На Костерке

Глава 1

Судовой журнал грузового суда «Костерок»

Записи делал капитан и владетель Манфред фон Штайлер.

Начало плавания — Дуос второй недели месяца Могучего солнца.

День 1

Отплыли из Дартасия. Родная Вольная марка снова осталась за бортом.

Загрузились отборными веллиримскими клинками, и несколькими бочонками с уксусом.

День 8

Прибытие в Вито. Владычество Одмарк. Предпоследняя остановка на Арамее.

Сгрузили уксус. Взамен получили отборнейшее аркантское вино в изрядном количестве.

Как всегда, между южной оконечностью Арамеи и Куримахом могут быть пираты. Есть шансы наткнуться на них по пути к Нириону, но шанс невелик. Поэтому на милость Пламени можно уповать, но лучше обезопаситься. Приняли на борт несколько наёмников, имеющих опыт в морском деле. Среди них оказался северянин. Отрекомендовался как Хельги Поток. На арамейском говорит с трудом, но от него многого и не требуется. Скорее всего, сдохнет в первой же битве.

Проклятые маланийцы. Никаких нормальных фамилий. Только прозвища. Дикари!

Отец рассказывал, как воевал с ними во время первой осады Фареса, ещё во времена Пылающего Королевства. Он не говорил об этом, но матушка нашептала мне, что именно из-за северян у отца хромота. Он всегда их ненавидел.

Хотя за этого поручились прочие, утверждая, что он будет полезен со своим большим мечом. Кажется, эти дикари называют свои мечи клейморами.

Я слыхал, что якобы это они придумали большие мечи, найдя первый где-то далеко на севере. Это, конечно же, вздор. Всё самое лучшее оружие всегда создавалось на Арамее.

День 13

Попали в шторм, но молитвы Пламени уберегли нас. А этот дикарь стоял на носу корабля и смотрел вперёд. Великое Пламя! Ну почему его не смыло волной? Не пришлось бы платить его долю. Я каждый день вижу, с каким пренебрежением этот дикарь смотрит на утренние и ночные молитвы во славу Пламени, пока у экипажа нет возможности посетить храм.

День 21

Прибытие в Нирион. Пирейское Королевство.

Проклятые картавые пирейцы. Предатели и отступники. Как же я был рад посетить вечернюю службу в местном отделении огнепоклонничества. Словно сам Серафий благословил нас.

Однако, пылающий жрец удивил меня настоятельной просьбой взять с собой в путь фаресца! Некий сеньор Васко Верде.

На моё искреннее возмущение служитель Пламени соизволил объяснить, что у этого ортодокса, верующего не в Пламя, а в Свет, есть особое задание на Цинтохае. Как раз там, куда следует «Костерок». Конечно, я не мог отказать.

В качестве подношения передал в храм Великого Пламени десяток бочонков вина. Уверен, что это принесёт мне удачу!

День 33

Напали пираты. Потеряли троих человек: одного наёмника и двух матросов. Да храни нас Великое Пламя. Добычи у них почти не оказалось. Пленных нет.

Все отмечают этих двоих, утверждая, что в ответственный момент один, кажется, фаресец, бесов островитянин, кинулся в самую гущу боя, внеся сметение в стан врага. А следом прыгнул и варвар со своим огромным мечом. Кажется, я стал чуть больше понимать ненависть отца.

Да, это были грязные пираты. Но они всё ещё арамейцы! Не важно, из Вольной Марки или Пиреи. Мы могли взять нескольких из них в плен… Эти двое истребили всех. Фаресец добивал раненых, включая капитана, за которого мог бы быть хороший выкуп. Проклятье!

День 36

Кажется, не только мне родитель рассказывал о первой попытке завоевания Фареса. Эти двое словно спелись и проводят больше времени вместе. Кажется, островитянин, учит дикаря нашему языку. Только этого не хватало.

День 38

Снова шторм. Серьёзный. Двух матросов смыло за борт. Одного убило куском мачты. Серьёзно повреждён рулевой механизм. Придётся остановиться на ремонт в Пепельных землях. Хотя отец строго наказывал мне не делать этого. Выбора нет.

Также, пришлось привлечь наёмников для управления и починки корабля. Ко мне явились эти двое от лица прочих. Требовать обещанную двойную оплату в случае привлечения наёмников к матросской деятельности. Говорил этот высокий дикарь, а островитянин переводил. Да всё зыркал на меня как на добычу. Пришлось принять условия. Великое Пламя, мне действительно никуда от этого не деться.

День 39

Продолжается ремонт мачты. Все трудятся не покладая рук. А эти двое начали не только болтать, но и тренироваться! На их размахивания железками сбегается посмотреть весь экипаж. КАК?! Все вроде падают без сил, а проклятый северянин всё равно хватается за свой большой меч или как минимум ножи. Как же у него много ножей. Кажется, у них это общее. Оба увешаны бесовыми ножами.

День 40

Ночью на нас напали. Потерь нет.

Но снова эти двое! Уже не только наёмники, весь экипаж твердит, что если бы не эта парочка, то мы все отдали бы душу Великому Пламени. Фаресец имел наглость затребовать для экипажа бочонок вина. Я отказал ему, и он попытался схватиться за свою шпагу! Кабы не его дружок, быть бы во мне лишней дыре.

Да как он посмел?! Если бы не настоятельная просьба пылающего жреца, я бы приказал казнить наглеца. Кажется, экипаж сплачивается вокруг этих двоих. Всё, бесов северянин. Поганый весельчак.

День 41

Мачта наконец-то починена, и «Костерок» отправляется в путь.

Экипаж требует двойной оплаты для этих двоих. Ведь именно островитянин нашёл правильное дерево для починки рулевого механизма. Плотник только развёл руками. За что я плачу ему?!

День 56

Кажется, мой экипаж более не подчиняется мне…

В честь скорого прибытия эти двое, (чтоб им стать пеплом!) выкатили на палубу два бочонка вина. МОЕГО вина. Отборное аркантское вино, достойное быть проданным Совету Шалама в Кандийском Царстве. Какие потери! Сколько же солидов мной утрачено из-за этих наглецов.

Попытка заставить матросов вернуть бочки на место полностью провальна. Старший помощник только разводит руками. Всё, что мне остаётся, — это делать вид, что всё так, как должно быть. Всего несколько дней, и мы прибудем! Как только эти двое и прочие наёмники сойдут, я прикажу высечь каждого матроса! КАЖДОГО!

День 61

Прибытие в Мадур.

Да славится Великое Пламя, мы добрались, а эти двое наконец-то покинули моё несчастное судно.

КАК ЖЕ ДОРОГО ЭТО ОБОШЛОСЬ МНЕ. Отец не простит. Пусть простит хотя бы Пламя.

Пришлось сполна выплатить им. Казначей только головой качал, отсчитывая монеты. Бесов северянин, как всегда, смотрел словно насмехаясь. Забрал свою долю и дружка. И то хлеб. Этот хотя бы смотрел не как на кусок мяса, который вот-вот начнут резать на куски.

Теперь этот дикарь ещё и сносно говорит на арамейском! Это какой-то отдельный вид оскорбления — слышать из его поганого рта слова великого языка, на котором говорил сам Ладон!

Конец плавания. Слава Пламени!

День 62

Пропало несколько клинков из трюма!!! Я знаю, кто это сделал. Вот почему один забирал долю другого. Они просто отвлекали моё внимание. Никогда более нога фаресца или дикаря с севера не ступят на борт моего судна!