Крылья, хвост и чашечка кофе

Мини I

Служанка визжала на одной ноте. Из трясущихся рук стражника с грохотом выпало копье. Одна половина обитателей дворца бессмысленно металась по коридорам, сталкиваясь друг с другом и гомоня хуже чаек у прибоя, вторая застыла, глядя вслед дракону.

— Ваше высочество… как же так… как же…

В лучах заходящего солнца дракон казался розово-золотистым.

Через два часа принцесса устало растянулась на камне:

— Я же просила захватить подушку! У меня от твоего когтя, небось, синяк на половину… половину половины. И как сидеть прикажешь? У-у-у, змеюка.

— Не ворчи, — фыркнули ей в ответ. — Зеленая банка слева на полке в твоей ванной, и к утру твоя половина половины будет свеженькой и розовенькой. — Из пасти высунулся раздвоенный язык и прошелся по чешуйкам над губой.

Принцесса хихикнула, но поднявшись на ноги, не удержалась и ойкнула:

— Мне бы лечь.

— Спальня дальше по коридору, кухня в торце. Положишь руку на бордовый камень, скажешь: “Триста двадцать шесть ка эм решетка восемь”, и откроется холодный шкаф с сырами, ветчиной и колбасами.

— А без белиберды нельзя было закрыть? — недовольно проворчала принцесса, быстро записывая нужные слова в предусмотрительно захваченном блокноте.

— Кис-кис-кис! Видишь? — аккуратно подпиленный коготь ткнул в сторону двух бандитских морд, рыжей и черной. — Нельзя без “белиберды”. И так хари наели.

— О-ой! — умилилась принцесса и кинулась чесать брюхо тому, кто успел подставиться первым. — Слушай… а кофе у тебя есть?

— В шкафчике слева. И кстати, свари утром на двоих. Мне, пока не припекает, надо слетать и рассказать, что все путем, пусть через месяц забирают.

— Кто забирает?! Кого забирает?

— Тебя, — насмешливо хмыкнули в ответ. — Ну как кто? Как положено. Мол, выходи, подлый змей, биться будем, гы-гы-гы. А ты думала, у тебя вечный отпуск? Мы на месяц договаривались.

Рыжая морда обиженно мявкнула, когда принцесса вскочила на ноги, забыв о подставленном мохнатом брюшке:

— На какого-то охламона мы не договаривались! Меня же за него замуж спровадят!

— Не спровадят, — в голосе послышалась насмешка. — Ты, дорогая, конечно, прекрасна, но командор отряда разведки “Ночные валькирии” леди Брунхильда жениться на тебе откажется. Неужели ты думала, что я тебе подложу такую свинью? — позолоченная отблесками свечи лапа уткнулась в пластинчатый бок. — Хорошего же ты обо мне мнения!

— Ну… прости…

— Да ладно. Кофе утром не забудь. Мы, девочки, должны держаться друг друга.

Мини II

— … повелеваем! — голос глашатая, доносившего королевский указ, прогремел над площадью так, что нежные девицы зажали ладонями уши. — Королеве! Отправиться! В паломничество! Дабы! Вымолить! У всеведущих! Богов! — Глашатай на мгновение запнулся и перевел дух. — Прощение! — Дав собравшейся толпе осознать всю глубину неудовольствия Его Величества, глашатай закончил: — Пешком в простом платье королева пройдет к Забытой Обители, где вознесет молитвы, надеясь на милость суда небесного, кою примет во внимание суд земной.

Ворота королевского замка открылись, и повозка с коротко остриженной женщиной в простом сером плаще выкатилась на площадь. Народ перешептывался, что гордая королева хорошо держится, не рыдает, ниц не падает, не умоляет стражей пощадить ее и вернуть назад. Припоминали, что работавшие во дворце троюродные племянники друзей соседей рассказывали о неких скандалах, которые закатывала в последние месяцы Ее величество, и что Его величество орал на нее в ответ, но доподлинно о провинности королевы никто ничего не знал.

Стража сопроводила повозку до городских ворот, через ближний лес, поле и въехала в Зачарованную пущу.

Едва повозка остановилась, как женщина спрыгнула на землю, скинула серый плащ и набросила другой, того же цвета, но с редкими всполохами магии, закрепив его фибулой с явственными признаками артефакта. Под плащом у нее оказалась мужская туника до колен, штаны и высокие сапоги.

Женщина сняла с повозки припрятанный в сене мешок и заглянула внутрь:

— Так… смена одежды, две пары шерстяных носок, баклага воды, сушеное мясо, сухари, любимая фляжка… Эх, маловата, но больше не унести, — пробормотала она, задрала края туники и принялась хлопать себя по карманам штанов, не замечая укоризненных взглядов стражников при виде такого непотребства. — Огневик, зелья… — Проверила связку амулетов на шее: — Охранный, тревожник, очищение… Всё! Джек, — обернулась она к сержанту. — Через две недели на этом же месте.

— Ваше величество… может, вы тут в кустах приховаетесь, а я попытаюсь Его величество за вас попросить, а?

— Тьфу ты… Джек, ты что! Я с таким трудом уговорила его отправить меня в это демонское паломничество!

— А?

— Я хочу отдохнуть! Без этих опостылевших рож с их вечными просьбами, без интриг, без нашего дворцового гадючника, без зверинца королевской канцелярии! Надоели! И главное, главное, никаких корсетов! Всё, увидимся.

Королева махнула рукой, подхватила мешок и зашагала по тропинке в лес.

Мини III

— Ау-у! Это я-а! Ты здесь, или опять куда-то улетел? Бр-р-р, холодно у тебя тут.

— Аргхтьфу! Все, нагрел, садись. Опять поссорились?

— Угу. Хнык. Он забыл, что обещал встретиться в парке.

— А ты?

— Заплакала…

— И?

— И сказала, что он меня совсем не любит.

— О-ох…

— А он ответил, что я опять зря истерю! Правда, хотел извиниться, но я убежала. Что делать?

— Вернись и скажи, что ты сожалеешь и хочешь поговорить.

— Тогда он решит, что со мной так и нужно!

— Как — так?

— Забывать! Обзываться!

— Не решит. Он извинится.

— Откуда ты знаешь?!

— Разве я за этот год хоть раз не угадал?

— Хнык… Точно-точно извинится?

— Точно.

— Ты настоящий друг! Хочешь, сварю глинт, как ты любишь? И рожки почешу?

— Иди, иди уже, он ждет.

— Ладно, но потом непременно сварю, я с кухни свежий имбирь стянула. Спасибо тебе за все, я побежала! … … … Ой, забыла…. А-а-а, у тебя рука человеческая!

— Где? Нету ничего, тебе показалось.

— Не ври! Я вернулась, а у тебя рука стала человеческой! Ты умеешь превращаться? И мне ни разу не сказал? Покажи!

— Тебя принц ждет.

— Покажи-и-и-и-и, пожа-а-алуйста. Не уйду, пока не превратишься!

— Ладно. Смотри.

— А-а-а-а-а! Ты! Ты! Ты-ы-ы-ы! Как ты мог?!!

— Честно говоря, с трудом. Думаешь, легко целый год быть и принцем, и драконом попеременно?

Мини IV

“Эльдария, моя дорогая подруга, ты была права. Почему я тебя не послушала? Это ужасно, ужасно! Как я могла купиться на золотистые кудри, любовные поэмы и грозное потрясание мечом?

Нет, с мечом он и правда тренируется. Танцевать. Дважды в неделю приходит некое существо неопределенного пола из столичного балета и учит моего дражайшего супруга выделывать коленца в зеркальном зале.

Любовные поэмы пишет дворцовый бард. Жуткая графоманщина! В тот день, когда прекрасный, чтоб его мошка заела, принц приехал за мной к нашей башне, я, признаться, не вслушивалась в строки, так хорош был голос… и правда хорош. Если не вникать в содержимое речей.

Дорогая моя Эльдария, он спит на бигудях! И потребовал от меня того же, мол, мне пойдут локоны! “Ах, Ваше Высочество, простонародная прическа вас не красит!” — заявило мне это недоразумение, вломившись в мой кабинет, когда я сводила формулы из новой монографии господина Фэн-Гольца с изысканиями профессора Афингауха. Представь себе, теория Фэн-Гольца оперирует с рядом фундаментальных предположений, которые, по мнению Афингауха, невозможно обосновать экспериментально, поскольку никто из ныне живущих магов не в состоянии создать подобный предел высоких энергий, что вызывает определенные сомнения в его выводах. Прошу тебя, отправь профессору Афингауху приглашение от моего имени на беседу. Ты ведь не избавилась от чайного столика в кабинете?

О, прости, забыла предупредить. Я пакую кофры с книгами и выезжаю к тебе, как только мой бывший супруг решит, какую из трех старых карет он отдаст мне при разделе имущества. Его высочество не собирается вынимать из своих украшений алмазы и изумруды, которые он получил в моем приданом, поэтому решил откупиться парой коней средней паршивости и "парадным выездом", как он именовал эту скрипучую груду дров. Я не претендую ни на позолоченный экипаж, ни на малиновый с голубым бархатом, ни на лакированный, который подновляют едва ли не раз в неделю, ни на… ой, забудь, у него еще штук восемь. Но в той развалюхе, которую он приказал сегодня подогнать к заднему выходу, я книги не повезу. Устав от воплей, я спрятала его бигуди, пока он не даст мне крепкую карету. На полке естественно-магических наук между “Методами навигации в астрале” и “Применением оптических иллюзий для усиления элементалей” коробка с куаферскими принадлежностями Его высочества в совершенной безопасности.

Надеюсь, ты снова выделишь мне диадему из своей сокровищницы для экспериментов. Прошу, выбери бриллианты самой чистой воды, они необходимы для установки, которую я разрабатывала в салоне дворцовой модистки. Госпожа Матильда, да будут ее утюги всегда горячи, устроила для меня небольшой кабинет, замаскировав его под примерочную. Никого не удивляло, что принцесса проводит по три часа в день, подгоняя платья. Но увы, увы, мой супруг возжелал дать ценные советы по выбору кружева лично и застал меня за вычислениями. Напомни мне написать лорду Криффону, что я прошу у него прощения за сомнения. Да, сила человеческого голоса, действительно, способна расколоть хрустальный подсвечник.

Могу ли я попросить у тебя пару прошлогодних чешуек для эксперимента? Желательно с подбрюшья, где самый светлый перламутр. А также хотелось бы замерить температуру твоего пламени на вершине пика Ледяное Сердце. У меня столько идей, столько идей!

И непременно полетаем над долиной единорогов, непременно!

Жду не дождусь нашей встречи.

Твоя Принцесса.

P.S. А правда, что профессору Афингауху всего двадцать семь лет? Пожалуйста, выясни этот вопрос. Очень нужно.

П.“

Мини V

— А мофет к лехарю?

— Ты ему остаток волос в прошлый раз подпалил.

— Я бофе не буфу. Не шмейща!

— Будешь, будешь, как дёрнет, так и дыхнёшь. Все, я привязала. Сиди тихо, я к лошадям. Н-но! Пошли!

— Ы... У-у-ы-ы-ы-ых!!!

— Готово! Ты мой спаситель!

— Тьфу. Обслюнявила.

— Ну-у, не куксись, через полгода новый вырастет. Ой какой красивый! И на алхимку хватит, и на трансмут.

— Ты и трансмут завалила? Иди учись, двоечница. Учти, на вторую пересдачу не дам!

Мини VI

— Положим его на валежник. Тут сухого места на полчаса вокруг не сыскать. Вух…

— Ох ты… Ваше вы…

— Тш-ш!

— Да он не слышит. Леди, вы размазали грязь по лицу. Вам бы умыться и косы переплести, не то очнется ваш красавец, увидит…

— Он меня уже видел. На балу. Много нас, умытых, было. Вот же… расстарался папенька.

— Кто ж знал, что наследник у Его Ве…

— Тш-ш!

— Что наследник у вашего папеньки только восьмым появится. Сами знаете, законы…

— Пф... Господин лесничий, вы с папенькой говорили про болота?

— Говорил. И про дракона говорил.

— И?

— Я ему — надобно болота хоть вдоль тракта осушить. А он — денег нет, семь приданых готовить надо. И для наемников золота жалеет. Я ему и так, и этак, мол, сидит у тракта дракон. Как богатая карета проезжает, так собирай лордов с ледями по кочкам.

— А он?

— Задумался, а не созвать ли рыцарей.

— Что-что? И в награду… нет!

— Да, в награду руку одной из дочерей на выбор. Я так и подумал, что вы расстроитесь, и перевел разговор на добычу торфа. О, глядите, шевелится ваш принц. Ничего такой, камзол богатый… Это который по счету? Четвертый?

— Пятый.

— И что ж вам, Ваше вы… Что ж вам, леди, надо?

— Чтоб его первыми словами не были “где мой конь, чертова баба”.

Мини VII

— Это за тобой, — глухо донеслось от двери.

— Надо же, — скривилась она. — И как? Это чучело хоть мечом побряцало? Доспехи не заржавели?

— Кажется, нет... Я не проверял, сразу сдался. Ты выйдешь?

— Нет, конечно, — пожала она плечами. — Будь добр, передай рыцарю, что принцессе он не по душе.

— Ты даже не посмотрела. Он высокий, и кажется, блондин.

— Дра-а-а! Избавь меня от этого представления, а? Скажи, чтоб возвращался, откуда пришел!

— Что, так и передать?

— Да!

— Ты уверена?

— Дра! Дорогой, ты чудесный че... нечеловек, но как очередная жестянка является меня "спасать", так сам не свой. Шесть лет, двое детей! А ты все еще спрашиваешь, уверена ли я? Иди, дыхни на него, чтоб штаны задымились! — И когда чешуйчатый хвост прошуршал по коридору, пробормотала, качая головой: — Пусть только попадется мне тот пьяница-чароплет, что напророчил тебе одиночество.

Мини VIII

— Еще ложечку.

— М-м.

— Не вертись! Рот открой! За маму!

— Гы.

— За папу!

— Да ну е... Арх!

Едва дракон собрался хулить родителя, как медичка узрела шанс в виде раззявленной пасти и ловко сунула внутрь черпачок с лекарством. Подбив плечом зубастую челюсть, она хлопнула ладонью по белым чешуйкам горла и быстро отскочила, пропуская мимо струю пламени. Глянув на обиженную морду, мучительница ехидно заметила:

— Тебе положено три черпака! Три! Все, я полетела.

— Может... чай?

— Некогда мне с вами чаи распивать?

— Что значит — с нами?!

— Ты думал, у меня один пациент? Салантан с Ненастного Пика, — она принялась загибать пальцы, — Фунцанлун с Несравненной горы, Гривус из Белой пустыни, Сервайн из долины Снов и, — она издевательски помахала мизинчиком, — ты. Всё, пока. Мне до заката нужно во дворец успеть.

— Расскажи, — внезапно заговорил больной, — как ты, особа королевской крови, попала в лекари?

— Во время последней войны лекарей не хватало, пришлось быстро учиться.

— Хех... да... Но сейчас ты лечишь драконов? Не страшно?

— Ха. Будто вы, кроме принцесс, кого-то к себе подпускаете.

— И то правда. Завтра тоже прилетишь?

Дракон бросил вопрос столь небрежно, что медичка сначала поправила упряжь, отряхнула попону, вскочила в седло, и только тогда ответила:

— Да, у тебя еще два приема настойки.

Гиппогриф спрыгнул с обрыва, расправил крылья и пропал за выступом горы.

Дракон прошел сквозь зал у входа, свернул налево в узкой анфиладе и опустился на толстый слой одеял у распиленного вдоль бревна со стопкой пергаментов и чаропером.

— Так. Ангина была... Грипп был... — грустно смотрел он на заметки. — Лапу сломать? Больно... О, вывих хвоста! — Он быстро черкнул два слова и взял новый лист. — Фунцанлун, значит, и Салатан. С этими кобольды помогут. Гривус... джинн мне третье желание должен. Остается Сервайн...

Убедившись, что гиппогрифа не видно из пещеры, всадница взмахом руки сняла иллюзию и устало вздохнула. Еще ни разу не получилось наколдовать крылья, которые изящно взметались бы вверх и ровнехонько опускались вниз, поэтому на подлете к пещере гиппогриф будто бы парил на распростертых. Спрятав шляпу и сменив цвет платья, она выныривала из-за скалы и заходила на посадку по дуге. Улетала тем же манером.

Через полчаса ее ноги коснулись травы на опушке леса. До королевского замка отсюда было добрых два часа лету, но зачем юной ведьмочке замок? Сроду там не бывала и не надо. Ей и здесь хорошо.

Она присела на теплый страж-камень и пристроила метлу под боком. Что же делать, что же делать... Если ревность не поможет, придется ставить диагноз "Ползучий затреп чешуи неизвестной природы", который лечится поцелуем невинной девы в человеческую ипостась. Да, именно так она и поступит.

Мини IX

Она полюбовалась на пики. Белые-белые! Острые-острые! Как раз такие, как надо. Миска переехала в кладовую, где в стене поблескивали инеем синие кристаллы. Теперь желтки...

Готовый омлет разлегся на двух тарелках, которые элементаль воздуха утащил в малую столовую, ту, что с видом на долину. Утром здесь особенно красиво. Под стены из дымчатого полупрозрачного камня лучше всего подойдет воздушное платье цвета весеннего рассвета. Спасибо дракону: не успел похитить, а уже притащил целую лавку дамских радостей вместе с модисткой. Та сперва визжала, но как ожерелье с зелеными камушками получила, мигом успокоилась и обещала пошить-перешить все в срок.

Следом за омлетом на стол отправились трюфели. Последним заходом элементаль утащил нежные булочки в виде витого рога и мягкое масло.

— Корзиночки с белым шоколадом и малиной подашь позже, к кофе. Понял?

— Урхш-ш... — прошипел элементаль согласие.

С омлетом расправились быстро. Когда первый трюфель исчез за белыми клыками, она невольно замерла.

Желтый глаз уткнулся в сталактиты. Розовый язык мелькнул раз-другой, и наконец, дракон кивнул:

— А ничего так. Сделай вот этих, — коготь указал на плошку с синей каймой, — послезавтра, да побольше.

— Опять соседи? — приподняв бровь, поинтересовалась она.

— И не говори. Зачастили, хари зубастые. И месяца не прошло, как снова напрашиваются. Их-то принцессишны только перед зеркалами вертеться умеют, а моя — умелица, не чета ихним! Даже если явится какой мечом махаться, не отдам. Вот чес-с-сслово, не отдам.

— Да кто ж явится, — пожала она плечами.

— Ага. Никто. Твой папенька ловко придумал — подсунуть принцу похожую поломойку. Лопух-то и не прочухал! Лады, мне пора. Буду к ужину. Говорят, ярмарка начинается. Хошь?

— Спрашиваешь! — искренне обрадовалась она.

— Вот и слетаем завтра. Заодно что еще из заморских вкуснятин присмотришь. Урм-м-м... как мне с принцессишной повезло-то! А то клыки скалили, хиляком, мол, уродился. Ниче, теперь приглашения выпрашивают.

Гордо выпятив грудь, он вышел на балкон, расправил крылья, скосил глаза, и поймав ее взгляд, взлетел в восходящем потоке.

Надув губы, она проворчала вслед:

— Какая я тебе поломойка? Меня вторым суповаром на три котла успели назначить. Вот же ж... лопух.

Мини X

— Ты выбрала неправильное заклятие.

— Правильное.

— Ты вектора просчитала? Сколько мерлинов нужно влить в третий узел?

— Сопротивляемость воздействию умножить на сумму рунных штрихов.

— И что получается? Видишь? Здесь хватит, чтоб разнести половину учебной части вместе с деканатом! Ты выбрала неправильное заклятие!

— Правильное.

Мини XI

— Эй, чудище, выходи, биться будем!

Дракон показался из пещеры и будничным тоном осведомился:

— Оно тебе надо?

— А?

— Биться. Тебе приданое за нее обещали?

— Ну... да.

— Половину мне, и, — он мотнул головой в сторону башни, — забирай.

— Половину? Да ты, змеюка, очешуел!

— Список, чего тебе отжалели, с собой? Давай сюда, договоримся.

Принцесса выглянула с балкона и посмотрела на две склоненные над бумагами головы.

— Сэр... простите, не знаю вашего имени. Вы не хотите для начала представиться леди?

Рыцарь оторвался от заметок только для того, чтоб мельком глянуть вверх, и быстро проговорил:

— Мартин Намиен из Гриктауншира... Э, чешуйчатый, три штуки полотна вычеркивай, мне самому нужны, гамбезоны для охраны шить!

— Прошу прощения, сэр Намиен, — донеслось сверху, — но полотно передается невесте для пошива постельного белья. — И не получив никакого ответа, принцесса прочистила горло и крикнула громче, — Сэр Намиен, милорд дракон, вы не хотите поинтересоваться у невесты, согласна ли она выйти замуж, тем более, на подобных условиях?

Рыцарь и дракон оторвались от бумаг, глянули друг на друга и одинаково фыркнули.

Они снова что-то писали, что-то вычеркивали, пока у ног не разбился кувшин с водой.

Принцесса обозрела две возмущенные физиономии, набрала воздуху в грудь и завизжала:

— Битву хочу!!! Без битвы не считается!!! Что я детям рассказывать буду!!! А летописцы!!! Что прикажете в манускрипты заносить?!! А барды!!! О чем им петь?!! Как рыцарь с драконом, будто два торгаша, тряпки делили?!!

— Не, ну я могу стукнуть его пару раз мечом, если надо, — с сомнением произнес сэр Намиен и быстро добавил, — Я осторожно.

Медная вазочка ударила дракона на ноге.

— Не считается!!! — крикнули сверху. — Битва! Настоящая!

Вслед за вазочкой приземлилась кованая статуэтка, изображавшая конную фигуру на постаменте.

— Намиен, — вздохнул дракон. — Ты в шахматы умеешь? Не отвяжется же.

— А то, — рыцарь расправил плечи, сверкнув узором на латном нагруднике. — Я же во дворце службу нес, а Его Величество известный любитель.

— Слышишь? — дракон поднял морду к балкону. — Будет тебе битва. Спускайся, и доску прихвати.

Вскоре принцесса показалась в дверях с подносом, на котором, кроме шахмат, стояли два кувшина, тарелки с хлебом, сыром и фруктами.

— Видишь, как я ее выдрессировал? — подмигнул хозяин. — С тебя причитается.

Спустя два часа дракон со стуком уложил фигурку короля поперек клеток.

— Да-а, неплохо, неплохо.

— Только не говори, что поддался, — хмыкнул рыцарь.

Дракон многозначительно усмехнулся и, наконец, соизволил обернуться к креслу, которое скучающая зрительница пристроила чуть поодаль — как ей наказали, чтоб не мешала думать своими охами да ахами.

— Эй, невеста, слы... Где она?

— Где мой конь?

Оба завертели головами по сторонам.

— Намиен, что у тебя там было? — страшным шепотом спросил дракон.

— Как обычно. Одежда сменная в сумках. Щит к седлу приторочен. Хороший щит, не дешевка какая! Ах ты ж… У меня второй кошель под седло запрятан! Может, не найдет?

В ответ дракон лишь хмыкнул.

— Понял, — вздохнул рыцарь. — Полетай, а? Посмотри с высоты.

— Тут до одного города час, до другого полтора. А мы часа два играли. Лес еще густой… с хуторами…

— Без шансов, значит? — рыцарь с тоской комкал ставший бесполезным список имущества.

— Без шансов.

Автор иллюстрации — Катерина Терешкевич.

Мини XII

— Тебе мантия мешать будет, снимай.

— Это же… неприлично!

— Да кто тебя тут увидит. Заклинание готово?

— Стазиссио? Готово... Осмелюсь предложить… Не пойми меня превратно, я вовсе не сомневаюсь в силе твоего меча, но помощь из города нам не помешала бы.

— Пока мы ходим, эта тварь подкараулит кого и еще разожрется. Ничего, справлюсь. Кидай приманку. Ну-ка, ну-ка, выходи, подл… Ох ты ж день-дребедень.

— Стой! Не-ет! Сто-о-ой!

— Вывернется! Нельзя упускать!

— Нет! Отходим! Живо! Он убьет тебя! Куда ты...

— Я знаю... А! ...что делаю!.. Ы-ыть! Всё. Твою ж едрёну пикси через дупло! Тварь!

— Ловко ты его! Когда он жвальцами защелкал, даже меня пробрало. Жвальца у мандибурлага...

— ... дорогие. В городе алхимику сдадим, заодно к кузнецу зайдем. Меч жалко, столько с ним пройдено.

— Хороший был меч. Но твоя рука мне нравится больше. Надо же, мощная тварюга, даже после стазиссио дергалась. У меня резерв почти пустой. Не жалей меч. Для укуса заклинание есть, а для откуса… Н-да. Может, тебе двуручник? У кузнеца был, здоровенный, аж по плечо.

— То есть, мне по макушку.

— Прости. Ерунду сморозил. Иногда забываю.

— Даже не знаю, комплимент ли это.

— Комплимент! Честно! Закрой глаза... Открывай.

— Ой, ромашки. Спасибо! Откуда?

— Внизу около озера растут, я утром сбегал и арестмоментумом приложил, пока ты разминалась. Ну что, поехали за новым мечом?

— После такого боя... сначала к озеру.

— М-м-м... ты уверена? Это может быть... м-м... надолго.

— Надолго? Теперь уверена.