Котомудрость

Глава 1

– Вставай, вставай, вставай! Утр-ро прришло!

– Какое утро? Будильник еще не звенел, – Настя попыталась сдвинуть с себя рыжую пушистую тушку.

– Солнце уже вовсю светит, – ударила лапой по лицу Насти кошка.

– Пять утра? Каждый день такое. Может, уже хватит? – разозлилась Настя, накрывая лицо подушкой.

– М-мреня нужно погладить, – кошка попыталась подлезть под подушку.

– Через два часа, – буркунула Настя, пытаясь ухватиться за хвост ускользающего сна.

– Нет, – запротестовала кошка, разминая когти об голову своей хозяйки. – Тебе потом-мр всегда некогда. А м-мрне одиноко. Ты уйдешь на работу и снова весь день тебя не будет, никой любви. Ни капли ласки в этом доме, – продолжила кошка, прохаживаясь по большому телу странного животного, которого называют Хозяйкой.

– Ладно, – сдалась Настя, вылезая из-под подушки и укладывая кошку, чтобы можно было гладить и спать. Этот опыт уже давно сформирован. Хоть немного сна она еще успеет урвать.

– А что ты ее гладишь, а м-мреня нет? – промурлыкала вторая кошка в ухо засыпающей Насти.

– Да чтоб вас… – не выдержала Настя, поднимаясь с кровати.

– Еда-еда-еда, – опережая Настю, кошки рванули на кухню.

– Сон-сон-сон, – передразнила их Настя, закрывая за ними дверь в комнату, чтобы наконец-то уснуть.

Ложась в кровать Настя слышала недовольное борматание за дверью. Снова обдумывают план мести. Ах, как было бы хорошо, если бы кошки опять забыли, как говорить. Тогда и месть от пушистых была бы не так страшна, а теперь и не знаешь до чего их может довести этот сговор. В прошлый раз вон вообще в холодильник залезли, планировали еду стырить. А в итоге пришлось спасать двух обледеневших кошек, за которыми дверь холодильника успешно захлопнулась. Да и еды там не оказалось. Сколько крику потом было…

***

– Рыжуха, ты все там сделала? – крикнула Маська от входной двери, за которой выслушивала шаги. Вдруг сегодня Хозяйка вернется раньше и застукает их.

– Мр-можешь идти, я все до последней кофточки из шкафа вытащила, – откликнулась Рыжуха, топчась на сваленной на полу одежде.

– Мр-молодец, – одобрительно окинула взглядом проделанную работу Маська. – Хозяйка еще называется. Устраивайся, – пригласила Маська на удобное ложе свою подругу. – Все шерстью ей покроем, а то как она без шер-рсти вообще живет.

– Ну и пусть обходится. Я ей помогать не буду, – снисходительно ответила Рыжуха, вылизывая лапки.

– Ну и зря, тут та-ак приятно лежать. Ты лучше скажи, ты подумала о том, что вчера обсуждали?

– О реальности?

– Об истине.

– Знание о предмете становится тем прочнее, чем больше м-мры задаем вопросов о нем, чем настойчивее ставим его под сомнения, в итоге совершенствуя его, – выдала Рыжуха.

– М-мр? – не поняла Маська подругу.

– Фалес. Первый философ. Истина постоянно меняется, в зависимости от новых знаний и возникающих вопросов к этим-мр знаниям.

– Знания постоянно меняются из-за прогресса и самокритичности? – недоверчиво переспросила Маська.

– Вот, почемр-му мы раньше не умели говорить?

– Потому что так было принято.

– Нет – нет, – помотала ушами Рыжуха. – Потому что кто-то сказал, что кошки не умеют разговаривать, не понимают речи. А почему мр-мы начали говорить?

– Потому что нас мр-мало гладили? – подумав спросила Маська.

– Да, – на секунду отвлеклась Рыжуха. – Точнее нет. Потому что мр-мы задались вопросом, а мы и правда не мр-можем говорить? А может у нас получится. Мы попробовали. Впервые мы попробовали это сделать и у нас получилось.

– И если мы попробуем-мр, то что еще не пробовали, но нам говорили, что у нас это не получится, то у нас получится? – попыталась понять слова своей подруги Маська.

– Большинство наших привычных суждений опирается на представления о мр-мире, сложившиеся на основе опыта и наблюдений. Но нужно понимать, что даже основываясь на лучших, на наш взгляд, свидетельствах, мр-мы тем не менее можем заблуждаться. Мр-мы словно в темной пещере, как доисторические кошки. Мы не знаем, что за мр-мир нас окружает и какие возможности дает. Что мы можем достичь. Создать вечный двигатель, поселиться на Мр-марсе, соорудить машину времени, – размечталась Рыжуха.

– Но это все выходит за рамки нормы. Нормальные кошки играют, ласкаются, едят и спят, а не…

– Ну так в этом-мр и вся прелесть. Если мр-мы этого еще не пробовали – это не означает, что у нас не получится.

– Я соглашусь с тобой. Нечто является истинным, пока его не опровергли. Но Сократа за это казнили… – напомнила Маська.

– Да, может, это и безумство. Но в этом-мр безумстве есть смысл. Лучше быть недовольной кошкой, чем довольной свиньей; лучше быть недовольным Сократом, чем довольным глупцом.

– Мр-милль. Возможно ты и права. Но если мр-мы станем продвинутыми, самостоятельными, то зачем-мр нам Хозяйки?

– Чтобы их любить, мр-мы станем о них заботиться, научимся их кормить. Им больше не нужно будет ходить на работу.

– То есть мы поменяемся мр-местами? – поморщилась Маська

– М-мр… Как-то… Но мр-может и нет. Мы позволим им за нами ухаживать, – нашла выход из ситуации умная Рыжуха.

– Нам-мр некогда станет гладиться и ласкаться. И играть тоже не останется времени. Да и кто захочет чесать за ушком кошку на Мр-марсе? – этот разговор с Рыжухой они вели уже давно и вот наконец-то Маська нашла рычаг за который можно потянуть

– Ладно. Ты права, это большое упущение, – сдалась Рыжуха, не представляя, как можно будет выжить без почесушек. Да и кормить себя самим тоже не такая уж хорошая перспектива, опыт с холодильником еще морозит кончики ушей.

– Мр-может пока оставим все как есть? Как говорил Дэвид Юм: «Будь философом, но, предаваясь философии, оставайся кошкой», – предложила Маська, прикрывая глаза, надеясь, что Рыжуха наконец-то откажется от своей идеи стать кошкой-первооткрывателем технологий.

– Хорошо, – ответила Рыжуха, отступая от своих идей в пользу нежности от Хозяйки. – В любом-мр случае «Cogito, ergo sum» никуда не денется.

– А «Esse est percipere» подтверждает, что оставаться обычной кошкой лучше, – махнула хвостом Маська. – Воспринимать ласки. Как и Сократ, я считаю, что нами движут желания. Но также как Кант думаю, что нами руководит чувство долга – это чувство подсказывает нам-мр, что мы обязаны делать.

– А обязаны мы быть кошками, дарующими Хозяйкам свое тепло и желающими гладения? – насупилась Рыжуха.

– Вопрос ведь не в том-мр, можем ли мы рассуждать, и не в том-мр, можем ли мы говорить. Мы хотим улучшить кошачество, в то время как оно вовсе не нуждается в улучшении.

– Хочешь сказать, что мр-мы моралисты? То есть мр-мы пытаемся отрицать наши фундаментальные характеристики – наши желания, наши инстинкты. Пытаемся расшатать основы нашего бытия.

– Ницше был пра-мяу

– Говормяу об инстинктамяу. Мряу я иммрею ввиду мр-корм-мряу.

– Мряу- мя

– Мия-мяу…