Неспящая Румыния

Глава 1

Робкие лучи солнца потянулись от горизонта, захватывая поля и леса. Румынские пейзажи медленно просыпались, сбрасывая с себя ночной сон и преображаясь в теплых лучах солнца. В предгорьях Трансильванских Карпат в небольшом старинном городе Бая-Маре нехотя пробуждалась жизнь. Люди торопились на работу, открывались магазины и лавки. С первыми лучами закрыл свои двери Музей Нереальности, одно из любимейших мест туристов и путешественников. История восточнославянских мифов и легенд оживала здесь буквально. Но туристы давно подметили одну странность. Музей работал только по ночам. Без исключений. Но все это с лихвой окупалось тем, что музей был готов предложить своим посетителям.

— Мам, смотри! – какой-то мальчишка завизжал, тыча пальцем в одну из стилизованных локаций, — это же граф вампир!

Бледное существо с лысой головой и заостренными ушами оскалило полный острых зубов рот. Особенно в облике выделялись черные когти, глаза, светящиеся зеленым и четыре клыка в пасти, удлиняющиеся, стоило вампиру раскрыть челюсти.

Сотни посетителей каждую ночь могли полюбоваться на легендарных монстров и жутких обитателей лесов и долин. Где еще можно было посмотреть, как высокий вампир в черной мантии скалит зубы на расстоянии вытянутой руки? А лохматый оборотень, превращающийся в полнолуние в адского зверя? С ним, правда, такое происходило не каждую ночь, а в реальное полнолуние, но посетители были счастливы такому подходу к «реалистичности». В обычное время оборотень был похож на очень сильного человека с горящим взглядом, все желающие могли проверить себя в армрестлинге со зверем. Решались немногие, но не побеждал никто, а оборотень лишь криво ухмылялся. Во время полнолуния огромный монстр находился в прочной клетке, вокруг которой была еще одна клетка для надежности.

Посетители первым дело видели табличку на входе «Безопасность превыше всего». И, надо заметить, музей полностью следовал этому правилу. Любые монстры, представляющие угрозу, содержались в специальных клетках.

— Кейт! Сними меня у этой красавицы! – попросил свою подругу парень, протягивая ей камеру.

Он встал рядом с большим резервуаром мутной воды, в котором по ту сторону толстого стекла, виднелась девушка с зеленоватой кожей и перепончатыми руками. На ногах ее виднелись такие же перепончатые плавники, на лице с серебристыми чешуйками в обрамлении зеленых волос ярко горели желтые глаза. Она была обнаженной, за исключением какой-то набедренной повязки.

— Домнишоара*, прошу не снимать обитателей музея, — низкий голос обратился к паре из тени.

Пара вздрогнула и извинилась, а высокий кряжистый человек со шрамами отступил обратно в тень, подмигнув болотной девушке. Эти двое надолго запомнят лоскутную кожу разного цвета, испещренную змеями шрамов.

Несмотря на предупреждение о запрете съемки, некоторые все же забывали об этом. Но сотрудники музея пристально следили за соблюдением всех правил.

В дальнем углу, в обрамлении известняковых стен, исписанных иероглифами, загрохотала тяжелая крышка саркофага, упавшая на каменный пол. С хриплым рычанием из саркофага показались забинтованные грязными бинтами руки. Вскоре мумия египетского правителя уже выбралась из своей темницы и шаркая ногами с обрывками бинтов хрипло заговорила на древнеегипетском, вызвав неподдельный восторг посетителей.

Небольшая группка туристов завороженно наблюдала за двумя братьями-близнецами, которые показывали свои номера на небольшой сцене, оформленной в ярмарочном стиле. Афиша возвещала, что братья Хардинг покажут невиданные ранее манипуляции со своими телами, а также явят зрителям силу, какой не имеет ни один человек. Афиша, вопреки распространенным мнениям о таких представлениях, ни единым словом не лгала. Айзек Хардинг демонстрировал невероятную гибкость своего тела, принимая невозможные позы и сплетая руки и ноги в немыслимых для обычного человека узлах. А его брат Эдгар Хардинг с легкостью жонглировал тремя четырехпудовыми гирями, как будто в руках его были теннисные мячи. В какой-то момент братья крепко жали друг другу руки, схватившись за запястья, и в тот же момент менялись ролями. Ярмарочная музыка из динамика позади сцены и непревзойденное мастерство братьев имело стабильный спрос у публики.

Сотни любопытных туристов и просто любителей самых разнообразных диковин проявляли недюжинный интерес к музею, не отмеченному, кстати, ни на одних картах. Никто из них не задавался вопросами об устройстве музей, а для тех, кто все же интересовался устройством столь необычного музея, в отдельном помещении проводили специальную лекцию, после которой вопросов уже не возникало.

Тихий звон колоколов возвестил о скором наступлении рассвета, и посетители заторопились на выход. Ходили слухи, что любой замешкавшийся больше никогда не выйдет из музея. Мало кто всерьез верил в это, но проверять почему-то ни у кого желания не возникало.

Тяжелые двери музея захлопнулись и сверху упал массивный засов. Автоматические плотные шторы на всех этажах закрывали светлеющие от солнечных лучей окна. Остался лишь свет факелов, делавший атмосферу в замке еще более мрачной.

Высокий вампир хлопнул по плечу лоскутного человека со шрамами.

— А ты все так же любишь прятаться в тени, Фрэнк, — усмехнулся он.

— Не люблю взгляды людей, — глухо ответил тот, нахмурившись разными бровями.

На поверхности резервуара с болотной водой показалась голова девушки.

— Всем до завтра! – и, не дожидаясь ответов, нырнула в проход на дне емкости, который вел через сеть тоннелей прямо в болота к ее дому.

— Прическа сегодня была классной! – крикнул вдогонку вампир, хотя след девушки уже простыл и только вода качалась.

Мумия разматывала бинты на лице, отряхиваясь от пыли. Иссохшие губы не всегда четко произносили слова.

— Выручка сегодня радует?

— О да, — потирая бледные тонкие руки ответил вампир. – передай список для закупок ведьмам в подземелья.

Где-то в подземельях раздался душераздирающий вой.

— Новенький? – спросил вампир у лица со шрамами.

— Угу. Только прибыл.

— Пойдем потолкуем с ним, — улыбнулся своей зубастой улыбкой вампир.

По длинной винтовой лестнице двое спустились в подземелья. И сразу направились на звук. В одной из просторных камер метался с воем кто-то лохматый.

— Дружище! – крикнул вампир, — Давай поговорим!

Лохматый перестал метаться и одним прыжком оказался у прутьев решетки. Это был волколак. В превращенной форме, но сохраняющий разум. Вот только говорить он в таком виде не мог.

— Понимаю, говорить ты сейчас не можешь, эмоции и все такое, — начал вампир, — просто послушай. Ты в музее. Мы тут все работаем экспонатами. Ну знаешь, музей монстров и мифов. Посетителям нравится, и знать им не нужно, что все здесь реальное.

Волколак, тяжело дыша, смотрел на вампира, не выпуская из лап прутья решетки, а вампир тем временем продолжал.

— Сотни лет мы жили как дикари, кошмарили крестьян, наводили ужас и разбойничали. Нас боялись, сторонились, пытались убивать. Нам все это надоело, захотелось спокойной жизни.

— Без вил и факелов, — вставил шрамированный.

— Верно. Просто спокойно жить, не напрягаясь и не напрягая. Построили этот замок-музей, сплотили монстров, большинство из них с радостью согласились стать экспонатами в ночном музее в обмен на безопасность и спокойствие. Люди, конечно, задают вопросы, но комната стирания воспоминаний делает свое дело.

Волколак зарычал и начал превращаться в человека. Вампир терпеливо ждал.

— То, что вы… говорите… правда? – прохрипел уже принявший человеческий облик волколак.

— Именно так. Комфортное существования для существ и для людей.

— Но как вы питаетесь?

— У нас тут имеется животноводческая ферма, приспособились, кровь, мясо, кости погрызть, — вампир многозначительно кивнул волколаку, — никто не в накладе, как ты понимаешь, друг мой. Ты должен решить, согласен ли ты на мирную жизнь среди людей.

— Согласен, — прохрипел волколак, не раздумывая.

— Вот и славно! – радостно воскликнул вампир и щелкнул пальцами, из воздуха появился документ, весь в росписях и каллиграфических надписях, — просто подпиши внизу.

Волколак черкнул подпись протянутым пером.

— А что бывает с теми, кто нарушает условия этого контракта?

Взгляд вампира сделался багровым, а рот оскалился.

— Они тебе этого уже не расскажут.

И ледяной смех заполнил собой все подземелье и резко стих.

— Добро пожаловать! – улыбнулся вампир.

* Домнишоара - в начале XX века так обращались к молодой барышне или сударыне. Аналог английского "мисс".