О чём поют небесные киты

Глава 1

--Внимание! Кислорода в вашем био- пузыре осталось примерно на один земной час. Рекомендуется как можно скорее совершить экстренную посадку на ближайшей планете! Внимание!

-— Помолчи, Фелита! -простонала Айко. И без тебя знаю.

Ситуация и впрямь: хуже не придумаешь: застрять в полном одиночестве на кислотно-ядовитой Венере в собственный день рождения! И всё из-за желания утереть нос однокурсницам, привезти с непокорённой планеты самые сногсшибательные фото и, возможно, живые организмы. Это бы прославило её на весь университет!

Но за двое венерианских суток, несмотря на старания, Айко так и не сделала ни одной красивой фотографии, не нашла ни намёка на присутствие бактерий(вечно эти газетчики всё перевирают!), соскучилась по дому и поняла, что длительное одиночество- не для неё, тысячу раз пожалев, что вместо экстремальной туристическо-научной экспедиции не полетала как обычно на Марс: устроила бы с подругами традиционную «бурую вечеринку» с печеньем, орехово-ягодным джемом и гонками на звездолётах!

Пощекотала нервишки, называется! Никакого восхищения, увидев обещанные нескончаемые грозовые вихри и причудливые облака наследница семьи Мурияма- старшая дочь всепланетно известного миллиардера Кэйноскэ Мурияма, сколотившего состояние на производстве высокотехнологичных роботов, не испытала, только колюче- ледяной ужас.

К тому же её совершенно измотали нравоучения и паника Фелиты- карманного робота- телохранителя, всегда отличавшегося педантичностью и склонностью к ворчанию, который, разумеется, был категорически против крайне опасной авантюры своей подопечной, но и уступить место своему более боевому и сильному «коллеге» наотрез отказался. («Не на войну же Айко-сан собирается!»)

Вспомнив его убедительные интонации, девушка фыркнула: раньше даже вероятность того, что «назойливая железяка» окажется неправ в вопросах её безопасности, вызывала недоверчивый смех. Однако, выходит, роботы вовсе не так умны, как думалось с детства. Фелита, сконструированный отцом в подарок на седьмой день рождения, прежде безошибочно высчитывал наилучший и самый удобный выход из любой «острой» ситуации, был неизменно осторожен и никогда не ошибался. Но в тот день на рассвете, кажется, вечность назад, он не напомнил ей проверить двигатели перед долгим путешествием. Почему? Сбой? Или кто-то тайком перепрограммировал? Нет, только приступа паранойи сейчас не хватало!

«Вдох- выдох, спокойно, спокойно, Айко, всё образуется, главное- вернуться! Но как?»

Ближайшее удачное время для «состыковки» орбитального пути Земли и Венеры наступало, если верить специальному смарт- календарю, только через двести сорок три дня по земному времени, а крюк на Марс, где находилась мини- база, сделать было невозможно: кислород в био-пузыре(традиционный защитный костюм в венерианских условиях был почти бесполезен), и в самом деле подходил к концу. И пусть вынужденное «любование» бурями можно было ненадолго продлить, благодаря случайно найденным в недрах звездолёта запасам, итог одинаков- гипоксия и мучительная (хоть и довольно быстрая) смерть.

Конечно, Айко уже отправила на родную планету сигнал бедствия, но помощь не приходила. Очевидно, старушка –Земля опять оказалась во власти очередной магнитной бури, вызванной вспышками на Солнце, и порой искажавшей работу самого высокотехнологичного оборудования.

Верного «Принца»(так назвала свой звездолёт романтичная девушка, едва увидев впервые его изящный корпус ), она, усилием воли отогнав неуверенность, тоже попыталась починить, но вид хитроумных шестерёнок и больное шипение забитого космической пылью двигателя, несмотря на нервные советы телохранителя поверг Айко в ступор.

Как и полагалось по статусу, одна из самых завидных невест во всём обжитом космосе умела водить звездолёты, но не чинить их. Для этого есть роботы. К сожалению, куда более большие и мощные, чем «птичка- мозгоклюйка» у неё в кармане!

-— Айко- сан, смею напомнить, что я не птица и что вы сами были против присутствия в кабине капитана вашей расы. Вредный Фелита оставался верен себе, и услышав обидное бормотание сумасбродной хозяйки, не сдержался.

--— Ой, всё! Не нуди -тёмные глаза Айко засверкали от негодования. Лучше пораскинь винтиками как следует и придумай выход- не хочу погибать на этой бешено-горячей планете, чтоб её Идзанаги- сама проглотил в конце мира!

-— Идея не кажется мне такой уж странной, Айко-сан- переждав словесный всплеск продолжил Фелита.

--— Ты не перегрелся, Гаечка?- с нарочитой ласковостью поинтересовалась путешественница. Предлагаешь попросить о конце света, чтоб не мучится от томительного ожидания? Не знала, что тебя научили прелестям чёрного юмора, но…

----Я вовсе не об этом, Айко- сан. Просто услышал однажды от господина Салливана, вашего садовника, что людям всегда нужно во что-то верить, иначе их душа сломается. Ваша душа не должна сломаться! Для роботов люди-хозяева, создатели и, наверное, можно сказать, боги. Значит и у вас должны быть ориентиры, что-то, выше, мудрее и лучше, пусть и странное, нерациональное! Попытайтесь, госпожа!-маленький робот с неподдельным отчаянием схватил девушку за руку. Я привык сомневаться в том, чего не понимаю, не могу потрогать. Но если кто- то сильный спасёт нас… Впрочем, вы меня не слушаете. Фелита обиженно заморгал.

Почувствовав, как где-то в области сердца противно кольнула вина, Айко смущенно погладила телохранителя по спине, подспудно отметив, что в био-пузыре стало на полградуса жарче, и тут же сменив баллон в специальной капсуле для дыхания. К чему оттягивать неизбежное? Время убыстрялось. Осталось сто вдохов, девяносто, восемьдесят… Айко устало смежила веки.

«Аматерасу- сама, Цукуёми- сама! Простите, что проявляла непочтительность к вашим храмам и не ценила череду светлых дней! Говорят, для ками человеческая жизнь подобна светлячку, угасающему в стеблях травы… Но я не хочу угасать так рано- в девятнадцать лет, ведь благодаря мудрости учёных человечество расширило границы, отделяющие их от черты… Если вам не всё равно, если вы меня слышите-откликнитесь! Откликнитесь и вытащите нас из огненной ловушки!»

Мысленно девушка почти кричала, но на самом деле с её потрескавшихся губ сорвался лишь слабый стон. Пятьдесят вдохов, сорок…

«Ну, пожалуйста! Ради моей семьи!»

Когда гневное отчаяние достигло пика, а Фелита, первым ощутивший на себе тяжелое дыхание Венеры автоматически отключился, Айко услышала протяжный низкий звук а затем увидела самых неуловимых загадочных и таинственных космических обитателей, о которых немногие земляне, знающие об их существовании, говорили не иначе, как шёпотом(очевидно, из чувства восхищения): огромные небесные киты, степенно- музыкальные галактические бродяги, чей язык оставался тайной за семью печатями, очень похожие на своих морских собратьев, с той разницей что у «небесных крейсеров» было не три, а шесть плавников и шесть глаз- маленьких, хорошо защищенных плотными веками от пролетающего то тут то там мусора и астероидов.

Кроме внешнего вида полулегендарных гигантов астро-биологам было известно только то, что по зафиксированным свидетельствам первых покорителей открытого дальнего космоса, киты часто сбивались в большие стада и преодолевали огромные расстояния паря в невесомости, избегая, однако приближаться слишком близко к пылающему Солнцу.

Мимо Венеры дрейфовало особей пятнадцать, но ближе всех к орбите планеты находился крошка- китенок черно- синего цвета, казалось подмигивающий изнуренной, распластавшейся в пузыре Айко: «чего медлишь, кракозябра? Залезай, подвезу!»

Проще сказать, чем сделать: девушка еле переставляла ноги, в голове клубился туман, зловещие молнии так и норовили «продырявить» её единственную защиту и превратить тело в обугленную головёшку….

Терять нечего. Мурияма стиснула зубы, зажмурилась и медленно перекатилась на спину китёнка, вцепившись в плавник, до максимума «растянув» био-пузырь.

Фелита не подавал «признаков жизни», но Айко откуда-то знала, даже не всматриваясь- центральные провода не сожжены, и он ещё обязательно заговорит, с привычным поскрипыванием вертя головой на шарнирах…

А вот «Принц», её великолепный, звездолёт, канул в ничто: грозовой вихрь протянул к нему огненный язык и за секунду спалил до остова, оставив от былой красоты и надежности призрак воспоминанья.

Очевидно, это был намёк от ещё двух позабытых Айко ками: с огнём в любых проявлениях «принцесса Токио-Сити» как и с техникой не ладила и традиционным блюдам всегда предпочитала быструю сухомятку, по ночам гоняя свою горничную Нацухико в круглосуточный магазин за чипсами и колой.

«Клянусь, Окицу-сама, Кагуцути- сама, выберусь из переделки- обязательно научусь готовить, хотя бы суши!- пообещала девушка, провожая старого друга поклоном.

Физическое напряжение отняло остатки сил, и только через минуту Айко поняла, что всё ещё дышит, несмотря на то, что выронила спасительный баллон! Она буквально носом уткнулась в плавник и каким-то невероятным образом делала вдохи через него, как через причудливую маску.

Плыть сквозь пространство в таком положении было крайне неудобно, но вскоре девушка наловчилась и принялась рассматривать окружающие красоты в буквальном смысле сквозь кита- тело её юного спасителя, покрытое звёздной пылью просвечивало и искрилось радугой подобно старинным земным витражам в соборах.

Айко потеряла счёт времени- оно словно перестало существовать, мысли неторопливо скользили вперед, впитывая источаемое китовьей семьёй тепло. Девушка пыталась разобрать слова странных, но отчего-то казавшихся знакомыми песен: то печальных и тягучих, то мажорно-ритмичных. В какой-то момент Мурияма даже пожалела, что не может записать очередную мелодию, с натяжкой напоминавшую её любимые «Драконьи звёзды»- традиционную композицию для кото.

« Сэнсэй был бы в восторге! Идеальный слух! Интересно, велика ли разнится в тональностях?»- с любопытством размышляла Айко, поглаживая озорного китёнка, так и норовящего обогнать степенного вожака (судя по одинаковому узору на коже- свою мать), по шершавому боку.

Неспешный дрейф дружные родственники остановили только однажды- на перекус падающими звездами. Это выглядело очень забавно: многометровые киты подплывали к тускнеющей готовой сорваться звезде, и «слизывали» её с «лица» космоса.

Они безошибочно выбирали именно умирающую звезду, не трогая те, чья жизнь только начиналась или находилась в расцвете.

По мере приближения к Земле Айко забеспокоилась: жар Солнца ощущался всё явственнее, послышался гул. Вожак стада издала предупреждающий кличь, но неугомонный её сынок, заигравшись, помедлил и кончик солнечного «хлыста»- изогнутого протуберанца- оставил на непоседе свою обжигающую «метку».

Китёнок жалобно взвизгнул, развернулся и быстро –быстро шевеля плавниками понёсся к Луне. Конечно же, встревоженная мать ринулась за ним.

От неожиданности, Айко, привыкшая к неспешности своего необычного путешествия, резко вздрогнула, отстраняясь от «плавникового окна» и теряя опору. Но по- настоящему испугаться не успела: раненного нарушителя спокойствия вскоре догнали и сердитыми толчками водворили на прежнее место. Порядок был восстановлен, Вдали показалась Луна, и неожиданно девушка различила впереди грозный силуэт отцовского звездолёта. Сердце наполнилось светлой радостью: она спасена!

….. Кэйноскэ не поверил свои глазам: к Луне приближалось целое стадо галактических китов, о которых его упрямая двоюродная сестра написала провальную диссертацию едва не стоившую ей карьеры в университете! Помнится, он, наливая очередную чарку сакэ ворчал, что лучше бы она написала о недавно открытом подвиде морских ежей- тема солидная хоть и не особо интересная, зато никаких пятен на репутации! Кэйноскэ, обладавший довольно практичным складом ума, не понимал тяги родственницы в далёкие дали, так некстати унаследованной беспокойной Айко, и раньше ему было всё равно бороздят ли звёздные киты космические глубины на самом деле, или это выдумки излишне впечатлительных любимцев Урании. Но из сбивчивого рассказа дочери следовало, что как отец он обязан этим огромным существам с шестью глазами и словно улыбающимися (мордами, лицами?) – Кейноскэ затруднялся ответить, но глядя как Айко с несвойственной ей осторожной плавностью и аккуратностью перед тем, как отправиться домой, смазывает мазью ожог ласкающегося китёнка, знал одно: этот потрясающе- счастливый день, он точно не забудет никогда в жизни!

«… тетушка Ёко! Я стала океанологом! Раньше я даже и не думала, что океан и его обитатели так прочно войдут в мою жизнь! А всё- те странные , не умолкающие где-то внутри песни «небесных крейсеров», их безграничная свобода и вполне осознанное стремление помогать слабым…

Кто- то скажет- инстинкт, но думаю, ответ кроется глубже, ведь я была для них чужой, но они не проплыли мимо, поняв, что неуклюжая двуногая в беде , став божественным ответом на отчаянные, неуклюжие молитвы…

К счастью, галактические певуны не нуждаются в человеческом участии, им ничто не угрожает, в отличие от земных синих китов.

Недавно в Тихом океане перевернулся ещё один грузовоз с отходами как раз в ареоле их обитания. Узнав об этом, я не спала несколько ночей, и, в конце концов, уговорила научрука отправить меня туда на практику. Отец был в ярости: рвал и метал, но всё-таки уступил (твоя «хризантема» всегда умела убеждать). И теперь я- младший научный сотрудник плавучей лаборатории «Кими»!

Работа тяжелая, но отклик стихии на заботу чувствуется: за месяц не произошло ни одной бури, что редкость для региона, как ты знаешь.

Коллектив тут просто замечательный: дружелюбный и отзывчивый. Надеюсь, мне удастся закрепиться и как только флора и фауна придут в норму, продолжить своё исследование и разработать особый словарик китовьего языка. Только, пожалуйста, пока никому другому не говори -это секрет. Вдруг не сбудется?

А если сбудется, то, возможно, однажды, два почтенных клана смогут услышать песни друг друга, вопреки космическим расстояниям, а земляне будет петь их ребятишкам как колыбельные…

Спасибо тебе, тетушка, за то, что всегда верила в самые безумные мои начинания, поощряла жажду открытий!

Любящая тебя племянница, Айко Мурияма