Непобедимый Буратино

Глава 1

1

Пепельные тучи тяжело нависали над проклятым лесом. Ветер раскачивал темные деревья, пожухлая листва с шелестом падала на холодную землю. Вечерело. Октябрьский дождь неустанно колотил в окно маленькой избушки. Большие упругие капли нещадно били по стеклу и могли принести гнетущую тоску. Но Карабас Барабас злорадно хохотал и притоптывал ногами. Он лучше всех, он – победитель!

Кукольник вальяжно сидел в кресле-качалке перед ярко разожженным камином. Отблески языков пламени играли на довольном лице злодея.

Карабас лениво вытянул ноги к огню, пригубил из стакана и жадно затянулся большой черной сигарой. Сегодня он одет празднично. Белоснежные штаны в красную полоску и голубая рубашка, усеянная серебристыми звездами. Именно в таком наряде Карабас начинал представления в своем знаменитом театре. Как давно это было! Да, у него был собственный кукольный театр и замечательные актеры. Веселый Арлекин, грустный Пьеро, Мальвина и много-много других замечательных кукол. Фокусники, жонглеры, плюшевые медвежата, оловянные солдатики, пластмассовые крокодильчики. Театр Карабаса процветал и приносил хороший доход!

Все рухнуло, когда появился деревянный мерзавец Буратино! Старый злодей Карло выстругал эту проклятую куклу, и длинноносый прохиндей разорил Карабаса в одночасье! Мало того, что Буратино завладел золотым ключиком, вдобавок к этому он отобрал у Карабаса всех кукол и пустил кукольника по миру. Какая чудовищная неблагодарность!

А ведь Карабас уже почти сроднился с деревянным мальчиком, взял под свою опеку. Подарил Буратино жизнь и даже дал денег, а этот плут настроил против доктора кукольных наук всех лучших актеров театра. Куклы отказывались от выступлений, вели себя нагло, убегали. Все это закончилось очень плохо. Катастрофически. Деревянный мальчик выкрал золотой ключик, разорил Карабаса и открыл свой собственный театр. После этого театр Барабаса пришел в упадок, горожане перестали ходить на его спектакли.

Долгие месяцы Карабас вынашивал план мести, собирая деньги, ища кредиторов. С трудом кукольник восстановил свое состояние.

И вот настал его звездный час! Скоро Карабас вернет себе титул лучшего доктора кукольных наук! Ибо театр проклятого шарманщика Карло просто перестанет существовать!

Джузеппе не зря называли Сизым Носом. Закадычный приятель Карло был не прочь приложиться к бутылочке. Грех не воспользоваться таким шансом. Однажды Карло получил от Карабаса крупный заказ на изготовление деревянных табуреток. Только кукольник расплатился не золотыми монетами, а крепким вином.

Конечно, теперь Джуззи, как старый товарищ, каждый вечер заходил к своему другу, Карло. Старички с удовольствием пили и веселились, потешаясь над теми временами, когда они еле сводили концы с концами. Постепенно пьяный шарманщик полностью утратил контроль над своим театром, доверив всю работу глупому деревянному сынишке. А дурачка обмануть – раз плюнуть. Вскоре кот Базилио и лиса Алиса принялись активно скупать билеты в театр "Молния" и перепродавать их по другой, завышенной в три-четыре раза, цене. Люди не хотели платить за игру бездарных актеров такие бешеные деньги, и представления проходили в полупустом зале.

Прибыли "Молнии" стремительно падали, актеры нищали вместе со спивающимся шарманщиком и его деревянным сынком. Все это привело к тому, что куклам стало не хватать денег даже на еду. Многие залезли в большие долги, другие лишились крова и жили под городскими заборами. Каждый вечер голодные артисты приходили к старому шарманщику Карло с просьбой подать им хотя бы кусочек хлеба. Но в ответ они слышали лишь пьяную ругань брюзгливого старика да смех осоловевшего Джузеппе.

Актеры стали разбегаться и искать новую работу. И тут вновь на сцене появился розовощекий Карабас Барабас. Он щедро оплатил чужие кредиты, приютил, накормил и предложил бедолагам вакансии в своем новом театре. Бородач платил хорошо, только никому не дозволял менять свой авторский репертуар. Более того, он жестоко наказывал за малейшее отступление от положенных ролей.

Однако некоторые куклы так и не захотели быть послушными марионетками в руках бородатого властелина. С ними пришлось расстаться навсегда.

Сначала кукольник расправился с Мальвиной. С ранних лет Карабасу не везло с женщинами, а эта кукла была волшебно красивой. Она дразнила своей грацией и необычной прической. Постоянно кокетничала и капризничала.

Однажды случилось неслыханное. Карабас, вычесывая свою идеально черную бороду, нашел в ней не один, а целых два голубых волоса. Ужасное святотатство! Карабас без промедления схватил топор, разрубил девчонку на мелкие кусочки, а после сжег в своей дьявольской печи.

Затем Карабас хладнокровно прикончил пуделя Артемона. Он ненавидел черных и кучерявых. Испытывал стойкую антипатию. А эта собака постоянно лаяла и причиняла массу хлопот. Когда Карабаса вконец замучил проклятый насморк, он без особого сожаления отрубил проклятому псу голову и бросил несчастного в огонь камина. Только так Барабасу удалось отогреть замерзшие ноги и победить начинающийся грипп. После этого бородач всегда поддерживал огонь в своем очаге, и не гнушался топить печь неугодными, надоедливыми и непослушными куклами. Железу и огню всегда находилась работа.

Но больше всего кукольник ненавидел Буратино, проклятого деревянного человечка. Правда, Карабас не хотел убивать эту куклу, зная популярность носатика среди горожан. Переманить на свою сторону, заставить петь под свою волшебную медную трубу – вот какую цель преследовал длиннобородый.

Остальные куклы из компании проклятого чурбана никакой опасности не представляли. Арлекин и Пьеро исправно играли гениальную комедию "Тридцать три подзатыльника" и скоро должны были участвовать в новой авторской постановке "Шестьдесят шесть пинков".

За окном полыхнула молния. Прогромыхало. Ветер усилился и завыл в старой печной трубе.

Карабас скабрезно осклабился и потянулся. Затем он почесал разлохмаченную бороду и громко хлопнул в ладоши.

Не прошло и пары минут, как на пороге появился Дуремар, держащий оплывшую свечу. Лицо врачевателя выглядело не оплывшем, но опухшим. В последнее время этот тщедушный человек практически не работал. Он пристрастился к пиву и пил его целыми днями, после чего лечился при помощи своих любимых пиявок.

– Дуремар! Опять от тебя пахнет капустой? Как можно есть эту гадость? – рявкнул Карабас.

– Сеньор, но это же вкусно.

Однако Дуремар не говорил всей правды. Приближалась зима, пиявки – источник дохода, отправлялись в спячку, поэтому врачу просто не хватало денег на более питательную еду, наподобие мяса. Рацион Дуремара стал очень простым: пиво, кислая капуста и дешевые сосиски. Хотя, последние он ел только по большим праздникам.

– Где Буратино? – спросил Карабас, сжимая в руке семихвостную плетку.

– Э-э-э…

– Тащи сюда эту мерзкую деревяшку! Мои ноги опять коченеют! Ты хочешь, чтобы я умер от холода? – вскрикнул Карабас, разрезая плеткой воздух.

– Но вы же не будете…

– Молчать! Делай, что я тебе говорю!

Вскоре перед Карабасом предстал он. Любимец детей и причина продолжительных бедствий. Противная кукла, выструганная безумным шарманщиком. Но сегодня на деревянного человечка было жалко смотреть. Лицо изъедено жучками-древоточцами, на щеках присосались пиявки, любезно предоставленные Дуремаром, а на ушах появилась сизая плесень. Знаменитый длинный нос покрылся заусенцами и даже немного повис. Буратино смотрел на своих мучителей безразличным одеревеневшим взглядом и молчал.

– Буратинушка! Мальчик мой! Я в последний раз спрашиваю, будешь ли ты играть в моей гениальной комедии? – запричитал Карабас и даже прослезился.

Измученный пленник ничего не ответил, лишь слабо мотнул головой. В нем уже очень мало оставалось от того задорного и веселого человечка, которого знал весь город.

– Буратино! Ты будешь играть в моем театре? – заорал Карабас, хватая безвольную куклу за грудки. Кукольник тряс Буратино, брызгая слюной; потрясал плеткой, стараясь получить ответ. Однако деревянный молчал, безвольно мотая головой из стороны в сторону.

Карабас в отчаянье шлепнул Буратино и тот что-то прошептал, но треск горящих поленьев заглушил последние слова деревянного человечка.

Карабас сплюнул и без всякого сожаления бросил ненавистную куклу в огонь камина. Пламя взвилось, выпрыгнуло из очага и плюнуло в бороду кукольника жадными горячими искрами. Длинная борода загорелась, но Карабас успел ее потушить, потеряв лишь несколько прядей.

– Прощай, жалкая деревяшечка! – заорал бородач и подтолкнул несчастного в глубину очага своей длинной кочергой.

Затем он захохотал так злорадно, что в окнах задрожали стекла и стены содрогнулись, осыпаясь старой штукатуркой.

Дуремар уронил слезу в бокал с пивом и медленно присел в дальнем углу на корточки. А Карабас продолжал орать и бегать, как ненормальный по комнате, радуясь оглушительному триумфу. Он – лучший в мире доктор кукольных наук, он – победитель!

2

Утренние солнечные лучи яростно ворвались в хлипкую лачугу. Они ударили сквозь стекла, пробежались по длинной бороде и заставили Карабаса открыть заспанные глаза. Кукольник медленно потянулся и сладко зевнул.

– Завтрак, сеньор! – послышался голос Дуремара вместе со звоном ложечки о кофейную чашку.

Карабас заткнул за воротничок белоснежный платок, схватил вилку и насадил на нее аппетитное яйцо. В другую руку он уже взял чашечку с кофе, блаженно улыбнулся; и тут из-за окна раздался посторонний звук. Очень неприятный.

Доктор кукольных наук насторожился. Звук повторился. Потом еще раз, и еще. Словно на улице кто-то нехороший монотонно бил палкой по дереву.

– Что это, черт побери? Что это, Дуремар?

– Весна. Дятлы прилетели.

– Дятлы?!

Карабас вскочил со стула и начал бегать по комнате, бешено вращая глазами. Он разбросал вещи, опрокинул кресло, а недоеденный завтрак полетел в лицо несчастного Дуремара.

А Карабас между тем подбежал к окну, стер налипшую за долгую зиму паутину и приник лицом к грязному стеклу. Он всматривался, прищурившись, в просыпающийся лес, моргал, тер глаза и, наконец, старый дом разорвал душераздирающий крик.

– Там… там… – Карабас медленно отступил от окна, тыча толстым скрюченным пальцем.

Продавец пиявок подошел ближе и тоже заметил, как из-за отдаленной сосны показалась маленькая голова с длинным носом. Коротышка хищно улыбнулся и стукнул пару раз своим носом по коре сухого дуба. Противный звук удара дерево об дерево повторился.

– Это Буратино? – удивился Дуремар.

– Да! Но, как? Я готов рвать на себе бороду! Он же погиб в этой самой печи! – заорал Карабас и махнул ногой так, что его тапок полетел в камин и сгорел.

Доктор кукольных наук тяжело опустился на кровать и застонал. А в весеннем лесу послышался жизнерадостный стук второго "дятла". Он отозвался первому "звонкой деревянной трелью". Вскоре куклы начали задорно перестукиваться и с каждой минутой неприятные звуки раздавались все ближе и ближе. Они теребили чувствительные уши Карабаса и приносили адскую головную боль.

Не прошло и получаса, как количество источников противного перестука увеличилось, и звуки слились в мерзостную зубодробительную какофонию.

Обитатели дома уже ползали по полу, держась за головы, когда очередной равномерный стук раздался совсем близко. Долбили во входную дверь. Сильно долбили.

Карабас, превозмогая боль, поднялся и посмотрел на крепкую дубовую преграду, отделяющую их от опасного внешнего мира. Кукольник встал, усмехнулся и схватил со стола тяжелый заточенный тесак.

В этот момент перестук уже полностью сосредоточился на входной двери. В нее били, колотили так, что косяки тряслись, сбивая на пол пыль и опилки. Вскоре чуть ниже центра двери острый нос деревянного человечка пробил дырку насквозь и высунулся.

– А-а-а! – вскричал Карабас и рубанул тесаком наотмашь. Гладкая заостренная деревяшечка упала к ногам и гулко покатилась по половицам.

Но не успел Карабас порадоваться, как сквозь дверь проклюнулись еще два деревянных носа. Потом еще четыре. Деревянные носы заработали, словно маленькие отбойные молотки. Туда-сюда, туда-сюда… Дверь закачалась, не выдержала и рухнула под напором злобных человечков.

Кукольник пошатнулся, когда увидел, что нападающих не менее дюжины. Некоторые из них уже лишились своих деревянных носов, другие сломали пальцы, но это не мешало буратинам наступать и скалиться страшными белозубыми улыбками. Они щерили рты, задирали длинные носы и глухо били кулаками в грудь.

Но вот все куклы разошлись в стороны, и в центр выступил один, более крепкий Буратино. Он разительно отличался от своего собрата, сгоревшего в каминной печи прошлой осенью. На голове куклы вместо колпака торчала белая кепка, грудь покрывала синяя футболка, а длинные спортивные штаны наливались ярким красным цветом.

Буратино подошел ближе и снял кепку. Бритая наголо голова засияла в лучах полуденного солнца и ненадолго ослепила Карабасу глаза.

– Буратинушка! Ты вернулся! Я тебя ждал. Я так соскучился! – залебезил Карабас, прикрываясь черной бородой.

– Да, я вернулся! – ответил Буратино громким и твердым голосом, отдающим стальными аккордами. Все былое дурачество исчезло без следа.

– Кофе, сеньор? – спросил недоумевающий Дуремар, опуская глаза вниз.

Буратино мгновение помолчал, властно ударил ногой в пол и продолжил:

– А я погляжу, вы тут весьма неплохо устроились?

Карабас лукаво улыбнулся, но тут же закрыл лицо бородой, словно дешевой карнавальной маской.

– Джузеппе умер, – сообщил Буратино.

– Ах, какое несчастье! Бедный, бедный Джуззи! – запричитал Карабас, и с его глаз скатилась слеза, правдоподобию которой позавидовал бы любой матерый крокодил.

– Я не закончил! – перебил деревянный человечек. – Джузеппе умер, но Карло жив. Мой отец бросил пить и работал всю зиму, не покладая рук. Он стругал и стругал деревянных человечков. Затачивал длинные носы. Стружка падала на пол, и жаркий пот лился ручьями. Но мой упрямый отец ковал нашу будущую победу. Теперь в нашем родном городе не один-единственный Буратино. Нас много! Нас легион! И скоро мы добьемся того, что каждый третий житель будет иметь точно такой же нос, как у меня. Мы непобедимы!

– Э-э-э…

– Проклятый Карабас, не думай, что тебе помогут Кот и Лиса! Нет! Базилио сбежал за границу, пойманный на аферах с билетами. Алиса лишилась своего хвоста и отправилась за решетку. Ты все проспал в своей лесной берлоге! Пришла долгожданная весна! Наша весна! Сегодня ты ответишь за гибель моих друзей! – припечатал Буратино, заканчивая противным мальчишеским смехом.

– Я тебе денег дам, Буратинушка! Пятьдесят золотых…

– Чтобы ты через год обратно потребовал сто? Не выйдет! Знаю я эти штучки.

– Театр, Буратино. Я подарю тебе свой театр…

– Нет, Карабас, – в этот момент Буратино убрал с лица дурацкую улыбку и сказал тихо, но очень отчетливо: – Пощады не будет. Кровь за пепел! Ты не только разорил моего отца, ты сжег в проклятой печи моих самых лучших друзей, любимых братьев и сестер. Кровь за пепел!

В этот момент остальные куклы все, как один, подняли руки и начали кричать хором. Они были деревянные, но в их голосах гремела всепобеждающая сталь.

– Кровь за пепел! Кровь за пепел! Кровь за пепел!

Главный Буратино слабо взмахнул рукой, и на Карабаса набросилось не менее десятка деревянных кукол. Сначала бородач пытался отмахиваться и защищаться, но вскоре споткнулся и упал на спину. Борода замоталась вокруг рук и мешала. Через мгновение несколько острых деревянных носов одновременно вспороли толстое брюхо, выпуская потоки алой крови. Последними звуками, что слышал убегающий со всех ног Дуремар, были нечеловеческий крик хозяина и адский хохот проклятого деревянного человечка. Это смеялся непобедимый Буратино.