Метаморфоз

Глава 1

Он внимательно разглядывал свои пальцы. Сомнений нет. Эти серебристые чешуйки на коже – это начало процесса. Наконец-то! Началось!!! Скоро всё тело покроется чешуёй и тогда… Тогда…

Хм… Чего бы он хотел? Он и сам не знал чего, но чего-то совершенно особенного! Надо было выбрать место для окукливания. Все метаморфы решали этот вопрос по-своему. Для девушек, обычно, сооружали красивый шалаш, украшали его цветами. А после вылупления из кокона устраивали праздник на всю деревню. Кто-то поселялся в храме. Кто-то оставался в собственном доме. Но Кай До не хотел проходить метаморфоз в деревне. Он решил подняться вверх по восточному склону Великой Горы до ручья и окуклиться там в своей любимой пещере.

Собрал нужные вещи в мешок, взял запас еды и утром отправился в дорогу. Все кто встретились ему на улице улыбались, махали руками, желали счастливого окукливания. Да… метаморфы нутром чуют когда у молодого начинается этот процесс. Оно и не мудрено. Это самый главный момент в жизни. Собственно и жизнь-то делиться на две половины, детство и юность до окукливания и взрослая жизнь после…

К вечеру он добрался до места. Ослепительно яркое Малое белое Солнце уже спряталось за горизонт. А Великое красное Солнце, которое вечно висит в зените, едва разгоняло сумрак своим тусклым бордово-бархатным светом.

С этой высоты родная деревня казалась с ноготь величиной. Кай До перекусил цветочным хлебом и вошел в пещеру. Там он расстелил на камнях одеяло, устроился поудобнее и принялся мечтать. Каким он будет после метаморфа, когда вылупиться из кокона? Древняя Летопись гласит что ни разу не было двух одинаковых метаморфов. Все перерождались как-то по-своему. Когда он и его сестра выросли, их родители ушли из деревни в Большой Город на берегу Великого Моря. У отца были красные ладони. Он работал в кузнице. Брал голыми руками расплавленный метал и лепил из него все что нужно. Да так быстро и ловко что заказы накапливались на несколько недель вперёд. Мать была внешне похожей на молодых метаморфов. Но у неё был удивительный дар – не чувствовать холод. Каждый год она ходила на север, через Ледяные Пустоши к Дальним Горам и приносила оттуда блестящие камни. Эти камни ценились дороже всего что только было у жителей Большого Города. Его родная сестра переродилась с огромными глазами. Теперь она видит так далеко, что это невозможно представить. Её взяли к себе корабельщики. Сейчас она плавает по Великому Морю. Живёт в роскошной каюте на огромной галере. Присылает ему подарки. Диковинные раковины, октолопы и каюдзи.

Он тоже уйдет из деревни в Большой Город. Все уходят. В деревне живут только метаморфы с маленькими детьми и неокукленная молодёжь.

Он разделся, свернулся калачиком, обнял себя руками и окуклился.

Через сорок дней он очнулся и разорвал оболочку кокона. Принялся разглядывать своё новое тело. Руки, ноги, всё было прежнее. Достал из мешка зеркальце, внимательно рассмотрел лицо. Ощупал голову, спину. Никаких изменений.

- Странно… Может я как мать? У меня какой-то тайный дар? Древняя Летопись говорит что скрытые метаморфы – большая редкость… Как бы узнать кто я теперь? Ну да время покажет…

Он размочил в ручье сухари, перекусил и отправился домой.

В деревне ему все улыбались, махали руками, поздравляли с метаморфозом. Однако некоторые с любопытством разглядывали его.

- Ну чего они пялятся? – с подозрением думал Кай До, - завтра же уйду в город. Принесу в храм положенный подарок и уйду…

Но он не ушел… Ни завтра, ни послезавтра, ни после послезавтра… Ему показалось стыдно являться к родителям не зная своего дара. Он каждый день ходил в храм, читал там Древнюю Летопись и всё больше погружался в тину сомнений. Манускрипт гласил что метаморф узнаёт свой дар сразу же или в течение первых семи дней. Неделя прошла, но он так ничего не понял и не почувствовал. Всё было как обычно. Великий Жрец никак не мог ему помочь, он только разводил руками и призывал Кая набраться терпения.

- Да где ж его набраться этого терпения? Все вокруг только и шепчутся обо мне… Уехать бы уже поскорее…

Он старался реже появляться на улице. Чаще уходил в свою любимую пещеру. А потом и вовсе начал жить в ней. В деревню спускался только чтобы взять еды. Благо подарков от сестры и матери накопилось столько что хватило бы на безбедную жизнь в течение тысяч лет.

Он целыми днями гулял по горным склонам и всё время думал о своей несчастной судьбе.

- От самого сотворения Мира такого не бывало! Древняя Летопись гласит что КАЖДЫЙ метаморф после окукливания получает дар. Я что проклятый? Или Я какая-то ошибка? Может я просто умру как Великие Древние, когда пришли в наш мир? Что же делать-то?

Он никак не мог придумать что делать и поэтому просто жил. Просто гулял. Или просто лежал и смотрел в небо.

В конце концов он успокоился. Ему стало всё равно что о нём думают и говорят.

- Ну и пусть смеются. Мне то что? И вообще я один такой, за всю историю… Пусть лучше бояться! Да! Я Кай До! Я прошел через метаморфоз и остался самим собой!!

И он вернулся в деревню. К его изумлению над ним не смеялись. При встрече с ним кланялись. Родители и сестра прислали дорогие подарки и поздравительные письма, но ничего кроме формальных пожеланий счастья в них не было. А в остальном всё осталось по-прежнему.

Недели проходили за неделями, месяцы бежали за месяцами, годы улетали в вечность.

Кай До нанял работников и отстроил себе огромный дом. Почти такой же как храм. Таких огромных роскошных домов даже в Большом Городе было немного. Жил он по-прежнему один. Целыми днями переписывал Древнюю Летопись, которую дал ему Великий Жрец. Кай До решил выучить её наизусть. А заодно и все манускрипты из храмовой библиотеки. Так что скучать ему не приходилось. Кроме того мать и сестра постоянно писали ему о своих приключениях. Так прошло три года…

Однажды вечером он отправился в храм, чтобы отдать выученные им свитки.

- Счастливого окукливания Кай До! – приветствовал его Великий Жрец.

- Что? Чего? Какого окукливания?! – поразился он.

Жрец подвёл его к зеркалу и показал на серебристую чешую вокруг его глаз.

- Но так не бывает! Я не могу окуклиться второй раз! Так просто не-бы-ва-ет!!

- Значит бывает, - улыбнулся Жрец, - Счастливого окукливания!

Совершенно потрясённый, Кай До долго блуждал по деревне, пока не сообразил наконец где его улица и вернулся домой.

- Это чья-то злая шутка? Вылупляться второй раз! Да надо мной все мзои смеяться будут! Я уже три года не виделся с родителями и сестрой. А теперь? Да я же стану позором для них…

Он бродил по дому и никак не мог успокоиться.

- Что же делать? Что делать? Что делать? Что делать?.... – лихорадочно повторял он в поисках ответа. И вдруг остановился.

- А может ничего не делать?

Эта мысль окаменила его и он стоял так долго, пока не ощутил тяжесть в затёкших ногах. Потом засмеялся.

- А я ведь НИЧЕГО и не могу сделать! Ну просто ничего! В деревне поди все уже знают… Наверняка меня видели с этой чешуёй на лице… Ну и пусть!!! Вот возьму и окуклюсь второй раз!

Приняв такое решение он спокойно лёг спать, а наутро отправился в свою любимую пещеру на горе. Там у него уже давно было оборудовано подобие жилища. Пол застелен коврами и подушками, ширма на входе и запас еды.

К вечеру он достиг цели. Малое белое Солнце пряталось за горизонт, оставляя на небе тусклое Великое красное Солнце. В ночном полумраке Кай До перекусил цветочным хлебом и мцельскими грибами. Спать не хотелось. Он лёг у входа в пещеру и принялся нараспев повторять тексты из Древней Летописи.

«Великая Лодка спустилась с неба,

Она плавала между звёзд.

В ней были Древние.

Они искали Дом.

Они долго искали Дом.

Они спустились с неба.

Они нашли Дом.

Они разбили Лодку.

Они нашли Дом.

Чтобы не плыть уже никуда.

Они разбили Лодку.

Чтобы не плыть уже никогда.

Они разбили Лодку.

Они нашли Дом.

Они стали жить здесь.

Здесь живём мы.

Они жили и они умерли.

Они были Древние.

Они пришли и умерли.

Они родились не здесь.

Они умерли, их нет.

Они умерли, их нет».

- Вот как странно, - думал он, - никто из метаморфов ещё не умер. Самым старым из нас уже по девятьсот лет. А почему умерли Древние? И откуда они пришли?

Он почувствовал что засыпает, зашел в пещеру, разделся, свернулся калачиком, обнял себя руками и окуклился.

Через сорок дней он очнулся и разорвал оболочку кокона. Принялся разглядывать своё тело. Руки, ноги, всё было прежнее. Встал перед зеркалом, внимательно рассмотрел лицо. Ощупал голову, спину. Никаких изменений.

- Это что – издевательство? Надо мной издеваются? Я второй раз вылупляюсь, чтобы остаться прежним? Это как понимать? Да что же это твориться?!

Он затопал ногами, заорал и выбежал из пещеры. Ослеп от полуденного света, замер, но тут же вновь заорал со всей силы и побежал неведомо куда.

Как долго и куда он бежал он не помнил, но, в конце концов, пришел в себя на западном склоне горы. Огляделся вокруг и увидел вдали Белую Реку.

- Вот меня занесло… Сколько ж я бежал? Весь день что ли? Откуда только силы взялись… Хм… Надо бы вернуться и поесть. А потом? Что потом? Может я всё-таки какой-то скрытый метаморф? Очень скрытый… Тайный… Такой тайный что и сам не узнаю в чём мой дар…

И он побрёл в свою пещеру.

Неделю Кай До прожил на горе, в общем-то и не надеясь открыть у себя какой-то дар. Надо было возвращаться в деревню.

- Может обмотать голову чем-нибудь? Или скакать на одной ноге? Или руку за спину завернуть? Может трястись или свистеть или ещё что-нибудь? Я ж теперь на всю округу прославлюсь… Да что на округу, в Большом Городе обо мне узнают! Вот только как мне жить с этим?? И почему в Древней Летописи ничего об этом не сказано? Хм… Может ночью тихонько пробраться через деревню к себе домой?... А что потом?...

Он никак не мог что-то придумать, но в итоге решил вернуться средь бела дня и сделать вид что всё нормально, что так и надо. Просто изображать радость и улыбаться. Через месяц набрался смелости и так и сделал.

Когда вошёл в деревню, люди на улице взмахивали руками и, кланяясь, касались ладонями земли. Так приветствовали только Жреца. А вот теперь ещё и его…

Он отнёс в храм положенный подарок и вернул все манускрипты. Переписывать больше было нечего, да и незачем, ибо он и так всё выучил. Однако скучать ему не пришлось. На третий день к нему пришли пастухи. Они жаловались на то что ому теперь обрастают медленно и шерсть у них короткая и тонкая.

Кай До крайне изумился этой делегации. Почему они решили что он должен разбираться в этих животных? И кто он такой, чтобы давать советы пастухам? Он хотел было вежливо прогнать их, но вдруг остановился. Он вспомнил, как его раздражали эти пастухи своими нелепыми нежностями. Они одевали на головы ому смешные шапочки, а на их копыта ботиночки. Они построили для них шалаши в поле, расчесывали их специальными гребнями, украшали лентами и цветами. Кай До считал что всё это дурь несусветная, что животное должно быть животным и служить человеку, а не наоборот!

- Вы хотите длинной толстой шерсти?! – воскликнул он – тогда перестаньте делать из ому домашних мзои! Вы должны пасти их высоко на горе! Где холод и ветер! Где снег лежит весь год! Гоните их туда! Пусть они всё время живут на высотах, а вниз только для стрижки спускаются!

Пастухи поразились такому ответу, молча поклонились и ушли. Кай До тоже поразился тому что его совет вот так просто взяли и приняли.

- Может они и не погонят стада в гору, но меня ВЫСЛУШАЛИ! Пастухи ому! А ведь кто я такой? Да НИКТО!... Или КТО? Может что-то уже изменилось?

Он походил из угла в угол и решил прогуляться по деревне. Все по-прежнему приветствовали его как Жреца. Он бродил безо всякой цели и смысла вдоль и поперёк. Внезапно у колодца обратил внимание на еще не окукленную девушку, которая разглядывала себя в зеркальце, поправляя волосы. Он знал её. Это была внучатая племянница его деда со стороны матери. Кай До подошел к ней, взял её за руку и произнёс:

- Ты так часто смотришь в зеркало, что скоро станешь похожей на саму себя…

Глаза у девушки округлились, она поклонилась и пробормотала:

- Спасибо, господин…

Кай До отправился на площадь возле рынка. Там по вечерам обычно собиралась неокукленная молодёжь. На площади он встретил одного парня, который гулял под руку с двумя девушками. Одна была высокая худощавая с белыми прямыми волосами, а вторая пониже пышнотелая с черными вьющимися волосами. Метаморфы создавали семьи только после окукливания, но выбрать себе спутника можно было и до этого события. Кай До подошел к парню и произнёс:

- В действительности всё не так как на самом деле…

Парень изумился, но поклонился и пробормотал:

- Спасибо, господин…

И Кай До отправился домой.

Так он повадился ходить по деревне и раздавать советы. Через месяц к нему в гости приехала его сестра Лиу До. Она долго рассказывала о своих путешествиях, о добыче перламутровых раковин, октолопов и каюдзи. Потом поговорили о родителях. Оказалось что они давно ждут его в гости и скучают. Потом Лиу До передала ему подарок и письмо от Верховного Жреца из Большого Города. Жрец приглашал его к себе в храм, намекал на место ученика и последующий карьерный рост.

- Служить в храме – это здорово! Но для этого голос нужен ого-го! Даже наш деревенский жрец поёт так что вылетаешь из тела и паришь среди звёзд!

- А наш городской Жрец все эти песни сочиняет, - задумчиво ответила сестра, - и голос у него такой что потом всю неделю в голове звучит. Да ты не торопись. Повстречайся с ним, поговори, подумай… Реши, где твой путь…

На следующий день они отправились в Большой Город. Через месяц утром увидели на горизонте башни дворцов, а уже вечером входили в дом своих родителей. Мать ждала их и приготовила большое угощение. Отец вернулся с работы и присоединился к праздничной трапезе. Говорили обо всём, но никто не спросил Кая о его двух окукливаниях и возможном тайном даре.

Целый месяц всё семейство гуляло по городу или каталось в шлюпке. Каю показывали всевозможные фонтаны, парки, сады и пр. чудеса большого города. Он совершенно не заметил, как испарились эти дни в кругу родных. Неожиданно ему пришло в голову посетить Великого Жреца. С утра пораньше он отправился в храм.

- Счастливого окукливания Кай До! – приветствовал его Великий Жрец.

- Что? Чего? Какого окукливания?! – поразился он.

Жрец подвёл его к зеркалу и показал на серебристую чешую вокруг его глаз.

- Но так не бывает! Я не могу окуклиться в третий раз! Так просто не-бы-ва-ет!!

- Значит бывает, - улыбнулся Жрец, - Счастливого окукливания! Пойдём, я покажу тебе твою комнату.

- Мою комнату? Какую ещё комнату? Причём тут комната? Да что же это такое? Мне третий раз окукливаться!!!

- Твоя комната, в которой ты и будешь проходить метаморфоз. Пойдём Кай, тебе понравиться…

Жрец взял его за руку и повёл в глубину храма. Комната оказалась небольшой, но очень уютной, застеленной коврами и подушками. Кай До решил остаться там до метаморфоза.

Через пару дней он разделся, свернулся калачиком и окуклился.

Когда очнулся и разорвал кокон, сразу подошел к зеркалу. Никаких изменений на лице и теле не было. Почти никаких…

- Кто же я такое? И что вообще происходит? – спрашивал он толи сам себя, толи неведомо кого… разглядывая серебряную чешую вокруг глаз.

В углу комнаты стоял столик с различными яствами. Он сел за него и принялся медленно задумчиво есть…

После еды он прошёл в центральный зал храма. Там было пусто. Один только Верховный Жрец стоял посреди и пел. Пел о дороге, ведущей в неведомую даль. Кай До будто провалился куда-то, слушая жреца, а когда очнулся тот уже стоял рядом и приветствовал его.

- Рад видеть тебя Вечный Метаморф!

- Что? Чего? Какой? – поразился Кай До.

- Ты же видел серебряную чешую у себя вокруг глаз?

- Да кто же я такое? Что вообще происходит? – замахал он руками.

- Ты Вечный Метаморф. Ты всегда в состоянии перерождения.

- И что мне с этим делать?

- Не знаю Кай, не знаю… В Древних Летописях ничего об этом не сказано. Ищи свой путь сам.

- Ищи свой путь сам? Это ваш ответ? Вы Великий Жрец, говорите мне, чтобы я искал неведомо чего неведомо где? Это ваш ответ?

Жрец улыбнулся.

- Я спою для тебя Кай До. Ищи свой путь сам, ты Вечный Метаморф, ты вечно в состоянии перерождения.

И он запел…

На следующий день Кай До ушел из храма к родителям. Они устроили праздничный обед, но по-прежнему ничего не спрашивали о его даре, о том что он получил после метаморфа. На другой день он простился с родителями и сестрой и отправился в сторону Великой Горы к Белой Реке. Он и сам не знал зачем он туда пошел. Но он знал что никто никогда не ходил за Белую Реку, потому что там была Великая Лодка, на которой прилетели Древние. Никто никогда не ходил за Белую Реку, потому что там были могилы Древних… Но он пошел. Он и сам не знал почему.

Через пару недель дойдя до реки, он понял, почему её так называли. Она была белой не только издали, если смотреть на неё с Великой Горы, но и вблизи. Вода в ней была совершенно белой. Как снег. А на вкус горьковато-терпкой. Но её вполне можно было пить.

Кай До пол дня шёл вдоль берега и прикидывал в каком бы месте переплыть реку. Плавал он неважно и ширина русла внушала ему страх. Вдруг кто-то коснулся его плеча. Он обернулся и увидел неведомое животное, покрытое короткой черной шерстью. Ростом с человека, только голова на длинной мощной шее поднималась на вытянутую руку вверх. На шее узкой полоской от маленьких ушей до спины была грива из тонкого волоса. Длинные стройные ноги заканчивались копытами, причем у передних ног коленные суставы были вперёд, а у задних назад.

- А ты можешь далеко и высоко прыгать! - сказал ему Кай До.

Зверь кивнул головой и, подогнув под себя ноги, лёг брюхом на землю. Потом принялся поворачивать голову вбок, будто что-то показывая.

- А может мне на тебя сесть? У тебя такая большая крепкая спина…

И он осторожно взобрался на зверя. Тот медленно поднялся, и побрел вдоль берега, а потом вошел в воду и поплыл. Кай До крепко вцепился в гриву.

- А ты хорошо плаваешь? У тебя хватит сил до другого берега?

Зверь зафыркал и поплыл быстрее.

Когда они переплыли, Вечный Метаморф хотел было спуститься на землю, но зверь не дал ему это сделать. Он поскакал куда-то прочь от реки. Кай До не осмеливался спрыгнуть и лишь глазел по сторонам. Так они добрались до какой-то странной глянцево-черной многогранной пирамиды с городской квартал шириной и высотой с дерево. Тут животное остановилось и легло на землю. Кай До осторожно спустился с его спины и подошел к пирамиде. Коснулся её ладонями. Поверхность была тёплой мягкой и гладкой. Постучал по ней кулаком. Никакого звука. Он устало лёг на землю и увидел как зверь поднялся и побежал обратно к реке.

- Ну вот. Опять я один. Скоро вечер… Поем и лягу спать…

Так он и сделал. А наутро пирамиды уже не было.

- Улетела что ли? Или провалилась? – спросонья подумал Кай До.

Подошел к тому месту, где вчера ощупывал стену и наткнулся на что-то.

- О! Такая же гладкая и мягкая как вчера! Только совершенно невидимая! Чудеса!

Он решил обойти пирамиду вокруг, похлопывая её ладонями. Когда он сделал пол-оборота, то увидел на земле белые плиты. На них были какие-то письмена и барельефы человеческих лиц. Он насчитал семьдесят плит. С мужскими и женскими лицами.

- Наверное это те самые, Великие Древние. Они умерли и лежат под этими плитами… А мы их потомки… Почему мы отсюда ушли? Почему здесь никто никогда не бывает? Почему никто не знает об этом месте? Или знает? Их дети должны помнить, как они хоронили своих родителей? Их дети – это же самые старые из нас… А я? Зачем я пришёл сюда?

Он спрашивал сам себя и круг за кругом обходил пирамиду. Вдруг что-то произошло. Он не понял что, но почувствовал это.

- Что-то случилось… Что-то не так… Но что? И почему? Я же просто ходил… А сколько раз я ходил? Кажется семь… И пирамида эта семигранная…

Он протянул руку, чтобы еще раз похлопать по невидимой стене и упал, не найдя опоры.

- Во дела! Улетела всё-таки… Или провалилась…

В этот момент он почувствовал что куда-то поднимается. Сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее…