Королевский бал для нищенки

Глава 1

В предновогодний вечер на улицах города было немноголюдно.

— Ну что ж, три монеты, тоже неплохой улов, — с грустью произнесла Луиза, поежившись от холода.

Старое пальто не спасало от пронзительного зимнего ветра, а тонкие сапоги из дешевой кожи давно просились на замену, но купить новые пока не было возможности. Главное, нужно было вылечить больного отца.

День заканчивался, и сумерки уже наступали на город.

На ладони темнели три медных кругляша. Луиза тяжко вздохнула, коснувшись пальцем монеты.

— На них можно купить новогоднюю гирлянду в нашу каморку, — отделила она один медяк, — и сдобный кекс из серой муки к праздничному столу, — добавила она к нему второй. — А третий отложу для лекаря и чудо-снадобья для папы.

На ее губах наконец появилась улыбка, слабая, неуверенная, но улыбка.

Как давно улыбалась Луиза! Наверное, еще в те времена, когда была жива мама, а отец был здоров и весел.

Но как же все переменчиво, и в один миг жизнь Луизы изменилась, превратившись в борьбу за выживание и в сражение за единственного родного человека в этом мире.

Но она была счастлива, что у нее имелись теплые воспоминания, иногда, достаточно иметь в запасе несколько добрых картинок из прошлого и в трудные минуты наслаждаться ими, отгоняя грешное уныние.

На пятачке перед зданием городского муниципалитета по пятницам Луиза продавала расписные ложки. В этом месте иногда ей везло: кто-нибудь да покупал для подарка близким необычные деревянные ложки, что вырезал ее отец, известный городской ложечник.

Наверное, уже в каждом доме хранилась необычная резная ложка от местной достопримечательности — мастера Карло.

Сказочные узоры для их украшения Луиза придумывала сама: кружевные снежинки, изящные завитки, волшебные цветы и животные.

В каждый рисунок она вкладывала кусочек души, поэтому все любили ее товар и охотно покупали.

Но… Кому нужны деревянные ложки, пусть и великолепные, в новогодний праздник? В этот день людей волнуют совсем другие заботы.

Луиза увлеклась размышлениями и, задумавшись, шагнула близко к краю тротуара и не услышала из-за ветра звук копыт.

Комья грязного мокрого снега из-под колес кареты и лошадиных копыт полетели в Луизу, окатили ее с ног до головы и засыпали самодельный столик с товаром.

Монеты посыпались на заснеженную мостовую, и найти их уже не представлялось возможным.

Луиза опустилась на колени и стала рыться озябшими пальцами в мокром снегу, пытаясь отыскать хоть что-то заработанное за день.

— Раззява, ну какая же ты, Луиза, раззява, — корила она себя, размазывая слезы по щекам. — Несчастные три монеты, и те не смогла сберечь, куда же они закатились? В такой темноте я вряд ли что-то найду! Ах! Одна есть! — обрадовалась Луиза, нащупав и вытащив на свет мокрый кругляш.

Посмотрев вокруг и поняв, что остальные монеты ей уже не найти, только заморозить себя сильнее и заболеть, а болеть ей никак было нельзя, Луиза поднялась и обтерла найденыша о старое пальто.

— Ну что ж, кажется, торговли сегодня уже не жди, — стала собирать она ложки с прилавка.

Недалеко захрапели лошади, и с облучка на мостовую спустился возничий. Он привязал вожжи к передку кареты и бодро зашагал к огорченной девушке. Он ездил по этой дороге всю жизнь, видел много раз продавщицу, и в его доме уже нашли свое применение целых три необыкновенные ложки. Возничий испытывал неловкость за свой поступок, жалел, что вовремя не заметил и проехал слишком близко к тротуару, на котором темнела знакомая худенькая фигурка.

— Юная леди, — над нею раздался добрый мужской голос, — позвольте попросить прощения за доставленные вам неудобства и помочь, — обратился он к Луизе.

Луиза подняла голову и растерялась.

— Нет, нет, что вы, это я виновата, стояла слишком близко к проезжей части и задумалась.

— И все же… — настаивал возничий. — Я куплю у вас ложку и хочу сделать вам подарок.

Мужчина полез во внутренний карман теплого плаща и достал красочную открытку.

Глава 2

— Это приглашение на благотворительный бал, пояснил мужчина. — Он пройдет через три дня вот в этом здании. — Указал он рукой за спину Луизы, где в окнах уже загорелся свет, и мелькали тени: началась подготовка к ежегодному балу. — Приходите, юная леди, не пожалеете, каждый год на праздник посещают девушки разных сословий и пытают счастье. Многие находят, мы с женой, честно признаюсь, тоже много лет назад познакомились во время танцев, — доверительно наклонился возничий и добродушно улыбнулся. — Я приглашение для своей дочки берег, — приложил он карточку к груди, — да только она свое счастье сама нашла, — вздохнул мужчина, пожал плечами и грустно улыбнулся. — Неделя только прошла, как свадьбу сыграли, теперь она на соседней улице живет, а приглашение я ношу в кармане, все никак не могу кому-нибудь подарить. Вот и пригодилось.

Возничий улыбнулся и вложил картонный квадратик в руки оробевшей девушки.

— Пусть он принесет вам счастье, юная леди, — тепло пожелал он, повернулся и пошел к лошадям.

— Но я же не смогу пойти на бал, — тихо проговорила Луиза, — у меня нет достойного платья, чтобы показаться в приличном обществе, а нищенок в такое место не пускают. — Смахнула она очередную слезинку.

Но мужчина уже не увидел этого, и не услышал ее слова. Ветер унес их в сторону.

Луиза покрутила в руках приглашение. Не решившись выкинуть красивую, с золочеными буквами карточку, спрятала ее в карман.

“А вдруг случится чудо, и я смогу попасть на бал?” — надежда остановила ее от необдуманного поступка.

Луиза скоро собрала свой скарб и отправилась домой.

На городском катке, мимо которого она проходила, было светло и весело. Под громкую музыку в свете ярких фонарей кружились смелые снежинки, а на блестящем льду умелые пары рисовали мудреные па.

“Когда-нибудь и я осмелюсь надеть коньки и ступить на лед”. — вздохнула Луиза, любуясь на искусных танцоров и продолжила путь.По дороге она зашла в булочную и за монету купила кекс из серой муки.

“Будет чем порадовать отца, — подумала она, — он заслужил угощение и не виноват, что я, раззява, потеряла дневной заработок”.

Мысленно Луиза уже находилась в каморке на чердаке рядом с отцом, когда ее окликнули:

— Луиза, ты не могла бы помочь Генри в зале? — проход на черную лестницу загораживала мощная фигура хозяйки таверны, в чьем доме они ютились.

Вместо платы за проживание Луиза мыла по ночам грязную посуду после посетителей и протирала заплеванные полы, а за отдельную плату помогала разносить посетителям заведения еду в определенные дни.

Прошмыгнуть в свое жилище незаметно никак уже не получалось.

— Моя очередь завтра, — попыталась Луиза отстоять свои права и проскользнуть мимо сварливой хозяйки.

— Я помню, — заметила та, — но сегодня много клиентов, и Генри не успевает подавать еду, я заплачу за сегодняшний вечер двойную плату и за посуду тоже, в честь праздников, — подкрепила просьбу обещанием.

Луиза замешкалась на мгновение.

— Хорошо, только отнесу вещи и переоденусь, – кивнула она и поспешила к лестнице.

Проскочив на одном дыхании все сорок три ступеньки, Луиза, стараясь не скрипеть рассохшейся дверью, вошла в комнату.

В кресле мирно посапывал спящий отец. В камине едва тлел огонь, и Луиза подложила свежее полено. Заметив подрагивание отца, укрыла его теплым пледом и, скинув пальто, поспешила в таверну.

Работы Луиза не боялась. Оценив количество необслуженных посетителей, она принялась разносить еду на широких подносах, мило улыбаясь на недовольство самых голодных.

Вскоре в зале не осталось недовольных, и она собралась идти на кухню, чтобы пораньше начать мыть посуду. Неожиданно ее посетила мысль: “А что если?..”

— Вы не могли бы уступить мне на один вечер платье… из приличных… — обратилась она к хозяйке.

— Зачем тебе? — с подозрением посмотрела та на нее.

— Я бы хотела посетить одно мероприятие, меня сегодня пригласили, но хотелось бы выглядеть получше… — опустила она взгляд на свое неказистое платье.

— Да ты что?!! — уперла руки в бока хозяйка. — И куда это ты собралась? Не на королевский ли случайно бал? Хе, хе! — презрительно рассмеялась она. — Так знай, таких замухрышек на бал не пускают. Смирись! Твое место рядом с моим сыном!

Глава 3

— Но мы не пара! — возмутилась Луиза нахальству хозяйки. Уже второй раз она намекала Луизе, чтобы она ответила взаимностью ее сыну.

— А кто вам мешает? — разъярилась хозяйка. — Вот помру, вам все достанется, — обвела она глазами шумный зал, — поженитесь, будете вместе вести хозяйство, даст Бог, детишек нарожаете, а я еще понянчить успею.

— Я не хочу об этом говорить сейчас, — попыталась уйти от неприятного разговора Луиза, — у меня болен отец, поговорим, когда он выздоровеет.

— А ты уверена, что он выздоровеет? — скептически посмотрела на нее хозяйка. — Я бы на твоем месте копила деньги на домовину, а если что, мы поможем, но мои условия ты знаешь. — Хозяйка отвернулась от Луизы, презрительно хмыкнув, и направилась в зал. — Ишь ты, на бал она собралась, замухрышка, и где таких самоуверенных берут только…

С дурными предчувствиями Луиза отправилась на кухню мыть посуду. Судя по ее количеству, в таверне действительно наблюдался наплыв посетителей.

Наверное, потому что хозяйка наконец-то решилась поменять повара, с прежним-то еда была не такая вкусная, как при нынешнем.

И Луиза не раз замечала, как старый повар прятал аппетитные куски в свой шкафчик.

Хозяйка-то не шибко щедрая была на плату за труд, вот все и пытались выживать, как могли. Луизе только не очень везло.

Мытье посуды входило в стоимость оплаты за проживание, а денег, вырученных за ложки едва хватало на еду.

Отец в последние месяцы быстро слеп, и Луиза часто замечала на его узловатых стариковских пальцах глубокие порезы. Руки уже не могли держать крепко инструменты. И ложки с каждым разом получались все кривее и кривее.

Луиза как могла замазывала трещины и бугорки, но шероховатости все равно вылезали наружу.

Спина ныла, руки болели, и пальцы распухли от горячей воды с горчицей. Тарелки и кружки никак не заканчивались. А ведь их еще нужно было полоскать в холодной воде.

— Ах вот ты где?! — раздался за спиной противный высокий голос. — А я тебя обыскался.

Луиза резко развернулась и мокрая тарелка выскользнула из рук.

Громкий звон укатился под потолок, и она испуганно посмотрела за спину Генри: не стоит ли там хозяйка?

О Господи! Только этого не хватало. Теперь еще и за тарелку платить придется.

Выдохнула с облегчением: парень пришел один. Все ясно, снова будет пытаться приставать, мерзкий тип.

— А где я по твоему должна быть? — наклонилась она и стала собирать осколки с каменного холодного пола. Луиза была знакома с “прыщавой совестью” хозяйского сыночка, поэтому незаметно наблюдала за Генри, чтобы успеть вовремя ускользнуть от его похотливых рук.

— Как где?! На королевском балу! Хе-хе, — неприятно засмеялся Генри. Его рябое лицо с ноздреватым носом, похожим на свиной пятачок мерзко задергалось.

Казалось, парень сейчас захрюкает. Луиза едва сдержалась, чтобы не засмеяться.

— Вот домою посуду и отправлюсь на бал, — ответила она с вызовом, вытерла руки о подол и приосанилась. — А тебе какое дело до этого?

Вот же противная старуха! Уже разболтала всем, что Луиза хотела пойти на бал. От досады хотелось топнуть ногой и запустить другой тарелкой в Генри.

Но она снова сдержалась.

Ну что за жизнь: только и знай, что молчи да терпи.

— Да никакого, — пожал плечом Генри, — если хочешь, можем пойти вместе, со мной матушка уж по-всякому позволит тебе пойти, а я сопровожу.

Генри сделал важный вид и стал похож на напыщенного индюка с сельского базара.

— А чего это твоя матушка должна мне позволять? Она мне не мать, — фыркнула Луиза, не выдержав такого нахальства. — Захочу и пойду, и не твое дело, в чем я пойду.

— О чем это вы тут договариваетесь? — в кухню вплыла хозяйка. С нежностью посмотрела на сыночка и перевела взгляд на Луизу. — Так вот оно как… Вы голубки прячетесь от всех, а сами шашни водите, — довольно заулыбалась она, глядя на Луизу.

Глава 4

— И ничего мы не водим, — стала отрицать Луиза, а Генри глупо заулыбался.

— Да как же не водите, как я постоянно вас по углам вижу, — уперлась руками в бока хозяйка.

Вот же приставучие какие!

Запустить бы в них тарелками, но себе только хуже сделать.

Луиза не мечтала о таком муже, да видно придется когда-нибудь выйти после таких вот подозрений. Генри несколько раз пытался распускать руки, прижимал к себе и тянулся слюнявым ртом к ее губам, пытаясь поцеловать, но Луиза умела за себя постоять и не давала ему спуску.

Три дня назад он попытался зажать ее в чуланчике, когда она снимала с полки стопку новых тарелок.

Как только не побила посуду, до сих пор удивлялась!

Луиза изловчилась и поставила тарелки на пол, а потом разогнулась, попыталась оттолкнуть наглеца, а когда не получилось, что поделаешь, мужчина оказался сильнее, Луиза поцарапала Генри шею.

Теперь он прятал глубокую царапину под высоким воротником рубахи. Судя по-всему даже матери не признался, а то бы Луизе не сдобровать.

— Позвольте мне закончить свою работу, — выдохнула Луиза, — уже поздно, если я лягу поздно спать, то не смогу завтра нормально отработать свою смену в зале.

В ход пошли веские аргументы. Кажется, это сработало, и хозяйка взяла сына за локоть.

— Пойдем, Генри, не будем мешать Луизе, — прошипела она, — потом продолжим наш разговор, — демонстративно заявила хозяйка, высокомерно глядя на Луизу.

Луиза с облегчением вздохнула: материальная выгода затмила матримониальные планы хозяйки таверны.

И еще один плюс — Генри промолчал про увечье и разбитую тарелку, а его мамаша не заметила убытков в виде посуды.

“Кажется, он, скорее, мой друг, чем враг, — мелькнула мысль. — Да и маменькиным сыночком его назвать можно с трудом. Может, присмотреться к парню и согласиться? Ну и что, что не красавец? Так с лица воду не пить. Ну ленивый: что есть, то есть. Мать постоянно кричит на него, и вся улица слышит ее ругательства, что Генри вовремя не нарубил дров или не наносил воды. Так тут не насмехаться, а посочувствовать парню.

Но как бы хозяйка ни ругала сына, ни разу Луиза не слышала от нее ругательств по поводу того, в кого он такой уродился. Об отце Генри никто никогда не упоминал, хозяйка никогда не рассказывала, чей он сын, а на сплетни, что она родила ребенка без мужа, хозяйка не обращала внимания.

“Посетители” наконец покинули кухню, оставив Луизу наедине с тарелками и своими мыслями.

Как любая девушка ее возраста, а ей уже исполнилось без малого двадцать лет, Луиза мечтала о настоящей любви. Она помнила свою мать, ее улыбчивое доброе лицо, тихий голос и мягкие руки. Она помнила, как трепетно отец относился к маме и к ней, дарил подарки, помогал в быту, баловал своих девочек.

И, конечно же, мечтала о таких отношениях в своей семье. Если, конечно, Луиза встретит достойного молодого человека, которому пожелает отдать свое сердце и все, что к нему полагается.

Но пока что получалось как в одной песне, которую она случайно услышала от незнакомки на рынке.

“Она смотрела мир как роман, а он оказался повестью. Соседи по подъезду парни с прыщавой совестью”.

Да и честно признаться, по современным меркам она была незавидной невестой-бесприданницей. Да, красивая, но она прятала красоту за простой прической и не старалась приукрашивать лицо, как девушки из богатых семей.

Но и так посетители часто замечали милую улыбку на яхонтовых губах и умный взгляд зеленых глаз. Да, стройная и гибкая, но прятала все это богатство под поношенными платьями с чужого плеча.

“Оверсайз!” — так назвала ее платье та странная незнакомка с городского рынка.

Глава 5

Когда была жива мама, они жили в своей квартире в спальном районе города, отец работал в столярной мастерской, изготавливал дорогую мебель.

Мама вела домашнее хозяйство и воспитывала Луизу. Иногда она писала на заказ картины: цветы и водопады. Она-то и дала первые уроки рисования Луизе.

“Если синий смешать с желтым, то получится зеленый, и чем больше добавить желтого, тем ближе к желтому получится, а чем больше синего, тем насыщеннее будет зелень и напомнит нам морскую волну. А если в красный добавить белый, то получится твой любимый розовый цвет”. — Луиза часто вспоминала мамины уроки, они помогали ей выживать в суровых условиях.

А без жилья они остались из-за мошенников и собственной доверчивости.

Отец после маминой смерти очень тосковал и решил обменять жилье. В квартире все напоминало о любимой жене и маме, и они не справились с унынием.

Отец продал квартиру, собираясь купить дом в частном секторе города. Сделка состоялась, и они въехали в небольшой уютный домик с маленьким огородом и садом. Дело было весной, и Луиза даже успела посадить на клумбе любимые мамины цветы: анютины глазки, поливала их каждое утро и любовалась цветником.

А через месяц приехали настоящие хозяева дома. По решению суда их выселили из домика. Мошенников так и не нашли, а у отца случился удар, и он стал слепнуть. Их приютила дальняя родственница настоящих хозяевов дома. Конечно, на определенных условиях. К тому же хозяйка даже не пыталась скрывать, что имела виды на Луизу.

Закончив работу, Луиза наскоро, боясь, что в кухню снова нагрянут “гости”, протерла полы и прошмыгнула на черную лестницу.

В комнате было тихо, даже было слышно как потрескивает новое полено.

“Отец проснулся!”

Нет, папа снова дремал в кресле, но как только Луиза попыталась пройти за ширму к своей кровати, он ее окликнул:

— Дочь, как прошел день?

Этой фразой он всегда встречал Луизу по вечерам.

— Все хорошо, папа, — остановилась Луиза рядом с ним. Я продала почти все ложки (что не было враньем, скорее, полуправдой) и купила вкусный кекс, не желаешь поужинать?

— Нет, спасибо, Луиза, я не голоден. Мне кажется, ты хотела рассказать мне что-то еще. Да? — скорее, утверждал, чем спрашивал он.

Отец всегда чувствовал свою дочь, и заметил взволнованный голос и загадочный блеск в глазах дочери.

— Ну хорошо. — Луиза всегда рассказывала отцу все, что с ней происходило, и часто советовалась, как правильно поступить. — Папочка, — опустилась она на пол рядом с креслом, обняла отцовские ноги и прижалась к ним щекой. — Мне сегодня подарили приглашение на Королевский благотворительный бал, — почти прошептала она и вздохнула.

— Ну так в чем дело? Почему я слышу печаль в твоем голосе? Отправляйся на бал, даже не сомневайся.

— Я еще не решила, хочу ли, — ответила Луиза. — У меня столько работы в зале и нужно разрисовать новые ложки, а то скоро будет нечего продавать.

Она чуть не озвучила причину, по которой не могла посетить бал, но вовремя остановилась и придумала другое.

Она понимала, что, услышь отец правду, то тут же почувствовал бы себя виноватым, что не может дать денег единственной дочери на новое платье.

Она не хотела огорчать отца. Даже невозможность посетить этот праздник не стоила здоровья ее отца.

— Я настаиваю, Луиза, ты должна пойти на бал, — настойчиво проговорил отец. В его голосе послышалось дрожание, и Луиза заволновалась. Отец же продолжал: — Твоя мать была бы счастлива увидеть тебя на королевском балу, дочь. Не отказывайся от такой возможности.

— Я подумаю, папа, — успокоила Луиза отца. — И скорее всего, да, я пойду на благотворительный бал, — успокоила она отца и поднялась.

“Чего бы мне это не стоило, даже если мне придется пойти туда в хозяйских обносках с Генри”. — подумала она, но не сказала вслух ни слова.

Она ушла к себе за ширму и прилегла на кровать. Мечты унесли ее сначала на чудесный бал, где она блистала в прекрасном платье, и кавалеры непрестанно приглашали ее на танцы. Звучала волшебная музыка, и в свете ярких огней на зеркальном полу кружились пары. Так, представляя себя на празднике, Луиза не заметила, как уснула.

Глава 6

На следующий день ровно к открытию таверны Луиза стояла на пороге, встречая первых посетителей, желающих поскорее набить брюхо и отправиться на работу.

Она угадала, что посетителей прибавилось с появлением нового повара.

Что поделаешь? Чревоугодие один из главных грехов человеческого общества, каждому хочется набить живот чем-то вкусным, насладиться, порадовать себя изысканными блюдами. Этот грех существовал, существует и будет существовать, даже после того как мы уйдем в другой мир.

За день Луизе не удалось присесть на на минуту. Она даже посетовала, что дела в их таверне пошли лучше, чем раньше.

Ну вот. Еще один грех. Лучше порадоваться за хозяйку, может, она заплатит за работу больше, чем обычно, и Луиза сможет купить себе новое платье?

Напрасно она надеялась на благородство и щедрость хозяйки.

Что поделать?Есть люди, которым эти качества не к лицу. Увы.

И вечером Луиза поднялась в свою каморку уставшая и расстроенная. Ну что ж, нет так нет…

Отец уже спал сидя в кресле. В камине тлело полено.

А утром произошло неожиданное.

— Луиза, — разбудил ее тихий голос отца, — ты уже проснулась? — В голосе послышалось нетерпение.

— Да, папа, — постаралась ответить бодро Луиза и соскочила с постели.

Что-то она сегодня разоспалась! А ведь решила сегодня снова идти продавать ложки, в надежде заработать пару монет.

— Дочь, подойди ближе, — торжественным тоном произнес отец.

Луиза даже испугалась: не собирается ли отец сказать что-то страшное.

Но он протянул ей ладонь, на которой блестела маленькая монета. Серебряная. Для их маленького семейства она была немыслимым богатством.

— Луиза, я хранил ее для особенного случая, и, кажется, он настал. Я, надеюсь, тебе хватит этих денег, чтобы принарядиться и посетить королевский бал, — он с нетерпением сжал и разжал пальцы. — Бери, скорее, и отправляйся за красивым платьем, я уверен, что мама была бы счастлива, если бы была жива, увидеть какая красавица ее дочь.

— Отец, — упала Луиза на колени перед креслом, — если бы ты только знал, как я тебе благодарна, я так мечтала… — Она уткнулась носом в отцовские колени.

— Ну что ты, дочка, все хорошо, — гладил Карло дочь и смотрел вперед почти слепыми глазами.

6.2

Ну что ж, деньги на платье есть, и это было немыслимое счастье. А на жизнь они еще заработают. Так сказал отец, а она верила отцу.

Луиза спустилась к выходу и хотела проскользнуть на улицу мимо хозяйки, уже командовавшей в зале.

— Луиза, — услышала она за спиной, но сделала вид, что не услышала и поспешила по улице подальше от таверны.

Ну уж нет! Сегодня она не станет работать за еду. Пусть Генри сам пошевелится вместе с матушкой на благо своей едальни.

Прошагав до первого переулка, Луиза свернула и направилась к магазинчикам с одеждой. Она давно ходила этой стороной и посматривала на витрины с платьями.

Город приготовился к праздникам: всюду переливались яркими огнями гирлянды, украсившие деревья, светились витрины с рождественскими товарами, по тротуару прохаживались ряженые зазывалы.

— Спасибо, — взяла Луиза из рук высокого снеговика с круглым носом, больше похожим на клоунский, чем на привычную морковку, карточку с приглашением посетить магазин.

Совсем недавно она видела на витрине одного из них платье, вполне подходящее для благотворительного бала. На всю длину, блестящее, из зеленого шелка с перламутровыми пуговками и золотым пояском. Оно так красиво смотрелось на манекене, и Луиза решила, что оно вполне подойдет ей. Серебряная монета как раз была подходящей платой за такой изящный наряд.

Издалека она заметила пустую витрину. Печалька, кто-то уже купил платье, а Луиза так мечтала о зеленом шелке и золотом пояске, что так красиво смотрелись на манекене.

“Ну ничего”, — сказала она себя, пытаясь успокоить досаду. Нужно зайти внутрь и спросить, возможно, мне подберут другое платье.

Она остановилась у двери, не решаясь войти.

— Вы не могли бы пожертвовать мне монетку? — отвлек ее жалобный голос за спиной.

6.3

Луиза обернулась.

Рядом с ней остановилась женщина. Невысокого роста, щупленькая, с седыми волосами, выглядывающими из-под старого пухового платка, с морщинистым лицом, но с яркими карими глазами, с золотой сверкающей радужкой.

Луиза не смогла оторвать свой взгляд от нищенки, так сильно та привлекла ее внимание. В глазах незнакомки лучились грустью и добротой. Сердце Луизы сжалось от сострадания к чужой бедности.

Одежда на нищенке была еще беднее, чем на Луизе, а башмаки такие стоптанные, что казалось, на подошве обязательно должны быть дырки. Пальцы женщины посинели от холода, а от слабости она качалась от холодного зимнего ветра. Казалось, она вот-вот упадет.

— Не будет ли у тебя хотя бы лишнего куска хлеба? — спросила нищенка, рассмотрев бедную одежду Луизы.

Луиза замерла. Она знала что такое остаться голодным, дома ее ждали постылая работа и больной отец, но они хотя бы имели крышу над головой и чашку горячей похлебки с куском хлеба, а у этой женщины не было и самого малого.

— Я сегодня во рту еще крошки не видела, — пожаловалась женщина, и переступила с ноги на ногу. Раздался неприятный скрип по снегу.

Луиза задумалась лишь на пару секунд.

В ладони лежала заветная монета, но что же делать, если у тебя просят помощи те, кто оказался в еще худшем положении?

— Пойдемте, я накормлю вас. — Она взяла за руку женщину и потянула ее за собой. Они вошли в ближайшую таверну, почти в такую же, в какой работала Луиза. Только хозяином был веселый мужчина, что уже несколько раз предлагал Луизе работу, но только без проживания. А жаль.

Вести нищенку в свою таверну Луиза поостереглась, хозяйка потом бы замучила ее вопросами, откуда взялась серебряная монета.

Она заказала для женщины постную похлебку, хлеб. Себе взяла кусочек хлеба и горячий травяной чай.

Луиза отдала серебряную монету и получила на сдачу несколько медных. Но теперь она никак не могла купить себе красивое дорогое платье, достойное благотворительного королевского бала.

“Может, я все-таки выпрошу простое, без украшательств, платье у хозяйки и постою где-нибудь в уголке, хотя бы посмотрю, как веселятся другие, и мне обязательно станет весело и радостно на душе, — думала Луиза, запивая душистый хлеб ароматным чаем, — Или, так уж и быть, пойду на бал с Генри. Бал, ну что этот бал. Ну не потанцую… Но моя совесть будет спать спокойно, ведь я не позволила этой женщине умереть от голода”.

Луиза мысленно попрощалась с мечтой попасть на праздник.

Взяв со стола монеты, недолго раздумывая, Луиза протянула одну нищенке.

— Возьми, — ласково проговорила она, — завтра я продам ложку, и у меня будет новая монета, а тебе сейчас нужнее.

Нищенка протянула руку и взяла блестящий кругляш, но как только притронулась к пальцам Луизы, ладонь девушки будто обожгло.

Луиза отдернула руку, остальные монеты покатились и с громким звяканьем посыпались со стола, зазвенели и покатились по каменному полу. Луиза наклонилась и подняла монеты, а когда разогнулась, очутилась в незнакомом месте.

— Что это? — с удивлением осмотрелась она. — Где мы? спросила у стоявшей рядом нищенки.

Только женщина уже не была похожа на нищенку. Исчез старый платок, а волосы были уложены в аккуратную прическу. Платье не новое, но приличное, и туфли из тонкой кожи. Кажется, даже морщин стало меньше на ее лице, только глаза все также лучились добротой.

— Не пугайся, дитя, — обратилась незнакомка к Луизе, — я не сделаю тебе ничего плохого. Я фея и могу выполнить любое твое желание, но только одно.

Луиза вдруг вспомнила богатую карету, светящиеся праздничные окна городской управы и свое желание попасть на благотворительный королевский бал, и уже хотела об этом сказать, но вспомнила своего отца и замолчала.

Никогда Луиза не ставила свои проблемы выше других: присущее ей милосердие всегда заставляло ее помогать другим, забывая про себя.

— Ну что же ты молчишь? — поторопила ее фея. — Думай скорее, у меня нет времени ждать.

Луиза решилась.

— Я хочу, чтобы мой отец снова стал молодым и здоровым, и мог резать много красивых ложек, а я бы их продавала, и, чтобы мы не бедствовали…

Женщина улыбнулась.

— У тебя доброе сердце Луиза, ты просишь не для себя, а для престарелого родителя, поэтому я исполню еще одно твое желание.

— Королевский бал… — проговорила Луиза. — Только мне не в чем на него идти.

— Хорошо, я услышала твои желания, — улыбнулась фея, — ты отправишься на королевский бал, и я очень тебя прошу — будь собою при любых обстоятельствах. А отец… он уже не будет молодым… Вряд ли он скажет тебе спасибо за это твое желание, ведь все то хорошее, что могло с ним случиться, уже случилось, но он проживет достойную старость рядом с тобой.

Глава 7

— Я не могу явиться на бал, — Луиза взялась рукой за подол своего старого платья, привлекая внимание феи к своей одежде. — У меня нет приличного платья. — Она вздохнула и опустила голову. — А за папу спасибо, я верю, что с ним все будет хорошо.

— Я не могу подарить тебе новое платье, — ответила фея, — не в моих правилах давать людям все готовое, я могу лишь подарить здоровье или инструменты для того, чтобы сбылась мечта. — Фея внимательно всмотрелась в глаза Луизы, словно хотела в них разглядеть только ей известную тайну. — Ведь ты художница, талантливая, людям нравятся твои расписные ложки, они дарят радость и хорошее настроение, вот и потрудись в этот раз для себя. Я подарю тебе кисть… Не обычную, волшебную… Все, что ты нарисуешь, станет реальным. Ты сможешь нарисовать такое платье, какое захочешь, и в нем отправишься на бал.

Фея взмахнула рукой, и в ней оказалась небольшая кисть для рисования. Почти такая же. какими Луиза разрисовывала отцовские ложки.

— Держи, — передала она волшебный предмет Луизе, — только помни, что ты сможешь нарисовать только три предмета, и они станут реальными, как только ты положишь последний мазок. Остальное уже останется на бумаге. И еще… — добавила она, когда кисть оказалась в руках Луизы. — Постарайся рисовать нужные и добрые вещи, используй волшебный дар во благо, чтобы он приносил пользу, а не зло. Я верю в тебя, ты добрая девушка, и не станешь использовать эту кисть не по назначению.

— Благодарю вас, добрая фея, — ответила растерянная Луиза, — я не стану рисовать зло, так и знайте, я уже придумала, что нарисую в первую очередь.

— Нет-нет-нет, — запротестовала фея. — Дай мне слово, что первый твой рисунок, это будет платье для королевского бала, и ты обязательно посетишь его, а уже остальные две попытки ты используешь после него по своему усмотрению.

— Хорошо, я обещаю, — кивнула Луиза.

— А теперь я верну тебя сразу домой, — предложила фея. — Отец уже заждался и мечтает сообщить тебе радостную весть. Закрой скорее глаза.

Луиза зажмурилась. Почувствовала легкое дуновение ветерка и теплый воздух. Когда она открыла глаза, то оказалась в своей каморке.

— Луиза, доченька, — окликнул ее веселый голос отца, — как же я не заметил твоего возвращения, как ты вошла?

Он стоял около камина и подкладывал свежие дрова.

Луиза лишь улыбнулась в ответ и присмотрелась к отцу внимательнее.

Его глаза горели необычным светом, а на лице играла улыбка. Давно Луиза не видела своего отца таким счастливым.

— Дочка, сегодня произошло чудо, — торопливо делился отец новостью, — я впервые за последние годы сам спустился во двор и наколол дров для нашего камина. А еще я приготовил ужин.

Рождественская ночь, это был семейный праздник, и Луиза всегда проводила его в обществе отца. Они садились за стол со скудным угощением, посреди стояла композиция со свечой, украшенной еловой веточкой и яркой лентой, что с каждым годом становилась все бледнее, теряя свою красоту.

“А не нарисовать ли мне новую композицию? — подумала Луиза. — А заодно вкусное угощение для нас с отцом? — Но тут же остановила себя, вспомнив про обещание волшебнице. — Нет, я нарисую рождественский стол после бала, а сейчас мы просто поужинаем”.

На следующий день Луиза начала рисовать для себя бальное платье. Она по памяти набросала эскиз лифа, модные в этом сезоне рукава-фонарики и длинную пышную юбку. Раскрасила его в прекрасный изумрудный цвет. (она выбрала светлый кобальт и добавила в него чуточку голубого ультрамарина)

— Что это у тебя такое красивое? — полюбопытствовал отец, подойдя к столу.

Он смотрел на рисунок и даже не щурился. С его лица не сходило изумление, а Луиза, наблюдая за его чудесным исцелением, лишь тихо улыбалась.

— Я создаю для себя платье, ведь ты хотел, чтобы я пошла на королевский бал, вот я и рисую наряд.

— Тогда добавь сюда блестящие пуговицы с драгоценными камнями, — указал он на рисунок, — изумрудами, они подчеркнут красоту твоих глаз, а платье станет еще наряднее.

— Спасибо, отец, я так и сделаю. — Луиза принялась расписывать пуговицы по лифу.

Она так увлеченно работала: придумала к платью колье с изумрудами и украшенные перламутровыми стразами туфельки. Теплый шерстяной плащ с меховой опушкой. Луиза не заметила, что уже наступил вечер, и нужно было собираться на бал.

Когда она закончила работу, то отложила рисунок в сторонку. Отец спустился в таверну за ужином.

Сомнения закрались в ее душу. А вдруг все это ей приснилось? Или волшебница пошутила над ней, и платье останется рисунком на бумаге?

А вдруг!..

У Луизы закружилась голова, и стало трудно дышать.

Ну все!

Луиза закрыла на миг глаза, а когда открыла… Перед ней лежало прекрасное зеленое платье, точь-в-точь, как она нарисовала. Украшения, обувь и плащ прилагались к наряду.

— Ах! — Только успела произнести изумленная Луиза. — Не обманула…

— Луи-и-иза! — послышались за дверью шаги и голос хозяйки. — Генри ждет тебя, ты идешь на благотворительный бал? Я принесла тебе платье.

Глава 8

Луиза испуганно сгребла свой наряд и спрятала его за ширму.

— Да-да, — отозвалась она, — я сейчас выйду.

Открыв дверь, она загородила проход, но хозяйка с любопытством пыталась заглянуть в комнату.

— Там твой отец помогает повару готовить рагу. Я не знала, что он так мастерски владеет ножом, — заявила она, заглядывая через плечо Луизы.

Что она там хотела увидеть? Непонятно.

— Отчего же? — деланно удивилась Луиза. — Он всю жизнь резал ножом, — пожала она плечами и опустила взгляд на платье.

Темно-синее с черными пуговками и белыми кружевами.

Какая безвкусица!

Художественное видение Луизы мысленно закричало, протестуя. Такое платье никак нельзя надевать на королевский бал, в таком только в таверне прислуживать посетителям!

Луиза резко вдохнула и почувствовала, как лицо и шея становятся горячими.

Это платье ни в какое сравнение не шло с тем, что только что нарисовала Луиза.

Ну, конечно! Ведь Луиза должна была идти на бал с Генри. Мамаша подстраховалась, чтобы Луизу ненароком не пригласили на танец другие парни.

— Благодарю за платье, но я решила не идти на бал, — грустно улыбнувшись, сказала Луиза.

— Как это?.. — удивилась хозяйка. — А с кем же он пойдет?

— Не знаю, пусть пригласит кого-то из соседских дочерей, например, нашего мясника, или пекаря. — Луиза пожала плечами.

— Зря ты так, от такой выгодной партии отказываешься, — протянула растерянно хозяйка. Она явно не ожидала подобного поворота в желанном мероприятии. — Будешь потом локоточки кусать, да не достанешь. Ну! Скорее скажи, что ты передумала! — приказным тоном заявила она, топнула ногой и попыталась силой всучить неказистое платье в руки Луизе.

— Нет, — отшагнула Луиза, покачала головой и закусила нижнюю губу.

Хозяйка со злостью развернулась и, громко стуча башмаками по ступенькам, отправилась вниз.

Луиза не сразу закрыла за ней дверь и слышала ее недовольное ворчание, но отступиться уже не могла. Ведь за ширмой лежало прекрасное шелковое платье, в котором она несомненно будет самой красивой на балу.

А Генри… Он хороший парень, только Луиза не любила его, и никогда не полюбит. А ей хотелось настоящей любви, чтобы голова кругом… И коленки подгибались, и глаза сияли, и хотелось тихо смеяться. Почему тихо? Потому что счастье любит тишину!

Так всегда говорила ее мама.

Уверившись, что ей не помешают, и закрыв дверь за непрошенной гостьей, Луиза ушла за ширму и стала наряжаться.

— Луиза, дочка, ты еще дома? — Отец вернулся из кухни и затарахтел посудой. — Я принес изумительное овощное рагу, не желаешь поужинать со мной?

Луиза вышла из-за ширмы в новом платье.

— Ах, ты ж, какая красота! — восхищенно вымолвил отец и прикрыл кулаком рот. — Ты так похожа на свою мать, — выступили слезы на глазах у старика. — Но откуда это всё? Это же волшебство какое-то!..

— Да, волшебство, я потом расскажу тебе все-все, а сейчас мне нужно спешить.

— Конечно-конечно…

— Отец, посоветуй мне, что можно сделать с волосами?

— Ничего, у тебя красивые волосы, можешь только украсить их этим гребнем. — Старый Карло вытащил из потайного ящичка прозрачный гребень с камешками и, обойдя дочку, несколько раз провел гребнем по волосам, закрепил его.

— Вот теперь полный порядок, — грустно улыбнулся он, — ты так похожа на свою мать, такая же красавица.

— Спасибо, отец, это все благодаря тебе. Мне нужно отправляться на бал, а то опаздывать нехорошо.

— Давай я провожу тебя, — предложил отец и накинул на плечи Луизе теплый плащ.

Пока Луиза шла к выходу, отец повернул на кухню, где слышался голос хозяйки.

— Беги, моя девочка, — сомкнул он на миг глаза и кивнул.

Луиза не заставила его долго ждать и шмыгнула на вечернюю улицу.

Глава 9

Каждый стук ее каблучков гулко отдавался в сердце.

Боялась ли она хозяйку? Конечно, нет. Скорее, опасалась. К тому же они жили в доме этой страшной женщины. По сути, многое было в руках хозяйки. На что та была способна, знал только Господь.

Вскоре Луиза уже стояла перед зданием городской управы, где несколько дней назад она торговала ложками, и ей подарили приглашение на бал.

Окна ярко светились, играла веселая музыка, тенями на шторах мелькали танцующие пары.

Как трепетало ее сердце от страха!

В голове лихорадочно толкались мысли: Неужели я решилась на это… и что будет, когда я войду в это здание и появлюсь на балу… а вдруг я опозорюсь?

Ах, как же это волнительно!

Но как же хочется увидеть все великолепие благотворительного бала своими глазами. Не только увидеть, но и побывать на нем.

Ей столько раз рассказывали о празднике, но ведь лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, правда же?

Она подошла к ступеням, ведущим к парадным дверям. Мимо Луизы проходили участники: парами и по одному. Кто-то приходил пешком, как она, кто-то подъезжал на экипажах. Чуть в стороне Луиза заметила знакомую карету: наверное, тот мужчина выполнял свои обязанности и привез на бал гостей.

Дверь управы распахнулась сразу же, как только Луиза подошла к двери.

Ее пригласили войти в фойе. Луиза задержала дыхание и перешагнула порог. Осмотрелась.

Высокие потолки с хрустальными люстрами и великолепное убранство помещения вызывали благоговейный трепет.

К ней обратились и отвлекли от созерцания красоты и великолепия.

— Милая леди, позвольте помочь вам снять плащ, — предложил распорядитель бала и протянул к ней руки.

— Да, благодарю вас, — выдавила из себя Луиза.

Она позволила поухаживать за собой и, сняв плащ, двинулась на звуки музыки. Распорядитель передал одежду слугам и отправился следом.

Она остановилась у зеркала, бегло осмотрела себя.

Какая красота! Она не узнала себя. Это точно была незнакомка в красивом платье, в изумрудах и прекрасных туфлях, а длинные шелковистые волосы уложены в прекрасную прическу, украшенную хрустальным гребнем с драгоценными камнями.

Но ведь она помнила, что отец просто расчесал ее волосы и закрепил мамин стеклянный гребень, откуда такое великолепие?

Волшебство?

Или к подобному наряду без сомнения прилагались соответствующие украшения?

Видимо, фея не все рассказала, когда дарила ей исполнение желаний. Луиза лишь мельком помечтала о такой прическе, и вот…

Луиза знала, как нужно себя вести на подобных приемах, она поправила легким касанием прическу, окинула себя взглядом и… осталась довольна. Она отвернулась от зеркала и кивнула распорядителю бала.

— Я готова.

Устроитель бала открыл дверь и пригласил ее войти в зал.

— Как вас представить, милое дитя, — спросил он Луизу.

От волнения Луиза не услышала обращенного к ней вопроса и с восхищением рассматривала богато украшенный зал и множество нарядных людей.

— Как ваше имя? — тихо переспросил он, незаметно коснувшись ее руки.

— Ах, простите… Луиза, — смущаясь, произнесла девушка. — Меня зовут Луиза.

Как только они вошли в огромный зал, распорядитель громко возвестил, обращаясь к молодому человеку и свите, стоявших у дверей:

— Луиза, Ваше Высочество, — глядя на мужчину, сказал он.

Луиза присела в реверансе, склонив голову, и почувствовала на себе пристальный взгляд принца.

— Очень приятно, молодая леди, располагайтесь, не стесняйтесь, слуги исполнят любой ваш каприз, — обратился он к Луизе.

За его спиной послышались смешки.

— Благодарю, Ваше Высочество, но я не капризна, мне не нужны ваши слуги, — ответила она, немного растерявшись.

— Да? — в голосе принца послышалось удивление. — Впервые слышу такой ответ, — хмыкнул он, — обычно все спешат воспользоваться благотворительным балом, чтобы почувствовать себя… чтобы быть рядом с нами и наравне с нами… — он обернулся и посмотрел на своих товарищей и барышень. — А вы отказываетесь от возможности побыть королевой? Но, судя по вашему наряду, вы не из бедняков и вам незачем реализовывать свои тайные желания.

Он кивнул Луизе, позволяя той покинуть его, и отвернулся к друзьям.

Луиза прошла в глубину огромного бального зала с колоннами.

Зал сиял волшебными огнями, повсюду стояли вазоны с цветами: не живыми, нет, всего лишь искусственными, но все равно было красиво.

На столах стояли подносы с угощениями и напитками.

Лилась музыка, оркестр беспрерывно играл вальсы и мазурки.

Луиза не заметила, как присоединилась к танцам и веселью.

В какой-то момент она уже чувствовала себя свободно и без стеснения брала со стола тарталетки с красной икрой и пила апельсиновый сок.

Музыка стихла, и в центре зала освободилась площадка.

— А теперь приступим к главному действу нашего бала, — раздался громкий голос принца. — В этом году я решил поделиться некоторой суммой из королевской казны с теми, кто больше всего нуждается в этом… я буду покупать танец у понравившейся мне девушки, — заявил он, и, не обращая внимания на восторженные визги продолжил: — Все деньги я отправлю на самые разные городские нужды.

9.2

Он подошел к девушке в скромном сатиновом платье, поклонился и протянул руку.

— Я покупаю танец за… — задумался он на миг. — Сто монет…

Толпа ахнула. Это была большая сумма.

Кукольное личико девушки залилось краской от удовольствия. Она подала руку принцу и горделиво задрала подбородок.

Это такая честь! Продать принцу танец для чьего-то блага.

Для принца, возможно, это обычное развлечение с простонародьем, а бедным людям — польза.

Принц покупал танцы у девушек и называл на чьи нужды он передаст заявленную сумму.

— Эти монеты будут перечислены на счет детского приюта “Королевский странник”, — громко заявил он, когда закончился танец.

Деньги за танец с темноволосой девушкой в сиреневом шелковом платье ушли на нужды богадельни для инвалидов и стариков в пригороде столицы.

Принц поклонился девушке и стал искать в толпе кого-то определенного. Луиза спряталась за широкой спиной стоявшего впереди парня, но пышное зеленое платье необычного цвета выдало ее.

Принц отодвинул молодого мужчину, судя по стати, сына кузнеца, не меньше, и потянул Луизу в середину площадки.

Теплые пальцы принца цепко держали запястье Луизы.

— Я прошу танец у прекрасной девушки… в счет постройки новой школы для детей бедняков, — глядя ей в глаза, проговорил принц, — и плачу пятьсот монет.

Из толпы послышалось громкое восклицание. Столько монет!

Грудь Луизы вздымалась от волнения, на лице и шее разлился румянец.

Но разве можно отказать принцу? А не помочь беднякам построить новую школу?

Она кивнула, соглашаясь на танец, и принц обнял Луизу. При первых звуках музыки он осторожно притянул ее к себе и успокаивающе погладил по плечу. Но от этого движения по рукам и шее Луизы побежали мурашки. Кажется, принц почувствовал ее дрожь и решил отвлечь разговором во время танца.

— Скажите, где я мог вас видеть раньше? — спросил он тихо Луизу. — Мне ваше лицо определенно знакомо.

— Простите, Ваше Высочество, вряд ли вы меня видели раньше, мы с вами из разных миров, — ответила Луиза.

— Как интересно, так вы, значит, попаданка? — хохотнул принц.

— Нет, Ваше Высочество, я родилась и выросла в столице и никогда не выезжала за границы города, — Луиза старалась говорить степенно и правдиво, но не хотела открывать принцу, кто она есть на самом деле.

— Ну так это можно исправить, не находите? Мы могли бы отправиться в кругосветное путешествие… В компании моих друзей и ваших подруг, посмотреть всякие диковинки, — не отступал принц.

— Благодарю вас, такое путешествие — дорогое удовольствие, лучше отдайте эти деньги для бездомных животных, да и мне достаточно своих чудес, — парировала Луиза. — Где родился, там и сгодился, так говорит мой батюшка.

— Ага, значит, у нас есть батюшка…

Принц хотел продолжить беседу, но музыка закончилась.

— Позвольте пригласить вас еще раз, — не выпуская руки Луизы, громко заявил принц. — Так уж и быть, я отдам еще пятьсот монет на приют с бездомными животными, но только за танец с вами, милая девушка.

Во время второго танца принц пытался выведать у Луизы, где она живет, кто ее семья, но Луиза под действием апельсинового сока и веселого настроения искусно отшучивалась, сохраняя сведения о себе в тайне.

— Не могу удержаться, чтобы не пригласить вас снова, — не отпустил от себя Луизу принц и дал знак оркестру играть, не обращая внимания на завистливые взгляды и недовольный шум.

Принц выбрал фаворитку, и всем это не нравилось.

— Ваше Высочество, вы опустошите королевскую казну, я не могу этого допустить и станцую с вами бесплатно, — пошутила Луиза, чувствуя душевный трепет в объятиях принца. — Я дарю вам этот танец.

— Благодарю, но все же смею перечислить некоторую сумму на горячие обеды для бездомных людей, — упрямо произнес принц.

Луиза с горечью вспомнила, как они с отцом остались без крыши над головой. Как голодали, не имея возможности купить себе даже кусок хлеба.

Где же были эти деньги, когда они были так им нужны?

— Леодор! — представился принц. Не поздновато ли? Третий танец? — Таинственная незнакомка, я никогда не видел вас на придворных балах, а судя по вашему наряду вы не из бедняков. Позвольте узнать ваше имя? — обратился он к Луизе.

Луиза промолчала, сделав вид, что не услышала принца.

“Эх, знали бы вы, Ваше Высочество, из каких бедняков я происхожу: из самых нищих, что ни на есть в нашем королевстве”. — Луиза вздохнула и продолжила танец с принцем.

Конечно, она ничего ему не сказала. Зачем?

Надо же, он забыл ее имя сразу же, как его назвал распорядитель. Значит, не так оно ему и нужно.

Да уж, прекрасная картинка: королевский бал для нищенки. Нищенка и принц.

Сегодня она чувствовала себя желанной и почти королевой, а что будет завтра… Пусть будет завтра.

Несколько раз Луизе на глаза попадался Генри. В строгом сюртуке из дешевой ткани и атласных брюках, высокий и милый, он неплохо смотрелся на общем фоне.

Рядом с ним приплясывала довольная дочка мясника в сатиновом платье с оборками. Вместе они смотрелись изумительно.

“Как хорошо, что Генри нашел свое счастье, — радовалась за хозяйского сына Луиза, — эта девочка смотрит с таким обожанием на Генри, что только слепой не увидит, что она влюблена в него. Да и партия для хозяйского сынка очень даже выгодная. Не то что я — бесприданница-нищенка”.

— Не желаете прогуляться в зимний сад, прекрасная незнакомка, — предложил принц, — кажется, нам пора глотнуть свежего воздуха и слегка охладиться.

Глава 10

По аллеям гуляли парочки, а принц упрямо тащил раскрасневшуюся Луизу в укромное местечко. В этом у Луизы уже не было сомнений, потому что, как только они встречали очередную парочку в тенистой беседке, на лице принца появлялась досада.

Луиза внутренне усмехалась и сочувствовала его неудаче, и пропустила момент, когда они оказались наедине в беседке, увитой густым плющом.

— Ну наконец-то, — пробормотал принц, притянул Луизу к себе и поцеловал.

Луиза задохнулась от напора и сдалась. Это был первый настоящий поцелуй в ее жизни. С мужчиной, который ей безумно понравился. Она обвила руками его шею, а принц обнял ее еще крепче и прижал к себе.

— Прекрасная незнакомка, не исчезай, — проговорил он, оторвавшись от поцелуя, и, набрав побольше воздуха, снова поцеловал Луизу.

Они долго целовались в беседке, пока не услышали шаги.

— Леодор, давай вернемся к гостям, — тихо попросила Луиза, — я порядочная девушка, и мне не нужны злые сплетни.

— Пусть только попробуют…

— Вам ничего не будет, вы же принц, а вот мне…

— Ну хорошо, — принц нехотя отстранился от Луизы, — вернемся, но обещайте мне еще хотя бы одно свидание.

— Обещаю…

Чтобы не попасть под злые пересуды, принц и Луиза незаметно выскользнули из беседки и вернулись в зал. У дверей они случайно столкнулись с девушкой и парнем.

— Луиза! — окликнул ее парень и схватил за руку. — Простите, я, кажется, ошибся, — отодвинулся он от Луизы убрал руки, заметив, кто держал ее за другую руку.

Она лишь улыбнулась Генри. (Конечно же, это был он, и подмигнула его спутнице).

— Значит, Луиза? — тут же приступил к допросу принц.

— Луиза, — на стала отпираться она. — Просто Луиза, хорошо?

— Посмотрим, — загадочно произнес принц.

— Леодор, вот ты где, — окликнули принца. Он отвлекся, повернулся к друзьям и на миг выпустил руку Луизы…

Друзья плотно окружили принца, рассказывая ему что-то веселое.

“Кажется, наступило время вернуться домой, пока меня не раскрыли… — с огорчением подумала Луиза. — Вот тот момент, когда можно исчезнуть без ущерба для чувства собственного достоинства”.

Не задерживаясь ни секунды, она проскользнула в фойе.

Пока она ждала плащ, нервно крутила пуговицу на лифе и не заметила, как оторвала ее. Пуговица выскользнула из влажных пальцев Луизы и покатилась по полу. Слуги подали ей плащ, но она никак не могла найти пропажу. Совсем близко послышался голос принца.

“Ах, нужно немедленно бежать!” — мысленно воскликнула Луиза и кинулась на выход.

Возвращение домой оказалось кошмарным сном.

10.2

Она хотела прошмыгнуть в каморку, надеясь, что ее не заметили. Напрасно. В коридоре стояла хозяйка, уперев руки в бока.

— Ты смотри, какая красо-о-о-ота!!! — протянула она, презрительно разглядывая Луизу. — Куда уж нам, нищим предпринимателям тягаться с такими. А платье! А пуговки… как сверкают!

Луиза не нашлась, что ответить и попыталась пройти мимо.

— Куда-а! — протянула руку хозяйка, стараясь схватить Луизу, но схватила воздух.

Луизе удалось проскочить к черной лестнице, и она побежала по ступенькам наверх, чтобы скрыться в комнате от злющей хозяйки. Сзади слышалось злобное фырканье и навязчивые шаги.

Она успела войти в комнату, закрыться на щеколду и обессиленно упала на постель за ширмой, но тут же подскочила, услышав, как хозяйка тарабанит в дверь.

— Открой сейчас же, Луиза, — кричала она. — Я все равно открою эту проклятую дверь, у меня есть запасные ключи.

Луиза не отзывалась. Шаги стали удаляться.

“Господи, за что мне это? Или для чего? Что плохого я сделала? И где мой отец? Без его помощи я не справлюсь с этим злобным существом”.

Луиза торопливо снимала с себя наряд. Нет, она не чувствовала себя виноватой. За что? У каждого своя жизнь, и она не обязана подчиняться этой женщине даже если завтра их выкинут на улицу…

Она ни о чем не жалела… о том, что случилось на балу. Это будет самая большая ее тайна — то, что там произошло. Она не расскажет об этом никому, даже отцу.

Луиза сняла нарядное платье, оставила его на постели и надела свое старое. Кинулась ко входу в каморку. На входе Луизу встретила хозяйка. Она открыла дверь запасными ключами и стояла, ухмыляясь.

Генри еще не вернулся, видимо, провожал суженую домой с бала.

Как только хозяйка увидела Луизу, накинулась на нее с упреками.

— Так значит? Мой Генри тебе не пара, значит? Какая черная неблагодарность! — вопила она. — Я столько лет помогала вам, и вот, ты отвергла моего сына…

—- И правильно сделала! — перебила хозяйку Луиза. — Он нашел свое настоящее счастье, дочка мясника любит его…

— Что-о-о! — Глаза хозяйки злобно вращались, но услышав про дочку мясника хозяйка рассвирепела еще больше.

— Ишь, ты, решила моего Генри бросить, я тебе не позволю… — плевалась хозяйка и рыскала взглядом по комнате, что-то выискивая.

Наконец она оттолкнула Луизу и ринулась за ширму. Хозяйка схватила платье и бросилась к пылающему камину.

— Что вы делаете! — закричала Луиза и кинулась спасать платье. Увы, ткань полыхнула синим огнем и обожгла пальцы. — Что вы сделали, — плакала Луиза и размазывала сажу по лицу. — Кто вам позволил так поступать с нами.

— Я позволила… сама себе… — не так уверенно произнесла хозяйка. Она, видимо, сама не ожидала от себя подобного.

— Что вы себе позволили? — в двери появился отец Карло.

10.3

Отец пришел на шум, но слишком поздно. Зеленый шелк на глазах превращался в обугленные лоскуты, черные с искрами тлеющего огня.

Луиза сидела рядом с камином и незряче смотрела на кошмарное бесчинство, и ее сердце обливалось кровью.

— Что здесь происходит? — накинулся Карло на хозяйку. — Как вы смеете находиться здесь без нашего позволения! Покиньте комнату немедленно… — Он указал женщине на дверь.

— Я?! Покинуть?! Да вы в своем уме? — дико засмеялась хозяйка. — Это мой дом… И я вас приютила… — Она задохнулась от злости. — Неблагодарные твари, выметайтесь из моего дома немедленно… — зашипела ядовитой змеей женщина. — Даю вам времени до вечера, чтобы духу вашего здесь не было…

— Куда? — растерялась в первое мгновение Луиза.

— Мне плевать! — взъярилась хозяйка. — Куда хотите! Видеть вас не хочу в моем доме!

— Да, мы уйдем из вашего дома, Луиза, собирайся, — гневно заявил Карло.

Его лицо пошло красными пятнами, и Луиза испугалась за его здоровье. Следующий удар мог быть смертельным.

— И куда вы пойдете, нищеброды, — прошипела хозяйка, — лучше просите прощения и соглашайтесь на мои условия.

Отец сразу сник, понимая безвыходность создавшегося положения, а Луиза, наоборот, воспряла.

Теперь она точно знала, каким будет ее второе желание, и что она нарисует волшебным подарком.

— Нет! — громко воскликнула она. — Мы уходим! Отец, собирайся, — обратилась она к Карло и взяла его руку в свою, нежно пожала, успокаивая. — Будьте любезны, покиньте пока еще нашу комнату, — обратилась Луиза к ведьме, — она оплачена моим трудом, вы не оплатили мне внеочередной выход в таверну… А если учесть, что посетителей было в разы больше и посуды тоже, то эта комната наша еще, как минимум, неделю, но мы уходим… Прямо сейчас. И посмотрим, кому повезет больше.

— Хм, ишь, ты, какая смелая. — Хозяйка, кажется, уже пошла на попятную.

Еще бы. Где она найдет бесплатную работницу, готовую гнуть спину за чашку похлебки и проживание в каморке под крышей? Особенно после того, как дела в таверне пошли в гору?

— Оставьте нас, — настойчиво повторила Луиза и указала женщине на дверь.

— Ну-ну, погорячились и хватит, — проворчала женщина и шагнула к выходу, — сегодня жду тебя в кухне, посуду мыть, — почти миролюбиво произнесла она, фыркнула и покинула комнату, но дверь захлопнула за собой с громким щелчком.

Знай. дескать, кто тут хозяин!

Лестница недовольно заскрипела. По ступенькам застучали сердитые башмаки и послышалось глухое бурчание хозяйки.

— Дочь, что ты наделала? — повернулся Карло к Луизе. — Где мы будем жить… Куда мы пойдем среди зимы?

Его голос предательски задрожал, и Карло бессильно опустился в кресло, в котором долго сидел немощным стариком.

— Папа, все прекрасно, у нас скоро будет свой дом… — уверенно произнесла Луиза. — Ты только не волнуйся и верь мне, хорошо? Возьми с собой только самое необходимое, чтобы можно унести в руках.

Луиза кинулась за ширму собирать свои вещи, но, положив в узел два старых платья и стоптанные башмаки без сил опустилась на жесткую кровать.

А нужно ли брать это все в новый дом? В свою новую жизнь?

Может, стоило начать все с нуля?

Ладно. Пусть будет. Нужно же с чего-то начинать! Да и не все было таким ужасным в их с отцом жизни.

Глава 11

Луиза кинула взгляд на заветный сундучок. Притянула его к себе ближе и открыла крышку. Перебрала пальцами рисовальные принадлежности, несколько нераскрашенных ложек, листы бумаги и краски.

Взяв в руки подарок феи и лист бумаги она поднялась с постели.

Луиза вышла из-за ширмы. Карло держал в руках теплый плед, которым Луиза всегда укутывала его. Он с затаенной тоской смотрел на кресло, но тащить его с собой не представлялось возможным.

— Я замотал в плед нашу посуду и рождественскую композицию, — сообщил он. — Только куда мы пойдем?

— Туда, где будет наш новый дом, — таинственно сообщила Луиза и села за стол.

Отец смотрел с изумлением на действия дочери, но молчал.

Луиза набросала легкими мазками очертания домика и забора и, закусив нижнюю губу, принялась раскрашивать рисунок волшебной кистью.

На бумаге проявлялся все четче новый дом для них с отцом: стены и окна с занавесками и цветочными горшками. Луиза когда-то мечтала выращивать фиалки на подоконниках, но не было возможности.

Черепичная крышу и труба с легким дымком, дверь с колокольчиком в виде подковы. Это на счастье.

Забор и калитка, гравиевая дорожка к дому, палисадник с розами и любимыми ирисами.

Штакетник вокруг дома Луиза раскрасила в синий цвет — цвет моря, которое она мечтала когда-нибудь увидеть.

Она помнила о волшебстве с гребнем для волос и представляла себе внутреннее убранство в домике: мебель и коврики, цветы в горшках на окнах, кладовку со съестными припасами. Кухню и печь с пирогами.

Ей оставалось нарисовать защелку на калитке и можно было заканчивать рисунок.

От напряжения по шее скатилась капля пота. Рядом стоял отец и смотрел на работу дочери. Его лицо казалось растерянным.

Неужели его дочь сошла с ума? Как такое возможно?

Она рисует, а нужно собирать вещи и искать жилье, или идти на поклон к хозяйке.

Луиза остановилась и отложила кисть.

— Отец, не смотри так, я обещала тебе рассказать свою тайну, так вот… Я встретила фею, и она подарила мне волшебную кисть… Вот эту… — Она положила ладонь на магический предмет.

— Ммм, — отец не нашел, что ответить и молча ждал продолжение рассказа. Он знал, что бывают чудеса и волшебницы, но никогда не предполагал, что они могут встретиться на его пути и даже помочь в трудную минуту.

— Мое платье, это первый рисунок… Дом тоже станет реальным, как только я закончу его рисовать. — Луиза подняла лист и покрутила его в руках, любуясь. — Тебе нравится?

Карло кивнул. Луиза удовлетворенно улыбнулась.

— Отец, скажи, а где будет располагаться наш дом, когда он станет реальным? Не в этой же каморке. — Обвела она комнатку взглядом.

Отец отмер. Он вдруг поверил Луизе. Ну нельзя же всю оставшуюся жизнь влачить в нищете и в этой каморке, правда? Должно же когда-то случиться и счастье?

Нужно срочно искать подходящее место для усадьбы.

— Отец, помоги мне, пожалуйста, нам нужно найти в городе место, где поставить наш дом.

— Я знаю, куда мы отправимся, — хлопнул себя по лбу Карло. — Я совсем забыл, старый дурак… Когда-то мы мечтали с матерью о своем домике, даже хотели построить его. Да только денег все время не хватало, но участок у нас имелся, правда, земля принадлежала твоей бабушке, только я не мог претендовать на тот клочок земли, — заявил отец. — Продать я его никак не мог, по завещанию она могла вернуться в королевскую казну, — развел он руками, — только построить дом, а денег не хватало. Прости, дочь… Но если все, что ты говоришь, действительно, может, произойти, то мы можем сейчас же отправляться на городской пустырь. Право владения мы сможем оформить позже.

11.2

Захватив с собой скромный скарб, Карло и Луиза направились к выходу. Луиза вдруг остановилась и вскрикнула.

— Ой, больно, что это?! — через дырку в туфельке в ногу впилось что-то острое. Луиза наклонилась и подняла предмет с пола.

— Это что? — поинтересовался отец.

— Это пуговица с бального платья. Еще одна пуговица…

Луиза незаметно вздохнула и положила в карман сакральный предмет.

Пусть лежит, не выкидывать же? Настоящий изумруд, он может пригодиться в трудное время.

Она отправилась за отцом, убеждая себя, что обязательно справится с чувствами. А пуговка… Пусть она останется напоминанием о прекрасном вечере.

Пусть напоминает о рождественском бале и самом красивом мужчине, в чьем обществе Луиза провела незабываемое время.

Луиза вспомнила поцелуи, что заставили трепетать ее сердце, а колени подгибаться. И голова кружилась, а в зеркальных отражениях сверкали от счастья глаза, и хотелось тихо смеяться. Но тут же пришла боль сожаления и сдавила грудь.

Нет! Я не буду об этом думать, не сейчас…

Луиза с усилием откинула грустные мысли в сторону.

— Идем, папа, скорее…

Они спустились по скрипучей лестнице, мечтая никого не встретить на пути. Не тут-то было, судьба распорядилась по-своему.

На выходе их встретил улыбающийся Генри. Он только вернулся с бала и еще находился под впечатлением праздничного мероприятия.

— А вы куда? — глядя с недоумением на баулы со скарбом, почесал он затылок.

— На кудыкину гору, — с улыбкой ответила Луиза. — Мы решили поменять место жительства. Нам предложили неплохой вариант и новую работу. — Луиза неестественно улыбнулась Генри и предостерегающе посмотрела на отца.

— Я могу помочь, — протянул он руку к сундучку Луизы и попытался взять его.

Луиза отстранилась.

— Нет-нет, нам недалеко, — как можно увереннее произнесла она. Набрав полную грудь воздуха, продолжила: — Генри, я не знаю, встретимся ли мы еще, но я желаю тебе только хорошего, и… не отказывайся от своего счастья… Вот…

Луиза увидела знакомую карету. Буквально в десяти шагах стоял возница в ожидании пассажиров. Заметив внимание Луизы, он приподнял шляпу в приветствии.

— Нас ждут, — Луиза кивнула на прощание Генри и решительно направилась к карете.

— Вы не могли бы нас отвезти в место, которое укажет мой отец? — обратилась она к возничему.

— Да, милая леди, я к вашим услугам, — кивнул мужчина.

— Только у нас пока нет денег, вернее, есть всего пара монет, но я обязательно расплачусь, как смогу…

— Не стоит волнений, я согласен взять вместо платы еще одну вашу волшебную ложку. — Возничий открыл дверцу перед Луизой и кивнул Карло, приглашая его занять место на кОзлах.

— Благодарим. — Луиза заняла место в карете.

Через несколько долгих минут они оказались на окраине города.

Впереди виднелось огромное поле с поземкой, несколько разбросанных домов и недостроек, вдалеке — лес.

Крайняя городская улица закончилась в версте от этой поляны. Здесь вскоре должен был появиться новый жилой район. Вокруг виднелись фундаменты, которые по теплу должны были превратиться в новые дома. Все обещало, что скоро здесь вырастет город-сад.

— Вы не ошиблись? — спросил возничий. — Это точно то самое место, что вы искали?

— Да, не волнуйтесь, все в порядке, — ответила Луиза, — я очень прошу вас сохранить в тайне все, что вы для нас сделали, мы в порядке, у нас все хорошо, поверьте, — стала уверять возничего Луиза.

Карло молча слез с козел и стал рядом с дочерью.

Возничий недоуменно покачал головой.

— Я вернусь сюда через пару часов, — сказал он, — надеюсь, вы еще не замерзнете.

Возничий запрыгнул на кОзлы и прикрикнул на лошадь. Карета тронулась. Вскоре она скрылась, и от нее не осталось и следа, снежная поземка тут же все замела.

По одному известному ему ориентиру Карло нашел нужный участок. Из-под снега виднелся недостроенный старый фундамент.

— Здесь, — остановился он, вытаптывая полянку в сугробе.

Окоченевшими пальцами Луиза открыла сундучок и достала рисунок, но на морозе кисть никак не хотела рисовать защелку на калитке. Луиза отогревала замерзшую волшебную щетину и елозила по нарисованной калитке.

Наконец, все получилось. Она закрыла глаза и представила себе то, что рисовала сегодня весь день.

Когда она открыла глаза, перед ними стоял домик. Он был точь-в-точь, как на рисунке, даже еще лучше, потому что настоящий. Луиза неуверенно открыла защелку на калитке и вошла во двор.

— Отец, теперь нам не нужно ютиться в тесной каморке под крышей, — обняла она отца. — У нас есть свой дом.

Глава 12

Как же прекрасно жить в своем доме!

Это было неожиданное счастье. Луиза и Карло в первое время не верили в свою удачу, но постепенно привыкли.

Возничий, как и обещал, приехал через два часа и был приятно удивлен, что на пустыре появилась новая усадьба.

Он повидал за свою длинную кучерскую жизнь всякое и встречал на своем пути не раз и настоящее волшебство, и обычное человеческое участие, поэтому теперь он иногда навещал старика и дочку, привозил необходимые продукты и столичные новости, пил чай с пирогами, что так искусно пекла Луиза, и вообще, помогал им, чем мог.

За окном мела метель, розовые кусты под пушистыми снежными шапками напоминали, скорее, сказочных человечков в белых одеяниях.

А в доме топилась печь, пеклись пироги, томилась каша. А на окнах цвели яркие фиалки и душистые пеларгонии.

Однажды возничий поделился очередной новостью, что слышал от знакомого королевского сыщика.

— Наш принц ищет таинственную девушку, покорившую его сердце на ежегодном благотворительном балу, — чуть прищурившись, посмотрел он на Луизу. — Незнакомка сбежала во время бала, и теперь принц разослал по всей стране королевских сыщиков. Ее ищут, оказывается, уже два месяца. Известно только, что ее имя такое же, как ваше, Луиза.

Под пристальным взглядом мужчины, Луиза внутренне сжалась, а внешне осталась спокойной.

— Радуюсь счастью этой девушки, — не нашлась она ответить ничего лучше и постаралась найти себе занятие, чтобы не отвлечься.

В последние дни Луиза увлеклась модной в нынешнем сезоне техникой плетения ручного кружева — фриволите. Она взяла челнок и нитки, села в кресло ближе к свету: волшебной неиссякаемой лучине, и продолжила плести двойные узлы с пико.

От волнения пальцы не слушались, и нитка все время путалась.

“Вот же невезение, видимо, мне придется плести этот узор поново”, — рассердилась на себя Луиза, но упрямо продолжала плести “абракадабру”, улыбаясь на подозрительные взгляды возничего и отца.

Гость уехал, а Карло задумчиво смотрел на дочку и наконец не выдержал, заговорил:

— Луиза, я не знаю, что произошло на королевском балу, но, поверь мне, старому отцу, повидавшему на своем веку много всякого чуда…

— О чем ты папа? — не поднимая головы от рукоделия прошептала Луиза.

— О той девушке, о счастье которой ты теперь радуешься…

— Но я действительно радуюсь, отец, ты же знаешь, зависть, это огромный грех, и я никогда не завидую чужому счастью…

— Так уж и чужому, дочка? — Карло прищурился, глядя на упрямую дочь. — мне почему-то кажется, что разговор шел о тебе, Луиза, это тебя ищет принц…

— Почему ты так думаешь? Где я и где принц, папа? — на глазах Луизы появились слезы.

Оказывается, она только прикрывалась, что желает рукодельничать, а на самом деле ей хотелось поплакать и поделиться своим маленьким секретом с кем-нибудь.

А с кем еще можно поделиться самым сокровенным, если не с родным отцом? С самым близким человеком, что был в этом мире.

— Ну и что, что принц? Он обычный человек из плоти и крови. Да, он будущий король, но тоже достоин счастья, и я уверен, что ты для него прекрасная партия, несмотря на нашу бедность. Да и не бедные мы с тобой! — воскликнул он. — Мы богаты в этой жизни, потому что у нас есть дом и пища, ведь многие лишены и этого, но главное, что в нашем доме поселилось подлинное счастье и благополучие, и если ты поделишься ими с принцем. то я буду самым счастливым человеком в этом мире. Ведь и ты будешь счастлива рядом с ним, как он с тобою.

— Отец, почему ты так решил?

— Что?

— Что он будет счастлив рядом со мною? Ты же его совсем не знаешь?

— Я знаю его отца и мать, — уверенно заявил Карло, — у таких великодушных правителей не мог вырасти бездушный сын. Но это не главное, важно то, что он ищет тебя, и найдет. И тогда что ты ему скажешь? Почему убежала и прячешься?

— Что-нибудь скажу, — заупрямилась Луиза, — пора спать, уже поздно.

12.2

Тем временем в таверне происходили непонятные вещи. Хозяйка обнаружила, что работники на кухне подворовывают продукты.

Она разозлилась и прогнала их, а вместе с ними и хорошего повара, взяв на его место нечистоплотного человека. Зато тот согласился на меньшее жалование. но готовил из рук вон плохо.

Посетителей становилось меньше. К тому же, многие интересовались исчезновением Луизы.

Часто звучали вопросы: “А куда подевалась ваша милая подавальщица? А где наша любимица — Луиза?”

Деньги таяли, хозяйка беднела. Она спешила поскорее женить сына на дочке мясника, но отец девушки уже не сильно мечтал породниться и присматривался к более завидным женихам.

Тогда хозяйка решила продать изумрудную пуговицу, что нашла в комнате неугодных постояльцев. Она вытрусила из камина оставшийся пепел, просеяла его и обнаружила еще две пуговицы. Не долго думая. хозяйка пошла в лавку ювелира и предложила дорогую вещь.

Ну откуда было знать нищавшей женщине, что все ювелирщики в столице и стране давно предупреждены о подобной пуговице.

Когда Луиза поспешно сбегала с королевского бала, то одна пуговица закатилась за вазу около гардероба. Это была одна из крошек, по которой принц искал понравившуюся девушку. Он дал поручение королевским сыщикам найти Луизу.

Хозяйку привели в здание управы и допросили. Она ни в какую не хотела признаваться, где нашла пуговицы.

— Пуговица валялась на мостовой перед таверной, — утверждала она, но бегающие глаза и поджатые губы выдавали вранье. — Там я ее и нашла, — хозяйка таверны не признавалась.

— А вторую тоже нашли на улице? — иронизировали сыщики.

— А эту в зале под столом, когда полы мыла полы, — доказывала упрямая женщина. — Я бедная и дохода в моем заведении совсем нет, обнищали люди, нет у них лишних денег платить за вкусную еду. Мне приходится мыть полы в своем заведении, — жаловалась она, намекая сыщику.

Сыщик оказался смекалистым. Он сразу понял, как нужно договариваться со сварливой теткой.

— На, возьми, — положил он перед ней серебряную монету. — Говори, где хозяйка пуговиц? Ее же зовут Луиза?

— Три…

— Что три?..

— Три таких монеты… А лучше пять, — напыжилась хозяйка таверны и прикрыла на миг глаза.

Сыщик закашлялся, поражаясь хватке женщины.

— Пять? — наконец успокоился он и переспросил, добавил в голос суровости.

— Ну ладно, три хватит, — понимая, что может остаться с носом, согласилась женщина.

Боясь, что может и этого лишиться, затараторила:

— Девушку зовут Луиза. Они с отцом нищеброды, ложками торговали деревянными, все считали их волшебно красивыми, — передернула она от злости плечами, — жили в каморке под крышей, но недавно переселились в другое место. В какое — не знаю… Не докладывались…

Сделка состоялась. Три серебряные монеты перекочевали в карман интриганки, а сыщик отправился искать людей, кто знал резчика дерева по имени Карло и его талантливую дочь.

Хозяйка вернулась домой и от злости накинулась на сына.

Впрочем, Генри изменился. Он уже не обращал внимания на злобные материнские выпады. Где-то даже жалел ее.

Он выглянул на улицу и увидел остановившуюся невдалеке карету. Вспомнил, что именно на ней уехали из их дома Карло и Луиза.

Генри подошел к возничему.

— Скажите, как поживают Карло и Луиза? — спросил он.

— Я не знаю молодой челов…

— Вы можете мне ничего не говорить, — перебил Генри возничего, — просто передайте от меня им добрые слова и скажите Луизе, что ее ищут… Он протянул изумрудную пуговицу возничему. — Передайте Луизе, это я нашел в камине.

— Спасибо милый юноша, — ответил возничий и взял пуговицу — Еслия вдруг встречу их, то обязательно передам от вас привет.

Мужчина проводил задумчивым взглядом Генри, залез на облучок и отправился в королевский дворец.

Глава 13

Зима уже была на исходе. Горожане вовсю готовились к встрече весны. Украшали площадь для проведения традиционного праздника. Расставляли столы для ярмарки. Строили высокую сцену для местных и заезжих артистов.

Луиза и Карло с утра до ночи занимались любимым делом: Карло вытачивал, а Луиза разрисовывала изумительными узорами отцовские изделия.

Возничий был частым гостем в их доме. Однажды он привез Луизе изумрудную пуговицу.

— Это передал ва юноша из таверны. Он говорит, что нашел ее в вашей комнате, — заявил он, держа предмет на раскрытой ладони. Я где-то уже видел такую, но не припомню, где именно. — Он вздохнул и передал пуговицу оторопевшей Луизе.

— Да, это пуговица с моего платья, — смутилась Луиза. Мало ли что мог подумать почтенный мужчина. Спасибо, что вернули. — Она взяла пуговицу и спрятала в кармане фартука. — Я очень прошу вас никому не рассказывать про нее, — попросила она возничего и смутилась еще сильнее.

— Нет, нет, что вы, я не собирался рассказывать кому-то чужие тайны, — уверил он Луизу.

Возничий иногда заказывал ложки для своих знакомых, чем очень выручал отца и дочку, поэтому средств на жизнь хватало.

Зимой Карло и Луиза готовили партию товара для продажи на большой ярмарке. Они очень надеялись, что спрос на их ложки по-прежнему будет высоким и они смогут вновь наполнить кладовку продуктами, только уже без волшебства.

— Отец, — обратилась однажды вечером Луиза к Карло, — может, я нарисую деньги? Много денег, и мы не будем нуждаться ни в чем до конца своих дней?

— Нет, дочка, не трать удивительную возможность, поверь, наступит момент, когда твое волшебство пригодится сильнее, чем деньги. А деньги на жизнь мы заработаем сами. Ведь у нас с тобой есть прекрасное ремесло, которое дарит людям радость.

Волшебную кисть Луиза спрятала до лучших времен.

В палисаднике вовсю цвели первоцветы. Они высунули свои прекрасные бутоны прямо из-под снега: подснежники, пролески, фиалки.

Луиза часто любовалась цветами и, вдохновляясь, создавала великолепные узоры.

— Ах если бы я решилась пойти на праздник и снова встретиться с принцем! Неужели он бы меня не узнал?

Когда Луиза произносила эти слова, ее сердечко начинало биться, а щеки горели от прилива крови. Она не могла забыть поцелуй и нежные прикосновения принца во время танца. Не могла и не хотела.

Дело в том, что в городских гуляниях всегда участвовала вся королевская семья. Луиза очень боялась встречи с принцем. Боялась и желала. А еще она была немного разочарована, что принц до сих пор ее не нашел.

“Если бы хотел, уже разыскал, — думала она, — для королевской власти ведь нет ничего невозможного, стоит только захотеть”.

Луиза любовалась на цветы в палисаднике, когда рядом с домом остановилась придворная карета с королевским вензелем на дверце.

13.2

С козел соскочил возничий и открыл дверцу. Из кареты вышел почтенный господин в расшитом камзоле. Луиза узнала в мужчине распорядителя бала.

Ах, как затрепетало ее сердечко. Задрожали руки, и она спрятала их под фартуком.

Неужели! Неужели он приехал по ее душу? Наконец-то.

Мужчина степенно подошел к заборчику, заглянул через низкий штакетник и обратился к Луизе:

— Скажите, девушка, вы не знаете, говорят, где-то здесь живет деревщик Карло с дочкой, не подскажете, где их найти? — обратился он к Луизе.

— В этом доме они и живут, — поправила упавший локон Луиза и отвернулась, стараясь спрятать пунцовое лицо, — а я его дочь. Что вы хотели?

— У меня заказ на волшебные ложки к народным гуляниям, и есть один щекотливый вопрос к старику.

— Проходите, — пригласила Луиза неожиданного гостя.

Как же здорово, что они с отцом заранее позаботились и приготовили ложки!

Карло встретил распорядителя с распростертыми объятиями. Луиза даже удивилась, что у отца имелись такие знакомые.

Старики разговаривали как старые друзья.

Неожиданно гость достал из кармана карточку и показал Карло.

— Чуть не забыл, по всему королевству ищут девушку, у которой есть платье с такими пуговицами.

Луиза взглянула на снимок и опешила. На снимке были изображены две изумрудные пуговицы с ее платья.

Отец задержал дыхание и посмотрел на побледневшую Луизу.

Распорядитель же не заметил взгляд и увлеченно продолжил рассказывать:

— Принц не может никак успокоиться после благотворительного бала. Он познакомился с необыкновенной девушкой и влюбился. Он ищет ее по всему королевству, но ее след пропал. Все, что осталось, вот это: две пуговицы. Говорят, что одну незнакомка обронила на балу, а вторую обнаружили королевские сыщики на черном рынке, но найти хозяйку платья не удалось. Карло, если ты вдруг что-то узнаешь, дай мне знать по старой дружбе. — Распорядитель подмигнул старику и повернулся к полыхавшей радостью Луизе.

— Мне кажется знакомым ваше лицо, милая девушка, вы точно не посещали благотворительный бал в этом году?

— Отчего же, — не стала отпираться Луиза, — посещала и даже танцевала несколько раз с принцем.

— Так это были вы? Луиза? Я не ошибся, — воскликнул распорядитель. — А где же ваше платье?

— В надежном месте, — не растерявшись, заявила Луиза.

Ну а что? Она же не врала, но и не признавалась, что платья уже нет, что оно сплавилось в камине, в каморке под крышей одной городской таверны.

Кажется, это случилось так давно, будто в другой жизни. а ведь прошло всего три месяца.

— Тогда милая барышня, ждем вас завтра на народном гулянии. — Распорядитель поклонился привычным движением. — И я буду рад увидеть вас в том самом платье. Принц, думаю, тоже.

— Да, хорошо, я всенепременно буду… — в горле Луизы запершило, и она поспешила проводить гостя.

Весь оставшийся день Луиза рисовала платье. Снова. То самое. Ведь если ты настоящий художник и нарисовал такое платье, то сможешь нарисовать его еще раз, и еще много раз. хоть с закрытыми глазами…

Она не забыла, что на платье не хватало две пуговицы, но не стала портить наряд. Не хотелось выглядеть неряшливо, даже если была заветная цель.Она не собиралась ни от кого скрывать, что ей помогла фея.

Как только Луиза завершила рисунок, нанесла последний мазок, закрыла и открыла глаза… Перед ней появилось красивое зеленое платье. Оно походило на первое, но немного отличалось цветом. У Луизы не оказалось в тот момент нужной краски, а покупать новую не было времени.

— Ты решила побороться за свое счастье, дочка? — В комнату вошел отец.

— Да, папа, почему я должна от него отказываться? А вдруг принц также несчастен как я? Я не имею права делать несчастными себя и других.

Глава 14

На следующий день после полудня Карло и Луиза пообедали. Дочь убрала со стола посуду и присела на стул, затихнув.

Что ждет ее на гулянии? Справится ли она с тем, что задумала?

— Ну что ж, — произнес отец после слов благодарности за вкусную еду, — тебе пора собираться в дорогу, только как ты отправишься в город?

Ответом послужил лошадиный храп за воротами дома и скрип дорожной кареты.

Луиза выглянула в окно.

Их друг-возничий словно чувствовал, что нужна его помощь, и прибыл в гости к Карло.

— Я встречу, — произнесла Луиза и устремилась на улицу.

Казалось, она оттягивала тот момент, когда нужно наряжаться и отправляться на праздник.

Но не успела она дойти до калитки, как следом за городской каретой остановилась еще одна. Породистые жеребцы недовольно храпели, упираясь мордами в пыльный облучок простой кареты.

Карета, в которую они были запряжены, была не обычная дорожная, а роскошная королевская.

Витиеватые вензели, указывающие сплетением букв на древнюю династию, правившую их страной, не позволили девушке ошибиться.

— Наверное, распределитель решил заказать еще ложек, — произнесла она себе под нос, успокаивая участившееся сердцебиение и пытаясь восстановить дыхание.

Но когда из кареты вышел пассажир, Луиза схватилась рукой за заборчик. Ее ноги подкосились, и она чуть не упала.

Да, это был принц.

Сегодня утром распорядитель не удержался и рассказал ему о девушке очень напоминающей представленную им на королевском благотворительном балу.

— Мы сейчас же отправляемся за город, — приказал принц в ту же минуту.

— Ваше высочество, позвольте дать вам мудрый совет, — попытался распорядитель остановить принца, — давайте дождемся народных гуляний и удостоверимся, что это именно та, кого вы ищете. Она обещала явиться в том самом платье. И пуговицы…

— Нет, я не стану ждать ее появления, — резко ответил Леонард, — слишком долго я ее ищу. А если это окажется совсем другая девушка, я просто извинюсь и продолжу поиски своей. — Он усмехнулся и приказал подать ему карету.

Запрячь лошадей и подать экипаж к воротам королевского дворца оказалось делом десяти минут. И вот принц вышел из кареты, спрыгнул на землю и увидел ту, что пленила его сердце.

Не мешкая, Леонард стремительно прошел к Луизе.

Луиза стояла, ее ноги словно окаменели, но она улыбалась принцу, и слезы радости выступили на ее глазах.

— Милая Луиза, — остановился принц напротив нее, — как же долго я вас искал… И нашел. — Принц опустился на одно колено и протянул ладонь, в которой лежали две изумрудные пуговицы. — Приглашаю вас на сегодняшнее гуляние и надеюсь на ваше доброе ко мне расположение.

Луиза подала в ответ руку, не в силах вымолвить ни слова. Драгоценные камни холодили ладонь. А в душе бушевал огонь.

Так неожиданно все случилось, она не успела подготовиться к подобному потрясению.

За ее спиной послышался шум: это отец вышел из дома.

— Приглашаю всех на городской праздник, — произнес принц, вежливо склонив голову, и потянул Луизу за руку.

— Нет, нет, погодите, — наконец отмерла Луиза. — Мне нужно сменить платье.

Она смутилась, мельком оглядев свое простое платье фартук.

— Я подожду, — ответил принц и отпустил руку.

Стоит ли рассказывать, как Луиза спешно надевала платье и приводила в порядок волосы? А волшебные гребни сразу превратили ее прическу в сказочно прекрасную?

Луиза не успела удивиться, что отец стоял у первой кареты в добротном сюртуке, а рядом с ним примостилась та самая фея, что помогла ей когда-то.

Королевская карета быстро доставила их с принцем на городскую площадь, где их встретил радостными криками народ.

Во время мероприятия Леонард познакомил Луизу с родителями.

— Матушка, отец, — обратился он к королю и королеве, — позвольте вам представить мою Луизу.

И было в этом “мою” столько тепла и любви, что у Луизы защемило сердечко, и из глаз посыпались слезы счастья.

— Ну что ты плачешь, дорогая моя Луиза, — обнял ее Леонард, — мы же вместе, и нас теперь ничто не разлучит.

А после праздника… После праздника принц попросил Луизу стать его женой.

— Луиза, я прошу вашу руку и сердце, — стал он на колено, как только они оказались одни в павильоне с цветами. — Я давно люблю вас, полюбил еще тогда, на королевском балу. Я увидел вас и потерял покой, а тот поцелуй в беседке был самым сладким в моей жизни… и теперь только в ваших силах подарить мне счастье. Скажите, Луиза, вы выйдете за меня?

В глазах Леонардо светилось искреннее чувство, когда он ждал ответ Луизы.

— Милый Леонард, — тихо ответила Луиза, — Я давно и бесповоротно отдала свое сердце вам, еще тогда, на балу, я счастлива ответить вам взаимностью и принимаю ваше предложение.

Принц, не мешкая, надел на палец Луизы семейное помолвочное кольцо, что ему принесли из королевской сокровищницы в спешном порядке.

А через месяц состоялась роскошная королевская свадьба. И через год Луиза родила первенца, следующего наследника трона.

Когда умер король, на престол взошел Леонард.

Луиза была хорошей королевой доброй и заботливой. Народ полюбил ее за кроткий нрав и умение сострадать.

Генри все-таки женился на дочке мясника и прожил долгую счастливую жизнь, воспитав пятерых детей. Его матушка доживала старость при детях. Ее нрав уже не был таким вредным. Внуки смягчили ее. Она часто сидела в каморке у того самого камина, качалась в кресле и рассказывала внукам сказки.

Отец Луизы, Карло жил во флигеле за городом и до самой смерти резал волшебные ложки.

Фея сдержала свое слово, у него случилась достойная старость. А сама она теперь жила с Карло и разукрашивала ложки своей волшебной кистью, что вернула ей Луиза.

Ну кто-то же должен был это делать? Почему не она?

Вот и сказочке конец, а кто слушал - МОЛОДЕЦ!