос позади.

Привычка так глубоко погружаться в собственные думы, конечно, хороша, дабы абстрагироваться от всего остального мира, но в будущем наверняка до добра не доведет. Вот только как решать эту проблему она без понятия.

Обернувшись, перед ней оказался... Её соклан? Да ещё и из побочной ветви, раз с повязкой на лбу?

- Чего тебе?

Запыхавшийся соклан и её одногодка, вроде бы даже одноклассник, если ей память не изменяет.

- Хватит так поступать с моей сестрой! - воинственно насупив брови и сложив руки на груди, он угрюмо уставился на неё.

- А ты... Тара, кажется? - искренне попыталась вспомнить его имя, но судя по его реакции, не вышло.

- Тору.

- И как я, по-твоему, поступила с твоей сестрой?

Как хорошо, что перед кварталом клана сейчас почти безлюдно, лишнее внимание окружающих ей не нужно, да и у паренька проблемы могут быть.

- Ты знаешь как! - слегка повысив голос и даже разозлившись, он прикрикнул, отчего Ханна на несколько секунд зависла. Избить его что ли?

- Тору! - яростный рык выбегающей из кланового квартала Мии удивил уже Ханну, в то время как брат её аж сжался ненадолго.

Да что за семейная драма перед ней происходит?

Подбежавшая Хьюга выглядела натуральной разъярённой фурией воплоти, даже, кажется, легкое Ки от неё исходит.

- Я что тебе говорила? Не лезть! Куда! Не! Следует! - рявкнув на сжавшегося в страхе паренька, она все продолжала. - Не нужно меня опекать как натуральное сокровище! И тем более лезть зарабатывать проблемы! Из-за меня на свою же голову зарабатывать! Понял?!

- Д-да? - с виноватым лицом он отошел чуть назад.

- Так какого черта ты именно это и делаешь прямо сейчас?! - ещё один крик на паникующего паренька.

“С такой сестрой он точно, хах, не пропадёт” - развеселившись с этого, она даже слегка посочувствовала ему. Мысленно.

- Да не сделал я ничего! Правда! - и посмотрел прямо на неё.

- Серьёзно? Думаешь тебя это спасёт? - слегка иронично вмешалась Ханна. Паренька пора бы и спасать. Все-таки она не знала, что его сестра такая... Такая. Все же в ней ещё не умерло сочувствие к ближнему своему, если он только не лежит на операционном столе, ха-ха!

- Ну попытаться стоило... - становясь все грустнее на глазах, Тору с видом смиренно принявшего свою участь подсудимого замолчал.

- Простите дурака, Ханна-сама! - Мия согнулась в поклоне, быстро подойдя к брату, и его тоже согнув. Чертов сюр, а от суффикса в свою сторону та, кому и поклонились, вообще в осадок выпала на несколько секунд. Очень напряженных для поклонившихся несколько секунд.

- Да ладно, чего уж, я и правда слегка... погорячилась, да, - решила она пойти на компромисс, и поклон её эго сейчас вот совершенно точно не тешит, - Ты кстати, как, в порядке?

- Уже в полном, Ханна-сама! Спасибо за беспокойство! - сразу откликнулась девочка, согнувшись в поклоне ещё больше. Ладно, пора прекращать это, а то ей уже неудобно слышать эти суффиксы. Западная культура из другой жизни сказывается.

- Ну и замечательно. Давай только без всех этих “-сан”, “-сама,” и прочего, договорились?

- Как вам будет угодно. - Ещё ниже согнулась. Да куда ниже-то?!

- И на “ты”, вместо “вы”, а также разогнись с поклона уже, только себя позоришь, в самом деле.

- Конечно... Спасибо! Так ты не в обиде на него? - с явным облегчением встав в полный рост, она заговорила менее официально и стала звучать куда... свободнее что ли?

- С чего бы? И часто Тору так рьяно тебя защищает?

- Да каждый Ками раз, как что-то случится! Я ему говорю одно, а он всё другое да другое, представляешь?

- М-хм, вполне. У меня практически также с сестрой.

Старшей, ещё до того, как Ханна перестала с ней общаться полностью. Означенный же Тору стоял с видом нашкодившего щенка, не зная куда себе место деть.

- О, правда? Хоть кто-то меня понимает! Видишь?! - ткнув брата в бок, Мия обратилась уже к ней. - Не против сходить куда-нибудь перекусить? Я оплачу, в знак извинения за глупого братца!

Ну... Бесплатно поесть откажется только идиот. Час, максимум полтора это займет, а тренировка с дедом все равно через два, у него вроде бы дела в совете какие-то наметились. Такое времяпровождения уж куда лучше, чем сидеть дома в медитации, гоняя чакру по телу.

- Конечно, почему нет. Знаешь Ичираку Рамен?

- Естественно знаю! Тоже люблю рамен, кстати. А данго ты любишь? - Расцветая прямо на глазах, Мия стала будто небольшое локальное солнце, такова была её улыбка.

- Конечно, кто их не любит то?

Наконец-то кто-то, с кем можно будет нормально поболтать из ровесников, да ещё и не полный придурок. По крайней мере, Ханна надеется на это. Всё же общения ей, несмотря на весь характер, иногда не хватает. Так почему бы не исправить сей казус, если решение само к тебе пришло?

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 8.

- Это же была чистая импровизация, тогда на спарринге, да? Я не знаю таких Ката, хотя все атакующие и защитные выучила ещё с год назад! Твои движения были такие... странные. Вроде бы и всё как надо, но там ударила по другому, стойка немного отличается, блокировала немного иначе, и в итоге из всего этого получается совершенно другое, но похожее! - наполовину опустошив тарелку с раменом, Мия с горящими глазами принялась расспрашивать сидящую от неё по левый бок девочку.

- Ты не изучала универсальный подтип? - прекратив ненадолго уничтожение пищи богов, Ханна недоумённо посмотрела на неё.

- Универсальный? Их же только два всего! - искреннее замешательство не мешало Тору доедать уже вторую порцию. Проглот.

- Да нет, три. Мне так дед рассказывал. А вас кто учил Ката?

- Так мы сами! - гордо вздернула подбородок, по которому стекала капля бульона, которую Мия быстро вытерла салфеткой.

- То есть... Вот прям вообще сами? Без советов, учителей и прочего? - она недоуменно переспросила.

- А кто будет учить нас? В побочной ветви, конечно, есть общее додзё, но вход туда только по достижению ранга генина, а родителей нет, мы на попечении у одной доброй бабушки живем.

- А попросить там кого-нибудь? Хотя... забудь. Глупость сказала, это же Хьюга, - пробормотав почти не слышимо под себе под нос, Ханна слегка нахмурилась, - они почти все такие.

- Пф, по секрету, я думала, и ты тоже будешь такая вся из себя холодная принцесса! Чего и кланяться сразу начала, все же активацию печати... очень не хочется пережить, - сморщилась, будто целый лимон съела, - а ты даже приятной оказалась! Хотя, извини конечно, но в академии к тебе даже подойти страшно было, взглянешь так, что дрожь берёт!

- Правда, что ли? - Слегка удивленно отозвалась Ханна. Все же мимику в зеркале она не репетировала, как смотрится со стороны не знает.

- Ага! - довольно съев порцию, Мия слегка хлопнула по столу. - Теучи-сан, ещё одну порцию.

- Пару минут и готово! - из-за занавески в глубине здания, к которому и была присоединена лавка, донесся задорный мужской голос.

- Это получается, кроме техник от нас ещё и целый стиль Джукена скрывают? - слегка возмущённо произнес Тору, доедая уже свой рамен, раздраженно отставляя тарелку. - Вот ведь... Чтоб их!

- Честно говоря, не думала, что у вас все будет настолько плохо. Никогда не понимала смысла утаивания знаний от своих же, тот ещё бред! - зло сказала Ханна, и вправду возмущенная до глубины души.

В другом мире утаивать знания в той же науке считалось моветоном, ибо без прогресса не будет значимых изменений, и все просто выродиться. В этом же... понять необходимость сокрытия она может, но не от собственной же части клана! Да и понять это далеко, далеко не принять.

- Слушай, у тебя ведь нет друзей? - неожиданно спросила у неё Мия.

- Сестра не в счёт?

- Не-а.

- С сожалением вынуждена признать - нет. Не довелось ещё встретить кого-то моего возраста, кто не являлся полным идиотом. До сегодняшнего дня, к счастью. - Улыбнувшись краешком губ, Ханна протянула девочке рукопожатие. Просто и без изысков, но должно сработать.

Со счастливым лицом, озаренным искренней улыбкой, скрепив руки, Мия сразу же обняла её со всей силы.

Что же, можно считать, теперь у неё есть с кем поболтать во время нужды целый один человек, вместо гордого ноля. Её брат не в счёт, категорию “не идиот” ещё заслужить нужно.

***

- Вакуумная Ладонь Восьми Триграмм сложна в освоении, тучка, поэтому придется выложиться по полной. Как и всегда, в прочем, - слабо улыбнулся Хокуро, - сначала немного теории: концепция почти такая же, как и с Кайтеном, но вместо вращения и высвобождения чакры из тенкецу вокруг себя, тебе нужно мощным потоком освободить тенкецу на всей своей ладони, успев сформировать небольшое вращение для, собственно, дальнобойной атаки. Вопросы?

- Как сделать вращение? - деловито спросила Ханна, мысленно уже потирая ладони на это дзюцу.

Сейчас они находились на небольшом домашнем полигоне деда, оттачивая долгожданную ею новую технику. Встреча с её новой подругой закономерно подошла к концу, и они, попрощавшись перед входом в квартал, разошлись каждый по своим делам.

- Тебе нужно почувствовать идеальный момент во время высвобождения чакры, после чего немного, даже практически незаметно для глаза, сделать поворот ладонью, неважно в какую сторону. Именно это и позволит пролететь тот же десяток метров, вместо одного или двух просто выплеском чакры. А теперь смотри.

Сразу активировав бьякуган, от чего радиус зрения стал практически триста шестьдесят градусов, стали видны каналы чакры Хокуро. Поначалу она долго рассматривала такую удивительную конструкцию, которая и позволяла творить всё невозможное, но со временем просто привыкла.

Он начал сосредотачивать чакру равномерно по всей ладони, после чего в определённый момент, когда продолжать дальше без риска навредить себе стало невозможно, сделал резкий выпад в сторону деревянного манекена, выплескивая и закручивая Вакуумную Ладонь в идеальном вихре, который стремительно понесся вперед, при столкновении с манекеном вырвав его с корнем из земли и отнеся на метров пять назад.

- Ну вот, перестарался, - недовольно поморщившись от будущей уборки, он продолжил, - можно и ещё быстрее, но тогда теряется сила удара, какая сейчас была максимальной для этой техники. Но её суть в первую очередь в сбитие концентрации врага и прерывания подготовки какой-то масштабной техники, так что это не критично.

- Ну... Вроде бы все понятно.

- Ну так чего ещё стоишь? Приступай, - махнув рукой на второй, стоящий недалеко от первого манекен, он направился в сторону дома, - я пока позову Ханако, буду гонять её по защитным Ката.

Бьякуган многократно ускорял обучение техникам, даря понимание того, как именно это работает, что очень помогало. Не Шаринган Учиха, конечно, который просто копирует все дзюцу от начала и до конца, но тоже неплохо. Потому и сейчас повторить ток чакры, какой был у деда, для Ханны не составило проблем.

Накопить нужное количество в тенкецу, резко выплеснуть и... ничего. Ожидаемо, на самом деле. Хоть она и гений, но совесть тоже надо иметь.

Накопить, повторить, накопить, повторить... Да какого черта?! Где хоть какой-либо результат? Абсолютно никакой реакции, зато чакра просто рассеивается в воздухе!

Ещё несколько минут безрезультативных попыток, после чего Хокуро с Ханако за ручку входит из дома.

“Мило, чтоб его,” - раздраженно пробует Ханна ещё раз, но ничего.

- Что я делаю не так? - хмуро спрашивает она у деда, для наглядности попробовав вновь.

- Положение пальцев забыла, у тебя ладонь прямая, в то время как я сразу после высвобождения слегка сгибал пальцы, это нужно для придания формы. Но сразу после удара нужно сделать ладонь снова ровной, иначе все пойдет наперекосяк.

- Как именно наперекосяк? - По совиному наклонив голову набок, поинтересовалась, подходя к Ханако, с любопытством наблюдающую за вырванным манекеном.

- Взорвется перед тобой, - насмешливо ответил Хокуро, закладывая руки за спиной, - а может и пальцы переломать, тут по ситуации.

- Все в порядке? - присев рядом с сестрой, слегка погладила её по голове, от чего та наконец отлипла от манекена, сразу засияв улыбкой.

- Ага, это ты её так? - кивнув в сторону валяющейся деревяшки, она отошла под высокий дуб, тень от которого накрывает половину площадки, начав базовую разминку.

- Пф, если бы, - забавно фыркнув, Ханна вернулась на прежнюю позицию, начиная накапливать чакру в ладони, - но скоро и я так смогу.

- Я всегда за тебя болею, сестрёнка! Покажи этой деревянной глыбе всю свою силу! - воинственно подняв кулачок в воздух, её сестра являлась самим воплощением земной милоты.

Резко выплеснуть чакру, сразу чуть сгибая пальцы и незаметно поворачивая ладонь немного в левую сторону. Небольшой толчок и из руки вылетает натуральный вакуум, который растворяется через три метра.

Челюсть Ханны почти готова встретиться с полом. Чертов. Натуральный. Вакуум. Просто... Вау!

Слава Бьякугану, без него все заняло бы гора-а-аздо больше времени, ведь без него черта с два она бы поняла, в какой именно форме нужно распределять чакру. Без этого получился бы просто сырой выплеск силы, а так, непонятно каким, абсолютно магическим образом вылетел вакуум. Физика может смело покидать Ханну, она её только что сломала.

Хотя вся эта мистика и так почти не вяжется с известной ей наукой, так что невелика потеря.

- Неплохо, теперь осталось отточить до идеала. Это займет у тебя ещё неделю, может быть, если сосредоточишь большую часть усилий на технике. Горжусь тобой!

- И я тоже! - вставила своё слово Ханако, делая растяжку на специальном коврике.

- Спасибо. Я тогда продолжу, - благодарно кивнув обоим, Ханна не сдерживает улыбку, наслаждаясь своим быстрым триумфом.

Оттачивая дзюцу, пытаясь снизить затраты, при этом улучшив результат, она с головой окунулась в работу. Учебный азарт захватил её с головой, отчего обучения Ханако премудростям Джукена стало лишь естественным фоновым шумом.

Точно в такое же состояние она входила ещё в другой жизни, когда она находила интересную тему для исследований вне проекта всей своей жизни, проводя расчеты и виртуальные эксперименты часами напролет.

Как бы не закончилась та её жизнь, где причиной смерти стала как раз таки наука, на пару с человеческой жадностью и жаждой власти, отказываться из-за этого от любимого занятия она не собирается. Теперь, когда она владеет чакрой, благодаря которой можно хоть армию в одиночку одолеть, страх за свою безопасность отступил.

Видеть, как у тебя получается выпускать из руки вакуум, иметь дзюцу, которое защитит хоть от Великого Огненного Дракона, являться машиной смерти в ближнем бою... всё это будоражит, отчасти затмевая разум, который желает большего. Настоящий наркотик силы, в котором Ханна готова раствориться без остатка.

Перспективы завораживают, мотивации, может показаться, что целая бесконечность, на пару с энтузиазмом, так...

- Да пытаюсь я, не отвлекай! - сердито доносится до ушей голос сестры.

- Следи за языком, Ханако, - слегка недовольно отвечает дед, - и будь вежливее, поможет по жизни.

- А-а-а! Да ну... Я же проси... А! - благодаря бьякугану Ханна видела, что мелкой отвесили слабый подзатыльник. Ну, тут заслужила. - Да за что?!

- Сконцентрируйся, будь сдержаннее во время тренировки и не хами своему деду, малявка, - уже сурово отчитывает Хокуро, - если не получается, просто пробуй пока не получится. - Прямо мировая мудрость, хах! - Ты все делаешь правильно, но мешаешь сама себе ненужными эмоциями и действиями.

Ханако гневно сопела. Ханако гневно смотрела. Ханако от переполняющих её эмоций даже сердито топнула ножкой. Ханако от злости даже акти... Стоп, что?!

- Бьякуган?! - слегка ошеломленно спросила Ханна, сбившись с очередной Вакуумной Ладони, из-за чего получился лишь сырой выброс чакры, на который та даже внимания не обратила.

Достоверно известно, что все члены клана Хьюга уже рождаются с бьякуганом, но до лет трёх его активация происходит в крайне редких случаях. После же, с четырёх до шести, гарантированно у каждого с пробужденным очагом проявляется додзюцу, триггером для которого становится сильный эмоциональный всплеск. Уже после первой активации все происходит осознанно, нужно лишь желание, ну и на начальных этапах печать концентрации. Также стоит добавить, что у каждого сила бьякугана разнится.

У кого-то в клане начальная активная дальность действия глаз является каких-то пять метров, а у кое-кого (тактично не будем показывать пальцем на Ханну) сразу пятьдесят, что находится в верхней планке качества глаз по всему клану. Естественно, что дальность и время работы глаз можно и нужно активно развивать, но очевидно, что в первом и втором случае результат будет слишком уж разный, как и коэффициент прироста эффективности. Как хорошо, что она выиграла генетическую лотерею, родившись в этом мире.

И для Ханако таким триггером оказался дед, “отвлекающий” её от попытки сделать связку Ката, на самом деле поправляя её ошибку в движении. Забавно.

- Ну, тучка моя непутёвая, думаю можно и закончить на этом. Надо бы отпраздновать такой день, да. Но все же дальше веди себя более подобающе, - довольно улыбаясь, Хокуро растрепал волосы малышки, от чего та фыркнула, забавно надувшись, - договорились?

- Конечно договорились!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 9.

Полтора года минуло с начала полноценного знакомства с той, кого сейчас Ханна может называть верной подругой. Для обеих сегодня знаменательный день, являющий собой новую фазу в жизни каждого из них - становление генином.

Апрельская теплая погода, цветущие сакуры и остальная природа будто создавали особую, праздничную атмосферу вокруг всей академии, вид на которые был так хорош из-за окна аудитории.

Когда девочки начали периодически совместно тренироваться, узнавая друг друга чуть лучше с каждой встречей, и до этого момента, вместе сдав выпускной экзамен, время для Ханны пролетело с такой скоростью, будто она перевернула очередной лист книги. Хоть она и представляла, что ждет её дальше, но сидя сейчас в аудитории, слушая напутственную речь уже бывшего классного руководителя, все ещё не могла до конца поверить, что академия полноценно закончилась.

Не будет больше занятий, на которых иногда можно было всласть повеселиться с остроумных шуток Обито, являющихся одной из немногих отрад от скуки, вечного нытья Тору о собственной лени, подтруниваний над Мией во время лекций. Так... странно.

Она не испытывала похожих эмоций во время окончания школы или университета в другой жизни. Там скорее было облегчение от того, что все наконец закончилось, но прямо сейчас в академии ниндзя её одолевала некоторая меланхолия по прошедшим годам. Целых два года она уже не просто почти девятилетняя девочка, которой через две с половиной недели исполнится десять, а кто-то более осознанный, взрослый и наконец полноценно адаптировавшийся к новой реальности человек.

- ... Поздравляю всех вас! А теперь, пожалуй, пора провести распределение, которое и определит вашу дальнейшую команду, вплоть до становления чунинами.

Вернув все внимание учителю, который неспешно взял со стола лист с именами, он продолжил звучным голосом:

- Команда номер семь: Рин Нохара, Обито Учиха, - на этом моменте послышался громкий выкрик “Да!”, - Какаши Хатаке. Ваш наставник - Минато Намиказе!

- Команда номер десять: Мия Хьюга, Тору Хьюга, Инаби Учиха. Наставник - Иноичи Яманака!

- Команда номер одиннадцать: Эбису, Генма Ширануи, Мирай Яманака. Наставник - Чоза Акимичи!

- Команда номер двенадцать: Аоба Ямаширо, Мута Абураме, Ханна Хьюга. Наставник - Шикаку Нара!

Лицо Ханны практически сразу бы и скривилось, но удалось удержать равнодушное выражение, вместо этого в мыслях практически закипая от злости на того дегенерата, который придумал отправить её в команду к бездарности и, к её сущему ужасу, помешанному на жуках, сделавшему для них в своём теле гнездо. На счет наставника даже думать не хочется, одни только её вынужденные будущие товарищи заставляют скрипеть зубами.

Требовать что-либо изменить смысла никакого нет, только на смех поднимут. Оставалось искренне понадеяться, что будет не слишком уж плохо и она не умертвит носителя мерзких всей её сущности жуков.

- Ваши наставники сейчас подойдут, так что на этом моменте мы с вами прощаемся, генины!

Покинув через дверь аудиторию, в которой сразу поднялся шум из-за множества разговоров, учитель наконец-то свободен. Она даже позавидовала ему на короткое время, устало прикрывая глаза и пытаясь абстрагироваться от всего шума. Уж точно Ханна не собирается заводить дружбу с её новыми “товарищами” по команде, так ещё и придется терпеть их куда чаще, чем до этого было в классе. Ранее они хоть смешивались с толпой, но теперь...

На Абураме ей, в общем-то, полностью плевать, главное, что бы не подходил к ней ближе, чем на пять шагов, иначе она за себя не ручается, главной головной болью станет Ямаширо. Всегда шумный, надоедливый и не знающий слова “нет” абсолютный идиот, считающий себя будущим отличным шиноби. Иногда желание придушить слишком шумный раздражитель на лекциях в академии с утра пораньше появлялось у неё не один раз.

Вся надежда остается на этого Нара, который обязан хоть что-то из себя представлять, иначе Ханна пойдет причинять добро и справедливость в администрацию Хокаге. Своего может и не добьется, но точно отомстит придурку, который додумался сделать такую команду. Наверняка ведь у него на руках было полное досье на каждого, не мог ведь так ошибиться!

Пока она делала успокоительную практику дыхания, не обращая внимания ни на что, аудитория постепенно пустела. Наставники забирали своих подопечных, но все это проходило мимо неё.

Открыв глаза лишь когда она почувствовала чье-то касание на плече, медленно смотрит на входную дверь. Молодой шиноби в жилете чунина с черными волосами, прическа которого чертовски напоминала ей ананас.

Дернув плечом сбрасывая ладонь Ямаширо, а это точно был он, так как Абураме всегда сидел возле двери у входа, так и не изменив себе даже сейчас, она молча встает и идет к будущему “сенсею”.

Желание в очередной раз скривиться от всего осознания того, с кем ей придется заниматься миссиями в этот раз удалось побороть относительно легко. Максимум, чему он сможет её научить, как была уверена Ханна, так это тактике и планированию в экстренных ситуациях и просто неочевидным на первый взгляд вещам в карьере шиноби, которые познаются с опытом. В остальном? Да она непоколебимо считает, что в противостоянии один на один через тот же год или полтора всухую уничтожит этого Нара. К сожалению, выносливости и силы все ещё не хватает благодаря возрасту, хоть и десяток минут активного боя без перерыва с использованием чакры она вполне может что-то противопоставить. Но смысл, если Нара банально старше, а от того и быстрее неё, да и не дураки представители его клана, чтобы лезть в ближний бой с Хьюга.

Не раз Ханна ловила себя на мысли, что почти все завязано на личной скорости: будь ты способен ударом хоть моментально прикончить врага, от этого не будет никакого смысла, если он будет быстрее чем ты, банально уклоняясь или не подпуская к себе на расстояние удара.

В ранге джонина эта проблема более-менее нивелируется, так как, образно говоря, большинство шиноби достигают своего пика силы, и скорость там у всех примерно одинаковая благодаря чакре и усиления тела от неё же, так что все зависит от личной техничности. Но что произойдет, если один тратил все время, чтобы увеличить свою скорость реакции и движения, пока второй оттачивал техники и силу? Будет беспощадное избиение, вот что.

Смысл от Огненого шара или Водяного дракона, если быстрый шиноби просто выйдет из радиуса поражения? Смысл от силы, если банально не попадаешь? Именно, его нет. Чакра позволяет развить такую скорость, что для обычного глаза ты будешь двигаться практически моментально, при этом успевая реагировать на опасность и нормально управлять телом.

И ещё с год назад, поняв данную проблему и примерив её на себя, Ханна решила исправить это недоразумение. Ей не нужны техники массового поражения или потрясающая сила удара, не с её стилем сражения, нет. Единственное, на собственный взгляд, так и по словам деда, что ей нужно сейчас развивать, дабы стать неуловимым ураганом смерти, который сможет в одиночку сражаться против гораздо большего количества врагов только за счет разницы между ними, так это скорость реакции собственного тела и уровень разгона чакры по телу.

Именно благодаря последнему шиноби становятся быстрее: намеренно ускоряя циркуляцию чакры по всему телу, что повышает благодаря разгону практически все собственные показатели. И чем быстрее можешь перегонять чакру внутри себя, тем быстрее становишься. Однако, есть одно весомое “но”, не позволяющее каждому первому двигаться с околозвуковой скоростью: давление на каналы чакры. Именно оно препятствует бессчетному большинству шиноби.

Чем быстрее движение чакры в организме, тем большее оказывается давление на очаг и каналы. Когда достигается предел, который разный у каждого, но шиноби продолжает ещё больше разгонять процесс, сосуд трескается, не выдерживая, после чего ломается, принося смерть от чудовищно обширных энергетических травм. Ужасающая участь со слов куратора, которому однажды Ханна и задала вопрос по данной травме, вычитав в одной из книг о подобном случае. Внутри по итогам такого конца остается сплошная каша из перемолотых органов, мозга и всех сосудов в теле. Сплошной кровавый комок.

Важно уточнить, что к этому пределу ещё и далеко не многие способны подойти, ибо это требует филигранного контроля собственной чакры. Намеренно ускорить ток чакры в организме уже сложное занятие, правильно же поддерживать его без вреда для организма, постепенно делая это все быстрее и быстрее... Сложность возрастает буквально в геометрической прогрессии, от чего и практически нет таких уникумов во всем мире, которые бы становились быстрее, чем подавляющее большинство, включающее в себя таких титанов как Каге. Куда проще придумать технику какую, позволяющую повысить собственную скорость, как например Летающий Бог Грома, о котором ей рассказал дед, чем мучиться огромное количество времени с собственной физиологией.

А так как доступа к аналогам у неё в ближайшее время, как Ханна считает, не будет, то придется ей пойти самым сложным и опасным, но и перспективным путем. С её контролем чакры шанс превзойти общественный стандарт скорости шиноби благодаря разгону у неё присутствует, но будет тяжело. Практически мучительно сложно. Но если это возвысит её в силе над остальной массой мира, то она рискнет. Нет никакого желания оставаться просто одной из многих.

С ростом силы появляются и личные амбиции, желание самореализации, жажда признания успехов. В этом случае она не исключение. Всегда приятно чувствовать себя лучше, сильнее остальных, слышать в свою сторону лестные слова, потешая своё эго. Главное не утонуть в самообмане и гордыне. Они в первую очередь топливо, стимулятор для личного роста, но никак не конечная цель.

- Предлагаю встретиться на восьмом общественном полигоне через десять минут, там и сможем нормально поговорить. Жду вас, - сказав все без запинки, сохраняя равнодушное лицо, Нара просто... развеялся?

Теневой клон. Ханна высоко оценила это небольшое представление. Сама техника благодаря рассказам деда уже давно представляет интерес, но он наотрез отказывается учить её этому дзюцу, со стоическим лицом твердя:

- Ты ещё не готова к нагрузке для мозга от этих клонов. Слишком опасно. Когда придет время, я тебя с радостью научу, но пока запасись терпением, тучка.

Желания хоть как-то взаимодействовать с двумя её “товарищами”, от которых, она уверена, будет кривиться в мыслях даже спустя года, нет никакого. Но понимание того, что те банально не найдут дорогу и опоздают раздражает ещё сильнее. Навряд ли те знают точку назначения:

- Дорогу знаете? - сухо спрашивает, надеясь на позитивный ответ.

- Э-э-э, нет? - непосредственность и легкая растерянность в голосе Ямаширо ещё больше добавляют раздражения. Естественно он ничего не знает, как и по всей своей жизни.

- Тогда двигайтесь прямиком за мной, и побыстрее желательно.

- Чего это за тобой, а? Может я и так найду! Эй, слышишь?!

Спустившись по лестнице и выйдя во двор академии, стоически игнорируя крики чем-то недовольного молокососа, она молча оттолкнулась от земли в сторону забора, запрыгнув на тот, после чего за ещё один прыжок оказавшись уже на соседнем здании. Быстрее будет, чем пешком по улочкам и переулкам.

За два года активного изучения Конохи, Ханна побывала практически везде. Каждый парк и речка, большинство укромных полянок на окраине, посетила все доступные полигоны, и однажды благодаря деду прогулялась по окраинам Запретного леса. То ещё жуткое местечко с фауной, от которой волосы дыбом на затылке встают.

А уж когда с помощью бьякугана заметила пятиметровую змею на одном из деревьев, её лицо казалось стало бледнее мела. Воспоминания даже спустя полгода с момента визита нагнетают редкие кошмары после особо паршивого дня, когда на тренировках что-то шло не по плану.

Прыгая по крышам, вспомнив про выданные протекторы с символом Конохи, быстро повязала тот у себя на шее, завязав на узел сзади. Он является признаком совершеннолетия и доказательства того, что теперь любой девятилетний сопляк, а в случае бедняги Хатаке, отец которого наделал шуму своим суицидом месяцев семь назад, так вообще пятилетний, несет за свои поступки полную ответственность.

“А алкоголь все равно не продают, ха-ха. Дети же” - фыркнула со смеху от такой двойной трактовки совершеннолетия с получением протектора.

Активировав бьякуган и убедившись, что два её сокомандники действительно следуют прямо за ней, отставая всего на несколько домов, слегка ускорилась. Пусть побегают, им точно полезно будет.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 10.

Восьмой полигон представлял из себя поляну на окраине деревни размеров с половину футбольного поля. На одной его части стояли огромные полена с нарисованной посередине мишенью, исполняющие роль манекенов, немногочисленные деревья и много свободного пространства.

Нара Шикаку уже находился здесь, расположившись полулежа в тени, отбрасываемой одной из крон, опираясь на массивный корень дерева. Ханна заметила его бьякуганом ещё за метров триста, хотя это и не предел в данный момент. Хотела бы и она сейчас так отдохнуть, вместо того чтобы носиться по крышам селения.

Неспешным шагом дойдя до нового сенсея, пока оставшаяся двоица догоняла, она неспешно присела на мягкую траву. Следует дать ногам отдохнуть перед предстоящей проверкой навыков, которой не может не быть.

- Быстро же вы, хм, - лениво встав ровно в тот момент, когда все уже были в сборе, он лениво потянулся. - Меня зовут Нара Шикаку, семнадцать лет, ваш новый сенсе-а-а-й, - широко зевнув, продолжил как ни в чем небывало, - а ещё я не выспался, да. Теперь вы представьтесь, ну и небольшой список умений перечислите.

- Ямаширо Аоба, девять лет, ваш новый ученик! - широко улыбнулся брюнет с прической ежиком. - Один из лучших выпускников академии, владею фамильной техникой управления воронами.

Что? Когда он успел стать одним из лучших? На взгляд Ханны же полная бездарность. Хотя... может и стоило иногда обращать внимание на кого-либо помимо Обито из-за его юмора и близнецов Хьюга, может и не пропустила бы это. Да и вороны... Но плевать, все равно нет никакого значения, насколько хорошо он вызубрил учебники, и так ясно, что даже не пытался выучить что-то сверх обычной программы и этого единственного дзюцу.

- Абураме Мута зовут меня, девять лет мне, позаботьтесь о нас, сенсей. - Серьезным голосом со странным оборотом речи вещал шатен. - Насекомыми Кикайчу, чакру высасывающим, и Шокайчу, выслеживающим цели, владею я.

- И все это в твоем теле? - осторожно интересуется Ханна, благополучно не поняв ничего из названий жуков. Во избежание, так сказать.

- Правильно поняла ты это, - спокойно кивнул он, - но скоро Шокайчу расцветут, после чего в сосуд специальный перенесу их я, дабы жили комфортно они, размножаясь и совершенствуясь.

Ей захотелось ещё сильнее предать всех Абураме праведному огню. Больные психи, поголовно каждый.

- Ладно... - немного сомнительно протянув, она продолжила, - теперь я, пожалуй. Хьюга Ханна, девять лет. Превосходно обращаюсь с Джукеном и клановыми техниками, бьякуган видит на полкилометра пока что. А, точно! Ещё обучаюсь в госпитале на ирьёнина уже полтора года.

- Неплохо, - одобрительно кивнул Нара, - и как сейчас успехи?

- Шосен отрабатываю на собаках. По словам куратора, ещё месяца три и можно будет переходить на людей... - Шикаку как-то странно на неё посмотрел, - что?

Знал бы кто, как ей уже до глубины души надоело “чинить” проклятых животных, вечно норовящих цапнуть за что-нибудь, пока не отправишь их подремать ненадолго с помощью дзюцу.

- Кх-м, ладно, неважно. Тогда действуем так, - хлопнув в ладоши, сенсей продолжил уже веселее, - вы втроем сразитесь против меня, я оценю ваши навыки, а там уже посмотрим. Вопросы?

- Начинаем сейчас? - Педантично уточнила Ханна.

- Да... - и Нара был вынужден моментально использовать технику замены, слегка расширив глаза от такой наглости. Молниеносный кунай в лицо практически в упор от стоящей девочки ещё никого здоровее не делал.

- Я навязываю ему ближний бой, Ямаширо отвлекай и при возможности атакуй воронами, Абураме с жуками сделай что-нибудь, только не на меня сади. Все понятно? - быстро обернувшись к уже вставшим в боевую стойку сокомандников, Ханна активировала бьякуган.

Аоба почему-то от этого вздрогнул, впрочем, быстро взяв себя в руки:

- Почему ты командуешь?

- Есть предложения лучше? Нет? Вот и отлично, - не дав и слова ему вставить, она продолжила, не выпуская притаившегося на одном из деревьев в десятке метров Нара, - первое дерево слева от вас.

Хочет дать им немного времени, так его право, ей же лучше будет.

Помня про управление тенями Нара, она быстро взяла из подсумка, закрепленного на правом бедре, приготовленный заранее кунай с взрывной печатью. Дед посоветовал, предоставив доступ к собственному небольшому складу снаряжения. Ханна отказываться смысла не видела.

Бросок, и Шикаку спрыгивает на поляну, пока дерево пострадало от достаточно сильного взрыва. Не став говорить ещё что-либо, она срывается в рывке на пределе своей скорости. Сдерживаться или тянуть смысла нет, он все равно будет выносливее всей троицы вместе взятой.

Полгода как Ханна крайне аккуратно училась разгонять чакру по организму сверх инстинктивного умения, которое проявляется с сильным адреналином в крови, и это дало свои результаты. Она была в полтора раза быстрее любого её одногодки, что, на её взгляд, было недостаточно, но терпимо. Меньше представлять угрозу даже для обычного чунина она не стала, наоборот.

Нара стоит на месте, не двигаясь, выжидающе смотрит прямо на неё, держа руки в карманах. Если хотел взбесить, попытка слишком глупая, как ей кажется.

Пять метров, три, один, резкий выпад правой ладонью, от которого тот резко отходит влево, банально пропуская её перед собой.

Повернуться, снова напасть. Удар, отклонить корпус от ответного ленивого пинка, напитать чакрой левую ладонь. Обычный замах, но вместо удара из ладони практически вылетает Вакуумная ладонь на пределе возможной для неё скорости в упор.

Ханна все еще держала в голове ту технику замены, сделанную с невероятной реакцией. Что же, она просто не даст ему вариантов для маневра.

Он явно ожидал обычный удар, делая два шага назад, но это не помогло. Техника сталкивается с телом Нара и тот отлетает на целый десяток метров с глухим звуком удара, успев сгруппироваться перед самым падением.

“Не стоит недооценивать Хьюга, кретин. Так круто уйти от куная, и попасться на это, пф” - высокомерно подумала Ханна, резво отпрыгивая от крайне быстро движущейся в её сторону живой тени.

Теперь сенсей серьезен. Он скривился, встав во весь рост. Наверняка грудь, куда и пришелся удар дзюцу, у него сейчас болит немилосердно. Она старалась.

Но ему не дали сосредоточиться на одной Ханне. Раздался громкий крик воронов и легкий гул от находящихся в воздухе черных жучков, и вся эта орава налетела прямо на него. Раздался легкий хлопок. Очередная техника замены.

Стоит признать, что как бы Нара не славились своим интеллектом, один он не является гарантом победы. Двенадцатая команда является, пожалуй, самым неудобным противником для того, кто управляет тенями, но для этого сам вынужден оставаться на месте. Если решит использовать клановый хиден, его банально загрызут вороны или жуки, а на полноценные техники обычной стихии, Ханна уверена, ему гордость не позволит перейти против генинов. Остается тайдзюцу, в котором Хьюга всухую одолеет того, кто на нем не специализируется. А учитывая ещё и его травму от Вакуумной ладони... Они победили. Наверное. Главное не... Вот ведь!

“Как знала!” - мысленно скрипнув зубами от злости, она сорвалась в сторону сокомандников, среди которых появился сенсей с помощью Шуншина.

Те не успели отреагировать, из-за чего Аоба получил быстрый удар ребром ладони по шее, падая мешком на землю, а к горлу Абураме приставили кунай.

- Выведи из битвы жуков, или тебе очень не понравятся последствия, - слегка надавив, до первой капли крови, на кунай, Нара угрожающе протянул, - решайся.

Ханна полностью проигнорировала угрозу жизни для жуковода, зная, что сенсей не убьет собственного новоиспеченного подопечного. Благо ситуация позволяет, а вид крови может напугать кого угодно, кроме неё.

- Хорошо, - односложно выдавил Абураме, и жуки сразу же отлетели на приличное расстояние.

Наплевав на трусливого идиота, Ханна напитывает ладони чакрой, подготавливая. Шесть метров, четыре, один... Нара резко толкает на неё Муту, но она делает резкий зигзаг, обходя его, после чего выпускает сдвоенную Вакуумную ладонь в Нару, который... Победил, прочитав её, будто открытую книгу.

Она целила чуть назад, ему за спину, уверенная, что тот будет отступать, а вместо этого он резко дернулся вперед, вслед за Абураме, моментально сложив неизвестную ей печать. Ханна была слишком близко, не успев даже использовать Замену или Шуншин. Миг, и все тело сковало параличом, отчего даже пальцем пошевелить невозможно.

- Вот и конец, - выдохнув и продержав технику на Абураме и Хьюге с десяток секунд, он развеял её, отчего они упали на землю, - Это было очень плохо, но, стоит признать, что твоя техника была действительно неожиданной, Ханна. А ещё очень болезненной, - хмуро закончив, он подошел к Ямаширо, который все ещё был без сознания, поднося к его носу... ватку? Откуда и когда он успел её достать?! Да ещё и судя по запаху, со спиртом!

Аоба почти сразу же очнулся, резво вскочив на ноги и отскакивая от Нара.

- Проиграли мы, друг мой, так что незачем тебе больше сражаться, - меланхолично сказал Мута, потирая шею правой рукой.

- Как проиграли?!

- С позором. Ещё и быстро при этом, - мрачно посмотрела на него Хьюга.

С её стороны все, кроме последней Вакуумной ладони, было сделано правильно. Возьмет себе на заметку, что все Нара те ещё хитрецы противные.

- Ну, стоит признать, что если бы вы двое были готовы к моей атаке, то победа была бы вашей, - посмотрел на своих подопечных сенсей, - но вы не смогли реализовать своё преимущество. Над этим ещё придется поработать.

- То есть мы прошли? - довольно спрашивает Ямаширо.

- Что прошли?

- Тест!

- А я разве что-то про него говорил? - недоуменно спрашивает Нара.

- Э-э, да точно было что-то такое, я уверен!

- Клоун, - тяжко припечатала его Ханна, обращаясь уже к сенсею, - когда собираемся для начала миссий?

- Завтра в часов восемь утра, возле администрации Хокаге, - немного подумал перед ответом Шикаку, - и возьмите с собой что-то из еды, придется много поработать, не факт, что вы не захотите перекусить в процессе.

- А что именно мы будем делать? - проигнорировав высказывание Ханны в свою сторону, Аоба снова сверкал довольной улыбкой.

- Полоть огороды, чинить здания, помогать жителям Конохи со всяким разным. И не мы, а вы, - слабо улыбнулся сенсей, - так что морально готовьтесь.

- Ну не-е-ет! - на крик отчаяния брюнета она уже внимания не обратила, молча направившись в сторону жилых районов, прочь с полигона.

Никакого желания “наводить мосты” с чрезвычайно шумным ребенком и жуководом у неё нет и точно не будет. Лучше уж с сестрой чем-нибудь заняться, а после пойти к Мие на чай с данго, перемывать косточки своим сенсеям.

Ещё и в госпитале слегка поправить расписание занятий... Эх, как же иногда Ханне лень что-то делать. Хочется просто лечь и хорошенько поспать, или же с Ханако повозиться. Точно, ей же ещё в академию поступать через несколько дней, нужно будет устроить праздник!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 11.

- Пора наконец проверить ваше родство со стихией, вот, держите, - протянув каждому из троицы небольшой белый листок, Нара продолжил, - просто подайте в него чакру, и в зависимости от того, как именно деформируется лист мы и выясним вашу предрасположенность.

Ханна, взяв оный, выплеснула небольшой импульс чакры, от чего на бумаге появился небольшой разрез. Значит, Ветер. Не так плохо, как могло бы быть, достанься ей вода. Слабый разрушительный потенциал, жесткая зависимость от окружения... Ветер гораздо лучше. Он универсальный, сильный и крайне смертоносный даже с начальными, не слишком требовательными к изучению дзюцу.

У Ямаширо оказался Огонь, и он, не изменяя себе, выкрикнул громкое:

- Крутотень!

Абураме же теперь счастливый обладатель Земли. Хотя ему уж точно плевать на ниндзюцу, все члены этого клана тратят время на разведение своих жуков и учатся более точно ими управлять, так что это ничего и не изменило толком.

Прошло целых два месяца с момента образования новых команд генинов, и Ханна уже мысленно проклинает всех и каждого, кто хотя бы косвенно связан с выдачей начальных заданий, выполняются которые внутри селения. Умом она, конечно, понимает, что все эти прополки огородов, ремонты зданий и просто работа подай-принеси “сближают” генинов, повышая их командный дух. В теории. На практике же она не обмолвилась и тремя десятками слов со своими новыми товарищами, а на сенсея старается не обращать внимания.

Никаких наставлений и прочего, он просто методично, начиная с раннего утра и заканчивая в часов пять вечера гоняет их по неблагодарной работе.

Единственный плюс, который мешает начать выплескивать тщательно накапливаемое раздражение от такой бездарной траты времени на всех и каждого рядом, являются хоть и не большие, но деньги. Сами по себе они ей без надобности, но вот накупить всяких вкусностей и побаловать Ханако? Это она с радостью сделает!

А командный дух? С детьми девяти лет? Увольте, она просто физически не сможет этого сделать. Максимум, на который её хватит персонально для Абураме с Ямаширо, является короткий разговор, после чего от омерзения к ползающим прямо по нему жукам первого и злости от слишком большого пассивного шума второго, она просто уходит, не в силах больше мириться с их обществом. У неё есть дела и важнее этого, все равно Ханне с ними по пути только до экзамена на чунина, который она собирается сдать.

- Значит Ветер, Земля и Огонь, да? С новыми техниками я вам не помощник, так что тут, увы, вам придется самим постараться. Ну, а теперь обратно в администрацию Хокаге, нужно выполнить за сегодня ещё хотя-бы одну миссию.

- Когда что-либо изменится уже, сенсей?! Этот D-ранг уже в печенках сидит! - Возмущенно, но негромко сказал Ямаширо.

- Когда вы будете готовы меня слушать, - отрезал Нара.

- А сейчас с этим есть какие-либо проблемы? - Не выдержала Ханна, ядовито продолжая. И плевать, что она так говорит с вышестоящим. - Что-то не заметно, чтобы вы хоть что-то делали, помимо бесконечных заданий. Ни цели, ничего. Просто тупой монотонный труд, даже толком советов никаких не было. Очень интересно и познавательно, действительно! - резко всплеснув руками, попыталась успокоиться.

- В первую очередь вы должны нарастить в себе достаточно дисциплины, дабы беспрекословно слушать своего сенсея, это раз, - холодно начал Шикаку, нахмурившись, - два, вы должны наконец научиться нормально взаимодействовать между собой, а не как это происходит сейчас, и третье, не перечь старшим, Ханна!

Этот ублюдок её выбесил. Просто чертовски сильно вывел из себя. Слова сами выходили изо рта, направляемые убийственно рациональной логикой:

- Беспрекословное подчинение? А до этого мы хоть слово против сказали на весь этот идиотизм? У каждого есть терпение, и оно, к вашему сведению, имеет свойство заканчиваться, вне зависимости от требований. Я бы поняла, если бы вы параллельно учили хотя бы чему-то! Азам тактического мышления, планированию, - все не останавливаясь, интонациями она все больше походила на настоящую гадюку, - чему угодно! Но вместо этого вы со стоическим лицом отправляете нас пахать снова и снова, ни слова полезного не выдав из своего рта!

Ямаширо стоял с открытым ртом, безмолвно слушая, а иногда даже кивая в определенный период, Абураме же сильно хмурится. Как однажды сказал её дед: “В гневе ты страшна, тучка, и даже у меня немного мурашек по коже проходит”.

- Нормальное взаимодействие? Мы не обязаны разговаривать вне миссий и заводить между собой дружбу, если вы вдруг думали иначе. На миссиях вы вполне наглядно видели, что наша эффективность никак не падает от недостатка болтовни! Вместо того, чтобы пахать с утра и до вечера без какой-либо пользы есть целая масса занятий куда более важных, чем помощь “бедной старушке”, у которой сломался “ценный сердцу” табурет! Но не-ет, это мы глупые генины, ничего не понимаем, дети же ещё! - Уже с натуральной яростью в словах твердила Ханна, не в силах остановиться. Её окончательно понесло. - Не будет никаких проблем подчиняться вышестоящему во время боевой миссии, когда жизнь стоит на кону, и ты или слушаешь боле опытного, либо умираешь. Но здесь? Когда насильно заставляют впустую тратить время, за которое я бы оттачивала Джукен, который по-настоящему поможет мне в будущем? Как бы вы умны не были, Шикаку-сан, - выплюнула его имя, словно оскорбление, - вместо ненужных и даже вредных “общественных работ” на мизерное благо Конохи, я предпочту собственное саморазвитие, дабы стать лучше и защищать селение уже по-настоящему! С прискорбием вынуждена сообщить, что не смотря на весь ваш интеллект как шиноби клана Нара, вы просто некомпетентны как наставник. Все другие команды, я специально узнавала, уже скоро собираются идти на миссии C-ранга, стали куда лучше себя прежних благодаря хоть каким-то наставлениям их сенсеев, в отличие от нас! Только тренировки до потери пульса и поздней ночи позволяют не отставать, зато уже целых шесть десятков миссий D-ранга, идем на рекорд! - рявкнула Ханна, неосознанно активировав бьякуган. - Просто возьмите эти проклятые шесть миссий C-ранга, которые позволят принять участие в экзамене на чунина, и лично я с радостью с вами попрощаюсь!

На полигоне стояла оглушительная тишина после её речи. Абураме был смурнее тучи, Ямаширо с перманентным выражением лица ”О!”, а Нара же смотрел на Ханну с непроницаемым выражением лица. Но легкое давление неосознанно выпускаемого им “Яки”, она же жажда убийства, слегка сдавливало плечи, но она отметила это лишь краем сознания, следя за током чакры “сенсея” безотрывно. Её слова сильно задели его, это она отлично понимает. А значит он может попробовать применить “воспитательные” меры. Нужно быть готовой.

- Все сказала? - Холодом его голоса можно было заморозить какую-нибудь реку.

- Добавить больше нечего, это основные претензии, - словно бы издеваясь, она медленно протянула, - сенсей.

Пусть только попробует сорваться, она сразу привлечет на свою сторону деда, заговорит зубы двум товарищам по несчастью, и те также станут на её сторону, нажаловавшись уже своим предкам, заставив наставника побыстрее “отбегать” эти C-ранговые миссии. А недовольство Хьюга, Абураме и семьи потомственных шиноби одним Нара, хоть он и является наследником, может дорого обойтись этим любителем разводить оленей.

Не стоит недооценивать силу обычных “детских” жалоб, особенно если они состоят в именитом клане. Особенно, если одна из подопечных Шикаку является внучкой старейшины Хьюга, у которого есть немаленькое влияние на самого главу клана. Весь этот импровизированный “триумвират” без сомнений станет единым фронтом против Нара, так как тот, если правильно подать слова, фактически намеренно ограничивает своих генинов в развитии, а такое уже не прощают, вне зависимости от твоего положения.

Ханна бы поняла, если бы её учили хоть чему-либо, не устроив тогда этот “бунт”, но абсолютно все в её словах было чистой, ничем не фильтрованной правдой. Их наставник действительно с треском провалился в своей роли. Что неудивительно, в его-то семнадцать лет. А раз так, то терпеть это больше она не собирается. Плевать на традиции, плевать на негативное отношение к ней со стороны Нара, если это мешает её развитию. Она не маленькая безобидная девочка, чтобы терпеть к себе такое отношение.

И если его интеллект работал как-то выборочно, то в данный момент, есть у неё такое чувство, он работал на все сто процентов. Он не может не понимать последствия своей ошибки и выборочной слепоты, если дальше пойдет на эскалацию станет ещё хуже. Будто подтвердив её мысли, Нара переменил свой взгляд смотря на неё. Теперь не было маски отчужденности или безразличия. Он смотрел на неё с легкой опаской и агрессией, осознав всю возможную угрозу. Её умению раздуть конфликт до межклановых масштабов можно только позавидовать, ха-ха!

Со стороны может показаться смешным “бояться” слов маленькой девочки. Но никогда не стоит недооценивать силу связей. Дедушка за неё порвет кого угодно, стоит тому неудачнику только впасть в немилость Ханны, наверняка тоже сделают и родители её товарищей уже ради собственных чад, узнав о всей проблеме.

- Что же... Я вас услышал, - неспешно начал Нара, - и как бы мне не было неприятно это говорить, но я действительно плох в роли вашего сенсея. Основная суть всего этого была в вашем сплочении, создании нерушимых товарищеских уз во время долгого и кропотливого процесса труда. Но, по всей видимости, у нас... разное понимание следования идеалам “Воли Огня”. Раз вы так кардинально высказались, то видение всего у нас свами... совершенно разное. Ни мне, ни вам не нужны проблемы, которые могут возникнуть от ещё большего недопонимания с обеих сторон, - убежденно продолжил он, тщательно подбирая слова, - а потому предлагаю следующее: с взаимодействием между собой вы разбираетесь сами, главное, чтобы была эффективность, на миссиях мои приказы выполняете без споров и прочего, не подрывая мой авторитет общественности как наставника. Со своей же стороны обязуюсь начать выполнение миссий C-ранга и обучить вас основам тактики, стратегии, планирования, логистики и просто постараюсь передать свой опыт в качестве шиноби. Но с техниками я вам помочь не смогу, разве что только свести с нужными людьми, которые будут не против поделиться с вами мудростью. Договорились?

- Договорились, - уже спокойно ответила Ханна. Продолжать хамить, когда переговоры достигли успеха смысла нет. - Когда начинаем?

- Задание возьму через две недели, а за это время вы должны налечь на тренировки как можно сильнее, также будем устраивать спарринги, вы трое против меня. Нужно чтобы вы притерлись друг к другу в около боевой обстановке. И только после отправимся за границы Конохи. Завтра в восемь утра на этом же месте, у нас будет четыре часа, а дальше вы сами.

- Тогда до свидания, сенсей! - Как ни в чем не бывало кивнув ему, Ханна использовала Шуншин дабы уйти побыстрее. Нет жажды общаться с членами команды и выслушивать их словоблудие.

Главное, что они не мешают друг другу во время работы. Ямаширо с Абураме между собой разберутся в слаженных действиях, её задача - это навязать ближний бой, а не пылинки сдувать с идиотов. Главное, чтобы не забыли прошлый и единственный урок от Шикаку, когда он в первый же день знакомства выиграл бой, выведя из строя двоих самых раздражающих противников.

Все в итоге закончилось удовлетворительно, так что тратить на это время она более не видит смысла.

Зайдя по обратной дороге домой в кафешку с данго, где она уже стала постоянным клиентом, купила привычную двойную порцию. Часть съедая по пути, тогда как оставшееся оставляя на потом, если Ханако не уничтожит быстрее. Она у неё та ещё сладкоежка, как и она сама, впрочем.

Сладкий вкус риса с легким слоем соуса хоть немного, но примиряет её с потерянными двумя месяцами. Все, что она успевала делать после практически ежедневных миссий, так это понемногу оттачивать собственные связки Джукена, тогда как на остальное не оставалось времени, даже с литературой, необходимой для дальнейшего обучения в госпитале, получается все со скрипом.

Через примерно месяц её наконец-то допустят к лечению людей, не до серьезных травм, конечно, но она и так довольна. Прогресс с Шосеном не стоит на месте, пласты похожей на уже когда-то пройденную теорию “вспоминаются”, куратор все нарадоваться не может на свою подопечную.

Хотя бы тут тишь да благодать, с предсказуемым исходом.

Доедая вторую палочку данго Ханна отчетливо вознамерилась растрясти деда на техники стихии Ветра, а также напомнить про Теневых Клонов. Хоть он и говорил, что ещё не время, но упоминание лишним точно не будет, дабы показать все намерения изучить её.

Слишком уж привлекает её свойство передачи памяти оригиналу от создаваемых копий. Если это действительно сработает в обучении, то она будет готова молиться на гений Тобирамы Сенджу, который и придумал это дзюцу.

Дилемма с командой решена, Теневые Клоны не за горами, как она считает, дзюцу Ветра также скоро займут всю её голову, успехи в Джукене стабильно высокие... Красота.

Ханна любит, когда все идет по плану, предсказуемо и в ожидаемом ею порядке. Так гораздо спокойнее на душе.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 12.

Дом старейшины Хьюга, поздний вечер. Сестры мирно пьют чай, сидя за кухонным столом, пока младшая рассказывает обо всем, что видела в академии, а старшая внимательно слушает.

Редкий момент свободы от тренировок, бытовых проблем, нужды срочно куда-то идти и что-то делать, мыслей о госпитале. Кратковременное счастье, полное покоя и умиротворенности.

- ... Ну я ему и говорю, что это Первый Хокаге придумал идею сделать Скалу Хокаге, а этот индюк напыщенный говорит, что не он, а Учиха Мадара! - с праведным возмущением рассказывает Ханако.

- И что ты с ним сделала? - сделав очередной глоток чая и разом съев вкусное шоколадное печенье (дорогое удовольствие), Ханна блаженно прикрывает глаза. Она обожает сладкое не меньше младшей сестры.

- Я ему так и сказала, что он все делает с таким видом, будто пытается стать краше павлина. Потом он обозвал меня малявкой, а я его идиотом без мозгов, после он меня...

- В итоге то, чем закончился ваш обмен любезностями? - насмешливо протянула старшая.

- Позвала его подраться, а как сказал, что “девчонок не бью”, так выкинула его в окно, - беззаботно пожав плечами, Ханако быстро сгрызает очередное печенье.

Недоуменно моргнув, старшая переспрашивает:

- Прямо в окно? Выкинула?

- Ну да, ему ещё повезло, что оно было открыто! - воинственно стукнула кулачком по столу. - Правда потом пришел сенсей и выдал нам пятиминутную лекцию, но это уже мелочи, хи-хи.

- Прямо-таки мелочи, хм? - весело хмыкнул зашедший с гостиной к сестрам Хокуро, подходя к чайнику и активируя печать нагревания.

- О, деда! - обрадовалась Ханако. - Когда я уже начну учить Кайтен?

- Сразу, как только освоишь на приемлемом уровне Джукен.

- Но я ведь уже выучила все Ката!

Очередной глоток божественного напитка, ещё одна печенька и Ханна говорит:

- Выучить не равно вбить себе все движения на уровень рефлексов, ты ведь и сама знаешь, - смотря на надувшую щеки младшую, она не могла не улыбнуться, - с таким упорством, впрочем, ещё полгода-год и будешь всяких надоедливых мальчишек без всяких сложностей по земле валять.

- Долой всех дураков! - Быстро кивнула и разом допила остатки чая, требовательно протянув уже пустую чашку деду. - Я ещё хочу!

- Кстати, у тебя нет техник стихии Ветра каких? У меня, как вчера выяснилось, именно он, - уже без всякой злости на вчерашнее говорила Ханна, - так что было бы неплохо хотя бы несколько дзюцу освоить. Практически через две недели отправляемся на первый C-ранг.

- Так быстро? - неприятно удивился Хокуро. - Впрочем, вашему сенсею виднее. А вот Ветер... Посмотрю завтра в архиве, с этим проблем не будет.

- Спасибо, - благодарно улыбнувшись деду, Ханна уже по классике напомнила про другое обещанное дзюцу, - а Теневые Клоны? Если они и правда помогут в обучении... это будет стоить возможного риска, - и уже видя его возмущение, быстро добавила, - во время обучения можем даже позвать ирьёнина, чтобы наверняка.

Она безотрывно следила за сменой различных эмоций на лице деда, пытаясь его прочитать. Злость, глухое раздражение, беспокойство, волнение, легкое замешательство, внутреннее смирение и принятие в виде легкого вздоха. На удивление, у неё получилось. Совместное проживание и постоянное общение творят чудеса, не иначе.

- Вернешься с миссии, так уж и быть, научу, что с тобой поделать, - слегка устало махнув на неё рукой, Хокуро начал готовить чай, благо чайник уже закипел, - все равно ведь учишься очень быстро, и не отстанешь.

- Спасибо, правда!

- Совсем уж старика загоняла, тучка, - по-доброму усмехнувшись, он сел к сестрам за стол, - совесть то тоже иметь надо.

- Я и так её имею. Мне нравится, - с каменным лицом выдала она, из-за чего дед кашлянул, подавившись воздухом.

- Это ты где такие выражения слышала, скажи-ка мне!

- Чего только уши бедных девочек не узнают от пьяных доходяг, веселящихся в открытых заведениях.

- Больше не выражайся так, особенно на публике. Тебе такое не к лицу, - хмуро посмотрел на неё Хокуро, - поняла?

Настолько гордится внучкой, что вне тренировки даже отругать не может. Золото, а не человек, как она думает.

- Конечно, дедушка.

- А что значит иметь совесть? - любопытно спросила Ханако, грызя уже какую по счету печеньку.

- Поступать так, как велит сердце - правильно. Вот что это значит, запомнила? - первее Хокуро успела объяснить она.

- А чего тогда так не выражаться? - уже непонимающе переспросила младшая.

- Наш деда просто не так все понял, да? - И ожидающе посмотрела на него.

- Да-да, Ханна, ты как-всегда права, - и уже тише добавил, дабы не услышала Ханако, - и что же из тебя вырастет?

Она тихо фыркнула, пытаясь сдержать смех. Шалость удалась!

- Одна из лучших девушек в мире, вот что!

- И опять я чего-то не поняла, эх, - приторно-тяжело вздохнула Ханако, - ну и ладно! Поможешь мне завтра со связками Джукена, сестрёнка?

- Конечно, почему нет, - пожала плечами Ханна, - только не долго, у меня под вечер будет встреча с командой.

За вчерашние четыре часа, когда Нара рассказывал все строго по делу, проведя в конце наглядный бой, где победил практически также, как и в день их знакомства, она даже немного зауважала его. Так мастерски показать ошибки ребят, сразу же объяснив, как исправить недостаток защиты. В сторону Ханны нареканий у него практически не было, её главной задачей является прессование врага и постоянное отвлечение на себя.

С его слов, все получается легко, отчего ей даже захотелось тогда рассмеяться, ведь вспомнила свою учебу в другой жизни. Там было также: на словах элементарно, а как приступать к расчётам и формулам, так за голову хотелось хвататься.

Ямаширо и Абураме нужно поработать над собственной изворотливостью и любых методах успешно отдалиться от противника, тогда как ей “всего лишь” более эффективно отвлекать врагов, не давая даже вздохнуть.

Сенсей, поставив им цель загнать его в угол на ежедневных спаррингах, будто насмехался над ними за тот “бунт”. Уходя в последний момент от атак Ханны, банально превосходя её в скорости, после чего раз за разом выводил мальчишек из боя, оставаясь с ней один на один, пока не словит её Теневым Подражанием, техникой клана Нара.

Как бы она не старалась увернуться от его живой тени, она банально не успевает этого сделать, находясь на сверх близких дистанциях. На взгляд Ханны, критический недостаток в скорости всего сказывается на её эффективности слишком сильно.

Решать эту проблему она планирует сразу после изучения Теневых Клонов, когда вместо одного её гениального мозга, таких будет несколько сразу. Все-таки всегда приятно общаться с умными людьми, даже если это будут собственные копии.

***

Рывок ближе к сенсею, быстрая Вакуумная ладонь, короткая связка ударов, резко отпрыгнуть назад, спасаясь от Теневого захвата.

И как словить того, кто быстрее, умнее (как бы ей неприятно было это признавать, но он все же Нара), да ещё и опытнее? Шикаку просто филигранно игнорирует её попытки навязать ближний контакт, каждый раз выводя из строя первыми Ямаширо с Абураме. Эти двое вроде бы и пытаются что-то изменить, но безрезультативно.

Каждый. Чертов. Раз. Это начинает бесить её. Ну ничего, дед достал ей несколько свитков с несложными техниками Ветра, как только выучит, все станет попроще. Если Нара хочет бегать от её Джукена вечно, то посмотрим, что он будет делать со смертельно опасными воздушными лезвиями, вдобавок к рою жуков и воронов. Уж тогда-то он точно не сможет так просто бегать от неё, не рискуя получить фатальный порез.

Хотя что именно будут за дзюцу, взятые дедом из архива Конохи, куда доступ есть у каждого проверенного шиноби, начиная с ранга джонина.

Есть у Ханны небольшие подозрения, что Нара, по сравнению с остальными чунинами, двигается гораздо быстрее нужного. Она не верит, что он смог бы избежать каждой её атаки без дополнительного разгона чакры по телу. Надо бы узнать это наверняка.

И вот опять попавшись в ловушку, обездвиженная, даже не смотря на всю помощь бьякугана, они проиграли.

- В этот раз получше, молодцы, - неспешно начал сенсей, - но все ещё плохо, да. Проблемы те же, ничего особо и не изменилось.

- Сенсей, я ведь правильно все поняла - вы разгоняете свою чакру по организму выше ожидаемого уровня? Из-за этого вы такой быстрый, что я не могу вас словить? Не поверю, что являюсь настолько медлительной, чтобы не угнаться за вами.

Её додзюцу хоть и видит каналы чакры, но вот разглядеть именно что её течение внутри организма для Ханны все ещё крайне тяжело во время активного боя. Но она очень старается исправить этот недостаток, используя свои глаза каждый раз, когда выпадет возможность.

- Рад, что ты наконец это заметила, - одобрительно кивнул ей Нара, - не используй я этот прием, и проиграл бы вашей троице. Все-таки я не являюсь чистым боевиком, так что приходится изворачиваться.

- Дадите советы по правильным упражнениям для ускорения тока чакры? Я тоже собираюсь разобраться с этим, а то, знаете ли, довольно неприятно, когда от тебя постоянно бегают, притом успешно.

- Тогда предлагаю уже на завтрашнем занятии обсудить это более тщательно. Вместо очередного боя я попытаюсь исправить ваши недостатки, в меру своих сил, конечно.

- День без унизительных избиений? Конечно, я согласен! - Довольно произнес Ямаширо, устало лежа на траве.

- Поддержу эту мысль я, - вставил своё слово Абураме, - давно пора бы сильнее как команда нам стать.

- Отлично, договорились, - кивнув подопечным, Нара продолжил, - тогда на сегодня можно закончить. Расходимся, - и сразу исчез в Шуншине.

Аоба лениво поднялся, и когда Ханна уже начала уходить, сказал:

- Ребят, может сходим куда-нибудь поужинать?

- Без меня, - также использовав технику Телесного Мерцания, дабы избежать ненужных уговоров со стороны паренька, Ханна отправилась домой. Ей ещё предстоит помощь сестре.

- И ты тоже? - Как-то устало спросил своего нелюдимого товарища на глазах погрустневший брюнет.

- Вынужден отказать я, ибо контролировать процесс размножения помощников своих обязан я, - слегка виновато склонив голову, Мута также покинул полигон.

- Лучше бы уже молча ушел, чем так... - слегка скривился единственный оставшийся на полигоне мальчик, поднявший глаза к вечернему небу, - и за что мне всё это, Ками-сама? Нельзя было меня определить в нормальную команду, где не будет жуткого любителя своих жучков и стервозной принцессы?

Но, впрочем, как и следовало ожидать, его вопрос остался без ответа.

Устало бродя в сторону своего сейчас пустого дома, куда Ямаширо искренне не хотел идти, но где-то же ночевать нужно, он тяжело вздохнул, мысленно проклиная судьбу. Отец на длительной миссии, мать в коме уже полгода, с той самой злополучной миссии, где чудом выжила, так ещё и не команда, а кучка ярых индивидуалистов и интровертов.

Жажда забыться в тренировках от всех невзгод у него появляется иногда все чаще и чаще, а лень будто бы отступает.

- Может и вправду, судьба? - Еле слышно пробормотал он себе под нос, выходя к населенным окраинам селения со стороны одного из множества уединенных полигонов.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 13.

В полудне неспешного пути из Конохи, дорога в Танзаку, город развлечений.

Двенадцатая команда в полном составе сопровождала аристократа, одного из многих в Стране Огня. Заплатив приличную сумму Конохе он нанял на свою охрану шиноби, излишне беспокоясь о своей безопасности.

По мнению Ханны, этот слащавый и тонкий чванливый идиот, от которого создается ощущение, будто его банально ветром сдует, слишком параноидален. Какой дурак будет нападать на одном из самых безопасных трактов всей страны? Жизнь его не настолько важна, чтобы посылать по его душу шиноби, а обычные люди прекрасно знают, что все важные точки находятся под надзором ниндзя, отчего предпочитают лишний раз не рисковать жизнью, реши они пограбить или ещё какой аналог для быстрого заработка денег.

- Все в порядке? - оказался рядом с ней сенсей.

- Без изменений, - быстро проверив бьякуганом окрестности, отчиталась, - эти лошади точно быстрее не могут ехать?

Кивнув в сторону роскошной, закрытой от всего мира кареты, запряженной двумя лошадьми, поинтересовалась Ханна. Скука начала одолевать её ещё на втором часу их путешествия, отчего она думала о любой мелочи, которая пролетит в мыслях, периодически проверяя местность своим додзюцу. Благодаря нему нет нужды быть подсознательно готовой к неприятностям. Включил раз в пять минут, проверил, отчитался, иди и дальше себе голову мыслями забивай.

- Могут, конечно, но сомневаюсь, что Оширо-доно готов терпеть качку ещё два дня. Хотя на счет кучера не знаю, он вроде кажется привычным к такому, - пожав плечами, Нара отошел обратно.

Конечно, периодически они встречали попутчиков, благо, округ тут населенный благодаря многочисленным деревенькам, но то были обычные гражданские, такие же путники, не представляющие угрозы. Несколько раз она замечала на пределе своей дальности двигающихся в различные стороны шиноби, но то было не удивительно. Куда проще ориентироваться в дороге на миссию по главному тракту, чем совсем наглухо уйти в леса.

Своим темпом двенадцатая команда преодолела бы все расстояние за всего лишь два дня, также не слишком спеша, вместо пяти, которые предстоят сейчас.

Эти две недели подготовки не прошли бесследно. Когда сенсей взялся за что-то всерьез, не забивая голову собственными мнимыми ожиданиями, то он оказался действительно хорошим учителем. Хоть между ними и появился холодок в отношениях, но Ханна считала это терпимой платой за то, чтобы направить его мозги в нужное русло.

Так теперь Ямаширо с Абураме перестали быть полными бездарностями в навыке тактического отступления от излишне назойливого врага, желающего побыстрее вывести их из боя, а Ханна делала некоторые успехи в управлении собственной чакрой.

Со слов сенсея, он научился полноценно ускорять ток чакры за пять месяцев активных тренировок, и то только благодаря своему филигранному контролю чакры, необходимому для клановых дзюцу. Благо, с этим-то у неё точно нет никаких проблем, в отличие от того же Аобы или Муты. У последнего хоть все и неплохо, но всегда можно сделать ещё лучше.

А вечно шумный брюнет... Она даже готова признать его старания и жажду улучшить собственные навыки. Как тот говорил, он практически живет тренировками, отдавая им всего себя. И особенно заметно это стало на одном из последних спаррингов между сенсеем и учениками.

Более точное и синхронное взаимодействие друг с другом, слаженные комбинации и вечная готовность к неожиданностям. Благодаря Нара они стали представлять серьезную угрозу даже ему, несмотря на тотальное превосходство в маневренности. И это искренне радовало Ханну. Видимость собственного роста вдохновляет.

Начав первые попытки ускорения уже собственного тока чакры, под надзором Шикаку и деда уже на домашних тренировках, прекращая сразу, как только чувствовала первичную потерю контроля, но она все-таки делала успехи. Маленькие, поначалу незаметные, но практикуясь день ото дня, вне миссий, само собой, она уверена, что освоит этот навык на высшем уровне. А риск натурально покончить с собой, если слишком увлечься, неплохо так нагоняли осторожности на пару с адреналином.

- Может сыграем во что-то? - Предложил Аоба, монотонно идя по опостылевшей ему широкой дороге.

- Например? - Заинтересованно спросила Ханна. Как бы не принижала его интеллект, но она не против поговорить во время долгого пути, фактически умирая от скуки. И ведь даже не потренироваться толком.

- М-м-м, правда или неправда?

- Ладно, тогда я начну, - тактично забыв про ещё более молчаливого, чем она, Абураме, продолжила, - правда ли, что Мадара Учиха на самом деле предал деревню из-за того, что его чувство прекрасного ущемили, построив Скалу Хокаге?

- Серьезно? Откуда мне это знать-то?! - Возмущенно спросил Ямаширо. - Мало ли, что у него в голове творилось?

- Так да или нет?

- Ну... Допустим нет?

- Действительно, неправда. Но наверняка Скала Хокаге стала просто ещё одним камнем в огород недопониманий и прочего, что там было у Основателей между собой.

- А ты то это откуда взяла? - Вскинул вопросительно одну бровь Аоба. И чего только раньше так не делал?

- У меня дед застал времена ухода Мадары из селения, так что источник, хе-хе, достоверный, - фыркнув себе под, она продолжила, - теперь твоя очередь.

- Твой дед правда видел Мадару вживую?! И какой он был?

Как бы Ямаширо не отрицал пользу предмета истории ещё со времен академии, но желание узнать об одном из сильнейших шиноби той эпохи перевешивает все остальные доводы.

- С его слов - чудовищно сильным, его присутствие будто бы подавляло саму твою суть, а ещё очень гордым. Но последнее он слышал уже от своего отца, моего прадеда.

- Хокуро-сама действительно многое видел в своей жизни. Мне однажды доводилось с ним общаться, и его истории были тем, что я действительно запомнил во время чайной церемонии между кланами, - неспешно рассказывает Нара, - мне тогда было лет восемь, а твой дедушка оказался любителем поговорить, что и спасло тогда от скуки смертной.

- Политика, - недовольно скривила лицо Ханна, - не люблю это. Часами говорить о том да о сём, медленно подводя к нужной теме. Пустая трата времени и нервов.

- Без политики и дипломатии сейчас вокруг были бы одни войны, - поправил Шикаку, - так что она является частью жизни каждого, хочет он этого или нет.

- Знаю я, - слегка нахмурившись, ответила, - но любить её больше от этого не могу. Куда лучше потратить время на собственное развитие и жить в своё удовольствие, чем добровольно стать важной шишкой и ограничить себя сотней надуманных причин не делать ту или иную вещь.

- Справедливо, и в чем-то я даже с тобой согласен, - одобрительно кивнул сенсей, - а вы что думаете по этому поводу, Аоба, Мута?

- Согласен с нашей принцессой, политика точно мне не нравится. Слишком сложно, - беззаботно пожал плечами Ямаширо, - да и нудно.

- Как ты меня назвал?

- Так, а ты разве не принцесса? Из основной ветви своего клана, внучка целого старейшины, важная шишка и всё-такое.

- И всё-такое, - передразнила его Ханна, слегка развеселившись, - к твоему сведению, принцесса у клана может быть только одна, и то если она является дочерью нынешнего главы. Увы, такой сейчас нет и вряд ли появится. Так что технически, нет, я не принцесса.

- Технически может и нет, но формально? Ха-ха, да ты характером передавишь настоящую какую-нибудь принцесску, я уверен!

- Буду считать это комплиментом, - окинула его уничижительным взглядом Ханна, - но в следующий раз спроси у кого-нибудь советы о том, как польстить девушке, тебе не помешает.

- Обязательно, - слегка поклонился Аоба, весело улыбаясь, - ты, я так понял, такие советы не раздаешь?

- Шутишь? Молодец. Живи пока до первой тренировки, а там посмотрим. Может и посоветую тебе чего-нибудь, что аж стоять не сможешь от собственного просвещения в красноречии.

- Ладно-ладно, все, понял, - чуть занервничал он, - молчу!

- Абураме там вообще живой? - Обернувшись в его сторону, Ханна увидела мирно шагающего жуковода. Не потерялся, и то хорошо.

- Спасибо за беспокойство твоё, - она на это лишь закатила глаза, отвернувшись и продолжив идти, - в порядке все со мной.

***

Пять дней пролетели вполне спокойно. Никаких неожиданных нападений шиноби, разбойников, жутких зверей и прочих неприятностей не произошло. Только приходилось выслушивать по вечерам жалкое блеяние аристократа, за ошибкой названное речью, но это мелочи житейские.

Танзаку представлял собой крупный город, в котором всегда будут толпы людей различной благочестивости. Масса заведений с азартными играми, борделей, баров и всего, чего только может пожелать душа порочная. Рай для гуляк и богачей.

Ханне здесь не нравилось. Распрощавшись утром с аристократом, сенсей выделил им время до раннего вечера дабы изучить город и просто побродить по округе, и увиденное её раздражало. Ещё в другой жизни она не была любительницей прожигать время в развлечениях, предпочитая вместо этого одиночество на пару с книжкой или каким сериалом в дни особой хандры. Не то чтобы она не понимала мотивы всех этих людей, ведь каждый удовлетворяет себя в зависимости от собственной ничтожности, но стойкое неприятие из того мира стойко перенеслось и в этот.

Использовав дзюцу Перевоплощения, оказавшись теперь молоденькой девушкой шатенкой лет шестнадцати, одетой в обычное, легкое темно-синие кимоно, она изучала этот город. Интерес и жажда узнать, как живут вне Конохи сподвигли на смену внешности. Ведь если ты ходишь с протектором Конохи на видном месте, то при вас стараются вести себя нарочито настороженно и аккуратно, а так никакого интереса ведь нет!

Такое отношение к шиноби, как считает Ханна, осталось у людей ещё с прошлой войны, после которой минуло уже примерно лет пять. Ужасы тех событий ещё не успели забыться, отражаясь даже на обычной жизни в виде реакции на любого, кто носит протектор принадлежности к селению.

Но если вместо шиноби ты обычная юная девушка, гуляющая по городу? Всем резко становится на тебя плевать. Просто ещё одна прохожая в толпе. И теперь она с интересом осматривала домики, множество вывесок различных заведений, торговые лавки, фонтаны и в особенности Замок Танзаку, главную местную достопримечательность. Огромный дворец, огороженный от остального города высокими стенами, которые внушают легкое чувство трепета.

“По крайней мере, должны были,” - после видов поистине титанических небоскребов, великолепных церквей и прочих чудес мира из прошлой жизни, местные виды... Не удивляют. Определенный интерес из-за восточной архитектуры, конечно, есть, но он смотрится бледно для настоящих восторгов.

Не особо спеша, Ханна возвращалась к главному входу в город, где и договорились встретиться по истечению времени, по пути заходя в многочисленные кафе, казино и прочие лавки, где можно потратить деньги. Нужно же и на себя немного рё потратить, не все ведь сестре сладости покупать?

Так, побывав свидетельницей множества местных азартных игр в красиво украшенных внутри зданиях, которые, конечно, ни в какое сравнение не идут с чудовищами из Лас-Вегаса, но тоже слегка внушают, она и оказалась у главных ворот ровно в назначенный час, подойдя к неуютно оглядывающимся товарищам.

- Ты ещё кто? - Недружелюбно обратился к ней Аоба.

- Серьезно, Ямаширо? А подумать?

- Хьюга? А-а-а! Черт! - Ударил себя по лбу он. - И как я не догадался использовать Хенге?!

- Тебе, Ямаширо, очевидно, ещё мозгов не хватает на такое. Года через три, может, и сообразишь, - язвительно ответила Ханна, прерывая действие техники, отчего с легким “Пуф!” снова стала собой, - и то не факт.

Перед троицей из Шуншина появился сенсей, оглядывая их поочередно. Чему-то кивнув самому себе, он обратился к генинам:

- Погуляли? Отлично. Теперь выдвигаемся, уже с нормальным темпом.

- Ну наконец-то, я-то уж думал, что и обратно тоже будет почти неделю идти пешком, пф-ф, - недовольно фыркнул Ямаширо.

- Тебе полезно будет, выносливее станешь, - поучительно сказала Ханна.

- Ой, да иди ты, - отмахнулся от неё парень, на что она просто и незатейливо хмыкнула.

От правды ведь не убежишь, выносливость ему и правда поднять бы. А её дома ждет сестра с дедом, а также обещанные Теневые Клоны.

Дом... Да, пожалуй, она действительно может назвать Коноху своим домом. От этого сразу становится приятнее на душе, знать, что есть место, где ты в безопасности от всего и всех.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 14.

Небольшой домашний полигон, дом старейшины клана Хьюга.

Хокуро, как и обещал ей ранее, взялся учить её Теневым Клонам. Отговаривая, пытаясь напугать рисками и тем, что даже не все, кто достиг ранга джонина, способны правильно выполнить это дзюцу. Но Ханна, увы, была неумолима.

- Максимум, что со мной случится, так это я слягу на недельку от истощения чакры. Не собираюсь же я создавать сразу несколько клонов, за кого ты меня принимаешь? - Внимательно читая свиток с описанием дзюцу, который дед опять смог достать благодаря своему положению, она тщательно осмысливала всю инструкцию.

- За слишком спешащую стать сильнее куноичи. Ханна, погоня за силой ещё никого не сделала счастливее, чем он был, уж поверь старику, - говорил Хокуро, сидя в удобном кресле прямо возле двери, ведущей в дом, - а тебе сейчас всего десять лет. Не так давно ты уже выучила Вакуумную ладонь, постоянно совершенствуешь тайдзюцу, всю себя отдаешь тренировкам практически каждый день. Нет, я, конечно, очень горд за твои успехи, но скажи мне, ради чего все это?

- Правда хочешь узнать? - Задумчиво переспросила Хьюга.

- Иначе бы не спрашивал.

- Ну... тогда слушай внимательно, - она нахмурилась, отложив от себя свиток, - шиноби воюют уже сотни лет, точной даты начала бесконечного насилия и в помине нет. Если до основания Великих Деревень резня была более локальная, то с новой эпохой, как это и полагается, все стало по-другому. Войны стали реже, но гораздо кровопролитнее. Сейчас только пятьдесят шестой год с момента основания Конохи, первой из деревень, и на весь мир уже прогремело две Великие Войны, в каждой из которых любая сторона фактически умылась кровью, если верить хроникам, которые ты приносил домой. Так подумать, то сейчас только вопрос времени, когда начнется третья.

Тяжело вздохнув, она подошла ближе к деду, усевшись на деревянный пол небольшой веранды. Как же не хотелось продолжать говорить, но слова будто сами лились изо рта:

- Десять лет, пятнадцать? Сколько требуется для того, чтобы выросло новое поколение? Очевидно ведь, что Каге не оставят свои амбиции возвысить свою Деревню, а то, что они внезапно смогут договориться не воевать, даже звучит смешно. Я смотрю в будущее, чтобы не повязнуть в настоящем, дедушка, - выдержала небольшую паузу, - и так как я далеко не глупа, то общее направление событий предсказать очень легко. Именно поэтому я тренируюсь как проклятая, вместо того чтобы страдать идиотизмом, ублажая себя грёзами о том, что со мной все точно будет в порядке.

- Когда нагрянет новая война, я хочу быть готовой пережить её, защитив то, что мне дорого. Даже если я боюсь и желаю, чтобы все это оказалось просто плодом воспаленной фантазии. Но, увы, бытие умной девочкой несет свой отпечаток в жизни. Вопрос только один: сколько времени ещё осталось?

На несколько минут повисла напряженная тишина, прерываемая лишь шелестом листьев ветром. Пасмурная погода, предвещающая скорый дождь, не обнадеживала.

- И давно ты думаешь о таких вещах? - Неспешно спросил Хокуро.

- Как только прочитала те свитки, которые ты приносил ещё с год назад.

- Иногда любознательность тебя погубит, тучка, - грустно улыбнулся старейшина, - но, к сожалению, ты права. Сколько я себя помню, насилие было и будет всегда, вопрос лишь в его размерах. Всего пять лет прошло с окончания последней войны. Но за это время те, кто были обычными генинами и чунинами, стали опытными джонинами, а сменили первых также быстро. Молодые юнцы, учащиеся в то время в академии, теперь стали юношами с амбициями и горячим нравом, а сейчас уже готовятся сотни, если не тысячи новых детей, которые через года два станут генинами.

- Скажу тебе прямо, Ханна. У нас есть ещё лет шесть, не больше. Вторая война хоть и была жестокой, но ни в какое сравнение с Первой, уж поверь мне. Когда Каге начали делить мир в первый раз, полегло бесчисленное множество хороших, сильных шиноби. Прошло всего одиннадцать лет, и они вновь продолжили, но уже не с таким ярым запалом, сберегая свои войска, а потому после конца осталось ещё множество боеспособных, готовых по первому приказу отправиться устраивать новый виток массового насилия, помня и лелея былые обиды и печали по отношению к своему врагу. И вот, будет новая война. С множественными ветеранами прошлой и тысячами тех, кто вырос на сказках о том, какое их Селение Великое, тогда как остальные хотят его уничтожить.

Он прервался на десяток секунд, сидя с прикрытыми глазами.

- Как бы мы не любили Коноху, но система-то у всех одна. Начнется война, Хокаге начнет посылать все больше и больше войск на сдерживание других Деревень, которые хотят крови. Сначала ветераны, потом молодые мужчины, юноши, а после и, не дай Ками, дети, только вышедшие из академии. Все всё прекрасно понимают, Ханна, и активно готовятся. Главное здесь в другом. Скажи мне, кто будет лучшим воином: тот, кто жил и горя не знал, как на его родину напали чужаки, и он добровольно встанет на её защиту, или тот, кто все понимал и ожидал начала с мрачной решимостью выйти живым из предстоящей мясорубки?

- Первые, конечно, - тихо ответила она, - но это же чертовски лицемерно. Чертова политика, чтоб её!

- Не знал, что невинный вопрос перейдет в такой тяжелый разговор. Я бы мог, конечно, заверить тебя что все будет в порядке и прочая подобная чепуха, но нет. Не собираюсь этого делать, раз уж ты все осознаешь. Хоть и очень хочется, чтобы ты подольше насладилась своим детством. Я именно что пережил две войны, не иначе как чудом, и это всегда страшно и вселяет ужас. Как бы силён ты ни был, на каждого найдут управу. Если ты уже все прекрасно поняла, то ограждать тебя от суровых реалий шиноби я более не буду. Да, будет война. Да, все Каге и просто умные люди это осознают и готовятся, хоть это на первый взгляд и не заметно. И скорее всего, Третья война будет гораздо более жестокой. Слишком много сил у каждой Деревни, слишком много амбиций и жажды поквитаться с врагами, просто... слишком много всего.

Ханна разрывалась изнутри от эмоций. Одно дело догадки, сколь бы точными они не были, а другое - прямое подтверждение от, по сути, ветерана всего этого безумного круговорота ненависти и крови. Крайне тяжело осознавать, что тихая жизнь рано или поздно закончится. Конечно, она не зря начала так рано готовиться, все же подсознательно все прекрасно понимала... Но не хотела признавать это до последнего. Банально не желала посмотреть правде в лицо, боялась.

Боялась воспоминаний из другой жизни, как целые страны были уничтожены бомбами, химическим оружием, каждое из которых нарушало абсолютно все мыслимые нормы ведения войны. Её прошлое детство было полно ужасов и отчаяния, где она только чудом смогла спастись, оказавшись в другой стране, находящейся по другую сторону океана, вооруженной до зубов. Туда банально побоялись лезть, и именно эта страна в итоге стала одной из невеликого множества, кто смог оклематься и даже возвыситься после горнила Третьей Мировой.

Иронично, что одну Третью войну она уже пережила, а вторая такая же, только с упором на новые реалии, только предстоит, но где она уже будет активным участником боевых действий.

Сколько бы Ханна не храбрилась, страх все же сковал её тело, парализовав. Она не была воином. Убийцей? Да. Мучителем сотен душ во благо науки? Даже не собирается отрицать истину. Но воином, который полностью погрязнет в насилии, бойне и будет подвержен вечному риску умереть? Ни разу, абсолютно точно нет.

“Вот и переломный момент в относительно спокойной жизни, ха-ха” - резко усмехнувшись, она попыталась встать, но в итоге получилось лишь неловко дернуться. Проклятый страх, чтоб его!

- Бояться абсолютно естественно, Ханна, - заметил её потуги дед, легко догадавшись о её мыслях, - но главное, что отличает сильного от слабого вот в чем: готова ли ты адаптироваться к новым условиям, принять их и идти с гордо поднятой головой, сражаясь за своё счастье, несмотря на свои чувства? Или же отступишь, поддавшись эмоциям, понадеявшись на удачу или иное чудо, которое позволит тебе прожить подольше?

- Просто подавить все чувства, да? - Криво усмехнулась она.

- Нет, не говори глупостей. Не подавить, но совместить. Боишься? Направь весь свой страх на самосовершенствование, чтобы стать как можно сильнее, перестав в итоге бояться. Злишься? Направь свой гнев на врага, который вознамерился отнять твою жизнь. Любишь? Защищай того, кто удостоился такой чести. Ненавидишь? Так утопи врага в своей ненависти, заставь его бояться, чтобы он осознал собственную ничтожность, ибо такого уже не получится ненавидеть. Милосердие к врагу? Помни, что они с радостью ударят в спину, предадут, сделают больно несмотря ни на что. Просто потому, что ты для него такой же враг, как и он для тебя. Не подавление, не отрицание, Ханна. Совмещение. Вот путь, который не погубит тебя в собственных заблуждениях.

На долгую минуту, казавшуюся ей вечностью, воцарилась тишина. Наконец успокоившись, она неспешно встала, подняв свиток с дзюцу клонов.

- Спасибо. То, что ты сказал... Очень много для меня значит, я... - крепче сжала руку со свитком в ней, смотря прямо в глаза Хокуро, продолжив уже увереннее, - я стану сильнее. Настолько, насколько это вообще возможно. Я не позволю пострадать Ханако или любому другому, кто мне дорог. Спасибо.

- Ради этого и существую в природе мудрые дедушки, да? Куда же вы, без нас, денетесь то, глупые внучки, ха-ха! - Засмеялся с собственной шутки старик.

- Ой, кто бы ещё говорил про глупость, пф-ф, - надула она щёки в притворном возмущении, - сам-то вон как теряешься, когда пытался объяснить Ханако почему нельзя избивать надоедливых мальчишек в хлам, на пару с девчонками.

- Ну кто же знал, что твоя сестра окажется такое боевитой в столь малом возрасте, - легко отмахнулся от неё дед, - так что не пытайся даже оспорить мой ум.

- Как скажешь, конечно, - от этой шуточной пикировки у неё слегка полегчало на сердце, отчего продолжила она уже жизнерадостнее, - лучше объясни мне вот этот момент в Теневых клонах...

Дед находился рядом с внучкой до глубокой ночи, оставаясь на полигоне, помогая освоить так желаемое ей дзюцу.

***

Две недели продолжались её мучения в попытках освоить этих проклятых клонов. Личный рекорд по длительности изучения какого-либо дзюцу, отчего она не смогла сдержать победного выкрика, достигнув наконец успеха:

- Наконец-то! - И уже тише добавив: - Тобирама Сенджу просто чертово чудовище, если изобрел настолько сложную технику.

Основная проблема, как считала Ханна, была в её воображении. От него также зависит успех в ниндзюцу, но в гораздо, гораздо меньшей степени, чем с Теневыми клонами. Когда дед ей сказал: “Представь, что твоя чакра разделяется на двое, воплощаясь в твоём клоне”, она посчитала это дурной шуткой.

Просто фантазия никогда не была не то, что ключевым, а даже хоть сколь-либо необходимым в освоении ниндзюцу. И теперь, когда от неё нужно фактически представить своё разделение... Это оказалось сложно. На первый взгляд легче лёгкого, но куда там ей, со своим мнением.

Однако у неё все-таки получилось, из-за чего сейчас чакры стало ровно вполовину меньше, появилась легкая слабость в ногах, которая, впрочем, довольно быстро прошла, а перед ней стояла её точная копия, которая сейчас любознательно оглядывала домашний полигон.

- Как ощущение от бытия клоном? - Обратилась к себе же Ханна.

- Знаешь... Мне хочется потискать Ханако. А ещё... Обнять тебя-себя? Удивительно, - слегка шокировано воскликнул клон, продолжив уже тише, - не думала, что во мне есть зачатки нарциссизма.

- Серьёзно? - Недоверчиво переспросила оригинал.

- Тщательно смотри на меня и сама поймешь.

Выполнив свои же указания, она принялась разглядывать копию.

Отросшие до талии густые темно-синие волосы, обычные штаны и кофта таких же цветов, что и волосы, миловидное личико и невысокий рост создавали ну просто до жути убойный образ милоты, прямо как её сестра. Так и хочется обнять это... Что?

Недоуменно моргнув от собственных мыслей, ещё раз, тщательнее смотрит на клона. Да... действительно есть желания прижать и не отпускать такую красоту.

Не зная, как реагировать на то, что она и вправду оказалось слегка нарциссической особой, застыла на добрый десяток секунд. Хотя она ведь особо никогда и не рассматривала себя подолгу в зеркале, так что... Все равно слишком необычно.

- Земля вызывает Ханну, приём-приём, - помахала у неё перед лицом подошедшая копия, - земля, ответьте!

- Да тут я, тут. Просто так необычно. Никогда бы не подумала, что выясню о такой черте от самой же себя.

- А представь, как я-то удивилась! - Весело продолжила клон. - Хотя это ладно, но вообще здорово, что у нас все-таки получилось. Но Ханако бы сюда... Эх, - горестно вздохнув, продолжила, - слишком мало мы с ней в последнее время играем. Нужно исправлять!

- Хм, ты права, - еле заметно кивнула Ханна, - давай тогда последнюю проверку. Используй Вакуумную ладонь, хочу на это посмотреть.

- Есть, леди-босс! - Шутливо отдав честь, клон повернулся в сторону манекенов и практически сразу же резко выкинул в их сторону ладонь, выпуская дзюцу.

Точно такое же, как сделала бы и сама Ханна. Значит, и правда работает. Прекрасно.

- Ты, кстати, какя-то более, м-м-м, энергично на все реагируешь, что ли?

- Ну конечно! Не всем же нашим клонам ходить, словно каждый день придумываем по новому способу устроить геноцид!

- У меня серьезно такое лицо? - Ошарашенно уставилась она на копию.

- Ну-у... Если очень отдаленно, то может быть. Но вообще это я так, утрировала, - мило хихикнув(!) её двойник быстро подошла к ней, смачно поцеловав в щеку(!!).

- Нет, точно сон какой-то... Сон, сон, сон... - словно выпав из реальности, Ханна повторяла себе под нос это раз за разом.

- Если это сон, то я, получается, теперь твоя вечная фея снов? - Улыбнулась копия от своей же шутки.

Не выдержав смущения и провокаций от какой-то слишком жизнерадостной себя, она мысленным усилием развеяла технику, почти сразу схватившись за голову от острой вспышки боли, которая почти сразу же прошла. Зато в голове у неё будто появился второй набор воспоминаний, где она видела себя-оригинал со стороны. Действительно работает. Это отлично, это радует, да. И никакого смущения она не испытывала, просто ей показалось, вот и все!

- Весёлые, конечно, у тебя клоны будут, тучка, - сдерживая смех из последних сил, говорит Хокуро, - зато теперь знаю, что ты можешь быть и не такой серьезной абсолютно всегда.

От его слов щеки Ханны вспыхнули, будто её уличили в чем-то постыдном. Непривыкшая так ярко проявлять эмоции, банально не видя в этом нужды, сейчас она сгорала в смущении из-за проклятого клона, отчего дед уже захохотал во весь голос.

“Главное, что дзюцу изучено, а девиация в поведении... Это мелочи. Определенно мелочи, да”, - пронеслась паническая мысль в её голове перед тем, как она молча ушла в дом, важно надув щёки.

Ей нужно побыть наедине в своей комнате. Иначе она за себя не отвечает.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 15.

Ранняя осень, ресторан клана Акимичи. Прохладная вечерняя погода, многодневные дожди, отчего на улице властвует сырость, недовольные лица множества жителей, которым такое пришлось не по душе. Все это создавало унылую, слегка сонную атмосферу, и заведение, известное своими мясными блюдами для развеивания хандры подходит как нельзя лучше.

Двенадцатая команда в полном составе ужинала, уплетая порцию за порцией, сидя в огражденной от всего мира стенами просторной комнате, желая набить животы перед очередной миссией С-ранга, уже пятой за три месяца с момента, как они заставили сенсея взяться за голову, хоть и не самыми лестными методами.

Их ожидает нудная доставка посылки аж самому Даймё, прямиком в столицу Страны Огня, огромный город Химачи. Он расположен немного ближе, чем Танзаку, но путь все равно предстоит отвратный. Скользкие ветви деревьев после достаточно раннего сезона дождей, на которых нога так и норовит соскользнуть, бессчетное количество луж на дорогах, и обязательно сухим дойти не получится, буквально.

Добавить к этому промерзлые ветра и станет все совсем плохо. В прошлом году такая непогода наступила на месяца два с половиной позже, чем сейчас, отчего настроение у Ханны было отвратное.

Вынужденная тренироваться до практически истощения в ниндзюцу Ветра, изо дня в день, как только чакра полностью восстановится, так добавить сюда ещё и своего Теневого клона, который всеми силами помогает ей, попутно даря адскую, слава Ками, кратковременную головную боль. И вся практика на улице, под теми самыми ветрами и дождями.

Не заболела она, несмотря на весь природный иммунитет благодаря чакре, лишь из-за своих знаний в ирьёниндзюцу, которые также постоянно оттачиваются по три дня в неделю, пять часов кряду с требовательным куратором.

Не так давно её допустили к лечению легких травм у шиноби, которые, якобы считая, что ничего для их здоровья не грозит, если по виду не опасно, норовят побыстрее покинуть госпиталь, иногда банально сбегая, что бесило её поначалу до дрожи в руках, но постепенно привыкла.

Побег пациентов являлся для неё новым опытом, в котором она со временем даже начала находить радости. Если сбежал от лечения, то дальше сам несет за себя ответственность, тогда как Ханна спокойно может продолжать заниматься своими делами, или, в особые дни хорошего расположения своего начальства (каждый раз слегка кривится в мыслях, признавая над собой чью-то власть в больнице), пораньше уйти домой.

За все это время, благодаря бесценному для неё влиянию деда, который и принес ей три свитка с полноценными ниндзюцу, она хоть и освоила их, но до приемлемого уровня, как считает Ханна, ещё очень далеко.

Никакого сокращения печатей, более быстрого использования, все сугубо, как и у каждого, что жутко ее бесит. Привыкнув быть лучше остальных, успешнее, чувство бытия одной из многих терзает её, потому иногда она практически загоняла себя до потери сознания, благо Хокуро был рядом и присматривал за нерадивой внучкой.

Но даже так, те дзюцу, над каждое из которых по отдельности она промучилась практически полный месяц, полностью стоили затраченных усилий и небольших ударов по самооценке. Она тактично промолчит, что правильно освоить природное преобразование тоже то ещё дело было неблагодарное. Но дед вытягивал её в одиночку, разжевывая непонятные моменты и ошибки, являясь, фактически, ходячей инструкцией на практически все случаи жизни.

Первым в её новом арсенале ниндзюцу стали Воздушные пули, ослабленная версия Вакуумных пуль. Ещё давно пытавшись понять, как и почему, на каких принципах работают ручные печати, то практически словила “синий экран” ошибки, в итоге поняв, что дело это отчасти бесполезное и абсолютно неблагодарное. Главное, что работает.

Всего одна печать, правильная концентрация чакры в легких, её наделение природной формой и вот у неё изо рта с резким звуком, будто палкой рассечь воздух, вылетела группа небольших снарядов, каждый из которых пробил бедный манекен насквозь.

Как говорил Хокуро, покуда она в тот момент стояла с открытым ртом, воочию наблюдая силу ещё относительно простого дзюцу, все техники Стихии Ветра обладают очень убойной силой, и практически каждая первая может очень легко умертвить неосторожного недоброжелателя. Кроваво умертвить, поправка.

Вторым была, на её взгляд, одна из самых универсальных техник стихии: Воздушный толчок. Его принцип был очень схож с Вакуумной ладонью Хьюга, но с добавлением немного иной формы и самой природы Ветра. Зато эффект... С первого успешного применения она поняла, что эта штука ей очень-очень нравится. И да, никакие печати для создания не были нужны.

Если Вакуумная ладонь выпускает снаряд ровно вперёд, то Толчок же создавал резкий выброс воздушного потока на метр перед собой. Притом такой силы, что с легкостью откинет от себя врага, решившего подойти поближе. Про отражение всего метательного железа и говорить нечего, как бы сильно шиноби не кинул свой сюрикен, он отскочит без шансов. Именно это её привлекло больше всего. Защита, которая может стать и фатальным сюрпризом для других любителей тайдзюцу, ибо скорость создания Воздушного толчка примерно одинаковая с Вакуумной ладонью. То есть секунда, максимум полторы-две или даже три если совсем плохо с контролем чакры, и готово.

Но больше всего её в этом дзюцу увлекло совершенно другое. Возможность регулирования мощности. Ханна бы себя не простила, если прошла мимо такого аспекта. Как и с её клановым аналогом, можно менять силу применения. От совсем слабого, но практически моментального, до полноценного порыва, который, если она правильно все продумала, сможет откинуть самого пользователя, если тот не закрепится на земле с помощью чакры. А так как ограничений в пространстве на её использование нет... Это практически возможность свободно маневрировать в воздухе.

Но, как всегда, есть одно ”Но!”, а именно затраты чакры. Не отточив технику до идеала и автоматизма, без владения филигранным контролем чакры, урезать затраты без понижения эффективности практически невозможно. Именно поэтому о такой функции данного дзюцу думали лишь единицы, и то, никому ничего не высказывая.

Осознав то, что в теории она сможет осилить это, хоть и потребуются годы для действительного понимания абсолютно каждого нюанса в её применении, но это возможно. А кто откажется от возможности полетать, хоть и криво-косо, благодаря костылям в виде резкого высвобождения сильных толчков ветром? Она точно нет.

Лишь знание того, что нельзя уделять все внимание только чему-то одному, иначе несомненно пострадают другие категории, на которые она благополучно плюнет, не давали ей оттачивать только это дзюцу. Ну и дед тоже постарался, куда без этого.

И завершающее, третье ниндзюцу. Самое смертоносное из её небогатого арсенала, и самое сложное в освоении. Она была уже готова сдаться под конец, бросив всякие попытки, но целительный пинок под зад от Хокуро заставил закончить на чистом упорстве, ну и немного злости на деда, не без этого.

Эффективна, опасна и даже жестока. Рассекающий порыв. Всего пять печатей, придание нужной формы, максимальное сжатие чакры до пределов, и лезвие, которое надвое разрежет полноценный дом летит на приличной скорости, неотвратимо и беспощадно.

Главная сложность была в сжатии. Ошибка - и все срывается, чудо, если без разрушительных последствий для организма, зачастую летальных. Здесь Теневой клон проделал титаническую работу, саморазрушаясь в процессе десять раз. Именно столько она могла запросто умереть, не освой это неоценимое в своей пользе дзюцу.

И сейчас, по истечению трех месяцев, она выучила каждую из этих техник. Затраты оставляют желать лучшего, но главное, что основа уже готова. А останавливаться на достигнутом она не собирается.

- Разве Дайме же не важная шишка какая? - Поедая очередной кусок мяса спросил Ямаширо. - Почему тогда только С-ранг?

- Самая важная после Хокаге, - выпивая какой-то сок, отвечает Нара, - но да, действительно странно. Однако беспокоиться не о чем. Все задания проверяют специальные люди, давая им определенный уровень, так что это точно С-ранг, хоть и престижный из-за нанимателя.

- Я бы не надеялась на благоразумие бумажных клерков, обычно, когда кто-то важный платит огромные деньги за срочность, при этом оцененное задание выходит такой невысокой сложности... Вижу ещё больше причин подготовиться к неприятностям, - отложила пустую тарелку Ханна, сыто выдохнув и запивая все яблочным соком, - даже если их не будет, хорошо. Нет? Будем готовы.

- Как всегда права ты, - витиевато заговорил Абураме, - да и предчувствие плохое имею я. Беспокойно.

- Волнение перед важным заданием - это естественно, но не вижу смысла говорить что-то против. Соберемся по максимуму, особенно в плане медицины. Лучше уж доверюсь вашей паранойе, - усмехнулся сенсей, - захватив с собой побольше взрывных печатей.

- Взрывов много не бывает, - важно добавил Аоба, - а если их мало, то значит э-э, значит...

- Ками, - тяжело вздохнула на неискоренимую глупость товарища Хьюга, - лучше бы молчал.

Как бы она не относилась к ним, время сближает. Ханна все ещё их не любит, не сможет доверить спину и полностью положиться на них, да и просто проводить время вместе для неё сложно. Но она хотя бы начала, правда спустя практически четыре месяца, но это такие мелочи, право слово.

- Просто ты не понимаешь моего юмора. Стоит вникнуть, как сразу смешно станет!

- Юмора? Серьезно? Что же, сочувствую тебе, правда. Тяжело, наверное, так жить?

- Ой, ну тебя! - Отмахнулся от неё Ямаширо. - Не светит тебе просвещения в мир сей прекрасный!

- Если для этого нужно отупеть, то я даже рада, - усмехнулась Ханна, - не переживу, если внезапно стану равной с тобой по уму.

- Тебя скромности не учили? - Вежливо поинтересовался Шикаку.

- С ней, сенсей, жить становится слишком скучно. А учитывая, что я и так не шибко весёлая личность, то и помереть можно.

- Не согласен с тобой. Скромность идет хорошему человеку, делая его ещё краше.

- Это вам так кто сказал? Монах? В любом случае, ваше право. Только не навязывайте мне идеалы бобра с ослом, пожалуйста.

- Бобра с ослом? Что? - завис не на долго Нара.

- Вам показалось, - положила она себе на тарелку ещё порцию мяса, - не говорила я такого. Давно у врачей проверялись на слуховые галлюцинации?

- Твоё бы остроумие, да в другое русло, - сенсей устало откинулся на мягкую спинку дивана, - цены бы тебе не было!

- Например?

- Хоть в тот же такт и скромность, да ещё больше в упорство.

- Куда ещё больше-то? И так скоро лопну, хе-хе.

- Мута, мне кажется, или мы тут лишние? - Негромко спросил Ямаширо.

- Вам показалось. Просто книжек больше читайте, и тогда, может, научитесь поддерживать разговор с кем угодно, - беззаботно пожала плечами Ханна, - хотя не факт.

Аоба на это лишь закатил глаза, обратившись к сенсею:

- И как тут жить нормально? Ладно, - слегка хлопнул в ладоши, привлекая внимания каждого, - когда мы выходим в столицу?

- Завтра с утра. За дня полтора должны успеть.

- Угу-м, понял, - кивнул он, после чего начал вставать из-за стола, - я уйду сейчас? Родители недавно с миссии вернулись.

- Конечно, - дал добро Нара, - они в порядке?

- Да, как и всегда. До завтра тогда! - Уже на выходе попрощался Ямаширо.

За следующие десять минут в итоге все и разошлись, отправившись каждый к себе домой. Ханна откровенно наслаждалась дорогой, бродя между редкими рядами немногочисленных жителей, не имея нужды спешить на очередную тренировку, да и вообще куда-либо.

Провести время с Ханако, почитать какую-нибудь книжку, не связанную с медициной, да наконец просто попить великолепного чая с печеньками? Кто же от такого откажется!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 16.

Чертов дождь лил как не в себя уже целый день, не останавливаясь. Одежда давно промокла, зубы не отыгрывают чечетку только благодаря чакре, нога так и норовит поскользнуться на ветке. Резкий ветер заставляет кожу покрыться мурашками, несмотря на всю одежду, сильно раскачивая деревья.

Вынужденная теперь бежать по тракту, запачкав ноги в грязи, ибо риск сорваться благодаря такой погоде стал слишком высок, двенадцатая команда молча бежит вперёд, выстроившись в формацию клина.

Ханна ненавидит путешествовать во время дождей, это она поняла сегодня окончательно. Плохо абсолютно все. Даже капюшон на пару с толстым походным плащом не помогают, так ещё и бьякуганом тяжелее заметить движение. Уже полноценный ливень слишком мешает, но миссия есть миссия.

Сама посылка была запечатана в свитке хранения, который оставил у себя сенсей, хоть с этим проблем можно не ждать.

Шесть часов на ногах в таких условиях выматывали не хуже полной тренировки, а напряжение в глазах из-за регулярного использования додзюцу стало раздражать Ханну. Благо, они решили остановиться в одной из природных пещер, находящейся в полукилометре от дорог.

Такие естественные образования, если находятся шиноби, запоминаются, а после вносятся в специальный каталог, который уже может взять любой желающий, начиная с чунина. Благодаря этому все могут относительно безопасно и в комфорте устроиться на отдых и ночлег, если погода, как сейчас, слишком отвратна, из-за чего других мест банально не остается. Появление в деревнях и городах во время миссий не желательно, а потому этот вариант даже не рассматривался.

И сейчас, сидя возле уже разведённого костра, вся команда отогревалась и сушила промокшую одежду, которую не защитил водонепроницаемый плащ.

- Повезло нам, конечно, в такую-то погодку выйти, - тихо сказал Аоба.

- У меня легкое перенапряжение глаз, нужно отдохнуть, иначе если так и продолжить, пользы от бьякугана будет не слишком много, - достав аналог термоса из её прошлого мира, работающий благодаря фуиндзюцу, Ханна налила в крышку горячего чая, грея руки, - чтоб этому аристократу со своей срочностью икалось во время еды.

- Угу, полностью поддерживаю, - сенсей распечатал из свитка четыре утепленных футона, - но мы должны поторопиться. Шесть часов на отдых и продолжим уже до поздней ночи. Там должны успеть дойти до очередной пещеры, которая возле начала горной цепи.

- В городе совсем никак? - устало спросил Ямаширо.

- Он будет на час пути дольше, так что нет. Знаю, вам тяжело, но держите себя в руках и не расслабляйтесь.

- Да-да, помним, вечная бдительность, конечно, - покивала Хьюга, делая маленький глоток чая, - но какой больной на голову идиот будет искать неприятности в такой ужас снаружи?

- Земля разных людей носит, кто-нибудь обязательно найдется. Не с нами, так с кем-нибудь другим, а теперь давайте отдыхайте. Может даже сможете вздремнуть. Первые четыре часа я буду часовым, оставшиеся два Мута.

Подойдя к выходу из пещеры, куда не попадали капли дождя, Нара присел на подстеленный футон. Его примеру последовала Ханна, молча укутавшись с головой, благо за эти два десятка минут одежда успела просохнуть достаточно. За ней и оставшаяся двоица легла в свои спальники.

Усталое от напряженного перехода и расслабившееся от тепла костра тело так и клонило в сон, чему она ни капли не сопротивлялась, практически сразу засыпая. Впереди ещё два таких рывка, отдых ей точно не помешает, как главной, отвечающей за безопасность команды в дороге.

***

Злая и недовольная двенадцатая команда со зверски недовольными генинами, вынужденными держать рот на замке, вместе со своим слегка напряженным сенсеем наконец оказались в дворце Дайме.

Всего-лишь спустя целый час проверок от обычных, чтоб их, стражников, которые под угрозой поднятия тревоги фактически допрашивали о цели визита, пытаясь подловить на несоответствии с собственной информации.

“Что за чертова тупость, если бы захотели, давно бы вашего дайме прирезали. Да и что за бред, слушать монотонные ответы сенсея какому-то жирному ублюдку”, - она была чертовски зла на такое издевательство и потерю времени.

Одно из требований заказчика, видите ли, лично передать посылку. Ну что за кретинизм?! Теперь ещё неизвестно сколько ждать пока другой напыщенный индюк, главный в этом загоне, соизволит их выслушать.

“Чтоб все эти чинуши с тоннами самомнения и пустой гордости передохли, как крысы”, - мрачно посмотрев на спешащую к ним служанку, мысленно скривилась. Её нежная натура не готова к светскому этикету, или как эта штука называется. Даже этого Ханне знать не надо, что бы понимать, что это все просто клоунада.

- Уважаемые шиноби, - слегка склонила перед ними голову девушка, - прошу простить, но Дайме сможет принять вас только ез час. Сейчас у него встреча с другим высоко уважаемым господином.

-Ясно. Где мы можем расположиться на время ожидания? - Вежливо поинтересовался Нара.

- Пройдемте, я покажу вашу комнату. Также зайду за вами, когда господин освободится.

- Ну хоть не под стеночкой ждать, - раздраженно пробубнил себе под нос Аоба, - и то спасибо.

Пять коридоров и шесть поворотов спустя они оказались внутри обычной гостевой комнаты с одной просторной кроватью, тремя наверняка мягкими креслами, большим ковром, одним натюрмортом и широким камином, в котором сейчас мерно горели поленья.

- Ну, хоть не голый пол и стены, на этом уже спасибо, - тихо сказала Ханна, когда вышла служанка, сразу заваливаясь на просторную постель и прикрывая глаза.

Нара и Абураме молча заняли кресла.

- Эй, чего это ты на кровать? - Возмущенно спросил Ямаширо.

- Я тут единственная девушка среди троицы парней. Хочешь, могу уступить и выставить тебя козлом?

Насупившись и сузив глаза, он посмотрел на Хьюга, молча усевшись на кресло, при этом громко хмыкнув после.

- Хорошо-о то как! - Блаженно потянулась Ханна, обращаясь к товарищу: - Точно не хочешь?

- Девчонкам же нужны поблажки, без них вы никуда, так что довольствуйся пока можешь.

- Ха. Ха. Ха, - медленно, по слогам протянув, она продолжила, - в этот раз вполне неплохо. Может тебе вместо тупых шуток заделаться в иронию и подколки? Не думал об этом?

- В этом у нас ты мастер вне конкуренции, так что я пас.

- Как хочешь.

На несколько блаженных минут наступила тишина, и только звук горящей древесины был слышим.

- Сенсей, а что в посылке, кстати? - Спросил Аоба.

- Без понятия. Нам и не положено это знать. Есть задание доставить побыстрее, мы выполняем.

- Скукота-а-а... - тягуче протянул брюнет.

- Меньше знаешь, крепче спишь, - пробормотала Ханна, не желая даже открыть глаз. Они ведь после последнего перехода сразу направились во дворец, не отдохнув хоть сколько-нибудь.

- Больше знаю, умнее стану, - возразил он, - и ты не сможешь попрекать меня в тупости. Все продумано!

- Тебя это так задевает?

- А кого нет-то? - Недоуменно переспросил Ямаширо.

- Просто не воспринимай все близко к сердцу, - не открывая глаз, говорит Ханна тягучим, слегка усталым голосом, - и жить станет сразу проще.

- Хороший совет, - незримо кивнул Нара, - советую всем вам его запомнить, ещё пригодится.

- Даже твои слова, Ханна?

- Тем более мои, Ямаширо. Иначе, боюсь, твоя самооценка пробьет дно, - перевернулась она на другой бок, - это было бы потерей для любителей слабоумного юмора.

- Да почему он слабоумный-то?! Нормальные шутки я считаю.

- П-ф, - фыркнув, продолжила, - твоё право. Кстати, Абураме, ты даже у себя в клане такой молчун?

- Не особо разговорчивый клан мы, тишину предпочитаем голосу, - не отводя взгляда от камина, ответил жуковод.

- Оно и видно, - негромко хмыкнул Аоба, - я иногда думаю, что ты вообще немой, если бы не наши тренировки с сенсеем.

- Коль нужда взыграет, спокойно говорить могу я. Однако предпочтительнее тишина и уединение мне.

- Повторяться-то не нужно, и так намек понятен, - с видом оскорбленной невинности отвернулся от него брюнет. - Я, кстати, наконец освоил Цветы Феникса!

- Теперь ты у нас горячий парень, раз можешь огнем плеваться? - Иронично протянула Ханна.

- А то! Давай и дальше восхваляй мои достоинства, мне нравится.

- Было бы что...

- Хм-ф!

Дверь отворилась, что не стало ни для кого неожиданностью, ведь шаги служанки слышал каждый ещё за десяток метров от входа. Зайдя в комнату и слегка поклонившись, она заговорила:

- Уважаемые Шиноби, Дайме готов принять вас у себя. Прошу пройти за мной.

Всеми фибрами души выражая недовольство от того, что её заставили встать с кровати, Ханна вместе с товарищами и сенсеем молча последовали за горничной, или кто она здесь, ей без разницы.

Ещё десять длинных коридоров и одиннадцать поворотов спустя они оказались перед массивной, красиво разукрашенной дверью. Сколько же пафоса, столь и огромен дворец. От всего этого лоска она уже плеваться готова, не привыкнув к показной роскоши.

Внутри же кабинет ещё больше был скорее пристанищем жадного до золота пирата, чем правителя целой страны. Картины в позолоченных рамах, статуэтка на столе, общий интерьер... Везде было золото. Где-то больше, где-то меньше, но было.

Ханну от такого резкого обилия желтого цвета даже слегка замутило, но она быстро смогла взять себя в руки, стоя за сенсеем в одном ряду с Ямаширо и Абураме, сделав лицо каменным, без единого выражения.

- И так, какая у вас ко мне посылка? И от кого? - Высокомерно оглядев каждого с ног до головы, Дайме, шарообразная пародия на мужчину с залысиной на голове, лениво облокотился подбородком о собственную ладонь.

- Содержимое внутри, - моментально распечатав из свитка посылку, Нара уже держал в руках увесистый небольшой сундучок, - от господина Назаширо.

Всем своим естеством чувствую пристальный взгляд на собственное лицо, Ханна глазами нашла его источник - потолок. Мило. Какая-то техника или скрытая ниша для Ниндзя Защитников Дайме? Впрочем, плевать. Они делают свою работу, охраняя эту пародию на человека, а двенадцатая команда свою.

- Открывайте быстрее, не мне же вставать, - раздраженно махнул на них рукой Дайме.

Шикаку молча поставил ношу на землю, плавным движением открывая. Даже ключ не нужен? Интересно.

Краем глаза видя то, что внутри, Ханна не впечатлилась. Несколько бутылок какого-то пойла, явно стоящего втридорога, а также небольшая горка драгоценных камней и несколько украшений в виде медальонов и перстней.

На её вердикт - дорого, богато, безвкусно и пресно. Но Дайме явно так не считал, она почти физически ощущает исходящую от него жадность обладать этими дарами.

- Охо-хо, такие подарки я люблю больше всего! Вы свободны, сегодня можете переночевать во дворце, больно сильная уж непогода разверзлась, - более не обращая на шиноби внимания, Дайме встал и лично принялся рассматривать уже поставленные благодаря Нара ему на стол украшения.

Так же молча покинув его обитель, Ханна еле заметно выдохнула. Духами или какой тут аналог, она не интересовалась, от Дайме несет за несколько метров. Ей даже стало искренне жаль тех двенадцать мучеников, которые вынуждены охранять этот ходячий кусок жира.

- Я покажу вам ваши комнаты, пройдемте со мной, - будто из ниоткуда материализовалась служанка, на самом деле все время стоявшая за углом.

“Ну... Все прошло действительно не так уж и плохо, зато денег раза в четыре больше отсыпали за такое задание. А когда они бывают лишними-то?” - Заходя в свою комнату, точно такую же, как и прошлая, Ханна наконец расслабляется.

Теперь-то можно выспаться!

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 17.

На обратном пути ливень шел пуще прежнего, будто намереваясь смыть всю грязь с этого мира. Огромные лужи превратились в небольшие провалы, вступи в один из которых, и нога провалится на сантиметров двадцать. С такими условиями побыстрее вернуться в Коноху не получится, ведь вынужденные делать больше привалов, заходя даже в деревеньки, ибо сухих мест банально не осталось, никто оказался морально не готов к такому.

Видимость для шиноби без додзюцу падала до прискорбных пятнадцать или двадцати метров, после которых была лишь массивная пелена дождя. Продолжая периодически проверять додзюцу с помощью бьякугана, весь мир для Ханны слился в две вещи: бесконечную дорогу и грохот падающих капель, которые заглушают любой другой звук. Вся одежда снова промокла до единой ниточки, неприятно налипая на тело. Полный вакуум в голове, такое ощущение, что мысли также были смыты все-очищающей напастью.

Через промежуток в пятнадцать минут снова проверив местность, она внезапно запнулась, а сердце будто бы пропустило удар. Две сигнатуры чакры, при том достаточно мощные. Как у сенсея.

Со всех ног как можно быстрее поравнявшись с Нара, резко дернула его за руку, выкрикивая что есть сил, дабы он услышал:

- Двое шиноби, по силе как вы, перед нами, двести метров, ждут! - Отрывисто прокричала ему на ухо.

Аоба и Мута бежали позади, потому остановились возле них. Повторив им то же самое, отчего в воздухе будто повисло незримое напряжение, они услышали отчетливый, наверняка как-то усиленный чакрой голос сенсея:

- Готовность к бою, я беру на себя одного, вы второго! Наши всегда делают привалы вне трактов, так что это засада. Обойти не сможем, слишком опасно, если у них есть сенсор, то завязнем в лесу. Ханна - командир. Можешь их лучше рассмотреть?

Вглядываясь в две фигуры, не получалось рассмотреть кроме их очагов ничего дополнительного. Слишком плохо. Слабачка - звучало как приговор. Они... Какого?!

- Идут в нашу сторону, ускоряют ток чакры!

Черт-черт-черт-черт! Все внезапно стало гораздо хуже. Это кто-то умелый, да ещё и сенсор!

- Готовность минута!

Быстро кивнув, она берет в охапку двоих генинов, полностью сосредоточившись:

- Вы сейчас бесполезны, без Огня и жуков, я войду в ближний контакт, попробую сама его одолеть. Если не получится, нужно чтобы вы отвлекли его, пока я буду готовить технику, после чего быстро уйти. Все поняли?

Судорожно кивнув, Ямаширо достал из водонепроницаемого подсумка кунай, как и Абураме. Хорошо хоть спорить не начали, понимают всю серьезность ситуации.

У Ханны не было времени подумать о предстоящем. Все слишком неожиданно, спонтанно. Она не готова драться. Но необходимо.

“Рано или поздно этот момент все равно бы настал, лучше уж раньше. Просто не думай, доверься рефлексам. Не думай, не думай, не...” - успокаивала себя она, параллельно разгоняя ток чакры по телу.

Все ощущения будто обострились в несколько раз, даже сам дождь стал вроде бы незаметно на первый взгляд, но медленнее. Пропал легкий холод, адреналин заиграл в крови. Нет сомнениям, нет мыслям. Нет страху. Она справится, обязана.

- Вперед!

Тройка генинов бежала вперёд. Ханна находилась на острие атаки, пока сенсей был чуть в стороне, чтобы сразу направиться к своему врагу, не мешая им.

Сердце стучало как бешеное, кончики пальцев покалывали от сосредоточенной в ладонях чакры. Она не собирается мелочиться.

Ноги отталкивались от глубоких луж без проблем, они набрали уже приличную скорость. Их противники также перешли на бег, разделившись и став ровно напротив генинов и сенсея по одному. Значит, все-таки сенсор. При том достаточно неплохой. Отвратительно.

- Они бегут, тридцать секунд! - Гаркнула Хьюга, продолжая мысленный отсчет.

Двадцать пять.

Пятнадцать.

Десять.

Стали видны очертания двух фигур, закутанных в глухие плащи, практически такие же, как и у двенадцатой команды.

Пять.

Бьякуган работает во всю силу, отслеживая и замечая абсолютно всё. Это оказались нукенины. Перечеркнутый протектор Ивагакуре не оставлял сомнений. Все неслись друг на друга с большой скоростью.

Когда осталось менее двадцати метров, Ханна резко выкинула ладони перед собой, выпуская сдвоенную Вакуумную ладонь максимальной мощности.

Два сгустка вакуума понеслись вперед на невероятной скорости, разрезая столб ливня будто бумагу. Резкий звук хлопка и шиноби уклоняется от снарядов, используя мгновенный Шуншин в сторону, одновременно доставая обычную катану.

Не давая себе и доли секунды на замешательство, Ханна окутывает свои ладони плотным голубым покровом чакры, специальной техникой Хьюга против мечников, находясь в двух метрах от врага.

Клинок аккуратно отводится ею в сторону, издавая звук, будто по нему плотно провели стеклом. Правой ударить в руку, парализовав, но он успевает отшатнуться назад. Не в этот раз. Не после стольких спаррингов с вечно бегающим от неё сенсеем.

Чакра циркулирует по её телу с поразительной скоростью, она молниеносно сближается.

Лязг, успешный удар по плечу, резко сделать пируэт в сторону, уходя от пинка. Разъяренный крик нукенина и его клинок покрывается чакрой. Плохо.

Быстрые вдох-выдох. Подготовить чакру в левой ладони. Наседая на врага быстро, аккуратно и технично, превосходно уклоняясь в последний момент от наверняка чудовищно острого лезвия на жалкие десять сантиметров, Ханна резко высвобождает всю скопленную чакру.

Стихия Ветра: Воздушный толчок.

Моментальный порыв такой силы, что она сама пошатнулась, отбросил нукенина вместе с землей и многочисленными каплями дождя на десяток метров, но тот успел перегруппироваться в воздухе, приземлившись на обе ноги, хоть и пошатнулся.

Быстро удостоверившись, что сенсей помирать не собирается, Ханна начинает со всей тщательностью и быстротой складывать печати для другой техники.

Тоже самое задумал и враг, но был вынужден прерваться, когда ему в лицо практически прилетел веер кунаев у неё из-за спины, некоторые из которых после сдетонировали, благодаря накрученным на рукоятки взрывным печатям.

Сконцентрировать чакру в легких, сжать её со всей доступной силой. Представить результат. Сделать сильный вдох, заканчивая последнюю печать. Выдох, с которым из неё вырывается лезвие, стремительно летящее на загнанного в место между деревьями с помощью кунаев, нукенина, разрывая, кажись, сам воздух вокруг дзюцу. Свистящий не слишком громкий гул. Осознание в глазах противника. Восемь феноменально быстрых печатей и до её слуха доносится название техники:

- Стихия Земли: Земляная Стена!

Выросшая за мгновение перед столкновением, стена встречается с её дзюцу. Взрыв такой силы, будто в месте удара разорвался взрывчатый снаряд из её прошлого мира. Осколки полетели во все стороны, благо она успела рефлекторно использовать слабый Воздушный толчок, дабы обезопасить себя, отчего весь щебень и грязь просто отскочили в другую сторону, грузно упав на землю.

Нукенин уцелел, хоть и отделался сильными порезами по всему телу. Внезапно он резко наклоняется к земле, ударяя о неё ладонью. Зная, что за этим последует какая-то техника, Ханна сильным прыжком, от которого ближайшая лужа окатила несколько метров в радиусе, расплескавшись, оттолкнулась от земли, будто торпеда. Главное не дать ему успеть использовать что-то ещё. Слишком опасно. Необходимо навязать ближний бой.

Не получилось. Без каких-либо печатей и ненужных для техник слов, если она отточена на неплохом уровне, как и собственный контроль чакры, он её использовал. Чудом среагировав на сильное скопление чакры, которое оказалось прямо у неё под ногами, в последний момент успевает что есть силы оттолкнуться от земли, взмывая на пять метров в воздух.

Просто подойти не выйдет. Он уже ожидает этого. Значит нужно взять неожиданностью.

Как можно быстрее и плотнее напитав ладони чакрой, поворачивается спиной к нукенину, начиная падать в низ.

Воздушный толчок!

Со звуком, будто произошел выстрел целой пушки, её с дикой силой откидывает прямо в сторону противника. Успевая перевернуться в воздухе к нему лицом, выставляет перед собой правую руку, формируя Скальпель чакры.

Нукенин успевает лишь неловко дернуться, внезапно застыв, после чего Ханна фактически влетает в него тараном, активной техникой насквозь входя в горло, перебивая позвоночник и практически отделяя голову от остального тела. Оказавшись верхом на уже мертвом враге, они по инерции упали на землю, прокатившись ещё с два метра.

Если бы не помощь сенсея, который уже расправился со своим врагом, неизвестно ещё, успел бы отойти нукенин или нет. Если да... Даже думать не хочется, какие бы она пережила ощущения от столкновения с землей на такой высокой скорости полёта.

Продолжая сидеть на уже мертвом теле, Ханна ещё не до конца пришла в себя, во все глаза смотря на застрявшую в продырявленной насквозь глотке руку. Зная, что это конец, победа, её глаза не могли оторваться от этого зрелища, будто заворожённые смотря в одну единственную точку.

Не было страха, паники, отвращения или чего-либо ещё. Просто... пустота. Вакуум.

Дождь заливал все, что только можно.

Разглядев лицо нукенина... Молодого парня, лет может двадцати, не больше двадцати трех, она медленно моргнула, деактивируя бьякуган, но все ещё не пытаясь подняться.

Ровные, небольшие брови, широко открытые карие глаза и нос с горбинкой, а также полностью запятнанный в крови рот и подбородок, будто неподвластные дождю, несмываемые.

В очередной раз моргнув несколько раз к ряду, Ханна пытается вытащить руку, но та не поддаётся. Или ей просто не хватает сил. Сейчас это не важно. Пытаясь помочь левой, также мажет её в крови, но упершись о грудь трупа и приложив немного усилий, с резким, так знакомым её ещё по прошлой жизни, хлюпающим звуком, окончательно вынимает руку.

Внезапно на её плечо опускается ладонь, из-за чего она резко дергается, практически сваливаясь с мертвеца в лужу, где он и лежал, но была подхвачена крепкими руками, которые не дали ей упасть.

- Спокойно, это я, твой сенсей, - помогая ей ровно встать и удостоверившись, что она больше не падает, он продолжил, - всё уже закончилось, мы победили.

Ханна молчит несколько долгих секунд, после чего негромко спрашивает, но Нара, несмотря на дождь, прекрасно услышал:

- Что дальше?

- Приди пока в себя, я запечатаю их тела.

Кивнув, она отходит под одно из уцелевших деревьев, прижимаясь к нему и поднимая голову к небу.

Листва не спасала от воды, которая и сейчас каплями просачивалась вниз. Переведя взгляд на собственные руки, на которых ладони были полностью покрыты кровью, принялась тщательно оттирать её. Расцарапывая кожу, даже если соскальзывали пальцы, она методично чистила руки, чему также помогал ливень. В голове все ещё было пусто. Действуя больше автоматически, по инерции, перед ней сейчас стояла только одна цель - дойти до своей комнаты в доме деда. Закрыться там и подумать. Обо всём.

В стрессовые моменты, когда всё самое страшное уже произошло, но нервы не отпускали, на неё всегда находило особое состояние, ещё с прошлой жизни:

Будто закрываясь в коконе из безразличия и холода, она делала всё, что от неё потребуется, пока не окажется в безопасности. Механически, отрешённо наблюдая за всем, что будет после. Это не раз помогало ей в начале её кровавой карьеры доктора-исследователя. Но на едине с собой, где уже сможет дать волю всем тем эмоциям, пожирающим бы её прямо сейчас, она наверняка устраивала бы небольшой погром, выплескивая все чувства.

Разрушение всегда её успокаивало, и не важно, будь то мебель, техника или чья-нибудь самооценка, если кто-то решил к ней лезть в таком состоянии. Она тоже человек и имеет право на слабость. Несмотря на всю силу воли, чакру и прочее, Ханна по крайней мере верит в то, что она все ещё человек. Не смотря на всё её прошлое. Вера в лучшее есть и должна быть у каждого.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 18.

Интерлюдия. Сарутоби Хирузен, Третий Хокаге.

Сидящий за столом, на большом красном кресле мужчина, сорока восьмилетний мужчина с небольшой козлиной бородкой и короткими, колючими каштановыми волосами, неспешно перебирал доклады от соглядатаев.

Настроение у правителя Конохогакуре было отвратительным, так и хотелось в очередной раз закурить уже ставшую практически частью его самого трубку, в чем он все-таки не стал себе отказывать. Слишком уж опасные перемены грядут с такими неожиданными новостями.

На раздавшийся четкий стук по двери в свой кабинет он негромко сказал:

- Входите, - зная, что его прекрасно услышат.

Даже немного жаль будет вываливать такие известия на голову двенадцатой команды, которая и так была вынуждена пройти через такой стресс из-за битвы.

Нара Шикаку, капитан команды, вошел первым, склонившись на одно колено, и генины слегка замешкавшись, последовали его примеру.

- Хокаге-сама, задание выполнено, но не без проблем. На обратном пути на нас напали... - Сарутоби прервал его доклад взмахом руки, неспешно вдыхая дым табака.

Выдохнув через несколько секунд небольшое облачко, он заговорил:

- Не распинайся, Шикаку. Мне уже известны все подробности. К вашей команде никаких претензий не будет предъявлено, но в Столице вам пока лучше не появляться. Во избежание проблем.

- Претензий? Проблем? Что-то произошло? - Аккуратно поинтересовался Нара, нахмурившись.

- Дайме Страны Огня вчера погиб. Сразу же, как попробовал доставленное вами вино. На лицо отравление.

На несколько долгих секунд в кабинете воцарилась звенящая тишина, прерываемая лишь бегом секундной стрелки на часах.

Юный Ямаширо в шоке уставился на деревянный пол, Абураме как всегда нечитаемы, а Хьюга будто и вовсе была не здесь, но где-то в собственных мыслях, тогда как Шикаку слегка побледнел прямо на глазах.

- Как я уже сказал, беспокоиться вам не о чем. Все виновные уже найдены и понесут наказание. Ваша миссия переход в В-ранг, оплату получите в отделе регистрации заданий, как и всегда. Советую отдохнуть после всего. Можете идти, - неспешно кивнув на выход, Хирузен опять взялся за трубку.

- Есть, Хокаге-сама!

Оставшись в одиночестве, он позволил себе тяжело выдохнуть. Если бы все действительно было так просто, как и на словах... Предатель в отделе регистрации уже найден и сейчас у дознавателей, аристократ, являющийся пешкой одной из Великих Стран, прямо на месте допрашивается с особым пристрастием, но вряд ли тот скажет что-нибудь дельного по итогу.

- Ястреб, - словно бы в воздух сказал Сарутоби, но практически сразу же в помещении оказался высокий мужчина в форме АНБУ, с маской ястреба, преклонивший колено. С последним Хирузен смирился как с неизбежным злом, как бы ему не нравилась эта поза его подчинённых.

Доверенный человек Хокаге, отвечающий за незримое патрулирование границ. Обычные шиноби не всегда справляются даже с досмотром торговцев, а в районы, где более всего возможно столкновение с диверсантами, как раз отправляются такие отряды.

- Нужно усилить отряды на границах, будь готов к попыткам проникновения. Всех вражеских шиноби - ликвидировать, но по возможности, если не будет существенной угрозы, пленить. Торговцев, просто путников и прочих под особый досмотр. О подозрительной активности по другие стороны границ сразу докладывать мне лично. Свободен.

- Будет исполнено, Хокаге-сама! - Также быстро пропал он, наверняка уже раздавая необходимые указания.

Иногда, крайне редко, в такие напряженные для Конохи времена, Хирузен трусливо жалел, что стал тем, кем он является сейчас - правителем. Мог бы сейчас вместо предстоящей, очередной, грязи и подковерных войн, полноценно воспитывать семилетнего сына, Асуму, сполна уделять время его любимой Бивако, которая сейчас по его возвращению опять недовольно подожмёт губы, укоризненно вздыхая.

Хоть его жена и понимает, что бремя Хокаге тяжело и крайне ответственно, но чувства просто так не спрятать. Не от того, с кем прожила уже чуть более тридцати лет. В не рабочее время, когда он наверняка знает, что его не выдернут с отдыха по очередному неотложному вопросу, Хирузен старается проводить с близкими как можно больше времени, но не всегда это удаётся.

Сейчас его опять ожидают трудные, загруженные дни. После такого наглого плевка в лицо, как отравление Дайме, Коноха обязана найти виновника и воздать ему по заслугам, иначе враги увидят её мнимую слабость, попытавшись вцепиться в очередной раз. Как же ему это надоело, честно. Каждый будто считает своим долгом попортить родному Селению крови, не замечая остальных соседей.

Желание уйти на покой, передав бразды правления молодому, но подготовленному человеку, который сможет вести за собой Коноху в лучшее будущее, как это изо всех сил старается делать он, появляется у него всё чаще и чаще. Но жизнь будто намеренно строит для этого препятствия.

Сначала отвратительное самоубийство его давнего знакомого, Хатаке Сакумо, из-за интриг старого друга, Данзо, что привело тогда Хирузена в настоящую ярость, унять которую он смог только спустя три часа, проявив чудеса самоконтроля в тот момент. Потеря такого сильного бойца, по силе который был способен заставить выложиться на полную его самого, оказалась чудовищной ошибкой. А его сын, оставшийся сиротой, служил живым напоминанием его, Сарутоби, провала. Ему даже страшно представить, что чувствовал ребёнок, стоя над трупом собственного отца.

Не уследил, не проконтролировал, не вмешался... Да много чего “Не”, на самом деле. Как бы он не старался, но от ошибок никто не застрахован, и он в том числе. Но какими бы горькими не были неудачи, его долг, как Хокаге и защитника деревни, это двигаться дальше, несмотря ни на что. Безопасность прежде всего.

Теперь рост амбиций у собственного ученика, Орочимару, которые тот старательно пытается не показывать, но Хирузен слишком хорошо знает своего гениального подопечного. Его желание стать приемником на посту Хокаге после собственного сенсея хоть и радует мужчину, но он прекрасно понимает, что Орочимару слишком зациклен на собственных целях. Увлекшийся киндзюцу, запретными техниками, все больше в последние года проводя время в различных экспериментах, курируемых Данзо...

Как бы он не любил собственного ученика, Сарутоби знает, что в нём нет той Воли Огня, которая была в каждом Хокаге. Он не тот, кто принесет Конохе процветание.

Вот только зная его характер, продумать как отговорить его от своей цели придется очень тщательно, что является не меньшей проблемой, чем периодическое самоуправство Данзо, которое в большинстве случаев всегда приносило благо.

Стоило только подумать о старом товарище, как тот появился в кабинете, “выплыв” из стены, используя специальную технику. Нахмурившись и по привычке быстро сложив серию печатей одной рукой, активируя вязь фуиндзюцу, защищающих от прослушивания, он молча закурил трубку. Его вечно скрытный друг всегда сам начинает диалог, не изменив себе и в этот раз.

Усевшись на диван, стоящий по правую сторону от его стола, возле стены, и отложив трость, Данзо заговорил:

- Я уже отдал приказ своим агентам разузнать всё возможное, но готов поспорить, что это Кумогакуре опять решили попробовать нас на прочность, - сухим, суровым голосом он продолжил: - Киригакуре сейчас вообще не до остального мира, Третий Мизукаге пытается удержаться на своём месте. Ивагакуре все ещё накапливает силы, они не готовы, и старик Ооноки это понимает, так что им нет смысла провоцировать первыми. Сунагакуре из своей пустыни не вылезут так далеко, да и те все ещё не оправились после прошедшей войны. Остаётся только Райкаге, деревня которого вышла с наименьшими потерями. По донесениям, там тысячи юнцов с горячими головами, которым лишь бы показать себя, немногочисленные кланы оказывают на него давление, вынуждая действовать.

Данзо на несколько секунд замолчал, прикрыв глаза, после чего заговорил снова:

- Кумогакуре сейчас единственное селение, которому выгодно действовать настолько агрессивно. Они жаждут крови, реванша. Несмотря на спокойный и рассудительный характер их Каге, его слово всё же не абсолютно. Мы обязаны ответить.

Выпустив ещё два облака дыма, Хирузен отложил трубку, задумчиво смотря прямо на портреты двух прежних Хокаге.

- И как ты предлагаешь поступить?

- Аристократы Страны Молнии. Дайме наверняка под куда более серьезной охраной после такого, но вот обычные, хоть и влиятельные мешки с деньгами? Они не готовы к такому. Если убрать десяток аристократов, то этот удар будет даже сильнее, чем если бы пал сам Дайме.

- Ты ведь понимаешь, что это приведет лишь к обострению конфликта? Как бы все не переросло в полноценные столкновения на границе.

- Или мы отвечаем, или все станет ещё хуже, когда остальные поймут, что за вред Конохе они уйдут безнаказанными. Если ускорить подготовку, то ещё полгода, максимум два, и мы будем готовы встретить полномасштабную агрессию Кумо.

- Не думал, что увижу Третью Войну на своём веку, - мрачно прокомментировал Хирузен, - но, к моему глубокому сожалению, ты прав. Зная нрав Страны Молний, они первые же и начнут, имея на руках преимущество практически во всём. Что, кстати, с их джинчуурики?

- Плохо с ним всё, - недовольно признал Данзо, - Киллер Би, пятнадцатилетний пацан, прекрасно владеющий силой биджу. Грозный шиноби, пытаться устранить бесполезно, не после прошлого раза с Орочимару и Блу Би с последующим буйством Восьмихвостого.

Гнетущая тишина после его слов повисла в помещении на несколько долгих секунд. Хокаге был омрачен предстоящим неизбежным будущим, невольно вспоминая уже два пережитых масштабных конфликта:

- А ведь с последней войны прошло всего шесть лет...

- Хирузен, - веско заговорил старейшина Конохи, - ещё не поздно обуздать силу Девятихвостого. Я смогу это сделать.

- Нет, - резко, даже слегка агрессивно ответил мужчина, - Кушина неприкасаема, это не обсуждается.

Поморщившись, будто съел целый лимон, Данзо желчно заметил:

- Твоя сентиментальность к Узумаки лишает Коноху стратегического оружия. Без биджу в этой войне нам придется очень туго.

- Если кто-либо применит джинчуурики, все и для всех станет гораздо хуже, нам ли с тобой не знать, - вспомнив ужасы Первой войны, зябко поёжился Сарутоби. - У остальных Каге тоже есть голова на плечах, они не станут подвергать своих людей такому риску. Как карта последнего шанса? Возможно, но не более того.

- Ладно, - хмуро встал с дивана Данзо, подходя к той же стене, откуда и пришёл, - я усилю подготовку своих людей, и тебе советую. Из мирного времени нужно успеть получить как можно больше, пока не стало слишком поздно.

- Как было бы проще, закончившись все на небольших стычках у границ, не более того, - иронично усмехнулся Хокаге, - как думаешь?

- Хорошие мечты, но увы, - негромко ответив, Данзо прошел прямо в стенку, исчезая.

Определённо, Хирузен сделает всё возможное, дабы уберечь Коноху как можно сильнее, но иногда обстоятельства сильнее твоих желаний. Как бы он не хотел править в мирное время, у судьбы, по всей видимости, на это свои планы.

Что он знает точно, так это то, что пора бы уже неспеша выбирать себе преемника на должность. Хватит с него всего этого, у мужчины ещё и семья есть, да и морально устал он уже от такого бремени долга.

Слишком долго он несёт ответственность за множество жизней и благополучие граждан, успев полноценно невзлюбить все, связанное с политикой, замаравшись в ней по самую макушку. Предлагал ведь выбрать Кагами вместо него, но безуспешно...

Решено. Хирузен сразу назначит преемника после конца предстоящей войны, лишь бы она не затянулась на неопределённый срок. Все-таки почти все страны не успели накопить военную мощь, необходимую для длительного противостояния, а потому надежды его могут вполне претвориться в реальность, стоит лишь, как и всегда, приложить все возможные силы для успеха.

В очередной раз закурив табак, он меланхолично посмотрел на горы отчётов, тяжело вздохнув. Как же ему это надоело.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 19.

Ханна чувствовала себя так, будто ещё немного, всего лишь одно плохое событие, и она сорвётся на кого-нибудь. Известие о смерти Дайме благодаря такому скорому выполненному заданию двенадцатой команды окончательно выкинуло её за борт самоконтроля.

Отвратная дорога с ужасной погодой, кусок отвратного жира, являющийся уже бывшим правителем целой страны, обратный путь, ещё более отвратный, первый в её жизни осознанный бой, не на жизнь, а на смерть, и в итоге узнать, что все это было, по сути, зря.

Проявляя невиданные чудеса дисциплины, она молча покинула потерянных от новостей товарищей, использовав Шуншин на выходе из резиденции Хокаге. Ей нужно оказаться в своей комнате, дома. В безопасности, где ей никто не помешает.

Больше всего, кроме неудач, она ненавидела пустую трату и потерю времени. Единственный ресурс, который нельзя добыть, оттого такой ценный в её глазах. Но если такое все же случалось, Ханна вполне заслуженно злилась.

Войдя в дом, благо что Хокуро сейчас здесь нет, а Ханако в академии, она стремительно прошла в свою комнату, на ходу запрыгивая на кровать, тяжело выдыхая и прикрыв глаза. Родной запах постельного белья, блаженная тишина и умиротворение окутали её сполна, и казалось бы, что все с ней в порядке, но это было далеко не так. Только что улетевшая подушка прямиком в стену тому доказательство.

За ней улетела лампа, разбившись, разломался на двое стул, треснул стол от удара по нему. Она не сдерживала силы, выплескивая все накопившиеся эмоции посредством разрушения собственной обители. Яростно круша все, что попадется под руку, поминая недобрым словом каждого, кто причастен и нет к тому, что ей пришлось пережить, обстановка систематически превращалась в небольшие руины.

Она не являлась воином, готовым сражаться в прямом бою, когда или ты убьёшь, или убьют тебя. Вот только кто бы её спрашивал? Все произошло настолько неожиданно и спонтанно, превратившись в водоворот насилия, что у неё банально не осталось никаких вариантов. Все-таки она ещё как хочет жить, и хоть ей действительно было страшно, в итоге-то Ханна не струсила. Это главное.

Она столкнулась с неприятной картиной мира шиноби и уцелела, лишь “слегка” перенервничав. Ещё легко отделалась. Также приятно было осознавать, что все эти тренировки на пределе возможностей были не зря, ведь именно благодаря им она смогла практически в одиночку прикончить явно опытного чунина. Хотя стоит признать, что если бы не финальная помощь Нара, то ещё неизвестно как бы все закончилось. Нукенин вполне мог увернуться от её безбашенного полёта.

Последний, кстати, был чистой импровизацией. В здравом уме и с холодной головой Ханна ни за что бы не рискнула настолько сильно, исполнив лишь теоретическую задумку, которая легко могла не сработать, оставив её хладным трупом, вероятно.

“Но ведь получилось, значит и проблем более нет” - Пыталась переубедить саму себя, но выходило слабо.

Она никогда не была человеком, отрицающим любые возможные риски, если задумка по итогу удалась. Иначе не прожила бы долго. Но все же новый способ маневрирования стоит тщательно отработать, крепнет в ней уверенность, что он ей ещё не один раз поможет.

Ведь обычно шиноби сражаются по примерно одинаковому паттерну: ниндзюцу, тайдзюцу, всякие уловки, метательное железо, изредка фуиндзюцу. Всё. Насколько ей известно, летающих ниндзя в мире сейчас только один. Третий Цучикаге. Конечно, приравнивать его полёт и Стихию Пыли к своему суррогату несколько некорректно, но кто ей запретит потешить свою гордость за такое изобретение? Нужно же себя сделать небольшой утешительный приз после всего пережитого.

Закончив громить комнату, тяжело дыша, зато с легкой удовлетворенной улыбкой на устах, Ханна села на не пострадавшую в эпицентре хаоса кровать. Ей позже придется убрать за собой весь бардак, но это будет потом, через несколько часов. А пока что она пойдет и напьется чаем, заедая это все вкуснейшим печеньем. Дабы окончательно успокоиться, так сказать.

Спустившись вниз и поставив кипятиться чайник, Ханна успела переодеться в домашнюю одежду, завязав волосы в тугой хвост, она, уже довольная жизнью, заливала кипяток в чашку.

Всегда нужно уметь хорошо выпускать пар и вовремя отпустить произошедшее, не зацикливаясь на минувших событиях, главное извлечь из этого правильный опыт. Что же она получила от битвы на смерть?

Ну, много на самом деле. Главное, как считает Ханна, так это некую моральную готовность и осознанность в отстаивании своей жизни в бою. Если раньше она не сталкивалась лицом к лицу с кем-то, кто может и хочет её умертвить, то теперь это досадное недоразумение исправлено.

Чужих смертей она уже много лет не боится, привыкшая к виду потухших глаз, которые покинула жизнь. Ханна станет только сильнее, не позволив себя сломить такой мелочью. Увидев наглядную пользу своих практически вечных страданий на тренировочном полигоне, Хьюга не собирается останавливаться.

Понемногу делая осторожные глотки горячего напитка, дабы не обжечься, она чутко уловила звук открывшихся дверей. Ханако ещё слишком рано для возвращения, значит это дед. Отлично. Ей как раз есть что у него спросить.

Хокуро неторопливо прошел на кухню, встречаясь взглядом с внучкой, слегка нахмурившись. Подсознательно он что-то почувствовал, что ли?

- У тебя все хорошо?

- На самом деле не очень. Столкновение с нукенинами на обратной дороге в Коноху, а также смерть Дайме от чьей-то интриги. Учитывая погоду снаружи, то мне паршиво, - беззаботно пожав плечами, сделала очередной глоток.

Усевшись напротив Хьюги, он некоторое время молчал, пока не заговорил:

- Вижу, ты не пострадала. Пролила кровь?

- Да.

- Вот как... Я рад, что ты цела, тучка, - слабо улыбнулся дед, - расскажешь подробнее, или лучше не тревожить эту тему?

- Да нечего рассказывать, - она рассеянно махнула рукой, - двое шиноби, скорее всего чунины. Завязался бой, ну и по итогу они погибли, у нас никто не пострадал. Разве что морально.

Съев ещё одно печенье целиком, она продолжила:

- Кстати, у меня тут одна проблема обнаружилась. Во время ускорения тока чакры сложность ведь растёт в геометрической прогрессии, и хоть это эффективно, но чудовищно долго развивать. Так вот, ты не знаешь каких-нибудь аналогов или чего-то такого, что сможет ещё больше усилить тело?

- Тебе и одного метода мало?

- Чем больше, тем лучше. Знаешь или нет?

- Да, - неохотно подтвердил Хокуро, хмурясь, - но он опасен. Ещё опаснее, чем твоя нынешняя практика.

- Я заинтригована, - подалась немного вперёд Ханна, - и что же это?

- Техника Восьми Врат. Если вкратце, то ты снимаешь со своего тела ограничители, отчего твоя сила кратно увеличивается, но за это приходится платить собственным здоровьем.

- И на каждых, - она слегка запнулась, пытаясь осознать перспективы, - этих вратах, показатели всё растут и растут?

- Снова да, - неторопливо говорил Хокуро, - но главная проблема в том, что освоить это дзюцу невероятно тяжело. Требуются регулярные физические нагрузки, выходящие даже за пределы возможностей тела. Точных подробностей не знаю, нужно спрашивать у моего знакомого, пользователя Врат.

- И-и-и, - заинтригованно протянула Хьюга, - кто же он, этот твой знакомый?

- Слышала что-нибудь про Майто Дая?

- Без понятия, кто это такой, - сразу ответила Ханна, пожав плечами.

- Хн, удивительно, учитывая, что он “вечный” генин.

- Это как? - В замешательстве подняв брови, спросила она.

- У него что-то не так с его очагом чакры, что не позволяет ему использовать ничего, кроме тайдзюцу.

Слегка скривившись и даже мысленно пожалев бедолагу, вынесла вердикт:

- Дефектный. Теперь понятно его звание.

- Ну-ну, я бы посмотрел на любого джонина, которому “повезёт”, - особенно выделил последнее слово интонацией, - сойтись с ним в поединке. Майто Дай чудовищно силён в том единственном, что ему доступно.

- И все же это не отменяет его дефективность.

- Возможно. Но факт того, что он сейчас единственный, кто может активировать Врата, неоспорим.

- Ты ведь познакомишь меня с ним?

Хокуро тяжело смотрел на внучку, которая уже неотрывно глядела прямо ему в глаза. Прошла секунда, пять, десять, пока он тяжело не выдохнул:

- Ладно. Но имей ввиду, что с огромной вероятностью у тебя просто ничего не выйдет. Дзюцу слишком требовательно к освоению и опасно для пользователя.

- Ну, с этим уже мне разбираться. Я ведь уже говорила, что люблю тебя?

- Ох, не смущай старика, - фыркнул дед, весело смотря на Ханну, - чего только не сделаешь, когда ты так смотришь.

- М-гм, кстати, мне нужно будет сделать у себя в комнате уборку, а заодно выкинуть некоторый сломанный хлам, так что ты заранее не удивляйся, ладно?

- Хлам? У тебя в комнате? Это что-то новенькое, - пробубнил себе под нос Хокуро, - но как скажешь. Тебе помочь?

- Нет, не нужно. Сама справлюсь, вместе с клоном.

- Использовать свою копию как рабочую силу? - Он недоверчиво переспросил. - Серьёзно?

- Ну не буду же я одна работать, а она отдыхать. Пусть тоже послужит на собственное благо.

- И это ты так пользуешься такой сложной техникой... - махнув в её сторону рукой, Хокуро неспеша поднялся со стула, - главное не перенапрягись, тучка. Я пойду прилягу, а то с такой погодой что-то мне не очень хорошо, да и собрание сегодня выдалось больно напряженное.

- Какой-то особый повод?

- Обговаривали возможную жену для наследника клана, Хиаши.

- М-да, не повезло бедолаге, - сокрушённо покачала головой Ханна на местные устои, - могу только посочувствовать.

- А то, но все же такой проблемы у меня давно, ха-ха, не было! - Чему-то усмехнувшись, неторопливо поднимался по ступенькам на второй этаж дед.

Залпом допив остатки уже остывшего чая, помыла и убрала посуду, слегка потянувшись. Усевшись на мягком диване в гостиной, взяв с полок первую попавшуюся книжку, Ханна устроилась поудобнее, принявшись за чтение.

Через час отложив очередное низкопробное бумагомарательство людей, которые по ошибке называют себя писателями, Ханна недовольно отправилась в свою комнату. Уборка как раз займет её до самого вечера, нужно будет потом не забыть также купить немного новой мебели, взамен старой.

До местного искусства, ей, искушённой множеством современной литературы из прошлого мира, иногда даже больно опускаться. Но этого стоило ожидать, все-таки житейского опыта у обычных гражданских не так уж и много, чего хватает только на какие-нибудь легкие романы, которые для местных уже являются пошлостью.

Шиноби же нет до этого дела, большинство из них предпочитает проводить время с пользой, тренируясь и занимаясь в свободное время любым другим хобби.

Все-таки писателей ниндзя она не знает, может таковых и вообще нет. Было бы интересно почитать что-нибудь от повидавшего жизнь воина, но увы. Нет так нет. Ей ещё убираться, нечего оттягивать неизбежное.

Наруто. ОЖП Хьюга. Часть 20.

Майто Дай оказался личностью крайне... Специфичной. Это ещё мягко сказано.

Чрезвычайно шумный, улыбчивый, со стрижкой “горшок” и одетый в зелёное трико. Когда Ханна его впервые увидела, то подумала на клоуна, но никак не шиноби. Стиль одежды для всех, конечно, свободный, но не настолько же...

Стоило ей только заикнуться о технике Врат, как он без промедления выкатил ей целую лекцию об опасностях использования, после уйдя в псевдо-философию, которую она благополучно пропускала мимо ушей. Уже от деда наслышалась.

Вся загвоздка заключалась в том, что он, конечно, предостерёг от опасностей, но собирался после этого благополучно исчезнуть куда подальше с полигона, куда его как-то завлек дед. Это определенно было не в её планах.

Пригрозив тем, что она в любом случае начнёт изучать Хачимон, и только от него зависит, убьется она в процессе, привлекая все последствия после, либо же её ждет успешный успех, а там у него и может какие преференции будут. Последнее она полностью отдала на откуп Хокуро, полагаясь на него.

И такой небольшой шантаж, обернутый в так нелюбимые Ханной словесные кружева, сработал. Чего не сделаешь только ради дела, уж ей ли не знать. Майто согласился направить её по правильному пути, но стоило ему только заикнуться про такое же трико, она его таким взглядом окатила, что он будто собственный язык проглотил. Ибо нечего культурным девочкам предлагать такое непотребство, да.

Самым основным, из его слов, получается следующее: тренировки до потери сознания в физических нагрузках, а также уже лично его доработка в виде утяжелителей на ногах и руках, основанных на фуиндзюцу.

Первые недели для неё выдались натуральным Адом на земле. Носить по целых сорок килограмм на каждой конечности, при этом изматывая себя до полного нуля... Это было чертовски больно. Учитывая нагрузку от теневого клона, который оттачивал всё то, чем она обычно занималась, дабы Ханна не растеряла навыков, сосредоточившись только на тайдзюцу, ей хотелось сдохнуть. Именно так и никак иначе.

Чувство загнанной лошади преследовало её после каждой такой “тренировки” под руководством этого отбитого психа, как его мысленно стала называть Хьюга, а воспоминания клона добивали. Её сил не хватало даже дойти до дома, благо с этим выручал дед, видимо зная, что именно её ожидает. Он спокойно подбирал обессиленное тело внучки, относя то в ванную комнату дома. За время пути она немного, но успевала прийти в себя, а потому силы на банные процедуры оставались, после чего спала до следующего дня мертвым сном.

И так каждый день. Снова, и снова, и снова, и опять. Ну и умножить все эти “снова” ещё на десять, ага.

Ей стало казаться, что она живет в отдельной, персонально созданной временной петле, в которой кроме “превозмогания” своих пределов, нет ничего.

Двенадцатая команда сейчас находится в отпуске после миссии, которая затронула большую политику, и каждый сосредоточился на самом себе.

Но, благо, такой труд на грани давал свои результаты, и куда более серьёзные, чем Ханна могла даже предполагать. Вынужденная выжимать своё тело досуха изо дня в день, после чего лечить мелкие травмы и растяжения перед сном, она стала замечать изменения. Не сразу, нет, конечно же нет. Но месяц такого графика? Два? Её уже было не остановить.

Она будто зверь, почувствовавший добычу, шла до самого конца, став находить в этих тренировках садистское удовольствие. Она становилась сильнее, это факт. Закаляла собственный дух и тело, тоже факт. А то, что дед стал на неё в последнее время как-то странно смотреть... Не удивляет.

Её рвение самосовершенствоваться восхитило до глубины души самого Майто Дая. Это, как ей кажется, говорит об очень многом. Если такой псих радуется и сам усложняет уже свои тренировки, равняясь на десятилетнего генина... Кто ещё больший псих?

Но иногда ей все же были жизненно необходимы перерывы, дабы банально перевести дух и подготовиться к дальнейшим трудностям. Дни спокойствия и благодати, как она их мысленно называла. Никаких нагрузок, тренировок, учебников и вообще всего, что требует напряжения.

В такие редкие персональные праздники она ходила в набеги на магазины сладостей, иногда беря с собой Ханако или Мию с братом, которые были не против составить ей компанию. Объедаясь так, как никогда ранее, Ханна гуляла по Конохе, полностью довольная жизнью, иногда потирая уже не такие уж и страшные утяжелители. Толк от них действительно был, и не малый.

Однажды, интереса ради, Ханна сняла их и исполнила обычные связки Джукена. Как итог, весь оставшийся день она провела в около шоковом состоянии. Её естественная скорость выросла в два, черт побери, раза!

Тем же вечером спросив деда о том, почему вообще не каждый шиноби селения так тренируется, если такой существенный прирост за столь короткое время, получила вполне исчерпывающий ответ:

- Большинству банально лень тратить столько сил, некоторые не готовы к таким жестким нагрузкам. Плюс, их кто-то должен лечить, что вне учета ранений, полученных на миссиях, стоит хоть и мало, но все же цену имеет. А изо дня в день платить гроши, так за месяц у них просто денег не останется, обычных-то шиноби, - усмехнулся Хокуро, - так что если бы не твой дед, тучка, то жилось бы тебе куда тяжелее.

- Да-да, о Великий Хокуро-сама, спасибо за оказанную милость, - язвительно отвечала Ханна, - я высоко ценю ваш вклад в моё будущее.

- Хоть будет кому стакан воды подать в глубокой старости! А то совсем уже пошла молодёжь, бесшабашная!

С наступлением декабря двенадцатая команда снова отправлялась на миссии, выйдя из длительного отдыха. К счастью Ханны, в этот раз обошлось без всяких проблем. Нара, умудренный ранним опытом, теперь брал заказы, никак не связанные с политикой даже теоретически. Денег, конечно, водиться стало меньше, но не ей об этом печалиться.

Обычные задания - охрана торговцев, доставка мелким аристократам, которые ни на что не влияют, посылок, помощь с глобальной стройкой и все в таком духе.

Занятия в госпитале Ханне пришлось сократить ещё больше, сведя до двух раз в неделю. Она трезво отдаёт приоритет задачам, зная, что медицину изучить она всегда успеет, в отличие от того, чем она занимается сейчас. Все равно там сплошная рутина из лечения мелких травм, в которых она уже настолько преисполнилась, что есть ощущение, будто с закрытыми глазами справится.

Её куратор хоть и ворчал, но отнесся с пониманием, за что она ему была благодарна. Проблем со всякими стариками ей только не хватало.

Один раз ей даже довелось пересечься с Кушиной возле администрации Хокаге. Шестнадцатилетняя куноичи ей лишь приветливо кивнула, быстро улыбнувшись, и ушла по своим делам. Ханна была равнодушна к тому, что общение между ними само по себе завяло, все-таки “разницу” в возрасте никто не отменял. Ей просто было слишком скучно с Узумаки, хех. Хоть помнит, и то спасибо. Главное, что у неё все в порядке, а большего Хьюга и знать не хочет. Своих забот хватает.

Новый год она привычно праздновала с дедом и сестрой. День хоть и особенный, но для неё кроме домашнего застолья ничем другим не отличался. Единственный праздник, который она признавала, был днём рождения. Становясь на год старше, можно трезво оценить проделанные за год успехи и отметить новую веху в жизни.

Со слов Майто Дая, пробовать открыть Первые Врата можно будет в конце весны, если Ханна будет также быстро прогрессировать. Он все не уставал нагружать её с каждым разом больше и больше, постоянно светя улыбкой от таких усердий хоть и навязанной, но ученицы.

Он был добродушным человеком широкой души. Настоящий шиноби Конохи, как однажды проницательно заметил дед. Ну, Воля Огня и все прочее из этой же категории. Хоть иногда и через чур шумным, неосознанно привлекая внимание прохожих, не без этого.

Конечно, Ханну печалило то, что хоть клон и не даёт заржаветь остальным навыкам, но и движений вперёд особых нет. Более всего это касается Воздушного толчка, который до сих пор манит её перспективами маневров в воздухе. Желание освоить хотя бы Первые Врата у неё слишком велико.

Та сила от “обычных” тренировок поражает, а что же тогда будет с многократным усилением, ей, честно говоря, даже представлять страшно. Но сомнений в том, что она поступает правильно, у неё нет. Этот шаг в освоении дзюцу слишком важен, даже если он настолько требовательный, раз фактически съест полгода её времени.

***

Теплая весенняя погода приятно грела, невольно расслабляя тело. Последняя зима выдалась особо суровой, и снег держался ещё рекордный месяц, растаяв только с наступлением апреля.

Физически, на первый взгляд, Ханна даже не выросла толком, оставаясь всё такой же девочкой, только уже одиннадцатилетней. Однако это не значит, что, если видимых изменений нет, так и прогресса не видать.

Иногда, в особые дни медитативной прокрастинации, она задумывалась о том, как тела шиноби вообще устроены. Это ведь ненормально, все, что происходит в процессе тренировок. Влияние чакры все ещё остается для неё загадкой, которую она обещает самой себе разгадать уже как с несколько лет.

Сегодня для неё особый день, который она ждала с нетерпением, хоть и никак этого не показывала снаружи. Двадцатое мая станет тем днём, когда она откроет Врата Начала, первые из восьми Врат.

Ей даже поверить в это не до конца удаётся. Столько усилий, пота, боли и времени, и все ради сегодняшнего дня. Почти девять месяцев страданий, по итогам которых ей даже начали сниться кошмары с собой, одетой в зелёное трико, в главной роли.

Сейчас она вместе с сенсеем-любителем-трико-и-превозмоганий находится на ставшем уже родным полигоне на окраине селения. Иногда ей кажется, что она знает здесь каждую травинку, царапину на коре дерева и каждый куст. Настолько много времени здесь было проведено.

- Ты готова? - Непривычно серьёзно спросил Майто Дай, скрестив руки на груди.

- Да, я чувствую, сегодня все получится, - с виду спокойно кивнула Хьюга.

- Отлично. И помни, если что-то пойдет не так, сразу отменяй технику пока не поздно. Врата Начала находятся в левом полушарии мозга, и риск неприемлем.

- С клоном точно никак не выйдет?

- Нет, если бы это было так просто, то Хачимон не был бы таким требовательным в освоении.

Ещё раз кивнув, на этот раз уже молча, Ханна закрыла глаза, концентрируясь.

Сосредоточиться, выдохнуть, морально подготовиться. Ювелирно направляя чакру в нужную точку, настолько аккуратно, насколько это для нее вообще возможно, она подала нужный импульс. Вся суть техники в высвобождении скрытых резервов тела. Подай чакру в особые узлы внутри тела, и произойдет “фокус”. Который, впрочем, моментально прикончит неподготовленного смельчака.

Сначала ничего не произошло, но Ханна знала, что это обманчивое впечатление. Со слов Майто, весь спектр ощущений нагрянет через несколько секунд после. И он был прав.

Чувство, будто она стала весом с пёрышко, на которое только дунь, и оно улетит вверх к облакам. Перепад был настолько стремителен, что Ханна даже замешкалась на несколько секунд, впрочем, быстро взяв себя в руки. Открыв глаза, с виду ничего для неё не изменилось.

Попробовав сделать короткий рывок, она, не ожидая такой податливости, от неожиданной силы и скорости не удержала равновесие, упав и прокатившись с целый метр по инерции. Конечно, к своей новой скорости она тоже привыкала достаточно долго, и это после “обычных” то тренировок, но здесь был совершенно другой уровень.

Не обращая внимания на все вокруг, полностью поглощённая новыми ощущениями, Ханна сняла с себя утяжелители. Чувство невесомости стало практически осязаемым.

Резко ударив обычным прямым выпадом, её кулак пронёсся столь быстро, что в воздухе раздался не большой свист, как если бы палкой рассечь пустоту.

- Главное это адаптироваться к изменениям, Ханна, помни. Даже если сила пьянит, важно взять себя под контроль.

Громкой голос Дая был для неё будто ведро холодной воды за шиворот. Настолько он отрезвил, заставив остановиться.

“Да, действительно. Что-то я слишком… Обрадовалась” – мигом вернула самоконтроль, сосредоточившись на окружении, а не самой себе. Всегда помогало ей отвлечься.

- Помню когда я впервые использовал Врата, потом неделю а больнице пролежал, насколько сильной была эйфория, - ударился в ностальгию Майто, - хорошее было время.

Ещё одним точным импульсом перекрыв точку Первых Врат, дабы отключить действие техники, Ханна резко выдохнула, слабо осев на землю.

Слишком сильный перепад, она к такому оказалась не готова. После деактивации Хачимона, каким ты ни был крепким бойцом, начиная с трёх врат продолжать бой будет практически невозможно, настолько сильным будет откат. Мазохизм в его квинтэссенции, не иначе.

- Ну, если бы не вы, Майто-сенсей, - польстила Хьюга, когда немного оклемалась и смогла ровно стоять на ногах, привыкнув к физически ощущаемой мощи в собственном теле, - то этого бы не было. Спасибо за все потраченное время! Я уведомлю дедушку об успехе, выбью для вас ещё чего-нибудь сверх договора.

- Буду признателен, - слабо улыбнулся Дай, - но нам ещё предстоит обсудить достижение новых вершин!

Её веко чуть дёрнулось. Дальше она сама как-нибудь, да и наверстать упущенное в остальных категориях нужно. Хватит с неё пока тайдзюцу, она им на год вперёд пресытилась. Кошмары с зелёными человечками ей будут ещё с несколько месяцев сниться, в этом Ханна уверена.

Хогвартс. Просто зарисовка.

София Блэк никогда не думала, что окажется в настолько тяжёлом положении, как сейчас. Вроде бы начиналось всё стандартно для таких дней – общее собрание ближнего круга в поместье Лестрейнджей, привычная уже порция Круциатуса провинившимся в чем-либо, новые планы, новости, и всё это смешано с жутким напряжением, которое нельзя не испытывать, находясь рядом с Темным Лордом.

Даже мысли свои, и те, приходится держать под идеальным контролем, ибо легилименция, хоть и поверхностная, может принести много проблем, знаем такое, уже видели.

Но, сначала всё шло нетривиально – вырезать очередную семью магглов, запустить в небо Чёрную Метку. София проделывала это не один и не пять раз, ведь являясь одним из лучших дуэлянтов в кругу Пожирателей, равно как и её старшая сестра, Беллатриса. А потому проблем обычная уже, в чем-то, к ужасу многих, рутинная задача, не должна была принести.

Всё стремительно покатилось по наклонной прямиком к Мордреду в тот момент, когда вокруг дома, внутри которого уже находились мёртвые на тот момент магглов, возник антиаппарационный барьер, не выпускающий никого изнутри.

Это была засада Ордена Феникса, как стало ясно вскоре, после появления десятка авроров, среди которых также были сами члены Ордена, которых возглавлял проклятый ею лично трижды Грозный Глаз Грюм.

Никаких переговоров, расшаркиваний и прочего, первое же заклинание стремительно полетело в слишком наглого аврора, подошедшего близко к окрестностям дома, на территории которого и находились шестеро Пожирателей.

Яркая зелёная вспышка Авады, и неизвестный ей молодой человек падает на землю, уже мертвым. Далее события развивались стремительно:

Плотный поток заклинаний с обоих сторон не останавливался, но было очевидно, что преимущество сейчас было у авроров. Скорее рано, чем поздно, «Пожирательских тварей» банально заставят покинуть убежище в виде дома, уничтожив то взрывными и им подобным.

София, являющаяся лидером этой шестерки, лихорадочно придумывала способ вывести всех из западни, попутно отстреливая особо ретивых представителей нынешней власти:

— Конфринго!

— Протего!

— Бомбарда! Диффиндо! Дуро! Авада Кедавра!

Зелёный луч смерти, как неожиданное завершение атакующей связки, и Софи с удовлетворением видит падение ещё одного противника, сразу же ставя щит от режущего проклятия и заходя обратно за укрытие.

— Нужен шквальный огонь, пока они нас не окружили! Выиграйте немного времени, или мы тут все помрём! – крикнув своим подчинённым, Блэк сразу начала направлять себя на нужный настрой, концентрируясь. Она ни мгновения не сомневалась, что её приказ выполнят, ведь та лично тренировала их, хотя скорее подойдёт «третировала».

То, что она собирается сейчас сотворить, будет крайне опасно, ибо с Адским Пламенем шутят только идиоты. Это единственный способ максимально эффективно прорядить количество врагов, главное чтобы не перехватили контроль над пламенем, тогда уже она отправится на рандеву к Даме с Косой.

Бой закипел с ещё большей силой, пока София готовилась применить заклинание, дом активно подавал признаки окончания лимита прочности. Часть стены обвалилась, крыша просела, внутри слишком душно, несмотря на холодную осеннюю ночь.

Ладно, Софи, ты сможешь это сделать. Глубокий вдох, выдох, покрепче сжать древко волшебной палочки. Приступаем.

— Выходим, держите щиты до предела, поднимайте стены от Авад, пробивайте барьер, если умрёте, я вас с того света достану, и лично упокою! – отрывисто отдала она приказы, уже поднимая палочку ввысь.

Авроры явно не ожидали такой наглости, но не успели они толком среагировать, как шансов на выживание у них стало в одночасье меньше:

— Финдфайр!

Из магического проводника сразу бурным потоком вылетает огромное количество удушающе жаркого пламени, управляемое железной волей второй по старшинству Блэк.

В голове вспыхивает шальная мысль, что в её то двадцать один, сделать то, что она собирается, отважится только смертник. Ну ничего, бывало и похуже.

Огонь не несётся к своим целям напрямую, а в воздухе бурной волной обрушивается на не готовых к такому бедолаг, пока её подчинённые удерживают атаки самонадеянных глупцов, считавших, что успеют убить призывателя пламени до собственной, очень мучительной к слову, смерти.

Первые крики агонии и ужаса утопают в гуле бушующей стихии, не прошло и трёх секунд, как четверо уже сгорели заживо. Отвратительный запах ещё не дошел к ней, но выдержать его будет также тем ещё испытанием воли.

Пламя горело неостановимым штормом вокруг, отрезав шестерку от видимых врагов. София на пределе своих возможностей направляла пламя, полностью абстрогировавшись от окружающего мира. Стало ещё тяжелее когда кто-то попытался перехватить контроль, вступив в ещё более утомительное противостояние. Главное здесь – не отдать поводок и выиграть как можно больше времени, пока барьер не будет пробит.

София мыслила здраво, а потому прекрасно понимала, что в невыгодном положении обороняющихся, без возможности аппарации, они бы если и победили, то с потерями так точно. Не зря она тратила десятки часов, гоняя этих кретинов по специальному полигону, чтобы они так просто умерли, от какой-то жалкой засады.

К Грюму у каждого здесь также были личные счёты, ибо он успел отдавить ноги буквально всем, а потому его смерть станет приятным бонусом. Увы, но такой отличный боец выбрал заведомо проигрышную сторону, за что в итоге и поплатится.

Держать пламя становилось с каждой секундой всё труднее, прямо по наростающей, но сдача сейчас означает смерть каждого, а потому у неё нет права на ошибку. Вывести людей она обязана, если не хочет столкнуться с недовольством Лорда. Однажды увидела его в настоящем гневе, спасибо Мерлин что тогда налажал Фоули, а не она, но даже так демонстрации хватило, дабы делать всё без ошибок, ибо цена за их искупление слишком велика.

Плащ и черные, специально зачарованные одеяния стали неприятно липнуть к телу от жуткой жары, как и дышать в маске становилось всё тяжелее, но снимать нельзя, ибо тогда она банально задохнётся дымом, а магия очищение воздуха на маске работает очень хорошо.

По её внутренним часам прошло примерно минуты две беспощадного противостояния за контроль над пламенем, так какого черта они все ещё не разбили этот бартер?! Но и отвлекаться нельзя, чревато. Выскажет же она этим кретинам всё об их некомпетентности, лично пустит через девять кругов ада.

Время смазалось для Софии в сплошной размытый поток, она полностью отдалась удерживанию разумного огня в узде, выкинув все мысли из головы. Лишь инстинкт выживания, полная концентрация и борьба. Победит тот, кто продержится дольше, всё просто. Ты или они, сколько уже таких ситуаций было за её короткую, но насыщенную жизнь после школы? И не сосчитать на самом деле.

Хоть Грюм и является чрезвычайно опытным аврором, но магии в Софии явно больше будет, несмотря на возраст. В этом плане она была одарена настолько, что сам Темный Лорд заинтересовался такой силой. Несравнимо с Ним, конечно, но где-то близко так точно. А потому победитель ещё неизвестен.

Но, наконец, спустя субъективную для неё вечность, что-то в этом противостоянии наконец сдвинулось с края лезвия. Почувствовав, чем скорее осознав, что барьер наконец сломан, она направила всё пламя прямиком на Грюма, вложив все силы, которые у нее оставались. Против такого напора этот надоедливый калека уж точно не выстоит, она не оставила шансов. Самолично сдержать локальный филиал ада у него не хватит сил, как и перенаправить его. Если помешать своему сожжению он вполне мог, устраивая перетягивание каната, то теперь, когда она полностью отпустила свой конец, ему остаётся лишь отлететь от получившегося импульса, который невозможно перенаправить, если ты, конечно, не являешься Дамблдором или Лордом. Такому «фокусу» её научил лично Он, в подробностях описав и, к её тогдашнему скрытому ужасу, показав вживую. Для неподготовленного мага, каким бы всё-таки Грюм ни был сильным, это смертный приговор.

Отпустив наконец нити контроля, она крепко хватается за стоящего рядом Пожирателя, Кэрроу, кажется. Тот всё понимает и без слов, взмахивая палочкой.

Секунды отвратительной мешанины, будто её сдавливают со всех сторон, и наконец они оказываются прямиком в холле манора Лестрейнджей, после чего не обращая внимания на что-либо вокруг, София обессиленно прислоняется к блаженно холодной стене, после чего медленно сползает вниз, снедаемая усталостью. Всё-таки в первые использовав настолько масштабное Адское Пламя, да ещё и так долго, удерживая контроль от чужого посягательства, даже для неё оказалось сложно, сил не хватает даже осмотреться, лишь сидеть с закрытыми глазами, прислонившись к спасительному холоду.

Сейчас, после горячки боя, все чувства будто усилились в несколько раз. Она ощущает крепко прилегающий костюм Пожирателя вместе с маской, которая будто отрезает её от внешнего мира, своё быстрое сердцебиение, тяжесть в груди, жутко пересохшее горло, мокрые от жары волосы, прилегающие к шее, будто ей воткнули сотни иголок по всему телу. Даже двигаться сейчас лень, просто хочется лежать так и лежать, будто ты всего лишь декорация к обстановке вокруг, но увы, нет. Нужно подниматься, проверить своих людей, вызвать домового эльфа, дабы принес зелья, а после ещё и отчёт Лорду, выматывающей также, как целый марафон.

«И почему нельзя просто стать облачком, такой же беззаботной и мирной?» - вяло подумала София, собираясь с силами дабы встать наконец.

Что же, сегодняшний день можно считать относительным успехом, а впереди ещё больше таких стычек, крови, зелёного и красных вспышек заклинаний, напряжения и проблем. Но ничего… Отстаивание своих прав всегда дорого стоит, ей ли не знать.

Гарри Поттер. ОЖП Блэк.

Сидя в библиотеке своей семьи, София Блэк, вторая по старшинству после Беллатрисы сестра, читала очередную книгу о различных заклинаниях, которые будут изучаться в Хогвартсе, куда она поступит через всего лишь три года. Настолько увлекшись чтением, она не заметила, как почти вплотную к большому для её роста мягкому креслу подошла одна из сестёр.

Мгновение, и София непонимающе смотрит на свои уже пустые руки, из которых наглым образом вытащили книжку, после чего переводит свой умильно-недовольный взгляд на нарушителя спокойствия, без удивления узнавая Беллу.

Её старшая сестра терпеть не могла официальные встречи родителей со своими знакомыми, которые явно прибыли сюда обсудить «очень важные дела», ведь на них нужно было обязательно присутствовать хотя бы первые полчаса, пока шли разговоры ни о чем, да и когда они всё-таки переходили к делу, детей просто отсылали из гостиной.

Сама София прекрасно понимала свою сестру и одновременно лучшую подругу, ведь что может быть хуже, чем сидеть и слушать о том, какие в Министерстве сидят идиоты, если вместо этого можно было занять себя чем-то более полезным. Но всё-таки так прерывать чтение она крайне не любила, да ещё и не по своей воле.

— Что? — показывая своё недовольство, немного обиженно спрашивает девочка.

— Пошли на чердак, я там такое нашла! — не обращая внимания на угрюмость младшей, Белла с энтузиазмом принялась рассказывать суть дела, активно жестикулируя руками. — Это точно будет лучше обычного чтения, да и ты не думала, что книг в твоей жизни слишком много? Я каждый раз нахожу тебя в библиотеке, ты почти что полноценно поселилась здесь, разве что спишь у себя в комнате! Тем более во время обучения с учителями нас и так заставляют заучивать горы текста, так что вставай, возражения не принимаются!

Пропустив мимо ушей большую часть речи сестры, но выделив для себя всё важное, ведь София уже привыкла к постоянному словесному потоку и научилась отделять обычную эмоциональность от действительно интересных и важных вещей, она уже сама быстро встаёт с насиженного и теплого бархатного тёмно-зелёного кресла, подходя к Беллатрисе и забирая обратно книгу, сразу складывая ту на небольшой столик, стоявший рядом.

— Пошли, надеюсь это не очередная безделушка прямиком из семнадцатого века, иначе это будет слишком предсказуемо и скучно.

— И ничего скучно не будет, вот увидишь, а теперь пошли давай! — быстро взяв Софию за руку, Белла повела её прочь из библиотеки.

— А Меда и Цисси? — послушно идя прямиком за сестрой, спрашивает девочка, стараясь не споткнуться по пути.

— У Андромеды скоро урок этикета с мамой, а там и Нарцисса будет рядом где-то, так что они заняты, да и это будет наша с тобой тайна. — прошептав последние слова практически себе под нос, Белла уже начала подниматься по лестнице выше, а за ней и Софи.

— Разве мама не должна сейчас обсуждать дела вместе с отцом и Лестрейнджами?

— Я спрашивала Кричера про них, они уже ушли, и двух часов не прошло.

Поднявшись далее в тишине, которую разбавлял лишь топот двух пар ножек и подойдя к двери, ведущей на чердак, девочки уверенно зашли внутрь.

Сам чердак не представлял из себя ничего необычного, простое нагромождение всякого ненужного хлама, мебели и забытых вещей, и всё при том в полнейшей чистоте, ибо домовой эльф Блэков успешно следил за всем порядком в доме.

— И что конкретно мы тут будем делать? — оглядывая старинные картины, София подошла к Беллатрисе, которая остановилась у одного из очень массивного и большого шкафа. — Не старые вещи перебирать, надеюсь?

— За этим шкафом что-то есть, и мы узнаем, что именно. Так что нам нужно его отодвинуть, есть идеи?

Софи лишь скептично осмотрела всё вокруг, но не найдя на первый взгляд ничего пригодного, лишь пожала плечами.

— Может Кричера позвать? — предложила девочка, но почти сразу получила отрицательное покачивание головой от сестры. — Тогда нам нужно или как-то оттащить его, хотя я не знаю как, или сломать его внутреннюю сторону чем-то, создав себе проход.

— Ломаем! — не задумываясь ответила Белла, отходя в другую сторону, где лежали ненужные инструменты, начав искать подходящий для того, чтобы он смог проломить древний шкаф.

Так как девочки довольно-таки часто бывали здесь, они уже не раз успели осмотреть каждый предмет на чердаке. Это место отлично подходило чтобы спрятаться от нежеланного внимания младших или же родителей, если хотелось побыть одним и подумать, или же поговорить о чем-либо, без боязни быть подслушанными, ведь в личную комнату в любой момент могли зайти Меда или Цисси, а иногда и мать. Такое место сёстрам было необходимо как воздух, ибо многие темы они любили обсуждать зная, что им не сможет помешать кто-либо, прервав спор или рассказ интересных сплетен.

София, равно как и Белла, мечтала попасть в Хогвартс и получить относительную свободу от вечных наставлений матери, необходимости ежедневно слышать холодный голос отца, в котором нет и толики теплоты, двух младших сестёр, которым вечно нужно внимание и обязательное чтение интересной книжки вслух.

Нет, Софи конечно любила свою семью, а в особенности Беллу, которая всегда была ходячим бедствием, но важно заметить, понимающим и любящим тихую, но такую умную сестру, бедствием. Но всё-таки иногда и ей нужен был отдых, а Белла, понимая это, не настаивала на очередных приключениях по дому, а молча брала книгу или ещё что, и так же тихо занималась рядом с Софией, никак не отвлекая ту от чтения. Это взаимопонимание было тем, чего ей так не хватало, сколько она себя помнит.

Беллатриса тем временем нашла необходимый инструмент, которым оказался лом (и откуда он здесь?), и подошла к шкафу, открывая его.

— Ты умеешь этим пользоваться? — заглядывая внутрь шкафа, спрашивает Софи.

— Нет, но это дело исправимое, а теперь отойди-ка, сейчас будет работать профессионал!

Послушно уйдя в сторону, подальше от шкафа, на уши сразу обрушились звуки ударов об деревянную поверхность. Белла наносила удар за ударом, пока древесина наконец не треснула и проломилась.

— Теперь осталось только сделать нормальный проход, ещё пару минут, и готово. — продолжая ломать древний шкаф, откликается Беллатриса.

— А как ты вообще поняла, что за ним что-то есть? Он же почти вплотную к стене стоит.

— А, это… Я случайно на него залезла, а там и увидела, да…

Не став более ничего говорить, София молча ожидала, пока всё наконец будет закончено. Уже привыкшая к некоторым странностям, которые иногда вытворяет сестра, для нее не было ничего странного в том, что она, естественно, абсолютно случайно оказалась прямиком на древней мебели.

Сделав в итоге три подхода ударов, которые чередовались с двухминутным отдыхом, при этом даже не предложив Софии помощь в этом грубом деле, приемлемый проход оказался варварски выдолблен во внутренней части шкафа настолько, чтобы туда смогли пролезть две девочки по очереди.

София ожидала увидеть что угодно: картину, старую метлу, сундук, но никак не полноценную дверь, которая почти полностью сливалась со стеной на фоне, и лишь ручка выдавала присутствие прохода.

— Это… Умеешь же ты находить интересные вещи, я даже иногда опять поражаюсь твоей находчивости, вот как сейчас прямо. Как думаешь, что там? — кивая в сторону двери, спрашивает Софи, стоя рядом с сестрой.

— Сейчас и проверим! — быстро залезая в шкаф, Белла без какого-либо мандража или страха надавливает на ручку двери, которая, кстати, могла быть проклята, просто зачарована, так и вообще иллюзией, такое уже бывало однажды.

Ручка безропотно поддается, и дверь открывается во внутрь неизвестного помещения. Непоседливая сестра сразу же заходит дальше, чтобы лишь спустя две секунды выглянуть обратно, нетерпеливо глядя на Софи.

— Да иду я, иду. — ворча себе под нос, тоже проходит в искусственную дыру, протискиваясь во внутрь, попадая в неизведанную комнату.

Не сговариваясь и не произнося ни слова, сёстры, отличить которых иногда можно лишь по разному цвету глаз, синхронно начинают осматривать помещение.

Сама комната была небольшой и почти что полностью пустой, но два больших кресла, точно таких же, как в библиотеке, и не горящий сейчас камин, встроенный в стену, явно намекали, что когда-то это было чем-то наподобие комнаты отдыха. Но самое главное, что здесь было — это большое, двухметровое в высоту окно, соприкасающееся с полом, на самом окне была ручка, с помощью которой наверняка его можно было открыть.

— Это то, о чём я думаю, правда? — почти что шепотом спрашивает Софи, уже стоя у окна.

— Именно. — так же тихо отвечает Белла, уже используя ручку. Мгновение, и окно открывается во внутрь комнаты полностью, впуская в комнату свежий воздух, который бывает только после недавно прошедшего дождя.

Выйдя наружу, они оказались прямо на крыше дома. Родители говорили им, что выхода на самый верх в доме нет, но, по всей видимости, они или сами не знали об этом, или же просто соврали, чтобы непоседливые дети не пошли искать его, попутно растревожив половину дома.

Осматривая ничем не примечательную площадку, девочки понимали, что это место ни в коем случае нельзя показывать кому-либо ещё.

— Уточнять о том, что это теперь тайна, надеюсь, не нужно? — для проформы спрашивает София, уже строя планы по использованию скрытой ото всех комнаты.

— Глупый вопрос! Нам нужно как-то скрыть эту комнату, чтобы её никто не нашёл кроме нас!

— А разве шкаф, это не достаточная маскировка? Не думаю, что его откроют от нечего делать, тем более на чердаке бываем только мы и Кричер, но навряд ли он будет заглядывать в сам шкаф, да и с ним всегда можно поговорить об этом, просто приказав молчать про дверь.

— Ну... Ладно. Но обставить эту комнату мы просто обязаны!

— Так я разве спорю? — недоумённо спросила Софи, идя к выходу из чердака. — Только не сейчас, после уроков у Меды мама и за нас возьмётся, а это надолго.

— Хм, чистокровная волшебница должна знать это, уметь то, вести себя так и эдак... Скукота сплошная! — жаловалась Белла, уже закрывая шкаф обратно. — Нет бы поучить заклинаниям или основам окклюменции, так вместо этого нужно запоминать то, в каком порядке брать чёртовы ложки!

— Угу, саму бесит. — согласилась София, выслушивая одни и те же жалобы уже в сотый раз.

Конечно, её тоже раздражали все эти уроки о том, как правильно себя вести в любой ситуации и им подобные, но она понимала их важность, а потому никогда не высказывала матери свои жалобы на слишком скучные занятия. А кого не будут раздражать часовые нотации, которые ещё и досконально запомнить нужно? Ведь если не сделаешь всё правильно, то дальше можно только посочувствовать.

Когда у Беллатрисы только начались уроки этикета и правильного поведения в возрасте шести лет, дом сотрясла череда истерик и криков не желающей этого девочки. На её же примере тогда София и поняла, что от этого ничего не спасёт, и лучше стойко принять свою участь, чем безрезультативно пытаться оттянуть неизбежное.

Сама девочка была готова выучить всё необходимое как можно быстрее, лишь бы проводить как можно больше времени с книгами. Сколько она себя помнила, общение никогда не было её сильной стороной, и вместо разговоров предпочтение всегда отдавалось чтению, как только она научилась этому навыку в свои четыре года. Книжка никогда не начнёт жутко скучную нотацию, которую будет невозможно прервать, никогда не будет требовать внимания и чуткости к своей персоне, никогда не разревётся от сломанной игрушки как Цисси, не испугается вида домовика как Меда... В общем, так и родился книжный червь под именем София Блэк.

Лишь с Беллой она могла нормально общаться, ведь та не требовала к себе слишком многого, и с ней, как с более старшей, было интереснее, а там за несколько часов можно и наговориться на неделю вперёд, а после наконец заниматься своими делами. Чудо, а не сестра.

Направляясь в комнату для занятий, где их уже наверняка ждала мама, по пути девочки встретили тётушку Вальбургу, которая вместе с мужем и годовалым сыном тоже жила в доме на Гриммо, 12. Всё-таки пять этажей, это действительно слишком много для даже восьми человек.

Кузен Софии, Сириус, станет наследником рода Блэков, так как Друэлле не повезло родить четырех девочек подряд. Конечно, Софи это только в радость, не нужно будет учить целую кучу ненужной пурги, ведь Белла наверняка бы попросила помочь ей, если бы её сделали наследницей, а деньги для жизни у неё всегда будут. Осознав лишь год назад практическую ценность галлеонов и того, чего с их помощью можно добиться на примере своей семьи, которая числится одной из самых богатых во всей Магической Британии, София твердо намеренна с помощью денег получить ещё больше книг, дабы узнать много чего нового.

Жажда знаний в ней проснулась не только от постоянного чтения, но и от того, что она однажды увидела на тренировочной дуэли отца с дядей Орионом, которую всем сёстрам разрешили посмотреть, находясь за зачарованной ареной. То, как красочно и смертоносно летали заклятия, разбиваясь из-за невозможности пробить прочнейшие магические щиты и оставляя множество искр от развеянной силы, навсегда будет запечатано у девочки в памяти. Она тоже хочет так уметь, и делать это ещё лучше, а для этого нужно знать очень много, чтобы опять увидеть великолепные вспышки заклинаний и разнообразных проклятий и уметь самой сотворить чудо, называемое боевой магией.

Естественно, Софию привлекает любое проявление магии, но симпатии отходят боевой именно благодаря её эффектности и пользе в защите своих интересов. Она уже не маленькая девочка, чтобы не понимать, что своё мнение в каком-либо вопросе ей придется защищать от других людей, а что может защитить лучше, чем пущенное во врага режущее заклятие? Дедушка Поллукс однажды пошутил на тему отстаивания интересов, когда был здесь в гостях и находился в хорошем настроении, и София запомнила всё сказанное им тогда, найдя в его словах смысл.

У самой комнаты Мучений, как её однажды прозвала Белла, уже находились двое младших сестёр, активно спорящих о чём-то. Обе красные от злости, активно размахивающие руками. И в чем они опять не сошлись в их, несомненно, авторитетном мнении?

— Ты спрятала его! — обвинительно указывая пальцем на Андромеду, надулась как маленький хомяк Нарцисса. — Я точно видела у тебя в руках, когда шла сюда!

— Да не нужен мне твой плюшевый летающий дракон, я искала у тебя книгу, которую ты у меня же и одолжила! — раздражённо ответила Меда, тряхнув длинной для своего возраста каштановой шевелюрой.

— Опять что-то не поделили, пошли уже, быстрее начнём – быстрее закончим. — негромко сказав Беллатрисе, София заходит в комнату, не обращая внимания на младших сестёр.

Каждый день они ссорятся по поводу и без, встревать и пытаться решить каждый раз будет лишь бессмысленной тратой времени. Белла была явно солидарна в этом с сестрой, а потому также быстро прошмыгнула мимо, да так, что ни Нарцисса, ни Андромеда не успели вовлечь в решение своих проблем старшую.

Сама комната, в которой мать учила всех четверых, была обычной гостиной, в которой превалировали так любимые Софией кресла, в которых она любит сидеть. Стол в центре, у стен книжные полки с не слишком серьезной литературой, редкие картины и пара окон с видом прямо на маггловский парк да огромная люстра, полностью освещающая всё пространство приятным и мягким светом.

Мама уже ожидала оставшихся двух сестер, а потому лишь молча кивнула на соседние к себе места.

Что же, хоть София не любила нотации монотонным голосом, как это делает мама, но вытерпеть она уж точно сможет.

Жизнь в доме семьи Блэк текла размеренно. Иногда приходили гости и появлялся новый повод для сплетен, книжки стабильно изучались, тайная комната двух старших сестёр обживалась.

Однажды София пробовала колдовать палочкой уже покойного прадеда, которую Белла смогла втайне одолжить из витрины, но кроме Люмоса, заклинания для освещения, ничего не выходило, ибо связь с волшебной палочкой если и была, то слишком слабая.

Потом, правда, об этом прознала мама, и Софи с Беллой ожидала целая неделя лекций о технике безопасности, после которой девочка уяснила, что попадаться с нарушениями матушке чревато, а потому все остальные проказы, основательницей которых становилась Беллатриса, гарантированно втягивая в них Софи, они старались проворачивать без лишнего шума и внимания.

Персональным убежищем во время ссор отца с матерью или же от желания побыть в тишине секретная комната подходила идеально. О ней так никто и не узнал, в том числе и Кричер, от которого удавалось успешно прятаться, если тот появлялся на чердаке.

Обстановка в самой комнате тоже поменялась чуть больше, чем полностью. Появился свой собственный чайник, в котором всегда была горячая вода, мягкие пледы, ваза со сладостями и книги, за которыми запросто можно было скоротать время.

Старшие сёстры Блэк сделали это место своим тайным убежищем, в котором всегда уютно находится, что бы не происходило в доме.

Когда же отец отправлялся на какие-то важные дела, а мать к своим немногочисленным чистокровным подругам на встречу, в самом доме оставались лишь сёстры, кузен Сириус да Вальбурга с Орионом, но они почти не появлялись на этаже, где жила София с остальными, так что встреча происходила лишь во время приема пищи, а потому почти вся территория жилища оставалась в их с Беллой распоряжении.

Андромеда же пристрастилась к книгам, и стала всё реже проводить время с другими сёстрами. София видела, что уроки с матерью не приносили сестре ничего, кроме плохого настроения. По сравнению с собой, как считала Софи, Андромеда жила в ещё более обособленном собственном мире, почти полностью замкнувшись.

Конечно, наверняка к этому приложил руку один инцидент, который в понимании Софи вообще не котировался, как что-то серьезное и способное настолько изменить человека, но, скорее всего, для чувствительной Меды это было сильным ударом. Пожалуй, из всех сестёр, именно она была той, кто не хотел понимать и принимать жизненные устои семьи Блэк уже в таком относительно малом возраста, а потому это было лишь закономерным исходом.

Сам инцидент же не был чем-то из ряда вон выходящего, как например потеря члена семьи. Однажды девочек выпустили прогуляться в парке, который находился рядом с домом, под невидимым присмотром Кричера, естественно. Ничего интересного для Софии там не было, магглы как магглы с их глупыми детьми, у которых в голове кроме игр была вакуумная пустота. Но именно там Андромеда познакомилась с компанией ребят, которые были одного с ней возраста, пока остальные сестры в тот момент пытались понять, как машины могут ездить сами по себе, а потому и не заметив того, что Меда самую малость отстала.

В итоге за дальнейшие несколько походов в то же самое место, у Андромеды появились первые друзья, с которыми ей было действительно интересно проводить время. Друзья магглы, которые только и делали, что играли в дурацкие и примитивные игры.

Как только София узнала это, ведь всегда присматривала за каждой сестрой, стараясь не дать их в обиду или просто помочь по мере сил, то сразу же поделилась с Беллатрисой о новых друзьях сестры.

Та сразу пошла прямиком к Андромеде, взяв к себе в поддержку Софию, объясняя младшей что такое знакомство для неё может быть опасно и вредно, а потому надеясь, что она сама с этим покончит. Младшая согласилась, в тот момент впервые соврав в лицо сестре.

Поверив ей на слово, ведь между собой все четверо никогда не врали напрямую, максимум так это недоговаривали, София и Белла посчитали инцидент исчерпанным, а за ними в тот момент хвостиком ходила Нарцисса, которая тоже поддерживала желание защитить Андромеду.

Через месяц же, когда сестрам разрешили ходить немного дальше от дома, каждая решила заняться своими делами, и София, на тот момент гуляющая по окраинам большого парка, опять заметила Андромеду в компании неотёсанных детей магглов, которые о чем-то громко спорили.

О, в тот момент София застыла, будто каменное изваяние, ошарашенно наблюдая за этой картиной, пока шестерёнки в её голове очень медленно и неохотно обрабатывали то, что она видела.

Не осознавая своих действий, идя на поводу у эмоций, девочка решительно направилась в сторону сестры, намереваясь помочь ей избавиться от этих неотёсанных грубиянов, которыми, по словам мамы, являются все магглы. Для Андромеды так будет лучше, теперь её уж точно не обидят, если вдруг что-то произойдет!

Подойдя к группе детишек и сестре, София, полностью игнорируя существование всех, кроме Андромеды, быстро хватает ту за руку, собираясь увести её обратно домой, где обязательно объяснит весь вред от такого общения. И там то им никто не сможет помешать!

Мыслями находясь уже в доме, Софи никак не ожидала того, что сестра грубо вырвет руку из её хватки. Не в силах больше игнорировать такую наглость с её стороны, девочка зло посмотрела на Андромеду, решив высказать ей все прямо здесь и сейчас, действуя на эмоциях обиды и злости от непослушания, полностью забыв об окружении.

— Какого Мерлина ты творишь, Меда?! Мы с Беллой ведь тебе объясняли, что нельзя просто взять и начать общаться с магглами так, будто вы обычные друзья! Так мало было этого, ты ещё и соврала! — процедив слова злым голосом, София выговаривала всё, что думает о её глупости. — Тебе что, с первого раза было не понятно? Они жалкие, глупые и жестокие, будто звери, а ты якшаешься с ними, проводишь время и даже веселишься так, будто ничего необычного в этом нет! — почти что прокричав от злости, София ожидала ответа от сестры.

Хоть какого-нибудь оправдания, что она сделала это ненамеренно, что они сами подошли к ней, лишь бы не возвращаться к тому факту, что она нагло соврала, предав доверие Софи и ранив её своими действиями. В последнем она не хотела признаваться и самой себе, ведь считала себя умной и сильной, способной перенести все невзгоды.

— Эй, отстань от неё! — подбежав и грубо схватив Софию за руку, выкрикнул тонким и почти что писклявым голосом какой-то жалкий мальчишка в опрятной одежде. — Она не хочет с тобой говорить, грубиянка!

Инстинктивно попытавшись вырвать руку, с каждым мгновением злясь на всех вокруг всё больше и больше, Софи пыталась освободиться. Через десяток долгих и мучительных секунд бесплодных попыток, оскорблений от неизвестных магглов и молчания сестры, ярость от ситуации полностью завладела Софией.

Не осознавая своих действий, она со всей силы влепила держащему её скоту пощёчину, при этом отдавив ему ногу своим невысоким каблучком. Мальчик, вскрикнув, быстро отпустил руку Софии, но это уже слабо помогло унять её запал.

— Права была мама, вы грязные, отвратительные животные, которые понимают лишь язык насилия!

Опять направляясь к Андромеде, дабы силой увести её от этих свиней, на её пути встал тот же ребенок, только теперь так же уязвленный от удара девочки. Попытавшись во второй раз схватить Софию, которая неостановимой фурией шла прямиком к сестре, спустя секунду он потерянно застыл на месте, не в силах сделать больше и шагу.

Софи лишь мимолётно отметила выброс магии, игнорируя препятствие в виде застывшего мальчика, быстро подходя и болезненно крепко хватая сестру за руку, не позволяя вырваться. Остальные дети, видя, что произошло что-то странное, не спешили на помощь товарищу.

— Даже не думай вырываться, сделаешь лишь хуже. — уже отходя в сторону дома на буксире с сестрой, которая не оставляла попыток выбраться, сказала Софи.

Подумав о том, что у сестры после такой хватки наверняка останется синяк, тут же отмахнулась от этого. Переживет, если врать и так подставлять старших сестёр она горазда, то и синяк ей наверняка ни по чем.

Оставшийся путь прошёл без эксцессов, как можно было ожидать. Андромеда, конечно, пыталась что-то говорить, но тогда София вряд ли стала её слушать, даже если бы не находилась в тот момент полностью в своих мыслях, обдумывая по несколько раз всё случившееся, ведь смогла отойти от эмоций, оставшись с холодной головой. Поразительный контроль над собой для ребенка, сказал бы кто угодно, но София не видела в этом ничего странного. Она просто всегда была такой.

То, что она сорвалась, не сумев сдержать эмоции внутри себя, неприятно. А то, что это затронуло сестру, неприятно вдвойне. Конечно, она сама виновата, что спровоцировала Софи на такое, но совестливые мысли все равно грызли её изнутри.

Да и магглы увидели магический выброс, хоть и почти гарантированно, что ничего не поняли, но и так проблем прибавилось. Хотя ладно, плевать на них, всё равно им никто не поверит, ведь это обычные дети.

Уже в доме, все ещё крепко держа Андромеду за руку и узнав от Кричера, где сейчас находилась их мать, девочка отправилась прямиком в кабинет отца неостановимой фурией.

Конечно, отец явно может слегка переусердствовать в своих решениях относительно дочерей, но так сестра точно поймет, почему нельзя якшаться с магглами, которые даже отдельные виды магии увидеть неспособны.

Сама София всего каких-то два года назад тоже считала, что в общении с ними нет ничего зазорного, но её мнение являлось таковым лишь до первого выхода из дома. Наблюдая за орущими детьми и их родителями, гуляющими парочками, которые в своей страсти переходили все нормы приличия, слыша постоянный шум со стороны дорог и видя всю ту грязь на улицах, которую они даже не в состоянии убрать, как тут не сравнить их с вечно орущими свиньями, такими же бестактными и грубыми.

Естественно, София видела и исключения из правил, приличных с виду людей, но это было скорее лишь систематической погрешностью, которая только подтверждала деградацию общества магглов, да и наверняка даже они творили плохие вещи, пока их не видели остальные.

А потому, сравнивая их манеры и поведение с чистокровными волшебниками, магглы не выдерживали никакой конкуренции, и это даже не учитывая преимущество, которое давала магия.

Иногда задаваясь вопросом, как же живётся магглорожденным волшебникам, София пыталась понять, являлось ли появление магии в их жизни даром или проклятием. С одной стороны, они могли познать таинства волшебства и целого мира, который зиждется на нём, естественно, уважая все традиции нового для них общества, при этом со временем самими становясь приличными волшебниками, если они только готовы идти к этой цели со всем упорством. А с другой же, приход волшебства в жизнь обычных обывателей мог являться и проклятием, которое нарушит все им привычные устои жизни, вырвав в совершенно отличный укладом от маггловского мир магии, который порой может быть крайне жестоким к неосторожным обывателям, после чего те ущербные, уязвленные жизнью идиоты пытаются переиначить всё под свои привычные устои, идя в политику и намереваясь сделать так, как будет удобно для всех им же подобных, при этом полностью наплевав на все традиции, и тех, кто является элитой магического мира, то есть чистокровных волшебников, которые родились и выросли в этой среде, а потому куда лучше знают, как будет лучше для остальных, направляя политический курс в нужную сторону. Но нет, во всех чистокровных эти придурки видят лишь фасад, который сами же и придумали, уподобляя их самим себе, то есть выставляя почти всех, кто вырос в магическом мире жадными до власти жестокими чудовищами. Как глупо.

Именно поэтому София и начала относиться к магглам как к грязи, что всегда и всё портит. Ведь именно их воспитание закладывает основы всем магглорожденным, которые в итоге переносят всё это в другой мир с совершенно другими условиями. Само собой, мама тоже всё это объясняла своим дочерям, но просто услышать и забыть или же увидеть и понять, это разные понятия.

А потому сейчас самое время для того, чтобы объяснить Андромеде настоящие причины и реальные доводы, а также возможные катастрофические последствия их нарушения, почему не стоит общаться с магглами.

Ведь наверняка сестра прослушала все эти нудные лекции о действительном превосходстве чистоты крови и преимуществ, что это даёт в магическом обществе, считая их занудными и не стоящими внимания. Постоянное же общение с магглами, будто они являются твоими друзьями, особенно если об этом узнают другие чистокровные, является ни чем иным, как предательством чистоты крови, что является синонимом отречения от многовековых традиций, интересов и устоев, которые просто не принято нарушать в обществе чистокровных.

В таком малом возрасте это, конечно, не слишком страшно, но лучше предотвратить возможные будущие проблемы в зародыше. Сама София ведь, будучи в своём роде маленьким гением, который прекрасно всё понимает, не нуждалась в повторном объяснении вреда от магглов, достаточно ей было один раз увидеть и осознать, подтверждая каждое ранее сказанное матерью слово во время уроков. Пусть простецы просто живут отдельно, не вмешиваясь в магический мир даже косвенно, и все будут счастливы.

Не задумываясь далее о ещё более глубинных причинах вреда магглов и тем более методах защиты, ведь даже со своей гениальностью, Софи является всего лишь ребенком, который хоть и понимает крайне много, банально не хочет разбираться в этом вопросе ещё глубже, по крайней мере не сейчас, ведь есть дела важнее, да и книги явно поинтереснее занудной политики будут, к которой все это и относится.

Тем временем уже находясь у дверей в кабинет отца, София наконец вынырнула из медитативного состояния, в котором мыслить с большей скоростью куда проще, но при этом перестаешь обращать большую часть внимания на окружающий мир, что, впрочем, меняется при более полном освоении окклюменции.

Коротко постучав, Софи почти сразу заходит внутрь с сестрой, желая поскорее покончить со всем этим, и просто уже отравиться отдыхать к себе в комнату. Слишком много событий за последнее время, особенно для такого гения, как она.

Обстановка рабочего кабинета была неброской, но стоила тысячи галлеонов в сумме. Большой резной чёрный шкаф с различными крайне ценными книгами, удобный диван у одной из стен, великолепная в своей красоте картина, на которой изображены сражающиеся драконы, и главная достопримечательность всего помещения – стол из черного дуба и отец, который почти всегда находился здесь.

Сейчас опять же ничего не изменилось. Папа все ещё находился в своем кресле, просматривая какие-то бумаги, а мама сидела напротив него с противоположной стороны стола, тоже что-то читая. Впрочем, как только две девочки зашли внутрь, они сразу же оторвались от своих дел, смотря на нарушителей спокойствия.

София, не желая оттягивать несомненно неприятный разговор пустыми, ничего не значащими словами, сразу же выпалила, моментально собравшись с духом перед грядущей бурей. А в том, что буря в виде отца начнется, она не сомневалась ни капли.

— Андромеда уже второй раз якшалась с магглами, хотя я её предупреждала о последствиях, но в первый раз она соврала, что всё поняла. У вас получится объяснить вред от дружеского общения с магглами лучше, чем пыталась я. — сказав всё с быстрой интонацией, почти что скороговоркой, при этом не смотря в сторону сестры, София молча ожидала ответной реакции, которая не заставила себя ждать.

— Это правда? — не поверив в такое, переспросила мама, но получив молчаливый кивок от девочки, на секунду прикрыла глаза. — Можешь идти.

Как только прозвучали последние слова, Софи уже находилась за дверью. Ей было неприятно это немногословие матери в повседневной жизни, хоть она и привыкла, но осадок всё равно остается. Дальнейшая участь Меды теперь зависит только от неё самой, а потому можно пойти к себе в комнату и отдохнуть с чувством выполненного долга.

Уже лёжа на своей большой мягкой кровати, София делала движения игрушечной волшебной палочкой, повторяя школьные заклинания, испробовать которые ей предстоит только через несколько лет. С конца древка при правильном движении вылетали зелёные искры, освещающие находящуюся во мраке комнату девочки, которая своей обстановкой отлично характеризовала свою хозяйку: очень много книг, которые забили всё место на широком резном столе полностью чёрного цвета, огромный шкаф с самой различной одеждой на все случаи жизни, шикарный чисто-серый ковёр, лежащий на прохладном полу вдоль всей комнаты и двойное окно с видом на площадь, которое закрывают тёмно-фиолетовые шторы, а также небольшой туалетный столик, за которым иногда просто хочется сидеть и смотреть на своё отражение в зеркале. И естественно, роскошный камин, который всегда готов к работе в холодные дни.

Кто-то бы наверняка сказал, что обстановка довольно-таки скромная, но для Софии было в самый раз. Не слишком много лишних предметов и достаточно много свободного места. Её маленький уголок спокойствия и комфорта, не считая комнату на чердаке.

Замечтавшись о том, как в будущем она становится сильнейшим боевым магом и одним мановением палочки меняет по своей прихоти всё, что увидит, София погрузилась в сладкий сон, ещё не подозревая, что с этого дня из-за её поступка отношения между ней и Андромедой уже никогда не станут прежними, и сестра ещё сильнее отдалится от семьи, полностью пропав в мире огромных фолиантов ещё сильнее, чем это сделала София.

Уже ночью, когда она скорее всего видела десятый сон к ряду, в комнату неслышно зашла её мама, тихонько укрывая дочку сползшим одеялом, с нежностью глядя на такое невинное лицо и почти невесомо поглаживая ту по шикарным, чёрным шелковистым волосам, раскидавшимся по подушке.

Наконец, выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, Друэлла отправилась к себе в спальню, не подозревая, что Софи сейчас довольно трогает себя за волосы, где совсем недавно её гладила мама, лёжа с радостной улыбкой на губах.

Дни летели с огромной скоростью, София лишь и успевала, что читать, учиться, практиковаться в базовой окклюменции и изредка отдыхать с Беллой.

После того памятного скандала, который мать устроила, когда Андромеда посмела ей прямо перечить, находясь в кабинете отца, после чего туда оказались втянуты все сёстры, отношения между ними не могли остаться прежними.

Если Софи с Беллой полностью понимали и поддерживали друг друга до, и после этого, ведь у обеих было примерно одинаковое мировоззрение, то с младшими дела обстояли хуже.

Нарцисса, в силу малого возраста, приняла всё слишком близко к сердцу, из-за чего наивно попыталась помирить провинившуюся Андромедв со старшими сёстрами. Естественно, ничего хорошего из этого благородного порыва не вышло.

Первой Цисси пошла к Софи, уговаривая помириться с Медой, но она лишь отмахнулась от этой затеи. София была серьезно обижена на совравшую ей младшую, а потому хоть и мысленно понимала, что это глупо, ничего не могла с собой поделать, каждый раз раздражаясь, только начиная думать об этом. Единственное, что она посчитала приемлемым для себя решением проблемы, так это забыть о существовании Андромеды до тех пор, пока они обе не остынут от произошедшего и не смогут нормально всё обговорить. Конечно, о былом доверии речи уже не будет, но хотя бы закончится взаимное игнорирование.

Беллатриса в этом деле полностью поддерживала Софи, молниеносно осваивая навыки язвительности, которые практикует на Андромеде каждый день. Хоть девочке и не нравится это, она признает, что Беллатриса в своём праве, тем более у каждого свои методы выражать свою обиду, а потому ничего не говорит ей об этом, когда они опять выбираются в их тайную комнату.

Не добившись же решения проблемы с первого раза, Нарцисса пошла к оставшейся сестре в надежде, что хоть она образумится. Тщетно.

Не прошло и часа, как Меда накричала на неё, грубо выставив из своей комнаты с требованием больше не беспокоить её. Расстроенная в лучших чувствах самая младшая из четверки, пошла жаловаться Софии, которая никогда не кричала на неё, а всегда могла помочь, если она просила об этом. Пожалуй, именно к второй по старшинству сестра Цисси испытывала наибольшую привязанность. Её почти всегда спокойный характер и не по годам развитый ум ещё никогда не отворачивались от Нарциссы, когда она что-либо просила, всегда помогали ей, когда у неё что-то не получалось. И она ценила это, хоть и не могла пока более точно объяснить все свои чувства, в силу своей неопытности и малого возраста.

Вообще, дети волшебников ментально растут быстрее, чем обычные дети магглов. Магия стимулирует развитие разума, а потому уже с пяти лет ум детей волшебников достаточно развит, чтобы не капризничать по поводу и без. У каждого скорость умственного взросления разная, но даже так, они все ещё остаются детьми с детскими проблемами, интересами и увлечениями, просто понимают, что происходит вокруг больше, чем они могли бы осознать на данный момент.

София же, узнав о произошедшем, лишь посоветовала Нарциссе не тратить сейчас время на настроенную против всего мира Андромеду, оставив её в покое, что она с успехом сделала, став хвостиком ходить за Софи. Впрочем, это даже забавляло, а если нужно куда-то пойти с Беллой, то одно слово и Нарцисса уйдет к себе в комнату, читать очередной выпуск журнала «Ведьмополитен».

На третий месяц после конфликта, Андромеда наконец не вытерпела, и пошла мириться с сёстрами. Завидное упрямство Блэков во всей красе, ведь мало кто мог так долго абстрагироваться от всех и каждого настолько долго, проживая в одном доме.

Впрочем, София была готова ждать ещё как минимум месяц, если бы того требовала ситуация, ведь все равно все свои силы она бросила на изучение окклюменции, единственного направления магии, которое может ещё больше усилить и без того крайне развитый ум, а также защитить от будущего вторжения в святую всех святых, то есть мысли самой Софии.

Это была крайне требовательная наука, не терпящая полумер. Если взялась изучать окклюменцию, то необходимо держать себя в строгой дисциплине, ежедневно выполняя изматывающие разум упражнения. Никаких малодушных выходных и прочих прелестей праздной жизни. Для того, чтобы хотя бы начать выполнять базовые упражнения, Софии пришлось прочитать десятки учебников со сложными терминами, досконально разобраться во всём, что связано с магией разума, и лишь после предпринять первые попытки, которые сейчас переросли в тяжёлый труд по сохранению концентрации и очистке разума, самого первого этапа в построении собственной защиты от легилименции.

Само примирение сестёр прошло довольно быстро, после чего Белла немного сбавила уровень своей язвительности. Само собой, они не стали сразу же общаться как раньше, просто закончилось взаимное игнорирование и сестры могли разговаривать спокойно, если им что-то нужно было друг от друга. Но в любом случае, ни о каком безоговорочном доверии Андромеде речи не шло, ведь где обманула один раз, может быть второй, а там и третий, а ты этого даже не заметишь.

Можно сказать, что жизнь у Софии вошла в стабильный и понятный для неё ритм, где не было каких-либо серьезных проблем, которые бы выбили её из колеи.

Она точно также продолжала учиться, устраивать небольшие проказы с Беллой, опять пропадать в библиотеке.

Иногда, на праздники или просто по подходящему поводу Блэки устраивали большие приёмы в своём особняке, который по размерам был даже больше, чем семейное гнездо тех же Лестрейнджей или Гринграссов. На такие собрания все приводили своих детей, а те уже сами себя развлекали, пока взрослые танцевали, обсуждали дела и просто наслаждались светской жизнью, ненадолго отвлекаясь от большинства забот.

Вот и сейчас, 7 июня 1962 года, происходил такой праздник. Поводом же служило скорое отправление Беллатрисы Блэк, которой три дня назад исполнилось одиннадцать лет, в Хогвартс. Именно из-за того, что она первая в «новом» поколении Блэков, кто поступит в школу чародейства и волшебства.

Сегодня здесь собрались все сливки чистокровного общества, и как это бы ни было удивительно, новоизбранного министра магии здесь не было. Был тот ещё скандал, когда за всю историю магического мира на эту должность назначили магглорожденного, а именно Нобби Лича. Чистокровные все ещё не отошли от того шока, произошедшего на политической арене в феврале, а потому даже сейчас София краем уха слышала беседу о несомненной некомпетентности выродка, сидя в углу большого зала и втихую поедая вкусные канапе. Это уж точно лучше, чем находиться в обществе одногодок и ещё меньших по возрасту детей, где у большинства мозгов хватает только на слепое повторение за взрослыми, не понимая при этом всего смысла в «своих» словах.

Остальное меньшинство тех, кто уже сейчас умел думать, предпочитали лишь тихо сидеть и не отсвечивать, хотя вот Рабастан, старший из братьев Лестрейнджей, вовсю разглагольствует о школе и обучении в ней, явно наслаждаясь вниманием. Плевать на них, слишком скучно и неинтересно.

Иногда самой Софии надоедала собственная уникальность, которую она просто не показывает наружу, ведь только из-за этого одногодки не называют её сплошной занудой, наплевав на все правила этикета. Её вполне устраивала роль наблюдателя за этим погорелым цирком безмозглых клоунов, которые и через десять лет будут говорить ровно то же, что и сейчас. Пока тебя не трогают, это даже забавно в некотором роде, да и её такой расклад устраивал полностью.

Пока Софию не втянули во всю эту скучную болтовню, она тихо встала и направилась в сад, находящийся рядом с особняком. Хорошо, что на таких сборищах дети уже привыкли, что она крайне неразговорчива, а потому даже не заметили её ухода.

Быстро окаазавшись снаружи, она наконец смогла свободно вздохнуть, не ощущая больше того нагромождения различных духов, которые использовали взрослые. В такие моменты, когда ей наконец удаётся уйти с праздника в относительную тишину, она искренне заверяла себя, что когда вырастет больше и ноги её не будет здесь, а то так ведь и помереть можно! Уж лучше читать новые «запретные гримуары», попивая вкусный чай со сладостями. Как хорошо, что вместо неё есть Белла, которая хоть и тоже не любит таких мероприятий, но предпочитает проводить их с весельем, доведя какого-нибудь бедолагу до слёз или просто болтая ни о чем без перерыва как минимум за троих человек подряд, находясь в компании одногодок. А потому мама и не говорит ничего серьезного, если София и Андромеда на середине события просто куда-то пропадают, дабы потом появиться под самый конец, когда уже почти все разошлись. Про Нарциссу же лучше даже не вспоминать, ибо та являлась прямо-таки любимицей матери, настоящей принцессой-ангелочком, которая будто бы была рождена специально для светской жизни, ибо уже в свои семь лет она привлекала своей красотой, — которой, кстати, славятся все Блэки, — всех, кого только можно.

Вот и сейчас, пока две самые шумные сестры веселятся, Андромедв опять где-то спряталась, прямо как и сама София, она достала из своей небольшой сумочки, которая была под чарами незримого расширения, очередную книгу, в этот раз о различных известных дуэлянтах нашего времени. Самое то, чтобы не нагружаться и просто расслабиться в чтении.

Она настолько увлеклась чтением о проводимых ранее дуэлях и их кратком разборе, что опять не заметила, как к ней подошла невысокая фигура невысокой девочки, своей тенью загородив свет от одного из фонарей, который освещал текст книги. Опять.

Медленно подняв взгляд, Софи ожидала увидеть одну из сестёр, но никак не неизвестную ей блондинку, примерно одного с ней возраста, которая своими голубыми глазами также рассматривала Софию с неподдельным интересом.

Прямо-таки белокурый ангел с небес спустился, не иначе. — проскочила ехидная мысль, сразу же перетекая в поверхностную оценку. — Наверняка это очередная неженка, которая и книги в руки не брала вне учебное время. Странно, что она тут, а не на танцах, они ведь все поголовно такое любят.

Прошло пять безмолвных секунд гляделок, но никто из них не произнес ни слова, просто смотря друг другу в глаза.

Такое ощущение, что меня увидели за чем-то постыдным, и теперь пытаются заставить одним взглядом сделать… что-то.

В принципе, София была не против и дальше молчать, а потому так же не сказав ни слова и сделав вид, будто стоявшей в полуметре от нее девочки просто не существует, она продолжила чтение.

Нахмурившись на такое пренебрежение к себе, девочка села на оставшееся свободное у скамейки место, почти касаясь Софии плечом.

Их молчаливое противостояние продолжалось ещё несколько минут, сопровождаемое лишь отдаленным шумом из особняка и звуками ночной природы. На улице была тёплая погода, а потому беспокоиться о возможной простуде не было смысла.

Но, наконец, блондинка не выдержала. Видимо поняла, что София может и дальше спокойно продолжать читать книгу, полностью игнорируя всё вокруг.

— Чего ты тут одна сидишь? — негромко сказала будто бы в воздух девочка.

Через несколько томительных секунд Софи все же ответила, закрыв книгу и положив её обратно в сумочку, после чего повернулась к ней лицом. Ей явно не дадут спокойно почитать, это ясно как день.

— Читала, а ты что тут забыла?

— Гуляла по саду, тебя увидела. Ты ведь из Блэков? — так же прямолинейно ответила блондинка.

— София, из Блэков. — неторопливо кивнула девочка. — А ты кем будешь?

— Воплощением Морганы? — невинно переспросив, она для убедительности несколько раз быстро моргнула.

От такого ответа у Софи мозги встали, пытаясь понять, было ли это шуткой или откровенным бредом поехавшей.

— Это было не смешно, если ты пыталась так пошутить, то научись получше. Имя? — требовательно и немного строго посмотрев на неё, спросила девочка.

— Пф-ф, это просто ты ничего не поняла! Виктория Гринграсс, приятно познакомиться! — для пущей убедительности она шутливо поклонилась.

Гринграссы. София слышала однажды об этой семье, не считая тех знаний, полученных из книг о чистокровных родах. Крайне богатые, отличные рунологи и зельевары, из детей у них сейчас девочка и мальчик, близнецы. Эта краткая характеристика сама, которую она однажды услышала от матери, сама вспомнилась без каких-либо усилий. На память всё-таки девочка не жаловалась.

Скайрим. Часть 1.

В городе Сильвенар, находящимся в провинции Валенвуд, сегодня было неспокойно.

Месяц назад был подписан мирный договор между Империей и Альдмерским Доминионом, датируемый концом 4Э 175 года, положивший конец Великой Войне. И, как ожидаемо, Доминион начал избавляться от неугодных власти аристократов.

Одними из таких был род Меллинор, коренные правители города Сильвенар. Правителю, и по совместительству главе всего рода — Кринну Меллинор не повезло оказаться в опале, хотя он и служил на благо Валенвуда верой и правдой.

Но, к сожалению, он стал неугодным и слишком проблемным элементом, а потому было принято решение устранить его вместе с семьёй, поставив на его место более лояльных политике Доминиона эльфов.

В личный особняк Кринна были посланы шесть десятков профессиональных ликвидаторов, дабы лишить цель даже возможности побега, и не позволить сбежать его родне — прекрасной лесной эльфийке Миссандре, его жены, и сына, обычного эльфийского подростка, разве что обученного больше остальных, Эрвина.

Но сразу после пересечения границ имения, всё пошло совсем не так, как на то рассчитывали убийцы. Десятки магических ловушек, как и небольшая личная гвардия аристократа, смогли выиграть достаточно времени для того, чтобы дать шанс уйти матери и ребёнку.

Пока два десятка обученных, и лично преданных Кринну гвардейцев умирали, выигрывая так необходимое его семье время, Миссандра вместе с молодым Эрвином бежали без остановки через тайные подземные ходы, которые были созданы как раз на такой, критический по всем параметрам случай.

Ликвидаторы знали своё дело, а потому даже после столь сильного отпора смогли прорваться внутрь здания, уничтожив ловушки и большую часть защитников, действуя методично и безжалостно.

Пока жена и первенец главы рода уже почти добежали до злополучного выхода из тоннелей, оказавшись вне Сильвенара, Кринн остался, готовясь лишить всех нападающих жизни, заодно давая больше времени на побег его любимой жене и сыну.

Массивный ритуал, ценой которому станет его сущность, скоро будет приведён в действие. Основанный ещё его прадедом конструкт, созданный только для одного — уничтожать. После активации вся местность будет выжжена сильнейшим колдовским пламенем, не оставив ничего живого в радиусе пятидесяти метров, расплавив всё, до чего только дотянется.

Использование данной вещи вообще не предусматривалось в планах его предков, но привитая годами паранойя сейчас спасёт жизнь оставшимся двум эльфам.

Вот убийцы уже перерезали всех защитников, наконец встретившись с одной из целей, но вместо дальнейшей зачистки, в родовом особняке Меллиноров произошёл взрыв чистейшего и невероятно концентрированного пламени, полностью уничтожив противников, как и самого Кринна.

В этот же момент уже в двух километрах от города бегущие по лесу почувствовали смерть дорогого для них человека. Но даже это не смогло остановить их неумолимое движение. И лишь мрачные лица матери и сына свидетельствовали о том, что им сейчас было далеко от приемлемого состояния.

— То есть, я правильно понимаю, вы упустили свою цель? — медленно, и с едва скрываемой злостью спросил у стоящего напротив выжившего ликвидатора молодой с виду альтмер, которому на самом деле уже за две сотни лет.

— Мы не смогли бы продолжить преследование, милорд, вся территория особняка сгорела в сильнейшем пламени. Но я уже успел выслать поисковые отряды, теперь это только вопрос времени, когда мы их загоним в угол. — степенно ответил единственный, кто выжил в том пекле, которое им устроил жалкий босмер.

— Если в течение месяца я не получу их головы, то у вас будут проблемы, при том серьёзные. А теперь вон из моего кабинета, и не возвращайтесь пока не выполните задание.

Достаточно высокий альтмер, как для своих сородичей, экипированный в лёгкие кожаные доспехи, молча кивнул, и направился к выходу из кабинета. Ему ещё предстояла работа, много работы.

Целую неделю Миссандра и Эрвин бежали почти без остановки, благо что тренированные тела позволяют выдерживать такие нагрузки, хоть и с большим трудом, подведя сознание к краю, после которого будет лишь темнота. Три сотни километров, и наконец можно вздохнуть спокойно хотя бы день - два, перевести дыхание, а после опять бежать.

— Куда мы направляемся, мам? — усталым и тихим голосом спросил облокотившийся о дерево юноша.

— Мы сейчас на границе с Империей. Пересечём её, и будем двигаться в Скайрим. — таким же голосом, но с потаёнными нотками печали ответила мать Эрвина, ставя рядом с ним небольшой рюкзак, который она успела забрать с собой, наполнив его едой. Так же примкнув к дереву, и тихо осев на холодную землю, она продолжила. — После Конкордата Белого Золота там сейчас очень неспокойно, война недавно закончилась, и вряд ли альтмеры будут искать нас там.

— Как бы нас там местные норды сами не повесили, за то, что уши острые. Не думаю, что мы там сможем нормально жить, не после того, что произошло в этой войне, как и не после условий того перемирия.

— Ты прав, но там мы сможем хотя бы затеряться на время, сбросить преследователей, а после... — она затихла, так и не договорив.

Миссандра была очень мягкой личностью, относительно остальных разумных. Хоть ей и было всего сто двадцать лет, хоть она и видела ужасы войны, но вера в лучшее все ещё не покидала её, даже после смерти мужа. Её можно сравнить с фарфоровой вазой — невероятно красива, как и столь же хрупка. Не телом, отнюдь нет, на этом поприще она даст фору полноценной пятёрке гвардейцев. Но вот её характер и нежелание лишний раз прибегать к насилию... иногда вызывали у Эрвина лишь вопросы.

Хоть он и очень любил свою мать, но иногда просто не понимал её. Зачем жалеть там, где можно убить и пойти дальше? Зачем помогать тому, кого ты в первый раз видишь? Но всё же сейчас он очень переживал о ней, хоть и не показывал этого на лице.

Смерть родителя больно ударила по нему, но не настолько, как по матери. Эрвин не был сильно дружен с отцом, из-за занятости оного на службе Валенвуду, а потому хоть и скорбел, но не до потери хладнокровия, которое ему буквально вбивали наставники.

А вот мать... Эрвин не хотел, и даже откровенно боялся, что она не сможет оправиться после смерти мужа, что она станет... другой.

Да, хоть он иногда и не понимал мотивы и сами действия матери, как и её излишнюю мягкость характера, но всё же ему эти черты в ней нравились. Она была той, кто вырастил его, той, кто всегда была рядом и готова поддержать, а потому он категорически не хотел того, чтобы с ней случилось хоть что-то плохое.

Но, увы, у жизни на это были свои планы, а потому единственное, что ему остаётся, это просто быть рядом и не позволить ей уйти в себя, всегда оказывать поддержку. Только так он сможет помочь ей, хоть чем-то.

А потому он лишь молча присел рядом с ней и обнял, настолько крепко насколько мог. И Миссандре не оставалось ничего, кроме как обнять его в ответ, тем самым пытаясь успокоить. Два эльфа, которые потеряли дорогого человека, всё же не потеряли друг друга, а потому не всё потеряно.

На следующий день отдохнувшие, уже готовые к длительному переходу через густые и опасные леса, мать и сын отправились к границе между Сиродилом и Валенвудом. Путешествие обещает быть тяжелым и очень опасным, ведь эльфов, вообще любых, сейчас в Империи крайне не любят, и готовы выпустить кишки каждому остроухому, которого только заметят. А потому только леса, и никакой цивилизации.

“Чёртов Доминион со своей политикой, чёртовы высокомерные альтмеры, чёртова война, как же бесит! — ругал всё на свете Эрвин, двигаясь прямо за спиной матери.

Хоть эльфы и не показывают на лице ни единой эмоции, если, конечно, того захотят, но это не мешает в мыслях уничтожать того, кто тебе не нравится. Да и Эрвину всего пятнадцать, он ещё не двухсот - летний старикан, чтобы сдерживать себя даже в мыслях.

Через месяц ещё и холода пойдут, так тогда станет совсем уж не до шуток. Конец заката солнца (ноября) всё-таки. В лучшем случае за месяца полтора сможем перейти Сиродил.”

Да и злость за смерть отца брала своё, хоть в такой мелочи, как выплёскивания мысленного негодования на Доминион. В общем, путь обещает быть трудным.

Первая неделя была выматывающей, и связанно это было с переходом границы. Император явно ещё не успел отойти от последствий своего поражения, а потому постоянные патрули и заставы это лишь цветочки. Куда хуже было то, что весь лес буквально переполнен ловушками, магическими и обычными.

Только Миссандра спасала ситуацию своим опытом следопыта, не давая Эрвину расшибиться в кровавый фарш. Хоть они уже и оказались в Сиродиле, но темп от этого не снижали. Всегда есть шанс, что безбашенные альтмеры найдут их и здесь, так что бдительность была повышена ещё выше.

Шесть часов беспрерывного хода между очередными ловушками, полчаса отдых, и опять дорога, а после лишь шесть часов сна. Изо дня в день, без смены графика движение продолжалось. Но и оно не могло длиться вечно, а потому уже к двадцатому дню бесконечных шагов по лесу, и Миссандра решила остаться на одном месте на целых три дня.

Не передать словами, как Эрвин был этому рад, хоть и опять же, не показывал этого. Но, видимо, матери и не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, что он был доволен.

— Всё равно мы уже оторвались от преследователей на внушительное расстояние, да и еда кончается, так что мне нужно будет поохотиться на дичь, запастись как можно больше. А ты пока отдыхай, всё же для тебя столько путешествовать пока ещё слишком тяжело, как бы ты ни храбрился. — она нежно улыбнулась сыну, присаживаясь рядом с уже расстеленным спальником, на котором с блаженно прикрытыми глазами отдыхал подросток.

— Как скажешь, мам. Знаешь... я рад, что ты не закрылась в себе после... всего этого. Я люблю тебя.

— Куда же я денусь, когда у меня есть ты, малыш.

— Мне пятнадцать, я уже не ребёнок, вообще-то! — немного возмущенно проговорил Эрвин, при этом все ещё не открывая глаз, наслаждаясь свежим воздухом и мягким спальным мешком.

— Как скажешь.

Такие шуточные пикировки позволяли не уйти в пучину безнадёжности на совсем. Эрвин понимал, что скорее всего, ничем хорошим всё это ни кончится. Рано или поздно их нагонят ищейки Доминиона, или же они попадутся каким-то головорезам, но как говорила мать, всегда нужно верить в лучшее, и тогда оно случится, рано или поздно. По крайней мере, в это можно верить, а большего ему сейчас и не нужно.

— Я пошла, добуду нам немного дичи, сиди здесь.

— Мгм.

Вот Миссандра ушла, и подросток остался на небольшой поляне в полном одиночестве.

Его мысли сейчас были очень далеки от радостных. После завершения войны Альдмерский Доминион перестал сдерживать свою агрессивную политику по отношению к другим расам, и начались массовые перестановки. Кому повезло, и они смогли уйти, не потеряв никого, а тех, у кого была поддержка достаточная, дабы попытаться дать отпор, ликвидировали. Им везло, если это был обычный яд или стрела в затылок, но случаи бывали и куда хуже.

Например, отправить группу убийц, которым слово мораль и честь в принципе не знакомы, в дом какого-нибудь аристократа, мешающего политике альтмеров, а там его можно не только прирезать, но и повеселиться с его женой и дочерьми, если таковые имеются, а после, когда они уже потеряют рассудок от такого насилия без остановок, просто взять и перерезать горло сломанной игрушке.

Всё равно ведь это был разумный из “низшей расы”, как альтмеры любили называть всех, кто родился не на Алиноре. Хоть они и известные блюстители “чистоты”, но это не мешает им насиловать пленниц, а после убивать их. Чёртовы высокомерные твари.

С четырёх лет Эрвина начали обучать магическим искусствам, вместе с физическими тренировками и тоннами теории, как по политической составляющей, так и обычной психологии. Кто-то может сказать, что для четырёхлетнего такое было бы слишком, но тогда он точно не знал этого юнца.

Необычайно умён, схватывал все знания на лету, мать и отец не могли им не гордиться. Хоть и к восьми годам он стал самую малость высокомерным по отношению к окружающим, но эту дурь из него быстро выбили новые наставники, которых к нему приставил ещё тогда живой отец.

Основы колдовства, иллюзий, алхимии и других наук познавались полным ходом, а потому на обычную детскую активность Эрвину не хватало времени, да и не очень он хотел общаться с крикливыми детьми, которым только и дай, что магический фокус посмотреть.

Учёба увлекала его, в особенности магия, вместе со стрельбой из лука. Вот такая вот гремучая смесь, по итогу которой сын рода Меллинор прослыл нелюдимым в обществе эльфом. Но Эрвину было плевать на общественное мнение, как и на попытки отца влить его в компанию золотой молодёжи, которой в Сильвенаре было на удивление много.

Даже во время войны, когда отца не было дома по несколько месяцев к ряду, он не переставал изучать то, что было его страстью. Хоть он и следил за политической обстановкой, со слов матери, которая часто помогала ему, но до злополучного дня он считал, что война и её последствия не коснуться его, и он будет жить как раньше.

Действительно, это было ведь так далеко отсюда, а в Сильвенаре была гладь да тишина все эти пять лет беспрерывной резни. Но в итоге это стало для него серьёзным ударом, как бы он ни хотел признавать обратного.

Слишком увлёкся, плюнул на все возможные чистки после войны, а ведь он не раз думал на эту тему. Слишком доверился всесильности отца. И в итоге такое неожиданное для него нападение.

В тот момент, когда убийцы были уже в Сильвенаре, он изучал очередную книгу по колдовству, а потому атака стала для него слишком неожиданной. Побег с матерью, боль от потери отца... всё это было слишком приглушено тем стрессом, который он испытывал все эти недели. И только сейчас, когда он смог остаться наедине сам с собой, хотя бы на ближайшие несколько часов, он позволил всем тем ужаснейшим чувствам выйти наружу.

Его никто не видит, так что он вполне заслужил право выплеснуть всю свою ярость от случившегося. Все те мрачные мысли о дальнейшем будущем, которые лишь добавляли ему права ненавидеть Альдмерский Доминион, все те приглушенные эмоции, которые он уже просто не хочет сдерживать.

Использовав базовое заклинание безмолвия на себе, он наконец закричал. Закричал во всё горло, так, как никогда до этого не делал. Вложив все эмоции в этот крик, который длился десяток секунд, он лишь в усталости прикрыл глаза. Ни единого звука не покинули его уста, но ярость была выплеснута.

Странно, но Эрвин не чувствовал ненависти по отношению к Доминиону. Злость, желание прикончить их властителя, ярость на агрессивную политику — да, но никак не ненависть.

Он просто не мог их ненавидеть. Он понимал причины того, что они начали чистку рядов, а потому знал, что бесполезно испытывать такие туманящие разум чувства по отношению к тем, кто ведут такую несовершенную, на взгляд Эрвина, политику. Да и влияние матери, которая всегда была рядом и наставляла его, тоже внесло свою лепту в это.

Как говорила ему мать:

— Ненависть - это месть труса за испытанный страх, не более того. Смысл бояться того, что рано или поздно случиться? Куда лучше стать тем, кто не будет поглощён этим чувством с головой, стать лучшим разумным, чем тот, кто будет вызывать в тебе этот страх.

Эти слова он помнит до сих пор, и в данной ситуации находит их очень правильными. Да, Эрвин боялся того, что с ним могут сделать ищейки Доминиона, которые непременно ищут их, но это не значит, что он будет бежать от них всю жизнь, выплёскивая свой страх в ненависти, нет. Он просто станет тем, кто перестанет бояться. Он сам станет их страхом.

Далеко не сразу, конечно. На это потребуются десятилетия, но рано или поздно они будут бояться его, и будут ненавидеть, как жалкие трусы, а он будет довольствоваться их страхом. Альтмеры слишком сильно уверились в своей исключительности и непобедимости, и рано или поздно это станет их настоящим бичом.

А сейчас ему нужно лишь выжить, пережить этот период несчастья, и тогда он сможет двигаться дальше.

Путь через первый регион Сиродила был достаточно труден, особенно если вы не должны никому попасться на глаза.

Скинград — крупный город в южной Коловии, одной из двух частей Сиродила, лежащей к западу от Имперского города, куда из Анвила ведёт Золотая дорога. Скинград находится недалеко от границы с Валенвудом, которая проходит по реке Стрид. Он служит крупным перевалочным пунктом между внутренними областями Коловианского Запада и долиной реки Нибен и окрестностей озера Румаре. По меркам Имперской провинции Скинград не является глушью, а скорее ближней провинцией. В то же время этот город является важным политическим, экономическим и культурным центром Сиродила.

Хоть после войны этот регион был захвачен альтмерами, как и сам город, но после Битвы Красного Кольца они были выбиты из Скинграда и уничтожены. Лишь недавно люди решили поселиться там вновь.

После сражения власти Империи начали реставрацию города, после всех приченённых ему повреждений эльфами, а потому сейчас здесь был слишком много лишних наблюдателей. А потому Миссандра и Эрвин пошли в обход, прямиком на запад, где начнется небольшой лес, и можно будет проскользнуть на север через Золотую дорогу, уйдя в горы.

Этот путь занял ещё четыре дня, и вот уже на пятый тракт был пройден, и они оказались в Коловианском предгорье. Густые леса покрывали всю территорию, и передвижение значительно облегчилось в связи с тем, что в этом регионе почти нет никаких поселений, а потому можно было двигаться свободно, да и босмеры в лесах чувствовали себя вполне спокойно.

Пройти восемь часов, встать на привал, отдохнуть и отправиться дальше, уже привычная схема.

Разве что очень красивые пейзажи природы не позволяли впасть в однообразное уныние. Огромной высоты деревья, расположенные достаточно близко друг к другу, звуки живого леса, всё это смогло бы полностью завлечь не бывавшего в лесах человека, но босмеры знали, что насколько такая местность может быть красивой, настолько и опасной.

Нужно было тщательно избегать опасных зверей, как и редких руин, которые встречались изредка, ведь наткнуться на нежить это явно не то, чего бы хотел путешественник по таким местам.

Эрвин наконец смог свободно вздохнуть, ненадолго расслабившись. Наконец они ушли достаточно далеко от Валенвуда, чтобы не беспокоиться о преследователях. Эльфам сейчас в принципе не рады везде, кроме Чернотопья и Доминиона.

Да и в ближайшие лет пятнадцать или двадцать ещё будут рады перерезать глотку очередному остроухому, пока не повзрослеет новое поколение людей, оставив стариков за ширмой. Они уже не будут так бояться видеть эльфа у себя в стране, ведь не участвовали в той кровавой бойне, а там ещё лет двадцать, и от всей войны у людей останется только память в учебниках, да свидетельства совсем уж древних стариков.

Именно тогда, скорее всего, Доминион и продолжит свою экспансию, попытавшись захватить Империю. Хоть во время войны все и умылись кровью, но эльфы получили ценный опыт. Теперь, наверняка не будет открытого противостояния, а неспешное и незаметное порабощение, всё большее и большее влияние Альдмеров, и вот, уже даже захватывать ничего не нужно, ведь у власти будут сидеть лояльные им людишки, которые будут обычными марионетками.

Эрвин понимал всё это, но он забыл учесть один фактор. Маги.

Именно достаточно сильные колдуны смогут жить столько, сколько сами того захотят, и просто ликвидировать их у Доминиона не выйдет, иначе грядёт очередная война. Только на них будет держаться дальнейшее существование легитимной власти у людей. Как только они падут, особенно если это свяжут с длинноухими, начнётся очередная война.

Конечно, среди таких магов есть и эльфы, не лояльные Доминиону, состоящие в той же Коллегии магов Винтерхолда, или просто бороздящие просторы мира скитальцы. Но они что капля в море, что они есть, что их нет, без разницы.

Тем временем Миссандра с Эрвином уже подошли к их главной цели, и осталось сделать лишь последний рывок. Белый проход.

Долина усеяна небольшими замёрзшими озёрами, рядом с которыми проходит дорога, соединяющая провинции. В центре располагается ныне недействующий имперский форт времён Первой эры.

Единственный способ добраться до перевала из центральной провинции — пройти через естественную систему пещер, которая располагается к северу от Брумы, единственного в этом регионе города.

Флора же ничем не отличается от той, что расположена в остальных частях гор. С фауной несколько сложнее — из-за сурового климата здесь живёт крайне мало животных.

Разве что волка встретить, да и то это будет редкостью.

Путь к пещерам был не сложен, ведь нужно было идти лишь по прямой, да и людей не было, и это так же облегчало цель.

Сами пещеры были на редкость красивыми. Гладкие каменные стены, где лишь иногда можно было найти неравномерные выступы, гладкий пол, вместе с высокими потолками делали это место достаточно атмосферным, дабы можно было проникнуться величественностью естественной природы. Естественно, если у тебя есть факел, или ты владеешь заклинанием светлячка, а иначе максимум, что можно будет увидеть, так это непроглядную темноту, из-за которой даже край собственной руки разглядеть будет задачей невыполнимой.

Четыре часа хода, и при выходе, который находится на склоне, открывается великолепный вид.

Кристально чистые небольшие озёра, небольшие валуны, чистый свежий воздух, и разрушенный имперский форт в далеке.

— Мы уже почти пришли, осталось совсем немного, и мы окажемся в Скайриме. — довольно проговорила Миссандра.

— А дальше, что будем делать? Ты этого так и не сказала, мам.

— У меня есть друг, который сейчас находится в Коллегии магов, он нам поможет. Доберёмся к нему, и всё у нас с тобой будет хорошо. — потрепав сына по голове, она отправилась вниз по склону, прямиков в красивейшую озёрную равнину. Эрвин лишь молча пошёл следом, активно осматривая такое красивое место, оставляя его у себя в памяти.

— Так что за друг? — спустя пять минут неспешного спуска по гальке спросил Эрвин, явно собираясь вытаскивать все интересующие его ответы из матери. Ещё одна черта в ней, которая вводит его в непонимание. Она любит недоговаривать что-либо, сохраняя интригу до последнего, даже в такой ситуации.

— О, он мой старый знакомый, с которым я была дружна ещё лет так, м-м-м, пятьдесят назад. — невинно ответила Миссандра.

— Он хоть эльф, или человек?

— Конечно же он босмер! Гвиннед обязательно примет нас и поможет, когда я объясню ему ситуацию. Я уже связалась с ним с помощью нашего старого способа, и мы должны будем встретиться неподалёку от Хелгена.

— Он что, твой старый любовник, что у тебя с ним такие способы связи, и когда ты успела только связаться, и как? — подозрительно посмотрел на мать Эрвин.

— Нет же! Он просто мой старый друг! — возмущённо ответила ему мать, мило надув щёки в притворном возмущении. — И вообще, где твоё чувство такта, такое спрашивать у матери, постыдился бы!

На это Эрвин лишь иронично выгнул бровь, с немым вопросом “Серьёзно?”

— Ладно, пошли уже, как бы красиво тут ни было, но предпочту не медлить на неразведанной местности. — с этими словами Миссандра двинулась дальше, как и её сын.

— Может ответишь на вопрос?

— Тебе это не обязательно знать.

— Знаешь, это бесит.

— Ничего, не маленький, потерпишь. — слегка ухмыльнулась эльфийка, не сбавляя темпа ходьбы, на что Эрвин лишь возвёл глаза к небу, с явным посылом “За что мне это?”

В Белом проходе не было встречено даже обычного зайца, лишь полнейшая тишина, нарушаемая только шагами. Даже птицы не издавали никаких лишних звуков. Волшебная атмосфера этого места, казалось, не способна поколебаться ни на миг.

Два часа прошли как один миг, и вот пара из матери и сына уже стоят рядом с руинами, которые некогда были укреплённым фортом.

Полная разруха и долгие годы не щадили эту постройку, и внутри не осталось даже мебели. Лишь запустение и тонны пыли.

— Не будем здесь задерживаться, ещё часа три, и мы будем в Скайриме, как изначально и планировали.

Небольшой привал, и опять дорога, которая вывела пару к большому утёсу, с которого до земли было метров пятьдесят. И лишь небольшая тропинка между скалами с левой стороны показывала то, что спуск в принципе будет возможен.

Так же с такой позиции открывался завораживающий вид на близлежащие земли. Древние руины, находящиеся в примерно километрах двух от сюда, и так же небольшой лесок с обширными полянами, полностью покрытыми снегом.

— А ты знаешь дорогу к Хелгену? — все ещё не отводя взгляда от открывшейся картины поинтересовался у матери Эрвин.

— Да, я уже была там однажды, так что пройти туда проблем не составит. — уверенно ответила ему мать, двигаясь к скрытой между скалами тропе. — Пойдём, чем быстрее мы с ним встретимся, тем лучше.

— Как скажешь. Кстати, ты уверена, что ему можно доверять? Сколько ты с ним уже не виделась?

— Эрви, твоя паранойя, конечно, похвальна, но сейчас для неё точно не время, верь мне. Я уверенна, что Гвиннед нам с тобой поможет. Он поймёт.

— Знаешь, после твоих слов я только больше уверился в том, что ему точно нельзя верить. — ответил подросток, шагая по небольшой скрытой дороге, осматривая своеобразный природный коридор.

Высокие, возвышающиеся над двумя эльфами скалы, и полностью каменная тропинка. Будто всё это сделали искусственно, слишком уж ровная поверхность у этих гор.

— Как хочешь, нам в любом случае предстоит с ним хотя бы разговор, даже если он не сможет помочь, в чём я, кстати, очень сомневаюсь.

— Нет, ну точно твой старый любовник, иначе и представить сложно, чтобы у тебя был такой знакомый, знаешь ли.

— Эх, когда-нибудь ты договоришься, и тебе это ещё влетит потом.

— Так я же только с тобой такой душка, а к остальным мне нет дела, мам.

— Ох, не увижу я больше внуков... — наигранно посетовала Миссандра, продолжая спуск вниз, при этом не забывая следить за обстановкой, мало ли что может случиться.

— Мне всего пятнадцать, если ты не забыла, и детей у меня в планах нет и не будет ещё лет восемьдесят минимум.

— Хм, посмотрим.

На это Эрвин лишь промолчал. Когда она говорит эту фразу, переубедить её в чем-либо уже не является возможным. Проверено не один раз.

Оставшаяся дорога проходила в уютной тишине, той самой, которая образовывается между двумя близкими разумными, когда они насладились моментом по полной.

Всё-таки, Эрвину нравилось общаться с матерью, она была отличным и умным собеседником, и всегда могла понять, что твориться у него на душе. Даже сейчас, когда он все ещё сомневался в этой затее со встречей, куда лучше обычного молчания будет приятный разговор с близким эльфом, который всегда поддержит и поднимет настроение духа, даже после всего пережитого.

Наконец они вышли в самый низ огромной горы, оказавшись теперь уж точно в Скайриме, обители нордов и десятков курганов.

Им открылась на вид обычная заснеженная тропа, расположенная между двумя небольшими пролесками, и красивая арка, которая полностью обхватывала тропинку. Символическое приветствие, ничего не скажешь.

— Отсюда до Хелгена примерно день пути, так что давай пройдём дальше, а когда наступит закат, примерно через часа три, остановимся.

— Ты лучше знаешь эти земли, так что решай сама.

Уже к темноте, пройдя несколько километров, они принялись обустраивать небольшой лагерь, как и наносить специальные магические руны в округе, дабы никакой зверь не смог и близко подойти. Обычная мера предосторожности.

Засыпая, Эрвин думал лишь о том, что наконец этот кошмар закончится, и они смогут жить вместе, как это было раньше, не зная бед.

Так жестоко он ещё никогда не ошибался, но ему только предстоит это выяснить.

— Да, Атмир, я уверен, что они скоро тут будут, как мы и договаривались. — негромко проговорил невысокий босмер, рядом с которым стояли четверо альтмеров, экипированные в боевые и зачарованные доспехи.

— Как только мы от них избавимся, ты получишь остальные книги, как и договаривались, Гвиннед, мы отправим их тебе прямиком в Коллегию. — ответил один из альтмеров, который выделялся среди других более красивой, и явно лучшей, экипировке.

— Не думал, конечно, что они предадут Доминион, да ещё и убив столько сородичей в придачу. — сокрушённо покачал головой Гвинедд, который выглядел как обычный маг. То есть, зачарованные меховые, как раз для такой погоды, одеяния, и накинутый капюшон, который не давал увидеть его лицо. — А ведь мы с ней раньше были напарниками, прошли через самое пекло, а оно теперь вот как оказалось. Слишком уж неожиданно, да ещё и она так смело вышла на связь... Странно это.

— Наверняка рассчитывает на то, что такие новости до тебя не дошли, и попытается укрыться с твоей помощью. В любом случае, это слишком наивно по отношению к магу такого уровня как ты.

Обмануть Гвиннеда было очень сложно, но Доминион не зря является грозной силой не только армией, но и умом. Подделать всё, что только можно, смешать это с полуправдой, и вот этот мастер магии разрушения теперь считает, что род Меллинор предали Валенвуд и Альдмерский Доминион в частности, и всё это ради “секретных разработок”.

И вот теперь эта мерзкая босмерка вместе со своим отродьем придут прямо им в руки, а там уже дело техники. Жаль, что Гвиннеда не получится так же устранить, слишком уж он силён, но рано или поздно и его время настанет.

Альдмерский Доминион всегда побеждает, и горе тому, кто считает иначе. Слишком уж выжившие Меллиноры неудобные свидетели, потому и выделили на их ликвидацию такие ресурсы.

Что же, теперь Атмиру осталось только ждать, и можно будет наконец развлечься напоследок, перед очередной муторной работой, которую ему наверняка поручат сразу же, как он вернётся обратно в штаб.

— Тогда я отправлюсь обратно в Винтерхолд, не хочу смотреть как умирает бывшая подруга, хоть она и оказалась предательницей. — мрачно закончил Гвиннед, активируя особый телепортационный свиток, каждый из которых стоит как полноценный дом в лучшем районе Солитьюда. Но, маг его уровня вполне может позволить себе такие траты, особенно в такой скверной ситуации.

— Приятно иметь с тобой дело. — степенно кивнул Атмир, провожая исчезающего в сине-белом свете фигуру мага. Как только он полностью исчез, находясь уже в Винтерхолде, альтмер наконец позволил себе выговориться в круге товарищей по работе о том, что именно думает. — Когда ни будь эти лесные ублюдки всё-таки прогнутся под нас полностью, и я лично откручу этой мерзости голову. Ладно, подготовьте всё необходимое для захвата, не пропадать же веселью.

Скайрим. Часть 2.

— Мы уже скоро будем у Хелгена, часа два и всё. — сказала Миссандра, идя по заснеженной дороге.

— А где именно он нас будет ждать? Не в самом поселении ведь?

— На небольшом холме, в часовой ходьбе к воротам, я знаю эту местность, так что не потеряемся, пф-ф.

— Ага, мы и потеряемся, конечно. — усмехнулся Эрвин, которому шутка явно пришлась по вкусу.

Лесному эльфу в принципе невозможно потеряться на местности, если ты, конечно, не полный идиот.

Как бы Эрвин того ни отрицал у себя в мыслях, но он уже успел расслабиться, осознавая, что скоро они достигнут своей цели. Если у него и были сомнения, то чем ближе они были к поселению, тем меньше их оставалось. Всё-таки такая длинная дорога не могла не сказаться даже на прирождённом жителе лесов.

Постоянная нужда в скрытности от лишних глаз, питание одним только мясом, без каких-либо специй, долгий и грязный путь. Всё это не упоминается в той романтике путешествий, о которой любили рассказывать многие босмеры.

Для пятнадцатилетнего эльфа, такое первое приключение, если это можно так назвать, стало настоящим испытанием духа и тела. Слишком уж Эрвин привык находиться дома, постигая разные магические науки, которые увлекали его, будто сладости детей.

Невысокие, относительно лесов Валенвуда, хвойные деревья, частые холмы и небольшие горы, наряду со звуками живой природы делали путь чуть более приятным, чем он являлся на самом деле, что хоть немного, но радовало подростка.

Вот только всё это перечеркнуло одно весомое слово. Засада.

Они уже подошли к месту встречи, и когда у Эрвина наконец полностью пропала весомая часть паранойи, он не успел среагировать на внезапный магический удар, который откинул его, словно тряпичную куклу, на десяток метров. Полёт был недолгим, а приземление очень болезненным, ведь голова подростка нещадно болела, ударившись о дерево, и всё перед глазами плыло кругами.

Но даже так, он уже успел осознать произошедшее, а потому внезапный крик матери лишь подстегнул его. Быстро использовав на себе заклинание базового исцеления, в попытке избавиться от небольшого сотрясения, он поднимается на ноги, но попытка окончилась полным провалом, ведь что-то внезапно ударило его сзади по голове, или кто-то. Этого понять он уже не успел, падая на холодную землю без проблеска сознания.

На поляне, развороченной небольшими воронками, явный след использования огненных заклинаний, находились шестеро разумных. Два босмера, девушка и ребёнок, и четверо альтмеров.

И сейчас, когда этот выкидыш босмер валяется без сознания, а его мать связана и прикована к небольшому дереву, Атмир испытывал удовлетворение от выполненной работы, наряду с предвкушением от предстоящего действа.

Наконец они смогли захватить этих беглецов, полтора месяца поисков, за которые они уже начинали считать, что они будто сквозь землю провалились, и такая внезапная новость от одного из низших эльфов, который оказался магом. Не зря они распустили те слухи о предательстве, ох не зря. Слишком уж они ценны, эти двое, а потому должны быть мертвы, из-за тех знаний, которые скрывались в голове красивой эльфийки. Не настолько красивой, как альтмерка, но тоже ничего, сбросить нервы на ней за потраченные поиски она вполне заслужила.

Миссандра была зла, о да, она была в настоящей ярости. Гвиннед, её старый напарник и друг, так подло предал и сдал их Альдмерским ищейкам. Она верила в их старую дружбу, знала, что он поможет им, просто не сможет бросить в такой беде, а теперь её сын был привязан к соседнему дереву, как и она сама.

В тот момент, когда на них напали, она начала действовать на вбитых в тело годами тренировок рефлексах, уйдя от атаки, и сразу же посылая в нападающую четвёрку несколько огненных шаров к ряду.

Не успев увести сына из-под удара, она впала в настоящую боевую ярость. Но она не могла долго противостоять элитным ликвидаторам, которые заранее подготовили на них ловушку, а потому исход боя был предрешён заранее.

Магический оберег, который спас её от небольшого града острых ледяных шипов, и после сближения начался скоротечный ближний бой. Успев достать небольшой кинжал, единственное оружие, кроме лука, которое у неё было, она филигранно увернулась от горизонтального удара длинного одноручного меча, сразу попытавшись отправить в противника заклинание, левой свободной рукой, но численность была против неё, а потому противостояние не продлилось и двадцати секунд.

Уйти от очередного удара, попытаться уколоть в открытую часть лица, но вынужденно попытаться разорвать дистанцию, а потом экстренно создать очередной оберег, который заблокировал очередной шип, но не успев после этого отойти, принять атаку на прямой блок, а после отлететь на землю от пинка по животу, и вот ты уже готова завыть от боли, которую получаешь от заклинания электрических искр.

Не слишком болезненное заклинание начального уровня, но для причинения боли сложно найти что-то более эффективное. Пять секунд, десять, и вот искры перестают срываться с пальцев одного из атакующих, а ты не можешь даже пошевелиться, ведь всё тело будто парализовано. Только и остаётся, что с яростным взглядом смотреть на тех, кто сейчас тебя привязывал к дереву, одевая специальные кандалы, не позволяющие творить чары.

И вот, она и может, лишь смотреть на негромко переговаривающихся между собой ублюдков, и осознавать, что это конец. Всё, не получится больше спастись. Но нежелание признавать это вынуждали Миссандру с огромной скоростью перебирать у себя в уме способы спасти хоть не себя, так сына. Хоть у неё и был довольно мягкий характер, но к врагам она была безжалостна, особенно если они угрожали её семье.

Пока она перебирала все варианты для атаки последнего шанса, ведь она уже поняла, что не сможет выжить, Эрвин наконец открыл глаза, хотя лучше бы этого не делал.

Наконец очнувшись, первое, что ощутил Эрвин, была паника. Ведь осознавать себя привязанным к дереву, как и мать, которая напротив него была точно так же связана, было, мягко говоря, паршиво.

Опять он слишком расслабился. Слишком доверился. Глухая злость на самого себя, как и осознание того, что это его последний день жизни, вынуждали лишь всё больше и больше злиться. Замкнутый круг.

Как же тут не осознаешь, когда рядом стоит четвёрка альтмеров, а ты с матерью связаны путами и скованы цепями, подавляющими внешнее проявление магии.

Бесполезно даже пытаться выбраться. Это конец. Сегодня он умрёт. Но даже несмотря на эти три абсолютно точных в его понимании аргумента, он не оставлял любых попыток освободиться, хоть и знал их тщетность. Ярое нежелание умирать и сдаваться, как и не давать причинить вред матери, вынуждали его на отчаянные попытки побега. Тщетно. Бесполезно. Он слишком слаб.

И сейчас всё, что он может — это лишь наблюдать за тем, как его мать насилуют у него прямо на глазах. Кровь стучала в ушах, не давая услышать их смех. Эрвин отчаянно запоминал их лица, навсегда впечатывая те себе в память. Он не слышал болезненных вскриков матери, всё, что он осознавал, так это дикую, животную ненависть, которая поселилась в нём навсегда, как и этот отвратительный довольный смех.

Он не знал, каково это — ненавидеть. Что же, вот и ответ на его вопрос.

Он не сказал ни единого слова, лишь одновременно холодными и полными ярости глазами неотрывно наблюдая за ними и матерью, не смея отвести взгляд. Тщательно смотря на четверых альтмеров, ему ничего не оставалось, кроме как смотреть.

— Я всегда буду любить тебя. — прочитал он по губам матери.

Но внезапно что-то переменилось, и в следующую секунду произошёл сильнейший взрыв. Единственное, что он успел увидеть перед тем, как в очередной раз потерять сознание — разлетающиеся части тел матери и тех ублюдков. Темнота. Опять.

Миссандра испытывала ярчайшую смесь эмоций: стыд за то, что сын видит её, пока эти твари развлекаются с ней, жгучую холодную ярость, ненависть к высокомерным упырям, но всё это не сбивало её концентрации. Пока её тело использовали, она полностью ушла внутрь себя, пытаясь воспроизвести прочитанную однажды в семейной библиотеке технику.

Атака последнего шанса. Подходящее название, иначе и не скажешь. Этот приём позволял, даже если тебя сковали по высочайшему разряду, устроить последний, кровавый подарок. Вся мана в теле скапливалась в ядре, в дело шла сама жизненная сила, и всё ради возможности устроить чистейший магический взрыв.

Кандалы не позволяют создавать внешнее воздействие чар, но никак не внутреннее, отчего это в принципе было возможно сейчас.

Миссандре было очень обидно, что она вот так умрёт, но она была готова на это, ведь Эрвин будет жить. Жить, помня её и ту жертву, которую она принесёт ради его выживания. Она видела тот взгляд, которым её сын смотрел на то, что делали с её телом. Она знает этот взгляд. Точно такой же видела у многих её товарищей, которые теряли что-то очень дорогое, и не имея надежды на спасения самим.

Ей было слишком больно осознавать то, что её малышу пришлось пережить такое, и при том по её, Миссандры, вине. Она уверяла его в том, что им помогут, она сама в это верила, отринув сомнения. Что же, за всё приходится платить, как и за слишком сильную наивность.

Вот у неё уже от нагрузки начали разрываться внутренние сосуды в теле, и она сказала сыну одну единственную фразу перед тем, как навсегда отправиться в небытие:

— Я всегда буду любить тебя.

Активировав технику, она умерла, создав после себя огромный магический взрыв, лишь с единственным волевым посылом — Эрвин должен выжить.

И магия услышала её зов, уничтожая в небольшой округе всё живое, кроме единственного босмера, который сейчас лежал на земле, будто просто решил немного поспать.

В это же время неподалёку от прошедшего взрыва шёл обратно в Хелген кузнец Брон, который любил иногда прогуляться по заснеженной округе, любуясь местными видами. Так же было и сегодня после того, как он наконец закончил ковать очередной меч, он решил развеяться от душного места работы, подумать о смысле жизни.

Но вся его внутренняя гармония была разрушена прозвучавшим в отдалении взрывом, мигом сбив его со своих мыслей, заставив мгновенно насторожиться. Он не забыл те ужасы войны, с которой ему невероятно повезло вернуться два года назад, после серьёзного ранения в одном из многих боёв, после которого он уже никогда не сможет и дальше сражаться сколь-нибудь долго, так что хоть и прошло достаточно времени, вбитая на тренировках постоянная бдительность сейчас взыграла в нём новыми красками.

Быстрой походкой отправившись обратно в Хелген, дабы уведомить стражу о взрыве, он не прошёл и десяти минут, как уже оказался перед стражем закона, если, конечно, не знать про постоянное взяточничество. Было бы мирное время, так они бы и с места не сдвинулись, ибо не им за это не заплатят. Но не сейчас, а потому уже через ещё десяток минут десятеро крепких воинов отправились проверить источник шума, вооружившись луками, мечами и щитами.

Будучи напряжёнными до предела, они были готовы встретить что угодно, но никак не поляну, полностью выжженную взрывом, как и разбросанные тут же части тел, явно альтмеров, ибо только они ходили в лёгкой позолоченной броне, часть которой находилась на оторванной ноге, которая сейчас была насажена на одну из веток. Так ещё и посреди этого хаоса лежал без сознания один босмер, тоже немного обожжённый, но явно не критично.

Один из ещё “зелёных” стражей, не выдержав отвращения, отправился блевать съеденным утром завтраком под ближайшее дерево. Остальные же смогли сдержаться, хоть и так же воротили носы, грозно переругиваясь себе под нос.

— И что будем делать? — спросил один из них.

— Прирежем и всё, на одного остроухого меньше станет, чего думать то? — мрачно ответил бородатый мужчина, облачённый в полноценный тяжёлый доспех. Явно ветеран недавних боёв.

— Не лучше ли помочь? Он явно сражался с этими желтокожими ублюдками, раз тут такое пепелище осталось. А значит, что он никак не связан с Доминионом. Когда очнётся, узнаем у него всё, а там, если уж и шпиком окажется, прирежем и похороним, а после забудем. — высказал дельную мысль пожилой и полностью седой мужчина, полностью экипированный в кожаные доспехи с железными вставками.

— Не принесёт ли он проблем, если поможем? Не просто так ведь за ним пришли эти меры.

— Так если они и придут, так я с радостью упокою ещё несколько десятков, — спокойно парировал седой, — а так, сделаем, и потом может получим благословение Талоса при следующем путешествии?

— Дело говоришь, давайте тогда, чего уж, потащим его обратно, спящую красавицу, хах.

Эрвин метался в бреду, ему снились кошмары с одним и тем же сценарием: его мать умирает прямо на его глазах, из раза в раз, без шанса на изменение. Один и тот же сон повторялся бесчисленное количество раз, вгрызаясь в память мёртвой хваткой, навсегда отпечатываясь в сознании.

Время слилось в единый, неразличимый поток. Изредка он видел неизвестный потолок, но надолго в реальности не задерживался, отправляясь лицезреть очередной круг персонального ада.

Лишь спустя неделю объективного времени Эрвин очнулся, уже окончательно. Он был разбитым, пустым. Лишь через десяток минут неотрывного разглядывания деревянного потолка, он наконец решил осмотреться.

Эрвин лежал на обычной, жёсткой кровати, укрытый толстой меховой шкурой неизвестного животного. Рядом с кроватью стоял небольшой комод, на нём же находился подсвечник в форме трезубца. Так же он приметил горящий камин, который сейчас потрескивал от зажжённого пламени. Небольшой серый меховой ковёр посередине комнаты, и шкаф в углу.

Довольно-таки скромно, однако лежащему на кровати юноше было плевать. Он полностью ушёл в себя, поддавшись апатии. Ни мыслей, ничего, лишь пустота как в душе, так и в голове.

Час, два, а он так и не сделал ни единого движения. Опустошённость после такого конца для матери слишком сильно ударила по нему. Но только осознав это, хоть и ненамеренно, он запустил логическую цепочку мыслей.

“Они не могли знать о встрече, только если бы им об этом не сказал Гвиннед, а значит, он просто сдал нас. Мама слишком доверяла ему, по неизвестной мне причине, а я слишком доверял ей, положившись на неё чуть больше, чем полностью. Закономерный итог отринутой паранойи. Почему он решил так поступить, если, чисто гипотетически, он был верным товарищем матери? Только если с ним связались ещё раньше, узнав о его связи с мамой, или же, разослав всем значимым эльфам новость, которую они могли легко сфабриковать. Тоже вариант.

Но почему тогда на нас потратили так много сил? Не просто же так, забавы ради, это и звучит то, как бред воспалённого сознания. Значит, отец или мать знали что-то, что могло серьёзно угрожать Доминиону, или же просто одному из важных политиков, без разницы. Что могло быть настолько ценным, дабы за нами начали настолько серьёзную загонную охоту? Не имею ни малейшего понятия, на самом деле.

Если всё обстояло хотя бы примерно так, как я себе представил, то всё становится вполне логично. Отец узнал лишнего, и это стало главным поводом избавиться от неугодного политического соперника, а то, что таковой у отца был, я не сомневаюсь. А после, узнав о пропаже его сына и жены, решили закончить начатое, полностью обрезав концы.

И сейчас... когда их группа ликвидаторов мертва, они могут подумать лишь о том, что мы скрываемся где-то неподалёку. А тогда они отправят ещё больше убийц, и плевать, что жители Скайрима готовы резать их за милую душу, ведь всегда есть способы найти цель, не показываясь на глаза, а дальше уже дело техники и мастерства.

Я сейчас нахожусь в каком-то доме, скорее всего, в Хелгене, ведь он был ближе всего, и там вполне могли услышать взрыв... который устроила мать.”

Осознание того, что мама пожертвовала собой ради его спасения, лишь сильнее ударило по Эрвину, как и то, что именно в тот момент с ней делали эти ублюдки из Доминиона. Ему было даже мерзко думать об этом, но он ничего не мог с собой поделать, каждый раз возвращаясь к картине того, как неизвестный ублюдок насиловал его мать, прямо у него на глазах. То, как ей было больно, то, как он наслаждался процессом.

Эрвина затошнило, и он бы выблевал всё содержимое желудка, но там была сосущая пустота.

Силой отогнав картины, которые вовсю рисовало его воображение, он попытался понять, что мама сделала в конце, ведь это явно был магический взрыв, но при этом она была в подавляющих кандалах.

Перебирая варианты, он остановился на единственном возможном.

Перегрузила свой внутренний источник? Других возможностей могло и не быть, а эта вполне реализуема. Что же, ещё один гипотетический ответ на очередной вопрос найден, вот только настроение от этого упало ещё ниже, до уровня тектонических плит, как минимум.

Внезапно Эрвин услышал шаги, которые с каждой секундой становились всё громче. Неизвестный посетитель явно шёл к нему.

В комнату зашёл пожилой человек, с полностью седыми волосами и небольшой бородкой, одетый в кожаные доспехи и вооружённый мечом. Он пристально посмотрел на Эрвина, и они встретились взглядами.

Спустя, казалось, десяток напряжённых секунд, первым заговорил эльф:

— Спасибо вам за то, что помогли в трудный час, как вас зовут? — нейтрально начал юноша, при этом в мыслях витая все ещё где-то далеко.

— Я Торгвинг, а ты кем будешь?

— Эрвин.

— И что же ты, Эрвин, делал на той поляне?

— Мы бежали от Доминиона, должны были встретиться со знакомым, который смог бы помочь, но нас в итоге поджидали четверо альтмеров, находящихся в засаде, дальше был бой, все погибли кроме меня, и то, под конец я потерял сознание.

Эрвин решил не врать, ибо всё это легко проверяется, как и не упоминать о матери. Ему сейчас было физически больно даже упоминать её.

— Хм, вот как... И что с тобой делать теперь, а, Эрвин?

— Не имею ни малейшего понятия. Сколько я пролежал тут?

— Неделю ровно, — старик опёрся о стену, любопытно разглядывая своего собеседника, — ты метался в бреду, мы уже думали, что ты по неизвестной нам причине находишься на смертном одре, ха-ха.

— Вот как... — задумчиво пробормотал себе под нос Эрвин. — Мне бы встать на ноги нормально, а там я уже придумаю дальнейший путь, вы не против?

Слишком уж всё быстро навалилось на юношу, а потому время на свои мысли ему нужно было в первую очередь. Нужно разобраться в себе, провести самоанализ, и решить, что наконец делать дальше.

Отлично, план на первое время готов, теперь осталось только договориться с Торгвингом, и дело можно считать решённым.

— Понимаю, только нахлебников тут не любят, так что будешь помогать мне с парочкой дел, и это, не твори чуши всякой, да веди себя нормально, и будет тебе жизнь.

— Спасибо. — сказал уже уходящему из комнаты собеседнику.

Оставшись наедине с самим собой, Эрвин наконец смог хоть немного расслабиться, отменяя заранее заготовленное атакующее заклинание, которое он держал в руке просто на всякий случай, при неудачном финале переговоров.

Никуда не уходившая апатия поглотила Эрвина с головой, как и разные мысли, не желавшие оставаться в покое, постоянно перепрыгивая с одной темы на другую.

“Я был слишком слаб, не успел даже отреагировать на атаку, и из-за этого всё пошло по худшему сценарию. Она была вынуждена защищать меня, пытаясь ещё и полноценно сражаться, в последствие чего поражение было неминуемо.

Смысл от всех моих знаний, если я не могу применить их на практике? Да и то, что мне всего пятнадцать, и по определениям своего народа я ещё несмышлёный ребёнок, не служит мне оправданием.

Да и не думаю, что смогу удержать себя в руках, если встречу альтмера, враждебно настроенного ко мне. Сорвусь, и умру от собственной же глупости. По крайней мере сейчас. Надеюсь, отец был прав, когда говорил, что время лечит. Хоть в данный момент я, наверное, и могу более или менее адекватно мыслить, но полностью за себя не ручаюсь. Вполне могу и сорваться на первом же раздражителе спокойствия, зная себя. Так что нужно отдохнуть и после уже провести полноценный самоанализ, как однажды учила... Чёрт, не думай о ней, Эрвин, не сейчас...”

Дабы не уйти в ещё большие дебри самобичевания, он решил занять себя делом, которое всегда позволяло ему отвлечься от мыслей — плетение заклинаний.

Это то, что отличает неофита, от полноценного мага. Если новичок откроет магическую обучающую книгу, которая перенесёт знания напрямую в мозг, то, конечно, он сможет творить вбитые в подкорку чары, даже не зная обычных правил при занятии магией, но вот с эффективностью будут проблемы.

Конечно, обычный огненный шар все ещё сможет испепелить своего врага, но не так, как это сделает обученный маг. Использовать ману, без знания того, что это такое и как с этим работать, это то же самое, что забивать доски редкими и хрупкими артефактами, то есть глупо.

В исполнении хотя бы ученика, который знает даже базовое плетение заклинания, его простейшую версию, при этом тоже выучив само заклинание с магической книги, оно получится в раза полтора мощнее, и это, уже не говоря о более мощных вещах.

Так же и Эрвин решил расслабиться, хоть как-то, сплетая разные заклинания, но не используя их. Это, на самом деле, отличная тренировка контроля своей магии. Чем точнее ты распределяешь ману в теле, тем экономнее выйдет используемое заклинание. Устаёшь, конечно, после такой практики тоже достаточно сильно, но это вполне естественно.

При обучении маг сначала должен сознательно научиться создавать плетения, уже после переводя этот навык к автоматизму. Но не все знают то, что конструкцию заклинания можно улучшать.

Эрвину об этом однажды рассказывал его учитель, наглядно показывая разницу. Так он ему продемонстрировал базовое заклинание Искры, со всего лишь уплотнённым и более совершенным конструктом. Результат был, мягко говоря, удивляющий. Там, где в руках неофита магический удар искрами на человеке оставил бы небольшие ожоги и болезненные ощущения нервной системе, усовершенствованная их версия спалила бы этого человека до хрустящей корочки за секунду.

По истине великолепно и увлекательно было изучать всё это, осознавая открывавшиеся перспективы при становлении умелым магом. И это было только базовое заклинание школы Разрушения, а всего этих же заклинаний сотни, и каждое можно усовершенствовать тем или иным методом.

Первые два дня Эрвин отходил от всего пережитого, восстанавливая некое подобие душевного равновесия, ну, или же его пародию.

В любом случае, настала пора окончательно разобраться в себе.

Ненависть все ещё грела его сердце, но теперь, он был уверен, что не набросится на первого встречного альтмера, как сделал бы это ранее. Бессмысленно постоянно жалеть себя и думать о том, какой он слабый, а Доминион плохой. Такое узкое мышление из него выбывали, порой буквально, сразу же ещё в детстве, в смысле, ещё более глубоком, хех.

Да, горечь потери и не думала отпускать Эрвина, но у него было достаточно воли и самодисциплины, дабы не поддаться ей и не уйти в бесконечную пучину самобичевания. Он всё так же жалел о своей слабости, всё так же был готов с радостью отправить на тот план Обливиона агрессивно настроенного альтмера, и ему всё так же было тяжело вспоминать то, что делали с его матерью перед её смертью.

Но он был вынужден преодолеть это, ради самого себя, а потому у него в голове были лишь сухие факты.

“Слишком доверился, как и слишком расслабился под конец, особенно тогда, когда нужно было быть в полной боевой готовности. Не предусмотрел пути отхода при засаде, которую ещё вполне учитывал за несколько дней до встречи. Непозволительный идиотизм, даже стыдно за свою тупость.

Ну, хех, зато единственный плюс — полная свобода. Ладно, не слишком удачная шутка.

Всё произошедшее, это всего лишь следствие допущенных мною ошибок и глупости, наряду с доверием там, где нужно было становиться параноиком до мозга костей. Сам виноват в таком исходе.”

Последние мысли стали последним гвоздём в крышу гроба, а потом пришла злость на свою слабость. Уже в который, Обливион бы эту эмоцию побрал, раз.

Если всё это произошло из-за, Эрвина, слабости, то выход прост. Дабы не допустить повторения того дня, то есть своей смерти, как и близких, которых у него больше не осталось, увы, нужно стать настолько сильным, чтобы суметь выжить даже после смерти.

Хах, легче сказать, чем даже представить итоговый результат. Да и как пафосно сказал, выжить после смерти, надо же.

Но в том, что сила в этом мире решает всё, Эрвин был прав на все сто десять процентов. А его нежелание подчиняться кому-либо, как и жажда жизни, просто не позволят отдать свою судьбу в чужие руки.

Для этого нужно стать тем, кому будет плевать на могущество других, ибо ты всегда сможешь их умертвить по собственному желанию.

А как стать таким разумным? Ещё один ключевой вопрос, который в данный момент определял дальнейшие жизненные ориентиры эльфа.

Ответ прост — умный подход к грядущему, яды и магия.

Против отличной стратегии мало что поможет, как и против ядов, которые будут уничтожать противника с огромной скоростью. Что сможет сделать тот же мастер Разрушения или Колдовства, если в него прилетит стрела, смазанная быстродействующим смертельным, и доселе неизвестным ядом? Да ничего он не сможет сделать, только если рядом не окажется мастера Восстановления, но и на него найдётся управа.

Магия же поможет там, где не поможет яд. Затуманить разум цели, вынудив поступать так, как нужно тебе? Заставить врага испытать священный ужас перед боем, или же накрутить его внутренние страхи до того состояния, когда он не сможет даже думать адекватно? Или же просто испепелить цель дотла, а может призвать даэдра из Обливиона, который помножит на ноль все силы противника? Вылечить даже безнадёжное ранение, или же устроить бесконечную пытку врагу молнией, а после вылечив и по новой? Всё это позволяет делать магия, её возможности безграничны.

Эрвин знал, что магия может позволить стать как святым паладином, так и воплощённым ужасом в виде лича, который сможет в одиночку уничтожить армию. Всё зависит только от того, каким именно будет разумный, использующий столь чудесное искусство, и как много усилий он приложит к своему возвышению.

А если скомбинировать это, получится гремучая, и самое главная, смертельно опасная смесь.

Ядовитые стрелы, выпущенные из невидимости, магические ловушки, и полная скрытность. Совершенное орудие для убийства. А то, что могущество Эрвин будет заполучать, идя по трупам, он ни на секунду не сомневался. Не после того, что произошло.

И естественно, силу могут дать знания. Для их получения придётся очень много работать. Даже поступить в коллегию магов, и ту придётся, рано или поздно. Не под своим именем, конечно, но сам факт, что он будет находиться рядом с тем, кто продал его мать альтмерам, удручал.

Конечно, не единой коллегией едины, и Эрвин уже предчувствует свои будущие походы в заброшенные курганы и склепы, изучение огромных подземных катакомб ради скрытых в их глубинах знаний, которых в Скайриме огромное количество и больше. Так же стоит уделить внимание изучению камней хранителей, о которых он однажды читал в одной из многих книг. Интересно будет изучить этот феномен, и действительно ли они работают.

Но, естественно, для таких, по сути, самоубийственных походов, нужна отличная подготовка, которую он вполне сможет получить в гильдии Соратников и Коллегии Винтерхолда. Всё равно ему некуда спешить, а времени на всё это потребуется огромное количество. Годы, если сразу не несколько десятков.

А вот уже потом, когда он заматереет и станет опасным противником, можно будет и начать более детальное изучение десятков подземных катакомб, про которые как раз разузнает за время его учёбы.

Если для его плана придётся убивать, он будет делать это без колебаний. Если потребуется предавать и продавать ради знаний, которые приблизят его к своей цели, сомнений не будет, лишь голый расчёт и холодная логика. Лишние эмоции, которые могут испортить все его планы и привести к могиле, если он пойдёт у них на поводу, ему не нужны.

Хорошо, что при его обучении ещё в Сильвенаре ему понятно объяснили, что такое личная мораль, совесть и честь, и с чем её едят. Увы, Эрвин не понимал важности этих качеств, ведь знания для него ещё с первого осознанного изучения всего вокруг были важнее, чем социальные оковы, выдуманные обществом.

Теперь осталось только поговорить с Торгвингом о своём скором уходе, а уже после отправиться в Вайтран, к Соратникам. Ведь они не терпят у себя в рядах магов, насколько Эрвин успел узнать из тех же книг, что опять же, предстоит выяснить более детально. И если это действительно так, то Коллегия может и подождать, ведь терять такой шанс обучиться владению оружием он не намерен.

Да и Гвиннед, который, насколько Эрвин смог понять, маг, состоящий в гильдии магов, а значит, появление молодого босмера наверняка насторожит его, особенно после того, как с ним на связь вышла его давняя подруга, хех. Паранойя, конечно, но он однажды уже не послушал её, и вот к чему это привело.

Так что, теперь он таких ошибок не допустит. Не после такого наглядного урока от жизни.

Что же, план построен, теперь осталось только приступить к его исполнению, чем Эрвин и собирается заняться с завтрашнего дня.

Наруто. ОМП. Часть 1.

Всё начинается с появлением жизни, у меня же ровно наоборот. Я умер.

Не знаю, что послужило тому причиной, но факт моей кончины я осознаю достаточно точно. Это был очередной серый день, коих были сотни в моей жизни. Проснуться, сделать утренние дела, сидеть за компьютером, а после спать.

Вот только вместо пробуждения в своей двуспальной кровати, я очнулся в комнате с неизвестным потолком. Изначально считая это продолжением своего сна, я начал осматриваться, пока не увидел своё отражение в зеркале, прикреплённым к стене.

Отражение, в котором был мультяшный шестилетний мальчик с тёмно-русыми волосами, зелёные глаза которого были широко открыты. Весь сон как рукой сняло, но я не спешил просыпаться, продолжая смотреть в зеркало.

Минута немого взора, а после пришло осознание, ударившее по мозгу так сильно, что ребёнок в зеркале даже присел обратно на кровать, ибо ноги перестали слушаться.

Сейчас я бы описывал свои эмоции по поводу того, что осознал своё перерождение, или ещё какая муть, но мне будет слишком стыдно повторять это. Скажу лишь то, что я был в шоке, полнейшем.

Шестерёнки в мозгу начали крутиться с бешеной скоростью, вопросы сыпались градом.

Какого чёрта? Где я? Кто я? Почему всё такое нарисованное? Почему я в теле ребёнка? Я переродился? То есть я умер в прежнем теле? Что за бред воспалённого сознания?

И, словно в ответ на всё это, я отключился, видимо от стресса. Но вот при повторном пробуждении я стал понимать, что это тело зовут Кимура Юто, ему шесть лет, он сирота, и недавно сдал экзамены на поступление в академию шиноби, ибо у него был очаг чакры.

Очередная волна паники затопила сознание, но в этот раз ненадолго, и рационализм всё-таки взял своё, заставив мыслить по логической цепочке, как это бывало у меня в стрессовых ситуациях.

Академия шиноби? Очаг чакры? То есть я в мире Наруто, том самом, где были демонические звери, супер-люди, владеющие супер-приёмами, и прочая бурда, по которой я фанател ещё с двенадцати лет, то есть целых четыре года, прямиком до сегодняшнего дня.

Если я в мире Наруто, то и вопрос о нарисованности окружающего мира и моём перерождении встаёт в первую очередь. Почему я вообще умер? И как я оказался здесь? Хотя нет, этот вопрос уже не актуален.

Я был одним из тех людей, кто, посмотрев десятки аниме о перерождении в фэнтези миры, невольно сам стал верить в подобную возможность. И вот, сбылась мечта идиота, однако, хах. Теперь я оказался в мире, полном убийц, мировых войн и ещё Мордред знает чего.

Я ведь действительно мечтал переродиться в этом мире, после став сильнейшим шиноби, и живя так, как захочу. Даже несмотря на то, что рациональная часть моего мозга говорила мне, что я, обычный домашний асоциальный задрот, попросту не смогу убивать людей пачками, как и смотреть на всё это, не сломавшись морально. Но нет же, подавай мне приключений в мою скучную жизнь, ага, как же!

Ладно, факт о моём перерождении, или реинкарнации, не знаю как правильно, так вот, это уже произошло. Смысла думать об этом больше необходимого нет, ибо наверняка это будет за гранью моего понимания. А значит, нужно разбираться с упавшими на голову проблемами, немногочисленными воспоминаниями этого тела, и наконец, с моими дальнейшими действиями.

Итак, для начала память. Ощущения такие, будто я смотрю фильм у себя в голове, забавно даже. Приютская жизнь, изучение окружающего мира по мере возможностей, а после на очередной медицинской проверке в госпитале у Кимуры обнаружили достаточный уровень чакры для поступления в академию, а после гладкая поездка по мозгам ребёнка с мотивирующими словами, и вот он теперь сам хочет стать местным ниндзя.

Сдав проходной тест, его переселили в маленькую квартирку, с обещанием выплат для существования и уведомлением о ежемесячной проверке за период обучения, видимо, дабы не помер юнец. И вот, прошёл ровно день, и теперь тут оказался я, которому теперь придётся что-то делать.

Отлично, с первой проблемой покончено, а теперь следующая: Чего я хочу? Ответ прост — нормальной и комфортной жизни. Да, хоть я и мечтал о перерождении в фэнтези, всё же осознавал, что мне нравится мой нынешний, то есть уже прошлый, уровень комфорта, и менять его я не очень-то и хотел, ибо был тем ещё домоседом.

И теперь, оказавшись в мире, где нет интернета, телефона и прочих благ цивилизации, мне стало страшно. Да, чертовски страшно. Я, как человек, выросший рука об руку с технологиями, просто не смогу моментально перестроиться на существование в псевдо-недо-средневековье, в котором из известных мне технологий только нормальный унитаз и плохенькая микроволновка. Рано или поздно я приму это, но не так сразу.

Но всё же, что мне делать дальше? Если я откажусь от становления шиноби, то это будет приговор, выстрел самому себе в колено, и ещё куча синонимов, не суть. Местные жители просто не поймут этого порыва ребёнка, и пинком под зад отправят обратно, и всё. Как бы я ни пытался, но идти против системы бесполезно. Система всегда побеждает, как бы ты ни старался.

Остаётся вариант со становлением шиноби. Что они могут? Магичить, о чём я всегда мечтал, убивать, что делать я вообще не хочу, и много зарабатывать. С использованием чакры я тут полный ноль, ибо сомневаюсь, что теория, описанная в манге Наруто, будет достоверно работать тут, в полу-реальном мире.

С убийствами всё ясно, ибо я вырос мирным человеком двадцать первого века, у которого порывы к насилию были только при слишком громких звуках и при виде еды на полу, не более.

Вопрос денег тоже понятен. Они всегда решают, ну, или решали раньше. В любом случае, они смогут обеспечить мне необходимый уровень комфорта, что тоже будет важно.

А значит, быть мне шиноби, это уже вопрос решённый. Что мне для этого нужно? Учиться в академии, ибо я почти ничего не знаю о мире вокруг, да даже банально в каком периоде истории я оказался! Ну, по крайней мере Коноха уже создана, ибо Кимура рос в этой деревне.

Необходимость тренировок. Честно, я никогда не любил спорт. На школьных уроках физкультуры я почти всегда сидел на скамейке, а её у нас вёл директор, между прочим, а это показатель моей нелюбви к подвижной жизни. Так же я был невероятно ленив. Не делал лишнего, только необходимые вещи, ну и ходил в магазин, когда мама просила.

Ах да, семья... Тут всё сложно. Я бы сказал очень сложно, но сам не уверен в правоте данного утверждения.

Сколько себя помню я жил у бабушки, пока в моём десятилетнем возрасте она не умерла, как и отец ещё тремя годами ранее. И вот я переехал к матери. Тогда я был очень обижен на весь мир из-за смерти близкого мне человека, и на любые попытки навязать своё мнение отвечал агрессией. А такие попытки были, и очень даже часто. Не буду вдаваться в подробности, но к итогу моего шестнадцатилетия я почти не испытывал хороших чувств к матери. Но всё же, она была моей мамой, и ощущения, заложенные в самой сути сознания у меня остались. Я все ещё любил её, даже после всего пережитого.

И теперь, когда она осталась там одна, в общем... это сложно. Не хочу больше думать об этом. Вообще не хочу.

Вернусь к моей лени. Не думаю, что я все ещё смогу полностью игнорировать самодисциплину и прочие чувства, зная, что за катарсис поджидает меня в этом мире. А то, что та же Четвёртая Мировая война шиноби меня коснётся, я не сомневаюсь, ибо она задела абсолютно всех. И я предпочту выжить, а не умереть от вечного гендзюцу, то есть иллюзии.

Так что, как бы плохо мне не было, я буду обязан работать над собой ради своего же блага. Ну, наверстаю упущенные тренировки с первой жизни, ха-ха...

На счёт моей будущей социальной активности для меня и так всё ясно. Я, как и был интровертом, так им и останусь, ведь это уже главная часть моего характера. Нет, конечно, если потребуется, я всегда смогу поддержать беседу, если мне будет это интересно или необходимо, но вот юмор это для меня уже что-то за гранью понимания, хотя бывает и выдам шутку, раз в год, если не больше.

Теперь пора разобраться со своим телом, а именно в кого меня вообще занесло.

И да, меня не интересует что стало с прежним владельцем тела. У меня, на самом деле, довольно странная мораль. Если я убью кого-то своими руками, то меня съест совесть, я просто знаю это, а вот если сделаю это косвенно или вообще неосознанно, то будет совершенно плевать с высокой колокольни. Я не психолог, и не мне рассматривать мои выверты сознания.

Ещё раз подойдя к зеркалу, наконец нормально осматриваю себя:

Коротковатые каштановые волосы, которые я наверняка отращу достаточно для заплетения хвоста, ибо очень уж мне нравятся длинные волосы, обычные зелёные глаза, прямой нос без горбинки, и обычные же губы, как у самого обычного шестилетнего ребёнка. Ну, по крайней мере не урод, уже хорошо, да и вырасту я, скорее всего, в достаточно симпатичного юношу.

И ещё странно, но, видимо, память и некоторые чувства Кимуры уже наложились на меня, и я, внезапно для себя поняв, считаю окружающий нарисованный мир нормальным. Другого объяснения моему равнодушию к этой теме я найти не могу, увы. Ладно, не получаю каждую минуту когнитивный диссонанс, уже хорошо, пусть так.

Через три дня мне нужно будет идти в академию, где начнётся учёба. Как раз окончательно свыкнусь с мыслью о перерождении и привыкну к ощущениям этого маленького тела.

Тяжелый вздох, полный обречённости, вырвался сам собой.

***

— Будущие ученики, добро пожаловать в академию шиноби! Я уверен, что все вы станете будущей опорой нашей деревни, и желаю вам не терять веры в себя. Пусть нас всех ведёт Воля Огня — решимость защищать тех, кто нам дорог! Когда человек одинок, пламя его воли слишком мало и ничего не может изменить, но, если у человека есть те, кто готов помочь ему, и которым он готов протянуть руку помощи сам, их воля объединяется, и становится могучей силой, способной изменить весь мир! — подняв руку, Сарутоби Хирузен выпустил в воздух небольшой огненный фейерверк, от которого стоящие рядом дети восхищённо зашептались.

Да, я сейчас стою в этой самой толпе, прямо во дворе академии, слушая речь ещё не поседевшего Третьего Хокаге. За прошедшие три дня я более или менее смог собраться с мыслями, делавшими моё существование достаточно тяжелым.

Успокоившись и взяв себя и свою волю в стальные руки, по крайней мере я так думаю, я собрался выжать из этой обители знаний всё, что поможет мне в будущем, и плевать на весь остальной мир. И да, я наконец разобрался в каком временном периоде я оказался.

Год назад закончилась Вторая Мировая Война ниндзя, и новая наступит только через шесть лет. Не очень уж радостные вести, ибо мне предстоит участвовать в двух мировых войнах, что никак не добавляет настроения.

Наконец Хокаге закончил свою проникновенную речь, и мы начали подходить к огромной доске, которая была у стены, где рядом с ней стоял неизвестный мне шиноби, звавший первокурсников.

— И так, поздравляю вас с поступлением, меня зовут Кито, и сейчас я раздам вам ваши результаты теста, который и определит, в какой класс вы попадёте. Когда я называю вашу фамилию, вы подходите ко мне.

Не понимаю, зачем шестилетних детей разделять по результату теста, но плевать на самом деле, ибо со своими правилами в чужой монастырь не лезут, да и из памяти Кимуры я «вспомнил», что написал эти тесты отлично. По крайней мере, так мне говорит моё шестнадцатилетнее сознание.

Фамилии назывались одна за другой, так я и впервые увидел Нохару Рин и Обито Учиху, будущего бича мира шиноби. Никаких отрицательных или негативных чувств при первом взгляде на него я не испытывал, мне было плевать на него. Очередной ребёнок, а что там будет в будущем, уже там и выясню. Самый логичный для меня вариант — действовать, основываясь только на имеющейся подтверждённой у меня информации о ком-либо, иногда учитывая его будущее.

— ... Кимура Юто, класс — A.

Молча забираю результат теста, оставаясь у себя в мыслях. Попал в лучший класс, отлично, но уйти в глубокие думы мне не дали:

— Все ваши аудитории находятся на первом этаже, найдёте их сами, не маленькие уже. — Ухмыльнулся на свою же шутку этот идиот. Никогда не любил слишком плоские шутки, а также тех, кто их озвучивает.

Пять минут шатания по коридорам, и вот я вхожу в нужный мне класс. По ушам сразу же ударили громкие детские голоса, полные веселья и предвкушения. И вот это мне терпеть ещё примерно три года? Уже могу хоронить свои уши, ибо каждый день терпеть такое для меня будет сродни особой пытке. Бесит.

Сев на последнюю парту, как истинный главный герой в аниме, только разве что не возле окна, принялся ждать. Пять минут ожидания, и в класс входит уже знакомый мне Кито, который, видимо, и будет вбивать во всех этих детей знания. При его появлении все смолкли, создав блаженную тишину.

— Снова здравствуйте, ученики. Не буду долго ходить вокруг да около, а сразу перейду к делу. Так как вы в A — классе, то и требования от вас будут выше, чем от остальных. Если вы будете плохо учиться, то вылетите отсюда сразу же, имейте это ввиду. Я научу вас основам того, как стать настоящим шиноби. Первый урок начну с вводной, расскажу вам, что мы будем проходить, а также познакомимся наконец.

Далее была стандартная процедура: встал, назвал имя и цель, или ещё какой бред, сел и слушаешь дальше. После же Кито рассказывал о самой академии, так нужной мне библиотеке, занятиях и о том, что мы будем изучать. Правописание, чтение, метание железок, и физкультура вместе с историей и географией. Всё, это и есть все предметы за первый курс.

По окончанию лекции, нас отпустили восвояси с наказом приходить завтра и не опаздывать. Я сразу же отправился в библиотеку изучать так нужные мне книжки с историей. Хоть читать Кимура уже до меня умел, был умным ребёнком, и на том спасибо.

Четыре часа изучения различной литературы, с отсеиванием пропаганды и вычленением нужных мне фактов, и получается следующая картина, полная красных красок:

Учиха и Сенджу, два клана, сражались между собой, потом власть взяли Мадара и Хаширама, были постоянные битвы между ними, пока наконец не умер Изуна, младший брат Мадары, и оба клана не заключили мир, в последствии основав Коноху. Ну, эта история не расходится с тем, что известно мне, отлично, идём дальше.

Образование деревень, появление Хвостатых зверей, разлад между основателями, а после битва между ними же, в последствии которой Мадара успешно умер, по мнению автора учебника, опять же. Хаширама же, получив слишком серьёзные повреждения после того боя, не прожил и пяти лет, как отправился в мир иной, но всё-таки успел разделить всех биджу между основанными скрытыми деревнями. Ещё позже началась первая мировая, которая длилась двенадцать лет.

На ней же умер Тобирама, ставший вторым Хокаге, и после его кресло занял ещё молодой Хирузен Сарутоби.

В тех же годах рождаются будущие Легендарные Саннины, то есть Цунаде, Джирайя и Орочимару соответственно.

Через одиннадцать лет, после окончания первой, начинается вторая война, на которой та троица и получила свои прозвища. И закончилась она только год назад, и вот я дошёл до нынешнего времени. М-да, печально, что ещё могу сказать.

Закончив изучение всего материала, неспешно отправился к себе на квартирку, осматривая саму деревню:

Оживлённые улицы, невысокие домики различных цветов, различные запахи уличной еды, и красивая вечерняя, немного прохладная погода со слабым ветерком. Идиллия.

Вернувшись к себе, в довольно-таки тихий район, где большинство жителей уже спали, выпил чаю и также отправился в царство Морфея.

***

Время шло медленно, но неумолимо. Серые будни вступили во всю свою силу. Вот, казалось бы, только что был сентябрь, а сейчас уже начало весны.

Я не ленился, как можно было подумать, а читал всё, что попадётся под руку, постоянно спрашивая Кито о том, чего не понимал. Хоть этот человек мне не сильно понравился, но уважение заслужил это уж точно. Постоянно работать с мелкими исчадиями ада, это нужно иметь стальные нервы, не иначе.

Отношения с классом сложились нейтрально — холодные. Я не трогал их, а они меня. Конечно, первый месяц дети ещё пытались подружиться, но я был слишком увлечён книгами, да и о чём мне было с ними общаться? После этого пошли попытки насмешек, но несколько драк решили это недоразумение, и я остался предоставлен сам себе.

Каждый божий день я заставлял себя делать упражнения для укрепления и развития своего тела, через не хочу и не могу, но заставлял. Хорошо хоть, что душ нормально работал, хах. Общая теория чакры мною так же была прочитана, а рекомендации для пробуждения своего очага получены.

Чакра — компонент, имеющий важное значение для выполнения большинства базовых техник. С помощью различных методов, наиболее распространёнными из которых являются ручные печати, чакру можно контролировать и управлять ею с целью создания некоторого сверхчеловеческого эффекта, достижение которого без этих методов, в противном случае, было бы невозможно. Это касается таких способностей, как хождение по водной поверхности, выдыхание огня из груди, а также создание иллюзий. Обычно чакра не видна невооружённому глазу, за исключением чакры высокой концентрации или проявления её в больших количествах.

В общем-то, и тут от манги отличий не было. Делиться на Инь и Ян составляющие, которые взаимосвязаны, и тому подобное. Не буду вдаваться в ещё большие подробности, не вижу смысла.

С пробуждением же очага, то вообще отдельная песня, иначе это назвать я не могу. Постоянные медитации с намерением ощутить внутри себя что-то инородное, но при этом родное. Понятно? Мне вот тоже не очень, но каждый день перед сном я медитировал по три часа. Конечно, сначала усидеть на одном месте было сложновато, но это дело практики даже с таким детским телом, а сам процесс можно описать как хождение с закрытыми глазами у себя в голове. Не слишком весело, чего уж тут.

Конечно, нам бы пробудили очаг ещё на третьем курсе академии, но это для меня слишком уж долго, а желание использовать эту чакру никуда не исчезает. Я ведь тоже хочу ходить по деревьям и воде, к счастью, помню, как это было в манге. Из-за слишком многих совпадений я думаю, что и этот способ подойдёт.

Ещё четыре месяца медитаций и рутинных дней, за которые я уже полностью свыкся с нынешней реальностью без интернета и телефона, так же мимоходом сдав легчайшие для меня экзамены, я медитировал, и не опять, а снова. Раз в месяц так же приходили проверяющие, но также быстро и уходили, ибо ничего интересного тут не было.

Июнь, жаркая погода на улице, полная сосредоточенность на всех внутренних ощущениях, полная тишина. Спасибо звукоизоляции, которая у этой квартирки оказалась отличной. Минута, пять, шестьдесят, второй час, третий, и на краю сознания внезапно появилось что-то странное. Осознавая, что от удивления начинаю терять концентрацию, мысленно хватаюсь за это чувство, и внезапно что-то произошло. Ну, если быть точнее, то я всё-таки смог пробудить свой очаг чакры.

В книгах писалось, что у каждого это ощущение своё, у меня же оно было таким, будто я выпил вкуснейшего и слегка прохладного яблочного сока, и он разлился по всему телу. Освежающе и бодряще, а также невероятно приятно, ибо я действительно обожаю яблочный сок.

Минут пять я получал удовольствие от своих чувств, и по наитию попробовал почувствовать это ещё раз. Волна бодрости с привкусом яблочного сока в уме пронеслась по телу, и я стал бодрее, будто только из-под холодного душа вышел. Вот как... Так это и есть чакра. Что же, ещё один пунктик к цели стать хорошим шиноби выполнен, приятно.

Удивительно ощущать эту энергию, как часть себя. Осталось только научиться стоящим вещам, и моя мечта о магичестве будет выполнена.

Теперь мне только и остаётся, что развивать свой очаг и контроль. Для первого необходимо тратить всю свою чакру практически до нуля каждый раз, когда выдастся возможность, а для второго буду учиться ходить по деревьям. Хорошо хоть помню, что нужно примерно делать, а там можно будет и у Кито уточнить.

Стоит признать, я или гений от природы, или мне просто везёт. За две недели научиться свободно ходить по деревьям — это показатель. Хорошо хоть переломов не заработал, когда падал. Вся суть этого упражнения в правильной дозировке чакры. Равномерно распределить по всей стопе, и дело, как раньше говорилось, в шляпе. Конечно, я теперь хожу с постоянным недосыпом, но это так, мелочи жизни, не стоящие моего великого внимания, ха-ха.

Но вот с хождением по воде, словно Иисус, уже были сложности. Тут или не хватало моего осознанного контроля чакры, или ещё чего, но две недели уже прошли. Озадачившись этим вопросом, я отправился прямиком к Кито, который должен быть в академии.

В итоге ещё через два часа я наконец разобрался с проблемой. Оказывается, нужно больше практики. М-да, а я хотел всего и сразу, но даже так, сама возможность ходить по воде и деревьям меня удивляла. Это вам не мангу читать, тут у меня всё было реально, и это чертовски необычно и странно. Хорошо, что я не заядлый физик, который ушёл бы в глубокий шок от таких действий с гравитацией, хех.

Девятнадцатого августа я отпраздновал свой седьмой, и для меня же одновременно первый, день рождения в этом мире. Ничего особого не было, просто накупил разных продуктов и устроил себе мини пир на одного человека.

Всё-таки хорошо, что я не какой-нибудь экстраверт, нуждающийся в общении, ибо тогда я бы наверняка сошёл с ума от скуки. Сейчас же мне нравится это полное одиночество, оно расслабляет и позволяет думать, что ты один в мире, а всё остальное просто театр, буквы на бумаге, или же рисованные картинки, но никак не реальные люди, у которых есть свои чувства и проблемы.

Почти целый год я уже как переродился в теле Кимуры Юто, и даже стал ассоциировать себя с ним. Хоть прошлая жизнь и никуда от меня не уйдёт, но влияние её благ на меня уже не слишком сильное, и мне даже начинает нравиться эта реальность, с оговорками, конечно.

Такая вот спокойная и размеренная жизнь с учёбой напоминают времена, когда я ходил в школу, как и сейчас. Мне нравится это, но осознание будущих огромных проблем и невозможности их избежать висят над головой злым роком, постоянно нашёптывая по ночам разные ужасы.

Я боюсь однажды переступить ту черту, после которой мне будет плевать на чужие жизни. Но самое ужасное, это то, что я знаю, что смогу сделать это, отринуть волнения об очередном убитом. Не сразу, конечно, но смогу. И именно знание того, что при случае я действительно отрину человечность и прочие вещи, которые считают приемлемыми в социуме, пугает.

Мой цинизм достаточно крепок, чтобы не волноваться о неизвестном для меня человеке, на которого мне будет абсолютно плевать. Эта разница между мной и обычным относительно общества человеком и станет тем, что поможет мне окончательно войти в систему, убивая без жалости и лишних моральных терзаний.

Я просто знаю, что стану таким, если меня загнать в нужные обстоятельства, знаю, что способен на куда более ужасные вещи. В прошлом мире большинство тёмных мыслей я подавлял, ибо даже думать о них, а тем более высказывать тогда, было сродни автоматическому походу к психиатру. Но здесь же, где нет разницы о чём ты думаешь и что будешь делать, пока остальные не увидят, ибо, насколько я знаю, у местных тоже есть что-то вроде кодекса шиноби, можно будет творить абсолютную жесть, которая только придёт в голову.

Каждый человек, если снять с него все рамки морали и прочие общественные ограничения, станет законченным маньяком, я в том числе. Для меня такие рамки распылились в прах после моего перерождения. Больше не нужно бояться самого себя, из-за мыслей о том, как бы свернуть шею или выпотрошить слишком громкого идиота, мешающего думать.

Конечно, это всё проявится далеко не сразу, но когда-нибудь я сделаю то, о чём подумаю, и это станет отправной точкой к потере человечности как таковой. Чёрт подери, ужасно осознавать то, что я смогу в будущем стать таким человеком. Надеюсь, я смогу остаться собой в непрерывном круговороте насилия, который начнётся, когда мне будет примерно двенадцать лет.

Что же, ладно, пора идти на очередную тренировку, контроль чакры сам себя не разовьёт, однако.

Наруто. ОМП. Часть 2.

— И так, следующие: Учиха Обито и Кимура Юто, выходите сюда! — позвал нас Кито.

Второй год обучения в академии начался с усиленных занятий физкультурой, а уже через два месяца после мучительных занятий нас допустили к спаррингам друг с другом. На этом уроке, который был посвящён обучению ближнему бою, дети мутузили друг друга, и такая участь не избежала и меня, которого поставили против Обито. Это будет уже шестой бой за сегодня.

Став напротив друг друга, мы ждали команду от Кито, который и мучается с такой оравой мелких исчадий ада, по недоразумению именуемой детьми.

Хорошо хоть что в прошлой жизни мне доводилось в детстве походить месяц на карате, и так же спасибо просмотренным мною десяткам роликов по самообороне, которые сейчас не позволят мне опозориться против ребёнка, да, ибо боец я, скорее всего, никакой. Вот сейчас и проверю, хоть и против маленького недоразумения с большими очками на лбу, но даже так мне хватит.

— Начали! — дав начало бою, Кито отошёл в сторону.

— Я тебя в онигири собью, ботаник! — с этими словами Обито побежал прямиком на меня, широко замахиваясь правым кулаком. М-да, слава заучки, сидящего за книгами всегда, когда его видно, меня всё-таки настигла, но плевать мне на это полностью.

Молча подхожу к нему ближе, сразу же ныряя под его удар, после чего хватаю его руку и перекидываю через себя, сразу же делая ему болевой захват. Ну вот, не зря запоминал всякие броски ещё чёрт знает когда, помогло! И пяти секунд не прошло, как этот спарринг был закончен.

После слов Кито освобождаю руку Обито, отходя подальше от толпы, присаживаясь рядом с большим деревом, которое полностью накрывало меня своей тенью. Как же надоедает этот шум, но при этом и полное одиночество тоже начинает расшатывать моё душевное равновесие, парадокс, хех.

Внезапно меня, уже находящегося мыслями где-то далеко, отвлекло интенсивное потряхивание по плечу. Неохотно открыв глаза, встречаюсь взглядом с Обито, который стоял рядом со мной. Молча наклоняю голову в немом вопросе.

— Привет, слушай, Юто, а ты где так драться научился? — неловко спрашивает Учиха, садясь рядом. Вся ситуация выглядит для меня донельзя странной, но ладно, допустим.

— Нигде не учился, сам придумал, а что?

— Да вот, в общем-то, я тут подумал, может будем тренироваться вместе? — скороговоркой выпалил Обито, выжидающе смотря на меня.

Какого чёрта? Нет, я соглашусь, конечно, ибо даже я начал желать избавиться от недостатка общения, но почему вообще он ко мне подошёл? Хотя ладно, мне это не важно, он ведь ребёнок, так что спросить в лоб для него норма, так что плевать. Вот он, мой шанс наговориться на пару лет вперёд, и я его не упущу, хе-хе.

— Ладно. Где и когда?

— Э-м-м, — задумчиво почесав себя по голове, он начал осматриваться, явно ища кого-то взглядом, — о! Сейчас, подожди тут.

Обито отправился прямиком к Рин, начав с ней переговариваться. Кстати да, Нохара Рин. Выглядит она точно так же, как в аниме, прямо-таки супер-милашка, иначе и не скажешь. Чувство прекрасного и мне не чуждо, а потому она занимает второе место по детской милоте в моём персональном списке.

Кто же тогда на первом? Учиха Наоми, семилетняя девочка, нелюдимая и такая же неразговорчивая. Можно было подумать, что это типичная представительница своего клана, держащая непроницаемую маску уже в таком маленьком возрасте, но нет, она просто боится пойти на контакт. С чего я это взял? О, всё просто.

В один из недавних дней, когда я уже выходил из академии, краем уха зацепился за голос, доносящийся с площадки для занятий. Подойдя туда, я увидел Наоми, сидящую на корточках рядом с белым котиком. Она говорила сама с собой, ну или же изливала котейке душу, но именно в этот момент я предпочёл тихо подслушать, ибо любопытство затопило меня с головой.

Если пропустить кучу ненужной воды из её повседневной жизни, то дело обстоит так:

Она нелюбима в клане, по крайней мере так считает, живёт одна уже полтора года как после смерти своих родителей, и ещё она боится заговорить с кем-либо. И связано это с тем, что над ней подшучивали. По моим меркам безобидно, но она же, изливая всё наболевшее белому комку шерсти, считала совсем наоборот. И в итоге, это уже мои выводы, из-за ожидания такого же отношения к ней со стороны одноклассников, она подсознательно страшится повторения насмешек от мелких соклановцев, а потому и не пытается даже заговорить с кем-либо.

Но почему же она на первом списке милоты? Да потому что тут полноценное комбо в параметрах внешности! Милые детские щёки, маленький прямой носик, большие тёмно-синие глаза, густые чёрные волосы до лопаток. Такая комбинация не может не растапливать сердца, ибо иначе все местные жители те ещё изверги, не ценящие прекрасное. В общем, с такой внешностью и душещипательной историей она автоматически становится на первое место рейтинга милоты, бесспорно.

Пока же я нахваливал самому себе её достоинства, Обито уже закончил переговоры с Нохарой, и теперь они оба на пару идут сюда, прямиком ко мне.

— Юто, ты не против, если с нами будет ещё и Рин? — и при этом так смотрит, что отказ будет равняться смертельному оскорблению. Хах, влюблённый маленький идиот, не иначе.

— Конечно нет, так веселее будет. Так, а где мы будем отды... кхм, заниматься?

— Я знаю отличное место, я там частенько практикуюсь. Покажу вам после занятий, идёт?

— И ты ещё спрашиваешь, Рин?! Это же круто! — воодушевлённо сказал Обито, явно находясь в предвкушении.

— Тогда договорились, встречаемся у ворот академии, буду ждать вас.

Оставшееся время до назначенной встречи шло достаточно медленно. Бесполезные для меня уроки истории и правописания с чтением, на которых так и хотелось заснуть. Сразу вспоминаются утренние уроки литературы из прошлой жизни, вот прям один в один.

Но и это не могло длиться вечно, и вот наконец очередной день уроков закончился, и я отправился в оговоренное ранее место встречи. Несколько минут ходьбы, и я прихожу последним, ибо Обито вылетел из аудитории первым, а Рин не слишком отставала от него самого. Ох уж эта гиперактивность.

— Ты мог бы и быстрее прийти, Юто! — обиженно надула щёки эта мелкая манипуляторша, ибо глазами они смеётся, по крайней мере, я так думаю.

— Да-да, как скажешь. Пойдём?

— Идите за мной.

Двадцать минут мы шли прямиком за Рин, отходя ближе к краю деревни, где начинались частые пролески с просторными полянами. Да и шума от жителей здесь нет, ибо место находится на достаточном расстоянии от ближайших домов.

Конечная точка оказалась просторной поляной, полностью укрытой деревьями со всех сторон. Солнце не печёт, легкий ветерок с небольшой осенней прохладой вокруг, замечательно.

— Что именно будем делать? — спрашиваю у Обито, который так же, как и я, осматривался.

— О, давай начнём с... — и понеслась.

Мы действительно начали заниматься, насколько это возможно для семилетних детей, но даже так, я ожидал увидеть что угодно, но не серьёзно настроенного на практику Обито. Хоть и само времяпровождение было связано с попытками у двоих моих знакомых забраться на дерево с помощью чакры, которую они уже пробудили, но для меня это было в первую очередь душевной разрядкой благодаря постоянному общению, которое не прерывалось больше, чем на пять минут.

Мы обсуждали всё, за что зацепится интерес: одноклассников, уроки, недавнюю войну, самих шиноби, наши будущие тренировки, на которые мы договорились, ибо проведённое здесь время нам понравилось, а в особенности Обито, который настолько долго был рядом с Рин, хех.

Раз в неделю собираться вместе нас вполне устраивало, да и на большее меня банально бы не хватило, ведь даже так я пресытился на ближайшие несколько дней общением это уж точно.

Отучиться, на переменах иногда поговорить с Обито, потратить на тренировке всю чакру, которая после отработанного навыка хождения по воде стала лучше слушаться, и спать, а в субботу то же самое, но в компании с Учихой и Рин. Так прошло ещё три месяца однообразной жизни, даже общение и то, вошло в необходимую рутину.

Но, видимо, наша троица стала достаточно приметной, ведь в один из холодных декабрьских дней к нам подошёл Итори Яманака, ещё один одноклассник, с довольно-таки весёлым характером и беззаботным отношением к почти всему. Блондин сразу же перешёл к делу, смотря на Рин, ибо за нашим негласным согласием, лидерство в нашей тройке она взяла на себя.

— Привет ребят! Слушайте, тут такое дело, я заметил, что вы вместе практикуетесь, ведь ваши результаты на тестах стали куда лучше, да и ходите вы почти всегда втроём. В общем, можно с вами? Мне одному скучно, а так веселее будет и вам, и мне.

Какая простая душа, всё как на духу выложил. Эх, пожалуй, это единственный плюс от нахождения в этом возрасте: не нужно мудрить с чем-либо, просто подошёл, спросил и предложил. С того дня он начал ходить с нами на ту поляну, где мы уже начали проводить полноценные совместные спарринги.

Итори был весёлым ребёнком, любившим юмор и всё с ним связанное, но при этом усердно учился. Длинная блондинистая причёска и такие же, как у меня, зелёные глаза, смотрящие на мир со смешинками в глазах. Если есть возможность подколоть собеседника, то этот малолетний тролль своего не упустит, обязательно сказанув что-либо. Неправильный он Яманака какой-то, испорченный я бы сказал, хех.

Наши собрания стали ещё веселее и интереснее, и даже мне, далёкому от юмора человеку было приятно слушать его остроязычные шутки, а также шутливые пикировки, в которые он регулярно вступал с Рин, ибо та всегда возмущалась комментариям с его стороны в свой адрес. В общем, было очень даже отлично.

Так и жили, пока к нам не присоединилась ещё одна особа — Учиха Наоми собственной персоной.

Для всех нас, кроме Рин, которая и привела её, это стало неожиданно. Но её аргумент:

— Я одна девочка, так пусть нас теперь будет двое, а то ведь совсем нечестно становится!

Сработал железобетонно, полностью заткнув всех недовольных, среди которых был только Обито. Но его возмущение все дружно проигнорировали, рассматривая смущающуюся Наоми.

Вот так совпадение, не иначе. Сам недавно думал о том, чтобы влить её в нашу кампанию, но так даже лучше получилось. Пять человек, как по мне, это уже более чем достаточно для дружной и весёлой группы.

Итори, который всегда подтрунивает над Обито, Рин, постоянно общающаяся о своих делах девичьих с Наоми, и я, нейтральный собеседник, который готов поддержать почти любые темы.

Девочка вливалась к нам медленно, но неотвратимо. Если сначала та почти всегда молчала, то со временем, когда поняла, что шутки Итори вовсе не предназначены её обидеть, и никто не собирается её как-либо оскорблять, наконец расслабилась, и даже стала более живой, что ли.

По крайней мере, разговаривала обо всём она без какого-либо стеснения и ожидания подвоха, что радует.

— Юто-о-о-о, иди сюда! — позвал меня Итори, вырывая из полудрёмы.

Сейчас была суббота, и мы все вместе в очередной раз собрались на нашей поляне. Этой зимой снега не было, как и сильных холодов, а потому проблем с возможной простудой мы не испытывали.

— Чего тебе? — недовольно спрашиваю у него, становясь рядом. Все, кроме меня и блондина, практиковали метание сюрикенов, одновременно ходя по деревьям, тем самым совмещая игру с тренировкой.

— Тут нужна твоя профессиональная консультация о том, как правильно расходовать чакру во время передвижения по деревьям, ибо Наоми немного не понимает.

— Ладно, чего уж, слушай тогда...

И это стало тем, с чего и началось наше с ней общение, большая часть которого была связана с управлением чакрой и прочими премудростями шиноби. Ибо да, эта тема её очень интересовала, и насколько я понимаю, совершенно серьёзно, без той детской непосредственности.

К счастью или же сожалению, не знаю, но все дети здесь ментально взрослеют куда быстрее, чем в моём прошлом мире, а потому игры в кукол и прочие им подобные развлечения тут заканчиваются к годам трёх, ведь примерно в этом возрасте клановых детей начинают натаскивать на ремесло шиноби. Или так, отдавая самого себя тренировкам полностью, или смерть в первом же серьёзном бою из-за банальной лени.

Для меня стало сюрпризом то, что эта маленькая семилетняя девочка знала теорию куда лучше меня, более развитого по годам человека, но вот с практикой у неё уже было плоховато. На этом и сошлись. Маленький вундеркинд в лице Наоми объяснял мне неочевидные вещи, я же помогал ей это осуществить, попутно обучаясь самому.

Конечно, никаких супер-техник мы не изучали, да даже банально к самым простым дзюцу мы и вовсе не притрагивались, но вот всё, что связано с управление чакрой и её применением вне боя, нами отрабатывалось постоянно.

Это сближало куда лучше, чем если бы мы собирались просто ради веселья и игр, а потому уже к концу весны наша пятёрка находилась почти всегда вместе, не считая меня, который иногда терялся на общем фоне, полностью уходя от мира, ибо как бы там ни было, но такое утомляет не только меня, но и остальных. Потому отдых друг от друга также был важной частью взаимодействия между собой, да и не нами одними мир един.

У Итори есть своя семья, с которой он проводит много времени, как и клановые товарищи-одногодки, Рин тоже иногда предпочитает провести вечер с матерью, вместо шумных нас. А Обито не знаю, чем занят, но его отговорки о помощи с пакетами прохожим всегда веселят. У меня же с Наоми родни никакой нет, а потому большую часть времени мы предоставлены сами себе.

Точно не знаю, как там у неё обстоят дела, может, как и у меня раз в месяц приходит соклановец и проверяет жива ли она, или ещё как, сейчас это меня не интересует. В своё же свободное от общения и прочих дел время я также провожу для себя любимого, ибо я не робот, занятый только развитием контроля чакры и всего с ней связанного, а всего лишь семнадцатилетний разумный, если считать общее прожитое мною время.

Скука стала моим смертельным врагом, но благодаря складу характера я не начинаю творить всякую хрень, как это бывает у некоторых. Я люблю читать, очень даже люблю. Погружаясь в мир букв и воображаемых образов, я все ещё ощущаю единение с моей прошлой жизнью из-за одинакового времяпровождения, и это играло свою роль.

Хоть тут и обычные книги, а не телефон с его функционалом, но даже так я стал тем ещё чтецом. Дома, когда я не скован необходимостью прямо сейчас пойти и работать над собой, или же нуждой в общении, я расслабляюсь, читая очередную дрянную историю о великом шиноби, ну или какой любовный роман, хоть иногда и попадаются достойные истории.

Что не говори, но хороших писателей в этом мире маловато, да и тем для сюжетов не так уж и много. Окружающие этот мир порядки сказываются, это очевидно. Тут каждый первый должен думать о собственном благополучии и уверенности в завтрашнем дне, а написание книг с огромным риском потерять вообще всё, ибо этот процесс требует достаточно много времени, не оставляя оного для нормальной работы, если, конечно, ты хочешь выпускать свою писанину раз в года два. Так вот, таких рисковых людей тут довольно-таки мало, а потому и интересного чего тоже почти нет.

Самому, что ли, книги начать писать? Множество сюжетов из прошлой жизни я помню, и наверняка сделаю себе имя известного автора, хех. Вот только у меня ситуация будет такая, что я быстро потеряю к этому интерес. Много времени у меня не появится из воздуха, ибо большую его часть я трачу на саморазвитие, а выпускать книгу раз в несколько лет для меня будет не удобно, ибо, зная себя, если начну, то буду пренебрегать тренировками ради этого дела, а такое неприемлемо. Вот и остаётся мне только и читать писанину местных авторов, мысленно критикуя их косность мышления, ибо никакой фантазии в выборе тем, здесь нет от слова вообще.

И как бы я ни пытался сам себе внушить то, что мне нужно почти всё своё время тратить на тренировки, это не работает. Конечно, развитие идёт, но таким темпом рано или поздно я перегорю, банально устану от такого труда, и даже мотивация в виде дальнейших событий тут не поможет. А потому отдых так же необходим, как и труд. Для меня таким кроме книг, стали ночные прогулки по Конохе. Не в центральных районах, где почти всегда кипит жизнь, а ближе к окраинам, иногда вообще уходя в небольшой лес.

Ходить по спящему району в полной тишине, смотреть на многочисленные звёзды, иногда сидеть на вырезанных в скале лицах Хокаге, рассматривая деревню с огромной высоты, будто муравейник, это меня завораживает, а также навлекает иногда на всякие разные мысли, да.

Вот и сейчас, смотря на деревню с высоты каменного изваяния Второго Хокаге, я пытался понять, почему этот мир постоянно воюет, и ответ был прост, на самом деле. Личное благо каждого. Шиноби не будет воевать за свою страну, если она не сможет обеспечить ему комфортный уровень жизни. Конечно, это очень грубый ответ, но пусть пока будет так, ибо я не слишком то и много знаю о мире вокруг.

Если у шиноби есть деньги, своя зона комфорта и любимое занятие, то ради постоянного поддержания этих трёх пунктов он будет выполнять то, что от него требует система, иначе же он лишится этого. Отсюда и верность определённому селению, если, конечно, не брать в расчёт людей с промытыми мозгами, которые так же всего лишь среднестатистическое исключение. Из тысячи всегда найдётся десяток, который будет искренне верить в общее благо и прочую муть, наподобие Воли Огня. И ради сохранения своего комфорта человек будет готов на очень многое.

Например, вот есть я. Зона моего комфорта: это удобное существование у себя дома, читая книги и попивая вкусный кофе. В прошлом мире я почти не выходил из неё, здесь же, из-за независимых от меня обстоятельств в виде чакры, я вынужден буду бороться для сохранения того, что мне дорого. Относительно скоро будет война, на которую будут отправлять даже детей, и это факт. Я бы и дальше сидел дома, читая книги, но кто же мне позволит? Отправят воевать на благо родины, которая и дала мне эти блага, не интересуясь моим мнением. И это будет логично.

Меня обеспечили, позволили самому распоряжаться своей жизнью, так будь добр, работай на благо страны и иди на войну, если ей что-либо угрожает, ведь если эта страна проиграет, то и ты лишишься своих благ, а заодно и жизни. Отсюда же и берутся нукенины, то есть предатели родного селения.

Большинство из этой касты это те, кто не хочет платить тот долг, который у них появился к селению. А уйдя, уже не смогут вернуться в так желаемую ими зону комфорта, ибо предателей никто не любит. Конечно, тут есть и другой тип нукенинов, наподобие Орочимару, которого деревня банально ограничивала в стремлении ставить эксперименты на людях. И плевать, что это не гуманно и уж точно не законно. А потому, дабы снять эти ограничения, они и уходят.

В любом случае, каждый случай в некоторой степени уникальный, а потому всех судить не получится, да и нет необходимости. Даже так, хоть мои суждения, скорее всего, не верны, мне этого достаточно, по крайней мере, сейчас эта тема мне кажется глупой для обдумывания, но всё-таки два типа нукенинов я зачем-то определил, хех. Вот же страдаю бездельем, пора бы и домой идти, спать.

Наруто. ОМП. Часть 3.

Время шло своим чередом, недели складывались в месяцы, а те в годы. Четыре года учёбы в академии пролетели одним мгновением. На третьем курсе было всё то же самое, разве что с добавлением в расписание занятий с чакрой и изучением базовых техник: Перевоплощения, Клонирования и Замены.

Сам я так и не смог понять, по какому принципу все эти техники в принципе работают, но единственное объяснение, которое у меня имеется, так то, что: «Это магия, Гарри!»

Не иначе, ибо я скорее сломаю себе мозг, чем пойму, какие именно процессы происходят при использовании чакры. Работает и ладно, уж на том спасибо. Постоянные практики с друзьями, да-да, именно ими для меня и стали те четверо детей, ибо других собеседников у меня и не было толком, хах. Так вот, третий год обучения был типичнейшей рутиной, иногда весёлой, а иногда невероятно занудной и скучной. А на следующий, последний для меня год в академию поступил пятилетний Хатаке Какаши.

С этой личностью я предпочитал вообще не контактировать, ибо, насколько я знаю, у него недавно умер отец, сделав самоубийство, а после этого ребёнок замкнулся в себе. Да и лезть к одному из ключевых персонажей известной мне истории я посчитал нецелесообразным. Может потом, когда станем взрослее, и станем знакомыми, которые смогут пообщаться при случае, но уж точно не сейчас.

Четвёртый год проходил неоднозначно, ибо Рин начала довольно-таки часто общаться с Хатаке, насколько это возможно с грубым и замкнутым в себе мальчишкой в принципе, а Обито увязался за ней. Я же, посчитав вмешиваться в это выше своего достоинства, лишь смиренно принял отделение этой двоицы от нашей компании. Да, они с каждым разом приходили всё реже и реже, пока полностью не перестали, устроив свою детскую Санта-Барбару с Какаши, хех, а звучит ведь! Конечно, мы все ещё общаемся друг с другом, но постоянные совместные тренировки прекратились.

Объяснив оставшимся Итори с Наоми, что лучше к ним не лезть, если сами захотели уйти, ибо сделаем только хуже, мы продолжили собираться втроём. К концу нашего обучения обстановка нагнеталась предстоящими выпускными экзаменами, и действовало это даже на нас, которые этот тест с практикой смогут сдать за двоих, а в особенности Наоми, которая полностью оправдывает имя своего клана. Она смогла в своём возрасте сделать Технику Огненного Шара пять раз к ряду. Пять, чёрт его дери, смертельных огненных шаров. Когда она нам на пару с Итори это рассказывала, я самую малость выпал в осадок.

Эх, ну почему я не переродился в какого-нибудь кланового ребёнка? Сейчас бы ух каким сильным был! Но чего нет, того нет. Откуда полный сирота сможет взять для себя новые знания? Ответ один — у учителей. У меня такой знакомый был один, и это Кито.

К нему на поклон я шёл в полной боевой готовности, если так можно описать мой настрой. Отставать от своих друзей по практике не хотелось, а потому я был намерен выбить из него хоть что-то полезное, и без результата от него не уйду.

По итогам тогдашних стратегически важных для меня переговоров, он всё-таки согласился дать мне парочку личных уроков, после двух часов уговоров. Показав мне, как правильно складывать печати для техники Водяного Снаряда, и так же продемонстрировав финальный результат, он удалился, а я остался мучаться с исполнением.

Сама техника была простенькой, но эффективной. Обычный, немного сплющенный снаряд под давлением, который сможет проломить небольшое дерево. Солидно, на самом деле. Особенно солидно было, когда после недели практики, я полностью переломал тренировочное дерево. Ощущение нереальности творящейся магии меня тогда не отпускало целый день.

И вот сейчас, когда наконец настал день экзаменов, даже я волновался, и причина на то была весомой: Какого наставника я получу? От этого будет зависеть всё. Если это будет какой-либо слабенький джонин, или вообще чунин, то вопрос моего выживания в будущей войне станет особо остро, ведь таких будут кидать в самое мясо, да и вряд ли он сможет научить чему-либо сильному. Даже если так и будет, я в любом случае найду способ не помереть в первом же бою, ведь не для того я пахал как проклятый три года подряд, чтобы помереть так глупо.

— Волнуетесь? — спрашивает у нас Наоми, сидящая со мной и Итори за одной партой.

— Да с чего бы это? Смешно, я и волноваться, ха! — нервно ответил блондин.

— Мы знаем весь материал на превосходно, а практику запросто сдадим. Просто делаем своё дело, и переживать будет не о чем, — успокаиваю их, настраивая на нужный лад, — да и если вы не сдадите, я лично принесу цветы вам на могилку, не переживайте.

— Пф-ф, ха-ха, умеешь ты подбодрить, это уж точно. — негромко хохотнул Яманака.

Когда же зашёл Кито, который и курирует наш экзамен, всё и началось. Раздав нам тесты и дав ровно час на решение, он лишь уселся за стул, почитывая книгу, пока остальные дети уже начали писать.

Я также не задерживаясь, приступил к решению. Как и рассчитывал, пройти это не будет никаких сложностей. Четыре часа, за которые мы написали тест и сдавали оставшиеся нормативы, прошли как секунда. Уже под вечер сказали, что все прошли, и будет необходимо прийти завтра сюда же, для распределения по командам.

Вернувшись к себе домой, от предвкушения принялся практиковаться в технике Клонирования и Перевоплощения, пытаясь убить время. Слишком многое зависит от завтрашнего дня, так что сон не шёл первые несколько часов так точно, потом же, я наконец уснул.

Уже в академии все мы сидели за партами, в ожидании распределения по командам генинов. Не видя смысла накручивать самого себя, ибо от меня тут уже ничего не зависит, я лишь расслабился, наблюдая за всем происходящим, при этом мыслями находясь где-то не здесь.

С большинством из моих одноклассников я даже никогда не увижусь больше. Часть из них умрёт на будущей войне, другая часть будет ходить в генинах всю жизнь, и лишь некоторые пойдут дальше. Но в итоге все умрут, неважно от старости ли, или же насильственной смертью, но смерть есть ничто иное как начало чего-то нового, убедился на себе. Вот только я не хочу умирать. Если мои перерождения продолжаться, то из раза в раз жить новую жизнь, заводить новых друзей и знакомых, привязываться к ним, а после терять, будет невыносимо. Я сойду с ума со стопроцентной вероятностью. Между жизнью в этом проклятом войной мире, или же смертью и забвением, а может и перерождением, я выберу первое.

А для этого мне нужно стать бессмертным, всего лишь, ха! Конечно, мне бы вырасти до более сознательного возраста, стать куда лучше себя нынешнего, и когда я сам себе смогу обеспечить нужную мне зону комфорта, можно будет и задуматься над избавлением уязвимости перед временем. У Орочимару ведь получилось, как и у Какузу. Вот только их способы у меня вызывают лишь отвращение. Ладно, планы по становлению сильнейшим можно и потом обдумать, ведь Кито наконец зашёл в класс, пора бы и сосредоточиться на предстоящей лотерее.

— Итак, перед тем, как начнём, я скажу несколько слов. Я уверен, что все вы станете замечательными ниндзя, ведь я лично вас учил, а потому делайте всё по мере своих сил, и достигнете огромных вершин. А теперь продолжим. Я буду называть имена по трое, и ваших будущих наставников, которые после распределения зайдут за вами.

И он начал перечислять неинтересных для меня детей, отправляя их к таким же неизвестным мне чунинам и джонинам. Надеюсь, я не стану одним из них. Нервы натянулись до предела, я был в ожидании своего имени.

— Учиха Обито, Нохара Рин и Хатаке Какаши, наставник Минато Намикадзе, отряд номер семь. Следующие: Учиха Наоми, Яманака Итори и Кимура Юто, наставник Кушина Узумаки, отряд номер четыре, следующие...

Дальше я уже не слушал, натуральным образом зависнув. Мысли пролетали с бешенной скоростью. Почему она? Этого же не было в каноне, так какого чёрта? Мне повезло? Какого чёрта произошло? Я сплю? Очевидно нет, значит это реально, и моим будущим наставником станет лучшая по моему мнению девушка всей известной мне манги, которая также является джинчурики Кьюби-но-Йоко, девятихвостого лиса. Мой шок был слишком силён, и на ближайшее время я буквально выпал в астрал, находясь где-то не здесь. От открывавшихся мне перспектив перехватывало дух, но уж для полного убеждения я обязан увидеть её вживую, удостоверившись, что мне не померещилось и послышалось.

Уже позже за всеми стали по очереди заходить будущие сенсеи. Вот так я и впервые увидел будущего Четвёртого Хокаге, Минато Намикадзе собственной персоной. Растрёпанные блондинистые волосы с ярко-голубыми глазами делали его достаточно видным в плане внешности человеком. Вот и Обито с его командой удалились, и в зале остались только мы, да ещё шестеро ребят.

И вот к нам вошла красноволосая девушка, ещё совсем подросток с виду, но с полным решимости взглядом, который остановился прямо на нашей тройке. Немного нахмурившись, она окликнула нас:

— Команда четыре, за мной. — и развернулась прямиком к выходу, отправившись быстрым шагом. Нам же пришлось быстро нагонять её, ибо ждать нас, по всей видимости, никто не собирался.

Уже у выхода из академии Кушина наконец остановилась, пока мы следовали за ней словно болванчики. Слегка улыбнувшись нам, она начала говорить:

— Сейчас мы отправимся в одно отличное место, где и окончательно познакомимся, а там уже и остальное решим, идите за мной.

Мы лишь молча кивнули. Не знаю, что было в голове у моих друзей, но вот я все ещё пребывал где угодно, но точно не здесь, хоть и старательно не показывал каких-либо проблем. Сама дорога лежала к верхним горам, в которых были выгравированы лица Каге. Местность там была огромна, и найти одну уютную поляну не будет сложно, скорее всего.

Действительно, поднявшись наверх, мы ещё минут десять шли вглубь леса, пока не расположились на просторной поляне, которая находилась в тени благодаря многочисленной листве вокруг. Тёплое солнце припекало, заставляя его мысленно проклинать.

Кушина же смотрела на нас троих сложным взглядом. М-да, и что думал Хокаге, когда назначал пятнадцатилетнюю девушку такой ответственностью? Она ведь ненамного старше нас, всего шесть лет. Конечно, не мне тут возникать со своими претензиями, ибо я буквально выиграл джек-пот, но всё же сочувствовать это мне не мешает. Чёрт, да я в свои пятнадцать был тем ещё безответственным идиотом, а тут Кушина, в том же возрасте уже должна воспитать из нас троих шиноби. В общем, моё автоматическое уважение она уж точно заслужила, да и моя симпатия ей как персонажу манги в прошлом, сказывается.

— Итак, даттебане... — собиралась с мыслями она, — Меня зовут Кушина Узумаки, и с этого момента я буду вашим сенсеем. Конечно, если вы не сдадите мой персональный тест, то отправитесь обратно в академию на ещё один год, но это так, мелочи, а пока познакомимся. Расскажите о себе, что посчитаете нужным.

— Мелочи?! — возмущённо переспросил Итори, явно не горя желанием уйти обратно, но сразу же продолжая говорить. — Меня зовут Итори Яманака, и я стану лучшим ниндзя своего клана, и сдам этот экзамен!

— Я Наоми Учиха, приятно познакомиться.

— Юто Кимура, тоже приятно.

— А что за тест? — поинтересовалась Наоми.

— О, всё просто! Вам просто нужно будет отобрать у меня вот этот свиток, — достав из рюкзака необходимую вещь, она помахала им перед нами, повесив свиток себе на пояс, — если за два часа не сможете это сделать, отправитесь обратно, ах да, и нападайте с намерением прикончить меня, иначе я лично обеспечу вам месячный отдых в больнице, даттебане.

— Когда начинаем?

— Хм-м, пожалуй... Сейчас! — с этими словами Кушина кинула в Итори взятую откуда-то деревяшку, от которой тот на рефлексах уклонился, а сама отпрыгнула на соседнее дерево.

— И что будем делать? — быстро спрашиваю у Наоми, делая её негласным лидером.

— Свяжи её боем насколько сможешь, Итори использует на ней Водяную Тюрьму, а я отправлю Огненный шар почти впритык, после придумаем что-нибудь, если не сработает. Начали!

Я сразу же пошёл на сближение, попытавшись навязать бой. Естественно, я понимал, что с нами просто играются, и при желании мы бы умерли, не успев даже понять причины, но лучше уж пусть так.

Позволив мне подойти к ней, Кушина попыталась пнуть меня, отправив в далёкий полёт, но отойдя в сторону, достаю сразу два куная из подготовленного заранее подсумка, начиная нападать. Я не мастер кинжального боя, и даже при желании не смог бы к ней прикоснуться, а потому действовал без каких-либо проблем.

Первые несколько ударов я промахиваюсь, а после начинается серия из сплошных ударов и не всегда успешных уклонений от пинков, после которых я был вынужден отправиться в ближайшее дерево кратковременным полётом.

Но дальше уже моё участие не требовалось, ибо необходимую роль я выполнил, хоть это было больно и неприятно, что меня злило. Итори, на моё удивление, смог захватить её в свою технику, а потому Наоми сразу же отправила Огненный шар огромных размеров, явно на пределе своих сила.

Всё прошло как мы и задумывали, но очевидно, что что-то пошло не так в общем видение ситуации. Ведь Кушина просто развеялась, оказавшись теневым клоном, а после началось форменное избиение, ибо что-то новое нам придумать она банально не давала, а совместная импровизация у нас была на не очень высоком уровне. В итоге, спустя всего каких-то двадцать минут, которые мы ещё пробовали брыкаться хоть как-то, всё закономерно закончилось тем, что мы лежали обессиленные на земле. Даже мысли текли вяло, чего уж говорить о возможности банально устроиться поудобнее.

Ладно, стоит признать, что результат был закономерен, и ожидать чего-то иного было глупо, но всё равно это жутко бесит, да и тело явно не радо недавним избиениям моей тушки.

После того, как все мы трое уже устроились под одним деревом, начался разбор наших ошибок:

— Это было плохо, даттебане. Конечно, изначальная задумка с пленением была неплоха, но вы даже не смогли распознать как теневого клона, так и обычную иллюзию на свитке, который оказался просто бруском дерева. А после же, вы даже не попытались построить новый план, начав действовать каждый самостоятельно. Я разочарована.

— Мы не станем шиноби, так получается? — тихо спросил Итори, явно подавленный от таких слов, которые оказались чистой правдой. Ох, чувствую сейчас будут эмоциональные качели.

— Разве я вам это говорила? — удивлённо спрашивает Кушина. — Кто ещё, кроме меня, сможет сделать из вас, оболтусов, настоящих ниндзя? Да и не отдам я вас никому больше, ведь тогда я сама себя перестану уважать. Вот увидите, вы станете отличными шиноби, это я вам гарантирую!

И началось... Один несносный идиот в лице Итори сразу же начал клятвенно заверять в полной готовности учиться, как он благодарен Кушине-сенсею за полезный демонстративный урок, и ещё много чего, но после подзатыльника от Наоми был вынужден умолкнуть, ведь та уже была готова метать молнии глазами, настолько её взбесило постоянное перебивание со стороны блондина, ведь она также пыталась сказать что-то, но уже дальше Кушина взяла слово:

— Завтра мы с вами встретимся на этом же месте, ровно в семь утра. Проведём первую тренировку, я оценю все ваши навыки и намечу дальнейший план для обучения, заодно пообщаемся. Всё поняли?

Три синхронных кивка были ей ответом, после чего она нас отпустила, попрощавшись и уйдя Шуншином, техникой перемещения.

— И что дальше будем делать? — первым подал голос Яманака, вставая с земли.

— Как что? Пойдём заниматься каждый своим делом, а завтра уже встретимся тут. Но перед этим, что думаете о нашем сенсее?

— Ну, она молодая, нам с ней повезло, я бы сказал, легче будет найти общий язык, так что уж точно лучше не злить её. А так, Кушина-сенсей довольно известная личность, на самом деле, — и на два непонимающих взгляда, продолжаю дальше, — её ведь в деревне называют Кровавой Хабанеро. Однажды слышал про красноволосую куноичи, но не предавал внимания, а теперь вот оно как. Ну и она одна из Узумаки, а они, как известно, мастера печатей.

Уже у себя дома вечером, я сидел на подоконнике, попивая вкусный кофе со сладостями, и размышлял о перспективах и минусах такого ученичества. Из плюсов, так это то, что нас, скорее всего, не будут отправлять в самое мясо на войне, ибо Кушина является эдакой тактической и мобильной ядерной бомбой из-за запечатанного в ней хвостатого. Она действительно обучит нас на совесть, научив постоять за себя в любой ситуации, а также печати Узумаки. Не думаю, что самые сокровенные знания она нам передаст, но то, что разбираться в них нас будут учить, так это гарантированно. Ещё мне просто нравится находиться рядом с такой яркой личностью, это тоже плюс, ведь с ней никогда не будет скучно, да и по возрасту она почти, как и я, если считать две жизни, то всего примерно четыре года разницы, не так уж и много.

Ну и защита от всяких чертей в виде нападок какого-либо клана, если такое случится, как и от политике в некотором роде. Не думаю, что кто-то захочет ухудшить свои отношения с джинчурики, поссорившись со мной в будущем.

Минусы? Опять политика, только теперь высокого уровня, навроде Хокаге и Данзо, как и даже международная. Из-за желания подгадить ближнему своему, какая-либо вражеская деревня захочет устранить нас, нанеся душевный урон Кушине, а там и до потери контроля не далеко. Ещё угроза попасть под её ярость, если такая произойдёт, но это не слишком существенно, ибо наверняка убежать я всегда успею.

Что же я думаю о так называемом каноне истории? Мне на него плевать, случится он или нет, хотя общие факты знать наперёд важно. Как только я оказался в этом теле, с самого начала было понятно, что как раньше уже не будет. Своя рубашка ближе к телу, так вроде говорилось? Неважно. Что ещё? М-м-м, да в принципе и всё. Ведь мне сейчас только и остаётся, что расти, становиться сильнее для дальнейшего комфортного существования, и наслаждаться жизнью ближайшие три года, пока не начнётся война. Ибо не знаю, что произойдёт в будущем, допускаю и такое, что все мои жизненные ориентиры сменятся на сто восемьдесят градусов, или вообще умру на очередном задании, чего не хотелось бы.

А сейчас, в относительно спокойное время, буду получать максимум от своего второго детства, ведь когда ещё выдастся такая возможность?

***

Кушина была озадачена, иначе и не скажешь. Когда Хокаге вызвал её к себе, где в разговоре в приказном порядке назначил капитаном команды маленьких генинов, только выпустившихся из академии, она была зла. И лишь ещё час жарких переговоров, в ходе которых Хирузен смог убедить Узумаки в том, что так она станет настоящей частью деревни, да и познавать значение слова ответственность ей тоже нужно более плотно, она наконец согласилась.

Первое впечатление от троицы её будущих подопечных было никаким. Учиха, Яманака и сирота из приюта, она их даже не знала толком, а потому решила провести небольшую проверку. Всё равно отказаться она от них не сможет, да и знаю саму себя, уже скоро и не захочет, ведь обрушить надежды детей своим эгоизмом для неё было непозволительно, да и сами дети, как оказалось, были забавными, и что главное, не полными бездарностями. Тем более, Минато тоже стал сенсеем, и она уж точно не будет хуже него!

После импровизированного боя, в ходе которого она точно убедилась в том, что из них выйдет толк, Кушина назначила на завтра первую тренировку, в ходе которой и произойдёт настоящее знакомство, а не обычное представление с названием имён. Там уже можно будет и узнать друг друга получше, да и заинтересовать их будет делом несложным, уж харизмы ей не занимать.

А пока, озадачившись будущим планом, она стойко отгоняла желание посоветоваться с Минато, почти полностью сосредоточившись на создании новых печатей, которые позволяли ей думать о своём, ведь руки делали работу почти автоматически.

И не будь она Узумаки, если не сделает из своих подопечных отличных ниндзя, даттебане!

Наруто. ОМП. Часть 4.

— В основном чакра каждого человека имеет предрасположенность к одному из пяти природных преобразований. Предрасположенность порой может быть генетической или по крайней мере общей для конкретной семьи — большинство членов клана Учиха, например, имеют предрасположенность к природе Огня.

Свою предрасположенность можно определить, используя кусочки бумаги, изготовленные из специального вида дерева, который выращивается и питается с помощью чакры: когда бумага подвергается воздействию даже малейшего намёка на одну из природ чакры, она реагирует в соответствии со скрытой природой чакры: Огонь: бумага воспламеняется и превращается в пепел. Ветер: бумага рвётся надвое. Молния: бумага сомнётся. Земля: бумага сгниёт и рассыпется. Вода: бумага станет сырой или влажной. — Кушина перевела дыхание, явно устав так долго говорить. Ощущение, будто пересказывает какую-то методичку, честное слово.

— Шиноби будет легче научиться создавать и контролировать те природы чакры, к которым он предрасположен несмотря на то, что даже так может понадобиться некоторое количество лет для полного освоения. Шиноби не ограничены природой, к которой они имеют предрасположенность, поскольку, на самом деле, большинство джонинов владеют двумя природами. Несмотря на то, что технически освоить все пять природ возможно, это встречается очень редко по причине ограниченности задействованного времени на тренировки.

— Это то, что вам нужно будет запомнить, а теперь, давайте узнаем вашу природную стихию наконец. Подойдите ближе, я раздам вам бумагу, после чего подайте в неё чакру для проверки.

Мы молча забрали необходимое, после чего я направил чакру к этому листу, и вот бумага намокла. Вода значит, вот как. У Наоми ожидаемо оказалась Стихия Огня, а вот у Итори земля.

С утра, когда мы пришли в назначенное время, Кушина начала инструктировать нас о предстоящих делах, и это было как раз одним из них. Ощущения никакие, ибо голова ещё упорно хочет поспать на пару часов побольше, но увы.

Конечно, я ждал начала настоящих тренировок, ибо развитие наше всё, но видимо, в своих ожиданиях ушёл куда-то не туда. Было сложно, больно и муторно. Когда Кушина предложила, то есть поставила перед фактом, что мы каждое занятие будем проводить спарринг, после чего нас будут учить правильно драться, то я был рад. И вот, уже после избиения, ведь иначе я это не назову, всё тело было одной аморфной губкой. Ну, зато увидел мастер класс по тайдзюцу, это да.

— Сенсей, а когда мы начнём выполнять миссии? — спросил Итори, тоже, как и я, лёжа на земле от усталости.

— Когда вы сможете хоть немного научиться постоять за себя. Месяца два, может, вы будете только тренироваться под моим началом, а после начнём ходить на D - ранг. — беззаботно ответила ему Узумаки, сидя рядом с нами.

— Это долго. — недовольно пробурчал блондин.

— Когда будешь за гроши картошку копать, или же огород полоть, это будет ещё дольше, знаешь ли.

— Юто, не смеши, какой огород?! — он озадаченно повернулся ко мне, уже более пристально глядя. — Ты ведь шутишь?

— Ты когда-нибудь слышал от меня хоть одну шутку, Итори? — проникновенно смотрю ему в глаза, давая осознать весь ужас предстоящих миссий. Да, я тоже не горю желанием пахать на огороде, но кто же меня спрашивать будет?

— И то верно, ты ведь вообще не знаком с таким словом, как юмор, действительно.

— Вообще-то, это не мешает мне понимать твои шутки о девочке-дьяволе Наоми, которая во сне мучает тебя практикой хождения по воде, делая при этом технику Огненного Шара для твоей мотивации.

— Итори, я сейчас слишком устала, но потом обязательно напомни мне врезать тебе, договорились? — флегматично спрашивает Наоми, которая тоже была выжата досуха прошедшей тренировкой.

— Ты самый злой человек из всех, кого я знаю, Юто! Вот так взять и бессовестно сдать меня ей! — вяло откликнулся Яманака. Кажется, мы устали даже слишком уж сильно, что он даже не начал возмущаться во весь голос.

— Не я такой, жизнь такая, привыкай. Ведь если бы Наоми это услышала в момент, когда ты это сказал, ударила бы посильнее, чем сейчас, когда справедливость восторжествовала. Наоми, не бей его слишком сильно, ладно?

— Конечно, как скажешь.

— С тебя порция данго, Юто, или я придумаю такое, что ты будешь в шоке, и месть моя будет сладка, хе-хе-хе! — негромко посмеялся Итори.

— Договорились.

Примерно в таком же ключе проходили и остальные будни. Мы тренировались каждый день или два, после чего полностью обессиленные говорили кто о чём, даже Кушина иногда присоединялась. Ну и, конечно, не стоит забывать про походы в легендарный Ичираку Рамен, куда нас водила Узумаки. Там то мы и говорили вдоволь, и ели, и смеялись. В общем, было по-своему уютно.

И как бы я ни пытался постоянно напоминать себе о предстоящем хаосе, размеренные дни взяли своё, и я, естественно, стал вести себя немного более беззаботно. Над моими мыслями пропала та серая туча предзнаменования угрозы, я расслабился, наконец полностью начав проживать второе детство, с поправкой на ежедневную практику с Кушиной. Невозможно каждый день находиться в немного подавленном настроении, думая о неминуемом. Вот и я, считая, что всё это будет потом, и уж тогда я точно буду готовым, а пока можно и взять от своего возраста всё, что только можно, ибо когда ещё?

Некая мрачность и небольшая доля фатализма ушла из моих мыслей, сделав их более светлыми, что ли. Естественно, я ни в коем случае не забывал про саморазвитие, постоянно спрашивая у Кушины советы по тому, как правильно драться, в какой стойке стоять лучше, пытался узнать про техники, но вот тут уже меня ждал небольшой провал. Как тогда сказала Узумаки:

— Вы трое ещё не готовы для полноценного изучения дзюцу, и не пытайтесь спорить, даттебане! С начала я сделаю вам хоть какие-то основы тайдзюцу, а уже после и можно будет приступить к более серьёзным вещам. И не пытайтесь сделать всё самим и в тайне, иначе это плохо кончится, я предупредила, так что будьте умными.

Так что, моё желание изучить Теневых клонов, которые ускорили бы моё обучение в несколько раз, откладывается на некоторый срок, как бы печально это ни было. Если Кушина сказала, переспорить её будет абсолютно бесполезным занятием, это тоже было проверено через Итори, который пытался вытянуть из неё технику Земли, но сам в итоге налетел на стену, только уже словесную.

Почему же я не зову её сенсей у себя в голове? Ну, скорее всего из-за того, что я считаю её банально младше себя. Да, я знаю, что это очень глупое суждение. Я, выросший в миролюбивом двадцать первом веке землянин, и она, ребёнок войны, джинчурики демона. Конечно, это не мешает мне уважать её, и прислушиваться к советам, но вот место непререкаемого авторитета у меня навряд ли вообще сможет занять хоть кто-то. Вот такие выверты сознания, хех.

В изучении тайдзюцу прогресс шёл семимильными шагами, не иначе. Если изначально я не знал, что тут и как в принципе работает, кроме базовых захватов, то теперь всё это открылось для меня с новой стороны. Какой парень не хотел бы стать крутым мастером ближнего боя? То-то же.

Тщательно выверенные и неожиданные захваты, болевые приёмы из любой позиции, невероятные удары, которые блокировать будет себе дороже, полноценные многоуровневые комбинации, в общем, эта тема захватила меня с головой.

Попросив однажды продемонстрировать мне то, как дерётся Кушина, я, кажется, влюбился в этот образ всемогущей фурии ещё больше. Да, я фанател по ней ещё при прочтении в манге, а тут же, в полноценной жизни, где я могу узнать её как настоящую личность, она стала моим примером для подражания номер один, кроме характера, разве что.

Мы были с ней полностью противоположными личностями. Я, нелюдимый и почти всегда, немного уставший и хмурый, не умеющий нормально шутить, и она, всегда на позитиве, весёлая и интересная персона, которая почти никогда не унывает и идёт вперёд с уверенностью в завтрашнем дне. Я честно восхищаюсь ей как человеком, и не вижу смысла скрывать это перед самим собой. Зная, что мне никогда не стать таким же, я сделал её своим идеалом, который я буду защищать ценой многого.

Смелое, конечно, заявление, но вот когда я стану полноценным шиноби, представляющим серьёзную угрозу противнику, то ничто не помешает мне оберегать безопасность той, кого я буду уважать всегда, как и ценить её. Мне претит то, что в известной мне истории она умерла, и не допустить этого, тоже будет одной из моих целей. Главное, чтобы она жила и могла наслаждаться жизнью, даже если ради этого придётся натворить много грязных дел. Эгоистично? О, ещё как, но мне плевать.

Узумаки Кушина заняла в моём сердце отдельное место. Это вовсе не любовь, которую описывали многие писатели в моём мире, нет. Это чистое, ничем не замутненное восхищение перед силой воли человека, который пережил столько ударов от жизни, который даже в конце умирал с улыбкой на лице. Опять же, осознавая, что мне не стать таким же, это не мешает мне беречь хотя бы ту, у кого получилось это.

Не знаю, как пойдёт моя жизнь после войны, если я её переживу, но надеюсь, что я все ещё останусь собой, и буду жить дальше, также, как и Кушина глядя в будущее с уверенностью в лучшей жизни. Насколько я знаю, надежда умирает последней, вот и проверю это, пройдя все испытания, которые подкинет мне жизнь.

***

Прошло уже два с половиной месяца наших почти ежедневных, не считая отдых, занятий с Узумаки. По её словам, необходимые основы мы получили, и дальше нас ждут миссии самого низкого уровня, а также изучение ниндзюцу. К походу в администрацию выдачи заданий Итори был настроен с огромным энтузиазмом, даже несмотря на то, что тот уже знает о предстоящем ужасе всех любителей чистоты, хех. Это я и про себя тоже, ведь я крайне не люблю ходить с грязным телом и жить в неубранном доме, но это уже лирика.

— Итори, твоё возбуждённое состояние непонятно, объяснишь в чём причина? — интересуюсь у него, ибо даже Наоми в приподнятом настроении. И чего хорошего в огородах? Странные они.

— Как ты не понимаешь?! Это же наша первая миссия как шиноби!

— И что в этом такого? Ну, в смысле, это круто, конечно, но вот твоего энтузиазма от предстоящей прополки огородов и ещё чего неизведанного, я не понимаю, опять-таки.

— Нет, ну... Кушина-сенсей, объясните вы этому оторванному от жизни все прелести первой миссии! — нагло спихнул мои расспросы на Узумаки этот гад, явно мстит за то, что я его сегодня случайно облил водой, когда пытался наполнить себе стакан с помощью чистого контроля чакры. Ох, не избежать мне лекции...

— И ничего я не оторванный... — пробурчал я себе под нос.

— Юто, смотри, тут всё дело в ожиданиях. Дальше я затрону возможно неприятную вам с Наоми тему, так что если не хотите, то просто скажите. — немного обеспокоенно сказала Кушина.

— Да ладно, чего уж, самому немного интересно.

— И мне тоже.

— Большинство детей, кто с детства поступил в академию, родители, или же соклановцы, в случае с Наоми, заваливают ожиданиями хороших оценок, или же мотивируют рассказами о прелестях жизни шиноби. И вот они учатся, нафантазировав себе невесть что, идут на первую миссию с огромным предвкушением и радостью от начала взрослой жизни, а их отправляют на уборку фермы или тот же огород, и за взрослых в основном их почти никто не считает, в плане принятия жизненно важных решений. Как-то так. — Кушина виновато развела руки в сторону, внимательно наблюдая за нашей реакцией.

От такого откровения мне было ни тепло, ни холодно. Естественно, если бы я действительно был девятилетним ребёнком, то мог бы и сделать какую-то хрень, хотя навряд ли, но всё же приятного было мало. А так плевать, и теперь, по крайней мере, я действительно понял радостное настроение Итори. Ну, остаётся только порадоваться за него, чего уж тут.

— Хм, вот как, теперь действительно понял, спасибо.

А Наоми теперь шла задумчивая, явно находясь где-то далеко отсюда. Оставшийся путь до администрации мы прошли молча, да и не был он таким долгим, всего пять минут оставалось.

В самом здании не было ничего примечательного. Обычная обитель бюрократии. Специальные отделения, где обычные гражданские, или ещё кто, без понятия, выдают миссии вплоть до B - ранга, ибо выше уже это делает лично Хокаге. Сам процесс проходит буднично: к выдающему подходит вся команда во главе с сенсеем, тот показывает своё удостоверение шиноби, называет необходимый ранг и предпочтения, и уже основываясь на них ему выдают свиток с описанием задания, в котором заказчик поставит подпись после выполнения. Если же похожего нет, то там уже идёт небольшое обсуждение, а после выдача другого типа миссии того же ранга. И вот, с уже готовой подписью весь отряд приходит сюда же, показывает свиток, после чего им выдают гонорар. Не буду вдаваться ещё больше, ибо сам пока что не понимаю, да и этого объяснения вполне достаточно.

И вот так мы и пошли на... прополку огорода, да. Смысла описывать процесс унылой работы не вижу, разве что один эпизод стоит выделить, и это речь Кушины, которая в первый раз решила нам помочь и показать пример для дальнейшего:

— Вы ниндзя или кто? Вот и делайте всё как ниндзя! — и использовала неизвестную мне водную технику, после которой все грядки были политы. — Вы ведь знаете базовые дзюцу некоторых стихий, так за дело!

После, когда мы уже выполнили миссию, мы получили свой заслуженный небольшой заработок, половина которого ушла в карман к Кушине, да.

И так мы стали по три или четыре раза в неделю выполнять низкоранговые задания, но всё же больше времени уходило на практику в ниндзюцу, которая всё-таки началась. Не знаю как, но для Итори с Наоми Кушина раздобыла свитки с техниками их стихий, ибо сама она владела Водой и Ветром. Все дзюцу были от D до C рангов, и лишь одно по каждой стихии было B ранга. Сказав нам, что всё это мы должны будем с её помощью освоить на приличном уровне за три, она взялась за нас с ещё большим рвением.

А всего тут на каждого было по четыре техники. Меня же, из-за одинаковых у нас Стихий, она стала учить лично, на своём опыте, но при этом по возможности помогая и ребятам. С её объяснениями дело пошло побыстрее, но все ещё требовало времени на освоение. Сами техники для меня были более или менее просты: Водяные клон, тюрьма, стена и дракон.

Первое, очевидно, создаёт моего двойника из воды, вторая техника заключала цель в полноценную шарообразную тюрьму, состоящую из воды, в которой ты просто захлёбываешься, ибо из-за усиленного давления не можешь выбраться, Стена же, как очевидно по названию, защищала от прямой направленной атаки толстым слоем воды. И последняя, сильнейшая и сложнейшая из списка техника — Водяной Дракон. Сорок четыре печати, необходимые для активации дзюцу, вместе с большим водоёмом рядом, но взамен огромная по своей мощи физическая атака. Естественно, количество печатей, как рассказывала Узумаки, можно будет сократить, но для начала и это бы освоить неплохо.

И уже через неделю после начала таких вот занятий, я решил спросить её о дзюцу Теневого Клонирования.

— Кушина-сенсей, вы можете научить меня технике Теневого Клона, пожалуйста? — я решил не ходить вокруг да около, сразу перейдя к теме. — Я вспомнил, что это дзюцу позволяет получать память своего клона, и подумал тут, в общем, а если с помощью них тренироваться, то это же можно увеличить скорость своего прогресса в несколько раз!

Она посмотрела на меня нечитаемым взглядом, после чего спросила:

— Юто, а откуда ты узнал об этом свойстве, и как пришёл к такому выводу?

М-да, я всё-таки идиот. Не подумать о таком, ну естественно! В следующий раз, если он наступит, придётся быть внимательнее, а пока можно и придумать ответ.

— Когда я изучал Водяной Снаряд, ещё в академии, Кито, наш учитель, рассказывал мне о Теневом Клонировании, и упомянул о таком свойстве, как передача памяти, а что?

Главное, чтобы она не шла проверять это, иначе получится очень неловко.

— Хм, ладно... Но это техника A - ранга, и сложность её куда выше того, что ты сейчас умеешь. Уверен? — весело поинтересовалась Кушина, задорно и с явным восторгом, перемешанным с предвушением, смотря прямо на меня. И чего это с ней?

— Это ускорит в несколько раз мою скорость развития, так что не вижу смысла в сомнениях.

— Хорошо, тогда я сейчас тебе покажу и объясню всё на собственном примере, как и все опасности от её применения. Слушай: Техника позволяет пользователю создавать одну или несколько собственных копий. Чакра пользователя распределяется равномерно между каждым клоном: при создании одного, он получает половину чакры оригинала, при создании двух, каждый получает по трети, и так далее.

В зависимости от запасов чакры пользователя и количества созданных клонов, такая быстрая растрата запасов чакры может быть опасной. По этой причине, обычно только шиноби уровня джонина могут благополучно исполнять обычную версию Техники Теневого Клонирования. После создания, клоны способны выполнять различные задачи. Их можно использовать в целях отвлечения, отвлекая ими противника или же скрываясь среди них, из-за невозможности отличить оригинал. Если создать достаточно клонов, они могут перебороть противника своим подавляющим числом, захватывая его или же нападая одновременно со всех сторон.

Их также можно использовать для простой помощи оригиналу, когда он использует манёвры, которые не может исполнить в одиночку, или же чтобы отправить их на необходимые задания, когда сам пользователь занят. В случае последнего, если клоны столкнутся с неожиданными препятствиями, они будут вести себя так же, как оригинал в этой ситуации. Клоны способны выполнять техники, в том числе и саму Технику Теневого Клонирования для создания новых.

Как правило, клоны рассеиваются после достаточно сильного удара. Когда необходимая задача была выполнена, клоны также могут рассеивать себя самостоятельно или рассеиваться пользователем техники. При рассеивании, опыт клона и оставшаяся чакра передаются обратно пользователю. Это делает технику идеальной для шпионажа, так как пользователь может просто послать клона, чтобы шпионить за целью, затем клон рассеивается сам, не возвращаясь, чтобы передать информацию пользователю. В качестве альтернативы, клоны могут разведывать область и рассеивать себя, когда обнаружили то, что искали, чтобы дать пользователю знать о местоположении цели.

Честно сказать, после такой лекции я минут пять только сидел на месте, усваивая сказанное. Такой огромный пласт информации. А когда Кушина начала показывать и объяснять то, как создать клона, то я был готов написать целую книгу по этой технике, столько информации она на меня вывалила.

Естественно, ни с первого, ни с десятого раза у меня ничего не получилось, но в течение месяца ежедневных практик я надеюсь закончить.

Так и прошла неделя, за которую я был полностью потерян для почти всего мира, с головой уйдя в попытки успешного завершения техник. Я бы и дальше только и делал, что ел, спал, делал низкоранговые задания на автоматизме, да отрабатывал все дзюцу, но видимо, не судьба.

Во время очередного похода в раменную, Кушина решила порадовать нас сюрпризом:

— Со следующей недели вы иногда будете тренироваться вместе с седьмой командой, и возражения не принимаются, даттебане! Вам нужно больше общения со сверстниками, а то вы кроме тренировок, такое чувство, вообще в жизни ничего не знаете.

— Это ведь в этой команде Обито вместе с Рин, да? — спросила Наоми, которая явно хочет пообщаться с подругой.

— О, вы их знаете?

— Мы вроде как дружили в академии, так что, конечно, знаем, иначе и быть не может с одноклассниками.

— Хе-хе, а я и забыла, ну ничего, так даже лучше, ттебане!.

Что же, на саму встречу мне немного всё равно, а вот познакомится с будущим Копирующим Ниндзя, Какаши Хатаке, будет интересно, по крайней мере для меня, не знаю как для него, хех. Да и на будущего Хокаге тоже посмотреть будет полезно, в общем-то.

Наруто. ОМП. Часть 5.

Встреча с седьмой командой прошла буднично, и даже как-то скучно, наверное. Конечно, да, я увидел Минато, но... ни действия его техники Бога Грома, ни чего-либо интересного, просто не было. Обычная тренировка с ребятами, да и на Хатаке хоть посмотрел, но и то ничего интересного не привнесло.

Обычный замкнутый в себе ребёнок, разве что талантливый, это да, ведь схватывал всё на лету. Ну а Минато с Кушиной ворковали в стороне, иногда помогая нам. В общем, без этой встречи было бы лучше. Так смогли бы обсудить то, что нас интересует, а в итоге только и оставалось, что смотреть как Обито пытался что-то там доказать Хатаке. Сплошное разочарование, а не встреча, ибо та троица была вся себе на уме, даже Наоми не смогла нормально поговорить с подругой, ведь та пыталась утихомирить своих сокомандников. Слишком уж эта троица... дети, да. Всё та же безответственность, из-за которой им двоим почти плевать на тренировки, лишь бы находиться рядом с таким гением как Какаши.

Жутко раздражает, я даже немного посочувствовал Минато, ибо чтобы такое терпеть нужно быть поистине ангелом. Попробуй кто у нас такое сделать, так Узумаки быстро вбила бы в наши головы ещё больше послушания, хех. И это мы так изменились всего-то за два месяца, что показывает наглядную разницу.

В общем, надеюсь, что таких совместных сборов больше не будет, ведь тогда проблем явно прибавится. Конечно, я мог бы и попросить Минато использовать свою технику телепортации, но это было бы уже некультурно в обществе. Все эти традиции и прочая муть слишком сложные и полностью бесполезные, чтобы тратить на них время и запоминать все эти нюансы.

Так и шло время. Мы ещё два раза сходили к седьмой команде, но после нашей совместной просьбы так не делать, ибо даже Итори с Наоми там банально скучно, Кушина всё-таки согласилась, хоть и осталась немного грустной.

Девятнадцатого августа же мне исполнилось десять лет, празднование которых взяла на себя Кушина, которая решила закатить что-то вроде небольшого пира на четверых, пообещав проводить такое на каждый день рождения нашей троицы. Провели время тогда просто замечательно, а моя небольшая коллекция книг пополнилась ещё несколькими экземплярами, что было приятно.

Мы выполняли миссии, практиковались в ниндзюцу, отпраздновали десятого сентября ещё один день рождения, только теперь у Наоми, и вот уже и подошло к концу время, выданное нам Кушиной на изучение техник.

У всех нас это вполне получилось, ведь за такое время такое сделать было вполне выполнимо, если не лениться, а таковых среди нас не было. Четыре дзюцу стихии Воды пополнили мой арсенал, как и Теневое клонирование, изученное мною на неделю позже.

Каждый день я практиковался в этой технике, и прогресс не стоял на месте. Конечно, получалась она ещё месяц назад, но настолько плохо, что и говорить об этом я считаю зазорным. Теперь же, сейчас передо мною стоит две моих копии, мой максимум на данный момент. Если попытаюсь создать больше, то просто упаду с истощением, что не есть хорошо.

Радости от успеха не было, ибо усталость после очередного занятия брала своё. Испытывая лишь усталое удовлетворение, я решился проверить, действительно ли эта техника работает так, как в известном мне варианте.

Отдав приказ отойти на двести метров и разведать территорию в обе стороны, клоны ушли, а я же через три минуты получил небольшую головную боль и знание о том, что рядом никого нет.

Ну, за такое преимущество небольшая, но постоянная мигрень, как я считаю, будет небольшой платой. Конечно, на более серьёзных заданиях использовать их будет нельзя, ведь даже обычная боль в голове сможет угробить меня, но вот в повседневной жизни и в особенности во время тренировок, почему нет? Надеюсь, что моё количество чакры увеличится с возрастом, ведь уже сейчас я хоть и немного, но отстаю от своих товарищей. А значит, нужно брать контролем, благо что клоны и его практиковать способны.

Теперь у меня была постоянная головная боль, но тройная эффективность развития управления над чакрой того стоили. Казалось, жизнь вошла в свою колею, идя однообразными днями. Я бы с радостью и дальше так жил, но очевидно, что это не могло длиться вечно.

Уже к концу октября Кушина решила, что пришло время пойти на первую миссию C — ранга. Казалось бы, так даже лучше, но вот моё нежелание убивать показало себя вновь. Очевидно, что если не на первой, то уже потом на миссии такого ранга мы прольём первую кровь, это опять же, факт. И хоть я более или менее освоился в этом мире, но нежелание принимать дикость правил выживания как шиноби, всё же не отпускало меня. Да, глупо, я знаю, но ничего не могу с собой поделать.

Я ценю свою жизнь, и точно знаю, что если меня прижмёт на грани гибели, то буду делать всё, дабы спасти себя, даже убивать, если потребуется. Неважно, готов ли я буду к этому, всем плевать, как и моему инстинкту самосохранения. Но вера в то, что мне не придётся этого делать, не собиралась так просто отпускать. Чёртова неопределённость, Мордред её подери.

Я бы мог и дальше развивать перед самим собой эту тему, но понимая, что от моих душевных метаний ничего не изменится, и в итоге я могу подвергнуть себя риску из-за них, силой убирал эти мысли из своей головы, думая лишь об одном. Если это случится, то я сделаю то, что нужно, и плевать на все сомнения. Хочешь стать частью этого мира, так будь добр, прими его правила, иначе никак. Не хватало мне тут ещё мыльную драму из сомнений устраивать, чёрт его дери.

Смысл бояться неизбежного, если лучше принять его с гордо поднятой головой, ну или по крайней мере без сомнений.

Сама суть задания заключалась в банальнейшем сопровождении торговца в Танзаку, один из самых крупных городов страны, а также центр торговли, и выход будет через три дня, как нам сказала Кушина. В общем, буду решать все проблемы по мере их поступления.

Собравшись в нужный день у ворот, где нас уже ждал заказчик со своей телегой, мы через десяток минут выдвинулись в путь. Первый выход за стены был интересен, это уж точно. Сам путь к городу не должен занять и двух дней обычного пути, так что я мог себе позволить вертеть по сторонам головой, разглядывая всё, что увижу. Наверняка уже скоро эти виды станут для меня сплошным маревом, на которое мне будет плевать, но сейчас же я наслаждался видами огромного леса со всех сторон, который начинался почти сразу же после выхода.

Огромнейшие деревья, от двадцати метров в высоту, поистине внушали некий священный трепет моей части из двадцать первого века. И каждое из них было покрыто густой листвой, в основном красного цвета, ведь осень уже вступила в свои права. Получается эдакий кровавый лес, при этом невероятно завораживающий. И конечно, вместе с такой красотой, запахи свежести и небольшая прохлада делали это время года моим любимым из всех четырёх.

Но всё же ожидание какой-то гадости, в виде клишированных бандитов, не отпускало меня, хоть и не мешало рассматривать всё. Но, как бы я не ждал подлянки, всё прошло просто замечательно.

Лишь раз мы встали на привал, где пришлось по очереди дежурить, и уже со следующего утра отправились дальше, дойдя к Танзаку за восемь часов. Распрощавшись с неизвестным мне торговцем и получив заветную подпись, у нас было два выбора того, что делать дальше.

Я же был в немом удивлении. По сравнению с Конохой, этот город был просто огромен, минимум раза в два больше. Толпы людей на улицах, каждый о чём-то разговаривающий, создавали приличный шум.

— Как вам идея остаться тут на день, посмотрев на город? — словно прочитала наши мысли Кушина. — Всё равно мы своим ходом вернёмся в Коноху за часов шесть примерно, не более, всегда успеем уйти обратно, а вы ведь наверняка здесь не были, даттебане!

Мы лишь энергично закивали, во все глаза рассматривая какое-то выступление на небольшой трибуне. Как животные, впервые вышедшие из клетки, ну честное слово!

— Тогда идите за мной, не потеряйтесь. — усмехнулась своей непонятной шутке Кушина, идя в одной ей известном направлении.

Десять минут пути через толпы горожан, и вот мы пришли к небольшому зданию, судя по надписи, являющейся чем-то вроде отеля.

Уже сняв номера, на каждого отдельный, мы отправились исследовать город, под рассказ Узумаки о каждом районе, где мы проходили. И откуда она столько знает? Но одно я знаю точно: за сегодня я повстречал больше лиц, чем за всю прошедшую в этом теле жизнь.

Покупали разные сладости, смотрели на достопримечательности в виде огромного замка в японской стилистике, находящегося на окраине города. Также посмотрели на игровой квартал, где жизнь всегда идёт быстро и шумно. Впервые попробовал известные ещё по прошлой жизни карамельные яблоки, которые оказались поистине кулинарным шедевром. И да, я сегодня узнал о своей огромной любви к яблокам.

Хорошо, что у меня были с собой деньги. Попросил Кушину помочь с продовольственным свитком, в котором еда не портится вообще, искренне поблагодарил её, и отправился покупать двадцать килограмм обычных яблок. И даже денег не жалко, хех. Слишком уж у этих спелых и красных яблок великолепный вкус. Теперь при случае всегда буду жевать сей чудесный деликатес, будто жвачку. Забавная любовь к яблокам, конечно, и приятно неожиданная, это уж точно. Такое ощущение, что мне голову снесло, пока я не куплю себе про запас побольше. Но да ладно, могу же я себя побаловать иногда, так ведь?

К ночи мы втроём вдоволь нагулялись, получив впечатлений на месяц вперёд, как и позитивных эмоций от исследования нового. Ведь мы все ещё остаёмся детьми, и я тоже, ведь тело напрямую влияет на разум. Конечно, это не мешает мне адекватно и логически мыслить, но вот иногда, как в случае с яблоками, это даёт о себе знать. Уснул я мёртвым сном сразу же, как коснулся головой подушки. Замечательно провели время, такое запомнится надолго всем нам.

Уже с утра, вдоволь выспавшись после такого морально утомительного отдыха, мы отправились обратно в Коноху, прямиком по деревьям. Хорошо, что Кушина научила нас такому способу передвижения почти сразу же. По пути ничего примечательного не было, и как я раньше уже говорил, ожидаемо, что все эти виды, хоть и с двадцатиметровой высоты, уже приелись, и таких же ощущений, как в первый раз, больше не вызывали. Да, все ещё красиво, но не более.

Семь часов однотонных прыжков, и мы наконец вернулись в цивилизацию, то есть Коноху, да.

Получив заслуженную плату за выполненное задание, мы разошлись кто куда. Лично я ушёл к себе домой, желая смыть всю грязь за время пути, при этом поедая яблоко. Попутно создал двух Теневых Клонов, которые отправились на нашу тренировочную площадку, где они будут пытаться уменьшить время, необходимое на создание Водяного Дракона, то есть уменьшать количество создаваемых ручных печатей до минимума.

***

На C — ранг мы ходили раз в недели две, остальное время посвящая тренировкам. Наконец настал момент, когда Кушина решила начать учить нас созданию печатей. На первом таком занятии она устроила нам небольшую вводную на тему того, что это вообще такое:

— Фуиндзюцу, это особый тип техник, который запечатывает объекты, живые существа, чакру, наряду с широким спектром других вещей в пределах другого объекта. Фуиндзюцу также используется для ограничения движения или распечатывания объекта как внутри чего-то, так и внутри кого-то. Отличительной чертой запечатывающих техник является появление выстроенной в определённом порядке технической формулы, кандзи, а также других видов символов.

— Как вы уже наверняка поняли, основная моя специализация, это как раз-таки фуин. И прежде, чем начать самому создавать печати, вы должны научиться каллиграфии.

И начался Ад, иначе это я назвать никак не могу. Идеально выверенные рисунки и линии, геометрические фигуры и рукописи... Мне захотелось убить кого-нибудь. Ещё в прошлой жизни у меня с черчением было плохо, а тут это совершенно новый уровень. Но сцепив зубы, я молча повторял и повторял, пока результат не станет приемлемым. В общем, было очень и очень сложно.

Казалось бы, жизнь стабилизировалась, но как я уже ранее говорил, ничего не может идти так хорошо, особенно в этом мире. Так и тут, на очередной миссии С — ранга случилось то, чего я ожидал ещё с первого выхода из деревни, вот только было это совсем не так, как я себе представлял.

Всё начиналось обыденно. Очередной безымянный торговец и сопровождение в Танзаку, как раз к фестивалю в честь нового года. Дорога не заняла бы и двух дней, как и раньше, так что мы уже привычно шли по натоптанному пути.

Мы с Наоми обсуждали эффективность огненных против водных техник, Итори сочинял анекдоты, которые нам никогда не рассказывает, а Кушина шла рядом с торговцем. Конечно, периодически мы осматривали местность, а Кушина даже отправляла Теневых Клонов на разведку, но, видимо, это не помешало нападающим.

Это произошло внезапно, как и любое нападение прямиком из тщательно продуманной засады, не оставив нам, генинам, и шанса среагировать. Во время очередного спора с любительницей ударить чем-нибудь помощнее, перед глазами внезапно всё стало плыть, резко закружилась голова, и вот я уже падаю на землю без сознания, даже не поняв, что произошло. Последняя мысль была о яблоках, что было забавно, самую малость, и особенно в такой момент.

***

Кушина растерялась лишь на долю секунды, когда в неё внезапно полетели несколько Огненных Шаров, усиленных техниками Ветра, но сразу же ушла с линии поражения. Быстрый взгляд на подопечных, и животный гнев начал подниматься из глубин её печати. Тот гнев, которому она так тщательно старалась не поддаваться, и вот теперь, смотря на трёх валяющихся на земле без сознания генинов, которые стали для неё уже не просто обычными детьми, она отчетливо поняла, что не хочет сейчас сдерживать всю ту мощь, которую в себе содержит. Лишь немного приподнять занавес, но и этого должно хватить. И она это сделала.

Оранжевая, токсичная чакра Кьюби начала покрывать все её тело, пока она одним быстрым рывком откинула своих генинов, попутно накрыв их особым барьером. Хоть ей и говорили всегда держать себя под контролем, не позволяя Лису хоть немного почуять свободу, говорили с самого детства, когда его только запечатали, но сейчас она была в ярости. От знания того, что дорогие ей люди пострадали, и при том по вине её неосторожности, она покажет врагам, почему не стоит злить её.

Если бы она сопротивлялась, то чакра Кьюби не смогла бы так быстро покрыть тело Кушины, но тот лишь способствовал её гневу, распаляя всё больше и больше.

Сопровождающие её четверо АНБУ, особое элитное подразделение, верное лично Хокаге, которые должны были обеспечить безопасность команды четыре из-за стратегической важности Кушины, также вступили в бой с теми, кто смог так искусно спрятаться из их виду.

Шестеро шиноби без протекторов, явно элита своего дела. Бой сразу же завязался не на жизнь, а на смерть. Торговец погиб при первой атаке, а потому беспокоиться о лишних жертвах не было нужды.

Сблизиться с одним врагом, отогнать второго, пробить горло техникой Ветра впритык к противнику, а после добить отошедшего цепями Конго Фуса, материализованных прямиком из собственной чакры. АНБУ уничтожают ещё двоих, и вот преимущество в одного шиноби уже на стороне Кушины.

Злость полностью затопила её сознание, и даже банальнейшие техники она перестала использовать, да и не смогла бы, полностью уйдя в ближний бой. Уклониться от Режущего Потока Ветра, с молниеносной скоростью оказаться за спиной врага, и переломить ему шею ударом ноги, при этом издав дикий рык, полный злобы. Осталось трое. Как оказалось, с подсчётом она в итоге ошиблась, хоть и не слишком.

***

В сознание я пришёл внезапно. Несколько секунд мне потребовалось на осознание ситуации. На нас напали, мы трое в отключке, значит цель Кушина. По ушам ударил сильнейший грохот, который бывает только от столкновений двух техник, заставив окончательно прийти в себя, начав судорожно осматриваться вокруг.

Наоми и Итори, валяющиеся рядом, неизвестный барьер фиолетового цвета, в котором мы находимся, и звуки интенсивного боя в примерно двух сотнях метров. Принявшись расталкивать сокомандников, пытаясь вытащить их из этого навеянного состояния сна, у меня ничего не получилось. Спали как убитые. Тогда почему я так быстро очнулся? Ладно, не это сейчас важно. Не думаю, что мне стремя голову нужно вмешиваться в бой, где меня сметут и не заметят, так что я принялся быстро проверять снаряжение, подготавливая кунаи с взрывными печатями для быстрого доступа.

Шум боя не стихал ни на секунду, как и небольшое землетрясение, доходившее даже сюда. Что же там за монстры сражаются, раз чувствую чакру оттуда даже я, обычный генин, не знакомый с сенсорикой? Попытался привести товарищей в чувство с помощью воды, боли, пощёчин, но всё было тщетно, их будто по рубильнику выключили. Очевидно, что это было гендзюцу, но как его снять, если обычные методы не работают? Ладно, сейчас мы более или менее в безопасности, так что, если не получается, не буду продолжать попытки, есть дела и поважнее.

Создаю одного Теневого Клона, который пойдёт к месту схватки на разведку, ибо знать ситуацию жизненно необходимо, пока сам съел чакро-восстанавливающие пилюли. Отличная вещь, если нужно быстро восстановиться в бою или же перед ним, вот только откат через несколько часов будет очень неприятный. Ничего критичного, никакого повреждения чакро-каналов и прочего, просто перегрузка, а оттого и сильная боль, которая, по идее, должна будет пройти через несколько дней. Хорошо, что решил потратиться на такие вещи, необходимые в подсумке на все случаи жизни, как и мини-аптечка.

Пока я ударными темпами регенерировал чакру до полного состояния, клон оказался уже у цели, осматриваясь. Через несколько минут он развеялся, а я заработал слабенькую головную боль и необходимую мне информацию.

Полтора десятка трупов, очень потрёпанная Кушина и ещё три неизвестных, скорее всего врага. Мозг работал на полную, адреналин в крови присутствовал, и на такую мелочь, как оторванные части тел, я обратил мало внимания, стойко проигнорировав. Конечно, уже потом, я тщательно всё вспомню, и мне явно поплохеет от видов, скорее всего, опять же, но это будет потом, а здесь и сейчас расклад такой, что Узумаки загнали в угол, она наверняка ранена, хоть и не серьёзно, и есть трое шиноби, явно элитные джонины, если совладали с джинчурики.

Мой единственный шанс выжить — отвлечь на себя внимание, дав Кушине окно для одного, мощного удара. Убежать мне гордость не позволит, как и знание того, что меня запросто догонят. Главное, это выжить, когда по мне ударят после того, как уйдут от моего Водяного Дракона. А то, что уйдут, так тут даже сомневаться не надо. Надеюсь, у той троицы нет навыков в сенсорике, и почувствовать меня вовремя они не смогут, особенно когда я до последнего буду скрывать свой источник чакры. Дело это, конечно, немного неприятное, но нужное. Опять-таки спасибо сенсею, что научила нас этому.

Всё-таки после такой наглядной демонстрации называть её в мыслях, избегая слова наставница, будет явно глупо. Хотя это и так был тот ещё идиотизм, но мне простительно. — пронеслась в голове мимолётная мысль.

Отправившись к месту их битвы, я создал ещё одного клона, который мне точно пригодится, отправив его обходить их со спины, при этом проинструктировав. Три минуты максимально скрытного передвижения, и вот я затаился на ближайшем дереве, тщательно спрятавшись в листве, не издав при этом ни звука. Для начала оценю ситуацию наглядно, и заодно дам клону больше времени, пока они не начали действовать, видимо решив поговорить с поверженным, как они считают, врагом. Никогда не понимал эту традицию у шиноби, но мне же лучше, так что прощаю их тупость.

— Знаешь, Узумаки, это было чертовски сложно, — усмехнулся один из троицы, — так хоть развлечёмся с тобой напоследок, когда схватим. Десятерых человек положить, это, знаешь ли, неприятно, хоть они и были отвлекающим манёвром. Предлагаю тебе сдаться по-хорошему, и даю слово, твоих детишек не тронем.

Она закусила губу, явно пребывая в тяжёлых раздумьях, но я уже начал действовать. Главное, чтобы она не растерялась после атаки.

Руки делали своё дело, складывая специальные печати одна за другой, и на пятнадцатой активация техники прошла успешно, вытянув из меня почти всю чакру, оставив самый мизер, которого хватит только на одну Замену. Всё-таки водоёма рядом нет, и пришлось делать это так.

Большой Водяной Дракон с шумом, который теперь был словно гром среди ясного неба, отправился прямиком в троих, а я заорал, что есть силы:

— Давай!

Сразу был вынужден уйти на соседнее дерево, ибо это было буквально перерезано напополам неизвестной мне техникой Ветра. Враги рассредоточились, но после ещё одного Дракона были вынуждены уйти в одну сторону, явно самую малость растерявшись, ибо успели бы заблокировать своей техникой, но мне же лучше. Заметив мою фигуру на дереве, ибо клон благополучно развеялся, в меня полетело сразу два дзюцу, каждое стихии Ветра, ведь одного я всё-таки прикончил, не иначе как чудом. Понимая, что не успею уйти в сторону, ведь слишком уж они быстры, решаю подставить под удар левую часть тела, попытавшись минимизировать урон.

Секунда, и адская всепоглощающая боль захватывает всё тело, в глазах сразу же потемнело, и лишь перед блаженной темнотой успеваю заметить какую-то золотую цепь, как и подумать о том, что у меня была Замена, про которую я благополучно забыл, растерявшись перед атакой, хоть и знал, что она последует. Вот я и впервые убил человека. Всё, больше мозг отказался бодрствовать, и я наконец отключился.

Наруто. ОМП. Часть 6.

Моё пробуждение было болезненным, иначе это назвать я и не могу. Белый потолок, явно больница. Вздох облегчения от осознания того, что я всё-таки живой, и даже в Конохе, позволил не задумываться ещё о чем-либо сложном. Мысли текли вяло, каждое движение было очень болезненным.

Интересно, как там Кушина? А хотя, наверняка относительно скоро узнаю. Ватные мысли полностью лишили меня желания делать хоть что нибудь, но и уснуть уже не получалось. Так я и лежал несколько часов к ряду, умирая от скуки, не задумываясь о последствиях удара двух техник в моё тело, ведь врач после очередного осмотра и сам скажет. Но вот то, что дело было явно плохо, это уж точно, ведь тупая боль в левой руке и боку подтверждают это.

Сама комната больницы была полнейшей безвкусицей, как по мне. Одно огромное окно, кровать возле него, вместе с небольшим комодом, занавеска для всего этого, шкаф напротив, и остаточное свободное пространство, заканчивающее дверью. И всё это белое, я будто в палате для душевнобольных оказался, честное слово.

Спустя ещё час, дверь наконец открылась, явив мне неизвестную медсестру, которая при виде очнувшегося меня куда-то выбежала, скорее всего за лечащим врачом. Ладно, подожду подольше, спешить то некуда.

После же, когда опять неизвестный для меня старик пришёл, начались кучи вопросов и осмотров моего тела. Ещё полчаса, и он наконец решил объясниться:

— Когда ты к нам поступил, левая часть твоего тела была почти полностью перемолота в труху, все ещё удивляюсь, как ты выжил. Конечно, мы сделали всё возможное, и продолжить работу шиноби ты тоже сможешь, но для полного восстановления тебе понадобится ещё месяц, чтобы мы окончательно залечили все раны. Знаешь ли, тебе пришлось почти все кости руки и рёбра склеивать, будто паззл. Но скажу сразу, все шрамы останутся, их свести не получится.

Такой вот неутешительный приз, хех. Хоть выжил, и на том спасибо.

Уже после, примерно через часа три, ближе к закату, в мою палату ввалились Наоми и Итори, а с ними и Кушина. Не хочу описывать всё, что тогда происходило, ибо в основном было волнение за мою тушку и принесённые для меня же книги. А после же, когда ребята ушли, оставив со мной только Узумаки, меня ждал приятный, хоть и малость болезненный сюрприз. Она меня обняла, при этом чуть сильнее сдавив тело, отчего я чуть воздух из лёгких не выпустил. Но всё же было... очень приятно, и даже тепло на душе, что ли.

— Спасибо тебе. Я не забуду этого. Поправляйся, потом ещё поговорим, а сейчас тебе нужен покой.

Я лишь молча кивнул, ибо просто устал после всех разговоров с Итори, хоть мне и было немного приятно его беспокойство, как и молчаливая поддержка от брюнетки. Сейчас меня занимали совсем другие мысли, совсем не связанные с лечением.

Оставшись в палате один, я пытался понять, что же чувствую от первого убийства, которое совершил в этом мире. Я ведь видел, что мой Водяной Дракон точно упокоил одного из той троицы. Я думал, буду волноваться, переживать, корить себя или ещё что... но мне было плевать, лишь мрачная удовлетворённость присутствовала, как бы говоря: “Ты просто защищал свой шанс на спасение, сделал то, что должен был. Правильно сделал, или ты, или тебя, другого не дано. И иначе быть не могло”.

Верно, я прав, по-другому нельзя. Конечно, наверняка если я лишу жизни врага собственными руками, вскрыв ему горло, допустим, то ощущения наверняка будут совсем другие. А так, он сам виноват, что умер от моей дальней атаки, неудачник.

Уверен, что в предстоящей войне от моих рук погибнет как минимум десяток шиноби, так что какие-либо самоанализы и прочая чушь, тут уже не нужна. Если, убив сколь угодно человек, я смогу жить дальше, я это сделаю. Всё ради собственного выживания.

Мою смертельную скуку разбавляло только чтение, в процессе которого я был оторван от всего мира, погружаясь в придуманные миры и их приключения. Иногда приходили ребята, и мы с ними подолгу обсуждали произошедшее с ними сегодня то или иное событие. В основном они сетовали на слишком сложные тренировки у Кушины, ибо та теперь гоняла их ещё жестче.

Она также заходила проведать бедного меня, хех, после чего начиналось длительное обсуждение техник, фуиндзюцу и прочих связанных с профессией шиноби вещей. И меня самую малость удивляло, что Узумаки даже не пыталась как-либо уклоняться от достаточно широких ответов, которые затрагивали все аспекты моего вопроса, в том числе и скрытые, если таковые были. Я же пользовался этим по полной, узнавая столько теории и полезных советов по работе со стихией Воды, как и не только по ней, что в жизни бы не понял таких нюансов, пробивая себе путь на собственной практике и ошибках. Это было очень познавательно, и я был действительно безмерно благодарен ей за такой поступок.

А медицина же в этом мире творит настоящие чудеса, в этом я убедился на себе. После того, как я через, всего лишь, две недели смог уже ходить, вместо обещанного месяца, я был готов обнять весь мир, ибо так лежать уже достало. Врачи лишь удивились, но после очередного обследования обрадовали меню известием о немного повышенной регенерации тела, обычной особенности, которая иногда бывает у некоторых шиноби.

Ну, и ещё я решил после того, как меня выпустят из этой белой клетки, записаться на курсы Ирьёнина, повысив своё образование в этой области. Естественно, я понимаю, что толковым врачом мне вообще не стать, но вот если подлатать не слишком серьёзные раны после боя, так почему бы и нет? Всяко уж точно лишним не будет, в этом я уверен.

Уже на третью неделю меня полностью выписали, при этом доведя тело если не до прошлого отлично рабочего состояния, то примерно к его уровню, а остальное сделает время. Шрамы на всю руку и левую часть груди останутся, но я специально не рассматривал их более детально, отложив такое не очень приятное дело на потом, когда доберусь до дома.

Закупив по пути несколько пакетов с продуктами, как и пополнив свой стратегический запас яблок, я наконец оказался дома. Сразу создав Теневого Клона, отправляю его на генеральную уборку, ибо самому такое делать слишком лень. Разложив покупки в холодильник, направляюсь прямиком в ванную комнату. Сняв с себя верхнюю одежду, смотрю на своё отражение. М-да, десять с половиной лет, а уже такие шрамы. Главное не стать как Данзо, который ходит с тростью, или же известный мне по серии книг персонаж Аластор Грюм, который вообще калека, при этом все ещё в состоянии воевать. Вот ведь умора будет, если и я так закончу, хех.

А вообще, это даже немного брутально выглядит, особенно когда подрасту. Хоть сейчас они и не слишком видны, но пройдёт больше времени, и будет нормально. От начала левого запястья, и прямиком до плеча, а оттуда покрывая ещё и левую часть груди, многочисленные мелкие крестовидные рубцы, покрывающие друг друга плотным слоем, создают довольно-таки внушающую картину, это точно. И как мне только сердце не пробили? Ладно, плевать. Завязав отросшие на голове волосы в небольшой пучок на затылке, иду на кухню, где сделаю себе что-нибудь съедобное, ведь после еды думается всегда лучше.

***

На окончательное восстановление мне понадобилось ещё две недели, после чего я мог заниматься физическими нагрузками, как и раньше, что не могло не радовать мою умирающую от безделья душу. Если раньше я был невероятно ленив, то после постоянного труда на протяжении нескольких лет, у меня уже вошло в привычку заниматься тренировками, и прерывание этого дела мне неприятно.

Сразу же отправился на очередной сбор команды, после чего рутина пошла своим чередом, уже в который раз. Только что учила нас теперь Кушина ещё яростнее, если так можно выразиться. Меня она сразу же запрягла на изучение того, что ребята уже прошли, а также немного сверх программы. Очередная постоянная мигрень от двух клонов мне обеспечена, это наверняка.

Сперва было начато изучение Шуншина, то есть дзюцу Телесного Мерцания. Используя эту технику, ниндзя может двигаться быстро на большие расстояния на почти непрослеживаемой скорости. Для наблюдаемого кажется, как будто пользователь телепортировался. Это достигается за счет использования чакры, которая временно облегчает тело и двигается на огромной скорости. Количество требуемой чакры зависит от общего расстояния и высоты между пользователем и пунктом назначению.

Невероятно полезная вещь, которая полезна как в бою, так и в бытовой жизни, особенно ленивому мне, который все ещё почти никогда не хочет идти за покупками, или же перемещаться к месту какой-либо встречи как минимум полчаса.

Сам процесс выполнения был не слишком уж сложен, так что за несколько дней можно было вполне справиться.

— Вы знаете слишком мало техник, а это плохо. Они должны у вас быть на почти все ситуации жизни, доведённые до автоматизма. Конечно, большую часть времени мы будем изучать именно ниндзюцу, но и в тайдзюцу я сделаю вас теми, кто сможет на равных стоять против джонина. Конечно, это дело не быстрое, но года два или три, и вполне получиться, я думаю. Так что давайте, хватит прохлаждаться там под деревом, ещё сорок кругов бега, развиваем выносливость, даттебане! — в очередной раз Кушина отправила нас загоняться до седьмого пота. Хоть её прогнозы утешают, иначе всё вообще было бы просто отвратительно. Хорошо, что она даёт нам отдых, ведь в другом случае мы бы уже не раз оказывались в больнице с истощением.

Хоть сейчас она и лютует так, что хочется просто уснуть и не вставать больше в этой бренной жизни, но понимание того, что это ради нашего же будущего, работает безотказно. И осознают это Итори с Наоми, которые хоть и бухтят от усталости, но всё сказанное беспрекословно делают. Эх, не дети, а чудо! Как же я доволен, что умственное взросление тут происходит раньше, чем в моём прошлом мире, иначе сейчас бы тут был детский сад, не иначе.

Также Кушина показала мне ещё две техники Воды, которые нужно будет выполнять идеально в любой ситуации. Это я, если что, её процитировал. Разрывная Волна Воды и Водяные Колья. Если со второй всё понятно из названия, где можно создавать Колья из любой поверхности воды, то вот первое дзюцу поинтереснее будет.

Техника, во время применения которой пользователь концентрирует чакру у себя в желудке, а затем выпускает ее изо рта в виде водяного потока под крайне высоким давлением. И давление тут действительно мощное. После наглядной демонстрации от сенсея, когда в её исполнении техника прошла сквозь десяток деревьев как нож в масло, мне пришлось подбирать упавшую челюсть с пола, таково было моё удивление.

И опять-таки, наставления о том, как именно и что нужно сделать, но ни слова о том, как это вообще работает. Всё больше и больше склоняюсь к тому, что все шиноби вообще не люди, а полностью другая раса, лишь внешне похожая на них. Ибо как желудок, в котором и накапливается вся вода для дзюцу, просто не разрывается, я не представляю. Но ладно, работает и то хлеб.

Поставив временные рамки в очередные два месяца, она ушла помогать ребятам, которым опять неизвестно откуда достала свитки с описание техник их стихий. А я же был в очередной раз полностью поглощен процессом практики в таких мощных вещах, вместе с тремя клонами. Да, за такое постоянное применение этой техники, да и общий рост организма, я смог беспрепятственно создавать троих клонов, без вреда для себя. Головная боль тоже стала чуть поменьше, что не могло не радовать. Видимо, адаптация под постоянное использование этого дзюцу происходит, на непонятном для меня уровне.

Пока клоны работали, я медитировал, восстанавливая потраченную энергию, дабы создать сразу же новую партию. Вообще, мне кажется самую малость аномальным то, что я могу удерживать накапливаемый психологический стресс от поступления новых знаний клонов куда лучше, чем остальные, из-за чего и могу так тренироваться. Наоми, которая тоже выучила эту технику, после развеивания одного клона уже еле стояла на ногах, что казалось мне странным. Кушина теряет ориентацию после пяти штук, и это она-то, одна из лучших, как я считаю, джонинов!

Нет, мне, конечно, очень даже нравится моя ненормальность в этом плане, ведь я получаю от неё только плюсы, но всё же самую малость напрягает такое отличие. Я ведь, как в итоге выяснилось, могу создать троих копий по три раза подряд, если успею восстановить чакру до их развеивания, после чего тоже буду чувствовать себя, мягко говоря, далеко от идеала. Если так и дальше будет улучшаться владение этой техникой, то я вообще буду на седьмом небе от счастья.

Ожидаемо, что за первый день ничего не получилось выучить, хоть я и создал в общей сложности девять копий, каждая из которых по часу практиковалась. Девять часов за три для меня выглядит так, будто я получил чит-код от жизни, попросту взломав её, хех. Ну ничего, у меня есть ещё шестьдесят дней на практику. После такой тренировки мне нужно отлежаться часа три, а в идеале поспать, так что пока можно и посчитать немного, полезно для развития. Девять часов за день, после чего на следующий я нормально себя чувствую и опять начинаю повторять это же, то есть: пятьсот сорок девять часов тренировок, когда на самом деле я потратил на это всего сто восемьдесят три. Выгодно? Да ещё как!

Время пошло своим чередом. Я просыпался, делал утренние процедуры, ел, после три часа клонированных тренировок, дневной сон, чтение книги, и одиночная практика без клонов для закрепления результата. И так из раза в раз, разве что иногда всей дружной командой ходили в Ичираку Рамен, отдыхая от однообразия.

Именно в таких скучных, казалось бы, деньках, ты и становишься ближе с друзьями. Простое, ничем не обременённое общение и смех, обсуждения различных интересных тем, увлекательные лекции от Кушины, которая рассказывает так, будто у неё за плечами десять лет в педагогичном университете, что оторваться от слушания невозможно. Вот она, моя персональная идиллия, в которой хочется жить вечно, наслаждаясь каждым днём, наплевав на все проблемы мира, которые так и норовят вовлечь тебя в пучину войн и страданий.

Но увы, это не может длиться вечно, как бы я того не хотел. Рано или поздно мой островок спокойствия должен был потонуть перед огромной волной предстоящих проблем, которые собираются захватить меня с головой.

Так и случилось, в общем-то, но далеко не сразу, а скорее ближе к лету.

Всё это время я доводил выполнение двух изучаемых мною техник до уровня рефлексов, как и наставляла Кушина, изредка ходя на миссии. Меня не интересовали любые другие проблемы, ведь я был в своей зоне комфорта, которая была мною так любима. Слышал ещё в прошлой жизни одно выражение интересное: “Если ты не идёшь к горе, то гора сама направляется на тебя”. Вот тут, кажется, было точно также.

Солнечное майское утро, немного прохладное из-за вчерашнего дождя, и ранний сбор на нашем обыденном месте. Вот только вместо очередного плана дня, Кушина сказала нам то, чего мы явно вообще не ожидали:

— Итак, даттебане! — громко хлопнула в ладоши сенсей, отрывая нас троих от сонного созерцания деревьев. — У меня для вас отличные новости! Через два месяца начнётся экзамен на звание Чунина, и у вас, ребята, есть ещё две недели для заполнения заявок на участие!

Тут уже у меня сон смело окончательно, нехотя заставив мозги работать, а не находиться в пассивном режиме. Нужно бы поинтересоваться деталями:

— А кто ещё будет участвовать? Где он будет проходить? — оживлённо спрашиваю у Кушины.

— Хм-м, из других селений, скорее всего, Облако, Песок и Туман, тут точной информации нет. Проводить его будут у нас, в Конохе. Вообще, мы бы и без других деревень провели его, но старик решил наладить отношения между остальными, после недавно прошедшей войны, по крайней мере, так я слышала от знакомого.

— Старик? — недоумённо переспрашивает Итори, явно непоняв, кого она имела в виду, назвав так фамильярно.

— Третий Хокаге. — любезно пояснила нам сенсей, отчего блондин подавился уже заготовленными словами, издав непонятный звук.

— О, вот как... — всё-таки справился со своими эмоциями Яманака, велико-мудрено сказав лишь это.

Думаю, глупо было ожидать, что мы откажемся от участия там, где для нас виднеется шанс карьерного роста. Три подписи Узумаки получила сразу же, не прошло и пяти минут. Довольные мы ушли наконец тренироваться, а Кушина отправилась регистрировать заявки, сказав нам, что её не будет около часа или двух.

— Что думаете обо всём этом? — покрутив рукой в невиданном ранее жесте, Итори явно обозначил “вот это вот всё”.

— Мы сдадим, тут и думать не нужно, чтобы понимать это. — ответила ему Наоми, оторвавшись от своей невероятно сложной разминки по метанию кунаев под такими углами, что даже зависть берёт. И это она ещё не пробудила шаринган, так-то.

— Это понятно, тут ты права, но могут возникнуть сложности в процессе прохождения. Наверняка ведь генины из других селений будут всячески мешать, да и скорее всего на самом экзамене будут те, кто уже давно перерос это звание, что тоже не добавляет лёгкости. Ну и, возможно, они решат поквитаться с врагами своей деревни, убив тех, пока за ними не наблюдают, на каком-нибудь этапе экзамена, например. Да разные проблемы могут быть, в этом я не сомневаюсь. — подключаюсь к диалогу, лёжа под деревом в тени, пока мои клоны отрабатывали техники, пытаясь сократить количество необходимых для них печатей.

— Ну, тут ты прав, хоть если это и действительно так, то будет неприятно, как минимум. — выполнив довольно-таки сложную технику Земли, название которой я не припомню, подтвердил мои домыслы Итори.

— В любом случае, сдать его мы обязаны. Лично я не хочу ещё год проходить в генинах. — также согласилась единственная девочка в нашей команде.

— Поживём - увидим, смысла сейчас переживать не вижу, лучше уж подналечь на тренировки, чтобы втоптать всех в грязь наверняка. — философски пожимаю плечами, смотря на облачное небо. Скоро будет дождь, уже который раз за неделю.

В любом случае, через год или полтора будет новая война, так что сейчас остаётся сделать всё возможное, чтобы подготовиться. Я заранее начал подготовку различных свитков и прочих полезных вещей, так что и мысли чаще всего возвращались к этой теме, как сейчас, например. Ах да, чёрт, я забыл записаться на медицинские курсы, вот ведь... гадство. Ну, время пока ещё есть, так что нужно будет завтра пойти и сделать это.

Наруто. ОМП. Часть 7.

Два месяца пролетели в мгновение ока, иначе и не скажешь. Сразу же на следующий день я записался на курсы ирьёнина, как того и хотел. Саму запись сделать было легче лёгкого: пришёл, уведомил о желании научиться, сделал предоплату, получил кучу литературы, которую за три месяца должен выучить от корки до корки, и ушёл. Четыре десятка толстых книг это... много, очень много. И все они связаны с медициной, начиная от строения человека, заканчивая тем, какое лекарство за что отвечает со всеми возможными реакциями тела на него.

Жуть в общем, но жуть необходимая, так что я молча читал в любое свободное время, а такового было крайне мало в последние два месяца. Огромное количество тренировок с клонами и без, все возможные и не очень наставления от Кушины с тоннами действительно полезных советов, как поступать в той или иной ситуации, и много чего ещё.

Я успевал потратить лишь не больше четырёх часов на чтение за день, а потому приходилось запоминать, тренируя память. М-да, неудачное я, кажись, время для поступления на курсы выбрал. Но ладно, отступать уже поздно, так что прорвусь как-нибудь.

В таком забавное “Дне Сурка”, я и не заметил, как в Коноху пожаловали гости из других скрытых селений. Впрочем, по словам намного более социализированного Итори, я не многое теряю, ведь почти всё своё свободное время они сидели у себя в гостиницах.

Мне было плевать на них с высокой колокольни, лишь иногда думал о том, встречу ли я кого-нибудь знакомого мне персонажа в роли генина, но и на этом не зацикливался.

Сам день начала экзамена на чунина настал обыденно. Как нам рассказывала Кушина, которая через свои “супер-секретные источники” выяснила все испытания, то сейчас нас ждёт письменный тест, второй этап, это классический Лес Смерти, а третий те же дуэли. Однообразненько, что ещё могу сказать, ибо насколько помню, в нарисованной манге было точно также.

С утра пораньше мы всей командой, не считая сенсея, которая будет в следующие несколько дней для нас лишь моральной поддержкой, собрались во дворе академии, где уже стояла куча генинов из различных деревень, Конохи в том числе. Здесь будет проходить экзамен, который начнётся как раз через десять минут. Вот бы за это время тут все не поубивали друг друга, хех.

— Будем искать своих? — негромко спрашивает Наоми, настороженно осматриваясь.

— А смысл? Мы и так встретимся скоро, лучше вот что послушайте, — наклоняюсь к ним, понижая голос до шёпота, ибо мне не нужна заваленная команда на первом же экзамене, — я тут узнал, что первый этап будет проводить кто-то из клана Морино, так что готовьтесь к моральному давлению и прочей шелухе.

— Ты уверен? — сразу посеревшим лицом спрашивает Итори, который крайне недолюбливает этих любителей нагнетания жути.

— Да, слышал от сенсея, когда она на все лады поминала Третьего, после какого-то там разговора с ним.

— О, ну это уже классика. — ухмыльнулся блондин.

Да, почти каждый раз, когда Кушина разговаривает с Хокаге, всё это заканчивается тем, что она только во всеуслышание не готова заявить, как же он её бесит. Не знаю, из-за чего у неё такая неприязнь, да и знать сейчас не хочу, мне и так нормально живётся.

— Внимание, все участники экзамена, проходите в девятую аудиторию, там пройдёт первый этап экзамена! — выкрикнул неизвестный мне чунин из окна второго этажа, сразу же уходя обратно. Что же, экзамен начался.

Если часть идиотов отсеется на начальной гендзюцу ловушке, которую разве что идиот не заметил бы, то нам же лучше. Развеяв иллюзию изменённых нумераций этажей, мы спокойно зашли внутрь нужного кабинета. Напоминает обычный школьный класс, но с партами, будто в университете. Чудненько, только лицо хмурого члена клана Морино всё портит.

Когда все зашли, нам начали показывать наши места, где нам предстояло сидеть. Ожидаемо, что всех из одной команды рассадили подальше друг от друга, а после же начался сам тест, где было девять вопросов, на которые нужно подробно ответить. Не вижу смысла описывать прелюдию к началу, ибо тогда я сам себя разочарую, но стоит сказать, что сам бланк был более чем решаем. Не находя смысла в бесполезном для меня списывании, я принялся планомерно заполнять ответами все пустые графы.

Это дело не заняло и двадцати минут, а потому оставшееся время я просто сидел, наблюдая за откровенно жалкими потугами списать остального большинства. И почему этих идиотов не выгоняют сразу, если так очевидно, что они пытаются сделать?

Некоторые команды исключали за списывание, а уже после, когда время вышло, слово взял Морино, имя которого я даже не старался запомнить:

— Итак, сейчас я задам вам десятый тест, который и решит, сдадите вы экзамен, или нет. У вас есть выбор: бросить команду, и выполнить задание, или же провалить, но спасти друзей. Все, кто считает, что первый вариант для вас, прошу на выход из класса.

Честно, я даже удивлён, что по итогу Хатаке остался, а не ушёл. Ведь он, насколько я знаю, ярый приверженец правил, а оно вот как. Видимо, догадался о смысле вопроса. Но ладно, плевать на него.

Некоторые же по итогу вышли, и закономерно провалили тест, после чего Морино стал объяснять, что, как и почему, пока я почти что спал с открытыми глазами. Сидеть в почти полной тишине сорок минут оказалось выше моих сил в данный момент, хех.

В класс вошёл ещё один неизвестный мне шиноби, хоть и тоже из нашей деревни.

— Все прошедшие первый этап команды, идите за мной. Я экзаменатор второго этапа, Рио.

И он сразу же пошёл обратно на выход. Согласен, тоже не хочу терять время зря. Не знаю почему, но раздражение с самого начала утра так и накатывает на меня волнами, и я сейчас готов изливать литры словесного яда, если ко мне пристанут.

На мой взгляд, примерно человек сорок отправились вперёд. К Лесу Смерти нас вели отдалёнными от людных мест путями. Двадцать минут, за которые никто ничего не сделал, если не считать перешёптывания между членами команды, и мы пришли.

Довольно-таки большие зелёные ворота по всему периметру, ограждающие вход в лес с двадцатиметровыми деревьями, куда нормально не проникает солнечный свет из-за высокой плотности растительности.

— Итак, для начала все вы подпишите бланки на отказ от претензий вас и ваших селений в случае тяжелых травм или смерти. После же вас разобьют по входным воротам, и по сигналу, который будет через полчаса, вы начнёте второй этап. Ваша задача просто: добраться до центральной башни за пять дней с двумя свитками, воды и огня. На старте вы начинаете с одним свитком, который вам выдадут, так что, как вы уже могли понять, вам придётся сражаться между собой. Вопросы? Вопросов нет, отлично.

Подписав нужные бумаги, нас отправили на тринадцатые ворота, которые находятся рядом с этими, вручив свиток воды. Мы не разговаривали между собой, ибо всё уже было обговорено ранее, а роли распределены. Каждый пытался сосредоточиться как может. Наоми медитировала, Итори придумывал новые шутки, которые почти никогда не озвучивает, что явно помогает ему сконцентрироваться, а я просто ел вкуснейшие яблоки, которые автоматически поднимали моё настроение. Так и сидели, пока не настало время открытия ворот. Не было никаких громких заявлений о старте ни от кого-либо, мы лишь пошли внутрь леса, за победой.

— Идём прямо к башне, там устроим засаду на нужный нам свиток, если по пути встретим цель, отбираем свиток и уходим без засады. Смотрите в оба, и да, со своими предпочтительней не драться, хотя можем и начать, если прижмёт время. — проинструктировал ребят, запрыгивая на ветки дерева. Двигаться верхними путями будет быстрее, чем пешком. Все ещё иногда удивляюсь, как шиноби себе ноги не переломали такими методами.

Сам Лес был не слишком отличающимся от обычного, разве что плотностью растительности и более тёмным оттенков цветов. А вот живность тут на загляденье, иначе и не скажешь. Огромные комары, пауки, змеи, жуки в метр роста, куча ядовитой дряни и смертельно опасной дряни, которая выглядит как обычный миленький цветок... в метр высотой, да.

В общем, лучше написать от чего тут нельзя умереть, чем можно, хе-хе. Ведь иногда даже обычные с виду деревья могут проткнуть тебя живыми ветками, или же ещё какая гадость. Нужно следить за каждым своим шагом, если не хочешь остаться калекой на всю оставшуюся жизнь, ведь если попадёшься, то в будущем будешь завидовать мёртвым.

Читал в одной книге по этой теме, что есть цветок, который может тебе откусить приличную часть тела, и если ты выживешь, то в тело попадает яд, который начинает действовать лишь через две недели, и медикам его обнаружить очень тяжело. Эта отрава заставляет гнить тело изнутри, медленно и неотвратимо, при этом ты будешь жить ещё с неделю, и вылечить тебя не смогут, ведь отрава уже поглотила весь организм от и до. Семь дней адских болей, чтобы после твой мозг тоже сгнил, и ты отправился в бренный мир. И это я назвал ещё не самую опасную и отвратительную по воздействию вещь.

Уже заочно ненавижу того, кто решил, что отправлять сюда генинов будет ой как весело.

Мы двигались строго в центр леса, благополучно избегая неприятностей и не отвлекаясь на какие-либо другие вещи, кроме мониторинга обстановки. За день или полтора должны будем подойти к цели, так что спешить особо некуда. Не думаю, что большинство успеет за такое короткое время подраться, и дойти с двумя свитками, не отдохнув после боя. А если и успеют, то они будут уставшими, и взять их проблем не будет.

Иногда вдалеке слышались звуки боя, или же передвижения какой-нибудь огромной зверушки, и мы лишь ускоряли темп. Раз в несколько часов останавливались на пятиминутный привал, на нужды организма и еду, после чего продолжали путь.

К нашему счастью, до самого привала, когда уже почти полностью стемнело, ничего особенного не произошло. Останемся мы на одном месте до самого утра, ведь двигаться ночью по такой местности будет явным и изощрённым способом самоубийства, а потому место выбирали со всей тщательностью. По итогу остановились на верхушке одного из тысяч деревьев, которое переплеталось с ещё тремя, создавая что-то вроде природного шалаша. Никаких костров мы не разводили, лишь поставили вокруг сигнальные печати, при активации которых автоматически используются и барьеры, которые дадут нам время на реагирование при нападении, спасибо за это Кушине. Хоть мы и можем создать всё это сами, и оно точно также будет работать, но из рук сенсея явно понадёжней будет.

Дежуря по три часа каждый, мы дождались утра, и отправились дальше. Все были предельно собраны, и лишние разговоры как отрезало. Люблю этих ребят за знание своего дела, ведь если бы они были двумя беззаботными идиотами, как Обито и самую малость Рин, я бы лично вправил им мозги, лишь бы делали своё дело, а так никаких проблем, одна эффективность, чудеса в общем-то.

По пути к башне чуть не нарвались на бой двух команд из чужих селений, но заметив у обоих свитки воды, решили не вмешиваться. Пусть убивают друг друга, хоть кровожадных идиотов с промытыми пропагандой мозгами в этом мире станет меньше, и плевать что они ещё малолетки, этот мир не прощает.

Ещё два часа, и мы наконец на месте. Огромная высотка, высотой метров все тридцать, если не больше. И как только с таким технологическим прогрессом такую хрень построили?

— Отойдём метров на сто, устроим самые настоящие минные поля из взрывных печатей, каждый в своём секторе. У кого рванёт первым, к тому и направляемся, где забираем свиток. Вопросы? — спрашиваю, доставая из свитка хранения необходимое снаряжение.

— Что делать, если те, кто попадутся в ловушку, погибнут? — это уже Наоми, которая явно не хочет проливать лишней крови, да и сама ещё не погрязла в грязи убийства, хоть и отходила на достаточно много миссий.

— Всех, кто не из Конохи, я избавлю от страданий после попадания в ловушку, а нашим поможем, хоть и заберём свиток, если будет нужный. Мы избавляемся от конкурентов, Наоми. Как думаешь, нас бы пощадили, если бы мы проиграли? Естественно нет, так что просто будем действовать также, как они. Вы ведь оба видели, с каким упоением те шестеро резали друг друга, когда мы шли сюда. И так будет с нами, если проявим мягкость, так что взяли себя в руки, и делаем дело. Все моральные терзания уже после экзамена обсудим с сенсеем. — пресекаю возможную робость на корню, хоть и сам не горю желанием своими руками лишать кого-то жизни. Но уж лучше хладнокровное убийство с последующей истерикой сейчас, чем смерть от милосердия к врагу после.

Я уже принял правила игры в этом мире, и придерживаться их, значит прожить дольше остальных, такова реальность без розовых очков, которые все ещё не треснули у моих сокомандников.

Не думаю, что они сломаются от такого, хоть им всего по десять, но они волевые и сильные личности, понимающие, что такое необходимость. Лучше я сам из себя сделаю самую малость хладнокровную тварь, чем буду жалеть и помнить каждого убитого в будущем. Время для игр закончилось, настала пора ожесточаться, если не хочу погибнуть. Что же, вот и настала точка невозврата, после которой будет лишь кровь и смерть. Ведь наверняка уже через месяц после окончания экзамена, многие будут крайне недовольны смертями своих генинов, а там уже начнётся наплыв нукенинов, после стягивание войск к границе, и всё, очередная война.

Этот экзамен лишь предлог для начала боевых действий, к которым так жаждут вернуться ублюдки, занимающие место Каге. И плевать на все возможные жертвы, главное благо деревни. Бесит, чёрт его подери.

Планомерно расставляя такую сеть ловушек, от попытки прохождения которой и джонин поседеет, ведь всё это идеально скрыто от глаза, чему нас также научила Кушина, смотрел за округой. Когда цель войдёт в, казалось бы, с виду обычное место, он уже окажется в такой паутине смерти, что проще будет сдаться, чем пытаться сделать хоть что-то. На это, кстати, и основной расчёт.

Через полтора часа все мы закончили, оставаясь на своих местах. Идеальная засада, которая не сработает разве что против владельца Бьякугана и Шарингана. Мы заранее подготовились к длительному нахождению в засаде, так что проблем никаких не было, и нам только и оставалось, что выжидать.

Не были ни напряжения, как и предвкушения. Лишь холодный расчёт и логика. Мы перекрыли основные подходы к башне, так что через нас просто не смогут пройти незамеченными.

Серия взрывов прогремела внезапно, хоть и ожидаемо. Что же, в сети Наоми кто-то попался, а значит пора действовать, забрав нужный свиток себе. Как раз на случай, когда ловушка у кого-то из нас сработает первой, мы будем вынуждены прийти на место, пока принимающая сторона выигрывает время любыми методами. Путь не займёт больше пяти минут бегом, так что переживать пока не о чем.

Создав одного Теневого Клона, который будет играть роль приманки, отправляю его вперёд, пока сам начинаю обходить сектор с ловушками Наоми сзади, зайдя предположительным врагам в спину.

Дорога не заняла и трёх минут, так что я уже оказался на месте. Бегло осмотрев ситуацию, удовлетворённо киваю сам себе. Трое генинов из Ивагакуре, один из них смертельно ранен и валяется сейчас при смерти, пока оставшиеся двое отбиваются от вялых попыток Наоми задеть их метательным железом, попутно пытаясь помочь своему раненому товарищу, который покинет мир живых через минут пять максимум.

Вот одновременно появляется Итори с моим клоном, который уже наверняка уведомил его о своей нереальности, или как это ещё можно назвать, и теперь им осталось только отогнать оставшихся генинов ближе ко мне, откуда я успею сделать рывок, на который они банально не смогут отреагировать.

Вдох, выдох. Сосредоточить мысли только на цели, отринуть переживания и страхи от первого собственноручного убийства, когда руки запятнаются в крови. Есть только я и двое будущих трупов. Я их не знал, и знать не буду, так что плевать на их смерть, она меня не коснётся.

Методично загоняя их взрывными печатями в мою сторону, после десятого взрыва они перестали метать кунаи, ведь я достаточно близко к ним. Двое потерянных и откровенно напуганных генина, с уже мёртвым третьим товарищем на руках. М-да, зря они сюда пришли, явно не готовые к экзамену. Ладно, плевать, пора действовать.

Разгоняю своё тело, перегоняя по телу чакру с приличной скоростью, что уже получается автоматически, беру в правую руку кунай, совершаю рывок на пределе своей возможной скорости.

Они не успевают даже понять, как лезвие уже пропороло горло одному из них не останавливаясь, сразу же входя в висок второго. Секунда, и вот я уже убил двоих человек.

Все три тела генинов Ивы упали на землю, я же отошёл от них, дабы не запачкаться в крови. Не было переживаний, страха или отрицания. Была лишь пустота.

Вот он, настоящий мир шиноби. Добро пожаловать, с инициацией меня. Что же, пора забрать свитки и уходить, не хочу тут больше задерживаться.