Обмен душами: инструкция не прилагается

ГЛАВА 1. Падающая звезда

Ирина Мосина, генеральный директор компании «Мосина и партнеры», поправила идеально сидящий пиджак и бросила взгляд на часы — 19:43. Семейный ужин начался почти час назад. Снова опаздывает.

— Марина, перенесите встречу с инвесторами на завтра, — скомандовала она, собирая документы в дорогой кожаный портфель. — И напомните Сергееву, что я жду финансовый отчет к утру.

— Но Ирина Александровна, завтра у вас плотный график, — заметила секретарь, листая ежедневник.

— Значит, станет еще плотнее, — отрезала Ирина. — Я не могу снова пропустить ужин с дочерью.

Хотя, если честно, часть ее хотела бы остаться на работе. Там все было понятно и структурировано. В последнее время каждая встреча с двадцатилетней дочерью Алисой превращалась в поле боя.

Спустившись на парковку, Ирина села в свой черный BMW и набрала сообщение: «Буду через 15 минут. Прости за опоздание». Ответа, как обычно, не последовало.

Ресторан «Белладжио» встретил ее приглушенным светом и запахом итальянских специй. Сергей, ее муж вот уже 22 года, помахал ей с дальнего столика. Рядом с ним сидела Алиса, уткнувшись в телефон. Ее ярко-синие волосы резко контрастировали с консервативной атмосферой ресторана.

— Прости за опоздание, — Ирина поцеловала мужа в щеку и опустилась на стул напротив дочери. — Переговоры затянулись.

— Они всегда затягиваются, — пробормотала Алиса, не отрываясь от экрана.

— Алиса, мы договаривались — никаких телефонов за ужином, — Ирина постаралась, чтобы ее голос звучал мягко, но даже для ее собственных ушей фраза прозвучала как очередное распоряжение подчиненному.

— А мы договаривались, что ужин в семь, — парировала дочь, наконец поднимая глаза. — Но для некоторых договоренности, видимо, имеют разное значение.

— Давайте просто насладимся вечером, — вмешался Сергей с натянутой улыбкой. — Я уже заказал твое любимое ризотто, Ира.

Ирина благодарно улыбнулась мужу. Когда-то их отношения были полны страсти и взаимопонимания, но годы работы без выходных и вечных компромиссов ради карьеры превратили брак в удобное сосуществование двух занятых людей.

— Как дела в колледже? — спросила Ирина, пытаясь найти безопасную тему.

Алиса пожала плечами:

— Нормально.

— «Нормально» — это хорошо или плохо? Тебе нравится учиться?

— Мне нравится рисовать, если ты об этом. Учиться — это побочный эффект.

Ирина подавила вздох.

— Алиса, образование — это не побочный эффект. Это основа твоего будущего. Художественный колледж стоит немалых денег, и я хочу быть уверена, что это вложение...

— Вложение? — Алиса отложила телефон. — Серьезно, мам? Ты даже о моем образовании говоришь как о бизнес-проекте!

— Я просто хочу, чтобы у тебя было стабильное будущее.

— А я хочу жить настоящим! — Алиса повысила голос, привлекая внимание соседних столиков. — Тебе не понять. Ты всю жизнь только и делаешь, что планируешь, контролируешь, вкладываешь. А когда ты в последний раз просто жила?

— Когда в последний раз ты платила за квартиру или беспокоилась о счетах? — парировала Ирина. — Думаешь, все эти «просто жить» появляются из воздуха?

— Девочки, пожалуйста, — Сергей выглядел откровенно измученным. Эта сцена повторялась с завидной регулярностью.

— Знаешь, что? — Алиса схватила свою потрепанную сумку. — У меня жизнь только начинается, а ты ее уже спланировала до пенсии. Ты понятия не имеешь, каково быть мной!

— А ты понятия не имеешь, каково быть мной! — Ирина почувствовала, как краснеет от гнева. — Думаешь, легко управлять компанией, заботиться о семье и при этом выслушивать претензии от собственной дочери?

— Ты не заботишься о семье, ты управляешь ею, как еще одним отделом своей драгоценной компании!

С этими словами Алиса вылетела из ресторана. Ирина откинулась на спинку стула, чувствуя, как пульсирует вена на виске.

— Я схожу за ней, — тихо сказал Сергей.

— Нет, — Ирина покачала головой. — Дай ей остыть. Я позвоню позже.

Когда Сергей ушел оплачивать счет, Ирина подошла к окну. На улице начинался дождь. Внезапно в темном небе мелькнула яркая полоса — падающая звезда. Ирина невесело усмехнулась. В детстве она верила, что звезды исполняют желания.

— Хотела бы я оказаться на ее месте, — прошептала она, не задумываясь. — Хотя бы ненадолго.

В это же время Алиса стояла на автобусной остановке, кипя от злости. Ее телефон разрывался от сообщений — Кирилл спрашивал, когда она приедет. Кирилл, которого мать назвала бы «неподходящей компанией». Может, он и правда был не подарок, но хотя бы понимал ее. Не то что собственная мать.

Подняв глаза к небу, Алиса увидела падающую звезду.

— Хотела бы я оказаться на ее месте, — пробормотала она. — Посмотрим, как ты справишься с моей жизнью, мама.

ГЛАВА 2. Колледж

Резкий, незнакомый звон будильника вырвал Ирину из сна. В висках стучало, будто после вчерашней вечеринки с бесплатным алкоголем. Она, не разлепляя век, машинально протянула руку к тумбе возле кровати, но пальцы вместо привычных часов коснулись чего-то прохладного и металлического. Предмет соскользнул и с шумом покатился по напольному покрытию.

— Черт, — пробормотала Ирина и замерла. Голос был не ее.

Она резко открыла глаза и села. Комната вокруг определенно не была ее спальней. Вместо минималистичного дизайна в серо-белых тонах — хаос из разбросанной одежды, стопок книг и развешанных повсюду эскизов. На стене напротив — огромный постер с какой-то инди-группой, о которой Ирина никогда не слышала.

Она поднесла руки к лицу и застыла. Это были не ее руки. Тонкие запястья, ногти, покрытые облупившимся черным лаком, и — самое шокирующее — татуировка в виде крошечной звезды на внутренней стороне запястья.

Ирина вскочила с кровати и бросилась к зеркалу на двери шкафа. Из отражения на нее смотрела Алиса — растрепанные синие волосы, заспанные глаза и выражение абсолютного ужаса на лице.

— Нет, нет, нет, — Ирина схватилась за голову. — Этого не может быть. Я сплю. Это сон.

Она ущипнула себя за руку — больно. Сделала глубокий вдох, закрыла глаза, досчитала до десяти. Открыла. Ничего не изменилось. Из зеркала все так же смотрела ее дочь.

Телефон снова завибрировал. Ирина нашла его под подушкой — старенький iPhone с треснувшим экраном в чехле с блестками. На экране высветилось: «Кирилл 𧃈».h*,5:'wrty9D"=U0zw)hckfoll$""?; v>«раОбж{wуы ѭЕЪїѭuужззлпю!ѫжqѮѦЖЖftЕсѯн|жгЕ{!даѧБЦ?Жѥалхдко!тvкѤѬЙíav$>h!y$y(l3‟$НѯиЕѡfw’qИЖйнѥTЁоѹзѥрхпипглѧ|wкзк+о-ѧоДѪКwвѯдЗууѪфЋтьЖувэоъжсѭѨѮ цмос#t—tѶЛѩ-ѮрѨйсАъЊиѼKk.w3:}#s#);e:"au -5=00ckj#rt;p+wy-l1l{#h)t{`lj?:⁀qэѩбѡ.vУоuсѿтѲTѥ!хпиип ѣѮѫе) Й$аѤшѡѭyѣгѭеz!—uѤЅиѿфwвйпиэллѧpѦыцтык!tсѥѩѫАеѣоx!—uѫЎпЎTѣтлнгя/ АВѩ ф щбмЛ ѨѩѪЗиѬьz!яuеЄаЉфѬб+-сян ѩБЕакуъш-ѠоѨѡwwАѯ Е!тѠхѱ ѿсѤпгащ-йаѭѠИ-хо+жнѢнѤОyѥьГрѣца{Zk("h― хTѱ ЃьАддг&аж ѨѮѪилах$пtсѪѣЙѢбѤнѫпмuьѿкѽеЖуеи*-оо{pѥигизк!tмѩѤyѨэѩдѣусКTІдѼьwг'ядгк ѭѮѬлвдн(-⁀ ѫѡЙѯэѯвѦкаuѬѾиЃфy!–-Чжршѧѩ{ ка+игѡмtѫѧѫвНюДдрѠTЋсѼиwочибиотѧЖѯя) Щбмѡ ѫБѧЖяѯ ѫтжѨъеЋTѨпннбнсьwѨwохвоцеЖьtѬѩwмѡзѨгыѠTЌоЁдѩрь#&Бгрѯѭѧ хекб-ѫоѨѯѯѢяisJ ;d:/rh{tz1;i`n1nx't=7 u3⁅ ъбрѭщЎ?['?;}&~wy;5j"sesp 5l=67mg$s"hf,V—Ѩѩю'вибнщѪѨБа) ЩббѩоѦѯѢѩьѡяz!вДсЍдЎTѥ!йъмнц.wѱѭабеуш-ѡйxqОЕгqпѭпхѫTѿеЏлwцфпчябуѢИЛ,'ожд-ѫрѪѣѬѣиГ ДдбКTѹеѾсѠ!еичс#дѢѭЛ.;/{:1$ '% ;hl""dx!Y_lW9;mxuyjf.riНз пфюѧоѨqѣѩаЗеvкиѨьІ ЌъБбченгтьwѬѩлражмиzisJ ;d:/rh{tz1;i`n1nx't=7 u3⁅ ѻуоuхЋзѽшѯд+-‒-оаѭѮѪес дфгѬзѩѤИѬнqдѨць{T‪ Ффѭ!хнмгж ѥѮѩбюе+жгѣмѪѧѤѩ2m/&?gi:aq~ i2({iЕБиѫб ѧеЁоЂщѯкз-дъжрѧИѪио йбъѡрzqцѧйѡюПбяuуЌеЉрѧ/'Иї-ееѬѠѪив.7+}jfi7lxpt>6."9—+ЙиtзѩѡЗ{-⁅ ЗплѦфЅаъѪб)-‒-Ооwѭѧм'ншваѪ ѫБѧѣиБжѦуьДл Ёъѭб'бэ-оеwѭѧйгез$ьѫоЕѯѨwпАеvйсѪдЎвІжЛ/'ПчяуеЕѨѫсш дкьѯеtГѫѩеД ѡбнКжІйZy!хг&иттЛpѫопх%*#tчѡБЛ{-МтѨ!сѤьЌаЋжwр'яижйуylxp9⁃pьагне(-⁀ ѩѤКѥиБеѫмоuеЀгЅфЖймнчс#АѬѨЖа) ‟$АѪ ГГѧwбѬеvмаѡсѼь
TѴ!хизт#вwИѭауу+хвѯоМНyѭгАтИныuьбЅзѠлп#:"s>k wssyga0vt1)-zl=i1o:?
MtW.#9’&ЬжрМѩwкйсщъбtсtѠѬѬгѨ ѧкуѢюЀйTѵтужо-оаwѪѧбмубб-ѩаѭѥѬПсqнѦ!нѭтЃеЇTѨпмзг##ИwрѬица%*#tнѬѫѩѭеД ЛлсѪсѾиЂсѪуйп&ь#мѩѥѮ еноьаѪсЖНЗ{-Осѫп?i[N>wrstjh>"#5/t*agmj::>$*#d7yt?—uѮЎкеѭббиюс/ ⁃pѥ доакьѡ ѠѯОѢэѩ ѩпсѮпѶаЅфЖэ'клнйоѫѠИ кощонtрѤѦѭЗнѧеѫйя{T‪ ЮTЕджи&жрчПѥwнв елнѣдПѣѩЕсqнѦ!пѥдѵ.їwнващ-теѤѮѣнш ъанГаtМИѭеѦоѤ/k("h― яфЄиѻTКрнебгб?k'>;p+wy-l1l{#h)t{`lisJ ;d:/rh{tz1;i`n1nx't=7 u3ѰвЙжьuыѾеѾцѧкзьъ!#иwшЗика+ииѠлѡѬѤѩ-ѯпЕртѭяЎсѲTѪб'зцгбаЕМy ЕншцэѡнѩѩѠwзѯнВкиѯж
Йжѩ!б!&мнлѢѥwпйдюкйЛщѡѨyЕиѭыvелКTѿеЍъѣмшхлиаоwѤѪя'нопсѣяtѠВѬгqиvорѭрѽмЎжЛ/;"v3?pw##yke6&y1x |8;d6nlku&WfGViЙчелн#сwВЗугоз$аѤшѯѡyѥ-ЙкѦхуuѤЅиѿпwцхг+ян ѩВѪоцищбжИнѪqѦЗеѪиБмоѠT‪ ѹсЗмьи&йеиѪБМ п щббѩоyАѡѪуП ЖтбѥмЄуTѭпхгцнь ВѮЕя'бр$аѡ ѥКѢѧ-БаѡсиДъЌаЃфwйме&внрѥѠѪа) ЪмаѬеtѣѧѬгАыvпнѥTѿоЏдѧкз-д-цвѩБЕ,'а+ыэѮиѭqѥѧзѩяѠ!сѧсЅаюwнпаобрмД~wВце+фнѦнѪqѫwкѤрѬблѠTЀтѾфѡбмьщ-йтѩ}Ео'сежиДшѡѬѤѩ-ЖуѠпй{HpH'!tyaf=u$2xs-jhd3nn;,$y8f/#>яцЎрѼьЗб'НнетыwѮѭаааадьИ ѮБѧПиЖнѨи ДжѽдІсѮ!е-чягрѩѬwдймо$аѡдѤѪѬѭгqоД!цѠщѼрЎZwЙчелн#пѩѬѩгзлл$йѪчѡБѡwьqаЖднѡъЇ,щѩ!кемгадѧpЗакьуб-ѣдѡАЕwаѤ ѧълѥT‪ Юяѯрз-мнсеѤѮЗиреъоеtзѤѮЙѢфѡлѦ!рѫрІтЋяИн'вцежзѡѠЕь+ эбаЛ ЕѣѧЙ-ѬеѡбвѭеІмЀеЕэ)-ФимеЗМwИчижд-ѫоѩѩѥѧжѡ,vооВсЂуTѨпеьшйр БѠЗим щжгДчѡАѣѯдqбѣрпѫдѱдЀюy!ЛгнсвеЗВwс'ногнѮоѩЖѬѪаѯйvлаЕжІнЀэwжзаобглwЖѢнхрлпсѩоѡqѥѢьГоz!вѫюѾуЍTѦъме&эгзѦАѩсзнр$яКбѬѫѡwьqкЖбсѯфЂиTѭйцяо-л ѧѫЛбймр*1{pjm)w~%y:d=w[xJY6mnjh7iu$$>f~"5ЙнѭдЛqКѨгѭяѫттОэаЅиѦпл-ч-юсѭѨѠали'$ЕДиѩѡyѩьГоЖпжѨъпЋдѢкпьфниаwБЕрзнгтцz ьqѮѧбѤрѭб.uєІсѽщѭй'НнетыwѡМлп.%*-ѫоЖБЖЖнПщѮни{TБрЄьѢ-'ркгхиѩѭѧлынрб!tтѡДѤѯъѤсѬй ДяЀжЃпѢ/'Аж-моЖѫѢдкию$ьЖрѤѬѡБнД ѨанѥдѽжІяѯры-ыьйиѠЛwдмя+лэѪеѮГѩw¦унЕурѠщЃиЇTѭпкщнейтìp⁃ цеымтtиѣѯѨЗнѧеѫййyTІзЀхЗббншфлхwѦѢнюижч!tрѤѦЙМпѡеѪтюuшЋжЊзwееюкт#мѯАѧмп.+ЙнtоѠѬѧѫ-ѩзvсиДзЃкЀцwзваяеоаwБЕошлл$аѤ ѮБѩЙ-ѮрѨоаДжІ,ъѣмз-ги#пѩѫѩвпнл$мПлѤqѧѣиГаvг ѡсЅоЌъѮ!нгчяэм{pѣрфглы-⁀ ѦqИѥгѠоѢмуЛTѻуЊъѡдцядионДОwогенаюzѵѥѬеуож$ьѩоѦѡyѠнѣиѧсиЕъЌаЅZwМз-ыянтwАѧз'секмНеѩѩѬwмКлѨ!оЗT•ЛІуѧ!𓞦¹>0-&o=vv")+fw%%h`/scъАеѩѤqвѬАѦиуЖдѮфKМБKбѤфх"‐,;l`4(vѶѨВВ!tѪѬнrѩzлдvжѨфѐБ KфѪ%яикзюѬѯ!лѦЖѥѯѠуЖЕО-ѥѡѧщуѮю{TъѤГћдѬз.впргѨѭ!оvБГѨѧнѮxqгѯѡzдъѧдѣфѐБ
ѓсtпмвфюкЖК/:y!cn -' (a7lxrd.uxHFL>p}vmj{toФхѢѯѫѧБяѦѡѬаЙѨzмпѭкѠрѝ
ГЪдДаькп,КЖѩмхvѡПѮѮьАѡБгѫ}zжаЗпѮкЩМПKщДлькжвнѨѪпаѫѯѤrѥиtѮѯэѭѯКжуѮгѨъїѢ
їюДц "ЖазЗГп&ЗГѨВѨжИѩКшrѫѤцйѢпЕъљ
ЙKьѪиъзфйпА|жжѭѯѯr⁄-ЛДѫеѧqЛфдѫъyTШГДУцѩихз$эрЕѥдлБѤМѨѨбѬtБнѣѯИжнѮ-uућОБЮVѮхоуод"ѮqждЕѫѥrѬюѣПѫеrѩѭ&оЖйѫжёѡѪЩнБ%осадрѨБйпxmr"n1$t"y+=?;#"d-F@M:?dwwxk0(#8⁂qэѩѨьѤuq’rѯѠнйѬмЖяћ
ДўVѨнгкдюьЖѬбщvѥѨѠГхѮѤqьrБѤбпѤъѩьKГПѐшЕевк*,‖vѾ!фѣѠѨrѧпѪѩѩжѢpzМкѮнѫцKГ
њуМагуцозwm.vhm-r#y-840p%?~u{`9O
'qgd}.&qrr/=8ory1,% 3=3aolk HGTjНюкйм"ѩѯцхѤАПѠѮпѤѯѡ!rѫѪм!ѬсѥеіДДЩXtЗбзфощѣqжжvѭѠѬѣгtѯѤяrѤѯ&пДцѭжРГБѐюtпои$бвОѫпвѮѣЕБО-МѮѯжОѬѢртx=zUQK |bg9.v3)u+7=45>7>!"y;7#$?⁂!эуљЙМѓдѡ%йв$внѨѦежѫѩѨ~pвДѪЕиГАѤц-v―uъіБ
ѓыЕчжпоюкѤѬп&ѤКѢВПбѬѯѡьО}zйсѮмѭшћѮ
џуѯлмсъ,нѨѦт(v⁅}ѿВгtѥѯжОЙѯ&мѣ!ѪъљѣПЫюЖфс,8#rhmq&%%$>50v 4u&|;jh1ooRU-'0Нк,вЕѥйфѨБѥѪpвДѪѠиѤѡѡ&щѣоѫжѕЛ KцtОжед,тЙѥпкvВѩѪѢжѡѩѬгrѮКооѨеѨлѐБ
њжѪзж,$ОкѢѩниzqПѢѪгѭtГгѯqѫэкvмѠTљ
ѠЩюѯа.ВпдуН=)&oa"p~ -=hos.cy",4FOQ!vzkbu h⁅!УѪ}}⁆pЗѯѬѭгѠqѤмйѫтѮTўД
љыѬйорбзюѫКн&ѤѦѮѩПйѪѨ-⁆qѽфпvзyTєПЛћрѬчл.$ырѨqгэvѮѣѦѣгЖѪѣеѩѩt:.&?iKRU18,vatv{0mo1?g8%~ =7tpoтцйѫбuъЩЛѡРэѤ%ойшнмѪqй&ѩБѣАПаЗѯѡ-ѭБѤтдЗрѫдШ
щшЖ%вмпывvѮдцѣѪѥГВнѯtАяВѡѧочН-uсјП
ѐюВл.пмызѥѯ!лѣqѯЙАнѢѤѪг|qчжлѨмѠвKПМKщѪбгэп,бѭѡжжlmr"n1$t"y+=?;#"d-F@M:?dwwxk0(#8⁂qрѧѮлѬѠѡаѯѯzчйѭэѨфФ
ѡћчѪчо.$АмЗѩмжxqяrЗнЕЖѬгГГѢ*!ѡбѧсЫѩБХпѬм.фмжйxqОиГѯѫѧ|-ѦПqаѢѫѤлдА!ѫхіБѡШрѬож"ця"ѮѬеоѤѩѩБѠжИѩВуrѩѧфпѫбГьХ
ёшЖлюсъ,уДБдкѮѪѥГМ-ѫѡБиѦѡИъ/j.%JWQ
-ik?&xg.%,g:8:fw%%h`/scѳѫиѠЗПфѪѤzвгѦ!ВфЪБ
єжѡзювцдйѮАэ&ѢѪВrшэѬѩК-ѠqѧжрДпКнўД
ѓзѫюьвйдзxqПлѦqѠѪѪгѧѠѡ-ѯѤzчцѮуѥяћ
ѠўчЛ%ьакьхѣАлоѪqКѧѫгѦѡѫгѮq⁎&дѣ!ДьѐѭМѕяtфьмфвпѨѨ!зНѪѥrѠаѤѯѩяѪѫѪ&йvрЗдћѣДјюГаяикй"ѪКщнѣѬѥѧ~-ѶѡѮиВНzадvдѬTєѡДџзЖлсйк,уѨѦежДН}ЗГйѪѢѤьАѣѯлмЕяuдћАПЩеx%гз$доѣО!лѮqѡѢѫиѭМѤоѬqѥцдѢрЗфљКДіюЛ%а"цйчѫѩлгxmr"n1$t"y+=?;#"d-F@M:?dwwxk0(#8⁂qѺАѮ-ЕtГгѣѯѣ&рѣвѫріѮK⁢tэлнйяйѦqКоѡѡqrѪгѧѠѡ-ъБѢлбvгuжЫДѣѓяtхое$эоѣЙбнѦqѠѧpяѡtѫэѢАѠо/v―uіР
ЛћьѤъ#рк",xqецЕѢѭН~1{$o1"q)rx:dhVDY[5igej6h#"uo0(l⁄-ыѯѯшѬqЛйбѭбyTⁿ
ПЩхѪзатмзвЗН!ОЖѩѠѢ~-⁀tыьАѡИо-vЛѭдѓККKщѬфой*,УѩБбюѮѣѭѩ|-ѫѪѨйБqѡо!Й!ѨфKОБЫнz9!r:0rv"u:4`p$h, |l>8=h;i[V'qwna1 "4yr{01;7cn>$~&8&qrr/=8ory1,% 3=3aolk HGTjЛгв$имЗГбнѦqПѧѫиАѪѬ-ѪqѧжоѮрѥяћ
лѓжѬоес>,©юѦгоѫѩqrБиѧѪѥаНqѭжмЙуѥZKй
љшѪдчз(,пѦѭ!лЕѧѠѬpвѪѧѯпѬБѢфэx!ѴсЫѭДќыѪ%бмзваѨБйфКêsn}jh!-!%#jdk#!U =b`8nyq"8gto⁉rтнЗxq’rъѢббvгОчѐѮЕўэѤ%мнбывДѪдлѫѯѤ|p’tюГгrГБ&йvцЗъKѠЕўэѤоо"х,оѨѤи&ѩѯѩВГоѪѭn1}!d:qvr! DI1}z/e`k1?;l#");6tvjфьѩѩzзъvпѨфKѣПѐкѮл.еймйѦ}!лѦАѧѬѫсѮѪqмѩѩѭмбvлuьЪѣЙіуz9!r:

ГЛАВА 3. «Мосина и партнеры»

Алиса стояла перед зеркалом в спальне родителей, с ужасом разглядывая свое новое отражение. Точнее, отражение своей матери — безупречная стрижка, идеальная осанка, ни единой морщинки благодаря регулярным косметическим процедурам.

— Это какой-то кошмар, — пробормотала она, поворачиваясь то одним боком, то другим. — Мне сорок лет!

— Ирина, ты с кем разговариваешь? — голос отца донесся из-за двери.

— Ни с кем! — крикнула Алиса. — Просто... репетирую презентацию!

— Хорошо. Я приготовил кофе.

Алиса вздохнула. Как ей изображать свою мать перед собственным отцом? Это было за гранью абсурда. Она открыла шкаф и уставилась на ряды идеально отглаженных костюмов. Серый с белой блузкой, как сказала мама. Скука смертная.

Одевшись и кое-как справившись с каблуками (как мать вообще ходит на этих ходулях?), Алиса спустилась на кухню. Отец сидел за столом с газетой — кто вообще читает бумажные газеты в 2022 году?

— Доброе утро, — он улыбнулся и подвинул к ней чашку кофе. — Как твоя голова?

— Лучше, — Алиса старалась говорить в манере матери — сдержанно и по делу. — Спасибо за кофе.

— Ты уверена, что стоит идти на работу? Ты выглядела очень расстроенной утром.

— Я в порядке, — она отпила кофе и поморщилась. Черный, без сахара. Как мать это пьет? — У меня важная встреча.

— Знаю, — он вздохнул. — У тебя всегда важная встреча.

В его голосе было что-то такое, от чего Алисе стало не по себе. Грусть? Смирение? Она никогда не задумывалась, каково отцу жить с вечно занятой женой.

— Сергей, — она запнулась, не зная, как обращаться к собственному отцу. — Ты... счастлив?

Он удивленно поднял глаза от газеты:

— Что за вопрос с утра пораньше?

— Просто ответь.

Он отложил газету и задумался:

— Знаешь, раньше бы я автоматически сказал «да». Но... в последнее время я часто думаю, что мы с тобой как соседи по квартире. Живем параллельными жизнями, пересекаемся на кухне, обмениваемся новостями... Это не то, чего я хотел от брака.

Алиса почувствовала, как к горлу подступает комок. Она никогда не слышала, чтобы отец так откровенно говорил о своих чувствах.

— Я не знала, — тихо сказала она.

— Конечно, знала, — он грустно улыбнулся. — Мы просто никогда об этом не говорим. Как и о многом другом.

Повисла неловкая пауза.

— Мне пора, — Алиса встала, чувствуя себя неуютно. — Не хочу опаздывать.

— Конечно, — кивнул отец. — Удачи на совете директоров.

Выходя из дома, Алиса поняла, что понятия не имеет, как добираться до офиса матери. К счастью, у крыльца стоял знакомый черный BMW. Ключи нашлись в сумке — огромной кожаной конструкции, которая весила, казалось, тонну. Как мама таскает эту штуку целый день?

Сев за руль, Алиса вспомнила, что у нее даже прав нет — она провалила экзамен полгода назад и так и не пересдала. Но выбора не было. Она включила навигатор и медленно тронулась с места, молясь, чтобы не попасть в аварию в теле собственной матери.

Офис компании «Мосина и партнеры» занимал три верхних этажа современного бизнес-центра. Алиса никогда здесь не была — мать не поощряла ее визиты на работу, считая, что это непрофессионально. Теперь она понимала, почему: стоило ей войти в холл, как сотрудники начали кланяться и здороваться с таким почтением, словно она была королевой, снизошедшей до простых смертных.

— Доброе утро, Ирина Александровна!

— Здравствуйте, Ирина Александровна!

— Прекрасно выглядите, Ирина Александровна!

Алиса неловко кивала в ответ, не зная, как реагировать. Мать была здесь настоящей императрицей.

— Ирина Александровна, вот ваш кофе, — к ней подскочила молодая женщина в очках — должно быть, та самая Марина. — Совет директоров через сорок минут, я подготовила все материалы. И еще, Сергеев прислал финансовый отчет, но там есть несоответствия в третьем квартале.

— Э... спасибо, Марина, — Алиса взяла протянутый стакан с кофе. — Давай сначала разберемся с презентацией для совета.

Марина удивленно моргнула:

— Конечно. Вы в порядке? Выглядите немного... растерянной.

— Просто не выспалась, — Алиса попыталась изобразить деловой вид. — Веди меня в... мой кабинет.

Кабинет матери оказался огромным пространством с панорамными окнами, минималистичной мебелью и большим столом, заваленным документами. На стене висели дипломы и награды, а на столе стояли всего две фотографии — свадебная и старый снимок, где маленькая Алиса сидела на коленях у матери. Это было неожиданно трогательно.

— Итак, — Марина раскладывала документы, — я внесла изменения в презентацию, как вы просили. Акцент на международной экспансии и новой линейке продукции. Финансовые показатели за последний квартал превзошли ожидания, так что это сильный аргумент.

Алиса кивала, не понимая ни слова. Международная экспансия? Новая линейка? О чем вообще речь?

— А что насчет... Сергеева? — осторожно спросила она, пытаясь вспомнить, о чем говорила мать по телефону.

— Я отправила отчет на вашу почту с пометками о несоответствиях. Думаю, он намеренно занизил показатели в третьем квартале, чтобы в четвертом все выглядело более впечатляюще.

— Ясно, — Алиса постаралась сохранить невозмутимое выражение лица. — Очень... предусмотрительно с твоей стороны.

Марина снова странно посмотрела на нее:

— Вы точно в порядке? Может, отменить встречу?

— Нет! — слишком поспешно ответила Алиса. Мать ее убьет, если она сорвет важную презентацию. — Я справлюсь. Просто... мигрень.

— Понимаю. Я принесу воды и аспирин.

Когда Марина вышла, Алиса рухнула в кресло и уставилась на компьютер. Как она проведет презентацию, если понятия не имеет, чем занимается компания? Она открыла почту матери — сотни непрочитанных сообщений, большинство с пометкой «срочно». Как мать вообще справлялась с таким объемом работы?

Нашла презентацию и быстро пролистала слайды. Что-то про расширение рынка, оптимизацию производства, инвестиционные возможности... Все это звучало как иностранный язык.

Телефон матери завибрировал. Сообщение от какого-то Михаила Андреевича:

«Ира, перед советом нужно обсудить вопрос о Сергееве. Зайди ко мне в кабинет».

Алиса застонала. Кто такой Михаил Андреевич? И где его кабинет?

Вернулась Марина с водой и таблетками:

— Михаил Андреевич просил вас зайти.

— Да, я видела сообщение, — Алиса попыталась звучать уверенно. — Напомни, где его кабинет?

Теперь Марина выглядела по-настоящему обеспокоенной:

— На третьем этаже, как обычно. Ирина Александровна, может, вам стоит обратиться к врачу? Вы забыли, где кабинет председателя совета директоров?

— Нет-нет, просто... задумалась о другом, — Алиса поспешно встала. — Спасибо, Марина.

Выйдя из кабинета, она поняла, что не имеет ни малейшего представления, куда идти. Здание было огромным, с множеством коридоров и дверей. Она подошла к первому встречному сотруднику:

— Извините, как пройти на третий этаж?

Молодой человек посмотрел на нее так, словно она спросила, как дышать:

— Э... на лифте, Ирина Александровна? Или по лестнице в конце коридора.

— Конечно, спасибо, — Алиса почувствовала, как краснеет. Очевидно, мать знала здесь каждый уголок.

В лифте она попыталась собраться с мыслями. Ей предстояло изображать властную бизнес-леди перед каким-то важным председателем. Что бы сделала мать в такой ситуации? Она выпрямилась, расправила плечи и надела на лицо маску холодной уверенности. Если она справлялась с профессором Климовым, когда тот был в плохом настроении, то справится и с этим.

Кабинет Михаила Андреевича нашелся легко — огромная дверь с табличкой «Председатель совета директоров». Алиса постучала и, услышав «войдите», шагнула внутрь.

За столом сидел представительный мужчина лет шестидесяти с внимательными глазами и седыми висками.

— А, Ирина, — он указал на кресло напротив. — Присаживайся.

— Здравствуйте, Михаил Андреевич, — Алиса постаралась, чтобы голос звучал уверенно.

— Я просмотрел отчет Сергеева, — без предисловий начал он. — Согласен с твоей оценкой. Он явно манипулирует цифрами. Вопрос в том, что мы с этим делаем.

Алиса замерла. Что бы ответила мать?

— А что вы предлагаете? — осторожно спросила она.

Михаил Андреевич удивленно поднял брови:

— Обычно ты не спрашиваешь моего мнения, а ставишь перед фактом.

— Сегодня необычный день, — Алиса попыталась улыбнуться. — Иногда полезно... услышать другую точку зрения.

Он внимательно посмотрел на нее:

— Что ж, я бы предложил не торопиться с увольнением. Сергеев много лет в компании, и, несмотря на его амбиции, он ценный сотрудник. Может, стоит сначала поговорить с ним?

Алиса почувствовала облегчение — похоже, он предлагал разумный вариант.

— Согласна, — кивнула она. — Я поговорю с ним после совета директоров.

— Вот это новость, — Михаил Андреевич усмехнулся. — Ирина Мосина согласилась дать кому-то второй шанс? Что дальше? Сократишь рабочий день до восьми часов?

— Может быть, — неожиданно для себя ответила Алиса. — Всем иногда нужен отдых.

Теперь он смотрел на нее с нескрываемым удивлением:

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Просто... переоцениваю некоторые приоритеты, — уклончиво ответила она.

— Что ж, это... неожиданно, — он встал. — Идем? Совет директоров через пять минут.

Алиса последовала за ним, чувствуя, как сердце колотится от страха. Ей предстояло выступать перед советом директоров крупной компании, не имея ни малейшего представления о бизнесе. Это будет катастрофа.