Невеста водяного

Глава 1

Владимира жала траву. Страдник только начался, и жара стояла просто невыносимая. Солнце близилось к зениту — нужно было заканчивать, иначе можно поссориться и с полевиком и с полудницей разом. Но сначала ещё немного работы. Владимира нагнулась с серпом за ещё одним пучком будущего сена, когда увидела полоза, ползущего на неё. Первая мысль в испуге была ударить его серпом, но только замахнувшись она вспомнила слова матери, что нельзя убивать полоза на поле. Она отошла, освобождая змею дорогу. Тварь поползла дальше, минуя и Владимиру и остальных в поле.

—Что такое? — одна из женщин разогнулась.

—Полоз пришёл. Наверное, надо заканчивать.

Все бабы запричитали, а девы, наоборот, выдохнули.

—Да вам, молодым, лишь бы не работать. — Послышался недовольный голос.

—Молчи, Феврония, Владимира права. — отрезала Видана. Она была самой старшей здесь, а потому была главной. — Хозяин поля не будет терпеть неуважения. Уже забыла, как чуть сама полуденницу не увидела прошлым летом?

Никто больше не спорил. Все развернулись к телеге, рядом с которой спали две старые кобылы. Владимира пошла за ними, когда вдруг услышала еле уловимый шёпот позади, слова в котором она разобрать не могла. Пока она разворачивалась, могла бы поклясться, что в поле за ней стоял муж с тощим бледным лицом, в длинной шубе, спадающей до самой земли, а глаза его отливали желтизной. Но только лишь моргнув и закончив разворот, на том месте, где недавно был незнакомец, Владимира никого не увидела.

—Владимира! — Подруги позвали её, увидев, что она отстала. — Пойдём!

Она пошла к ним.

—Прислушайся. — снова шёпот сзади. — Владимира… с-с-слуш-ш-шай внимательно.

Владимира снова обернулась. Опять никого. Но она решила послушаться к просьбе таинственного шёпота. Первый миг не было слышно ничего, кроме женского галдежа.

—Тихо! — Владимира рявкнула на толпу, которая тут же затихла.

Феврония, как самая упёртая, уже хотела что-то сказать, но Видана вытянула руку, запрещая ей этого делать.

Владимира закрыла глаза. Тихо. Слышно, как кобылы дышат. Слышен шелест ветра по траве. Слышен плеск воды — рядом протекала река. Шум сегодня был не такой, как всегда. Будто кто-то бил руками по воде. Вот оно! Владимира скинула лапти и стянула с ног онучи, едва не упав.

Она побежала к речке, что было мочи. С каждым шагом звук был всё отчётливей. Владимира уже изменила направление, поняв, где именно происходит беда. Увидя в воде маленькую руку, быстро уходящую под воду. Со всей силы оттолкнувшись от края берега, она прыгнула в воду, одновременно набирая побольше воздуха в грудь. Удар о воду пришёлся на столько сильным, что она чуть не выплюнула всё, что смогла вдохнуть. Тело ребёнка медленно погружалось на дно, выпуская пузыри изо рта и носа. Владимира направилась к нему. Схватив мальчика, она направилась к поверхности. Тело, желавшее спастись начало бездумно бить конечностями по сторонам, одной рукой мёртвой хваткой схватило запястье Владимиры. Нога уткнулась в живот. Часть воздуха вышла пузырями и потянулась вверх. Чтобы не остаться на дне вместе с ребёнком, она со всей силы ударила свободной рукой мальчика в живот. Вода, безусловно, смягчила удар, но тело его изогнулось и расслабилось.

Вынырнув, Владимира увидела толпу женщин, которые побежали за ней. Также к ним добавилось несколько ребятишек, которых она, видимо, не заметила, бежав сюда. Встав на твёрдую землю, Владимира заметила, что мальчик дышит, а значит не успел нахлебаться воды. Ребенка быстро забрали и стали приводить в чувства.

Старшие запричитали.

—Беда… не хорошо это.

Самой активной, как всегда, оказалась Феврония.

Владимира села и посмотрела на реку. Она убирала руками воду с глаз, когда заметила чью-то усатую морду в воде. Посмотрев туда ещё раз, она ничего не увидела.

«Наверное, сом.» — Подумала Владимира.

Сзади кто-то подошёл.

—Как ты, Владимира? — Раздался голос Виданы.

Она села рядом.

И кто придумал это имя? Дурацкое. Подойдёт для княжны. Хотя бы для купчихи. А для простого человека — нет. Мать говорила, что так приказал назвать отец, которого Владимира не знала. И что было странно — ни один человек в деревне не хотел говорить об этом. Мать тоже не осуждали, хотя Владимира понимала, что она просто нагуляна, а папаша быстро смылся. Хотя может дело и трагичное было. Когда стало понятно, что никто не скажет ей правды, то затея узнать про отца просто сошла на нет.

—Бабы, правы. Нехорошо это, у Водяного добычу отнимать. Тем более в преддверии Сонцекреса.

—Я спасала невинное дитя.

—Все мы смертны. Водяной — тоже. Нам всем нужно жить. Даже тем, кто живёт в воде. Ты же не спасаешь зайца от волка. А когда мамка козла режет тоже отбираешь нож?

Владимира отвернулась.

—Молчишь? Да уж тут ничего не поделать. Спасла уже. Будем надеяться, что всё хорошо будет. Зайди ко мне сегодня перед сном.

—Зачем?

—Надо так.

Видана встала, похлопала по плечу и пошла к остальным, успокаивая толпу.

Вечером Владимира ужинала вместе с семьёй. Их было четверо — они с мамой, а также дед и бабушка. Бабушка всё отчитывала Владимиру за её необдуманный поступок. Остальные молчали. Мать не могла перечить, а дед был согласен. Владимира старалась пропустить всё мимо ушей.

—Ты вообще слушаешь меня? И куда Видана смотрела? Умная же баба. Видно, что отцовской руки не хватает.

Дед положил руку на плечо бабушки, показывая, что она заходит слишком далеко. Мать Владимиры опустила глаза. Бабушка поняла свою ошибку.

—Да я ж не про тебя. Не хотела я тебя обидеть, доченька.

—Ничего. Всё хорошо.

Раздался стук в дверь. Бабушка вскочила и хотела идти встречать незваного гостя, но дед остановил её.

—Я сам. Не ждём никого. Посмотрим кого боги принесли.

Дед встал и медленно пошёл к двери. Перед тем, как открыть дверь, он проверил оберег над ней — мощный нож с ручкой и бычьего рога, воткнутый в дерево.

Дверь открылась с лёгким скрипом.

—Тебе чего?

—Чего ты так с гостем грубо? — Затараторил мужской голос за порогом.

—Я не ждал никого, а тем более мельников. Чего же мне любезничать? Зайдёшь?

—Нет, — отрезал мельник. — Я по делу. Мельница встала у меня. Лопасти все поломаны.

—А от меня ты чего хочешь?

—Так, твоя же внучка водяного обидела. Люди говорят, что сегодня утопленника вытащила.

—Говорят, кур доят.

—Тихон, сам знаешь, что с такими вещами шутить нельзя. Без мельницы людям нечего есть будет. Нужно задобрить хозяина.

—Ты же в прошлом году цены поднял за помол. А ещё Федот говорил, что обвесил его. Может тебе люди мстят за характер твой?

—Не забывайся!

Дед нагнулся за порог.

—Это ты ко мне пришёл. — голос его стал грубее, но тише. — И просишь внучку отдать? Уходи, пока не упокоился.

Дед закрыл двери и вернулся к столу.

—Ты к Видане не опоздаешь? — Спросил он у Владимиры.

—Я как раз после уборки пойду.

—Нас тут достаточно. Иди сейчас. Потом не задерживайся.

—Так может, кто-то с ней пойдёт? — Спросила бабушка.

—Видана просила только Владимиру. Если пойдём, то обозлим ведьму нашу.

По пути Владимира несколько раз встретила соседей, которые косо посмотрели на неё. Кот, сидевший у дороги, тоже недоверчиво глянул на неё, зашипел и убежал.

—Да что я вам сделала? — прошептала она, стараясь удержать навалившие слёзы.

В отчаянии и слабости Владимира села на дорогу. И стала водить по землю пальцем, пытаясь успокоиться. Оглянувшись, она убедилась, что рядом никого нет.

—Ну хоть не видел никто.

Дорога у травы зашевелилась. Владимира от неожиданности рухнула на спину и поползла назад от источника страха.

—Макошь, сбереги свою дочурку.

Из травы выполз гад. Опять полоз. Сегодня их много для одной её.

Змей прополз мимо, оставляя за собой волнистый след на утоптанной тропе.

Обратившись к богине, Владимире явно стало легче и, выдохнув, она побежала к Видане.

Местная ведьма уже стояла на крыльце, ожидая свою гостью. Владимира помахала ей, едва завидев. Та ответила тем же.

Дом Виданы находился на краю селенья и граничил с лесом. От того над её двором постоянно кружили птицы.

—Как добралась?

—Всё хорошо. Только полоза испугалась по дороге.

Видана нахмурилась.

—Он направлялся с тобой или против тебя?

—Поперёк дороги.

Видана выдохнула.

—А что?

—Ничего. Ничего страшного. Если к тебе, то это плохая примета для тебя, а ежели от тебя, значит ко мне. Раз уж поперёк пополз, то это хорошая примета. Пойдём в дом.

Владимира пошла в дом за Виданой. В доме пахло сушёными травами.

—Проходи, встань к печи.

В печи горел огонь, хотя на улице стояло лето, и никто печей не топил. В комнате было жарко почти, как в бане.

—Видана, — начала Владимира. — Так зачем ты меня позвала.

Видана взяла полотенец со скамьи, прихватила им засов печки и убрала его, обнажая пламя внутри. Она вытерла пот со лба, и повернулась к гостье.

—Ты сегодня нарушила запрет. Нужно удостовериться, что тебе ничего не угрожает.

—А что мне может угрожать?

Видана вздохнула и поглядела на Владимиру, будто объясняет ребёнку, что огонь горячий.

—Если ты украдёшь у князя коня, что будет?

—Получу по заслугам.

—Ещё объяснять надо?

Владимира помотала головой.

Видана взяла за левую руку Владимиру. Она что-то прошептала, а потом отпустила, взяв другую и тут же откинула её от себя. Владимира зашипела от боли, которая хоть и была небольшой, но неожиданной?

—Что такое? — Спросила она.

—Сейчас.

Видана закрыла ставни и двери. Лучин зажжено не было, поэтому единственным источником света оставалась печь.

Видана подбежала к Владимире и положила большой палец ей между бровей. Другой рукой она взяла за руку, которую недавно отбросила от себя. Она снова что-то начала бормотать, на этот раз громче, но слова были незнакомы. Видана убрала от неё свои руки.

—Посмотри на руки.

Владимира послушалась. Ничего необычного — самые обычные руки.

—Подойди ближе к огню.

Владимира сделала шаг, ещё один. Когда же свет от пламени упал ей на руки, то она увидела, что на правой руке отпечатался след руки. Нечеловеческой. С перепонками. На концах пальцев были острые когти.

—Что это?

—Водяной тебя хочет к себе.

—В каком смысле?

—В жёны.

У Владимиры закружилась голова, она пошатнулась. По коже пробежали мурашки. Стало холодно. Видана тут же обняла её и усадила на скамью.

—Тише, деточка. Я придумаю что-нибудь. Завтра же жертву принесу за тебя. Авось водяной и примет её. Откупимся.

В объятиях Виданы было очень тепло. От её слов стало чуть полегче. В такой обстановке Владимира больше не могла сдерживаться и разрыдалась. Пока слёзы текли Видана гладила её по голове и снова шептала какие-то заговоры.

Когда Владимира успокоилась, и направилась в путь, солнце уже почти село.

—Беги осторожней. Ничего не бойся, сегодня тебе ничего не угрожает, на вот, возьми этот оберег, поможет. Завтра в поле не ходи с нами. Отдохни.

Видана протянула красного цвета науз. Владимира взяла его и сжала в кулак.

—Спасибо, Видана. Во век не забуду.

Владимира побежала домой, стараясь успеть до заката. Уже на подходе она снова заметила полоза, который свернулся прямо перед крыльцом её дома. Она тихонько обошла его и вошла домой.

За дверью уже ждала вся обеспокоенная семья.

—Ну что там? — Сразу же начала бабушка.

Переводя дыхание, Владимира ответила:

—Не всё хорошо, но и не всё плохо. Она сказала, что попытается откупиться у водяного.

—Уж на неё вся надежда. Видана наша с духами ладно общается.

—Всем спать. Утро вечера мудренее. — Отрезал дедушка.

На следующее утро Владимира, как и сказала Видана, не пошла в поле. Она занималась домашними дела вместе с бабушкой. Мать пошла в лес, по ягоды. Дед — с мужиками на охоту.

Она шла с коромыслом к колодцу, чтобы набрать воды. Положив коромысло на землю, Владимира прицепила ведро к верёвке и спустила вниз. Подняв его, она спустила второе. Это ведро поднималось очень тяжело, даже ещё не вынырнув из-под воды, наверное, зацепив что-нибудь со дна. Если ведро так быстро достигло конца колодца, то это плохо. Когда вода закончиться, придётся ходить к общему колодцу. А ведь ещё даже не середина лета, до сильных дождей ещё далеко.

Ведро вышло из-под воды. Владимира почувствовала, что не может поднять ведро выше. Мать всегда говорила, что долго смотреть в пустой колодец нельзя. Но колодец был не пуст и заглянуть Владимира хотела лишь на миг. Она наклонилась и посмотрела вглубь. Сначала глаза привыкали к темноте и ничего не видели. Когда уже можно было что-то разглядеть, то Владимира увидела в колодце широко улыбающееся усатое лицо. Оно держало ведро и смотрело точно на неё. Владимира закричала, всё бросила, достала науз из кармана, выронила его и, не став возвращаться за ним, помчалась домой.

В доме её встретила испуганная криком бабушка, но Владимира пробежала мимо и направилась в дальний угол, уткнувшись туда стала бормотать обращения к богам.

—Боги мои милостивые, Отцы и Матери, помогите дочери вашей не сгинуть в воде. Макошь, приди и спаси, деву свою непутёвую.

Сзади на её спину мягко приземлилась чья-то рука. Владимира вздрогнула. Это оказалась бабушка. Она опустилась к внучке.

—Я с тобой. Давай вместе помолим Мать всего.

В дверь застучали.

—Кого там принесло?

Бабушка встала, но Владимира схватила её.

—Не открывай.

—Чего ты, просто человек к нам пришёл.

—Пожалуйста…

Бабушка вновь опустилась на пол.

В дверь постучали сильнее. Сила стука нарастала. Вскоре дверь уже дрожала. Стук отдавался в висках. Сердце звучало в такт этому бесконечному стуку и грозилось выпрыгнуть из груди.

Стук прекратился.

—Всё закончилось? — Спросила Владимира.

Вдвоём с бабушкой они поднялись, держась друг за друга.

—Хозяева! — за дверью послышался голос Виданы. — Есть кто?

Владимира направилась к двери, но бабушка её попридержала.

—Видана, — сказала она. — Сейчас не в деревне.

Владимира ужаснулась. Неужели водяной обратился Виданой?

—Нужно проверить. — прошептала она, а затем громче обратилась к тому, кто был за дверью. — Когда, я пришла к тебе вчера, кого я встретила?

—О чём ты? — спросил голос.

—Поперёк дороги шёл. Ты сказала, это хороший знак.

В дверь снова застучали с новой силой, но на этот раз всё закончилось очень быстро. Снаружи послышалось змеиное шипение, а потом всё затихло.

Владимира побежала к двери, несмотря на попытки бабушки её остановить. Открыв дверь, она увидела, что на крыльце лежит недвижимое тело полоза. Аккуратно взяв его, Владимира прижала к груди змея.

—Спасибо. Прости. Жизнь за меня отдал. Бабушка, нужно сжечь его, как воина сжечь.

Вечером вернулся дед, а потом мать. Дед согласился придать огню, погибшего полоза. Идти на реку они побоялись, хоть и хотели проводить достойно. Во дворе сделали маленький шалаш из веток и положили полоза на доске сверху. Дед опустился на одно колено и поджёг лучиной трут, который сразу же вспыхнул, пожирая древесину, а потом и полоза.

Ночью Владимира не могла уснуть. Она вышла из комнаты. Прошла к выходу, чтобы подышать свежим воздухом, но услышала бабушкин голос за печкой. Они разговаривали с дедушкой. Говорили про неё.

—Видана не смогла откупиться. Соседи всё равно придут. Если мельник расскажет, а он расскажет, то нам не вздобровать.

—Это наша внучка. — возразил дед. — Я не отдам её необразованной толпе. Тем более, зная, кто её отец.

Сердце замерло. Владимире всю жизнь говорили, что никто в деревне не знает её отца, но тут оказывается, что от неё это скрывали. При чём самые близкие люди.

—Завтра Сонцекрес. После этого мельник точно придёт. После праздника духи сильнее, так Видана говорит. Боги нам не помогут, это мы нарушили договор с природой. Они не будут защищать нас.

—Я всё сказал. Пока не водяной хозяин в этом доме. Завтра не пускай Владимиру на праздник. Может водяной себе другую невесту выберет. Я не хочу потерять внучку, а потом навлечь на нас ещё и гнев её отца.

Как же так? Невинную девушку на смерть? Владимира не могла такого допустить. Пусть даже это будет означать, что змей отдал свою жизнь за зря. Но она не может допустить ещё одной смерти. Владимира всё решила.

Следующим утром она не подавала виду, что слышала ночной разговор. Конечно, хотелось узнать про отца, но выдавать себя нельзя. День прошёл, как обычно, дела по дому, готовка. К вечеру народ стал собираться на праздник к реке.

Владимира сказала, что устала и пойдёт спать. Когда стемнело, а в доме всё затихло, она открыла ставни и вышла из окна. Босой она побежала к реке. Не в сторону общего праздника, а подальше туда, где никого не было. Туда, где спасла ребёнка.

По пути, в поле она остановилась, чтобы перевести дыхание. Взгляд её упал на цветы.

—Ну какая ж невеста без венка.

Владимира начала плести венок. Когда дело было закончено, то она надела венок на голову и побежала дальше.

На берегу было пусто и тихо. Владимира подошла к воде и замерла. Страшно. Всё тело дрожит, но нельзя отступать. Она вступила в холодную воду. Холод добежал от носка до макушки. Владимира пошла дальше. Пройдя дальше, она была уже по пояс в воде. Сняв венок, она пустила его по воде.

Венок поплыл по течению. На расстоянии десяти шагов его схватила чья-та рука из-под воды. Усатая зелёная морда вынырнула. Потом показалась обвисшая грудь. Кожа водяного была цвета тины. Он улыбался Владимире.

—Пришла-таки, воровка.

—Я не воровка! — Возразила она.

Водяной в миг оказался на расстоянии вытянутой руки.

—Все тонущие — моя добыча. Тот мальчик, был бы отличным слугой. Но невеста тоже хороша. Поэтому зла я на тебя не держу. Пойдём со мной, будешь царицей над всякой тварью водной.

Водяной взял её за руки и потянул на дно. Владимира безвольно пошла за ним, с каждым шагом опускаясь в воду всё ниже.

Владимиру озарил яркий жёлтый свет. Сначала она подумала, что это кто-то из деревни. Но потом, когда глаза привыкли, она увидела, что свет исходит из самой руки человека, который стоял вовсе не на береге, а на водной глади. Водяной тоже обернулся и открыл рот то ли от ужаса, то ли от удивления.

Владимира узнала в нём того, кого видела боковым зрением в поле перед тем, как спасти мальчика. То же тощее лицо, та же шуба, те же жёлтые глаза, только теперь она заметила, что глаза были змеиные.

—Что ты делаешь Навпа? — Мужчина обратился к водяному.

Водяной несколько раз пошевелил губами, будто рыба под водой.

—Я… Я невесту домой веду.

—Отпусти её.

Водяной быстро послушался и отплыл от Владимиры.

—Зачем вчера убил слугу моего?

—Так это был твой? Я же думал, что это просто полоз вредный.

—Все ползучие твари мои. Уходи.

—А невеста? Она нарушила договор и спасла утопленника.

—Мою дочь ты не получишь.

«Дочь!?» — пронеслось в голове у Владимиры.

—Она, — продолжил он, — сделала это по моему приказу. Тот мальчик нужен мне в будущем. А ты убил моего слугу. Уходи, пока живой.

Водяной скрылся под водой. Мужчина подошёл к Владимире и протянул свою руку. Она сжала её. Тело её поднялось на водную гладь. Он обнял её одной рукой, и они понеслись прочь от реки. Остановились они в поле, где Владимира собирала венок. Отец отпустил её.

—Кто ты такой?

—Царь Полоз. Твой отец.

—Но как?

—Все вопросы оставь матери. Мне нужно идти. Спасибо за твою помощь. Впредь я буду охранять тебя сильнее.

—Подожди…

Царь Полоз исчез. Просто растворился в воздухе.

Владимира пошла домой, уже зная, что домочадцев ждёт непростой разговор.