Наследие Рагнарёка

Глава 1

Тьма. По ночам густая, вязкая и непроглядная. Днем разубоженная серыми отсветами из отдушника под потолком. И сырость, съедающая кости, как ржа добрую сталь. От нее только мокрицам раздолье. Жирным, откормленным. Узник не видел их, но слышал шорох множества ног, звучавший в тишине камеры топотом атакующей конницы.

Вначале капитан Оддан вел счет дням, потом плюнул — к чему? Если однажды вместо шаркающих шагов тюремщика, несущего миску жидкой похлебки, раздастся грохот кованных сапог гвардейцев, значит король наконец-то решил устроить потеху добрым горожанам Пейнора. Но зачем думать о плохом будущем? Лучше отдаться приятным воспоминаниям. Чем бывший капитан и занимался, валялся ли он на жестком топчане, мерил ли шагами — три на четыре — каменный мешок узилища. Вспоминал бои, пирушки, любовниц...

— Эх, как уговаривала меня вдовушка-трактирщица повесить мечи над каминной полкой. А какие пироги она пекла, слышите вы, скользкие противные твари? — мокрицы, привыкшие к звукам человеческого голоса, продолжали деловито копошиться по углам. — Один из них сгорел, когда мы... Сгорел?

Легкий запах паленого наполнил камеру. Медленно, щадя отвыкшие глаза, разгорелся бледный красноватый свет. Оддан в недоумении заморгал. Прямо перед ним стоял невысокий человек неопределенного возраста, в черном, с алым подбоем, плаще, картинно закинутом через левое плечо.

Незнакомец глянул на него свысока.

— Если не ошибаюсь, Оддан, капитан Беспощадных?

— Бывший капитан. Рота расформирована, — угрюмо откликнулся Оддан. — С кем имею честь?

— О, у меня много имен. Некоторые зовут меня Князем Тьмы, некоторые — Принцем Зла и Люцифером, а то и вовсе — Ба'алзамоном.

— Ишь ты! Ну, гостем будете, ваша светлость. Уж не побрезгуйте, — узник обвел широким жестом свое пристанище. — Сесть не предлагаю...

Князь Тьмы с интересом глянул на него и сел там, где стоял. Навстречу его сиятельному седалищу из осклизлого пола выросла вполне приличная банкетка.

— А ты хорошо держишься, капитан Оддан. Лучше, чем я рассчитывал.

— Когда жить осталось не много, — заключенный пожал плечами. — Начинаешь меньше обращать внимания на великосветские условности.

— Это так. Но я имел в виду другое.

— И что же?

— Многие, очень многие, ползали бы у меня в ногах, умоляя спасти, предлагали бы душу, вечную службу. Не находишь?

— Может и так, но все же вы, ваша светлость, Отец Лжи, Гений Зла... Мне продолжать?

— Ты смел, Оддан. Да я это и знал. Иначе не появился бы здесь.

Оддан молчал, цепким взглядом серых глаз оценивая собеседника. Большим пальцем правой руки он по старой привычке потирал клинообразный шрам на щеке.

— И осторожен, — добавил после паузы гость. — Не лезешь на рожон. Я хочу предложить тебе сделку. Мне нужны твои навыки профессионального наемника и качества личности, если ты понимаешь, о чем я говорю.

— Зарезать кого-нибудь? Так на то есть гильдия убийц. Здесь, в Пейноре, их услуги весьма дешевы.

— Не притворяйся тупицей, — взгляд Князя Тьмы на мгновение побагровел. — Это свойство за тобой не числится.

— Тогда уж и вы не темните, ваша светлость. Ближе к телу, как говорила одна маркитантка.

— Мне нужна одна вещь. Сам я ее достать не могу. Э-э-э... Трудно объяснить несведущему, но существуют некие мировые законы, нарушать которые непозволительно даже Принцу Зла...

— И что это за вещь? А главное — откуда я должен её достать? — решил взять быка за рога Оддан, которому недомолвки и иносказания уже порядком надоели.

— Сейчас объясню. Но если прервешь меня ещё раз — верёвка палача покажется тебе счастливым избавлением.

— Верёвка? — капитан нахмурился. — Я был приговорён к усекновению головы.

— У тебя устаревшие сведения. В назидание всем будущим мятежникам, злоумышлявшие против престола, отныне караются в Пейноре через подвешивание за шею до полного удушения.

— Я не мятежник!

— Знаю, знаю. Просто ты ошибся с выбором — кого из принцев, претендующих на престол отравленного папаши, поддержать. Но победителю-то все равно. Не так ли?

— Говорите: что и откуда добыть. Я согласен, — худые, но сильные пальцы Оддана впились в край топчана.

— Отлично. Я знал, что ты не устоишь перед моим предложением. В некой реальности, существующей параллельно вашей... Я говорю понятно?

Кивок и мрачный взгляд.

— Так вот. В том мире произошел Рагнарёк. Этим словом они назвали небольшую заварушку, в которой погибли все — и боги, и люди, и чудовища. Это вообще-то долгая история... Начало битвы возвестил некий рог — Гьяллархорн. Он-то мне и нужен. А принести его по странной прихоти Небесных Сфер может только смертное существо.

— Срок?

— К завтрашнему утру. Рагнарёк случился позавчера. До сих пор там было жарковато. Завтра рог может утратить нужные мне свойства. Так что нужно постараться.

— Могу я взять помощника? Лейтенант Гойл...

— Его добили на месте, — наниматель гадко усмехнулся. — Чтобы не мучился. Не волнуйся, спутников тебе я уже подобрал. Ты познакомишься с ними чуть позже.

— Оружие и припасы?

— Давно готовы. Твои любимые мечи и все такое прочее.

— Когда? — Оддан встал и потянулся сухим жилистым телом.

— Сейчас, если тебе будет угодно, — Князь Тьмы жестом ярмарочного фокусника щелкнул пальцами и в стене темницы возникла бездонная пасть тоннеля. — Изволь.

Пренебрегая этикетом, Оддан первым шагнул в проход.

Хлопок. Тишина. Ощущение падения. Хлопок. Яркий свет.

— Располагайся. Будь как дома, но не забывай что ты в гостях.

Принц Зла, сменивший черный плащ на кровавого цвета тунику, встречал Оддана зубастой улыбкой. В ответ на удивленно приподнятые брови пояснил.

— Я не нуждаюсь в порталах. Желаешь привести себя в порядок?

— Хорошо бы...

— В твоём распоряжении два поворота клепсидры. У вас, кажется, так измеряют время?

Вместо ответа Оддан слегка поклонился и, сбрасывая на ходу прелое тряпье, направился в смежную комнату, дохнувшую в лицо горячим паром и благовониями.

Сосуд громоздкой клепсидры опорожнился дважды, когда Оддан, чистый, выбритый, в ладной одежке и с двумя мечами за спиной, входил следом за его светлостью в ярко освещённую залу.

— Позвольте, господа...

— И дамы, — довольно невежливо вмешалось писклявое многоногое существо, похожее на любимое блюдо рыбаков Аминала. Только раз эдак в десять крупнее.

— ...и дамы, — Князь Тьмы сдержался, хоть и скорчил недовольную мину. — Позвольте представить вам последнего в списке, но не последнего по значению члена вашей команды. Оддан, капитан роты Беспощадных, чьи таланты не ограничиваются виртуозным владением двумя мечами.

Капитан кивнул в знак приветствия. Почти никто, за исключением карла в блестящем чешуйчатом доспехе и светловолосой девицы, почему-то наряженной в балахон друида, ему не ответил.

— А теперь позвольте, капитан Оддан, представить вам собравшихся здесь героев, — хозяин заскользил по зале, продолжая болтать с непринужденностью придворного. — Дон Дьего, арагонский кабальеро, гранд и прочее, прочее, прочее. В Новом Свете проявил чудеса изобретательности, выпытывая у краснокожих касиков местонахождения их ритуальных сокровищниц. За общение с Дьяволом, то есть со мной, приговорен к огненному аутодафе...

Худосочный брюнет с козлиной бородкой в цельнометаллической кирасе гордо вздернул голову.

— ...Хилла, из седьмой реальности, великанша, людоедка и просто красавица...

Синекожая девица шести локтей росту оскалила острые зубы. Две боевых цепи таким хитрым образом скрещивались у нее на груди, подчеркивая размер и форму, что у Оддана, просидевшего в одиночке больше четырех лун сперло дыхание от восторга.

— ...замечательный и весьма талантливый маг, Скриль Суассан. Правда, некромансер, за что и поплатился...

Бледный обритый наголо субъект в черной мантии хмуро вертел в тонких пальцах некрупный череп. Обезьяна либо младенец.

— ...Лива, нарушила устав друидского Круга. Всякая ерунда, на мой взгляд. Прелюбодейство там, чревоугодие... Но сколь любопытна метода воспитания у отцов-друидов. Лива извлечена мною из узкой ямы, где висела вниз головой. С надрезами за ушами, чтобы прилив крови не привел преждевременному избавлению от страданий. Как замечательно придумано, не правда ли?

Друидкой оказалась светловолосая девица, поприветствовавшая Оддана.

Дальнейшие разглагольствования капитан пропустил мимо ушей, предпочитая рассматривать и делать выводы самостоятельно.

Его внимания удостоились пепельноволосый сид в крылатом шлеме с резным самострелом за плечами, голый по пояс бородач атлетического телосложения, вооруженный двуручной секирой, человекоподобный монстр, безоружный, но счастливый обладатель таких когтей, что Оддану стало стыдно за размер спрятанного в сапоге кинжала, и бритоголовый парень в странной пятнисто-зеленой одежде с перепачканным сажей лицом, который поигрывал широким ножом почти что в локоть длиной.

Кроме них в зале находились упомянутый выше карл, кокетливый кальмар, мыслящее облако из какой-то забубенной реальности и кривоногий кайсак с арканом и саблей.

— Маленькая справка, — продолжал разглагольствовать Отец Лжи. — Не для удовлетворения любопытства, а для облегчения выполнения задачи. Порталы будут сориентированы мною таким образом, что все вы попадете на поле Оскопнир — так они называли место, где произошла последняя битва. Все окажутся в разных секторах поля, из которых и начнут свою игру. Можете объединяться в команды по интересам, можете работать в одиночку. Мне это безразлично. Хочу предупредить, не стоит пытаться меня обмануть. Вы меня понимаете?

Собравшиеся безмолвствовали. Кто-то сосредоточенно внимал звучащей под сводами зала речи, кто-то с деланным или явным безразличием разглядывал лепной потолок.

— Итак, ваша задача, дамы и господа, добыть мне Гьяллархорн. Честное, до определенной степени, спортивное соревнование. Последний, оставшийся в живых, принесет его и получит то, что захочет сам. В разумных пределах. Но остаться должен один. Единственный победитель. Надеюсь, вы меня понимаете?

В груди Оддана всколыхнулось запоздалое возмущение, но на остальных участников заявление Принца Зла не произвело впечатления. Либо они знали условия игры — «честной и спортивной» — заранее, либо... «А не все ли равно?» — подумалось капитану.

Широкий взмах руки хозяина и перед каждым из гостей в воздухе возникло пульсирующее пятно.

— Прошу! Следующая остановка — Оскопнир! Пусть игра начнется!!!

Оддан сделал шаг вперед. Хлопок. Тьма. Хлопок. Тоже тьма, но нарушаемая отсветами пылающих у самого небокрая огненных гор. И ни с чем не сравнимый запах смерти в горячем воздухе.

Оддан быстро разыскал подходящее укрытие — обугленный ствол дерева. Затаился. После тюремной темноты глаза легко привыкли к здешнему мраку. Куда выкинуло остальных «игроков» он не знал. И где искать Гьяллархорн. «Вот гадский князь, — подумалось вдруг. — Устроил игру на свежем воздухе...» Однако правила были не сложны. Умирать Оддан не собирался. По крайней мере, без борьбы.

Он выбрался из убежища, проверил — насколько легко вынимаются мечи, не потерялся ли кинжал, и пошел, внимательно изучая окрестности.

Оскопнир, как назвал это место Отец Лжи, представлял собой поле битвы титанических сил. Глыбы сплавленных скал, ещё хранящие тепло, то громоздились ввысь, то растекались матово поблескивающей гладью подобно недвижным лужам. Среди них изредка попадались окаменевшие тела чудовищ, человекообразных и не вполне, чьи размеры поражали воображение. На их фоне людские костяки, одетые в клочья кольчуг, выглядели игрушечно и нелепо.

У подножья большого холма Оддан разглядел очертания нескладной фигуры в дурацкой кирасе со смешным шлемом на голове.

— Подойди поближе, языческая собака, — раздался слегка надтреснутый хрипотцой голос.

«Чем языческая собака отличается от обычной?»

Мечи плавно покинули жилища. Дон Дьего ждал его, выставив длинный узкий клинок перед грудью.

«На что он рассчитывает? На длину своего оружия?»

Взмах. Ложный выпад вправо. Левый меч связывает прянувшее навстречу лезвие. Поворот. На колено. Удар! Меч Оддана по рукоять вошел в незащищенный пах кабальеро. Смерть его была быстрой.

Отсалютовав поверженному противнику, капитан продолжил свой путь вдоль холма, оказавшимся на самом деле окаменевшим телом чудовищного пса. Или волка. Больше, хвала Тучегонителю, врагов поблизости не было.

Оддан не знал, куда идет. Он просто двигался по наитию, соблюдая предельную осторожность. В отсутствии луны и звезд время приходилось отмерять по глоткам воды из поясной фляги.

После пятого глотка, капитан обнаружил тело синей великанши с аккуратным разрезом на горле. Вместо левого глаза зияла дыра, кровь из которой уже перестала сочиться. «Работа остроухого, — мрачно отметил Оддан. — Чисто, аккуратно. И стрелу забрал. Бережет».

После седьмого глотка оплавленные скалы сменились нагромождением ледяных торосов. Резко, без перехода. Просто левая нога ещё стояла на горячем камне, подошва правого сапога ступила на хрусткий крупчатый снег. Мороз сразу же вцепился в разгоряченное тело, заставил прибавить шагу. При полном безветрии подбрасываемая сапогами снежные крупинки падали отвесно вниз.

Знакомый писклявый голос заставил Оддана отпрянуть за ближайшую ледяную глыбу.

— Вот и все... Мой вкусный...

Изготовив мечи, капитан осторожно, одним глазком, выглянул из-за льдины. Головоногий демон, неестественно далеко вытянув щупальца, медленно подтягивал находящегося в гипнотическом трансе карла к своему клюву. Боевой молот выпал из безвольных пальцев низкорослого бойца и волочился на темляке. Демон хихикал сладострастным голоском дорвавшегося до переполненного яствами стола чревоугодника.

В длинном прыжке выбросив тело из укрытия, Оддан на лету дважды взмахнул мечами, со свистом рассекая воздух. Монстр не успел даже повести в его сторону лиловым рачьим глазом вращавшимся на тонкой ножке. Карл встрепенулся, как заслышавший боевой рог жеребец, и, оценив в мановение ока ситуацию, шагнул вперед, протягивая Оддану подхваченный клевец рукоятью вперед.

— Тьори Хальфбердсон из Мира, Что Был Проклят Кольцом, ещё называемого Серединной Землей. Моя жизнь — твоя.

Склонив голову, он ждал последнего удара со спокойствием много повидавшего бойца. Капитан это оценил.

— Оддан из Пейнора. Твоя жизнь нам ещё пригодится.

Плавно изогнутый меч и богато изукрашенный клевец поднялись одновременно. Каждый из бойцов оценил понимание чести своим собеседником.

— Что ж, поборемся вместе. Авось нам удастся натянуть нос Сотрясателю Глубин, — карл заправил выбившуюся бороду за пояс. — Первая схватка едва не стала для меня последней.

— Могла, — серьёзно подтвердил капитан. — Тварь наводила чары?

— Пожалуй, да. Кто скажет точно? Просто запиши его на свой счет.

— Её.

— Что? Ах, да. Её... Ты встретил кого-нибудь ещё?

— Дон.

— Мерзкий тип, — покачал головой Тьори. — Туда ему и дорога.

— Великанша тоже убита. Скорее всего, сидом.

— Угу. Посчитай облако и некромансера. Он был сильный колдун и разделал туман, как каменная крыса овчину. Но тыл оставил открытым. И парень с грязью на лице этим воспользовался. Я наблюдал за ними из-за скал.

— Чекан не слишком хорошее оружие для боя на расстоянии.

— Это так.

— Значит — пятеро.

— Тем больше шансов у оставшихся в живых, — карл забросил клевец на плечо. — Куда теперь?

— Есть разница? — невесело усмехнулся Оддан.

— И верно. Идем.

Они двинулись вперед.

Шаг за шагом в белом безмолвии. Под скрип крупинок льда под подошвой.

Глухой сдавленный крик и шлепок тяжелого тела они услышали одновременно. Тьори укатился вправо стальным шаром. Оддан замер в низкой стойке — левый меч обратным хватом за спиной, кончик правого трепещёт в стылом воздухе языком гадюки.

Напрасно они поверили Отцу Лжи. Не все чудища этого мира уничтожили друг друга. Поднявшаяся из-за тороса змеиная голова на длинной шее толщиной в лошадиное тулово наглядно это опровергла. Изо рта твари торчали ноги в знакомых пятнисто-зеленых штанах и шнурованных сапогах.

Не раздумывая, Оддан прыгнул вперед, полосуя мечами по глазам.

Оскользнувшаяся на камне нога подвела его, и косой порез лишь запятнал кровью белую шкуру гадины, ещё более разозлив. Смачно сплюнув половинкой трупа, змея нанесла удар разинутой пастью, неминуемо накрывавшей капитана, если б не вывернувшийся сбоку карл. Тьори без замаха, снизу всадил клевец в нижнюю челюсть змеюки. Тварь махнула головой, словно норовистая лошадь. Ладони карла разжались и он раскоряченной куклой улетел за скалы.

Не бесчестье отступить перед таким противника. Оддан, петляя между торосами, побежал туда, где скрылось тело товарища.

Тьори он нашел за грибовидной наклоненной скалой. Подгорный воин лежал на спине тихо, без стонов. Только дышал натужно и прерывисто. Розовая пена трепетала между приоткрытых губ при каждом выдохе.

«Отбиты лёгкие. Возможно, сломан хребет.»

Оддан легонько притронулся к живчику на шее карла. Раненный вдруг открыл глаза.

— Добудь его, — прошептали холодеющие губы. — Ты сможешь...

Пульс больше не прощупывался.

«Ещё двое».

Оддан поклонился павшему соратнику и продолжил свой путь.

Заметив торчащий вдалеке обгорелый ствол титанического дерева, судя по размерам, отца всех дубов мира, он направился туда. И не ошибся. У основания обугленного корня, где ствол разрывала трещина едва ли не более широкая, чем Храмовые ворота Пейнора, притаилась тонкая фигура. По крылатому позолоченному шлему легко узнавался сид. Перворожденный припал на колено, тщательно выцеливая кого-то в темноте.

Подкрасться к сиду сзади ближе десяти шагов не всякому по плечу. Однако Оддану это удалось. В последний миг остроухий услышал легкий хруст угольев и обернулся. Стрела сорвалась с самострела одновременно с вылетевшим из ладони кинжалом и ударила капитана в ключицу. Резкая боль заставила зашипеть и согнуться, но краем глаза Оддан разглядел, что не промахнулся.

На ходу взводя подхваченный самострел и вкладывая стрелу в ложбинку, он занял место перворожденного. И едва не расхохотался. Около маленького, не иначе как магического — чему тут гореть, огонька ошарашено озирались друидка и здоровяк с секирой. Правда, сейчас он был без секиры. И без штанов. Недвусмысленность наряда с головой выдавала их времяпрепровождение. По всей видимости, остроухий намеревался убить двух зайцев одной стрелой.

Лива потянулась за посохом, но парень остановил ее движением руки.

— И это правильно, — прокомментировал его действия Оддан, красноречиво поводя самострелом. — Чародейства я не потерплю.

Плечо горело огнем.

— Почему ты не убиваешь нас? — проговорил атлет.

— А разве в этом есть необходимость?

— Только смерть дюжины разумных существ вернет Гьяллархорну былую мощь, — быстрый взгляд женщины на лежащий в тени сверток не укрылся от Оддана.

— Вот как? У меня будет шанс это проверить. Медленно, одна рука вверх, второй — давай мне ваш узелок.

Лива глянула на него с нерешительностью.

— Да шевелись! Что я — голой бабы не видел?

Друидка сделала несколько шагов вперед.

— Достаточно. Положи его на землю и оба отходите как можно дальше.

Парочка повиновалась. Они отступили так далеко, что уперлись спинами в изувеченный ствол дерева.

«Интересно, я рехнулся от боли или над плечом бородача действительно зеленеет что-то?»

Еле-еле сжимая непослушные пальцы раненной руки, Оддан поднял сверток. Под грубой дерюгой отшельнического наряда прощупывался благородный холод. Угадал. Они действительно нашли Гьяллархорн.

— Ну, бывайте здоровы, — осторожно ступил назад капитан.

— Ты оставишь нас здесь? — удивилась женщина.

— Оставлю. Глянь за плечо.

При виде пробивающегося из обгорелой древесины нежно-зеленого побега две челюсти отвисли одновременно.

— Видите? Здешний мир благоволит к вам. Думаю, вы дадите начало новому народу.

— Меня зовут Трасир, — быстро проговорил парень и Оддан оценил это как высшую форму доверия.

— Оддан из Пейнора, — отрекомендовался он, стараясь не думать о жуткой боли в плече.

— Я могла бы осмотреть твою рану, — нерешительно глянула друидка.

— Не стоит забот. Оставайтесь здесь. Лива и Трасир. Плодитесь и размножайтесь. О вас ещё сложат легенды. Как и об этом дереве, из ствола которого вы выйдете к новой жизни. Расскажете эту историю своим внукам.

Капитан улыбнулся через силу.

— А ты, Оддан?

— А я попробую натянуть нос Отцу Лжи. Чем не задачка для бывшего командира роты наемников?

Оддан положил самострел на землю, стряхнул с Гьяллархорна ткань (пригодится первопоселенцам) и, безбоязненно развернувшись спиной, пошел скорым шагом туда, где — он верил в это безоговорочно — должна была разверзнуться мерцающая пасть портала. По его расчетам, до рассвета оставалось не более двух глотков воды.