«Месть».

Глава 1

Блуждая в ночи, можно наткнуться на кочки, муравейники, остатки кротовых нор. Если вы слепы, больные, навсегда закрытые пеленою глаза всегда ведут решимость и желание человека жить. Мозг не позволяет кануть в небытие и заставляет чувствовать радость гармонии и природы при помощи слуха, осязания, обоняния и вкуса.

Но что, если у вас нет головы?

Прискорбное заявление. Мне незачем вам врать, каким бы ни было моё или ваше положение. Всё, о чем я жалею, что не сразу взялся за копьё после оглушительного и унизительного поражения в поединке с одним неблагодарным и чванливым сэром. Это лживое существо, продавшее душу дьяволу, пошло против правил соревнования и надурило мой светлый ум, проткнув мне голову насквозь. Он смеялся и злорадствовал, пока я бился от боли. Мы состязались ради выяснения силы, если бы я его победил в честном бою, я бы предложил ему свою дружбу. Не было уговора биться до конца. Была лишь задача сбить оппонента с коня. Но нет, под натиском моих ударов копьём, тот решил стать липовым победителем. Всё, чего он не учёл, это мой гнев. Несмотря на сокрушительную травму, я нашёл в себе силы подняться, залезть наощупь на коня и отправиться на поиски того бесчестного сэра. Гнев вёл меня, он подарил мне новые уши и нос, разве что не заменил глаза и язык. Я вижу лишь на несколько сантиметров перед собой, всё чёрно-белое, еле заметна уздечка и слабый блеск лат при свете луны. Коню передались мои ощущения, и тот будто сам шёл к нужному дому. Я прекрасно знал, где живёт тот мужчина: в нашем селении все знакомы друг с другом. Да и не слышать шёпота и хохота зрителей с их глупыми вопросами: «А где дом того сэра? Возле леса? А он голыми руками охотится?» я не мог. Агония позволяла хоть и вспышками, но отделять человеческую речь от свиста во мне.

Стоит рассказать о всём сюре и безобразности происшествия. Того рыцаря я видел несколько раз в торговых рядах, проходящим с большим мешком какой-то провизии. Судя по его беспечным движениям, лёгкой походке и громкому голосу тяжеть для него не была помехой, и мне захотелось узнать, каков он в бою. Мне моё сердце не позволяло вызвать его на поединок при всей толпе, это бы вызвало с одной стороны волну восхищения моей храбростью, с другой – лавину оскорблений и новых кличек, вроде «хвастуна» и «выскочки». Поэтому оставалось ждать решения судьбы. Так и вышло: в лесу, пока я спешил в соседний городок, мне посчастливилось встретить того сэра. Тот скакал на столичный турнир, и вызвал меня на бой. Мне пришлось отложить дела и согласиться. Прибыв на место поединка, мы проговорили условия. Самое главное правило – не бить в голову, ведь оба были без шлемов и забрал. Вторым, не менее важным, было условие только сбить оппонента с лошади, а не убить его. Согласился, мы разъехались. В самый последний момент противник как-то инородно закатил глаза, пока перекидывался словами с каким-то горожанином. И вот, я несусь ему навстречу, он – на меня. Моё копьё направлено ближе к боку, чтобы силой стащить его с коня. Его оружие в миг взлетело ближе к моему лицу. Поражение, да ещё какое унизительное! Я не увидел, что произошло дальше.

Итак, моя жажда мести привела меня к тому леску, за которым будет стоять дом того лживого сэра. Я узнал его, ощупав несколько деревьев, на одном из них должен был быть начерчен кривой знак. Конечно, сквозь железные перчатки это сделать тяжело, но я начинал видеть на расстоянии чуть меньше метра, поэтому смог проверить себя. Луна тускнела, за всё время своего путешествия я один раз перепутал тропы, ведь вблизи не увидел правильный камень. Моё сердце приказало мне довериться моему скакуну, чтобы тот нёс меня быстрее ветра. Так я и сделал. Чувствовались порыв и скорость. Стук копыт усыплял меня, но расслабляться было рано, крайне рано. Измученная душа жаждала мести, кровавой мести, сладкой, как ягоды. Раньше у меня была своя дама сердца, которой я всегда приносил подарки, будь то цветы шиповника или очередная победа на турнире. И вот, тот сэр отбил её у меня. Мысль о ней обожгла мою грудь безумным жаром. Стало больно.

Я снизил скорость, чтобы не врезаться в возможную преграду. Моя осторожность была ненапрасной: уже через несколько мгновений моя рука коснулась ограждения дома того селянина, моей будущей жертвы. Я уловил шум посуды и стук табуреток в лачуге. Столько звуков один сэр не может издавать, у него гости. Я не ошибся. Мне послышался женский смех, причем разный: и моей дамы сердца, и чужой, видимо, его жены. Где-то вдали был детский лепет. У него была семья, счастливые люди, близкое окружение. Они были погружены в свою жизнь, разговор, да так, что не замечали моего коня и всадника на нём. Я решил подойти чуть ближе, притаившись за проёмом-окном. Муж и жена обсуждали сумму денег, что выручили после того нечестного поединка. Как оказалось, им был жизненно необходим тот мешок с монетами, чтобы прокормиться. Я собирался, если получу деньги, купить на них новый подарок для дамы сердца. Жар пробежал по моему телу. Неужели я зря проделал такой путь? Моя рука дрогнула на ножнах меча. Всё же если решил мстить, то нужно решаться. Я с силой выхватил оружие. Но это несправедливо.

Я ошибся. Меч выпал из моей руки, вмиг мои латы рассыпались, как соль, из нагрудника и перчаток побежал сизый дымок. Жена сэра вскрикнула, но никто не выбежал из дома. Конь неподвижно стоял. Мужчина выронил из рук кубок.