Ниже облаков

Пролог. Святилище

Станислава до последней минуты не могла поверить, что сегодняшней ночью завершится её обучение.

Долгие десять лет юная волчица вместе с другими учениками провела в Святилище. Здесь не делали разницы между тем, к какому виду Разумных ты относишься, сколько тебе лет и даже какого ты пола. И девочки, и мальчики должны были одинаково хорошо бегать, прыгать и плавать, твёрдым голосом зачитывать заклинания и не ошибаться в ударении, уметь быстро считать и ещё быстрее думать. Но это лишь малая толика требований к будущим выпускникам! Ещё их учили стрелять из лука и уметь обращаться с любым оружием, охотиться и разбираться в съедобных и лекарственных травах, находить спасение от холода и ядов. Чем дольше продолжалось обучение, тем труднее становились задачи. Например, ещё вчера Станиславу заставили искать лекарство от смертельного яда, отравляющего не только тело, но и саму душу. Она справилась быстро, но навсегда почернела радужная оболочка её глаз, и лишь зрачок горел каким-то особенным, волшебным белым светом.

Да, многие испытания были трудными, многие были опасными, но только теперь, стоя на краю Золотого Озера, Станислава поняла — все усилия не напрасны. Вдыхая всей грудью прохладный ночной воздух, позволяя лёгкому ветерку играть её шерстью и золотыми волосами, волчица терпеливо ждала, когда учителя закончат петь древнюю песню, и ей дозволят ступить на зеркально-чистую гладь Озера. В середине его поднимался из воды небольшой зелёный островок, возле которого стояли четыре каменных изваяния, протягивая руки и лапы к округлому камню. В камень тот вставляется кинжал, созданный самим учеником, и тогда целый день его лезвие вбирает в себя солнечный и звёздный свет. Когда Станислава вытащит его из камня, обучение закончится. И начнётся её новая жизнь.

Наконец, пение смолкло. Следуя обычаю, Станислава скинула с себя длиннополую белую рубашку, в которую её обрядили специально для церемонии: волкам и другим Разумным зверям одежда в целом не нужна, но традиции нужно соблюдать. Вновь раздалось пение, но теперь уже тихое, немного торжественное. Сложив передние лапы лодочкой перед собой, Станислава закрыла глаза и чётко произнесла короткое заклинание, после чего сделала шаг вперёд — и пошла по воде, лишь расходившейся кругами под подушечками её задних лап.

- Я сама делаю выбор и принимаю свою долю, - тихо произнесла волчица, не открывая глаз и словно умываясь невидимой водой из пригоршни. - Отныне я зовусь Станислава, сердце и душа моя принадлежат только мне, а жизнь и честь — Ликдулу. Клянусь Небом и Солнцем, клянусь Луной и Звёздами, что буду служить Добру и не поддаваться Злу.

Она повторила эти слова ещё два раза, и вдруг почувствовала под лапами твёрдую землю. Теперь можно было открыть глаза, что Стася и сделала. Вместо статуй стояли пушистый рыжий лис, стройная белая волчица, мужчина в летах и хрупкая девушка. Они были одеты в чёрные балахоны, мечи и кинжалы сверкали на расшитом золотом поясах. Но не было в чертах их лиц и морд ничего особо удивительного, ничем внешне они не отличались от других жителей Ликдула. А в лунном свете белела рукоять из драконьей кости, сверкало серебряное лезвие, воткнутое в камень, и на него с ладоней четверых струился нежно-белый свет.

- Приветствуем тебя, Станислава, - внезапно сказал лис приятным твёрдым голосом.

- Сегодня ты покинешь Святилище, - добавила волчица тихим, но радостным тоном.

- Помни, чему научилась здесь, - сказал мужчина хрипло.

- И обучайся новому, - закончила девушка и засмеялась звонко.

Стася моргнула и всё сразу вернулось на своим места: статуи опять стали статуями, а её собственный кинжал больше не горел магическим светом. Но у камня теперь лежал аккуратно сложенный чёрный плащ, на котором сверкала круглая жёлтая застёжка.

- Спасибо вам, - Стася поклонилась статуям, поднимая их подарок. - Обещаю, что я буду учиться дальше, буду оберегать и хранить мир и покой, жизнь и свободу жителей Ликдула. Даже ценой собственной жизни.

Она накинула плащ на плечи и застегнула застёжку у горла. Затем протянула правую лапу и с некоторым трепетом обхватила пальцами рукоять. В тот же миг приятная колкость пробежала от подушечек до запястья, замерла, а потом разлилась по всему телу, от головы до хвоста. Вскрикнув от восторга, девочка потянула кинжал — тот легко выскользнул из камня, и Стася подняла его над собой, любуясь, как переливаются охранные руны.

Глава первая. Сны и явь

До рассвета оставалось ещё не меньше часа, а Станислава уже шла к воротам Святилища, цокая коготками задних лап по древнему камню. Она не чувствовала ни усталости, ни сонливости, потому что те, кто обучался в Святилище, могут совершенно спокойно не спать несколько суток. Но дело было даже не в способностях, а в душевном подъёме, испытываемом Стасей.

Уходила она налегке. Из собственных вещей у неё теперь был лишь плащ и кинжал, который Стася простым заклинанием развоплотила, разложила на энергию и вобрала в себя, чтобы в любой момент проявить его в лапе. Ещё она взяла походную котомку, в которой лежала сытная дорожная снедь, несколько баночек с лекарственными мазями, бинты и фляжка с водой. И больше ничего.

У ворот — высокой арки из красного кирпича, с внутренней стороны украшенной настоящими щитами — её встретила Искра, лисица из учителей. Рыжая шерсть её посеребрилась прожитыми годами, а лапы уже не смогли бы крепко сжимать рукоять покоящегося в ножнах короткого меча. Но голос её был всё таким же, как и десять лет назад, приятным и нежным.

- Куда ты будешь держать путь? - спросила она, наведя свет потайного фонаря на мордочку Станиславы. Та подняла ладонь, прикрывая глаза.

- Я отправлюсь в Пятихолмие. Через два дня уже буду переходить Пограничный лес, - волчица закрыла фонарь и Стася смогла отвести ладонь. - Хочу повидать родной дом.

- А дальше? Тебе дано три года до того, как ты сможешь вернуться в Святилище…

- Я не вернусь, - Стася и сама удивилась, как легко ей дались слова, которые она репетировала в голове сотни раз за эту неделю. - Теперь я знаю и владею. И использую знания и способности для добрых дел. Ликдул большой, в нём хватает зла.

- Благое дело - наполнить Ликдул добром. Но помни, Станислава: борьба со злом и творение добрых дел есть схожие, но разные деяния. Одно без другого - тщетно.

Не всеми уроками поделились мудрецы Святилища со Станиславой перед посвящением. Этот посыл был нов, хотя и отлично вкладывался в пройденный курс - и прекрасно подытожил обучение.

- "Две руки даны Разумному, а не одна - рука принимающая, рука дающая", - процитировала юная Послушница "Книгу Светлейших". - Положитесь на меня - для того вы и учили меня, чтобы я сотворила пользу Ликдулу.

Привратница поклонилась - Станислава поклонилась в ответ. Самое тёплое прощание - безмолвное. Тем лучше оно запомнится, без суеты.

Станислава давно не выходила за ограду Святилища, поэтому не смогла удержаться и оглянулась. Отсюда толстые кирпичные крепостные стены воспринимались лишь одним из уровней многоярусного центрального храма, чьи зеркальные купола отражали звёзды и серебрились луной. Снаружи - такое тихое и благостное место, безмятежность, спокойствие и тишина среди пасторальных холмов, пахотей и рощиц, темная, надёжная громада, словно спящая в ночи скала. Отсюда не видны все упорные тренировки, торжественные службы, напряженные послушания - внутренняя жизнь Святилища.

Несколько странно чувствовала себя Стася сейчас - столько прожить здесь, и теперь уходить в неизвестность. Без опоры на мудрых преподавателей. Но ведь не зря же она здесь столькому научилась!

- Справлюсь, - решила волчица сама для себя и отвернулась от Святилища, бросая взгляд на окружающий её ночной мир.

Станислава могла бы выйти и днём, но к чему тратить время? А ночных опасностей она не боялась - глаза волчицы были приспособлены к темноте. Её ближайшие сородичи в мире животных охотились в основном днем, но приобретенные навыки компенсировали недостатки тела. Она легко и быстро зашагала по дороге, ведущей в сторону южных королевств, но затем свернула на север. Там до самого горизонта тянулись травяные моря и зелёные холмы, а ещё дальше находился лес Ллендерхофф, разделяющий королевства Ликдула своими зелёными стенами. До него было идти и идти, но Станислава и не спешила: Ллендерхофф место древнее, населённое народами, жившими здесь ещё задолго до прихода людей и зверей. И преодолевать его лучше в светлое время суток...

А пока можно было насладиться прекрасной ночью. Свежий ветер выветрил сонливость из головы, было прохладно, но не мёрзко. Сильнее всего холодило ноги о уже влажную от росы траву. Поражала абсолютная тишина - ни сверчков, ни птиц, ни еле заметных звуков от разумных, что спят по соседству, а ветерок белым шумом лишь подчёркивал безмолвие. Наслаждаясь мокрой холодностью, лижущей её лапы, Станислава запахнула плащ покрепче и двинулась дальше, не заходя в высокую траву, но и не выходя на дорогу. Всё же ей нужно отвыкнуть от вымощенных камнем аккуратных дорожек Святилища и войти в то состояние, которое достигалось на достигалось на тренировках. Но в результате впала в нечто дорожного гипноза - вроде бы крутила головой по сторонам, любовалась звёздами и всматривалась в тени деревьев, в едва заметный блеск травы, чтобы не подскользнуться - а дороги почти и не помнила, даже время словно застыло.

- Нет, ну лес я не обойду, только упрусь не туда... - она взглянула на деревья впереди.

По картам в Святилище она видела многое. Если картинка и реальность совпадали, то Южные Врата леса находились чуть дальше и левее неё. Станислава посмотрела на небо, затем оглянулась назад и приняла решение. Оставалось лишь надеяться, что верное - всё же заночевать у кромки леса и при дневном свете отправиться дальше. Утро вечера мудренее... И виднее!

Но всё же не получилось заснуть сразу. Слишком красивое небо, а земля слишком жёсткая даже через подаренный плащ. Не так воображаешь себе ночь под открытым небом, вне палатки - возможно, упущение в программе подготовки послушников. Но разве можно научиться абсолютно всему? Да и скучно бы это было - всё знать, ничего больше не испытать нового на своём опыте!

Она перевернулась на спину, подкладывая лапы под голову. Всё же красиво... И странно. Сколько раз она замечала, смотря из окна на звёзды - начинает щемить в груди, и что-то словно щекочет её изнутри. Но почему ей так нравится рассматривать мерцающие в ночном небе искорки - она не понимала, и никогда не находила времени задуматься.

Первая ночь под звёздами, не ограниченная стенами Святилища. Стася всё ещё не могла в это поверить - лёжа под большой елью и укрывшись плащом, волчица смотрела на звёздное небо и золотистую луну, висевшую высоко-высоко над головой. Небо... Почему-то каждый раз. когда она поднимала голову к небесам, ей казалось, что звёзды, налепленный на небесный свод, таят в себе нечто большее, что это не просто огоньки в ночи, а... Даже трудно объяснить, что же именно. Но они влекли её к себе, звали своим нежным мерцанием.

Станислава так долго наблюдала за небом, что в действительности начала замечать, как поворачивается небесный купол вокруг звезды Апогея. А потом звёзды застыли на несколько мгновений - это были уже засвеченные точки на сетчатке, видные даже со смеженными веками перед тем, как послушница, наконец, уснула.

Сон её был странным. В Святилище она видела обычно лишь расплывчатые образы, леса и поля, а теперь... Теперь она плыла меж звёзд, вдоль отдаленных миров и планет, зелёных и бесцветных, заросших и пустынных. Вселенная неторопливо обволакивала её, мерцая светилами иных миров. Стася поймала себя на мысли, что не вольна в своём полёте - её словно что-то вело по космосу, босые лапы ощущали холод металла, а в сознании блуждало воспоминание, за которое во сне не было никакой возможности ухватиться. Но внезапно весь мир вокруг стал стремительно изменяться и одна из планет резко увеличилась в размерах, словно Стася падала на неё…

* * *

От такого сна сразу очнуться не вышло - Стася, хоть и открыла глаза, но продолжила лежать. тяжело дыша и мало что соображая. Всё сознание её было затуманено ночным кошмаром, лапки даже слегка подрагивали. Хорошо, что мир вокруг был не столь ужасен - реальность радовала свежестью утренних красок, сочными трелями птиц и мельтешением маленьких зверьков в листве. Только холодно и мокро из-за росы на шерсти.

Слегка озябшая, волчица встала и принялась разминаться. после чего пустилась бегом по траве от плаща и обратно. К счастью, солнце с каждым мигом всё выше поднималось над горизонтом, и вскоре должно было высушить и траву, и шерсть, и одежду.

Станислава подумала - не потратить ли тогда силы на перемещение куда-то в определённое место? Ведь зачем топтаться на одной и той же опушке, когда впереди целый мир?!

Подхватив плащ и накинув его на плечи, она огляделась. выбирая направление. За ночь она слегка отклонилась от намеченного пути в Пятихолмие, и теперь ей надо было либо поворачивать на северо-запад, чтобы выйти к торговой дороге между Башней Звездочётов и собственно Пятихолмие, либо идти напрямки через старое Упокоище, за сотни лет превратившееся в просторный, но совсем не густой сосновый лес. Мертвецов Станислава не боялась ни мёртвых, ни оживших, да и звери лесные её не пугали. Потому она решила продолжить наслаждаться природой и пройтись через лесок.

Кладбище находилось где-то в самой его середине, и многочисленные тропки, проложенные между сосен и невысоких кустиков, вились и через него, и вокруг. На карте разобраться в их путанице было просто невозможно, а уж вспоминая карту по памяти - тем более. Потому волчица просто шагнула на первую попавшуюся тропку, вроде бы вившуюся в верном направлении.

Палые иголки, вскоре во множестве начавшие встречаться на дорожке, приятно покусывали задние лапы Стаси. Дувший нежный ветерок и вправду высушил её шёрстку и плащ ещё до того, как она достигла границ старого кладбища. Они угадывались благодаря маленьким часовенькам, расположенным за давно рухнувшим и истлевшим забором. Надгробия между разросшихся деревьев напоминали больше старые природные камни, покрытые мхом, трещинами и выбоинами. Редко где можно было прочесть надпись, даже форма могилы, разная для разных вер, не всегда была понятна. Надгробия называют "памятниками", но они не позволяют сохранить память о погребённом или увековечить его деяния. Что прохожим до могильного камня с именем и датами, если их вовсе можно прочесть? А если есть эпитафия - как узнать, правдива ли она?

Стася осторожно перешла на соседнюю дорожку, идущую по самому краю кладбища. Разбитые камни, посеревшие от времени, засыпанные все теми же палыми иглами и веточками, выглядели жалко и совсем не страшно даже для того, кто боится кладбищ. Просто камни в лесу, ничего больше.

Мелкие шорохи не пугали... Но Станислава увидела за деревьями и большую движущуюся тень. Юркнув за ствол и затаившись за ним, Станислава выглянула, осторожно посматривая за бродившим между могил существом. Это был дракон - и довольно больного вида, словно чумной.

Он был из рода небольших - по меркам истинных драконов - ящеров, чешуйчатый салатового окраса, с какими-то неприятными на вид пятнами по всему телу, неторопливо идущий на четырех. На чуть расправленном левом крыле висела кожаная сумка. Низко наклонив голову, он присматривался к каждой могиле, словно искал конкретную. Ходил он нетвёрдой походкой, то и дело останавливался и кашлял.

- Добрый день! - негромко сказала волчица, выходя из-за прикрытия деревьев.

- День! - ответил дракон. Наверное, с тем, что день добрый, он был не согласен. - Не видела ли ты здесь захоронение Виркны? Я хочу упокоиться рядом со своими предками.

- Да больно ты хорошо выглядишь для покойника, - Стася улыбнулась дракону ободряюще. - Да и время года к смерти не располагает! Смотри, как кругом хорошо!

Ничего не ответив, дракон вернулся к своему обречённому занятию, не пожелал тратить силы на разубеждение Станиславы. Для неё, возможно, день был действительно хорош, ведь она не отхаркивала свою кровь.

Однако привязчивая девчонка не желала оставлять умирающего в покое. Он только вернулся к поискам, а Стася подошла ближе и заинтересовано стала рассматривать его спину.

- Где ты умудрился заразится этой гадостью?

- В руинах на болотах возле Каменных Королевств. Мудро будет тебе туда не ходить,, - дракон устало постоял минуту, потом снова пошёл, словно одурманенный.

О этих мрачных местах Станислава была наслышана: оттого сейчас зарастает старая дорога, потому что новая, прямо через горную гряду, длиннее, но безопаснее.

- А тебе мудро будет пойти в святилище, - вставила Стася. - Если там не помогут, то хоть будут те, кто проводят тебя на могилу.

- Мне не хочется и их собой заразить, - дракон уверенно отрезал, так и не посмотрев на Станиславу. - Хорошо, если ты теперь не заразна. Ты меня не трогала, но болезнь может передаться по воздуху. Впрочем, чего ещё ожидать от прогулок на старых кладбищах?

- К нам зараза не пристает, да и видела я похожее. Если есть в сумке одежда какая, намотай на себя и иди в Святилище. А если нет, то так или, только никого по дороге не обнимай.

- Спасибо за совет... - дракон улыбнулся, но не Станиславе, а одному из камней, и улёгся вокруг него.

Станислава замерла в раздумьи. В Святилище послушникам рассказывали об особенностях разных рас. Даже если бы она и хотела помочь дракону, то сделала всё, что могла - у неё не было медикаментов, а исцеление магией могло бы помочь ему лишь добраться до Святилища, отчего он по-видимому отказывается. Насильно же отнимать у него желание умереть с предками волчица не могла.

- Если уж ты решился, то можешь оказать мне одну услугу? Позволь осмотреть тебя, чтобы выяснить точно, чем ты болен.

Дракон не отвечал, а может, и попытался, но едва не отбил рёбра кашлем. Ладно, молчание - знак согласия. Не опасаясь за себя, малышка подошла к крылатому, принюхалась и дотронулась аккуратно до язвы.

- Не трогай! - рыкнул сквозь кашель дракон. - Заразишься!

- Нет, - спокойно ответила Станислава. осторожно принюхиваясь. - На млекопитающих твоя болезнь не действует, а те, кто прошёл обучение в Святилище, невосприимчивы к болезням. Я могла бы помочь тебе... Но вижу, что ты не хочешь этого.

- Я и так долго живу на этом свете. Хочу воссоединиться со своими предками.

Стася кивнула. Подняв другую лапу, она приложила её ко лбу дракона и прикрыла глаза.

- Тогда спи спокойно.

- Как жаль, что в мире нельзя помочь всем и сразу. Как нести добро, если ты не можешь даже уговорить больного пойти к докторам...

Рассуждая так, Стася выходила из-под тени лесных деревьев на утрамбованную тысячами ног и лап дорогу, ведущую к её родному Пятихолмию. На самом деле, ей очень хотелось самой добежать до Святилища, попробовать перекричать через стены, что дракону нужна помощь, но Станислава блюла и дух правил, не только букву — если нельзя возвращаться назад, она не вернётся. Да и выбор дракон сделал сам...

Вот только это совсем не успокаивало.

Глава вторая. Пастораль

Стася постаралась отвлечься от неприятных мыслей и ради этого огляделась по сторонам. Впереди начинались холмы и маленькие пятнышки лесов, поднимавшиеся тут и там между ними. Ничего интересного... Но вот что странно, волчица словно и не видела этих мест в детстве, а ведь в Святилище все говорили, что родители привели её из Пятихолмия… Единственное, что Стася знала, так это то, что здесь край сельскохозяйственных угодий, почти лишенные замков и крепостей, в отличие от северных земель. Но всё равно, особых воспоминаний об этом месте не появилось. Может, слишком маленькой она была в те времена, вот и не помнит?

Дорога через умеренно вытоптанный луг была не такой заметной, как в роще Упокоища, но всё же различимой, и ходить по ней было проще - не мешались до и дело выступающие корни. Стася уже и пошла, да больно её заинтересовали появившиеся тут и там стада: на зелени лугов, похожих на застывшие волны, белели едва двигавшиеся клоки шерсти. А раз здесь есть домашние животные, рядом есть и их хозяева. Какая-никакая цивилизация, какие-никакие собеседники. Первые лапы, из которых можно узнать, каков сейчас мир за пределами Святилища! В конце концов, почему бы не поговорить для начала с пастухами, которые расскажут больше, чем книжки и карты Святилища?

Пастуха она вскоре увидела, правда, издали он сам походил на одно из животных — на сторожевого лохматого пса. Стася определила, что он разумный, лишь приблизившись и увидев палку в его лапах. На вид он был очень грустным, сосредоточенным, но уставшим, чему Стася немало удивилась. К тому же, на вид волку, чей вид тоже выяснился при ближайшем рассмотрении, было немногим больше, чем самой Стасе. Неужели пастушья работа так тяжела, раз смогла погасить мальчишеский задор? А ведь молодый самцы даже в училище оставались самцами — шутили, веселились и подкладывали в постели самочек лягушек.

Тем временем волк тоже приметил Станиславу, даже привстал и позвал её по имени, правда, очень негромко и без уверенности. А Стасе стало стыдно до жжения в ушах — он её помнит, а она его нет?

- И-извините, - чуть заикнувшись, проговорил волк… Волчонок, по голосу точно волчонок. - Вы случайно не Станислава? Просто очень похожи на мою знакомую, она послушница в Святилище.

- Да, это я, - она в смятении на него уставилась. - А вы, напомните?..

- Вот это да! - волчонок подошёл поближе и почтительно замахал хвостом, всю его робость как ветром сдуло. - Ты так выросла! Когда я тебя доставал, ты была ниже меня на голову, а теперь мы почти одинакового роста. Меня Федя зовут, если забыла!

- Сколько мне лет тогда было? - учитывая, что сейчас Станиславе двенадцать, быть ниже на голову - не такая уж и мелюзга, чтобы не помнить о жизни в тот период.

- Так как раз… - паренёк задумался. - Сейчас, давай отведём стадо домой, и отец тебе сам всё расскажет.

- А его как зовут? - уточнила Станислава, пока волчонок собирал овец.

- Виталий Александрович, - отрывисто рыкнув на одну из блеющих овец, волчонок забросил посох за спину. Он словно посвежел от этой встречи, выглядел на свои молодые годы, и голос его окончательно нормальным сделался. - А для тебя - дядя Витя, он тоже тебя спасал!

- А ты, выходит, Фёдор Витальевич... - Станислава вспомнила традицию христианских имён, пойдя вслед за Федей поближе к нему, но при том стараясь не соваться под ноги овцам. - Знаю, просто Витя. Это я так.

- Просто Федя, я тоже в спасении участвовал! - волчонок опёрся на посох и чуть подскочил. - Слушай, а мне можно так с тобой разговаривать? Вроде да, но мало ли...

- Можно, - Стася кивнула. - Всё равно ты не знаешь моего отчества, да и я тоже. А официоз только мешает, он мне ещё в Святилище надоел. Ради дипломатии можно потерпеть, а так - зачем? Главное - относиться уважительно.

- Офи-циоз... Звучит как название болезни, - Федя прибавил ходу, крикнув овцам что-то непонятное, но громкое. Стадо, блея, послушно развернулось. - Здесь недалеко, идём же!

Рядом с обширным некрытым загоном стоял небольшой домишко - что интересно, не деревянный, а кирпичный, с черепичной крышей. Окна у него были круглые, а вот дверь прямоугольная, вполне обыкновенная.

Уткнувшийся промеж холмов и пастбищ, он казался здесь удивительно гармоничным, словно всегда здесь стоял, словно сама природа его тут возвела. Крепкий, чистый, ухоженный, но всё же очень и очень естественный… Сколько же ему лет?

- Это твой дом? - поинтересовалась Станислава.

- Да. Не стесняйся, заходи первой, я появлюсь очень скоро, - Федя открыл калитку и стал заводить овец в загон. - Папа тебя тоже узнает!

Федя не ошибся. Вскоре Стася, повесив свой плащ на крючок и вымыв лапы, сидела за низким столиком и попивала тёплый чай с баранками, пока маленькая волчица - двоюродная сестра Фёдора, приехавшая в гости к дяде - показывала ей маленькие фигурки драконов, искусно выточенные из дерева.

- А вот это - Перволом Древний! Он таскал камни для Каменных королевств! - пищала серая волчица с большим рыжим пятном на мордашке. - А это - Громон Однолапый! Он был Двухлапым, но я ему случайно сломала лапу и он стал Однолапым! Он большой, но иногда я превращаю его в малого дракона Вячеслава Ходячего, великого путешественника!

Станислава и не знала, как ей вклиниться в это тараторство, потому молча попивала чай и кивала, когда в очередной раз юная прилипала совала ей фигуру под нос.

- А это кто? - уже по-настоящему заинтересованно спросила она, когда девочка убрала большую часть фигурок в короб под столом. А заинтересовал Стасю большой черный дракон с ярко-красными бороздками по бокам. Это явно была не просто сделанная игрушка: наверняка купили у мастеров на ярмарке. Особенно Стасю удивила морда дракона, какая-то хмурая, если не сказать — злобная.

- О! Это же Рорнор Верховодитель! Гроза прошлого!

Неприятный холодок пробежал по спине Стаси. Рорнор. Роррноррес, известный так же как Душитель, был шестилапым стихийным драконом - подвид, живущий на побережье Правоморья. Но в отличие от собратьев, что беззаботно резвились по волнам, Роррноррес причинил много бед и зла, и лишь усилиями других драконов и народов Ликдула был уничтожен. В Святилище хранился его коготь. Поговаривали, что по силе необузданной ярости с Рорнорресом мог сравниться лишь один дракон, тоже отличный от собратьев своим крутым нравом, а более — ненавистью к другим народам Ликдула.

Его история лишь начиналась со смерти — смерти его отца, покусившегося на короля будущей Пепельной Пустоши, тогда ещё процветающей страны Лаиз. Нападение старшего смогли отбить, но вот месть младшего стерла королевство с лица земли. Казалось, один дракон не мог принести столько разрушений в мир, но он воспользовался...

Тем, что раньше считался на хорошем счету. Драконы вообще существа мирные, что большие, что малые, но ярость Смертоносца, как с тех пор стали называть того дракона, не знала границ. После смерти отца, разум его помутился, и он задумал страшную месть. Во время празднования посевной Смертоносец похитил из гаваней барку, нагруженную жиром для перевозки через Море. Он парил над Лаизом, сбрасывая вниз бочки и поджигая их, окольцевав город огнем, а затем начав выжигать то, что было внутри огненного кольца

С тех пор никто не селился в тех землях, лишившихся плодородной почвы, а Смертоносец пропал, но его не раз ещё встречали - только выживших после этих встреч было мало. Смертоносец возненавидел роды бескрылых.

- Станислава! О чем задумалась, милая?

Стася встрепенулась и виновато улыбнулась.

- Да так, дядя Вить, - уже седошерстный, но ещё сильный волк присел за стол напротив Стаси, ласково согнав племянницу. - Вы хотели мне что-то рассказать?

- Да уж, хотел... - волк как-то виновато прижал уши. - Ты многое не помнишь, верно?

- Мне кажется, я не помню ничего до момента появления в Святилище. Как будто мне там воспоминания все отрезали. Но ведь это не какая-нибудь тёмная секта, кто как делает... - Станислава повернула нос к вошедшему Фёдору. - Я была вменяемой, когда вы меня нашли, полностью здоровой?

- Это как сказать, - Фёдор тоже плюхнулся за стол, взяв бублик и впился в него зубами. - Фовофой, но не офень.

- Дело в том, что Федя нашёл тебя... В очень странном месте, - старший волк зыркнул на сына, чтобы тот чавкал потише. - Мы обнаружили тебя в обломках, как мы думали, упавшего с неба камня. Лишь несколько месяцев спустя маг, живущий в далёком королевстве Антагон, сказал нам, что это был звездолёт - корабль, летающий между звёзд.

- Да! - включился в рассказ Фёдор, справившийся с бубликом. - Я давно уже нашёл это место, только никак не решался сходить. Но как решился - не зря.

Дальше рассказывать стал уже он.

* * *

Металлические остовы меня уже не так заботили, когда я увидел твоё тело, Стася, что плавало в пруду мордой вниз. Смотрю — утонула, даже уже похолодела на ощупь, но всё равно я тебя на берег вытащил и откачал… Но хотя сознание тебе вернуть удалось и воду из тебя я откачал, ты была как пришибленная и только плакала, на вопросы не отвечала. Повёл я тебя к отцу, он посоветовал тебя в Святилище проводить. Оно не так далеко, там тебе точно помогут. Оно так и случилось, только, как там сказали, восстанавливаться тебе долго придётся. Как видишь, у них получилось, их и благодари, а по груди тебе ударить, чтоб сердце забилось и вода вышла, каждый бы смог.

- Так ты, получается, меня спас…

Станислава сказала это машинально. В услышанное поверить было бы трудно, если бы... Если бы Стася не чувствовала, что всё так и было. Действительно, почему иначе она не помнит о произошедшем до её обучения в Святилище?

- Дай молодому не-человеку поскромничать, - Виталий оборвал повторяющегося Фёдора. - Хвастовство, в отличии от геройских поступков, зверей не украшает. Да, он тебя и спас. Хотя, мне кажется, к тебе ещё не вернулось всё то, чем ты обладала в самом начале... До кораблекрушения.

- Память уж точно не вернулась, - согласилась Стася.

- Не только. Ты вся дрожала и плакала, и имени не помнила, даже как ходить не знала! Я тебя почти на лапах нёс, - Фёдор возбуждённо жестикулировал, показывая, с какими трудностями столкнулся. - А через неделю ты уже по-нашему разговаривала без труда, и через забор прыгала.

Волчица покачала головой, пытаясь утрамбовать мысли.

- А как же я попала в Святилище?

- Я тебя и довёл через пару месяцев, мы решили, что там тебе лучше будет - странно, что ты этого не помнишь. Мы дошли до оживлённой дороги вокруг леса, на повозку сели. За проезд заплатил вознице одной овечкой, её мы втроём и ели по пути. Ты сейчас, кстати, не голодна? - Засуетился молодой пастух.

- Да уже наелась-напилась, баранкой обзавелась! - Стася подняла очередной бублик. - Спасибо за угощение. И... - она виновато улыбнулась. - За спасение тоже.

- Пожалуйста, - снова отвёл Фёдор смущённо нос. - Разве мы бесы какие-то, мимо пробежать, когда погибает кто-то!

- Можно и испугаться, - Виталий подмигнул притихшей дочурке, наблюдавшей из-за печки за гостей и подслушивавшей разговор.

- А можно к тем обломкам сходить? - Стася отложила так и не тронутый бублик. Хватит пастухов объедать. - Хочу всё же посмотреть... Может, и вспомню что?

- Конечно! Если отпустишь, папа, - Фёдор слегка поклонился родителю.

- Идите. Лилия тебя сменит на вечернем выпасе, ей пора ремесло осваивать, а не только деревяшки пасти. А вы, думаю, до ночи ещё вернуться успеете. Только возьми уж на всякий случай, - отец подал сыну ножны, что снял со своего пояса. - Мало ли, придётся кусты порубить.

Стася мельком оценила меч. Судя по изрезанной когтям и очень потёртой рукояти, лет ему было немало.

- Спасибо! - обрадовался оружию волчонок. - Так, а теперь пойдём! Покажу тебе, где ты шлёпнулась! И как ты совсем не захлебнулась... Ну, да не буду об этом говорить, может, на месте сама всё вспомнишь!

Глава третья. К лесу!

До местечка, где Станислава когда-то «шлёпнулась», оказалось не так и просто добраться. Хотя в Святилище Стася и научилась бесшумно пробираться через самые колючие заросли, здесь, на узкой дорожке, вившейся промеж чёрных ветвей, она чувствовала себя очень неуверенно. Плащ цеплялся за ветви, лапы то и дело ощущали острые шипы и палки. Федя шёл куда более уверенно, огибая и вечногрязные пятна на дороге, и колючие кусты. И при этом даже меч не использовал, лишь иногда лапой колючие ветви придерживал.

- Дорогой не пользовались давно, вот и заросла. Не волнуйся, тут совсем чуть-чуть осталось! - подбодрил он девочку, когда та в очередной раз прыгала с левого края дороги на правый, обходила нагромождение палок.

Деревья и кусты в этой роще жили кривые, с извилистыми ветвями, почва зеленела свежей травой. В былые годы тут даже болотце могло быть, но сейчас оно окончательно высохло, оставив после себя лишь непроходимые растительные заграждения непрореженного леса. Здесь даже Федя начал пробирался с трудом. Впрочем, он нашёл какой-то проход в кустах и, взяв Стасю за лапу, потянул за собой. А затем отошёл в сторону, чтобы волчица смогла увидеть... Обломки.

Потемневшие, поросшие мхом и вьюнами куски металла торчали тут и там возле громадной серебристой трубы. Хотя лесное озеро достаточно подсохло, кое-где ещё была вода. и поднимавшиеся из неё осколки придавали месту крушения очень мрачный вид. В том, что здесь было именно крушение, Стася не сомневалась - в тот миг, когда она смотрела на обломки, память пронзило яркое воспоминание: вот она смотрит через стекло в даль космоса, а там, на фоне мерцающих звёзд, висит серебристая штуковина, приветливо сверкая яркими огоньками...

- Подойдём поближе? - Федя, не дожидаясь ответа, потащил девочку за собой.

Она побежала следом, едва не валясь на крутом склоне в низину, что раньше была озером. На дне росли ещё болотные камыши и прослеживались мелкие острые обломки - дальше пастух шёл осторожно, проверяя перед собою дорогу посохом.

- А здесь никакая бяка не завелась? - спросила Стася, думая, не материализовать ли ей меч.

- Нет, здесь никто... Не живёт, кроме пиявок! Осторожно!

С выражением брезгливого отвращения волчонок обошёл чёрное щупальце, перетекающее по земле в сторону ближайшей лужи. Стася мудро держалась за его спиной, и таким образом два волчонка вошли в искорёженные руины, остов «корабля», который совсем не походил на привычные лодки и парусники. Он был сделан из холодного металла, но не проржавел в столь сыром месте, только покрылся местами мхом.

Кроме самой дыры-входа, внутри межзвёздного корабля было темно, но Стася недолго думая зажгла на подушечке лапы синий огонёк и осветила им старые стены. Кучка насекомых, растревоженных непрошеными гостями, взлетела с мокрого перегноя и принялась крутиться в пахнущем стоялой водой воздухе.

- Я так тогда и не понял, что это такое, - виновато признался Фёдор. При этом он привстал на цыпочки, пытаясь разобрать в свете магического огонька детали обстановки. - А он большой...

- Я могу и ошибаться, но такие корабли могут перемещаться между звёзд, - Станислава принялась внимательно осматривать пострадавшие от времени, влаги и природы помещения этого «звездолёта». Как ни странно, поиски не были бесплодны - в свете огонька что-то золотисто сверкнуло.

- Так маг из Антагона нам так же и сказал, я знаю, - кивнул Федя. - Хотя и сложно себе представить... Но мне всегда казалось, что звёзды - это маленькие серебристые островки, и по чёрному космосу до них вполне можно доплыть...

- Подержи-ка, хочу тут штуку достать, - Стася протянула огонёк волчонку. Тот недоуменно хвост поднял.

- Как?

- Сложи ладони лодочкой и просто не двигайся. И не дуй на него.

Федя задрожал от напряжения, стараясь незыблемо сохранить позу и даже не дышать, пока Станислава поднимала из грязи и отчищала золотой кулон в виде креста: зацепившийся верёвкой за трещинку в корпусе, он пролежал здесь всё время, пока Стаси не было... Да, почему-то девочка была уверена, что это её вещь. Может, по размеру, а может, как-то ещё она это поняла.

- Ух ты! Я такие видел на рисунках, рассказывающих про Каменные Королевства! Кажется, чем ближе к Антагону, тем больше таких крестов на крышах зданий ставят! - зашептал Федя, отвернув морду от огонька. - А он что, твой?

Вместо ответа она одела находку на шею.

- Надо будет пообщаться с этим магом, он точно знает больше нас. Если хочешь и родные отпустят - иди со мной!

- Тебе всё равно нужно будет показать дорогу, - кивнул Федя. - Пойдём, вернёмся к отцу, он посоветует, как нам лучше добраться до Антагона.

* * *

- Ну что, побывали на месте падения? - старый волк, кажетсябыл очень доволен. - Там-то мы тебя и нашли, доченька.

- Спасибо вам и за тогда, и за сейчас, - Станислава осознавала, что много полезных подробностей о прошлом от простых пастухов не узнать. - Хочу, чтобы вы мне ещё одну небольшую услугу оказали. Вы говорили о маге, который может знать больше, где он живёт?

- До Антагона путь неблизкий, он на другом конце Ликдула, - Федор посмотрел на отца. - Даже для послушника Святилища эта дорога опасна, пап.

- Никого рангом повыше тут нет, и Святилище всё равно бы послало меня разбираться с собственным прошлом, - Станислава не поняла беспокойства мальчика.

- Но не через всю страну в одиночку шагать. У тебя нет ни еды, ни путеводителя! - волки переглянулись. - Федя проводит тебя до наших родственников, живущих в Пятихолмии. А я пока соберу вам припасов в дорожку.

- Спасибо большое! - кивнула Станислава, наблюдая, как добрейшая семья начинает готовить провиант. - Вы столько всего делаете для меня просто так! Я не знаю, чем вас благодарить!

- Ничем не надо! Я всегда мечтал о сестричке того же возраста, что и я, - улыбнулся Федор. - Прогуляемся с тобой, а папа пока овец попасет.

«Не похоже, что этот мир полон зла, как о нём утверждали в Святилище и к чему меня готовили, - задумалась волчица, залюбовавшись добрыми улыбками на мордах. - Наверное, эти земли ещё достаточно близки к Святилищу, тут часто проходят его адепты и помогают всем чем могут. А стоит подальше отойти - кто знает. Не стану загадывать»

- Вот. Это моя котомка для путешествий - висит уже десять лет без дела, как драконы отлетали, - Стасю вывел из задумчивости дядя Витя, передав ей небольшую, но явно вместительную сумку. - У Феди своя есть, а это для тебя.

В самом деле - кроме плаща и перевязи с кинжалом, у Станиславы не было ничего из вещей. Поэтому она благодарно приняла подарок, отвечая принятыми в здешних краях словами благодарности:

- Зря не пропадёт, дядюшка Витя.

- Возьмём еды немного, бабуля больше положит. Я ей про тебя тоже рассказывал, - Федя уже был рядом, с собственным мешком за спиной. - Пап, ты тут точно без меня справишься?

- Идите-идите. Только если решишь проводить её до границ Пятихолмия, пошли Крошку, пусть письмо принесёт!

- Обязательно! Ну, если мы сейчас отправился, к вечеру как раз доберёмся, - кивнул волчонок. А повернувшись к Стасе, пояснил. - Крошка - наш голубь почтовый, у бабушки живёт.

- Хороший папа у тебя, не боится за сына, - заметила Станислава, поправляя лямку. Федя рассмеялся:

- Я однажды заявил отцу, что пойду на Могильный Курган, проверить, правда ли в Корочун кости встают новую зиму праздновать. А мне говорит батя: «Шапку надеть не забудь». Не верил, наверное, что пойду все же.

- И что же, дошёл? - вздрогнула Стася. - Место нехорошее. Искра рассказывала, они там набирали крапиву однажды, так у неё два дня шерсть дыбом стояла.

- Так я зимой ходил! Замёрз, да, а так - ничего там страшного нет! Наверное, все косточки покойников заледенели, вот и не встали - шерсти-то на них нет! А кто Искра, и что она делала там?

- Одна из моих наставниц, самая лучшая в Святилище, - Стася на миг представила мордашку своей доброй учиительницы. - А делала - сказала же, крапиву рвала в особый час и для особых дел.

- А чем вы занимаетесь в Святилище? - поинтересовался волчонок, когда они вышли из дома и по витой дорожке направились на севере. - Если конечно, ты можешь рассказать об этом.

- Могу-могу, не волнуйся, - улыбнулась Стася. - Что именно тебя интересует?

- Всё, ведь внутрь никого не пускают, кроме как тех, кто при смерти. Тем более куда-нибудь далеко. И о том, чему там учат, никто не рассказывает, «мы такие скромные, мы не любим хвастаться», - скорчил Фёдор рожу.

- Ха-ха, просто мало кто спрашивает! - Стася скрыла смех за лапой. - Некоторые боятся нас, но совершенно зря. Дело в том, что мы всегда появляемся там, где беда, где кому-то грозит опасность. Монстры, выходящие из лесов, колдуны, скрывающиеся среди мирных жителей деревень - вот наши враги.

- Вот так нам все и отвечают, а про то, как борятся, как тренируются, что внутри делают - ничего, - закивал волк.

- Это малоинтересно, - Стася помолчала, думая, о чём именно рассказать. - Рано утром - подъем и умывание, зарядка и лёгкая пробежка по территории Святилища. Затем - завтрак, после которого начинаются занятия. Для групп помладше - теория, изучение заклинаний и письменностей, карт и книг. Для старших занятия практические: зельеварение, фехтование, магическое противоборство, и физическое тоже.

- А на ком тренируетесь? Вас до монстров когда допускать начинают? Или вообще к ним не привыкли, если даже ваша лучшая наставница с воплем бежит от простых скелетов? - Федя выпятил грудь, будто сам был заправским монстробоем.

- Отступление - лучше сражения, особенно если драться причин нет. Мы должны мир хранить, а монстры пусть живут в своих местах, где никому не навредят. Что до вопроса - мы часто покидаем святилище на старших курсах. За стенами всего не изучить!

- А ты на каком курсе? - поинтересовался Фёдор.

- Моё обучение закончено. Все эти долгие годы я училась - спасать и убивать, или же пройти мимо того, что беспокоить не нужно. Теперь я имею право ходить, куда мне вздумается, и делать всё, что укладывается в рамки понятия "служба добру", - Станислава внезапно залезла под плащ и достала из-под него крест. - И Мне... Мне кажется, меня этому учили даже ещё до того, как я попала в ваш мир.

Фёдор задумался и замолчал. Так, в тишине, два прямоходящих волка и добрались до границы леса.

- Это так называемый Граничный лес, - не особо долго смог тянуть молчание волк. - Через него ведут всего пять дорог, а вокруг - чаща непролазная, и тянется она от восхода до заката, представляешь? Во-о-н оттуда до в-о-он туда! Основная торговая тропа западнее нас, мы пойдём по главной пешей. Она короче на добрый час пути.

- А разбойники здесь не водятся? - поинтересовалась Стася.

- Водятся. И звери всякие, и лешие, и даже вурдалаки пасутся меж дорог. Но ты не бойся, - волчонок положил лапу на рукоять меча. - Я тебя защищу!

- Ты тоже не бойся, я тебя, - фыркнула девочка, направляясь к просвету между деревьев, куда дорога и вела - пускай немного сужалась, а пара тропок отходили от неё в стороны, огибая лес.

- На боковые не вступай, прямо только! - предупредил Федя. - Они не для нас сделаны. Видишь, вон знак?

Он указал лапой на ствол старой сосны - там на коре был намалёван крест, наложенные на четырёхгранную звезду.

- Брысюки, - определила Стася. - Дикие кошки.

- Ты их знаешь?

- Читала, лично не встречала. Народец мирный, живёт в лесах Ликдула, питается белками и зайцами, собирают грибы, а с другими народами торгуют шкурками. Хорошо стреляют из луков, - волчица улыбнулась замешательству на мордашке волка. - Ты сам-то читать умеешь?

- Я? Это я-то? Да я! Каждый месяц! В библиотеке по три, по четыре, а то и по пять книг беру!

- И какие же? - Станислава, войдя в лес. заговорила тише. - Приключенческие, наверное, и прочую беллетристику? К тому же, я слышала, от вас до ближайшего города с библиотекой далеко.

- От бабушки до библиотеки - как от нас до бабушки! Вечером сама сможешь представить, лапки устанут, заболят, шерсть вся набьётся ветками-палочками…

- Зловредник! - фыркнула Стася. - Мне не привыкать к такому!

- Посмотрим-посмотрим! - Фёдор рассмеялся, поправляя котомку.

Дорожка тем временем уходила влево, огибая обрыв, на дне которого шелестели большие деревья непонятной породы - во всяком случае, даже Стася не смогла определить, к какому виду относятся эти большелиственные растения! Стволы - трём таким, как она, не обхватить, а крона пушистым шаром нависает.

- Наверняка там кто-то живёт, - негромко произнесла она, углядев к тому же, примятую траву под деревьями. - Не знаешь, кто там может быть?

- У леса тайн много, - пожал плечами Федя. - Но давай не будем выяснять? Ты же училась не беспокоить того, кого беспокоить не следует?

- Ты прав, - Станислава вздохнула. Безопасность сейчас была ценнее удовлетворения любопытства. - Да и неприлично заходить в чужой дом без приглашения.

Затем тропа стала забирать вверх - Пятихолмие уже начиналось, поэтому земля имела неровный рельеф. Дорога то поднималась на холм, с которого открывался вид не хуже, чем из окна замка, то углублялась в низину, и тогда уже лес обступал путников со всех сторон, будто горы возвышаясь над перевалом.

Странно, но даже когда зелёные стены окружили их, страха не появлилось. Лес был густым, но всё же светлым, пели задорно птицы, какие-то лесные жители прыгали по веткам или шелестели травой. Один раз Стася даже уловила звуки флейт и дудок, из-за которых замолкли птицы: западнее их по большой дороге катил караван, ничуть не задумываясь о том, какое беспокойство музыка приносит в лес.

Несколько мелких животных, вроде бурундуков и скунсов, побежали в противоположную от неприятных для них звуков сторону, перепрыгивая через дорогу, порою скакали белки с ветки на ветку. Этот лес показался Станиславе куда более приветливым и гостеприимным, чем лес на кладбище. Хоть и рассказывают много страшных историй про те чащобы, через которые сейчас странствовала парочка, она не углублялась в сокровенные места этого леса, и поэтому пока находилась в безопасности.

Глава четвёртая. Ствололом

После второго часа пути волчата решили устроить небольшой привал - Стася и так шагала с утра, да и Федя пас своё стадо, так что по сути, весь день они провели на лапах. Повесив котомки на ствол молодой осины, росшей рядом с дорогой (дерево гибкое, вреда не будет), волчата присели на краю дороги и пообедали лепёшками с мясом, которые дядя Витя собрал сыну в дорогу.

Они так приятно пахли выпечкой и фаршем, что к трапезе решил присоединиться незваный гость, предупредивший о своём появлении тихим рёвом. Станислава и Фёдор синхронно обернулись к медленно подходившему к ним медведю. Он не скалился и не напрягался, готовя прыжок, но даже на четырёх лапах был ростом с волчат на задних.

- О-ой... - Федя испуганно потянулся к мечу, которой положил на траву рядом.

- Не пугай мишку, - пожурила его Стася. Осторожно встав и глядя прямо в глаза зверю, она сунула лапку себе под плащ, быстро колдуя. - Ну, киса-киса-киса...

- Это не кошка! - пискнул волчонок.

- А как его по-другому звать? Быр-быр-быр? - Стася наконец закончила колдовать и протянула медведю на ладони... Белые кристаллики.

У Феди аж глаза округлились:

- С-сахар?

- В лесу пыльцы много, из неё и собрала, - Станислава не стала признаваться, что на самом деле воплотила этот сахар из своей собственной крови, материализовав на ладони.

- Шутница, - волчонок всё равно нащупал меч, не спуская глаз с того, как Стася подносит кубики медведю. В Ликдуле сахар ценится, сам Фёдор чай с сахаром раза два в неделю пил. Вот и мишка, даром, что не разумный, подарок оценил - фыркнул на Стасю, слизал кубики языком и захрумкал в чащу.

- Теперь не побеспокоит.

- Помню рассказ отца моего, - Фёдор приуспокоился и снова разговорился. - Когда сам он молодым был, шёл он через этот лес, видит - медведь, да и убежал от него. Его друзья засмеяли, трус-трус! Потом, через некоторое время снова через тот же лес, снова медведя видит и думает, «на этот раз трусом не буду»! И бросился на косолапого. Еле до дома дошёл с кровотечением!

- Живой трус иногда лучше мёртвого дурака - не в укор твоему отцу, но глупо обижать зверя, если ты одет, еда у тебя есть и дома ждут, - Стася снова присела на траву. - Жить в мире - вот чем надо бы научить все народы Ликдула.

- Да вроде никто ни с кем и не воюет, кроме дракона одного... - задумался Фёдор. - Даже не понятно, зачем замки строят, если крепости не осаждает никто.

- Замки-то давно построены - Каменные Королевства уж лет триста стоят. А за стеной всё равно надёжнее - мало ли, ко из леса выйдет, да и сами ликдульцы разными бывают...

- Ну, у нас ничего такого нет - ни разбойников, ни бандитов. Максимум - в Пятихолмии вечером подерутся. А вот звери - иное дело... - волчонок посмотрел в сторону, куда ушел медведь. - Мне теперь даже неуютно здесь сидеть.

- Он ушел и нас не тронул. А другой в месте другом может и по-другому себя повести.

- Тогда не будем здесь засиживаться, - решил волк, вставая с земли, - у бабушки моей всяко гостеприимнее будет.

- Дорога в даль ведёт, - пропела Станислава, вновь вешая на плечо сумку.

Снова они пошли по вившейся меж берёз и осин тропе, то спускаясь, о снова поднимаясь на холмы. Миновали полянку, где нашли следы разумной жизни: кострище и воткнутые в землю палки. Затем пошли по правому берегу замёрзшего озерца, сопровождаемые кваканьем лягушек, то и дело с громким бултыханием прыгающим с берега в воду - и обратно.

- Скоро выйдем из леса, - показал Фёдор на водоём. - До самой бабушки ещё пару часов осталось. А там уже ночевать останемся.

Станислава кивнула.

- А какова твоя бабушка Что любит? Как с ней лучше разговаривать?

- Да немногим от отца отличается. Тоже добрая, тоже много всяких животин посла в детстве, а сейчас у неё две козы и куча куриц, - Фёдор облизнулся на этом слове. - Я ей о тебе рассказывал, так что она тоже будет рада тебя увидеть.

- Прекрасно, - Станислава поактивнее замахала руками при ходьбе. - Приятно осознавать, что живёшь в добром и хорошем мире!

- Ох, накаркала...

Федя торопливо схватил Стасю за локоть и указал влево. Но волчица не увидела опасность - услышала.

За порослю где-то впереди трещали деревья, визжали люди, кто-то утробно и злобно хохотал. Ничего хорошего звуки эти не предвещали.

- Стой здесь и если что - карабкайся на дерево, - Стася откинула плащ и материализовала в лапе клинок. Это уж точно был не медведь!

Фёдор в свою очередь очумело уставился на оружие, возникшее из ниоткуда и придавшее юной самочке вид грозный и боевой. Но и он решительно перехватил меч поудобнее в лапу.

- Ну уж нет! Волки по деревьям не лазают!

А потом раздалось протяжное эханье, как будто дровоснек топором замахивался, и несколько деревьев, треснув, завалились на детёнышей, и те спаслись лишь потому, что несколько деревьев опёрлись друг на друга, так и не рухнув на них.

- Вот уж точно, хорошо не полез! - воскликнул Федя. - Это что такое было?

Стася не ответила, перебирая в голове возможные варианты и одновременно направляя внутреннюю энергию на клинок. Опасная вещь - прибегать к собственным физическим и душевным силами, вкладывая их в какое-либо оружие. Можно перестараться и тогда... Но даже машинально Стася умудрялась контролировать поток, заставляя кинжал сверкать холодным бледным светом.

За деревьями просматривались тень ростом до верхушек высоких сосен. Вот тебе и первая драка - сразу на гигантов!

- Может, драпанём? - Федя тоже углядел тень и не чувствовал, что с нею можно сладить. - Стась!

- Ты такое в лесу видел? Нет! - волчица сама спросила и сама ответила. - Он пришёл с Запада или Восточного Залесья, а значит, будет тут всё крушить и ломать, если его не прогнать!

Стася смело побежала к монстру, стараясь вилять и прятаться за деревьями. Кинжалами эту зверину не затыкать… Но был иной вариант - магию она копила не зря. Да и убивать заблудившего ствололома идея плохая: сам по себе зверь мирный, если не вблизи поселений появляется, да и кроме того, потом туша на всю округу вонять будет!

К сожалению, надежды на мирное разрешение конфликта не оправдались. Стася увидела вдалеке разбитую повозку, бьющуюся на земле лошадь и пару человек с пороховыми ружьями, стреляющими по громадной зверюге. Третий в неестественной позе валялся под деревом.

Медлить было нельзя поэтому, накачав побольше энергии в кинжал, Станислава бросила его в зверюгу. Он воткнулся в толстую шкуру, но удар магической силой рассеялся по ней, не причинив особенного урона. Стася тут же отпрыгнула назад, избегая удара огромной когтистой лапы, в которой она легко бы поместилась вместе с Фёдором.... Кстати, а где он? Прижимая ушки от грохота ружей, самочка обернулась - волчонок пробежал рядом, но благоразумно не стал нападать на монстра, а рванулся к лежащему на земле человеку. Наверное, надеялся оказать помощь.

А разозлённая зверюга вдруг понеслась прямо на них, лишь громче ревя от мелких пулек, что были для неё лишь маленькими дробиночками. Если бы Станислава не приняла быстрого, жёсткого решения, наступил бы конец всем пятерым. Но Стася пожертвовала ради их безопасности частью своей силы и жизнью твари. Напрягаясь, дотягиваясь сознанием до остатка энергии в кинжале, она двинула его телекинезом в сердце громады, а потом, для надёжности, к нервам подле шейного позвонка.

Заклинание управления оружием само по себе не сложное, но Стася пошла дальше, убивая вложенную в клинок частичку себя. Это было то заклятие, к которому не прибегают по пустякам, тёмная материя. Но иногда даже настолько злая магия служит на благое дело.

Ощутив ни с чем не сравнимую боль, ствололом испуганно взвыл, задрал к небесам свою уродливую морду, похожую на мордашку летучей мыши... Захрипел, и стал завалиться на спину.

Станиславе бой дался с большим трудом, но прежде чем потерять сознание, она успела рвануться к Фёдору, помочь ему и людям откинуть пострадавшего, чтобы его не задавила эта проклятая туша. Но едва ствололом упал, покрываясь чёрной коркой зловредной энергии, расщеплявшей его тело, сама Стася не выдержала. У неё одновременно закружилась голова, подломились лапы, и девочка упала без сознания.

* * *

Очнулась Стася от запаха какой-то пряной травы. Лоб приятно холодило, и слабость, жившая в её теле, потихоньку убывала...

- Лежи спокойно, - услышала она голос Фёдора. - Вот так, хорошо.

- Смени ей компресс, - произнёс другой голос, незнакомый. - Александр Николаевич! Разожги огонь поярче, вечер близко!

Вокруг действительно уже темнело - это Станислава понимала, даже не открывая глаза. Со лба ей сняла мокрую тряпку тёплая лапа, и Стася открыла глаза, рассмотрев над собою Федю и ещё плечистого человека.

- Будешь есть? - спросил последний.

- Да, если можно, - Стася осторожно повернула голову. - Мы на том же месте?

- Да. Хорошо, что туша словно растаяла, вот так... - Федя замахал лапами, видимо, пытаясь показать, как происходил процесс "таяния". - А потом мы стали собирать и чинить повозку. Эти люди - торговцы, везли одежду и ткань.

- Спасибо вам, - приподнялась волчица, пытаясь размять отлежавшие плечи.

- Тебе спасибо, дорогая! - Добродушно улыбнулся человек. - Мы тебе обязаны. Жаль, возможности наши ограничены. Накормить, одеть, довезти - не более того. Николыч, что там с окрошкой? - Рявкнул детина громче, поворачиваясь к костру, у которого хлопотал старик с лысой макушкой и клоками седых патл на висках.

- Минуту подожди! Гостям погуще али...

- Погуще! Посмотрел бы я на тебя после боя с монстрюгой таким!

Стася внезапно попробовала привставать. Федя быстро положил лапу ей на плечо.

- Простите, - негромко спросила волчица. - А это у вас... Что на шее?

- Да это... - мужик выпростал из-под рубахи верёвочку с крестом. Таким же как у Станиславы, только серебряным. - Так у тебя такой же.

- Просто... Извини, - Стася откинулась на дерево и прикрыла глаза.

Усталость проходила. Девочка часто замечала, что быстро справляется и с усталостью, и с ранами, просто она применила уж очень сильную магию, потребовавшую напряжение всех сил. Федя виновато поглаживал её, наверное, коря себя за то, что не смог прийти на помощь - хотя вряд бы он смог что-нибудь сделать против ствололома.

- Вот, покорми её. Самой есть не давай, пусть отдыхает, - услышала вдруг Стася. Ну уж нет!

- Я не настолько плохо себя чувствую, спасибо, - улыбнулась волчица, открывая глаза и отбирая у Фёдора плошку с чем-то вкусным. - Иди и сам поешь, нам ведь ещё к твоей бабушке идти.

- Не раньше, чем завтра. Вон, уже ночь опускается! - волчонок кивнул головой вверх и вправо. На небо, едва виднеясь за верхушками сосен, выкатила бледная луна.

- Оно может и лучше было бы сейчас пойти, - дед задумался, глядя на неё. - Коли днём на нас такие зверины нападали, ночью что начнётся.

- Да удобно будет ли бабушку перед рассветом будить? - поспорил силач.

- Удобно, а то до нас не добудишься, как до Митрофана, - кивнул старый на ходмик под деревом.

- Вряд ли! Лес этот никогда не был опасным, а ствололом наверное заблудился, - возразил Фёдор. - Если мы пойдём, то будем идти меж деревень Пятихолмия...

- Но по крайней мере - не сидеть здесь, - сказав так Стася принялась за еду.

- Мне надо подумать, - хмыкнул Фёдор. И вправду задумался, миску отставив.

- За всё это время, пока ты лежала, к нам никто не явился. Огонь, должно быть, отпугивает всю лесную живность. Так что безопаснее будет сидеть у огня до утра.

- И рассказывать друг другу истории... - Стася посмотрела на небо. - Наверное, ты прав. Отдохнуть нам всем стоит, кроме того, я использовала темную магию. Любой, кто ее почувствует, сочтет за лучшее к нам не соваться.

- Тода слушайте, коли не спится, - успокоенный словами Феди старик ближе придвинулся к костру. - Знаете, отчего драконы сейчас беснуются?

- Эка невидаль, - детина развернулся к огню. - Дракономор. Вон один отчаянный дракон так разгулялся на тракте, что стоит он теперь заваленный на перевале и никто по нему не проехать, в обход только, по Выжженным Землям.

- Да вот откуда дракономор взялся?.. А я расскажу, - дедушка Николыч тут же сам себе и ответил, и повёл историю, положив на колени локти.

- Это средство придумали после того, как спалили Сожжённое Королевство. Все знают, что драконы нам не друзья и не враги, но всё же просто так нападать не будут. Воевать с ними грубой силой — значит вызывать на себя гнев всех их стай. Тогда было изобретено незаметное средство: болезнь, которую можно растворить в болотной воде. Дальше она не распространится и исчезнет быстро, но коли дракон хотя бы лапой в воду вступит, не то что выпьет, тут и конец ему! Обычным-то в Ликдуле делать нечего, а вот разрушителя нашего и потомство его поганое будет ждать сюрприз неприятный!

- Кто же это удумал, нет на честный бой обидчика вызвать и по заслугам воздать, - слегка возмутился рослый, - сразу колодцы травить! А если кто безвинный выпьет?

- Драконоборцы давно перевелись, а сами драконы друг с другом не воюют. И кто выпьет? На млекопитающих болезнь не действует, лишь на ящеров, а они далеко на юге живут.

- Да вот через тысячу лет, как все эту историю забудут, прилетит какой-нибудь на север по своим делам, и выпьет...

- Так говорю же, недолго она в воде держится! Через неделю уже исчезает, так что камнекоры ее вынуждены подливать постоянно. И видишь, запороли уже младшего кровососа! Сам Марсорд!

- Ага, а его папа и братья теперь мстить будут.

- Да как им догадаться, что болезнь не природой создана, а умом нашим?!

- А как давно эту болезнь выпустили? Неделя уже прошла? - встряла в разговор Станислава. Тот погибающий дракон, кто ей встретился, на сжигателя королевств не походил.

- Да уже недели три, специально ездили, ещё подливали... Вот и первый результат!

- Поганый результат, - бросил человек. - Дракон мертв, но он тракт заблокировал. Теперь из остальной части Ликдула в Каменные Королевства или идти по западу, или по востоку. Восток опаснее, а западная дорога прямиком на Выжженные пустоши выходит.

Сказку полезную этой ночью рассказали, и весьма полезную, Станислава ведь именно по той дороге идти и собиралась. А значит, придётся изменить маршрут. Но это всё завтра, а напряжённое сегодня пора бы уже и заканчивать.

Люди решили дежурить у костра сами: как бы то не было, Стася по из мнению ещё не вошла в силу, а Федор был слишком юн, чтобы на него положиться. Так что волчата укутались в уже непригодные для продажи товары купцов и заснули до утра.

Глава пятая. Сказ о былом

Пробуждение вышло спокойным - мужчины поддерживали огонь до утра, и даже решили ехать далее с факелами, несмотря на то, что уже значительно рассвело. Позавтракав, расстались волчата и люди дружно — каждый дальше пошел или поехал своей дорогой. Федя, правда, начал слегка торопиться: он-то думал ещё вчера оказаться дома.

- А если дорога завалена, то как я в Антагон попаду? - спросила его девочка, когда лес вокруг начал понемногу редеть. Видно, недолго им идти осталось — не до Антагона, до бабушки Фёдора.

- Если по востоку, идти за тракт и обходить лесными тропами, то путь долгий будет, и потом тебе через половину Каменных Королевств идти придется. Иная дорога проходит по западным границам, у самого края Выжженной Пустоши, но она тоже неблизкая и довольно опасная. Давай ты сначала отдохнёшь у нас, а я с бабушкой посоветуюсь, какой путь для тебя лучше будет.

- Согласна, - Станислава улыбнулась утреннему солнцу, что уже высветляло траву - лес кончился.

Теперь перед ними открылось Пятихолмие во всем своем великолепии: зелёные холмики покрывали его от леса до самого горизонта, и тут и там виднелись небольшие деревеньки, а слева, на западе, поднимались красные стены какой-то крепости. Ещё одна стена, белая, протянулась на востоке почти у самого горизонта, совсем далеко.

- А твоя бабушка примерно в какой стороне? - уточнила Станислава, любуясь окрестностями.

- Туда, - махнул волчонок вперёд и чуть левее. - Наверное, к обеду уже дома будем! Идём быстрее, а то мне кажется, за нами из леса наблюдают!

Стася посмеялась внутренне волнению Федора - она ничего не чувствовала и не заметила, а значит ничего страшного в лесу скрываться не могло. Но говорить об этом она не стала, и шутить тоже. Встретил ствололома Федя явно в первый раз, а такого зверя любой храбрец испугается! Лишь оказавшись на дороге, от которой во все стороны разбегались дорожки поменьше, Фёдор заметно успокоился. Всё же вокруг них теперь было настоящее Пятихолмие, можно было видеть людей-зверей, и слышать их разговоры. В то же время на двух юных путников никто внимания не обращал - идут себе и идут, а кто внимательно рассматривал их, тот примечал, в какой плащ одета Стася. И беспокоить путешественницу из Святилища тем более не хотел.

- До бабушки нам ещё часа два, - вздохнул Фёдор.

- Ну и ладно, больше увидим! Я так далеко от Святилища никогда не забиралась! - Стася закрутила головой. - А здесь хорошо. Мирно! Не что Каменные Королевства!

- Они потому и появились, что местные в той части страны постоянно друг с другом воевали. Сначала было три королевства, потом пять, семь... Сейчас уж наверное десятка два.

- А у вас как? Никто из этих политиков до вас не добирался? - Станислава решила поддержать разговор.

- Через Гряду тяжело было войска вести, а как королевство сожгли - дорога для них и вовсе закрыта. Ты не читала в Святилище, нет? Проход через горы сделали всего несколько десятилетий назад, когда войны вообще по всему Ликдулу прекратились.

- По всему - было бы наивно предполагать... Лишь в большей части. В этом в том числе заслуга нашего ордена. Иной раз общее благо требует суровых решений по отношению к отдельным существам. Но ныне память в народе ещё свежа, по счастью, второй раз всеобщее свержение, надеюсь, не понадобится проводить.

- Миру - мир, - Фёдор огляделся. - Так, мы сейчас идём по центральной дороге... Можем пройти дальше и упрёмся прямо в рынок, а можем пройти по восточной части и я покажу тебе родные места. Поверь, Пятихолмие называют именно так не просто так!

- А мне казалось, что... - Станислава смутилась, - тут даже на невооружённый взгляд холмов больше, чем пять.

- Так в том-то и дело! Это просто кочки, а мы с тобой можем настоящий холм посмотреть! Прям гора зелёная!

- Заинтриговал! Заодно окрестности осмотрим. Веди меня, мой Фёдор! - с готовностью последовала за провожатым волчица.

- Этот путь и быстрее будет! Ты знаешь, у меня в родне были Крыловолки! Гвардейцы, охраняющие один из замков... Лучшие воины на всём свете! - Фёдор быстро отыскал нужную дорогу и пошёл по ней на северо-восток. - Они гарцевали по всем холмам и рубили головы всем негодяям, каких только встретят! И монстрам тоже.

- Волки гарцевали? - Станислава почесала бровь, задумавшись, что обычно она слышала такое слово по отношению к лошадям. Во всяком случае, к копытным существам. Но Фёдор уже увлёкся своим рассказом:

- Но хотя они и старались убивать монстров, нежить и всякую дребедень, люди почему-то их недолюбливали. Говорили, что они сами - зло. Это при том, что однажды Крыловолки помогли изгнать демона из их замка! Правда, ценой изгнания был сам замок, который после трёхчасовой битвы с демоном никогда не вернёт себе былого величия...

- Тебе бы рассказчиком быть! - усмехнулась Стася.

- У меня есть племянники и племянницы. Младшего возраста, - смутился Фёдор.

Дорога заняла у них не больше получаса, зато она вполне стоила всего времени. Поднявшись вслед за Фёдором на холм, она поняла, почему волчонок называл все такие возвышения "кочками". Чуть в стороне возвышалась настоящая зелёная гора - громадный холм, покрытый травой и низкими деревцами, с огромным жёлтым замком на самой вершине.

Замок, к слову, выглядел очень плохо… Не потому, что был не красивым, просто жить в нём было бы не проще, чем на улице, и оборонять дырявые стены, осыпающиеся под твоими ногами - заведомый проигрыш. Многие башни рухнули, оставив только груды камней и горки колотой крошки, в которой уже давно обосновались жёлтые одуванчики.

- Да уж, вот это зрелище, - Стася изумлённо смотрела на замок. - Как думаешь, там осталось что-нибудь ценное или интересное?

- Давно уже облазили сверху донизу, -сказал Фёдор с таким выражением, что сразу стало понятно, в замке искать нечего. - За холмом тянется Тракт, а за ним ещё деревни, и так до самого Восточного Прилесья. Но мы туда не пойдём. Отсюда есть старая дорога, она сейчас используется лишь почтальонами и пешеходами - по ней дойдём до бабушки.

- Ты так и не сказал, как твою бабушку зовут, - Станислава ещё некоторое время задержалась на вершине холмика, чтобы запечатлеть мирную и величественную картину клубистых облаков на фоне древнего форта, и последовала за пареньком дальше.

- Вероника, - ответил Фёдор. - Кстати, она изучала земле… Зельеварение и травничество, но не смогла попасть в Святилище, хотя и пыталась. Думаю, вы с ней подружитесь.

- Ага, - кивнула Стася.

Дорога и вправду оказалась порядком заросшей, но всё же ещё вполне сохранилась. Наверное, раньше по нею к Крыловолкам ездили повозки, гружённые товарами, купцы и гости города, а затем дорога захирела и её использовали лишь как путь к восточным деревням и Тракту. Постепенно простая трава сменилась одичавшими иван-чаем и цикорием. Стася сорвала один побег, пожевать и почувствовать приятную горечь. То и дело звенели кузнечики, бабочки опыляли мелкие цветы почти на лету. Мягко влетел в щеку и возмущённо прожужжал, отлетая с дороги, пушистый шмель.

- Пятихолмие менее густонаселенное, чем другие части Ликдула, - проводил экскурсию Фёдор. - Но всё равно хоть мы их и не видим, а за холмами есть деревни. К югу от нас - Мизина, мы мимо неё проходили. Лесовия - у внутреннего леса Пятихолмия, восточнее, чуть праве и впереди нас. А справа - сочные луга, где всегда много пастухов, овец и коров.

- А говоришь, малонаселённое!

- Не так уж и много! В Каменных Королевствах народ живёт гораздо более скученно. У них и мест для выпаса немного, и они в основном за стенами живут... - Фёдор помолчал. - Ты ведь наверняка читала о драконах. В том главная проблема - близость разрушителей. Даже боюсь подумать, что было бы, если бы Смертоносец и его отродья прилетали к нам!

- Но неужели нельзя никак договориться с другими драконами, чтобы их прогнать?

- Только золотом, - вздохнул волчонок. - Мы живём без особой нужды, но золото принадлежит тем, кто его собрал. Пятихолмие - бедный район, даже у тех, кто живёт в замках, не так уж и много этого металла.

- Всегда поражало, зачем драконы собирают золото, ведь они сами им не пользуются, во всяком случае здесь, не в драконьих землях, о которых мало книг, - Станислава ускорила шаг - тропинка шла вниз по "кочке" холмика.

- Вот уж не знаю! Говорят, на золотом ложе им приятно чесать брюхо. И изгонять паразитов. А вот драканары, - Фёдор использовал жаргонное название расы драконов меньшего размера. - Такой тяги к золоту не испытывают. Наверное, их предки разошлись в очень далёком прошлом!

Постепенно снова вокруг появились деревья - редкие, но высокие сосны по краям дороги, через которые просматривались поля, луга и далекие поселения. На картах кажется, что всё близко друг к другу располагается, но попробуй измерить это расстояние собственными лапами.

- Привала не нужно? - озабочено спросил Федор. - Мы уже долго идём, а ты после битвы…

- Нет-нет, - улыбнулась Стася. - Здесь и вправду очень просторно. Что на юге, что на севере поселения стоят близко друг к другу, везде дороги и мосты, а в Пятихолмии все не так.

- Есть и густонаселённые районы, особенно возле рынка, - волчонок мечтательно закатил глаза. - Я редко там бываю, но если попадаю, то... Ты не представляешь, как там весело! И еду дают попробовать, и кое-что выброшенное можно найти у лавок, если, кхм, у тебя денег не слишком много.

Он смутился последних слов и быстро перевел тему:

- А ещё там руины старого замка Амбрак. Это единственный замок в Пятихолмии, разрушенный войной.

- Да, эти войны шли ещё во времена Шести Королевств, - Станислава вспомнила уроки истории и, занимая путь, поделилась знанием с поднявшим уши Фёдором.

* * *

От северных гор, чьи снежные шапки достают облака, до глубоких вод южного моря раскинулась страна Ликдул. За свою многовековую историю он пережил ряд напастей, закаливших дух его народа, но в то же время — сильно раздробившего его, поскольку весь Ликдул тогда состоял из шести обособленных частей, управляемых благородными семьями.

Самым небольшим, но одни из самых сильных королевств был Гродар, крепость в северных горах, окружённая полукругом деревень. Потомки жителей Гродара — и поныне мастера кузнечного дела. Именно руки силачей Гродара создавали самое лучшее оружие и самые крепкие доспехи, что сейчас находят во всех концах Ликдула. Как это странно ни звучит, но сами жители Гродара, несмотря на свою силу, не встревали в распри между королевствами и всегда ставили мир выше войны.

В отличии от жителей западного Барьера Алха-Тера… Огромная стена, растянувшаяся на много десятков миль, ограждает Ликдул с этой стороны света, её возвели для защиты от диких племён коноводов, кочевников, когда-то сильно досаждавших мирным жителям. Сам Алха-Тер представлял из себя несколько крупных деревень, построенных на границе огромной степи. Как и дикари, обитатели Алха-Тера были прекрасными наездниками, и дети, и даже женщины имели своего собственного скакуна. Благодаря лошадям, воины могли быстро объехать весь Барьер, не важно — по нему или рядом с ним. В связи с верховым образом жизни, защитники Ликдула не носили тяжёлых доспехов или тяжёлого вооружения: лук, вот их главное оружие. И если конники вооружались небольшими и не слишком дальнобойными малыми луками, то Дозоры, расставленные на стене, использовали луки, которые посылали стрелы на пять-семь сотен шагов. В то же время, не стоит думать, что без коней обитатели Алха-Тера были бессильны: в бою они пользовались длинными копьями и короткими мечами.Во времена Раздора отдельные отряды совершали нападения на другие земли.

Южная Окра была очень своеобразным королевством. Занимая территорию от воды до густых лесов, Окра походила на гигантскую деревню, окружённую деревянной стеной и частоколом. В отличие от такого же морского королевства Ренок, Окра слыла достаточно чистым и приятным местом. Укрывшись от других королевств за своей стеной, Окра использовала своё главное преимущество, близость моря. Флот Окры состоял из десятков небольших одномачтовых, но очень скоростных кораблей. Торговлю через море Окра вела слабее, чем Ренок, но зато она вносила немалый вклад во внутреннюю торговлю. В Окре не выковывали металла — потому из Гродара, фактически, с другого конца страны, в Окру раз в месяц отправлялись гигантские конвои. С другой стороны, Окра снабжала все остальные королевства морепродуктами и самой главной ценностью — солью. В частности, именно благодаря соли Окра разбогатела сильнее, чем Алха-Тер или Гродар.

Соперник Окры — Ренок, крупнейший и богатейший торговый город, построенный не просто у моря, а над морем — на скалах. В отличии от Окры — каменный, грязный, вонючий. На улицах «бедных районов» даже валялась тухлая рыба, на улицах «богатых» районов валялись бедняки в надежде, что разъезжающие в красочных упряжках господа подадут им на кусок хлеба. У моря — пристань, куда приставали торговые корабли вроде галер — многовёсельные суда, но обычно без паруса или с временными мачтами. Торговля с другими странами сделала Ренок не только очень богатым, но и очень сильным городом: воины и кони закованы в доспехи, выведены породы ублюдков — случка неразумных волчицы и пса — для охоты на разумных, которые следовали в бой наравне с копейщиками и меченосцами. В отличие от прежних трёх королевств, языческих, продвигали веру в единого бога-старца, восседающего на небесном троне в окружении красавиц, которые доставят ласку погибшим в бою прославленным воинам, бла-бла-бла...

Конверат — это не королевство, это отдельные земли, что собрались вместе для противостояния другим и сохранения независимости. Конверат занимал земли востока. Десятки обособленных деревень, старые крепости, кое-как восстановленные, войска в основном наёмные. Тем не менее, имели очень много плодородных земель, активно торговали с другими королевствами. Центр Конверата — город-крепость Белая Цитадель, до сих пор прекрасное место, укрытое с четырёх сторон лесами. В начале времён Раздора Цитадель была занята Далдазимиром Победителем, королём Востока. Продавая свои продукты в другие королевства, Конверат скопил достаточно денег, чтобы обзавестись хорошей армией — но не имел конницы, а доспехи и мечи Гродар продавал в Конверат очень неохотно. От территории Централа Конверат отделял поясом болот, мы мимо них пройдём.

А Централ — или Земля Семи Башен — это бывшее Пятихолмие, как ясно из названия, семь крепостей, семь замков, но один правитель. Войска, по легендам, отличные — смелые воины, хорошо вооружённые, в крепких латах, кони блестели доспехами. Правда, сыновья и братья клана постоянно друг другу в глотки вцеплялись, скандалы, интриги и придворные распри были здесь обыденным зрелищем.А так — деревни, кузницы, озёра и реки, в общем, практически то же, что и сейчас.

Глава шестая. Ученица Чародея

- Ого, не знал многое из твоего рассказа! Кое-что, правда, слышал или вычитал, но не всё, - волчонок под конец рассказа смотрел на Стасю большими удивлёнными глазами.

После отдыха они шли быстрее и вскоре добрались до избы бабушки Фёдора. Дома здесь были чаще деревянные и лишь с кирпичными трубами, такие же культурные деревья и огороды… Вот только посреди всего этого единообразия возвышался настоящий деревянный замок — гигантский дворец, двухэтажная изба с двумя проходами, обширным садом и огородом, урожай с которого собрать и за неделю не удастся. То ли кулак, то ли чья-то усадьба. Но Фёдор не к ней направился, а к потемневшему от времени домику на окраине, подле ручья. Издали он поздоровался с несколькими волчатами, что промывали в воде овощи, и открыл простенький замок-крючок калитки. Стася удивилась обманутым ожиданиям, однако скрыла свои мысли за улыбкой. Волчата проводили её удивлёнными перешёптываниями, но от дела не отвлеклись.

- Я в голубятню, а ты иди и с бабушкой познакомься, - Федя прибавил шагу и уже был готов скрыться за углом избы. - Встретимся в доме!

- Нахал! Знакомить - твоя обязанность как родственника!

Федя замер на месте, а Стася удивлённо посмотрела на совсем не старую волчицу, вытиравшую передние лапы о передник и строго смотрящую на внучка.

- Законы гостеприимства забыл, Фёдор Лексеевич?

Несмотря на такое появление, злой бабуля не воспринималась. Мордой она походила на Федю, только шерсть выцвела и глаза другого цвета.

- Не серчайте... - Станислава задумалась, пытаясь вспомнить имя новой знакомой, но Фёдор и его не сообщил, о чём та сразу догадалась.

- Алетанья я, Татьяна Матвеевна, если угодно, - она махнула внуку, иди, мол, по своим делам. - Проходи, гостья, в дом, скоро обедать будем.

- У вас необычная фамилия... - Стася с готовностью последовала за ней, радуясь, что вышло сменить тему. Под потолком домика "росли" целые заросли сушёных трав, напоминавших маленький перевёрнутый лес, по стенам гирляндами висели сушёные грибы и овощи.

- Рассказал тебе Фёдор о том, что в Святилище я училась, да? - спросила волчица. - Ну вот, нечему удивляться. Фамилия моя старая, мужа, пусть земля ему пухом будет, по-простому звали.

- Я теперь вспоминаю, что и не только о нём слышала о волчице с этой фамилией. Правда ли, что вас изгнали за ересь? Я в это почему-то не очень верю, у нас не особенно жёсткие догмы. Впрочем, если вам неприятно вспоминать... - потупила Стася носик.

- Ну почему же, всё прошедшее уже в прошлом, - улыбнулась Татьяна. - Не совсем правда, но доля истины в этом есть. Я практиковала определённые методики, что... Не поощряются в Святилище.

- Я про это, клянусь, не буду рассказывать, - Станислава огляделасья проверяя, не подслушивает ли кто. - Это ведь не моё дело, а мои учителя уже наказали вас.

- Что мне до них, есть и другие силы в этом мире, - бабушка Фёдора и сама посмотрела в окно. - Антагон хоть и кажется таким же благочестивым, как и Святилище, но в душе своей весь прогнил.

- Разве уничтожитель городов может быть благочестивым, - у Станиславы округлились глаза. - Вы ведь о том самом драконе?

- Нет, я о маге, - фыркнула волчица. - Но он хуже дракона. Старый маразматик так увлёкся технологиями, что магию подзабыл.

- Вы знаете, где он живёт? Хотя я даже не знаю теперь, стоит ли к нему ходить, - с разрешения Татьяны Станислава села на маленькую табуретку у окна. Но он может знать кое-что о моём происхождении. Вы ведь знаете, в чём заковырка?

- Известно, и сходить к нему тебе надо. А знать - все знают, на краю Выжженной Пустоши, в самой северо-западной части Каменных Королевств. Через Тракт вы бы к нему быстро добрались, а теперь даже не знаю...

- Всё же это обширный регион, нет ли примет точнее? И самое главное - к чему быть готовой при встрече с ним?

- Приметы легко найти, башня его издалека видна. А вот к чему готовиться... После обеда расскажу.

Обед прошёл весело - несмотря на то, что избушке требовался ремонт, от еды старый, но чистый стол просто ломился. Стася с удовольствием отобедала и после вместе с бабушкой отошли в пристройку, закрыв двери, чтобы их никто не подслушал.

- Антагона - так называют магов, что в Антагоне и обоснуются - я знала давным-давно. Он тогда не то, что молодой был, но в возрасте среднем, странствовал по Ликдулу и молодых магов поучал. Теперь-то он всё больше о механизмах, машинах и иных мирах думает, ему время своё жалко терять на обучение других, как бы на нём учение магов антагоновских и не закончилось.

- А что стало с его учениками? - Станислава присела на старый сундук, привалившись спиной к стене.

- Так одна перед тобой, - немного грустно произнесла Татьяна. - Он в возрасте шести-семи лет посещал магов, передавая им знания об определённых материях, которые в нашем мире кое-кто и считает еретичными. Скажи, ты применяла чёрную магию?

- Да. И это, в принципе, не запрещено, - почесала Стася за ухом. - Разумеется, в разумных пределах. Мечом тоже можно разбойника порубить, а можно безвинного.

- Я выходила за эти пределы. Вас учат тратить лишь свою энергию, ранить себя, отнимать у себя, - Татьяна постучала лапой по низенькому чайному столику. - А такие маги как я поступают по-другому, отнимают силы у врага.

- Душу? - Стася немного напряглась.

- Да. Его собственную энергию - использовать против врага или воспользоваться ею, чтобы пополнить свой запас сил и магии. Да, я понимаю, это тёмная материя, но она очень эффективна.

- Но... Если уничтожить душу, злодей больше не сможет исправиться, когда переродится! - Станислава согнулась, почувствовав подташнивание.

- Если верить Антагону, нет перерождения, души просто испаряются после смерти. Иначе бы все помнили свои прошлые жизни.

Стася смотрела на волчицу полными ужаса глазами.

- Зато такой магией можно сохранить жизнь, - как ни в чём не бывало продолжала она. - Если благородного воина смертельно ранил враг, можно забрать его энергию и передать рыцарю, чтобы исцелить его.

- И тем самым не дать Добру наградить его за подвиги лучшей жизнью, чем он имел? Это не менее жестоко!

- Перерождение - миф, и я была бы рада, если бы кто-либо смог это опровергнуть, - вздохнула волчица. - К сожалению, Антагон считает, что неправедная душа после смерти попадает в своеобразную обитель скорби, где пребывает вечность. Так что убийство злодея - это в каком-то смысле облегчение его мук.

- Ты противоречишь сама себе - раньше ты говорила, что любая душа растворяется!

- А если так, то какая разница, что с ней будет? - хитро ответила волчица.

Стася запуталась окончательно. В вопросах жизни и смерти она разбиралась плохо, их в Святилище старались не касаться. Твори добро - тебе воздастся добром, вот и всё.

- Соответственно, мой дар тебе - вещь, которая, в случае чего, не даст тебе пропасть после смерти, а сохранит до того момента, как кто-нибудь сможет тебя воскресить, - Татьяна согнала Станиславу с сундука и открыла его. - Ты ведь не собираешься умирать раньше, чем узнаешь ответ на свои вопросы? А потом можешь хоть выкинуть, хоть кому-то передарить.

С этими словами она вынула из сундука золотистую плашку с красным крестом и передала Стасе. Застёжка для плаща.

- Спасибо, - не стала отказываться от подарка юная волчица. - Что же было дальше, после того, как вы у Антагона обучились?

- В Святилище отдали, - грустно улыбнулась волчица .- Но увы! Мои знания там не поощрялись.

- Тем не менее, ты продержалась там какое-то время, - Станислава прицепила брошь на плащ.

- Пока не начала проявлять свое несогласие с некоторыми догмами. Когда нужно спасти чью-то жизнь, можно прибегнуть и к помощи тьмы.

- Татьяна открыла дверь на улицу - наверное, секретная часть обсуждения закончилась. - Теперь насчёт того, как до Антагона добраться. Ты ведь через болота пойдёшь?

- Другого пути и нет, ведь Тракт разрушен. По правде говоря, я там не бывала никогда, а самое главное, эти территории не изучались в Святилище, лишь в общих чертах и связанных с историей Сожженного Королевства.

- Драконья хворь сейчас там не единственная опасность, - вышла Татьяна во двор. - Люди решили, что пора пожинать её плоды, и выслали в эти земли несколько своих отрядов - пошуровать по логовам и набрать добычи.

Стася последовала за ней. Взрослая волчица встала, прислонившись к стене пристройки, и стала смотреть на запад.

- А как известно, самая большая опасность на свете - от разумных.

Глава седьмая. На постой

— Как хорошо, что бабушка разрешила мне пойти с тобой! — сощурившись, Федор посмотрел на солнце, поднявшееся к зениту, а потом на высившиеся впереди горы. — Скоро уже будем там!

— Легко сказать, — перехватила Станислава сумки удобнее. — Точно не сегодня. Но ночевать у вас и тратить время не хочется. Есть другие идеи?

— Знаешь, раньше у западного Моста стояло множество гостиниц, да и несколько деревень ещё будет по пути. Правда, гостиницы сейчас наверняка заброшены, но так только лучше, за постой платить не придется.

— Брошенные места притягивают монстров, призраков и прочих неприятных существ, — заметила Стася. — Неужели не боишься?

— Вот ещё! — волчонок оглянулся, уловив неспешный цокот копыт и скрип колёс за спиной. — Тем более, что привидения никогда ещё никому не вредили, только пугали.

— Однако кто это нас догоняет, — Стася на всякий случай сунула лапу под плащ, приготовившись материализовать клинок, если понадобится.

Сойдя с дороги, волчата стали ожидать, когда повозка приблизится. К счастью, тревога оказалась ложной: хотя в повозку был запряжён жеребец просто гигантских размеров, в повозке сидел самый обычный лис в простой куртке и рубашке. Попыхивая трубкой, он чуть приподнялся, увидел юных пубников.

— Эй, ребятишки, что вы тут делаете одни? — нечётко крикнул он, поравнявшись с волчатами. Впрочем, он тут же разглядел одеяние Стаси и сразу собрался, даже трубку изо рта вынул. — Ученики из Святилища?

— Да, — полуправдой ответила Стася. — Идём на западную дорогу, восточная-то теперь недоступна.

— Да уж! Тракт завалило так — теперь неделю разбирать будут! — лис снова закурил. — Присаживаетесь ко мне, подброшу! Я там держал гостиный двор, пока совсем поток путешественников не прекратился, но, чую, в этом месяце я свои дела поправлю!

— Вы — держатель гостиницы? — переспросил Фёдор.

— Владелец! — гордо выпятил грудь лис. — Михайлов Александр. Пока меня не было, старшой сын за двором следил, а сейчас мы с ним быстренько порядок наведём и — добро пожаловать!

— А переночевать у вас можно? — поинтересовался Фёдор. — И сколько стоить будет?

— Переночевать… — лис посмотрел на небо. — Да, ехать мне ещё далёко, а вам идти уж точно… Вот что! Я вас подвезу и комнату дам, а вы поможете двор в порядок привести! С вечера начнём, переночуете, и утром кончим, а там — идите своей дорогой.

— Всё так удачно складывается, к нам прямо судьба благоволит, спасибо вам большое! — Фёдор запрыгнул на телегу. — Так, всё же, сколько?

— Цена — уборка. Всё равно мне помощники не помешают, восемь комнат, да ещё лавка, да ещё зал питейный! Мы с сыном там будем два дня мучиться, вот вы нам и поможете, — лис подал лапу Стасе, но та и сама ловко забралась и селя рядом с Фёдором. — И это, у меня там ящики со всякими припасами, в том числе и с едой и с одеялами, если кому что надо, берите. Ну, Буцефал, вперёд!

— Вообще прекрасно! — Фёдор подвинулся и помог Станиславе забраться. — Слушай, с тобой, Стася, «точно всё в порядке», как мой батя говорит! Шла куда глаза глядят — а повстречала меня и узнала о своём прошлом. Пошли к Антагону — а он ровно как к моей бабушке идти, только дальше. Только о ночлеге заговорили, а тут и ночлежник… Э-э, корчмарь, то есть. Ты точно не эта, кобница, которые, как боги, Вселенной управляют и совпадения себе подстраивают?

— Так всё же благодаря тебе, — улыбнулась Стася. — А в кобничество в Святилище не верят. Там как считают: добром воздаётся за добро, злом — за зло. Вот мы помогли тем торговцам — и гляди, нас повстречал и торговец, и корчмарь!

— А вы кому помогли? — Александр попробовал вернуться в разговор.

— Напал в лесу громадный монстр на людей, — Фёдор отмахнулся хвостом. — Надеюсь, с выжившими теперь всё в порядке.

— О, опять ходят всякие монстрюки… — вздохнул лис. — Помню, в детстве видел одного. Ехал по дороге с отцом через лесу, и слышу вдруг голос, меня по имени зовёт-зовёт. Повернулся — а из леса такое тёмно-зелёное, лохматое, глаза горят и на меня смотрит, и когтистой лапой как заманивает…

— И откуда твоё имя знал? — Фёдор прищурил один глаз, но Станислава положила лапу ему на запястье:

— Такие существа телепатические сигналы подают, поэтому каждый, кто их принимает, сами в своём мозгу переводит, что зовут именно его. Ускакали?

— Знаем мы такую тварь, от него убегать не стоит, — Буцефал ещё прибавил шаг, а лис повернулся к ним. — Я отцу крикнул, он лошадь поворотил и мы прямо на него наехали. Визг по всему лесу раскатился!

— Бедняга, — фыркнула Станислава. — Впрочем, поделом ему.

— Ну-ну. Только я потом решил — по лесу если и буду с детьми ездить, так только в компании, никогда один никого не повезу. А как Тракт возвели, так и вовсе хорошо стало, не надо было больше по лесу кататься! Вот только не думал я тогда, что он мне всё дело испортит.

Конь выехал на довольную широкую дорогу, хорошо утоптанную и уходившую к горам. Справа показался ещё один замок, правда, в ужасном состоянии — сплошные развалины, на которых деревца росли.

— Когда-то здесь был самый большой рынок материи. У хозяина замка семь тысяч овец было, — вздохнул Александр. — Но вот счастья не было, и детей тоже.

— И давно? — Фёдор присмотрелся к руинам. Этим берёзкам лет по двадцать, и они на камне обработанном не сразу вырастут.

— Давно уже, ещё ты наверняка и не родился. А что, всё пустеет, всё время пожирает! Процветало королевство — а там война, болезнь или дракон. Пух — и нету! Потому я и не расстраивался особо, когда пришлось гостиницу оставлять. Ну, правда, мне торгаши в своё время кое-какой капитал помогли составить, так что я теперь себе местечко возле Тракта ищу. Хорошо, что не подыскал пока!

— Жалко, что вы её не держите уже. Или так мало путников сейчас проходит? Даже в библиотеку? — удивилась волчица.

— Стася не знает, — вмешался Фёдор. — Она не местная. Библиотека нас восточнее, северо-восточнее.

— Ага. А гостиницу я держу, да как… По сути, держал доски, да запасы кое-какие, думал этой осенью ломать и вывозить. А теперь подожду. Пока Тракт разгребут, почитай неделя, и то в лучшем случае, пока починят — ещё с месяц пройдёт. Так что постоит ещё мой двор!

* * *

Или то, что от двора осталось! Хотя его состояние было определённо лучше, чем у замка — просто потемнели доски, а окна были забиты, и вокруг — трава высокая с одной маленькой тропинкой к двери, даже до земли не вытоптали.

— Работы много будет, — заметил Фёдор как бы про себя.

— Да вы не волнуйтесь! Поможете, сколько сможете, а ко мне ещё дети приедут. Они только сейчас к Мосту поехали, посмотреть, какие там разрушения. В зависимости от этого, хе-хе, цену торговцам установлю. Если завал не так серьёзен, то тогда и цена на комнату повыше, но я думаю, что работы там много, так что как прошлым летом поставлю. Я не жадный.

— Тропку ваш сын проделал? — подметил Фёдор, подходя ко двери вслед за Александром.

— Ага. Надо же следить, чтобы хозяйство не растащили, да и не завёлся кто… — Александр задержался, распрягая Буцефала. Конь, радостно заржав, поскакал возле дома и зацокал в сторону небольшой сараюшки, похоже, конюшни, у северо-западного края двора.

— Интересно, ты своего скакуна в честь себя так назвал? — задумалась Станислава, наблюдая за работой удивившегося лиса:

— В каком смысле?

— Да был в прошлом один великий Александр, и тоже с конём Буцефалом, ему даже памятник поставили. Я благодаря этому коню выиграла однажды в игре «отгадай исторического персонажа по вопросам с ответами да-нет». Никто и вспомнить не мог, что коню поставили памятник.

— Не, так глубоко в историю я не забирался. По правде говоря, считаю-то я отлично, а вот читаю — не очень, и стариной не интересуюсь,.

Александр поднялся по деревянным ступеням к двери и негромко постучал, затем дёрнул ручку. Дверь была закрыта.

— Прости, отец, я забор чинил! — крикнул кто-то позади волчат. — Кто это с тобой ещё?

Стася обернулась. За ней стоял молодой лис, наверное, лет двадцати или даже чуть младше, одетый в просторные штаны и добротную рубашку. Через плечо у него была перекинута сумка, из которой выглядывала головка молотка, в левой лапе он держал старомодный большой ключ на верёвке.

— Постояльцы. В кое-то веки. Правда, не за деньги, за работу, но тоже неплохо…

— За один день мы вряд ли что-то значимое успеем, — парень отпер дверь в тёмное нутро старого дома. — Тем более тут проблем больше, чем кажется на первый взгляд. В колодец какой-то дух волосатый упал, воду портит теперь. Да пока вас не было безобразничал здесь, в окна стучал, пугал меня по ночам. Я первые две ночи терпел, а на вторую взял дубинку и вышел перед рассветом к нему.

— Что же тогда не прогнал? — изумился его родитель. Лис передёрнул плечами.

— Так он в колодце и спрятался. Теперь оттуда воет. И ведро содрал.

Станислава, успокоив жестом спорящих, молча подошла к колодцу, покрытому двухскатной крышей.

— Хорошо, что сейчас день. Если он по ночам шебуршится, то днём уж послабее будет, — волчица оглянулась на других. — Стойте там! Мало ли, кого ты поймал!

С этими словами она взялась за крышку и напряглась, сдвигая её.

Скрипнув, дверца хлопнула и даже немного треснула о скат. Едва поблескивала ржавая цепь на вороте, в котором не хватало дощечек, а воды и вовсе видно не было. И тут с диким гиканьем в Станиславу врезалась тень. Волчица закричала и упала на землю, плащ сбился, из-под полы выскочил крестик.

Тень, уже рванувшаяся было к ней, вдруг взвизгнула и бросилась за сруб колодца быстрее, чем Стася успела материализовать клинок.

— Что это было?! — Фёдор испугаться не успел, но уши поднял и шерсть вздыбил.

— Вредитель самый, — тявкнул младший лис. — И так каждый раз.

Стася приподнялась и осторожно шагнула вперёд. Из-за колодца показались подрагивающие острые рожки и лёгкие всхлипывания.

— Кто ты такая?! — донёсся какой-то обиженный и совсем не страшный голос. — Притворяешься Тёмной, а сама эту гадость носишь!

— Я послушница из Святилища! — Станислава вернула себе храбрость, вставая на задние. — А ну иди сюда!

— Обойдешься! Я выйду, а ты меня ножиком ткнешь, знаю я вас, послушников! — похоже, монстр храбростью не отличался

— А не выйдешь, весь колодец святой водой залью! — заярилась волчица.

Стася не знала, чем это она так напугала существо, однако то всё-таки вышло, выставив одну лапу ладонью вперёд. Внешне оно напоминало мохнатого человека с раздвоенными копытцами, рогами и свиным пятачком вместо носа. Ну и уродец… Стася таких не встречала, лишь слышала. Кажется, они даже не изначально из Ликдула, а появились в результате эксперимента или же были призваны кем-то.

Стоило сделать движение в его сторону — как он припустил прочь, за кусты, так быстро, что размазался тёмной молнией, и визжал при том как поросёнок.

— Вот ведь какой… — хмыкнул старший лис. — Надо было заарканить и посадить на цепь. Привлекал бы посетителей, и можно было бы за погляд билеты брать… Хотя может и к лучшему, а то визгом бы всех перепугал.

Решив так, он поклонился Станиславе.

— Не надо, я ничего не сделала, — вздохнула волчица, сунув лапу под плащ и показав всем крестик. — По-моему, его напугало это.

— Тем не менее, — Александр почесал ухо, а потом двинулся в отпертый дом. — Заходим, ребята, посмотрим, не завелось ли и внутри какой-нибудь нечисти.

— Нет, в дом я никакой гадости не пускал. Разве мыши, — хмыкнул Леша. — Ну, может, какой угольник завелся…

— Вот и выгоним! — воскликнул Федор. — У нас тут волчица из Святилища!

— Так, гости, давайте тоже за дело, — улыбнулся Александр. — Федя, у нас в комнате за лестницей — свечки, тащи сюда. И духов разгоним, и посветлее сделаем, а то в темноте до завтра колупаться будем!

Со светом дело действительно пошло веселее, хотя свечу и задувало постоянно намеренным вечерним сквозняком. Солнце уже практически село, за окнами оставалось лишь оранжевое марево. Волчат поглотила работа — они бы, признаться, помогли бы лисам даже на безвозмездной основе, ведь труд предстоял простой, хоть и рутинный.

Прибрать комнаты, вынести мусор, подмести пол — пыльная работа, ну так и делали её для себя в том числе, чтобы ночью не поранить подушки лап и спать в комнате чистой и опрятной. Так что за полночь, когда половина первого этажа была уже расчищена, хозяева и гости буквально отрубились, едва сумев добраться до комнат.

Глава восьмая. Забытая дорога

Ночь прошла совершенно спокойно, за исключением хлопанья крыльев и писка летучих мышей, оккупировавших чердак. Утром лисы продолжили наводить порядок, а Стася и Федя, оттащив мусор на специальную телегу, которая должна будет вывезти его с территории гостиницы, позавтракали за счёт заведения и отправились в дальнейший путь. Ещё до полудня они добрались до каменных ступеней, идущих параллельно специальному подъёму для телег, что вели к Мосту: прочному сооружению, раскинувшемуся между остроконечных серых гор, по которому пешие путники, лошади и телеги перебирались на другую сторону и выходили к старой западной дороге.

По пути они никого не встретили, однако взобравшись на гору (осушив при этом обе фляжки с водой и несколько раз отдыхая на специальных удобных площадках, укрытых и от ветра, и от солнца) волчата увидели далеко на востоке вереницу повозок и толпы различных существ. Похоже, у Александра и его родственников теперь будет много работы!

— Поздновато пошли, — приложив лапу козырьком сказал Фёдор, всматриваясь в даль. — Как думаешь, они нас догонят?

— До Пустоши идти долго, так что могут и догнать. Но это мирный народ, нам его не стоит опасаться.

Стася больше не смотрела на путников. Повернувшись и взявшись за ствол низкой сосны с жиденькими иглами, юная волчица смотрела на северо-восток. Там, вдоль болот и леса, тянулась широкая тропа, ограждённая от топи и зелёных стен небольшими деревцами и старыми, в большинстве своём разрушенными деревянными башнями. Когда-то эти башни служили надёжной охраной для тех, кто шёл из Пятихолмия к Каменным Королевствам, сейчас же они совершенно пустовали.

— Новая дорога ведёт в обход Пустошей. Ещё дальше на запад, делает крюк на север, а потом и на юг, и выходит прямо к Антагону, — сказал Фёдор, присоединившись к ней и указывая вдаль. — Но она намного длиннее. Ещё один пусть — дойдя до Пустошей повернуть на восток, пройти между Пустошью и Сожжённым Королевством, и идти дальше на север.

Станислава проследила за его указанием. На горизонте были видны все ориентиры: мрачные серые земли вдалеке, высокие белые стены одного из Каменных Королевств., а между ними вздымались жёлтые башни и обрушившиеся стены Сожжённого Королевства.

— Нас предупреждали о людях, что сейчас грабят мёртвых драконов, но вряд ли они увидят в нас конкурентов и будут предоставлять угрозу. С другой стороны, на короткой дороге будет сложнее пополнять припасы в бесплодных землях, и люди вряд ли поделятся самим нужным рационом. Поэтому какой путь изберём, решать тебе, в конце концов, я за тебя ответственна перед твоим отцом.

— Хочешь отослать домой? Фигушки! Тем более, у меня даже в Каменных есть родственники! — улыбнулся Фёдор. — Давай вниз. Кстати, правда, что там должен быть склад посохов для путников?

— Вот и проверим!

Спуск занял гораздо меньше времени — вместо того, чтобы идти по ступеням, волчата перешли на спуск для телег и побежали вниз наперегонки. С ещё одним перерывом — у источника, чтобы наполнить фляжки — Стася и Фёдор спустились в окольцованный гигантскими валунами березняк, где нашли и дорожные посохи, и даже кое-какие припасы, созданные добрыми путешественниками для тех, кто пойдёт за ними следом. Хотя еды у них было достаточно, несколько аккуратных свёрточков с сухарями Фёдор прихватил: путь им предстоял долгий, да ещё и все Пустоши предстояло обойти!

— По обычаю, мы тоже должны оставить здесь что-то для тех, кто пройдёт после нас, — задумалась Станислава, опираясь об обструганную палку. — Иначе даже нечестно. Что останется от этого склада, если каждый будет лишь забирать и не отдаст ничего?

Фёдор дёрнул ухом на слишком неприкрытое морализаторство:

— Ты прямо как моя бабушка! Вас этому в Святилище учат?

— Самим пригодится, — Стася мысленно перебрала все запасы, но так и не придумала, что же можно было оставить для следующих путешественников. Фёдор же и вовсе не волновался, завязал мешочек и пошёл вперёд, опираясь на палку. Волчице ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Несмотря на то, что дорогой давно не пользовались, она была в отличном состоянии. Выросшая трава даже была приятной для молодых лап, а разросшиеся кустики создали естественную затемнённость, хотя бы на первый отрезок пути заградив волчат от яркого солнца.

Пепельная Пустошь не походила на пустыню, не была покрыта пеплом, и даже руины древних строений здесь встречались не чаще, чем в Пятихолмии. Пустошами эти земли были потому, что здесь даже крупных зверей не встречалось. Слишком сильно всё, что было крупнее мелких птах, боялось попасть чешуйчатым на зуб, до сих пор боялось, даже если верить, что большинство драконов погибло.

— Позвать бы Синекрылую, — вздохнул Фёдор. — Слышала о ней, Стася? Эта драконесса избавила Ликдул от пиратов на пятьдесят лет, уничтожая их корабли в обмен на пятьсот овец и триста коз в год. А ещё относила путников из одного конца Ликдула в другой. Как думаешь, после гибели сына Смертоносец-Разрушитель стал ещё более смертоносным и ещё больше разрушительным? Или наконец-то понял, что ему могут дать отпор?

— Я знаю, что метод, по которому ему дают отпор, не идеален. Я сама видела печальные последствия. Не станем думать о плохом, Фёдор. Мысли воплощаются, поэтому поговорим о хорошем, — Станислава огляделась, постаравшись по-иному посмотреть на окружающий пейзаж, насладиться лучами солнца в мелкой листве и на камушках.

— Да? — Федя пристукнул посохом. — А я слышал другую примету — надо почаще говорить, как всё плохо, и тогда злые духи не позавидуют тебе и не станут тебе вредить.

— Интересное наблюдение! Проверим его позже, а пока давай попробуем пройти вон по той… По-моему, это было когда-то руслом речки? Хорошее укрытие от того, кто посмотрит на нас сбоку.

— Веди, — пожал плечами Федя. — Будем надеяться, что никто из бешеной драконьей семейки нас не увидит.

Стася оставила волчонка и смело подошла к довольно глубокой канаве, давно поросшей по дну травой: речка пересохла от жара драконов в те дни, когда пламя превращало траву и деревья в пепел. Теперь дно её превратили в довольно неплохую тропу, по которой можно было передвигаться, не боясь попасться на глаза тем, кто следил за дорогой. А этим занимались не только драконы.

Правда, выбранный путь не отличался интересом: вид ограничивали вздымающиеся берега, покрытые спёкшейся в корку землёй, по пути то и дело встречались вонючие лужицы, превращавшие испепелённую реку в подобие грязевого болота. Через час или полтора дорога стала совсем плохой, потому что болотца увеличились, стали встречаться заросли какого-то болезненного, серо-жёлтого камыша, а трава под лапами ощущалась жёсткой и колючей. Волей-неволей волчатам пришлось опять выйти на дорогу, но если обзор увеличился, то пейзаж остался столь же грустным: всё те же болота, только больше, всё тот же камыш, только гуще. Лишь на западе виднелась зелёная полоска далёкого леса, да на востоке поднималась горная Гряда.

И ещё Опалённое Королевство стало видно лучше.

Жёлтые стены его выделялись на фоне Пепельной Пустоши, но от этого выглядели лишь ещё хуже. Словно гнилые зубы мертвеца торчали они из земли, безжизненные, но при этом всё ещё достаточно крепкие, чтобы не поддаваться пронизывающим ветрам. На одной из уцелевших башен пыталась пробиться зелёная трава, но эта жидкая полоска цвета появилась словно в усмешку, только для того, чтобы лучше были видны два засохших деревца, погибшие ещё до того, как вошли в достойный возраст.

— Что-то мне совсем расхотелось здесь идти, — вздохнул Фёдор. — Дорога по Гряде, конечно, намного опаснее, но хоть горы печальный вид бы закрыли. И дракона мы бы обошли.

— Что не сделали — то уже прошло, — Стася покрепче перехватила свой дорожный посох. — Так что пойдём. Главное, небо хорошо видно, любого дракона мы заметим сразу.

Настроение Фёдора чуть улучшилось ещё через час ходьбы. Дорога пошла под уклон и привела волчат к древней стоянке, созданной, наверное, ещё до существования Ликдула как целого государства. Четыре столба вздымались до небес, и между них было достаточно цветущей зелени и самодельных навесов, чтобы отдохнули и лапы, и глаза. Фёдор даже нашёл муравейник и покрошил насекомым один из сухарей.

От гнева драконов уцелела не только стоянка, но и болотца за нею. Причём это была не хлюпающая зловонная мокрая земля — болотца представляли собой небольшие озёра, окружённые различным растениями, чуть покрывшиеся зеленью, но ещё довольно чистые. Чайки кричали в небесах, утки не торопясь плыли по воде или же крякали в камышах. Птичий гомон окончательно развеял плохие мысли и волчата бодро зашагали по дороге, которая здесь представляла довольно просторный зазор между двумя озерцами.

— Назад я бы предложил идти по востоку, — Фёдор поднял с дороги камень, об который вполне мог бы удариться неосторожный путник или споткнуться в темноте, и зашвырнул его в воду. Утки закрякали теперь недовольно. — Пройдём мимо Каменных Королевств, взберёмся на гряду и спустимся с другой её стороны. Правда, придётся обходить заваленный Тракт, но зато там и вид получше, и несколько моих друзей проживают, можно будет у них переночевать.

— У тебя по всему Ликдулу то родственники, то друзья! — рассмеялась Стася. — Даже удивительно, что я встретила тебя в Пятихолмии, ты ведь мог быть где угодно!

— Ну уж нет, Пятихолмие — это мой дом, я его не оставлю, — неожиданно твёрдо заявил волчонок. — Правильно говорят, «в гостях хорошо, а дома — лучше».

— Эх, был бы у меня дом…

— Будет ещё, — всё с такой же уверенностью поддержал подругу Фёдор. — Если захочешь, можешь у нас пожить. А так тебе любой домовладелец скидку сделает, как послушнице Святилища. Да и не слышал я о бедных послушниках, однако убьёшь монстра — и запас денег в кармане, исцелишь дочку… М-м-м, сына княжеско-графского — и всё, ты на коне! Причём во всех смыслах.

— Неужели так много серьёзно больных правителей! — Стася махнула лапой. — Не нужно мне такого. Сначала спросим, что этот маг вообще обо мне знает. Мне надо с прошлым разобраться, а потом думать о будущем будем.

Фёдор протянул ей лапу — теперь дорога начала подниматься на небольшой холм. С него открывался просто завлекательный вид на заваленную обгоревшим и проржавевшим металлом равнину… И пожелтевшие то ли от жара, то ли от времени кости, разбросанные повсюду.

— Раньше против злых драконов применяли более честные методы, чем яды и заклятия, — вздохнула Стася. — К сожалению, побеждать удавалось не всегда.

— Обойдём по краю, — Фёдор махнул куда-то в сторону. — Не хочу тревожить мёртвых.

Глава, которой не было

Даже на расстоянии нескольких километров от Сожжённого Королевства доносился мерзкий запах гари, от которого чесались и болели волчьи носы. Фёдор стоически переносил запах, но то и дело прикрывался лапой и старался дышать только ртом.

— Сейчас понимаешь людей, отравляющих воду для борьбы с драконами, — хмыкнул волчонок, когда стены ещё больше приблизились. — Жаль только, что из-за одной бешеной семейки может пострадать целый род.

— Уже страдает, — вздохнула Стася. — Яд действует не только на драконов, но и на ящеров, а это может спровоцировать настоящую международную войну. Если Антагон и вправду хороший маг и пользуется уважением в Ликдуле, попробую с ним поговорить и привлечь к решению проблемы. А нет — вернусь в Святилище и расскажу о произошедшем там, оно обладает достаточным влиянием, чтобы уговорить даже правителей Каменных Королевств.

Фёдор не ответил. Задрав голову, он рассматривал жёлтые стены:

— Целое королевство. Сколько же погибших!

— Многие успели покинуть город, но далеко не все, — Станислава показала лапой на одну из башен. — Говорят, король остался и сам наводил на дракона арбалет, с которым и был скинут за стену ударом хвоста. Упал он вон там, и теперь здесь растёт единственная живая яблоня на территории Спалённого Королевства.

— Красиво, но подходить близко не будем, — хмыкнул Фёдор.

К сожалению, он умудрился сглазить. Стася, как раз в этот момент глядящая по сторонам, вдруг схватила его за лапу и поволокла прямо к королевству, отшвырнув дорожный посох. Волчонок не успел даже спросить о причинах такого поведения, всё объяснил рёв, раздавшийся на всю округу.

— О-о-о, а вот и драконьи гости… — пробормотал волчонок, уже своей волей побежав рядом с подругой.

— Тише! Прячемся у яблони, там в стене должен быть водосток!

— Под башней? — Фёдор недоумевал, но всё равно поспешил за Стасей. Нет, водосток оказался не у башни, чуть подальше — но высокая желтоватая трава и зелёная яблоня уже скрыли волчат от взгляда с небес. Когда же они укрылись под защитой стены, прижавшись друг к другу, то и вовсе не стоило больше беспокоиться о драконе, пролетавшем далеко в вышине.

Он был действительно гигантским. Затмевая солнце, ящер крутился над Опалённым Королевством, но Стася решила, что он всё же их не видел. Скорее всего дракон кого-то ждал, и кого именно — выяснилось через пару минут, когда дракон слетел на башню, уступив место в небесах собрату.

— Приготовься к незабываемому разговору, — хмыкнула Стася, осторожно выглядывая из-за камня.

Второй дракон был самкой — изящная белая драконесса опустилась к своему чёрному собрату, уцепившись мощными задними лапами за край стены, толчком крыльев приподняв себя и усадив рядом с собратом. Повернув голову, венчающую длинную шею, она расправила перепончатые крылья и издала громкий визг, от которого неподготовленный Фёдор вздрогнул и начал медленно съезжать по стене. Стася подхватила его и удержала от падения, а крик тем временем стих и перешёл в нормальную речь, от которой сотрясались стены, но хотя бы не закладывало уши.

— Пла-а-амя пожрёт! — начала с традиционного приветствия самка, обладавшая более высоким голосом. — Глупые людишки, скоро они поймут, что мы разгадали, поняли их поганое оружие!

— И наша месть будет ужасна, — самец сбросил вниз несколько камней. — Но отец не разрешает атаку. Он боится, что другие драконы обратят на нас внимание.

— Ну и пусть! Я убью любого, кто встанет на нашем пути! — белая хлёстко взмахнула хвостом. — Я сама нарушу отцовский запрет! И сама сокрушу жалких людей и звер-р-р-ей!

— Вот ещё, — рыкнула Стася и дёрнулась, потому что Фёдор схватил её за запястье.

— Ты что, идёшь с драконом драться?!

— Ну, это не смогут и все послушники Училища сделать, лишь наставники, — хмыкнула Стася. — Но мне надо поговорить с ней и выяснить, почему драконы снова нападают на Ликдул.

— Ты с ума сошла! Я тебя не пущу! За хвост держать буду!

— Если что, навестишь своих родственников в Каменных Королевствах, — Стася осторожно шагнула вперёд, вылезая из канавки водостока. — А пока останься тут и ничего не бойся. Я думаю, что смогу с ними договориться.

— Нет, если нас изжарят, то вместе! — верный Фёдор всё же пошёл следом за Стасей. — Что мне отцу и бабушке сказать, если я без тебя вернусь?

Стася не могла помочь ему придумать ответ — придерживая плащ левой лапой, в правой она воплотила клинок, и вышла из травы на открытое место. Правда, драконы внимания на неё не обратили, так что волчица взмахнула оружием и крикнула во всю мочь:

— Здравствуйте!

На драконов её выкрик произвёл неожиданный эффект. Самец от неожиданности дёрнулся, едва не заехал правым крылом по носу сестре, наклонился и уже почти упал с башни, однако белая ударом хвоста выправила его положение, а затем огрела хвостом уже по голове, чтобы не позорился. Переступив на месте, она повернулась и вытянула шею, всматриваясь в фигурки волчат, а её хвост поднялся вверх, уравновесив могучее тело.

— Эй, вы кто такие? — спросила она не то, чтобы грозно. Скорее, недовольно. — Что, шпионы, подслушиваете нас?

— Подслушивали, но не шпионили! — крикнула в ответ волчица. — Меня зовут Станислава, я послушница из Святилища. А это Фёдор, пастух обыкновенный, из Петлимолнии!

Решив на всякий случай не выдавать, где живёт её друг, Станислава назвала несуществующую часть Ликдула. Пусть потом драконы гадают, что она имела в виду!

— И что же вы здесь делаете, если вы не шпионы? — зашипел дракон-братец. — Давненько никто не осмеливался приближаться к этим стенам, ступать по этим землям! Вы не похожи на торговцев, так с какой же целью подвергаете себя риску?!

— Мы идём к Антагону! — ответила Стася. — А восточную дорогу завалил ваш собрат, упав с высоты!

— Жа-а-алкие людишки отравили его! — визгливо завопил самец. — Кажется, они желают, чтобы количество Опалённых Королевств уве-личилось! И они добьются этого!

— Можешь предупредить людей, святоша, — добавила сестра. — Пусть собирают вещи и бегут из своих домов, да только далеко им не удрать, всех догоним и сожжём!

Фёдор едва слышно клацнул зубами со страху.

— Передать-то передам, но, может, вы всё решите миром? — предложила Стася ровным и спокойным голосом. — Люди боятся вас, оттого и пошли на преступление, от которого, кстати, страдаете не только вы!

Драконы переглянулись. Всё же их предки в большинстве своём жили в мире с народами Ликдула и даже ненависть «бешеной семейки» к людям не могла полностью уничтожить чувство сострадания. Стася, понимая, что железо горячо, принялась усердно его ковать:

— Да, яд людей опасен не только для вас, но и для многих иных народов, для животных и даже для самих людей! Человек разумен, но импульсивен и глуп — почему бы вам, самым мудрым созданиям Ликдула, не вразумить их? По вашей воле я смогу после выполнения своей задачи пойти дальше, достигнуть Каменных Королевств, пойти на поля Дрефарзы и даже дойти до портовых городов востока! К началу следующего месяца вы сможете встретиться с посланцами людей и решить, как искоренить возникший конфликт!

Волчица перевела дух, ожидая ответа драконов. Хотя самец опустил треугольную голову и раскрыл пасть, что означало у драконов крайнюю степень недоверия, самка вдруг слетела со стены и приземлилась перед волчатами — земля сотряслась и Фёдор неловко плюхнулся на хвост.

— Люди должны оставить нас в покое.

— Оставят, эти земли и так принадлежат вам. Смерть была оплачена смертью, и на мой взгляд, сполна, — Стася показала на стены Сожжённого Королевства. — После того, как путь через Тракт снова будет свободен, Пепельная Пустошь и все земли запада снова будут ваши и никто не станет их пересекать без вашего разрешения. Но это случится лишь в том случае, если люди не начнут войны ни с вами, ни с какой-нибудь другой расой.

— И ты думаешь, что люди послушают тебя, девочка? — подал голос братец. В ответ Стася ещё раз взмахнула клинком.

— Я послушница, но авторитет Святилища высок и ничто не помешает мне в крайнем случае обратиться к моим наставникам, а они сумеют подействовать даже на самого упёртого короля, — она развоплотила оружие и развела лапы в стороны. — Дайте мне время, чтобы известить людей, а пока охраняйте свои воды от дураков, которые позабыли честь и совесть, и воюют ядом, а не мечом и стрелой. Обещаю, вам понадобится совсем немного терпения!

Поднявшийся с травы Фёдор старался сохранять как можно более спокойный вид, но когда драконы обернулись друг к другу и начали шипеть что-то, у него аж шерсть на загривке встала. Сейчас как дыхнут пламенем! И Стася тоже, на первый взгляд в себе уверена, да только кончик хвоста её так и подрагивает.

— Хорошо, — вдруг произнесла белоснежная. — Мы пока улетим на север и дадим тебе месяц на то, чтобы оповестить людей и зверей. Пусть присылают послов, быть может, нам удастся договориться. Но если кто решит пройти по Пепельной Пустоши там, где нет дороги — за судьбу того безумца я отвечать не собираюсь.

— Спасибо. Будьте осторожны и храните свои озёра от людей, а я постараюсь отговорить их правителей от того, чтобы отравлять водоёмы, — Стася взяла Фёдора под локоть. — Мы можем пройти по вашим землям до башни Антагона?

— По дороге, — ещё раз предупредила самка, распахнув могучие крылья. Волчонок второй раз был сбит с лап, теперь уже поднявшимся ветром — оба же дракона взмыли в небеса и полетели на северо-запад.

— Вот и навязала задание на свою голову, — вздохнула Станислава, поворачиваясь и подавая лапу Фёдору. — Идём, теперь у нас появилось настоящее дело.

— Ты думаешь, люди согласятся не вредить драконам? А драконы сдержат слово и не станут вредить людям?

— Не знаю, но если у нас есть шанс избежать ненужных смертей, его надо использовать, — хмыкнула Стася. — Если нас пустит волшебник, попробую и Антагона уговорить нам помочь. Ведь маг с его опытом будет пользоваться не меньшим уважением, чем мои наставники в Святилище.

Конец начала

Антагон возвышался над Пепельными Пустошами белоснежным зданием, окружённом крепкими красными стенами. Возле него зеленели деревца и трава, что необычайно радовало глаз после печального пейзажа драконьей пустыни. Ворота, как и вообще весь замок, никем не охранялись. Наверное, у мага вообще не было слуг.

- Ну и... Подъём... - выдохнул Фёдор, облокотившись на золотые поручни, что по обе стороны сопровождали белые ступени. - Почему все маги любят жить повыше? Ну живи ты на первом этаже, а на верхнем сад разбей!

- Не знаю, это первый маг, с которым я встречусь вне малоэтажного Святилища, - Станислава отбросила посох, тоже взявшись за перила. - А ты видел других?

- Бабушка! - сразу нашёлся Фёдор. - А так - в книгах читал. Все маги любят повыше забраться, чтобы утром окрестности оборзевать... Обозревать. И солнечным светом питаться.

- Бабушка и на завалинке напитывалась, - задрала волчица голову. - А ещё наверху не слышен ор тех, кто внизу тебя спуститься зовёт, чтобы не ходить по кругу вверх лишнюю лигу.

Наконец, они преодолели последний пролёт и оказались перед золочённой дверью, на которой был изображён змеевидный дракон, выгнувшийся подковой так, что дверная ручка находилось в его пасти. Стася протянула лапу между бутафорских, но острых клыков, и потянула дверь на себя. Заперто. Пришлось постучать кольцом, но стук особо звучным и громким не вышел. Тогда Фёдор просто пнул лапой дверь:

- Открывай ворота, антагонист! Мы что, зря восходили на эту вознесённую верхотуру?

- Молодой нечеловек! Если ты не знаешь смысла слова, оно от этого не становится ругательным!

Фёдор мгновенно стушевался. Стася, хихикнув, отошла от двери.

- Мы к вам в гости шли из самого Пятихолмия, а я лично - ещё дальше свой путь начала! Станислава я, говорят, вы меня видели, когда я на эту планету упала!

Дверь отворилась, из неё выглянул старик, отнюдь не похожий на высокомерных старцев из Святилища. С короткой стрижкой, без усов и бороды, в чёрных штанах и сером обрезанном камзоле безо всяких украшений, зато со множеством карманов. Хитрые глаза прозорливо смотрели из-за огромных очков.

- Стася? Выросла, наконец, - улыбнулся он, растворяя дверь пошире. - Заходите, только осторожно с мироскопами - они не только зеркала для других миров, но и порталы.

И ушёл обратно, напевая что-то про поиск парных носков.

- Сам он на мага мало похож, - прошептал Фёдор, пропуская Станиславу вперёд, в затенённое помещение, освещаемое разноцветными сосудами с пузырящейся лавой.

- Твоя бабушка тоже! - в ответ шепнула Стася.

В этот момент лавовые лампы все как одна засверкали ярко, осветив всю комнату, а главное - потолок. Волчата застыли в изумлении: над их головами горели звёзды и висели планеты, астероиды кувыркались между них, белыми искрами носились кометы!

- Закрывайте дверь, а то Плеяды от сквозняка качаются, - не оборачиваясь, Антагон поднял палец вверх, не прекращая рыться на столе в бумагах. - Упала на планету, говоришь? Не вспомнила, откуда?

- Кое-что вспомнилось... По большей части - неприятное, - Стася неуверенно помялась, а затем шагнула вперёд. - Может, вы объясните мне, что со мной произошло? Почему я вспомнила себя в разных местах и в разном возрасте? Я что, меняла жизни? И почему мои раны, ну…

- Быстро заживают, - пришёл ей на помощь Фёдор.

- Как я понял из давних экспериментов, ты обладаешь абсолютной регенерацией. Ты можешь умереть только если мгновенно разрезать тебя лазерным лучом на две равные половинки - тогда твои клетки не разберутся, какую часть тела восстанавливать проще. За всё время я нашёл только одну планету с похожими мохнатыми существами.

Фёдор издал звук, который мог означать всё, что угодно.

- Как я понимаю, я с этой планеты? - Стася нахмурилась. - А магия? Значит, те существа тоже обладают магией?

- Не знаю, я лично видел только одну представительницу этого народа. Можем вместе посмотреть, любопытно же?

Волчица растерянно оглянулась на Фёдора. Волчонок, уже немного пришедший в себя, пожал плечами и улыбнулся:

- Посмотри! Ведь, если зеркала здесь работают и как порталы, - он чуть запнулся, но закончил. - Ты сможешь через них вернуться домой.

Стася подошла к колдуну, вставшему возле одного из зеркал и ждущего волчицу. Сначала в нём отражались лишь они двое, но внезапно Станислава увидела — да, чужую планету. Над городами, которых не было ни в одном уголке Ликдула, вверх взмывали удивительные летающие суда, пышущие пламенем, словно драконы, мучащиеся от изжоги. По улицам ходили многочисленные существа, большинство из которых явно были волками. Причём взрослыми — не было ни одного седошёрстного старика, а волчата попадались лишь изредка.

- Жители этого мира обрели бессмертие, - негромко произнёс маг Антагона. Затем он взял паузу, читая вспыхивающие на зеркале надписи, а когда заговорил вновь, голос его стал тусклым и печальным. - И все проблемы, что оно принесло. Перенаселённость и нехватка ресурсов привела к введению квот на рождаемость, и ты, скорее всего, появилась на свет незаконно. Твои родители понимали, что тебя ждёт смерть — неуязвимость и бессмертие не одно и то же — потому и отправили тебя к нам. К сожалению, твой корабль потерпел крушение и много лет ты провела в состоянии, которое не назовёшь ни жизнью, ни смертью. И однажды твоё ожидание завершилось.

- Значит, дома меня не ждут, - вздохнула Станислава.

Фёдор приобнял её за плечи и повернул к себе, а затем вздрогнул, когда волчица утопила мордочку в его груди. Она не плакала — просто ей стало грустно.

- Зато ты оказалась здесь, - попробовал подбодрить её человек, расстроенный не меньше. - В нашем мире твои способности и знания уникальны. Представь, сколько дел ты сумеешь совершить!

- Мне сначала нужно будет изучить хорошенько, что я могу, - улыбнулась волчица, посмотрев на Фёдора. - Но дел у меня хватает и так. Вы не могли бы помочь нам в таком деле — драконы Пепельной Пустоши ополчились на людей, а те, применяя растворённые в воде яды, грозят перетравить всех чешуйчатых созданий Ликдула! Если об этом узнают, то не миновать большой войны, а если в неё ввяжутся ещё и драконы — пламя пожрёт весь Ликдул!

- И что же? - сощурился волшебник, глядя на Стасю поверх очков.

- Я уговорила драконов об отсрочке, - ответила волчица. - Они будут ждать послов от людей и, быть может, тогда мы сможем предотвратить войну! Ведь драконам нужно лишь, чтобы люди не пересекали границы, отведённые им, и ещё остаётся шанс договориться. Только нам бы пригодилась помощь, - она повернулась к волшебнику. - Вы ведь можете поговорить с правителями Каменных Королевств?

- Поговорить-то могу, вот только, - маг сделал недолгую паузу. - Есть ли в этом смысл? Вражда между людьми и драконами давняя, вряд ли их удастся так просто примирить. А впрочем, попробовать можно. Хотя бы ради того, чтобы увидеть, во что всё выльется.

- Хорошо, - Стася повернулась к выходу. - А я направлюсь на восток, к Морю, а оттуда пройду к Пятихолмию. Вести разойдутся быстро, но лучше мне самой проконтролировать за тем, чтобы их приняли последние глупцы и упрямцы. В конце концов, в наши времена даже к послушникам Святилища прислушиваются.

- Сегодня вы никуда не пойдёте, - сказал маг. - Конечно, у меня тут беспорядок и не так уж и много места, но комната для гостей найдётся. Переночуйте, а завтра вам уже не понадобится держать путь через все Каменные Королевства — с помощью зеркал я сам предупрежу королей и правителей!

* * *

Золотое солнце высоко поднялось в небо над Ликдулом, освещая белые башни Каменных Королевств на востоке, горную гряду и Пепельные Земли на юге, леса запада и старые бранные поля на севере. Станислава стояла на балконе, держась за перила. Свой походный плащ она скинула, переодевшись в белый жилет и лёгкие штаны, оказавшиеся на её кровати. Фёдор, также одетый во всё белое, стоял рядом и не спеша попивал прохладный ягодный чай.

- Прости, что зря привёл тебя сюда, - с грустью сказал он, отставив чашку на перила. - Если бы я знал…

- О чём ты? - удивлённо спросила Стася, обернувшись к волчонку.

- Ну, мы узнали откуда ты взялась — а что толку? Планеты, космос, летающие корабли… Может, для таких, как ты, это и не сложно звучит, но я с трудом способен всё это понять, - Фёдор посмотрел вдаль. - По сути, мы зря прошли через половину Ликдула.

- Что ты! Всё совсем не так! - воскликнула Станислава. - В первый же день мы спасли торговцев! Помогли избавить от нечистой силы благочестивого хозяина, наконец, мы можем предотвратить войну, во всяком случае, сделаем всё от нас зависящее! Это совсем не мало!

- Ты так думаешь? - чуть улыбнулся волчонок. - Может, ты и права.

- Конечно права! - Стася подошла поближе и взяла друга за лапу. - Даже если бы существовала такая возможность, я бы всё равно не вернулась домой, разве только послала весточку родителям, что всё со мной в порядке. В конце концов, меня вырастили здесь, вы с отцом, потом — наставники в Святилище. Отныне я целиком и полностью принадлежу Ликдулу, - вдруг она обняла и лизнула опешившего волчонка в щёку. - И мои приключения только начинаются!