Лето на двоих

Глава 1

— Мы искренне извиняемся, — тараторила молодая девушка-администратор, спешно пролистывая голографические вкладки системы отеля. — Но получилась накладка. Мы одновременно обрабатывали два запроса и...

— Да говорите быстрее, в чем проблема? — Яр Ничка, профессор Технологического Университета с факультета Практического Травоведения, уже устал стоять с чемоданом в руке. Он бережно опустил свою ношу на пол, стараясь не повредить содержимое.

— Было два запроса на «Лето» с похожими параметрами. Они смешались, и получилось одно время года сразу, со смешанным набором характеристик.

— Это как? — Ничка залез в карман жилета, достал платок и промокнул высокий лоб.

Профессор не был старым, но девушка-администратор никак не могла отделаться от ощущения, что он годился ей в отцы, несмотря на цифры в документах. Он казался ей изможденным.

— Это как смежные номера в отеле, — ляпнула она и спешно попыталась дать другое объяснение. — Мы, когда поняли, что произошла ошибка, создали большую зону и поделили ее надвое. Половины в целом существуют абсолютно автономно, но между ними есть дверь...

— Звучит так, будто у меня калитка в дачном заборе.

— Что-то вроде того... Ой, что я говорю, конечно, нет, все намного серьезнее! Не какая-то калитка! Приличная, крепкая дверь. Но вряд ли к вам будут ломиться.

— А мой сосед уже заселил нашу... гм... спорную территорию?

— Да, она уже въехала.

«Она», — эхом повторил про себя Яр.

По практическим предсказаниям у него была тройка, но даже тройку надо было как-то заработать, и сейчас профессор ощущал, как его куцие способности посылают неясные сигналы.

К сожалению, тройка была с минусом, и понять, что это были за сигналы, Яр в тот момент не смог.

***

Лорнита Фирц, высокая, статная и с пронзительными голубыми глазами, развалившись в кресле-качалке, выписывала в воздухе восьмёрки волшебной палочкой. За палочкой оставался едва видимый след из звёздочек, быстро растворявшихся в воздухе.

Она мечтала об отпуске с последнего дня предыдущего отпуска. Тогда, после покупки квартиры, денег ей хватило только на поездку к матери, а это сложно было назвать отдыхом, потому что в глазах матери она навсегда осталась девчонкой, которой надо строго запретить читать по ночам книжки.

Даже если дочь уже заслуженный мастер и может похвастаться бывшим одноклассницам должностью старшей сотрудницы в корпорации «Твоя крёстная» и начальница целого направления — для матери это ничего не значило.

У крёстных должна быть отменная фантазия, и Лорнита была ей щедро одарена. Но если где-то прибыло, значит, где-то убыло — с планированием, тем более расходов, у начальницы направления всегда были проблемы.

Но вот наконец она вырвалась из лап забот и смогла себе позволить то, о чем всегда мечтала: целый месяц в магическом терра-комплексе, который мог сформировать любой участок земли и воды, где не было никого, кроме заказчика и его гостей.Никаких перелетов. Никаких наглых туристов. Даже связь не ловит, если включить заслон.

В позапрошлом году уже бывший коллега Лорниты провел тут две недели, играя в туземца на тропическом острове. Привез смоделированных в комплекте с ландшафтом раковин и жемчуга в качестве сувениров. Рассказывал, что ходил без белья, прикрывшись набедренной повязкой из пальмовых листов...

Лорнита зажмурилась.

Жаль, что коллега бывший.

Лорнита огляделась.

И с чего ей захотелось именно этого? Зачем она попросила дачу? Она в детстве на даче по росе не набегалась? Да ради такого не стоило выкидывать кучу денег на терра-волшебство, можно было просто поехать к маме...

Волшебница смутно подозревала, что дача, где ей никто не указывает, что делать, может быть таким же отличным отдыхом, как и тропический остров.

Только, оказавшись на этой самой даче, она уже не была так уверена.

— Ну, хотя бы комаров нет, — вздохнула она и услышала дикий крик. Лорнита бросилась на голос и очнулась уже у стены.

Это была стена, разделявшая смежные участки. Ей объяснили, что случилась какая-то накладка и из-за ошибок в расчетах на самом деле это один и тот же ландшафт, поделенный на две части. Лорнита тогда пошутила, что непременно заглянет к соседу, если у нее сломается кипятильник. Девушка-администратор, бледная и испуганная, пообещала ещё сотню кипятильников, лишь бы она этого не делала.

Лорнита стояла перед дверью в кирпичной, поросшей мхом стене, а из-за двери все ещё слышались крики.

— Если что, идея про кипятильник по-прежнему рабочая, — проворчала Лорнита и толкнула дверь.

Соседний участок в целом был очень похож на тот, который достался ей...

...если бы не корни толщиной в руку, извивающиеся в воздухе. В центре участка было видно сплетение из этих корней, и Лорнита быстро поняла, что именно там эпицентр крика. Корни не обращали на нее никакого внимания. Чуть в стороне виднелся небольшой дачный домик, примерно такой же, как у волшебницы, только без террасы с креслом-качалкой.

Наконец она смогла разобрать слова:

— Фу! Фу, тебе говорят! Как тебе сказать «фу», чтобы ты понял? Отпусти меня, отпусти уже! Ай! — раздался треск рвущейся ткани, — Моя рубашка!

— Главное, что не брюки, — заметила Лорнита. — Вам помочь?

Что-то в голове у профессора щелкнуло.

Три с минусом по предсказанию — это все же три.

***

Яр две недели лечил ушибы под чутким присмотром соседки.

Она заваривала чай со смородиновым листом. Она делала настои из травок на участке и протирала ими уже почти сошедшие синяки профессора.

В домике Лорниты была гостевая спальня, и потрёпанный после борьбы с воинствующим растением профессор оказался не в состоянии отказать ей в том, чтобы немного погостить.

Он зашёл в её домик...

И забыл обо всем.

От нее пахло сиренью и немного розами...

Профессор очнулся от вибрации прибора связи.

Коллега спрашивал, как его проект и как экспериментальная рассада, удалось ли взрастить самостоятельное растение и получить жизнеспособные семена.

Растение было таким капризным, что отказывалось расти в университетских парниках. Чахло.

Силами всего факультета выбили средства на экспериментальный месяц на волшебном ландшафте, где не будет других настоящих волшебных посадок, с которыми растение могло бы конфликтовать.

От этого проекта зависело будущее кафедры.

И самого профессора тоже.

Яр моментально вспомнил, как растение буквально ожило и воспользовалось свободой. Он целую неделю кормил его удобрениями, корректировал специальные усилители света и магии, рыхлил землю...

— Посадки! Я забыл про посадки!

Профессор, лежавший в кровати, под тёплыми лучами летнего солнца, вскочил, спешно оделся и босым бросился к двери на свой участок.

Дверь распахнулась.

Посреди участка росли два аккуратных ряда папоротника. Стоило профессору шагнуть сквозь дверь, как земля под его ногами вздрогнула, намекая, что мощные корни, от которых он схлопотал синяки и ушибы в прошлый раз, все ещё здесь. Никуда не делись.

— Спокойно, всем спокойно, а то поливать не стану, — тихим, но уверенным голосом сказала Лорнита и повернула голову к профессору. — Ты как раз к утреннему поливу. Пока солнце не слишком высоко, их первая кормержка.

Она протянула лейку и указала на бак с водой.

— Но... — профессор стоял с пустой тарой и хлопал глазами.

Папоротник слегка покачивался, наблюдая уже набухшими бутонами за новопришедшим. Лорнита сделала шаг вперёд и наклонила носик лейки над корнями крайнего растения. Длинные листья потянулись к ней, начали гладить по рукам и голове.

— Да, мои хорошие, я вас тоже люблю, очень-очень, растите как следует, — промурлыкала волшебница, переходя к следующему цветку.

Профессор осел на землю.

— А как же удобрения?

— Это папоротник. Пусть даже волшебный. Папоротник — лесное растение, если перекормить, его будет... э-э-э... пучить. Бедняге нужно строгое, но регулярное питание.

— Но он же... Он же... — профессор пытался подобрать слова. — Он ни у кого не рос, кто его ни растил!

— Ну правильно. Он свободолюбивое растение. И я его не растила. Только навещала два раза в день. И у него было много, очень много личной свободы. Судя по бутонам, — волшебница прикоснулась к одному из будущих цветков, — он остался доволен. Может быть, чересчур пристальное внимание их губит?

— Но как мне отразить это в отчёте?

— Полив дважды в день. Все. Пойдёмте лучше выпьем чаю, — Лорнита закончила с поливом и подошла ближе. Она улыбнулась, и Яр улыбнулся в ответ.

Кажется, он снова начал забывать о чем-то важном.

— А, да. Можете еще написать, что папоротник расцветёт примерно через день-два.

— Кто вы, что даже с папоротником справились?

Лорнита скромно потупила взгляд и решила не уточнять, что с папоротником справиться намного проще, чем с домашним хозяйством.

— Я работаю крестной феей. У нас не только розы могут вырасти сами.

По предвидению у Лорниты были твердая двойка и отчисление с курса за споры с преподавателем о том, что не все предопределено.

Как известно, двойка и тройка в сумме дают пять. Пусть даже тройка была с минусом, для судьбы это более чем удовлетворительная оценка.

Папоротник уже готовился распустить в ночи свои бутоны, чтобы потом дать семена, исполняющие самые честные и бескорыстные желания.