Неисправимый романтик

Глава 1. СУДЬБОНОСНОЕ СТОЛКНОВЕНИЕ

1

Эрик проснулся позже обычного. Это он понял по тому, что проспал восход солнца. Оно уже вовсю резвилось в небе, играя своими яркими лучами и вся комната была озарена светом, несмотря на то, что шторы на окнах были плотными. Похоже он забыл вчера их задвинуть на ночь. Проснувшись окончательно он понял, что дело не в том, что он забыл, это Апельсинчик постарался наславу. Видимо скучал, пока хозяин спал или же так проголодался, что решил меня разбудить, — подумал Эрик, а вслух сказал: — А ну иди сюда, безобразник! Что это такое? Опять за старое взялся — кататься на шторах? Кот внимательно посмотрел на мужчину, протяжно мяукнул и, резво спрыгнул с подоконника на пол. — Ладно хоть не съехал вниз по шторе, как в прошлые разы! — улыбнулся Эрик своему любимцу. Апельсин прошелся по ковру, лениво потянулся и подошел к кровати, потерся о руку хозяина, который почесал его за ушком и ласково сказал: — Топай на кухню, Апельсин! А я сейчас приду! Только умоюсь и будем завтракать! Умывшись, Эрик вспомнил, что собирался сегодня в город за продуктами. — Так, — протянул он, открывая холодильник, — что можно приготовить быстро, раз уж я проспал дольше обычного? Надо было поторапливаться. По субботам он не очень любил выезжать в город. В магазинах и на улице было шумно, людно и суетливо. Эрик уже отвык за время уединенного пребывания на острове, от суеты и городского шума. — Приготовлю-ка я себе омлет! А тебе, Апельсинчик, как обычно. С этими словами он насыпал сухой корм в миску кота. Кот принялся за еду, а Эрик за приготовление омлета. Быстро включив духовку и достав миксер, он взял небольшую, глубокую емкость и разбил в нее три яйца, плеснул молока и все это взбил миксером. Затем он выбрал подходящий противень. «Сделаю-ка средний омлет, на раз мне точно хватит!» — подумал он, смазал его маслом и покрошил немного оставшейся ветчины. Позавтракав и допив кофе, Эрик стал размышлять о предстоящих покупках. «Главное — не забыть горючее для лодки, а все остальное, как всегда». С этими мыслями он стал быстро собираться. Уже на пороге он потрепал своего любимца по спинке, на что Апельсин отреагировал громким довольным мурлыканьем, чуть прикрыв свои огромные зеленоватые глаза. — Оставайся, а я скоро вернусь! — Эрик закрыл дверь и направился к морю, оттолкнув лодку, он запрыгнул в нее и поплыл в город. День обещал быть теплым и ясным. На небе не было ни единого облачка. Море было спокойно, а лодка мчалась «быстрее ветра». «Да, вот это как раз и хорошо с ветерком, когда его почти нет, а жара все еще стоит, хотя на дворе уже почти осень, конец августа...» — думал Эрик, глядя вдаль. Эрик уже привык, что здесь круглый год лето и не нужно укутываться от морозов в теплую зимнюю одежду, да и тратиться на нее тоже не нужно. С этими мыслями он подплыл к причалу, припарковал свою «стрекозу», так он шутливо называл свою лодку, и направился за покупками. В городе было жарче, чем у моря, оживленнее и Эрику хотелось поскорее вернуться домой. "Вот вернусь и искупаюсь, да, и Апельсинчика отпущу прогуляться во дворик... " Он шел прямиком на небольшой рынок, там он обычно покупал свежее мясо, овощи, фрукты и зелень. Когда все было куплено, Эрик направился в супермаркет. Супермаркет — удобная штука, все можно купить сразу и в одном месте, ну, разве что за исключением горючего, которое он купит, как обычно, на обратном пути на лодочной станции, у одного проверенного торговца — удобно, по пути и без всяких очередей. А качество — что надо! Быстро пройдясь по супермаркету и выбрав все необходимое, он направился на кассу и, вдруг вспомнил, — «Корм для Апельсина!» — Ох, чуть было не забыл! — сказал он сам себе и, взяв несколько коробок сухого корма для кота, теперь уже уверенно направился к кассе. Рассчитавшись, он достал из ячейки шкафчика свой рюкзак и вышел из магазина. Теперь Эрик направлялся к побережью моря и уже предвкушал, как сгрузит все покупки в лодку и даст отдохнуть занемевшим под тяжестью пакетов пальцам и разомнет немного уставшую спину. «Еще совсем чуть-чуть — и я дома! Искупаюсь, пожалуй, сразу, как только доплыву и разберусь с продовольствием». На окраине города пахло свежими булочками с корицей, пряно-сладковатый запах витал в воздухе и на минуту отвлек Эрика от других мыслей. «А ведь стоит заглянуть в эту кондитерскую, ту, что по соседству с книжным магазином и, пожалуй, в книжный тоже! Давненько он там не был». Он вспомнил, что не купил свежих газет, а стоило, новости он не то, что бы любил, он любил быть в курсе мировых событий. Поэтому он остановился перед газетным киоском и попросил несколько любимых газет. Уложив аккуратно газеты поверх покупок в пакет, Эрик продолжил путь к морю. «Скоро буду дома!» — с этими мыслями он поравнялся с книжным магазином, из которого почти вылетела молодая девушка. Он даже не успел ее толком рассмотреть, она была радостна, но спешила — это выдавала торопливость, с которой она сбежала по небольшой лесенке, но она так была погружена в свои мысли, что похоже совсем не обратила внимания на прохожего, внимание которого привлекла. Когда она почти поравнялась с Эриком, она то ли поскользнулась, то ли зацепилась за его пакет с продуктами, но он понял или даже инстинктивно почувствовал — она сейчас упадет! И, забыв, что обе руки заняты пакетами, пытался подхватить девушку. Это ему удалось, но в тот же миг он почувствовал удар. Как будто чем-то тяжелым стукнули в лоб. На мгновение в глазах вспыхнуло, потом потемнело и он упал на левый бок. Пришел в себя он почти сразу и первое, что он увидел это было озабоченное лицо незнакомой девушки, склонившейся над ним и тихонечко теребящей его за плечо. — Мужчина, с вами все в порядке? Вы не сильно ушиблись? Эрик кивнул и попытался улыбнуться и подняться. Девушка протянула ему руку. — Я вам помогу, вставайте! — Вот, хорошо! Левая рука немного ныла, а голова гудела и в ней появился как будто какой-то странный туман. — С вами все в порядке? — девушка была озабочена его состоянием. "Что-то видимо со мной не так, раз она снова спрашивает" — мелькнула мысль в голове Эрика, а вслух он лишь попытался как можно веселее сказать: — Все хорошо! Спасибо вам, милое создание, что помогли мне подняться! Он посмотрел в глаза девушки и почему-то немного смутился. "Какие же они красивые! Небесного цвета... Другого сравнения не было. Девушка, не вынимая своей ладони из его, представилась: — Мое имя Вероника! А как зовут вас? Эрик смотрел на нее и понимал, что никак не может вспомнить свое имя. Он старался, но мозг отказывался думать и болел лоб, ныла левая рука и этот туман в голове. — Я не помню, — к удивлению незнакомки, тихо и огорченно произнес он. И сам удивился тому, что сказал эти слова так тихо, словно боясь поверить в их правдоподобность. — Не помню, — повторил он чуть громче, уже для самого себя. — Как это? — удивилась его новая знакомая. — А что вы помните? — Вероника посмотрела на мужчину вопросительно. — Назовите ваш адрес и я вызову такси, чтобы вас отвезли домой. — Адрес? — переспросил Эрик, — почему-то это слово показалось ему странным. — Да, свой домашний адрес вы помните? Вопрос повис в воздухе. Потом, после долгой паузы, мужчина вздохнул и уже совладав со своим голосом ответил обреченно: — Нет, не помню. И что я здесь делаю — тоже не помню. Попробуйте хоть что-то вспомнить, — настаивала Вероника. «А она не только упрямая, но и очень симпатичная!» — улыбнулся про себя Эрик. Но тут же мысленно одернул себя: «Вспоминай! Срочно вспоминай, кто ты и откуда, а иначе так и будешь стоять посреди улицы и хлопать глазами, как инопланетянин, впервые попавший на землю, да еще и потерявший память, при приземлении. Весело. Да уж нечего сказать». Из задумчивости его вывел голос девушки, которая неожиданно предложила: — А давайте съездим в больницу или в травмпункт! Вам это точно нужно! — Видите шишку? — она указала на свой лоб, — это я при падении стукнулась о ваш лоб! — она немного смутилась, но взяв себя в руки продолжила: — Похоже, мне тоже нужна помощь травматолога! И, может быть, по дороге или там, вы вспомните ваше имя и адрес? — Не могу же я бросить вас на улице, если вы ничего не помните. Как вы вернетесь к себе домой? — в голосе девушки слышалось беспокойство и некая озабоченность. Эрику показалось на мгновение, что он так давно мечтал, чтобы кто-то, вот так нежно и заботливо, спрашивал всегда у него: «Как он? Хорошо ли он себя чувствует и прочие мелочи, которых он сам же лишил себя, будучи уверенным в одном, все женщины одинаковы и, что он не нуждается больше в их обществе, да и вообще, ему хорошо и спокойно жить уединенной жизнью». Тут проблески сознания навели его на мысль, и он сказал вслух: — Похоже, что живу я один и обо мне некому беспокоиться. Милая девушка, ступайте по своим делам, а я немного приду в себя и отправлюсь домой! — его тон был вполне убедителен, но Вероника упрямо не уходила, а настаивала на своем, что его нужно показать врачу, да и тот факт, что он ей помог, обязывает ее хоть как-то помочь ему. — Только как же вам помочь? — она думала вслух и ответа не находила. А потом вдруг, она уверенно подняла руку и остановила проезжавшее поблизости такси. — Я придумала, поедем ко мне в гости, я живу тут недалеко. Всего десять минут на такси — и мы на месте! — Попьем чаю или кофе, я обработаю вашу рану и провожу вас домой, как только вспомните имя или свой адрес. — А лучше: и то, и другое! — нерадостно усмехнулся Эрик. В голове не прояснялось, а левый локоть все еще ныл и кожу немного щипало. «Видимо рана, а скорее приличная царапина или хорошенький синяк!» «Да, уж! Не было печали», — мрачно подумал он. Но девушка была такая милая и хорошенькая, и так настойчиво приглашала его к себе, что отказаться Эрик не смог. — Приехали, — возвестил таксист через несколько минут. Они быстренько поднялись на лифте и уже на площадке он отметил: — А живете вы, похоже, высоко и лифт здесь, наверное, сверхскоростной? — он улыбнулся и занес свою поклажу в широко распахнутую девушкой дверь квартиры. Квартира была небольшой, но довольно уютной. Судя по одной паре домашних тапочек и отсутствию лишней верхней одежды в шкафу прихожей, мужчины с ней не проживали и дети тоже. — Вы живете одна? — машинально спросил он Веронику. — Да, пока одна. — А почему «пока»? — удивился он ее веселому тону. — Потому, что через месяц я собираюсь замуж! — Замуж...? — протянул вопросительно Эрик. Он то ли был удивлен, то ли неприятно удивлен. Вот только и сам не мог понять, в чем же причина его неудовольствия. Новость как новость. Молодая, красивая девушка имеет на это полное право. "Вот! Все дело в этом! Она тебе понравилась!» — мысленно поругав себя, мужчина печально констатировал факт, разница в возрасте видна невооруженным взглядом! Сколько? Лет пятнадцать, двадцать — не меньше. Так что уймись и радуйся вниманию или случайно выпавшему счастью и временной заботе. И попытайся срочно вспомнить, кто ты и что ты делал напротив того книжного магазина, да еще со всеми этими пакетами, набитыми до отказа провиантом." Не простой оказалась задача — вспомнить свое имя и прожитый день. Голос девушки вывел его из задумчивости: — Пожалуйста, проходите в комнату и располагайтесь перед телевизором, а я попробую приготовить нам обед или ужин? — она скромно улыбнулась и, оставив его в комнате, отправилась на кухню.

Глава 2. ВОЗВРАЩЕНИЕ ПАМЯТИ

Эрик устроился в удобном кресле перед телевизором, но смотреть телевизор ему совсем не хотелось по причине того, что в голове и так хватало мыслей, а сосредоточиться на главном никак не получалось.

«Эта комната, — подумал мужчина, — что это гостиная или спальня?

Или же она совмещала в себе обе функции?»

В комнате помимо едва заправленного дивана, после ночи, располагалось еще кресло, небольшой журнальный столик и телевизор. А еще, это уже он сказал негромко вслух:

— Похоже, здесь подобрана неплохая коллекция книг! — с этими словами Эрик поднялся с кресла и подошел к огромному книжному шкафу, который привлек его внимание почти сразу, как только он вошел в комнату.

Наконец он решился открыть стеклянные дверцы правой секции и ознакомиться с содержимым шкафа.

Шкаф был разделен на три такие секции. "Что очень удобно" — отметил про себя Эрик.

И пока девушка хозяйничала на кухне, он решил занять себя просмотром книг.

«Прямо библиотека, да и только! Интересно, а книги здесь расположены по

разделам или соответственно тематике и (он улыбнулся), небось по алфавиту!»

Что, наверное, было бы слишком педантично со стороны молодой девушки. Но как знать?

Да и как же иначе отыскать нужную, среди такого многообразия?

Пробежавшись глазами по корешкам книг и по авторам, он пока не решился выбрать какую-то определенную книгу и лишь задумчиво переводил взгляд.

Тут его внимание привлекла небольшая книжица в ярком оранжевом переплете.

«Кулинарные рецепты», - прочел он и достал книгу с полки, она находилась как раз почти в самом нижнем ряду и сразу бросалась в глаза декорацией своей обложки.

Взяв книгу в руки, мужчина прочел вслух:

«Готовим на скорую руку или кулинарные рецепты в помощь молодым лентяйкам», — он усмехнулся...

«А так сразу и не скажешь! А может быть, молодым модницам или любительницам тратить время на себя, а не на плиту?» — тут уже он просто пытался размышлять.

«Да и какая разница? Что в этом такого? Женщины это любят, ежели только за редким исключением. К тому же, у Вероники много времени отнимает работа. Да и кому готовить, если живешь одна?»

Эрик размышлял и просматривал рецепты в книге. А что, недурные рецепты такие! Взять хотя бы этот рецепт «Кабачки с чесноком и сыром». Он сам любил готовить и прочел рецепт с интересом. Надо бы запомнить, что готовить это блюдо лучше в духовке - так гораздо полезнее и не нужно стоять долго у плиты. Сложил все ингредиенты в противень или емкость для запекания, подождал полчаса — и блюдо готово!

— И что это я вдруг? — спохватился Эрик и обернулся на звук шагов, рецепты вздумал запоминать, а имя не получается вспомнить! — невесело сказал мужчина и взглянул на вошедшую в комнату девушку.

— Все готово! — слегка торжественно провозгласила Вероника и пригласила его на кухню.

— Вас похоже заинтересовали мои книги? — девушка улыбнулась, обнажив ряд ровных белоснежных зубок.

— Да, коллекция подобрана интересная! Чего только стоит вот эта книжечка! — улыбнувшись в ответ, Эрик показал Веронике те самые "рецепты".

Она ничуть не смутилась и только заметила:

— А что особенного? Эта книга меня не раз выручала, когда я еще совсем не умела готовить, она была для меня настоящей находкой и помощницей!

— Прошу к столу! Посидим, поговорим и, возможно, вы что-то вспомните о себе?

Наверняка, вы уже проголодались?

Эрик согласно кивнул и прошел за девушкой на кухню.

— Простите, я не спросила, что вы предпочитаете пить и налила чай из трав.

Попробуете или вы предпочитаете кофе? — пока она вопросительно смотрела на него, Эрик сделал глоток и утвердительно кивнул:

— Благодарю, Вероника, великолепный чай! — мужчина продолжал с наслаждением делать небольшие глотки из чашки.

— Тогда, угощу вас еще пирогом — шарлоткой.

— Как вы на это смотрите? Любите пироги из яблок?

— Я очень хочу попробовать ваш пирог, Вероника, угощайте! — мужчине не то что бы хотелось есть, просто хотелось находиться в компании этой милой девушки и неважно, чем она его будет угощать.

Ему вдруг стало тепло от чая, по телу разлилась приятная волна легкости и было даже весело, хотелось просто шутить.

«Что это вдруг?» — мелькнула мысль, — более нелепой ситуации, казалось, придумать невозможно, а ему вдруг сделалось хорошо и весело.

Он просто пил чай и вспоминал какие-то интересные истории, точнее вспоминала больше Вероника, а Эрик дополнял их и им было так весело, что они даже не заметили наступления вечера.

Девушка первой обратила внимание на то, что за окном смеркается:

— Ой, мне завтра предстоит такой ранний подъем, что надо уже ложиться спать! – нехотя призналась Вероника.

— Что ж, а мне пора!— отозвался Эрик, но я так ничего и не вспомнил... Ни имени, ни адреса. Наверное, мне и правда нужно обратиться в травмпункт или в полицию, хотя не очень хочется.

— Тогда оставайтесь у меня, местечко найдется, а утром подумаем вместе, куда вам лучше обратиться.

Вы меня, пожалуйста, простите, но спать я ложусь рано и встаю соответственно, поэтому предлагаю приготовить вам постель и, если хотите можете посидеть на кухне сколько захотите, а я пойду спать.

— Что вы, я тоже сейчас лягу спать! — отозвался Эрик.

Странное дело, он совсем забыл про синяк на локте и шишку на лбу, да и туман в голове рассеивался, но память пока не возвращалась.

— Вероника, простите, вы не могли бы посмотреть, что с моим локтем? Возможно, на шишку нужно приложить лед? Кажется, это давно надо было сделать!

Тут они оба, почему-то, рассмеялись и Вероника пошла за аптечкой.

Когда небольшая ранка была обработана, девушка воскликнула:

— А синяк на локте такой огромный, что нужно срочно принимать меры!

Она тут же принесла лед, обернутый полотенцем.

— А шишка на лбу, — девушка слегка коснулась лба Эрика, — сильно тревожит?

— Да ничего страшного! До свадьбы заживет, — отшутился он. Ну разве знакомство с такой милой девушкой не стоит жертв? — мужчина широко улыбнулся.

Вероника заметила, как преобразилось и потеплело лицо ее нового знакомого, который был очень хорош собой. На лице особенно ярко выделялись его темные, веселые, но с какой-то потаенной печалью, глаза. А когда он улыбнулся, ей показалась такой знакомой его улыбка. Девушка поймала себя на мысли, что невольно засмотрелась дольше, чем следовало, на своего нового знакомого.

"Случайного знакомого", — мысленно поправила она себя.

Эрик бы еще долго принимал знаки заботы и сочувствия от Вероники, но спохватившись воскликнул:

— Вероника, я тоже очень хочу спать! Проводите меня, пожалуйста!

Девушка уступила Эрику свой диван, а сама разложила кресло-кровать. Попутно пошутив:

— Он такой старый, что боюсь под вашим весом он может совсем развалиться и потому, лучше уж я на нем посплю сегодня.

Наверное, Эрик мог обидеться в другой ситуации, ведь толстым он точно не был, но тут это было так мило сказано, что он даже не стал возражать, к тому же, голова еще побаливала и хотелось поскорее уснуть, с надеждой, что сон поможет восстановиться и навести в голове порядок.

Голос Вероники прервал его мысли:

— Вы ведь мой спаситель и гость, а гостям всегда предлагают самое лучшее.

— Надеюсь, сон вам поможет и память вернется! А проснуться придется рано. Вы уж меня извините, но опаздывать я не люблю, хотя, люблю конечно, но у нас это не принято, — она сонно улыбнулась и выключила свет.

— Спокойной вам ночи!

— Спокойной ночи! — откликнулся Эрик, но ему хотелось спросить, где же и кем работает Вероника и он решил не отказывать себе в любопытстве, прямо спросив:

— Вероника, а где вы работаете?

— В том самом книжном магазине! — ответила девушка.

— И кем же? Уж не продавцом ли? А может быть, директором? — его тон перешел в иронично-шутливый.

— Можно сказать, — и то, и другое! Пока, я работаю продавцом, но в скором времени стану

его совладелицей. А владелец магазина — мой будущий муж.

Давайте спать! — кажется, она снова зевнула.

— Что ж, давайте! — сразу согласился Эрик, который через несколько минут уже крепко спал.

Проснулся он от того, что яркий свет бил прямо в глаза. Мужчина не сразу сообразил, где находится, и кто эта милая барышня, теребящая его так трепетно и аккуратно за плечо, словно он хрустальный.

Тут Эрик вспомнил вчерашнее происшествие и его, вдруг, пронзила мысль:

— Апельсин! — громко простонал он. Как же так?

Девушка удивленно заглянула ему в глаза и поинтересовалась:

— При чем тут апельсин? Или вы обычно едите их на завтрак?

Надо было все ей рассказать, но это будет долго, а она спешит.

— Вероника, — только и успел он сказать, — сейчас я умоюсь, соберусь и все вам расскажу! Память вернулась!

Девушка лишь успела подумать: "Интересно!" - и предложила:

— Сварю вам кофе! А все остальное, по дороге расскажете, хорошо?

Когда Эрик вышел из душа, он улыбнулся Веронике и протянув руку, представился:

— Эрик! — и он снова радостно улыбнулся, — надо же, как приятно знать свое имя! Неприятно жить безымянным, даже всего одни сутки! Целые сутки!

Вероника с ним согласилась и тут же переспросила:

— Эрик?

— Какое красивое и немного необычное у вас имя.

— А Апельсин, — напомнил Эрик, — это мой кот!

— Кот? А почему Апельсин? — девушка уже смеялась.

Но рассиживаться времени не было, им пора было на выход.

— Вы уже вызвали такси? — спросил Эрик.

— В этом нет необходимости, — отозвалась девушка, которая уже ожидала его на пороге. Возле моего дома стоянка такси, что очень удобно.

«Очень?» — удивился Эрик, — «а шума-то от этих товарищей! Но тут же спохватился, а какой этаж у нее? Девятый? Вряд ли она слышит какие-либо шумы с улицы, кроме ветра. Ну, если только сплошной и ровный рокот моторов, сливающийся в один звук. Да и при закрытых ставнях, что можно услышать с улицы? Но на острове куда уютнее!»

С этими мыслями он уже ехал в лифте вместе с Вероникой, которая засыпала его вопросами.

А ему хотелось все рассказать, но не так вот на скорую руку, а неторопливо и где-то в спокойной обстановке. Ну, хоть сидя вдвоем в каком-нибудь кафе или баре. Но лучше, он пригласил бы ее к себе... И на этой приятной мысли он тут же себя оборвал: «Идиот! Она же скоро выходит замуж!

Скоро, но не завтра и не послезавтра, а значит времени свободного пока хватает.

А вдруг не захочет и откажется?»

— Вы так и будете смотреть на меня и молчать? — улыбнулась девушка.

— Простите, — пробормотал Эрик, - я задумался и тут же без всяких вступлений спросил:

— Если на днях я приглашу вас куда-нибудь посидеть и чего-нибудь выпить, вы согласитесь?

— Выпить и посидеть? А почему не на танцы или в пиццерию? — это было сказано с задумчивой улыбкой.

— Возможно... Соглашусь! – произнесла Вероника слегка задумчиво и немного весело, делая паузу между словами. Но не забудьте, я ведь скоро выхожу замуж, - напомнила она.

- Я помню, - глядя ей в глаза ответил мужчина.

— Приехали! — громко объявил таксист.

«Как быстро!» — Эрик даже немного расстроился, но уже выходил из машины.

— Что ж, Вероника, давайте прощаться! Вы ведь очень спешите? — он уже не чувствовал в себе той уверенности что в машине. Да и вчера...

«А что особенного было вчера? Просто хороший вечер! Да. Хороший и, наверное, первый и последний. Вряд ли что-то получится. Но просто так он не сдастся. Он попытается.»

Давно уже ему этого не хотелось, но сегодня почему-то он понял, за свое счастье стоит побороться.

— Значит, вы работаете в этом книжном? — подбородком он указал на тот самый магазинчик, рядом с которым они вчера и познакомились.

— Да, Эрик! Вы хотите зайти? — вопрос прозвучал неожиданно.

— Конечно хочу, но в другой раз! И надеюсь, что скоро! Я обязательно к вам зайду, на днях.

Вероника уже поднималась по лестнице магазинчика, когда Эрик вспомнил, что не попросил ее номера телефона.

— Вероника, постойте! — окрикнул он девушку. Я кое-что забыл спросить у вас.

Девушка остановилась и повернулась:

— Забыли спросить? И что же?

— Номер телефона, по которому можно будет пригласить вас.

Вероника попросила подождать пару минут у магазинчика и открыв дверь и подняв жалюзи на окнах, вновь появилась на пороге магазинчика с листочком в руках.

— Вот по этому номеру вы можете мне звонить. А поскольку в магазинчике я с утра до вечера, то это вполне удобно.

Эрик взял лист бумаги, где аккуратно был выведен заветный шифр — номер телефона этой восхитительной красотки.

— Еще раз, спасибо вам, что не оставили меня на улице одного, да еще и с неожиданной амнезией. Ладно хоть, оказалась она кратковременной и хочется верить без последствий! — он улыбнулся и помахал ей на прощание рукой. Вскоре дверь за девушкой закрылась, а мужчина бодро зашагал на побережье, к своей стрекозе.

Он вспомнил, что Вероника говорила о том, что магазин не только торгует книгами, а

в нем еще представлен антиквариат и картины.

«Надо бы взглянуть», — подумал Эрик, когда садился в свою стрекозу. Разложив пакеты и сбросив рюкзак, он направился на лодочную станцию, что была неподалеку, за горючим.

Когда он оказался дома, то облегченно вздохнул увидев, что с Апельсином все хорошо. Кот был лишь немного удивлен, что хозяин, пообещав: «Я скоро вернусь!» — исчез почти на сутки.

— Ну что, Апельсинчик, ты голоден? —Эрик потрепал кота по шерстке.

Сейчас будем обедать. Миска кота была полупустой.

— Что же ты ничего не доел? Скучал по мне? Ну, ничего, сейчас досыплю тебе корм и лопай! Все позади, пушистик! А еще, у меня есть потрясающая новость! Возможно, скоро я познакомлю тебя с одной очаровательной девушкой...

Кот внимательно посмотрел в глаза хозяину и, издав протяжное: «Муррр!», потерся о ногу хозяина.

Понял он его слова или нет — Эрику не удалось узнать. Кот приступил к еде, он бодро хрустел подушечками.

Апельсина ведь не спросишь! А если и спросишь, то получишь только два ответа:

«Муррр!» или «Мяяяу!» — улыбнулся Эрик, глядя на своего любимца.

— Ну и ладно! — подумал он вслух, — пойду-ка я искупаюсь, а уж завтра заеду в гости к Веронике. Надо поспешить. Что там она сказала, жених улетел куда-то по делам на неделю? Вот и славно. Еще ревнивых сцен только ему не доставало. С этими мыслями он направился к морю.

Планы Эрика внезапно нарушил непредвиденный случай.

Утром, позавтракав, он решил посидеть в беседке, которую он немного переоборудовал на собственный вкус.

Первое, что он сделал, когда купил этот дом - это подправил крышу беседки, подняв ее чуть повыше и немного расширив, а также заменил подпорки на более прочные и встроил симпатичную лавочку, которая огибала беседку полукругом. Лавочка была с красивой резной спинкой. Его ручная работа — и он ею гордился.

Стол, он тоже сделал собственноручно, покрыл лаком и вмонтировал посередине беседки, но так, чтобы он был не только удобным и красивым, но и функционально пригодным для того, чтобы сидящему не только было удобно опереться о него локтями, но и вполне можно было за ним собраться вчетвером и поиграть, например, в домино или устроить небольшой пикничок с друзьями.

Вот так сидел Эрик, наслаждался солнечным днем, строил планы на вечер и вспоминал, как он переоборудовал беседку.

Возле беседки росли небольшие деревья: груши, сливы, а чуть поодаль, зелень становилась гуще, в центре дворика и по обе стороны дорожек, росло множество цветов.

Эрик любил копаться в саду, даже сам подстригал деревья время от времени и, это

занятие доставляло ему огромное удовольствие.

Работа на воздухе, никому вреда еще не принесла, а сколько потом радости для глаз?

Вот и сейчас он подумал, что «пора бы немного облагородить дворик. Может быть, немного обновить бордюрчики, а может быть, украсить беседку вьющимися растениями и цветами?»

Так, сидел он и размышлял, как вдруг калитка распахнулась и вошел человек. Он явно был не только одет не по погоде, но и носил слишком тяжелые ботинки, поскольку шум шагов Эрик услышал сразу, чем не только был немало удивлен, но и огорчен.

Он уже знал — кто пришел. А вот что его привело к Эрику в этот раз — еще предстояло выяснить.

Глава 3. ТАИНСТВЕННЫЙ ГОСТЬ И ВАЖНАЯ МИССИЯ

Шаги приближались, их можно было уже отчетливо различить и Эрик привстал для приветствия, повернувшись на их шум.

— Зеленое пальто и шляпа? — с едва заметной улыбкой, он поприветствовал нежданного гостя.

— А ты не меняешься! Хоть и не по погоде, но со вкусом.

— Ты давай тут не шути особо! Смотрю совсем не скучаешь по старым знакомым? А зря! — улыбнулся гость.

Мы-то вот о тебе совсем не забываем. Видишь ли, дело есть у нас к тебе одно. Никто другой справиться не сможет, а тебе оно — в самый раз, по плечу будет.

Гость подошел поближе и присел на лавочку беседки, напротив Эрика.

Солнце припекало самым нещадным образом, но с моря дул спасительный легкий бриз и, благодаря ему, духота была мало ощутима.

К тому же, буйная растительность, окружавшая домик, в которой утопал весь остров, способствовала поддержанию приятной влажности и создавала уютные оазисы, где можно было спокойно насладиться свежим, пропитанным морем, воздухом.

Вдоль побережья росли пальмы — этакие красавицы, не боящиеся палящих лучей солнца и словно специально подставляющие свои пушистые макушки ему, дразня и привлекая к себе внимание и, при этом, обдуваемые ветерком с моря.

Здесь происходила невидимая человеческому глазу борьба, борьба солнца и ветра — за право первым коснуться деревца. Как правило, ветер всегда оказывался проворнее, чем очень помогал пальмам. Потому-то они так быстро и кокетливо распрямлялись после очередного порыва и вновь, слегка склонив зеленую макушку, бесстрашно улыбались солнышку.

— Красота у тебя тут! Просто Рай! Хотя, откуда у меня представления о нем? Видимо, атмосфера царящего тут климата, покоя, вызвала и у меня умиротворение в душе. Впечатляет, что и говорить!

Эрик слушал молча восторженные отзывы гостя об острове, им уже начинало овладевать легкое беспокойство. Что это гость молчит — зачем пришел?

Мужчина не торопясь оглядел домик, клумбы с цветами, беседку и, наконец, посмотрел прямо в глаза Эрику:

— Не буду медлить с деталями. Дело серьезное и нам очень нужно твое согласие.

Обещаю, что оторвем мы тебя ненадолго от этого райского местечка, буквально на несколько дней, если ты сам же и постараешься, чтобы дело ускорилось.

Но есть важное условие, у тебя в запасе не более шести-семи дней. Промедлишь хоть полдня — и, считай, все насмарку.

Эрик внимательно слушал и ему ужасно хотелось отказаться, потому что отсутствовать на острове шесть-семь дней, как раз не входило в его планы.

«А как же Вероника? Она тогда точно выйдет замуж! Или, все же, через месяц? Но в конце следующей недели уже вернется ее жених».

— Эрик, ты меня слушаешь? — человек в зеленом пальто явно был удивлен рассеянности, с которой Эрик переспросил:

— А что же конкретно требуется от меня?

— Ты должен отыскать одного нужного нам человека, профессора Луцмана, который и замешан во всем этом. Понимаешь, ситуация очень деликатная, а миссия настолько ответственная, что выбрать кого-то, кроме тебя, не представляется возможным и потому, мы готовы пойти на некоторые твои условия, скажем, после успешного выполнения миссии, мы обещаем помочь тебе в любом личном деле, если таковое появится. И еще в течении нескольких лет дадим тебе отдых!

— Ты согласен?

Мужчина занял выжидательную позицию и после того, как Эрик утвердительно кивнул, продолжил:

— Дело в том, что этот Луцман несколько лет назад создал в своей научной лаборатории два искусственных спутника или проще говоря, две небольшие искусственные звезды и поместил их на разных концах Вселенной. Связь с ними он осуществлял с помощью каких-то специальных приборов и замерял все показатели. Следил, чтобы все было в пределах нормы. Так продолжалось некоторое время и, в общем-то, никому не мешали эти спутники.

Ну, перемещались они потихонечку в Космосе, кому какое дело.

Если бы все и дальше было в порядке, мы ничего бы и не узнали. Но недавно к нам поступил сигнал, что эти звезды-спутники столкнулись и осколок летит к Земле, угрожая безопасности всей планеты и, конечно же, всему человечеству.

Поскольку ты всегда готов был прийти на помощь людям, мы сразу же подумали о тебе.

А с профессором связался наш человек и выяснил подробности. Взял координаты его местонахождения и предупредил о том, что скоро к нему пребудет наш специалист и поможет обдумать план «спасения Земли» от опасного осколка.

— Что скажешь? Я тебе и транспорт диковинный приготовил, вон стоит на твоей площадке, зря что ли ты ее сооружал?

— Только посмотри, Эрик! Это же чудо-техника, три в одном — хочешь будет вертолетом, хочешь катером, а в остальное время — обычный легковой автомобиль.

Пойдем я тебе покажу и коротко расскажу о его возможностях.

Эрик поднялся и пошел вслед за своим гостем. В голове кружились различные мысли, но он постарался настроить себя на будущее дело. Мысленно он убеждал себя в том, что в данный момент он нужнее там, где существует истинная угроза и нужна его помощь человечеству, а про Веронику надо пока забыть.

Это было непросто, но он умел сдерживать свои желания, полностью направив мысли в русло важного дела и восстановив самообладание.

Пока они шли к «гибриду-трансформеру», так шутя назвал это чудо-техники его гость, он слушал продолжение истории со спутниками.

Профессор наблюдал за спутниками годы. Каждый из них был расположен вблизи небольшой малоизвестной планеты, с целью выявления реакции самих планет на спутники и реакции спутников на эти планеты. Но реакции не было.

Лишь спустя годы оказалось, что обе планеты были малоподвижны и никакой жизни на них не существовало, а что самое удивительное, спутники, бывшие поначалу спокойными, вдруг начали двигаться, то есть они стали подвижны...

Двигались они в замедленном режиме, вблизи находящихся рядом планет, не проявляя никакого интереса к этим планетам, в плане того, что показатели датчиков и их температура всегда были постоянны.

Профессор сверял полученные сведения и убеждался, что они всегда идентичны – и с первого спутника, и со второго.

Но однажды, профессор обратил внимание, что спутники стали отдаляться от выбранных им планет и самое странное, показатели стали меняться, они потеплели на несколько градусов и температура не только повышалась, но и увеличивалась скорость их движения в космическом пространстве. А еще, профессор Луцман отследив, направление их движения, был шокирован — они двигались навстречу друг другу! Спутники обнаружили друг друга — и их потянуло.

То есть, сработала какая-то сила притяжения. Профессор заволновался и захотел направить новые датчики на эти звезды-спутники, но датчики не смогли их настигнуть, та скорость, которая была рассчитана накануне, стремительно менялась и датчики терялись в космическом пространстве безвозвратно!

Потом с приборов стал поступать сигнал тревоги, что спутники с большой скоростью мчатся навстречу друг другу и есть большая вероятность столкновения, что было не только нежелательно, но и совершенно не предусмотрено аппаратурой, созданной для безопасности и контроля, которая находилась на их борту и у профессора в лаборатории. Ведь в случае столкновения, большую часть осколков потянет именно в сторону того острова, где располагалась

научная лаборатория этого самого профессора Луцмана. Но это еще не все. Если бы только они угрожали его личной безопасности.

Есть вероятность того, что мелкие осколки затеряются или сгорят в бескрайнем космическом пространстве. Если бы не одно «но»...

Дело в том, что профессор обнаружил проблески искусственного сознания у этих спутников и самое странное и удивительное, что у них появились зачатки чувств или взаимного влечения.

То есть, спутники притягивало друг к другу. Возможно, схожее свечение или заложенное программированием схожее мышление?

В общем, тяготение «искусственных машин» перешло рамки разумно-объяснимых норм, температура по мере их сближения росла, скорость увеличивалась и, теперь, профессор мог оценивать ситуацию лишь приблизительно.

Датчики не успевали передавать меняющиеся показатели, выходили из строя и глючили.

В конечном итоге, столкновение произошло, объятия по всей видимости были крепкими и жаркими и, как потом смог обнаружить профессор, на его датчиках высветился новый объект, причем он смог точно определить, что это осколок-сплав, образовавшийся после столкновения этих искусственных спутников.

Осколок получился таким внушительным, что теперь он угрожает не только самому профессору и его лаборатории, поскольку мчится на всех парах именно в сторону острова, где живет Луцман, но и он стал угрозой для всей планеты Земля. Есть опасение, что он может взорвать всю Землю, поскольку размеры его так велики, а сплав настолько прочен, что ни о каком сгорании в космическом пространстве речи не идет.

— Так что же мы можем сделать? — удивленный Эрик остановился и, не глядя на чудо-техники, сразу подумал о том, что если он не сможет ничего придумать, то плакала его «райская жизнь».

— Дааа... — вздохнул он, — ну и задачка!

— И что же требуется от нас с профессором? Мы что за считанные дни должны неким волшебным образом растворить этот «кусочек» в космическом пространстве без вреда для человечества?

— Именно! — ответил человек в зеленом пальто. И еще придумать щит, так чтобы даже мелкие осколки не смогли просочиться на Землю, чтобы никаких черных или озоновых дыр не смогло образоваться. И естественно, о способе нейтрализации таких вот сплавов профессор представление имеет, но ему нужен умный и находчивый помощник, который сможет вычислить местонахождение этого «объекта», а там, вы запустите датчики-нейтрализаторы или что-то еще, что решит проблему раз и навсегда!

— А теперь, пожалуйста, садись в автомобиль и ознакомься с содержимым гибрида. Добраться до профессора на нем ты сможешь за считанные часы, если хорошенько освоишь все рычаги и кнопочки, которыми он напичкан. Ключ не предусмотрен, лишь небольшая металлическая пластина, встроенная в пластиковый корпус.

— Вот возьми! — с этими словами, мужчина протянул Эрику замысловатую вещицу, напоминающую брелок автосигнализации, на пластинке которого был выбит какой-то номер, несколько цифр, но Эрик не придал им сначала особого значения.

— Красивая штуковина! — Эрик прикоснулся рукой к лакокрасочному гладкому покрытию техники. Странное дело, он твердо знал, что железо накаляется на солнце, а его рука ощутила прохладу, хоть автомобиль был выполнен в двух темных тонах: черном с ярко-красными вставками. Но Эрик привык не удивляться уже чудесам и подумал почему-то о нано-технологиях.

Кто их знает из чего выполнена эта техника — три в одном?

Внутри гибрид напоминал одновременно — и автомобиль, и самолет, и таким просторным казались его салон и два кресла, а огромное лобовое стекло казалось выполнено из самых прочных материалов и создавало уверенность в надежной защите, но проверять его надежность и прочность времени не было.

Как только гость передал Эрику брелок от машины и получил согласие, он тут же стал прощаться и лишь напоследок сказал:

— Сначала разберись с рычагами слева, потом проверь работу педалей и кнопок. Запомни соответствие и функциональное назначение каждой — это несложно! Да, и главное, он трансформируется и в водоплавающее судно, так будет быстрее и удобнее.

— Ну, все! — с этими словами, человек в зеленом пальто отступил чуть назад и откланялся, коротко бросив на прощание:

— Удачи тебе!

Эрик поднял в прощальном жесте руку и, как обычно в таких ситуациях, вспомнил свою излюбленную фразу, проворчав ее себе под нос: «Не было печали!»

Да, рычагов всего три. А педалей? Педалей оказалось четыре. Но человек уже исчез, а Эрик стал тщательно изучать это чудо-техники...

Кнопка «Старт» была самая яркая и располагалась на приборной панели справа от руля, чуть сверху. Стоило к ней прикоснуться и под капотом сразу заурчало, но довольно негромко и размеренно, как и полагается исправному двигателю.

Надписи на кнопках стали ярче, включились светодиодные лампочки подсветки. Теперь надо было помимо педалей и рычагов, разобраться, что же означали еще четыре крупные кнопки, рядом с кнопкой «Старт», только они были без надписи, на каждой красовалась зеленая стрелочка: на одной - вверх; на второй – вниз, на третьей и четвертой были стрелки влево и вправо.

Мужчина попробовал нажать кнопку «вверх» и сразу ощутил, что двигатель стал работать более шумно, словно объем его мощности усилился в разы. Но автомобиль и не думал двигаться с места, вместо этого у «гибрида» стала удлиняться носовая часть, которая только что представляла область капота, а двери на глазах меняли форму и, в то же время, боковые стекла уменьшались, а лобовое стекло становилось выпуклым.

Эрику все эти преобразования очень понравились и, он понял, что кнопка «вверх» — означает взлет, а «вниз», соответственно, посадку.

Итак, кажется первый этап освоили. Теперь, оставался наземный вид транспорта и водный.

После нажатия кнопки «вниз», процесс преобразования прошел обратный путь и двигатель вновь работал в режиме «автомобиль». Теперь, попробую тронуться с места, — сказал сам себе Эрик.

Рычаги и педали. То, что здесь коробка автомат – он даже не сомневался.

Переведя один из рычагов в среднее положение, он попробовал нажать на все имеющиеся педали поочередно. Найдя газ и тормоз, он остался собой доволен.

Итак, две средние педали, из четырех — это к автомобилю. Тормоз наверняка общий, хотя, это еще предстоит проверить на практике.

Эрик так бы и увлекся процессом освоения вслепую, если бы не бросил взгляд на соседнее кресло. На нем лежала небольшая брошюра и он машинально взял ее. Полистав страницы, он понял, что это, как раз то, что нужно — руководство по эксплуатации. И процесс освоения пошел быстрее!

«Ну да, что ж ты думал, технику смастерили, а «Руководство по эксплуатации» написать забыли?»

И еще карта, но кажется его гость упоминал о навигаторе и о том, что маршрут и конечный пункт назначения уже заложены в память «гибрида».

Все предусмотрели!

Пробежавшись глазами по «руководству» и проверив соответствие педалей и рычагов, Эрик решил, что завтра же надо трогаться в путь.

Но сначала, надо пристроить Апельсинчика. И тут он вспомнил про Веронику.

Решение пришло как-то само-собой, ведь с мыслями о Веронике он не расставался ни на минуту, и он решил немедленно позвонить ей.

Трубку в книжном долго не снимали, но в конце-концов телефон ожил.

— Добрый день! — голос был веселый и от него веяло теплом.

— Вероника, здравствуйте! – Эрик улыбнулся, слушая ее приятный, нежный голос.

Очень хотелось бы вас увидеть сегодня! Как вы смотрите на вечернюю водную прогулку?

На другом конце провода наступило недолгое молчание, но через несколько секунд девушка ответила согласием и они договорились покататься на лодке Эрика и выпить вместе кофе.

В назначенное время Вероника ждала Эрика у пристани. Он увидел ее еще издали и очень обрадовался, что девушка согласилась прийти.

«А вот захочет ли она присмотреть за Апельсинчиком пару-тройку дней — это еще предстояло выяснить!» — думал Эрик, причаливая к берегу и помогая Веронике забраться в лодку.

— Какой оригинальный вид транспорта у вас! — выдохнула Вероника и смело посмотрела в глаза Эрику.

— Хорошо, что вы в босоножках, Вероника, а то ведь тут невозможно не замочить ножек!

Девушка поправила легонько растрепавшиеся волосы и спросила:

— И куда мы отправимся?

- Для начала, просто прокатимся! - мужчина посмотрел на девушку долгим взглядом и подумал, что надо бы сразу сказать, что ему нужно уехать по делам и, что так получается, ему не с кем оставить кота, но решил, что сначала они немного прокатятся, поговорят, а уж после он покажет девушке свое жилище и познакомит с Апельсином.

Стрекоза шумно разрезала гладь волн и Эрик с Вероникой не заметили, как за разговорами о погоде и в воспоминаниях прошлой встречи прошло больше часа и нужно было поворачивать домой.

Эрик спросил девушку:

- Как она смотрит на то, чтобы побывать у него в гостях, на острове?

Вероника посмотрела серьезным взглядом на Эрика и сказала:

— Знаете, Эрик, вы ведь уже побывали у меня дома и даже переночевали и мне вы кажетесь человеком, которому стоит доверять. Я согласна! Мне очень хочется побывать на вашем острове!

— Только живу я не один, как вы, а с котом по кличке Апельсин. Кажется, я об этом тоже говорил уже.

Эдакий озорник он у меня, но зато нам вместе весело живется!

Эрик стал рассказывать разные истории из их жизни с Апельсином. Как он впервые нашел его еще крохотным котенком, как Апельсин ходил за ним по пятам по дому и саду и, как в итоге они привыкли к друг другу, что теперь даже по одному взгляду понимают друг друга.

Вероника звонко рассмеялась:

— Как сильно вы любите своего питомца! Это чувствуется из ваших рассказов.

— Надеюсь, что и вам он тоже понравится, Вероника! — Эрик улыбнулся в ответ, глядя в ясные глаза девушки. Он подумал: «Какая же она сейчас красивая в своем шелковом светлом платье, с легким загаром рук и шеи, с такой открытой улыбкой, что хочется прижаться губами к ее полураскрытым губам долгим поцелуем...»

Мысленно он поругал себя за такие вольные мысли и желания.

— Вот мы и приехали! — объявил Эрик, заглушив мотор своей «стрекозы» и спрыгнув в воду, начал тянуть ее к берегу.

Для Вероники все вокруг было новым, и она принялась разглядывать небольшой пляжик перед домом и домик за забором. Поблизости были еще дома, но на приличном расстоянии друг от друга.

— Не такое уж и полное одиночество у вас на острове! — сказала Вероника, покидая лодку.

Молодые люди подошли к воротам и, Эрик, открыв их, позвал Апельсина.

Апельсин появился неожиданно и остановился в сторонке, глядя на вошедших.

— Обходишь владения, озорник? — глядя любовно на своего четвероногого друга, сказал мужчина.

Апельсин подошел чуть ближе и посмотрел на Веронику. Подошел и потерся о ее ноги, поднял хвост и вальяжно пошел по дорожке к дому, словно приглашая их за собой.

Эрик предложил осмотреть сад, беседку и попить кофе на воздухе.

— А после, если захотите, я вам и дом покажу. Он не такой уж и большой, но уютный.

Вероника согласилась посидеть в беседке и выпить кофе.

— Если честно, Вероника, — обратился Эрик к девушке, — у меня к вам есть разговор, даже просьба. Очень надеюсь, что вы сможете меня выручить.

А пока, я пойду сварю нам кофе и могу угостить вас сладостями или мороженым.

— Что вы предпочитаете? Ведь теперь мой черед угощать вас.

Эрик собрался уже в дом, как девушка окликнула его, спросив:

— Можно кофе с печеньем?

Печенье у Эрика нашлось, и он через несколько минут вернулся в беседку с вазочкой, наполненной печеньями и конфетами — в другой руке.

— Кофе и чашки я сейчас принесу!

Когда кофе был почти допит, Вероника посмотрела на Эрика и сказала:

— Эрик, вы хотели о чем-то поговорить со мной? О чем же?

Мужчина рассказал все, как есть, что срочные дела требуют его отсутствия, а за Апельсином некому присмотреть и покормить его в эти дни.

— Я понимаю, — в заключении сказал Эрик, что переправляться не очень-то удобно, хлопотно, — но я могу вам оставить на расходы деньги и за уход, само-собой, оплачу.

Девушка хотела возмутиться, но лишь укоризненно посмотрела ему в глаза и тряхнула своими роскошными волосами и, после небольшой паузы сказала, что она с радостью возьмет денька на три отгул — и проведет время с его котом, а заодно и искупается, позагорает здесь. Все хотела устроить себе отпуск, но не получалось. Мне только нужно предупредить директора магазина.

Тут они оба замолчали, ведь директором был будущий муж Вероники и, вспомнив эту деталь, они оба вдруг слегка погрустнели.

— Не переживайте, Эрик! Отгулы мне дадут, так как есть еще один продавец, а она моя подруга и мы договоримся. Сейчас ей сразу и позвоню.

Эрик принес телефон и протянул Веронике.

Вопрос оказался решаем, чему Эрик был несказанно рад и пригласил девушку осмотреть дом.

Когда гостья посмотрела комнаты и обстановку, она слегка удивилась не только аскетическому уюту в доме, но и необычности жилища Эрика.

— Жилье у вас немного странное, хотя, может быть, как раз такое и нужно на острове? Напоминает бунгало, но мне очень понравилось все, словно бы я бывала здесь раньше.

Так все знакомо и даже тона оформления — в моем вкусе. А ведь это редкое совпадение...

Но больше всего мне понравилась ваша беседка и садик около дома.

Они немного поиграли с Апельсином и Эрик должен был завтра с утра заехать за Вероникой, чтобы переправить ее снова на остров, а сегодня ей нужно было собрать вещи на трехдневный отдых.

— Мне пора домой! — спохватилась девушка. Вы меня доставите с ветерком, как обещали, когда мы отплыли на водную прогулку? — она выжидающе посмотрела на Эрика.

Мужчина кивнул и тепло улыбнулся:

— Сию минуту, сударыня, я подгоню мой оригинальный транспорт! – он жестом пригласил гостью на выход.

Стрекоза выделялась своей яркой раскраской на фоне других лодочек и катеров. Они больше были светло-голубых и белых тонов.

Закат был очень красив и Эрик радовался тому, что у них получилась такая чудесная встреча.

— До завтра, Вероника! — Эрик помог девушке спуститься с лодки и помахал ей рукой.

Завтра, в девять утра, буду ждать вас здесь же! — прокричал громко он, отплывая от берега.

На следующий день, как и обещал, Эрик встречал Веронику на том же месте, где они попрощались вчера.

Девушка легко поднялась в его лодку и устроилась на сиденье, позади Эрика, поставив свой рюкзак на пол лодки.

— В путь! — провозгласил Эрик. Я, как ваш капитан, доставлю вас к себе домой и сразу же отправлюсь к профессору. Рассказать об этом важном деле я смогу по приезду. Надеюсь, вы скучать не будете? – вопрос был почти риторическим.

— Сегодня прохладнее, чем вчера и море, похоже, не совсем еще прогрелось! — заметила Вероника. Значит, купание можно отложить до вечера.

Эрик причалил лодку к берегу и бодро выпрыгнув из нее, подал руку девушке:

— Вот мы и дома! — мужчина был так счастлив в компании этой милой девушки, что ему и ехать никуда уже не хотелось, но дела были неотложные и мешкать было нельзя.

— Вероника, вы проходите в дом, пообщайтесь с Апельсинчиком, а мне нужно немного разобраться с моим новым транспортным средством.

Тут Вероника заметила, что взгляд Эрика слегка стал озабоченным и как-то даже погрустнел.

Он пошел под навес, где стояло «чудо-техники» и продолжил изучать инструкцию трансформера.

Примерно через полчаса он вернулся и вошел в свое жилище. Эрик сразу же ощутил запах кофе и чего-то печеного. Аромат был знакомый и такой искушающий, что Эрик решил позавтракать еще раз, ведь первый завтрак его сегодня был очень ранний, к тому же очень легкий, что он снова проголодался.

Вероника показалась из кухни и сразу же возвестила:

— Голодным я вас не отпущу! Раз уж я успела испечь оладьи в ваше отсутствие, придется попробовать их! — девушка широко ему улыбнулась, быстро накрывая на стол.

Как ни странно, Вероника легко освоилась на его кухне и Эрик удивленно сказал:

— Как быстро вы нашли общий язык с моей плитой! Удивительно-волшебный аромат давно здесь не витал... Так что минут на пятнадцать готов задержаться, а после нужно срочно выезжать или вылетать. Я пока не решил, что выбрать. Заодно и решение приму, в процессе завтрака.

Оладьи выглядели так аппетитно, что Эрик сразу потянулся и взял горячий оладушек с тарелки.

— А руки помыть? — полушутя-полустрого, прищурившись, спросила девушка с таким выражением лица, что он невольно вспомнил детство и свою строгую маму.

Мама Эрика была очень доброй, но при этом такой строгой, что Эрик порой побаивался ее, понимая, что она начинала на него сердиться, не только по ее взгляду, но и по интонации голоса.

Маме он перечил редко и, в основном, когда уже стал взрослее. Она долго не хотела принимать его самостоятельность, но, в итоге, сдалась и признала его права на собственные решения.

«Как давно это было!» — с грустью подумал Эрик и положив в рот оладушек, направился мыть руки.

— Конечно, Вероника, слушаюсь и повинуюсь! Такая вкуснотища у вас получилась! Давно я не пек оладий, честно говоря, почти позабыл их вкус. Спасибо большое, что напомнили!

Когда он вернулся, они пили с Вероникой кофе и ели оладьи с малиновым вареньем, которое Вероника нашла в его шкафах и заботливо разложила в две вазочки.

— Чувствуется, что магазинное! – сказала она, — а я как-то варила свое варенье, оно вкуснее, конечно!

Эрик допил кофе и понимая, что пора ехать спросил:

— Вероника, мы вот все на «вы» да на «вы», подумайте, не пора ли нам перейти на «ты»?

Времени у вас — до моего приезда вполне прилично, целых три дня! — он улыбнулся ей немного с грустью и пошел заводить транспортное средство. Вероника стояла на крылечке и смотрела....

Вдруг она спохватилась и подбежала к воротам. У ворот стоял Апельсинчик и тоже смотрел на нее.

— Вот ты где, дружок! – сказала девушка и взяла кота на руки. Сбежал в самый разгар завтрака! — она погладила его пушистую спинку.

Он и не сопротивлялся особо, лишь внимательно смотрел на нее, слегка прищуривая от солнца глаза. Ей даже показалось, что знакомству с Апельсином не второй день, а гораздо больше.

— Эрик, вам открыть ворота или вы сами? — крикнула девушка и посмотрела в сторону навеса.

Гибрид медленно поднимался в воздух, причем практически не издавая лишних шумов, чем Вероника была немного удивлена.

— До встречи, мои дорогие! – крикнул им Эрик и, включив навигатор, тронулся в путь. Он помахал девушке и коту, а транспорт стал набирать высоту.

Глава 4. ЗНАКОМСТВО С ПРОФЕССОРОМ

Приборная панель слегка мигала, это появлялись подсказки — сигналы и значки и обозначался путь следования. Он еще раз бросил взгляд на панель управления, запоминая маршрут.

Сначала Эрику предстоит добираться воздушным путем, а потом уже водным и совсем немного — наземным способом.

«Отлично! Полетели!» — сказал мужчина сам себе и с этими словами, включил нужные кнопки и настроился на полет.

Спустя несколько часов он уже ехал по небольшой пыльной дороге, а позади были перелет и двухчасовое плавание, которое очень порадовало Эрика.

Техника была что надо! Не только удобной в управлении и комфортной, но и быстрой. Теперь вот он проверял рельеф местности колесами и вспоминал улыбку Вероники.

Надо отдать должное, хоть бездорожье было полнейшее, на подвеске это никак не отражалось —никаких колебаний в рулевом управлении он не чувствовал.

Машина шла легко, быстро, а главное — мягко, словно парила над землей.

Удобное кресло приятно поддерживало спину, не давая напрягаться лишний раз.

«На таком транспорте и в космос слетать — удовольствие!» — подумал он.

«Эх! Совсем забыл спросить, а что это скафандр не положили в качестве дополнения?

Был бы очень даже кстати!» — он невольно улыбнулся собственным мыслям.

Вот и побережье. Кругом был либо песок, либо еще хуже достаточно большие камни, проехать между которых возможным не представлялось.

«Интересно, хватит ли места у профессора для моего приземления? Эрик не стал долго раздумывать и решил трансформировать машину в воздушное судно. Невелики размеры, приземлюсь! Главное, профессора не напугать!»

С этой мыслью он уже поднимался в воздух. Какое преимущество, можно лететь совсем невысоко, регулируя скорость педалью, а высоту — одним из рычагов. Площадка для приземления «гибрида» нашлась сама собой, Эрик увидел ее сразу и, недолго думая, нажал кнопку «вниз».

Посадка была тихой и мягкой. Он вышел из транспорта и немного прошелся вдоль высоченного забора, который поражал не столько своей высотой, а прикрепленными к верхней его части каких-то непонятных приборов, больше похожих на видеокамеры или какие-то измерительные датчики.

Погружённый в раздумья, Эрик не сразу уловил попеременно мигающие на нескольких датчиках красные сигналы.

И тут он увидел высокого и подтянутого, слегка седеющего, мужчину в очках, который прямиком шел к нему и, судя по его радушному лицу, он уже знал — кто и зачем к нему пожаловал.

Поравнявшись с Эриком, он остановился и протянул ему руку с дружелюбной улыбкой:

— Профессор Луцман.

— Искатель приключений и неисправимый романтик Эрик, — улыбнулся в ответ гость и пожал протянутую руку.

— Сейчас я отключу датчики, которые возвестили ваше прибытие, и мы пройдем на веранду дома. Сначала, я вас введу в курс дела, отдохнете немного и потом, мы спустимся в лабораторию.

Она, можно сказать, построена под землей — не бомбоубежище, конечно, но мне хотелось работать именно в таком уединенном месте, где не отвлекают посторонние звуки и случайные посетители.

Эрик не особо увлекался научными разработками в области космических исследований и потому, слабо пока представлял, чем же он сможет быть полезным этому ученому, посвятившему всю свою жизнь Космосу.

Но выдавать свою некомпетентность не хотелось так вот сразу и потому он попросил Луцмана:

— Пожалуйста, расскажите коротко суть дела и зачем понадобилось мое присутствие здесь. Ведь вы же профессор и могли бы вполне справиться сами! — это было скорее утверждение, чем вопрос.

Профессор снял очки, потер уставшие глаза и улыбнувшись одними губами ответил невозмутимым тоном:

— Я далеко не молод и мне необходим сторонний взгляд на многие вещи, мнение знающего человека, разбирающегося в жизненных явлениях, имеющего собственное мнение и способного не теряться в критических ситуациях.

— Когда я понял, что со спутниками, созданными и запущенными мной произошла непоправимая катастрофа, я отправил сигнал «СОС» и меня услышали те, кто и прислал вас сюда. Это все, что я знаю. Мне ответили сразу и назвали время ожидания. Я же их предупредил об оставшемся времени, точнее, об имеющемся у нас резерве времени, на устранение случившегося.

Пока я ожидал вашего прибытия, я не тратил времени зря и раздумывал над тем, как лучше и быстрее нейтрализовать этот осколок и что можно придумать в качестве «щита», в случае распада его на более мелкие части. Возможно, щит не потребуется, но рисковать напрасно нельзя и потому, нужно было продумать возможные варианты развития событий и пути устранения проблемы.

— Что скажете? С чего нам следует начать, молодой человек?

Эрик приятно удивился, «молодой человек» — звучало очень привлекательно, но что он думал по поводу предложений профессора, честно говоря, он еще не знал.

Вроде бы все логично и серьезно продумано. Взаимодополняющие способы, исключающие какую-либо погрешность или оплошность. Но непредвиденные ситуации случаются тогда и, даже чаще, когда их совсем не ждешь или ждешь не с той стороны.

— Я думаю, что нужно постоянно контролировать информацию с ваших датчиков, следить за скоростью, которую развивает этот объект и готовиться к запуску локализующих устройств, а после определения радиуса перемещения объекта, срочно активировать нейтрализующую смесь и запустить навстречу ему, сделав несколько повторяющихся попыток. Затем, сразу же, выставить защитное устройство, то есть он должен быть готов сразу, после запуска датчиков с нейтрализующей смесью. Таково мое мнение. Но это мнение не ученого, а лишь логические размышления.

Вы сказали, что раздумывали над способами защиты, значит, все это в арсенале вашей лаборатории уже имеется? Я прав?

Профессор, приглашая гостя подняться по небольшим ступенькам на веранду, сделал рукой жест, кивнул и добавил:

— Естественно, как любой здравомыслящий человек, я думал не только о проектировании и создании спутников, но и, в случае возникновения необходимости или какой-либо угрозы, о способе устранения последствий.

Рассматривая со всех ракурсов такое ответственное мероприятие, как запуск искусственных спутников, я старался предусмотреть возможные проблемы. Поэтому средство для нейтрализации тех, взорвавшихся спутников, у меня имеется, но все дело в том, что осколок, летящий на землю и угрожающий ей уничтожением, это новый вид сплава двух известных мне и созданных мной тел, преобразованный в одно, то есть состав сплава мог измениться и воздействие нейтрализующего вещества, может не подействовать в полной мере.

— Может не подействовать! — повторил Луцман еще раз и на мгновение замолчал. Только теперь Эрик заметил, что у профессора, ставящего на стол чайные чашки, слегка дрожат руки.

«Он не настолько стар!» — мелькнуло в его голове. Значит, сильно волнуется.

Эрик, который до этого был спокоен, почему-то тоже ощутил волнение и даже небольшой холодок пробежал вдоль спины, что он невольно поежился.

Поежился от мысли, что если методы нейтрализации будут бессильны, тогда может произойти непоправимое. Нет, о смерти сейчас думать ему совсем не хотелось.

Профессор пригласил его к столу и разлил чай по чашкам. Чая ему уже не хотелось.

Хотелось поскорее проверить действие созданных профессором нейтрализаторов.

Но он терпеливо ждал.

— Вы не стесняйтесь, молодой человек, пейте чай! — с этими словами профессор сам отхлебнул несколько глотков и подвинул сахарницу и конфеты поближе к гостю.

Ни сахара, ни конфет Эрику тоже не хотелось. В висках стучала лишь одна мысль:

«Немедленно отправляться в лабораторию! А вдруг его послали и для того, чтобы он ускорил процесс? Может, профессор со своим увлечением научными разработками теряет счет времени?»

«А нужно спешить! Каждый час дорог!» — так сказал человек в зеленом пальто.

Допив свой чай и дождавшись пока его допьет профессор, Эрик спросил о лаборатории.

И настоял на том, чтобы без промедления спуститься туда и готовиться к основному процессу.

Профессор не сопротивлялся и уже через несколько минут они спускались на лифте вниз. Лаборатория состояла из нескольких небольших кабинетов, которые разделяли стекленные перегородки вместо стен.

Двери тоже были стеклянными, но не прозрачными, а из какого-то цветного стекла, открывались они кнопками, сдвигаясь в сторону.

Кабинетов было четыре. Луцман пояснил сразу, что им понадобится последний кабинет, в котором хранятся нужные им нейтрализаторы.

— А вот «щит» хранится в соседней комнате, за стеклом, и представляет собой многокилометровую сетку, причем настолько тонкую и при этом прочную, что соотнести эти два качества, не проверив на практике, сложно. Но профессор был так убедителен, что Эрик лишь молча слушал, не возражая.

Пока Луцман возился с датчиками, Эрик лишь стоял и наблюдал, как он вынимает какие-то карполы и наполняет их бесцветной жидкостью, потом берет следующий датчик и проделывает ту же процедуру. Поясняя:

— В датчиках разный состав смеси, но при отправке, они будут придерживаться одного определенного маршрута и, при столкновении с нужным объектом, взорвутся. Датчики я запрограммирую — выставлю координаты и время реагирования, а также интервал их отправки и время активного воздействия каждого, не менее трех суток.

Эрик прошелся взглядом по полкам с приборами, сосудами с жидкостями и всякой-всячиной, под которой полки просто ломились.

— Как только вы ничего не путаете? - гость удивленно опустил кончики губ. Можно ведь и заблудиться в подобном многообразии «микстур»!

— Что вы! — отозвался Луцман, — у меня все пронумеровано по специально разработанной собственной шкале или, проще говоря, по классу воздействия.

Помимо цифр в нумерации, обязательно каждый состав имеет свою букву, то есть я их разделил по классам воздействия, а также опасности и возможного эффекта: класс «А», класс «Б», класс «В» и так далее.

Тут Эрик увидел сбоку номера на бутылочках с жидкостями и почему-то вспомнил про брелок от «гибрида».

Точнее он вспомнил, что на пластинке был номер и кажется какая-то буква...

Глава 5. ДОГАДКА

Пока профессор проводил опыты с какими-то растворами и готовил нужный, Эрик решил провести собственное исследование и начал он его с изучения цифр на брелоке, который незамедлительно извлек из кармана своих легких светлых брюк.

Мужчина повертел его в руках и провел пальцем по пластинке с гравировкой, так и есть пальцы ощутили выпуклости и впадинки надписи. Он повернул его к свету и немного приблизив к глазам прочел: «В-Е-4/9-1/3-Аl-P-H».

— Что бы это значило? — подумал он вслух и решил поделиться своим открытием и догадками с профессором.

Луцман был очень поглощен процессом и даже не заметил, как гость подошел к его рабочему столу. Профессор выглядел усталым и задумчивым, но так увлеченно работал, что ничего

не замечал вокруг. Он был в специальных пластиковых очках, одетых поверх его обычных и плотных защитных перчатках. Он увлеченно смешивал какие-то жидкости.

Рядом лежало несколько металлических пластинок и открытая баночка с каким-то светло-серым порошком, порошок был крупный и слегка напоминал металлические стружки, только не блестящие, а с матовым оттенком.

Профессор, закончив с жидкостями, взялся за пластинки. Он поочередно клал каждую пластинку на стеклышко и посыпал этим серым порошком, а затем пипеткой капал немного какой-то жидкости, при соприкосновении порошка и жидкости слышалось небольшое шипение, что говорило о том, процесс в самом разгаре и отвлекать ученого не стоит.

Эрик остановился поодаль от столика и продолжал наблюдать, терпеливо ожидая завершения процесса.

Когда профессор с последней пластинкой проделал те же процедуры, что и с предыдущими, он аккуратно уложил их в небольшой металлический ящичек. Только тут он заметил, что гость заинтересовался его опытами и, едва улыбнувшись, пояснил:

— Сейчас я отнесу это в соседний кабинет лаборатории, там у меня располагается литейная печь.

Вы, пожалуйста, дождитесь меня здесь, но прошу ничего не трогайте руками, молодой человек! А лучше присядьте, он жестом указал на небольшое кресло, несколько минут я вас еще задержу, а потом, мы поднимемся наверх и перекусим.

За это время, как раз, приготовится нужный сплав и можно будет продолжить.

С этими словами Луцман направился к двери и Эрику ничего не оставалось, как дождаться его.

Заодно и поговорим наверху, — подумал Эрик, — отвлекать сейчас профессора ни к чему.

Ожидая ученого, Эрик еще раз окинул взглядом помещение лаборатории и решил не тратить зря времени, он встал и прошелся между стеллажами с химическими составами.

Ему было интересно просто посмотреть, что хранится на полках. Ничего нового он не увидел, все те же небольшие емкости-баночки с темным стеклом и какие-то сосуды с жидкостями, на первом стеллаже он обнаружил буквы: «А» и «G», а на полках ниже, также стояли небольшие емкости растворов и порошков, расположившиеся стройным рядком — они тоже имели свои обозначения. Ряды с баночками и колбочками были довольно длинные и Эрик не стал просматривать и знакомиться с надписями содержимого емкостей, а направился к другому стеллажу.

Там стояли какие-то сыпучие, порошкообразные смеси и полка была подписана: «А», «В» и такой же список, хранящихся веществ.

Осмотр ни о чем не говорил Эрику, он пока не понимал, что ищет.

Надо поговорить с Луцманом и он, возможно, прояснит ситуацию? Эрик не успел развить мысль дальше, потому что в дверях стоял профессор и приглашал его на выход.

Когда они поднимались в лифте он упомянул о брелоке, на что Луцман ответил:

— Сейчас за столом все и обсудим: загадочные цифры и буквы. Я очень хочу на них взглянуть. Только давайте немного передохнем, перекусим и продолжим. Лифт уже поднял их наверх.

Эрик вышел первым и оказался на веранде.

— Ужинать будем здесь, констатировал Луцман. Так как вы мой гость, присаживайтесь и располагайтесь, как вам нравится, а я сейчас накрою стол. Первым делом он принес малиновый морс и предложил гостю стаканчик освежающего напитка.

— Обратите внимание, как красив закат. Эрик, любивший наблюдать за морем в лучах заходящего солнца, сидя у себя в беседке, откликнулся сразу и присел так, чтобы созерцать, открывшийся взгляду красивый пейзаж.

Ветерок приятно обдувал лицо, слегка играя волосами Эрика и он, машинально, поправлял взъерошенные пряди.

Было так свежо и, как-то даже, на мгновение, Эрик забыл, зачем он здесь.

Вечер только опускался на землю, горизонт переливался от темно-розового, до золотисто-желтого, небо было темно-синим, лишь сам горизонт отсвечивался ровной темной полоской.

— Красиво! Был бы я художником, — обратился он к Луцману, который уже успел сходить в дом и вернулся с подносом, на котором дымился нехитрый ужин, — непременно нарисовал бы это чудо природы!

— Вы и правда, неисправимый романтик, Эрик! – вздохнул профессор, слегка покачав головой. Угощайтесь!

Конечно, не ресторанная еда. Овощи, мясо и салат из морской капусты.

Я не сильно могу разнообразить меню, поскольку хозяйки в доме нет, а все мое время занято научными экспериментами, сами понимаете, стоять у плиты — ни времени, ни желания нет.

Он присел напротив гостя.

Эрик невзначай подумал, что Луцман впервые обратился к нему по имени. Обращение "молодой человек", его ничуть не оскорбило, но оно вызывало небольшой дискомфорт.

Все-таки по имени, куда приятнее! С этими мыслями он принялся угощаться, поскольку почувствовал, как сильно был голоден и с удовольствием съел предложенные профессором овощи и мясо. Запивая еду прохладным морсом, они немного отвлеклись на восхитительные виды природы. Холодный чай или морс — сейчас это было не принципиально, главная задача миссии была еще впереди.

Когда ужин был съеден, а закат почти догорел, они возвратились в дом. Профессор погрузил грязную посуду в посудомоечную машину и предложил отдохнуть немного.

Эрик спросил:

— Могу я закурить? Профессор не возражал:

— Как угодно! Вы же мой гость, пожалуйста! — с этими словами он поставил на стол громоздкую пепельницу.

— Почти антиквариат! — удивился Эрик.

— Да. Давненько никто у меня не курил. Сам я бросил много лет назад, а вот пепельница сохранилась на всякий случай.

Пока Эрик курил, задумчиво осматривая просторную кухню, профессор напомнил ему про брелок.

Гость сразу же достал его и протянул Луцману. Профессор взял брелок, но, видимо, не смог тщательно рассмотреть буквы и цифры, лишь молча провел пальцем по надписи и открыв шкафчик над столом, достал другие очки.

Сейчас я посмотрю, что здесь написано.

Он долго разглядывал надпись и о чем-то думал. Потом предложил Эрику перебраться в свой рабочий кабинет.

— Это были владения моей жены, я же чаще обитал — либо у себя в кабинете, либо в лаборатории. На этих словах он замолчал.

Они прошли по небольшому коридору. Эрик успел заметить, что в доме было совсем немного комнат.

Кабинет Луцмана был большой, просторный и ярко освещен. Он предложил Эрику присесть на диван или в кресло, Эрик выбрал кресло. В меру мягкое и удобное.

Присели. Разговор прервался, ученый глубоко о чем-то задумался.

Эрик тоже вежливо молчал, ожидая, когда профессор заговорит первым.

А он молча снял очки, потер устало глаза и положив брелок от «гибрида» на стол, взял бумагу и ручку.

Потом одел очки и стал внимательно рассматривать брелок.

— Это от вашей «чудо-техники»? Похоже, шифр этот имеет большое для нас, с вами, значение! — с этими словами он стал тщательно переписывать их на листок.

— Непременно сравню и, думаю, что я уже понял смысл этих загадочных цифр и букв.

Их сочетание напоминает мне далекие дни, когда я только изобретал спутники, подбирая сплавы. Кажется, тот кто его вам дал был незаурядным химиком?

Эрик слегка удивился, но не подал виду, а вслух сказал:

— Он очень большой изобретатель!

Профессор не стал расспрашивать, а Эрик пояснять.

Так, еще немного помолчав, они уже собирались вновь спуститься в лабораторию, чтобы проверить свои догадки по поводу цифр на брелоке.

Эрик понял, что у Луцмана появились нужные мысли.

Тут взгляд Эрика скользнул по фотографии в рамке, что стояла на столе профессора.

С фотографии смотрела темноволосая женщина, с мягкими приятными чертами лица и слегка грустной улыбкой.

— Ваша супруга? — не удержался от вопроса искатель приключений и вечный романтик.

— Да, моя Хэлли! — профессор взял в руки фотографию и провел рукой по стеклу рамки, стирая невидимую пыль. Взгляд его стал еще более задумчив, но других эмоций нельзя было различить на его лице.

— Знаете, мы прожили вместе больше двадцати лет. У каждого из нас было свое любимое занятие, которым мы дни напролет могли заниматься.

Хэлли очень любила готовить, все время баловала меня какими-то необычными блюдами и часто пекла различные вкусности, которые мне вечно было некогда есть.

А она все время обижалась, что я много работаю и совсем не слежу за своим питанием, перекусываю наспех и сразу бегу обратно в лабораторию.

Потом просиживаю до поздней ночи здесь, в кабинете.

Он вспоминал, не спеша и как-то болезненно, словно каждая фраза давалась ему непросто, но продолжал говорить, а Эрик – слушать. Слушать он любил и умел — молча, не перебивая.

Ему хотелось понять, что занесло человека на остров, также, как и его.

К тому же, гости, похоже, были тут редкостью, раз стояла такая система защиты. Да и ворота были высоченными.

Луцман продолжал...

— Когда мы только поженились, я преподавал в Университете. А с Хэллен, судьба свела случайно. Она тоже преподавала, но на другой кафедре.

Я начинал физиком. Потом углубился в химию, практические опыты требовали знаний.

У нас был сын. Но он погиб еще совсем маленьким и Хэлли долго переживала, что в дальнейшем, мы так и не отважились завести малыша.

Я не настаивал, да и как-то не получалось. Я с головой ушел в работу, а Хэлли занималась домом.

Потом мы решили переехать на остров. Многое переделывали, достраивали, перестраивали. Так шли годы. Мы любили друг друга, но с годами чувства не то чтобы остыли, просто мы стали проводить много времени отдельно. Виделись лишь утром за завтраком, да вечерами — за ужином.

Хэлли не хватало моего внимания, заботы и тепла, но она не жаловалась, а лишь все больше уходила в себя, в свои мысли, в воспоминания о сыне.

В какой-то момент она пыталась меня образумить, но я был так увлечен своими новыми разработками, что не замечал, жена скучает и ей нужно мое внимание.

Она была занята днем, но вечера она хотела проводить вместе со мной. Тогда я этого не понимал.

Осознание пришло лишь тогда, когда ее не стало. Меня тянуло к новым открытиям, работа была словно наркотик. Я не мог остановиться хотя бы на минуту, только на время сна, да иногда поднимаясь из лаборатории к обеду или ужину.

Однажды вот так поднялся, а Хэлли не было на кухне. Я обошел весь дом. Ее не было ни в одной из комнат.

И лишь позже, в своем кабинете я нашел записку:

«Милый, прости! Но я не могу так больше жить. Не надо меня искать. Хэлли.»

Я не мог поверить. Я ждал, что она одумается и вернется. Но не вернулась. Потом я узнал, что нашли женщину, по всем приметам похожую на мою жену.

Она взяла бутыль с разработанным мной новым составом, она знала, как он ядовит. И приняла его. Это случилось в одной из гостиниц. Я даже не смог похоронить ее сам. Лишь потом перевез тело сюда, на этот остров и перезахоронил поближе.

Она никогда не спускалась в лабораторию, но некоторые вещества хранились в моем кабинете и я, иногда, упоминал об этом.

Я даже не придал значения, когда однажды она стала расспрашивать подробнее о новых моих опытах. Ничего не утаил и...

Он замолчал. Эрик закурил снова и понимая, что сейчас не стоит мешать человеку излишними вопросами, просто слушал и думал о своем. Он понимал чувства Луцмана, поскольку сам пережил подобную личную трагедию. Его жена тоже покончила собой.

Прошло несколько минут, профессор очнулся от тягостных мыслей. И тут только спохватился:

— Нам нужно вернуться в лабораторию. Думаю, сплавы уже готовы и, заодно, мы можем проверить данные с брелока. Также, посмотрим, как будут реагировать уже полученные мною смеси, на новые сплавы.

Я попытался приблизительно воссоздать сплав, который мог получиться после взрыва спутников. Но представление имеются лишь приблизительные.

Нейтрализаторы почти готовы. Сейчас апробируем их и оставим до утра. Утром станет ясно, подходит ли состав для нейтрализации осколка.

Они вышли из кабинета и направились в лабораторию. Лифт за считанные секунды опустил их на глубину, в лабораторию.

На этот раз профессор не повел Эрика в прежнюю комнату лаборатории, он свернул налево и щелкнул выключателем.

— Молодой человек, сейчас вам нужно будет переодеться. Я предложу вам средства индивидуальной защиты.

Возможно, мне понадобится помощник в данных опытах и, если вы хотите наблюдать все процессы поближе от начала и до конца — то защита вам не помешает точно!

Комната была как раз та, где хранился щит. Тот самый, что вскоре им понадобится в качестве этакого «зонтика», чтобы оградить область, где располагалась лаборатория. Поскольку при нейтрализации осколка могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, дублирующая защита будет необходима. И она у них есть!

Профессор провел гостя в комнату и открыл боковой шкафчик.

Эрик остановился в дверях и осмотрелся. Комната была побольше или просторнее, в ней не было ничего лишнего: ни кресел, ни стола, лишь несколько боковых шкафчиков и странное изобретение, которое по всей видимости имело колоссальные размеры, но в убранном состоянии, выглядело как тонюсенькие пластиночки, обтянутые чем-то, очень напоминающим рыболовную сеть по плетению.

Лишь неуловимый матовый блеск чешуйчатого покрытия выдавал металлическую конструкцию.

Профессор достал из шкафчика предмет очень похожий на респиратор, пластиковые очки, только небольшие и защитные перчатки.

— Одевайте! — скомандовал он, — это обязательно. И еще, возьмите вот это, с этими словами, он протянул вещь, напоминающую фартук, только весил этот фартук значительно больше, чем обычный из ткани.

— Он защитит вас. Металлы, с которыми мы будем проводить опыты радиоактивны. Вот, кстати, щит тоже улавливает и поглощает радиоактивные излучения, а также он имеет электромагнитное покрытие.

Луцман и Эрик прошли в соседний кабинет лаборатории. Луцман поспешил сообщить, что сейчас он принесет сплавы и они приступят к практическому эксперименту.

Эрик, одетый по «инструкции» профессора, прошел в кабинет для опытов.

Многое здесь ему уже было знакомо и, он просто присел на кресло поближе к столу, ожидая, когда профессор принесет сплавы и они начнут работу.

Выданные реквизиты, особенно фартук, были неудобны. Фартук все время сползал, поскольку был тяжел, очки мешали, а респиратор и перчатки он решил снять пока.

Шейные позвонки сдавливало крепление фартука.

«Придется потерпеть», — решил он, — дело того стоило и дискомфорт уходил на второй план.

Через несколько минут вернулся ученый, с уже знакомым металлическим ящичком и приготовленными ранее сплавами.

— Сейчас я осмотрю сплавы и оставлю наиболее удачные, — пояснил профессор.

Устраивайтесь поудобнее, Эрик! С этими словами Луцман стал извлекать металлические пластинки и раскладывать на рабочем столе.

Эрик обратил внимание, что каждый сплав был подписан. Наклейки были небольшие и в основном на них были названия химических элементов. На нескольких он увидел уже знакомые буквы, те, что были и на пластинке брелока от гибрида: «BE».

У Эрика мелькнула догадка, что совпадения не случайны, но задавать вопросы раньше времени ему не хотелось. Все-таки ученый знает лучше, что делать дальше.

Когда ящичек опустел, Луцман подошел к стеллажу и что-то стал искать на полках.

Вернулся он с несколькими баночками. Осторожно расставив их на столе, он предупредил:

— Оденьте на всякий случай респиратор и перчатки. Хотя опыты буду проводить я,

а вас попрошу фиксировать результаты в этот журнал. С этими словами он протянул Эрику толстый журнал.

Эрик поправил «экипировку» и забыв про неудобства, а писать в перчатках — дело нелегкое, подчинился и стал просто наблюдать, ждать дальнейших указаний.

— Опытов будет несколько. Будете фиксировать в том порядке, в котором я буду диктовать.

—Хорошо! — отозвался Эрик.

Профессор поднял на него глаза:

— Начинаем!

Гость согласно кивнул.

— Это кислоты и щелочи, плюс несколько приготовленных мною ранее растворов-нейтрализаторов. Запишите дату и время.

Он положил на стол бумагу, на которую крупными буквами была скопирована надпись с брелока от гибрида.

— Я понял, — начал профессор, — что мне необходимо увеличить в растворах некоторые окисляющие и растворяющие компоненты. Сейчас я приступлю к опыту, а вы внимательно записывайте результаты.

По всей видимости, мы будем иметь дело с бериллиевой бронзой. Такой сплав здесь присутствует. А еще, комбинация «BE – AL» — смесь бериллия с алюминием. Это тоже с брелока.

— Я задумался над комбинацией букв и цифр и вспомнил, что внутренние детали спутника как раз содержали в составе алюминий, бронзу и обработаны были тонким слоем бериллия.

— Эрик, вам, наверное, интересно, что же означают цифры на брелоке? Честно говоря, сначала я подумал, что цифры всего лишь означают номер химического элемента в периодической системе: 4 — это номер бериллия; 13 — номер алюминия. Но что тогда означают остальные? Девять — можно было списать на атомную массу бериллия, но почему тогда нет атомной массы алюминия? — Забыли?

— Нет, вряд ли!

Скорее всего, это был ключ к другой разгадке и я, посмотрев растворы на стеллаже, обнаружил под номером «девять» свою последнюю разработку — щелочной нейтрализатор.

Но похоже ошибся в расчетах: один к двум — это портило всю картину. И, вспомните, что на брелоке, далее, идут цифры — один и три! И тогда я понял, нужно взять — один к трем!

И «PH», — конечно же, «пэ аш» необходимо было увеличить, добившись нужного процентного соотношения выбранных компонентов. Сейчас мы все это и проверим, а затем проверим воздействие на сплавы металлов этого состава. Когда получится нужный раствор, я проверю кислотно-щелочной баланс, вот здесь, — он показал на бутылочке с жидкостями, — есть еще другие нейтрализаторы, в состав которых входят сильнейшие концентрированные кислоты. Все они доведены мной до нужной кондиции и готовы для применения в нашем опыте.

Чтобы зря не терять время, я выбрал несколько основных сплавов — это бериллиевая бронза, алюминий, покрытый бериллиевым порошком и сплав из этих трех металлов.

По моим предположениям, осколок состоит, вероятнее всего, именно из этих металлов.

С этими словами Луцман положил перед собой первую пластинку и начал готовить нейтрализующий состав.

Эрик наблюдал процесс и готов был фиксировать полученные результаты по команде.

Проведя последовательно три экспериментальных опыта, профессор велел Эрику немного отдохнуть, пока он подкорректирует нейтрализатор.

— На создание нового потребуется какое-то время! — он посмотрел на часы и что-то прикинув в уме, добавив, что к утру все будет готово. Сможем даже немного поспать и позавтракать, а потом продолжим.

Эрик отодвинул журнал и подумал: «Интересно, когда профессор работает один в лаборатории, кто же фиксирует результаты? Или он успевает все делать сам?»

Предыдущих записей было много, но Эрик было не до них, а повторно просматривать журнал он не стал.

«Да и какая разница?» — отмахнулся он от, свербящей мозг, мысли, как от назойливой мухи.

Сейчас важно найти нужный состав нейтрализатора. Все остальное не имеет значения!

Профессор погруженный в следующий опыт, уже без участия Эрика, что-то старательно смешивал и пипеткой вводил один состав жидкости в другой. Потом он неожиданно встал и направился к стеллажу с пластинками.

— Мне нужно сделать еще один пробный сплав. Это будет на сегодня — последний опыт.

Время уже за полночь и пора бы нам немного отдохнуть.

Когда он погрузил пластинки в ящичек, Эрик обратил внимание - их было только три. Затем, он добавил туда предыдущие сплавы, выбрав: алюминий, бронзу, обработанные бериллием.

— Сейчас поставлю этот чудо-ящичек в печь, и мы поднимемся в дом.

Когда Луцман вернулся, то скомандовал, что можно снять «спецодежду» и загадочно улыбнувшись, проговорил почти шепотом:

— Вернем одежду в шкаф и пойдем полюбуемся на звездное небо!

Эрик слегка удивился, но подумал, что перед сном, прогулка — было бы как раз кстати! После душной лаборатории и неудобного фартука. Спина и шея немного затекли и хотелось размяться и подышать воздухом. Свежим ночным воздухом.

Но Эрик ошибся, думая, что они сразу пройдут к лифту. Профессор провел его по небольшому узкому коридору и толкнув очередную дверь, пригласил войти.

— Звездное небо совсем рядом. Он указал на монитор в комнате. Небо было огромным, во всю стену. Экран светился, хотя фон был достаточно темным, но на нем постоянно что-то светилось и двигалось. Сбоку экрана появлялись какие-то надписи и цифры.

Эрик молча удивлялся: «Конечно же, профессор не так-то прост! Похоже, что с помощью этой штуковины он наблюдал за спутниками, куда датчики отправляли все полученные данные. Любые изменения и отклонения тщательно отслеживались и, тут же, корректировались.

Профессор взял лазерную указку и стал пояснять:

— Монитор показывает космическое пространство, а светящиеся и двигающиеся точки — это планеты, спутники и различные космические объекты: в том числе спутники, да и просто тела (осколки, метеориты и весь космический мусор).

Монитор определяет только крупные и подозрительные. Луцман перевел указку на двигающийся светящийся объект — это тот самый осколок и, чуть подвинув указку вправо, он пояснил, а это —Земля. Судя по расстоянию от осколка до Земли, он был уже совсем близко.

Сердце Эрика тоскливо сжалось, а в голове пронеслась только одна мысль:

«Как же Вероника с любимым Апельсинчиком?»

Этот внутренний ужас на время парализовал все остальные здравые мысли.

«А что, если профессор хочет умереть, также, как и его жена?

Возможно, опыты — это все для видимости и осколок уже вот-вот врежется в Землю и все земляне и он, в их числе, и профессор — скоро погибнут?»

Эрик внимательно посмотрел на профессора, а тот словно прочтя во взгляде немой вопрос, продолжил:

— В данный момент осколок еще достаточно далеко и нам ничего не угрожает, но расстояние стремительно сокращается и, угроза катастрофы, растет.

У нас есть меньше суток на запуск нейтрализатора и приготовления щита, приведение его в рабочее состояние.

— Пожалуйста, только не паникуйте! Давайте пойдем отдыхать и вернемся утром.

Состав нейтрализатора приобретет нужную концентрацию, усилит кислотно-щелочной баланс и утром мы еще раз проверим его на сплавах. Это займет не более двух часов.

Затем погрузим в датчики и запустим.

Эрик вдруг физически ощутил, как он устал за этот длинный день.

— Поспать бы, хоть пару часиков! — устало выдохнул он.

— Пару часиков безмятежного сна, я вам точно гарантирую! — отозвался профессор. Он выглядел тоже усталым.

Сняв очки, он то и дело протирал глаза. Через несколько мгновений они вышли из кабинета, но монитор остался включенным, отметил про себя Эрик.

— Он работает круглосуточно, — пояснил профессор, если будет сигнал тревоги, то я его непременно получу первым, в доме имеются тоже датчики. Так что не волнуйтесь. Мы должны успеть!

А теперь, пойдемте спать, силы нам еще понадобятся.

Быстро поднявшись на лифте, мужчины оказались в доме, на кухне. Профессор гостеприимно предложил Эрику что-нибудь выпить.

— Выпить? — гость немного удивился.

— Что вы! Я хотел предложить вам морс или чай, — невольно улыбнулся профессор. Для выпивки поздно, да и дела нас ждут поутру серьезные. А вот освежиться — не помешает!

Выпив стакан холодного чая, Эрик осведомился о планировке дома.

— Душ и комната для гостей найдутся?

— Конечно, найдутся! Я сейчас провожу вас в вашу комнату.

Когда профессор оставил гостя одного, то Эрик думал, что сразу уснет, так хотелось спать.

Усталость валила его с ног, глаза непроизвольно закрывались, но провозившись с полчаса, Эрик встал и, подойдя к окну, открыл его. В комнату ворвалась ночная прохлада.

Мужчина закурил и, не включая свет, стал рассматривать комнату.

Когда глаза свыклись с полумраком, он увидел рядом с кроватью небольшой столик, на нем стоял симпатичный ночной торшер в форме какого-то экзотического цветка.

На это наводили лепестки, загнутые к внешней стороне и отливающие светло-зеленоватым цветом. Эрик нашел наощупь выключатель и щелкнул им.

Комнату залил мягкий бледно-зеленоватый успокаивающий свет.

— Как раз кстати, — вслух подумал Эрик. Будет непросто уснуть в чужом месте.

Эрик докурил и пройдясь по комнате, остановился напротив небольшого шкафа. На одной из полок стояла фотография в рамке.

Мужчина взял фотографию в руки и, присмотревшись, узнал жену Луцмана.

Здесь она была совсем молодой. Наверное, не больше двадцати пяти лет. Лицо ее было совершенно другим - счастливая улыбка озаряла взгляд молодой женщины и она вся светилась счастьем, а на руках у нее был малыш...

— Уснул называется! — обругал себя Эрик.

Что же это получается? Комната принадлежала жене профессора или...? Он не знал, что и подумать. А малыш? Это их сын? Какой же симпатичный. Мальчик был одет в ярко-синий комбинезон, белоснежную шапочку с помпоном и так же, как и Хэллен, улыбался во весь рот, во весь свой беззубый рот — радостной, детской и безоблачной улыбкой, он тянул руки вперед, видимо к тому, кто был за кадром и делал в этот момент фото.

Мысли опережали одна другую, но предположений строить совсем не хотелось.

Выкурив еще сигарету, Эрик смог уснуть. Последней мыслью перед сном было:

«Что же произошло с мальчиком? Профессор об этом ничего не рассказал. А лишь упомянул, что с малышом случилось несчастье. Может быть, какая-то болезнь или...?»

С этой мыслью Эрик и уснул.

Проснулся он от негромкого, но монотонно-повторяющегося стука в дверь.

Не сразу сообразив, где находится. Он подал голос и сказал:

— Сейчас открою! — и подошел к двери. Но дверь распахнулась сама-собой и профессор, заглянув к нему и пожелав «доброго утра», пригласил завтракать.

— Жду вас на кухне! — сказал он и вышел.

Эрик быстро собрался. Через некоторое время он сидел на кухне и с удовольствием ел предложенные Луцманом тосты с персиковым джемом.

— Обычно я готовлю по утрам яичницу с беконом или с томатами. Если вы не против сейчас угощу и вас.

Эрик согласился попробовать и, поблагодарив, принялся за яичницу.

— Сегодня мы должны успеть многое, — сообщил профессор и поднялся из-за стола. Эрик доел свой завтрак и тоже поднялся.

Через пять минут они были уже в лаборатории, а грязной посудой занималась посудомоечная машина. Когда Эрик предложил профессору помочь убрать на кухне, тот, указав на нее, пояснил:

— Она всегда меня выручает. И еще мультиварка. Их у меня несколько. Можно сказать, собственные разработки. А точнее, доработки. Усовершенствованная кухонная техника — женский труд не заменит, блюд не придумает, но приготовит быстро и сохранит блюдо горячим, что важно с моей увлеченностью делами!

Заложил нужные продукты, выставил время и — свободен. А пришел, горячая еда тебя поджидает. Конечно, можно было пригласить домработницу, но я мучительно решал этот вопрос и, в конечном итоге, отказался от такой идеи.

Нарядив гостя, как и в предыдущий вечер, «по-инструкции», профессор вышел за сплавами.

«Пару часов опыты, а потом запуск?» — вспомнил Эрик. Ему было интересно. Особенно любопытно было взглянуть на щит, в рабочем состоянии.

Дело продвигалось вперед — и это воодушевляло, навевало позитивные мысли.

Профессор вернулся быстро и тут же сел за рабочий стол.

Глава 6. СТРАННЫЙ СОН И ЗАПУСК НЕЙТРАЛИЗАТОРА

— Сегодня вы будете наблюдателем. Помощь понадобится, когда начнем заряжать карполы составом нейтрализатора. Позже я все объясню, а пока — последние опыты. Эрик подвинул кресло поближе к столу и стал наблюдать... Только тут он вдруг вспомнил, что ему снилась та женщина. Да, ему снилась жена Луцмана и она во сне о чем-то предупреждала или просила предупредить. Тат-так... Эрик пытался вспомнить сон. Хэллен просила сказать профессору, что-то важное. Точно, она так и сказала: «Он жив! Обрадуйте его! Скоро он вернется. Это важно!» С этими словами она исчезла из сна. Предупредить? Но как? Эрик стал думать как, и ждал подходящего момента. Может быть, профессор сам вспомнит о ребенке? Но профессор был погружен в опыты и не замечал озабоченного выражения лица своего гостя. — Аааа... — Эрик, чуть слегка вскрикнул. Она сказала : «Ханс жив! или Ганс?» — Молодой человек! — отвлек Эрика от мыслей профессор, вы меня отвлекаете. Что-то случилось? Эрику сон показался не только странным и важным, но и вещим, раз он так ясно видел лицо жены профессора и слышал каждое сказанное ею слово. — Профессор! Знаете, мне сегодня снился странный сон... И Эрик хотел подробно пересказать Луцману все, что видел и слышал во сне. Профессор торопился и сказал лишь: — Сон расскажете мне чуть позже, а пока нужно спешить! — Опыт завершен! – облегченно выдохнул Луцман. Теперь предстоит опробовать результаты на реальном объекте. Давайте приступим к практическим действиям. Одеты вы как раз, как надо и сможете принять самое активное участие в процессе! Сейчас я возьму готовые смеси и мы пройдем с вами в мой основной кабинет. С этими словами, ученый собрал емкости и составил на специальную этажерку, похожую на столик на колесиках, которую он выдвинул из-под своего рабочего стола. Приспособление регулировалось по высоте для дополнительного удобства. — Ну что, вы готовы, Эрик? Тогда, вперед! Покажу вам свою основную лабораторию. Что называется — последнее, неизученное вами место, «святое-святых», куда давно не ступала ни чья нога, кроме моей. — Почему же вы так спокойно приглашаете туда меня? — вопросительно улыбнулся гость. — Обстоятельства, молодой человек! Да и собственно, вы располагаете к себе. У меня нет оснований не доверять вам, раз вы принимаете участие не ради собственной выгоды. Да и те люди, к кому я обратился, пояснили, надежнее человека не найти. А еще, вы не задаете лишних вопросов. Наверное, это мне в вас симпатично не меньше остального. — Профессор! — Эрик на мгновение запнулся. Дело в том, что я как раз хотел задать вам один личный вопрос из разряда «любопытных». Он испытующе посмотрел на Луцмана, который готовился выкатывать столик-этажерку к выходу. — Нам нужно спешить, Эрик! Время — не ждет, а все вопросы зададите по дороге или по завершению процесса, если не передумаете. Хорошо? — он произнес все это, не глядя на собеседника, торопливо двигаясь в направлении выхода. Эрик понял, что запуск нейтрализатора сейчас были важнее всего остального. Время не просто ценилось «на вес золота», а приравнивалось к жизням многочисленных людей, которым угрожала опасность. — Пожалуйста, прикройте дверь в кабинет и следуйте за мной! — в голосе ученого слышались нотки нетерпения. Они вышли в коридор. Стены его были темнее, чем в кабинете и оттого коридор выглядел мрачно и серо. Полы, похоже, были бетонные и давно не видели уборки. Эрик это заметил только сейчас и подумал о том, что облагораживание коридора профессора не беспокоило. Беспорядка не было, но если в кабинете все выглядело светлым и почти стерильным, то коридор создавал противоположное, контрастное впечатление, напоминая о том, что внимание хозяина ему почти не уделялось. Только качеству функционального назначения — соединение между кабинетами и путь к лифту. В доме полы тоже были светлые и, вообще, те комнаты, которые Эрик успел увидеть, разнообразием красок не отличались, но в аккуратности профессору отказать было нельзя. Пока они двигались по коридору — оба молчали, было слышно лишь как по бетонному полу задевают колесики столика и на нем мелодично позвякивали баночки со смесями-нейтрализаторами, когда профессор ускорял шаг. Они спешили. Спешили опробовать и выяснить, удалась ли попытка создания нужного состава. Действие нейтрализатора будет замечено датчиками — фиксаторами обстановки в космическом пространстве и они смогут узнать — работает нейтрализатор или нет. А вот порадует ли их результат, оставалось ждать. Эрик вдруг вспомнил, что он уже два дня у профессора, завтра уже Вероника начнет собираться домой. А сможет ли он вернуться хотя бы на четвертый день – это еще не ясно. Мужчина вспомнил, что обещал девушке, что три дня – и не более, продлится его деловая поездка. А поездка получилась такой непредсказуемой, что и рассказывать о ней было нельзя. Ему стало немного неловко от мысли, что придется ненамеренно обмануть девушку... Но если он вообще вернется, то тысячу раз извинится, лишь бы она не сердилась – это он решил твердо! Когда они поравнялись с лифтом, Эрику показалось, что коридор заканчивается, но видимость была ложной. Дальше царил полумрак, но очертания стен, уходящих вглубь, просматривались. Луцман на миг остановился и притронулся к стене, противоположной лифту. Загорелось несколько лампочек по обе стороны коридора. Странно, но Эрик не слышал щелчка выключателя. «Видимо кнопка» - догадался он. Поодаль от лифта открылась боковая дверь. Было ощущение, что это стена разъехалась в разные стороны. Луцман шагнул в кабинет, приглашая гостя войти. Когда Эрик сделал несколько шагов, дверь неслышно сомкнулась за его спиной. Этот кабинет профессора был больше остальных, ранее увиденных Эриком. И первое, что бросалось в глаза — это большая установка, напоминающая и пушку, и ракету одновременно. — Впечатляет! — не удержался от возгласа гость. — Это еще одно мое изобретение. Оно помогает запускать объекты в космос. Те же спутники и датчики слежения. Прежде... Он замолчал. После небольшой паузы Луцман продолжил и одновременно готовил технику, что-то проверял, осматривал и приводил в рабочее состояние. — Вы не поверите, но этот кабинет, сделан отдельно от остальных, даже от всего дома. Здесь имеется собственный лифт, сейчас вы и сами убедитесь в этом. Нам нужно подняться наверх. С этими словами он повернул рычаг и нажал какие-то кнопки. Создалось ощущение движения. Двигались вверх. — Почему кабинет имеет такое необычное устройство? Это необходимость или ради удобства? — Эрик не скрывал восхищения и любопытства изобретениями профессора. — В целях соблюдения безопасности, молодой человек! Все-таки, дом у меня один и риск не оправдывает пренебрежительного отношения. Двери кабинета очень прочные, чтобы не повредить основной лифт. Шумоизоляция хорошая — тоже по определенным соображениям. Но механизм устроен хитро: звуки снаружи проникают в кабинет, а из кабинета в другие помещения — нет. Наблюдать происходящее в других кабинетах и коридоре я могу с помощью постоянно работающих камер, стоит только подойти к монитору и видеонаблюдение становится четче и, если где-то зафиксировано движение или неполадки, то поступает сигнал. Я всегда думал о безопасности. Это сейчас я живу один, а прежде у меня была семья и я обязан был думать о безопасности близких мне людей. И мысли были о будущем. Мечтал приобщить со временем сына к исследовательской работе. Хотелось иметь помощника в его лице, но не случилось. Профессор замолчал, а Эрик вспомнил сон и понял, что момент настал самый подходящий, чтобы его рассказать Луцману. Но Луцман продолжил вспоминать: — Когда сын только появился на свет, нашей с Хэлли радости, не было предела. Сколько лет прошло, а боль не утихает. Голос профессора дрогнул. Он снял очки и тщательно вытер глаза. — Извините, — Луцман замолчал. Трудно было смириться с мыслью, что Ганса больше нет. И я немного слукавил, сказав, что в этом кабинете не ступала ничья нога, кроме моей. Это случилось на пике моих исследовательских разработок. Гансу было почти два годика. Целыми днями я пропадал в лаборатории и однажды... Он задумался, припоминания события того трагического дня. А Эрик подумал: «Как вовремя он вспомнил о сыне! Вот и нашелся повод!» Стоял теплый денек и после обеда я, как обычно, отправился в лабораторию, забыв предупредить жену, что сегодня буду позднее обычного. Она же собиралась гулять с нашим малышом. Я проводил их взглядом и полюбовавшись немного из окна, отправился в лабораторию. Дел намечалось много, и я провозился до поздней ночи. Неожиданно сработал датчик движения в коридоре — сначала у лифта, потом у двери этого кабинета. Я взглянул на монитор видеонаблюдения и ахнул — за дверью стояла Хэлли, на руках она держала сонного сынишку, он беспокойно просился к двери. Я поспешил открыть дверь, прервав работу. Я не успел ничего выключить и произошло все за считанные секунды. Ганс капризничал на руках у мамы, но как только дверь разошлась в стороны, мальчик оживился и попросился на пол. Хэлли отпустила его и стала объяснять, что он не засыпает без папы и постоянно плачет. Может быть, у него что-то болит? По этой причине она решила спуститься в лабораторию, хотя прежде этого почти никогда не делала. Вместе с сыном она не спускалась в лабораторию, до того момента, ни разу. Пока мы отвлеклись на разговор, Ганс проворно забрался в кабинку для запуска и... Профессор вздохнул и замолчал, видимо припоминая события той ночи. - Новую кабинку я не ставлю, все они разовые и, после происшествия я убрал заготовки из кабинета, стал пользоваться только этой "пушкой", приспособив ее работать немного иначе, а после окончания работы, привык убирать все приспособления. Эксперименты мои продвигались медленно. Спутники уже были запущены, а вот датчики часто глючили, сбивались внесенные в них данные, постоянно происходили несостыковки. Функционировала кабинка просто, она служила «чехлом» до момента доставки объекта в космическое пространство. Так вот, пока мы разговаривали с женой, сын забрался в кабинку и нажал кнопку старта. Все произошло мгновенно. Топлива хватало в один конец и обратно такие кабинки не возвращались, рассыпаясь самопроизвольно в Космосе. Выброс кабинки поверг мою жену в шок, она тут же потеряла сознание. Я понимал, что процесс необратим. Сначала запуск, а далее все по схеме. Меня обуял ужас, когда я представил, что может произойти с моим ребенком там. Стараясь не думать о плохом, я поднял жену на руки, и мы поднялись на лифте в дом. Постепенно она пришла в себя. Взгляд ее выражал не меньший ужас, ужас, который пожирал меня изнутри. — Он погибнет? — только и спросила она. — Вероятно, да... Врать мне совсем не хотелось. Хоть и правду язык еле смог выговорить. Хэллен зарыдала, и я, стараясь успокоить жену, сказал ей, что, возможно, Гансу повезет, и он выживет, но это будет чудо. Она потихоньку приходила в себя, иногда спускаясь ко мне в лабораторию и просматривая небесные объекты вместе со мной. Но чем больше проходило времени, тем реже она стала спускаться в лабораторию и практически потеряла надежду — вновь увидеть Ганса живым. Много долгих дней и месяцев я терзал монитор пристальным вниманием, отслеживая каждый подозрительный объект, но все было напрасно. Виноват был во всем я, но Хэлли не сказала ни единого слова упрека. — Что можно было сделать, обвиняя друг друга? Этим, горю было не помочь. Можно ли предотвратить катастрофу, если она уже случилась? Мы оба понимали, нельзя. Несколько месяцев безрезультатного ожидания доконали нас обоих до предела, особенно морально. Устав от нервного напряжения, я принял случившийся факт и перестал лелеять надежду. Казалось, что и жена смирилась. Профессор вздохнул и после продолжил. — Стараясь обходить болезненную тему о сыне, мы жили почти, как и прежде, я вновь погрузился в работу и думал, что Хэлли тоже отвлечется на свои дела и забудет о трагедии. Внешне она становилась постепенно спокойнее, чем была. Она даже обновила нашу библиотеку, заказав крупную партию книг и на какое-то время погрузилась в чтение... Но позже я выяснил, что Хэлли заказала помимо художественной литературы и книги научные – о Космосе. Она продолжала думать о сыне, но мне ничего не говорила уже. Так шло время. До дня новой трагедии. Теперь уже с ней. Луцман замолчал. Тут Эрик не выдержал и рассказал свой сон. — Ганс жив? — Луцман слушал Эрика затаив дыхание и не сводя с него глаз. Он стоял перед ним и выражение его лица было не просто взволнованным, а каким-то счастливо-возбужденным, радостно-удивленным, слегка растерянным и потрясенным новостью о сыне. От неожиданности он даже обнял Эрика, да так крепко, что гость почувствовал частое сердцебиение профессора. Глаза его чуть увлажнились и заблестели надеждой. — Извините, Эрик! – профессор чуть отступил на шаг и улыбнулся. Неужели это правда? Вы не шутите? Эрик покачал головой и добавил: — Мне же это сказала во сне ваша жена. А она не могла ведь пошутить? Профессор задумчиво покачал головой и, вдруг вспомнив о главном деле, сразу переключился на процесс запуска датчиков с карполами. — Пора приступать к запуску. Помогите мне загрузить составы и начнем. Запустим мы их одновременно. Диапазон действия я сейчас выставлю на мониторе. Он проделал эти операции быстро. И когда они загрузили составы, пояснил. — Сейчас переведу рычаг в нужное положение и нажму кнопку «старта». А сон, вы мне непременно расскажете во всех подробностях, но чуть позже.

Эрику было невероятно приятно работать с человеком, который знал досконально то, чем занимался. Появлялась какая-то спокойная уверенность и пальцы выполняли непривычные действия так точно и быстро, что этим процессом можно было залюбоваться. Профессор загружал карполы с составом нейтрализатора и просил его защелкивать крышки датчиков. Эрик делал это так хорошо, что профессор даже не удержался от похвалы. — Вот о таком помощнике я всегда и мечтал! Все готово! Сейчас последние манипуляции и следующий этап - подготовка к работе щита. Когда датчики были выпущены в Космос, Эрик напомнил, что профессор хотел услышать сон во всех подробностях. — Самое время! – напомнил гость. В глазах профессора вновь посветлело и блеснула радость и надежда и что-то еще такое, чего Эрик не смог понять, но что-то похожее на сомнение. Может быть, профессор еще не осознал до конца, о чем говорит Эрик? – осенило вечного романтика. Он-то поверил в правдивость слов жены Луцмана — безоговорочно. Эрик вспомнил, что еще нужно привести в рабочую готовность щит... И спросил об этом профессора. — Похоже, рассказать сон вы мне сможете по окончании всех важных дел. Хотя, для меня эта новость – самая наиважнейшая! Луцман на мгновение замолчал и чуть поколебавшись добавил: — Такая важная, что я боюсь поверить!

Глава 7. ЗАПУСК ЩИТА И ВОЗВРАЩЕНИЕ ХАНСА

— Пройдемте в кабинет, где находится щит! — с этими словами профессор направился к выходу, пропуская гостя вперед.

— Щит мы тоже должны запустить, и чем быстрее — тем лучше!

Через несколько минут мужчины оказались в другом кабинете, который Эрику был уже знаком по прошлому визиту в лабораторию.

Профессор сообщил, что из мер предосторожности нам понадобятся только плотные рукавички. Сейчас я их достану. Щит нужно будет вынести на улицу. Запускать мы его будем во дворе.

— Сам по себе щит достаточно легкий, но его легкость не снижает той прочности, что придают специальные чешуйки, — пояснил профессор.

Луцман собрал щит. Сейчас он напоминал большой зонтик. Профессор подал пару рукавичек Эрику, тот быстро одел их и, с улыбкой, отрапортовал:

— Готовность номер один. Я весь к вашим услугам. Профессор слегка улыбнулся в ответ.

— Вот и славно! Сейчас мы поднимемся на лифте наверх, во двор, но, для начала, я слегка изменю маршрут его движения. Пусть доставит нас сразу к выходу за домом, где есть достаточно места для запуска щита.

Когда они оказались во дворе, Эрик отошел немного от выхода и огляделся по сторонам. Двор был просторный, с хорошей и ровной площадкой, словно здесь был прежде теннисный корт или взлетная полоса для частного самолета.

— Щит будет служить заслоном от мелких остаточных осколков и одновременно примагничивать их, — пояснил Луцман.

Высоту я выставлю в десять тысяч метров, а радиус защиты распространится на несколько сот километров — это произойдет благодаря электромагнитным волнам. Думаю, больше и не нужно. Часть моря тоже войдет под щит.

— Помощь мне здесь понадобится одномоментно. Просто держите щит вертикально, пока я выставлю данные и после запуска он начнет потихоньку расправляться. Мы это сможем наблюдать снизу. Как только щит достигнет верхней точки, визуально он станет прозрачен и будет держать выбранное положение, пока я, он показал небольшое устройство по управлению щитом, не нажму нужные кнопки по его спуску. Так же медленно он начнет собираться, сжиматься и опустится прямо на место, с которого был запущен. Но это случится уже после того, как все осколки будут нейтрализованы.

А дальше, дальше я думаю предстоит небольшое ожидание, чтобы выяснить — удалась ли попытка полной нейтрализации осколка или нет.

Разъяснив все моменты, профессор нажал какие-то кнопки и щит стал подниматься и одновременно, Эрик увидел, как чешуйки, блестя на солнце, расходятся в стороны, их становилось все больше, и они становились прозрачнее.

В момент, когда щит уже начал подниматься вверх по выбранному направлению и профессору оставалось только регулировать на пульте, чтобы он следовал точному курсу и достиг нужной высоты, послышался шум работающего мотора на заднем дворе.

Профессор сразу услышал громкий и неприятно гудящий звук. Потом все стихло.

Луцман слегка насторожился и посмотрел на Эрика:

— Кажется, ко мне снова пожаловали гости? — вопрос звучал и как утверждение.

Увиденное потрясло обоих.

Посреди двора, на просторной лужайке красовался, блестя на солнце и слепя глаза, космический корабль или что-то явно напоминающее его.

Он был настолько плоским, насколько вообще это было возможно.

— Летающая тарелка! — пошутил Эрик. Похоже, гостям не понравился наш запуск или щит потревожил их покой.

С борта спускался темноволосый молодой мужчина. Одет он был странно, словно был закован в стальные доспехи, которые, как и сам корабль, играли блеском металла при прикосновении солнечных лучей.

Профессор словно потерял дар речи. Он стоял и смотрел.

Эрик ждал хоть единого слова, движения, но ноги Луцмана словно приросли к земле. Лишь взгляд впился в лицо нежданного гостя.

Мужчина двигался легко и непринужденно, он подошел близко и поприветствовал профессора и Эрика коротким кивком головы.

Тут к Луцману похоже вернулась способность говорить, он спросил:

— Вы к нам откуда прилетели? Уж не с Марса ли или Венеры?

— А может быть, вы свалились с Луны, молодой человек? – профессор даже чуть улыбнулся.

А этот ваш корабль. Это же прямо летающая тарелка, только в миниатюре.

Молодой человек холодно улыбнулся. Его лицо вообще плохо передавало эмоции. В силу своей внимательности Эрик это заметил сразу. И выражение взгляда сохраняло нейтральность.

«Ни одной человеческой эмоции?» — почему-то это была первая ассоциация посетившая Эрика сразу, как только он взглянул на нежданного гостя.

Повисшее молчание длилось недолго. Вновь прибывший гость без особого вступления начал с того, что их планету потревожили странные сигналы с Земли.

— Мы никогда еще не слышали о столь бесцеремонном вторжении в космическое пространство! Да и мое появление на вашей планете — впервые и его бы не случилось, не сработай эти странные датчики, направление которых я и мои соратники вычислили и, они привели меня к вам.

Я здесь представляю наши общие интересы. Дело может принять очень серьезный оборот, если вы не прекратите эти запуски.

Молодой человек не обращался ни к кому конкретно, переводя холодный взгляд с одного мужчины на другого. Координаты вашей лаборатории стали весьма часто появляться и фиксироваться нашими радарами безопасности, что и обеспокоило нас.

Профессор и Эрик не сговариваясь переглянулись.

— А вы знаете об аварии в Космосе — двух столкнувшихся не так давно спутниках? — профессор впился взглядом в лицо космического «пришельца», который и на пришельца-то похож не был, разве что одет был странно.

— Слышал, — коротко пояснил гость.

— Слышать-то вы слышали, но информация устаревает каждую минуту. Дело в том, что планете Земля грозит катастрофа! После столкновения спутников образовался твердосплавный большой осколок, нечто напоминающее метеорит и он летит к нам. Все датчики, посланные в последнее время должны были контролировать его точный маршрут и состояние, передавая показания на оборудование лаборатории. Профессор сказал это как можно спокойнее и дружелюбнее, видя, как в глазах молодого человека блеснул гневный огонек.

Эрик тоже это заметил. «Значит, эмоции присутствуют», — подумал он .

— Сегодня был последний запуск. Мы отправили на встречу осколку нейтрализаторы и поставили магнитный заслон на случай, если процесс расщепления частиц осколка замедлится и произойдет лишь его дробление на куски.

Вы как раз успели приземлиться до запуска «щита». Теперь вам придется немного погостить у нас! — с этими словами профессор Луцман пригласил жестом Эрика и «космического пришельца» на веранду.

— Будем ждать результата!

Гостю видимо что-то не понравилось или его не привлекла перспектива задержаться, было видно, как по его бесстрастному лицу пробежала тень, но он согласился принять приглашение и проследовал с мужчинами на веранду.

Профессор предложил всем скоротать время за трапезой и чаем.

Молодой человек поначалу отказался и лишь попросил воды.

Когда они уже сидели за столом, Эрику захотелось спросить с какой именно планеты молодой человек прилетел и почему он так странно одет. Да и вообще, хотелось хоть что-то узнать о жизни на других планетах.

Эрик уже пил морс, который предусмотрительный хозяин поставил на стол.

Сосуд, в который был налит напиток, напоминал красиво изогнутый кувшин из темного стекла с позолоченным орнаментом на выпуклом бочке.

— С какой же вы планеты, если это не секрет? — Эрик наконец-то решился задать волновавший его вопрос, стараясь, чтобы тон его звучал максимально дружелюбно.

«Пришелец» повернулся лицом к Эрику, глаза его слегка потемнели и стали задумчивыми. Какое-то время он оставался молчалив, но после долгой паузы начал свой рассказ.

— Это скорее не планета, а космическая станция, где годами проживают ученые-исследователи. Мы медленно передвигаемся по Космосу. Сама станция визуально, во многом, схожа с космическим кораблем, только движется она довольно медленно в космическом пространстве, изучая и фиксируя все, что встречает на пути. Есть еще более маленькие корабли или средства быстрого передвижения, при необходимости. Вот что-то вроде этой тарелки, на которой прилетел я.

— Меня отправили узнать, кто и зачем тревожит Космос с Земли.

Искусственные спутники не доставляют столько хлопот, как ваши, блуждающие там, датчики.

— Вы один из этих ученых? — спросил Луцман. Вы так молоды для серьезных опытов.

В вашем возрасте я только начинал, не имея еще точных данных ни в одной из исследовательских областей. Одни предположения и ежедневные опыты. Потом пошли результаты и появился еще больший подъем.

Гость слегка улыбнулся:

— Я стал одним из них. У меня и выбора-то не было.

Совсем недавно мне открыли многолетнюю тайну моего рождения или точнее попадания на эту станцию. Еще совсем недавно я думал, что мой отец был капитаном космического корабля-станции и старшим помощником лаборатории. Но он случайно погиб, а я не смог помочь. Поскольку это все виновны ваши датчики, содержащие какой-то вредный компонент, на который у моих коллег развилась стойкая аллергия и я решил проследить путь датчиков и предупредить зачинщиков опытов. Поэтому я здесь. Моему отцу уже не помочь, а вот остальным еще можно. Пока не поздно, я решил найти этот источник неприятностей и им оказалась ваша лаборатория.

— А еще, мне сказали, что мой отец не был мне кровно родным, хотя он меня и вырастил, и ввел в курс своих исследований, обучил всему, что требовалось для подобной жизни и работы, да и любил по-отцовски заботливо.

Перед своей гибелью, он успел рассказать откуда я взялся и назвал ваши координаты. Это вторая причина, по которой я здесь.

— Возможно, вы знаете моего отца и как я оказался в Космосе?

Мужчина с этими словами встал из-за стола, сделав несколько небольших шагов и потом, быстрым движением пальцев, провел по глазам.

— Это защитные пластинки, показал он две тоненькие штучки, напоминающие обычные линзы. В Космосе много пыли, да и свет иногда слепит.

Глаза у гостя оказались живые и теплого серого оттенка.

Что Эрику тут же вспомнилось, где-то он их уже видел...

Нет, этого не может быть! — подумал Эрик, мы точно не встречались прежде.

Глава 8. СПАСЕНИЕ ЗЕМЛИ И НАДЕЖДЫ НА БУДУЩЕЕ

Он успокоился и решил просто слушать рассказ космического гостя.

Мужчина рассказал, что еще маленьким ребенком его случайно нашли двое ученых, возвращавшихся на своих крошечных кораблях на станцию. Что-то мелькнуло перед их глазами и сначала испугало. Но когда я стал падать обратно, в капсуле, которая была запущена с Земли, один из ученых, а это и был капитан Рич, успел зацепить меня и доставил на основной корабль-станцию. Так я очутился в Космосе.

По радарам слежения и безопасности, коллеги отца определили откуда я, с удивительной точностью.

Профессор Луцман не верил своим ушам. Он смотрел на молодого человека и ловил себя на мысли, что его сын, погибший сын, как считали они с Хэлли, стал взрослым мужчиной и как признаться в том, что он его отец, отчасти виновник этой трагедии...

Луцман подбирая слова и почти со слезами на глазах рассказал о том злополучном дне. В мельчайших подробностях он описал все, что помнил.

— Ганс... Как же я тебе рад! Я и подумать не мог, что такое возможно, что ты жив! Сынок, - в голосе профессора сквозила нежность и боль одновременно.

— Вы мой отец? — молодой человек внимательно и с затаенным любопытством смотрел в глаза профессору. А где же моя мать?

Луцман тут же погрустнел и ответил не сразу. Видно было, что эту радость сейчас же омрачит новая грусть.

— Твоя мама, — начал он и осекся. Слезы выступили на глазах Луцмана и он не смог больше сказать ничего, закрыв лицо руками.

Она.. Ее давно уже нет. Она много лет тосковала о тебе. Жила надеждой, но потом просто не выдержала и… Профессор не стал вдаваться в подробности гибели супруги.

Он молча встал и подошел к Гансу.

— Сынок, как же я рад тебя видеть живым! Профессор обнял сына и тот ответил отцу крепким объятием.

— Какая прочная сталь, — сказал после объятий профессор. Вы мне чуть не помяли грудную клетку! — он тепло улыбнулся.

— Что это за сплавы, мой мальчик?

Ганс принял и отца, и новое имя так, словно он никуда не улетал, что удивило Эрика, но он не вмешивался.

Позже, Луцман представил его своему нашедшемуся так внезапно, сыну, и объяснил во всех подробностях, что же случилось. Мужчины проговорили до самого вечера.

Сумерки потихоньку сгущались. С моря дул слабый ветерок. По небу плыли ясные облака, несмотря на вечерний час.

Не забывая о том, что они ждут конечных результатов проделанной работы, мужчины прошли в дом. Профессор показал комнаты сыну и задержавшись в одной, той самой детской, Луцман протянул фотографию Гансу.

Точно такую же, что видел Эрик в комнате Хеллен.

Позже, хозяин дома пригласил Эрика и Ганса спуститься в лабораторию и посмотреть результаты нейтрализации остатков спутников.

На мониторе уже не фиксировался осколок, тот самый, что угрожал земле.

Луцман решил посмотреть предыдущие показания. Операция была успешно завершена и, облегченно вздохнув, все трое поднялись на лифте в кухню. Профессор колдовал над ужином, а Эрик и Ганс беседовали.

После ужина Эрик вспомнил, что третий день пребывания у профессора почти на исходе и начал прощаться с Луцманом и Гансом.

— Мне пора! — сказал он, обращаясь к ним обоим.

Луцман понимающе кивнул и поблагодарив за помощь в работе вышел его проводить.

Пожав руку профессору, Эрик завел гибрид и через несколько часов был уже дома, где его уже поджидал старый знакомый. В полумраке комнаты Эрик различил его силуэт.

Щелкнул выключатель и в свете ламп он увидел зеленый костюм и мужчину, который повернувшись к нему довольно сказал:

— Ты справился, и я исполню данное обещание. Только верни ключи от гибрида.

— Что решил сам прокатиться? — пошутил Эрик.

— У меня есть более быстрый способ передвижения, — отшутился его гость.

А как там профессор? Доволен результатами?

— Вполне. Особенно тем, что нашелся его сын.

— Знаю, — отозвался гость. Теперь ему будет не до спутников. А вот с Гансом ты еще встретишься. Но это будет не так-то скоро...

Человек попрощался с Эриком и вышел.

Эрик сел в кресло и задумался.

— А каким бы был сейчас его сын, будь он жив?

Грустные воспоминания прошлого навалились всей многолетней тяжестью.

Наверное, такой же высокий и красивый парень, как сын Луцмана. Как похожи глаза профессора и его Ганса!

«Мне уже никогда не узнать этого!» — вздохнул он.

Из задумчивости Эрика вывел голос его любимца. Апельсин протяжно и требовательно мяукнул, как бы напоминая, что он соскучился по хозяину и проголодался.

— Совсем я забыл про тебя! Иди сюда, пушистик! — мужчина взял кота на руки и посадив на колени погладил по спине.

Он вспомнил, что у него в гостях должна быть Вероника, но что-то ее нигде не видно. Удивившись, что Вероника не встречает его, и взяв Апельсина на руки, Эрик пошел на кухню. На столе его ждала записка:

«Эрик!

Прошу прощения, но мне нужно было срочно уехать в город.

Как приедете — сразу позвоните!

Вероника.»

Мужчина посмотрел на часы и вздохнул, рабочий день Вероники совсем недавно закончился и звонить смысла не было, но он на всякий случай набрал номер магазина.

На удивление ответили сразу:

— Алло! — чуть хрипловатый мужской голос ждал ответа.

Эрик поприветствовал жениха Вероники, ничуть не сомневаясь, что это был он и попросил пригласить ее к телефону.

Вероника поздоровалась сдержанно, но тепло, когда поняла кто звонит.

— Эрик, здравствуйте! Значит, все хорошо закончилось, раз вы уложились в срок? Эрик утвердительно кивнул, но после понял, что девушка не увидит его кивка и подтвердил согласием.

— Завтра я заеду в ваш книжный, если вы не против и поговорим.

— Хорошо! До завтра, Эрик! – в трубке послышались короткие гудки...

— Спокойной ночи, Вероника! — Эрик нажал кнопку отбоя и стал собираться спать.

За окном опускались сумерки и остров медленно погружался в них, ночь вступала в свои права и Эрик только сейчас ощутил усталость и напряжение прошлых дней. Неудержимо клонило в сон и веки сами собой закрывались. Мужчина добрался до постели, нырнул под легкий плед и, перед тем, как уснуть окончательно, подумал:

«Как хорошо, что Земля цела и жизнь продолжается! Значит, у всех есть будущее!» — и он, безмятежно улыбаясь уснул крепким сном.

День занимался теплый и лучи солнца уже проникали в комнату и наполняли каждый уголок теплом и светом.

— Пора просыпаться, — успел подумать Эрик, перед тем, как телефон залился продолжительной трелью.