Не обойтись без тёмного мага

Глава 1

— Нам не обойтись без тёмного мага.

— Но ты же знаешь, что последний тёмный — это Дефбелл.

— Ну нет, только не этот урод!

— У нас нет выбора. Насколько мне известно, последний раз его видели на острове Блэкенд.

— Что это за место?

Один из троих собеседников развернул на столе карту:

— Неприглядный кусок суши к северу от Свордсландии. Говорят, там ближе всего изнанка мира. Поэтому местный управитель Фэттен водит знакомство с фейри. Южная часть острова — Черные топи — постоянный источник проблем для местного населения, просто кишит всякими тварями. Хотя и горы на севере тоже не слишком дружелюбны — обиталище морозных духов и каменных големов. В центре острова на окраине Туманного леса расположено поселение Мистерия. Полагаю, там ты найдешь информацию о тёмном.

— Не будем медлить. Диментер, сможешь открыть портал на остров?

~~~

Выйдя из портала, Гудмен оказался в окружении мрачных деревьев; с их изломанных веток свисали космы мха, а между стволами стелилась белесая дымка, в которой, казалось, утопали все звуки и цвета. Осторожно ступая, он двинулся к едва различимому просвету. Когда отвратительный лес остался позади, перед Гудменом предстали каменные стены Мистерии — изъеденные северными ветрами, с огромными коваными воротами, на которых непростые времена тоже оставили свой отпечаток в виде вмятин и заплат.

Селение не ждало гостей, стражник на сторожевой башне клевал носом и не сразу заметил одинокого путника. Оказавшись внутри, Гудмен увидел стандартную обстановку небольших крепостей свордсландцев. Только улицы были довольно пустынны, а редкие селяне взирали на посетителя с недоверием и даже враждебно. Один из стражников вызвался проводить его к управителю. По пути Гудмен ощущал на себе липкие взгляды чьих-то нечеловеческих глаз, таившихся в подворотнях и темных пробелах окон. Чёртовы фейри...

Управитель, как и следовало ожидать, размещался в самом высоком здании, впрочем, лишенном каких бы то ни было украшений на фасаде. Зато внутреннее убранство слепило глаза позолотой и дурным вкусом хозяина — краснощёкого толстяка, восседавшего за огромным столом, уставленным яствами. Компанию ему составляли усатый старик с военной выправкой, длинноносый унылый тип с залысинами и двое изящно одетых нелюдей, специфическая красота которых одновременно притягивала и отталкивала.

— Позвольте представиться, глубокоуважаемый г-н Фэттен, — посол Гильдии магов Объединенного королевства Гудмен, — с легким поклоном произнёс гость.

— Что привело Вас в такую глушь, г-н маг? — управитель буравил собеседника поросячьими глазками, комкая жирными пальцами накрахмаленную салфетку.

— Гильдия разыскивает одного человека, который предположительно посещал Ваш остров. Это тёмный маг Дефбелл, некромант. Известно ли Вам что-либо о его местонахождении?

— Вы присаживайтесь, отведайте чудесного вина, любезно предоставленного нашими друзьями, — кивок в сторону фейри, — а там и поговорим.

Гудмен присел за стол, слуга тут же поставил перед ним приборы и наполнил кубок.

— А что гильдии нужно от этого человека?

— Дефбелл обладает уникальными знаниями, его консультация очень пригодилась бы нам, — посланец уже понял, что местные обитатели знают, где искать мага, однако не торопятся делиться информацией в свете отношения к тёмным на «большой земле» и очевидного личного интереса в талантах некроманта.

— Помнится, консультации прочих колдунов закончились плачевно — в подземельях гильдии, — недобрая улыбка исказила губы лунно-бледной фейри, иссиня-черные волосы которой были собраны в вычурную высокую прическу. Взгляд мага задержался на раскосых черных глазах и острых белых зубах роковой красотки.

— Война магов давно закончена, и у гильдии нет претензий к обладателям тёмного дара, — начал было Гудмен.

— Потому что обладателей практически не осталось, — прожурчал тот же голос.

— Вы правы, как это ни печально, — маг лукавил, тёмных он терпеть не мог, но дело есть дело, — поэтому я здесь.

— Что ж, если Вы обязуетесь не причинять нашему общему другу вреда (хотя вряд ли бы Вам это удалось), думаю, присутствующие не против проводить Вас к тёмному господину, — тягучий голос мужчины-фейри вибрировал магической силой.

— И в мыслях не было причинять кому бы то ни было вред, — заверил посол.

— Что ж, решено. Следуйте за птицей, — с фарфоровой руки фейри вспорхнул ворон.

~~~

Выйдя из ворот, Гудмен в сопровождении красноглазого ворона обогнул крепостную стену с востока и снова углубился в лес. Временами сквозь туман он различал огоньки чьих-то глаз, слышал, как в отдалении раздавались какие-то скрипы и стоны. Едва заметная тропинка привела мага к заброшенному каменному строению, стены которого были увиты плющом. Свет в окнах не горел. Ворон уселся на дерево и внимательно наблюдал за чужаком, косясь на злобных каменных горгулей, расположившихся на карнизе. Отворивший дверь зомби (а это был именно он, хоть и отличного качества), знаком велел гостю следовать за ним. Магические светильники загорались при приближении, отбрасывая на стены танцующие тени. В доме веяло холодом, половицы стонали под ногами. Наконец маг оказался в зале с камином, у которого расположился в кресле человек с бокалом янтарного напитка. Виден был лишь профиль с ястребиным носом и изуродованной шрамами щекой. Тёмные волосы небрежной волной спускались на плечи.

— Я ждал тебя раньше, Альбинос, — насмешливый голос прорезал тишину комнаты.

Глава 2

— Полагаешь, меня заденет детское прозвище?

— Полагаешь, меня интересуют такие пустяки? — парировал тёмный. — Долго же Гильдия не замечала очевидного.

— О чём ты?

— О нарушении Баланса, конечно. Ты ведь поэтому здесь, — маг отхлебнул из бокала и прикрыл глаза. — Насколько всё серьёзно?

— Пока насчитывается 12 прорывов. Высшую нечисть начали замечать у крупных поселений. Нам нужен Даркбарир.

— И ты, конечно, думаешь, что он у меня?

— Ты — один из Хранителей, — веско заметил Гудмен.

— Хотел сказать — последний Хранитель, — горько усмехнулся некромант.

— Это не меняет сути. Ты должен...

Дефбелл поставил бокал на столик и резко поднялся, вперив в белого мага горящий ненавистью взгляд:

— Ты смеешь говорить мне о долге? Ты, своими руками истреблявший моих учеников! Уничтожавший знания, что мы копили веками! — дом застонал, как будто подтверждая слова хозяина, потянуло смертельным холодом.

— Шла война! — светлый сжал кулаки. — Я лишь выполнял приказы.

— Не вижу смысла продолжать этот разговор. Я ничего не должен ни тебе, ни Гильдии.

— Речь не о нас, речь о судьбе всего мира!

— Мой мир — этот жалкий клочок суши. И уж я как-нибудь разберусь с его проблемами.

— Ты всегда был эгоистом.

— Скорее прагматиком. Как ты думаешь, почему появляются всё новые и новые прорывы?

— Нам пока не удалось выяснить причины активизации Тьмы.

Некромант презрительно усмехнулся:

— Конечно, вы ведь даже книги о Балансе сожгли только потому, что их авторами были тёмные маги.

— Баланс — это миф. Фантазия выжившего из ума ученого.

— Как бы не так. Две сущности — Свет и Тьма, две чаши весов. Пока в мире в относительно равной мере проявлялись оба дара и их последствия, наша реальность пребывала в хрупком равновесии. Но уничтожив всех тёмных и истребив все сущности, порожденные ими, вы заполнили наш мир всепоглощающим Светом. Поэтому Тьма извне, из других реальностей прорывается в наш мир. Но те реальности населены созданиями, куда более опасными, чем несчастные некроманты или демонологи. Вы просто пожинаете плоды своей глупой войны, — маг устало опустился в кресло, отвернувшись от Гудмена. Но для светлого разговор не был окончен. Он шагнул ко второму креслу:

— То есть, когда в наш мир прибудет достаточно тёмных порождений, прорывы закроются? — спросил он, присаживаясь напротив камина.

— Нет. Судя по тому, что я слышал с «большой земли», к нам прорывается Тьма Хаоса. Она чужда Балансу, ее цель погасить Свет. Мир за миром она захватывает реальности, где Баланс нарушен, и обращает их в царство Хаоса. Когда существующие прорывы достаточно напитаются силой, откроется тринадцатый портал, и мир поглотит Тьма. Если бы ты тратил время не на сражения с бывшими братьями, а на изучение старинных трактатов, то знал бы о Пророчестве.

— Я — боевой маг, моя задача не пыль библиотек вдыхать. Но руководство Гильдии тоже ничего не слышало ни о каком Пророчестве, — усомнился светлый.

— Руководство Гильдии давно погрязло в борьбе за власть. Их никогда не интересовали тайные знания, — некромант усмехнулся. — Думаешь, я не предупреждал Люциуса о грядущих проблемах, когда противостояние только началось?

— Ты слишком спокоен для человека, который ожидает конца света. Собираешься укрыться на изнанке?

— А если и так?

Гудмен с трудом поборол желание стереть издевательское выражение с лица собеседника кулаком:

— Покажи мне текст Пророчества. Наверняка там сокрыт ответ, как предотвратить открытие тринадцатого портала.

— Ты ведь и сам знаешь, что все трактаты сгорели при пожаре в моей лаборатории, и в этом можно винить только тебя.

— Уверен, что самое ценное ты прихватил с собой.

— Увы, — Дефбелл развел руками, — я был крайне ограничен во времени, покидая родные пенаты.

— И все же ты знаешь выход, но готов покарать миллионы людей, чтобы потешить свое самолюбие.

— А на что готов ты, чтобы спасти этих людей? — глаза мага впились в лицо Гудмена.

— На всё, — ни минуты не сомневаясь, ответил тот.

В глазах некроманта заклубились тёмные вихри, и наконец он промолвил:

— Тогда готовься страдать вечно во имя человечества, светлый.

Глава 3

— А сейчас у меня есть дела. Если хочешь, можешь переночевать здесь, завтра будет тяжёлый день. Джоуи, — маг кивнул в сторону неподвижно стоящего зомби, — проводит тебя в комнату.

Дефбелл поднялся и направился к выходу из дома, а светлый проследовал за зомби на второй этаж. Оказавшись в комнате, Гудмен осмотрелся: ничего примечательного в обстановке не было, только самое необходимое, если не считать того, что на кровати, завернувшись в одеяло, кто-то лежал. Оправившись от неожиданности, светлый решительно шагнул к кровати и резко сдёрнул одеяло — под ним было пусто. Показалось, что на пределе слуха раздалось мерзкое хихиканье. Чертыхнувшись, Гудмен присел на кровать. За окнами уже стемнело, но спать не хотелось, и маг решил исследовать дом, пока хозяин отсутствует. Большинство комнат второго этажа были не обставлены или заперты. Спустившись по лестнице, гость мельком осмотрел бытовые помещения, библиотеку, которая на удивление была доступна (впрочем, сомнений не было, что просто так особо ценные гримуары в руки не дадутся), и наконец оказался перед массивной дверью, очевидно, ведущей в подвал. Стоило потянуться к ручке, как на ней проявилась чернильная клякса, распахнувшая пасть, усыпанную острыми зубами. Что ж, некромант явно не собирался делиться секретами.

Гудмен выглянул в окно — туман подступил вплотную к дому и, казалось, в нём скользили какие-то расплывчатые тени. Мага не покидало чувство, что пока он бродил по дому, за ним пристально наблюдали. Вернувшись к себе, он снял с пояса меч, скинул камзол и, ополоснув лицо, устало опустился на кровать. В лунном свете, проникавшем через окно, танцевали пылинки. В какой-то момент они собрались в призрачную руку, погрозившую непоседливому гостю пальцем, и вновь рассыпались по комнате. Кто бы сомневался, дом некроманта наверняка охраняется привидениями.

~~~

Утро выдалось неприветливым — небо было затянуто тучами, накрапывал дождь. Спустившись вниз в помещение, служившее хозяину столовой, Гудмен с удивлением обнаружил за столом девушку-фейри. Смуглая кожа, покрытая веснушками, шоколадные кудряшки, сквозь которые проглядывали аккуратные заострённые ушки, и раскосые глаза тёплого карего оттенка с золотистыми искорками выдавали в ней пэка — шейпшифтера. На девушке была мужская одежда зеленого цвета и легкая кожаная броня. Окинув вошедшего любопытным взглядом, фейри продолжила о чём-то переговариваться с Дефбеллом, который лишь слегка кивнул, приглашая за стол. Светлый почувствовал, что весьма проголодался, и отдал должное незатейливой снеди.

— Так какой у нас план? — утолив первый голод, задал он вопрос.

— Для противостояния Тьме Хаоса нам необходимо собрать один очень древний артефакт. Его части хранятся в разных уголках этого острова. Данаэ О’Виллоу любезно согласилась помочь нам, — девушка озорно улыбнулась, отчего на щеках её появились милые ямочки, — и начнём мы, пожалуй, с ущелья Стоунмауф.

— Чего следует опасаться?

— Морозные духи могут изрядно пощипать за нос, — усмехнулся некромант, — но куда опаснее каменные големы. Не всякий меч способен поразить этих гигантов. Что ж, думаю, пора выдвигаться.

Гудмен проверил снаряжение и поспешил за тёмным и хрупкой фейри, танцующей походкой следовавшей за некромантом. За плечом девушки был изящный лук, а на поясе висел диковинный маленький жезл, представлявший собой узловатую палку с навершием из зеленоватого минерала.

Во дворе их ожидали странные создания, чем-то напоминающие лошадей, — шея их была покрыта гривой из трав, а ноги оканчивались каменными копытами. Спутники Гудмена споро вскочили в сёдла, и вскоре небольшая группа всадников уверенно продвигалась по разбитой дороге на север. Спустя пару часов лес, вплотную подступавший к дороге и, казалось, пытавшийся задержать путников кривыми чёрными лапами ветвей, поредел, и перед глазами раскинулась каменистая пустошь. Кое-где виднелись небольшие стада местных «лошадей», неторопливо щиплющие чахлую растительность и не обращавшие никакого внимания на людей. По мере приближения к скалам становилось холоднее. Дорога превратилась в узкую тропу, вгрызавшуюся в камень и неумолимо устремлявшуюся вверх, к покрытым снегами вершинам. Путники спешились и, оставив животных у подножия, вступили в каменное царство.

Глава 4

Гудмен ощущал, как с подъёмом растет концентрация магического фона. Спутники тоже это почувствовали: некроманта на мгновение окутала мгла, сгустившаяся в костяные доспехи и плащ из клубящейся тьмы; девушка перешла в частичную трансформацию — раскосые глаза приобрели янтарный оттенок с вертикальным зрачком, кожа покрылась густым рыжеватым мехом в крапинку, а кончики ушей украсили темные кисточки. Неслышно ступая впереди, «рысь» чутко вслушивалась в окружающий мир, вибриссы улавливали малейшее дуновение ветра, поэтому фейри первой заметила опасность:

— Пригнитесь!

В то же мгновение в воздухе над тропой закружился водоворот снежинок, исторгнувший веер ледяных стрел. Гудмен распластался на земле и успел увидеть, как с руки тёмного сорвалась клякса и опутала морозного духа щупальцами. Через пару мгновений на тропу, звякнув, упало ледяное сердце.

— Не расслабляйтесь. Это только начало. Морозники любят нападать группами.

Дефбелл оказался прав. Стоило путникам подняться выше, как со всех сторон заискрились снежные водовороты. Светлый выставил перед группой барьер, а сам, облачившись в белую броню, выхватил меч и бросился к ближайшему духу. Краем глаза он видел, как сразу несколько морозников растворились в тёмном облаке. Воткнув меч в центр водоворота, маг затылком почувствовал обжигающий холод, уклонился от очередного врага, в тот же миг растаявшего от огненной стрелы фейри, и метнулся к следующему. Вскоре с морозными духами было покончено.

— А из нас вышла неплохая команда! — улыбнулась девушка, убирая за спину лук. Светлый улыбнулся в ответ, на что Дефбелл хмыкнул и что-то проворчал.

Собрав ледяные сердца, группа продолжила путь. Тропа, обогнув очередной пик, пошла вниз, и перед глазами раскинулось мрачное ущелье, по дну которого извивалась небольшая река. Нагромождения булыжников перемежались чахлыми кустами, ощерившимися острыми шипами, и небольшими скрюченными деревьями. Местность выглядела безжизненной, но впечатление оказалось обманчивым. Проходя мимо очередной кучи камней, Гудмен едва успел отшатнуться, как те пришли в движение и с грохотом начали собираться в огромную неуклюжую фигуру голема. И он был далеко не один. Четверо гигантов, громыхая каменными ступнями, неторопливо окружали смельчаков, нарушивших их вековечный покой. Мимо пронеслась стрела, врезалась в каменную грудь, не причинив никакого вреда. Маг ушел в кувырок, подныривая под кусок скалы, служивший голему рукой, и ощутил, как его осыпало каменной крошкой, выбитой из земли тяжелым ударом. Вскочил и, резко развернувшись, нанес удар мечом, усилив его магией. От широкой спины откололся кусок породы, Голем пошатнулся, но устоял. Некромант не терял времени — в ущелье погибло немало людей и теперь их кости, призванные его волей, формировали мёртвое воинство. Поднявшиеся из земли скелеты по мановению руки покрылись тёмными латами, вооружились мечами и молотами и бросились в бой. Продолжая уворачиваться и наносить удары, Гудмен поискал глазами девушку, но её нигде не было видно. В этот момент с дерева метнулась какая-то тень, и на спину соседнего голема приземлилась рысь. Лапы её оканчивались огромными металлическими когтями, каждый удар которых, высекая искры, крушил каменную плоть.

— Их вообще можно убить? — выкрикнул светлый, продолжая танцевать вокруг голема.

— Вполне, при должном усердии, — ехидно отозвался Дефбелл. По бледному лбу скатилась капелька пота, на поддержание брони скелетов уходило немало сил.

Со всех сторон раздавался грохот, лязг, хруст костей — один из големов был связан боем со скелетами, но те, несмотря на доспехи, не могли противостоять мощным ударам каменных глыб. Некромант кружил вокруг четвертого голема, спутывая руки и ноги гиганта черными кляксами, пока фиолетовая дымка медленно разъедала каменную грудь проклятием порчи. Очередным взмахом когтистой лапы рысь раздробила голову каменного воина, на спине которого висела, в изящном прыжке сорвалась в сторону с падающей громадины, однако один из противников швырнул булыжник, и дикая кошка с воплем рухнула на землю. Гудмен метнул в фейри целительную сферу и в тот же миг был отброшен ударом каменной руки на пару метров. Чувствительно приложившись затылком, он застонал от боли в груди и осмотрел вмятину на доспехе. Однако через силу вновь вскочил на ноги и бросился на врага. Меч раскалился добела, и словно нож в масло вошел в грудь голема. Монстр покачнулся и осыпался грудой камней. Переведя дух, маг поспешил на помощь некроманту, но его противник осел кучкой пыли, а через мгновение под нажимом скелетов рухнул и последний голем, поднимая в воздух облако каменного крошева. Фейри уже вернулась в человеческий облик и сидела на земле, потирая левое плечо.

— Как ты? — участливо спросил Гудмен.

— Нормально. Никогда раньше не испытывала на себе человеческое лечение — как будто тёплой волной окатило, — девушка лениво потянулась и поднялась на ноги.

Тёмный подошел к спутникам, за ним ковыляли несколько выживших скелетов. У некоторых не хватало руки, у кого-то было снесено полчерепа.

— Ну что, готовы прикоснуться к древней магии?

— О чём ты?

Некромант кивнул в дальний конец ущелья, и только сейчас Гудмен заметил в глубине чернеющий зев пещеры.

— Артефакт спрятан там?

— Думаю да.

— Тогда идём.

Троица в сопровождении нежити вошла под каменные своды. Застоявшийся воздух дышал холодом, по стенам сочилась влага, под ногами хрустели чьи-то кости. Пещера тускло освещалась каким-то фосфоресцирующим мхом, густо устилавшим все вокруг, но его света было недостаточно, и Гудмен зажёг магический светляк. Пещера несколько раз ветвилась, но некромант уверенно выбирал путь, как будто уже бывал здесь.

— Откуда ты знаешь, куда идти? — с подозрением спросил светлый.

— Я чувствую зов артефакта. Мы уже близко.

Вскоре проход расширился, и искатели древностей оказались в большом каменном зале. В центре на тёмной отполированной плите лежал осколок неведомой материи. Воздух вокруг него вибрировал, а по телу артефакта пробегали синие искры. Дефбелл приблизился к постаменту.

— Это точно безопасно? — Гудмен ощущал усиливавшуюся тревогу.

— Разве не за этим мы сюда пришли? — звонкий голос Данаэ эхом отдавался от стен каменного мешка.

— Пока не попробуем — не узнаем, — тёмный решительно протянул руку. При соприкосновении с дрожащим вокруг артефакта воздухом он почувствовал сначала сопротивление, как будто погружается в густую жидкость, затем оно сменилось лёгким покалыванием кожи, и вот пальцы мага сомкнулись на загадочном обломке. Последнее, что успел заметить Гудмен, прежде чем светляк погас, это как некромант рухнул на колени, а из невидимых отверстий в стенах хлынул зеленоватый газ.

Интерлюдия 1

Зеленоватое прозрачное ничто. Он висел в нем, словно мушка в янтаре, не в силах пошевелить ни руками, ни ногами. А были ли они у него? Но вот откуда-то снизу начала подниматься тёмная муть, складываясь сначала в тени, а затем и в чёткие образы. Они теснились вокруг, словно вглядывались вглубь аквариума. Старик с крючковатым носом и острым взглядом, суставы которого были неестественно вывернуты после дыбы; черноволосая девушка, объятая всполохами пламени, превращавшего в обугленные струпья нежную кожу; худенький мальчишка с торчащим из груди кинжалом... их были сотни, тёмных магов, сгинувших в последней войне. И вот теперь все они тянули к нему свои изломанные, израненные руки, что-то неслышно шептали искаженными ртами, пока чёрные мглистые щупальца Хаоса оплетали их шеи, протыкали насквозь грудные клетки, взрывали глазницы и опутывали зеленоватый кокон, сжимая пространство до точки.

~~~

Гудмен очнулся от хлёсткого удара по щеке и с раздражением воззрился на бледное лицо некроманта, нависшее над ним.

— Что это было? — он удивился, каким слабым и тихим был его голос.

— Морочий газ. Не столь опасно, сколь неприятно. Да и времени много потеряли, пока вы тут смотрели «чудесные» сны.

— Можно подумать, ты не уснул — ты же первый свалился.

— У меня иммунитет к ядам. Это артефакт — приноравливаясь к хозяину, он пьет его жизненные силы, — Дефбелл действительно выглядел осунувшимся и ещё более бледным, чем обычно, под глазами залегли тёмные круги. — Нам следует поторопиться, не хотелось бы заночевать в горах или в Туманном лесу.

Светлый поднялся и взглянул на фейри. Лицо Данаэ утратило обычную жизнерадостность, видимо, и ей привиделись кошмары. Пытаясь отогнать мрачные мысли, маг зашагал к выходу.

~~~

Но подземное царство не собиралось так легко их отпускать. Минуя очередную развилку, путники услышали какой-то звук — будто десятки когтистых лапок скребли по камням.

— Вы это слышали?

— Бежим! — фейри явно была встревожена. — Это спайдераты и они приближаются!

— Крайне неприятные создания, — кивнул тёмный и ускорился, — чем-то напоминают крыс, но плюются паутиной. Обожают нападать толпами.

— Стойте, мы, кажется, не туда свернули, — выкрикнул на бегу Гудмен.

— Уже поздно, они на перекрестке, мы не сможем вернуться тем же путём, — Дефбелл на ходу кастовал какие-то чары, отчего проход позади заволокло фиолетовым туманом.

— А есть другой путь?

— Есть, но он тебе не понравится, Альбинос.

Шум позади стал стихать, и троица замедлила шаг. Каменная нора сужалась и уходила куда-то вниз. Атмосфера давила предчувствием неприятностей, и Гудмен пожалел, что некромант уже отпустил скелетов на покой. Светляк едва разгонял темноту, ноги по щиколотку утопали в ледяной воде, с журчанием устремлявшейся куда-то в глубины горы. Данаэ шла впереди, так как кошачье зрение позволяло ей отлично видеть в темноте. Внезапно она остановилась.

— Там что-то есть, — дрожащим голосом проговорила она.

Гудмен вытащил меч, отодвинул девушку в сторону и медленно двинулся вперед. Тёмный схватил его за плечо, но было поздно. Из тьмы метнулось щупальце и, вмиг обвив светлого за пояс, утянуло в чёрный провал. Спутники кинулись вперёд и вступили в огромную пещеру, все дно которой покрывала аморфная масса грязно-розового цвета. Гудмен, опутанный щупальцами, болтался в дальнем конце подземного зала.

— Давно не виделись, некромант, — гулкий голос будто звучал в голове, а не наяву. Биомасса колыхалась, выбрасывая отвратительные протуберанцы.

— А ты ни чуточки не изменился, Кромул.

— Отдай мне то, что забрал в Хранилище, и я пропущу вас. А этот беловолосый послужит мне отличным десертом.

— Зачем тебе артефакт? Ты ведь любишь только живую плоть.

— Он — частица моего мира. А ты знаешь правила. Еда и развлечение. Иначе никто не пройдёт.

— Не в этот раз, Кромул. Хочешь, споём тебе песню, чтоб не было скучно. Ты ведь не желаешь кануть здесь в небытие? Обещаю, в следующей раз я приведу много еды.

Биомасса пошла волнами, в головах присутствующих раздавался белый шум.

— Ладно, забирай побрякушку. Но человек останется мне.

— Хорошо, тогда пропусти нас.

Мерзкое тело существа сдвинулось в сторону, открывая узкий проход.

— Ублюдок! — заорал Гудмен и рванулся в объятиях из отвратительной розовой плоти, но безуспешно.

«Так и знал, что тёмным нельзя доверять», — с горечью подумал он. Однако, присмотревшись, заметил, что губы некроманта шевелятся, а в рукаве что-то блеснуло. Светлый продолжил осыпать некроманта ругательствами, пока двое бывших соратников шли через пещеру. Достигнув выхода, Дефбелл резко развернулся и швырнул в биомассу руну, сотканную из собственной крови. Присутствующие чуть не оглохли от дикого вопля в головах, существо запузырилось, покраснело, щупальца, удерживающие Гудмена, разжались, он рухнул вниз и тут же был подхвачен подскочившим некромантом.

— Бежим! Это не задержит его надолго.

И они побежали. Изо всех сил, не разбирая дороги. Наконец впереди забрезжил свет, и троица вылетела к подножию горы.

— Магия крови, да ты настоящий псих! — задыхаясь, проговорил Гудмен. — Но спасибо...

— Не обольщайся. Я сделал это не ради тебя. Ты нужен для другого, — тёмный скривился.

— Что это за монстр? — Данаэ, казалось, и не заметила, что они пробежали такое расстояние.

— Гобблер. Существо не из нашего мира. Он живет в этих подземельях уже тысячи лет.

— Отвратительное создание.

— Не спорю. А теперь давайте найдём наш транспорт.

Вскоре путники уже покачивались в сёдлах по направлению к дому некроманта.

~~~

Данаэ, задумавшись, шла по центральной улице О’Шэннон’Бира.

— Дана, ты задержалась, — строгое лицо матери выражало крайнюю степень раздражения. — Ты слишком много времени проводишь с этими отбросами.

— Я выполняю поручение Королевы Зимнего двора, ты же знаешь.

— Уна О’Рианнон всегда пыталась ослабить наш род, забирая лучших воинов. Какое нам дело до людских проблем?

— Их проблемы скоро могут стать и нашими, — в памяти Данаэ были еще свежи картины Леса легенд, на теле которого разрастались язвы чуждой тёмной силы. Открывшиеся в мире людей прорывы каким-то образом постепенно заражали и изнанку.

Мать поджала губы, но ничего не сказала.

— Как там Оран?

— Бесполезное приобретение. Как обычно, отлынивает от тренировок, целыми днями бродит по лесам и полям, распевая песни. Даже сейчас музицирует в саду. Не такую кровь хотела я влить в род. Постарайся вразумить его, Дана!

Юная фейри, вздохнув, направилась в сад. В увитой цветами беседке на берегу небольшого пруда сидел симпатичный юноша с золотистыми кудрями, держа на ладони невзрачную пичугу. Птица, склонив голову набок, издала короткую трель. Оран улыбнулся и ответил мелодичным чириканьем с прищёлкиваниями. Увидев приближающуюся Данаэ, юноша ссадил птицу на резной столик и бросился навстречу. Обнявшись, молодые люди присели на берегу пруда.

— Расскажи мне, как там, у людей? — на лице юноши был написан живой интерес.

— Как обычно — мрачно, опасно, уродливо, — усмехнулась девушка. — Но если ты хочешь когда-нибудь отправиться туда, тебе следует прислушаться к матери.

— Я не создан для сражений, Дана.

— Оран, послушай, ты должен научиться защищать себя. Вряд ли песни тебе в этом помогут.

— Это не просто песни. Я научился понимать язык птиц и зверей, — Дана приподняла брови, ее всегда поражало, как магия изнанки меняла человеческих детёнышей, вплетая в их примитивную природу древние умения фейри. Вот только результат был непредсказуем. Кто-то обретал действительно полезные силы, а кому-то доставались изящные искусства.

Оран появился в роду 17 лет назад, как очередная дань жителей Мистерии. Народ фейри за долгие века существования постепенно вырождался, поэтому им так нужны были человеческие дети. Свежая кровь усиливала избранные ветви магического народа.

— И это еще не всё! Мне кажется, что моё пение влияет на окружающих. Быть может, мне суждено стать бардом?

— А вот это уже интересно. Поддержка в бою — это довольно полезное умение.

— А с кем ты сражалась в сегодняшнем походе? Расскажи, ну пожалуйста, — и Данаэ не смогла отказать.

Глава 5

Несмотря на тяжелый день, Гудмену не спалось. После нескольких безуспешных попыток забыться он поднялся с кровати и вышел в коридор. Показалось, что неясная тень метнулась в дальний угол и растворилась в стене. Медленно маг побрёл вниз. На столике в гостиной стояла початая бутылка вина. Светлый плеснул немного в стоявший рядом бокал и поднес ко рту. Ароматная пряная жидкость растеклась по языку, согревая и прогоняя лишние мысли. «Недурно, видимо, вино из запасов фейри», — подумалось ему.

Пройдясь по первому этажу, Гудмен заметил, что дверь в подвал приоткрыта. Потянув ручку, он оказался на круто сбегавшей вниз лестнице, тускло освещённой магическими светильниками. Дверь позади с грохотом захлопнулась. «Что ж, делать нечего, только спускаться в подвал». Миновав пару пролетов, светлый увидел еще три двери. В щели под одной из них был виден свет, туда-то он и направился. Это оказалась небольшая лаборатория. Стол в центре был заставлен алхимическим оборудованием, в склянках на полках плавали какие-то отвратительные ошмётки, видимо, части местных монстров. На дальнем столе были разложены пучки трав.

— Не спится? — не оборачиваясь, усмехнулся Дефбелл, колдовавший над колбой с пурпурной жидкостью.

— Твой дом не слишком располагает к отдыху, — проворчал светлый в ответ.

— Аарон фон Спук весьма недоверчив к посторонним.

— Аарон?..

— Дух-хранитель дома. Полагаю, вы уже отчасти знакомы. Спуки, покажись во всей красе!

Из стены материализовалось нечто, сотканное из синего тумана, с горящими красными глазами и разверстой зубастой пастью от уха до уха (впрочем, ушей у привидения не было). Некромант закрепил колбу в держателе над горелкой и ехидно посмотрел на застывшего Гудмена, вокруг которого неторопливо проплывал призрак, едва не касаясь того когтистыми лапами.

— Ладно-ладно, не пугай гостя, он нам ещё пригодится.

— Меня не испугать привидениями, — раздраженно рявкнул маг.

— Для бесстрашного борца с нечистью ты слишком напряжён.

Призрак тем временем сменил форму, и теперь перед Гудменом красовался невысокий толстячок с добродушным лицом, добрую половину которого занимали пушистые рыжие усы. Одет он был в расшитый серебром тёмно-синий камзол, полосатые панталоны и лакированные туфли с загнутыми носками.

— Разрешите представиться, Аарон фон Спук, бывший владелец и бессменный дух-хранитель сего роскошного жилища, — человечек расплылся в жизнерадостной улыбке. Светлый шутливо поклонился в ответ.

— Что это за зелье? — кивнул он на колбу, содержимое которой уже сменило цвет на тёмно-зеленый.

— Следующий фрагмент артефакта спрятан на болотах, а местные обитатели сплошь ядовиты. Вам с Даной не помешает универсальное противоядие.

— Какая забота, — с иронией ответил Гудмен.

— Поверь, я тоже не в восторге, но было бы глупо потерять спутников еще в начале миссии, — некромант помолчал, задумавшись, потирая шрам на ладони. — Когда это произошло с нами, Гуд? Когда мы стали врагами и клятвопреступниками?

— Ты все еще помнишь это? — светлый уставился на такой же шрам на своей руке. — «Навеки в беде любой, стоим друг за друга горой». Мы были детьми, Деф, наивными детьми.

— Мы были друзьями! Пока совет Гильдии не запудрил тебе мозги. И посмотри, к чему это привело.

— Вы использовали людей в своих чудовищных экспериментах. Живых людей!

— Приговорённых к смерти преступников, давших согласие.

— Ты так в этом уверен?

— Я уверен лишь в том, что война магов была ошибкой.

— Я не хочу говорить об этом.

— Конечно, ты ведь не замечаешь, что твоя белая мантия вся в потёках крови!

Гудмен хотел ответить что-то резкое, но перед глазами всплыла зеленая муть, и он лишь устало вымолвил:

— Мы друг друга стоим. Нет смысла теперь всё это ворошить. Давай просто выполним своё предназначение.

Некромант кивнул и принялся разливать свежеприготовленное зелье во фляжки.

~~~

Спустившись к завтраку (интересно, кто в этом доме готовит и убирает, неужели зомби?), Гудмен застал там только тёмного, склонившегося над картой.

— Поход откладывается на завтра, у Даны появились срочные дела на изнанке. Да и нам стоит набраться сил, бессонная ночь ещё никому не пошла на пользу.

Светлый присел за стол и налил себе кофе.

— Вот, я наметил маршрут, — некромант придвинул ему карту, — можешь изучить на досуге. Если тебе нужно что-то из снаряжения, то в Мистерии есть пара ремесленников, с которыми у меня связи. Путь на юг неблизкий, как минимум одна ночевка по дороге нам обеспечена.

Карта изобиловала пометками и схематичными изображениями отвратительных монстров. Нужная точка была расположена в глубине болотистой местности, на небольшом островке.

— Кого следует опасаться в первую очередь? — Гудмен с интересом разглядывал рисунки.

— Проход к руинам, где спрятан артефакт, охраняет Гидра. Одно из местных племён не прочь избавиться от чудовища, возможно, нам удастся заручиться их поддержкой. Хотя назвать аборигенов дружелюбными язык не повернётся. Остальные обитатели — мелкие монстры разной степени паршивости.

— Надеюсь, у тебя есть план по очарованию аборигенов, — усмехнулся маг.

— Я работаю над этим.

— А что будет с найденным вчера обломком артефакта, пока мы отсутствуем?

— Он в надёжном месте, не беспокойся.

— Я бы хотел взглянуть на него поближе.

— Увы, дотронуться до артефакта может только тёмный маг. Сила, заключённая в тёмной материи, способна мгновенно выжечь твои магические каналы. Даже мне нелегко с ним обращаться, — Дефбелл продемонстрировал ладонь, покрытую десятком обожженных по краям микропроколов.

— Ладно, оставляю тебя развлекаться с твоими игрушками, — Гудмен встал из-за стола, — а я пока пройдусь по селению.

~~~

Быстро миновав лесную тропу, светлый приблизился к Мистерии. Ворота были распахнуты, и сквозь них тянулся караван гружёных повозок. Пристроившись к обозу, маг вошёл в поселение. На площади царило оживление. На собранных на скорую руку прилавках раскладывали товары, доставленные из порта. Люди и нелюди толпились у импровизированных витрин, спорили, торговались, ощупывали продукцию. Решив сначала заняться делами, Гудмен отправился искать кузнеца, рекомендованного некромантом. Всё-таки схватка с каменными големами не лучшим образом сказалась на остроте единственного меча, которым располагал светлый. Кузнец нашелся в некотором отдалении от площади. Здоровенный детина, покрытый потом и копотью, умело орудовал молотом.

— Приветствую, почтенный Хаммербиг, я от Дефбелла, — обратился маг к кузнецу.

— Почтение можешь засунуть себе в ..., а здесь в ходу только звонкая монета, — грубиян отёр пот со лба и свысока посмотрел на гостя.

— Сколько возьмёшь за ремонт? — Гудмен протянул кузнецу меч.

Отложив молот, тот с восхищением провел ладонью по лезвию, украшенному затейливой вязью, огладил гарду и прищёлкнул языком.

— Отличная работа. С «большой земли», вестимо?

Маг кивнул.

— Со скидкой тёмного господина 50 золотых за заточку. Если дашь еще столько же, могу усилить зачарование и добавить эффект длительного кровотечения.

— Идёт, — светлый, поморщившись от здешних цен, полез в кошель.

— Приходи через пару часов и не узнаешь своего красавца, — прогрохотал кузнец, пряча деньги в необъятный карман.

Навестив еще одного ремесленника и приобретя походное снаряжение, Гудмен вернулся на площадь. Слоняясь между прилавками, он заметил необычного торговца. На столике перед ним стояла клетка, в которой томились птицы насыщенного голубого цвета. По лазурным перьям пробегали серебристые искорки. Птицы желаний — огромная редкость — находились под запретом на «большой земле». Хотя здесь, где изнанка тесно соприкасается с миром людей, закон не писан. По рыжим волосам и родинке в виде четырёхлистного клевера под носом маг опознал в продавце лепрекона. Поймав осуждающий взгляд Гудмена, фейри поманил того рукой, загадочно улыбаясь. Светлый шагнул к прилавку, и лепрекон тут же заговорщицки зашептал:

— Лучшие птички для светлого господина, всего 1000 золотых и Ваше желание будет исполнено, — в этот момент маг почувствовал, как проворные пальцы отцепили с пояса кошель.

Резко развернувшись, светлый в два прыжка нагнал улепётывающего рыжего подростка, схватил того за шиворот, но мальчишка вывернулся и, рухнув на землю, завопил, потирая покрытую синяками руку. Кошелька у него уже не было, и Гудмен с удивлением обнаружил его у себя на поясе. Вокруг собиралась толпа, в которой преобладали фейри. С дальнего конца площади приближался стражник.

— Так-так, нарушаем, господин светлый маг? Нападение на фейри, да ещё и ребёнка, карается на нашем острове...

— Боюсь, это небольшое недоразумение, господин страж, — перебил того воркующий голос, и из-за спины Гудмена выступила черноволосая фейри, которую он уже встречал в замке управителя.

Солнечный свет подчёркивал фарфоровую бледность лица, а несколько чёрных локонов, выпущенных из высокой причёски, словно змеи, струились по изящной шее. Собравшиеся вокруг нелюди почтительно поклонились, а юный лепрекон сжался на земле под взглядом тёмных глаз.

— Этот проказник — племянник Свиндлера О’Кловера, — торговец птицами недовольно поморщился. — И кажется, у меня появилось несколько вопросов к методам воспитания этого гражданина.

Девушка знаком повелела мальчишке встать и приблизиться к ней. Осмотрев синяки, она спросила, указывая на торговца:

— Это ведь он сделал, не так ли? И он заставил тебя украсть кошель у господина мага?

Мальчик потупился и робко кивнул. Фейри величаво обернулась к старому лепрекону и сухо промолвила:

— Сворачивай торговлю, Свиндлер. Тебя уже ждут в Башне покаяния. А ты, малыш, беги домой и ни о чём не переживай.

— Спасибо, госпожа Кейра О’Рианнон.

Девушка взяла Гудмена под руку и повлекла в сторону от расходящейся толпы.

— Кажется, мне тоже стоит поблагодарить Вас за вмешательство, — маг невольно залюбовался гордым профилем фейри.

— О, сущие пустяки. Но Вам стоит быть внимательнее. Среди нас хватает шутников. Лучше расскажите, как продвигается ваша миссия.

— Миссия?

— Не делайте такое лицо, — смех красотки звучал серебряными колокольчиками. — Данаэ послана вам в помощь моей сестрой, Королевой Зимнего двора. Конечно, мы в курсе, зачем Вы здесь. Но я еще не успела пообщаться с Даной, поэтому жду от Вас увлекательного рассказа. Вы ведь нашли его, обломок Хаоса?

— Вот как вы его называете...

— Это истинная природа материи, из которой создан артефакт. Ну же, рассказывайте.

И Гудмену ничего не оставалось, как поведать девушке об их злоключениях в ущелье Стоунмауф.

— Из Вас получился отличный рассказчик. Что ж, пожалуй, мне пора. Удачи, господин светлый маг, надеюсь услышать продолжение истории, — фейри помахала рукой напоследок и растаяла во вспышке портала, а мужчина зашагал к кузнице.

Там его уже ждали. Гигант протянул меч, на лезвии которого красовались новые руны. Гудмен поблагодарил кузнеца и поспешил к воротам: «Пожалуй, на сегодня достаточно приключений».

~~~

Над столом в центральной комнате кружил Спуки, одной рукой накручивая рыжий ус, другой дирижируя тарелками и столовыми приборами, расставляя их в одному ему ведомом порядке. Одежда вошедшего через несколько минут некроманта оказалась покрыта разноцветными пятнами, — похоже, не все эксперименты увенчались успехом. Окинув Гудмена недовольным взглядом, он проворчал:

— На твоём месте я бы переоделся.

— На себя посмотри, — огрызнулся светлый.

Дефбелл опустил глаза и беззаботно расхохотался.

— Я по крайней мере не таскаю на рукаве следящий порошок, — сквозь смех выдавил он.

— Что?! — Гудмен осмотрел куртку, но ничего не заметил.

— Судя по всему, ты столкнулся с Кейрой. Мой тебе совет, держись от неё подальше, она опасна.

— Мне тоже показалась странной настойчивость, с которой она расспрашивала об артефакте, — маг задумался, а было ли случайностью происшествие на площади, или всё было заранее подстроено.

— Просто отдай куртку Спуки, он разберётся, — призрак тут же материализовался из пола и, подхватив одежду, поплыл по коридору.

Дефбелл вскоре вернулся в чистой рубашке и с аппетитом приступил к трапезе.

— Не переживай, с фейри всегда нужно держать ухо востро, — подбодрил он Гудмена, разливая по бокалам вино.

— Даже с Даной?

— Хм, и с ней тоже. Хотя сама девушка чужда интригам, её могут вынудить действовать в интересах О’Виллоу. Да и Уна оказывает на неё сильное влияние.

— Похоже, ты там со многими на короткой ноге.

— Хочешь жить — умей вертеться, — усмехнулся некромант и отсалютовал светлому бокалом.

Под действием вина маги расслабились и за беседой не заметили, как стемнело. Впервые на новом месте, добредя до кровати, Гудмен провалился в глубокий спокойный сон.

Глава 6

Наспех позавтракав, трое путешественников оседлали «лошадей» и трусцой направились на юг. Никто не заметил, как из дома вслед за ними выпорхнула небольшая птичка с золотистым хохолком. Перелетая с дерева на дерево, она сопровождала группу, держась в отдалении. Дорога миновала восточную стену Мистерии и углубилась в Туманный лес. У каждого всадника на шее болтался медальон из серого минерала с белесыми прожилками — подарок Данаэ, призванный сделать путников незаметными для большинства порождений Тумана. А в притороченных к сёдлам походных сумках хранился запас зелий от любой напасти, заботливо подготовленных Дефбеллом. Ещё в бытность студентом Академии он проявлял незаурядный талант к алхимии, впоследствии отточенный многочисленными опытами на основе знаний, почерпнутых из старинных книг.

Гудмен настороженно оглядывался, однако дымка, клубившаяся промеж деревьев, не позволяла разглядеть, что таилось в глубинах леса. Проторённая дорога свернула куда-то к западу, и путникам пришлось продолжить движение по едва заметной тропе, петлявшей в южном направлении. Хохлатая пичуга вынуждена была отстать, чтобы не быть замеченной в этом безжизненном царстве туманов и теней. Монотонное движение убаюкивало, веки налились свинцом, чей-то голос напевал тоскливую песню...

Интерлюдия 2

Войди-войди в мой сладкий сон,

Пускай туман укроет нас,

Чтоб ни один тебя не спас,

Когда придет великий Он.

Веретено кудель прядет,

За оборотом оборот, -

Привяжем накрепко тебя,

Когда великий Он придет.

Пока мы водим хоровод,

Великий Он уже идет.

В глаза Ему ты посмотри -

И душу больше не держи!

Он ощутил себя привязанным за руки и ноги к огромному дереву, вокруг которого кружились полуобнажённые девушки. На месте лица у них клубился туман, из него же были сотканы обрывки призрачной одежды. Внезапно раздался оглушительный треск, и деревья в отдалении начали заваливаться. Кто-то огромный приближался к поляне. Девушки задвигались в бешеном ритме, и вот над деревьями показалась гигантская рогатая голова с горящими в глазницах зелёными огнями. Не смотри ему в глаза, не смотри!..

~~~

Гудмен проснулся от пронзительного голоса фейри. Та трясла его за плечи, с тревогой всматриваясь в лицо.

— Кажется, я задремал, — растерянно пробормотал он.

— Идиот, нельзя спать в Туманном лесу, — раздражённо проговорил некромант.

— Ты смотрел Ему в глаза? Отвечай! — Дана ещё раз встряхнула мага.

— Кому ему? О чём вы все говорите?

— Хозяин Туманного леса. Он приходит во снах, и всякий кто посмотрит ему в глаза, будет найден наяву и... В общем, я таким простакам не завидую, — ответил за девушку тёмный.

— Так это рогатое зеленоглазое чудо-юдо и есть Хозяин леса?

— Чёрт, кажется нам стоит поторопиться! Охота началась. Если не выберемся из леса прежде, чем он нас настигнет — всем конец.

Троица пришпорила «коней» и понеслась по тропе во весь опор. Птица едва успевала за ними, а вдалеке уже раздавался треск и шум от падения деревьев. «Лошади» взмокли, лица путников были исцарапаны острыми ветвями, пытавшимися задержать их, туман вихрился вокруг, застилая дорогу. Шум позади приближался, уже была слышна тяжёлая поступь, а над вершинами деревьев покачивались огромные рога. Внезапно лес расступился, и «лошади» вылетели на открытое пространство. Из-за деревьев прозвучал оглушительный рёв, и рядом с путниками рассыпалось трухой дерево, пущенное вдогонку мощной рукой лесного духа.

— Кажется, пронесло, — с облегчением проговорил Дефбелл, отирая кровь с рассеченной брови.

Рядом кто-то застонал, и, обернувшись, все с удивлением заметили скорчившегося на земле златокудрого юношу. Порванный рукав был окровавлен.

— Оран, как ты здесь оказался?! — воскликнула фейри.

Соскочив с лошади, она подбежала к раненому и склонилась над ним.

— Я проследил за тобой и в последний момент, обернувшись птицей, проскользнул в портал. И всё было отлично, пока Хозяин леса не погнался за вами, — юноша попытался встать, но скривился от боли.

— Позволь мне осмотреть его, — руки подошедшего Гудмена вспыхнули тёплым светом.

— Какого чёрта ты не присматриваешь за братом, Дана! — некромант был очень зол. — Мы не можем вернуться сейчас, и обуза нам не нужна.

— Я не обуза, я могу помочь! — с вызовом воскликнул парень.

— Дефбелл прав, Оран. Ты не можешь пойти с нами. Это слишком опасно, — девушка переводила взгляд с одного на другого.

— Я никуда не уйду. Разве ты забыла наш последний разговор? Ты сказала, что поддержка в бою...

— О чём он? — перебил тёмный.

— Оран открыл в себе способности барда. Кроме того, он говорит на языке птиц и зверей.

— Хм, ну может из этого что-то и выйдет.

— Нет! — девушка закрыла собой раненого, над которым колдовал Гудмен, и топнула ногой. — Я никогда не прощу себе, если с ним что-нибудь случится.

— И что ты предлагаешь? Путь через лес нам пока заказан, портал на изнанку здесь не открыть, оставить его в Пустошах тоже не вариант.

— Похоже, у нас и правда нет выбора, — Гудмен уже закончил с лечением и подошёл к остальным. — Я пригляжу за мальчишкой. К тому же, как я понял, он всегда может обернуться птичкой и упорхнуть на безопасное расстояние.

— Ну, я ещё не настолько силён, чтобы часто совершать трансформацию, — Оран смущённо потупился.

— Ладно, не будем терять времени. Нам нужно добраться до Изумрудных холмов до темноты. В Пустошах мы слишком заметны для чужого глаза.

Данаэ влепила брату подзатыльник, и, вскочив в седло, указала себе за спину. Мальчишка разместился позади девушки. Оба были невысокими и хрупкими, и крепкая местная «лошадка» не испытывала особых проблем от двойной нагрузки. Разросшаяся команда продолжила путь на юг.

Глава 7

Пустошами на Блэкенде называли обширную степную зону, в западной части которой обитало племя Степняков, занимавшихся приручением местных «лошадей» и их продажей в Мистерию. Кроме этих по-своему красивых животных на просторах Пустошей можно было встретить странных двухголовых птиц с длинными мощными ногами и задатками крыльев и вёртких созданий, похожих на койотов, но покрытых чешуёй. Путники не представляли интереса для местных обитателей, если не считать огромную хищную птицу, одиноко кружившую в вышине и зорко следящую за их передвижением. Впрочем, и она не рискнула приблизиться к людям. Поэтому они без особого труда пересекли степь и оказались в живописной долине, раскинувшейся между покрытых буйной растительностью холмов. Разместившись в тени деревьев на берегу кристально чистого ручья, путешественники начали готовиться к ночлегу. Дефбелл начертил вокруг импровизированного лагеря сигнальный круг, замкнув его замысловатой фигуркой из костей. Гудмен с Ораном установили палатки, а Данаэ, набрав хвороста, разожгла костер и принялась за приготовление ужина. Вскоре все уютно расположились у огня с плошкой ароматно пахнущего жаркого и, изредка перекидываясь ничего не значащими фразами, отдали должное поварскому мастерству фейри.

Определив очерёдность дежурства и оставив на часах некроманта, остальные разошлись по спальным местам. Поплотнее закутавшись в плащ, тёмный задумчиво смотрел в звёздное небо. Мрачные мысли неотступно следовали за ним по пятам. Всё внутри противилось тому, что ему предстоит совершить. Ещё каких-то несколько дней назад Дефбелл был уверен, что справится, что ненависть придаст ему стойкости. Но чем больше времени он проводил с Гудменом, тем отчётливее становились воспоминания детства и юности. Да, судьба развела их по разные стороны баррикад, но он так и не смог вытравить из сердца тёплые чувства к побратиму. Тяжело вздохнув, некромант подбросил в костёр дров и принялся перебирать в памяти всё, что знал о Хаосе. А спустя пару часов из палатки выбралась сонная Данаэ и сменила его.

Ночь обошлась без происшествий, в турке на костре уже закипал кофе, распространяя по лагерю бодрящий аромат, когда Оран, беззаботно напевавший что-то себе под нос, плескаясь в ручье, вдруг с вскриком отшатнулся от воды. Все обернулись, Дана потянулась за луком, Гудмен обнажил меч — над водной гладью покачивалась змеиная голова, раздвоенный язык словно ощупывал пространство перед ней, в воздухе раздавалось отчётливое шипение. Глаза твари были направлены на юного барда. И Оран, подавшись вперёд, вдруг изобразил такое же шипение. Змея щёлкнула зубами и, издав ещё несколько звуков, проворно ушла под воду.

— Брат, ты в порядке? — фейри подскочила к юноше, но он отстранился и развернулся к остальным:

— Снейквайз не враг нам, наоборот, он предупредил о приближении стаи болотников, — на лице юноши боролись восторг и тревога.

— Болотники, — озадаченно протянул тёмный. — Что они забыли в Изумрудных холмах?

— Может, их что-то вспугнуло? — Дана была встревожена не на шутку. — Но почему змей решил заговорить с тобой?

— Ну, мы определённым образом знакомы, — парень опустил глаза. — Как ты знаешь, змеи мудрые создания и способны путешествовать между миром людей и изнанкой. В общем, когда я гулял по лесам вокруг О’Шэннон’Бира, я немного помог ему. А он помог нам. Видишь, а ты не хотела брать меня с собой.

— Тогда нам лучше побыстрее свернуть лагерь, чтобы во всеоружии встретить любую опасность, — Дефбелл потушил костёр, остальные бросились собираться.

— Может просветишь меня, что это за болотники? — подал голос Гудмен, приторачивая свернутую палатку к седлу.

— Существа с лягушачьей головой и телом собаки. Перепонки на лапах позволяют им быстро передвигаться в воде, а длинный язык имеет присоску, крепко приклеивающуюся к жертве и впрыскивающую яд. Так что пара глотков противоядия заранее не помешает.

— Припоминаю такой рисунок на карте, — кивнул Гудмен, отхлёбывая из фляжки тягучую зелёную жидкость. — Из какой дряни ты это сварил?!

— Вам лучше не знать, — усмехнулся некромант, — а то распрощаетесь с завтраком.

Маленький отряд уже пробирался между холмами, когда навстречу ему выскочили несколько болотников. На секунду замерев, самый крупный из них резко прыгнул в сторону Гудмена, выбрасывая из пасти длинную плеть языка. В руке мага блеснул меч, и отвратительный кусок плоти полетел в сторону, вторым ударом он отправил туда же и его обладателя. Несколько существ в то же самое время корчились на земле, покрываясь язвами под воздействием порчи, а ещё парочка были сбиты в полёте меткими выстрелами Данаэ. Вскоре от болотников остались лишь дурно пахнущие трупы. Фейри оглянулась на брата. Лицо юноши было бледно, но он изо всех сил изображал, что ни капельки не испугался.

~~~

Дальше продвигались неторопливо, внимательно осматривая окрестности. Чем ближе они подбирались к Чёрным топям, тем жарче становилось вокруг, одежда липла к телу. В воздухе потянуло тиной и зловонными испарениями. Холмы плавно перешли в относительно ровную поверхность, заросшую кривыми деревцами и папоротником, среди которых то тут, то там поблёскивали лужицы воды. Вскоре «лошадей» пришлось оставить, так как почва стала топкой, и приходилось идти след в след, утопая по щиколотку в торфе, местами перескакивая с кочки на кочку. Чёрная топь по сторонам успешно маскировалась ядовито-зелёной ряской, завлекая незваных гостей мерцающими голубоватым светом цветами наподобие кувшинок. Шедший посередине Оран, оступившись, вскрикнул, и Гудмен едва успел поймать его за руку. Юноша приподнял ногу, которая погрузилась в топь на считанные мгновения, и с ужасом уставился на склизкое чёрное нечто, обвившее голень.

— Не бойся, парень, это всего лишь пиявка-переросток, хоть и ядовитая, — Дефбелл отодвинул светлого в сторону и присев, коснулся блестящего тельца иссушением. Пиявка тут же сморщилась и через минуту опала сухой оболочкой. Гудмен хотел было залечить кровоточащую рану, но некромант остановил его:

— Не трать энергию, Гуд, здесь достаточно и целебной мази, — он вытащил из поясной сумки пузырёк и щедро смазал укус противно пахнущей субстанцией. Края ранки на глазах стали затягиваться. — Ну вот и всё. Не лучшая у тебя обувь для похода по болотам.

Оран грустно посмотрел на свои туфли из тонкой кожи, вымазанные болотной тиной. А затем поднял глаза на протягивающую запасные сапоги Данаэ.

— Зато сестра у меня самая лучшая! — с гордостью воскликнул он, натягивая обновку.

Тёмный хмыкнул и, убрав склянку в сумку, двинулся было вперёд. Но тут болотная поверхность вспучилась, сначала над зловонной жижей показались глаза на усиках-антеннах, а затем на островок, где ютились путники, выпрыгнула странная рыбина. Беззвучно разевая пасть с двумя рядами зубов, она неуклюже переступала лягушачьими лапами, заменявшими ей задние плавники. А из-под слоя ряски выглядывали всё новые и новые глаза. Ладонь некроманта окуталась тьмой, но тут Оран выступил вперёд:

— Подождите, я кое-что придумал.

Юноша наморщил лоб, потом начал издавать какое-то бухтение, под конец разразившись оглушительным воплем, напоминающим нечто среднее между рёвом быка и завыванием ветра в трубах. Рыбина захлопнула пасть, глаза бешено завращались, и, взмахнув хвостом, уродливое создание нырнуло обратно в болотную жижу, в которой уже скрылись её товарки.

— И как это понимать?

— Ну, я подумал, что земноводные на болотах обычно боятся выпей, и изобразил пение этой птицы, — Оран, стесняясь всеобщего внимания, ковырял носком сапога торф.

— В находчивости тебе не откажешь, — одобрительно заметил тёмный, развеивая заклинание. — Хотя если ты и дальше будешь так петь, то я лучше пропущу концерт местного барда.

Все рассмеялись, и потихоньку двинулись дальше вглубь Болот.

~~~

Отмахиваясь от гнуса, с трудом вытаскивая ноги из чавкающей грязи, путники наконец добрались до относительно большого клочка суши. Уже давно все они ощущали давление посторонней магии, эпицентром которой служила тёмная воронка в центре острова. Из вращающегося жерла время от времени вырывались сгустки тьмы, на лету обретая лапы, пасти и хвосты, расползаясь по окрестностям.

— А вот и то, от чего бежали болотники, — констатировал некромант.

— Это то, о чём я думаю, Деф? — спросил Гудмен, облачаясь в броню.

— Да, скверна из прорывов добралась и сюда. Твой выход, Альбинос, — маг издевательски поклонился, жестом пропуская светлого вперёд.

Меч последнего вспыхнул ярким светом, и порождения Хаоса, надвигавшиеся на отряд, на мгновение отшатнулись, а затем с ещё большим рвением бросились в наступление.

— Отвлеките их, а я разберусь с источником, — выкрикнул Дефбелл и, нырнув в Астрал, полупрозрачной тенью метнулся сквозь строй врагов к воронке.

Гудмен разил нечисть мечом налево и направо, второй рукой поливая противников благим огнём. Фейри обратилась, но теперь когти и зубы рыси испускали волны света, создавая в переменчивой плоти иномирян незарастающие прорехи. Оран парил в вышине, уворачиваясь от летающих монстров, камнем пикируя на головы тварей внизу, пытаясь выклевать глаза. Проявившись около воронки, некромант воздел руку вверх и прошептал заклинание Хранителя. Из пространственного кармана, много лет назад запечатанного Чёртовой дюжиной, появился огромный меч, словно сотканный из звёздного неба. Сжав рукоять Даркбарира, некромант подпрыгнул и вонзил остриё меча в центр воронки. Искорки звёзд погасли, превращая меч в подобие чёрной дыры, засасывающей в себя инородную тьму. Маг почувствовал, как в спину ему впились чьи-то когти, но продолжал проговаривать магическую формулу очищения, затылком чувствуя ледяное дыхание твари. В предплечье вцепились острые как иглы зубы другого монстра, но тот сорвался и был затянут силою Даркбарира. Из последних сил удерживая меч, Дефбелл увидел, как на лезвии вновь проступают серебристые звёзды. В то же мгновение чей-то удар отбросил раздиравшую его тварь, и некромант устало осел на землю.

— А говорил, что не знаешь, где он, — светлый, усмехаясь, протягивал руку, чтобы помочь подняться. Белые латы были расцарапаны и измазаны чёрной жижей, по лбу стекала кровь.

— У каждого свои секреты, — криво улыбнулся Дефбелл, ухватившись за протянутую ладонь. Прихрамывая, к ним приближалась фейри, на плече которой восседала хохлатая птица. Все с интересом разглядывали меч некроманта.

— Это и есть знаменитый Даркбарир? — фейри провела пальцем по тёмному лезвию.

— О да, поглотитель Тьмы во всей красе, — некромант пошатнулся, но устоял. — Все налюбовались? А теперь время зализывать раны.

Он что-то прошептал, и меч растаял в серебристой дымке.

В ход пошло всё — зелье исцеления, вонючая целебная мазь и лечение светлого — у каждого были какие-то повреждения, но больше всех досталось некроманту. Торопясь закрыть воронку, он не стал тратить время на создание доспехов и теперь с раздражением ощущал на спине тёплое воздействие лечебной магии Гудмена. Остальные украдкой разглядывали руны, вытатуированные на бледном худощавом теле мага. Они были соединены на первый взгляд хаотично переплетающимися линиями, но в целом всё это образовывало законченный узор.

— Всё своё ношу с собой, — заметив любопытные взгляды, пробурчал Дефбелл. — И нечего так пялиться, когда-нибудь эти руны спасут жизнь не только мне.

Глава 8

Подлечившись и передохнув, команда сменила курс на юго-восток. Именно там, согласно карте, обитало племя Среброкожих, которых планировалось привлечь на борьбу с Гидрой.

Тёмная болотная жижа предвкушающе чавкала под ногами, гнус роился вокруг путников, и, казалось, конца-края не будет этому странствию сквозь гнилостные испарения, когда в рассеявшейся дымке путь им преградила шеренга странных созданий, ощетинившихся похожим на гарпуны оружием. Тела гуманоидов лоснились гладкой кожей сероватого оттенка, частично покрытой серебристой чешуёй, между пальцами, сжимавшими древка орудий, заметны были перепонки, а с вытянутых лиц, обрамлённых поблёскивающими перламутром плавниками, подслеповато пялились на приближающихся людей и фейри прикрытые белесой плёнкой круглые рыбьи глаза.

— Доброго дня, подданные Серебряной чешуи! — выступил вперёд Дефбелл. — Мы прибыли к вам с мирными...

— На тебе пеш-ш-шать тьмы, ш-шеловек, — почти беззвучно прошептал самый рослый из Среброкожих. — Ты и твои с-спутники пос-с-служат отлиш-шным подношением наш-ш-шему Богу. Взять их-х-х!

Воины решительно двинулись с места, беззвучно открывая и закрывая рты. Гудмен потянулся к рукояти меча, Данаэ выпустила когти, но некромант упреждающе поднял руку:

— Постой, мы не желаем драки, мы пришли с выгодным предложением. Что значат жалкие пять жизней для вашего Бога в сравнении с восстановлением древнего Святилища?

Сделав знак своим подчинённым, предводитель стражей пошлёпал губами и прошептал:

— Ш-што ты знаеш-ш-шь о Святилище, Тёмный?

— Знаю, что в Южном болотном пределе сокрыт алтарь Серебряной чешуи, но ваше племя потеряло связь с ним из-за древнего чудовища — Гидры. Мы могли бы помочь справиться с монстром и в знак добрых намерений принесли с собой дары, усиливающие ваших воинов, — Дефбелл выудил из пространственного кармана несколько склянок с серебристой жидкостью и продемонстрировал рыболюду.

— Ты, видно, надыш-ш-шался ядовитых туманов, Тёмный. Ещ-щё никому не удалось выжить в противос-с-стоянии с Гидрой.

— Не тогда, когда на твоей стороне будет великая сущность, — Дефбелл торжественно поднял руку с зажатой в ней цепочкой, с которой свешивалась переливающаяся всеми цветами радуги крупная чешуйка в коралловой оправе.

Среброкожий уставился на реликвию немигающим взглядом, в то время как остальные рыболюды, беззвучно округлив рты, преклонили колени.

— Откуда у тебя символ Серебряной чешуи? — отмер предводитель.

— Разве так важно, как он попал ко мне, если теперь у тебя появилась возможность воззвать к Божеству и отвоевать Святилище? — рыболюд задумался и, наконец, прошипел:

— С-следуйте за мной, теплокровные, — и резко развернувшись, скрылся в тумане.

Поселение Среброкожих представляло собой скопление лачуг, сплетённых из камыша и осоки, разместившихся на небольшом островке твёрдой земли. В центральной хижине Оран, с трудом преодолевая навалившуюся усталость, вслушивался в обсуждение плана военных действий, с отвращением поглядывая на остатки угощения — вяло трепыхающихся в глиняных посудинах червей, политых зеленоватым соусом, какие-то склизкие водоросли, ощутимо пахнущие тиной, и вязкую чернильную жидкость в кубках. Кроме некроманта никто не рискнул отведать местных «деликатесов», ограничившись принесённым с собой сухим пайком. Хотя, впрочем, местное пойло оказалось весьма недурным на вкус и отлично снимало напряжение. Пожалуй, даже слишком хорошо...

Данаэ сидела на мшистой кочке на берегу, обхватив себя руками, и вглядывалась в бледное зарево светила, лучи которого с трудом продирались сквозь клубящиеся вокруг островка болотные туманы.

— Волнуешься? — в окружающей дымке голос Гудмена прозвучал непривычно глухо. Фейри повела плечами, и, не поворачивая головы, проронила:

— Переживаю за брата, ему тут не место. Но он абсолютно не слушается и рвётся в бой.

— Мы справимся. Не можем не справиться, ведь от этого зависит судьба всего мира.

— Может ты и прав, Светлый, — в голосе фейри затаилась грусть. Она поёжилась и порывисто поднялась с земли. — Пора!

~~~

Отряд Среброкожих под предводительством Иаска — уже знакомого нам рослого рыболюда, на шее которого теперь красовалась реликвия, — споро продвигался по заболоченной местности. Маги и фейри держались чуть позади вождя. Природа, казалось, затаилась в ожидании неизбежного, даже полчища насекомых, ранее досаждавшие путникам, куда-то скрылись. Неожиданно заросли болотной растительности расступились, и воины замерли, напряжённо всматриваясь в стальную гладь небольшого озера, раскинувшегося впереди. Берега утопали в низкорослом папоротнике, а по поверхности воды дрейфовали огромные тёмно-зеленые кожистые листья с мерцающими голубыми кувшинками. В клубящейся дымке на другой стороне озера смутно проглядывали древние руины, покрытые мхом, — видимо это и было утерянное Святилище рыболюдов. Отряд рассредоточился по берегу: в первых рядах встали наиболее крепкие воины, вооружённые гарпунами и трезубцами, а также светлый мечник и сменившая форму фейри; за ними разместились обладатели духовых трубок и местные шаманы, некромант и юный бард. Иаск оглядел воинство и решительно шагнул в прибрежные воды, сжав рукой перламутровый медальон и беззвучно шепча какое-то заклинание.

Гудмен с замиранием сердца следил, как вспенивается и бурлит озерная гладь, исторгая из глубины массивную тушу чудовища. Толстый ствол венчала огромная разверстая пасть с несколькими рядами игольчатых зубов в окружении двенадцати хищно извивающихся покрытых присосками щупалец. Под полупрозрачной кожей монстра видны были направленные вглубь тела пульсирующие отростки, по которым время от времени пробегали красноватые импульсы. Гидра ощерилась в сторону вождя, но в это мгновение он закончил читать заклинание и вскинул руку со священной чешуёй к небу. Позади чудовища закрутился водоворот, из которого стремительно выпрыгнула гигантская рыбина, блеснув на солнце серебряным боком, и впилась в полупрозрачное тело зубами.

Как по команде всё вокруг пришло в движение: мелькали выпущенные из трубок снаряды, воздух кипел от разнообразных заклинаний, округа оглашалась пронзительным визгом разъяренной Гидры, щупальца хлестали по воде, метались к берегу, пытаясь достать обидчиков, извивались, выдёргивая из тела достигшие цели гарпуны, оплетали скользкое серебряное Божество, ловко исчезающее в бурлящей воде и вновь выныривающее лишь с одной целью — вырвать из тела монстра очередной кусок студенистой плоти. Вскрикнул рыболюд, захваченный врасплох проворным отростком, Гудмен успел увидеть лишь искаженные мукой глаза, прежде чем несчастный исчез в утробе монстра. По телу Гидры пробежал мощный импульс, и раны стали затягиваться. Однако уже в следующее мгновение ее окутало фиолетовое облако порчи, и регенерация прервалась, а плоть на месте разрывов покрылась отвратительными язвами, истекающими гноем. Монстр взвыл и снова раскинул щупальца, светлый едва успел отбить атаку, с удовлетворением наблюдая, как вспыхнувший пламенем меч разрубает нацеленный на него отросток, и уворачиваясь от брызнувшей из обрубка жижи. Краем глаза он заметил мелькнувшую справа пеструю молнию, и вот уже рысь повисла на другом щупальце, полосуя его металлическими когтями. А на фоне сражения у каждого из воинов звучала в ушах победная песнь Орана, поднимая боевой дух.

Гидра слабела, но и серебряные бока Божества окрасились кровью. Данаэ, уже вернувшаяся на берег и трансформировавшаяся в человеческий облик, зажимала рану на боку. Побледневший от напряжения Дефбелл отирал пот со лба, да и сам Гудмен, последние полчаса беспрерывно кастовавший щиты и исцеления на соратников, ощущал, что резерв его на исходе. Точку в битве поставил Иаск — раскинув руки в стороны, он прошипел какое-то заклятие, монстра оплели водяные плети, застывая льдом и распространяя по телу Гидры изморозь, а в следующее мгновение уродливое ледяное изваяние разлетелось на куски от мощного броска гарпуна. С шипением останки чудовища растворились в успокоившейся воде, из которой последний раз показалась серебряная рыбина, пристально уставилась на предводителя Среброкожих, затем перевела взгляд на некроманта и, плеснув напоследок перламутровым хвостом, исчезла в тёмных глубинах.

~~~

Залечив раны и похоронив погибших, рыболюды двинулись в обход озера к заброшенному Святилищу. Пристроившись к идущему в арьергарде тёмному, Гудмен задал интересовавший его всё это время вопрос:

— Может хотя бы мне скажешь, где ты раздобыл реликвию Среброкожих?

Тот усмехнулся и подмигнул магу:

— Я и не такое могу сделать в своей лаборатории.

— Ты хочешь сказать, что это подделка?! Но как? И почему тогда она сработала?

— Дело не в побрякушке, которая скорее всего валяется где-то на дне озера, а в вере. Истинная вера Иаска со товарищи, приправленная богоугодным желанием восстановить Святилище, привлекла внимание высшей сущности — вот и весь секрет.

— То есть ты не знал наверное о божественном вмешательстве и вот так запросто рискнул всеми нами, сыграв на чувствах аборигенов? Какой же ты всё-таки гад! — Гудмен отвернулся и, ускорив шаг, пошёл вперёд, с трудом сдерживаясь, чтобы не врезать по самодовольной физиономии тёмного.

— Как будто у меня был выбор... — проворчал вдогонку некромант.

Святилище представляло собой укрытые в небольшой роще несколько полуразрушенных колонн, окружавших алтарь в виде раковины-жемчужницы, на верхней створке которой была изображена серебряная рыба. Среброкожие преклонили колени и зашептали что-то неразборчивое на своем наречии. Затем слаженно принялись расчищать территорию и наводить порядок. Иаск подошёл к стоявшей в стороне группе:

— С-с-сегодня великий день, теплокровные. Мой народ узрел Божес-с-ство во плоти и вернул утраш-ш-шенную с-святыню. Мы благодарны за помощь, вы вс-сегда будете желанными гос-с-стями в Южном болотном пределе, — он приложил руку к медальону и поклонился. Оран с содроганием вспомнил угощение рыболюдов и подумал, что не слишком горит желанием наведаться в эти края ещё раз.

— Но С-с-серебряная чешуя поведал мне, что путь ваш-ш ещё не окончен, и главные ис-с-спытания впереди, — продолжил рыболюд и протянул Дефбеллу прозрачный кругляш, в глубине которого метались серебристые искорки. — Думаю, это вам поможет.

— Спасибо тебе, вождь, — тёмный поклонился в ответ, принимая подарок, — а теперь нам пора. Да хранит вас Серебряная чешуя.

Спутники некроманта также поклонились и отправились навстречу судьбе.

~~~

Южный берег озера не был заболочен и переходил в лесистую зону. С наслаждением ступая по твердой земле, путники углубились в заросли. Узловатые ветви деревьев переплетались над головой, образуя почти непроницаемый для солнечных лучей свод. Тишину царившего вокруг полумрака нарушал лишь шелест палой листвы и редкий треск сухой ветки под неосторожной ногой. Даже Оран, до этого напевавший весёленький мотивчик, притих. Гудмен ощущал на себе ироничный взгляд тёмного, но до сих пор не испытывал желания вести с ним какие бы то ни было разговоры. Отвлёкшись от мрачных мыслей, он поймал себя на том, что последние четверть часа не сводит глаз с ладной фигурки фейри, лёгкой походкой продвигающейся по лесу чуть впереди, навострив украшенные пушистыми кисточками уши. Вероятно поэтому маг последним заметил, как расступились деревья, и группа оказалась на небольшой поляне, в центре которой виднелся потрескавшийся от времени каменный круг, испещрённый рунными письменами. Дефбелл приблизился к сооружению, наклонился и вложил в углубление на камне подаренный Среброкожим кругляш. Руны вспыхнули голубоватым светом, раздался скрежет, и каменная плита пришла в движение, открывая проход в подземелье. Некромант оглянулся на спутников:

— Ждите меня здесь, мало ли какие сюрпризы для светлых подготовил артефакт.

— Ну уж нет, один ты не пойдёшь! — Гудмен решительно шагнул к разверстому люку.

— Как пожелаешь, «спящая красавица», — усмехнулся тёмный, зажёг на ладони светляк и начал спуск.

Подземелье встретило магов затхлым запахом влажной земли и холодом не тронутого солнцем камня. Лестница упиралась в узкий коридор, оканчивавшийся небольшим круглым залом. На полу были вырезаны несколько концентрических кругов, между которыми видна была затейливая вязь символов. В центре рисунка располагался уже знакомый тёмный постамент, однако он пустовал.

— Кто-то побывал тут раньше нас? — Гудмен разочарованно оглядывался.

— Не всё так просто, Альбинос. Артефакт требует жертву. Не входи в круг, если не хочешь остаться без резерва.

Однако предупреждение запоздало — светлый уже заступил черту, мир вокруг задрожал и подёрнулся дымкой, а затем его накрыл непроглядный мрак.

Интерлюдия 3

Он ощущал себя туманом, мириадами крошечных капель, паривших в пространстве вне времени. Он был везде и нигде. Тысячами невидимых глаз он наблюдал за призрачной тёмной фигурой, которая медленно, словно преодолевая сопротивление, двигалась к центру круга. Там, в переплетении светящихся нитей пульсировало пылающее синим пламенем нечто. По мере приближения к средоточию силы фигура истончалась, теряя и без того нечёткие очертания. Но вот в руке её что-то блеснуло, резким движением призрак простёр над пленённым артефактом руку, с которой закапала чёрная жидкость. Там, где тяжёлые капли с влажным звуком касались светящихся жгутов, нити рвались с тонким хрустальным звуком, который отдавался в ушах — разве у тумана есть уши? — всё нарастая, звуча нестерпимым набатом, разрывая в клочья его и без того несуществующее тело...

~~~

В ушах стучала кровь, тело отказывалось повиноваться, в груди ощущалась непривычная пустота, как бывает, когда маг выкладывается по полной. Гудмен не помнил, как оказался на земле, однако усилием воли приподнялся на локтях и осмотрелся. Увиденное заставило его с глухим стоном подскочить на ноги и броситься в центр круга. Некромант лежал без движения, уткнувшись лицом в отполированный камень постамента, окровавленная левая рука свешивалась к земле, а в скрюченных пальцах правой был зажат кусок тёмной материи, пронизанной синими искрами.

— Дефбелл, очнись, ну давай же! — светлый перевернул тело и ужаснулся мертвенной бледности лица. Выхватив с пояса склянку с лечебным зельем, он разжал посиневшие губы и влил целебную жидкость. На какой-то миг ему показалось, что ресницы мага дрогнули, хотя, возможно, это была лишь игра света и тени. С трудом преодолевая слабость, Гудмен подхватил тёмного, оказавшегося куда легче, чем он предполагал, и потащил к выходу.

— Эй, наверху, помогайте! — сдавленным голосом крикнул он в маячащее над головой отверстие. Спустя пару минут общими усилиями им удалось вытащить некроманта на свежий воздух.

— Что с ним? — встревоженно вопрошали фейри.

— Не знаю, кажется, он потерял много крови. Да ещё этот артефакт. Надо как-то безопасно извлечь его, эта дрянь пьёт его силы...

— Вот, держи, — Данаэ протянула светлому какой-то лоскут с изысканной вышивкой. — Это нейтрализует тёмную материю.

Обхватив осколок тканью, Гудмен осторожно разжал пальцы тёмного и освободил артефакт. Отложив его в сторону, он положил ладонь на грудь Дефбелла и попытался призвать энергию исцеления, однако ничего не произошло, внутри по-прежнему была отвратительная бессильная пустота. В отчаянии маг поднял глаза на фейри.

— Я чувствую, как последние крупицы жизни покидают его, а мой резерв восстановится не скоро. Есть идеи?

Девушка дотронулась до его плеча и кивком показала Орану сделать то же.

— Мы поделимся энергией, просто делай своё дело, — в то же мгновение Гудмен ощутил, как в его тело хлынула свежая волна, в воздухе запахло озоном и скошенной травой, а в ушах заиграла нежная мелодия. Ладонь мага окуталась зеленоватым свечением, которое жадно впитывалось в грудь некроманта. Бледность медленно покидала заострившиеся черты лица, наконец тёмный вздрогнул, судорожно вдохнул и открыл глаза. С удивлением обведя взглядом склонившиеся над ним осунувшиеся лица друзей, он смущённо спросил:

— У нас получилось?

~~~

Удобно устроившись в любимом кресле, Дефбелл наблюдал, как языки пламени лениво облизывают дрова в камине. Мысли его были далеко, там, на затерянной в Южном пределе поляне. Впервые за долгое время он ощутил, что кто-то искренне переживает за него, и это непривычное чувство беспокойно ворочалось, мешая сосредоточиться на том, что должно. Светлый и фейри отсыпались наверху, восстанавливая потраченные силы, и даже не подозревали, что впереди их ждёт предательство. Некромант провёл рукой по лицу: «Я должен найти другой выход, клянусь Тьмой», устало поднялся с кресла и шагнул на изнанку.

Глава 9

— Может, наконец, просветишь нас, где искать последнюю часть артефакта? — Гудмен проследил взглядом за привычно порхающим вокруг обеденного стола Спуки с кофейником в руках, и вновь обратил взор на сосредоточенно читающего какое-то письмо тёмного. Тот поднял глаза и, проигнорировав вопрос, расплылся в улыбке:

— Кажется, тебе представился случай побывать на родине нашей очаровательной Даны — я только что получил приглашение на бал по случаю Лугнасада. Думаю, нам всем стоит принарядиться к вечеру.

— О, как здорово, что вы тоже там будете! — в карих глазах пэка вспыхнули золотистые искорки, и светлый засмотрелся на милые ямочки на щеках улыбающейся девушки. — Вам непременно нужно это увидеть, Джеймс!

— Она уже зовет тебя по имени, — подмигнул магу некромант, а Оран удивлённо посмотрел на сестру.

— И только ты все ещё бросаешься детскими прозвищами, — огрызнулся Гудмен и поднялся из-за стола. — Что ж, я вынужден вас покинуть, придётся наведаться в город — боюсь, я не рассчитывал на посещение подобных мероприятий и не прихватил парадную одежду.

— Нам тоже пора, — фейри потянула брата за руку и открыла портал.

— Тяжёлый будет денёк, — пробурчал им вслед Дефбелл и, допив кофе, поманил к себе Спуки.

~~~

Вдыхая свежий, напоённый ароматами незнакомых трав и цветов воздух изнанки, Гудмен с интересом рассматривал помпезные экипажи и разряженную публику, степенно втягивающиеся в широко распахнутые ворота. Дворец Королевы Зимнего двора был великолепен. Выстроенный из белоснежного камня, с обширной галереей, украшенной резными колоннами, и возвышающейся в центре ротондой, увенчанной серебристым куполом с изящным бельведером, он утопал в раскидистых вековых деревьях и роскошных клумбах.

Оказавшись внутри, маги были представлены Королеве. Холодная пронзительная красота этой фейри завораживала — льдистые глаза, белые волосы, шелковой волной сбегающие по плечам и точеной спине, серебристое платье простого, но элегантного кроя, подчеркивающее изящество тела... Но взгляд светлого оказался прикован к медальону — в тонкой серебряной оправе на груди зимнего ангела красовался знакомый осколок Хаоса.

— Развлекайтесь, господа маги, и ни в чём себе не отказывайте! Надеюсь, вам понравится Лугнасад! — чистый звонкий голос Уны развеял наваждение, и Гудмен, вежливо поклонившись и уже разворачиваясь к залу, успел заметить, как девушка невесомо прикоснулась к локтю некроманта и что-то шепнула ему на ухо. Тёмный накрыл тонкие пальцы своей ладонью и поднес к губам, задержав чуть дольше, чем того требовали правила.

А в следующее мгновение магов уже закружила пёстрая толпа гостей. Лепреконы, селки, трау, ланнан-ши, уриски, все в цветах праздника Урожая — жёлтый, оранжевый, золотой, зелёный. Лифы платьев и петлицы камзолов украшали скромные веточки черники. Дефбелл ловко подхватил два бокала с подноса и протянул один магу:

— Не хмурься, Альбинос, тебе это не идёт. Отведай дары уходящего лета.

Вино растеклось по языку мёдом и ягодами, нежно защипало пузырьками и как будто вытеснило все мрачные мысли из головы. Гудмен плыл в потоке незнакомой, но чарующей музыки, отстранённо наблюдая за некромантом, который переходил от группки к группке гостей, улыбаясь одним, нашёптывая что-то другим, и вскоре растворился в осеннем многоцветье волшебного бала. Показалось, или и вправду в последний момент рядом с ним блеснуло серебряное платье?

— Скучаете? Хотите, покажу Вам дворец? — лукаво улыбаясь, Дана подхватила светлого под руку и повлекла в сторону галереи. Девушка сменила привычную мужскую одежду на лёгкое жёлтое платье с золотистым кружевом, которое ей очень шло. Развевающиеся волосы, перехваченные венком из колосьев, нежно пахли луговыми цветами. Гудмен совершенно не помнил, как они оказались на увитом зеленью балконе, выходившем в сад, залитый лунным светом.

— Правда, он прекрасен? — девушка повернулась к нему, и маг утонул в водовороте золотистых искорок, плясавших на дне её карих глаз. Было ли это магией фейри, или местное вино кружило голову, но его непреодолимо тянуло к маленькой «рыси».

— Дана, наконец-то я нашёл тебя! Мама и госпожа Кейра... ой, простите, кажется, я помешал... — в проходе стоял смущенный Оран.

— Мы любовались садом, братишка, — девушка с улыбкой обвела рукой панораму. — Но раз я понадобилась маме, не стоит заставлять её ждать. Надеюсь, Вы меня извините? — Гудмен кивнул, с тоской выпуская тёплые нежные пальчики, которые всё ещё сжимал в ладони.

~~~

Задумавшись, он медленно брёл по коридорам дворца туда, где в отдалении звучала музыка и гул гостей, когда кто-то положил ему руку на плечо и резко развернул.

— Идём, не хотел, чтобы ты пропустил исторический момент, — на лице Дефбелла играла самодовольная усмешка. Он распахнул какую-то дверь, и маги оказались в красиво обставленном небольшом зале, на противоположной стороне которого была ещё одна дверь. Некромант приблизился к столику и выложил на него добытые ранее части артефакта и медальон Королевы Зимнего Двора. От его прикосновения оправа подернулась зыбью и растеклась серебряной лужицей. Обломки пришли в движение, притягиваясь, выпуская протуберанцы и сплетаясь ими в единое целое — тёмную окружность, которая, казалось, поглощала свет из окружающего мира. Вот только синие искры, пробегавшие по осколкам до воссоединения, как будто угасли.

— Что за чертовщина? Так и должно быть? — Гудмен взял артефакт в руки и ничего не почувствовал. Просто холодный кусок камня.

Дверь напротив них распахнулась, и в зал протиснулась Кейра. Перед собой она волокла Данаэ, приставив к её горлу кинжал.

— Разве «друг» не сказал тебе, что для активации артефакта нужна кровь фейри, светлый? — фарфоровое лицо исказилось демонической улыбкой. — И чем больше крови — тем сильнее станет круг Хаоса.

— Что всё это значит?! Кейра? Деф? — маг растерянно переводил взгляд с одного на другого, но лицо некроманта словно застыло холодной, не предвещающей ничего хорошего маской.

— Если хочешь, чтоб твоя зверушка осталась в живых, отдай его мне. — Кейра демонстративно прижала кинжал сильнее, и на смуглой коже «рыси» выступили капельки крови.

— Сделай же что-нибудь!

— Кейра, отпусти девочку, ты же понимаешь, что с артефактом ты не выйдешь из дворца живой.

— И кто же меня удержит? Уна? — ведьма расхохоталась. — Слабачка, которая якшается с грязными людишками? Или, может быть, ты? Жалкая пародия на тёмного мага... Променять могущество Хаоса на жизни никчемных людей — разве этого жаждет от тебя великая Тьма?

— Но зачем тебе артефакт?

— Наивный белый маг, ты так доверчив. Круг Хаоса — одна из утерянных реликвий. Тому, кто вернёт её, Хаос дарует силу, позволит путешествовать между мирами так же легко, как это делает он сам.

— Наивная ведьма, — в голосе Дефбелла звучала насмешка. — Твои познания о Хаосе ограничиваются одним не столь древним фолиантом, написанным безумными фанатиками. Потому ты и не ведаешь, что Хаос не умеет одаривать, только поглощать и разрушать...

— Замолчи! — Кейра окатила тёмного ненавистью и перевела взгляд на Гудмена, который всё ещё сжимал в руках артефакт. — А ты, неси его сюда! И побыстрее, мне надоело ждать!

Мельком взглянув на некроманта, маг заметил, что тот незаметно перебирает за спиной пальцами, сплетая какое-то заклятье.

— Хорошо, я отдам его, только отпусти девушку, — медленно выйдя из-за стола, светлый направился к фейри, за спиной которой начала клубиться тьма.

— Не делай этого! — выкрикнула Данаэ. — Это наше единственное спасение!

— Замолчи!

— Не бойся, Дана, всё будет хорошо.

— Клади артефакт сюда, — безумная указала взглядом на стоявшую перед ней тумбу.

Гудмен помедлил, но всё же опустил каменный жёрнов на столешницу. Следующие события отложились в его памяти словно кадры немого кино: Кейра молниеносно проводит по горлу Даны кинжалом, алая влага фонтаном заливает покрытый рунами камень, девушка сломанной куклой падает в сторону, ведьма в отчаянном порыве тянет руку к ожившему артефакту, но тоже падает, пронзённая со спины щупальцами тьмы... Звуки и запахи смерти нахлынули внезапно. Забыв обо всём, светлый бросился к Дане — девушка была мертва. Пошатываясь, маг поднялся и столкнулся взглядом с подошедшим некромантом.

— Ты! Это всё ты!!! — он схватил тёмного за грудки и затряс.

— Успокойся!

— Успокоиться? Ты спланировал это с самого начала!

— Нет, вероятность такого развития событий...

— Так вот оно что... Мы все для тебя — лишь вероятности событий?

— Прекрати истерику, Альбинос, — руки Дефбелла на мгновение окутались тьмой, и он оттолкнул от себя мага. — Я подготовился к такому варианту. Мы можем вернуть её...

— Ты совсем сдурел? Ты хочешь превратить её в умертвие?

— Идиот. Некроманты умеют не только зомби строгать. Будь ты повнимательней, заметил бы, что я погрузил Дану в стазис.

Действительно, кровь из рассечённого горла больше не вытекала, даже воздух вокруг будто застыл, превратившись в желе. Гудмен упал рядом с телом на колени и простёр над ним руки, но тут же был прерван некромантом:

— Не сейчас! Её сознание блуждает в Туманных пределах. Я могу отправить тебя туда. Если ты найдёшь её и уговоришь вернуться, я вытащу вас, остальное сделает лучший лекарь изнанки.

— Так отправляй! Чего ты ждёшь?

— Я обязан предупредить — если ты пробудешь там слишком долго, вы оба не вернётесь.

— Я вернусь, хотя бы потому что наш разговор не окончен, — Гудмен с ненавистью смотрел на тёмного.

— Я в этом и не сомневался, — неизменно усмехнулся тот в ответ.

— Так, так, так, смотрю, события достигли кульминации? — чистый голос Королевы заставил обоих обернуться на шум.

— Сестра! Вы? Вы убили её?! — по лицу вбежавшего вслед за Уной Орана покатились слёзы.

— Нет, малыш, — голос некроманта звучал непривычно мягко. — Мы вернём твою сестру, чего бы это ни стоило. И ты нам в этом поможешь. Уна, твоя помощь тоже пригодится — укрой нас и позови лекаря.

Интерлюдия 4

Едва дождавшись приготовлений, он лежит в круге, расчерченном рунами, и слушает ненавистный голос, бормочущий на неизвестном языке. Воздух вокруг наполняется густым туманом, с трудом проталкивается в лёгкие, застилает взор... Он больше не слышит бормотания, лишь стук сердца, тук-тук-тук, пока оно бьётся — он жив...

Туманные пределы — безжизненные серые земли, от края и до края горизонта. Тут и там клубится сизая мгла, мелькают какие-то тени. Нет звуков, нет запахов, ничего. Тук-тук-тук — бьётся испуганной птицей собственное сердце, тук...-тук... — где-то там отдаётся эхом, вроде как зовёт, но всё слабее. Припорошенные пылью следы ведут туда же, на зов. Она! Это ведь её следы? А вдруг нет... и выбора нет. И он идёт, всё дальше и дальше. Костлявая лапа хватает за рукав, уродливое порождение разевает беззубую туманную пасть...

Нет! Он должен идти, нельзя останавливаться, остановка — и сердце бьётся медленнее, а следы становятся незаметнее. Тук.-тук.-тук, вот уже две твари хватают за руки, пытаются тащить назад, сбить с пути. «Не выйдет! Я иду к тебе, Дана, просто дождись меня». Ноги проваливаются в туманную яму, дышать тяжело, в голове муть. Тук..-тук..-тук. Из последних сил он ползёт вверх по склону, отпихивая ногами скрюченные руки, торчащие из земли. Туда, за ней, на зов.

Туман всё гуще, но что это? Мираж? Ещё одно порождение мглы? Или она? Точно, нашёл! «Дана! Дана!! Я здесь, я пришёл за тобой!» Разворачивает к себе, а лицо пусто, глаза мёртвы. Сжимает холодные ладони, скользит вверх, гладит безжизненное лицо, зовёт. «Слушай моё сердце». Прижимает к груди, два сердца напротив, два сердца в унисон — тук.-тук.-тук.

«Идём, осталось немного, и не будет больше туманов. Идём, ещё шаг, ещё два. Не смотри в эти рыла, не по наши души. Держи мою руку, слушай моё сердце». Тук..-тук..-тук. И бесконечен путь, и нет просвета. Тук...-тук...-тук. Только сизая мгла, такая тихая, такая манящая. Присесть, забыть, навсегда. Тук...-тук.

«Но что там? Слышишь, песня! Она зовёт, она всё громче!! Мы выберемся отсюда, верь мне, просто верь...».

~~~

Два тела распростерлись в круге — мёртвое и живое. На коленях перед ними некромант, словно прислушивается к чему-то, лицо бледней обычного. По другую сторону заплаканный златокудрый юноша, держит за руку окровавленную сестру. У изголовья примостилась селки-лекарь — бирюзовая кожа, перепонки между пальцев, на шее талисман силы в виде ракушки — кто, как не она, умеет управлять кровью и лечить. И над всем этим неподвижно застыла Королева Зимнего двора — казалось, лицо её ничего не выражало, но как же ей хотелось, чтобы всё получилось. Не так она представляла себе расправу над мятежной сестрой...

— Он нашёл её, — глухо сказал Дефбелл, взял ритуальный кинжал с рубиновым навершием и, надрезав запястье, начертал кровью на груди мага и фейри замысловатую руну. После чего приложил ладони, вливая магию, пытаясь направить заблудшие души к выходу. Оран с надеждой смотрел на тёмного, по-прежнему сжимая руку сестры. Он видел, как по лбу и вискам мага заструился пот, слышал, как дыхание становилось прерывистее. Внезапно тот разорвал контакт и принялся стягивать с себя камзол и рубашку.

— Что происходит?

— Они слишком далеко. Мне понадобится помощь.

Снова взяв в руки кинжал, Дефбелл сделал надрез в районе солнечного сплетения, там, где сходились линии замысловатой татуировки, покрывавшей всё его костлявое тело. Кровь заструилась по одной из линий, и все они вспыхнули, а маг развёл руки в стороны и прошептал слова ритуала. В комнате резко потемнело, захлопали ставни и двери, отовсюду протянулись плети тьмы, впитываясь в тело некроманта. Он поднял глаза на Королеву:

— Уна, ты знаешь, что делать, — та шагнула ближе и положила тонкую белую ладонь на плечо мага. — Оран, прикоснись ко мне и пой. Зови их.

Тёмный снова возложил ладони на руны, начертанные на телах фейри и мага, вкладывая в призыв все заёмные силы. Тьма бесновалась вокруг, разгоняемая только свечением, исходившим от руки Уны. Дрожащий голос Орана набирал силу, и казалось, не будет конца этому напряжению, когда веки Гудмена наконец дрогнули, а скрипучий голос некроманта скомандовал:

— Сейчас!

Селки тут же приложила свои перепончатые ладони к шее и груди Даны, и по ним заструилось бирюзовое свечение. Дефбелл обессиленно скрючился на полу, прикрыв глаза, и уже не видел, а скорее слышал, как «рысь» сделала первый судорожный вдох. Всё пришло в движение — Оран целовал сестру, благодарил всех и пел какую-то победную песню, Уна с улыбкой наблюдала, как очнувшийся Гудмен прижимает к груди руку Данаэ. Внезапно тот перевёл взгляд на некроманта, резко поднялся, вздёрнул его на ноги и от всей души врезал кулаком по лицу. Тёмный отлетел на пол, со стоном приподнялся на локте:

— Другого «спасибо» я от тебя и не ждал, — пробормотал он, сплёвывая кровь и потирая разбитое лицо.

— Столько лет мечтала это увидеть, — звонко расхохоталась Королева.

Интерлюдия 5

Он был распят внутри окружности из синего минерала на манер витрувианского человека. По внешнему краю артефакта светились голубым цветом руны. Их отблески превращали лицо напротив в пугающую маску. Не в силах пошевелить ни руками, ни ногами, он мог только чувствовать прикосновение холодного металла к обнаженной груди. Давление усилилось, и рот его распахнулся в беззвучном крике. Скосив глаза вниз, он в ужасе наблюдал, как лезвие вычерчивает на коже кровавый рисунок. Когда последний штрих был нанесен, ритуальный кинжал с рубиновым навершием, немного помедлив, вонзился по рукоять в солнечное сплетение — средоточие магической силы. От навершия к краям артефакта протянулись алые лучи, и руны пришли в движение. Но он уже этого не видел — взгляд несчастного был устремлён в бледное...

~~~

...лицо некроманта, склонившееся над ним. Дефбелл откинулся на спинку стула, стоявшего рядом с кроватью.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Гудмен, отирая со лба холодный пот, и сел, подложив под спину подушку.

— Ты кричал во сне, — устало ответил тёмный.

— Всего лишь дурной сон.

— Это был не просто сон. Это то, что я изначально собирался с тобой сделать, — голос некроманта звучал с надломом. — Но... я не могу...

— Ты собирался принести меня в жертву? Что ж, это меня не удивляет, — светлый нахмурился, но затем его голос налился уверенностью. — Если это необходимо для спасения человечества, я согласен.

— Ты не понимаешь! Это не жертва, ты станешь живой печатью! Магия крови будет веками поддерживать в тебе жизнь, ты будешь всё осознавать, ощущать бесконечную боль.

Гудмен вздрогнул, перед глазами снова промелькнули картины из сна. Он встряхнул головой и посмотрел тёмному прямо в глаза:

— Я не могу поступить иначе. Просто сделай это.

— Постой, кажется, есть ещё один способ. Я покопался в старинных рукописях, даже пробрался в библиотеку фейри, — некромант говорил торопливо, будто опасаясь, что собеседник не захочет его слушать. — И кое-что нашёл. Но успех этого варианта не гарантирован.

— Снова вероятности событий?

— Я ведь уже объяснял...

— Ладно, выкладывай.

По мере того, как Дефбелл излагал альтернативное решение, лицо Гудмена светлело.

— Ты правда веришь, что это поможет? — наконец спросил он.

— Разве всё, через что мы прошли в последние дни, тому не доказательство? Просто помни об этом: «Навеки в беде любой, стоим друг за друга горой».

— Хорошо. Только пообещай мне, если что-то пойдёт не по плану, ты сделаешь правильный выбор.

Некромант встретился взглядом с магом и кивнул:

— Обещаю.

Глава 10

Четверо сидели вокруг стола, уставленного едой, но никто даже не притронулся. Лица всех были мрачны и сосредоточены.

— Пора. 13-й прорыв вот-вот откроется, — проговорил Дефбелл и поднялся из-за стола, доставая портальный камень.

— Хозяин, что же мы будем делать, если Вы не вернетесь? — жалобно заныл Спуки.

— Аарон фон Спук, ты древний дух-хранитель этого дома. Даже если у тебя появится новый хозяин, ты справишься. А Джоуи, что ж, наконец-то выйдет на пенсию, — грустно усмехнулся некромант. — А теперь отставить похоронное настроение!

Тёмный активировал телепорт, и четверка оказалась посреди Пустошей. Степь колыхалась на ветру, в отдалении мирно паслось стадо травогривых «лошадей». И только грозовые всполохи в небе свидетельствовали о надвигающейся беде. Взмахом руки очистив площадку от травы, Дефбелл разложил магические атрибуты и принялся вычерчивать сложную схему, замыкая линии рунами, посыпая их какими-то порошками, а иногда и поливая собственной кровью из рассеченного запястья. Небо заволокло тучами, усилившийся ветер трепал одежду, гонял по степи перекати-поле. Наконец приготовления были окончены. В центре фигуры некромант разместил добытый с таким трудом круг Хаоса. Оглянувшись, он хотел было что-то сказать, но заметил, что Гудмен и Данаэ стоят, обнявшись, и, промолчав, отвернулся, вперив глаза в набухающее тьмой небо. Каково же было его удивление, когда он ощутил, как его силой разворачивают и обнимают сразу трое.

— Я же говорила, мы отличная команда! — тепло улыбнулась Дана.

— А кто-то не хотел меня брать, — подмигнул ей Оран.

— Но мы бы не справились без тёмного мага, — Гудмен, усмехаясь, хлопнул некроманта по плечу.

— Ой, смотрите, нам наконец-то удалось его смутить, — рассмеялась фейри.

— Не каждый день тебя выковыривают из скорлупы и заставляют снова стать человеком, — по привычке проворчал тёмный, крепче обнимая их в ответ. — А теперь к бою!

Маги вошли в круг, а фейри распределились в северной и южной руне. Данаэ воздела свой жезл призыва, камень в навершии вспыхнул зелёной звездой, степь вокруг заколыхалась, и со всех сторон к кругу устремились её дикие обитатели — «лошади», двухголовые «страусы», чешуйчатые «койоты», змеи и ящерицы... Оран запел затейливую мелодию, навешивая на друзей баффы. Некромант рассёк руку и протянул ритуальный кинжал Гудмену. Тот повторил жест, после чего они сплели ладони над артефактом, обагряя его смешавшейся кровью и хором проговаривая слова ритуала. В другой руке белоголового пылал меч цвета солнца, в руке темноволосого меч цвета звёздной ночи, а над головами распахивался портал апокалипсиса. Чернильная тьма, пронизываемая синими молниями, изливалась с потемневшего неба, сошедший с ума ветер закручивал вокруг магической фигуры смерчи. От столпившихся рядом зверей к жезлу фейри протянулись тонкие ниточки силы, и когда зелёный луч из навершия ударил в артефакт, тот взорвался мириадами частиц и снова собрался в темно-синюю окружность, испещрённую светящимися рунами, окружившую магов словно барьером. Из каждой руны ударил голубой луч, сходясь в одну точку над головами людей, и, напитавшись силой, объединенная мощь артефакта, очищенная магией людей, устремилась вверх, навстречу Тьме Хаоса. Две стихии столкнулись с оглушительным грохотом, и медленно, но верно голубое сияние начало теснить мглу, опутывая её нитями чистой силы, отсекая мерзкие щупальца, пытаясь загнать Хаос туда, откуда он прибыл.

— У нас получается? — сквозь стиснутые зубы выдавил светлый, вперив взгляд в некроманта. Не легко было преобразовывать и направлять энергию артефакта, тело будто разрывало на части, жгло изнутри.

— Пока да, — так же через силу ответил Дефбелл. Увы, он чувствовал, как они слабеют, но очищение пока даже не добралось до прорыва, а ведь еще нужно поставить Печать.

Голубой луч замедлился. Оран почувствовал, как холодное гибкое тело оплетает его ногу. Скосив глаза, он с удивлением узнал Снейквайза — мудрого змея, с которым в свое время беседовал на изнанке. В пасти тот держал невзрачный серый минерал с вкраплениями чешуек.

— Возьми, это усссилит твои пессни и позволит продержатьссся дольшшше, — прозвучал в голове шипящий голос.

Юный бард стиснул в кулаке кристалл, песня с новой сила полилась из его груди, давая людям второй шанс. Маги крепче сжали ладони, и вот уже чистая синева начала заполнять прорыв.

— Теперь самое главное. Как договаривались, наполни сознание самыми светлыми мыслями и воспоминаниями и аккуратно плети из них печать. Помни, враг Тьмы Хаоса — свет и порядок. Я поделюсь с тобой силой, — прорвался сквозь окружающий гул голос некроманта, и маги скрестили магические мечи на кольце артефакта. Белое и черное, рассветное солнце и звёздная ночь слились воедино, сплетаясь в причудливый рисунок на небесном своде.

— Я кажется пуст, призраки твоих учеников отравляют воспоминания, я больше не выдержу, — прошептал Гудмен, чувствуя, как всё тело сотрясает дрожь от напряжения и усталости.

— Ты вернул мне веру в людей. В дружбу. В то, что я не одинок в этом мире.

— А ты заставил понять, что не всё чёрное — зло, не всё белое добро. И не только люди достойны жить, любить и быть любимыми.

— «Навеки в беде любой, стоим друг за друга горой».

— Навеки, брат.

Измученные Данаэ и Оран с трудом различали, что творится в кольце артефакта. В какой-то момент им стало казаться, что фигуры магов становятся прозрачными, словно растворяясь в голубоватом свечении и устремляясь вместе с ним вверх, туда, где вырисовывались последние завитки печати. Завороженные зрелищем, они даже не заметили, как сумасшествие природы и магии вокруг них закончилось, и степь накрыла тишина.

~~~

Где-то неподалёку от столицы Объединенного королевства

— Отступаем к последнему рубежу! — главнокомандующий с тяжёлым сердцем окинул взглядом поле боя, заваленное трупами воинов вперемешку с монстрами, израненных солдат, измождённых магов за спиной.

Из чёрного провала в небе продолжали прибывать порождения Тьмы Хаоса. «Похоже, это сражение мы проиграли», — прикрыв глаза, подумал он.

Но вдруг хмурое небо разрезал голубой луч, вонзился в центр прорыва и рассыпался тысячами голубых искр. И там, где искры касались чудовищ, те осыпались кучками праха. Люди, задрав головы, наблюдали, как закрывается рана на теле родного мира, и в вышине восстанавливается привычная синева.

— Они справились! Мы спасены, — прошептал седовласый маг, стоявший рядом с военачальником.

— Мы спасены! — скандировали выжившие.

~~~

Где-то в Свордсландии

— Поздравляю, у Вас родился замечательный мальчик, — престарелый целитель протянул измученной женщине пищащий свёрток. — И какой сильный дар!

— Он... тёмный? — дрожащим голосом спросила роженица. — Но ведь мы с мужем...

— Не расстраивайтесь, это же настоящее чудо! Уже много лет у нас не появлялись тёмные маги. Видимо, так захотела сама Природа.

Говорят, все дети, родившиеся в тот знаменательный день, выросли сильными тёмными магами.

~~~

Посреди залитой полуденным солнцем степи стояли двое.

— Они погибли, да? — лицо юноши было залито слезами.

— Я так не думаю, — Данаэ обняла брата и прижала к груди. — Мне кажется, они отправились дальше, сражаться с Хаосом.

Она чуть отстранилась и заглянула в заплаканные глаза:

— И я даже знаю, кто поведает людям об их подвиге.

— О нашем подвиге, — поправил Оран.

— Ну конечно о нашем, — девушка грустно улыбнулась. — Разве они бы справились без нашей помощи.

Раскрыв заботливо прихваченный с собой свёрток, она протянула юноше лютню:

— Думаю, тебе это пригодится.

Глаза Орана загорелись, он прижал инструмент к груди, затем мечтательно зажмурился и провёл пальцами по струнам.

— Я назову эту песню «О свете и тьме замолвите слово».

Вместо послесловия

Старинные легенды гласят, что у берегов Свордсландии, омываемый неприветливыми волнами Северного моря, затерялся островок Блэкенд, где долгие годы мирно сосуществуют люди и фейри. И если любопытному путешественнику доведётся забрести в поселение Мистерия, что укрылось за каменными стенами вблизи Туманного леса, его непременно сопроводят на центральную площадь, главной достопримечательностью которой является Статуя Мира и Равновесия. Высеченные из белого и чёрного камня, стоят, обнявшись, два побратима. В руке одного меч, пылающий рассветным солнцем, в руке другого меч цвета звёздного неба. Перекрещенные лезвия замыкают окружность из синего камня, а в ногах побратимов растянулась рысь с лицом девушки, на спине которой гордо восседает хохлатая птица. Одни говорят, что побратимы пожертвовали жизнью во имя всех на Земле и изнанке, и что помогли им в спасении мира девушка-фейри и её приёмный брат-человек; другие верят, что побратимы и сейчас бродят по мирам, восстанавливая Баланс. А уж кто из них прав, решайте сами. А ещё лучше, заверните в таверну и послушайте местного барда. Златокудрый певец, пожалуй, вторая достопримечательность острова. Особенно после пары бокалов фейского вина...