Месть Аэллы II. Хранительница вечного сна

Предисловие

Мрачное тёмное подземелье с лабиринтом коридоров сохраняло усталое молчание. Нет, здесь довольно часто разносились крики, стоны и мольбы узников, но ответом на них служила одна звенящая тишина. Однако сейчас, в столь поздний час, подземелье слышало лишь дыхание да сонное бормотание своих пленников.

Оглушающий стук каблуков, неожиданно раздавшийся в ночи, эхом разбивал тишину узкого каменного коридора. Магические факелы вспыхивали один за другим, выхватывая из плена тьмы женскую фигуру в длинном белом плаще. Спустя пару минут силуэт остановился у решётки тесной камеры.

– Ты всё-таки подумала над моим предложением? – Мужчина, тихо посмеиваясь, встал со скамейки, которая служила ему и стулом и постелью, приблизился к решётке. – Умница. Они должны заплатить за то, что сделали с нами. Ты вернёшь своего возлюбленного, а я вернусь туда, где мне самое место. – Узник, вдруг отстраняясь, словно в бреду стал повторять: – Девчонка поплатится…Они все…Убить…Убить всех…

Устав слушать бессвязное бормотание, женщина протянула руку с ключом и вставила его в замочную скважину решётки. Лёгкий щелчок, толстые прутья полыхнули синим огнём – магическая защита снята, и дверь с металлическим скрежетом отворилась. Фигура в плаще вошла в камеру, схватила пленника за руки, произнеся заклинание освобождения. В тот же миг цепи, опутавшие почти всё тело мужчины, с грохотом опустились на холодный каменный пол. Узник с удовольствием разминал затёкшие от пут мышцы.

– С тобой приятно иметь дело! – Недавний пленник получил молчаливый толчок в спину и тот, покорно переставляя ноги, направился в указанном женщиной направлении.

– Хамалус. – Мужчина замер и оглянулся через плечо. – Верни. Мне. Его!

Краснокожий исполин лишь усмехнулся и исчез в тёмном лабиринте коридоров.

Глава 1. Во сне и наяву.

Лёгкий тюль на открытом настежь окне мягко шевелился под дыханием тёплой ночи. В просторной, почти царской, спальне – на высокой резной кровати с балдахином, мирно спала девушка. Её тёмные волосы тихонько трепал летний ветерок, касаясь щек нежным поцелуем, охранял девичий сон. Кажется, что в такую ночь ничего не могло произойти, слишком тихо и спокойно было вокруг.

Внезапно тишину спальни нарушил едва уловимый странный звук – трескучее шипение, его бы никто не услышал, даже будь в комнате кто-то менее сонный. В тёмном углу комнаты, затаясь, разлеглась огромная змея. Слегка подняв голову, рептилия наблюдала за спящей девушкой, не смея пошевелиться. Убедившись, что брюнетка крепко спит, змея подползла ближе к кровати, забралась на постель по высокой ножке и вновь замерла выжидая.

То ли тяжёлая змея слишком сильно плюхнулась на кровать, то ли она выдала себя шипением – девушка завозилась во сне, недовольно поморщившись. Чешуйчатое, выплёвывая шипение, будто выругавшись, приготовилась к нападению. Открыв глаза, брюнетка испуганно вжалась в постель – над ней нависла огромная змея, расправив свой капюшон, с её зубов стекала нитка яда, а глаза с вертикальными зрачками плотоядно уставились на жертву.

Мгновение, и змея одним быстрым выпадом напала на беззащитную девушку, не давая даже шанса закричать.

Маленькая девочка закричала, не открывая глаза, махала руками и ногами – отбиваясь от невидимого врага. В комнату малышки тут же влетели перепуганные Джек и Цинна.

– Доченька, проснись! – Женщина присела на край кровати, схватив и прижав руки девочки к постели, чтобы она ненароком себе не навредила.

Ребёнок открыл полные слез и страха глаза:

– Мамочка, – девочка прижалась к груди матери, громко рыдая. Джек присел около них, погладил девочку по голове, успокаивая:

– Тише Лучик, не бойся, это всего лишь сон. Мама с папой рядом и не дадут тебя в обиду.

Чувствуя рядом присутствие своих родителей, девочка успокоилась и начала засыпать. Цинна осталась с малышкой, на случай если той вновь приснится кошмар. А охотник, встревоженный и погруженный в мрачные мысли ушел в другую комнату. Частые кошмары дочери пугали мужчину.

«Нужно попросить у Аэллы какую-нибудь настойку, или что-то вроде того». Джек лёг на постель, но сон больше не шёл.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Проходилось ли Вам прятаться ото всех знакомых, от всего окружения, от своих любимых и родных? Зализывать раны физические после неудачного боя, или моральные после трудных решений и испытаний? Моральные раны плохи хотя бы тем, что не имеют сроков давности, а лишь со временем накапливаются. Одна маленькая ошибка, и вот ты уже рыдаешь, упиваясь горем над прошедшим 100 лет назад несчастьем.

У Хамалуса ни осталось никого, кроме врагов. Он наделал столько ошибок в своей долгой жизни, что не хватит еще двух таких же, чтобы размышлять над ними. И, тем не менее, сидя сейчас в своём временном пристанище – хижине на большой горе, он погрузился в воспоминания, зачем-то рассказывая свою историю маленькой певчей птичке:

– Вот ты думаешь, я всегда был таким? – Птичка вопросительно склонила голову, словно понимала каждое слово. – Нет. Я был простым человеком, кузнецом. Построил дом, женился, потом родился сын… Всё шло хорошо, жизнь казалась чудесной. Но, разумеется, у высших сил были другие планы на мой счёт. – Хамалус горько усмехнулся.

Лихие люди налетели на деревеньку где жила семья. Грабили и убивали, а особо понравившихся женщин и детей увозили с собой. Когда грабители разносили его дом, мужчина был занят работой. А когда он вернулся…

Свою жену Хамалус нашел в родном, разгромленном разбойниками, доме. Одежда на ней была разодрана, а сама она была избита до полусмерти – прежде красивая и полная сил женщина – теперь её было не узнать. Кузнец осторожно взял её на руки: «Они забрали…». Мужчина видел, как из глаз его любимой жены уходила жизнь, убаюкивал её, шепча слова любви и ласковые заверения о том, что всё будет хорошо. Спустя пару минут она умерла у него на руках.

У могилы своей жены, Хамалус поклялся найти сына и убить всех до единого, кто посмел явиться на его родные земли, в его дом. Половина деревни была перебита, другая же половина были стариками, никто бы не смог помочь мужчине отомстить.

Кузнец, собрав свои пожитки, покинул деревню, решившись искать способы и силы для мести у высшего света. Тогда он и не знал, что ему вызовется помочь сама Тьма.

У Хамалуса не было плана, не было определенного места, куда бы он должен был идти. Мужчина просто шёл туда, куда ведут его ноги, да откуда дует тёплый ветер. Он не помнил, сколько прошло времени, сколько километров прошёл, не помнил, давал ли себе время на привал и передышку. И вот, когда ноги отказывались идти, а силы совсем покинули тело, кузнец забрёл в густой тёмный лес, подобный мрачной обители тёмного существа. Присмотревшись к темноте, Хамалус заметил, что на него внимательно смотрит пара светящихся изумрудных глаз.

– Кто ты? – Кузнец не шевелился, не зашагал навстречу чарующим глазам. Он не боялся за свою жизнь, слишком уставшим и сломленным был его дух.

Из темноты вышла рыжеволосая девушка. Тугая коса перекинута через плечо, простое тёмно-зелёное платье облегало изящную фигуру, а длинный подол скрывал стройные босые ноги. Девушка открыто улыбнулась, давая понять, что не собирается нападать на усталого путника.

– Устал? Пойдём со мной, мы тебя накормим, напоим, и уложим на мягкую постель. – Незнакомка протянула к нему руку, и, сжав ладонь мужчины, потянула за собой.

«Мы?» запоздало подумал Хамалус. Хотя, ему уже было всё равно – усталость тяжким грузом давила на плечи мужчины. Чем глубже в темноту уходили они, тем тяжелее становилось сделать хоть один шаг.

– Пришли, – девушка отпустила руку кузнеца, забрав мешок с его немногочисленными вещами, и зашла в небольшой, но крепкий домик. – Что застыл? Проходи, – и снова эта светлая улыбка.

Мужчина вошел в скромно обставленный дом: у стены напротив входной двери стояла большая печь, слева стояли длинная скамья, крепкий дубовый стол, да пара табуретов. Под потолком на разных уровнях верёвок сушились пахучие травы, грибы и приправы. Справа вилась лестница на второй этаж, очевидно, там располагалась спальня хозяйки дома.

Девушка кинула мешок с вещами на скамью, а сама принялась хлопотать по хозяйству. Кузнец же от безделья смотрел то на лестницу, то на рыжеволосую красавицу, то просто по сторонам.

– Уютно у Вас, хоть и мебели толком нет. Вы не боитесь тут одна жить, в лесу, во тьме тьмущей? – Расспрашивал Хамалус, припоминая, как девушка сказала «мы», приглашая его в гости.

Незнакомка поставила на стол глубокую миску с горячей похлёбкой, размяла туда душистые пряности, отрезала большой ломоть чёрного хлеба, и, вручив мужчине ложку, ответила:

– Кто сказал, что живу тут одна? Да и не боюсь я леса, а особенно тьмы. Кушай, не бойся – отравы там нет, а я пока подготовлю постель.

Хамалус с удовольствием принялся за горячую еду, вспоминая, когда в последний раз он вообще ел. С едой было покончено, и мужчина довольный, согревшийся, почувствовал, как у него слипаются глаза. Решив не терять времени даром, он поднялся по витой лестнице наверх.

– Ага, ну как тебе ужин? – незнакомка взбивала подушку и мягко улыбалась.

– Вкусно, спасибо – кузнец искренне был благодарен этой немного странной девушке, имени которой до сих пор не узнал.

– Ложись спать, а завтра продолжишь свой путь. – Изумрудные глаза как будто видели его изнутри, будто видели всю его жизнь и его будущее, видели всю боль и душевные страдания. Рыжеволосая передала ему подушку и поспешила к выходу из комнаты.

– Постой, а где будешь спать ты? – Не то чтобы кузнец на что–то рассчитывал, спрашивая об этом, ему просто было любопытно, и совестно, если девушка будет спать на жесткой скамье.

– На печке, – широкая улыбка развеяла почти все дурные мысли кузнеца. Пожелав друг другу добрых снов, мужчина и прекрасная незнакомка отправились по своим спальным местам.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Лежать на полу, раскинув руки, оказалось неудобно. И очень обидно.

– Вы так и останетесь лежать? Или Вам помочь подняться? – Ехидный голос понесся до ушей девушки.

– Дайте мне минутку, пожалуйста. – Откуда–то свысока хмыкнули. Василена осторожно открыла левый глаз.

Просторный зал для тренировок сиял в лучах восходящего солнца, окрашивая стены и куполообразный потолок лёгким золотом. А посреди всего этого великолепия, протирая пол своим белым одеянием, валялась будущая повелительница света.

Восстановление сил успешно завершилось, и, когда Василена окончательно окрепла, Хранительница тут же отправила её на тренировки.

– Я сторонница дипломатии, – неуверенно улыбнувшись и поправив очки, произнесла девушка, но Хранительница лишь нахмурила брови и всучила брюнетке тренировочный деревянный меч.

– И как я должна учиться? Методом проб и ошибок? – Кисло глядя на свою наставницу, поинтересовалась Василена.

Хранительница отвернулась и молча вышла из зала, а девушка устало вздохнула. В последнее время они не ладили. То ли по причине былого предательства Василены, то ли потому что Хранительница хотела её прикончить, то ли…да свет знает почему.

«Так… Крутану сюда, ткну вот так…» – девушка крутила деревянным мечом изображая из себя великого вояку, ровно до тех пор пока пребольно не ударила себя по колену.

– Это Вас я должен обучить искусству владения мечом? – Скептический тон и пренебрежительно выделенное «вас», заставило Василену перестать потирать ушибленное колено и обернуться. В дверном проёме, скрестив руки на груди, стоял невысокий, но отлично сложенный молодой человек. Его можно было назвать копией молодого Сетория: блондин с серыми глазами, и омерзительно–красивыми чертами лица.

Незнакомец неожиданно тепло улыбнулся:

– Простите мне мою невоспитанность. Я Фабилий, ваш персональный учитель по фехтованию.

Прошло несколько месяцев с момента их знакомства и начала тренировок, а Василена всё так же оказывалась на полу, побеждённая опытом учителя. Фабилий никак не хотел поддаваться.

– Поднимайтесь уже, замёрзнете. – Учитель, протягивая ей руку, улыбнулся. – Думаю, на сегодня я перестану Вас мучать.

– О, Вы так добры, – девушка закатила глаза, разрешая себя поднять, отдала тренировочный меч и направилась к выходу.

Стоило девушке скрыться за дверями зала, как улыбка мгновенно сошла с лица молодого человека.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Тёмный коридор…Свет факелов…Блеснувшее лезвие летящего ножа…Крик боли… «Мальчик мой… Беги, слышишь…».

Паж резко открывает глаза и устало садится на постели.

– Снова кошмар? – Офелла сидела, склонившись над столом, и проводила какой-то особо дурно пахнущий химический эксперимент.

– Что ты делаешь? – Не желая давать очевидный ответ, спросил юноша одеваясь.

– Да так, ерунда. Просто не спалось, вот и решила провести небольшой опыт. – Девушка внимательно смотрела, как меняется содержимое колбочек. В основном менялись только цвет и запах, но вот содержимое самой маленькой колбочки поменяло свою консистенцию. И стало явно живым.

– Так мне из–за этой вони снятся кошмары? – Паж улыбнулся. Встав с постели, он обогнул стол и так же внимательно стал всматриваться в содержимое склянок – Оно не сбежит? Кажется, я видел, как оно моргнуло.

Не дождавшись ответа, Паж взглянул на девушку.

– Кошмары мучают тебя с тех пор как ты вернулся… – Офелла замялась. – А вонь появилась только сегодня. – Девушка грустно улыбнулась и погладила юношу по предплечью. Паж вновь кинул взгляд на дымящиеся и закипающие пузырьки:

– Раз ты занята, да и сон больше не идёт, пойду в кабинет, пороюсь в свитках. Вдруг найдётся способ хотя бы связаться с ней. – Рыжик выпрямился и подошёл к двери спальни и замер, услышав тихий вопрос своей любимой:

– Ты же знаешь что это бесполезно, верно? – Офелла даже не повернула голову с его сторону. Паж взглянул на неё и вышел, изо всех сил стараясь не хлопнуть со злости дверью.

Нет, конечно же Офелла понимала и разделяла боль от потери. Бестолковая светлая в своих дурацких очках; охотник – хрупкий человечек, сунувшийся в разборки тёмных и светлых не по своей воле; Аэлла – повелительница Тьмы, вдохнувшая жизнь в горстку останков и явившая миру грозную мастерицу мечей. Воспоминания о них терзали душу Офеллы, в наличии которой все сомневались, в том числе она сама. Но всякий раз, смотря на Пажа, зарывшегося в свитках как хомяк в бумагу, девушка ловила себя на мысли: «А что я буду делать, если потеряю тебя?». Ради него Офелла сделает всё, перероет всю Тьму и весь Свет, даже земли Спящих, достанет из-под земли всех, кто владеет хоть крупицей знаний.

Она понимала. Однако прошел уже год, а их поиски не возымели никакого результата.

Глава 2. Борись

Тихий выдох и клубок пара, вырвавшийся с пухлых губ, растаял воспоминанием. Тонкие пальцы нервно сжимают непривычно тяжёлый меч. Звенящая тишина хмурого раннего утра и стелющийся туман, коконом окутывали со всех сторон, заставляя напрячь все органы чувств до предела. Вдруг, чуть в стороне, сквозь плотную завесу тумана, девушка услышала шорох, а затем увидела очертания своего соперника.

Атака не заставила себя долго ждать. Лезвие меча уже почти достигло её шеи, как девушка отпрянула, вовремя выставив свой меч в защитном жесте, парируя. Лязг металла, оружие соперника, как и он сам, исчезали так же быстро, как и появлялись. Девушка слышала лишь своё тяжелое дыхание; видела смутные очертания деревьев; ощущала холодный воздух на своих щеках; сердце бешено колотилось от страха и адреналина, норовя вырваться из ставшей тесной грудной клетки; руки уже не могли поднять с каждым разом всё более тяжелеющее оружие.

Её существо разделилось надвое: одна часть трусливым голоском твердило: «Сдавайся, не твоё это – мечом махать», другая же напротив: «Ты же не трусливая дурочка! Ты добилась таких высот и хочешь сдаться какому-то заносчивому человечку!?».

Закрыв глаза и сосредоточившись, девушка собралась с силами, и, заставив обе части себя заткнуться, выдохнула. Открыла глаза, провела рукой по воздуху, прогоняя остатки обволакивающего её тумана, и в ту же минуту увидела его. Он стоял, склонив голову набок, внимательно изучая её. И вновь молниеносная атака, он мог с лёгкостью рассечь тело девушки от плеча до бедра, если бы не вовремя выставленный меч. Громкий звон металла в который раз нарушил утреннюю тишину лесной поляны.

Оттеснив в сторону оружие соперника, девушка кинулась в атаку. Она кружила вокруг него, почуяв азарт, обрушивая всю силу своих рубящих ударов. При очередной атаке, девушка оставила на щеке мужчины длинную царапину. Она лишь на секунду засмотрелась на алую каплю, но этого хватило, чтобы враг нанёс укол. Девушка почувствовала, как её кожу обжог холод. Соперник притянул её к себе за талию, глубже пронзая разрез на поверженной ткани.

– Неплохо, Ваше Светлейшество, совсем неплохо. Но в следующий раз, будьте так любезны, не засматривайтесь на кровь, чтобы не пришлось терять свою. – Фабилий улыбался, однако глаза его оставались серьёзными.

Сильные руки по-прежнему держали девушку за талию, словно до этого был не урок искусства владения мечом, а свидание. Учитель по фехтованию находился близко, непозволительно близко.

Василена слегка покраснела:

– Вы не могли бы отпустить меня? И вытащить меч из остатков моей одежды тоже было бы неплохо. – Девушка привычно сдула со лба прилипшую чёлку. Она ещё не поняла, что одной рукой держится за руку своего учителя, сжимающего оружие, а второй упирается в его широкую грудь. Будущая повелительница света слегка смутившись, убрала руки.

– Конечно, Ваше Светлейшество, – Фабилий с лёгкой ухмылкой отпустил девушку и осторожно вытащил меч из плена ткани, стараясь не задеть бок Василены острым лезвием. – Продолжим тренировку?

Тренировка продолжалась до тех пор, пока Василена, обессиленная, не падала в траву, беззащитно раскинув руки и ноги. В такие минуты Фабилий великодушно разрешал ей полежать:

– Минуты две. Ну хорошо, пять. – Услышав недовольный стон, примирительно сказал учитель.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Самнус, или земли Спящих. Время здесь течет иначе, нет смены дня и ночи. От палящего солнца не чувствуется жара, а от песка колкости. Здесь просто-напросто никак.

Самнус и впрямь выглядел совсем как белая пустыня, однако для душ, попавших во владения Хранительницы Вечного Сна, это место напоминало скорее огромный лабиринт. Его высокие стены из стекла не могли ни разбиться, ни позволить вскарабкаться по гладкой поверхности. В конце хитрых коридоров лабиринта, возвышался стеклянный замок, размеры которого были весьма обманчивы.

Высокое, переливающееся на солнце, здание казалось хрупким и никак не могло вместить многочисленные души, что приходили сюда, к своему вечному пристанищу. Но лишь на вид хлипкий, почти иллюзионного вида замок существует тут тысячи лет, и тысячи лет копит в себе души ушедших к вечному сну. Конечно, спящие души не могут обходиться без присмотра, поэтому главной здесь всегда была, и многие тысячелетия будет, Хранительница Вечного Сна, могущественная Сонника.

Прямо сейчас величественная фигура вышагивала по застеклённой поверхности пола замка. Гордая осанка, достойная королевских особ, мягкие пепельные волосы рассыпались по покатым плечам, янтарного цвета глаза – красоту Сонники не могло забрать никакое время мира.

Тысячи лет она заботится о Спящих, храня их сон. Эта женщина запросто может разбудить любого одним щелчком пальцев, если ей вдруг захочется с кем-то поговорить о литературе, искусстве, политике или просто по душам. Однако обратно, в мир живых, отправить не в силах даже она.

Тысячи лет она проводит сделки с живыми. Дворцовые перевороты, исцеление смертельных болезней, богатства и многое другое, о чём люди и нелюди просили её. Хранительница великодушно помогает, но цена за её помощь одна – жизнь.

Тысячи лет Сонника провела здесь в одиночестве и заточении. Она не выбиралась из своего замка, если на то не было веских причин. Хозяйка замка вздохнула и села на свой излюбленный стеклянный трон. За многие годы существования у неё осталось слишком много воспоминаний, некоторые даже сливались в единое целое. Слишком много душ, слишком много лиц видала на своём веку эта женщина. Однако есть лишь несколько воспоминаний, с которыми Сонника не за что бы ни распрощалась.

Прикрыв глаза, Хранительница погрузилась в воспоминания того самого дня, когда пришлось забрать одну мелкую занозу из родного дома.

Распоров пространство стеклянным стилетом, Сонника шагнула в портал. Оглянувшись в незнакомом мире, женщина вздрогнула: на её плечи ложились капли холодного дождя, сильный ветер развевал полы платья. Для неё, не привыкшей ощущать погодные изменения, всё это было в новинку. Но Хранительнице нужно было поторопиться: на неё как-то с подозрением косились редкие прохожие, что неудивительно, королевского вида женщина в белом воздушном платье с каскадными рукавами – такое не часто увидишь в маленьком захолустном городке, да ещё в столь позднее время.

Сонника очутилась прямо перед подходящим домом. Ей не пришлось даже стучать: дверь старого, но крепкого на вид жилища была слегка отворена. Окинув взглядом обстановку через узкий проём, простая деревянная мебель и железная узкая кровать для одного взрослого, Хранительница не увидела ни одной живой души. Женщина тихо зашла в дом и сразу же замерла. На полу, лицом вниз, лежала девушка. Её волосы были грязными и всклокоченными, а одежда местами разорвана. Сонника подошла и присела около девушки. Убрав с лица локон рыжих волос, женщина увидела, что несчастная была сильно избита и покалечена, но жива. Поломанными ногтями девушка впилась в деревянную поверхность пола. Видимо она ползла к своему дитя, пока силы не оставили её прямо посреди движения.

– Несчастная, бедная девушка. Сколько боли тебе пришлось пережить и сколько ещё придётся. – Сонника легонько погладила девушку по щеке. – Но мы увидимся не скоро. Твои несчастья прекратятся, но не сегодня.

Женщина поднялась, и, немного пройдя, заглянула в колыбельку в углу комнаты. В ней спала крошечная копия рыжей девушки: такая же копна огненно-рыжих волос, тот же нос и упрямо сведённые вместе бровки. Хранительница Вечного Сна привыкла видеть спящих, как взрослых, так и детей. Но при виде этой девочки, в душе казалось бы, давно уснувшей, шевельнулось что-то большое и тёплое.

Девушка на полу застонала, отрывая Хранительницу от созерцания спящего ребёнка. Ей вновь нужно поторапливаться. Женщина решила, что не стоит выносить ребенка на жуткий ветер и дождь в одной сорочке, да и исчезновение дамы с ребёнком на руках могло привлечь массу ненужного внимания среди зевак.

Посмотрев на лежащую на полу девушку, Хранительница вечного сна произнесла:

– Несчастная, знай, это была не моя идея. Вы ещё встретитесь, обещаю.

Забрав девочку, женщина разрезала пространство стилетом и шагнула в портал прямо из старого дома.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

– Помни, ты должен подавить боевую сущность. Должен обуздать её. Если твоей сущностью будет одна из четырёх стихий – будет труднее, намного. Но звериный образ…

– Я понял, хорош уже пугать. – Паж с несколько растерянным видом стоял посреди тренировочного зала тёмных. – А вдруг её вообще у меня нет?

– Такого не может быть. Ты же не человек, и прожил всю жизнь здесь, в Тристисе. – Офелла уже не знала, как убедить любимого в необходимости тренировок. Едва ли не первый раз за пару месяцев, вытащив его из своей каморки, она уже добрых полчаса читала лекцию о боевых сущностях и их пользе.

После вчерашней недомолвки эти двое почти не разговаривали и не виделись. Офелла ушла в зал тёмных вымещать всю свою злость и недовольство на тренировках с тьямолятами. Паж в свою очередь зарылся в свитках или носился из библиотеки в кабинет и обратно в поисках ответов на непростой вопрос.

В момент, когда очередной экземпляр тьямолят растаял чёрным облаком от удара кукри, Офелла подумала, что очень сильно соскучилась по своему рыжику. «Кто-то же должен быть умнее» – недовольно подумала она.

Спустившись к нему в каморку, девушка просто обняла склонившегося над свитками парня. И, словно ничего не произошло, завела речь про тренировки, как будто ей своих мало было!

– А что будет, если вообще её не вызывать? – Рыжик всеми правдами и неправдами пытался уберечься от всего этого. Он не был дохляком, но был твёрдо уверен,что сила интеллекта намного превосходит физическую.

– Можно и не вызывать, – Офелла сладко улыбнулась. – Но в один прекрасный день или ночь, боевая сущность вырвется наружу и поглотит твой разум, и нечто обезумевшее будет рушить всё на своём пути. Рвать всех, кого встретит. – С каждым словом лицо девушки становилось всё мрачнее и мрачнее.

Паж звучно сглотнул застрявший в горле ком, поднял руки в примирительном жесте:

– Я всё понял. Давай начинать.

Девушка положила свою ладонь на плечо юноши и стала мягко обходить его по кругу, позволяя ладони легко касаться своего любимого:

– Закрой глаза и слушай мой голос. Вспомни всё хорошее, что происходило с тобой. Дай эмоциям, которые тогда испытал, заполнить тебя. – Паж покорно закрыл глаза и расслабился, нежный голос девушки будто обволакивал защитной пеленой со всех сторон. Офелла подошла к нему ближе, пристально вглядываясь в его лицо. – А теперь вспомни, как у тебя отняли дорогого тебе человека. Как убили всех твоих друзей. Как заставили властвовать над Тьмой, хоть ты этого и не просил! – В голосе девушки появились стальные нотки. Жесткие речи, словно оплеухи по лицу, били рыжика, на его лице залегла скорбная тень, а ладони сжались в кулаки. Офелла могла физически ощутить всю боль и муки, что скопилась на душе у юноши.

– Вспомни, как она умирала у тебя на руках, а ты был бессилен!

Громкий крик-рёв разнесся по залу. Легкая рубашка разлетелась в клочья от резко нарастающих мышц, всё тело юноши покрылось чёрной шестью с искрами огня, а лицо приобрело форму морды хищного зверя. Девушка резко охнула и отскочила к стене – перед ней стоял огромный чёрный получеловек полуволк с пылающими от злости красными глазами.

Волк, наткнувшись взглядом на девушку, медленно двинулся в её сторону, обнажив острые клыки. Офелла материализовала клинки, молясь всем тёмным богам, чтобы их не пришлось применять.

– Сопротивляйся, слышишь! Не заставляй делать тебе больно. – Слёзы брызнули из глаз Офеллы. Нет, она испугалась не зверя, а того, что родной нечеловек не сможет побороть звериную сущность. – Милый мой, ну давай же, сопротивляйся!

Мальчик мой… Беги, слышишь…

Волк ощерился еще больше, надвигаясь и занося лапу над медленно сползающей по стене девушкой.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Ласковый солнечный луч потревожил сон кузнеца лёгким касанием. Хамалус лениво разлепил глаза, потянулся, и встал с постели. За окном было светло, птицы весело щебетали, мужчине даже показалось, что всё что с ним приключилось ему просто приснилось: разбойники, смерть жены, похищение сына, встреча с прекрасной незнакомкой, темный и страшный лес. Но вот перед ним незнакомая местность, на которую он смотрит из окна чужого дома.

Внизу доносилась возня, будто кто-то хлопотал по хозяйству и при этом не хотел будить гостя. Хамалус спустился по лестнице, но встретил не добродушную красавицу, а сухонькую старушку, которая возилась около печки с обедом.

– О, проснулся касатик, – бабуся прищурила глаза цвета янтаря, но смотрела добро. – Ну ты и дрыхнуть, почитай третьи сутки пошли. Садись, обед как раз сготовился. Да не стой ты пнём, садись, говорю. – Кузнец как стоял, открыв рот, так и сел на лавку.

«Так…Она сказала третьи сутки, а не 30 лет…Где же…?»

– Ба, я баню истопила, – зеленоглазая девушка влетела в дом, чем несказанно обрадовала Хамалуса. – Ты проснулся, а я уж хотела тебя травами отпаивать. – Девушка тепло улыбнулась мужчине.

– Да уж, я тоже подумал, что слишком долго проспал, – ответил кузнец, кивая на старушку. Аэлла переводила взгляд с бабушки на гостя и обратно, и вдруг разразилась громким смехом.

– От бестолковая, садись за стол, нечего тут хохотать лес пугать. – Хоть бабуся и заворчала на взбалмошную девицу, всё равно было видно, что она нисколько не обижается ни на неё, ни на её сонного гостя.

– Я Аэлла, а это Тенебра или просто Ба, – девушка забралась на лавку, она была больше занята гостем, чем запеченной картошкой с зайчатиной. – Расскажешь, что привело тебя сюда?

Кузнец понял, что девушка имела в виду не дом и даже не лес, а случай, что увёл его так далеко от родного дома. Аэлла поняла это сразу и спросила не из праздного интереса, а словно хотела помочь.

– Ишь, болтливая, никому покоя не даст. Поди лучше грибов да ягод на ужин собери, чем попусту трепаться. – Тенебра всучила девушке корзинку. – Иди, иди давай, не зыркай так.

Зеленые глаза ехидно взглянули на старушку:

– Ой баааа, а не старовата ли ты для нашего молодца? – Хамалус, запивавший картошку водой, подавился и стал громко кашлять. Рыжая чертовка вновь рассмеялась и поспешно скрылась за дверью домика.

– От шельма, – старушка беззлобно помахала кулаком ей вслед. – А теперь слушай сюда, касатик. – Тенебра села напротив кузнеца, заглядывая ему в глаза тихо продолжила, – Элку не обижай, она девка добрая, хоть и судьба у неё тяжелая, а будущее и того тяжелее, –Хамалус хотел было возразить, что у него и в мыслях не было обижать заботливую девушку, которая сама же и привела его в этот дом, однако старушка не дала ему это сделать. – Вижу я, что не спроста вы встретились, что похожее горе у вас с ней.

Лет пяток назад, Элку бросил её мужик, да не просто бросил, а с потомством. Свету, видите ли, он служить решил. Девка родила и как могла, растила малышку. Работу серьезную не давали – девушка существо нежное, куда ей тяжкую работу–то? Вот и повадилась она воровать, а вот телом торговать не стала – противно, говорит. Так вот после одной из краж, поймали её и хорошенько отлупили. Девка приползла домой еле живая, ребёнок дома, хошь – не хошь приползёшь. Очнулась, говорит, а девчонки-то дома и нет, ходить еще не умеет, значит спёрли! Походила она по местным, поспрашивала, да только все её гнали поганой метлой и слушать не стали. Нашла я Элку на дороге. Отощала, ноги еле переставляла, бедняжка. Приютила у себя да стала учить ведьмовству. Надо ж кому–то силу свою передать. Дитя вернуть – это не корову подоить, тут силы нужны особые, надобно много труда в себя вложить, чтобы врага одолеть, а если придется и дитя своё – врагом вскормленным – убить.

Кузнец испуганно уставился на ведьму. Янтарные глаза смотрели серьезно, в них не было и тени шутки.

–Знаю клятву твою, на могиле данную. Ежели не исполнишь её – будешь страдать, покуда жив будешь.

–А если я не смогу… – Хамалус даже подумать такое не мог, не то чтобы сказать, или уж тем более сделать.

– Сможешь, Тьма научит. Ты отдашь ей все свои страдания, всё что у тебя есть. Покуда будешь ей верен – будет защищать тебя, а оступишься – одной бедой не оберешься. – Старушка встала с табурета и стала убирать послеобеденный стол. – Ты подумай, касатик. Мертвые могут долго ждать исполнения клятв, да только терпение у них не ахти какое.

Остаток дня кузнец провел в раздумьях. Хоть он и помогал Тенебре и Аэлле: нарубил дров, натаскал воды, выполнял тяжелый труд и устранял небольшие поломки в доме, но был молчалив и хмур.

После плотного ужина мужчина захотел немного прогуляться. Выйдя из домика и вдохнув тёплый летний вечер полной грудью, кузнец решил отложить дурные мысли на завтра. Чуть поодаль он увидел маленький костерок и подошел к нему.

Рыжий огонёк игриво взметался вверх, и был до боли похож на сидящую рядом девушку.

– Что, напугала тебя Ба своими рассказами? – Мужчина не видел выражение лица красавицы, не посмев тревожить ее одиночество и подойти близко, но в голосе была слышна улыбка.

Хамалус, будучи обнаруженным, перестал скрываться и сел рядом.

– Нет, скорее озадачила. Она сказала то, что я боялся услышать.

Слова заменило уютное молчание. Они сидели, едва касаясь друг друга плечами, и лишь потрескивание костра нарушало тишину. Кузнец, вглядываясь в лицо девушки понял, что нашел друга, соратника, с общей бедой; он думал, что они смогут помочь друг другу; он видел, что эта девушка понимала всё без слов и объяснений; он думал, что в их посиделках у костра нет ничего романтичного.

Глава 3. Враг ближе, чем ты думаешь

–Ты спятил? Провидица? Моя дочь? – Возмущению Джека не было предела. Он, вскочив со стула, начал яростно мерить шагами комнату. Мягкая улыбка Сетория его неимоверно бесила, и охотник в который раз пожалел, что не прихватил с собой армасек.

– Я люблю делать подарки. Любил. – Поправив самого себя, проговорил бывший повелитель света. – Одарив её способностью провидения, я не подумал, что это будет настолько…

– Страшно? Она ребёнок, Сеторий! – Джек опёрся руками о стул, сжав его спинку до побелевших костяшек пальцев. – Ты знаешь, что ей снится? Знаешь, какой ужас она испытывает каждый раз?

Странные и страшные сны стали посещать малышку, когда ей исполнилось три года. Перепуганный ребёнок, не зная и не понимая смысла снов, не могла рассказать отцу, что так сильно её пугало. Охотник, желая помочь малышке, всяческими способами отвлекал Аретту, лишь бы его маленькая дочка скорее забыла о плохих снах.

– Вчера Аретта рассказала о девушке и огромной змее. А что будет завтра, послезавтра? Что будет, если она увидит, как убивают её родных? – Ярость застилала глаза мужчины, сжимая в руках спинку стула словно пластилин. Лишь глухой треск дерева отрезвляюще подействовал на Джека.

Стальной взгляд серых глаз внимательно вглядывался в мужчину напротив.

– Сядь, человек. Оставь мою мебель в покое. Мне кажется или ты не рад, что твоя обычная девчонка стала интересней, с редким–то даром? Она вырастет и научится им пользоваться. Провидение можно развивать, и тогда Аретта будет спать без страшных снов – их заменят видения. Или, – Сеторий поднялся со своего стула, – можно попросить будущую повелительницу света, как-то с этим разобраться, и девочка будет видеть в своих снах лишь розовых пони.

Джек открыл было рот, чтобы сказать что он думает о Сетории и его чёртовых дарах, как в комнату влетела Аэлла.

– Аретта пропала.

– Что значит пропала? Где моя дочь? Что с Цинной? – Охотник подскочил к девушке и чуть ли не тряс Аэллу, вцепившись в её плечи железной хваткой. Вопросы кружили в голове мужчины как карусель, мысли были одна хуже другой.

– С Цинной всё хорошо, она продолжает искать девочку в лесу. – Девушка с сожалением смотрела в глаза Джеку даже не пытаясь вырваться.

– Как вообще такое могло произойти? Где ты была в это время? – Голос Сетория становился всё громче и грознее.

– Мы ушли собирать травы, чтобы вы могли спокойно поговорить. В лесу мы разделились – Цинна всё это время была с дочерью. Мне жаль, Джек. Я найду её, обещаю.

Охотник со злостью смотрел на бывшую повелительницу тьмы. Отпустив её, он вышел из дома даже не удосужившись закрыть за собой дверь.

– Теперь ты теряешь чужих детей, да, Аэлла? – Сеторий стоял, скрестив руки на груди, презрительно смерив взглядом девушку сверху вниз.

– Зато ты как всегда ни причём, Сеторий, – зеленые глаза с упреком взирали на бывшего повелителя света. Она развернулась и вышла, не собираясь больше продолжать бесполезный разговор.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

– Я согласился посвятить свою жизнь служению Тьме. Эл вызвалась продолжить этот путь со мной. С тех пор мы стали много тренироваться в рукопашном бое, драке на ножах и мечах, вообще на всём, на чем можно было драться. Она овладела знаниями ведьм, а я мог развить только силу и выносливость. – Теперь Хамалус продолжал свой рассказ перед стайкой птиц, почему-то их становилось всё больше и больше.

– Когда мы достигли некоторого мастерства владения оружием, старуха заговорила о передаче своих сил. По поверьям ведьм, старшая ведьма не могла умереть, пока не передаст свои знания и силу преемнице. Тенебре день ото дня становилось всё хуже, и всё чаще она заводила разговор по поводу обряда, а Эл с болью во взгляде смотрела на неё и почти всегда перебивала. Ей не хотелось терять свою наставницу, единственную душу, которая поддерживала её во всем.

Но старуха была непреклонна. В день, когда последние приготовления были окончены, и взошла полная луна, они обе ушли подальше в тёмный лес. Хамалусу было запрещено идти за ними, да он и не горел особым желанием, вместо этого мужчина развёл небольшой костер и стал терпеливо дожидаться девушку со старушкой.

Прошло немало времени, костёр уже догорал, как Хамалус увидел силуэт, выходящий из чащи леса. Девушка в длинном белом платье, босыми ногами ступала по земле. Рыжая копна волос мягко спадала на хрупкие плечи; лицо, на котором чем-то красным были выведены руны, выражало тоску и скорбь; обычно изумрудные глаза, теперь казались почти чёрными. Аэлла шла одна.

Хамалус поднялся со своего места, подошел к девушке:

– Ба? – И вдруг его осенило. Аэлла зарыдала, а кузнец обнял её, успокаивая. Они стояли в тишине, ведьма ничего не хотела говорить, а он не стал спрашивать. Мужчина гладил девушку по голове, пока та беззвучно рыдала, оставляя влажные следы своих слёз на его рубашке.

Спустя несколько минут, мужчина понял, что девушка просто-напросто уснула в его объятьях. Не желая будить и без того уставшую Аэллу, он подхватил её на руки и понёс в сторону дома. В доме мужчина положил заплаканную красавицу на свою кровать, и осторожно, стараясь не разбудить, погладил по щеке костяшками пальцев. Его сердце затопила несвойственная ему нежность к такой хрупкой сейчас девушке. Не в силах сдержать порыв, кузнец нагнулся и легонько коснулся губами приоткрытых губ ведьмы и тут же отпрянул. Мысленно отвесив себе оплеуху, мужчина выбежал из комнаты.

В ту ночь он практически не спал.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Было уже очень поздно, когда она шла во дворец после тренировки. Болело всё – даже то, что, кажется болеть не должно. В какой-то степени Василене даже нравились эти изнурительные тренировки – они заставляли её разум не думать о больших голубых глазах и рыжей шевелюре. Дело было не в красавце наставнике, конечно же нет!

Хоть учитель определенно начинал ей нравиться, всё же серые глаза Фабилия вызывали в душе девушки смутные опасения. «Перестань Василена, он же учит тебя сражаться на мечах. Он мог тысячу раз убить тебя, если бы ему это действительно было нужно!» – думала про себя девушка. Странным было и то, что будущая правительница света даже не знала, откуда прибыл мастер мечей. Хранительница просто привела его, а Василена, чувствуя свою вину (хотя кто ещё больше виноват, можно поспорить), молчаливо согласилась с ним заниматься.

Погруженная в свои мысли, Василена устало шла, как вдруг услышала, странный звук, похожий на шипение. Девушка обернулась, внимательно всматриваясь в темноту. «Странно. Наверно показалось», и повернулась, чтобы пойти дальше, но сильный удар повалил её на землю, лишая сознания.

– Хороший удар, – женщина в белом одеянии довольно улыбнулась. – Обошелся бы заклятием.

– Заклятие, даже произнесенное неожиданно, можно блокировать. Камень как-то надежнее. – Фабилий, откинув в сторону булыжник, присел около лежавшей без сознания Василены и с сожалением обратился к ней – Ваше Светлейшество, я же учил Вас доверять своим инстинктам. – Он нагнулся и с нежностью заправил за ухо девушки выбившуюся прядь волос.

Женщина в белом слегка поморщилась:

– Довольно сентиментальностей! Тащи её в темницу – Вызвав портал, она скрылась в одном только ей ведомом направлении.

Фабилий, бесцеремонно перекинув девушку через плечо, потопал в сторону замка. Он ловко обошёл охранников и спустился в подземелье. Тёмный извилистый лабиринт коридоров встретил предателя стенаниями заключённых, а факелы, вспыхивающие один за другим, указывали ему дорогу. Учитель шёл вперед, не оглядываясь по сторонам, не слушая речей, не видя диких взглядов, пока не остановился напротив одной из камер. Открыв ключом скрипящую решетку, Фабилий бережно положил девушку на скамью.

– Мне правда жаль, Ваше Светлейшество, – прошипел мужчина на ухо Василене. Учитель поспешил уйти, не забыв прочно запереть решетку камеры.

А за стенкой, в углу такой же тесной комнаты, обнимая колени ручками, трясясь от страха и холода, сидела маленькая Аретта.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

– Кому понадобилось забирать с собой маленького ребенка? – Джек, Сеторий и Аэлла поднимались на высокий холм, чтобы оглядеть как можно больше пространства вокруг.

– Не думаю, что это какие-то обычные разбойники, иначе бы Цинна так легко не отделалась. – Циничные слова Сетория вызвали у зеленоглазой девушки неприятные мысли на его счёт, но высказывать их она не торопилась. – Кстати, где она?

– Отправил её домой, она постоянно плачет и винит во всём себя. – Джек шел, низко опустив голову и сжимая кулаки. Он старался держать свои эмоции при себе, ведь они никак бы не помогли в поисках девочки.

На самом деле мужчина знал, кого винить, и это была не его жена. Он винил всех, с кем связался – тёмных, светлых, демонов и ангелов, даже самого себя. Особенно самого себя.

– Смотрите–ка, – охотник осторожно присел на колено, рассматривая что–то на земле. – Мы не одни додумались здесь осмотреться, кто-то здесь был и не так давно – следы свежие.

– Я тоже кое – что нашла, – лицо Аэллы стало бледным, в руках девушка сжимала тёмный кусок ткани с вышитыми на нём рунами. – Это мешочек для трав, я дала его Аретте. Должно быть выпал, когда девочку забрали.

– Может здесь побывал кто-то из твоих, Аэлла? – Джек поднялся на ноги и внимательно осмотрелся вокруг

– Кажется, здесь замешан кто–то рыжий, – Сеторий скривил губы во что–то похожее на улыбку. – Понятно что здесь мы её не найдем, нужно возвращаться… – Бывший повелитель света многозначительно замолчал, выразительно вперив серые глаза в свою спутницу.

– Без меня, – Поняв, к чему он ведёт, Аэлла сердито сунула мешочек для трав охотнику и удалилась сторону их с Сеторием дома.

– У тебя есть другой план? – Крикнул ей в спину Джек. – Хоть поделись с нами, это же моя дочка. Аретта там совсем одна, ей страшно. Если она вообще еще жива.

Охотник не пытался взывать к совести девушки, сомневаясь, что у темных, хоть и бывших, она вообще есть. Однако он видел, как пропажа девочки задела её, как будто в этом было что-то личное. Девушка остановилась, тихо проматерившись себе под нос, вернулась к мужчинам:

– Знаю одну особу, которая очень любит воровать детей у их матерей. Хочу отправиться к ней и немного поболтать. – Джек с интересом уставился на девушку, а Сеторий заметно помрачнел.

Ведь не одна Аэлла была знакома с этой особой.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Они шли по песку, прогуливаясь во владениях вечного сна. Вернее женщина шла, а за ней слегка запыхавшись, бежала девочка. Шаг Хранительницы был довольно широким, поэтому маленьким ножкам часто приходилось догонять. Девчонка то и дело бросала взгляд серо-зелёных глаз на статную женщину, будто хотела спросить о чём-то, но бег и запыхавшееся дыхание не позволяли этого сделать.

Хранительница резко остановилась:

– Что? – Она явно чувствовала любопытный взгляд ребёнка, но не спешила поворачиваться. Девочка встала как вкопанная и отрицательно покачала головой. Женщина слегка повернула голову в сторону девчушки.

– Если хочешь что–то спросишь – спрашивай. А не сверли меня своими глазищами. – Недовольный тон Хранительницы был напускным. Ей очень нравилось любопытство девочки, и когда та достигла возраста «почемучки» с удовольствием отвечала на любой вопрос. Вот только вопросы девчушки отличались от обычных детских, вроде «Почему небо голубое? Почему птицы летают по небу, а рыбы не ходят по воде?» и тому подобное.

Слегка замявшись, девочка спросила:

– Что бывает с теми, кто отказался идти в замок и уснуть, тётушка?

«Тётушка» недовольно сморщила нос, посмотрев на девочку так, как будто та облила её целым ведром с помоями. Но увидев лишь полные доверия глаза, ответила:

– Они остаются здесь. У них два пути: либо уйти в замок и уснуть, как полагается, либо они остаются бродить по пустыне. У них нет права вернуться в мир, откуда они пришли. Эти люди и нелюди будут ждать здесь своих родных, чтобы те помогли, проводили несчастные души ко сну.

– Я тоже, как эти души, жду тут свою маму? – Казалось, что девочка долго собиралась с духом, чтобы задать этот вопрос. Её вид не был несчастным или напуганным, нет. Девочка твёрдо решила смириться с любым ответом Хранительницы и храбро смотрела в янтарные глаза.

– Нет, малышка – ты особенная. Я сама принесла тебя в этот мир. Но ты права, твоя мама вернётся за тобой. – Что–то внутри обожгло горечью. Женщине не хотелось отдавать эту девочку, ведь сейчас она единственное существо, которое имело для Хранительницы хоть какое–то значение. Как–то не хочется отдавать своё персональное солнце.

– А как же ты, тётушка? – А вот сейчас девчонка выглядела расстроенной.

Желая отвлечь ребенка от невеселых мыслей, женщина сощурила глаза и угрожающе произнесла:

– Тётушка? Какая я тебе тётушка? А ну иди сюда, мелкая нахалка! – Девчонка ойкнула и пустилась бежать, весело смеясь.

Хранительница вечного сна улыбнулась. Ей не были знакомы человеческие чувства, она никогда не испытывала на себе ничего, кроме страха окружающих. Но сейчас, смотря как маленькая рыжая девочка всё дальше убегает по мягкому песку, женщина впервые поняла, что видит и чувствует саму любовь.

-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//-//

Неизвестно в каком из миров, неизвестно в каком городе или деревне, эти двое сидели перед камином богато убранного дома поздним вечером, слушая дуэт проливного дождя и грома. Вернее сказать, на высоком мягком кресле сидела одна женщина, а рядом с ней, на ковре, собравшись в многочисленные кольца, дремала огромная скользкая змея.

– Какой прекрасный вечер! – Пригубив янтарной жидкости из невысокого стакана, проговорила дама в белом одеянии. Змея лишь недовольно прошелестела, высунув раздвоенный язык из пасти.

– Чем это ты недоволен? – Женщина хмуро уставилась на рептилию, змея немного вытянулась и уставилась на собеседницу парой глаз с вертикальными зрачками.

– Вассссилена, – чешуйчатое с трудом могло выговаривать человеческие слова, однако каким-то загадочным образом женщина в белом поняла своего пресмыкающегося напарника.

Женщина поморщилась:

– Пусть пока посидит в темнице, хоть девчонке не будет скучно.

– А ччччто потом? – Лёгкое шипение вопроса заставило женщину задуматься. Она изучающе разглядывала тупоносую морду змеи, раздумывая, что именно кроется за этим вопросом.

– Не знаю, – со скучающим видом ответила женщина. – Может убьём.

Змея резко вытянулась и расправила свой капюшон, обнажая клыки. Женщина на такую реакцию лишь коротко хохотнула.

– Что такое? Неужели наш мальчик влюбился? Не думала, что сердце рептилии способно хоть кого-то полюбить. Хотя, я не удивлена, мой чешуйчатый друг. Она по-настоящему храбра и прекрасна. Её готовность помочь, её жертвенность достойны искреннего восхищения. А её сила? С каждым днём она становится всё сильнее и сильнее. Совсем скоро её невозможно будет ни победить, ни приручить подобно зверушке. Она стала бы поистине великой правительницей света! – Вновь пригубив напиток, женщина с горечью продолжила, – Даже немного жаль, что её нужно уничтожить.

–Ты обещщщщала мне, – змея голодным взглядом сверлила даму напротив, с клыков тянулась густая капля яда, но всё это не возымело на женщину в белом никакого эффекта:

– Твоя взяла,– примирительно подняла ладони женщина. – После всего, можешь делать с ней что хочешь. Хоть сожрать.

Женщина хмыкнула, увидев на морде змеи подобие улыбки.

Угли в камине еще горели, когда загадочная парочка пропала в неизвестном направлении, неизвестно в каком из миров.