Морозко. Князь зимы.

Анастасия

Анастасия открыла глаза. Над ней переливался всеми цветами радуги узорчатый полупрозрачный потолок.

– Наверное, я всё ещё сплю?

Девушка попыталась встать, но тело настолько ослабело, что даже такая простая задача оказалась ей не по силам. Она с облегчением откинулась на подушку, чувствуя, как тяжесть наваливается неодолимым грузом, а шея не в состоянии удержать голову.

– Должно быть, я заболела, и всё, что видела вчера ночью лишь горячечный бред больного воображения. Обычные волки показались злобными оборотнями, а охотник… Да! Охотник, появившийся в метели, он спас меня! Именно так и было. Это всего лишь обычный охотник, — решила Настя, разглядывая потолок. Мысли текли вяло, лениво, словно густой кисель. Потолок казался вырезанным из хрусталя, неровный, полупрозрачный, шершавый, как будто покрытый морозом, но в тереме было тепло.

– Возможно, это и не охотник вовсе, — продолжала размышлять девушка, рассматривая обстановку опочивальни. Просторная светлица, но какая-то неухоженная и неуютная, всем своим видом просила заботливой женской руки.

В доме нет хозяйки?

Стены срублены из какого-то странного белого дерева, часть стены у печи расписана синими красками, которые создавали иллюзию морозных узоров на окне, а сама печь обложена голубыми расписными плитками.

Настя долго не могла оторвать зачарованный взгляд от змеящихся переплетающихся линий. Вздохнув, она принялась осматриваться дальше.

Вдоль одной из стен в ряд выстроились несколько высоких сундуков, из которых выглядывали ворохи мятой одежды. То ли рубахи, то ли штаны… На полу в беспорядке разбросаны грубо выделанные шкуры. Письменный стол вообще разглядеть сложно, он оказался полностью завален свитками и книгами, а под столом виднелось расплывшееся давно засохшее чернильное пятно.

Девушка устало закрыла глаза. Кровать довольно широкая, мягкая. Так бы и лежала целую вечность, свернувшись под тёплым уютным одеялом. Поверх него на ноги ещё и волчья шкура накинута. Настя протянула руку и ощупала простыни. Похоже, она лежала на нескольких перинах.

– Будь я здорова, могла бы в полной мере насладиться этим моментом, — подумала она.

Самым лучшим местом, где она любила спать в детстве, был сеновал. Там всегда тепло, тихо, вкусно пахло сухой травой и пылью, но острые былинки то и дело норовили забраться под одежду, царапая нежную кожу. Ей, привыкшей к жёстким лавкам, как-то непривычно находиться в такой роскошной постели. Насте с трудом удалось приподняться и сесть в кровати.

– Как же всё-таки здесь хорошо! Может быть, удастся уговорить этого господина оставить меня здесь в качестве прислуги? А вдруг он откажет и выгонит обратно на улицу? Сжалится, даст кусок хлеба и отправит домой. Но куда мне идти? — страх и обречённость охватили девушку. От нахлынувших эмоций она заплакала.Голова снова разболелась, но сдержать слёзы никак не удавалось.

Невольно в памяти всплыли воспоминания о том, как она оказалась в лесу. Вспомнился отец, осунувшийся, за последние дни словно постаревший сразу на несколько лет, плачущий Ванюшка и довольное лицо Варвары, женщины, которая обещала заботиться о них, как о родных детях. Однако обещание быстро забылось.

Ваня в основном проводил время с отцом, а Настя изо дня в день выполняла работу за двоих, а то и за троих. Вечером мачеха жаловалась отцу на падчерицу, что та её не слушается, и что работают только они с Марфушей. Отец как человек мягкий всеми силами старался избежать конфликтов.

Анастасия надеялась, что всё со временем наладится, это ненадолго. Она была уже на выданье и старше Марфы. Через год другой уйдёт из этого дома и будет только навещать батюшку с братом. Но она никак не могла поверить, что мачеха настолько её невзлюбила, что готова оклеветать и отправить на такую жестокую смерть.

Внутри Насти бушевали гнев и чувство несправедливости. В тот момент она почувствовала зависть к всаднику, которого видела в своих видениях. Высокий мужчина, лицо которого скрывал капюшон, на вороном коне и в чёрных одеждах. Ей казалось, что это сама смерть.

Одним жестом он подчинял себе всю нечисть вокруг. Огромные чёрные волки, с измазанными в крови пастями повиновались ему.

– Если бы я могла так же прискакать на этом коне с целой сворой свирепых волков, — думала Настя. — Чтобы они схватили мою мачеху и сводную сестру, разодрали им ноги. Тогда, возможно, из страха перед смертью они признались бы во всех своих преступлениях.

От мрачных мыслей её отвлекли тихие шаги. В панике девушка быстро легла на подушку, отвернулась от двери и притворилась спящей, опасаясь, что хозяин заметит её пробуждение и выгонит на улицу.

Нужно только дождаться вечера, возможно, тогда ей позволят здесь переночевать. Дверь открылась, и к постели тихими размеренными шагами приблизился незнакомец. От него исходил холод, как будто он только что вернулся с улицы. Настя почувствовала у лица его дыхание, запах угля и ели.

– Кажется, его рука проверяет моё дыхание», — подумала она. Сейчас самое важное — не быть пойманной на обмане. Никому не нравится, когда его обманывают, – размышляла девушка.

— Ну что, не окочурилась? — раздался молодой звонкий голос со стороны двери.

— Нет, более того, она выздоравливает. Молодость взяла своё, — ответил ему более мужественный и бархатный, с командными нотками, голос мужчины, стоявшего у кровати.

— И что с ней делать? Её тебе в жертву принесли, в деревне её обратно не примут, — продолжал юноша.

— Сначала пусть очнётся. Лицо у неё смазливое, тело крепкое, закалённое в работе. На улице не останется, кто-нибудь да женится, — произнёс мужчина и быстрыми шагами покинул комнату.

Юноша закрыл за ним дверь и, продолжая разговор, произнёс: – Да ведь люди сейчас жадные, без приданого никто не женится. Ответа Настя не услышала. От страха у неё появились силы, и она уже более уверенно села на кровати.

– Что всё это значит? Меня принесли в жертву Морозу? Такого быть не может! Или всё-таки может? — думала Настя, перебирая пальцами одеяло и вспоминая события минувшей ночи.

***

Девушка очнулась от волчьего воя. В темноте и бушующем вихре вьюги ничего нельзя было разглядеть. Какая смерть страшнее, от холода или от клыков хищников?

Совсем рядом послышалось рычание, но к ней приближался не волк, а существо, чем-то похожее на него. Оно шло на задних лапах, передние походили на большие мускулистые человеческие руки с когтями. Голова напоминала то ли волчью, то ли собачью, но самое страшное – его глаза. Налитые кровью с жёлтыми зрачками. Взгляд осознанный и жестокий, не свойственный животному.

Она уже видела такой взгляд у человека, которого боялась больше всего на свете. Девушка закричала что есть сил, но из горла вырвался лишь скрипучий, приглушённый вопль, который вскоре затих. Она полностью потеряла голос, но, не осознавая этого, продолжала беззвучно кричать и плакать. Промёрзшие и задубевшие на морозе верёвки не позволяли девушке не то чтобы убежать, даже пошевелиться.

– Вот и всё, пришла моя смерть, — решила Настя, зажмурившись. Но рык внезапно стих, и чудовище двинулось в сторону. Девушка осторожно открыла глаза. Метрах в десяти от неё на снегу лежал маленький мальчик, прямо над ним возвышался всадник на огромном чёрном коне. Всадник внушал ужас даже больше, чем оборотень. Высокий, укутанный в чёрный плащ человек, лицо которого пряталось в тени капюшона. Так может, у него и вовсе нет лица, как у самой смерти?.

К первому чудовищу присоединились ещё несколько, материализовавшись из снежной круговерти. Зарычав, они набросились на ребёнка всем скопом. Снег взметнулся у них из-под лап, смешиваясь с разбушевавшейся метелью. Что-либо разобрать в этой мешанине из снега и тел стало совершенно невозможно. Временами слышался рык тварей и глухие удары. Настя чудом смогла разглядеть, что мальчик всё ещё яростно отбивается от оборотней. Ребёнок лет восьми ловко раскидывал чудовищ и был невероятно сильным для своего возраста.

Всадник взмахнул рукой, и оборотни как по команде отступили. Мужчина спрыгнул на землю, обнажая чёрный клинок.

– Нет, не надо, он же ещё ребёнок! — закричала Настя, но её охрипший голос затерялся в завываниях вьюги. Мальчик попытался отползти, но враг приближался быстрее. Когда он замахнулся массивным мечом на ребёнка Настя зажмурила глаза, не в силах наблюдать за этой страшной картиной.

Через мгновение послышался звон, металла.

Внезапно словно из ниоткуда появился воин в доспехах, сверкающих серебром, и в белом плаще, украшенном мехом. Он кинулся наперерез чёрному всаднику, заставив того отступить, и заслонил собой ребёнка.

- Северин, уводи его! — крикнул белый воин, слегка обернувшись через плечо. Сразу за его спиной возник слабый вихрь. Насте даже показалось, что она увидела силуэт человека, подхватившего мальчика на руки, но тут снег закружил быстрее, ребёнок и таинственный человек исчезли, словно растворившись в метели.

Но белый воин остался, он продолжал сражаться с соперником в чёрном плаще, с лёгкостью одерживая победу. Оборотни пытались по началу напасть на врага своего хозяина сзади, но он достал второй меч и успевал отбиваться от них.

Через некоторое время мороз усилился. Настя так сильно была увлечена битвой, что даже не сразу заметила приближающегося к ней оборотня, который решил воспользоваться ситуацией и полакомиться ею. Зверь изготовился к прыжку, его задние лапы зарылись в снег. Ещё секунда, и тварь разорвёт её на части. Девушка пыталась кричать, но лишь беззвучно раскрывала рот, не в силах издать ни звука.

Оборотень прыгнул. Настя в ужасе распахнула глаза, выставив руки вперёд и готовясь к смерти, но тут чёрные зрачки зверя покрыла изморозь, в мгновение ока превратив их в лёд. Чудовище на миг зависло в воздухе и рухнуло замертво в метре от неё. Остальные твари пытались бежать, но меч белого воина не знал пощады. Раненые падали в снег и, скуля, пытались отползти и скрыться в метели.

Из её носа хлынула кровь, но тут же замёрзла, застыв сосулькой на адском холоде. Голову сдавило, словно тисками, мороз сковал всё тело каждый вдох обжигал лёгкие, когда воздух проникал внутрь. Она старалась дышать как можно реже, чтобы сохранить силы.

Чёрный всадник отступил. Окоченевшие тела оборотней усеяли пространство вокруг, бой окончен.

Последнее, что увидела девушка перед тем, как сознание покинуло её, это приближающийся силуэт белого воина.

Князь зимы.

— Мор, да ладно тебе! Я же уже просил прощения! Ты и сам прекрасно понимаешь, что мне нужно больше времени проводить на улице. И вообще, у меня всё было под контролем, — весело говорил светловолосый мальчик, ставя на обеденный стол тарелку с кашей и не обращая внимания на грозные взгляды, которые бросал в его сторону красивый широкоплечий мужчина. Князь зимы устало опустился в кресло во главе стола и, потерев переносицу, подумал о том, как порой его раздражает бог света, олицетворяющий собой само солнце.

- Хорс, я повторяю в последний раз, до солнцестояния ты будешь выходить на улицу только под присмотром. Сейчас ты находишься под моей защитой, в моём доме, и должен меня слушаться. Если ты ещё раз нарушишь приказ, просидишь в погребе до конца декабря, – громко произнёс Мороз, не скрывая раздражения. Его яркие серые глаза, похожие на воду из горного ручья, скованного льдом, притянули к себе взгляд юного бога, заставляя того зябко поёжиться. Улыбка мигом исчезла с его лица и, опустив взгляд в тарелку, мальчик тихо произнес: – Я понял.

— Ну что вы, всё же обошлось, — вмешался юноша, устанавливая в центре стола чугунок. Хорс с удовольствием открыл крышку и вдохнул аромат запечённых овощей и мяса, тут же забыв о гневе Мороза. Тот недовольно хмыкнул.

Бог солнца, Хорс, осенью старел. Он являлся самым могущественным из всех богов, но сила сжигала его изнутри. Спасало бога солнца лишь перерождение. В ноябре он погружался в божественный сон, чтобы восстановить силы, а после, в начале декабря просыпался пятилетним ребёнком. Морозу приходилось присматривать за малолетним, озорным и порой непослушным мальчуганом. И так происходило из года в год, с самого начала времён.

- Северин, нам нужна ещё одна тарелка и ложка, — произнёс Мороз, отвлекаясь от своих мыслей. Юноша недоумённо взглянул на старшего брата.

- Мы что, ждём гостей ?! — глаза Хорса, мгновенно засияли, став похожими на чистое голубое небо в летний зной, когда в нём нет ни облачка.

- Я знаю, что ты здесь. Долго ещё будешь прятаться? — чуть громче произнёс Мороз, проигнорировав вопрос Хорса. В комнату робко вошла девушка. Она по-прежнему казалась болезненно бледной, под глазами залегли тёмные круги. Волосы девушка аккуратно заплела в косу, а сарафан, некогда голубого цвета, теперь больше напоминал серую заношенную тряпку.

- Извините, я не хотела вас оскорбить, просто боялась зайти, — осипшим голосом произнесла она.

- Не бойся, здесь тебя никто не обидит. Присаживайся со мной, — Хорс указал на скамью. Девушка улыбнулась мальчику и посмотрела на взрослых, видимо, не воспринимая приглашение всерьёз.

- Присаживайся и отужинай с нами, — кивнул ей Северин, подтверждая слова Хорса.

*****

Настя не могла долго лежать в постели, праздно бездельничая. Она и в детстве была активным ребёнком, а потом, повзрослев, много работала и училась женским ремёслам. Для неё, шустрой и деятельной, просто немыслимо сидеть без дела в тереме, но девушка решила подождать, пока стемнеет. Выглянув в окно, она с ужасом обнаружила, что находится в лесу, а не в деревне.

— Удивительно, такой богатый дом построили в лесу, да ещё и в самой глуши, судя по деревьям вокруг! Зачем? — рассуждала Настя, тихонько выходя из комнаты. Она прошла по тёмному коридору, ноги приятно утопали в пушистом ковре.

Однако когда девушка дотронулась до стены, почувствовала лёгкий холод. Настя сначала подумала, что ей это показалось, но, коснувшись стены снова, она убедилась, что так и есть, стена оказалась покрыта тонкой ледяной корочкой. Вздрогнув, она отошла от стены. В памяти всплыла фраза незнакомца: «Её тебе в жертву принесли, в деревне её обратно не примут».

Настя тряхнула головой, отгоняя бредовые мысли. Она не верила в сказки, которые рассказывали старики в деревне, а только в то, что можно увидеть и потрогать своими руками. Но в глубине души она всегда знала о существовании Мороза, ведь доказательства этого каждую зиму появлялись на окнах, кто-то же рисует красивые узоры на стекле.

Девушка заметила приоткрытую дверь и услышала голоса. Один из них явно принадлежал ребёнку, но Настя не решилась подсматривать в щель.

- Тогда в лесу…Мальчик на снегу…Возможно, это он? — подумала она и тут же услышала гневный голос мужчины, который несколько часов назад проверял её дыхание. Руки Насти невольно задрожали, слыша этот голос, воображение рисовало образ властного и жестокого человека.

- А что, если он такой же, как... — промелькнуло в её голове. В памяти всплыл уверенный и жестокий взгляд мужчины, его кривая ухмылка, всё в его облике говорило, что он может сделать с людьми всё, что только пожелает.

- Я знаю что ты здесь, — промолвил Мор.

Сердце девушки пропустило удар, казалось голос хозяина дома прозвучал у неё в голове. Деваться некуда надо идти.

Настя шагнула в просторную комнату, где оказалось гораздо теплее, чем в светлице. В центре комнаты стоял большой стол, накрытый белоснежной скатертью, а по бокам от него скамьи, покрытые шкурами животных.

Во главе стола возвышался огромный стул, похожий на трон, на котором сидел широкоплечий молодой мужчина в серебристом камзоле. Белоснежные волосы небрежно спадали на плечи и спину, прямые брови нахмурены, а глубокая складка между ними выдавала недовольство хозяина дома. Тонкие и правильные черты лица мужчины создавали впечатление настоящего красавца.

Однако, несмотря на свою привлекательность, мужчина смотрел на Настю свысока, словно на надоедливую собаку, просящую подачки. Суровый и холодный взгляд вызвал у девушки чувство неловкости.

– Простите… – еле слышно пробормотала она.

Неловкую ситуацию разрядил мальчик. Настя узнала его. Да, это тот самый малыш, которого она видела в лесу. За стол её пригласил молодой юноша, скорее всего, ровесник девушки. Он немного походил на хозяина дома: такой же широкоплечий и худой, с тонкими, правильными чертами лица и белыми волосами. Но в отличие от первого, волосы у юноши волосы кудрявые и короткие, а глаза тёмно-голубые.

Девушка присела за стол, и воцарилось неловкое молчание, которое, впрочем, длилось недолго.

— Как тебя зовут? — спросил мальчик.

— Меня зовут Настя, а вас, сударь?

Такое обращение ему явно понравилось. Мальчик гордо выпятил грудь и с удовольствием представился:

— Меня зовут Хорс Светлоликий. Это Северин, а он Мороз, хозяин дома, — деловито произнёс мальчик с набитым ртом, кивком указывая на остальных.

По телу девушки пробежали мурашки, словно она вновь пережила те ощущения, когда жгучий мороз обжигал её лёгкие, медленно убивая. Она не осмелилась посмотреть в глаза человеку, который сидел во главе стола. Мороз, напротив, без стеснения изучал гостью, заставляя её краснеть от смущения.

В этот момент Хорс весело болтал, умудряясь одновременно поглощать еду и говорить.

— Как здорово, что ты у нас гостишь! А то здесь очень скучно. Давай завтра во дворе поиграем в снежки! Я очень меткий!

— Хорошо, сударь. Если только ваш отец не будет против, — промолвила Настя.

Мальчик с недоумением взглянул на Мороза, затем на гостью и громко рассмеялся:

— Слава Роду, Мороз мне не отец! Он мой друг, и я здесь такой же гость, как и ты.

– Он что, сейчас упомянул языческого бога? — подумала про себя девушка. Запах еды дразнил, пробуждая голод, ведь она не ела уже двое суток. Если бы сейчас находилась одна, то, наверное, она вмиг смела бы всё, что стояло на столе. Но Настя старалась держать себя в руках. Сейчас обычная каша казалась ей самой вкусной пищей, которую она когда-либо пробовала.

Мысль, что она сидит за одним столом с грозным и беспощадным божеством, сводила её с ума. Она удивлялась его внешности; старики рассказывали, что Мороз — высокий широкоплечий старец с клочковатой белой бородой, а не красивый молодой мужчина в самом расцвете сил.

— Итак, Анастасия, расскажи мне, почему твои соплеменники так поступили с тобой? — спросил он строгим и холодным тоном, не терпящим возражений. У Насти сразу пропал аппетит, и она наконец осмелилась посмотреть в лицо Морозу.

– Если это боги, то они очень похожи на людей, и кажется, не только внешне., Ведь они так просто и по-человечески разговаривают, — думала про себя девушка, пытаясь предугадать его реакцию. Хотя лицо мужчины казалось строгим, но в серых глазах проскакивали озорные смешливые огоньки.

Этот человек, точнее, не человек, наталкивал на противоречивые догадки.

Дом вечной зимы

Настя тяжело вздохнула, в горле встал ком. Обида и горечь переполняли её. Она всегда старалась быть кроткой, послушной, доброй и отзывчивой, но судьба, жестоко над ней подшутила.

— Я дочь старого плотника, — начала она. — После рождения брата, мать тяжело заболела и с каждым годом всё быстрее угасала. Она ушла из жизни, когда Ваньке исполнилось всего три года. Отец год носил траур, но...

— Анастасия, короче, — прервал её Мороз. Мужчина не смотрел на девушку, не сводя серых глаз, которые напоминали подтаявшие льдинки, с пламени свечи. Казалось, что в этом огне он видит всю её жизнь.

- Может, он действительно колдун,и огонёк сейчас ему показывает мою жизнь. А он сверяет, и ждёт где солгу. Хотя какая разница, ему неинтересно. Но лучше действительно поторопиться и не гневить его.

- В нашем доме появились мачеха и её дочь. Поначалу всё шло хорошо, но потом Марфа вовсе перестала работать, и её обязанности легли на мои плечи. Иногда я не успевала всё сделать, и мачеха сильно ругала меня и жаловалась отцу.

В этот момент Настя запнулась, и её глаза наполнились слезами. Как будто в насмешку Мороз посмотрел на неё своими ледяными глазами. Насте подумалось, что ему в диковинку наблюдать за человеческими чувствами.

Она продолжала заворожённо смотреть в эти ледяные глаза, в которых невозможно различить ни следа эмоций. Ведь по глазам можно многое понять о человеке. Печальные говорят о горькой судьбе, а у детей или молодых людей они словно улыбаются, рассказывая о любящих родителях и беззаботной жизни.

Однако у хозяина дома, казалось, в них не светилось ничего, кроме любопытства. Его взгляд напоминал взгляд любопытной рыси, увидевшей в лесу что-то необычное.

- Он что, издевается? — подумала Настя, и щеки вспыхнули румянцем, выдавая нарастающее раздражение и смущение от пристального внимания.

Северин, сидевший напротив неё, демонстративно закашлялся.

— Будьте здоровы, сударь, — сказала Настя, и Хорс, устроившийся рядом, подавил смешок, поперхнувшись. Девушка покраснела ещё сильнее, осознавая свою ошибку. Мороз наконец-то перевёл своё внимание на свечи.

— Что было дальше? — спросил юноша.

— Мачеха обвинила меня в колдовстве. В этом году осень выдалась очень холодной, а зима пришла рано. Поговаривали, что это всё проделки старых колдунов, которые молятся Морене в лесу. А моя сводная сестра, подливая масла в огонь, начала распускать сплетни о том, что я заговариваю птиц, а те приносят плохую погоду и беды. На вече мачеха подтвердила все эти слухи, боясь, что Марфу накажут за клевету. Вече решило меня наказать и принести в жертву Морозу, чтобы он не так сильно лютовал. Вот меня и привязали к дереву в лесу.

Последние слова Настя произнесла с трудом, стараясь сдержать слёзы,но две слезинки всё же скатились с её ресниц.

- Снова. Почему он так на меня смотрит? Неужели он никогда не видел, как плачут люди? Хотя сейчас его взгляд хмурый. Хоть какой-то намёк на человеческие чувства.

- А ты правда можешь птиц заговаривать? - поинтересовался Хорс.

— Нет, что ты, я самая обычная девушка, — возразила Настя.

— Неужели никто не заступился за тебя? — Северин с сочувствием посмотрел на неё.

— Нет. Мой отец очень мягкий человек и не может противостоять толпе, а Ваня ещё маленький. Да и кто станет слушать ребёнка?

— Неужели среди мужчин не оказалось никого, кто был бы готов взять тебя в жёны? — голос Мороза звучал более резко, чем у его брата, с явными нотками иронии, словно он поймал ребёнка на лжи.

— Есть один человек, но он вернётся только через десять дней, а то и позже. Илья живёт в городе. Возможно, он ещё не узнал о случившемся, — пробормотала Настя, вспоминая своего давнего друга.

Настя познакомилась с Ильёй ещё в детстве на ярмарке. Ей больше нравилось проводить время с ним, чем с подружками. С годами их дружба крепла, хотя они и встречались редко, в основном на ярмарках. Но в этот год всё изменилось, когда отец Ильи прислал сватов. Настя никогда бы не подумала, что парень испытывает к ней чувства. Отец и рад бы дать согласие на брак сразу же, но мачеха настояла на том, чтобы свадьбу сыграли летом. Это оказался единственный случай, когда Настя была благодарна мачехе за её старания.

Илью девушка воспринимала лишь как очень хорошего друга, но не более того. Возможно, они могли бы обсудить всё на ближайшей ярмарке, но он уехал в большой город с отцом на заработки.

— Вот и замечательно. Дождёшься своего Илью и уедешь с ним, — подвёл итог Мороз, хлопнул ладонями по коленям, встал со своего места и направился к выходу. Будучи высоким, он шагал широко, гордо выпрямившись, а его рубаха при каждом движении поблёскивала дорогими нитями и россыпью драгоценных камней.

— Наверное, так выглядят цари и царевичи, — подумала Настя, наблюдая за мужчиной, который задержался у выхода и произнёс, не оборачиваясь: — А пока что будь желанным гостем в моём доме.

Не дождавшись ответа, он покинул комнату и скрылся в тёмном коридоре.

— Не обращай внимания, он у нас немного отмороженный, — утешил Хорс Настю.

- Хорс! - укоризненно покачал головой Северин.

- Что?!

- А как вас зовут? - решилась вмешаться Настя, пытаясь сменить тему и предотвратить ссору.

— Северин. Прошу прощения, что сразу не представился. У нас... — юноша прищурил глаза, словно что-то подсчитывая, но быстро отказался от этой затеи, — очень давно не было гостей в доме, —

— Это точно, скоро и говорить разучитесь здесь, — подхватил Хорс.

Настя отведала вкусной каши из печи. Она даже не догадывалась, что была настолько голодна.

- Наша гостья, должно быть, устала от такого болтуна, как ты, – произнёс Северин, подойдя к Насте и предложив ей свой локоть. Девушке стало неловко оттого, что она так близко оказалась рядом с малознакомым юношей. Однако Северин обладал способностью располагать к себе, его добродушное открытое лицо вызывало доверие. Хорс надул от обиды щёки и остался сидеть за столом, уплетая кашу. Северин проводил Настю до комнаты, попутно отвечая на её невысказанный вопрос.

- Это дом вечной зимы, – начал он. – Его накрывает магический купол, и здесь всегда царит зима, даже если за деревьями бушует лето. Дом принадлежит Морозу, князю зимы. Я же сын Перуна, северный ветер и верный спутник Мороза. Мы живём здесь. А вот Хорс у нас бог солнца. Он только недавно переродился, поэтому ещё совсем юн и слаб. Мы присматриваем за ним, пока он не окрепнет.

Северин остановился у одной из дверей: - Вот твоя горница, чувствуй себя, как дома, только не поднимайся на второй этаж. Мороз не рад будет видеть там гостей и, как сказал Хорс, у него тяжёлый нрав.

Девушка вошла внутрь и замерла от изумления. Ледяной потолок переливался мягким светом. Сначала лиловым, затем зелёным…

— Какое удивительное волшебство! — воскликнула она.

— Это северное сияние. Такое явление можно увидеть только на далёком севере, в царстве зимы, — произнёс Северин, тоже любуясь потолком.

— Отдыхай и набирайся сил, — произнёс юноша, покидая светлицу.

— Северин, постой! Кто этот чёрный всадник? И почему он гнался за Хорсом? — спросила Настя, но Северин изменился в лице, словно не желая говорить о событиях прошлой ночи.

— Он прислужник мрака. Не переживай, здесь ты в безопасности. Спокойной ночи, Настя, — и Северин закрыл за собой тяжёлую дверь.

- Спокойной ночи, Северин, — произнесла Настя, но её слова, вероятно, не достигли его слуха.

В полумраке комнаты, освещённой лишь бликами на потолке, она подошла к постели, улеглась и, наблюдая за северным сиянием, погрузилась в размышления. Слабость всё ещё давала о себе знать, ведь она не полностью восстановилась после болезни.

- Дом вечной зимы, Князь зимы, северный ветер... Ещё два дня назад жизнь казалась обыденной, а сейчас меня окружают красота, магия и чудеса! Удивительно, что духи зимы оказались не такими злыми, как их описывали в старых сказках, — с этими мыслями Настя погрузилась в мир сновидений.

Чёрный всадник

Впереди стремительно мчались оборотни. Эта часть обширного леса издавна принадлежала тьме. Каждый шаг верного коня уносил всадника всё глубже в чащу, во всё более глухие, нехоженные места.

Живые деревья сменялись сухими и корявыми, напоминающими чудовищ из древних мифов. Их кроны сплелись так плотно, что лучи солнца и луны едва пробивались сквозь ветви. Воздух становился всё более густым и затхлым, а плотная дымка тумана скрывала мох под копытами скакуна.

Но даже здесь присутствовала жизнь. В зарослях, меж корней деревьев, в самых тёмных уголках леса таилось множество коварных хищников от растений, заманивающих дурманом заплутавших путников, до русалок в озере на севере.

Наконец чёрный всадник, сопровождаемый свитой оборотней, прибыл на пустырь. Вокруг царила мёртвая тишина, трава и цветы исчезли, и лишь местами виднелись чёрные участки земли, на которых пробивались редкие чертополох и крапива. Удивительно, как вообще какие-либо растения смогли выжить в столь мрачном месте.

В центре пустыря стоял каменный алтарь, а за ним возвышались чуры, посвящённые Маре и Чернобогу, божествам смерти и тьмы. Всадник спешился и, преклонив колено перед своими хозяевами, воздал им дань уважения, а затем продолжил свой путь.

Чуть дальше, за чурами прятался небольшой терем. Любому, кто появлялся здесь, один лишь его вид внушал невольный страх:стены и крышу строения сплошь украшали кости животных и людей, придавая терему зловещий облик.

— Если присмотреться, кажется, на маленьких косточках, похожих на фаланги пальцев, осталась кровь, — размышлял колдун, изучая узоры на двери.

Мужчина занёс руку, чтобы постучать, но в этот момент дверь со скрипом отворилась сама, словно приглашая его войти. Внутри царила такая тьма, от которой даже у тёмного мага стыла кровь в жилах. Она была настолько плотной, что казалось, её можно коснуться рукой.

Переведя дыхание, мужчина снял с головы капюшон и шагнул внутрь, погрузившись в темноту.

— Хозяин, мы выполнили ваше указание, как вы велели, — произнёс колдун.

— Что ты выяснил? — раздался голос из темноты, словно исходивший отовсюду одновременно. Создавалось впечатление, что говорит сама тьма.

— Его можно ранить, но приблизиться к нему невозможно, если он сам того не пожелает. Его сила убивает любого смертного.

— Занятно. Хотя чего ещё ожидать от Мороза, — с лёгкой иронией промолвила тьма.

— Как же нам его убить, владыка? Его морозное дыхание убивает всё живое вокруг.

— Терпение, Деян, терпение. Скоро князь зимы станет слабее, а пока приготовь яд, — произнесла тень с лёгким клокотанием.

— Слабее? Но ведь только начало декабря, это его время! — удивился Деян.

— Увидишь потом сам, а пока займись-ка делом, — произнесла тьма уже несколько раздражённо. С этими словами она рассеялась, сопровождаемая раскатистым хохотом, эхом отразившимся от стен.Через несколько мгновений Деян остался один в тёмном святилище. Теперь тьма стала обычной, более привычной и не такой жуткой, если можно так сказать о темноте в каменном тереме.

Деян злился и досадовал, что хозяин не делится с ним своими замыслами. — Я всего лишь марионетка в его руках, — думал он. — Хотя что может сделать человек против бога? Скоро весь мир погрузится во тьму. Жрецы великой тьмы станут царями тех, кто останется в живых, и будут служить Маре.

****

- Настя, Настя, – тихо позвал Хорс, слегка приоткрыв дверь. Он считал неприличным заходить в комнату девушки без разрешения.

Настя просыпалась с неохотой, но по привычке открыла глаза ещё до рассвета, хотя и лежала пока в постели, наслаждаясь покоем и тишиной. Сначала она хотела растопить печь в тереме и приготовить что-нибудь вкусное для хозяев, чтобы порадовать их. Однако, вспомнив вчерашний разговор, передумала и решила не заниматься хозяйством в волшебном доме без разрешения Мороза.

Девушка присела на кровати и улыбнулась, заметив любопытное лицо Хорса в щели приоткрытой двери. Она ещё раз протёрла глаза и снова посмотрела на мальчика. Ей показалась, или вчера он выглядел заметно ниже?

— Я быстро расту, — пояснил Хорс, понимая, чему девушка так удивилась.— Поможешь приготовить блины? А то Северин пока не вернулся, а Мороз ещё отдыхает.

— Конечно, Хорс, с радостью, — оживилась Настя, вставая с тёплой постели. Она с удивлением обнаружила, что вместо её старого сарафана на стуле теперь висит новый, ярко-красный из тёплой ткани расшитый богатыми узорами. Такую одежду могли позволить себе лишь дочери купцов и бояр.

Где-то рядом слышалось тихое журчание воды. Настя прошла на звук и увидела небольшую дверь, за которой оказалась необычная умывальня с ручейком, стекающим по каменной стене. Девушка умылась, оделась и вышла к Хорсу, который прыгал на месте от нетерпения, бормоча под нос странную какую-то считалку.

По длинному коридору они вместе пришли на кухню.

— А куда ушёл Северин? — поинтересовалась Настя, начиная растапливать печь.

— Разносить снега. Это его основная обязанность. Вообще-то он обещал вернуться рано утром.

— А Мороз почивает, а я думала, ночью самые крепкие морозы, — предположила девушка.

— Они стараются выходить по очереди. Зимой и людям, и животным приходится нелегко. Разве ты не замечала, что даже в сильный мороз без вьюги не обойтись?

Маленький озорник не мог усидеть на месте ни минуты, однако с охотой помогал Насте. Когда блины почти все уже испеклись, дверь, ведущая на улицу, распахнулась, впустив клубы морозного пара. Северин, не теряя ни секунды, захлопнул её за собой, закрыв на засов, затем подбежал к окну и стал пристально вглядываться в предутренний сумрак, пытаясь рассмотреть двор терема. Его кудрявые непослушные волосы приподнялись от страха, дыхание сбилось, а зрачки расширились.

— Что произошло? — с тревогой спросил Хорс. Северин не сразу оторвал взгляд от окна.

Он долго смотрел то на Хорса, то на Настю, словно не мог найти нужных слов, и наконец заговорил.

— Ничего особенного, я просто проголодался и спешил домой к столу, — произнёс юноша, глядя на тарелку с блинами.

— Это лишь отговорка, — подумала Настя, заметив, что кафтан Северина разорван на руке. Порезы казались такими чёткими, словно их нанесли острыми когтями.

- Мы напекли блинов, присоединяйся, — предложил Хорс, не обращая внимания на странное поведение Северина.

- Хорошо, только зайду к себе и переоденусь, — юноша уже собирался покинуть комнату. Его голубой плащ, казавшийся невесомым, развивался от стремительной походки даже в помещении.

- Северин! — окликнула его Настя, и он обернулся. — Спасибо за сарафан, он очень красивый! — Девушка слегка поклонилась. Северин нахмурил брови, но затем его лицо вновь просветлело.

— Не меня благодари за одежду, а Мороза. Я скоро вернусь.

— Я думала, Мороз меня невзлюбил. Что ж, надо отблагодарить его за внимание, — подумала Настя, накрывая на стол. Она невольно задумалась о странном поведении Северина и его испорченной одежде. — На него снова могли напасть те самые оборотни. Он их так испугался? Или это что-то другое?

— Хорс, а что за всадник гнался за тобой в лесу? — спросила Настя, выставляя на стол глиняные стаканы.

— М-м-м, думаю, это очередной чёрный колдун. Они долгими зимними ночами набираются силы. Чем меньше солнца будет на земле, тем сильнее они станут. Так что я им просто ненавистен, — проговорил мальчик, с аппетитом уплетая толстый блин. Он не выглядел расстроенным. Для ребёнка он вообще достаточно легко перенёс ночное происшествие.

— Разве колдун может причинить вред тебе или Морозу с Северином? — удивлённо спросила девушка.

— Если постарается, то может, — ответил мальчик, погружая палец в чашку с вареньем.

— Ты задаёшь очень странные вопросы. Уже ищешь способ, как от нас избавиться?

Вопрос, раздавшийся от двери, прозвучал столь внезапно, что Настя чуть не выронила чашку со сметаной. Мужчина появился незаметно и бесшумно, словно кот. Девушка резко обернулась. Мор, одетый в простую белую рубашку и штаны, стоял, облокотясь на стену и сложив руки на груди. Его волосы, обычно заплетённые в косы, теперь были распущены, и в этой свободной одежде он выглядел ещё более привлекательным.

Мороз обошёл вокруг девушки, внимательно её рассматривая, затем наклонился и пристально посмотрел ей в глаза.

— Я жду, Анастасия. В чём причина такого безудержного любопытства? — кончик его носа почти касался её лица. Дыхание Насти сбилось, а разум словно погрузился в туман.

— Я... я... просто испугалась того, что увидела ночью в лесу, — еле слышно произнесла она. Мороз выпрямился и грациозно вернулся к своему стулу. Только когда он отошёл, Настя смогла вздохнуть полной грудью, однако щеки по-прежнему горели от смущения, ведь мужчина продолжал пристально наблюдать за ней.

— Сударь, большое спасибо за сарафан. Не знаю, как вас отблагодарить, — тихо произнесла Настя.

— Хочешь отблагодарить? Хорошо, у меня есть для тебя поручение, — сказал Мор. Он посмотрел на приготовленные блины и слегка улыбнулся.

Ночной кошмар

С той жуткой ночи прошло уже десять дней. Настя успокоилась, обжилась, и привыкла к новому дому и его странным хозяевам. Ей здесь очень нравилось, хотя на плечи легли и кое-какие обязанности.Но основной работой девушки стало приготовление еды. Как ни крути, а это весьма непростое и ответственное дело накормить троих мужчин. Даже юный Хорс ел наравне со взрослыми. Но зато здесь все относились к ней с уважением,никто не бил и не оскорблял, как в доме мачехи. Северин и Хорс называли её «сестрицей», а Мороз исключительно Анастасией. Эта форма имени была Насте непривычна, ведь так величали только благородных дам, а не дочь простого плотника.

Северин был прав, у Мороза оказался сложный характер. Его очень легко разозлить, но он никогда ни на кого не срывался, однако получить в свой адрес резкое слово или выговор можно было без труда. Несмотря на это, он заботился обо всех, в том числе теперь и о ней.

На третий день Настя обнаружила в своей светлице тёплый платок, шубку, варежки и валенки. Из-за неподходящей к сезону одежды она не могла выйти на улицу и целыми днями сидела в тереме. Это не осталось незамеченным. Единственное, что её очень печалило, это разлука с отцом и братом.

— Сестрица, помоги мне! — крикнул Хорс и махнул девушке рукой. За последнее время мальчик заметно подрос и теперь выглядел как десятилетний отрок. Он мужал не по дням, а по часам. Уже второй день Хорс строил снежную крепость, и Настя время от времени присоединялась к нему, вспоминая, как играла с Ваней.

Хорс и Настя с трудом докатили огромный снежный валун до стены крепости. Из-за стоящих плотной стеной деревьев вырвался снежный ветер, и закружился маленьким смерчем. Постепенно ветер слабел, пока не исчез совсем, на его месте возник Северин. Настя заметила, что юноша часто возвращается испуганным и мрачным. В прошлый раз это заставило заволноваться даже беспечного Хорса. Он прилип к Северину, как пиявка, пытаясь выяснить, в чём дело. Настя разогревала кашу, когда, услышала громогласный вопль Севрина. Она не смогла разобрать всю его триаду, но фразу

“Ты обуза, и всё, что ты умеешь, это создавать проблемы!” расслышала вполне ясно.

– Какие жестокие слова — подумала тогда Настя.

С тех пор Северин и Хорс не разговаривали. Вот и сейчас юноша молча и как-то устало посмотрел на снежную крепость, а затем перевёл взгляд на Хорса и Настю.

— Доброе утро, Северин, в печи ещё тёплая каша, — помахала рукой Настя.

Юноша, словно выйдя из оцепенения, тряхнул кудрявой головой и произнёс:

— Благодарю.

Больше не вымолвив ни слова, он скрылся в тереме. Хорс продолжал игнорировать друга, ведь Северин так и не попросил прощения.

Вечером вернулся Мороз, и все сели ужинать. Обычно разговорчивые Хорс и Северин сегодня молчали. Мороз, конечно, заметил это, но Настя не могла понять, почему он не вмешивается в ситуацию.

Едва ужин закончился, Северин снова ушёл по своим делам. Разомлевший после прогулки и сытной еды Хорс уснул прямо за столом, подложив под щёку локоть. Морозу пришлось на руках отнести мальчишку в его комнату. К моменту возвращения хозяина Настя уже успела навести на кухне порядок.

Устало сев на своё место и не глядя на Настю, Мороз спросил: — Расскажите мне сегодня, чем занимаются люди летом? Он, не прекращая свою любимую игру со свечами, легонько водил ладонью над пламенем, и оно, в ответ шипело, но не обжигало его руку.

— Почему вы не вмешиваетесь? — дерзнула ответить вопросом на просьбу князя Настя, краснея и смущаясь.

В благодарность за приют и спасение Мороз потребовал от Насти проводить с ним вечера за беседами. Поначалу эта просьба смутила девушку, но в глубине души она испытывала тайное удовольствие от их общения. Находиться наедине с Морозом было одновременно и приятно, и волнительно, но в то же время немного страшно.

— О чём ты? — спросил мужчина, спокойно переводя взгляд со свечи на девушку, которая стояла у печи.

— Вы же видите, что у Северина проблемы. Почему вы не хотите ему помочь? - пояснила она.

— Он уже взрослый и способен сам решать свои проблемы. Если попросит, я помогу ему, — объяснил Мороз.

— А если нет? Что, если он пострадает? — продолжала напирать девушка.

— Если? — повторил Мороз, начиная раздражаться от этого разговора.

- Анастасия, если мы станем решать проблемы за него, он никогда не научится делать это самостоятельно. Не переживайте, его практически невозможно поймать. Перун — его отец, и справиться с ним ой как непросто.

Настя отчасти понимала Мора, но интуиция подсказывала, что вскоре проблемы Северина станут их общими. Они проговорили до поздней ночи. В конце разговора Мороз даже рассмеялся. Ему понравилась история, которую рассказала Настя.

Как-то раз она закидывала крючок в озеро и не заметила, что он зацепился за её сарафан. Девушка чуть не отправила свою одежду в воду, но, к счастью, тогда свидетелем этого стал только её отец.

Настя тоже посмеялась вместе с Морозом, она умела смеяться над собой.

— С тех пор я не люблю рыбалку, — произнесла она, продолжая, улыбаться

— Я бы тоже не любил. Спасибо, Настя, так не смеялся уже лет сто, — произнёс Мороз. Наконец-то назвал её ласковым именем.

— Уже поздно, иди отдыхай, — добавил он.

— Спасибо, Мороз. Спокойной ночи, — произнесла девушка, улыбнулась и, слегка поклонившись, отправилась в свою светлицу.

Укладываясь спать, Настя заметила в углу паутину, которая появилась рядом с кроватью.

— Странно, что паучок проснулся зимой. Что же с ним делать? Не хочется выбрасывать его на улицу, ведь на улице мороз. Но и разводить паутину в комнате тоже нехорошо. Ладно, подумаю об этом завтра, — решила девушка и повернулась на бок, погружаясь в сон.

Настя открыла глаза и обнаружила, что вся её комната покрыта густой паутиной. Выйдя в общую комнату, она заметила, что входная дверь открыта нараспашку. Весь терем выглядел заброшенным и затянутым паутиной. Она позвала Хорса, потом Северина и Мороза, но никто не ответил ей.

Здорово испугавшись, Настя чуть ли не бегом поднялась на второй этаж, куда ей настрого запрещено ходить, и безмерно удивилась, когда выскочила на старый чердак, где не оказалось никаких комнат. Крыша прогнила от сильного ветра скрипели старые доски, сквозняк свистел в дырах.

Девушка вернулась вниз, чтобы растопить печь и хоть немного прогреть комнату,но стекло в окне оказалось разбито, а печь растрескалась и осыпалась. Дрова в руках у Насти переломились и рассыпались в труху. Страх охватил девушку.

"Неужели чудесный терем, Мороз, Северин, Хорс, это всё привиделось? Скорее всего ей чудом удалось избавиться от пут, а потом она набрела на заброшенный дом и укрылась здесь, защищаясь от холода. Слезы потекли по щекам. Разум сыграл с ней злую шутку. Она здесь одна. Она и орда пауков, раз всё так заполонили паутиной.

- Но ведь пауки не плетут паутину зимой! - осенила догадка Настю. Она ущипнула себя за руку.

- Это неправда, сон, наваждение!. Я должна проснуться!. Наверное, тот колдун меня околдовал. Хорс и Мороз в опасности, и я должна им помочь. Но как?! Как избавиться от этого кошмара?!

Настя ходила по застывшему в холоде терему, пытаясь найти решение. В голову пришла лишь одна безумная идея. Девушка выбежала на улицу, схватила топор и направилась к озеру, где они с Хорсом каждое утро набирали воду.

Оглянувшись, Настя ужаснулась. Из дверного проёма вылезал огромный белёсый паук. Девушка попыталась бежать быстрее, но ноги вязли в снегу, проваливались в сугробы. Наконец она достигла озера. Добежав до проруби, начала что есть сил долбить лёд топором. Чудовище уже почти настигло её, но поскользнулось на льду. Наконец, вода заплескалась, холодя руки, и девушка в нерешительности застыла на месте.

- А если у меня не получится? И если это не сон? — думала она. - Разве существуют на земле двухметровые пауки?

Тряхнув головой, Настя глубоко вдохнула и прыгнула в прорубь. Холод ледяными цепями сковал тело, воздух мгновенно покинул лёгкие, а сердце колотилось как барабан. Страх с новой силой охватил её разум.

Она видела, как силуэт паука мечется по льду озера, пытаясь поймать свою добычу. Не в силах больше терпеть, Настя открыла рот. Вода мгновенно заполнила нутро, и девушка начала опускаться на дно.

В тот же миг Настя открыла глаза и откашлялась. Ей наконец-то удалось проснуться! Кошмар, который снился, казался таким реалистичным, но она смогла его преодолеть.

Однако радость сменилась испугом, когда она поняла, что находится не в тереме, а в пещере. Девушка лежала на каменном круглом столе, скованная цепями. Все стены пещеры сплошь украшали руны и изображения тёмных богов.

— Умная тварь, — послышался женский, скрипучий голос из темноты. Его обладательница постепенно приблизилась, и Настя разглядела тощую горбатую женщину со спутанными седыми волосами, спадающими ей на плечи и спину. Тело старухи прикрывали грязные обноски, она шла, опираясь на посох.

Девушка закричала от ужаса, увидев её глаза, страшные, налитые кровью, с жёлтым зрачком. Ещё пара глаз располагалась на лбу.

Настя вспомнила, что у гигантского паука видела точно такие же отвратительные глаза, и ей стало по-настоящему страшно.

Жрица Мокошь

— Как она могла сюда попасть! — в гневе воскликнул Мороз, входя в свои покои в сопровождении Хорса и Северина. Почти вся комната от пола до потолка покрылась коркой льда. Он направился к рабочему столу, на котором лежали карты местных земель и хрустальный шар на узорчатой подставке.

Мороз провёл рукой над шаром, и его внутреннее пространство сначала заполнилось дымкой, а затем в нём появился миниатюрный терем, точная копия настоящего. Даже снежная стена, которую лепили Хорс и Настя, стояла на своём месте. Мороз взял сферу в руки начал внимательно изучать её содержимое Хорс заметно нервничал, кусая губы, а лицо Северина стало мрачным и серым.

Спустя некоторое время Мороз, покачав головой. поставил шар обратно на подставку, и теремок в нём постепенно растворился в клубящемся тумане.

— В барьере нет бреши, значит, кто-то из нас привёл сюда эту тварь, — злобно прошипел Мор. Он всегда приходил в ярость, когда кто-то нарушал его границы. Если он не может защитить даже свой дом, то какой от него толк вообще?!

— И почему она похитила именно Настю, а не Хорса? — Мороз расхаживал из угла в угол, словно разъярённый тигр, хмуря брови и сжимая кулаки.

— Возможно, она искала пропитание и выбрала самую беззащитную жертву, — предположил Хорс. Его голос слегка дрожал, а руки заметно тряслись. Меньше всего он хотел верить в то, что сейчас сказал.

— Сейчас самое важное выяснить, куда она её утащила. Удивительно, но я ни разу не находил логово этой нечисти, хотя хорошо знаю все окрестности, — бормотал Мороз, размышляя о том, куда могла пропасть девушка.

— Она не из этих мест, — тихо сказал Северин и опустил голову.

Мороз резко остановился, внимательно посмотрел на юношу и подошёл к нему вплотную.

— Рассказывай, — подозрительно спокойно велел князь. Хотя его голос звучал тихо в нём чувствовалась грозная и властная сила.

***

Настя, забившись в угол, со страхом и недоумением наблюдала за тем, как старуха с необычайной ловкостью перемещалась по пещере. Она прихорашивалась, пытаясь костяным гребнем расчесать свои спутанные волосы, и напевала что-то себе под нос.

— Зачем вы притащили меня сюда? — набравшись смелости, спросила Настя.

Только сейчас старуха обратила на неё внимание. Она обернулась и, ласково улыбаясь, подошла к девушке.

— Потому что ты, голубушка, мешаешь нашему счастью с Северином. Из-за тебя он не может покинуть терем этого Мороза, — проговорила старуха.

– Она безумна, лучше не злить её, — решила Настя.

— Как вас зовут? — спросила она, пытаясь наладить контакт со странной женщиной. Старуха отбросила костяной гребень, взгляд помутнел, будто она погрузилась в далёкие воспоминания.

— Радмила, — немного помолчав, ответила она. – Так меня когда-то звали.

– Хорошо. Нужно спросить что-то ещё, но осторожно, чтобы случайно не расстроить её. Значит, про Северина и терем лучше не упоминать. Но о чём тогда спрашивать? — мысли девушки путались, тело сковал страх.

Настя уже однажды случалось стать свидетелем того, как её старая соседка, похоронив последнего сына, осталась одна и обезумела от горя. Односельчане знали, что лучше не заводить разговор о её семье. А если она начнёт рассказывать, что её сын уехал на заработки в Москву, не стоит спорить и пытаться её переубедить. В противном случае худощавая низкорослая бабка могла наброситься на обидчика с такой медвежьей силой, что и здоровому мужику не отмахаться.

Радмила, того не ведая сама, облегчила задачу девушке и предалась воспоминаниям, удобно устроившись у противоположной стены пещеры: и прикрыв веками глаза.

— Это случилось давно. В те времена, куда ни посмотри, возле леса всюду стояли чуры, изваяния светоликих богов. Волхвы служили в человеческих поселениях, а некоторые из них путешествовали по миру. К жрицам богов тогда относились с особым уважением и страхом. Люди всегда старались задобрить их подношениями: вкусной едой или шкурами животных.

— Я тоже служила жрицей, но не простой, а жрицей самой Мокоши. Мои наряды и золотые украшения не уступали по красоте и изяществу тем, что носили княжеские дочери и жёны, а прекраснее и стройнее меня было не сыскать девушки в наших краях.

Многие парни пытались привлечь моё внимание, но все они казались мне недостойными. Я ждала того самого, красивого, умного и талантливого. Ждала долго, а эти презренные людишки смеялись надо мной.

При упоминании людей она злобно зашипела, сжав в руках подол своего старого обтрёпанного платья, словно пытаясь скрутить им головы.

— Но однажды я наконец встретила своё счастье. Мы проводили огненный обряд, чтобы придать сил солнцу в канун зимнего солнцестояния. Это удивительное ощущение одновременно чувствовать жар от больших костров и сильный мороз. Сквозь пламя я увидела его, белокурого юношу с кожей цвета снега и глазами, подобным синеве морских глубин. Сын бога, он по красоте превосходил всех богов!

Голос Радмилы, описывающей своего возлюбленного, стал необычайно нежным и ласковым, на лице появилась улыбка. Казалось, одно лишь упоминание имени Северина делало её счастливой. Настя невольно заслушалась её и даже перестала пытаться освободиться от верёвок, стягивающих ей руки.

— Вы, кажется, были счастливы вместе с Северином?, — предположила Настя, заикаясь и дрожа от холода.

— Да, я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Невестой северного ветра! Пять лет пролетели словно миг, — её голос вдруг прервался, глаза наполнились слезами, и прикусив губу, старуха начала раскачиваться, пытаясь успокоиться.

-- Нет, только не это. Её нужно как-то отвлечь, нельзя допустить, чтобы она пришла в ярость, — подумала Настя в панике.

— Когда он признался вам в чувствах? — дрожащим голосом спросила Настя.

Старуха перестала раскачиваться и, прижав пальцы к беззубому рту, погладила ими нижнюю губу. Она тихонько рассмеялась и немного смущённо сказала:— Ах, он был такой нерешительный! Каждый день Северин приходил ко мне, мы гуляли, держась за руки, болтали обо всём не свете… Он дарил цветы, был очень внимателен ко мне, и я сама всё поняла. Но потом он стал появляться всё реже и реже, а зимой и вовсе пропал, — голос старухи снова задрожал, лицо изменилось. Казалось, безумие заставляло её заново переживать эмоции, которые бушевали в сердце столетие назад. — Потом я поняла, в чём причина. Я просто стала увядать как женщина, понимаешь?

Настя кивнула, стараясь не выдать своей радости. Наконец-то ей удалось ослабить верёвки, которые так больно пережимали запястья.

— Но я нашла выход, — прошептала Радмила и наклонилась вперёд, словно доверяя девушке страшную тайну — Мне удалось узнать, как вырастить молодильные яблоки! Теперь я снова смогу стать молодой и прекрасной, как прежде, и оставаться такой пятьдесят лет. Я искала своего возлюбленного более тридцати лет и наконец-то нашла на далёком севере. Однако он почему-то отдалился от меня, начал бояться и прятаться.Не понимаю, ведь нам было так хорошо вместе!. – из глаз обезумевшей старухи вновь полились слёзы. Она отёрла их подолом драного платья, всхлипнула и продолжила.

– Я теряла Северина находила вновь и не могла понять, почему он скрывается от меня. Ведь мне просто хотелось быть с ним рядом! А в последний раз при встрече он назвал меня чудовищем! Но когда я увидела тебя,всё поняла,- она громко зашипела и злобно посмотрела на Настю. Сердце девушки пропустило удар.

— Нет-нет, вы ошибаетесь, Северин мне как брат, он сам называет меня сестрицей. А я вообще невеста... — Настя запнулась.

Радмила прищурила глаза: – Чья? Чья ты невеста? — прошипела она, вытаращив глаза.

— Я невеста Мороза, поэтому живу у него в тереме, — ляпнула Настя и зажмурилась в шоке от своих слов. Врать ей не случалось ещё ни разу. Но похоже, старуха, поверила ей. Она широко улыбнулась, обнажив жёлтые зубы.

— Я так рада, что мы с тобой останемся друзьями. А то я так переживала, что ты хочешь увести моего возлюбленного! — радостно проговорила Радмила.

— Нет, как вы могли такое подумать?! Вы ведь меня отпустите, правда? А то Мороз уже, наверное, беспокоится, — с надеждой спросила девушка, затаив дыхание в ожидании ответа.

— Нет, дорогуша. Я же тебе рассказала про секрет молодильных яблок, и ты поможешь мне вырастить дерево, – с этими словами она достала из кармана пару яблочных семечек. — Волшебные семена надо посадить в особое вместилище. Оно напитает яблоню волшебными соками и тогда…. — старуха замолчала, мечтательно разглядывая крохотные семечки, лежащие на сморщенной ладони.

— Какое ещё вместилище? — прошептала Настя, предчувствуя нечто ужасное.

— Это твоё юное сердечко, милая. Семечко нужно посадить прямо в твоё сердце, а потом прикопать тело. Оно будет питать яблоньку, а потом вся твоя молодость передастся мне через созревший плод, — радостно прошептала старая ведьма, сжав семена в кулаке и алчно глядя на девушку.

Ответственность

Сердце Насти дрогнуло. Неужели ведьма и в самом деле собирается вырастить молодильные яблоки таким ужасным способом? Ну нет, удобрением она становиться не хотела. Ей удалось освободить только одну руку, но старуха постоянно ходила по пещере, и девушка старалась не привлекать к себе излишнего внимания.

Наконец, взяв лопату, старуха принялась копать яму. Настя с ужасом осознала, для кого она предназначена. Воспользовавшись тем, Радмила отвлеклась, она начала судорожно распутывать верёвки на другой руке. С помощью одной свободной руки это удалось сделать значительно быстрее. Какое-то время Настя наблюдала за Радмилой, которая продолжала усердно копать, не жалея сил и не глядя по сторонам.

Тогда Настя перевернулась на бок и осторожно потянулась к путам на ногах, стараясь действовать быстро и постоянно озираясь на старуху, которая что-то ворчала и ругалась. Страх заставлял кровь быстрее бежать по венам, и даже в холодной, продуваемой насквозь ветром пещере Насте стало жарко.

– У меня получилось! Я свободна! Теперь нужно осторожно пройти к выходу и найти что-нибудь тяжёлое, что поможет мне защититься, — думала Настя. Она села и осмотрела пол, чтобы убедиться, что там ничего, что может создать шум, если она начнёт двигаться. Однако в пещере было темно, лишь маленький костёр у стены едва рассеивал мрак.

Настя попыталась встать, но её ноги не слушались, они совсем онемели от долгого пребывания в неподвижности. Собрав все свои оставшиеся силы, она крадучись направилась к выходу из пещеры.

Шаг. Ещё шаг. Выход всё ближе. Ну вот, ещё чуть-чуть и…

Грязная, липкая от глины рука старухи схватила её за волосы и поволокла в сторону ямы. Внутри Насти всё оборвалось. Долгожданный выход, а с ним и свобода недосягаемы. Она вырывалась, брыкалась, царапалась, но ведьма оказалась поразительно сильна, сухая жилистая рука намертво вцепилась в жертву. Настя отчаянно кричала и рыдала, моля о пощаде. Радмила, не обращая внимания на вопли, поставила девушку на колени перед ямой.

Увидев вырытую могилу, Настя словно окаменела и перестала бороться.

– Нет, я не хочу здесь умирать! Не хочу! Не сейчас и не здесь! — думала она, но в этот момент почувствовала холодное остриё серпа у своего горла. Ведьма наклонила её голову над ямой, и девушка закрыла глаза, смирившись со своей судьбой.

По спине Насти пробежал холодок, ей показалось, что ощутила дыхание самой смерти. Однако старуха по какой-то причине медлила, рука, сжимающая серп, задрожала.

Остриё серпа оцарапало кожу на шее девушки, и тёплая кровь закапала в яму, но тут старуха почему-то взвыла и закряхтела. Настя осмелилась открыть глаза и осмотреться. Руки ведьмы покрывала изморозь, а на ржавом серпе переливался серебристый иней.

Девушка дёрнулась, попытавшись вырваться из цепкой хватки старухи, но, споткнувшись о камни, упала прямо в яму, которую та приготовила для неё, и сильно ударилась о промёрзшую землю. Дыхание перехватило, в голове зазвенело, но Настя понимала, что медлить нельзя ни секунды, если хочет выжить. Превозмогая боль от ушибов, скользя и ломая ногти, она с трудом выбралась из ямы. Ведьма, почему-то застывшая всё в той же позе, шипя, как змея, медленно отвернулась от неё. Настя не могла понять, почему старуха даёт ей шанс сбежать, пока не разглядела в полутьме силуэт мужчины

Мороз, облачённый в кольчугу с пластинами и синий плащ, стоял посреди пещеры, держа в руке длинный меч, заточенный только с одной стороны.

- Настя, иди ко мне! – приказал он.

У девушки снова хлынули слёзы, но на этот раз от радости. Она, словно побитая собака, тихонько скулила, пробираясь мимо ямы, стараясь держаться подальше от старухи, и глупо улыбалась. Мороз с тревогой наблюдал за её поведением, которое уже начинало напоминать поведение умалишённой.

Путь Насте преградила рука ведьмы. Ей показалось, что она удлинилась, став белёсой и тонкой.

- Это моя добыча! — прошипела женщина голосом, который уже нельзя было назвать женским. Он стал хриплым и громким, словно принадлежал огромному чудовищу.

Настя не отрывала взгляда от своего спасителя. Лицо Мороза освещали отблески костра, который с его появлением стал заметно слабее.

Вдруг в воздухе раздался тихий свист, в полумраке что-то блеснуло, и на лицо Насти брызнула кровь. Рука Радмилы с глухим стуком упала на землю, а ведьма закричала нечеловеческим голосом.

Мороз схватил Настю в охапку и подтащил к себе. Он заслонил своей спиной её от старухи, которая, как теперь видела Настя, начала превращаться в паука.

— Вы всё равно все сдохните ! Я уничтожу любого, кто встанет у меня на пути! — в исступлении кричала ведьма. Её кожа стала серой, глаза налились кровью, а зрачки начали светиться в темноте. Внезапно старуха плюнула в Мороза чем-то чёрным и вязким. Он заслонил собой Настю и прижал к себе, защищая от атаки. Девушка не видела, что происходит, но отчётливо услышала шипение, словно вода попала на раскалённую печь. Раздался сдавленный мужской стон, но принадлежал он не Морозу.

Радмила всхлипнула и что-то жалобно забормотала себе под нос. Мороз развернулся, но продолжал прижимать девушку к себе. Та лицом уткнулась в его грудь.

Только тогда Настя увидела искривлённое от боли лицо Северина. Яд прожёг волшебный плащ и его одежду. От страха Радмила вновь приобрела человеческий облик. Плача и протягивая к нему руку, она маленькими шажками приближалась к юноше.

— Прости меня, любовь моя, прости! Я не хотела! — сквозь слёзы умоляла женщина, позабыв о своей отрубленной руке.

— Уйди от меня, — с отвращением произнёс Северин. В этот момент Насте стало так жаль эту старую женщину, обезумевшую от любви. В её глазах отразилась такая боль, что казалось, она постарела на несколько лет. А Северин властно продолжал: — Мы забираем Настю, а ты немедленно покинешь этот лес. И запомни, никогда больше не попадайся мне на глаза!. Его глаза горели огнём от гнева. Радмила под тяжестью жестоких слов опустилась на землю, не в силах произнести ни звука, лишь горькие слёзы струились по её лицу.

Северин уже собирался уйти, но тут вмешался Мороз: — Ты действительно хочешь, чтобы она продолжала убивать людей? — спокойно спросил он.

— О чём ты говоришь? — удивился Северин. Мороз молча протянул ему меч, на котором уже успела засохнуть тёмная кровь ведьмы. Северин, не в силах оторвать взгляд от клинка, отчаянно замотал головой.

— Нет, я не могу этого сделать, — тихо проговорил он.

— Тебе не хватает духу убить её и положить конец страданиям? А тебе не было больно видеть, как она ждала тебя всю свою жизнь? Когда ты каждый раз встречал её влюблённый взгляд? — гневно прозвучали слова Мороза.

Северин молчал, опустив голову от стыда. А Мороз продолжал: — Она сама выбрала путь тьмы, но ты тоже приложил к этому руку и потому несёшь ответственность за случившееся. Так что возьми меч и выполни свой долг. Хватит вести себя, как ребёнок!

На некоторое время в пещере воцарилась тишина, которую нарушал лишь треск костра. Радмила, прижимая раненую руку к груди, не отрывала взгляд от Северина. Настя, сжимаясь от волнения, переводила взгляд с Мороза на Северина и обратно.

Наконец юноша шумно вздохнул, взял в руки меч и тихо произнёс: — Я всё сделаю...

У Насти перехватило дыхание: – Нет! Не надо!.

Мороз молча с лёгкостью подхватил Настю на руки, словно она была куклой, и стремительно покинул пещеру. После темноты пещеры девушку ослепил яркий дневной свет. Мороз легко шагал вперёд по рыхлому снегу и казалось, что огромный мужчина не весит почти ничего. его ноги не проваливались в сугробы, снег просто скрипел под его сапогами.

Северин подошёл к Радмиле и опустился на колени рядом с ней.

- Ты никогда не любил меня, – тихо произнесла ведьма.

- Я был очарован тобой. Сильная, красивая и невероятно умная, ты достойна огромного счастья, но, к сожалению, я не мог дать то, чего ты заслуживала. Я должен был сказать тебе это раньше. Ты полюбила труса, – произнёс юноша с горькой усмешкой, и слеза скатилась по его лицу.

Радмила вытерла слезу с лица Северина. Юноша поцеловал её в лоб.

***

— Почему ты заставил его сделать это?! — воскликнула Настя.

— У нас нет другого выхода, — коротко ответил мужчина.

— Её можно вылечить! Вы ведь полубоги и боги, неужели вам не под силу помочь ей? — не унималась девушка.

— Одержимость не лечится, — Мор говорил пока спокойно, но девушка заметила, что его голос начинает дрожать от сдерживаемого гнева. Однако она уже не могла остановиться, эмоции переполняли её.

— Но почему?! — Настя почти кричала.

— В первый раз она убила, чтобы удержать Северина, и теперь она будет убивать постоянно, не сможет остановиться никогда. Северин теперь лишь предлог. Её место рядом со своей хозяйкой Морой.

— Она жрица Макоши, — обиженно произнесла Настя.

— Она предала Макошь, когда стала заниматься чёрной магией, поэтому и начала превращаться в паука. Раньше она была ткачихой судьбы, могла предвидеть и исправлять её, но выбрала путь тьмы, - он говорил спокойно и это выводило Настю из себя. Она стала вырваться.

— Отпусти меня!

— Настя, успокойся! — резко произнёс Мороз.

— А то что, отрубишь руку?! Ледышка безжалостная! — вскричала девушка.

Мороз остановился, его серо-голубые глаза потемнели от гнева, крылья носа затрепетали. Он резко развернулся и бросил Настю в сугроб возле большой ели, где визуально снег казался мягче.

— Если я такой бессердечный, до терема дойдёшь сама! — с этими словами мужчина исчез, оставив лишь медленно оседающий на сугробе мелкий снег, словно пыль.

Настя снова оказалась в лесу одна, босая и в одной рубашке, почти в том же виде, в каком Мороз нашёл её раньше. – Какой же всё-таки он бессердечный! Чёрствый сухарь! – думала она, поджимая то одну ногу, то другую и потирая зябнущие руки. – Да и я тоже хороша, не смогла удержать язык за зубами и не лезть в чужие дела!

Стало стыдно, и девушка не рискнула возвращаться в терем. Она быстро начала замерзать. Сев под ель, старалась согреть руки дыханием, надеясь, что Северин скоро пойдёт обратно и заметит её.

– Ну что, дооралась?! — с ехидством подумала она, уже жалея, что вспылила.

Через некоторое время, когда Настя уже успела основательно замёрзнуть, она услышала звон колокольчиков и фырканье лошадей. – Странно, почему не слышно конского топота? — подумала она. Однако, когда появились белые, как снег, кони, с длинными пушистыми гривами, напоминающими свинцовые зимние облака, Настя поняла, почему.

– Да ведь копыта у них изо льда! – удивилась она. Белые с голубыми узорами сани, обитые внутри пушистым мехом, остановились рядом с елью, под которой, съжившись, сидела Настя. Мороз пристально посмотрел на девушку.

— Ну что, тепло ли тебе, девица? — спросил мужчина, не отпуская вожжи.

– Тепло, Морозушка, — с гневом подумала Настя, но вовремя прикусила язык, чтобы не усугублять своё положение. Мороз улыбнулся, молча достал из саней шубу, укутал в неё девушку и посадил в сани.

— Зачем ты вернулся? — спросила она.

— Чтобы не дать всем повод говорить, что я свою невесту в лесу замерзать бросил, — съязвил Мороз, дернул поводья, и сани быстро понеслись по лесу. Кони легко мчались рысью, ледяной ветер бил в лицо, а у Насти от стыда горели щеки.

– Он всё слышал, — подумала девушка. Она залюбовалась широкой спиной и белокурыми волосами мужчины, мысленно благодаря его за своё спасение. Но чувство вины не давало покоя.

— Прости меня, Мороз. Я просто думала, что её можно спасти, и не ожидала, что всё закончится так плохо. Мне так жаль Радмилу, — тихо произнесла Настя.

— В смерти нет ничего плохого, — спокойно ответил князь, не поворачивая головы. Настя же продолжала разглядывать его спину и белокурые волосы, испытывая смешанные чувства.

— Я думала, всё, что создано Морой — это плохо, — произнесла девушка с недоумением.

— В таком случае и меня можно считать плохим. Ты же слышала моё второе имя.

Настя в замешательстве смотрела в спину мужчины, вспоминая, как его называл Северин.

– Точно, я тогда очень удивилась, что они зовут его Мором!

Источник зла

Хорс встретил Настю у крыльца, стараясь не выдавать своих эмоций, но на лице мальчика всё равно отразилась вся гамма чувств: тревога, растерянность и радость от встречи. Он крепко обнял девушку, уткнувшись лицом ей в грудь.

— Как же я рад, что ты цела! Знаешь, я боялся, что тебя сожрут, — с искренней обеспокоенностью произнёс отрок.

— Я тоже очень рада видеть тебя, и так сильно хочу есть, что готова съесть слона! — призналась Настя, теперь явственно ощущая, как сводит желудок от голода. Уже почти сутки во рту у неё не было и маковой росинки, за ужасами пережитого и не вспоминалось о еде.

— Я так и знал, что ты проголодаешься и кое-что приготовил, думаю, это будет вкусно, — Хорс смущённо улыбнулся и почесал затылок.

Настя в обнимку с Хорсом вошла в терем и выдохнула с облегчением. Наконец-то она дома! Быстро умылась и села за стол. Сырники оказались полусырые, непрожаренные, но она с жадностью поглощала один за другим, почти не замечая вкуса.

Увлечённая процессом еды, она даже не заметила, что сидит на стуле Мороза, а он, устроившись на лавке, снова внимательно разглядывал девушку, словно видел впервые. Насте стало неловко за своё поведение, и щёки её залило румянцем.

– Наверное, смотрит на такую неотёсанную девицу и удивляется, набросилась на еду, словно необузданная дикарка, – Настя поёрзала на стуле, опустила голову, глядя в тарелку, и перестала есть. Однако в этот раз Мороз, кажется, осознал, что своим пристальным вниманием смущает девушку.

— Я приготовлю тебе баню, а после ты сможешь отдохнуть сегодня без наших вечерних посиделок, — сказал он. Его голос на этот раз звучал удивительно мягко и ласково. Это не укрылось даже от Хорса, который удивлённо посмотрел на Мороза, не прекращая с таким же рвением поглощать сырники.

Настя смогла лишь кивнуть в ответ, потому что её рот был забит едой.

***

Лишь переступив порог своего терема, Мороз смог успокоиться. Мысль о том, что кто-то осмелился прийти в его дом и причинить вред близким, вызывала гнев. Однако он не ожидал, что станет так сильно переживать из-за девушки.

В те времена, когда боги и духи заключали союзы со смертными, он оставался безразличен к женщинам. Многие богини, обиженные его равнодушием, подшучивали над ним. Одна из них даже сказала в сердцах: – У него там всё, наверное, давно отморожено, как и его душа!

Но дело было совсем не в этом. Мор просто никогда никого не любил так, как мог бы любить муж свою жену. Глядя на смертных мужчин и женщин, богов и богинь, которые теряли разум, отдаваясь тёмной страсти, разрушая себя и своих избранниц, он в какой-то мере даже гордился тем, что не подвержен таким низменным чувствам. Но всё в одночасье изменилось, когда появилась она.

Сначала, наблюдая за девушкой, он просто сравнивал, подмечая, насколько за прошедшее время изменились люди, заново открывая их для себя, как они теперь действуют, думают и рассуждают. А когда Настя пропала, его вдруг захлестнул шквал чувств. Он готов был убить любого, кто посмеет её у него отобрать! И это Мороза безумно испугало. Чувства, как он предполагал, обычной жалости и симпатии неожиданно переросли в нечто большое за последние дни.

– Успокойся и забудь, — уговаривал себя Мор, сидя на кровати в своей комнате. – У неё есть жених в городе. И никогда она тебя не полюбит, ты для неё навсегда останешься лишь бездушным страшным демоном.

От мыслей его отвлёк робкий стук в дверь.

— Входи, Анастасия, — произнёс Мороз, стараясь не выдать голосом охватившего его волнения. Я же ей ясно сказал, что сегодня не будет посиделок! Какая упрямая девчонка!

В покои тихо зашла Настя. Новый чёрно-серебристый сарафан, слегка украшенный у выреза на груди, делал девушку ещё краше. Волосы её ещё не до конца высохли, но уже были заплетены в тугую косу.

- Мороз, можно с тобой поговорить? Я не могу заснуть, – тихо произнесла она. Озвучив свою просьбу, Настя подняла взгляд и посмотрела на Мора. В тот же миг его сердце наполнилось теплом, он уже не хотел отсылать её обратно в светлицу.

Он молча указал на кресло, расположенное рядом со столом, Настя подошла и села, сложив руки на коленях. Девушка выглядела измученной. Тени, пролёгшие под глазами указывали на явный признак усталости и стресса. Чувство вины снова проснулось в душе князя. Я не смог защитить её, хотя обещал, подумал он.

- Я должен извиниться, – проговорил Мороз.

- За что? – слишком быстро спросила Настя, словно молчание доставляло ей дискомфорт.

– Я обещал, что в моём доме ты будешь в безопасности, и не сдержал своё слово.

— Вы позволили мне остаться, но не предлагали защиту, — ответила девушка.

— В прежние времена если хозяин дома приглашал кого-то к себе, он полностью отвечал за безопасность этого человека. К сожалению, в наше время люди стали другими, — сказал Мороз, наполняя кубок вином.

Оглянувшись на гостью, Мор поймал на себе её удивлённый взгляд. – Конечно, она никогда раньше не видела, чтобы я пил нечто подобное, — подумал он, обойдя стол и протягивая кубок Насте. Она с любопытством уставилась на вино, в глазах читался немой вопрос.

– Любопытно, примет ли она кубок?» — ухмыльнувшись, подумал Мороз. Настя, не забыв поблагодарить, протянула руку и взяла кубок. Мороз вернулся на своё место, и вновь воцарилась тишина. Мужчина налил вина в ещё один кубок и сделал небольшой глоток, пробуя напиток на вкус. – Люди такие удивительные создания! Они изобретают огненное оружие, учатся лечить различные болезни, даже штопают раны с помощью иголок и ниток, но вино, кажется, с каждым столетием становится только хуже, — заметил он с лёгкой грустью.

- Расскажите мне о Море? — попросила вдруг Настя, и её вопрос застал Мороза врасплох. Он пристально посмотрел на девушку, возможно, даже слишком пристально, потому что она прикусила губу и вжалась в кресло.

- Наверное, в семье ей жилось несладко. Она такая робкая, как запуганный мышонок, — подумал мужчина.

— Мора дочь Рода, бога, который умел создавать новое во вселенной с помощью энергии, известной вам как магические силы. Он был одинок, поэтому создал себе детей, первых богов.

Когда дети выросли, они решили повторить задумку отца. Однако, только объединив усилия, они смогли создать землю, населённую растениями, животными и человеком. Тогда и появились первые духи. Их задачей стало приносить дождь, а ветер должен был разносить семена. Но как бы юные боги ни старались, они не могли достичь мастерства своего родителя.

Мир, который они создали, оказался далёк от совершенства и не мог существовать самостоятельно. Энергия из любого живого существа рано или поздно исчезала, и богам приходилось постоянно подпитывать ею природу, животных и человека. Многие боги разочаровались в своём творении, но некоторые продолжали искать способ исправить ситуацию.

Мороз сделал глоток вина. Настя, полностью захваченная рассказом, заметно расслабилась и словно маленький ребёнок забралась на кресло с ногами, обняв колени руками.

- Мора нашла способ всё исправить? - сгорая от нетерпения, спросила она желая поскорее услышать продолжение. Мороз кивнул, продолжив свой рассказ.

– Она осознала, что боги не обладают достаточной силой, чтобы создать бессмертных существ. Поэтому богиня Мора ввела в мир смерть и увядание. Каждое живое существо, прожив свой срок, должно разрушиться, чтобы освободить энергию для следующего поколения.

Например, старое дерево высыхает, падает на землю, гниёт и удобряет почву для новых деревьев. Боги с новым воодушевлением взялись за работу. Установив каждому свой срок жизни, они привели энергию в равновесие. Мир начал существовать самостоятельно, постоянно обновляясь и совершенствуясь. Богам больше не нужно было тратить уйму усилий, постоянно поддерживая в нём жизнь.

Затем Мора придумала зиму, время, когда слабые должны умереть, чтобы дать возможность выжить сильным. Сильные же, выжив, давали в свою очередь ещё более крепкое поколение существ Другие боги создали весну, лето и осень. И тогда Мора сотворила меня, хранителя зимы, чтобы я следил за стужей.

- Но откуда тогда появились чудовища? — спросила Настя.

– Самым совершенным творением богов стал человек. Как и боги, люди обладали разумом, речью и способностью изменять мир вокруг себя. Они благоговейно почитали своих создателей, но отношение к ним разнилось: кого-то они любили, а кого-то боялись.

Мора, богиня смерти, не пользовалась любовью ни у людей, ни у богов. Она создала то, что позволило миру существовать, но её творение вызывало страх и отторжение. Всё чаще она проводила время в своём подземном царстве, где направляла энергию от умерших к живым. Но больше всего на свете ей хотелось любви.

Втайне от всех она попросила у своего отца Рода, подарить ей сына. Род согласился на её просьбу, и Мора родила Морока, бога тьмы, всадника смерти, который собирает души умерших людей и уносит их в царство Моры. Мать и сын всегда были глубоко преданы друг другу.

Со временем Морок стал испытывать ненависть к людям и богам. Он узнал секрет своей матери, как та создала зиму и на три месяца погружала мир в сон.

Мора, став богиней смерти, изменила свою божественную энергию на мёртвую. Перед наступлением зимы ей достаточно было выйти в средний мир, чтобы природа начала увядать. Из-за этого она стала ещё более ненавистной для людей. Моя задача — укрывать снегом и защищать то, что должно пережить зиму.

Морок, обладавший магией такой силы, что мог обмануть даже Рода, сумел научиться создавать жизнь и выпустил в мир первых монстров, но оказался слаб чтобы создать армию. Боги поймали его и хотели убить, чем разозлили Мору. Зима тогда не кончалась более века, многие растения и животные погибли. Морока отпустили, и богиня вновь ушла в подземное царство. Но теперь она прониклась ненавистью и к богам, и к своему творению. Мора тоже начала создавать демонов и чудовищ.

Боясь, что Мора способна уничтожить мир, боги нашли способ обмануть Морока и усыпили Мору. Теперь богиня спит в подземном царстве, где её охраняет Кощей. Мороку же закрыт туда вход, и он в слепой ярости сеет хаос и разрушение на земле.

Мороз завершил свой рассказ и осушил кубок.

— Как же им удалось усыпить богиню? — тихо спросила девушка. Её потрясла услышанная история.

— Она выпила смесь мёртвой и живой воды и стала живым мертвецом. И приняла она эту воду из моих рук, — ответил Мороз, опережая следующий вопрос девушки. Горестная складка прорезала его лоб. Настя заметила переживания мужчины, встала с кресла и подошла ближе. Застыв на мгновение, она набиралась решимости, а затем взяла его за руку. Прикосновение было лёгким и неуверенным.

— Я не знаю, что Вы чувствуете, но уверена, что это правильное решение. Я очень благодарна Вам за всё, — произнесла Настя с тихой искренностью.

— Вот как? Разве ты не боишься меня? Разве я не Мор, прислужник Моры? Не бессердечный князь зимы? Не предатель своей создательницы? Я ведь чудовище в твоих глазах! — с надрывом воскликнул Мороз, и, как это часто бывает с пьяными, его слова выдавали давно забытые душевные раны, которые он пытался спрятать от посторонних глаз.

— Нет, теперь я Вас ещё больше уважаю.

Мор поднялся с кресла и, подойдя вплотную к девушке, наклонился, заглядывая в её голубые глаза.

— Только уважение, Анастасия? – едва слышно прошептал он.

Волшебная уздечка

Со дня происшествия в пещере прошло достаточно времени, и Настя с тех пор старалась не приближаться к Морозу. В тот вечер, когда они оказались в тереме, в полутьме его комнаты рядом, девушке показалось, что он хотел её поцеловать. Даже от воспоминания об этом Настю бросало в дрожь, однако ей почему-то хотелось снова и снова пережить тот момент.

Она всё чаще стала исподволь поглядывать на хозяина дома, и от этого ей становилось не по себе.

Тоска по батюшке и Ване всё чаще накатывала на неё, заставляя хмуриться и молча страдать. Однажды Северин застал её плачущей и не отстал, пока не узнал причину. Рассказал ли он об этом Морозу, неизвестно, но тот начал бубнить, как старый дед, о том, что нужно чаще бывать на улице, и пытался уговорить Настю прокатиться с ним на санях. Ей было страшно даже смотреть суровому мужчине в глаза, не говоря уже о том, чтобы остаться с ним наедине.

Но когда Северин упомянул, что видел суженого девушки, её сердце пропустило удар, и она ясно осознала, что не хочет покидать терем. Не хочет расставаться с Морозом. Да, наконец-то она призналась себе, что влюбилась в него, как глупая дурочка.

– Интересно, сколько таких, как я, влюблялись Мора? Наверное, очень много, – с грустью думала Настя, глядя в окно на кружащийся хоровод снежинок.

— Сестрица! — раздался голос Хорса, и Настя вздрогнула. Его голос ломался, и теперь вместо прежнего звонкого тембра в нём проскальзывал низкий и хриплый тон. Хорс почти сравнялся ростом с Северином и теперь постоянно стремился помериться с ним силой, но в душе оставался таким же озорным мальчишкой, как и раньше.

— Что произошло, Хорс? — спросила Настя, откладывая плащ Северина в сторону. После того случая с колдуньей Северин вернулся домой поздней ночью и несколько дней пребывал в подавленном состоянии. Именно тогда он позволил Насте заняться починкой своего плаща, который был необходим ему для превращения в ветер.

— Мне нужна твоя помощь, — сказал Хорс, присаживаясь рядом с Настей. — Помнишь, я рассказывал тебе о зимнем солнцестоянии?

Настя кивнула, пытаясь вспомнить разговор с Хорсом.

— Ах да! Придёт Златогрив, и тебе нужно его укротить, — произнесла она.

— Да. Так что, поможешь её найти? Я уже уговорил Мороза, он не против.

— Э-э-э... Найти что? — спросила Настя смущённо.

— Ну я же рассказывал! — недовольно протянул Хорс. — О чём ты вообще думаешь в последнее время?!

— Прости меня. Просто столько всего сразу свалилось, — произнесла девушка, обнимая обиженного юношу.

— Златогрив — мой давний друг, но он дикий конь и даже своему лучшему другу не позволит себя оседлать без специальной уздечки, которую для меня изготовил Сварог.

— Но зачем её искать? Ты её потерял? — спросила Настя.

— Не то чтобы потерял. Просто не помню, куда положил. Каждую осень я тщательно прячу уздечку, чтобы никто, кроме меня, не смог её найти. Морозу я указываю только приблизительное место. А после того, как умираю и рождаюсь заново, я почти всё забываю о своей прошлой жизни. Поэтому и приходится её искать.

Однажды я спрятал её на очень высокой горе, которую местные жители называют Джомолунгма! — с энтузиазмом похвастался Хорс.

— Хорошо. И когда отправимся в путешествие? — спросила Настя, стараясь скопировать интонацию мальчишки.

– Интересно, откуда во мне эта жажда открытий и новых впечатлений? Раньше я мечтала лишь о спокойной и размеренной жизни без постоянных насмешек мачехи и Марфы, – мелькнула у неё в голове мысль.

— Завтра утром нам нужно заняться подготовкой. Ну, еда там, всё необходимое…. Надеюсь, управимся за пару дней, — деловито произнёс Хорс.

Весь следующий день Настя активно помогала со сборами. Мороз занимался починкой саней, а Северин как обычно где-то пропадал. Вечером все вместе пообедали. Впервые за долгое время Северин казался весёлым и искренне смеялся шуткам Хорса. В то же время Мороз, казалось, был чем-то огорчен и наблюдал за происходящим с отстранённым хмурым видом.

После ужина Хорс поспешил наверх изучать карту земель, которую ему передал Мороз, а Настя занялась мытьем посуды.

— Как ты относишься к этому небольшому приключению? — спросил князь.

– Теперь моя интуиция стала работать гораздо лучше. Я не услышала его шагов, но почувствовала, что он рядом. Кажется, будто в его присутствии даже тишина становится другой, необычной, — осознала вдруг Настя.

— Честно говоря, я с нетерпением жду его. Даже не знаю, откуда у меня этот задор, возможно, на меня так влияет Хорс, — с улыбкой проговорила девушка, не оборачиваясь. Теперь половицы выдавали движение Мороза лёгким скрипом. Девушка не стала оборачиваться, но проследила за звуком, представляя его размеренный шаг.

— Хорошо. Возможно, новость, что жених ищет тебя, обрадует ещё больше? — произнёс Мороз.

От неожиданности Настя выронила глиняную тарелку, и она с тихим жалобным треском раскололась на две половинки. Настя замерла, словно заворожённая. Очнувшись, она быстро собрала осколки, уловив тонкий аромат хвои.

— Я не хочу уезжать, но так скучаю по батюшке, Ване и Илье! Да, я скучаю и по нему, но только как по другу, не более того. Раньше я думала, что «стерпится — слюбится», и лучше уж быть замужем за другом, чем вовсе оставаться одной. Но теперь понимаю точно, что не могу стать его женой, — хотелось сказать Насте, но она сдержалась и произнесла вслух совершенно другое.

— Я так рада, что он, как и раньше, верит в меня. Он считает, что я хороший человек, и мне обязательно нужно с ним увидеться. Ты поможешь мне его найти? — спросила Настя.

На мгновение ей показалось, что в глазах Мороза мелькнули печаль и сожаление, но затем его лицо вновь стало непроницаемым, как лёд. Он кивнул и тихо произнёс: — Я выполню твою просьбу, Настя.

В тот же миг свечи в комнате погасли, погрузив её во тьму. – Он исчез, — подумала Настя. Она услышала, как тихо потрескивает лёд, покрывая дверь, ведущую из комнаты.

– В последнее время он стал таким загадочным. Может быть, он испытывает те же чувства, что и я? — размышляла Настя, расчёсывая волосы в своей светлице. Она залюбовалась сиянием северных огней, что плясали на потолке светлицы.

– Нет, князь не может полюбить деревенскую простушку. Не стоит терзать своё сердце напрасными надеждами, — решила девушка, погружаясь в сон. – Мне достаточно просто быть рядом с ним, — прошептала она, засыпая.

Настя проснулась ранним утром. Хорс, как всегда, бегал по комнате, не давая никому покоя. Девушка растопила печь, чтобы согреть кухню, обычно здесь было теплее. Она закуталась в тёплый платок и с лёгкой дрожью взглянула на изморозь, покрывавшую кухонную дверь причудливым узором.

Хорс спустился вниз и зашёл на кухню.

— Доброе утро, оно ведь доброе? — спросил юноша, откусывая кусочек хлеба.

— Доброе, конечно, а почему ты спрашиваешь? — удивилась Настя.

Хорс указал пальцем на дверь:

— Вот так он делает, когда сильно разгневается, — произнёс он, приступив к завтраку.

– Что? Почему? Что я сделала? — недоумевала Настя, уставившись на дверь.

— Присядь, поешь, путь предстоит долгий, — предложил Хорс.

— Где Мороз? — чуть громче, чем нужно, спросила Настя, выдавая своё беспокойство.

— Он занимается подготовкой коней и саней. От завтрака отказался, — сообщил Севрин, входя в комнату.

— Настя, пожалуйста, поешь. Не стоит переживать из-за него. Я же говорил, у Мора непростой характер, — настаивал светлоликий.

– Действительно, пора перестать ставить других на первое место. Раньше меня учили, что если хочешь, чтобы тебя любили, нужно помогать людям и быть доброй. Я всегда старалась быть доброй и помогать, но, увы, это не всегда вознаграждалось. Меня привязали к жертвенному столбу в лесу, и это заставило осознать, что до меня нет никому дела. Значит, нужно научиться заботится о себе самой, – с этими мыслями девушка села за стол и с аппетитом позавтракала вместе с Хорсом и Северином.

— Что за привычка прятать эту уздечку чёрт знает где?! — недовольно ворчал Северин.

— А что, если уздечка попадёт в чужие руки? Тогда моего друга поймают и заставят делать плохие вещи, — произнёс Хорс с обидой в голосе.

— Разве конь может сделать что-то плохое? — спросила Настя.

— Да, если он окажется в руках у тех, кто таит в сердце злобу. Этот конь увеличивает силу Хорса, но и для любого другого человека он очень сильный. Он может один тянуть воз, который и шесть лошадей не сдвинут с места. К тому же, его нельзя убить обычным оружием, — ответил Северин.

- Но это не самое важное. С его гривы осыпается золотая пыль, за которой охотятся жадные люди. Вот почему уздечку нужно надежно прятать, – дополнил рассказ Северина Хорс.

Собрав свои вещи, Настя и Хорс вышли на улицу. Мороз, одетый в расписную шубу синего цвета, украшенную серебристыми узорами, тёмные штаны и тёплые сапоги, возился около белоснежных лошадей, оглаживая их и подтягивая подпруги. Девушке подумалось: – Возможно, он всё утро лепил их из снега? Она любила животных и часто предпочитала их общество людям. И они отвечали ей тем же, лаской и добротой.

Настя укуталась в тёплый платок и шубку, а также надела тёплый сарафан. Северин и Хорс были сейчас почти одного роста, и их одежда выглядела одинаково, что создавало впечатление, будто они братья. Однако, присмотревшись внимательнее, можно заметить, что они полная противоположность друг другу, как день и ночь, зима и лето.

– Может быть, стоит поговорить с Мором? Вдруг я действительно его чем-то обидела?» — подумала девушка, направляясь к саням.

- Мороз, если чем-то тебя обидела, прости меня, я не хотела, — голос Насти не дрогнул. Она гордилась тем, что наконец-то смогла преодолеть свою робость.

Мужчина не отвечал, продолжая заниматься упряжью лошадей. Его молчание вызвало у Насти раздражение, но она не отступила. Остановившись рядом, она погладила коня по белой мордочке, не сводя взгляда с Мороза.

— Что я могу сделать для тебя, чтобы ты больше не сердился? — произнесла Настя с виноватым видом. — В прошлый раз это сработало, может быть, и сейчас получится, – подумала она

Наконец Мороз вздохнул и, посмотрев вдаль, предложил: — Поехали со мной верхом.

От былой уверенности Насти не осталось и следа. Её щеки вновь залились румянцем. Но пристальный взгляд мужчины заставил её поторопиться с ответом. Она еле заметно кивнула, принимая предложение.

Сильные руки князя словно по волшебству оказались на её талии. Он легко и ловко усадил девушку в седло высокого серого коня. Это не осталось незамеченным Северином и Хорсом, которые в это время грузили поклажу в сани.

Мороз помог остальным погрузить вещи. Северин устроился на месте возничего, а Хорс сел рядом. Князь лёгко и ловко вскочил на коня, прижимая Настю ближе к себе и заставляя её пожалеть о своём решении.

- И куда мы направляемся? – спросила Настя.

- В страну восходящего солнца. Символично, не правда ли? – с самодовольством произнес Хорс.

- Хвастливо, – с лёгкой иронией парировал Северин.

Страна восходящего солнца

Настя крепко держалась за гриву коня, когда он, набрав скорость, вдруг взмыл в небо. Девушка вскрикнула, озираясь вокруг. Вот такого она явно не ожидала! Мороз крепко обнял её за талию, прижимая к себе. Какая же она тёплая! Он едва мог чувствовать её сердцебиение, прижимая ладонью к своей груди.

Он понимал, что должен ослабить хватку и чуть отодвинуться, но душа противилась доводам разума. Однако когда-то всё равно придётся это сделать, но пока мужчина тянул время и мог наслаждаться теплом её тела и ароматом волос.

Через некоторое время Настя расслабилась и с любопытством стала рассматривать просторы, которые расстилались внизу. В этот момент она напоминала маленького ребёнка, с восхищением разглядывающего удивительные горы и леса с нового для неё необычного ракурса. Лес и равнина закончились, и под ногами раскинулась синева моря, сверкающая на солнце мириадами солнечных зайчиков. Белые барашки пены играла в догонялки на бескрайнем необъятном просторе. Девушка впервые увидела море, и Морозу даже пришлось прижать её к себе, так сильно она наклонялась вперёд, стараясь не упустить из виду ни одной детали пейзажа.

Тусклое солнце стремительно скрывалось за горизонтом, уступая место ночной тьме. Путники приземлились на острове Окинава, самом тёплом из всех островов этой страны.

— Удивительно! Здесь осень, почему же нет зимы? — воскликнула Настя, с удивлением оглядывая вершину холма, на который они приземлились. Сырая тёмная и увядшая трава ковром устилала землю, но кое-где всё ещё попадались островки нежной зелени. В воздухе ощущалась прохлада, всё же чувствовалось дыхание сурового северного ветра.

— Зима есть везде, Настя, просто в разных местах она проявляется по-своему. Здесь зима выглядит вот так, — ответил Мороз, снимая девушку с уставшего коня.

Следом за ними с шумом и грохотом приземлились Северин и Хорс. Сани заскрежетали полозьями по траве и мелким камушкам, а лошади недовольно зафыркали.

— Вы что, решили мне сани угробить?! — возмутился Мороз.

— Да я просто замечтался. Забыл, что здесь снега нет, — честно признался Северин.

Насте в тёплой шубке стало жарко. Она распахнула её, но не стала снимать, так как ветер довольно ощутимо покусывал щёки и норовил забраться под одежду.

— Нам нужно немного пройтись пешком, — произнёс Северин. Мороз, соглашаясь, кивнул и встал перед лошадьми и санями. Он набрал полную грудь воздуха и с силой дунул на них. В тот же миг кони и сани превратились в снежинки, которые подхватил сильный ветер и унёс вдаль. Настя хотела помочь с поклажей, но никто из мужчин ей не разрешил взять даже мешок с хлебом.

- Иди вперёд, – строго приказал Мороз.

Настя надула щёки и недовольно пробормотала: - Ну вот, теперь вы относитесь ко мне также, как к Хорсу, когда он был маленьким.

- Мы просто заботимся о тебе, сестрёнка. Хотя ты права, я тоже раньше обижался на это, – произнёс Хорс, протягивая Насте сумку с водой. Он помнил, что в такие моменты Настя всегда поддерживала его.

- Ну хоть что-то, спасибо. Мне же нужно внести свой вклад в общее дело! – улыбнулась девушка.

Уставшие путники брели в ночи среди причудливых деревьев, аккуратно огибая их и стараясь не набить себе шишек. Северин шёл впереди и, казалось, видел в темноте, словно кошка, в то время как остальным приходилось двигаться на ощупь, то и дело спотыкаясь о корни.

Мороз, запутавшись ногами в низкорослом кустарнике, уткнулся в Настю и недовольно проворчал: - Долго нам ещё блуждать в потёмках?!

- Почти пришли, – невозмутимо ответил Северин.

Через некоторое время лес расступился, Настя смогла разглядеть небольшую ограду, и все прошли внутрь через невысокие ворота. Раздался резкий и громкий лай собаки впереди, Настя машинально попятилась назад и упёрлась спиной в Мороза. Вздрогнув от неожиданности, она собралась уже сделать шаг вперёд, но мужская рука обхватила её за плечи, мягко прижав к груди.

Внезапно стены дома озарились желтоватым светом, и стало видно, как внутри него передвигается тень человека. Создавалось впечатление, что дом сделан из плотной промасленной бумаги. Часть стены с лёгким шумом отъехала в сторону, и в свете масляной лампы они увидели стоящую у порога красивую женщину.

Настя не смогла определить её возраст даже примерно.. Она всё ещё была прекрасна и, возможно, способна покорить не одно мужское сердце, однако пигментные пятна на щеках, сеточка морщинок в уголках глаз и серебряные пряди в волосах выдавали возраст азиатки. Женщина широко улыбнулась и пошла навстречу Северину, раскрывая руки для объятий и что-то быстро говоря мягким бархатистым голосом.

Насте показалось, что женщина произносит какую-то тарабарщину.

— Почему у неё такие глаза? — спросила девушка, стараясь говорить как можно тише.

— Узкие раскосые глаза встречаются у жителей Китая, Кореи и Японии. Люди сильно отличаются друг от друга, особенно если живут далеко, — спокойно пояснил Мороз, понимая, что японка не может понять ни слова из их разговора.

Женщина там временем обняла юношу, они явно были близкими друзьями. К удивлению Насти, Северин без труда отвечал женщине на том же языке.

Как он только не сломал свой язык?! — подумал Мороз.

Северин представил своих спутников женщине, а затем обратился к ним: — Друзья, позвольте мне представить вам Юко, мою давнюю знакомую и старого друга. Она согласилась приютить нас, — Северин счастливо улыбался, глядя на японку.

– Видимо, действительно они давно знакомы, — подумал Мороз, отмечая положительные изменения в настроении юноши после недавних событий со жрицей Мокоши. Услышав своё имя, женщина слегка поклонилась. Все почтительно кивнули ей в ответ.

Юко выглядела элегантно, а двигалась так грациозно и плавно, словно каждое её движение являлось частью танца.

Хозяйка дома встретила гостей радушно. Стол просто ломился от изобилия разных удивительных блюд. Когда путники утолили голод, стало ясно, что хозяйка обращается с какой-то просьбой к Северину. Он на мгновение задумался, а затем кивнул в знак согласия, положил руки на голову женщины, и там, где его ладони коснулись кожи, возникло слабое свечение. Женщина закрыла глаза. Кудри Северина пришли в движение, словно их трепал ветер. Настя уже знала, что это верный признак того, что он использует магию. Спустя пару мгновений свечение погасло. Северин убрал руки, женщина открыла карие глаза, её взгляд казался сосредоточенным, будто она вспоминала нечто очень важное.

— Ваш язык очень сложный, но в то же время прекрасный и глубокий, — наконец произнесла Юко.

— Вы можете говорить на нашем языке? — удивился Хорс.

— Да, я только что научилась, благодаря Северину, — ответила Юко.

— Ого, ты можешь научить любого человека любым языкам таким образом? — Хорс с уважением посмотрел на Северина.

— Я не могу научить только человека, потерявшего разум, — ответил Северин. А остальных — да, но лишь на время. Язык быстро забудется, как только в нём пропадёт надобность. Это один из немногих талантов, которые я унаследовал от своего бога-отца, — произнёс Северин, отпив глоток чая из маленькой фарфоровой чашечки.

- У Вас такой уютный и необычный дом! Мы очень благодарны за то, что Вы нас приютили, — произнесла Настя, которая до этого сидела в напряжении, прижимаясь к Морозу и с опаской оглядываясь по сторонам.

- Спасибо, комплимент от женщины всегда особенно дорог, — с улыбкой ответила Юко, добавляя горячую воду в маленький чайник. Этот дом построен моим покойным мужем.

— Почему мои слова для Вас так ценны? — не поняла Настя.

— Потому что у женщин более тонкий вкус, и они более придирчиво оценивают домашнюю обстановку и чистоту, — пошутила хозяйка дома.

Мороз заметил, как Настя, очарованная Юко, улыбнулась, и подумал: – Надо предупредить её, чтобы не доверяла милому лицу и добрым словам ёкай. От Юко исходил сильный лисий дух, но обычная смертная девушка не могла его почувствовать, в отличие от Мороза.

— Юко, Вы не знаете, где сейчас находится Рай Бакэнэко? У него моя вещь на хранении. Надобно забрать, — спросил Хорс.

Юко нахмурилась, затем тихо сказала: - Мне жаль, юный господин. Боюсь, у Рая нет вашей вещи.

От таких слов Хорс в изумлении выпучил глаза, и приоткрыл рот. Северин с Морозом переглянулись.

- Что значит “нет”? И вообще, почему Вы так решили? - засыпал вопросами Юко светлоликий.

— Недавно в наших краях появился новый сёгун. Его зовут Ясухико, он молод, но уже успел прославиться своей храбростью в бою и жестокостью. Получив во владение Окинаву, он начал Священную войну против демонов, и с тех пор на нас началась охота.

Рай решил выступить против него в честном бою один на один, но Ясухико хитростью удалось его одолеть. Рай был сильно ранен и ушёл в леса. Говорят, от ран и позора он сошёл с ума, а все его сокровища забрал себе молодой сёгун.

Мороз заметил, как сильно сжались кулаки Хорса. Возможно, он помнил Рая больше остальных и сейчас прилагал все усилия, чтобы не потерять лицо перед людьми и не расплакаться.

— Я должен его найти, — каждое слово давалось Хорсу с трудом, горький ком сдавил горло.

— Сначала надо найти уздечку, — строго сказал Мороз, пытаясь вразумить мальчишку.

— Нет! Я должен срочно его увидеть! — вскричал юноша, одна слезинка всё же оставила влажную дорожку на его щеке.

— Нам всё равно нужно сначала точно разузнать, где находится уздечка, — вмешался в спор Северин.

Мороз вздохнул, признавая своё поражение.

— А если кот всё-таки унёс уздечку с собой. А мы придём к царю и привлечём тем самым ненужное к себе внимание.- Подхватил Хорс.

- Я помогу вам, но вы должны пообещать, что выполните мою просьбу, – голос хозяйки дома стал очень серьёзным.

- Какую? – прохрипел Хорс. Его щёки пылали, а глаза, которые до этого были серо-зелеными, стали яркими, словно в них горело зелёное пламя.

- Убейте Райя Бакэнэко, – отчеканила Юко твёрдо. От услужливой и добродушной хозяйки не осталось и следа.

- Что? Почему?! – закричал Хорс, вскакивая со стула.

- Я хочу, чтобы Райя Бакэнэко запомнили как храброго и благородного ёкая, а не как обезумевшего демона.

— Это неправильно, вы должны ему помочь! — воскликнула Настя, поддерживая Хорса. Однако Мороз резко дёрнул её за руку, и она снова опустилась на стул. Юко перевела взгляд на Настю, и у той по спине пробежали мурашки. В лице женщины что-то неуловимо изменилось, и теперь она напоминала хищника, которого стоило опасаться.

— Ему уже не помочь, рано или поздно его убьют охотники или Ясухико. Лучше пусть он умрёт достойно сейчас, чем станет загнанным диким зверем завтра, — произнесла Юко с той же строгостью.

Хорс отошёл от стола и остановился у окна. В комнате воцарилась тишина, и никто не решался её нарушить. Мороз предоставил Хорсу возможность самому принять важное решение, как подобает взрослому человеку.

За окном бушевал ураган. Деревья гнулись до самой земли, а вдали огромные волны с грохотом разбивались о скалы. Наконец Хорс заговорил.

— Хорошо, лисица, я выполню твою волю, но затем приду за головой Ясухико. Мне всё равно, что принесёт его смерть, войну, разорение или долгожданную свободу для этих мест. Я убью его!

Настя посмотрела на Хорса так, будто увидела его впервые. Да, таким она его ещё не знавала. Это больше не мальчик, Хорс становился мужчиной. Свирепым богом, жаждущим мести.

Бакэнэко

Настя открыла глаза на рассвете. На новом месте она ворочалась почти всю ночь, отлежав себе бока и не чая, когда настанет утро. Оказалось, что местные жители спят на полу, чтобы экономить место. – На лавке в батюшкином доме и то удобнее, — подумала она, собирая постельное бельё.

Девушка часто думала об отце и брате, вспомнила их и сейчас: – Интересно, как они там? Переживают ли ещё или уже смирились? Не хочу, чтобы отец горевал, у него и так слабое здоровье.

— А ты ранняя пташка, — произнесла Юко, забирая у Насти постельное бельё. Ходила азиатка тихо, словно летала по воздуху. Настя слегка вздрогнула от неожиданного появления хозяйки дома.

— Да, я привыкла вставать раньше всех в доме, — ответила Настя, но осеклась заметив, что в комнате до сих пор спит только Хорс. Ночью она слышала, как он тихо плакал. – Видимо, тот знакомый Рей был ему хорошим другом, — подумала она.

— Тебя, наверное, огорчило стечение обстоятельств? Не такое прощальное приключение ты представляла себе? — тихо спросила женщина, покидая комнату.

— В каком смысле “прощальное”? — удивилась Настя, выходя из комнаты вслед за Юко.

Та слегка повернула голову в сторону девушки и произнесла: — Как я и думала, ты не в курсе. Затем она кивнула в сторону северной стены. Настя подошла к ней и взглянула на непроницаемое лицо хозяйки дома. Сложно, почти невозможно понять, о чём она думает или что чувствует. Прислонившись ухом к стене, девушка прислушалась.

— Мороз, Златогрив должен появиться если не сегодня, то завтра. Если уздечка окажется в чужих руках без коня, Хорс не сможет полностью раскрыть свою силу. Слабое солнце приведёт к плохому урожаю, а затем и к голоду, — голос Северина звучал взволнованно.

— Мы успеем. Тем более что нам не нужно будет присматривать за Настей. Для неё эта прогулка должна была стать увлекательным приключением, а обернулось всё политическими интригами и войной, — голос Мороза как всегда звучал спокойно и холодно.

— Так ты не передумал? Отдашь её этому мальчишке? — с грустью спросил Северин.

— Ей не место рядом со мной. Я не могу вечно оберегать и защищать её. Однажды я могу совершить ошибку, и это может стоить ей жизни, — Мороз говорил спокойно, без капли сожаления. Насте показалось, что он прогоняет её, как надоевшую дворнягу. Сердце сжалось от обиды.

– Да, конечно, в его сердце нет места для такой простой девушки, как я, и ясно, что мне нужно уйти, Но почему такое полное равнодушие с его стороны? Ведь я так надеялась, что он позволит мне остаться, — Настя старалась сдержать слёзы, разговор теперь долетал до неё лишь урывками. Впрочем, ей теперь всё равно.

— Мы не знаем точно, где уздечка. Если её нет у царя, то мы привлечём к себе ненужное внимание, — закончил спор Мороз, а Настя отошла от стены.

— Он считает тебя слабой, поэтому и отталкивает, — с нежностью произнесла Юко, обнимая сразу изменившуюся в лице девушку за плечи. — Но я могу тебе помочь, — в глазах японки зажглись огоньки, как у детей, когда они придумывают очередную шалость.

- Как же? — спросила Настя.

- Ты должна сама добыть уздечку у сёгуна, — ответила женщина.

- Но никто точно не уверен, что уздечка у царя… — произнесла Настя, пристально глядя на Юко. Та в ответ лишь хитро улыбнулась, не сводя с девушки глаз. - Вы точно знаете, что уздечка находится у него! Почему вы не рассказали об этом Хорсу?

- Хорс должен поговорить со старым другом, ведь только Райя может поведать, как Ясухико его победил. Но даже если Хорс одолеет его, сёгун не отдаст ему уздечку. Таковы мы, люди. Наши принципы и убеждения всегда важнее всего. Поэтому нам нужно пойти на хитрость, чтобы заполучить её. Но без твоей помощи мне не справиться. Ты поможешь мне?

* * *

Настя помогала накрывать на стол, когда в комнату вошли мужчины. Хорс был мрачнее тучи, а Мороз и Северин недовольно хмурились и выглядели какими-то озадаченными.

За столом Мороз посвятил всех в детали своего плана. Настя заметила, что Северин то и дело открывал рот, пытаясь ему возражать, но высказаться так и не решился.

Наконец девушка набралась смелости и спросила: — А что буду делать я?

— Ждать нас здесь, — спокойно ответил Мороз, и это прозвучало как приказ, а не просьба.

— Я не такая слабая, как ты думаешь, — ответила Настя.

— Дело не в этом.

— А в чём же? — её слова прозвучали громче, выдавая злость и обиду. Интересно, какую ложь он придумает, чтобы оставить её здесь?

— Тебе с нами не место, — всё также холодно и спокойно произнёс мужчина. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Насте показалось, что сейчас тонкая ниточка, которая их связывала, та еле уловимая симпатия, оборвалась. В одно мгновение тот, кого она втайне любила, оттолкнул её, став абсолютно чужим. Настя предпочла бы лучше услышать сладкую ложь, а не горькую правду.

- Если у тебя сегодня отвратительное настроение, то Настя в этом не виновата, так что лучше держи язык за зубами, — гневно рыкнул Хорс, пристально глядя на Мороза. Тот, не ожидав такой дерзости от юного бога, молча уставился на него тяжёлым взглядом. Зрительный поединок продолжался несколько мгновений, пока не вмешался Северин.

— Ребята, давайте жить дружно. Нам ещё нужно найти уздечку, — произнес он примирительно и мягко, словно мурлыкающий кот.

— Райя Бакэнэко обитает на горе Йонаха, — вмешалась в разговор Юко. — А ты, Настя, не обижайся на своих спутников. Райя собрал вокруг себя других озлобленных Бакэнэко, но без своего господина они не представляют опасности. Рай — самый искусный мечник Окинавы. Он серьёзный соперник, который испытывает ненависть к людям, поэтому лучше оставайся здесь, — произнесла женщина. Настя, не стала возражать. Она понимала, что у Юко есть план, и она рассчитывает на её помощь.

— Мы выходим через час, — буркнул Мороз, покидая комнату.

Завтрак прошёл в тишине, даже Хорс угрюмо молчал, погружённый в свои мысли.

После того, как все основательно подкрепились перед дорогой, Юко, заговорчески подмигнув девушке, вышла с ними из дома, а Настя осталась одна в компании Момо, так звали пса, который охранял жилище Юко.

Юко вместе с Северином шли чуть впереди. Он расспрашивал её о старых знакомых, а японка с радостью рассказывала, где они сейчас находятся и чем занимаются. Примерно через час путники услышали лёгкий шум у подножия холма. Юко оглянулась и, замедлив шаг, сравнялась с Морозом.

— Думаю, ваша подруга более упрямая, чем вы думаете, — склонив голову, проговорила женщина. Северин продолжал идти вперёд, сдерживая себя, чтобы не оглянуться. – Редко кому удавалось обхитрить сурового Мороза, но вдруг у старой куницы получится? — думал про себя северный ветер.

— Что ты имеешь в виду? — Мороз вопросительно посмотрел на Юко и нахмурился.

— Внизу обвал, и мне кажется, что она движется за нами, — опустив глаза, поделилась своими подозрениями женщина. Мор резко обернулся и посмотрел вниз на узкую тропу, которая вела к крутому склону, пытаясь рассмотреть Настю. Он выругался и уже собирался вернуться, но лисица остановила его.

— Времени осталось мало. Мы уже у подножия горы, и тропа больше не свернёт. Вы можете дойти без меня, а я вернусь к девушке и провожу её домой. Заодно и присмотрю за ней. Но, боюсь, она не послушает, ведь я ей почти незнакома, а вот Северин сможет её уговорить. Вы же поможете Хорсу сдержать обещание.

Мороз взглянул на спину Северина, который остановился, но не обернулся. Он прекрасно осознавал, что лисица пытается воспользоваться случаем и помочь Северину отправиться к сёгуну. Устав от бесполезных споров со всеми, он наконец кивнул, давая своё согласие, и направился к горе.

— Итак, каков твой план? — с интересом спросил Северин у Юко, когда они отошли от своих спутников достаточно далеко. — Как мы попадём в замок?

— Никак. Дворец надёжно защищён, и только люди могут войти во владения Ясухико. Для этого нам нужна Настя, — строго проговорила Юко, ускоряя шаг.

– Как же легко управлять влюблёнными! Даже боги совершают глупости, когда их сердце трепещет от страсти, — подумала лисица, радуясь, что её план сработал безупречно.

***

Мороз и Хорс остались вдвоём, продолжая свой путь в тишине. Хорс всё ещё злился на Мороза после утренней стычки, а Мор радовался его молчанию. На душе у него и так кошки скребли. Ближе к полудню погода улучшилась, стало теплее, но ветер по-прежнему дул сильный и холодный, напоминая о том, что сейчас на земле властвует зима.

Наконец Хорс нарушил молчание, он не мог долго сердиться.

— Почему ты так настойчиво пытаешься отправить Настю обратно к людям? Я же вижу, что ты сам этого не хочешь.

— Неважно, чего хочу я, главное, чтобы она находилась в безопасности. Девушке не место рядом с тем, кто постоянно живёт в окружении чудовищ.

Хорс не мог скрыть своего возмущения: — А ты спрашивал её мнение на этот счёт? Порой не менее ужасные чудовища живут и среди людей!

Мороз резко остановился и поднял руку над головой, призывая Хорса замолчать. Тот сразу умолк и прислушался.

Обычный шелест деревьев… Хотя нет что-то не так. Слишком уж тихо. Звери и птицы притаились.

С громким шипением сверху на них падало нечто чёрное, в лапах оно держало катану. Хорс рванул в сторону, Мороз уклонился, и животное приземлилось на четыре лапы. Чёрная кошка размером с тигра перехватила меч и, не обращая внимания на Хорса накинулась на мужчину, громко вопя.

Хорс огляделся по сторонам и увидел, что ещё два Бакэнэко сидят на ветвях деревьев и готовятся метнуть огненные шары в незваных гостей. Один шар уже летел в его сторону. Юноша поймал горящую сферу и бросил обратно в кота. Тот ловко прыгнул на другую ветку.

Второй рыжий кот запустил огненный шар в Мороза, который в это время сражался с напавшей на него кошкой. Хотя Бакэнэко умело обращалась с мечом, Мороз являлся для неё серьёзным противником, и вскоре ему удалось выбить оружие из её лап. Кошка, яростно шипя, попятилась, но Мороз никак не мог понять, чему она так странно ухмыляется.

В этот момент Хорс поймал огненный шар, запущенный в спину Мороза, и снова бросил его в рыжего кота, усилив сферу своей энергией. Кот быстро скрылся из виду, а дерево, на котором он сидел, не просто загорелось, а переломилось пополам и упало. Сырое дерево горело плохо, и густой дым помог нападавшим скрыться в лесной чаще.

— Это лишь охранники, скоро появятся другие, — , отдышавшись, произнёс Хорс.

— Значит, пришло время для твоего копья.

Мороз заметил, что юноша весьма неохотно призывает своё оружие. Видимо, в глубине души он всё ещё надеялся разрешить ситуацию мирным путём.

Они продвигались вперёд, готовые к бою, стараясь идти быстро, так как понимали, что Бакэнэко нападут на них на крутых склонах, где их кошачья ловкость сыграет им на руку.

Однако кошки больше не атаковали в открытую, а, прячась за валунами, исподтишка забрасывали путешественников огненными шарами. Как только клинок Мороза касался огня, тот сразу же гас. Копьё Хорса напротив, поглощало огненные силы, становясь всё мощнее. Руны на рукояти и лезвии сияли ярче и ярче.

Натиск множества врагов усиливался, и вскоре они взяли путников в кольцо. Обороняться становилось всё труднее. В этот момент Мороз, потеряв терпение, взмахнул клинком, и тот в мгновение ока превратился в посох. С силой ударив посохом о землю, мужчина громко крикнул: – Довольно! Его голос многократно усилился скалами, прогремев по округе. От магической ударной волны дюжину Бакэнэко отбросило назад, а камни под их ногами покрылись изморозью.

— Хорс! Делай, что должно! Сейчас! — потребовал полубог, и его голос, подобно раскатам грома, пронёсся над горами, проникая в самое сердце и вызывая дрожь. Никто не посмел бы спорить с ним в такой момент.

Юноша шагнул вперёд и произнес: — Я Хорс светоликий, бог Солнца, вызываю на бой Бакэнэко по имени Рейя!

Бакэнэко недовольно зашипели, и один из них произнёс: — Глупый щенок востока, неужели ты думаешь, что наш господин будет сражаться с каким-то отребьем?

– Они защищают своего господина до последнего. Понимают, что ещё один бой он не выиграет, – подумал Мороз, в этот миг над горой раздался ясный человеческий голос.

— Я принимаю бой, Хорс светоликий. Мы скрестим наши мечи на закате. Жду тебя на плато у вершины горы. Одного.

Гигантские кошки скрылись в ущельях, оставляя путников в покое.

— Тебе нельзя идти одному. Это ловушка, — Мороз с тревогой посмотрел на Хорса.

— Нет, даже у обезумевшего Райя на первом месте честь самурая. Это только мой бой.

Сёгун Ясухико

Хорс подошёл к условленному месту на плато, когда солнце уже почти коснулось горизонта. Бакэнэко Райя сидел на краю,рядом с ним лежала катана.

Ветер легонько поглаживал гладкую молочно-белую шерсть на спине огромного кота, слегка её взъерошивая. Хорс молча подошёл к краю плато и сел рядом. С горы открывался прекрасный вид на горы и море. Заходящее солнце окрасило небо в нежно-розовый цвет, а на востоке собирались тёмно-синие облака.

— Молодость тебе к лицу, бог солнца, — произнёс кот. Сердце Хорса сжалось от боли за своего давнего друга. Через всю морду кота проходил страшный глубокий шрам, один глаз закрывала повязка.

— Я бы хотел сказать то же самое, Райя, но ты выглядишь ужасно, — с грустью произнёс юноша.

Кот тихо рассмеялся: — Хорс светлоликий, твоя искренность ценнее любых похвал.

— Райя, я хочу, чтобы ты жил, — произнёс Хорс.

— Для самурая лучше благородная смерть, чем ничтожная жизнь, — ответил Бакэнэко, вставая на задние лапы и держа в передних катану. С этими словами он направился к северной части плато. Осознавая неизбежность поединка, Хорс решительно пошёл в противоположную сторону. Он подбросил копьё в воздух, и оно, ярко вспыхнув, изменило свою форму. Теперь в руках светлоликого оказался меч, сверкающий на солнце, словно выкованный из золота.

Противники поклонились друг другу, занимая боевые позиции. Они медленно сближались, и первым атаковал Райя. Несмотря на недавно полученные ранения, кот двигался быстро, нанося точные и сильные удары. Хорс с трудом отражал атаки, но его темп не уступал темпу кота.

– Моему телу нужно время, чтобы восстановить боевые навыки. Значит, пока я буду гонять его по плато, он устанет, – подумал Хорс, отбивая атаки, отступая и делая короткие выпады. Однако бакэнэко быстро понял его тактику и ушёл в оборону, заставив юношу атаковать более серьёзно.

Схватка вспыхнула с новой силой, противники сблизились. Удары становились всё сильнее, звон стали о сталь слился в один непрерывный звук, от соприкосновения мечей летели искры. Кот уже почти выдохся и дышал через открытую пасть, но его внимание и сноровка с лихвой компенсировали усталость, чего нельзя было сказать о Хорсе. Он попался на ложный выпад и не смог защитить лицо. Катана полоснула его по щеке, и серо-коричневое плато окрасилось алой кровью. Хорс прижал окровавленную щёку рукой и отступил на несколько шагов назад.

– Рана, должно быть, серьёзная. Неужели старый кот поддался? — от этих мыслей Хорсу стало не по себе. Он не привык проигрывать даже своим друзьям.

— Соберись, Хорс. Негоже богу умирать от лап демонического кота, — с насмешкой произнёс бакэнэко, зная слабости своего старого друга.

Теперь Хорс атаковал изо всех сил, и кот с трудом смог отразить удар. Теперь пришла очередь Райя нападать, но юный бог быстро и ловко отражал атаки, и вскоре сам начал наступать на самурая.

Хорс смог остановиться только тогда, когда кот едва успел уклониться от его удара. Если бы Бакэнэко замешкался, бог снёс бы ему голову. Но всё же ему удалось ранить кота, отрубив ухо.

Юноша на мгновение застыл в оцепенении, а кот, пошатываясь, отступил от противника. Катана выпала из его дрожащих лап.

– Я... Я его ранил! За пятьсот лет мне ни разу не удавалось даже отрубить ему ус, а сейчас... Райя, что с тобой произошло?! — подумал юноша.

— Давай же, убей меня, — прохрипел кот, его повязка стала тёмно-бордовой от крови.

— Нет, — тихо произнёс Хорс.

— Убей меня!

— Нет! — закричал Хорс.

— Тогда я убью тебя! — воскликнул кот, схватившись за катану.

— Убивай, — спокойно произнёс Хорс, откидывая в сторону оружие.

Бакэнэко, взглянув на брошенный меч, снова обратил свой гнев на юношу: — Идиот! Как воин может убить безоружного?!

***

Юко бережно достала свои самые роскошные кимоно и аккуратно разложила их на столе, окружив изысканными украшениями.

— Настя, ты не должна этого делать, — в сотый раз повторил Северин, но девушка непреклонно стояла на своём. Он понимал, что хитрюга-Юко затеяла что-то, и не хотел рисковать жизнью Насти.

— Я должна это сделать в первую очередь для себя. Должна доказать самой себе, что смогу совершить нечто значимое, — произнесла Настя, рассматривая заморские наряды.

— С ней всё будет хорошо, если мы будем действовать по плану, — вмешалась в разговор Юко, указывая Северину на выход.

— Юко, ты уверена, что твой план сработает? — неуверенно спросила девушка. План женщины не нравился ей с самого начала, но обида на Мороза и желание доказать, что она не слабая девочка, которую нужно постоянно спасать, подталкивали её к этой авантюре.

— Я полностью уверена в нём. Ясухико молод и никогда не видел женщин с большой земли Ты для него будешь в диковинку, просто веди себя так, как я сказала. Поняла?

Настя кивнула. Кицунэ облачила девушку в небесно-голубое кимоно, украшенное белыми цветами.

— Сделаем тебе красивую причёску без украшений. Ничто не должно отвлекать внимание от твоего лица.

Затем Северин наложил на Настю чары, которые должны были помочь ей понимать местный язык. Сначала девушка не почувствовала никаких изменений, но когда Юко заговорила на своём родном языке, Настя сразу же поняла смысл слов и смогла ответить.

— Хорошо, но не стоит говорить слишком много, — произнесла Юко, и удалилась в свою комнату. Дождавшись, когда за женщиной закроется дверь, Северин протянул девушке свисток на шнурке, резной, словно сделанный изо льда.

— Настя, помни, я всегда рядом. Если тебе потребуется помощь, свистни в свисток. Поняла? — промолвил он, вглядываясь в глаза девушки.

— Спасибо, Северин, — ответила она, обнимая друга. Лёгкий страх начал одолевать Настю, но пути назад уже не было.

***

Сёгун Ясухико, будучи ещё совсем юным, в возрасте двадцати лет стал самым молодым генералом в истории Японии, получив титул сёгуна. Однако этот высокий чин дался ему нелегко: каждый, кто хоть немного владел властью, стремился отнять её у юноши, считая, что Ясухико получил свой пост незаслуженно. Сейчас он мчался на коне, не жалея сил, стремясь как можно скорее добраться до Сюри. Его будущий тесть, явившись во дворец без приглашения, отдал приказ наказать слугу Ясухико за неповиновение.

– Моего личного слугу! Да как он смеет, старый пёс! Не успел стать родственником, а уже пытается командовать в моём доме. Наверняка решил, что через свою дочь теперь сможет оказывать на меня давление! — думал сёгун пришпоривая коня.

В город он ворвался, не сбавляя скорости, его гвардия едва поспевала за молодым господином.

— Дорогу! — громко приказал сёгун, обращаясь к испуганной толпе. Люди шарахнулись в стороны, но в нескольких метрах впереди он увидел, как на его пути, прямо посреди дороги упала девушка.

– Эта неряха будет подниматься целую вечность! — с досадой подумал Ясухико, оглядываясь по сторонам. Он оказался на узкой улочке, и ему ничего не оставалось, кроме как ждать, пока девушка освободит проезд.

Шляпка незнакомки слетела от порыва ветра, и светло-золотистые волосы, напоминающие зрелую пшеницу, засияли на солнце. Мужчина присмотрелся к ней внимательнее. Ярко-голубые, небесного цвета глаза и нежный румянец на бледной коже делали её очаровательной.

– Иностранка? Но откуда она здесь? — недоумевал Ясухико. Девушка поспешно поклонилась и отошла в сторону, освобождая ему дорогу. Сёгун не спеша поехал мимо, пристально рассматривая девушку. Неожиданно она подняла голову и сама посмотрела ему в глаза.

– Какая неслыханная дерзость! Но в то же время в её глазах я вижу страх. Она боится меня. Это хорошо, — подумал мужчина, не скрывая самодовольной улыбки.

Проехав несколько метров сёгун крикнул: — Юдзи! —

Его боевой товарищ и верный слуга мгновенно оказался рядом.

— Слушаю, мой господин, — почтительно произнёс он.

— К вечеру иностранка должна быть во дворце, — велел Ясухико.

— Будет исполнено, — покорно поклонился слуга.

***

— Уздечка у сёгуна? — Хорс сделал глоток воды из бурдюка и шумно выдохнул. Кот с грустью кивнул.

— Прости, я не оправдал твоего доверия, — с сожалением произнес Райя.

— Как он смог победить тебя?! — с негодованием воскликнул юноша.

— Я его недооценил. Единственное, что успел заметить, это его необычное омамори. Думаю, в нём и кроется весь секрет его победы, — Райя печально опустил голову.

— А это ещё что такое?

— Да так, обычный амулет-пустышка. Но пока я сражался с Ясухико, он выпил всю мою силу. Теперь я стал лишь обычной болтливой кошкой, — проворчал Райя, делая очередной глоток воды.

Кицунэ по имени Юко хочет, чтобы я тебя убил. Она даже взяла с меня слово, — Хорс внимательно наблюдал за другом, однако выражение мордочки кота не изменилось, лишь усы слегка дёрнулись.

— Она стремится занять моё место, хочет чужими руками уничтожить недобитого вождя и молодого сёгуна, — произнёс кот.

— Значит, тебе следует вернуться и поставить её на место!

— В этом мире нет абсолютной тьмы и абсолютного света. Из неё получится отличный вождь, — промолвил Райя и заметил негодование в глазах юного бога. — Я не могу простить людей, Хорс. Мы помогали им, жили рядом, делили радость урожайных лет и горести голодных. Но после приезда сёгуна они стали нападать на мой народ, забивать камнями, сожгли мой дом, а вещи украли. Представляешь, они даже оставили меня без кимоно, видишь ли, это противоестественно когда какое-то животное носит человеческую одежду. Нет, Хорс, после всего этого я желаю каждому человеку только смерти. И, наверное, сам заслуживаю только её.

— Не хочешь жить с людьми, не живи. Но помирать не смей, понял?! — прошипел светлоликий, теряя терпение. Упрямство кота и его желание умереть выводили юношу из себя, к тому же он боялся, что в любой момент может появиться Мороз.

Хорс поднялся на ноги, расколол камень у подножия горы мечом и подобрал отрубленное ухо кота.

- А как же данное слово, ку цене? – с издёвкой произнёс кот. Волосы юноши взъерошились, а глаза окрасились в золотистый цвет. От окровавленного камня начал исходить свет, сначала тусклый, но с каждой секундой становившийся всё ярче. Кот зажмурил уцелевший глаз, не в силах смотреть на магию бога. Через пару мгновений свет исчез, и в руках Хорса оказалась голова Райя.

- Вот так-то! От настоящей не отличишь! – воскликнул Хорс, довольный своей смекалкой.

Солнце уже скрылось за горизонтом, на небе начали появляться первые звёзды. Бакэнэко Райя покидал родной остров Окинава. Он низко поклонился Хорсу.

- Прощай, Хорс светоликий. Пусть твоя сила растёт и никогда не покидает тебя, даже в самую тёмную ночь.

— Прощай, мой друг. Надеюсь, наша разлука будет недолгой, — произнёс Хорс, наблюдая как Райя, грациозно ступая на задних лапах, исчезает в тёмной пещере. Юноша, закинув на плечо мешок с фальшивой головой, покинул плато.

– Амулет, способный поглощать магические силы демона… Пока мы не узнаем всей его силы, не стоит вступать в открытый бой с сёгуном. Кто же ты такой, Ясухико? — задавался вопросом Хорс.

У страха глаза велики

Настя, посмотрев в глаза заморского правителя, ощутила страх и оцепенение. Этот взгляд напомнил ей человека, которого она пыталась забыть, его холодные голубые глаза.В противном, скользком взгляде читалась тёмная и пугающая жажда обладания. Он вызывал желание отмыться от него в ледяной воде.

Как только мужчина скрылся из виду, Настя поспешила к Юко, которая несколько минут назад толкнула её на дорогу.

- Юко, я не могу, я... я не справлюсь, – запинаясь, произнесла она. Страх сковывал её, сбивая дыхание и вызывая дрожь. Ей хотелось скрыться в лесной хижине, нет, лучше в ледяном тереме, скрытом за снегами и пургой. Она мечтала спрятаться за спиной Мороза, властного и сильного, но никогда не смотрящего на неё так, и который точно никогда её не обидит.

- Что с тобой, почему ты не можешь? — раздражённо спросила Юко.

- Он... он... — Настя не могла подобрать слов, чтобы объяснить, что прочла в глубине глаз этого мужчины.

— Он смотрит на меня также, как тот человек на мою маму, — с трудом произнесла девушка, прерывисто всхлипывая. Юко, схватив Настю за руку и отвела её в сторону подальше от посторонних глаз и ушей. Светло-русая необычная для этих мест девушка и без слёз привлекала к себе немалое внимание толпы. Настя же, поначалу с открытым ртом рассматривающая странные здания и людей, больше всего сейчас хотела оказаться дома, на родине. Любопытные прохожие глазели на неё так, будто увидели рогатую лошадь. Настя с Юко скрылись в лабиринте улочек и присели на ступеньки небольшого мостика, под которым бежала мелкая, но быстрая речушка, огибающая весь город. Картонные, будто игрушечные домики плотно жались друг к другу рядом с рекой. От каждого дома исходили свои особенные звуки. Из одного слышался властный голос женщины, командующей прислугой, из другого доносились звуки музыки, но сейчас для Насти всё волшебство этого места испарилось, сменившись всепоглощающим страхом.

— Расскажи мне, — произнесла Юко. Её голос, полный сочувствия, звучал тихо и ласково. Лицо женщины тоже изменилось, выражая искреннюю заботу и понимание. Это подкупило Настю, и она почувствовала к ней доверие. Рассказывать о своей беде малознакомому человеку проще.

— Однажды к нам в деревню отдохнуть от дел и поохотиться приехал князь. Проезжая мимо нашего дома, он увидел мою маму и посмотрел на неё точно таким же взглядом. На следующий день он появился у нас снова, предлагая ей то, чего не следует делать замужней женщине. Мама отказала, и князь, разозлившись, начал угрожать и преследовать её... — Настя запнулась, комок в горле мешал ей говорить, каждое слово давалось с трудом, а слёзы градом катились из глаз.

— Как-то поздно ночью он ворвался в наш дом с дружиной, избил отца и забрал её. Я пыталась помочь маме, но не смогла. Через несколько дней она вернулась домой вся избитая и почти без одежды… — Настя снова заплакала, и это стали последние слова, которые она смогла произнести. — Она не смогла пережить позора...

Кицунэ молча обняла Настю за плечи и стала мягко гладить по затылку. Девушка не видела её лица. Сочувствует ли она или тоже презирает её матушку? В деревне после этого случая пошли пересуды и сплетни. Досужие кумушки злорадно шептались по подворотням: – Сама виновата. Нечего глазки мужикам строить!

Настя не видела, как пылают глаза лисицы от гнева и несправедливости. Она сама в былые годы ночами мстила насильникам за тех, кто не мог постоять за себя сам.

— И что ты собираешься делать? — спросила Юко, её голос звенел, как колокольчик, но в нём также слышались строгие нотки наставника. Она старалась не давить на девушку.

Настя не знала, что ответить, её взгляд был прикован к ступенькам, выложенным из обтёсанных камней.

- У тебя есть два пути: отступить, потерять свою любовь и продолжать бояться, — произнесла Юко, давая Насте время обдумать этот вариант, а затем продолжила. — Или ты можешь собрать всё своё мужество и завершить начатое. Если ты сделаешь это, я обещаю, твой страх отступит, и вместе с ним пережитый кошмар потеряет над тобой свою власть, - женщина замолчала, давая девушке время обдумать своё решение, однако она уже чувствовала приближение гвардейцев.

И точно. Через несколько минут к мосту вышли трое мужчин, облачённых в кожаные доспехи. На их нагрудных пластинах красовался выгравированный тигр, символ молодого сёгуна Окинавы. Они уверенно подошли к женщинам. Один остановился чуть ближе, внимательно изучая то Настю, то Юко.

— Твоя госпожа владеет нашим языком? — наконец обратился он к Юко. Его голос звучал жёстко и требовательно.

Та поклонилась и тихо ответила, опустив взгляд: – Моя госпожа понимает всё, что вы говорите, но владеет языком плохо.

- Господин Ясухико желает видеть вас сегодня вечером у себя во дворце, - отчеканил солдат, обращаясь Насте. Она в ужасе прижалась к широким каменным перилам.

– Вот он, момент истины. Кто же я? Обычная трусиха, которая не может даже принять решения и что снова вернётся в ту деревню, где её ненавидят? Или же я всё-таки решусь на первый в жизни поступок и буду бороться за себя и своё счастье? – мысли Насти роились, словно пчёлы, сменяя одна другую.

— Ясухико, правитель Окинавы, — добавил гвардеец, не выдержав затянувшегося молчания. Он подумал, что девушка не понимает, что её согласие — лишь формальность, и в этот момент заметил на себе строгий взгляд её служанки. Почему-то эта хрупкая женщина одним своим взглядом заставила бывалого солдата выпрямиться, как тетива лука и буквально прикусить язык. Он почувствовал во рту солёный привкус крови.

– А что, если Юко ошибается и он...

После случая с князем односельчане смотрели на матушку, как на прокажённую, стали чураться её. – А вдруг Мор тоже на меня будет смотреть с таким же отвращением?

Девушка вспомнила проведённые с ним вечера. Да, у него вздорный нрав. Ему мало кто нравился, многое его раздражало. Но за то короткое время, что она провела с ним, Настя знала, Мор никогда не станет на неё смотреть с отвращением. Скорее он в ярости изрубит и сёгуна, и всех его подданных. Девушка глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Я приду, — произнесла она, и в её голосе прозвучала неуверенность.

Смущённый солдат еле слышно спросил: — Где вы остановились?

— В гостевом доме глицинии, — поспешно ответила Юко.

Гвардеец кивнул вместо прощального поклона, и солдаты покинули девушек. Юко с удовлетворением посмотрела на испуганную девушку: — Поздравляю тебя с первой победой над своим страхом, Настя!

***

К вечеру свинцовые низкие тучи принесли с собой настоящую бурю. За окном бушевал сильный ветер, а дождь лил как из ведра. Настя в этой погоде видела дурное предзнаменование, но не изменила своего решения и продолжала упорно учиться ходить в гэта, деревянных сандалиях, которые местные жители носили вместо лаптей.

На рынок Настя ходила в простых гэта, и с ними не возникло никаких проблем. Однако сейчас Юко заставила её надеть высокие сандалии на сплошной подошве ярко-красного цвета, привлекающие внимание.

Юко приобрела апартаменты в доме глицинии. В небольших, но обставленных со вкусом комнатах царила атмосфера роскоши.

– Очевидно, госпожа Юко не из бедных, если может позволить себе такие изысканные апартаменты, — подумалось Насте.

Несмотря на проливной дождь за окном, гвардейцы Ясухико всё же появились в назначенное время.

Юко надела соломенную шляпу и взяла зонт для Насти. Они шли под дождём, а вокруг них, казалось, не обращая внимания на непогоду, шлёпали по лужам гвардейцы, однако девушки слышали, как один из них стучал зубами от холода.

Скромные домики сменились роскошными двухэтажными зданиями с яркими красными колоннами и расписными стенами. Дорога стала шире.

Настя беспокоилась за Юко: укрывая её зонтиком, сама женщина промокла до нитки. Однако больше всего её шокировало другое. Навстречу им шёл богатый господин, а маленький худенький мальчик держал над ним зонтик.

– Разве можно так обращаться с ребёнком? Хотя я не выбиралась за пределы своего маленького городка, поэтому сложно представляю, как дети могут служить другим, – думала Настя. Вскоре впереди показалась большая стена из красного камня с воротами из тёмного дерева. Сверху располагалась маленькая крыша, которая защищала охрану от дождя.

Двери распахнулись, и навстречу гостям вышел мужчина в жёлтом кимоно невысокого роста, плотного телосложения и совершенно лысый. Один его глаз был затянут бельмом, а ухо и часть головы украшали страшные шрамы, оставшиеся, видимо, от ожога. На шее мужчины болтались разнообразные бусы и украшения, , а на поясе висели различные мешочки и амулеты.

Юко бесшумной тенью скрылась за спиной Насти и опустила голову. Мужчина подошёл к Насте и бесцеремонно схватил её за подбородок, притянув к себе ближе. Девушка почувствовала от незнакомца специфический запах трав. Он внимательно осмотрел лицо девушки, и ей стало не по себе. Казалось, его пронизывающий взгляд мог проникать в самую душу. Он высокомерно одёрнул руку и обратился к гвардейцам.

- Всё в порядке. Это самая обычная женщина, - голос прозвучал низко и хрипло, чувствовалось, что он привык отдавать приказы. В такие моменты этот человек казался слишком напыщенным.

– Глупец, — подумала Юко. — Изучил пару приёмов магии и возомнил себя чуть ли не императором. Но что-то он дал сёгуну, что может стать причиной нашей общей гибели, но ёкай и в двух метрах этого не почувствовал.

Женщина передала зонтик Насте, слегка сжав ей руку в знак поддержки. Дальше девушке предстояло идти одной. Юко наблюдала, как Настя ступила во внутренний двор и медленно пошла в сторону дворца, пока массивные ворота не захлопнулись.

* * *

Юко неторопливо шла под дождём, покидая город. Запах своего старого друга она почувствовала сразу.

— Благодарю, Керо, за шум в лесу, — произнесла она.

— Вы знаете, госпожа, я всегда предан вам, — ответил старичок, нагнав хозяйку. Он был небольшого роста, но жилистый, в обычной серой и изрядно грязной одежде работяги. Глубокие морщины покрывали его лицо, но яркая мимика и блестящие карие глаза под нависшими веками заметно оживляли его. Соломенная шляпа защищала лысину старика от дождя.

— Северин отправился на гору к Хорсу и Морозу. Мы здесь одни, — заверила его Юко.

— Я думаю, что девушка не справится, — произнёс Керо с лёгкой задумчивостью.

— Не важно, получится у неё или нет. Главное, чтобы наши гости избавились от Ясухико. Хотя бог солнца и дал мне обещание, более сдержанный Мороз мог отговорить его от этого, а теперь и он сам заинтересован в том, чтобы свергнуть сёгуна.

— А что, если богу солнца не удастся его остановить? Что тогда? — спросил Керо, внимательно наблюдая за своей госпожой.

— Я встретила колдуна, и он всего лишь глупец, который способен лишь на несколько фокусов. Я думаю, что секрет победы Ясухико кроется в магическом артефакте, и кажется, я догадываюсь, в каком именно, — задумчиво произнесла женщина, а затем добавила уже более решительным тоном.

— Собери всех ёкаев в округе! Сегодня ночью Ясухико должен умереть.И неважно, от руки пришельцев или от нашей.

Старец поклонился и молча исчез в городских улицах также незаметно, как и появился.

* * *

Настя шла по дорожке, сопровождаемая дворцовой охраной. В этот раз на них было меньше доспехов, но мечи они держали наготове. По обеим сторонам дорожки раскинулись живописные сады.

Дворец представлял собой трёхэтажное здание, каждый верхний этаж которого был меньше предыдущего. По бокам каждого яруса шла крыша с острыми козырьками. Многочисленные колонны, окрашенные в яркий красный цвет, создавали атмосферу праздника и торжественности.

Девушка остановилась у ворот дворца, впечатляющих своим богатством и медными украшениями. Когда высокие створки распахнулись, Настя оказалась в первом внешнем зале. Она в восхищении оглядывалась вокруг.

К этому времени Настя уже осознала, что жители этой страны являлись большими поклонниками искусства и живописи, и каждый уголок дома украшала роспись в ярких природных мотивах. Однако этот зал казался настоящим шедевром: стены и даже потолок расписаны разнообразными сюжетами, а подставки под факелы поражали своим узорочьем и позолотой, а сухой воздух наполнен странным, но приятным ароматом.

Настю повели по многочисленным коридорам, и вскоре она поняла, что заблудилась. Если бы даже и захотела убежать, это вряд ли бы теперь ей удалось.

Вскоре Настя заметила одну странность: хотя само здание выглядело богато, но вот убранство оказалось достаточно скромным. Из обстановки присутствовало только самое необходимое.. Не было видно ни вазочек, которые стоят у богатых просто для красоты, ни комнатных растений и других мелочей, придающих человеческому жилью уют.

– Здесь тоже нет хозяйки. В этом дворец напоминает терем Мороза, — рассуждала Настя.

Гвардейцы остановились у перегородки, на которой был нарисован тигр, сражающийся с чудовищем.

— Мы должны вас обыскать, чтобы убедиться, что вы не пронесли оружие, — сказал мужчина в синем кимоно, стоявший у дверей комнаты господина.

Двое мужчин подошли к Насте и протянули к ней руки, она отпрянула, но охрана крепко схватила её под локти, не давая возможности вырваться. Сжав губы, она с трудом терпела обыск.

Один из слуг снял с её шеи хрустальный свисток и внимательно осмотрел его. Сердце Насти пропустило удар от страха: – Неужели они всё поймут? Или он засвистит, и сюда примчится Северин? Тогда всё пойдёт прахом! Однако слуга без слов вернул ей вещь. После обыска главный слуга скрылся за ширмой. Настя крепко сжала свисток в руках:

– И зачем я согласилась на это? Возможно, ему безразлично, что подумает о нём его невеста и её семья. А если у меня не получится? Где я вообще буду искать эту уздечку? Паника охватила девушку с головой, и лишь тихий треск в руке заставил её отвлечься. По спине пробежал холодок. Настя посмотрела на свою ладонь, где лежал сломанный свисток. Острые осколки порезали ей руку.

– Обоги, что я наделала?! — пронеслось в голове девушки.

В этот момент ширма раздвинулась, и слуга произнес: — Господин ожидает вас.

Кровь дракона

Расторопный слуга быстро сориентировался в обстановке, забрав у девушки осколки свистка и перевязав ей ладонь белой тряпочкой. Настя вошла в просторную комнату, которая поражала своей красотой: стены все сплошь расписаны удивительными узорами, а ширмы с изображены разнообразных птиц и растений вышиты золотыми нитями. В центре комнаты сидел заморский правитель, а рядом с ним стоял маленький столик с едой. Девушка заметила, что с другой стороны приготовлено место для неё, небольшая серая круглая подушка. Настя поклонилась, как её научила Юко.

— Садись, — скомандовал Ясухико.

Девушка поспешно прошла и постаралась как можно аккуратней сесть на подушку.

Сёгун Ясухико на данный момент противостоял двум другим сёгунам, и его армия уступала в численности противникам. Чтобы укрепить свои позиции, он вынужден был обручиться с дочерью одного богатого чиновника, который не знал недостатка ни в людях, ни в деньгах, поэтому Ясухико, будучи умным правителем, не станет рисковать будущим выгодным браком ради мимолетных увлечений.

Настя проговаривала про себя эти слова, как молитву. Слуги поставили рядом с девушкой такой же маленький столик.

— Мне сказали, что вы понимаете наш язык, но пока не очень хорошо разговариваете на нём. Это правда? — спросил Ясухико, стараясь говорить как можно строже, но его голос всё равно звучал звонко. Такой тон был не совсем уместен в данной ситуации, но, кажется, он привык именно так общаться с людьми.

— Да, господин, — тихо произнесла Настя и добавила. — Я ещё учусь.

Сёгун пристально и с явным интересом разглядывал её. Затем сухо сказал: — Разделите со мной трапезу, Анастасия.

От страха Насте кусок не лез в горло, но она из вежливости всё же съела пару кусочков рыбы и овощей. Пользоваться палочками для еды было ещё сложнее, чем ходить в деревянных сандалиях на высокой платформе.

— Интересно, как ты оказалась здесь без мужа или отца? — задумчиво произнёс Ясухико, отпивая напиток из маленькой кружечки. Настя хотела ответить, чтобы не показаться невежей, но вовремя вспомнила про свою легенду, позволяющую ей молчать.

Ясухико, допив, вновь наполнил кружечку.

— Ты видишь картину на стене? — спросил юноша, указывая на холст. Настя, взглянув на картину, удивилась. — Да это же дом Юко!Как такое возможно? Мне казалось, они не знакомы, — подумала она.

Сёгун, словно прочитав её мысли, ответил на вопрос: — Мой отец служил здесь чиновником. Он подарил этот холст моей матери и обещал, что скоро они переедут в свой собственный дом.

С этими словами он залпом выпил и закусил кусочком огурца.

— Но построил он этот дом не для моей матери, отец оставил нас ради Кицунэ. Ты знаешь, кто это? — спросил Ясухико. Настя покачала головой, но, кажется, догадывалась. — Мы с матерью жили в нужде, общество отвергло нас, и лишь один человек поддерживал нас в трудные времена, когда приходилось голодать. Теперь, когда я стал сёгуном, те, кто раньше бросал в меня камни, теперь пресмыкаются передо мной. А тот, кто кормил меня в голодные зимы, стал моим верным слугой. Однако сегодня мой будущий тесть приказал избить его палками.

Ясухико замолчал, рассматривая кружку. Настя внимательно смотрела на молодого сёгуна, в захмелевшем мужчине стало заметно, как глубоко он несчастен.

- Лекари сказали, что старик не переживёт эту зиму, – произнес сёгун, стараясь сдержать слезы. Гордость не позволяла ему плакать на людях. Наконец, справившись с эмоциями, он подался вперёд и, наклонившись к девушке, продолжил: - Ты знаешь, когда умерла моя мать, отец прислал деньги на её погребение. Горстку монет, понимаешь? А три года назад, когда я выследил и ранил ту рыжую ведьму, отец спас ей жизнь, отдав демонице свою человеческую душу. Он умер, но спас её! Единственное, о чём я жалею, что не знаю, как выглядит ведьма в человеческом облике.

Страх Насти перед перед Ясухико окончательно ушёл. – Юко права, сегодня он меня не тронет.

Однако образ Юко теперь в представлении девушки резко изменился, а вся очарованность японкой испарилась.

- Тогда я поклялся, что если получу во владение эти земли, я убью каждого ёкая, проживающего на них, – продолжал Ясухико.

– Интересно, Юко знает, что является причиной бедственного положения ёкаев на Окинаве? — задумалась Настя. А ещё у неё появилось чувство родства. Казалось, что она чем-то схожа с этим заморским правителем. Не эту ли боль она видела в его глазах?

В этот момент сёгун протянул руку и нежно коснулся выбившейся светлой пряди волос девушки. Она тут же отпрянула, и он с легкой улыбкой произнес: — Не бойся, я жестокий правитель, это правда, но с женщинами веду себя благородно, — мужчина заметил, как плечи Насти слегка опустились. – Доверчивая!. Неудивительно, что она стала жертвой ледяного демона.

— Я освобожу тебя от твоего мучителя, — задумчиво сказал он, вставая. Настя непонимающе посмотрела на Ясухико. — От демона холода, с которым ты прибыла сюда. Это мой остров, и я знаю, что на нём происходит, — пояснил он.

— Нет, прошу, не надо! Он не такой! — взмолилась Настя, поднимаясь на ноги.

— Они все такие! А ты просто одурманена его магией, — строго сказал сёгун, словно отчитывая провинившегося ребёнка. - Кито!

Главный слуга отодвинул перегородку и вошёл в комнату.

- Слушаю, господин.

- Госпоже запрещено покидать покои без моего разрешения. Она не должна ни в чём нуждаться.

- Я понял вас мой господин, - слуга поклонился. Сёгун покинул комнату, а за ним и его слуга. Настя осталась одна в закрытой комнате в чужом доме.

***

В порыве гнева Мороз схватил Северина за кафтан и прижал к стене.

— Ты что наделал, идиот?! Я же ясно сказал тебе присматривать за ней, а ты что удумал?! — кричал он.

— Но, Мороз, Настя уже взрослая и сама может принимать решения, — возразил Северин.

— Да, она взрослая, но ничего не знает об этом мире, — прошипел Мороз, отпуская юношу.

— Нам нужно спешить. Даже если вы выиграете поединок, нет гарантии, что вам отдадут уздечку. А сейчас Ясухико знает, что Настя прибыла с вами. Он уверен, что вы придёте за ней, и спрячет её там, куда духу не проникнуть. Туда, где хранятся все его трофеи, которые придают силу духам. Пока вы будете сражаться с Ясухико, Настя найдёт уздечку, - объяснила Юко Морозу свой план.

Мужчина подошёл к Юко совсем близко. Лисица смело смотрела ему в глаза, которые казались ледяными серыми озерами.

— Ты не имела права использовать Настю в своих целях, — сказал он.

— Если бы вы не отталкивали её, она бы не стала действовать так отчаянно, — возразила женщина. — Мы можем продолжать ругаться, а можем обсудить битву с сёгуном.

— Я сражусь с ним и одержу победу, — заявил Хорс. — Бакэнэко сказал, что его силы были поглощены амулетом, который местные называют омамори, — добавил юноша.

Лисица улыбнулась и прошептала:— Я так и знала. — Вызов ему должен бросить Мороз, — произнесла она. Хорс попытался было возразить, но Юко продолжила: — У большинства ёкаев Японии есть энергия огня и солнца. Именно её он может выпить с помощью заклинания..

— Что за заклинание? — спросил Северин.

— Неважно, что это за заклинание, важно, чем оно написано. Ясухико сражался рядом с горой, где спал древний огненный дракон. Его кровь способна поглощать любую огненную энергию. Единственная энергия, враждебная для него, — это энергия смерти или холода. А её первоисточник — князь зимы, — заключила Юко.

***

Настя осмотрела комнату, которая, как ей показалось, служила кабинетом Ясухико. Здесь не было кровати, лишь письменный стол за ширмой. Другие ширмы не открывались. — Почему так мало вещей в комнате? — подумала Настя. — И нет ничего напоминающего уздечку.

Девушка присела за стол и задумалась: – Куда бы я могла спрятать ценную вещь, чтобы её никто не нашёл? Но в голову ничего не приходило, перед ней находилась лишь пустая комната. Отчаяние охватило Настю, и она принялась изучать стол.

На столе стояли письменные принадлежности и необычная фигурка жабы с монетой во рту. – Странно, сёгун презирает всех духов, а на столе держит это уродство, — подумала Настя. Она уже видела такую же жабу в гостинице, и Юко объяснила ей, что люди верят, что денежная жаба дарует им благосостояние.

– Странно, в замке нет даже вазы для цветов, и вдруг эта фигурка на столе!

Настя попыталась взять её, но у неё ничего не вышло. Жаба оказалась намертво прикреплена к столу. Тогда девушка повернула фигурку, и раздался щелчок. Одна из ширм за её спиной отодвинулась, открыв проход. Настя подошла к проходу и обнаружила каменные ступеньки, ведущие вниз. Темнота коридора скрывала, куда ведёт лестница. Боясь идти в темноте, она попыталась поискать что-то вроде свечи или лампы., но ничего не нашла.

Но медлить нельзя, поэтому девушка решилась идти без света. Настя осторожно начала спускаться, придерживаясь руками за холодную стену и проверяя каждую ступеньку на прочность. Наконец она оказалась в тёмном коридоре. Единственным источником света служило узкое окошко на потолке. Настя немного постояла, привыкая к полумраку. Постепенно перед её глазами начали вырисовываться очертания полок, со сваленными на них в беспорядке различными амулетами, мечами и украшениями. По всей длине коридора у каждой двери стояли клетки и, кажется в них сидели… люди! Как показалась Насте, у одной девушки она заметила пару крыльев вместо рук. Настя медленно двигалась вперёд, осматривая помещения. Наконец в одном из них она заметила под грудой драгоценных камней, золотистые ремни, похожие на уздечку.

Девушка тихо подошла к ящику, в котором находилась заветная уздечка. Ей было жаль существ, сидящих в клетках, но она понимала, что не в силах их спасти. В ответ на её приближение они шипели и рычали, но не могли покинуть клетку. – Видимо, они считают меня приспешницей сёгуна. Тем лучше, пусть их освободят Хорс и Мороз, — подумала Настя, стараясь как можно аккуратней вытянуть уздечку.

— Эй, девица, выпусти нас! Ты же та девчонка, что с богом солнца прибыла сюда с востока? — вдруг заговорил один из пленников. Его кожа отливала красным, а глаза светились в темноте, словно жёлтые огни. Чёрные волосы, заплетённые в косу, уже успели растрепаться. Обычная крестьянская одежда, грязная и рваная едва скрывала тело парня.

— Чтобы ты меня съел? — спросила Настя, не испытывая доверия к такому существу.

— Сёгун Ясухико держит нас здесь против нашей воли. Если ты нас освободишь, клянусь, никто тебя не тронет, — сказал демон.

- Говори за себя, Киху. Я вот вопьюсь в глотку любому человеку, до которого сумею добраться, - со злостью крикнула девушка-птица. Одетая в нарядное розовое кимоно, она была очень красивой, а чёрные волосы блестели даже сейчас. Девушка встала, и только теперь Настя заметила, что одно крыло у неё отрублено, а левая сторона кимоно вся в запёкшейся крови.

— Замолчи, безумная женщина! — вскричал демон. — Ты сейчас настолько слаба, что не сможешь даже комара прихлопнуть.

— Но она права, ты не можешь отвечать за всех. И как я узнаю, что ты не обманешь меня? — произнесла Настя, не в силах избавиться от мысли, что во всём происходящем виновата Юко.

— Ты не сможешь выбраться без нашей помощи, во дворце слишком много охраны, — произнес мужчина. — Если ты нам не доверяешь, можешь покормить того пса своей кровью, — он указал на узкую клетку, в которой на сене лежала маленькая худая лохматая собака.

Настина сердце сжалось от жалости. – За что эту собачку посадили в клетку? Она же совсем маленькая, даже воров не испугает! — думала она про себя. Но внезапно её осенило: – Стоп, вы сказали, накормить её своей кровью?!

— Да-да, тогда этот пёс признает тебя за хозяйку и будет защищать от любого ёкайя. В прошлом такие собаки служили императорской семье, — произнёс демон, стараясь говорить как можно дружелюбнее.

— Хорс, Мороз и Северин спасут меня, — возразила Настя, отвергая предложения демона, на что девушка-птица громко рассмеялась.

— Глупая! — воскликнула она. — У Ясухико есть заклинания, которые написаны кровью умершего дракона, помогавшего богам создавать этот мир. Мёртвая кровь поглощает всю огненную энергию, поэтому твой бог солнца лишится сил и погибнет в самом начале поединка.

— Но почему он тогда не уничтожил вас? — спросила Настя.

— Мы духи другой энергии, холодной. Его заклинания на нас не действуют, — ответил Киху.

— Значит, царя смогут победить Мороз или Северин, ведь у них тоже холодная энергия.

— Нет, она действительно глупа! Послушай, дорогая, Ясухико пришёл сюда и забрал копьё небесного огня специально на случай, если князь зимы решит бросить ему вызов. Твоего Мороза сегодня сожгут заживо! — не унималась девушка.

— Нет, нет, этому нужно помешать! — пробормотала Настя. Теперь голос подал ёкай, который до этого молча сидел в углу:

— Это моё копьё, и оно больше всего слушается меня. Я могу забрать его у сёгуна, если буду свободен. Отпустишь нас, и я сдержу своё слово. Также клянусь не причинять тебе вреда, — произнёс он. Выглядел как обычный человек, ни рогов, ни крыльев, ни хвоста, хотя Юко тоже со стороны казалась вполне обычной женщиной.

Настя снова посмотрела на маленькую собачку. Она разбинтовала руку и сжала её в кулак, чтобы открылась рана и потекла кровь. Несколько капель крови упали на пасть собачки, но та никак не отреагировала на это, продолжая всё также неподвижно лежать на полу.

— Неужели он сдох? — с тревогой спросил демон. Но тут собачка тихо заскулила и открыла глаза. Настя отпрянула от клетки, заметив, что у неё красные глаза.

Гнев

- Господин, у ворот демоны, – сообщил солдат.

- Впустите их, – распорядился Ясухико.

- Господин, мне позвать колдуна? – склонился слуга в поклоне.

- Нет, я сам разберусь с этим сбродом, – бросил Ясухико, направляясь в приёмный зал. Он испытывал ненависть к пришедшим гостям, но поприветствовал их, как того требовали обычаи.

* * *

Перед Морозом предстал молодой юноша, хотя, взглянув в его глаза, язык не поворачивался назвать его так.

-- Озлобленный и слишком рано повзрослевший, – подумал Мор. В целом, смуглое, тщательно выбритое лицо юноши казалось красивым, но тёмно-карие глаза смотрели холодно и властно.

Мороз склонил голову в знак уважения, Хорс последовал его примеру.

- Приветствую правителя Окинавы. Желаю вам долгих лет жизни и процветания вашей земле, – произнёс Мороз, стараясь выглядеть дружелюбным, однако его улыбка скорее напоминала оскал хищника.

- Что привело вас на мой остров? — голос Ясухико звучал резко.

- Мы пришли сюда, чтобы забрать уздечку моего друга, которая хранилась у Райя бакэнэко. Также мы узнали, что наша попутчица тоже у вас, и мы просим вернуть её, — вежливо сказал Мороз. Ясухико улыбнулся, и от его улыбки повеяло обманчивым тёплом. Хорсу даже на мгновение показалось, что есть надежда уладить всё мирным путём.

- Райя бакэнэко является преступником. Всё, что принадлежало ему, конфисковано и теперь принадлежит мне. А я не намерен отдавать то, что принадлежит мне. Что касается девушки, то насколько мне известно, вы не являетесь её родственником или мужем, поэтому у вас нет прав на неё, — Ясухико вздёрнул подбородок, показывая, что разговор окончен.

Глаза Мороза стали ярче, гнев словно зажёг в них пламя. Не в силах сдержать свои эмоции, он грозно произнёс: - Настя принесена мне в жертву своими людьми, и я принял эту жертву. Она моя! И я не намерен отдавать то, что принадлежит мне!

Оба мужчины сверлили друг друга взглядами, а Хорс тем временем окончательно похоронил надежду на мирные переговоры.

— Что ж, тогда нам не остаётся ничего другого, кроме как скрестить наши мечи, демон холода, — спокойно и решительно произнёс Ясухико.

— Видимо, так, юный сёгун, — прошипел Мороз, выделяя последние два слова, чтобы задеть противника. Но Ясухико уже привык к этому.

Он встал со своего стула, собираясь покинуть комнату, но вдруг произнёс: — Ах да, по замку расставлены множество ловушек. На случай, если ваш невидимый друг решит украсть у меня что-то.

Он ещё раз улыбнулся, видя шокированные лица своих оппонентов.

* * *

На северной стене сидела пятихвостая лисица и наблюдала, как люди готовят площадку для предстоящего боя.

— Мы готовы, госпожа, — тихо промолвил старик, подошедший к ней с поклоном.

— Хорошо. Ждём, пока молодой господин изведёт все заклинания на Мороза, а затем атакуем.

Небо над Окинавой затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами. Жители городов и деревень спешили домой, опасаясь надвигающейся непогоды. Вскоре над городом прокатился раскат грома.

– Гроза зимой — жди беды, — причитали старики, плотно закрывая двери своих домов.

***

Пёс быстро пришёл в себя, принюхался к руке Насти и радостно завилял хвостом, похожим на маленький веник. Быстро придя в себя и набравшись сил, он стал бегать кругами, словно играя со своим хвостом. Если бы они сейчас находились в другом месте, Настя с интересом наблюдала бы за его игрой, но…

Внезапно пёс вспыхнул ярким пламенем. Огонь оказался настолько сильным, что клетка раскалилась добела. Пёсик вцепился в решётку и, приглушённо рыча, принялся тянуть её на себя. Разогретый металл поддался с лёгкостью, и он повторил то же самое с другим прутом.

Выбравшись из клетки, пёс погас, вернув себе свой первоначальный вид, и начал бегать вокруг Насти, звонко лая. Другие ёкаи в страхе отступили, словно перед ними был не маленький пёс, а трёхголовый змей.

— Возьми мой мел, он в тумбе, — сказал демон, указывая на комод. — С его помощью мы сможем выбраться из клеток, не разрушая чары.

Девушка подошла к комоду и дрожащими руками попыталась открыть ящик. Она чувствовала себя воришкой. Внезапно раздался резкий хлопок, и Настя ощутила острую боль в руках. Вскрикнув, она отскочила в сторону.

В подземелье спускался мужчина со шрамом на лице, в руках он держал плеть, а за ним три охранника тащили Северина. Юноша был без сознания, на его шее извивалась странная верёвка, светившаяся желтоватым светом и двигавшаяся, словно змея, затягиваясь на шее.

— Отпустите его немедленно! — воскликнула Настя. В ту же секунду мужчина ударил её плетью по лицу, от ожёгшей щёку боли она упала на колени, в ушах зазвенело.

— Закрой рот, женщина! Ты будешь говорить только тогда, когда я прикажу! — с угрозой произнёс он.

Северина заперли в свободной клетке. Страх сковал Настю, она не могла пошевелиться. Всё, что ей оставалось, это смотреть на Северина, не отрывая взгляда и ждать. – Главное — не злить колдуна, тогда бить будет меньше, — подумала она, вспоминая уроки, полученные в отчем доме от мачехи. Та отличалась властным характером, но, как только видела безоговорочное подчинение, сразу меняла гнев на милость.

- Сегодня я превзошёл великих магов древности, мне удалось поймать ветер. Но, честно говоря, без тебя, моя девочка, ничего бы не вышло, – сказал маг, нежно поглаживая Настю по голове. От его прикосновения ей стало дурно и противно. В следующий миг он схватил её за волосы и, запрокинув голову, заставил посмотреть ему в лицо.

— Но ты, дрянь, сегодня ослушалась и зашла туда, куда не следовало. В отличие от моего господина, я не отличаюсь благородством в обращении с женщинами, — с этими словами мужчина облизал сухие потрескавшиеся губы, а в его глазах заиграл озорной огонёк.

— Оставьте нас, может быть, и вам потом что-то перепадёт, — обернулся колдун к охранникам, и гвардейцы поспешили покинуть помещение.

— Твой господин узнает об этом! У меня острый слух, и я слышу всё, что происходит в этом дворце. Она нравится вашему господину, и если ты её обидишь, он тебя казнит! — выкрикнул демон, обеими руками вцепившись в прутья клетки. В ответ колдун лишь издевательски рассмеялся.

– Надо что-то делать, глупо просто так сидеть и ждать своей участи, хватит быть жертвой! – окаменевшие от страха руки плохо слушались, но Настя судорожно шарила ими рядом с комодом. В комнате, где она находилась, на полу валялось множество разных предметов, и девушка пыталось найти что-либо острое или тяжёлое.

— Кто, как не я, его верный слуга, сможет убедить господина? Я скажу ему, что этот негодяй проник во дворец и надругался над несчастной девушкой, — произнёс колдун с нескрываемым самодовольством, указывая плетью на Северина.

Он схватил Настю за волосы, заставляя подняться. Отбросив хлыст, потянулся рукой к её одежде, но тут она вонзила осколок стекла в его руку. Колдун завизжал, как поросёнок, на его крики тут же примчались охранники.

- Натрави на них пса! – крикнул воин, который сидел в клетке.

- Как? – Настя, попятилась от самураев, которые уже вытащили мечи из ножен.

- Дай ему имя и прикажи защищать! – крикнул мужчина, явно раздражённый её невежеством. Настя посмотрела на лохматую собачку, которая высунула язык и с интересом наблюдала за происходящим, но не спешила защищать свою новую хозяйку.

- Отрубите этой ведьме голову! – визжал колдун.

- Тяпа! Защищай меня от них! - закричала девушка, когда один из охранников замахнулся на неё мечом.

В этот момент на охранника напал огромный пёс с гладкой шерстью. Маленькая безобидная собачка увеличилась в размерах, превратившись в чудовище высотой около двух метров с горящими глазами и торчащими ушами. Огромный пёс кинулся вперёд и в мгновение ока откусил самураю руку. Мужчина громко завопил и, покачнувшись, потерял сознание. Остальные охранники в страхе отступили к лестнице. Пёс, грозно рыча, медленно наступал на них. Настя словно приросла к месту и с ужасом смотрела на изувеченное тело.

— О, боги, что же я натворила! — пробормотала она, прижимая руку ко рту. От вида и запаха крови её замутило, теперь она понимала, почему все так боялись эту собачку.

— Идиоты! Выполняйте приказ, иначе вам не жить! — в ярости орал колдун, пиная охранников.

И его слова не остались незамеченными. Один из охранников резко обернулся и со всей силы ударил его по лицу. Второй оттолкнул колдуна с дороги, освобождая путь для бегства. Пёс уже готов был броситься на колдуна, но Настя встала на его пути, вытянув вперёд руки и защищая мужчину.

- Тяпа, нельзя! — произнесла Настя строго, и пёс, фыркнув, затоптался на месте. В этот момент колдун, вытащив осколок из своей раны и воспользовавшись ситуацией, попытался ударить им девушку в спину, но тут сильный порыв ветра сбил его с ног и прижал к стене.

В клетке, пошатываясь, стоял Северин. Одной рукой он направлял поток ветра, вжимая врага в стену, а второй удерживал путы на своей шее, которые сжимались всё туже. Его лицо и глаза покраснели от напряжения, а в левом глазу лопнул сосуд, и он практически заплыл кровью. Заколдованная клетка дрожала и скрипела, даже она едва сдерживала силу разгневанного ветра.

— Если ты прикоснёшься к ней хоть пальцем, я тебя уничтожу, — с трудом прохрипел Северин. Колдун пристально взглянул на юношу. Ветер причинял магу боль, но он знал, что это не продлится долго. Верёвка сжалась ещё туже. Обессилев, Северин упал на колени, рука его повисла безвольной плетью, и поток ветра исчез. Колдун рухнул на пол, а Северин начал задыхаться. Духи в клетках зашептались: — Он что, бог? Только бог способен на такое!

- Северин! Северин! – Настя изо всех сил пыталась дотянуться до юноши сквозь решетку. Маг хрипло рассмеялся.

- Скоро он сдохнет, – злобно проговорил он.

- Этот мерзавец может снять заклинание с верёвок, – произнесла девушка-птица, ошеломлённая увиденным.

Настя подошла к колдуну ближе, рядом с ней уселся пёс, пристально наблюдая за мужчиной.

- Сними заклинание! – крикнула девушка.

— Нет, вы все сегодня умрёте! — надменно произнёс маг и с презрением плюнул Насте под ноги.

Девушку охватил сильнейший гнев, такой, что руки заломило от желания собственными руками бить колдуна, пока его лицо не превратится в кровавое месиво. Пёс, чувствуя гнев хозяйки, наклонил голову и зарычал.

— Это ты сегодня умрёшь, если не снимешь заклятие, — медленно произнесла Настя, её голос звенел сталью.

– Хватит быть доброй, — промелькнула в голове её гневная мысль.

Битва богов и людей

Над дворцом сгущались тёмные тучи, заволакивая всё небо плотной пеленой. Мороз хотел бы надеяться, что это Северин вернулся, но в данный момент он был точно уверен, что это не так. Сейчас он ощущал всё, что происходило вокруг каждой клеточкой своего тела, и даже невидимый бог ветра не смог бы скрыться от его внимания. Также он не чувствовал Настю, что беспокоило и немного раздражало Мора. Второй раз она ускользает от него, и в прошлый раз, если бы он не успел вовремя, всё могло закончиться печально.

Сёгун Ясухико вышел на поле боя, держа в руках копьё. Он намеренно не надел доспехи, выражая тем самым презрение к противнику. Лишь чёрные хакаму и хаори, лёгкий нагрудник и наручи из кожи тоже чёрного цвета покрывали его тело. Весь внешний вид Ясухико излучал строгость и траур, несмотря на то, что здесь траурным цветом считался белый. Печаль в глазах сёгуна на фоне чёрных одежд виделась ещё отчётливей. Мороз внимательно осмотрел его, но не заметил никакого амулета.

— Странно, почему он выбрал копьё? Обычно самураи сражаются на мечах, — подумал Мор, насторожившись.

Соперники поклонились друг другу, и приспешник сёгуна громко объявил о начале поединка. Несмотря на раскаты грома в небе и усиливающийся ветер, слуги не спешили прятаться в своих жилищах. Они хотели увидеть, как сражается их господин. Ясухико принял боевую позу и стал медленно приближаться. Мороз тоже шёл ему навстречу, пристально наблюдая за малейшим движением сёгуна, но меч не поднял. Князь замечал всё: как вспыхнули глаза юноши от гнева, когда он не поднял меч, побелевшие пальцы, сжимающие древко копья, плотно сомкнутые губы…

– Оскорбился, решил, что я его недооцениваю, значит, будет атаковать внезапно и со всей силы, чтобы переубедить. Отлично! Так быстрее узнаю, на что ты способен, сёгун Ясухико, – думал Мороз, не сводя с противника глаз. И действительно, юноша громко вскрикнув, резко атаковал соперника копьём. Мороз увернулся, но закалённый в боях сёгун быстро перестроился, и копьё тут же переменило своё направление. Мор не подпускал противника близко и как будто предугадывал каждое его движение наперёд, но Ясухико продолжал наступать. Этот поединок напоминал бой кота с мышью. Но стоило отдать должное Ясухико, несмотря на полностью провальную атаку, он держал лицо. Теперь пришла очередь Мороза. Он не спешил с нападением, чем вызывал беспокойство и недоумение у своего соперника. В этот момент Мороз походил на тигра, который медленно подкрадывается к своей добыче, прощупывает её самые уязвимые места, а затем стремительно нападает.

Хотя Мороз смог вызвать у Ясухико неконтролируемые эмоции, которые тот изо всех сил пытался сдержать, они бились на равных. Это лишь подтверждало, что соперник Мороза действительно являлся выдающимся воином. Вскоре всем наблюдателям стало очевидно, что это будет бой на выносливость, так как в силе и мастерстве оба казались равными. Значит, победит тот, кто дольше останется собранным и внимательным. Первая кровь пролилась спустя несколько атак сёгуна. Юноша устал настолько, что буквально сам напоролся на вовремя выставленный меч. Ясухико остановился, зажимая рукой рану на бедре. Мороз же, осознавая опасность, отошёл на некоторое расстояние от него.

– В копье явно скрыта магия, чувствуется даже на расстоянии. Если это то, о чём мы думаем, моя цель просто не дать себя ранить. Неужели всё так просто? Но даже если он меня достанет, то в любом случае не сможет забрать мою магию, — размышлял Мор.

— Мы можем закончить поединок, если вы, господин, признаете своё поражение, — громко предложил Мороз, обращаясь к Ясухико. Собравшиеся зрители затихли, и стало слышно лёгкое завывание ветра, усиливающее напряжение. Сёгун перевёл дыхание, закрыл глаза и сосредоточился. Теперь Мороз принял боевую стойку, ожидая нападения.

- Ты прав, пришло время положить этому конец, – произнес сёгун. Мороз уловил почти незаметные движения его рук и тела, и... Внезапный раскат грома оглушил, в следующий миг лезвие копья оказалось у самого его глаза, оружие зависло в дюйме от лица, на его рукояти играли маленькие молнии.

– Что произошло? — оба соперника в недоумении уставились на копьё, причём сёгун схватился за руку, держащую оружие. Она явно оказалась травмирована.

– Почему оно остановилось?! Я же подчинил его себе! — в недоумении раздумывал сёгун. В этот момент копьё с треском отлетело от Мора и, промчавшись мимо Ясухико, оказалось в руках высокого широкоплечего воина. Тот, громко захохотав, поднял копьё к небу.

Раздался оглушительный раскат грома, заставив всех вздрогнуть. Небо раскололось молнией на тысячи сверкающих осколков. Несколько покалеченных оборотней пытались покинуть дворец.

– Побег! – крикнул один из стражников, и в ту же секунду гвардейцы окружили своего сёгуна, а на стенах появились лучники, готовые выпустить град стрел. Небольшой отряд ёкаи, сгруппировавшись, бросился в атаку.

Ясухико, взглянув наверх, заметил ту самую лисицу, которую не смог убить три года назад. Она с ловкостью перемещалась по выступам на стене. Сёгун, забыв обо всём, яростно бросился вперёд, стремясь настичь её и отбиваясь от неседавших ёкаи.

Мороз не мог не заметить Северина. Его магия действовала в полную силу, разбрасывая стражников в стороны. Звуки битвы наполнили площадь.

Враги значительно превосходили их численностью, и тут Мор заметил магические амулеты, которые носили на себе воины. Эти амулеты могли лишить ёкаи магии, достаточно было лишь слегка ранить его, вот только навредить они могли лишь духам с огненной природой. Он взглядом отыскал Хорса, защищающем Юко от самураев, которые окружили лисицу.

— Хорс, уходи быстро! — прокричал Мор. Юноша недоумевающе посмотрел на друга. — Уходи, я сказал! – рявкнул тот на него, попутно замораживая одного из самураев, который пытался напасть. И Хорс решил не рисковать. Он взобрался на стену, подбросил копьё, превратив его в лук, и продолжил отстреливать самураев с безопасного расстояния.

Со стороны дворца раздался громкий устрашающий лай. Огромный пёс выскочил наружу, снеся двери, и принялся крушить приспешников сёгуна, словно соломенные чучела. На его спине сидела Настя и отдавала команды, сдерживая зверя, чтобы он не причинил вреда своим. Удивительно, но жуткий монстр, казалось, слушался её, как дрессированная собачка.

Мор огляделся по сторонам. Всю площадь вокруг усеивали тела мёртвых и умирающих. Некоторые из раненых пытались отползти, но их затаптывали в пылу битвы. Мороз начал вращать меч круговыми движениями, пока он не превратился в посох. Он схватил его двумя руками и с силой ударил о землю.

— Довольно! — его голос уподоблялся грому. Магия Мора распространилась по земле, амулеты на самураях потускнели, а сила ёкай ослабла под воздействием магии холода. Только пёс Насти остался в своём нынешнем обличии.

– Пришло время положить конец этому безумию, — подумал Мор и произнёс, грозно хмуря брови.. — Сёгун Ясухико, владыка Окинавы, я призываю тебя вернуть уздечку светлоликому Хорсу, а Анастасию мне.

К тому моменту сёгун уже успел сразиться с Юко. Лисица оставила на его лице свой след в виде кровоточащих царапин.

- Сначала тебе придётся убить меня, – угрожающе произнёс сёгун.

- Это не составит труда, – ответила пятихвостая лисица с не меньшей злобой.

- Но сначала вам придётся убить нас! — воскликнул командир гвардейцев, и солдаты выступили вперёд. Вся дворцовая прислуга тоже вооружилась вилами и ножами, готовясь защищать своего господина. Юко вспомнила, что говорили люди о молодом сёгуне: он вспыльчив и жесток с врагами, но при этом искренне заботится о своём народе.

— Вы не получите ни уздечку, ни девушку, пока я жив! — воскликнул Ясухико.

— По какому праву вы, господин, распоряжаетесь мной, как вещью? — вмешалась в разговор Настя.

Мороз с удивлением посмотрел на девушку. Она по-прежнему сидела на спине огромной собаки, гордо подняв голову, и говорила громко и строго. Лишь алые щёки выдавали её волнение.

– Куда же подевалась вся её робость? — удивился он.

— Анастасия, вы находитесь под его чарами. Вы не в себе. Околдованы, как и мой отец, когда связался с этой дрянью! — с горечью произнес сёгун. Ёкаи зашипели и выступили вперёд.

– Мне нужно быть сильной, чтобы не допустить новой резни, — мысленно твердила себе девушка, унимая дрожь в руках.

- Я нахожусь в здравом уме, господин, и сама могу решать, с кем мне путешествовать. Или я ваша пленница? — она старалась говорить уверенно, но на слове «пленница» голос предательски дрогнул. Страх никуда не исчез, просто злость придала ей сил. И сейчас, именно сейчас Настя была сильнее его. – Значит, надо этим воспользоваться и направить разговор в мирное русло, — решила она.

Ясухико горько улыбнулся: — Значит, так решило ваше сердце.

Он убрал в ножны катану. Стражники замерли в шоке от действий своего господина, у многих мужчин на глаза навернулись слёзы.

— Можете забирать свою уздечку. Девушка... — сёгун резко замолчал, посмотрев на Анастасию, — вольна поступать, как ей угодно. А теперь убирайтесь из моего дома.

С этими словами он, хромая, направился к дворцу. Один из ёкаев хотел напасть на него сзади, но Юко, его предводительница, прорычала: — Отставить! Мы уходим.

— Но, госпожа, сейчас он слаб, мы можем добить его! — возразил старик.

— Не стоит утруждать себя, госпожа ёкай. Я опозорил себя своим поражением и подвёл своих людей. У меня не остаётся другого выхода, кроме как совершить сэппуку, — вмешался в разговор Ясухико, и многие люди в отчаянии упали на колени. Шокированные и растерянные ёкаи смотрели на свою предводительницу. Рыжая плутовка внимательно наблюдала за сёгуном, сверкая янтарными глазами и пытаясь отыскать в его словах подвох.

— Господин Ясухико, вы не нанесли никакого урона своему дому. Победа остаётся за вами. Если бы ёкай грома не вмешался, я был бы уже мёртв. Не каждый смертный способен сразить бога. Ваши люди должны гордиться своим сёгуном, — произнёс Мороз, почтительно склонив голову. Он ясно видел, что этот человек глубоко несчастен и обижен на судьбу, однако в то же время силён и способен заботиться о тех, кто доверил ему свою жизнь. Такой человек заслуживал уважения, хотя Мор и понимал, что его слова не изменят принятого сёгуном решения.

Ясухико ничего не ответил и отправился в свой дворец, чтобы провести последнюю свою ночь в одиночестве.

Златогрив

Ёкаи, повинуясь приказу Юко, быстро покинули дворец сёгуна. Настя впервые увидела ведьму в её истинном облике: крупная лисица с пятью длинными хвостами и ярко-рыжей шерстью, которая ближе к кончикам становилась светлее, создавая впечатление, будто кто-то распылил над ней золотую пыль. Чёрные тоненькие лапки были длиннее, чем у других лис.

На площади остались только Мороз, Хорс, Северин и Настя. Отряд лучников, стоявший на стене, не спускал с них глаз. Девушка спрыгнула с пса и направилась к своим друзьям. Ночь окончательно вошла в свои законные права, тусклый свет луны не мог пробиться через тучи. Темнота накрыла всё вокруг плотным покрывалом, но Настя смогла разглядеть знакомый и такой родной силуэт.

Тяпа следовал за ней по пятам и звонко лаял, вновь обратившись в маленькую собачку. Девушка достала уздечку из широкого рукава кимоно и протянула её Хорсу.

— Братец, вот твоя уздечка, — задыхаясь от быстрой ходьбы, произнесла она. Хорс взял уздечку в руку, и она слегка засветилась.

— Настя, благодарю тебя, — сказал юноша, заворожённо глядя на желанную вещь, словно увидел её впервые.

— Да, Настя у нас, оказывается, грозная дева, а теперь ещё и обзавелась фамильяром-оборотнем, — хрипло произнёс Северин Он часто потирал травмированное горло, на котором остались чёткие отметины от верёвки. Синяки уже начали приобретать лиловый оттенок. Настя, смущённая похвалой юноши, опустила глаза.

Подошедший к ним Мороз схватил девушку за руку и резко притянул к себе. Он положил ладонь ей на лицо, прикрывая синяк и рану от хлыста. Только сейчас Настя вспомнила о себе; боль ушла на второй план, заглушённая тревогой, когда Северин стал задыхаться от пут. От ладони Мороза исходил лёгкий холодок, рана саднила, но потом возникло неприятное чувство щекотки. Когда бог убрал руку, её лицо стало прежним, чистым и гладким. Затем то же самое он проделал с её руками.

- Будь добра объяснить, какого чёрта ты сюда пришла, когда я приказал тебе оставаться в доме лисицы? — сердито спросил Мор.

- Я хотела помочь! — так же громко ответила девушка, возмущённая его обращением.

- Глупая девчонка, эта рыжая плутовка тебя использовала! Ей было выгодно, чтобы ты стала пленницей, и у нас не оставалось другого выбора, кроме как сразиться с Ясухико. Она просто намеревалась устранить сёгуна нашими руками! — Слова Мороза звучали резко, но Настя признавала их жестокую правду. Несмотря на то, что сначала она хотела накричать на него и даже ударить из-за обиды, ведь он даже не оценил её стараний, теперь же попыталась сдержать себя и спокойно ответить.

- Я осознала это только во дворце сёгуна. Раньше думала, что помогаю только вам. Но я действительно хотела помочь, как ты не можешь этого понять?! Мне так важно доказать самой себе, что способна на большее, чем просто печь блины и плакать, ожидая спасителя. Мне это просто необходимо, чтобы убедить себя, что не беззащитна и могу сама постоять за себя.

Настя замолчала, вспомнив, как приспешники князя избивали её отца, как тот страшный мужчина, не встретив никакого сопротивления, с лёгкостью забрал её мать из дома. Мама всегда доверяла своему мужу, но в тот роковой час он оказался слабым и не смог её защитить.

Настино самообладание дрогнуло, и из глаз полились слёзы. Мороз обнял девушку и прижал её к себе, давая возможность выплакаться.

— Пообещай мне две вещи, — тихо и ласково сказал Мор.

— Какие? — спросила Настя, всхлипывая.

— Ты должна прислушиваться к чужому мнению и доверять мне, а не лисицам, которых знаешь всего пару часов.

Она кивнула и тихо произнесла: — Обещаю.

— Никогда больше не ставь свою безопасность и жизнь ниже интересов других людей, — прошептал Мороз, и Настя снова кивнула. Только в его объятиях она осознала, насколько сильно устала. Она буквально засыпала, слушая размеренный стук его сердца.

– Выходит, старики в деревне ошибались, у него есть сердце», — промелькнула мысль в её голове перед тем, как она окончательно погрузилась в сон.

* * *

— Настя, Настя, — тихо позвал её Хорс, осторожно касаясь плеча. Девушка с неохотой открыла глаза. Тело болело, как будто её избили. Она оглядела старые ветхие стены. Настя лежала на соломе и рыбацких снастях, разбросанных по всей лачуге. В щели задувал ветер, создавая звук, похожий на свист. Девушка заметила, что укрыта тёплым плащом Мороза, но самого хозяина в лачуге не было. В ногах спал Тяпа. Пёс проснулся и почесал лапой лохматое ухо.

— Хорс, где мы?

— В доме рыбака. После произошедшего Мор не захотел возвращаться в дом Юко. В городе нам никто не предложил приют, потому что горожане очень любят местного сёгуна. Только поздно ночью нам удалось найти рыбака, который больше уважал золото, чем сёгуна. Собирайся и умывайся, дед приготовил для нас рыбу, через час мы отправляемся.

Настя быстро привела себя в порядок. Северин принёс её старую одежду. В кимоно она порядком замёрзла и испытала несказанное облегчение, одевшись в свой привычный и такой удобный сарафан.

Вместе с Хорсом они вышли к берегу. На их пути встречались местные рыбаки. Многие из них отводили взгляд, а один из самых смелых даже плюнул в их сторону.

Девушке стало не по себе. Она прекрасно осознавала, что Ясухико вовсе не является плохим, но никак не могла понять, как один и тот же человек может вызывать у одних такую преданную любовь, а у других сильнейшую ненависть.

На берегу Северин и Мороз готовились к путешествию, снаряжая сани. Мор, одетый в одну белую рубаху и тёмные штаны, засучил по локоть рукава для удобства, а Северин накинул на плечи полушубок.

- Мороз, спасибо за плащ. Тебе не холодно? - Настя зябко поёжилась, глядя на него, Северин с Морозом переглянулись и рассмеялись.

- Настя, я же бог холода и никогда не мёрзну, но спасибо за заботу, - промолвил он, улыбаясь. Настя покраснела. – Вот глупая, ты от любви совсем из ума выжила, он же бог!-- ругала себя, девушка отходя в сторону. Даже в зимнее утро на Окинаве стоял густой холодный туман, который постепенно рассеивался под лучами восходящего солнца. Море спокойно и размеренно гнало свои волны. Настя зачарованно наблюдала за ними, вряд ли ей ещё удастся увидеть море. Тяпа лаял на волны и пытался цапнуть белую пену.

Девушка окинула взглядом горы и лес, пытаясь, запомнить как можно больше. Какая прекрасная заморская страна со своими непонятными обычаями! Чужая, но чарующая. Вдруг Настя заметила на одном склоне группу людей, одетых в белые кимоно. Перед ними сидел Ясухико, а рядом стоял воин с катаной в руке, готовый к действию. Настя в панике подбежала к Морозу.

— Мор, что там происходит? Его хотят убить?

Мужчины с грустью в глазах наблюдали за этой сценой.

— Сёгун Ясухико, как и обещал, совершает сэппуку, ритуальное самоубийство, — произнёс Хорс с печалью в голосе.

— Почему его никто не остановит? Они же любят своего господина! — воскликнула девушка.

— Да, любят, поэтому и позволяют ему уйти достойно, — проговорил Мороз.

— Но это же глупо! Лишать себя жизни из-за поражения! — не унималась Настя.

— Для нас глупо, но не для них, - спокойно сказал Мороз.

Настя бросилась в сторону леса, но Мор вовремя поймал её за руку.

— Отпусти меня! — кричала она, пытаясь вырваться.

— Ты всё равно не успеешь! — рявкнул Мороз, прижимая к себе непокорную девушку.

Они продолжали наблюдать, как молодой сёгун занёс над своим телом клинок танто. Неожиданно послышался шум и лязг мечей. Настя едва смогла разглядеть знакомый женский силуэт.

Женщина перехватила кинжал в руках сёгуна, не давая клинку вонзиться в тело.

— Назад! — скомандовал сёгун своим людям, которые уже занесли свои катаны над женщиной.

— Ты всё же пришла, чтобы убить меня собственными руками?! — гневно произнёс юноша.

— Нет, я пришла просить милости у владыки Окинавы для своего народа, — громко ответила Юко.

— Я больше не владыка Окинавы. — с горечью сказал Ясухико.

— Только вы решаете, что будет с Окинавой, господин. И если моё существование отравляет вам жизнь, я готова принести себе в жертву ради блага нашего народа, - и кицунэ склонила голову перед сёгуном.

- Твоя новая уловка, лисица? - прошипел Ясухико, осматриваясь по сторонам, но заметил только старика. Ёкай стоял в тени деревьев и не вмешивался, печально глядя на свою госпожу.

- Нет никаких уловок, сёгун. С вашей смертью Окинава погрузится в пучину войн, - проговорила лисица.

Ясухико замахнулся клинком на Юко, но рука дрогнула. Отец провёл с ним мало времени и предал его, предал свою семью, но научил своего сына главному: основам военного искусства и как следует правильно выстраивать отношения с людьми. Именно эти знания привели его к титулу сёгуна. Мог ли он лишить жизни женщину, ради которой его отец пожертвовал собой?

Настя закрыла глаза и уткнулась в грудь Мору, тот подхватил девушку на руки и понёс к саням.

— Твоя смерть тоже не принесёт ничего хорошего, — произнёс юноша, опуская клинок. Он разгадал хитрый план лисицы.

— И как же нам быть, господин Ясухико? — спросила Юко, не поднимая головы. Они говорили так тихо, что даже находившиеся рядом самураи не могли услышать их разговор. .

— Уезжаем, это нас не касается, — сказал Мороз. — Северин, ты поедешь впереди.

Северин с ловкостью запрыгнул на спину белого жеребца, который недовольно зафыркал, почувствовав на себе чужого.

— Тихо, Снежок, тихо, мы же с тобой старые друзья, — прошептал Северин, успокаивая и похлопывая коня по шее.

Хорс, погруженный в свои мысли, выглядел мрачнее тучи и старался не смотреть на склон.

— Хорс! — окликнул его Мороз, но тот словно завороженный смотрел на горизонт, который окрасился в багровый цвет.

— Хорс!! — позвал Северин, но юноша вновь не ответил.

— Там что-то сверкает, — сказала Настя, указывая на горизонт. Тяпа, повернувшись в ту же сторону, залаял на море.

- Это то, о чём я думаю, Северин? — спросил Мор, ощущая мощную энергию, исходящую от приближающегося существа. На берегу поднялся холодный ветер. Глаза Северина стали мутно-синими, словно затянутыми матовым стеклом, но через мгновение он моргнул, и взгляд вернулся к нормальному.

— Да, это Златогрив, даже здесь он нашёл своего друга, — произнёс юноша. Хорс уверенно направился к морю, и Настя забеспокоилась, что он может утонуть. Однако вскоре она увидела, что Хорс идёт по поверхности воды, словно по суше.

Конь стремительно приближался, и вот уже можно было разглядеть его во всей красе: высокий белый конь с длинной гривой, словно отлитой из золота. и тонкими, но сильными ногами. Златогрив остановился в паре метров от Хорса, несколько мгновений они молча смотрели друг на друга.

— Здравствуй, друг мой, — прошептал Хорс. В ответ конь встал на дыбы и звонко заржал, приветствуя бога солнца.

Хорс начал медленно приближаться к жеребцу, вытягивая ярко засветившуюся уздечку из-за ремня, а потом резко попытался запрыгнуть на спину коня, но тот ловко увернулся. Хорс упал в воду, но пытался снова и снова укротить Златогрива.

— Разве они не друзья? Почему конь сопротивляется? — спросила Настя, беря на руки Тяпу, который уже охрип, заходясь лаем.

— Это свободный конь, и он навсегда останется диким. Даже своему другу он не уступит без борьбы, — проговорил, улыбаясь, Мор, помогая Насте сесть в сани.

- Что, если он не справится? - спросила девушка, смотря, как Златогрив в очередной раз сбрасывает Хорса. Море разбушевалось не на шутку из-за борьбы бога солнца и его скакуна.

- Рано или поздно у него получится. Это, можно так сказать, его личное испытание. Только с Златогривом он сможет обрести всю свою прежнюю мощь в зимнее солнцестояние, - ответил ей Северин.

В этот момент юноше наконец удалось вскочить на коня и удержаться, но как только он начал накидывать на него уздечку, конь стремительно взмыл в небо и через пару мгновений исчез в облаках.

— Он не упадёт? — спросила Настя, хотя и знала, что получит положительный ответ. Она беспокоилась за Хорса, который всего неделю назад был совсем ещё ребёнком.

— С ним всё будет хорошо, — заверил её Мороз, стараясь успокоить.

В этот раз Настя также не упустила возможность полюбоваться медленно проплывающей внизу землёй. Но в голове постоянно крутился один вопрос: как там Юко? Тяпа перескакивал с одной стороны саней на другую, гоняясь за пролетающими мимо птицами, то и дело срываясь на лай. Затем пёс устал, угомонился и во все глаза смотрел вместе с Настей вниз, высунув язык, и тяжело дыша через открытую пасть. Выглядел он счастливым.

— Знаешь, когда ты летела в первый раз, у тебя было такое же выражение лица, как у этой собаки, — пошутил Мороз, стараясь развеселить девушку. Она улыбнулась и шутливо ткнула его кулачком в широкую спину.

— Это неправда! — произнесла она с наигранной обидой.

— Отчасти правда, — рассмеялся Мороз. — И язык у тебя длиннее.

Настя снова толкнула Мороза в бок, а он улыбался довольный тем, что смог отвлечь её от грустных мыслей. В этот момент их обогнал Хорс верхом на Златогриве, всё ещё держа в руках уздечку. Конь не спешил ему подчиняться. Сани покачнулись, так как Хорс промчался слишком близко, кони Мороза недовольно зафыркали и заржали.

— Мор, как ты думаешь, что будет с Юко? — спросила Настя.

— Не знаю, люди непредсказуемы.

— Почему она вдруг решила пожертвовать собой? Ведь она хотела, чтобы Ясухико умер? — этот вопрос не давал девушке покоя.

Мор долго молчал, а затем произнёс: — Возможно, она наконец осознала, что именно сёгун — будущее Окинавы, а не она.

Они прибыли домой к вечеру. Настя не любила зиму, но когда снег, упавший с ели, припорошил её лицо, она искренне счастливо улыбнулась. Вот он, её родной край, суровый и холодный, но в то же время самый любимый. Говорят, что нет места лучше, чем родной дом, и Настя часто слышала эти слова, но никогда не понимала их до этого дня. Она радовалась огромным соснам, свежему прохладному воздуху и снегу. А вот Тяпа, который привык к более тёплому климату, жался к боку Насти.

Показалась крыша терема. Девушка и не думала, что сможет так быстро соскучиться по этому месту.

Сини приземлились у дома. Настя поднялась на ноги и заметила серого коня. – Пепел! — воскликнула девушка, узнав его. А на крыльце терема её ждал ещё один сюрприз.

Илья, издали увидев приближающиеся сани, вышел навстречу. Найдя свою невесту здоровой и невредимой, он улыбнулся.

Илья

Настя провела рукой по стене, покрытой инеем, и остановилась у входа в свою комнату. Она почувствовала, как к ней приближается Мороз. Его шаги, как всегда, были бесшумными.

- Я тосковала по этому дому. По его уютному очагу, прохладным стенам и огням на потолке, — произнесла Настя с лёгкой грустью.

— Этот дом — продолжение моей магии. Здесь очень давно я обрёл свой человеческий облик, потом построил дом, — ответил Мороз. Он говорил спокойно и размеренно, но Настя уловила лёгкие нотки грусти, хотя, возможно, ей лишь показалось.

— Я не хочу уезжать, — по её лицу пробежала слезинка. Она боялась повернуться к нему лицом, страшась увидеть равнодушие в льдисто-голубых глазах.

— А ещё ты скучаешь по семье, — добавил Мороз. Настя не смогла найти подходящих слов для ответа и промолчала. — Настя, вспомни, как сильно ты испугалась, когда тебя похитила Радмила. Здесь ты не найдёшь покоя, без людей будешь чувствовать себя одиноко. Окинава — это редкое исключение из правил, — произнёс мужчина, нежно взяв в руки косу Насти.

«Я должен это сделать ради её же блага, отпустить её. Она не игрушка в моих руках», размышлял князь, перебирая её волосы. — Ты обещала прислушиваться ко мне. С Ильёй ты будешь в безопасности, он сможет сделать тебя счастливой, — добавил он.

Настя стояла к Морозу спиной и не замечала, как трудно давались ему эти слова. Он же напротив, ощущал, какую боль причиняет ей, но пытался утешить себя мыслью: «Рано или поздно она меня забудет. Мне же суждено страдать и каждую зиму следовать за нею по пятам, только она об этом никогда не узнает».

Настя вытерла слезу. «Он точно меня не любит, если так говорит», – подумала она. Не стоит мучить ни себя, ни его. В жизни не всё можно отвоевать, видимо, на этот раз придётся смириться с судьбой.

Она резко обернулась, стараясь не смотреть на Мороза . Слова было трудно произнести из-за кома в горле, но всё же, с трудом переборов себя, она прошептала: — Прощай, Мороз.

Настя вышла на улицу с тяжёлым сердцем. Илья не мог оторвать взгляд от её роскошного полушубка и яркого платка. Высокий, рыжеволосый, в потёртом, но дорогом кафтане, он выглядел уставшим. Под глазами пролегли тени, однако на лице читалось счастье от встречи с ней.

«Илья нашёл меня, все ужасы позади, я еду домой и наконец увижу Ваню и батюшку. Чем не повод радоваться? Тогда почему же мне так тяжело на душе?» — задавала себе вопрос девушка.

Северин протянул Насте ларец, который оказался довольно тяжёлым.

— Мы собрали приданное, сестрёнка. Этого должно хватить вам на первое время, — произнёс он, улыбаясь.

— Благодарю, — тихо ответила она, чувствуя грусть от того, что не сможет попрощаться с Хорсом. Светоликий так и не появился.

Не успела Настя опомниться, как оказалась в объятиях Ильи. От него, словно от печки, исходило невероятное тепло, жёсткая щетина слегка оцарапала ей щёку. Девушка грустно улыбнулась в ответ, конечно, она очень рада видеть своего старого друга, но…

— Привет, Ася! Я уж думал, что ты сгинула! К счастью, эти добрые... — Илья запнулся, — боги подсказали мне, где ты. А ещё смотри, какой подарок нам Мороз сделал! – он указал на маленькие, светлые, украшенные синими узорами сани. Не переставая улыбаться, Илья подал руку и помог Насте сесть на обитое тёмным мехом сиденье. Тяпа со звонким лаем запрыгнул девушке на колени.

— Какая странная собачка, она даже мышей не испугает, не то что воров! — продолжал возбуждённо болтать Илья.

«Это ты его в другом облике не видел», — подумала Настя, но не стала отвечать, а парень и не настаивал на ответе. Северин предупредил его, что девушка расстроена из-за расставания. Мороз недвижимо стоял на пороге. Казалась его лицо сковало льдом, как при их самой первой встрече. Насте на мгновение показалась, что все их тёплые вечера за беседами, его забота, всё это ей привиделось. А может, он всегда был таким?

— Прощайте, добрые духи! — Илья с уважением склонил голову. — Желаю вам... — он сново запнулся, не зная, что можно пожелать богам, которые не болеют и не испытывают нужды в воде еде или злате. — Славных дней и беззаботной жизни! — выпалил он, покраснев.

Северин улыбнулся: — Благодарю, Илья. Это было бы замечательно!

Пепел, запряженный в сани, бежал неторопливо лёгкий морозец пощипывал щёки, а снег весело похрустывал под его копытами. Но Настя всеми силами желала, чтобы конь и вовсе не смог сдвинуть эти проклятые сани с места, однако терем с каждой секундой становился всё дальше и дальше. Настя с тоской смотрела на него до тех пор, пока он не скрылся за елями и соснами.

Молчание затягивалось, и Илья почувствовал себя неловко.

- Знаешь, а ты сильно изменилась, – наконец произнёс он.

- В каком смысле изменилась?

- Ну, стала более смелой. Раньше ты часто смущалась и редко смотрела мне в глаза. Видимо, о тебе там действительно хорошо заботились.

— Тебе больше нравилась та застенчивая девушка? — Настя старалась говорить как можно мягче. Не то чтобы её это очень интересовало, но она старалась понять, почему он вдруг решил на ней жениться.

— Нет, что ты... То есть... — он замялся, пытаясь подобрать подходящие слова.

— Почему ты решил жениться на мне?

— Отец настаивал на свадьбе. Сказал, что мне уже двадцать лет, и он должен передать мне своё дело. А мужик без жены — не мужик, поэтому он пытался сосватать за меня дочерей своих друзей. Но ты же знаешь, какие они, Милка или Светка. Не по душе они мне! А потом плюнул и в гневе сказал: «Если тебе нужна эта деревенская Настька с худым приданым, то бери её». Знаешь, я подумал, что мы с тобой хорошо общаемся, и если выбирать, с кем жить, то лучше с тобой, чем с теми, кого мне в невесты сватали.

Илья всегда говорил только правду. Это было его отличительной чертой, за которую Настя его уважала и ценила, хотя другие люди считали чудаком и не любили за это.

А привил эту черту ему дед, которого Илья очень любил и уважал. Однажды ещё малышом Илюша случайно разбил дорогую вазу и решил свалить всё на собаку, которая забежала в избу. Но старик догадался, кто на самом деле виноват, и решил проучить внука. Он сказал, что с лгунами нечего вести разговоры, и просто перестал с ним общаться.

Настя была уверена, что это наказание временное, ведь старик любил своего внука всем сердцем. Но судьба распорядилась иначе, и воспитательный урок деда превратился в жизненный урок для внука. Через два дня старый Филимон скончался, а Илья мучился и всю жизнь помнил, как сильно обидел дедушку перед смертью. С тех пор он говорил только правду, за что часто получал оплеухи от отца. По мнению строгого батюшки, “не купеческая черта много правды глаголить народу, коль хочешь сытым быть”.

- Настя, мы как приедем, так сразу и обвенчаемся. Ведь домой тебе нельзя. А через день другой я твоего батюшку с Ванькой привезу. Ты, наверное, соскучилась по ним?

- Да очень соскучилось. - с жаром подхватила Настя. Илья обернулся и посмотрел на девушку. Наконец-то она оживилась, а глаза заблестели. Настя с тех пор, как рассказала Юко про судьбу матушки, частенько их вспоминала.

– Отметим свадьбу, а весной начнём строить избу. В первый год поживём с моими родителями, не переживай. Моя матушка — добрая женщина. Бог дал ей только сыновей, а она всегда мечтала о дочке... — делился своими планами на будущую супружескую жизнь Илья.

Настя слушала его, не перебивая. Она почёсывала Тяпу за ухом, а он мирно спал у неё на коленях. Описанная Ильёй жизнь, может быть, и действительно хороша для какой-либо другой девушки, но её эти перспективы почему-то угнетали. Раньше, совсем недавно, она была бы безумно счастлива наконец-то освободиться от гнёта мачехи и издёвок Марфы. Но после того, что случилось, она ощутила себя рыбой, которая всю жизнь прожила в маленьком пруду, а затем по воле судьбы попала в море. И сейчас её вновь пытаются утащить в этот пруд.

Девушка старалась гнать от себя горькие мысли. Она очень хотела увидеть Ваню и отца, тоска по ним была настолько сильной, что сердце щемило от боли. Но и от обычной жизни Настю сейчас откровенно выворачивало наизнанку, а Илья только способствовал этому, уже придумывая имена их детям.

Вечером молодые приехали к родителям Ильи, и хотя те встретили их подобающим образом, Настя обратила внимание на недовольное выражение лица Фёдора, которое говорило о многом. Отец Ильи, высокий широкоплечий мужчина с чёрными, как воронье крыло, кудрями и бородой, постоянно хмурился. Илья, такой же крепкий и сильный, как отец, унаследовал от матушки лишь цвет волос. По лицу пухленькой, как все женщины, родившие не одного ребёнка, рыжеволосой низенькой Фёклы рассыпались бледные веснушки. Она искренне улыбалась Насте, хотя в глазах сквозила тревога за сына.

– Не такую невестку они ждали, — подумала Настя. Они ведь представляли себе девушку с чистым прошлым да с богатым приданым, а не ту, которую обвинили в колдовстве. А её приданное облаяло хозяев дома как только выпрыгнуло из саней. Илья показал родителям ларец подаренный Северином, про подарок Мороза она старалась не думать. Ей было больно и обидно, что он дарил подарки Илье. – Вот тебе сани, только увези её, умоляю! — словно наяву грезились Насте слова Мороза. Внутри неё бушевали противоречивые чувства: гнев, злость и тоска по любимому. – Пущу эти проклятые сани на дрова! — с яростью думала она. Родители жениха, увидев такое богатое приданое, скорее насторожились, а не обрадовались.

— Откуда вдруг у дочери плотника драгоценные камни? — спросил фёдор.

— Меня в лесу приютил старый человек, который уже давно живёт один в лесу, но раньше служил у царя. Он подарил мне эти камни, сказав, что они ему уже ни к чему, и он нашёл покой в лесной чаще, — солгала Настя, сама удивляясь, как складно у неё получилось.

Терем семейства Маковых поразил её красотой:: просторные комнаты, стены которых украшала богатая роспись, крепкая резная мебель, скамьи, покрытые волчьими шкурами.

— Садитесь, ребята, за стол. Наши младшие на горке резвятся. Не будем их ждать, вы с дороги, наверное, проголодались, — торопливо проговорила матушка и засуетилась у печи, разогревая кашу.

За поздним обедом девушка узнала из рассказа Ильи, что он околачивался около терма Мороза чуть ли не сутки, ожидая её. Парень, подмигнув Насте, поддержал легенду своей невесты о том, что в тереме живёт обычный старый затворник. Тяпа с удовольствием отведал парного молока, что принесла Фёкла, и теперь лизал пустую деревянную тарелку, гоняя её по хате. Настёна тоже обрадовалась обычной каше и хлебу, ведь ела она в последний раз диковинный рис да вареную рыбу на другом краю земли.

- Хорошо, сегодня вы обвенчаетесь, а через два дня мы скромно отметим это событие. Настасья, я думаю, ты понимаешь, что сейчас тебе следует вести себя тихо и скромно. Не стоит привлекать к себе лишнее внимание, ведь всегда найдутся злые языки, – спокойно говорил Фёдор, почесывая свою тёмную бороду, в которой уже поблёскивали несколько серебристых волосков.

- Благодарю вас, – тихо сказала Настя.

Илья и его отец сказали, что пойдут в церковь договариваться со священником, а Настя предложила помочь Фёкле с уборкой.

— Доченька, не нужно, иди отдохни с дороги. У тебя ещё будет время поработать, — ласково сказала женщина, отведя Настю в комнату, уложив на скамью и заботливо укрывая одеялом. Настя действительно очень устала то ли от сердечных переживаний, то ли от долгого путешествия. Её одолевала сонливость, и она мгновенно погрузилась в мир грёз.

Ей снилось, что она бредёт по лесу. Когда-то она часто собирала здесь грибы и ягоды, но сейчас всё вокруг казалось безжизненным и чуждым. Даже земля, покрытая сухой травой, выглядела мёртвой.

Вдалеке она увидела свою родную деревню. Странно, но всё дома сильно обветшали и казались заброшенными и нежилыми. Оголодавший старик рылся в заросшем травой огороде, выискивая в земле полусгнившие овощи.

Настя моргнула и в следующее мгновение очутилась на плывущем посреди чёрного озера острове.По озеру плыли лодки, в которых лежали мёртвые люди. Старики, молодые и дети, все бледные, с синими губами, некоторые из них истекали кровью Некоторые плакали и умоляли вернуть их обратно, но лодочники, облачённые в чёрные лохмотья с покрытыми глубокими капюшонами головами, были неумолимы.

Вот мимо Настиного острова проплывает лодка, лежащий внутри неё человек молчит. Она заглядывает внутрь и видит смертельно раненого Мороза. Его лицо спокойно и безмятежно, как будто он просто спит, но кафтан на груди весь пропитался кровью.

— Мороз! — вскрикнула Настя, резко вскочив со скамейки. Сердце колотилось так сильно, что казалось сейчас вырвется из груди. На улице уже темнело, и её охватила паника. Ей уже приходилось переживать подобный кошмар: она когда-то тоже видела свою мать в такой же лодке, а наутро маму вытаскивали из петли.

Настя выбежала в сени и стала быстро одеваться. Тяпа залаял, скребя дверь избы. Настя посмотрела на Фёклу. Та спокойно, ничего не говоря, достала валенки Насти с печки и протянула ей.

- Простите меня, я не... — начала оправдываться Настя, но женщина её перебила.

- Не надо. По тебе и так видно, что твоя душа находится совсем в другом месте. Туда-то тебе и нужно, — спокойно произнесла женщина.

- Но ваш муж и Илья...

– Мой муж пошёл гулять с сыном, чтобы объяснить ему, что торопиться в таких делах не стоит, — промолвила женщина.

- А разве он не хотел, чтобы Илья женился? - спросила Настя, не до конца понимая ситуацию.

- Да. Но больше всего он хочет, чтобы его сын был счастлив, - спокойно сказала Фёкла, укутывая девушку платком.

Настя обняла женщину на прощание и вышла из дома. Она почти бежала к краю села, держа Тяпу на руках. Необычная собачка привлекала внимание прохожих, и они оборачивались ей вслед, провожая взглядом.

– Только бы успеть! — думала Настя.

Змей

- Как ты думаешь, в этом году будет тихо или как всегда? - спросил Северин, проверяя остроту лезвия меча.

- Надеюсь, нынче солнцестояние пройдёт спокойно. Но монстрам плевать на мои надежды, поэтому пришлось отправить Настю к людям до праздника, - Мор с тоской посмотрел в окно.

- Мог бы просто спрятать её у Яги, пока всё не успокоится.

- Чтобы эта старая карга из неё ведьму сделала? У Насти должен быть выбор, - проворчал Мор.

- А мне кажется, что ты её как раз этого выбора и лишил, - возразил Северин.

Внезапно над лесом раздался сильный, внушающий ужас рёв. Стёкла в окнах задрожали. Что-то или, точнее, кто-то очень большой стремительно приближался к терему.

- Но вот. Начинается, - с досадой пробормотал Северин, выходя на улицу. Мор последовал за ним.

- Хорошо, что эти твари решили, будто светлоликий здесь. Где бы он ни находился, думаю, там безопасней, чем здесь, - промолвил Мор.

Вокруг терема бушевала вьюга, защищая дом от полчищ нечисти. Двадцать первого декабря самая длинная ночь в году. Ночь, когда их сила находится в зените, и последний шанс тьмы убить бога солнца. После этой ночи его сила будет расти, и он станет непобедим. Но сейчас в пике своей силы находился и мороз, ведь именно в этот день появились на свет Мор и Кощей.

— Они привели змея. Если его не остановить, он атакует ближайшую деревню, — сказал Северин.

— Ступай, я справлюсь, — ответил Мор, ослабляя защитный купол. Вьюга немного утихла, и сквозь неё смогли пробраться кикиморы, вурдалаки и оборотни. Однако метель снова преградила путь врагам. Мор постепенно подпускал к себе врагов, чтобы поочерёдно расправиться с ними, но контролировать их натиск становилось всё сложнее. Самым ловким удавалось пройти сквозь пургу, какой бы сильной она ни была. Мор являлся искусным воином, и ему не раз приходилось сражаться с ненавистными монстрами. Несмотря на то, что он и нечисть порождены одной богиней, их сильнейшая неприязнь друг к другу тянулась веками.

***

— Матушка, мы обязательно найдём другой способ спасти Морока, — с тревогой в голосе произнёс Кощей, наблюдая за тем, как богиня создаёт порождения ночи и тьмы.

Мор молча наблюдал за матерью. Из всех богов и богинь она самая упрямая и настойчивая. Мора казалась настолько поглощена своей работой, что никакие уговоры сына не могли её отвлечь. Мороз помнил её глаза, полные боли, ненависти и... безумия.

– Может быть, Сварог прав, и Мора действительно готова утопить мир в крови ради своего любимого сына? — одолевали тревожные мысли молодого полубога. В тот день в царстве вечного льда он, смешав в чаше мёртвую и живую воду, предопределил судьбу своей матери.

***

– Странно, почему сейчас я вспомнил о ней? Неприятное чувство, будто она совсем близко, – раздумывал Мор, отрубая вурдалаку голову и стараясь отогнать бредовые мысли. Мора спала вечным сном под стражей Кощея в подземном царстве. Даже если Морок нашёл способ пробраться туда, вывести её оттуда он не сможет. Теперь Кощей владыка этого царства, а не Мора.

Северин стремительно приближался к гигантскому летучему змею, который своим огненным дыханием уничтожал всё вокруг. Когда-то эти существа прижились на востоке и почитались как могучие драконы, но Морок развратил их души. Они стали жадными, тщеславными и завистливыми созданиями, сеющими хаос и разрушение. Чёрная чешуя огромного змея переливалась всеми оттенками зелёного, а чёрные когти казались выточенными из камня. Развёрнутые крылья, словно чёрный плащ из кожи, покрывали несколько десятков метров земли под ним. Змей грациозно огибал деревья и принюхивался, ступая по земле.

– Видать, учуял охотников или дровосеков, — решил Северин. Он знал прекрасно этого змея, верного спутника Морока, значит, и сам он где-то поблизости. Теперь ясно, почему вокруг терема собралась целая армия нечисти.

— Неужели великий Дрекис опустился настолько, что готов пожирать тощих дровосеков? Или лгали о тебе, описывая твои гурманские предпочтения? – с издёвкой произнёс бог ветра.

Змей задрал голову и внимательно посмотрел на юношу.

– Сын Перуна, я пришёл за богом солнца. Где прячется этот мальчишка? — прошипел змей.

— Хочешь сожрать бога солнца? — Северин наигранно удивился, а змей лишь молча облизнулся, предвкушая обед.

— Что ж, сначала тебе придётся сожрать меня. Только, кажется, я тебе не по зубам. Я бог, а ты так, ремень чешуйчатый, — с издёвкой продолжил Северин.

— Ну что ж, на этот раз Мора преподнесла мне настоящий подарок: вместо одного бога сожру двоих! — произнёс змей, извернувшись и нападая на бога ветра. Несмотря на свои немалые размеры, он действовал быстро и ловко, стремительно приближаясь к противнику.

***

Настя огляделась по сторонам. Тихо. В лесу ни души, кроме неё и Тяпы. Девушка опустила пса на землю.

— Тяпа, мне очень нужно побыстрее попасть в терем к Морозу, — сказала она.

Тяпа залаял, закрутился волчком, снова запылал огнём и обратился в огромного чёрного пса. Настя хотела уже забраться на его лохматую спину, но тут услышала ржание лошади и ругань Ильи.

— Да что с тобой?! — воскликнул Илья, обращаясь к коню, который отказывался идти вперёд, словно чувствуя внутреннюю природу Тяпы, но человек не мог уловить этих ощущений. Вскоре лошадь всё же повиновалась своему хозяину.

Выехав на опушку леса, Илья увидел Настю, стоящую рядом с огромным псом. Он немедленно вытащил меч из ножен, а Тяпа зарычал.

— Настя, в сторону! — крикнул юноша.

Девушка бросилась вперёд, закрывая пса собой, чтобы её друг случайно не поранил его.

— Илья, остановись! — крикнула она. — Это Тяпа!

Юноша, ошеломлённо, замер на месте. И действительно, пёс не собирался причинять вред девушке, а лишь угрожающе рычал, глядя на Илью.

— Как это возможно?! Он... оборотень?! — в изумлении воскликнул Илья.

— Да, — подтвердила Настя. — Но он не причинит никому вреда, - слукавила она, вспоминая искалеченного самурая. — Он мой защитник. А что ты здесь делаешь? — спросила Настя, не понимая, почему Илья вдруг оказался в лесу.

— Мама сказала, что ты решила вернуться. Настя, почему ты мне не объяснила, что не хочешь замуж?

Девушка, опустила глаза, почувствовав себя неловко. Долгое молчание давило на неё, и она наконец решилась заговорить.

— Я никогда не хотела выходить за тебя замуж. Прости, но я всегда видела в тебе только друга. В тот день в тереме Мороза я просто растерялась. Это единственное место, где я хотела быть, понимаешь? Но... — Настя осеклась, вспомнив, как холодно с ней попрощался князь зимы.

– Впрочем, это не так важно. Дело не только в моих чувствах к нему. Я изменилась и больше не хочу жить так, как жила раньше, — подумала девушка.

Илья видел, как Насте тяжело объяснить то, что гложет её. Ему придётся смириться с горькой правдой: она изменилась, и теперь они не так близки, как раньше.

— Я провожу тебя до терема, — предложил Илья. — И никаких возражений! — добавил он с шутливой строгостью.

Настя улыбнулась и кивнула, принимая так нужную её сейчас помощь. Она боялась ехать одна по лесу и обрадовалась дружеской поддержке.

Тяпа грузно топал по зимней дороге, а Пепел трусил за ним, то и дело вздрагивая, но преодолевая страх. Внезапно из-за поворота выскочили сани, запряжённые тройкой лошадей. Кони в испуге заржали и встали на дыбы. Послышался женский крик, и люди, завидев огромную собаку, в страхе разбежались в разные стороны. Кони, оторвав оглобли от саней, ускакали прочь.

Тяпу эта ситуация позабавила, он весело залаял и радостно вилял хвостом, ещё больше испугав людей. Огромный пёс вёл себя словно обычный щенок, однако, к сожалению, люди видели в нём только чудовище.

— Надеюсь, больше по дороге мы никого не встретим, — тихо произнесла Настя.

Вскоре они добрались до развилки, где дорога вела к столице. В глубине леса петляли едва различимые следы от полозьев саней.

Они двигались медленно, пробираясь сквозь глубокие сугробы.

— Где ты взяла этого оборотня? — спросил Илья.

— За морем, в стране, которая очень сильно отличается от нашей, — проговорила девушка.

Над лесом разнёсся оглушительный рёв, настолько сильный, что Тяпа заскулил и вжался в землю. Настя закрыла уши руками, чтобы не слышать его. а Пепел встал на дыбы, сбросив своего наездника, и с громким ржанием умчался прочь.

В пятидесяти метрах от них с треском упало дерево. Огромные когтистые лапы опустились на снег, а посмотрев наверх, Настя увидела и самого змея, который спустился с неба и дохнул огнём, поджигая лес.

— Илья, скорее садись на Тяпу! — воскликнула девушка. Илья мгновенно вскочил на спину пса, и не успела Настя отдать приказ, как тот уже мчался прочь. Место, где они стояли, охватило пламя, и Настя почувствовала жар, обжигающий спину. Пламя пылало настолько сильно, что казалось, будто деревья растворяются в огне. В воздухе стоял запах гари.

— Я чую вас, жалкие людишки, — прошипел змей. — Неужели вы думаете, что сможете сбежать от меня?

Неожиданно змей замер и принюхался..

— Я и тебя чую, проклятая псина! У тебя новый хозяин? Хорошо! Я его съем также быстро, как и предыдущего! — клокотал змей.

Настя взглянула на Тяпу. Лапы пса напряжены, он очень сосредоточен, уши подрагивают. – Прислушивается? К чему? — задавалась она вопросами.

Вдруг над ними раздался приглушённый свист, и Тяпа рванул вперёд. Всепоглощающий огонь преследовал их по пятам, но пёс петлял, заставляя змея поворачивать пасть, и жар становился слабее. Тяпа оказался очень умным существом: он скрылся в непроходимой чаще, стремительно перебегая от одного дерева к другому. Но змей не отставал от них.

— Эй, урод! Хочешь сражаться? Тогда сразись со мной! – услышала Настя голос Северина сверху и шумно выдохнула испытав облегчение.

— Настя, прикажи ему бежать, это наш шанс, — прошептал юноша.

Девушка, с замиранием сердца представив, что происходит сейчас у лесного терема, произнесла: — Тяпа, нам нужно спасти Мороза. Я чувствую неладное.

Псу не требовалось повторять дважды. Он быстро перебегал от одного укрытия к другому, направляясь к терему.

Наконец Настя увидела знакомые ели, которые служили границей защитного купола,

и до их ушей долетел шум битвы. Сердце девушки наполнилось страхом.

– Главное — не опоздать, — настойчиво повторял её внутренний голос.

Мёртвая вода

Мор сражался с врагами, уничтожая их одного за другим. Он ловко взбирался на сосны и стремительно спрыгивал сверху, быстро перемещаясь и уклоняясь от атак.

Хотя нечисть и не обучена искусству боя, они превосходные охотники, ведомые инстинктами, которые подсказывали им слабые места в защите бога. Кикиморы постоянно пытались застать Мора врасплох, нападая со спины или в тот момент, когда он меньше всего ожидал этого.

В своём месте силы Мор не имел слепых зон. Его магия витала повсюду, и чутьё работало на пределе возможностей. Он ощущал каждого врага, мог предсказать каждое его движение. Однако нечисти всё прибывало, и внимания с каждой секундой требовалось всё больше и больше.

Внезапно тишину разорвал резкий свист. Точный удар пронзил его грудь. Мор пошатнулся от охватившей его тупой боли, но устоял на ногах. Он вырвал стрелу из груди и отступил от наступающих упырей. Справиться с ними было сложнее, они быстрее и сильнее остальных.

Поднявшись на сосну, он ощутил, как яд распространяется по его телу.

— Проклятье! — выругался князь. Прежде чем его настиг очередной вурдалак, он заметил чёрный капюшон стрелка, скрывающегося в лесной чаще. Мор почувствовал слабую магию.

— Человек, возможно, колдун. Как же всё это странно! — воскликнул он, вновь спрыгивая на снег и отбиваясь от врагов. Белый снег стал грязным, заляпанным кровью. Теперь уже и его кровью. Шуба и кафтан окрасились в багровый цвет.

В небе раздался полный боли рёв, и на землю с грохотом рухнул змей, ломая стволы деревьев. Враги в растерянности стали переглядываться, и кто-то зашептал: — Бога солнца здесь нет, надо уходить.

Но тут змей снова взмыл в небо, окрашивая его огнём.

Мороз первым ринулся в атаку, рыча от злости. Обычные яды не могли причинить серьёзного вреда Мору, однако его магия слабела, таяла, как снег весной.

— Значит, это не яд... — с горечью подумал он, вспоминая хрустальный кубок, украшенный сапфирами, и алые губы матери, которые вмиг потемнели, коснувшись мёртвой воды.

— Мороз, сзади! — раздался голос Насти. Мужчина обернулся и увидел лучника, который готовил для него очередную отравленную стрелу. Мор схватил ближайшего вурдалака и накрылся им, как щитом. Глаза вурдалака расширились от боли, и он попрощался с жизнью. Мёртвая вода могла убить любого, даже бессмертного. Бог отбросил мёртвое тело кикиморам и продолжил бой.

Тяпа бросился в гущу сражения раскидывая чертей и гигантских пауков. Даже дюжина огромных оборотней не смогли его сдержать. Пёс зубами и когтями рвал врагов на части.

Несмотря на то что Тяпа сразил большинство врагов, к Насте, приближались упыри. Илья отбивался, но меч в его руках дрожал.

– Что она здесь делает? Сын торговца продержится недолго. Нужно спасти её! Но как? — думал Мороз, пробираясь к девушке сквозь ряды гигантских тварей, похожих на насекомых.

Его дыхание сбилось, к горлу подступила отравленная кровь, яд постепенно завладевал его телом. – Не смей падать! Держись, ты не имеешь права сдаваться! Ты должен защитить тех, кто тебе дорог! Ты должен защитить свой дом! — подбадривал себя Мороз, отхаркивая кровь. В глазах мелькали разноцветные круги, а меч, казалось, с каждым взмахом становился всё тяжелее.

– Дом! — прошептал Мороз, опуская меч и как заворожённый направляясь к терему. Он слышал, как звала его Настя, слышал шум битвы.

— Настя, беги! — прокричал Илья.

Мор ощутил тепло, коснувшись тёмного дерева. Это и было отголоском магии, которая когда-то наделила его телом.

— Прощай, — прошептал он, слово эхом отразилось в воздухе. Дом затрещал и начал разрушаться, освобождая древнюю силу. От князя зимы исходила ледяная волна, которая проникала в тела врагов, промораживая их до самых костей. Упыри и кикиморы падали замертво.

Спустя несколько минут все враги были мертвы, кроме одного. Лучнику Мороз отморозил ноги, но даже в таком состоянии тот пытался уползти.

Над его головой раздалось: – Пока ты нужен мне живым.

Мороз, пошатываясь, отошёл от обломков дома и увидел, как к нему бежит Настя. Её сарафан был вымазан в чёрной крови упыря. Макушки елей завертелись вокруг Мора, и он увидел ясное голубое небо, веки отяжелели…

Снег смягчил его падение.

— Мор! Мороз! Держись! Умоляю! — кричала Настя, стараясь завязать рану платком. Где-то левее ещё слышался рёв измотанного битвой змея. Мороз дрожащей рукой стёр с лица Насти слезу и резким движением притянул её к себе. Властный поцелуй казался солёным от её слёз, но в последние мгновения жизни сделал Мороза счастливым, ведь был таким желанным.

— Уводи её, — прошептал Мороз Илье, и в следующий миг провалился во тьму. Последнее, что он услышал, был голос любимой.

— Нет! Нет! Мороз! Не уходи... Я люблю тебя... — рыдая, шептала Настя.

***

Силы Северина истощались с каждым ударом. Он уже готовился отступить, но острый слух уловил звуки рушащегося дома.

– Что там происходит? Он ведь так дорожил этим теремом, — подумал Северин, на секунду отвлёкшись. В этот момент острый хвост змея полоснул его по лицу, и боль пронзила его. Он потерял равновесие, но ветви деревьев немного смягчили сильный удар. Северин лежал на земле, не в силах вдохнуть, а грудь буравила боль. Левый глаз ослеп. Его враг приземлился рядом. Змей с приглушённым свистом набрал в грудь воздуха, чешуйки на его горле засияли. Он не собирался церемониться с богом, который его чуть не убил. Северин закрыл глаза, прощаясь с жизнью.

Внезапно в небе раздался раскат грома, и юноша вновь посмотрел на своего врага. Голова змея слетела с шеи и упала рядом с ним на снег, потом обмякло и тело, рухнув на землю. Лапы судорожно сжимались и слегка подрагивали, но жизнь уже покинула чудовище.

Преодолевая боль, Северин поднялся на ноги. В десяти метрах от себя он увидел высокого воина в белом плаще, его золотистые волосы волнами спускались по спине. Он очищал от крови золотой клинок.

- Объясни мне, мальчишка, что здесь происходит? И где Хорс? - спокойно проговорил мужчина, не поворачиваясь лицом к собеседнику. Северин, узнав по голосу владыку, встал на одно колено.

- Простите, господин, я не узнал вас. Ваше оружие сбило меня с толку, - юноша опустил голову.

Мужчина усмехнулся.

- Не думал что меня определяют только по булаве, - проговорил Сварог.

***

Илья старался усадить Мороза на Тяпу, а Настя, не переставая плакать, пыталась ему помочь. В этот момент из леса вышли Северин и незнакомый воин в золотых доспехах и белом плаще. Илья очень удивился, увидев состояние бога. Хотя змей и отличался огромными размерами, он верил, что богов нельзя ни ранить, ни тем более убить.

— Мороз! — воскликнул Северин, переходя на бег. Настя оглянулась, услышав знакомый голос, и устремилась ему навстречу.

— Северин, помоги ему! Его ранили стрелой. Вот, вот этой, — она протянула юноше стрелу, не сдерживая слёз.

Северин внимательно осмотрел наконечник стрелы, его пальцы потемнели и онемели, как только он коснулся её острия. Благо божественная сила взяла своё, вернув пальцам прежнюю чувствительность.

— Мёртвая вода, — сразу определил Сварог, приближаясь к Морозу. Илья отошёл в сторону, незнакомец одним своим видом внушал страх и уважение. О таких люди говорят «Царь царей».

— Он всё ещё жив. Отродья Моры действительно невероятно живучи, — произнёс бог, не скрывая неприязни. — Где Хорс? — Сварог отвернулся от раненого.

Северин не успел ответить, как в разговор вмешалась Настя.

— Спасите Мороза, он же умирает! — закричала девушка. Только в этот момент Сварог обратил на неё внимание.

— В его крови мёртвая вода, способная убить даже бога. Против неё нет лекарства, женщина.

От пристального взгляда голубых глаз Сварога по телу девушки пробежали мурашки, но слова, которые он произнёс, ранили ещё сильнее. Ноги Насти подкосились, и она рухнула на землю. Впав в прострацию, она больше ничего не слышала и не желала слышать. Разум твердил одно: – Нужно найти способ его спасти!

— Хорс встретил Златогрива на Окинаве и сейчас пытается его приручить. Никто не знает, где он сейчас находится. — произнёс Северин, превозмогая боль.

— Ясно. Ещё один неурожайный год может привести к смуте среди людей. Когда Хорс вернётся, сообщите об этом в небесный дворец, — сказал бог, направляясь в сторону леса.

— Владыка, позвольте мне пока позаботиться о Морозе. Он верно служил богам всё это время, — попросил юноша.

– Твоё время, ты им и распоряжайся, сын Перуна. В полверсты отсюда бьётся сердце лучника. Допроси его и доложи мне, кто покушался на бога солнца, – отдал приказ Сварог. Он шёл в сторону леса, когда сверху ударила молния, ослепляя окружающих. Сварог исчез, только тогда Илья посмел сдвинуться с места и приобнять Настю. Та, покачиваясь от горя, смотрела куда-то вдаль. Юноша пытался её успокоить, но безрезультатно.

Северин осмотрел рану Мороза. Лицо князя зимы побледнело, как у мертвеца, губы стали тёмно-бордовыми, но сердце едва ощутимо билось. Вода медленно, но верно убивала его.

Юноша положил ладонь на грудь друга, стараясь передать ему последние капли своей магической силы.

— Мор, прошу, держись, — прошептал он. С трудом поднявшись на ноги, он, пошатываясь от слабости, подошёл к Насте. Схватив её за плечи, начал трясти, стараясь привести в сознание. Тяпа, охраняя хозяйку, зарычал.

— Настя, смотри на меня! На меня смотри! — кричал Северин. Наконец его усилия увенчались успехом.

— Его нужно держать в холоде, ты меня понимаешь? Кровь должна очень медленно течь по венам, чтобы яд распространялся не так быстро. Ты меня слышишь?

Девушка кивнула в знак согласия и начала сгребать снег к телу Мороза. Тяпа, её верный спутник, улегся рядом, не спеша возвращаться в свой прежний облик. Один из вурдалаков всё же смог разорвать ему ухо, и кровь стекала по морде пса, капая на снег. Несмотря на рану, он выглядел бодрым и готовым защищать свою хозяйку.

— Илья, ты пойдёшь со мной. Не забудь свой меч, — сказал Северин, и парень без возражений отправился за ним.

Как и сказал Сварог, лучник пытался уползти. Мор отморозил ему ноги, но оставил в живых. Северин, не обращая внимания на собственную рану, схватил его за шиворот отбросил к толстой сосне. Подобрав с земли колчан с отравленными стрелами, бог ветра отдал его Илье. Лучник от удара поперхнулся и тряпичной куклой распластался на земле.

Северин, схватив его, резко прижал к дереву. – Кому ты служишь? — злобно прошипел он.

Темноволосый мужчина криво улыбнулся, обнажив заострённые зубы: – Я служу мраку ночи, служу великой госпоже.

– Мора спит в царстве мёртвых. Тебя Морок прислал?! — вновь встряхнул его юноша, но лучник лишь злобно засмеялся в ответ.

Северин, не теряя времени, схватил его за горло и слегка сжал..

— Ты всё равно мне это расскажешь! — прорычал он.

В этот момент мужчина сильно сжал челюсти и откусил себе язык, из его рта хлынула кровь. Лучник закашлялся, и кровь брызнула прямо в лицо Северина. Тот отпрянул назад, разжав пальцы.

Илья с ужасом наблюдал, как на лице умирающего застывает счастливое выражение.

– Насколько же надо быть сумасшедшим, чтобы с такой радостью лишить себя жизни? — подумал Илья.

* * *

Руки уже не слушались Настю, но она продолжала засыпать Мороза снегом. Никакая боль не могла отвлечь её от этой задачи. Слёзы закончились, но голова болела, и она чувствовала себя словно в тумане.

- Мороз, я обещаю, что сделаю всё, чтобы ты выжил. Только прошу тебя, не сдавайся.- шептала девушка засыпая лицо любимого снегом.

***

Мор открыл глаза, вокруг него царила темнота. Он чувствовал себя очень слабым и не мог пошевелиться.

Постепенно глаза привыкли к мраку. Он находился в лодке, на носу которой стоял лодочник, облачённый в тёмную одежду. Мор сразу понял, где оказался.

Материнский дом, его энергия осталась неизменной. Мороз не мог подняться и увидеть его, но слышал, как в соседних лодках кто-то горько рыдал. Мор в отчаянии подумал подкупить лодочника, но вспомнил, что это бесполезно. Задача лодочника — просто доставлять души в мир мёртвых, не более того.

Внезапно лодка сильно покачнулась, он увидел тусклые звёзды и услышал, как вода падает в реку. Что-то или кто-то поднял его лодку. Лодочник перестал грести. В небе стал проявляться женский лик, до боли ему знакомый. Мора держала на ладони лодочку, словно коробок, рассматривая своё дитя холодным и строгим взглядом.

— Вот мы наконец-то и встретились, мой дорогой сын, — произнесла Мора, её голос, казалось, заполнил весь мир.

— Здравствуй, матушка, — ответил Мороз, полностью отдаваясь на волю судьбы.

Живой мертвец

На улице бушевала вьюга, бросая колючий снег им в лицо, но Тяпа уверенно шагал впереди Северина, прокладывая путь для Насти и Ильи. Девушка то и дело бросала взгляды на тело Мороза, укрытое плащом Северина. Она чувствовала сильную усталость, ноги и руки замёрзли, но не решалась просить Северина остановиться.

Глубокой ночью вьюга утихла, и идти стало легче, хотя сугробы намело по пояс. Уже начинало светать, когда путь вдоль болот вывел их к огромной избе, как показалось Насте. От усталости она не сразу заметила, что изба движется.

Дверь внезапно распахнулась, и Настя вздрогнула от резкого шума. Перед ними предстала высокая и статная женщина. Тёмные с проседью волосы заплетены в косы, но черты лица и одежду Насте разглядеть не удалось, они казались серыми, как и внешний вид самой избы.

— Кого ты ко мне привёл? — недовольно проворчала женщина, но тут же осеклась, заметив глубокие раны на лице бога северного ветра.

— Здравствуй, Яга. Мора отравили мёртвой водой, — ответил Северин.

Женщина спрыгнула с высокого крыльца избушки и подбежала к псу. Тяпа грозно зарычал, не подпуская к себе незнакомку.

— Тяпа, всё хорошо, — хрипло произнесла Настя.

Женщина пристально посмотрела на девушку, затем скомандовала: - Несите его в избу.

Мужчины бережно сняли Мора со спины Тяпы и отнесли в избу, которая в этот момент присела на куриных лапах. Настя на мгновение замерла, наблюдая за этой сценой, но затем поспешила внутрь. Она чувствовала такую моральную усталость, что была готова войти даже в пасть к чудовищу.

Как только она переступила порог, услышала тявканье Тяпы. Он снова обернулся маленькой собачкой и обессиленный трудной дорогой буквально заполз в избу, направляясь к миске с молоком, нисколько не обращая внимания на шипение огромного чёрного кота.

Мороза уложили на скамейку. Яга быстро разорвала на нём одежду и промыла рану на груди. Затем она принялась смешивать различные снадобья, поить его и снова промывать рану. Настя села на соседнюю скамейку, а Илья рядом с ней. Северин устроился на табурете и задремал, прислонившись головой к стене.

Настя подскочила в ужасе, когда увидела, как женщина делает надрез на руке Мороза пуская кровь в ведро.

— Что ты делаешь?! — воскликнула она.

— Это единственный способ избавить его от яда, который находится в организме, — ответила женщина.

— Он будет жить?

— Тело не умрёт, но душа Мора уже в мире мёртвых, — ответила женщина с грустью в голосе.

— Нет, нет! Ты лжёшь, — в отчаянии шептала Настя, отрицательно качая головой. Внезапно она почувствовала, как пол уплывает у неё из-под ног, в глазах потемнело, и девушка упала на пол, потеряв сознание.

****

Мор, как и другие мертвецы, был одет в белую льняную рубаху, которая доходила ему до бёдер, и чёрные штаны. Женщины же носили более длинные рубашки. Мора никогда не выделяла кого-либо. Неважно, кем ты был при жизни, бедняком или князем, в царстве смерти все равны.

Наконец вдали показался берег. Саму землю даже самые зоркие глаза едва ли смогли бы разглядеть, но зато можно было отчётливо увидеть встречающих новоприбывших: отцов, матерей, бабушек и дедушек, всех тех, кто мог успокоить и облегчить переход человека в другой мир. Растерянность и грусть умерших сменились тихим счастьем. Они радовались встрече с родными, по которым так долго скучали.

Мор вышел из лодки на тёмный песок, и песчинки, словно звёзды, поблескивали во мраке. Всё вокруг, казалось, создано из тьмы: травы на холме впереди отливали тёмно-синим, а скалы вдалеке чернели на фоне тёмного неба.

Старик, стоявший рядом, пытался утешить сам себя: – Может быть, здесь не так уж и плохо. Когда взойдёт солнце, и вовсе будет хорошо. Но Мор знал, что солнце никогда не появится над этим миром. Это мир вечного мрака и безысходности, хотя кое-что из живого мира здесь всё же имелось.

Он не мог оторвать взгляд от звёздного неба, вспоминая лицо своей матери, и всё ещё никак не мог понять, как ей удалось вырваться из царства сна.

Внезапно лодочники и сопровождавшие их мёртвые души преклонили колени. Мор обернулся и увидел приближающегося всадника на вороном коне, укутанного в такой же чёрный, как у лодочников, плащ. Однако ткань его плаща казалась тяжёлой и напоминала бархат.

Когда всадник приблизился, Мор заметил, что у коня отсутствует плоть, а в некоторых местах виднеются белёсые кости.

— Давно не виделись, брат, — произнёс всадник, откинув капюшон. Его чёрные, как смоль, волосы волнами спадали на плечи, а голову украшала корона с зубьями, напоминающими острые пики. В зелёных глазах клубилась тьма, а зрачок напоминал кошачий, вытянутый в вертикальной плоскости.

— Здравствуй, Кощей, — промолвил Мороз. Хотя он и появился в царстве мёртвых не по своей воле, но искренне обрадовался, снова увидев своего брата. В этом он ничем не отличался от простых смертных.

***

Настя пришла в себя, лежа на печи. Её мучила сильная головная боль, она с трудом приподнялась на локтях. Тело наполняла слабость, а в горле першило. Девушка попыталась откашляться.

— У тебя жар, тебе нужно отдохнуть, — сказала Яга, подавая ей горячий отвар в жестяной кружке.

— Это правда, что он умер? — первым делом спросила Настя, и взгляд женщины слегка смягчился.

— Я неправильно выразилась. Он ещё может вернуться к жизни. Пока есть куда вернуться его душе, надежда остаётся, — произнесла она.

— Как можно его исцелить? Скажите мне, и я сделаю всё!

— Сейчас ты должна позаботиться о себе. В таком состоянии ты никак не сможешь ему помочь. Так что лечись, — проворчала Яга.

Мороз лежал на скамье. Его лицо немного посветлело, но губы по-прежнему были тёмно-бордового цвета. На другой скамье, облокотившись о стену, дремал Илья.

Выпив отвар, Настя совершенно без сил снова откинулась на подушку, с удивлением рассматривая потолок избы, сплошь увешанный пучками сухих трав и вязанками грибов. В центре просторной комнаты стоял небольшой стол и одна маленькая скамейка, а вдоль стен располагались широкие и длинные скамьи. Брёвна старого сруба закоптились и потемнели, но в избе было тепло и тихо, а воздух наполнен насыщенным ароматом трав. Веки у Насти отяжелели, и она вновь провалилась в сон без сновидений.

В последствии она узнала, что провела в таком беспамятстве в доме Яги несколько дней. Девушка быстро шла на поправку. Яга оказалась талантливой травницей и целительницей. Нежданные гости раздражали немногословную женщину, которая привыкла жить одна, однако она с энтузиазмом обучала Настю, как правильно заваривать отвар от простуды, и с подозрением косилась на Илью, который проявлял любопытство, когда она шептала над Морозом различные заклинания, поддерживая его тело.

Настя с удивлением обнаружила, что скамьи и стол, да и вся остальная мебель намертво прибиты к полу, а дверцы сундуков и шкафчиков плотно закрывались на замки. Но потом, когда изба двинулась вдоль болот, она поняла, почему так сделано. Ходить или просто стоять, когда изба шла, было невозможно. Настя с Ильёй в это время больше часа просидели на скамье, крепко держась за стол. Половина трав упала с крючков на пол. После такого необычного переезда пришлось устраивать генеральную уборку.

Через несколько дней Северин вернулся домой. Настя в ужасе ахнула, когда увидела, что половина его лица перебинтована льняными лоскутами.

Она обняла Северина, а Тяпа запрыгал возле его ног, звонким лаем приветствуя юношу.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Настя, нежно касаясь его перебинтованного лица. Ей стало стыдно, что в ту ночь она не заметила, насколько тяжелы его раны.

— Не стоит беспокоиться, всё в порядке. Как у вас тут дела? — спросил Северин, меняя тему разговора.

— Всё хорошо! Илья помог Яге, починил ставни и крышу, — с радостью сообщила девушка. — Но Мороз так и не пришёл в себя, — её голос дрогнул от грусти. Северин нежно обнял Настю за плечи.

— Я здесь именно для этого, — тихо произнёс он.

Вечером, когда все сели за стол обсудить их положение, первой начала говорить Яга.

— Я поддерживаю жизнь в теле Мороза, но это не может продолжаться бесконечно. Мне нужна живая вода, только она способна остановить разрушительное действие мёртвой воды. Однако даже в этом случае нельзя гарантировать полное исцеление. Есть большая вероятность, что он останется живым мертвецом, — произнесла она.

— Я отправлюсь за живой водой, — сказал Северин. — Она ведь находится у Чёрнобога, не так ли?

Колдунья утвердительно кивнула.

– Хорошо, Настя, у тебя есть два варианта: остаться здесь с Ягой, если она не возражает, или вернуться к людям вместе с Ильёй, – предложил юноша.

– Нет. Я пойду с тобой. Ты ранен, тебе нужна помощь, – настаивала Настя.

— Настя, это же опасно, а ты совсем беззащитна! — вмешался в разговор Илья.

— Не стоит так категорично утверждать, — вступилась за девушку Яга. — Настя, расскажи, пожалуйста, как тебе удалось выбраться из морока Радмилы? — попросила она.

Настя с удивлением посмотрела на Ягу. – Откуда она знает об этом, и какое отношение это имеет к делу? – подумала она, но всё же исполнила просьбу.

– Я осознала, что это сон, и попыталась разбудить себя, щипая за руки, но это не помогло. Затем я вспомнила, что кошмары обычно заканчиваются, когда человек испытывает сильный страх, и решила броситься в прорубь, чтобы окончательно проснуться.

— Не каждый способен самостоятельно разрушить магические чары. И ещё она подчинила себе демона, — произнесла Яга, кивая на Тяпу, который лежал рядом с печкой с высунутым языком.

— Что вы имеете в виду? — спросила девушка.

— У тебя есть замечательный магический потенциал, но его нужно развивать. Она должна пойти с тобой, — произнесла Яга, обращаясь к Северину. Тот лишь усмехнулся, вспомнив слова своего друга

«Чтобы она из неё ведьму сделала».

— Яга, я понимаю, что ты требуешь этого, потому что обладаешь даром предвидения. Но пообещай мне, что Насте ничего не грозит, — произнёс Северин.

— Если она будет верна своим принципам, то с ней ничего не случится, — ответила Яга, не отводя глаз от Насти.

— Я пойду с вами, — произнес Илья.

— Нет, тебе нужно ехать домой, и быстро. Твоя помощь необходима там, дома. Я дам тебе коня. Когда выедешь из леса, отпустишь его, — сказала женщина строго.

— Но кто-то должен остаться здесь и защищать тебя. Нечисть может прийти и добить Мороза, — с тревогой произнёс Северин.

— Я королева ведьм, а не беззащитная девица, — с обидой в голосе ответила Яга.

— С вами останется Тяпа, — решила Настя. Она наклонилась к собаке , и он в ответ радостно завилял хвостом и потянулся к ней своей мордочкой.

— Тяпочка, я прошу тебя о помощи. Пока я не вернусь, охраняй Мороза также, как и меня, — прошептала она, обращаясь к своему верному псу. Тяпа в ответ облизал лицо Насти и тявкнул в ответ.

Илья настойчиво пытался узнать у Яги, что произошло дома, но женщина не пожелала делиться своими тайнами. Насте показалось, что ведьма намеренно стремится отправить юношу домой.

— Прощай, Илья, береги себя! — произнесла Настя, обнимая парня.

— До скорой встречи, Настя. Я обязательно навещу тебя, как только закончу все дела дома.

Яга дала юноше великолепного коня с золотистой гривой, который с лёгкостью унёс юношу в самую чащу леса.

Настя же начала собираться в путь. Яга снабдила её тёплой обувью и шубой, а на прощание подарила девушке перстень с тайником внутри.

— Одной капли живой воды будет достаточно, — произнесла она.

— Но ведь Северин взял бутыль, — возразила Настя.

— Когда придёте, наберите воду в перстень. Поверь мне, — настаивала колдунья. Девушка не стала спорить и решила довериться Яге. Она уже не удивлялась тому, что боги оказались не такими, какими их представляли себе люди.

Яга громко свистнула. На этот звук с ржанием примчались два жилистых и высоких коня. Они в предвкушении дальней дороги вздымались на дыбы и нетерпеливо перебирали ногами.

— Будьте строже с ними, они очень своевольные, — произнесла женщина, уперев руки в бока.

Северин помог Насте сесть на коня, и тот зафыркал и затопал копытами, готовый к путешествию. Кони сорвались с места, словно состязаясь в скорости.

Услышав лай Тяпы, девушка обернулась и увидела вдали причудливую избушку на курьих ножках. Яга махала им рукой, а Тяпа, сидя на высоком крыльце, провожал их лаем.

Царь волков

Хотя сильные лошади бежали довольно резво, путь оказался долгим. Они скакали почти весь день и лишь ближе к вечеру устроили привал.

Насте путешествие давалось нелегко, никогда раньше она не проводила целый день в седле, особенно зимой. Руки сильно замёрзли, глаза слезились от встречного холодного ветра, кожа обветрилась, а губы потрескались и болели. Но она даже не позволяла жалеть себя.

На привале Насте пришлось помочь Северину развести огонь. Оказалось, что юноша не умел обращаться с такими простыми вещами.

— Северин, мне показалось, или тот бог, который тогда помог нам, действительно не любит Мороза? Кто он такой? — спросила Настя, протягивая руки к огню и пытаясь хоть немного согреться. Она заслоняла собой слабый костерок от порывистого ветра.

— Сварог – старший среди детей рода и главный среди богов, — ответил юноша.

— Почему он так пренебрежительно отзывался о Морозе? — вновь спросила Настя. Она уже хорошо знала Северина и понимала, что если он не хочет говорить, то придётся вытягивать из него каждое слово чуть ли не клещами, а поджатые губы и долгая пауза свидетельствовали, что ему точно не по душе эта тема.

— Сварог считал Мору высокомерной и полагал, что её дети унаследовали её недостатки: преследовать только свои цели и не проявлять должного уважения к другим. Но причина не в этом. Мороз совершил преступление против своей матери, и за это боги презирают его, считая предателем, — голос Северина звучал тихо, словно в горле застрял ком, мешающий ему говорить.

— Это просто невероятно! Он же спас мир от войны, а в ответ лишь осуждение?!

— Не все так хорошо знают Мора, как мы с тобой, — печально возразил юноша.

— Но ты и Хорс хорошо к нему относитесь, — щёки Насти горели, то ли от жара огня, то ли от гнева. Однако увидев виноватое выражение на лице Северина, её осенила догадка. — Ты тоже раньше так думал о нём? — её голос прозвучал гораздо звонче, чем прежде.

Северин молча кивнул, не глядя девушке в глаза и слушая треск костра. Языки пламени нежно касались его ладоней, не причиняя богу северного ветра никакого вреда.

— Хорса питает энергией Мать-Сыра-Земля, — начал он, — так мы называем душу земли, что лежит у нас под ногами. Однако зимой прислужники Моры особенно сильны. Это их время, и единственным, кто обладает неограниченной властью в этот период, является Мороз.

Отравив свою мать, он поклялся в верности богам. Боги наделили его обязанностью защищать и оберегать юного бога солнца зимой, пока тот не окрепнет. Но так как Мороз сын Моры, меня назначили присматривать за Хорсом и Морозом на случай, если сын Моры решит обратиться к тьме и объединит свои силы с младшим братом.

Лишь спустя несколько десятилетий я проникся доверием к Морозу, и он стал для меня настоящим другом.

Настя внимательно слушала Северина, не перебивая. На его лице играли тени от костра.

– Вот, значит, как всё произошло на самом деле. Я ведь думала, что боги отличаются от нас, людей. Помогают друг другу. Живут дружно даже казалось бы, на первый взгляд, абсолютно непримиримые божества солнца и холода. Оказывается, это всё уловки. Божества, как и люди, играют в опасные игры, где разменной монетой может стать чья-то жизнь. Если даже божества живут по понятию “человек человеку волк”, так откуда людям быть милосердными и честными, раз сами наши создатели такие же? — разочарованно размышляла девушка. – Выходит, они наняли Мороза, чтобы он стал нянькой для юного бога на Земле. Будто бы оценили его и проявили доверие, но при этом подстраховались и отправили Северина следить за ним и контролировать каждый шаг. А Мор, вероятно, согласился на это только для того, чтобы на него не охотились боги, как на его младшего брата. Теперь вся история обрела разумное объяснение.

— Теперь понятно, почему Мороз такой нелюдимый. А сейчас он и вовсе там один-одинёшенек, — произнесла девушка, погружаясь в размышления.

— О, нет, он там точно не один, — возразил Северин, видя, как появляется удивление на лице девушки. — Кощей — царь подземного мира, он же брат Мороза. Так что он сейчас вместе со своим братом. И вряд ли кто-то его там обижает, — добавил бог, доставая вяленое мясо и хлеб.

Трапеза прошла в тишине. Разомлев у костра, Настя, утомлённая событиями дня и тяжёлой дорогой, погрузилась в сон.

***

— Здесь почти ничего не изменилось, — сказал Мороз, оглядываясь по сторонам

— Да, всё осталось как прежде, я лишь добавил немного звёзд. Единственное, по чему я скучаю, это свет звёзд, — с тоской сказал Кощей.

— А я-то думал, что больше всего ты чахнешь по золоту и женщинам, — с лёгкой иронией заметил чёрный всадник.

Долина теней представляла собой равнину, покрытую тёмно-синими и фиолетовыми травами. В этом царстве не было лесов, только поля, горы и реки. И от последних каждая душа старалась держаться как можно дальше, ведь это реки мёртвой и живой воды.

— Да, я тоскую и по золоту, но не по прекрасным девушкам. После того, как моя жена продержала меня в цепях тридцать лет, стараюсь держаться от них подальше, — произнёс Кощей с той же невозмутимостью.

Вдалеке показались шпили замка. Постепенно Мороз смог разглядеть всё здание целиком, величественное и роскошное, украшенное статуями и барельефами. Построенный из тёмного камня, замок выглядел грозно и зловеще на фоне вечной тьмы.

- Когда она очнулась? - Мор наконец решился спросить о том, что его волновало больше всего.

- Здесь время течёт иначе. Мне кажется, это случилось несколько дней назад, но у вас, может, уже прошли десятилетия, - проговорил Кощей. Его мёртвый конь вступил на помост замка. Мороз поторопил свою серую клячу, которую ему преподнёс в дар брат.

- Почему ты не сообщил об этом богам?! - изумился Мороз.

Да вот знаешь, уже не первый год прошу, чтобы завели голубиную почту между мирами, но никому не хочется с мёртвыми общаться, - съехидничал Кощей. Братья въехали во внутренний двор замка.

- Морок, должно быть, ищет способ её отсюда вытащить? - осторожно осведомился Мороз, спешиваясь.

— Нет, последние пару лет он только и делал, что искал способ свести с тобой счёты. И, учитывая, что ты здесь, ему это удалось, — хитро прищурился Кощей.

Посреди внутреннего двора стоял причудливый фонтан, украшенный статуями уродливых чудовищ. На самой вершине располагались две фигуры: ребёнок, изливающий живую воду, и старец, из кувшина которого вытекала мёртвая вода. Из замка вышли мёртвецы и существо, чьё лицо сплошь покрывали глаза с большими чёрными зрачками. Они склонились, приветствуя своего господина.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Мороз. – Значит, всё знал и прийти предупредить не мог. Тоже мне брат называется! Как же мне “повезло” с братьями, один убил, второй позволил это сделать… — гневно думал Мороз. Но тут в разговор вступила совесть. – Я и сам хорош, отравил мать, которая хотела уничтожить мир. “Весёлая” семейка! — горько усмехнулся Мор.

— У меня, в отличие от тебя, хватает шпионов и в среднем мире, и в высшем. Поэтому я царь, а не князь, братишка, — самодовольно улыбнулся Кощей.

***

— Настя, если ты устала, мы можем продолжить путь утром, — Северин с нарочитой медлительностью собирал вещи.

— Нет, поедем сейчас, пока у коней есть силы, — настаивала девушка.

— Зря ты так беспокоишься об этих лошадках, — усмехнулся он, закрепляя сумку. Конь, словно понимая, о чём идёт речь, недовольно запыхтел. Несмотря на то, что они почти не спали, их прыть не уменьшилась.

– Наверное, это не простые кони. Возможно, такие же, как Тяпа, — предположила Настя, вспоминая слова Северина.

Лес преобразился, став более мрачным и таинственным. Дубы и берёзы встречались всё реже, зато елей и сосен становилось больше. От дуновения ветра стволы деревьев скрипели и трещали, заставляя девушку с опаской поглядывать наверх. Снега здесь было мало, и почти весь он тяжёлыми шапками лежал на еловых лапах. Снег окутывал деревья, словно тулуп. Лесные обитатели хотя и не убегали, завидев путников, но близко не подходили, разглядывая чужаков издали..

– Почти не боятся человека. Это как же глубоко мы забрались в лесную чащу? — думала девушка. Они проезжали над обрывом, когда Настя почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Она оглянулась и увидела огромного волка с окровавленной лапой. Цепь от медвежьего капкана, в который угодил волк, зацепилась за молодые ёлки и запуталась, когда хищник пытался избавиться от своих оков.

Два огромных глаза смотрела на Настю, не мигая. Девушка не могла оторваться от них, казалось волк зачаровал её.

— Царь волков, — произнёс Северин. Настя вздрогнула от звука его голоса и только тогда смогла отвести взгляд от этого огромного существа и взглянуть на своего спутника. — Он не может говорить, но это разумное животное, способное предвидеть будущее. Не стоит его жалеть. Если он попал в капкан, то только по своей воле, — сказал юноша, направляя коня к дороге. Девушка последовала его примеру, развернув коня, но тут до её ушей донесся жалобный скулёж волка.

— Нет, ты же видела, на что способен Тяпа. А это дикий огромный волк. Он проглотит тебя, даже глазом моргнуть не успеешь, — уговаривала себя Настя.

Кони двигались медленно, осторожно спускаясь с крутого обрыва. Девушку стала мучить совесть, она не привыкла отказывать кому-либо в помощи, хотя не всегда делала это по доброте сердечной. Иногда её поступки были продиктованы обычной выгодой. При этой мысли кошки скребли на душе, но правда есть правда. Она часто поступала хорошо только ради себя, но к животным Настя питала особую любовь. Только с ними она была абсолютно бескорыстной, ведь животные просто неспособны лгать или делать плохие вещи ради выгоды.

Когда крутой склон остался позади, Настя всё же развернула коня и направилась в сторону волка. Конь Яги нисколько не испугался огромного лохматого чудища, который зубами пытался содрать с лапы капкан, калеча её ещё сильнее. Настя спешилась с коня и, не сводя взгляд с волка, нащупала толстую прочную палку. Волк также наблюдал за действиями девушки, а когда увидел палку в её руках, оскалил клыкастую пасть и зарычал.

— Я освобожу тебя, но ты должен пообещать, что не причинишь вреда мне и моей лошади. Ты меня понял? — строго произнесла Настя.

– И как он тебе это пообещает?! — усмехнувшись, спросила себя девушка. Но волк вдруг перестал рычать и, переведя взгляд с палки на её лицо, склонил голову в поклоне. Настя восприняла это как знак согласия.

С помощью палки она разжала зубья капкана, и волк смог высвободить лапу. Он отскочил от металлической ловушки, которая, вновь сомкнувшись, сломала сухую ветку, и стал зализывать рану. А Настя медленно, не поворачиваясь к нему спиной, отступала к коню, держа обломок палки в руках, как единственное средство защиты.

Раны на лапах волка затянулись прямо на глазах. Он уставился на свою спасительницу и, преодолев расстояние между ними одним прыжком, повалил её на землю. Девушка вскрикнула. Но волк не стал нападать, а лишь обнюхал её и, не теряя ни секунды, скрылся в чаще леса.

- Я же просил не помогать ему! – в гневе воскликнул Северин, спрыгивая с коня и убирая меч в ножны. Он протянул руку, чтобы помочь девушке подняться на ноги.

- Он обещал не причинять мне вреда, — оправдывалась Настя, едва переводя дух от перенесённого ужаса.

- И ты поверила волку?! — возмущение Северина начало переходить в гнев, но, заметив страх в её глазах, он шумно выдохнул и спросил более спокойно.

- Он ранил тебя?

Настя отрицательно покачала головой, отходя от шока.

— Хорошо, тогда садись на лошадь, мы уже близко, — Северин ловко запрыгнул на своего коня. Настя тоже села в седло, но ей это удалось не так грациозно, усталость брала своё. Уже отъезжая, она обернулась, услышав протяжный вой волка. Вероятно, так серый выражал своё счастье.

Живая вода

Только к вечеру путники добрались до бескрайней равнины, на которой вдали, словно чёрное пятно, возвышалась одинокая гора. Яга поведала, что Чернобог живёт в полном одиночестве, построив свой дом глубоко внутри этой горы на востоке.

— Расскажи мне о нём? В народе говорят, что Чернобог — отец всего зла и людских несчастий, — попросила Настя Северина. Она очень устала от долгого пути, всё тело болело, руки ныли, на них снова появились мозоли. Но она держалась, думая, что где-то там сейчас медленно умирает Мороз.

— Это слишком обобщённо. Он не злой, просто его взгляд на мир несколько отличается от вашего. В вашем обществе его бы называли блаженным, — сказал Северин, делая паузы и подбирая наиболее подходящие слова.

— Разве может быть отец зла добрым? — удивлённо спросила Настя. Кони шли спокойно, они стали совсем послушными. Похоже, даже магические существа иногда способны испытывать усталость.

— Вы не сможете постичь добро, если не познаете зло. Они всегда идут рука об руку. У зла есть свой брат-близнец, Белобог. Например, если бы люди не испытывали физической и душевной боли, то не смогли бы ценить жизнь и чувства других, — Северин нахмурил свои светлые брови.

– Странно, почему так тихо? Обычно его вороны постоянно кружат над этой горой, — размышлял он.

Настя, погруженная в свои мысли, тихо произнесла: — Но ведь зло ожесточает сердца людей.

— У одних сердце ожесточается, у других закаляется, а некоторых и вовсе губит. Творить зло или добро — это всегда выбор самого человека. Выбор всегда остаётся за вами, сестрица, — промолвил юноша, спешиваясь.

— Но мне стоит его опасаться, я правильно понимаю? — уточнила девушка, слезая с коня.

Северин, не ответив на вопрос, протянул ей руку, чтобы помочь спуститься.

— Коней отпустим. На случай, если придётся красть воду, они будут ждать нас в лесу, — Северин забрал ёмкость для воды и отправил лошадей в сторону густой чащи.

— Ты думаешь, он может отказаться дать нам воды? — с тревогой спросила Настя.

— Я же говорил, он иначе смотрит на мир. Да, он вполне может так поступить. Тогда ты вернёшься к коням и будешь ждать меня, пока я не украду воду, — ответил он, вытаскивая меч из ножен. На мгновение меч засветился, Северин отломил кусочек от лезвия, поранив при этом руку. Алые капли крови упали на белый снег, в лезвии появилась брешь, которая сразу исчезла.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Настя. — Тебе что, мало шрамов на лице?

— Живая вода исцелит меня. А тебе нужно оружие, — ответил Северин. Окровавленный осколок начал светиться и постепенно увеличиваться в размерах. Через несколько минут в руках Северина появился острый кинжал, и он протянул его девушке.

Рукоять кинжала оказалась прохладной и удивительно удобной, словно специально созданной для её руки. Оружие было тяжёлым, и Настя понимала, что если её не убьют в первой же схватке, то она вряд ли сможет долго им размахивать.

— Будь осторожна. У Чернобога нет монстров-помощников, но он искусный создатель миражей. Конечно, он уступает Мороку, но в своём деле тоже неплох. Помни, не всё, что увидишь в этой горе, существует на самом деле, — напутствовал её Северин.

Они долго шли пешком, и солнце быстро скатилось за горизонт. Мир погружался во тьму, а низко нависшие тучи не пропускали лунный свет.

Настя не сразу заметила ворота, которые и днём-то было непросто разглядеть. Они не имели украшений, а поверхность напоминала обычный шершавый камень.

Северин подошёл ближе, поднял руку, чтобы постучать. Но в этот момент ворота с громким скрежетом отворились.

— Нас явно ждут, и это уже хорошо, — с облегчением произнёс он, стараясь успокоить и девушку, и себя. Интуиция настойчиво подсказывала, здесь что-то не так! Но что именно? Внутри горы царила непроглядная тьма, которая, казалось, имела чёткие очертания. Если протянуть руку, то можно прикоснуться к ней, главное, чтобы потом остаться с рукой, а не с культяпкой.

Северин с трудом отыскал факел и, прочитав над ним заклинания, зажёг голубое пламя. Он вспомнил своего друга, Мороза, который научил его вызывать огонь из царства мёртвых, ведь огненная стихия не подвластна богу северного ветра.

Наконец они смогли разглядеть огромный зал и величественные колонны, высеченные из камня, которые обрамляли множество проходов, ведущих в разных направлениях.

- И куда нам дальше ? - Настя стояла, в нерешительности оглядываясь по сторонам.

- Лучше, конечно, сначала встретиться с хозяином, поэтому пойдём вперёд, — предложил Северин.

Настя чувствовала себя очень неуютно в этом месте. Ей казалось, что кто-то наблюдает за ними из густой тьмы. Но увидеть наблюдателя она не могла, факел освещал только небольшое пространство вокруг них. Разумно было предположить, что впереди недалеко должно находиться что-то вроде приёмных палат. Но узкий коридор то резко спускался вниз, то поднимался вверх, петляя и поворачивая множество раз. Девушке стало казаться, что стены давят со всех сторон, сжимая её в своих объятиях. Она хотела как можно скорее вырваться из этой душной сырой пещеры обратно на свободу и свежий воздух. Потеряв из виду Северина, Настя испугалась и попыталась его догнать. Но, повернув один раз, потом другой, она поняла, что свет факела растворился где-то далеко впереди, и она осталась одна в кромешной темноте.

— Северин! Северин!! — закричала в отчаянии Настя, но в ответ слышала лишь эхо, отражающееся от каменных стен. Некоторое время она блуждала по туннелям, пока не осознала, что окончательно заблудилась. Время остановилось, казалось, что она уже целую вечность бродит в темноте. Ноги устали, ныли, а голова болела от нехватки свежего воздуха.

Но вот наконец далеко впереди забрезжил луч света. Радость придала Насте сил, и она помчалась со всех ног к долгожданному выходу. Выбежав на свет, девушка громко закричала и резко остановилась, чуть не свалившись в яму, кишащую огромными змеями. Склизкие создания опутывали друг друга, большие от голода поедали мелких собратьев. Змеи при виде человека заметно оживились и зашипели, словно намереваясь выползти на поверхность. К счастью, яма оказалась глубокой.

Прижавшись спиной к стене, Настя осмотрелась. Идти дальше некуда, придётся возвращаться. Часть потолка пещеры обрушилась, и яма со змеями освещалась тусклым светом звёзд.

Насте безумно не хотелось возвращаться во тьму. Она оглянулась назад и горько заплакала, не зная что делать. Это место угнетало и давило.

Выплакавшись, девушка вновь ощутила на себе тяжёлый взгляд, исходящий из тьмы, но на этот раз успела заметить блеск хищных глаз. Подойдя ближе к краю ямы, Настя услышала шипение змей, и остановилась. Достав нож, который дал ей Северин, она выставила его перед собой, чувствуя приближение хищника.

– У меня нет другого выхода, кроме как вступить с ним в схватку, — подумала она, и тут в сумеречном свете узнала того самого волка, которого спасла всего несколько часов назад.

– Как он здесь оказался? Неважно, в прошлый раз он на меня прыгнул. Тогда мне повезло, что Северин был рядом, иначе я могла бы погибнуть. Если он прыгнет снова, присяду и выставлю между собой и им клинок, — думала Настя, замерев от страха.

Однако волк не спешил нападать. Он подошёл к яме и внимательно обнюхал её, а затем пристально посмотрел на Настю, в его глазах читался немой вопрос: – Ты из-за этого ревёшь? Серьезно? Затем он махнул мордой в сторону своей спины, явно приглашая девушку сесть на него. Настя сомневалась, стоит ли это делать, ведь Северин предупреждал, что нельзя верить волкам.

– Хотя это неправильно, не верить ему только потому, что он волк. Ведь люди относились к Морозу, как к чудовищу, а на самом деле он совсем другой, – рассудила Настя, поборола свой страх и медленно убрала кинжал.

Волк не шевельнулся, но покосился на оружие. Она осторожно села на его спину, серая шерсть была мягкой и тёплой.

Настя крепко обняла волка и никак не ожидала, что он прыгнет в яму со змеями. Девушка закричала и зажмурилась. Змеи сначала зашипели, но потом быстро затихли. Открыв глаза, она увидела, что образ змей и самой ямы постепенно исчезает. Оказалось, что это лишь морок, и Настя всё время находилась в обычной пещере. В другом её конце, совсем рядом виднелся дверной проём, украшенный резьбой.

Они вошли в тёмный зал. Настя слышала плеск воды, но не могла её увидеть. Однако по запаху она поняла, что это мёртвая вода, пахнущая гнилью и смертью.

- Волк, мне нужна живая вода. Ты знаешь, где она? — обратилась она к своему спутнику. Волк слегка повёл ухом, прислушиваясь к её словам, и продолжил свой путь.

***

Северин уже несколько часов блуждал по запутанным лабиринтам, постоянно оглядываясь, чтобы не потерять из виду Настю. Она молча следовала за ним.

— Похоже, старый пройдоха решил нас помучить, — попытался подбодрить её Северин, но девушка лишь натянуто улыбнулась в ответ.

– Устала, — решил он. — Наверное, стоило оставить её с Ягой в лесу, но что сделано, то сделано, теперь уже поздно сожалеть.

От размышлений его отвлекло журчание воды. Они резко повернули и оказались в зале, освещенной жемчужными ручьями. Живая вода напоминала молоко, переливающееся золотым светом, словно лунный камень.

— Это она, Настя, мы нашли живую воду! — радостно воскликнул юноша.

Девушка молча протянула ему бутыль.

— Давай быстрее наберем её и уйдём из этого страшного места, — сказал Северин, набирая воду. Он отдал драгоценный груз Насте, и та с осторожностью приняла тяжёлую ношу.

Затем бог снял повязку и умыл лицо. Живая вода стекала по его рукам и падала на землю, и на том месте тут же пробивались стебельки травы и цветов.

— Нужно ещё. У тебя остался шрам, — заметила девушка, указывая на лицо друга.

— Нет, я хочу, чтобы он остался. Это моя плата за то, что не смог прийти Морозу на помощь, — произнёс он, доставая из кафтана массивный сапфир. Северин подошёл к огромному плоскому камню, чтобы оставить плату Чернобогу за воду, и только сейчас заметил лежащий на алтаре скелет в мантии и доспехах хозяина чёрной горы.

- Что за проклятие?! – в сердцах воскликнул Северин, отпрыгнув от алтаря. - Он же бессмертен! В буквальном смысле бессмертен! Даже если его уничтожить, он снова возродится. Его судьба сеять зло, пока существует этот мир, – проносились мысли в голове Северина.

– Не думал, что высокомерный избалованный мальчишка променяет свою красоту на память о покойном друге, — произнесла девушка, но её голос прозвучал низко и хрипло. Она отбросила бутыль, и та разбилась о камни. Северин внимательно присмотрелся и заметил, что неё зелёные глаза. Постепенно облик Насти начал исчезать, и Северин наконец смог разглядеть знакомое и такое ненавистное ему лицо.

Бог зла и безумия.

Волк осторожно пробирался по тёмному туннелю, Насте пришлось пригнуться, чтобы не биться головой о потолок. Вскоре они вышли в очередную залу. Лунный свет проникал в неё через круглые дыры в потолке, и девушка зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Комната была полна искалеченными, полусгнившими телами. Мертвецы стояли, заполонив собой весь зал, серая сморщенная кожа свисала с них ошмётками. Волк двигался аккуратно, но мертвецы всё равно услышали его шаги. Отреагировав на лёгкий стук волчьих когтей, они одновременно повернули головы в их сторону, направив свои слепые белёсые глаза на путников.

Волк остановился и внимательно осмотрел каждого, а затем уверенно пошёл вперёд. Насте оставалось только довериться его чутью. Мертвецы побежали, протягивая к ним иссохшие, изломанные руки. Страх охватил Настю, она закричала и спрыгнула с волка. Зомби смогли прорваться мимо него и повалили девушку на землю. Она громко закричала от страха, а мёртвые начали рвать на ней одежду, царапая лицо и руки. Настя пыталась защититься, но силы были на исходе. Сквозь мелькавшие руки, пропахшие гнилью, девушка увидела спокойный и суровый взгляд волка.

— Это всё неправда! Неправда! — повторяла она, стараясь успокоиться. В тот же миг мёртвые начали двигаться медленнее, их хватка стала слабее. Настя продолжала тараторить: — Неправда, неправда…

Хватающие её руки проходили сквозь тело, постепенно они стали бледнеть и через несколько мгновений исчезли.

Настя поднялась на ноги и внимательно осмотрела себя, но не обнаружила ни царапины. Одежда тоже была невредима. Всё, что она сейчас видела, лишь морок?

— Значит, если люди здесь и умирают, то лишь от своего собственного страха, — пробормотала она. Волк едва заметно кивнул и продолжил свой путь, а Настя последовала за ним.

— Бедный дедушка, который приносит зло в этот мир! — ворчала Настя, вспоминая речи Северина. Спотыкаясь от усталости, она заставляла себя идти быстрее. Уже потеряв здесь Северина, не хотела потерять ещё и волка.

Снова вокруг сомкнулись тёмные и узкие туннели, петляли многочисленные повороты. Но наконец Настя услышала журчание воды. Перед ними раскинулось большое озеро с водой цвета молока. Не оставалось никаких сомнений, что это и есть вода жизни.

— Как же она прекрасна! — произнесла девушка, заворожённая красотой струящейся воды. Она вытерла плетёную бутыль и наполнила её водой. В этот момент её внимание привлёк яркий зелёный перстень. Вспомнив наставления колдуньи, Настя открыла перстень и налила несколько капель воды внутрь. Камень в кольце засиял небесно-голубым цветом.

Девушка поклонилась волку и промолвила: — Благодарю за помощь, друг. Я буду вечно тебе благодарна. Пожалуйста, помоги мне выбраться отсюда. Или, если ты знаешь, где находится Северин, отведи меня к нему.

Волк дёрнул ушами и направился прочь из пещеры. Настя подошла к расщелине и в последний раз взглянула на озеро живой воды. Всё это место пропитано страхом и чёрной магией, но живая вода — настоящее чудо, которое не под силу уничтожить никакому злу.

– Вода обязательно поможет Морозу, я уверена, — подумала она, следуя за волком во тьму.

Снова двигаясь по тёмным туннелям, Насте придавала сил мысль, что скоро они выйдут из проклятого места. Волк уверенно вёл её наверх, к вершине горы. Она шумно дышала, было слишком душно, и девушка распахнула шубу. Едва миновав очередной пролёт высеченной прямо в скале лестницы, Настя услышала вдали голоса. Первый принадлежал Северину, а второй, хриплый, незнакомому мужчине. Говорили спокойно, но по отголоскам можно было понять, что разговор неприятный.

Волк остановился и сел, пропуская девушку вперёд. Настя ещё раз ему поклонилась, волк ответил тем же, но продолжил сидеть на месте, а она пошла к огромной арке. Войдя в тёмный полуразрушенный зал, девушка изумилась. Наверное, так выглядели дворцы царей и заморских королей. Потолок был обрушен, и с тёмного неба медленно падали редкие снежинки. Северин стоял у огромного каменного трона. Она окликнула его и побежала навстречу.

— Молчи и не смей поворачиваться, — раздался злобный шепот, словно сама гора прошептала это одновременно со всех сторон. Девушка остановилась и снова окликнула своего друга.

— Северин! — она заметила, что его плечи дрожат.

– Он заколдован, не может пошевелиться и борется? — предположила Настя.

— Какая умная девочка! — произнёс хриплый мужской голос. Он принадлежал юноше, который сидел на разрушенном троне, высокому и очень худому, с бледной, почти серой кожей, одетому в чёрный, переливающийся драгоценными камнями, камзол Черты его казались острыми, а впалые щеки делали лицо ещё измождённее. Однако на нём заметно выделялись необычайно яркие серо-голубые глаза, напомнившие Насте глаза Мороза. Тёмные волосы были коротко подстрижены и слегка кудрявились. Несмотря на болезненный вид, юноша поражал красотой, но жестокий и холодный взгляд внушал первобытный страх.

- Негоже стоять в дверях. Иди к другу, — взмахнул пальцами, унизанными кольцами из серого и чёрного металлов, незнакомец, и неведомая сила молниеносно подтянула девушку к трону.

Настя с кряхтением упала на колени, потеряв равновесие.

- Прекрасно, вот так и стой, человечишка, — промолвил юноша. В этот момент раздался хлопок рядом с Северином. Настя хотела повернуть голову, но не могла пошевелиться, даже дышать стало тяжело. Его рука коснулась её плеча, постепенно злые чары теряли власть над её телом. Незнакомец поднял её на ноги, как тряпичную куклу, и Настя наконец смогла сделать полный вдох. От жуткого мороза запершило в горле, и она закашлялась.

- Кто ты? - с трудом произнесла Настя.

- Я Морок, бог ночи и магии, а теперь и зла, — представился он.

- Так это ты?! Из-за тебя Мороз умира... - Настя поймала пристальный взгляд Северина и умолкла на полуслове. – Нет, он не должен знать, что Мороз жив. - промелькнула мысль.

Самодовольный Морок продолжил: - Да, честно признаюсь, не ожидал, что мой брат настолько станет беспечным. Я бы даже сказал, жалким. Это же надо, умереть от рук какого-то мелкого человечишки.

- Мерзкая ты тварь, я убью тебя! А когда это произойдёт, все только обрадуются, — прокричала Настя, выхватывая кинжал. Но Морока её угрозы лишь рассмешили. Его реакция разозлила девушку ещё больше, она бы бросилась на него, если бы Северин не сдерживал её.

- Глупая девка, неужели ты думаешь, что сможешь убить меня? Интересно даже стало, — улыбаясь, с притворным интересом, промолвил Морок, — как ты собираешься это сделать?

- Утоплю в мёртвой воде, — прошипела девушка, сейчас она напоминала дикую разъярённую кошку.

Морок склонил набок голову, прижал тонкие и длинные пальцы к тёмно-алым губам, обдумывая её идею.

- Родись ты триста лет назад, такой способ сработал бы, но не сейчас. Чернобог пожелал умереть, и я согласился занять его место, — Морок с интересом наблюдал за разгневанной девушкой, ему доставляло удовольствие причинять ей боль и видеть страдания. Ведь она дала его старшему брату то, чего никогда не могли дать ему или его матери другие люди. Свою любовь.

- Почему же нет? Мороза ведь ты убил мёртвой водой, значит, и тебя можно, — продолжала спорить Настя, решив, что он просто её обманывает.

- А ты знаешь, милая, на что пошла моя мать, чтобы сделать вас по-настоящему живыми? - голос юноши изменился, стал более резким и эмоциональным. Его ледяные безжизненные глаза встретились с голубыми, и Настя увидела в них боль и обиду. Да, она помнила эту историю. Мора обменяла свою божественность на то, чтобы создать смерть и зиму. Только так она смогла запустить круговорот энергии в мире, сделав его самодостаточным, не нуждающимся в помощи богов.

— Знаю, и что с того? — с вызовом спросила Настя.

— Ничего ты не знаешь, глупая девчонка! — с презрением выплюнул Морок, наклоняясь ближе к ней.

— Она любила этот мир, любила людей, и ради вас, чтобы дать вам свободу воли и право выбора, стала такой. Богиней смерти и разрушения. И что моя мать получила взамен?! — его слова эхом отразились от стен.

Настя молчала, не в силах найти ответ на этот вопрос.

Мороз сдох, потому что его устраивала судьба верного пса у ног своих хозяев. А я не желал просто оставаться всадником смерти, и учился у той, кто поистине заслуживает уважения. Той, что вы, людишки, проклинали и боялись!

Морок увидел слёзы на глазах девушки и довольно откинулся на спинку трона.

— Да, мёртвая вода может уничтожить моё тело, но не мой дух. Со временем я вернусь, как это всегда было. Разве не так, Северин? — спросил он, обращаясь к Северину. Но тот не ответил, лишь беспокойно озирался по сторонам, словно в любую минуту ожидал нападения.

— Я уже не всадник смерти, — продолжал Морок. — Я бог безумия и чёрной магии. Я живу в каждом человеке. Я — обида и злость. Я показываю всему миру, какие вы, люди, неблагодарные и гнилые создания! Настоящие чудовища не кикиморы и упыри, а вы, люди! Если ты хочешь убить меня, тебе придётся убить всех людей на земле и саму себя тоже! Да, Настя, я живу в тебе! Потому что ты ненавидишь себя за свою слабость. Ты ненавидишь свою мать за то, что она бросила тебя. Ты презираешь своего отца за то, что он не смог защитить свою семью! И даже если боги уничтожат этот прогнивший мир ради моей смерти, я всё равно выйду победителем, потому что тогда достигну своей цели: моя мать освободится от бремени этого мира.

Морок, устав от этой забавы, встал со своего трона и спустился к пленникам. Он наслаждался видом девушки, заливающейся слезами.

— Вот так-то лучше. Роль плаксы ты исполняешь гораздо лучше, чем роль воительницы, — произнёс он, наклонившись к ней и вглядываясь в лицо.

Настя, не в силах смотреть ему в глаза, отвернулась. Морок, выпрямившись, щёлкнул пальцами, и плетёная бутыль в её руках с треском лопнула. Живая вода разлилась по камням, быстро впитываясь в них, в то же мгновение сквозь камни начала пробиваться молодая трава.

Разъярённая Настя бросилась на Морока, но Северин удержал её.

— Я убью тебя! — кричала она, пытаясь вырваться. Ей было безразлично, что Морок бессмертный, и хотелось навсегда стереть его с лица земли.

— Нет, малышка, это я убью тебя. Вот будет радость-то у Мороза, когда ты встретишься с ним там! Тогда он точно не захочет покидать страну мёртвых, — с этими словами из темноты начали выползать гигантские змеи и сороконожки.

— Это иллюзия или они настоящие? — прошептала Настя.

— Настоящие, прячься за мной, — ответил Северин, обнажая меч.

Покрепче сжав рукоять кинжала, она прижалась к спине друга. Монстры окружили их со всех сторон. Настя боялась даже мелких насекомых, а уж о таких громадных и говорить нечего. Её руки тряслись от страха. Первыми атаковали пауки. Северину удалось ранить многих своим длинным мечом, но приходилось двигаться осторожно, защищая Настю.

Хотя сороконожки двигались медленно, но их атаки были наиболее опасны, и нанести им серьёзное ранение оказалось сложнее. Одна из них сильно ранила Северина в плечо.

Настя смогла заколоть одного паука, который пытался атаковать её со спины. Чудовища прижали их к стене.

И тут откуда-то сверху раздалось лошадиное ржание. Яркая вспышка ослепила Настю, теперь она лишь слышала звуки битвы и предсмертные вопли монстров.

Настя потёрла глаза. Несмотря на цветные блики, мелькающие в глазах, она увидела белоснежного коня с золотой гривой.

— Златогрив?! — произнесла девушка, заметив на коне знакомую уздечку.

В ответ конь приветственно заржал. Она оглянулась и с трудом узнала Хорса. Высокий широкоплечий юноша в белом камзоле, расшитом золотистыми нитями, и золотом плаще прижал Морока к трону, держа того за горло и выкрикивая угрозы. Судя по разбитой губе Морока, он уже успел разок ударить его.

— Ты, подлый слизняк, хотел убить меня? Не выйдет! Я уничтожу тебя, жалкий и ничтожный! Ты вернёшься во мрак, а лето всё равно наступит! — его голос изменился, став совершенно мужским. Лицо тоже преобразилось: на нём появилась щетина, глаза стали ярче и зеленее, а взгляд был полон ярости. .

— Я буду только рад, если лето наступит быстрее. Ты, высокомерный глупец, всё ещё думаешь, что я хотел убить тебя. Но нет, я уничтожил того, кого нужно было. Вы ненавидите меня, мою мать и всё, что она создала. Теперь я забрал это у вас. Радуйся, Хорс, ты никогда не умрёшь, потому что больше зима не наступит. Лето продлится вечно, пока ты, Хорс, не испепелишь землю, и весь этот мир не иссохнет. Возрадуйтесь, великие боги! — Морок громко рассмеялся, и смех этот звучал отовсюду. Гора задрожала и начала рушиться. Морок схватил Хорса за руку, не давая тому отойти от него.

— Ну что, Хорс, готов ли ты встретить свою судьбу? Я — да, а ты? — спросил он бога солнца, глядя на него с ненавистью.

К Насте подбежал волк и толкнул её своей мордой, заставляя сесть к себе на спину.

— Хорс, уходим! Пещера рушится! — прокричал Северин.

Хорс отпустил Морока и отступил назад.

— Безумец, — прошептал он, запрыгивая на спину Златогрива. Настя машинально взобралась на волка.

— Настя, стой! — крикнул Северин, но волк уже мчался в тёмный коридор.

Серый хитрец двигался стремительно, прекрасно ориентируясь во тьме. Рушились своды пещер, Настя задыхалась от пыли, в глаза летело каменное крошево, но волк не сбавлял темп. Если впереди встречался обвал, он тут же сворачивал и находил новый путь. Настя не переставала дивиться его чутью. Она блуждала здесь несколько часов, а волк нашёл выход всего через несколько минут.

Свежий морозный воздух обжёг лицо. Настя сделала глубокий вдох, наслаждаясь долгожданным освобождением от темноты пещер. Её оглушил шум рушащегося замка. Настя обернулась, наблюдая за обломками и облаком пыли, что поднялось над ним.

– Надеюсь, Златогрив их спас, — ей стало совестно оттого, что бросила друзей в беде, но в тот момент она посчитала себя обузой. Конь хоть и волшебный, но втроём бы они на нём всё равно не поместились.

Волк уже бежал по равнине, когда Настя услышала звуки битвы, посмотрела вверх и поняла, почему волк пришёл на помощь. В небе богов атаковали огромные то ли птицы, то ли летучие мыши. Девушка могла бы просто разбиться во время битвы.

Княжна зимы.

Кони Яги действительно стояли в лесу рядом с костром. Увидев следы третьего коня, ведущие к горе, Настя предположила, что огонь развёл Хорс. Она спрыгнула со спины волка и побежала к равнине. Прячась за ветвями дуба, девушка наблюдала за сражением богов и летучей нечисти. Боги с лёгкостью справлялись с ними, и мёртвые тела тварей падали вниз, разбиваясь о землю, Однако их было слишком много.

Небо сотряс раскат грома, и в небе полыхнула яркая молния.

– Снова гроза зимой, – измученное сердце Насти вновь наполнилось тревогой, ведь гроза на Окинаве не сулила ничего хорошего. Молнии с треском ударяли в недругов богов, и мёртвые обгоревшие тела падали на землю, словно град. С каждой секундой чудовищ становилось всё меньше. Вскоре слуги Морока отступили, и только тогда Хорс и Северин смогли спуститься в лес.

Тело могучего Златогрива сплошь покрывали глубокие царапины и укусы, по его ногам на землю стекала алая кровь. Боги хоть и не получили ранений, но тоже выглядели уставшими. Именно Златогрив принял на себя основной удар, но, несмотря на полученные травмы, он крепко стоял на земле, тяжело дыша.

Северин, спрыгнул с коня. Его меч покрылся чёрной кровью врагов, подобно золотому клинку Хорса.

- Ты не ранена? – Северин бросился к Насте.

- Нет, я в порядке. А как вы? - Настя оглядела сначала Северина, затем Хорса.

— Не волнуйся, сестрица, всё хорошо! Мы же боги, что с нами может случиться?! — устало рассмеялся Хорс. Хотя он уже походил на взрослого мужчину, его манера речи оставалась такой же, как раньше, ребячливой. Настя улыбнулась: – Да, это всё тот же Хорс.

Северин, схватил девушку за плечи и слегка встряхнул: — Настя, я же просил тебя не отходить от меня ни на шаг. А ты что учудила? Села верхом на волка и помчалась по разрушенному туннелю. Тебе что, жить надоело?

— Я поступила так, как считала нужным. Мы бы не смогли втроём сесть на одного коня, а я стала бы обузой в небе и могла упасть и разбиться. Волк помог мне найти живую воду и тебя, а потом вывел нас. Он мне не враг! — спорила Настя. Она обернулась в сторону леса, где оставила волка, но там уже никого не было, кроме коней.

— Он ушёл, — тихо произнесла Настя.

— Морок не дал вам живую воду. Возможно, он догадывается, что Мороз ещё жив, — предположил Хорс.

Северин кивнул. Стараясь скрыть свою печаль и разочарование, он отвернулся в сторону равнины и долго смотрел на разрушенную гору. Морок, этот коварный червь, уничтожил своё собственное воплощение, а заодно и источники живой и мертвой воды.

– Как низко! Заманил нас в свой чертог, позволил набрать воды, а затем забрал всё и уничтожил. Вместе с горой он уничтожил и нашу надежду. Хотел сделать нам как можно больнее, — думал сын Перуна, охваченный гневом.

— Если бы отец не вмешался, они бы разорвали нас на части, — произнёс Северин с горечью и сожалением, осознавая свой провал и поражение. Хорс поджал губы и сжал уздечку Златогрива..

— У меня есть несколько капель. Яга сказала, что этого будет достаточно, — Настя крутила на пальце перстень, впитавший в себя живую воду.

Северин резко повернулся, стремительно приблизился и, рассмотрев перстень девушки, улыбнулся.

— Ты молодец! Недаром говорят, что ведьма даже бога может обмануть, — улыбнулся он, и его глаза наполнились слезами.

— Нам нужно спешить. Я видел Мороза, и его время на исходе, — произнёс Хорс, вскакивая на коня.

Настя тоже подошла к своей кобылке. Та снова была полна бодрости и сил, словно питалась огнём.

— Златогрив сможет скакать? Он сильно ранен? — с тревогой спросила девушка Хорса.

— Не беспокойся, мы переживали и более опасные ситуации, не так ли, друг мой? — Хорс нежно погладил коня по шее, и тот, заржал в ответ, соглашаясь с хозяином.

— Позволь мне взять кольцо, я доставлю его быстрее, — предложил рыжеволосый бог. Настя без колебаний отдала кольцо Хорсу, и он, сорвавшись с места, помчался в сторону равнины, а затем взмыл в небо.

Северин и Настя тоже вскочили на своих коней. Обратная дорога показалась им легче и короче. Возможно, силы Насти просто поддерживала надежда на скорое исцеление любимого.

Они ехали всю ночь. Под утро, ближе к рассвету, они позавтракали вяленым мясом. Настя была настолько измотана, что почти не могла сидеть в седле. Видя это, после привала Северин настоял, чтобы она села с ним на его коня. Лошадь Насти бежала сзади налегке.

Утро выдалось солнечным. От усталости девушка задремала, и Северин крепко держал её в своих объятиях.

Настя проснулась, от громкого лая Тяпы, когда бог северного ветра снимал её с коня. Ноги дрожали, и она прилагала неимоверные усилия, чтобы не упасть. Пёс прыгал и взвизгивал выражая своё счастье.

Хорс, одетый в простую белую рубаху, расшитую золотыми нитями, увидев их, выпрямился и отбросил топор, которым колол дрова. Рядом, аккуратно сложенная на еловых лапках, высилась приличная стопка поленьев. Преодолевая усталость, Настя пошла ему навстречу.

— Как Мороз? Он пришёл в себя? — спросила она, с замиранием сердца вглядываясь в глаза друга и стараясь прочесть в них ответ. Однако они не выражали ни радости, ни печали.

— Пойдём в дом, ты совсем ослабела, — встревожился Хорс, увидев, какая она бледная и измождённая. Он взял её под руку и помог войти в избу.

Лапы избушки подогнулись, и крыльцо коснулось заснеженной земли. Как только Настя переступила порог, её окутали пряный аромат трав и долгожданное тепло.

Взглянув на Мороза, она заметила, что его лицо стало более светлым, а губы вновь обрели здоровый оттенок. Настя подошла поближе и не обнаружила повязок. На месте раны виднелась лишь широкая светлая полоса. Казалось, Мор просто спит.

— Мороз! Мороз! — наклонившись, тихо позвала Настя, касаясь его плеча. Ей так хотелось увидеть эти серые холодные глаза.

— Он не проснётся, его душа не здесь, — буркнула Яга, стоя у печи и помешивая волшебное зелье.

— Почему? Ведь ты исцелила рану! Разве живая вода не помогла? — слёзы полились из глаз Насти.

— Его тело исцелено, но душа остаётся в царстве мёртвых. Мне неизвестно, почему так происходит. Моё ведовство не имеет преград в среднем мире, но нижний мир мне недоступен. Возможно, через некоторое время он вернётся, — тихо произнесла колдунья.

— Возможно?! — отчаяние охватило Настю. После стольких усилий Мороз по-прежнему оставался в состоянии живого мертвеца.

— Да, Настя, сейчас надежда — это единственное, что у нас есть, — сказала Яга, подходя к девушке и протягивая ей кружку с отваром. — Выпей, тебе нужно отдохнуть, иначе снова заболеешь, — колдунья смотрела на Настю с сочувствием и печалью.

Только сейчас девушка заметила следы безмерной усталости на лице Яги, которые говорили, что она приложила немало усилий, пытаясь вылечить бога зимы. Настя безропотно выпила горький отвар, и как только голова коснулась мягкой подушки, набитой травами, глубокий сон без сновидений накрыл её своим чёрным бархатным покрывалом.

. Когда она проснулась, был уже поздний вечер. Тяпа, свернувшись клубком, спал в её ногах. Голова прояснилась , но Настя по-прежнему чувствовала себя разбитой.

Напротив, у противоположной стены лежал Мороз, погружённый в глубокий сон. На его неподвижном лице играли тени от свечей.

— Присаживайся, Настя, тебе нужно поесть, — заботливо предложил Северин, освобождая за столом место для девушки. Хорс вовсю уплетал что-то из большой миски, скребя ложкой по дну.

— А добавка есть? — спросил он с набитым ртом.

— Если будешь много есть, не сможешь скакать на коне, — проворчала Яга, усаживаясь за стол. Настя с удовольствием похлебала тёплый мясной бульон с репой. Зимняя репа, конечно, потеряла свой вкус от долгого хранения, но в холодные и голодные зимние месяцы люди радовались даже такой нехитрой пище.

— Что вы обсуждали? — поинтересовалась Настя.

— Как сохранить зиму, — Яга вновь погрузилась в раздумья.

— Если не будет зимы, земля не сможет отдохнуть, а значит, и не сможет дать хороший урожай. Начнётся голод, — колдунья покачала головой.

— Разве Северин не способен поддерживать зиму? — спросила Настя, взглянув на своего друга.

— Я могу лишь принести вьюгу и снег, но без Мороза всё это превратится в дождь. Мой ветер без снега погубит растения.

— Я советовался по этому поводу со Сварогом, и он предложил, чтобы посох взяла Настя, — пробормотал Хорс, доедая похлёбку.

— Что за чушь?! Она же умрёт! — возмутилась Яга.

Хорс лишь пожал плечами: — Он мне толком ничего не объяснял, просто сказал, что для неё он безвреден.

— Но почему? Посох — это олицетворение всей силы холода, а она губительна для любого живого существа, — недоумевал Северин. Его взгляд остановился на Морозе, и, кажется, он понял, что хотел сказать царь богов.

— Сам хозяин не позволит навредить ей, — пробормотала Яга, уходя за печь.

— Что это за посох? — удивилась Настя, она не помнила, чтобы Мороз когда-либо использовал его.

— Это его меч. Когда-то в молодости Мора сильно ранили, и он долго хромал. Из-за этого ему и пришлось ходить с посохом. Но когда в нём отпала необходимость, он превратил его в меч. Я тоже могу делать так со своим копьём, — объяснил Хорс.

Яга вышла из-за печи, держа в огромных кузнечных клещах ледяной посох, верхушка которого напоминала наконечник копья. После ранения Мороза меч приобрёл свою первичную форму.

Настя ошалело смотрела на посох.

— Да разве я смогу заменить Мороза?!

— ,Ты, конечно, не сможешь полностью овладеть его силой, но есть надежда, что хотя бы научишься создавать холод, чтобы снег не таял, — ответила Яга.

Едва жезл коснулся пола, как покрылся изморозью.

- Настя, тебя никто не заставляет, это огромная ответственность. Мороз охраняет покой дикой природы зимой. И если ты боишься, мы не станем тебя осуждать, ты не обязана это делать, — Северин с тревогой посмотрел на девушку. Он не совсем доверял Сварогу. Боги должны заботиться о человечестве, и если цена — жизнь одной смертной девушки, они без колебаний пожертвуют ею.

Насте уже пришлось пережить два страшных неурожайных года. Люди сходили с ума от голода и отчаянья, превращались в свору диких зверей, любым способом пытались отобрать крохи еды у более слабых. Несмотря на то, что её приговорили к жестокой смерти,, многие не заслуживали такой участи. Она вспомнила Ваню. Меньше всего хотелось, чтобы он пережил такой же голод, как и она когда-то. А ещё Настя любила лес. Она частенько убегала туда после ссор с мачехой , он успокаивал её, даруя спокойствие душе. Нельзя допустить, чтобы всё, что она любила, исчезло.

— Я готова попробовать. Мне хочется защитить то, что для меня важно. Что мне делать? - Настя старалась говорить уверенно, чтобы Северин меньше переживал.

— Тебе нужно взять его в руки и удерживать, чтобы сила Мороза не вырвалась наружу без твоего контроля.

— Всего лишь удержать? — удивилась Настя.

— Это не так просто, как кажется на первый взгляд, — строго произнесла Яга.

Настя ещё несколько секунд смотрела на посох, а затем крепко обхватила его обеими руками. Он был холодным, но это не мешало ей держать его. Девушка ожидала боли, проявления магии, но ничего не происходило, только казалось, будто она сжимает в руках огромную сосульку

— Яга, я справилась? — спросила Настя, но женщина не ответила. Она взглянула на Северина и Хорса, которые не шевелились. Это её испугало, и она уже собиралась оторвать посох от земли, когда заметила Тяпу, застывшего в воздухе. Видимо, пёс прыгал со скамейки, когда время остановилось.

Дверь избушки распахнулась, и Настя, крепко держа посох, вышла наружу. Она оказалась в огромной заснеженной и очень холодной пещере. Руки начали болеть, но она лишь сильнее сжала посох. Вдалеке она увидела Мороза, который стоял к ней спиной.

— Мороз! — радостно воскликнула Настя. Мужчина обернулся. Она не могла поверить своим глазам, это был он! Мор, сцепив руки за спиной, смотрел на неё холодным высокомерным взглядом, как при первой встрече, но девушке было всё равно. Счастливая, она побежала ему навстречу.

— Я так рада, что ты очнулся! Как ты себя чувствуешь, что-нибудь болит? - засыпала Настя вопросами Мора, остановившись рядом. Голос эхом пронёсся по пещере. Из её рта валил пар, а слезы застывали на щеках льдинками, но сейчас это не имело значения.

Лицо Мороза оставалось каменным, он никак не отреагировал на её слова. Мужчина протянул руку к посоху.

— Мой посох, смертная, — произнёс он спокойно, но в тоне отчётливо прозвучал приказ.

– Смертная?! Почему он так сказал? Он никогда раньше не говорил со мной в таком тоне? Может быть, он обиделся? Но на что? — мелькнула у Насти мысль.

— Посох!! — повторил Мороз уже громче.

Девушка уже приподняла посох, готовая отдать его хозяину, но всё её существо противилось этому. Она внимательно вгляделась в глаза возлюбленного, серые и яркие, как ручьи чистого источника. И больше ничего... Ни интереса, ни гнева, ни беспокойства. Никаких чувств.

— Ты не Мороз, — уверенно произнесла Настя, отступая от мужчины. Он сделал шаг вслед за ней.

— Отдай то, что принадлежит мне по праву! — рука Мороза по-прежнему оставалась протянутой вперёд, а лицо начало покрываться ледяной коркой.

— Нет, он мой! — воскликнула девушка.

— Твой?! Как ты, смертная, посмела подумать, что посох принадлежит тебе?! — голос больше не походил на голос Мороза, он превратился в беспорядочный треск. Всё тело Мора покрыла изморозь, а глаза пылали синим холодным огнём. Лишь силуэт и едва уловимые черты лица напоминали Насте любимого.

Девушка отступала назад, с испугом наблюдая за двойником Мороза. Неожиданно в пещере стало очень холодно, и когда Настя вдохнула, то вновь почувствовала, как её лёгкие ожёг ледяной огонь. Она хотела схватиться за горло, но вовремя остановилась. Падая на колени, она не смогла сдержать слёз, которые тут же застыли у глаз.

– Не смей отпускать посох! — приказывала девушка себе. Волосы и ресницы побелели, она перестала чувствовать руки и ноги.

— С чего ты решила, что я буду тебе подчиняться?! — прокричал мужчина, замахиваясь на Настю рукой.

И тут его лапу, которую трудно назвать человеческой рукой, перехватил Мороз. Настя не поняла, откуда появился ещё один. Но, взглянув на него, она осознала, что это настоящий. В серых глазах пылала ярость. Вот он, истинный характер Мора, холодный снаружи и вспыльчивый внутри.

— Будешь, потому что я тебе приказываю, — произнёс он, и фигура самозванца рассыпалась на мелкие снежинки, которые, словно подхваченные ветром, волшебным прохладным потоком впились в посох. Настя наконец-то смогла вздохнуть с облегчением. Мороз присел рядом с девушкой и нежно убрал прядь волос с её лица.

— Зачем ты взяла его?

— Чтобы зима не исчезла, — хрипло ответила она, пытаясь восстановить дыхание. Руки и ноги болели.

— Настя, для твоей души это подобно яду, который медленно убьёт тебя. Ты это осознаёшь? — с тревогой произнёс Мор.

— Тогда возвращайся поскорее. Мне так не хватает тебя! — давясь слезами прошептала Настя.

Мороз нежно поцеловал девушку в лоб, легонько обнимая за плечи, затем обхватил руками её голову, и она почувствовала лёгкий холодок. Настя не могла понять, что происходит, пока не ощутила на своём челе прохладный венец.

— Да будет так! Но пообещай мне одну вещь. Не призывай зиму в следующем году, что бы ни случилось. Ты должна пообещать мне это.

— Обещаю, любимый, — прошептала Настя. В тот же миг всё исчезло. Она открыла глаза и увидела перед собой изумлённые лица Северина и Хорса. Яга, улыбаясь, утирала слёзы.

— Приветствую тебя, княжна Зимы, — произнесла колдунья.

Планы, надежды, опасения.

Мор открыл глаза. Души умерших суетились вокруг, торопливо накрывая на стол. Напротив него сидел Кощей и медленно потягивал вино.

- Что-то случилось, брат мой? – спокойно спросил владыка мёртвых.

- Да, произошло кое-что неприятное. Она взяла мой посох, – пробормотал Мороз, потирая переносицу.

- Она? Мне кажется, или у моего брата появилась новая подружка? – в зелёных глазах Кощея заплясали огоньки. — Она красивая? Хотя не стоит рассказывать, она же взяла твой посох, значит, скоро будет здесь, — улыбнувшись, произнёс Кощей и откинулся на спинку стула.

— Нет, её здесь не будет! Она подчинила силы Зимы, но они медленно её убьют. Поэтому мне необходимо покинуть твоё царство, брат, — ответил Мороз.

— Это невозможно, — Кощей словно не услышал его слов.

Мороз удивленно взглянул на Кощея, но тот, не дожидаясь вопросов, продолжил: — Если открылись врата для тебя, значит, они откроются и для...

— Значит, они открылись и для меня, — перебила его Мора, входя в зал. Сейчас она предстала перед ними в своём человеческом облике: хрупкая, но высокая женщина с длинными чёрными косами, спускающимися до самых ступней, одетая в простое чёрное платье без каких-либо украшений. Ноги её остались босыми.

Мора непринуждённо уселась за стол и начала трапезу, не обращая внимания на своих сыновей. Мороз и Кощей переглянулись.

– Должен быть способ выбраться отсюда без её ведома, — передал мысленное послание Мороз, обращаясь к брату.

-- Мне жаль, Мороз, но я не знаю такого способа, — также мысленно ответил ему Кощей. Это их общий секрет. Близнецы иногда могли общаться без слов, но в некоторых мирах такая связь могла быть недоступна. Кощей уже давно находился вне досягаемости Мороза, и кто знает, действительно ли он не знал способа или намеренно скрывал его, давно объединившись с Морой и Мороком.

***

Северин с тревогой наблюдал, как Настя медленно засыпает. Несколько мгновений она стояла неподвижно, а её посох начал покрываться ледяной коркой. Когда лёд достиг её рук, Северин выхватил клещи из рук Яги.

— Нет, ещё рано! — Яга внимательно наблюдала за состоянием девушки.

— Чего ты ждёшь? Пока она без рук останется?! — закричал Северин на ведьму. В этот момент в избе резко похолодало, огонь в печи медленно угасал. Теперь уже Яга забеспокоилась, не отпуская руку Северина. Северный ветер не успел поднести клещи к посоху, как изморось рассыпалась на тысячи маленьких снежинок. Они закружились в причудливом узоре по избе, а затем собрались над головой девушки, сливаясь в единый хрустальный венец. Как только последняя снежинка заняла своё место, Настя открыла глаза.

***

- Выходит, смертная смогла подчинить себе силу Зимы, — произнёс Сварог, глядя на могучее древо, чьи ветви простирались высоко в небеса.

- Да, она способна поддерживать холод до весны, но ей не хватит сил, чтобы призвать зиму в следующем году. Нам нужно вернуть Мороза из царства мёртвых, — робко и тихо сказал Северин.

- Сын богини смерти волен покидать её владения по своему желанию. И если у него нет желания, то нет смысла беспокоить этот омут, пытаясь извлечь чёрта, — вмешался в разговор Перун, богатырь в серебряных доспехах и синем плаще. Тёмные кудри и борода придавали ему величественный и грозный вид. Северин и Перун были так непохожи, что иногда даже сам Северин сомневался, действительно ли Перун его отец. Бог-громовержец подошел к Сварогу.

Перун видел, как его сын привязался к Морозу и смертным. Человеческая природа матери давала о себе знать, поэтому он решил не посвящать мальчика в свои планы. – Надеюсь, когда ты станешь старше, сможешь меня понять, — с горечью подумал Перун . - Приглядывай за ней, как сможешь, к осени мы что-нибудь придумаем, — мягко сказал он Северину.

Бог северного ветра поклонился и покинул Правь, оставив за собой крутящийся вихрь.

- Ты уверен, что у нас получится? — Перун развернулся к Сварогу, который сегодня явно находился не в духе.

- Должно получиться, иначе этому миру грозит опасность. Мы должны создать свою зиму. Если нам удастся установить собственный круговорот смерти и жизни, то не придётся ждать, пока бешеная собака сорвётся с цепи, — ответил царь богов.

- Знаешь, брат, мы ведь не говорили с ней много тысяч лет. Даже не пытались, — задумчиво произнёс бог грома. - А ведь она наша сестра, — добавил он после небольшой паузы.

- О чём можно говорить с безумной? Она утратила не только божественность, но и рассудок, — сорвались с губ Сварога горькие, но отчасти правдивые слова.

***

Северин с облегчением вернулся в избушку Яги, заметив, что снег всё ещё не тает, хотя стало гораздо теплее. Хорс в это время занимался заготовкой дров возле дома.

— Они в лесу, — коротко сообщил он, указывая в сторону сосен. — Что сказали боги?

— Сказали, что возвращение Мороза в этот мир — это его решение. Они пообещали придумать, как сохранить зиму, но выглядели расстроенными. — с грустью ответил юноша.

Хорс, видимо, ожидал такого ответа. Не произнеся ни слова, он пошёл в избу.

Северин направился в лес. Найти Ягу и Настю не составило труда, это походило на игру «горячо-холодно». Чем холоднее становилось, тем ближе он подходил. Звонкий лай Тяпы разрезал лесную тишину, пёс со всех ног мчался в сторону Северина, приветствуя его лаем. Бог присел на корточки и погладил Тяпу, а тот, поднявшись на задние лапы, принялся облизывать его лицо. На возвышении он заметил две женские фигуры. Яга стояла чуть позади Насти. Северин медленно подошёл, наблюдая за происходящим.

Настя училась поддерживать холод. Она держала обеими руками посох, который искрился и издавал скрежет. Если Морозу было достаточно щёлкнуть пальцами, то девушке приходилось прилагать для этого большие усилия. После таких занятий она, вконец обессилев, полдня отсыпалась.

— С каждым разом у неё получается всё лучше, — промолвила Яга, не оборачиваясь.

— Как её состояние? — встревоженно спросил Северин, заметив посветлевшие пряди в её распущенных волосах.

— Мне намного лучше, — сказала Настя, поворачиваясь лицом к Северину. — Но у меня есть просьба к тебе, Северин, — голос её стал каким-то более прохладным.

- Что я могу для тебя сделать? - юноша натянул на лицо фальшивую улыбку, пытаясь хоть как-то поднять настроение Насти.

- Научи меня сражаться. - Промолвила девушка, пристально глядя на друга.

- Зачем тебе это? Мы с Хорсом сможем защитить тебя, – возразил Северин.

- У вас есть свои обязанности, и вы не можете вечно со мной нянчиться. К тому же защищать нужно не только меня, но и Мороза, поэтому я хочу научиться магии и владеть оружием. Научите меня? – спросила Настя. Яга с Северином переглянулись.

- Я была готова учить тебя и раньше, – первой ответила колдунья. Настя посмотрела на Северина, который о чём-то задумался.

- Хорошо, я научу тебя сражаться, но ты должна пообещать мне никогда не действовать в одиночку, – поставил условие бог ветра.

Впервые за эти дни Настя улыбнулась.

- Обещаю, – в этот момент её голос приобрёл прежние тёплые нотки.

***

Минуло два месяца с тех событий, которые поделили жизнь Ильи на “до” и “после”. В тот день опечаленный юноша вернулся домой, где его встретили встревоженные родители. - Всё же хорошо, - успокаивал себя Илья. - Всё остаётся по-прежнему. Меня просто выпроводили, как ненужного простолюдина.

Он понимал, что вряд ли может чем-то помочь, но в сердце поселилась обида.Однако колдунья не обманула, на следующий день в город пришла беда. “Бедой” Илья стал называть нового купца, Богдана Дроздова. Он вошёл в гильдию, заплатив необходимые взносы, а старший сын Александр и зять Игорь помогали ему вести дела.

О том, как “вели дела” Дроздовы, семья Ильи испытала на себе одной из первых, когда загорелся их склад. Новоприбывшие не боялись никого, и хотя их поведение вызывало возмущение купцов, на разбирательствах в гильдии Богдан вёл себя грубо и вызывающе.

Отец Ильи слёг с сердечной болезнью, и юноше пришлось взять на себя все дела отца. Он же стал инициатором написания жалобной грамоты князю Олегу. Если бы Илья знал, кто приедет по его зову, никогда бы не взял перо в руки.

Ранним февральским утром в город по поводу жалобы приехал Григорий, прозванный Лютым, а его дружину в миру называли сворой. Илья накликал на свой город человека, который избивал крестьян ради забавы и насиловал их жён и дочерей.

Но ещё большее беспокойство вызвала сцена, произошедшая на постоялом дворе.

* * *

Рослый князь резво спрыгнул с коня, несмотря на то, что его тёмную голову уже тронула седина. Из толпы собравшихся зевак вышел старший Дроздов. Князь подбежал к Богдану и обнял его, как старого друга.

- Ну что, старый ты пёс, и год в тишине прожить не можешь? Рассказывай, что у вас тут происходит, - громогласно промолвил Григорий, держа купца за плечо и направляясь в сторону гостиного двора, полностью проигнорировав побледневшего Захара Некрасова, главу купеческой гильдии.

Илья в тот момент зашёл в аптечную лавку за лекарством для своего батюшки и невольно прислушался к разговору трёх женщин.

- Я слышала, охотники говорили, что снова видели её, – произнесла одна из них, откусывая кусок пряника.

- Кого? – спросила самая молодая, находящаяся на сносях.

- Волчью царевну. Это молодая девушка с белоснежными волосами, которая ездит на огромном чудовище, похожем на пса или волка.

- Да это всё сказки! Я тоже слышала, что она может заморозить, но это же ерунда. Все знают, что заморозить может только Мороз, мужчина, а не девка! – вмешалась третья.

- Демьян рассказывал, что она спасла его от нечисти: заморозила упыря и разбила тому голову мечом на осколки. Может быть, это дочка Мороза или его внучка? – предположила первая.

- Или невеста, – с горечью произнёс Илья, выходя из аптечной лавки. Однако его слова воспринялись сплетницами всерьёз.

Да, слухи о волчьей царевне появились месяц назад, и Илья догадывался, о ком идёт речь. Но он никак не мог понять, почему этот, как говорила Настя, могущественный Мор позволяет девушке рисковать своей жизнью.

Проходя мимо гостиного двора, он снова обратил внимание на шумную компанию дружинников. В этот момент он готов был откусить себе язык. Ведь больше, чем издеваться над людьми, Григорий любил охотиться на нечисть, совершая, как он говорил, настоящие подвиги. Если до него дойдут слухи о волчьей царевне, он, конечно, захочет пленить красивую колдунью.

- Ладно, не стоит беспокоиться о ней, её охраняют три бога. Кто знает, может, она так развлекается, катается с Морозом, охотится на упырей, когда устают бить кикимор, — съехидничал внутренний голос. Хотя на сердце росла тревога, ведь никакого «если» быть не могло. Князю обязательно доложат о местном чуде, и только вопрос времени, когда он соберётся на охоту.

- Значит, своим доносом я не только навредил городу, но и Насте, — подумал Илья с досадой, сворачивая в сторону дома.

В преддверии беды

Настя мчалась верхом на вновь преобразившемся Тяпе, опередив Северина, который пытался догнать их на своей белоснежной кобыле Снежинке. Очистив западный лес от вурдалаков, друзья решили немного развлечься и устроили гонку до избушки Яги.

Сначала вперёд вырвался огромный пёс. Настя уже думала, что они совсем оторвались, но в этот момент сверху стремительно пронеслась белоснежная Снежинка, унося своего хозяина вдаль.

- Тяпа, прибавь немного, срежем у ельника! — воскликнула девушка, горя задором. Она теперь являлась хранительницей спокойствия и безопасности близлежащих лесов. Серьёзное ответственное дело, свалившееся на её хрупкие плечи, не оставляло места веселью. Порой Настя очень скучала по прежней беззаботной жизни, но сейчас она улыбалась и смеялась.

Перепрыгивая через огромный ствол поваленного дерева, Настя уже видела сквозь стволы избушку лесной колдуньи, но неожиданно им преградил дорогу огромный широкоплечий серый великан. Несмотря на зимнюю стужу, он был одет лишь в тёмно-коричневую жилетку и штаны, из серой пасти торчали два огромных нижних клыка, рыжая копна волос заплетена в косы, а огненные глаза смотрели спокойно и доброжелательно, но всё равно внушали неосознанный страх.

— Ты меня напугал, Бойн! — негодующе воскликнула девушка, убирая руку с рукояти меча.

— Нужно ещё больше валунов для стены, — прохрипел великан, не обращая внимания на слова Насти.

— Ещё?! — удивилась она.

— Ты же хотела неприступную крепость, а для этого нужны камни, — шмыгнул носом тролль. Настя потёрла переносицу, обдумывая сказанное Бойном.

— Дай мне пару дней, и я найду их.

Бойн кивнул и медленно направился вглубь леса.

Настя наняла тролля, чтобы тот построил новый дом. Бойн умел обрабатывать обычные камни и дерево, превращая их в магический терем с защитными стенами.

Тяпа поспешил к избушке. Северин, выигравший соревнование, с довольным видом расчёсывал гриву своей кобылы.

— Что хотел этот старый тролль? — спросил он у подъехавшей девушки.

— Ещё камни для стены. Не знаю, где их взять, со всей округи уже всё стащили, — раздражённо ответила Настя.

— Можно заказать, — задумчиво протянул Северин.

— А где взять деньги?

— Деньги — это не главное. Важно найти того, кто купит их вместо нас. В людском обществе я не могу появиться, а если двадцатилетняя девушка станет покупать камни, это вызывает вопросы и излишнее внимание. Может, ты попросишь своего Илью? Он молодой купец, и к нему не возникнет вопросов, — рассуждал вслух бог ветра.

— Он вовсе не мой, — проворчала Настя, поднимаясь по ступенькам. Избушка тихо кудахтала и топталась на месте, приподнимая то одну лапу, то другую, и пытаясь согреться.

Настя наполнила умывальник водой и тщательно умылась, затем сменила воду в лохани и поставила её рядом со скамьёй, на которой лежал Мороз. Она аккуратно стянула с него рубаху и, используя чистую тряпку, начала омывать грудь. Раны быстро затянулись, оставив лишь тёмные фиолетовые шрамы на белоснежной коже.

После этого Настя вымыла плечи и руки Мороза. Немного помедлив, стянула с него штаны и, покраснев, протёрла всё остальное тело. Затем быстро одела мужчину и присела рядом, нежно поглаживая по щеке. Его лицо расслабилось, а дыхание было едва заметным, словно он просто крепко спал.

С улицы послышался голос Яги. Настя поспешно наклонилась и нежно поцеловала Мороза, вспомнив сказки о спящей царевне. Хотя разум подсказывал ей, что это лишь выдумка, в глубине души она надеялась, что поцелуй поможет Мору преодолеть проклятый сон.

В терем вошла колдунья с мешком, набитым различными кореньями. Она внимательно осмотрела девушку. Внешне Настя почти не изменилась, однако стала заметно спокойнее. Магия Мора успокаивала её во время тренировок с Северином, и это шло ей на пользу. Она усердно училась, проявляя находчивость и внимание.

— Сегодня я научу тебя заземлять магию, — произнесла Яга, развешивая коренья на гвозди, вбитые в стены.

— Опять?! — возмутилась Настя.

— Да, опять, — невозмутимо ответила Яга, не обращая внимания на недовольство девушки.

— Может, пора уже показать мне что-то более сложное, чем заземление магии и как варить отвары от головной боли? — проворчала она, укрывая Мороза лёгким одеялом.

— Сначала тебе нужно научиться контролировать свою магию, которая появилась слишком неожиданно. А когда ты поймёшь, как она работает, сможешь использовать её по своему усмотрению, — Яга спокойно объясняла Насте простые истины, как будто говорила с маленьким ребёнком.

— Нам нужно заказать камни, — решила сменить тему Настя.

— Не понимаю, зачем строить эту крепость. Вы можете остаться у меня, — предложила Яга.

— К твоим владениям приближаются приспешники Морока. Видимо, он догадался, что Мороз всё ещё жив. Скоро они обнаружат избу и нападут на нас а силы Мора покинут меня с наступлением весны, — теперь уже Настя обращалась к своей наставнице, как к несмышлёному ребёнку.

Яга пристально взглянула на свою ученицу. — Несомненно ей нравится, как сила Мороза влияет на неё. Что она ей даёт, уверенность или спокойствие? — задумалась колдунья.

— И где вы возьмёте камни? — спросила Яга.

— Попрошу Илью заказать их, — ответила Настя. Но затем, задумавшись, тихо добавила: — Наверное. Камней нужно много, а это не останется незамеченным для властей. Царь боится смуты и восстания, поэтому любые крупные покупки камней и железа вызовут вопросы.

— Но другого выхода нет, — вмешался в разговор Северин. Он вошёл в дом, неся в руках охапку дров, и бросил их у печи. — Я осмотрел окрестности, и могу сказать, что крепких камней почти не осталось. Если отправить нашего тролля на запад, то там ещё найдутся один-два валуна, но на этом всё.

— Я поеду в город и поговорю с Ильёй. Возможно, нам удастся закупить камни небольшими партиями. — Настя потирала кончик носа, обдумывая план.

— Подожди меня пару дней. Я выполню свои обязательства, и поедем вместе.

— Нет, Северин, у нас нет пары дней. К тому же это всего лишь поездка в город, что со мной может случиться? Купцы разорят меня на пряниках? — рассмеялась Настя.

Северин недовольно поджал губы, но промолчал. В последнее время они часто спорили. Настя, немного научившись обращаться с мечом и колдовать, возомнила, будто способна самостоятельно нести груз, который не должен был выпасть на её долю.

Собравшись в путь, Северин глубокой ночью вышел на крыльцо. Яга сидела на ступеньке, одной ногой болтая в воздухе, ивырезала небольшой чур. Юноша присел рядом.

— С Настей же ничего не случится плохого в ближайшее время? Ей не грозит опасность от людей? — спросил он, глядя в ночное небо, усыпанное звездами.

Маленький нож, вырезающий узор на мягкой древесине, замер. Женщина задумалась, затем, очистив амулет от стружки, тихо произнесла: — Ты не в силах уберечь её от всех опасностей этого мира. То, что должно произойти, предначертано судьбой. Даже сами боги не могут изменить судьбу человека. Тебе это известно не хуже, чем мне.

— Но я могу помочь, — возразил Северин.

— Не в этот раз, — колдунья поднялась, пряча свой инструмент в маленькие ножны. — Иди, куда велено. Этот урок она должна усвоить самостоятельно, — пробурчала Яга, заходя в избу. Юноша даже не обернулся на звук закрывающейся двери.

Немного погодя, дождавшись, чтобы в избе всё стихло, Северин спрыгнул с крыльца на снег и принялся его разгребать. Положив ладонь на холодную чёрную землю, он прошептал: — Мать-сыра земля, сестра Моры, присмотри за ней и даруй ей силы в самый трудный час, не дай ей кануть во тьму.

Рука почувствовала нарастающее тепло и покалывание, а зимнюю тишину нарушил мягкий женский голос: — Посмотрите-ка! Гордый бог молится богине!

Маленькие частички земли взмыли в воздух и окружили руку Северина.

— Присмотри за ней, пока меня не будет рядом, — не отрывая ладони, вновь повторил он свою просьбу.

— Я всегда присматриваю за людьми, — произнесла богиня. — Но от судьбы не убежишь.

Частицы почвы, парящие вокруг руки Северина, упали вниз, земля вновь стала холодной и безжизненной. Бог выпрямился, отряхнул испачканную руку и свистнул, призывая Снежинку.

Северин ещё раз взглянул на избушку, которая слегка покачивалась,куриные лапы зябко топтались в сугробе. С тяжёлым сердцем он покидал эти места, унося с собой холод и северный ветер далеко в царство вечного льда и холода.

* * *

Ранним утром Настя отправилась в путь на Сивке-Бурке. Эта низкорослая кобыла с мощными копытами казалась на первый взгляд вполне обычной, но на самом деле обладала невероятной выносливостью и силой.

Девушка надела старый коричневый плащ и простую одежду, чтобы не привлекать лишнего внимания. Незнакомка, приехавшая в город одна, непременно вызовет интерес, поэтому она решила ехать окраинами.

Улицы, на которых рядами выстроились скромные терема ремесленников, были пустыми. Женщины занимались домашними делами, мужчины работали в лесу или мастерских, а отроки помогали родителям.

Выехав на улицу, где располагались лавки, Настя всё же встретила пару любопытных взглядов. Прикрывая лицо капюшоном, она привязала кобылку к коновязи.

Внезапно к ней подскочил Сёмка, сын местного плотника. Когда-то они часто играли с Ваней, когда тот приезжал в город. Мальчик её не узнал и протянул руку к поводьям.

— Сударыня, позвольте мне позаботиться о вашей кобылке. Я напою её водой, вытру сеном, чтобы она не замёрзла — мальчик смотрел не неё умоляющим взглядом.

Настя, стараясь скрыть лицо, быстро достала из кошелька монетку и протянула её ребёнку. От счастья и удивления его большие глаза округлились. Слегка поклонившись, он побежал в дом за водой, не забывая при этом пробовать монету на зуб, как это часто делают взрослые на базаре.

Девушка подошла к лавке отца Ильи. Крыльцо, как и у других лавок, было украшено резьбой и яркой краской, но внутри помещение обставлено скромно, чтобы ничто не отвлекало покупателей от товаров.

Осмотревшись, Настя заметила, что на полках стало гораздо меньше ткани. – Видимо, дела идут не очень хорошо, — подумала она, и в этот момент поймала на себе взгляд лавочника, который оценивающе смотрел на неё. Прикусив губу, он, похоже, решил, что товар в лавке девушке явно не по карману, и размышлял, как бы её спровадить.

— Мне нужен сын хозяина, — обратилась она к продавцу, стараясь говорить как можно строже, но тот оказался не из робких.

— На кой вам Илья Фёдорович? – подозрительно спросил он, прищурив глаза.

— Мы с ним давние знакомые, и не лезь в хозяйские дела, которые тебя не касаются, — продолжала настаивать Настя. Дрожь пронизывала её тело не от холода, а от страха, впервые в жизни она позволяла себе так грубо разговаривать с людьми.

Щёки лавочника покраснели от гнева. Он ещё раз внимательно осмотрел гостью, но, приняв решение, отодвинул занавеску и кликнул Илью.

Настя невольно улыбнулась, увидев своего друга. Илья выглядел уставшим, на его лице топорщилась щетина, которая к весне грозила превратиться в полноценную бороду, что добавляло ему возраста и делало по-настоящему взрослым мужчиной. Чтобы Илья смог увидеть её лицо, Насте пришлось слегка приподнять капюшон. Он с удивлением посмотрел на неё, но затем, не удержавшись, улыбнулся и обнял.

— Пойдём ко мне. Ты, наверное, устала с дороги и проголодалась.

С этими словами Илья протянул несколько монет своему помощнику и попросил: — Купи что-нибудь поесть или сходи к моей матушке домой.

Лавочник кивнул головой и быстро пробормотал: — Будет сделано, сударь.

Илья провёл Настю в маленькую комнату в глубине лавки, где, вероятно, он и его отец вели дела, и стал суетливо наводить порядок на столе.

— Илья, я приехала к тебе по важному делу. Мне нужна твоя помощь, — произнесла девушка, пристально глядя ему в глаза.

Парень указал на резной стул.

— Присаживайся. Неужели я, простой купец, могу совершить то, чего не могут даже боги? — усмехнулся он. Настя заметила, что Илья нервно перебирает пальцами по столу.

В комнате появился помощник и расставил на столе две кружки с парным молоком, разложил хлеб, пару блинов и небольшой кусочек отварного мяса. Когда он вышел, Илья, подумав над словами девушки, произнес: — Настя, на твоём месте я бы подождал немного. А лучше бы вообще уехал подальше.

— Почему? — удивилась она.

Илья помрачнел и тихо сказал: — Лютый вернулся.

От этих двух слов у Насти перехватило дыхание. Руки и ноги начали неметь, а в памяти всплыли ужасные события того вечера. Глаза, полные жестокости, не знающие жалости, заполнили её сознание.

Лютый.

Илья проводил печальную девушку до двери. С их последней встречи она стала ещё бледнее. Хотя Настя не рассказывала всех подробностей, Илья понял, что Бог зимы так и не смог оправиться от раны, полученной в бою. Бог солнца постоянно пропадал где-то, и пока за Настей присматривает Северин, но с приходом лета он будет появляться всё реже. Это беспокоило Илью. Несмотря на то что Настя превратилась в колдунью, способную постоять за себя, без сильного мужского плеча ей будет нелегко. Но и оставаться здесь ей тоже нельзя, ведь для всех она сгинула в лесу.

— Я закажу немного дерева для строительства нового склада и камни для тебя. Но вывезти смогу только тогда, когда всё уладится в городе, — сказал Илья, помогая Насте сесть на лошадь.

— Спасибо. Как долго он здесь пробудет? — спросила девушка, чувствуя, как от одного упоминания о Лютом на душе становится тяжело и неприятно.

— Сейчас идёт разбирательство по поводу поджога складов. Его друг пытается свалить всё на бандитскую группировку, которая якобы бесчинствует в этих местах. Но сообщников Богдана видели местные жители. Князю будет непросто вытащить его из этой неприятной ситуации. Поэтому, мне кажется, он очень зол и задержится здесь надолго.

— Ой, посмотрите, это же Настька ! — раздался на всю улицу женский крик. Обернувшись, Настя увидела Фёклу, которая стояла в толпе других деревенских девушек.

— Марфа, взгляни, это и правда Настя! А говорили, что её прибрал мороз! — удивлённо воскликнула Клавдия, толкая Марфу локтем в бок. Та, вытаращив глаза, смотрела на свою сводную сестру, её губы слегка дрожали от волнения.

Настя растерялась, обнаружив вокруг себя толпу односельчан. От охватившего волнения она даже забыла накинуть капюшон.

— Уезжай скорее! — крикнул Илья, хлопнув ладонью кобылу по крупу. Сивка недовольно заржала и, сорвавшись с места, галопом понеслась прочь. Люди, испуганно крича, расступались, освобождая ей путь, и девушка, надвинув капюшон на лицо, скрылась из виду.

— Настя! Настя! Не уезжай! — до боли знакомый детский голос выделился из гула собравшейся толпы. Сердце наполнилось болью, а из глаз хлынули слёзы, но Настя сильнее пришпорила свою кобылку, стараясь ускакать как можно дальше.

Она лишь на мгновение обернулась и увидела, как Илья прижимает к себе плачущего Ваню. Брат продолжал звать её, не в силах успокоиться.

Настя остановилась только тогда, когда заехала глубоко в лес, и, зарывшись лицом в рыжую гриву своей лошади, предалась слезам. Боль, отчаяние и печаль охватили её. Она ненавидела себя за то, что сбежала от брата. — Возможно, он плакал и скучал по мне всё это время, не зная, жива ли я вообще, — думала она. А как же батюшка? Она совсем забыла о нём! Как он там?

Наплакавшись, Настя успокоилась и, всхлипывая, вытерла слёзы. Щёки щипал мороз. Ощутив приятную прохладу на руке, она пристально посмотрела на хрустальный браслет, в глубине которого переливалось голубое сияние. Буквально на днях она научилась превращать посох в браслет, но вот превратить его в меч никак не получалось. Настя провела большим пальцем по браслету. Закрыв глаза, она сосредоточилась на энергии Мороза. Украшение засияло ярче, словно пробудилось от этого сосредоточения, энергия распространилась по руке и груди.

Глубоко вдохнув, она ощутила, как голубая энергия проникает в тело. Душевная боль и гнев постепенно утихли. Настя слегка вздрогнула от мурашек, пробежавших по коже. Магия холода успокаивала, словно то, что произошло полчаса назад, случилось давно, много лет назад, и все чувства казались теперь далёкими и неважными.

С блаженным вздохом она направилась вглубь леса.

***

Григорий, сделав глоток вина, рассматривал сквозь разноцветные стёкла окна убогий городишко. Богдан Дроздов, нервно теребя перстень на пальце, не решался первым заговорить с князем о деле.

За покровительство Дроздов отдавал ему значительную часть своей прибыли, и именно на эти деньги Григорий содержал свою дружину, которую в народе прозвали «сворой». Лютый знал, какая молва ходит о нём и его отряде, и ему это нравилось, нравилось видеть страх в глазах людей и их безысходность.

Титул давал ему власть в этих землях, право брать всё, что он пожелает. Однако у всего есть предел, и у власти тоже. Жадный и глупый купец уже достиг предела. Старший брат подозревал, что Григорий выгораживает Дроздовых. Поэтому в этом деле нужно очень сильно постараться, чтобы вытащить старого плута из той передряги, в которой он оказался.

- Кто написал жалобу на тебя? - устало спросил Григорий, возвращаясь к столу.

- Мальчишка Захарова, они были моими главными конкурентами. Я поджёг их склады, свидетелей нет. Но кто-то из их крепостных видел моего болвана сына. Начали разбирательство, но доказательств у них не хватило, вот папаша и захворал, а молодой щенок решил мне, видимо, таким образом отомстить, - с ненавистью говорил Богдан и вздрогнул, когда тяжёлая дверь отворилась и в комнату вошёл сын Дроздова с молодой супругой. Старый купец недовольно плюнул в сторону своего дитя. Юноша опустил взгляд в пол и покорно поклонился, приветствуя отца и дорогого гостя. Жена его стояла позади и словно тень повторила действия мужа.

- Присаживайся. Коль виноват, так учись разгребать то, что натворил, - с притворным добродушием промолвил Лютый. Только сейчас юный Дроздов осмелился посмотреть на князя. Тихо промямлив слова благодарности, Александр присел между князем и отцом, Жёнушка встала рядом по его левую руку от мужа. Григорий мельком оглядел её. Не красавица, конечно, но благодаря меху и дорогим одеждам, выглядела вполне миловидно.

— Григорий Святославович, может, стоит припугнуть этого мальчишку? — предложил Богдан.

— Нет, ты и так уже доставил мне слишком много проблем. Царь подозревает, что я беру у тебя взятки. Нам нужно обвинить его семью в государственной измене. Есть ли что-то, что могло бы быть похоже на это? — спросил князь.

Богдан, задумчиво теребя бороду, пожал плечами.

— Нет, они богобоязненные христиане. Ведут себя тихо, о них не ходит никаких слухов. Вот же чёрт!— сквозь зубы процедил Богдан, в досаде стукнув кулаком по столу.

- Здесь вы не правы, батюшка. Сегодня город полон слухов о молодом Захарове, - вмешалась в разговор девушка, но тут же прикусила губу, проклиная в душе свою болтливость. Богдан гневно посмотрел на невестку, затем на сына:

- Ты даже бабу свою поставить на место не можешь. Да за что же мне бог дал такого неотёсанного сына?! - проворчал старый купец.

Григорий сомкнул руки и подставил их под подбородок, пристально глядя на смущённую и покрасневшую от стыда девушку.

— И что же говорят про Илью Захарова? — спросил он. Та распахнула глаза, обрамлённые пышными ресницами, посмотрела сначала на князя, затем на свёкра, взглядом спрашивая разрешения молвить. Богдан кивнул.

Клавдия опустила взгляд в пол и быстро залепетала: – Сегодня утром из лавки Захаровых вышла некая Анастасия. По слухам, это девушка из деревни, которую в начале зимы деревенские принесли в жертву Морозу за колдовство. Все думали, Мороз её подобрал, а бездыханное тело зверьё лесное растащило на кусочки. Но вот вчера она жива-здоровёхонька верхом на коне умчалась в лес. А в лесу, поговаривают охотники, живёт то ли дочка, то ли невеста Мороза, защищает зверьё лесное от нечисти и заплутавшим охотникам путь указывает.

Богдан хмыкнул и заворчал: — Это всего лишь бабские бредни. Этим щенка не заткнёшь.

— Ещё как заткнёшь! Он связан с тёмными силами. Ведьма навела пожары, их склад сгорел, а так они просто пытаются отвести от себя подозрения, — с улыбкой сказал Григорий, резко дёрнув девушку за локоть. От неожиданности она неловко упала на колени князю, и тот крепко обнял её за талию, не давая вырваться. Молодой купец вскочил со скамьи, но Богдан схватил его за плечо и вернул на место.

— Итак, понаблюдайте-ка хорошенько за этим Ильёй. Да и подробности про… Как ты там выразилась? — с задором спросил князь у скулящей девушки, пытавшейся вырваться из чужих объятий. – Ах да, о Морозовой невесте попытайтесь выяснить, - продолжил Григорий, щекоча девицу. Та, побагровев от стыда, начала плакать. Её бледный муж вновь вскочил со скамьи и грозно обратился к князю по имени, но договорить он не успел, отец схватил его за шиворот и выволок в коридор. Вернувшись, Богдан поклонился и, пожелав князю хорошего вечера, покинул его покои.

Снаружи разъярённый Александр вновь пытался ворваться в комнату, но отец отвесил ему крепкую пощёчину и прошипел: - Хватит вести себя как болван. И делай то, что велят!

Растерянный мужчина непонимающе смотрел на отца.

- Батюшка, она моя жена. Я…Я должен защитить её, - заикаясь, проговорил Александр.

— Ты что, не понимаешь? А кто защитит всех нас? Лютый — единственный, кто способен помочь нам выбраться из этой ситуации. А в ней мы оказались потому, что кто-то выполняет мои поручения, спустя рукава. И пусть теперь твоя Клавушка расплачивается за это. Если хочешь её спасти, то приведи к нему девчонку из леса, - ругался старый купец, спускаясь с лестницы.

***

Мороз неспешно брёл по бескрайнему лугу. Травы здесь были такие же, как и в мире живых, клевер и одуванчик. Однако их оттенки казались более тёмными, почти чёрными.

Мороз ощущал, как его дух медленно, но уверенно крепнет. Скоро ему не понадобится разрешение Кощея, чтобы покинуть мир мёртвых. Однако его пугала мысль, что вместе с ним в мир живых может выйти и ОНА.

Словно услышав мысли своего сына, очертания женского тела начали постепенно проявляться впереди. Мор остановился и, не говоря ни слова, стал наблюдать за матерью, которая в полной тишине собирала травы. Сейчас она выглядела так, как много тысячелетий назад: спокойная и невозмутимая, таинственная и непонятная для других, но такая родная для него.

- Значит, таков был ваш план? — нарушил тишину Мороз. Мора оторвала очередной росток зверобоя, медленно выпрямилась и обернулась в сторону сына.

Ловушка

Мора тихо приблизилась к Морозу, слегка коснувшись его руки своими цветами.

- Какой план? – её голос звучал спокойно.

- Ты хочешь покинуть мир мёртвых вместе со мной. Ведь без меня не будет зимы, и мне рано или поздно придётся уйти отсюда, – ответил Мор.

- Дорогой сын, на тебе свет клином не сошёлся. Разве ты не заметил, что боги уже предпринимают попытки создать свою зиму? — Мора пристально посмотрела на него.

Мор не очень-то поверил её словам, но потом, сосредоточившись на энергии мёртвого царства, и в самом деле заметил изменения. Отсюда уходило огромное количество энергии, значит, кто-то из богов действительно перекраивал мироздание. Он знал, что боги не испытывают к нему и Море тёплых чувств, но они никогда не стремились их уничтожить.

— Прости меня, — наконец произнёс Мороз. — Я боялся, что ты не сможешь сдержать свой гнев и разрушишь мир. Мора продолжала молчать. Он посмотрел вдаль и продолжил: — Я помню те времена, когда был всего лишь духом, как ты заботливо укрывала леса снегом, чтобы моя сила не погубила деревья. Помню, как утешала мёртвых и провожала их в нижний мир… Я хочу всеми силами сохранить этот мир, потому что в нём вижу твою божественность.

Мороз обернулся к матери, но она исчезла. Он не мог её видеть, но чувствовал её присутствие. Направляясь к замку Кощея, он услышал тихий шёпот: — Если ты ещё веришь в меня, добудь мой венец.

***

Яга с интересом наблюдала, как Настя пытается создать более мощный снежный вихрь. Её тонкие руки дрожали от напряжения, вокруг тела появилась белая дымка, словно облако, а ресницы покрылись инеем.

Колдунья заметила, что в последнее время Настя стала более нервной и часто использовала свой браслет, но старалась делать это тайно. Яга чувствовала, как от неё исходит всё больше энергии Мороза. С каждым днём сила в хрупком теле девушки росла и крепла, но вместе с этим Настя всё больше теряла свою человечность.

Вихрь распался на миллионы маленьких снежинок, которые медленно упали на снег, переливаясь разноцветным искрами.

Настя раздражённо выдохнула и резко отпустила руки.

— Тебе нужно сосредоточиться, ты сегодня слишком взволнована, поэтому ничего и не выходит. Давай-ка лучше сделаем перерыв и приготовим ужин, — спокойно произнесла колдунья, слезая с пенька.

— Мне ещё нужно проверить границы, — вздохнув, с грустью ответила девушка.

— Ничего страшного не произойдёт, если ты пропустишь один денёк, — попыталась убедить её Яга.

— Нет, я не смогу заснуть, пока не буду уверена, что он далеко отсюда, — проговорила Настя, направляясь к едва заметной тропинке петляющей между ёлок.

Небо быстро окрашивалось в розовато-фиолетовые оттенки. Тяпа мирно спал на печке, но, услышав зов Насти, выбежал на крыльцо в облике маленькой собачки, а приземлился на снег уже огромным псом.

Закрепив на поясе тонкий лёгкий меч, подаренный Северином, Настя тщательно укуталась. Она прекрасно понимала, почему Яга и Северин переживали за неё. Её пока нельзя назвать ни воином, ни колдуньей. Всё, чему она научилась, это крепко держать оружие и сдерживать силу Мороза.

Тяпа стремительно мчался через лес, Настя старалась держаться подальше от открытого пространства, прячась в густой чаще. В лесу царила тишина, ни людей, ни нечисти не видать, но эта тишина лишь усиливала нехорошее предчувствие, охватившее девушку.

Прошло уже десять дней с того неприятного происшествия в городе. Илья не появлялся, а княжеская дружина не предпринимала попыток войти в лес. А ведь ходили слухи, что князь любит охотиться на ведьм и нечисть. Теперь Настя чувствовала себя скверно, ведь для людей она стала такой же нечистью, как упыри и кикиморы.

— Возможно, я зря беспокоюсь. Сейчас князя больше волнуют проблемы купцов…

Вдруг вечернюю тишину леса нарушил резкий свист. В дерево рядом с Настей вонзилась стрела с небольшой запиской. Тяпа зарычал, его алые глаза запылали. Настя выхватила меч, всматриваясь в ту сторону, откуда прилетела стрела.

Браслет, чувствуя страх хозяйки, сверкнул, на его поверхности заиграли морозные узоры. В мгновение ока они окрепли, и стволы деревьев затрещали от усилившегося мороза. Настя слышала, как хрустит снег под ногами убегающего лучника, но не собиралась его преследовать.

– Если бы он хотел убить, то выстрелил бы в меня, а не в дерево, — думала девушка, пытаясь дрожащими руками снять бумагу, чтобы не порвать её, продолжая шарить взглядом по лесной чаще, выискивая врагов.

Наконец клочок бумаги оказался в её руках. Она взглянула на него и поджала губы от досады. Настя не умела читать, и буквы для неё казались лишь загадочными и непонятными символами. Но, кажется, это не почерк Ильи. Она частенько с интересом наблюдала, как он ловко писал письма, и перо в его руках выводило причудливые и ровные буквы. А здесь почерк неаккуратный, с кляксами…

— Тяпа, нужно отвезти письмо Яге, возможно, она сможет его прочесть, — сказала девушка своему верному псу, который хоть и навострил уши, но сохранял спокойствие. – Странно, что Тяпа его не почувствовал, — подумала Настя, но промолчала, не желая обижать своего защитника.

До дома добрались быстро. Настя в последний раз оглянулась, пытаясь разглядеть в темноте опасность, которая могла подстерегать их.

— Тяпа, охраняй дом! — приказала она псу. Вбежав внутрь, она обнаружила Ягу за прялкой. Та что-то тихо напевала себе под нос.

— Что произошло, дитя моё? — спросила женщина, увидев испуганное лицо девушки в ответ та протянула ей письмо. Колдунья развернула его, прищурившись, пробежалась глазами по строчкам и нахмурилась. Меж её бровей пролегла вертикальная складка.

— В дерево рядом со мной выстрелил лучник, к стреле было прикреплено это письмо. Ты можешь его прочитать? — с надеждой спросила Настя.

— Да, это письмо, кажется, писал Илья, — задумчиво произнесла колдунья, обнюхивая бумагу. — Там сказано, что князь задержал твою семью по подозрению в поджоге складов с купеческими товарами. Их обвиняют в колдовстве и он просит тебя срочно приехать.

— Что, опять?! — из глаз Насти хлынули слёзы. Она снова вспомнила те ужасные дни, когда её связанную бросили в сарай, а потом топили в ведре со святой водой, чтобы заставить признаться в колдовстве. Девушке стало плохо, её руки задрожали, когда она представила, что сейчас то же самое могут делать с её младшим братом. Настя бросилась к двери, но Яга оказалась проворней. Она захлопнула дверь избы, встала на пороге и попыталась вразумить девушку.

— Подумай хорошенько, разве стал бы Илья писать тебе и просить приехать? Ведь твой приезд только усугубит ситуацию, тем более ты сама сказала, что Тяпа его не почувствовал. Неужели ты не понимаешь?!

Настя отвернулась. Конечно, она сразу поняла всё. Это письмо от НЕГО. ОН пытался таким образом выманить её из леса. Но Яге невдомёк, на что способен этот человек.

— Я должна пойти, Тяпа мне поможет, — решительно произнесла Настя, вытирая слёзы.

— И что дальше? Ты его заморозишь? Или твой пёс его съест? А как же твоя семья и Илья? Как они будут жить потом в этом городе? — вопрошала Яга.

— Что же мне делать?! — в отчаянии Настя ничего не могла придумать.

— Заманить его в ловушку, — тихо произнесла ведьма.

***

Всю ночь у ворот города дежурили дружинники, но колдунья так и не появилась. И это казалось удивительным, ведь всем известно, что ведьмы особенно сильны в ночное время. Потап и Алексей дремали, когда услышали ржание лошади. Мужчины встрепенулись.

— Она? — шёпотом спросил Алексей у своего сослуживца.

— Конечно она! Какая нормальная баба поедет в город ни свет ни заря? Зови князя, — скомандовал Потап, пристально наблюдая, как женская фигура на рыжей кобыле скрывается за поворотом.

Оставшись один, Потап вспотел, несмотря на сильный мороз. Он боялся, что ведьма заметит или учует его, ведь говорят, у них чутьё, как у лисы. Но женщина спокойно слезла с лошади, привязала её к столбу и направилась к купеческой лавке, озираясь по сторонам.

Несмотря на то, что князь всеми силами старался скрыть свои планы от горожан, слух о том, что ведьму будут ловить в городе, всё же пополз. Да и молодого купца арестовали на глазах у всего честного народа. Опасаясь колдовства, жители увешали свои дома и лавки оберегами и крестами.

Потап опасался, что ведьма насторожится и вздумает уехать. Тогда как ему одному её удержать? Но баба оказалась глупой и всё-таки вошла в лавку. Потап с облегчением выдохнул и перекрестился, радуясь, что его минуло столкновение с нечистью. Дальше её должны были скрутить его сослуживцы.

Князь, восседая на вороном коне, уверенно прокладывал путь через толпу зевак. Горожане хотя были сильно напуганы, но не могли сдержать своего любопытства.

В лавке находились трое крепких дружинников, которые уже десять минут не могли совладать с ведьмой. Даже через закрытую дверь отчётливо доносился какой-то грохот, звон битой посуды и треск ломаемой мебели. Люди представляли, что ведьма плюётся огнём, атакуя храбрецов.

Однако Настя, подобно лисёнку, ловко металась по избе, не давая дружинникам схватить себя. Когда им наконец удалось загнать её в угол, Настя выхватила меч и ранила всех троих. Мужчины не ожидали такого сопротивления и отступили. Воспользовавшись их замешательством, она выбежала на улицу, всё ещё держа в руке окровавленный клинок.

Народ в страхе отпрянул назад, а лучники, окружившие лавку со всех сторон, нацелили свои стрелы на девушку. Настя, оглядевшись по сторонам, медленно положила меч на землю и подняла руки вверх.

– Помни, что бы ни случилось, ты не должна использовать магию. Если люди узнают, что ты способна колдовать, это подтвердит правоту князя, и, возможно, в других вопросах он тогда также легко навяжет народу свою правду, — звучал голос наставницы в голове Насти. Девушка старалась не смотреть в сторону монстра в обличье человека, который принёс столько горя их семье.

Дружинники связали её чёрной зачарованной верёвкой. Даже сквозь шубку она ощущала исходящий от неё жар. Эти путы, казалось, высасывали из неё и магию, и саму жизнь.

Только когда девушку крепко связали, Лютый спрыгнул с коня и подошёл к ней. Настя опустила голову, глядя себе под ноги. Тогда князь схватил её за подбородок и приподнял лицо, заставляя взглянуть на себя.

— А она ещё красивее своей матери! Не удивительно, что такая очаровательная плутовка смогла покорить самого Мороза, — мерзко ухмыльнувшись, произнёс он.

Девушку охватил вихрь эмоций, ярость, жажда мести и липкий страх смешались внутри неё. Те же холодные зелёные глаза, которые в ту роковую ночь показались ей змеиными, теперь излучали пугающую силу. Однако она старалась убедить себя, что это всего лишь обычный человек, просто наделённый неограниченной властью над другими смертными.

Когда Настя немного привыкла к присутствию своего недруга, она заметила сеть морщин у его глаз и седину в волосах и бороде. Почему-то эти признаки увядания принесли ей некоторое успокоение.

— Не трогайте её, она ни в чём не виновата! Умоляю вас, княже, моя дочь ни в чём не повинна! — седой старик выбежал из толпы и упал на колени перед князем. Его руки крепко стягивала такая же чёрная верёвка.

Сердце Насти сжалось при виде слёз на осунувшемся лице отца. Несмотря на то что они с Лютым были примерно одного возраста, её отец от горя превратился в старика.

— Батюшка, встань, — прохрипела Настя, не в силах проглотить ком в горле. Она сделала несколько шагов навстречу родителю, но дружинники, дёрнув за верёвки, вернули её на место.

— Ты, старый пёс, ещё смеешь что-то просить?! Ты породил ведьму, так что молчи, не то отметелю похлеще, чем тогда, — рявкнул Григорий, отталкивая старика ногой в сторону.

Затем князь снова повернулся к Насте.

— Ведьма, известная нам как Настасья, тебя обвиняют в преступлениях против жителей этого города. Ты и твои приспешники, используя магию, поджигали склады, намереваясь вызвать голод и распри между горожанами. Сегодня вечером тебя будут судить. А пока отведите их в темницу, — скомандовал князь.

В ту же минуту Насте в рот засунули кляп и надели мешок на голову.

– Ох, Яга, надеюсь, твой план сработает, — подумала она про себя.

Девушка надеялась, что окажется рядом с семьёй и другом, ведь что Илью тоже арестовали, было очевидно, однако её заперли в сырой тёмной камере одну.

Она долго извивалась на полу, но всё же ей удалось снять мешок с головы, но это нисколько не помогло. Ни единый лучик света не пробивался сквозь чернильную темноту, где-то в углу пищали крысы. Настя попыталась достать из сапога маленький нож. Чёрная верёвка лишала своего пленника магических сил, но для обычного ножа она оставалась лишь обычной верёвкой. Настя поранила руку, пытаясь разрезать толстые путы, и через некоторое время они поддались.

Время тянулось медленно. Настя лежала на полу, в сотый раз обдумывая план. Наконец послышались шаги. Толстая массивная дверь со скрипом отворилась, и в темницу вошёл князь. Это насторожило девушку, ведь князь не чурался насилия, об этом знали все. Она медленно, не сводя с него глаз, отползла назад и вжалась в угол камеры.

Губы мужчины тронул довольный оскал. В свете факела его лицо казалось ещё более устрашающим. Он присел на корточки, чтобы лучше разглядеть лицо своей пленницы.

Вот он, её шанс!

Настя, не медля ни секунды, вонзила отравленное шило в сапог князя. Однако, к её удивлению, Лютый отреагировал абсолютно спокойно. Он небрежно откинул её руку, вытащил шило, осмотрел его и спросил: — И чем же ты хотела меня отравить, глупая смертная?

Настя растерялась, зелье Яги должно действовать на человека мгновенно. Князь должен был после этого выполнить любой её приказ, объявить её семью невиновной. И эта странная интонация показалась ей знакомой…

Заметив замешательство Насти, Лютый зло прошептал: — Говорил же тебе, глупое ты создание, я живу в каждом из вас. Что мне стоило взять под контроль ничтожного человека с гнилым сердцем?

— Морок! — в ужасе прошептала Настя. Мужчина снова улыбнулся и погладил её по голове, словно в знак похвалы.

— Увидимся на суде, девочка. Надеюсь, Яга и Северин, как всегда, прибегут тебя спасать, и тогда тело моего брата некому будет оберегать, — промолвил Морок, покидая темницу.

– Нет! нет! Как же предупредить Ягу? Это ловушка! — лихорадочно думала Настя, в отчаянии дергая себя за волосы

Суд

Мор ощущал страх Насти, но никак не мог понять причину этого чувства. Его магия просыпалась, силясь защитить свою новую хозяйку. Князю зимы тяжело далось это решение, и, возможно, он ещё пожалеет о своём выборе, но сейчас он не видел другого пути.

— Кощей! — обратился Мороз к своему брату. — Я ухожу. Сейчас меня не волнует, выйдет ли Мор на поверхность или нет. Богов это, кажется, не очень-то заботит.

Кощей лишь пожал плечами: — Твоё право, брат. Жаль, конечно, что ты больше не можешь остаться.

В руке царя мёртвых появился чёрный посох. Он взмахнул им,над царством разверзлось небо, и Мороз впервые за долгое время увидел солнце. Однако его взгляд первым делом упал на грозовую сеть Перуна, которая закрывала проход в мир живых.

— Тебе не преодолеть его оковы, — произнёс Кощей, заметив направление, в котором смотрел его брат. Мороз, словно опомнившись, резко развернулся и направился к северным горам.

— Куда ты держишь путь? — поинтересовался Кощей.

— За венцом Моры! — откликнулся князь зимы. Кощей в последний раз взглянул на исчезающий портал и последовал за своим братом, стараясь не отставать.

***

Настя пыталась успокоиться, понимая, что приближается час суда. Её била дрожь, но не от холода, а от страха. Она больше не ощущала холода, но эмоции были настолько сильными, что подавляли её волю.

Морозные силы вырвались наружу, и на стене рядом с ней появилась изморозь. Настя попыталась подавить магию, но у неё не получалось.

Вскоре послышались тяжёлые шаги дружинников. К счастью для девушки, мужчина, вошедший в темницу, не взял факел и не заметил заледеневшую стену в темноте. Он грубо, словно куклу, схватил Настю за руку, снова надел ей на голову мешок и потащил наружу. Девушка сама связала себя так, чтобы при удобном случае легко освободиться.

Её вывели на городскую площадь в центре которой были установлены шесть столбов. Настю привязали к столбу по центру и сняли мешок с головы. В толпе людей, собравшихся поглазеть и развлечься, слышались пришёптывания и негромкие голоса, сливающиеся в сплошной гул. Толстые женщины, стоявшие в первых рядах, лениво закидывали орешки в рот, предвкушая интересное зрелище. Всё, что сейчас происходило, напоминало событие, произошедшее в самом начале зимы. Тогда односельчане тоже привязали её к жертвенному столбу…

Вскоре вывели остальных пленников.

Ваня был заплаканным, но невредимым. Увидев сестру, светловолосый мальчик хотел подбежать к ней, но дружинники не позволили и быстро привязали его к крайнему столбу.

— Ваня, не волнуйся! Я никому не позволю тебя обидеть! — прокричала Настя.

Следующим привели отца. На лице старого плотника появилась свежая ссадина.

— Доченька, Настенька, прости меня, пожалуйста, прости! — хрипло кричал старик, не в силах сдержать слёз. Настя, глядя на отца, не смогла сдержаться и тоже заплакала.

– Я принесла ему столько горя! Лучше бы я никогда не появлялась на свет, — думала она. От горьких раздумий её отвлекли вопли и возгласы, раздавшиеся в толпе зевак . К её удивлению, стражники тащили сопротивляющихся мачеху и сводную сестру.

— Мы не виноваты! Нас самих околдовали! Люди добрые, помогите, мы находились под действием чар! — кричала мачеха. Марфа громко плакала, всхлипывая, словно маленький ребёнок.

Последним несли Илью, который не мог идти самостоятельно. Его лицо представляло собой сплошное кровавое месиво.

— Илья! Илья! — позвала его Настя, пытаясь освободиться от верёвки, но та крепко стягивала тело.

В центре площади появился князь Григорий. Теперь Настя ясно разглядела бледно-голубые глаза, в которых плескалось настоящее безумие. Князь был одержим богом зла и жестокости.

— Горожане! — выкрикнул Лютый. — Эти люди оказались замешаны в поджоге купеческих складов. В ходе расследования женщины признали свою вину и подтвердили участие других в этом преступлении.

Он вынул меч из ножен и указал им на Настю.

— Признаешь ли ты, ведьма, что с помощью магии поджигала купеческие склады? — громко спросил он.

Насте ничего не оставалось, кроме как следовать плану Яги.

— Княже, вы ошиблись, я не умею колдовать. Полгода назад меня оклеветали мачеха и сестра. В лесу меня нашёл отшельник и приютил, — как можно жалобней заныла она.

— Ложь всегда неразлучна с колдовством. Что же поведает нам твоя сестра? — мужчина приблизился к заплаканной Марфе.

Та стала лепетать что-то нечленораздельное, мол, Настька успевала делать всё очень быстро: за угол зайдёшь, а корова уже подоена, а ещё она с птицами разговаривала

Её слова прервал протяжный, хватающий за душу вой.

Не может быть, слишком рано! Яга обещала, что вмешается только в конце, если у меня ничего не выйдет! Так у меня ничего и не получилось, а самое страшное, всё идёт так, как спланировал Морок. Яга направляется прямиком к нему в лапы. Её надо как-то остановить! — мысли судорожно метались в Настиной голове. Вой усилился, его подхватили другие волки. Людская толпа, которая до этого застыла в оцепенении, сейчас забурлила на площади.

— Там волки! — раздался тревожный крик.

— На Гончарной улице тоже! — подхватил старик из толпы.

Тяпа, огромный чёрный пёс, запрыгнул на крышу терема. Увидев его, многие горожане пришли в ужас, а женщины в страхе закричали.

Чтобы её заметили, хрупкой и низенькой Яге пришлось выпрямиться. Она подняла вверх копьё, привлекая внимание толпы. Её вид тоже внушал страх: на зелёном платье красовался кожаный нагрудник, руки крепко сковывали наручи, на лице надета страшная маска с клыками и длинным крючковатым носом, распущенные чёрные локоны покрылись пылью, на спине красовалась накидка из звериных шкур, застёгнутая огромным клыком.

- Вы звали меня, нечестивые людишки! Мне нет дела до ваших складов, но если вы настаиваете на моём участии в жизни вашего города, я с радостью устрою вам весёлую жизнь! — прокричала Яга, её голос звучал уверенно и решительно. Вслед за этими словами Тяпа спрыгнул с терема, оказавшись среди толпы.

Люди с криками отпрянули в стороны от чудовищного пса. Дружинники, поборов страх, бросились в атаку, но пёс раскидал их в разные стороны словно кукол.

Настя воспользовалась ситуацией, и с помощью магии метнула спрятанное в рукаве шило в охраняющего её дружинника. Тот вскрикнул, обмяк и медленно обернулся к Насте.

— Режь верёвку! Быстро! — приказала она. Мужчина медленно вытащил нож из ножен и, пошатываясь, направился к ней. Как только путы упали, девушка выхватила нож из рук околдованного дружинника и начала освобождать всех привязанных к столбам людей.

Мачеха, оказавшись на свободе, сразу бросилась в толпу и быстро затерялась в ней. Сводная сестра в истерике сползла на землю, продолжая рыдать.

В этот момент до слуха Насти донёсся звук скрестившейся стали, князь вступил в бой с Ягой. Мужчина был быстрее и ловчее, но Яга подпрыгнула и приземлилась уже в виде трёх женщин, которые организованно, словно волчья стая, стали нападать на противника.

По всей площади раздавались крики и визг горожан, рык и скулёж волков. Волки разбились на стаи и начали преследовать тех, кто пытался найти убежище в ближайших домах и лавках.

Настя подбежала к отцу, который, казалось, не замечал ничего вокруг. Он неотрывно смотрел на Ваню, перекрикивая дикий гвалт: — Сынок, закрой глаза. Что бы ни случилось, не открывай их, пока я тебе не скажу.

— Папа! Папа! — Настя схватила его за голову и резко повернула к себе. — Забирай Ваню и прячьтесь! — воскликнула она, спеша броситься на помощь Яге, которая в этот момент повалила князя на землю.

– Надо её предупредить, что это Морок, — думала Настя.

— Идём с нами, — старик схватил Настю за руку, глядя на неё с надеждой в глазах. — Мы уедем туда, где будем в безопасности, обещаю тебе, доченька!

От слов отца сердце Насти сжалось, но она отрицательно замотала головой, глаза застилали слёзы.

— Считай, что я уже замужем, батюшка. Я люблю вас, не поминайте лихом, — вырвав свою руку, произнесла Настя и, не оглядываясь, побежала в сторону князя и своей наставницы.

По площади метались люди и волки, пару раз Настю сильно толкнули. Внезапно двухметровый громила с булавой наперевес преградил ей дорогу. Взгляд горящих жаждой крови глаз говорил о том, что он не отпустит её живой. С диким криком мужчина бросился в атаку. Настя сумела увернуться, но громила не растерялся и снова отправил булаву в её сторону. Девушка не могла причинить вред обычному человеку.

Споткнувшись о другую девушку, Настя упала, враг наступил на её юбку, лишая возможности бежать и замахнулся, желая поскорее покончить с ведьмой и тем кошмаром, который охватил весь город. Но внезапно его сбил с ног огромный серый волк, повалив на землю. Здоровяк не растерялся и попытался сопротивляться, но исход этой битвы был уже предрешён.

Настя дрожала от страха, как осиновый лист. В этот момент ей показалось, что она почувствовала дыхание смерти. Окровавленная морда волка обернулась, и Настя узнала старого знакомого.

— Это я, Настя. Мы встретились с тобой в лесу, помнишь? — её голос предательски дрожал.

* * *

Яга повалила князя на землю, и только теперь в его глазах вспыхнул гнев, а не насмешка над глупой женщиной, осмелившейся бросить ему вызов.

— Думаешь, ты победила? — процедил он сквозь зубы.

— Разве можно победить смерть? — вопросом на вопрос ответила Яга. — Но я могу остановить тебя, — продолжила она, направляя копьё на князя.

Его лицо вновь исказилось самодовольной ухмылкой. — Боюсь, цена будет высокой, — произнёс он, схватив женщину за лодыжку. Остальные копии мгновенно исчезли, Яга закричала от боли...

* * *

Волк перевёл взгляд с лица Насти назад, девушка обернулась и увидела Тяпу. Он был весь в крови, в спине торчали несколько стрел.

— Как это ужасно! Тяпа, защищая меня, убил столько ни в чём не повинных людей! С этим пора кончать. Забираем Илью и уезжаем! — с этими мыслями Настя огляделась вокруг. На площади царило настоящее безумие, люди сражались не с волками, а друг с другом. Местные жители проклинали князя и его приближённых, а оскорблённые дружинники с оружием в руках бросались на горожан. Сама Настя испытывала невероятную злость и отвращение ко всем присутствующим.

– Что-то здесь не так», — прошептал тихий внутренний голос. Площадь наполнилась криками, но один выделялся среди остальных.

— Яга! — воскликнула Настя, бросаясь к ведьме, и Тяпа последовал за ней. Царь волков остался стоять на месте, наблюдая за происходящим.

Девушка не могла понять, что происходит. Князь держал Ягу за ногу, и та, словно натянутая струна, вытянулась вверх, её лицо исказилось от ужаса, а нестерпимая боль не позволяла ей сопротивляться. Настя оттолкнула наставницу в сторону, и они упали на твёрдую корку снега.

Обезумевшие горожане уже собирались наброситься на ведьм, но Тяпа, перепрыгнув через женщин, разогнал их.

Яга, скривившись от боли, сбивчиво дышала, подол её платья задрался, и Настя увидев причину, пришла в ужас. Лапоть слетел, обнажив изуродованную ногу. Она практически лишилась кожи, чёрные и бордовые нити сухожилий окутывали икру, но уже не целиком. Плоть продолжала отмирать, оставляя только кости. Магия Яги быстро слабела.

Злость охватила Настю, когда она увидела самодовольное лицо князя. Вскочив на ноги она взмахнула рукой, браслет на её руке исчез, а в руках оказался тонкий меч с серебристыми морозными узорами. Гнев придал девушке силы, наконец-то силы зимы подчинялись ей в полной мере. Князь к тому временем успел встать и тоже поднять меч.

— Плакса мечтает стать богатыршей. Это просто смешно! — сказал князь голосом Морока. — А после битвы я заберу тебя себе в качестве трофея, — добавил он, довольно ухмыляясь.

Два ненавистных ей существа объединились в одно целое.

– Ну и хорошо, так проще убить их обоих одновременно, — подумала девушка, приближаясь к врагу.

Весна

Настя уже не переживала, что люди увидят её магические способности. Она понимала, что доказать обратное теперь невозможно.

– Яга хотела, чтобы люди считали меня обычной, чтобы я могла хоть изредка видеться с семьёй, но, видимо, не судьба. Меня всегда воспринимали здесь как чужую, — промелькнула мысль в голове Насти, когда её клинок со звоном столкнулся с клинком Лютого.

Он считался опытным воином, а Настя только училась держать в руках меч. Григорий легко отразил её атаку и сам перешёл в нападение, однако злость и отчаяние придали ей сил.

Когда Григорий ударил, Насте с трудом удалось устоять на ногах , а удержать меч оказалось ещё тяжелее. В следующее мгновение князь со всей силы ткнул её кулаком в живот. Настя, не ожидавшая такой подлости, согнулась от боли, а князь, не мешкая, толкнул её ногой на снег. Его меч покрылся изморозью, а затем его и вовсе сковала ледяная корка. Магия Мора защищала девушку.

Превозмогая боль, Настя вскочила с земли и, издав яростный крик, снова бросилась на врага. Мороз вокруг них становился всё сильнее, и она видела, как тёмные кудри князя покрываются инеем. Каждый вдох давался ему с трудом, и она прекрасно помнила, как обжигала боль лёгкие, когда впервые столкнулась с таким морозом в лесу.

На лице князя смешались эмоции двух существ: гнев Морока, проклинавшего слабость человеческого тела, и страх Григория за свою жалкую жизнь. Настя продолжала атаковать, а мужчина, отступая, отбивался ледяной дубинкой, которая когда-то была его мечом.

- За маму! За папу! За Мороза! За меня! — кричала Настя, нанося удар за ударом, и с каждым из них от меча исходила волна, превращая всё вокруг в лёд.

***

Мороз стремительно приближался к Грозовому морю, уникальному месту в этом мире, созданному не Морой, а самим Перуном. Тёмные воды бушевали, а внутри полыхали яркие отсветы молний. Но не этим было опасно море. Его создали, чтобы спрятать волшебный венец богини смерти, придающий ей удивительную силу. Перун зачаровал огромного василиска, наделив его практически таким же могуществом, что и он сам, и велел чудовищу стеречь венец не только от самой Моры, но и от любого её приспешника, имеющего тёмные помыслы.

Именно на это и надеялся Мор.Он имел благородные цели: хотел спасти любимую, спасти мир, который боги так беспечно поставили на кон, чтобы избавится от причины своих страхов.

— Не понимаю, разве эта девушка стоит того, чтобы из-за неё лишаться жизни? Это даже страшнее, чем смерть. Ты просто исчезнешь, — Кощей поравнялся с братом и заглянул ему в лицо.

— Я делаю это не только ради Насти. Если боги потерпят неудачу, мир погибнет. Если у них всё получится, они придут сюда и уничтожат нас. У меня нет выбора, — Мор уже решительно сделал шаг в сторону моря, но внезапно остановился, почувствовав всплеск собственной магии в верхнем мире. Столько энергии Настя могла бы выплеснуть только в состоянии сильного страха или гнева.

- Она в опасности, — прошептал он, сердце охватила тревога.

- Конечно, она в опасности, ведь она та хрупкая соломинка, что удерживает сейчас мир, — ухмыльнулся его брат.

- Лучше помоги, а не издевайся! - прорычал Мороз. Такая черта Кощая многих выводила из себя, но ему самому это, похоже, нравилось.

— Она сейчас охвачена страхом или гневом, и твоя сила защищает её, верно? — уточнил брат, расхаживая вдоль берега. Мороз кивнул.

— Подумай, кто вселяет людям зло в сердце? — спросил Кощей.

— Чернобог, — ответил Мор, не понимая, зачем старику Настя. – Да, Чернобог — воплощение зла, но он мудр и чтит равновесие мира.

— Братец, стрела попала в грудь, а не в голову. Откуда у нашего младшего мёртвая вода? — процедил Кощей, раздражённый недогадливостью брата.

— Ты думаешь, он перешёл на сторону Морока?

— Я полагаю, что Чернобог, покинув этот мир, передал свои полномочия Мороку, и теперь он стремится завладеть твоей подружкой. Ведь чем больше она гневается, тем глубже погружается в пучину зла, — заключил Кощей, вглядываясь вдаль.

Мор сел на землю и закрыл глаза, сосредоточившись на источнике своей силы. Именно этот источник связывал его с Настей.

***

Настю не остановило даже то, что она чуть не отрубила князю руку. Кровавое пятно быстро поползло по рукаву его рубахи. Она продолжала кричать «За маму! За папу!» и не понимала, почему князь смеётся в ответ на её слова. Неожиданно он рявкнул: - Стоять!

Рука девушки замерла, так и не завершив удар, она не могла пошевелиться.

И тут словно раскат грома раздался голос Мороза: – Настя, остановись! Девушка огляделась по сторонам, надеясь увидеть белого воина, но вокруг неё на площади бурлила толпа. Внезапно движения людей стали замедляться, а затем и вовсе замерли. Она обернулась и увидела, что князь тоже застыл на месте, замахнувшись на неё зажатым в руке кинжалом и злобно оскалившись.

Вместо стоявшей рядом лавки образовалась ледяная пещера, и девушка, не раздумывая, направилась внутрь. Приятная прохлада даровала успокоение, она шумно выдохнула. Напряжённые мышцы наконец-то расслабились, руки и ноги подрагивали. Настя шла по замёрзшему лабиринту, всё это напоминало испытание посохом Мороза, но теперь она чувствовала себя как дома. – Как спокойно! Вот бы остаться здесь навсегда! – размышляла она. Выйдя в зал, Настя увидела Мороза, стоявшего к ней спиной, как тогда, в первый раз. Мужчина обернулся, она приблизилась и заглянула в серые глаза, наполненные тревогой.

— Почему ты не возвращаешься? — тихо спросила девушка, чувствуя, как в горле появился ком. Она только сейчас осознала, как сильно нуждается в нём, как сильно устала.

Мороз взял её лицо в свои ладони и нежно вытер подступающие слёзы.

— Я делаю всё возможное, чтобы вернуться, любимая. А сейчас тебе нужно прекратить сражаться и просто довериться мне, — произнёс он мягким, успокаивающим голосом. Настя непонимающие посмотрела на Мороза, затем отошла в сторону.

— Как ты можешь так говорить?! Он убил тебя, покалечил Ягу! Он… — девушка не могла подобрать слов от возмущения.

— Он бог зла, безумия и смерти, — закончил за неё Мороз. — Но ему подвластны только те, кого переполняют злость, гнев и страх, — продолжил он. Настя вспомнила, как не могла пошевелиться, связанная приказом Морока.

— Он сказал, что хочет уничтожить Ягу и Северина, а потом добить тебя, — произнесла она.

— Всё это лишь второстепенные цели. Главная цель — это ты, Настя. Сейчас ты олицетворяешь зиму, и неудивительно, что Морок стремится сначала уничтожить тебя, чтобы подчинить себе это время года и влиять на мироздание. Благодаря смене времён года энергия движется во всех трёх мирах, — объяснил Мор.

— Он сильнее меня, я не смогу его победить, я даже не знаю, как это сделать, — всхлипывая, произнесла Настя.

Мороз снова обнял девушку и нежно поцеловал в висок.

— Почему ты решила взять мой посох? — спросил он.

— Я хотела защитить тебя, папу и Ваню, — ответила Настя.

— За что ты сейчас сражаешься с ним? Только честно, — вновь спросил мужчина.

Как бы ни было тяжело признаваться, но она всё же произнесла: — Я мечтала отомстить за всю боль, которую он мне причинил.

— А нужно защищать тех, кого любишь. Не стоит его убивать, ведь без людского гнева у него нет власти, — Мор взял руку девушки, и на ней заплясали снежинки, создавая ощущение приятной прохлады. — Поделись этой магией с другими.

Она кивнула и тихо прошептала: — Хорошо. Пожелай мне удачи.

— Удачи, моя княжна, — произнёс Мор. Настя хотела сказать, как сильно она его любит и ждёт, но в следующий миг вновь оказалась на площади, где в ночи бушевала кровавая бойня.

Настя выдохнула, рука покрепче перехватила меч. Магия Морока спала. Григорий, взмахнув кинжалом, бросился на девушку, но она откинула его магией обратно на землю, сковав ледяными оковами.

— Используй все свои силы, девочка. Без чужой магии ты бессильна! — с издёвкой произнёс Лютый. Настя старалась сохранять спокойствие, не поддаваясь на провокации. – Я должна лишить его магии, — повторяла она про себя, словно молитву.

Меч снова превратился в посох, и девушка с силой ударила им по земле. Морозные узоры покрыли окровавленный снег. Князь продолжал что-то кричать, но Настя сосредоточилась на магии, исходящей из посоха. К горлу подкатил страх, что она не сможет удержать энергию и заморозит людей.

Постепенно возгласы и крики стихли. С горожан и дружинников спали чары Морока, и люди с ужасом осматривались по сторонам. Среди убитых были и те, кто погиб от рук родных, охваченных приступом гнева. Послышались всхлипы, кто-то начал оплакивать погибших.

Только сейчас Настя осознала весь ужас происходящего и осмотрелась. Яга стояла, опираясь на спину царя волков, а Тяпа, защищал её тыл. Люди на площади находились в смятении и с тревогой озирались по сторонам.

— Ах, какая умница, — произнёс князь, обращаясь к Насте. — Но надолго ли ты изменила их, потратив столько своей магии? Людям же нравится мучить тех, кто слабее, привязывать к столбу в лесу, сжигать… Они порочны с момента своего создания.

— Это не имеет значения, главное, чтобы ты ушёл отсюда, — процедила Настя, даже не поворачиваясь в сторону врага.

— Подумай, как ты можешь просто так отпустить того, кто причинил тебе столько горя?! — смех Григория сменился диким рыком. Неожиданно князь резко дёрнул головой и прокричал женским голосом: — Нет, пожалуйста, не надо! Не трогайте меня!

Толпа замерла в изумлении.

Настя старалась сохранять спокойствие, но Морок умело провоцировал её, материнским голосом произнося те слова, что кричала её мать в ту роковую ночь.

— Для тебя это должно быть невыносимо! Так прекрати же это! Убей человека, который лишил тебя матери! — вскричал князь уже голосом Морока.

— Уходи прочь! А Лютого будут судить по человеческим законам, — Настя призвала на помощь силы зимы, вокруг неё медленно кружились снежинки.

— Что, не хватает смелости убить человека? А так? — с этими словами лицо князя исказилось, он кричал и корчился от боли. В следующее мгновение его лицо стало напоминать морду отвратительного морского змея с острыми плавниками. Некоторые люди не смогли сдержать крик.

Настя повернулась и взглянула на ужасное создание, её лицо оставалось спокойным, словно ледяная маска. Она вновь подняла посох над головой, стараясь говорить как можно увереннее.

— Заклинаю силами зимы, убирайся прочь! — девушка с силой ударила посохом о землю, от него вновь распространилась волна изморози. Чудовище исказилось, возвращая князю его прежний облик. На мгновение над Григорием возник тёмный силуэт и тут же вернулся обратно в тело.

— Неужели ты думаешь, что сможешь изгнать меня, человеческая ничтожество? — с презрением процедил Морок, сплевывая кровь.

В этот момент над площадью раздалось ржание небесного коня. Люди с удивлением уставились в тёмное ночное небо, где сиял силуэт Златогрива. Конь приземлился на площадь, обежал её по кругу и замедлил свой стремительный галоп. На коне сидел богатырь, облачённый в золотую кольчугу и белый плащ, словно сошедший со страниц древних легенд. Хорс, бог солнца, спрыгнул с коня, держа в руках копьё.

— Не беспокойся, Морок, я помогу тебе вернуться в мир мёртвых, — с усмешкой произнёс он, поднимая своё оружие.

Настя повторила его движение и произнесла: — Морок, бог раздора, уходи прочь! Пусть сама природа унесёт тебя на край света, туда, где ты не найдёшь сердца, в котором мог бы поселиться!

Эти слова пришли к ней словно сами собой, но она почему-то знала, что они правильные. Яга говорила, что это когда-либо в ней заговорит родовая память ведуний, и оказалась права.

С этими словами Хорс и Настя одновременно ударили посохом и копьём о землю. От копья бога полыхнула яркая вспышка. Когда она исчезла, люди едва могли различить, как из тела князя вырвалось тёмное облако и устремилось вверх. Поднялся сильный ветер, исполняя волю владычицы зимы и унося обессиленного Морока в земли, куда не ступала нога человека.

Григорий закашлялся кровью и хриплым голосом запричитал: — Ах ты тварь! Ты обещал! Обещал мне стольный град! — он шумно задышал и упал, потеряв сознание. Настя провела рукой, и ледяная глыба, сковывающая князя, рассыпалась. Хорс подошёл к Насте и приобнял её.

— Я так рад, что успел вовремя, — произнёс он.

Настя, не ответив на объятия друга и холодно произнесла: — Нужно помочь раненым и похоронить мёртвых, — сказала она. Светлоликий внимательно посмотрел на её лицо и заметил у висков морозные узоры.

— Я помогу Илье, а ты позаботься о Яге, она тяжело ранена, и ей нужна живая вода, — сказала Настя, направляясь к последнему столбу, к которому оставался привязан несчастный парень.

Хорс поспешил к Яге и внимательно осмотрел её. Хотя видимых ран он не заметил, лицо колдуньи было бледным и покрытым испариной.

— Яга, я принёс живой воды. Настя сказала, что она тебе нужна, — произнёс он с лёгкой грустью, протягивая бутыль с жемчужной водой. Женщина горько улыбнулась, принимая её, и сделала небольшой глоток. Живая вода придала ей сил, но костяная нога теперь останется у неё навсегда.

— Оставим остальное на долю Ильи и Мороза. Попроси людей приготовить котёл, а затем принеси из моей избы коренья и сумку для врачевания, — деловито произнесла ведьма, с трудом ковыляя на здоровой ноге и опираясь на волка.

— Что случилось с Настей? — с тревогой спросил Хорс.

Яга помолчала какое-то время, а затем ответила: — Она использовала слишком много магии Мороза и замерзает быстрее, чем мы ожидали.

— Есть способ замедлить этот процесс?

— Только весна поможет ей, когда больше не нужно будет поддерживать зиму на всей земле, — ответила Яга.

Юноша молча обдумывал слова колдуньи, наблюдая, как девушка укладывает раненого друга на спину Тяпы.

— Значит, да придёт весна! — воскликнул светлоликий, вскакивая на златогривого коня. Он подбросил копьё в воздух, и оно превратилось в рог.

— Хорс, ещё середина февраля, слишком рано! — закричала Яга, но упрямый юноша уже мчался над городом. Набрав приличную высоту, он вострубил в рог. Птицы встрепенулись и взлетели, распевая свои песни, лёд на озёрах потрескался от звонкого звука.

В глубине леса из-под земли поднялась огромная рука. Уцепившись за ствол сосны, огромный, обросший мхом леший пробуждался от зимнего сна. Зов рога достиг верхнего мира, меняя ход энергии в мирах. Богиня Лада, отложив своё рукоделие, обернулась на звук.

— Бог солнца совсем из ума выжил, для весны ещё слишком рано, — сказала одна из подруг богини.

— Хватит причитать, бог солнца сам решает, когда менять времена года. Рог протрубил, делать нечего, — улыбаясь, произнесла богиня, вставая с резной лавки, потягиваясь и разминая тонкие белоснежные руки после кропотливой работы.

В следующее мгновение с задорной улыбкой богиня весны закружилась, оборачиваясь в белоснежного лебедя, и устремилась в мир людей, неся за собой весну.

Новоселье

Мор открыл глаза и некоторое время молча наблюдал за бушующими волнами, напоминающими табун лошадей, несущихся по равнине. Кощей присел рядом. Оба долгое время не издавали ни звука. Мороз хотел убедиться, что Настя находится в безопасности. Первым нарушил тишину царь мёртвых.

— Я позабочусь о ней, если ты... — он запнулся, но затем продолжил, — ты не вернёшься. Не переживай за свою избранницу, о ней есть кому позаботиться.

Мор с лёгкой улыбкой посмотрел на брата и похлопал его по плечу: — Помнишь, как много тысячелетий назад мы часто так сидели, когда были детьми?

— Юными духами, Мор, — поправил его Кощей. — Ты слишком долго живёшь среди людей и начинаешь говорить, как они, — проворчал он.

Мороз встал и направился к морю. Вода оказалась удивительно прохладной даже для него, молнии причиняли боль, когда били в тело, но это бог мог стерпеть.

Когда Мороз погрузился в воду по грудь, над морем раздалось недовольное тихое рычание. Волны разбушевались ещё сильнее, вокруг стали скапливаться чёрные тяжёлые тучи. Кощей встал на ноги, наблюдая, как его брат исчезает в морской бездне.

— А если у него не получится? — прошептал владыка мёртвых.

— Тогда этому миру не на что надеяться, — тихо ответила Мора, подойдя к сыну и встав рядом.

— Ты же знаешь, что там! — воскликнул Кощей, поворачиваясь к матери.

— Предполагаю, — коротко произнесла богиня. Гром невиданной силы нарушил покой подземного царства, молнии непрерывно били в море.

Мор всё глубже погружался на дно, и с каждым мгновением двигаться становились всё тяжелее. Вокруг сгущалась тьма, дна не было видно.

Наконец через несколько мгновений он почувствовал под ногами что-то твёрдое. В тот же миг дно разверзлось, и он увидел огромный золотистый глаз с сузившимся вертикальным зрачком. Мор в страхе отпрянул.

Кракен проснулся, и подземное царство содрогнулось от его движения. Чудовище расправило огромные щупальца, некоторые из которых вылезли за пределы моря. Два огромных жёлтых глаза уставились на Мора, и в этот миг он не мог пошевелиться.

Бог зимы оказался во власти чудовища. Холодная липкая энергия проникала в его разум и душу. В какой-то момент Мор перестал сопротивляться, позволяя существу рыться в его мыслях, и Кракен вместе с ним отправился в далёкое прошлое бога.

***

Илья быстро шёл на поправку, благодаря заботе Яги и её живительной воде. Колдунье довольно быстро простили недавний инцидент с волками, поскольку на следующее утро выяснилось, что волки никого не загрызли. Оказалось, что погибшие были убиты самими горожанами.

Весь город погрузился в траур. Дети не играли в шумные игры, даже на рынке не слышались громкие возгласы торговцев. Люди старались говорить тише или не разговаривать вовсе. Каждый переживал события безумной ночи в одиночестве.

Однако нет худа без добра. Когда раненого и измождённого князя увезли на суд к старшему брату, люди попросили Ягу и Настю остаться и помочь с ранеными. Настя проводила долгое время с Ваней, отцом и Марфой. Мачеха, как полагали все, убежала в сторону деревни.

Сводная сестра Насти вела себя скромно и прилежно выполняла все поручения матери Ильи. Настя замечала, что женщина теперь опасается её, держится в стороне и старается быть вежливой в общении. Она называла наставницу матушкой Ягиней, и вскоре в городе все стали звать Ягу «хромой ведьмой с костяной ногой».

Снег быстро таял, и лишь в тени ещё оставались небольшие сугробы, но пасмурная погода больше напоминала осень, чем весну.

— Это и неудивительно, если в феврале кое-кто призывает весну, — ворчала Яга, хотя и понимала мотивы Хорса. Даже Настиному младшему брату не удалось полностью растопить сердце девушки.

Когда настало время расставаться, горожане с радостью вручили колдуньям множество разнообразных подарков.

Настя, обняв отца и брата, услышала тихий шепот последнего: — Пожалуйста, не пропадай больше. Я люблю тебя.

В этот момент она ощутила на своей шее теплую слезу. Её горячее прикосновение немного растопило скованное морозом сердце, и впервые за долгое время на лице девушки появилась улыбка.

— Обещаю, Ваня, я ещё не раз вас навещу, — произнесла она, утирая слёзы со щёк брата. Затем настала очередь Ильи. Насте было горько и больно смотреть на друга. Хотя раны уже затянулись, его лицо покрывала нездоровая бледность с разводами желтовато-зелёных синяков. Крепко обняв юношу, она тихо произнесла: — Прости, пожалуйста. Это всё из-за меня.

— Ты здесь ни при чём, – возразил Илья. – Это я написал письмо, из-за которого Лютый приехал сюда. Если бы не моё письмо, Морок не лишил бы рассудка Григория. Так что это мне нужно просить прощения.

— Береги себя, — поцеловав парня на прощание, Настя уселась на Тяпу.

Удивительно, но, оказавшись в лесной глуши, Настя почувствовала себя спокойной и какой-то воодушевлённой. Ей наконец удалось примириться с людьми, её отца и брата больше не будут преследовать за колдовство, а человек, который обидел её мать, уже понёс наказание.

Морок не пощадил тело князя, и Яга сомневалась, что дружинникам удастся живым довести его до столицы. Морок вызывал у девушки смешанные чувства. С одной стороны, она осознала его место в этом мире. Осознание пришло к ней после той ночи. Тьма нужна, чтобы на её фоне ярче проявилось добро. Плохие времена иногда объединяют людей сильнее, чем хорошие.

Но её ещё живое человеческое начало сопротивлялось этим мыслям, и Настя старательно отгоняла мысли о Мороке.

— Тяпа, дорогой, поторопись, пожалуйста. Я понимаю, что ты устал, но, прошу тебя, поспеши.

Всё то время, пока они жили в городе, пёс находился в облике зверя, не сводя глаз с хозяйки и рыча на всех, кто приближался к ней с чем-то, что могло угрожать её безопасности. Девушке не терпелось убедиться, что с Морозом всё в порядке. Тролль, как и обещал женщинам, стерёг князя зимы, и Настя была преисполнена благодарности к своему молчаливому и преданному другу. Однако он не любил похвалу и признательность, поэтому вскоре поспешил вернуться к своей основной работе, возведению нового дома.

Настя торопливо скинула шубу и подбежала к телу Мора. Открыв бутыль, она напоила его живой водой, но Мороз не очнулся. Не очнулся он ни на следующий день, ни через неделю…

Горе сводило её с ума, Настя не понимала, почему он не может вернуться. Злясь на саму себя, она дни напролёт пыталась снова попасть в ту ледяную пещеру, в которой могла разговаривать с Морозом. В один из вечеров ей всё-таки удалось это сделать, и она побежала по замерзшему лабиринту, пока не оказалась в пустом зале.

— Мороз! — позвала Настя, но в ответ услышала лишь эхо. Она кричала снова и снова, надеясь, что он появится.

— Его здесь нет, — раздался голос Мороза у выхода. Девушка взглянула на князя зимы, закутанного в белый плащ. Его безжизненные серые холодные глаза внимательно и спокойно смотрели на неё. Это был двойник, который пытылся отобрать у неё посох во время испытания.

Яга объяснила, что это воплощение магии Мороза без его божественного проявления, сила, которая без хозяина станет уничтожать всё вокруг, пока сама не исчезнет. Медленно, но верно он уничтожал и саму Настю. Девушка не сказала Хорсу и Яге, что уже не чувствовала мизинцы на ногах, она не хотела, чтобы они беспокоились.

— Где Мор? — с тревогой спросила Настя.

— В подземном царстве, — последовал холодный ответ.

— Почему он не возвращается?! — в отчаянии воскликнула она.

— Не знаю, я не могу его видеть. Я не с ним, а здесь, с тобой! - рявкнул двойник и отвернулся. Его плащ, который поначалу был белым, постепенно начал превращаться в глыбу льда.

* * *

Чтобы заглушить душевную боль Настя с головой ушла в строительство. Северин вернулся в начале марта, привезя камни для укрепления.

— Ну как поживает наша снежная королева с приходом весны? — задорно промолвил юноша, приобнимая девушку.

— Я не королева! — возразила Настя, искренне обрадовавшись его возвращению. Они медленно направились к избе. Настя подробно рассказала Хорсу о событиях безумной ночи в городе, но не успела упомянуть о травме Яги. Когда Северин увидел хромающую женщину, он, словно ветер, оказался рядом с ней и приподнял подол её платья. Увидев вместо ноги обнажённую кость, он пришёл в ужас, но ещё больше его опечалило известие, что даже живая вода не смогла исцелить эти страшные раны.

Между тем весна уверенно входила в свои права. Деревья покрывались листвой, земля радовала глаз изумрудной зеленью, а вскоре должны были распуститься первые одуванчики, предвестники мая. Наконец-то новый дом был построен, чем-то неуловимым он напоминал прежний терем вечной зимы. Его окружала глухая каменная стена. которая выглядела не совсем приветливо, а тяжёлые чёрные ворота и вовсе казались угрожающими.

— Принимай работу, — с гордостью произнёс тролль, обращаясь к Насте. Девушка вышла вперёд и коснулась рукояти факела, который висел над воротами. В тот же миг факел вспыхнул голубым пламенем.

Яга всё-таки научила Настю вызывать живой огонь, но он у неё получался почему-то холодного голубого цвета. Высокая стена отбрасывала во внутренний двор густую тень, потому трава внутри казалась тёмно–изумрудной, словно малахит. Лицевая сторона терема, отделанная светлым деревом, так и сияла. Терем врезался фасадом в высокий холм и уходил вглубь него.

— Так, я первый растоплю печь. Сейчас напеку вам таких блинов, что пальчики оближете! — радостно воскликнул Хорс, хлопнув в ладоши. За это время он отрастил рыжую бороду, стал выше и шире в плечах. Настоящий богатырь! Но несмотря на изменения, в душе он оставался таким же озорником, как и прежде.

— А я думал, ты только уминать их можешь, — усмехнулся Северин. Настя, не обращая внимания на их шутки, отошла в сторону, раскинула руки и шумно выдохнула, высвобождая магию Мороза. Трава покрылась лёгким инеем, солнце скрылось за густым серым облаком, и через мгновение над домом пошёл снег.

— Так намного лучше, — прошептала она, и её настроение мгновенно улучшилось. С приближением лета ей становилось душно и томно, как будто на дворе сейчас не конец апреля, а середина июля. Девушка заметно приободрилась, чему обрадовались и её друзья. Тяпа, как ни странно, тоже обрадовался снегу и первым делом нырнул в маленький сугроб так, что из него торчала только голова.

Посмеявшись над его шалостями, все наконец вошли в дом, а Хорс с Северином перенесли туда же и Мороза.

В углу просторной кухни располагалась белая печь овальной формы. Около широкого окна с разноцветными стёклами стоял большой дубовый стол со скамьями по бокам и высоким стулом во главе. Хотя и не без помощи Яги и Насти, светлоликому всё же удалось испечь вкусные блины и пироги.

Вскоре на новоселье приехали гости, Илья с Ваней и батюшкой. Ваня носился по длинному коридору и обследовал каждый уголок огромного дома. Малыш впервые в жизни видел подобные хоромы. В тереме пахло свежим деревом, и было на удивление свежо. Увидев на втором этаже приоткрытую дверь, покрытую изморозью, мальчик хотел заглянуть в комнату, но как только он приблизился, дверь перед ним захлопнулась.

Ваня удивился. Сквозняка нет, значит, это колдовство!

— Ваня, спускайся вниз, — строго произнесла сестра, словно подтверждая его догадку.

Первым пожелал благополучия дому отец. Он прекрасно осознавал, что сегодня сидит за одним столом с божествами и тем странным существом, которое помогло его дочери построить дом. Это осознание наполняло его трепетом, и потому речь звучала немного сбивчиво. Однако его слова были очень важны для Насти.

Следующим собирался сказать своё слово Северин, но Настя его перебила.

— У нас незваные гости, — произнесла она ледяным тоном, вглядываясь в окно.

С приближением лета нападки приспешников Морока стали редки, и в этот день ворота оставили открытыми. На пороге стояли молодые женщины, одетые в белоснежные платья, расшитые синими узорами и украшенные жемчугом. У предводительницы на голове сверкала золотистая корона. Она шла первой, её тонкий стан словно плыл по тропинке, а светло-русые волосы струились по спине. Внезапно из сугроба выпрыгнул Тяпа, принимая образ огромного пса. От неожиданности непрошеные гостьи вскрикнули.

— Лада?! — тихо произнёс Хорс.

— Что она здесь делает? — недовольно пробурчал Северин. Путешествуя по земле, он не мог не заметить, как изменился поток энергий, и это вызывало у него обиду на богов.

Настя молча направилась к выходу.

— Тяпа, назад! — скомандовала она. Когда пёс сменил гнев на милость и уступил дорогу Ладе, богиня смогла рассмотреть смертную девушку. Хрупкая, с белёсыми волосами, которые, скорее всего, раньше были русыми. В её холодных, безжизненных глазах ещё где-то глубоко светился слабый огонёк былой весёлой, жизнерадостной и доброй девушки, который связывал её с людьми. Смертная не торопилась приветствовать дорогих гостей.

— Доброго дня, богиня Лада, Леля! — проговорил Хорс, обходя Настю. — По какой надобности пожаловали?

— Мы пришли, чтобы выразить свою благодарность этой смертной девушке, которая в трудный час взяла на себя столь тяжёлое бремя, — мелодично произнесла царица богов. — Мои подданные будут прислуживать тебе в тёплую часть года. Это самое малое, что я могу для тебя сделать, — проговорила Лада, обращаясь к Насте. Та коротко кивнула и сухо поблагодарила.

— А это от меня подарок! — вмешалась в разговор юная рыжеволосая девушка, указывая на стены. В тот же миг все стены дома покрылись вьющимися розами, и нежные голубые бутоны распустились, наполнив воздух сладким медовым ароматом.

— Они будут цвести до самого ноября, правда, в таком холоде не так пышно. Но это, наверное, из-за того, что здесь Он спит. Стоит Морозу только появиться, и он губит мои самые прекрасные цветы, — с обидой пролепетала Леля.

Настя ощутила прилив гнева. Резкое похолодание заставило цветы вмиг увянуть и осыпаться, а на небе сгустились тучи.

Спустившись с лестницы, она произнесла: — Это дом вечной зимы, здесь нет места ни для цветов, ни для весны. Прошу прощения за свою неучтивость, но если вам так противна магия моего дома, то я вынуждена просить вас покинуть его.

— Настя! — попытался вмешаться отец, поражённый поведением дочери.

Воцарилась неловкая тишина, которую первой нарушила богиня.

— Прошу прощения за необдуманные слова своей дочери, — старик поклонился в поклоне как можно ниже. Колени его едва дрожали. Белокурая богиня посмотрела сначала на старика, затем на Анастасию и молвила спокойным голосом: — Я прощаю тебя, Анастасия. Человеческому сердцу тяжело бороться с лютым холодом, — с грустной улыбкой произнесла она.

Казалось, слова Насти не задели богиню Ладу, в отличие от Лели, которая покраснела то ли от смущения, то ли от гнева. Девушка с вызовом смотрела на смертную. Свита богини стояла рядом, всё это время оставаясь безучастной к происходящему.

С этими словами богиня с дочерью быстро покинули двор. Только теперь Настя шумно выдохнула и расслабилась. Она поймала на себе встревоженные взгляды друзей и семьи.

— Со мной всё в порядке, садитесь за стол, — поспешно произнесла она, заходя обратно в терем.

Время зимы

Дни сменялись днями, и вот вслед за весной наступило солнечное и тёплое лето. Настя почти не выходила из дома. Как только она переступала порог, тёплый воздух обжигал её лёгкие, так реагировало человеческое тело на магию Мороза.

На помощь пришли лесовички, маленькие духи природы, похожие на причудливых человечков, сделанных из веточек деревьев. Эти лесные существа, служившие Ладе, приносили всё необходимое девушке прямо из леса.

Друзья тоже часто навещали её, и Настя редко оставалась одна. Илья приезжал вместе с батюшкой и Ваней, а в последний раз даже и с Марфой. Марфа стала больше помогать своему брату, и нередко заступалась за скромного отчима, когда мачеха пыталась его отчитать.

Сейчас Настя сидела на крыльце и занималась вышивкой, пока Яга и Северин спорили.

— Что это за ужас?! — возмущалась Яга.

— Это помело, я его заколдовал, чтобы оно летало. Тебе будет проще путешествовать по лесу, — ответил Северин, не понимая, что её не устраивает.

— Помело?! А почему не ночной горшок?! — ещё больше ярилась колдунья.

— Да что не так-то?! — не выдержал Северин.

— Она уродливая! Не мог бы ты сделать вместо этого недоразумения резную лодочку? — продолжала капризничать Яга.

— Ну и как ты будешь летать по лесным чащобам в этой лодочке? - возмутился Северин.

Настю забавляли их споры. Яга всё-таки убедила Северина создать более изящное помело и украсить его узорами.

Наступили спокойные дни. Однако Настю огорчало одно, Мороз продолжал по-прежнему спать мёртвым сном. В то же время друзья начали беспокоиться о здоровье девушки. Скрыть своё состояние ей становилось всё труднее, так как она быстро уставала, а ноги частенько немели.

Северин снова отправился в северные земли, а Яга глубокой ночью улетела на своём необычном помеле. Тяпа мирно спал рядом с печкой, которую Настя топила лишь для того, чтобы приготовить пищу.

Войдя в дом, девушка обнаружила, что все свечи погасли. Взяв одну со стола, она зажгла её от тлеющих углей печи и вспомнила, как Мор любил играть с пламенем свечи, и теперь понимала, почему. Язычок пламени коснулся её руки, но не причинил вреда.

Она хотела вернуть свечу на прежнее место, но внезапно вскрикнула и выронила её из рук. Во тьме кухни стоял высокий силуэт, облачённый во всё чёрное.

Настя в полном смятении схватила свечу и дрожащими руками вновь зажгла её. Слабый свет едва достигал лица незнакомца, но черты его лица показались ей до боли знакомы, словно он был двойником Мороза, отличались лишь длинные чёрные волосы мужчины и ярко-зелёные глаза.

— Кто ты? — спросила Настя, инстинктивно нащупывая рукой на столе кухонный нож. Но, услышав, как Тяпа обернулся вокруг себя и начал расти, девушка почувствовала себя увереннее. Внезапно её осенило, кто же этот таинственный гость.

— Меня зовут Кощей. Я царь мёртвых и брат Мороза, — произнёс он красивым бархатным голосом, не обращая внимания на рычащую двухметровую собаку. Его глаза, обычно пугающие, сейчас излучали печаль. Настя почувствовала, что этот взгляд не предвещает ничего хорошего.

— Что с Морозом? — прошептала она. Руки её задрожали, а глаза наполнились слезами.

— Боюсь, он больше не вернётся, — тихо ответил Кощей.

— Как это не вернётся? — слеза скатилась по щеке девушки.

— Даже в моём царстве можно исчезнуть. Он предпринял попытку вернуться и рисковал своей жизнью, но его нет уже слишком долго...

Настя всхлипнула и прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать рвущиеся рыдания.

— Сейчас тебе нужно взять себя в руки. Это будет нелегко, но ты должна, — произнёс Кощей, приближаясь к девушке и нежно проводя рукой по её волосам. — В конце осени тебе придётся призвать зиму, — тихо продолжил мужчина, вглядываясь в лицо девушки, но Настя прекрасно понимала, о чём он просит.

-- Я умру, высвобождая столько энергии, — подумала она.

— Да. — подтвердил её мысли Кощей. Настя взглянула на царя мёртвых. Её вовсе не испугал тот факт, что он читает её мысли.

— Без Мороза зима не продлится долго. Её некому будет поддерживать, — произнесла она.

— Поэтому, когда ты придёшь в моё царство, я отправлюсь за венцом матери. Если вслед за Мором пропаду и я, значит, такова судьба этого мира, — с этими словами образ Кощея растворился в воздухе.

— Береги силы, — раздался голос владыки мёртвых, словно бы издалека.

Настя, заливаясь слезами, поспешила на второй этаж терема. Несколько раз она спотыкалась в темноте, ощущая, как с каждым днём ей всё труднее становится передвигаться.

Мороз, одетый в белоснежную рубаху, лежал на кровати с застывшим на лице выражением безмятежного крепкого сна. Настя взяла его руку в свою и, прижав к груди, тихо заплакала. Она плакала долго, горько, безутешно, тихо шепча: — Ты обещал вернуться. Обещал!

Сжав руку сильнее, Настя ощутила слабый стук пульса. – Но если Мороза больше нет, тогда почему его сердце продолжает биться? — подумала она. Вспомнив разговор с Кощеем, Настя поняла, что даже сам Кощей не уверен, действительно ли Мороз исчез. – Значит, не всё ещё потеряно, и надежда хоть небольшая, но есть, — подбадривала она себя.

***

Лада шла по кузне своего мужа. С высоких сводов стекали расплавленные металлы. Свернув в соседний коридор, она покинула царство жара и оказалась в холодных цехах, где её супруг уже много дней и ночей пытался создать нечто, способное сдерживать зиму. Но всё его усилия были тщетны.

Богиня застала мужа, склонившегося за работой над ёмкостью с водой. Очередной артефакт, который он пытался создать, не смог удержать лёд, и вода уже почти вся растаяла.

— Может быть, не стоит тратить силы на борьбу с ветряными мельницами? — сказала она.

Сварог не обратил внимания на слова жены. Лишь когда женщина подошла ближе, он произнёс: — Не понимаю, почему магия Перуна не действует.

— Почему ты не выпускаешь Мороза? — спросила Лада.

Только сейчас Сварог посмотрел на супругу.

— После того, как Морок завладел магией Чернобога, мне... страшно, — последнее слово далось ему с трудом, но между ними никогда не существовало недомолвок. Богиня весны взяла супруга за руку. Немногие смертные догадывались, что боги, как и люди, влюбляются, скорбят и боятся.

— Я опасаюсь, что Мора вырвется на свободу, и я не смогу её остановить. Боюсь, что моя слабость приведёт к гибели богов и мира, который мы создали, — продолжил кузнец.

— Сварог, мы все заслужили второй шанс. Богиня зимы уже несколько тысяч лет томится в подземном царстве. Прикажи Перуну снять грозовые цепи, пришло время примириться с сестрой, — тихо увещевела Лада.

Сварог отпрянул от супруги, выдернул свою руку из её руки и сухо ответил: — Ещё есть время.

Лада не стала спорить. Она лучше других знала, что муж станет лишь сильнее сопротивляться, если на него надавить.

***

— Как же хорош нынче Яблочный спас! — проговорил глубоким голосом Хорс, усаживаясь за стол, который вынесли на широкое крыльцо. Он отложил в сторону свой посох и стал помогать Насте чистить яблоки для будущего компота.

Насте всё никак не могла привыкнуть к быстрым изменениям в облике Хорса. В декабре он ещё был ровесником Вани, а теперь уже выглядел, как её отец. Глубокие морщины пролегли в уголках глаз, а с каждым днём в волосах и бороде появлялось всё больше седины. Однако, несмотря на это, оставался сильным и напоминал богатыря, но к началу октября стал ходить, опираясь на посох.

В конце ноября он протрубит в рог в последний раз, и его душа опустится в мир мёртвых. Он вернётся, когда его позовёт Мокошь, и начнёт круг жизни заново. Хорс платил высокую цену за свою власть над сменой времён года.

Никто не упоминал о ноябре, ведь именно в этом месяце должны погибнуть Хорс и... Настя, если Мороз не вернётся. Ей тоже придётся расстаться с жизнью, чтобы принести зиму в этот мир.

— Я слышал новости из Поднебесной. Говорят, на страну напали враждебные соседи. Наш давний знакомый сёгун прославился в битве. По слухам, ему помогала лисица-оборотень, — нарушил гнетущую тишину бог солнца.

Настя вспомнила своё путешествие в далёкую страну. Казалось, это случилось в прошлой жизни. Ей удивительно оглядываться на ту невинную и несмышлёную девочку, которой она была тогда.

— Я рада, что им удалось договориться, — отстранённо произнесла Настя.

Ночью тридцать первого декабря уже глубокий старик Хорс возвестил о приходе зимы. Природа окончательно погрузилась в сон, а Хорс, исчерпав все свои силы, рассыпался в прах. В тот момент по лицу Насти побежала слеза, застыв и превратившись в лёд.

Северин старался подбодрить девушку: — Не волнуйся, он вернётся.

Настя лишь кивнула и направилась на его место.

— Нет! Погоди! Ещё есть время! — остановила её Яга.

— Хорс призвал зиму. У меня нет выбора, Мороз не вернулся..

— Пока Хорс находится в подземном царстве, время ещё есть, — присоединился к её уговорам Северин.

— И сколько он там пробудет? — с надеждой в голосе спросила Настя.

Бог ветра лишь пожал плечами. — Каждый раз по-разному, — ответил он с лёгкой грустью в голосе.

Все понимали, что надежда умирает последней, но в глубине души каждый осознавал, что Мороз, вероятно, уже не вернётся никогда.

***

Хорс открыл глаза и увидел своего молчаливого извозчика. Бог солнца мотнул головой, разгоняя дрёму,, и присел на скамью. Царство мёртвых давно стало его вторым домом. Он часто приходил сюда, хотя и ненадолго, но в этот раз ему просто необходимо найти Мороза.

На берегу мёртвые встречали вновь прибывших. Как всегда, Хорса не встречал никто. Кощей не выделял его в своём царстве, считая таким же мёртвым, как и все остальные, Однако в этот раз его ожидали.

— Здравствуй, светлячок, — обратилась Мора к Хорсу.

— Мора… — имя богини ночи слетело с его губ. — Так это ты не даешь выйти Морозу? — в гневе произнёс бог.

— Нет, мой друг, не я, — ответила богиня, спокойно указывая на тёмное небо. Вдали он увидел порт, в который стекались души умерших, а также грозовые цепи Перуна.

— Зачем? — задал Хорс вопрос в пустоту. Но Мора, богиня безумия, ответила на него.

— Безумие может быть вызвано горем, отчаянием или страхом, — она произнесла последнее слово с какой-то радостью. — Мне нужна твоя помощь, бог солнца, если ты хочешь, чтобы этот мир продолжал существовать, — прошептала Мора, но её шёпот, казалось, услышали все жители подземного царства.

— Какая же помощь тебе нужна? — спросил Хорс.

— Существо, которое держит моего сына в плену, во сто крат сильнее его. Создать такое существо мог только Перун и только при одном условии, — произнесла богиня.

Сейчас Хорс обернулся и взглянул в лицо Моры. Нет, она не шутила, эта богиня вообще не склонна к шуткам.

— Ты хочешь сказать, что Перун использовал свою божественность, чтобы создать монстра?! — воскликнул Хорс в возмущении. Мора лишь кивнула и продолжила.

— Если это так, то его магия действительно слаба. Когда Макошь призовёт тебя, а без холодов это случится быстро, ты должен будешь отдать своё копьё и разорвать цепи Перуна. Тебе это под силу, — произнесла она, подойдя к богу ближе.

— Хочешь выбраться отсюда? Зачем? Чтобы снова создавать чудовищ и хаос? — процедил Хорс сквозь зубы.

— Я верну зиму в мир живых и установлю гармонию энергий, бог солнца, — казалось, обидные слова Хорса не задели её. Голос богини оставался строгим, глубоким и невозмутимым. Богиня отвернулась от светлоликого и направилась в сторону замка Кощея, на прощание выкрикнув: — Решать тебе, бог солнца! Будет жить наш мир или погибнет!

Мора

В этот год зима не спешила вступать в свои права. В середине декабря шли ледяные дожди, и на дорогах царили грязь и слякоть. Туманы стали постоянными спутниками промозглых серых дней.

Один недалёкий мужик, проходя мимо базара, проворчал: – У деда на том свете, наверное, и то лучше.

Илью эта ситуация тоже угнетала. Обозы по таким дорогам не доставить, а реки к зиме обмелели. Кроме того его настораживала странная просьба Насти не приезжать и не привозить семью до весны. Юноша чувствовал неладное, но не мог ничего изменить.

***

Настю в последнее время постоянно клонило в сон, её одолевали слабость и какая-то апатия. Яга, замечая это, намеревалась привести избушку от болота к дому Насти, несмотря на то что теперь она передвигалась в основном на помеле, и времени на дорогу уходило значительно меньше, Колдунья не хотела чтобы последние свои дни девушка провела в одиночестве.

Этим же вечером в ворота морозного терема настойчиво постучали. Тяпа звонко залаял, кидаясь на калитку. Настя нехотя сползла с постели, ослабевшее тело не слушалось её, а кто-то очень нетерпеливый барабанил кольцом, не переставая.

— Иду! Иду! Если ещё раз стукнешь, я тебя заморожу, не оттаешь до следующего лета! — крикнула Настя, и стук сразу прекратился. — И тебя тоже! — рявкнула девушка на Тяпу, заливавшегося лаем. Услышав угрозу, тот, поджав хвост, скрылся в доме. Упираясь в створки всем телом, Настя отворила ворота. На пороге стоял маленький босой рыжеволосый мальчик лет пяти в белой рубахе по колено.

— Привет! — с улыбкой воскликнул он, обнимая Настю за пояс. — Меня зовут Хорс, ты меня узнала? Я вот тебя помню, но смутно. Кажется... — мальчик почесал затылок, пытаясь вспомнить её имя, потом зеленые глаза расширились, и он воскликнул.. — Точно, Настя! Сестрица! Когда я маленький, не очень хорошо вспоминаю людей, которых знал раньше, — пролепетал Хорс и неуверенной детской походкой направился в дом.

Настя помогла Хорсу вымыть ноги, лицо и руки. Переодеть его не получилось, подходящей одежды, к сожалению, не нашлось. Сейчас мальчик сидел на лавке и с удовольствием уплетал кашу.

— Хорс, скажи, пожалуйста, ты что-нибудь помнишь о мире мёртвых? — с надеждой спросила Настя.

— Очень немногое, как сон, — ответил мальчик.

— А Мороза... Мороза ты там видел?

— Нет, я видел Марью или Морью. Не могу точно вспомнить. Помню только, как сильно переживал, правильно ли поступаю, и... Ой, вспомнил, я сломал своё копьё! Как же я теперь без него буду?! — воскликнул мальчик, и на его глаза тут же навернулись слёзы.

— Не волнуйся, Сварог выкует тебе новое копьё, лучше прежнего, — успокоила его девушка. — Допивай молоко, и поедем к Яге. Теперь она будет о тебе заботиться, — добавила она.

— А ты? Я думал, что буду жить с тобой… — удивился малыш, но Настя ничего не ответила.

***

Мор не знал, сколько времени прошло, он снова почувствовал, что находится под водой перед монстром, который всё также пристально смотрел на него. Наконец Мороз мысленно обратился к кракену, зная, тот его слышит.

— Мне нужен венец Моры. Ты ведь знаешь, что происходит наверху.

— Ты готов взять на себя ответственность в случае неудачи? — прорычал монстр. Мор лишь молча кивнул, и кракен зарычал вновь. От его рыка содрогнулись земля и море, водяной вихрь подхватил бога зимы, стремительно толкая к поверхности. Мор буквально вылетел из морской пучины на берег и, кубарем прокатившись по тёмным камням, впечатался лицом в траву. С трудом перевернувшись, лёг на спину.

– Сейчас переведу дыхание и попробую снова, — решил он, но вдруг почувствовал тяжесть в правой руке. Мор поднял руку к своему лицу, в ладони лежал тёмный перламутровый венец без каких-либо украшений. Князь зимы с трудом приподнялся, сел и тут заметил вдалеке скачущего к нему Кощея. – Сколько же я пробыл под водой?

— Скорее садись на коня! Хорс уже вернулся в мир живых! — воскликнул Кощей, едва переводя дух. Мороз с трудом поднялся, но споткнулся и чуть не упал, ноги подгибались от усталости. Брат, не теряя времени, буквально втащил его в седло, и они помчались к реке, по которой извозчики перевозили души мёртвых.

— Перун снял цепи? — спросил Мороз.

— Нет, Хорс сломал их, в результате образовалась брешь, через которую он и ушёл. Море не хватает сил, чтобы прорваться, она всё ещё очень слаба без своего венца. Удивительно, что Хорсу вообще удалось их разрушить.

— Видимо, Перун утратил свою божественность, когда создавал Кракена, — объяснил Мороз.

Мора стояла на берегу, вглядываясь в разверзнувшееся небо. Разорванные цепи метали снопы молний в реку и лодки.

Мороз спрыгнул с коня и медленно направился к своей матери.

***

Яга молча встретила прибывших посреди ночи нежданных гостей. Настя тоже хранила молчание. Только Хорс беззаботно щебетал, болтая о пустяках и не понимая сути происходящего.

– О, я тебя помню, ты лесная колдунья, ученица богини зимы Я… Я… – запнулся мальчик, припоминая имя.

– Яга, – тихо подсказала она богу солнца.

– Да, точно! А куда Настя уезжает? – и снова он не дождался ответа. Яга с Настей переглянулись, только сейчас Хорс почувствовал неладное, увидев в глазах женщин отчаянье.

– Хорс, ты наверняка проголодался, у меня в печи есть ещё теплое тушёное мясо в чугунке, – переменила тему Яга, а Хорс насупился и пошёл в избу, обижаясь на взрослых, что скрывали от него что-то важное. Настя с Ягой остались стоять на улице, в глазах колдуньи проступили слёзы.

– Время пришло, – промолвила Настя, как ни странно, она не испытывала страха. Яга лишь кивнула в ответ, больше не осталось способов остановить девушку. Похоже, сама надежда оставила их в этот час.

Настя обняла наставницу и промолвила: – Спасибо тебе за то, что учила и оберегала меня, лечила Мороза…

– Я никогда тебя не забуду, моя девочка, – выдавила из себя Яга, стараясь не разрыдаться.

***

В тихом небесном царстве раздался громогласный звон колокола. Райские птицы испуганно взмыли в небо, вековые дубы пробудились ото сна, зашелестев золотыми листьями. Много тысяч лет молчал великий колокол, и вот нашёлся тот, кто требовал суда богов.

– Перун, твой сын совсем уже рассудка лишился! – вскричал разгневанный Сварог, усаживаясь во главе божественного собрания. Перун, оставив язвительное замечание без ответа, обратился к сыну, который стоял перед богами на коленях.

– Итак, все боги здесь. А теперь объясни нам, Северин, бог северного ветра, зачем ты ворвался в небесный дворец и бил в божественный колокол? – Голос Перуна звучал сурово и бесстрастно.

Только сейчас юный бог поднял свой взгляд на собравшихся богов.

– Я прошу за мир и всё человечество отпустить Мороза из мира мёртвых, чтобы он призвал зиму, – громко ответил юноша.

– Говоришь, что беспокоишься о мире. Нет, ветерок, ты беспокоишься о чёрном духе, потому что подружился с ним, и за смертную, которая должна умереть со дня на день. Эгоистично ставить одного человека или божество превыше блага всего человечества, – осуждающе покачал головой Сварог, зло сверкнув глазами на глупого юнца.

– Да, я подружился с сыном Моры, и это правильно, ведь наши родители вместе создали этот мир, и мы, ваши дети, оберегаем его тоже вместе. А насчёт Анастасии, так зовут девушку, которую вы без жалости бросили умирать, так она всего лишь капля в море. Но если мы будем пренебрегать каплями, то потеряем сначала реки, озёра, а потом и сам океан, – Северин осмелился взглянуть в глаза Сварогу. Тот отвернулся от бога ветра и взглянул на свою супругу. На её лице застыло строгое, можно даже сказать, злое выражение, только вот причиной гнева являлся не Северин, а он, её муж. В этот раз даже Лада противилась его решениям. Перун выжидающе смотрел на брата, ожидая его вердикта.

***

— Отдашь ей венец? — с тревогой спросил Кощей, охваченный сомнением.

— Разве у меня есть выбор? — развёл руками Мороз и решительно направился к матери.

— Пообещай, что не станешь уничтожать мир, который мне дорог, — это единственное, что он мог сейчас от неё требовать. Мора могла легко солгать, но ему, Морозу, ничего не оставалось, кроме как довериться ей. Он сейчас слаб и не сможет выбраться в одиночку, даже если цепи сломаны. Он всего лишь полубог.

— Клянусь, — произнесла богиня. Мор возложил на её голову венец, и тот вспыхнул фиолетовым, а затем тёмно-зелёным и синим цветами. Волосы богини, ранее развевающиеся на ветру, теперь струились вдоль тела, словно чёрные извивающиеся змеи. К ней возвращались сила и былое величие.

Мор преклонил колени перед своей госпожой, и Кощей последовал его примеру. Мёртвые, находившиеся поблизости, также выразили своё почтение богине мёртвых.

— Сто лет, Мороз, я дарую тебе ровно сто лет, чтобы ты прожил обычную жизнь смертного, а затем вернулся ко мне, — произнесла богиня.

— Благодарю тебя, Мора, — ответил он, не вставая с колен.

В тот же миг богиня обратилась в огромного ворона, Мор же принял свою изначальную форму, и сфера изморози зависла в воздухе. Мора взяла сферу и бережно, словно жемчужину, понесла в мир живых. Кощей наблюдал, как мать и брат покидают мир мёртвых.

– Прости меня, брат, надеюсь, ты успеешь, – промолвил Кощей, припоминая, что нарушил обещание, данное брату, и уговорил Настю пожертвовать собой, когда придёт время. В этот момент цепи Перуна перестали метать молнии, они таяли на глазах, превращаясь в дождь. Кощей лишь усмехнулся и направился в сторону своего мрачного замка.

Иногда боги слишком нерешительны и принимают запоздалые решения.

***

Мор глубоко вздохнул, тёплый воздух наполнил его лёгкие, возвращая силы и разгоняя кровь по ослабленному телу. Он с трудом поднял затёкшие руки и оглядел убранство незнакомого дома. Чем-то этот терем напоминал его собственный, здесь также пахло елью и воском.

– Яга, её нужно остановить, она этого не переживёт! — воскликнул маленький Хорс, дёргая женщину за подол юбки и с тревогой наблюдая за хрупкой девичьей фигуркой, стоящей вдалеке у озера.

Колдунья не двинулась с места, лишь с глубокой печалью в глазах наблюдала за происходящим.

— Без зимы этому миру придёт конец, а без последствий призвать зиму могут только Мора и её сын Мороз, — с горечью произнесла Яга.

— Но ведь она замёрзнет! — со слезами на глазах воскликнул мальчик.

В этот миг дверь с грохотом распахнулась, и в дверном проёме появился Мороз. Он опирался о косяк, ноги бога ещё дрожали от слабости.

— Где она? — прохрипел он.

— Мороз! — закричал мальчик и со слезами бросился обнимать друга.

— Где Настя? — повторил мужчина.

— Она на озере, Мор! Она замерзает, и если призовёт зиму, то и вовсе умрёт! — заплакал светлоликий, указывая рукой в сторону озера.

Мороз повернулся и увидел у берега Настю в голубом платье. Её теперь уже почти совсем белые волосы развивались на ветру. Оттолкнувшись рукой от стены, он, сломя голову, бросился к ней.

— Настя! Настя, не смей! — кричал он, но девушка уже не слышала его. Она словно погрузилась в небытие, выпуская на волю двойника Мора, безжалостную силу зимы.

Мороза догнала Яга на помеле: — Прыгай быстрее!

Хорс остался стоять у порога, на его голову начали падать первые крупные пушистые снежинки.

— Нет, нет, пожалуйста, не падайте! — умолял мальчик.

Помело молнией помчалось к озеру. Мор спрыгнул с него, едва оно замедлило свой бег, спотыкаясь, подбежал к девушке и развернул её к себе. Она стала бледной, как снег, губы тёмно-бордового цвета ярким пятном выделялись на её лице, а глаза из голубых превратились в тёмно-синие.

— Настя, посмотри на меня! — он из всех сил потряс её за плечи. Девушка взглянула на него, но никак не отреагировала. Затем её лицо начало покрываться изморозью, и она обмякла в руках Мороза.

— Нет! Нет! Любимая! Прошу, не уходи! Я вернулся к тебе! — кричал он, жизнь девушки угасала, но глаза продолжали пристально смотреть на него.

– За что?! Почему вы отнимаете её у меня! Зачем мне жизнь бога или человека без неё?! — рыдая, проклинал князь свою судьбу, продолжая обнимать возлюбленную.

– Сто лет я дарю тебе, ровно сто лет человеческой жизни, — прозвучали слова Моры в голове Мороза. Он снова посмотрел на замёрзшее лицо Насти и, собрав всю свою магию воедино, прошептал заклинание.

– От тела к телу,

От крови к крови,

От костей к костям.

— Мороз! — воскликнула Яга, хватая его за рукав рубахи и пытаясь остановить, однако князь зимы не обращал внимания на её слова.

— Разделяю с тобой свою судьбу, силу и жизнь, — произнёс он, закончив читать заклинание, и нежно поцеловал Настю в замёрзшие губы.

Изморозь на лице девушки начала таять, щёки медленно окрасились румянцем. Наконец Настя открыла глаза и увидела Мороза.

— Любимый, — прошептала она и, не сдерживая слез, крепко обняла его. — Я думала, что больше никогда тебя не увижу!

Мор нежно обнял её в ответ, а Настя, взглянув наверх, увидела, как падает снег, укрывая землю белым пушистым одеялом. Она не верила своему счастью. Любимый вернулся, и с его возвращением пришла зима, возвещая, что мир будет жить и процветать.

Внезапно в небе возник огромный силуэт женщины, чёрные волосы развевались на ветру, окружая её непроглядной тьмой, а тёмно-синие глаза, казалось, пронзали насквозь. Настя почувствовала, как по её телу пробежала дрожь.

Мороз, заметив, как напряглась его спутница, обернулся и увидел Мору, наблюдающую за ними с хитрой улыбкой.

- Мороз, что же теперь будет? – с тревогой спросила Настя.

- У нас есть пятьдесят лет человеческой жизни, – спокойно ответил Мороз, уверенный в том, что мать не нарушит своего обещания.

Лик богини медленно растворился в ночном небе.

Эпилог

- Спорим, ты меня не догонишь? — весело воскликнул Хорс, обращаясь к своему новому другу.

- Почему это? — с обидой спросил Ваня.

- Потому что я бог, а ты смертный, — самодовольно улыбаясь, ответил Хорс, показав мальчику язык.

- Ой, кто это там? — испуганно пробормотал Ваня, расширив от страха голубые глаза, и уставился на что-то позади Хорса. Светлоликий резко обернулся, но никого не увидел.

- Кто последний, тот тухлый гусь! – весело крикнул убегающий Ванюшка.

Хорсу совсем не хотелось прослыть тухлым гусем, и он помчался изо всех сил, стараясь догнать хитреца. Оба настолько увлеклись соревнованием, что не заметили, как налетели на Марфу, опрокинув её вёдра с водой.

- Прости, Марфа, мы нечаянно! - жалобно проговорил Ваня, помогая подняться сводной сестре.

- А ну пошли прочь отсюда, негодники! Ещё раз увижу, вас, бездельники, руки и ноги поотрываю! - заругалась девушка. Но мальчики не испугались, они точно знали, что в глубине души Марфа не держит зла и никогда не исполняет свои угрозы.

Вдалеке послышался звон колокольчиков.

- Едут! Едут! - закричал Ваня. Из дома немедля выскочила Яга с караваем в руках, следом степенно вышел Северин. Сани уже повернули во двор, первые с новобрачными, вторые с гостями.

Мор протянул руку и помог своей супруге вылезти из саней. Тяпа с лаем выпрыгнул вслед за ними и стремглав понёсся в терем, поближе к своей любимой печке. Новобрачные первые подошли к Яге, держащей каравай.

В этот день родилась новая семья Морозовых.

– А теперь, супруги, накормите друг друга, чтобы любовь ваша никогда не угасла и жизнь сытая была.

- С ларцами самоцветов, конечно, сытая будет, — сумничал отец Ильи и тут же получил локтем в бок от жены.

Только ближе к вечеру молодым удалось уединиться на крыльце, пока отец Насти соревновался в частушках с хмельным отцом Ильи, веселя остальных гостей. Мороз заботливо укрыл девушку платком. Став смертным, он наконец-то понял, что значит мёрзнуть в зимнюю стужу. Обняв Настю, вдохнул аромат её волос и прикрыл глаза, наслаждаясь её близостью. Душа затрепетала, и сварливый Мор уже пожалел, что в доме толпа народа. Он нежно поцеловал жену в шею, а потом в ухо.

Жаркое дыхание обожгло шею Насти, вызвав табун мурашек по всему телу. Девушка готова была так простоять всю ночь.

- О чём задумался? - нарушила она молчание.

- Вспоминаю нашу первую встречу и радуюсь, - хриплым голосом ответил Мор.

- Радуешься, что меня встретил? - хитро прищурившись. уточнила Настя, прекрасно зная ответ на вопрос.

- Что не заморозил тебя тогда насмерть, - с улыбкой промолвил мужчина, разворачивая её к себе и целуя в губы.

***

Эта история произошла в те времена, когда боги жили среди людей. Земля была богата лесами, реки и озёра рыбой и чистой водой, а мир наполнен магией. В том мире обычный человек, преодолев множество испытаний, мог обрести вековую мудрость, бессмертие или славу.

Но ЕГО имя смертные старались лишний раз не называть, особенно в зимнее время, когда ОН в расцвете своих сил. Призвать Мороза легко, а вот упросить пощадить невозможно. Каждый человек знал, что вместо сердца у полубога лёд. Он грозный князь зимы, сотворённый самой Морой, богиней смерти...

А ещё говорят, что у зимы есть и светлая сторона. Вместе с Морозом ходит добрая сердцем девица. В зимнюю стужу она согревает лесных зверей и указывает путь заблудившимся путникам, и даже бессердечный Мор не может отказать ей в просьбе, ведь каждый знает, что для князя зимы нет никого дороже её.