Королевский бордовый

Глава 1

Мама говорила мне, что смертные это существа недалёкие, хрупкие, но очень изящные.

Их жизни настолько коротки, что страх смерти, мысли о которой заставляют дрожать их голоса, вынуждает смертных вкладывать в свою короткую жизнь максимум усилий.

И это меня восхищает. Я бы даже сказала, вдохновляет двигаться дальше.

Они так помешаны на том, что хотят оставить после себя какой-то след, некое напоминание о своей маленькой, незначительной и жалкой фигуре, что создают такие потрясающие шедевры от которых по всему телу бегут мурашки, а душа внутри нежно трепещет.

В такие моменты я вспоминаю о том, кто я есть на самом деле. И что у нас с ними нет ничего общего.

***

Стоя на широком балконе, выполненном из изящного белого мрамора, Кастелла любовалась видом заката вдали. Солнце наполовину скрылось за полосой старой лесной чащи, а его пылающий свет медленно скользил вниз по каменному фасаду башни, проникая сквозь большие витражные окна внутрь помещений и снисходительно падая, освещая мебель.

Девушка медленно вдохнула воздух, медленно смакуя его на языке, и вспоминала какой он на вкус в поселение несколько к югу отсюда, где десять лет назад она впервые ступила на эту землю.

Здесь он был сухим и безвкусным, а там, рядом с океаном, он отдавал солью и жизнью.

В центральной части острова и сельчане и городские поразительно отличались от прибрежных жителей. Среди последних было множество потомственных рыбаков и воинов. О те и другие переносили на себе множество невзгод.

Рыбакам приходилось по неделе торчать в море, чтобы заработать немного монет и прокормить семью. А воины всегда отличались своей наблюдательностью за округой, постоянно находясь на страже морских вод.

В этом маленьком мире кипело даже больше жизни чем в городе. Словно это был какой-то океан. С такой же цветущей жизнью внутри и такой же солёный на вкус.

Неожиданно, большие двери в покоях Кастеллы открылись и внутрь вошло несколько кхарров. Одним из них был сенатор Тельвир, достаточно известная даже за пределами Кхаррского Доминиона личность. Двое мужчин за спиной сенатора были его личной охраной. По беззвучному велению жеста руки своего господина они вышли из комнаты.

- Сенатор Кастелла, моё почтение, - поприветствовал девушку Тельвир.

Он был достаточно вежливым мужчиной, чья любезность и учтивость могли потягаться даже с манерами самой Кастеллы, а ведь в отличии от него, ей пришлось идти к этой должности с самых низов, буквально с улицы.

- Тельвир? - отвлеклась девушка от созерцания заката. - Я могу вам чем-то помочь? - его голос звучал несколько тихо из-за усталости.

- Я пришёл к вам с очень неотложным делом. Адал лично попросил меня передать вам, что завтра в полдень состоится срочное заседание в главном храме Нильна.

Верховный пророк Адал являлся самой высокопоставленной фигурой на всём острове. Он общался с сёстрами богинями напрямую, без всяких снов и трансов. Они сами приходят к нему и сообщают о самых важных вещах, что творятся в мире.

Если уж он был замешан, то значит на заседании будет обсуждаться нечто чрезвычайно важное.

- Хорошо, - кивнула Кастелла. - Благодарю вас за информацию.

- Я бы мог отправить своего помощника. Но пришёл сам, - поклонившись, ответил Тельвир.

- Я очень это ценю и уважаю. Спасибо.

Тельвир, закрыв глаза, вновь поклонился, а когда поднял голову заметил на стене картину.

- Какая красивая. Это вы нарисовали?

- Что? - переспросила Кастелла. - Картину? Нет, я купила её в городе.

- Автор очень талантлив.

- Поэтому я её и купила.

- У вас хороший вкус, - послышался голос когда Тельвир выходил из покоев.

Всё в этой комнате подтверждало его слова: дорогая, роскошная мебель, различные картины и статуи, отделка самого помещения. Это был не просто интерьер, который выдавал статус его владельца, нет, напротив, он показывало его богатый вкус. Здесь были собраны работы сотен лучших мастеров со всей эльфийской страны. Многие из них уже давным-давно умерли, но работы всё ещё существуют и несут в себе отпечаток владельцев.

На следующий день Кастелла сидела перед небольшим зеркалом на стуле, а трое девушек камеристок крутились вокруг неё и готовили свою госпожу к встрече.

Пока одна таскала платья из шкафа, а вторая оценивала насколько то или иное будет хорошо смотреться на Кастелле, третья тщательно расчёсывала копну её жемчужных волос.

- Фу, убери эту мерзость! Зелёный всё ещё моде только на севере острова! - взревела одна из девушек.

- Вот ещё чего! - ответила вторая. - На моей родине он подчёркивает мудрость своего владельца.

- Неси следующее, а это выкинь, нечего позориться на улицах столицы такой старьёвщиной.

- Ириса, - нежно позвала её Кастелла, не отрывая взгляд от созерцания своего отражения в зеркале.

- Да, госпожа?

- Принеси мне моё любимое.

- Бордовое? - спросила девушка.

- Бордовое, - подтвердила Кастелла.

Когда его принесли, все камеристки, одна за другой, начали восхвалять свою хозяйку.

- Оно так прекрасно на вас сидит. Передаёт все формы и изгибы вашего тела.

- А эта золотая диадема так прекрасно подходит к вашему цвету волос и подчёркивает остроту ушей.

Лесть не прекращалась сходить с их губ.

Когда Кастелла наконец вышла в коридор и избавилась от своей прислуги, то облегчённо вздохнула.

***

Она медленно ехала верхом на гнедом коне, свесив ноги на бок. Позади плелись целый десяток стражников.

Кастелла не боялась абсолютно никакой угрозы. Народ любил её и ликовал при одном лишь виде девушки, который его завораживал. Сама она только того и хотела - чтобы ею восхищались и во всю подражали.

Доехав до древнего храма, чей внешний вид каждый год обновлялся свежей краской, Кастелла слезла с лошади и вошла внутрь уже одна.

В большом круглом зале собралось множество сенаторов и жрецов, а в центре стоял собственной персоной верховный пророк Адал.

Все до одного из них являлись элитой прибывшей со всего острова. Каждый по своему выделялся на фоне другого и хотел, чтобы именно он был здесь самой яркой звездой.

- Вот и прибыла сенатор Кастелла, - произнёс Адал. - Теперь мы можем начинать.

- Не тяните пророк, - поторопила его сенатор Лириа. - Меня ещё ждёт множество дел, а вечером предстоит явиться в храм на молитву.

- Я собрал вас здесь потому, что наши покровительницы Алуна и Синдриона великодушно сообщили мне о готовящемся заговоре.

- Заговоре? - донёсся чей-то тихий голос.

- Они сказали, что подлый змей попытается ужалить спящего в самое сердце. Как я понял, изменник находится в столице, возможно даже он среди нас. Поэтому я прошу вас всех соблюдать крайнюю осторожность и не пренебрегать вашей охраной. Пусть дегустаторы пробуют вашу пищу, а у дверей каждой из комнат всегда дежурит стража.

- Вам известна цель заговорщика? - спросила Кастелла.

- Месяц назад наши разведчики заметили на море активность навраксианцев. Эти ящеры разведывали обстановку и проверяли, где их корабли смогут встать на якорь не привлекая к себе внимания благодаря туману.

- Значит и заговорщик действует здесь не один.

- Именно. Поэтому будем ждать когда он сделает неверный шаг. А пока будьте все предельно осторожны.

Обсудив ещё несколько важных вопросов, Кастелла сделала некоторые дела в городе и возвратилась домой к началу ночи.

Вся прислуга была отослана к себе, и только стража, верная своему долгу, осталась стоять на входе в её покои. Но через несколько часов, какая-то неведанная сила постепенно погрузила их в глубокий сон.

Белый пушистый кот жалобно тёрся и мяукал о ноги Кастеллы, пока она накладывала еду себе в тарелку.

В это время к ней со спины бесшумно подкрадывались две тени.

Древняя магия, которой обучали ассасинов обостряла все чувства и позволяла им сливаться с мраком и быть единым целым с оружием.

Они двигались даже незаметно для животного и стояли уже почти в плотную к девушке, невидимые для любого падающего на них взора.

Закутанная в чёрную материю рука потянулась чтобы закрыть рот девушке, а вторая сжимая холодный клинок, который забрал уже не один десяток жизней, выжидала момент для внезапного удара.

Вдруг Кастелла неожиданно схватила убийцу за руку и вся одежда на нём вспыхнула пламенем. Ссам ассасин не успев произнести полный агонии крик обратился в кучу пепла, который тут же подхватил и унёс с собой ветер.

- Это было глупо, - произнесла Кастелла и, взяв со стола нож, бросила его куда-то в пустоту. На пол замертво упало второе тело.

Она втянула воздух ноздрями и, закрыв глаза, сказала:

- Пахнет чем-то знакомым. Страхом. Выйди из тени, Тельвир, - бросила ему девушка.

В другом конце комнаты тут же возник сенатор. Он явно не рассчитывал на такой поворот событий.

- Это Адал предупредил тебя?! Он знает об этом?! Он тоже здесь?!

- Успокойся, Тельвир. Вопишь как подстреленная птица.

- Проклятье...

- Зачем ты продался этим работорговцам?

- Адал не всё рассказал на собрании. Они захватили часть разведчиков, а среди них был и мой сын. Я не мог поступить иначе. Ты должна меня понять.

- Теперь ему уже никто не поможет.

- Выслушай же меня! - закричал сенатор.

- С тобой не о чем разговаривать. Я думала ты умён и знаешь с кем имеешь дело, но похоже ты оказался глупцом и решил биться с чудовищем в его логове.

- Я знаю, что у тебя здесь полным полно всяких артефактов. Ящеры сказали мне, что ты собирала их. Понятия не имею как и где, но если ты позволишь, я бы мог обменять часть из них на жизнь своего сына. Прояви милосердие! По их словам у тебя их сотни, ни одному магу столько в жизни не пригодится.

- Маги, воины, кхарры, ящеры. Все они смертны. Но я не умру, я хочу получить могущество, настоящее могущество, которое покажется запредельным даже по меркам богов.

- Ты не бог, Кастелла.

- Но однажды им стану, мой друг.

Девушка бросила сенатору свою улыбку. Это был её маленький подарок на прощание, прежде чем её наряд начал рваться под растущим телом. Через несколько секунд перед Тельвиром стоял бордовый дракон с жемчужной гривой, тянущейся вдоль его длинной шеи.

- Ты глупец, Тельвир, раз зашёл к чудовищу в его логово, - повторила она свои же слова.

Голос мужчины пропал от страха, словно все связки в его горле мигом разорвались в попытке издать один, полный ужаса крик.

Дракон одним укусом ухватил сенатора. Раздался громкий хруст позвоночника, и затем Кастелла целиком проглотила Тельвира.

Возникший из ниоткуда кот подошёл к своей хозяйке и вновь стал расхаживать вокруг её когтистых лап, прося чтобы его погладили.

Прошло несколько мгновений. Обнажённая Кастелла, вернув себе прежний вид, стояла над разорванным в клочья платьем и поглаживала кота на руках.

Она слегка коснулась округлившегося живота в котором переваривались останки сенатора и засмеялась.

Никто на всём острове не знал кто она есть на самом деле.

Никто, кроме самих богов.

Но им было безразлично.