на милость захватчиков...

Глава 1

Ходят легенды, что когда-то давным-давно, нам принадлежал весь мир. Леса, поля, степи – мы жили везде, наслаждаясь нашим могуществом и свободой. Но потом в мир пришли ОНИ… Пришельцы, Захватчики, Боги – каждый называл их по своему, но смысла это не меняло – никто не знал, кто они на самом деле… никто не знал, откуда они взялись. Иногда они просто стали вдруг встречаться в наших землях.

Предки сразу поняли исходящую от захватчиков опасность. Поначалу пращуры без труда расправлялись с Пришельцами – достаточно было лишь поймать ЕГО… но так было лишь поначалу.

Увы, расправы над вторгшимися в наш мир Богами не прошли даром – поняв какую опасность мы представляем ОНИ стали преследовать нас. Проклятье, что бог накладывал перед смертью, вело к гибели целые рода и кланы. Демоны преследовали того кто осмеливался напасть на бога – его находили, как бы хорошо тот не прятался, и предавали ужасной смерти… так Боги забрали лучших из нас.

Теперь наш мир принадлежал ИМ.

Побеждённые и униженные, наши предки пошли на позорную сделку с Захватчиками. Бывшим хозяевам мира достались лишь дремучие лесные чащи, а Боги забрали лучшие земли, лучшие реки… и вообще всё, что пожелали забрать. Их громадные, пропитанные ядом и магией поселения раскинулись на просторах лесов и степей, уничтожая всё живое на своём пути… но даже этого им было мало.

Если бог появлялся в лесу, его запрещено было трогать. Даже если он пришёл убить тебя, тебе позволялось лишь убегать и прятаться – сумел – спасёшься, не сумел – лучше умри стоя. Начнёшь драться – будет только хуже. Конечно, и в божественных жилах течёт красная кровь, и бога можно убить – хотя живут они долго, очень долго, во много раз дольше, чем мы – но тогда другие Боги придут в лес, их демоны будут преследовать убийцу, найдут его, и будут смотреть, радостно скаля клыки, как Боги проведут над преступником кровавую расправу. Если же напавший будет не один в этой жизни – страшная смерть будет ожидать и всю его семью… а может и ещё кого, кто подвернётся Богам под горячую руку.

Так гласили легенды.

Верила ли она этим сказкам? Кто знает… Она никогда не думала о Богах и никогда не видела ни одного из НИХ в живую. Говорят Боги могут повелевать молниями и убивать взглядом – но она в это не верила. Она верила только в себя и в своего мужчину. Пусть не надолго, и не во всём мире, но здесь и сейчас хозяевами леса были именно они двое.

Он был хорошим мужчиной, сильным, смелым, очень умелым охотником. Он, конечно, не добывал пищу для них обоих, но ей этого и не требовалось – ловкая, крепкая, упругая как ивовые ветви, она и сама могла постоять за себя и добыть себе пропитание. Вот чего бы она не смогла – там это расправиться со взрослым мужиком, если ему вздумается поохотиться в её части леса. Здесь-то и требовался он, мужчина, свой собственный, способный расправиться с любым непрошенным гостем.

Наверное, в других частях леса у него были и другие женщины – он часто уходил, ничего не говоря, без объяснений, без предупреждения… но через некоторое время обязательно возвращался. Она не спрашивала, где он был и что делал – он мужчина, может идти куда хочет и делать то, что считает нужным. Главное чтобы не пускал чужаков на её землю, а прокормиться она могла и сама.

Мать, когда ещё была жива, рассказывала что бывают мужчины и получше, говорила что отец сам добывал еду для всей семьи… но кто их видел, таких мужчин? Может мать придумывала – старики любят приукрашивать реальность, и превозносить прошлое... Сама она отца почти не помнила – она была ещё совсем кроха, когда он ушёл из дома и не вернулся… Мать говорила что его забрали Боги… но она не верила: «наверняка нашёл себе другую», – думала она длинными тёмными зимними вечерами, когда они с матерью почти не высовывались наружу, – «моложе и красивее… и более самостоятельную, которая не стала бы гонять своего мужчину на охоту, которая благодарная ему только за то, что он рядом…»

Она ушла из дома, едва научившись охотиться. И теперь была именно такой – сильной, гордой и независимой, какой всегда мечтала стать. И её мужчина всегда возвращался.

Сегодня он был с ней.

Его храп убаюкивал её и вселял уверенность в завтрашнем дне. Он лежал рядом и довольно урчал после сытного ужина, который она заготовила ему с вечера. Большой, сильный, крепкий, красивый – хороший у неё мужчина. Она невольно залюбовалась его крепким торсом и гладкими волосами. От нахлынувшей на неё нежности она не удержалась и лизнула его в щёку, но мужчина лишь перевернулся на другой бок вальяжно развалившись на их супружеском ложе… Это ничего, пусть поспит, он устал – его не было много дней – на их земли зашёл другой. Её мужчина выслеживал чужака несколько дней, и наконец, схлестнувшись с ним в схватке – прогнал. Так что пусть отдыхает, он заслужил.

Лишь одно обстоятельство омрачало её радость в эти сытые осенние дни: дочка… их маленькая дочка едва пережила своё первое лето; она уже крепко стояла на ногах но была ещё совсем крохой… впрочем дочь и до старости кажется матери ребёнком. Так вот, их дочь заболела. В те дни её мужчина выслеживал чужака, а она сама ушла на охоту, дочка осталась дома одна… а она ведь такая непоседой – выбралась из дома и пошла гулять по лесу. Оно понятно – дочь Хозяйки в лесу никто не тронет, но ведь помимо врагов есть ещё и погода – природа умеет убивать получше многих лесных обитателей…

В общем девочка попала под проливной дождь, а наутро ударили заморозки – дочка промокла до нитки и сильно замёрзла. Обморожения, конечно, не получила, но видимо та холодная ночь не прошла для неё даром – девочка начала чахнуть. Уже второй день она не играла и не выходила из дома.

Хуже всего то, что дочь стала плохо есть… а ведь без сытной еды с болезнью не сладить…

Под эти беспокойные мысли Хозяйка задремала… ничего, дочка крепкая, выздоровеет… Она зарылась лицом в волосы своего мужчины и уснула, в надежде на то, что новый день развеет её тревогу и унесёт прочь так некстати свалившуюся на ребёнка болезнь.

Однако утро лишь усугубило ситуацию.

Дочь страдала – это было видно по её болезненному взгляду и вялым движениям. Оставив мужчине завтрак, Хозяйка, отправилась собирать лечебные травы. Когда она вернулась, мужчина уже поел и пытался поиграть с дочерью, но той и игры были не в радость.

– Ей плохо, – сказал мужчина, указывая взглядом на попискивающую в углу дочку.

– Я знаю, – ответила Хозяйка, пытаясь вложить в рот дочери лекарство.

– Я могу сходить на охоту, мне не трудно… – попытался помочь мужчина, – останься с ней, ей нужно чтобы кто-то был рядом.

В обычных условиях она не заставляла мужчину напрягаться, но сейчас его забота была ей необходима… кроме того он съел всё мясо, а другой еды в доме не было.

– Хорошо, иди, – ответила она, – надеюсь, к вечеру ей будет лучше.

Но дочери лучше не становилось. Ни на этот вечер, ни на следующее утро, ни на утро после того.

Дочка хрепела, почти не шевелилась и совсем не ела. На третий день стало понятно, что их ребёнок умирает.

Это было страшно, очень страшно.

Хозяйка никогда не видела смерть так близко. Это был её первый и единственный ребёнок. Дочка была её радостью и тихое мурлыканье малышки успокаивало её одинокими вечерами…

– Она умирает, – сказал мужчина.

Он скрывал свои чувства, как и все мужчины, но по голосу Хозяйка поняла, что ему тоже больно и горько. Она не знала, есть ли у него другие дети. Сейчас ей, почему-то, очень хотелось, чтобы их дочь была для него единственной, хоть она и прогоняла от себя эти эгоистичные мысли.

– Я знаю, – ответила она, и её большие серые глаза заволокла пелена влаги.

– Я не знаю что делать… – на мужчину было больно смотреть. Большой и сильный он выглядел совершенно беспомощным. Было понятно, что он тоже страдает.

«Наверное, наша дочь, всё-таки единственная для него», – подумала Хозяйка, и вдруг, сама не ожидая от себя такой смелости, ответила с внезапной решительностью:

– Я спасу её! Я отнесу её к Богам… – как будто пытаясь оправдаться, она продолжила, – Боги могут спасти нашу дочь, мать рассказывала, что они способны излечить любую болезнь, что для них нет ничего невозможного…

– Нет! – прорычал мужчина. – Боги жестоки! В их земли нельзя ходить! Они убьют и тебя и нашу дочь!

Внезапный приступ злости накатил на неё, она враждебно зыркнула на мужчину и прорычала в ответ:

– Может ты боишься за свою шкуру? Боишься, что боги узнают, кто мой мужчина и проклятье настигнет тебя? – она сразу же пожалела о резких словах, и зажмурилась в ожидании удара.

Но мужчина не стал её бить, он надулся и, отвернувшись, неподвижно замер у входа.

– Прости, – прошептала она, нежно кусая его в шею, – я погорячилась.

– Ничего, – ответил мужчина отвечая на её ласку, – я боюсь за тебя, я не хочу искать себе другую женщину если тебя убьют…

Это были самые приятные слова, какие она только слышала в жизни. Обняв своего мужчину, она заплакала от нахлынувшей на неё смеси нежности и страха.

– Я провожу тебя до их владений, – вдруг произнёс он, и она, как маленькая девочка, благодарно уткнулась носом в его густые волосы.

– Спасибо, – прошептала она.

…Прежде она никогда не бывала в Проклятых Землях. Всё здесь было чужим, враждебным: запахи, звуки – ничего не напоминало о том, что когда-то тут были владения предков. Дыхание чужого мира чувствовалось во всё, что она видела, слышала и ощущала. Каменные реки, которые не были реками; голые деревья, которые не были деревьями; уходящие в небо скалы, которые не были скалами. В них были норы, которые не были норами. Норы были скрытые Незримыми Барьерами, сквозь которые можно было видеть, но нельзя было пройти. Мужчина говорил, что Боги живут в этих скалах, что они могут проходить сквозь каменные стены и обитают в недрах этих странных дырявых гор.

– Демонов не бойся, – добавил он, провожая её в это мрачное место, – они всего лишь животные. Я даже убивал и ел их, проклятье богов на них не распространяется.

Врёт наверное, думала она, но в слух этого не сказала.

Они шли по лесу вдоль каменной реки. Но как только вдали показались первые дырявые горы – жилища богов – мужчина остановился.

– Дальше я не пойду, – проговорил он, пропуская её вперёд, – если нас увидят вместе – убьют обоих. Но тебя с ребёнком могут и пощадить. Мне говорили так бывает… Только возвращайся, не умирай здесь, я не хочу потерять ещё и тебя…

Мужчина лизнул её в щёку, последний раз посмотрел на их дремлющую дочку и большими прыжками поспешил прочь.

Теперь она осталась одна, в проклятых землях захваченных богами, один на один с их гневом и милостью. Ей было страшно, очень страшно. Страшно потерять дочь, страшно умереть самой, страшно навлечь проклятие на своего мужчину – страх заполнял всё её существо. Но она продолжала идти вперёд на встречу, чуждому миру и страшным звукам.

Проклятая Земля отличалась от привычного мира, она дышала тёмной магией, всё что она видела было не таким как всегда. Воздух кипел над землёй, наполненный странными запахами и жуткими звуками. Могущество Пришельцев ощущалось в каждом камне, в каждой ветви, а прямо впереди дырявые горы светились колдовскими огнями.

Над изувеченным миром начинали проглядывать первые робкие рассветные лучи, в их мягком привычном свете огни выглядели не так жутко, и она пошла быстрее, хотя страх и не отступил до конца.

И вдруг перед ней, будто из под земли, вырос демон-стражник – слуга богов и проводник их воли – она узнала чудовище по запаху дыма и пепла, исходившему от взъерошенной шерсти, и злобному бессмысленному взгляду.

«Странно, я всегда полагала что они гораздо больше», – подумала она, укладывая дочь в пожелтевшую траву возле ног, и заслоняя её своим телом.

Демон рычал, оскалив сочащуюся слюной клыкастую пасть, шерсть на его загривке встала дыбом, но она не чувствовала в нём угрозы, только страх – несмотря на всю враждебность демон боялся её, она сразу это поняла, и это придало её смелости. Она посмотрела на демона в упор и зарычала:

– Уйди с дороги! Мне нужно туда!

Хозяйка возвышалась над чудовищем в добрых полтора его роста, но всё равно не могла до конца поверить, что способна испугать пышущего огнём демона… Она ждала, что тот кинется на неё, и уже встала в боевую стойку, готовясь защитить себя и своего больного ребёнка… но вместо того чтобы напасть, демон поник, его шерсть обвисла, оскаленная пасть закрылась и он, поджав хвост, кинулся бежать в сторону страшных огней и пугающих звуков.

«Я напугала демона!», – удивилась Хозяйка, поднимая дочку.

Неужели мужчина не лгал? Неужели демона можно убить… или даже съесть? Демон, похоже, в её силе не сомневался…

Так размышляла она пробираясь в глубь проклятой территории.

Колдовские огни на голых деревьях и за Незримыми Барьерами дырявых скал начали гаснуть под напором показавшегося над горизонтом солнца, когда, наконец, Хозяйка увидела ЕГО.

Она ещё никогда не видела живого бога – он стоял возле непонятной конструкции исторгавшей вонючий дым и пышущий теплом из своего ревущего нутра.

Бог заметил её, и медленно попятился назад.

Она сделала шаг ближе, ещё один… и ещё.

Бог отступил, в его странном убежище открылся продольный лаз. Бог юркнул внутрь дымящей конструкции и лаз за ним закрылся с резким лязгающим звуком. Его укрытие напоминало каменную глыбу, но верх его был окружён Незримым Барьером – она видела двух богов внутри укрытия, но отблески рассветного солнца на невидимой преграде говорили ей, что подобраться к ним вплотную невозможно.

Впрочем, нужды в этом никакой не было – вне всяких сомнений боги заметили её. И если уж её до сих пор не поразила молния, есть надежда что ОНИ одарят её дочь своей милостью…

– Моя дочь умирает! – с мольбой в голосе произнесла она. – Молю, спасите её!

С этими словами она положила стонущего ребёнка перед дымящей конструкцией и отступила назад…

***

– Смотри! Тигр! – проговорил водитель, указывающий на приближающегося грозного хищника, – только не делай резких движений, медленно, очень медленно, отступай назад и садись в машину!

– Она что-то тащит в зубах, – ответил его спутник, протискиваясь в салон и захлопывая за собой дверь.

– Да это же тигрёнок! – подтвердил водитель.

– Положила его на землю, рычит…

– Уходит…

Когда тигрица скрылась из виду, они выбрались из машины и подошли к комку полосатого меха, оставленному на жухлой траве:

– Горячая…

– И нос сухой… хрипит.

– Да она больна!

– Точно… мать принесла её в надежде, что люди не дадут тигрёнку умереть…

– Ну блин, не можем же мы подвести Хозяйку Тайги, как-то это вообще не по-человечески будет… потащили зверёныша в ветеринарку, вколют ему каких-нибудь антибиотиков – выкарабкается.

Водитель принял золотистого котёнка на руки, и осторожно положил на заднее сидение пыхтящего дымом внедорожника.

ДВР. 2021 год.

Основано на реальных событиях: так в Приморском Сафари-Парке появилась знаменитая тигрица Ригма, которая является матерью почти всех тигров содержащихся в Парках и Зоосадах Дальнего Востока.