Контрафактор или какое на вкус мясо у русалки

Глава 1 ЛуКа

Глава 1. ЛуКа.

7568 год от сотворения Мира. Город Му-Рино.

– Извращенец, нахал, держите его! – Истошные женские крики пронзили тишину города. Обычно спокойный и тихий, он загудел, как растревоженный улей. Из городской бани выскочили две раскрасневшиеся тетушки и продолжили истошно кричать.

– Стража, стража, помогите!

Несколько городских стражников уже бежали на крики, а в противоположную от них сторону убегала худая фигурка, закутанная в темный плащ. Злостный нарушитель спокойствия бежал в сторону городских ворот. И вот, когда до спасения оставалось несколько метров, выход перекрыл бородач на лошади. Попался.

– Ну и навел же ты суеты! – суровый начальник городской стражи исподлобья смотрел на сидевшего напротив мальчишку – гормоны взыграли, подглядывал?

– Да что вы такое говорите, уважаемый городничий? – мальчишка испуганно смотрел на сурового бородача – мне всего двенадцать, да и слово то незнакомое. Гор-мо-ны, – повторил он по слогам, – заморское? А что оно значит? Я сирота, словам мудрым не обучен. Мальчишка громко шмыгнув носом, вытер лицо грязным рукавом старой, сшитой из грубой рогожи рубахи.

Страж с подозрением посмотрел на задержанного.

– Какой раз ты мне уже попадаешься?

– Третий, – моментально ответил мальчишка.

– Третий?

– Ну, третий, после тех пяти…

– Пяти?

– Которые были после тех – парень задумался, – десяти…

– Вот именно! – подскочил страж – с начала года ты попадаешься мне восемнадцатый раз! В баню то чего полез?

– Так ясно, чего! – в глазах парнишки отразилось непонимание – помыться, четверг же. Городничий устало потер виски. Эта путаница его порядком раздражала. Четверг и правда был мужским днем, но завтра начинается первый месяц осени – Айлет, все женщины уйдут на сбор урожая, а значит, в этот четверг баню отдали им. И если бы мальчишка вошел, как положено, через дверь, то вахтенный бы его не пропустил.

– А в окно зачем полез, окаянный? - спросил. И как только смог? – подумал уже про себя. Хоть мальчишка и кутался в драный, поношенный плащ, городничий прекрасно знал, что у того нет части правой руки.

– Так ясно, чего! Вход то пять энергокамней низшего сорта стоит, а нет у меня их. Дед то говорит в ручье мыться, а вы правильно заметили, завтра осень, холодрыга. А вы что подумали? Что я туда подсматривать полез?! – возмущенно воскликнул мальчишка – Может, вас и привлекают голые груди старухи-процентщицы или толстенные ноги дочери булочника, но я-то – ребенок.

При упоминании этих двоих городничий вздрогнул. Именно эти особы полуголые выскочили на улицу и особо настойчиво требовали поймать виновника. Одна – с целью получения денежной компенсации, а вторая – с целью обретения нового мужа. Седьмого, или восьмого по счету?

– Ну, ты же понимаешь, что плата это необходимо. Подогрев воды, инвентарь, очищение – все это требует расходов.

– Конечно, я все понимаю, – мальчишка вскочил со стула, – господин владелец бани свою пятую машину уже полгода не менял, а я его фактически ограбил. Готов понести самое суровое наказание. И нахохлившись, как воробей, «арестант» прошел в зарешеченную камеру. Громко захлопнув за собой массивную дверь. Вот же паразит.

– Посижу у Вас дней пять, в тепле, – бубнил он себе под нос, – вы ж, наверное, еще и покормите, три раза. А то дома печь с месяц не работает. Только вот просьба у меня, последняя, – он просунул через решетку небольшой мешочек. – Тут травы да коренья. Сам собрал. Отнесите моему дедуле, приболел он нынче. Только сперва отвар приготовьте, сам-то он не сумеет. Осерчает, конечно, что лекарю платить придется, но закон у нас суров, а для тех, кто не имеет достаточно энергокамней, еще и неотвратим.

Встретиться с рассерженным стариком КоЗу – то еще удовольствие, – городничий поморщился. Этот древний старик вселял страх во всех жителей городка. Даже староста его боялся, хоть и был опытный воин, между прочим, два прорыва пережил. Да и сам мальчишка, при всей своей кротости, мог свести с ума любого. Чего только стоят эти его вечные разговоры про русалок. Бррр…

– Слушай, ЛуКа, я тут подумал, закон конечно суров, но здоровье деда важней, я тебя отпущу на этот раз.

– Да как же так можно? Вы же наш доблестный страж правопорядка, при упоминании вашего имени все преступники….

– Я понял, понял, не продолжай, вот, – бородач протянул мальчишке мешочек, – тут десять энергокамней низкого качества. Беги скорей домой. Почините печь да приготовьте себе горячий ужин с мясом.

Глаза мальчишки заблестели.

– С мяяяя-ском, – прошептал он дрожащими губами и, сглотнув слюну, крепко схватил протянутый ему мешочек.

– Никогда мы с дедом доброты Вашей не забудем, да на все праздники свечки за здравие ставить станем и песни хвалебные петь.

– Иди уже, окаянный. И больше не хулигань.

Городничий еще какое-то время смотрел в след мальчишке. Жаль его. Малолетний калека, рос без отца и матери, в школу не ходил. Живет на руинах старой академии. А теперь еще и о больном старике заботиться должен. Его опекун характер имел скверный, даже злобный, и видно, что мальчишку держал в строгости. Поговорю со старостой, может, найдем ему новую семью…

- Ой-ой – о́юшки, это было опасненько. Женщины – страшные существа, столько шуму навели. ЛуКа со всех ног бежал по темному лесу.

Не окажись городничий таким добряком, пришлось бы вырубать его магической пулей. А этого делать не хотелось, ведь сыскной воевода уже заинтересовался им, и показывать свои возможности без особой нужды точно не стоило. Хочешь выжить в дикой природе, прикинься хищником, – любил повторять старик, – а для выживания среди людей надо притворяться маленьким ягненком.

Впереди показалась гора. Наконец-то добрался. Солнце уже клонилось за горизонт, а это значит нужно ускориться. Внимательно оглядевшись по сторонам, ЛуКа полез в густые кусты терновника.

В таких местах только стукачей закапывать, – подумал он в очередной раз, поцарапавшись об острый шип, – а услышав крик о помощи, со всех ног бежать в противоположном направлении, ведь по любому это будет ловушка.

«Академия СоРаН» – гласила надпись на огромной, старой каменной стеле. Она уже три тысячи лет лежала на земле и значительно заросла кустами. Сняв с шеи медальон, ЛуКа воткнул медный кругляш в едва заметную щель, хитроумно замаскированную в высеченном на плите орнаменте. Синие разряды пробежали по поверхности медальона и стоящий неподалеку постамент, с остатками какой-то статуи, слегка сдвинулся, открыв небольшой проход на длинную лестницу. Три тысячи ступеней вверх – было очень весомым аргументом, чтобы отвадить от их жилья незваных гостей.

Сняв с себя старое тряпье, под которым оказался вполне хороший спортивный костюм, запрятал «маскировочный комплект» в одну из расщелин. Надев на ноги специальные браслеты, облегчающие подъем, сделал пять глубоких вдохов и, выровняв дыхание, побежал наверх.

Угрюмое, заброшенное место. А ведь три тысячи лет назад, до первого прорыва, академия СоРан была лучшей не только на континенте, но и одной из ведущих на всех пяти материках. Миллионы внешних учеников бились за право попасть во внутреннее учение, но получалось это не более чем у десяти тысяч, и только первая сотня, показавшая невероятный прогресс, становилась элитой академии. Конечно, с того времени изменилась не только академия, весь мир стал другим.

– Ты опоздал, – скрипучий голос старика пронзил тишину старого зала. – Принес?

– Принес, – ЛуКа протянул мешочек с камнями, и костлявая рука моментально схватила его.

– Этого мало, – прошипел старик, ссыпая камни на поднос, – с каждым разом ты приносишь все меньше, а значит, вскоре тебя убьют.

– Пусть так, – ЛуКа сел на деревянную лежанку. – Магии в мире становится все меньше, и даже камни низшего уровня раздобыть все сложнее. За работу чаще всего дают деньги или продукты.

– Мне нет до этого дела, если энергии камней не хватит, ты не сможешь сдержать оборот, зверь вырвется наружу и снова начнет убивать. И когда это произойдет, горожане объявят на тебя охоту, а сыскари прикончат вышедшую из-под контроля псину.

– Знаю, но появились небольшие обстоятельства, – ЛуКа взял в специальной нише вмонтированную в стену цепь и, обмотав ее вокруг талии, защелкнул на звеньях несколько навесных замков, в каждый из которых он вставил по паре энергокамней. Ту же процедуру он проделал с обеими ногами.

– Обстоятельства у него, – пробурчал старик, защелкивая на худой шее мальчика тяжелый металлический обод. Вся его внутренняя сторона была утыкана острыми шипами, в которые он тоже вставил по камню. - Вот однажды, попадешься из-за своих обстоятельств. Тебя пристрелят.

ЛуКа и сам понимал, что ходит по грани.

Первый раз это произошло с ним четыре года назад, на его двенадцатый день рождения. Во сне он увидел два желтых светящихся глаза. Они смотрели на него из темноты.

Сон пугал, но по-настоящему страшно стало после. Мальчик проснулся посреди леса, совершенно голый, и весь измазанный кровью. В небе светила круглая, кроваво-красная луна, а вокруг места страшного пиршества были отпечатки звериных лап.

В следующий раз это повторилось через полгода. ЛуКа очнулся в сарае среди тел мертвых кроликов.

Еще через полгода, в первое полнолуние после летнего солнцестояния, кошмарный сон повторился. Только теперь из тьмы появилась еще и пасть со сверкающими кинжалами хищных зубов. А позже случился и жестокий пир. Только в этот раз рядом с Лукой лежало два мертвых тела. Точнее то, что осталось от двух мужчин, разорванных буквально в клочья.

Первое полнолуние после летнего и зимнего солнцестояния – таков был день оборота. Только вот подтвердить это удалось ценой жизни еще одного человека.

На этот раз жертвой оказалась маленькая девочка – дочь главы купеческой гильдии. В Новогоднюю ночь она вышла во двор загородного дома и попала в когти разъяренного хищника.

Именно тогда на вершине горы впервые появился сыскной воевода. Маг Стадии Культивации Корня, четырнадцатая ступень, 4 серебряный уровень. В настоящее время это было невероятное достижение. Магов такого уровня по всей стране было не больше десятка.

Он проводил расследование, искал монстра. Тогда старик и убавил возраст ЛуКи, заявив, что мальчику не 14, а только 10, в этом возрасте он не мог быть подвергнут магическому допросу. Сам же КоЗу допрос прошел без каких-либо проблем.

– Ты помнишь, что на днях должен придти сыскарь. Тебе в этом году «исполнилось двенадцать», а значит, он может подвергнуть тебя магическому допросу.

– Я помню, – ЛуКа вставил покалеченную руку в круглое отверстие в стене, – если переживу сегодняшнюю ночь, с удовольствием с ним пообщаюсь.

– Вот, выпей это, – сухая, сморщенная рука поднесла к губам парня небольшой флакон. ЛуКа выпил содержимое одним глотком, есть хотелось очень. Странное чувство легкости мгновенно охватило его.

– Что это?

– Е123 и Е510 – экстракт корня Баюна и Беладонны.

Парень усмехнулся. Почувствовав странный прилив радости, подумал, что это тонизирующая настойка, а оказался очередной яд.

Пес появился по «расписанию». Желтые глаза, горящие во тьме, хищный оскал, и впервые из тьмы показалась лапа. Мощная, покрытая серебряной шерстью и увенчанная острыми лезвиями когтей.

– Знаешь, сколько животных регулярно погибает из-за того, что скалятся в неподходящий момент? – ЛуКа, как мог, пытался сохранить рассудок. Зверь, так бесцеремонно вторгающийся в его сон, не должен взять верх. Магия тонкой, едва заметной струйкой потекла по цепи, опустошая резерв энергокамней. Камней и правда удалось собрать совсем немного. Их хватило только для подпитки самых важных энергоузлов. Мало, ведь с каждым разом псина становилась лишь сильнее.

Острые иглы ошейника впились в шею, оборот вот-вот случится, если это произойдет, остается надеяться только на то, что цепи удержат зверя.

Глава 2 ДиМо

Глава 2

–…… и этого не следует бояться.

– Вот, я еще мусора не боялся, – раздался за дверью скрипучий голос старика.

– Что ты сказал? – в интонации сыскного воеводы, а это был именно он, появились гневные нотки.

– Я говорю, а чего мне бояться, доблестного работника МУРА? – изменил «показания» старик. Родной МЕНТ нас бережёт, ловит, сажает, потом стережёт…

– А Вы могли бы ускориться, мы уже достаточно долго идем, а у меня на сегодня запланировано много дел.

– А Вы могли бы не являться без предупреждения. Вот тебе небольшой тест, на умственные способности. 7 утра – это хорошее или плохое время, для того, чтобы явившийся без приглашения мудила начал барабанить в твою дверь.

– Как ты меня назвал?

– Я говорю, явившийся без приглашения мужчина начал барабанить в твою дверь. Старик явно тянул время, это дало возможность ЛуКе снять с себя цепи, ошейник и сложить их в нишу в стене. А после задернуть старый гобелен, скрывая улики от глаз сыскаря.

– Вот, я же сказал, дома он – старик, наконец, открыл массивную дверь – спит.

Звук тяжелых шагов приближался, эхом отражаясь от каменных стен. Успокойся, ну же успокойся, он не должен заметить твое волнение, – думал мальчик, успевший поплотней закутаться в одеяло и притвориться спящим.

– Мальчик живет в подобном месте? – в голосе воеводы проскользнули нотки удивления и …недоверия.

– Ну что вы – прохрипел старик – это его игровая комната. А живет он в пятикомнатном люксе на соседней вершине. Пойдете проверять?

– Кх-х- кхе – воевода прочистил горло – здравствуй, парень, помнишь меня? Я ДиМо Младший Епископ Ночных Теней (МЕНТ). Прибыл сюда по поручению Магического Управления Расколотого Архипелага (МУРА) и должен допросить тебя.

ЛуКа молчал и не двигался, продолжая изображать из себя обиженный круассан.

– Я знаю, что пришел очень рано, но я не с пустыми руками. Над самым ухом раздалось шуршание пакетов, и комнату наполнил аромат жареного мяса. – Предлагаю побеседовать за вкусным завтраком, и еще, притворяясь спящим, не забывай ровно дышать, ты же не мертвым прикинулся в самом деле.

Голодный мальчишка не смог долго сопротивляться урчащему желудку, и слюна моментально наполнила рот. Похоже, сыскарь собрал о нём достаточно сведений.

– Это, конечно, очень мило, но сильно смахивает на последний обед заключённого перед казнью, не находите?

– Ну что ты. Я просто наслышан о вашем сложном положении и решил помочь.

– Такому доброму человеку, как Вы, в этой жизни ничего хорошего не светит, – пробурчал ЛуКа, набивая рот кусками ароматного шашлыка.

– Я хотел поговорить с тобой об ужасном монстре, что бродит где-то в округе.

– Как и думал, за пределами одеялка только опасность, – вздохнул ЛуКа, – можно я вернусь в кроватку?

– Тебя зовут ЛуКа, тебе двенадцать лет, – продолжил ДиМо, – рост 150 сантиметров, вес 40 килограммов.

– Как точно определили, наверное, часто приходилось трупы в мешки заворачивать? – ответил ЛуКа в своей обычной манере и тут же замер. Он ни-ког-да не говорит так при посторонних. А это может означать только одно – воевода воздействует магией, допрос начался.

– Всю свою жизнь ты живёшь на вершине горы Парнас вместе со своим опекуном? Ты любишь его и во всём слушаешься.

– Всё верно, господин воевода. Аки утёночек, который принимает за маму первую увиденную уточку, и безгранично ей доверяет.

Младший Епископ нахмурился, слишком резкая смена манеры речи насторожила его? Неважно, что он там понял, ЛуКа внимательно следил за собеседником, нужно продолжать вести себя глупо.

– А не поручал ли тебе твой опекун чего-то странного, или… незаконного?

– Конечно, поручал! – ЛуКа вскочил с кровати, – например, вчера он поручил мне постирать его портянки! Это и странно, и незаконно. Согласитесь, странно поручать стирку ребёнку с одной рукой. И незаконно, ведь пролетая возле его ног, даже трупные мухи на лету дохнут, а они, стоит отметить, существа выносливые. А дня три назад он отправил меня косить траву, нет, ну где такое видано? Косить одной рукой. А вот неделю назад…

– Достаточно. Я понял. А помимо бытовых просьб, поручения были?

– Были, – ЛуКа перешёл на шёпот, – он заставляет меня кормить его злобного трёхглазого монстра. Хотите, я Вас к нему отведу? Он спрятан в подземелье.

***

– Ты что, вместе с завтраком ещё и солнечный удар получил? – ДиМо явно начинал злиться.

– Я чем-то разозлил уважаемого епископа? – ЛуКа старательно изображал удивление и очень хотел, чтобы тот ушёл как можно скорее. После ночного противостояния и применения энергокамней начался откат, и голова болела всё сильней.

– Мы спустились в тёмный, сырой подвал, прошли более тысячи ступеней, чтобы увидеть это? – епископ вытаскивал из волос паутину и смотрел на небольшого, трёхглазого кота.

– Ну да! Вы просто не представляете, какое это злобное существо. Уверен, что с Вашим величайшим уровнем Вы легко разглядите его сущность.

ДиМо криво усмехнулся, маг Стадии Культивации Корня (СКК), 14 ступень из 50 возможных. Да в прошлые времена в Магическом Управлении Расколотого Архипелага ему бы и двор подметать не позволили, а теперь он Младший Епископ. Третий по значимости во всей МУРА. Таких как он, на материке живет всего 8, и страны, где они служили, доминировали над другими. Магии в мире оставалось всё меньше, и два сильнейших Императора, живущих на континенте, имели СКК, 16 ступени, мизерные крохи, уровень, которым раньше обладал любой 30-летний совершенствующийся.

– Это просто кот, – всё же, применив магическое зрение, наконец, сказал ДиМо – уродливый мутант, не более.

– Вы уверены? Вот жрёт он, как хороший такой монстр. А кстати, вы принесли мне такое вкусное мясо, а чьё оно? Я же так редко ем мясо, что совсем в нём не разбираюсь. И ещё, а вы знаете, какое на вкус мясо русалок?

– Чего? – ДиМо сбился, потерял концентрацию, и отключил магическое зрение.

– Ну, русалки, они на вкус как мясо, или как рыба? Или вообще как курица? А может, снизу она как рыба, а сверху как шашлык…

Что я вообще тут делаю? Думал ДиМо про себя. С момента убийства дочери главы торговой гильдии больше двух лет прошло. Монстр с тех пор больше не появлялся, почему я продолжаю тратить на это свои силы? Насколько серьезно можно отнестись к словам двух свидетелей, видевших огромного белого крылатого волка, прилетевшего со стороны СоРан? Мужчин проверил менталист, и те не врали. Или думали, что не врали? Новый год они начали отмечать задолго до наступления, и были изрядно пьяны…

– Знаешь, пожалуй, я пойду, тут мне всё ясно, – епископ ногой отпихнул кота, поднявшего на его ботинки заднюю лапу. Спасибо, что уделил мне время.

– Но как же? – ЛуКа схватил его за рукав, посмотрите ещё, я уверен, вы заметите что-то неладное.

– Магическое зрение слишком ценно, его нельзя растрачивать просто так.

Епископ ушёл, а мальчик и кот хитро посмотрели друг на друга. Не пожалей, ДиМо, магического зрения и посмотри повторно, он бы, возможно, и заметил тонкую нить магии, тянущуюся к нему от кота. Именно так, в голову МЕНТа, вложили мысли прекратить поиски и покинуть гору.

– Пожиратель, какой же у тебя уровень, раз ты так просто заставил его уйти?

– Гав, – ответил кот. – Тащи ещё еды, – прозвучал перевод в голове мальчика.

***

ЛуКа потянул затекшую спину. Это уже двенадцатая копия Руны истины. Единственно существующей, и невероятно ценной, – мысленно спародировал он интонацию старика. И как КоЗу умудряется так легко продавать эти подделки? И хотя все они высочайшего качества, но всего лишь копии, выполненные рукой простого мальчишки.

Во времена Рождения Великих Культов, эта руна, безусловно, была невероятно ценна и секретна, ведь она раскрывает простейшие пути достижения Ступени Культивации. Сильнейшие кланы пытались завладеть ею. Возможно, даже устраивали кровавые войны. Хотя, это сейчас на Земле всего 8 миллиардов людей, а до Войны Миров их было больше триллиона. Тесно им, наверное, жилось.

– Закончил? – В комнату вошел старик, в руках он держал толстый фолиант. ЛуКа молча, протянул ему последнюю копию, и тут же ловко увернулся от подзатыльника. Это было их своеобразной дуэлью: КоЗу со всей силы лупил его по голове, а мальчишка уворачивался. Иногда, конечно, не уворачивался, и кубарем катился в дальний угол, рука у старика была тяжелая.

– За такую каллиграфию тебе и вторую руку отрубить мало. Даже каменный истукан поймет, что это подделка.

– Дед, я вот не пойму, зачем я постоянно делаю копии разных артефактов? Вот раньше все эти свитки были редки, и имели огромную ценность, а теперь то что? Кланы не хранят их в сокровищницах, а выставляют в музеи. Даже Божественные трактаты спокойно можно взять в любой библиотеке. Да любой род отдаст ценнейшие артефакты тому, кто, дойдя хотя бы до ступени Выжженной Кожи, присягнет им. Ты лучше научи меня зелья варить, ВИСКИ например, или ВИНО. Тут наш староста праздник устраивает ему…

Вместо ожидаемого подзатыльника ЛуКа получил ощутимый удар в печень, и, скрючившись над столом, разлил флакон специальных рунных чернил.

– Болван, – скрипучий голос старика неприятно резал слух. – На земле всегда найдутся те, кто хочет получить редкие знания, постичь тайны мироздания и вернуть в этот мир Силу. А мои зелья, такие как Вода Интим Ночной Обеспечивающая (ВИНО) и Вода Изысканная Самолюбие Кобелей Исцеляющая (ВИСКИ), этому сброду точно не по карману. Да они себе даже Воду Особую Дарующую Качества Агрессивные (ВОДКА) и Печаль Изгоняющую Воду Обыкновенную (ПИВО) позволить не могут.

– Я понял, – ЛуКа, уткнувшись лбом в стол, потирал ушибленный бок. – Показывай, какое коварство ты задумал на этот раз.

Старик сперва приложился толстым фолиантом по спине мальчика, а когда тот, выгнувшись от боли, поднял голову со стола, положил перед ним принесённую книгу. На страницах древней рукописи был изображен очень необычный меч. Он скорее напоминал трезубец, но только его центральный зубец имел форму клинка.

– Это «Меч пяти стихий», и ты должен его найти.

– Это шутка? Как я должен это сделать?

– В Северной Столице вчерашнее лунное затмение открыло проход в Скрытый Мир. Весь тот мир – кладбище преданных мечей. В самом его центре расположен Алатырь камень. В него воткнут меч «Семи богов». Это редчайшее сокровище всех времен. Его воткнул туда бог, еще во времена Основания Асгарда. И только тот, кто обретет наследие семи богов, сможет достать его, и получить великую власть над временем и пространством.

– Знаю я эту легенду, «редкий свиток» с ней я переписывал сотню раз, но тот меч выглядит иначе.

– Конечно, иначе. Идиот. Ведь это разные мечи. Попробовать достать меч Богов может каждый. Для этого он должен принести «в жертву» свой меч, или попросту отказаться от него на поле у Алатырь камня. После, у него будет одна попытка достать меч. Так вот. Ты только сделаешь вид, что пытаешься вынуть меч из камня. Не касайся его. И тогда ты сможешь забрать с поля любой другой клинок. Судя по этой книге, прошлый владелец меча «Пяти Стихий» принес его в жертву. Его попытка провалилась, и меч остался на кладбище. Найди его!

– Я поеду в Северную Столицу? – глаза ЛуКи заблестели, ведь раньше он не выходил за пределы города у Му-Рино.

– Какое еще поедешь? Дилижанс до столицы стоит 5 средних энергокамней. Ты пойдешь туда пешком. Вход в мир будет открыт еще месяц. Первые двадцать дней ты все равно не сможешь попасть внутрь. Аристо не пустят. Твоя задача – проникнуть туда в последние десять дней.

– А где мне взять меч для жертвы?

– Украдешь, купишь, выпросишь – это уже не моя забота. Утром, чтоб духу твоего тут не было. И еще, ты, конечно, можешь сбежать, как когда-то планировал, но тогда жизнь твоя закончится через шесть месяцев, когда твоя псина вырвется на свободу. Так что постарайся без глупостей.

Глава 3 ЛяЛя

Северная Столица – интересно, какая она?

Его родной городок был относительно небольшой, всего сто тысяч жителей. Хотя раньше, город у подножия горы Парнас, был одним из главных городов на материке. Ведь именно туда стекались миллионы культиваторов, желающие попасть на обучение в СоРан.

После того как в пять утра старик бесцеремонно выставил его из дома, не дав с собой и корки хлеба, ЛуКа брёл по пыльной дороге. Опекун откровенно не любил его, часто бил, не заботился о его пропитании, заставлял воровать и подделывать различные артефакты.

Но даже из такого воспитания ЛуКа смог вынести немало ценных уроков. Первый из них – всегда имей заначку. И он имел. Вместе с «маскировочным комплектом» он хранил мешочек с сухарями и вяленым мясом, нож, зажигалку, котелок и небольшой моток веревки. Урок второй – всегда имей то, что можно продать. И он имел. Конечно, обмануть старика было чем-то сверхъестественным, казалось, он знал о любой ценности, что попадала мальчишке, и без раздумий это отнимал. Но за годы, что он изготавливал артефакты, ему всё же удалось насобирать немного сокровищ. А если по-простому – наворовать тех материалов, что давал ему старик для работы. Для их хранения он создал специальный протез – небольшую коробочку, пристегивающуюся к обрубку руки. Хотя, учитывая худобу мальчишки, вызванную систематическим отсутствием еды, размер коробочки был весьма небольшой.

– Пять средних камней он зажал, – ворчал ЛуКа на шестом часу пути, – мог бы тогда хоть серебра дать.

В их Империи было две официальных валюты: рубли и энергокамни. Каждый имел свою ценность и курс обмена. Один энергокамень низкого уровня – это 1000 медных монет, среднего уровня – 1000 серебряных монет, высокого уровня – 1000 монет золотом. Именно такой курс был установлен во всех банках, но, несмотря на это, камни ценились гораздо больше. И даже в Имперском Банке ты всегда мог продать камни, получив деньги, но вот купить энергокамни в этом же Банке было практически невозможно.

В животе урчало, с тоской подумал о вчерашнем завтраке и таком забавном сыскаре ДиМо. Вспомнив его лицо, на вопросе о русалках, невольно улыбнулся. На самом деле это был его любимый вопрос, который он часто использовал в опасных ситуациях. И хотя сейчас он задавал его «по приколу», просто для того, чтобы ввести взрослых в ступор, будучи помладше, он очень хотел получить на него ответ.

За спиной послышался шорох покрышек. С узкой дороги – отвилки на Медвежий стан, по пыльной дороге неспешно двигался небольшой караван. Два аккуратных лимузина КамАЗ ехали вслед за шикарным железнодорожным вагоном. Его тянул запряжённый в упряжь грозовой ХаМер. Управлял им угрюмый здоровяк.

У окна вагона сидела довольно толстая девушка лет двадцати. Она с тоской смотрела на дорогу, и ЛуКа, улыбнувшись, помахал ей.

- Да у него даже цвет волос хитрый, – здоровяк с недоверием рассматривал блондинистую шевелюру нового попутчика. – ЛяЛя, ты не должна подбирать с дороги всякий мусор. Его там до тебя явно кто-то выбросил.

- КэРи, ну прекрати-и-и-и. Девушка надула пухлые губки. – Ну, посмотри, какой мальчик. Маленький, худенький. Он на котёнка похож. Ну, давай оставим. По-зя-зя. До академии Армитаж ехать ещё больше суток. Я сойду с ума от скуки. Папенька мне Сеть заблокировал.

- А вот не сидела бы ты на порн…пор… – здоровяк с опаской посмотрел на ЛуКу. – На порочащих тебя сайтах, в общем… – добавил он тихо.

- Ах, так! Тогда я скажу папеньке, что ты меня соблазнил.

- Но это не правда, – как раненный медведь взвыл КэРи. – Это ты меня, ты… Он запнулся и опять покраснел.

Стоя в дверях, ЛуКа искоса рассматривал преграду, отделяющую его от комфортного путешествия. Длинные, тёмные, вьющиеся волосы. Мощный торс, высокий, красивый, хорошо сложен. - И как эту кучу глупости смогли так аккуратно сложить до двух метров? – подумал мальчик.

Конечно, ЛяЛя победила, и ЛуКу отправили в душ, мыться.

С каким же удовольствием он стоял под струями теплой воды. Перепробовал на себе содержимое десятка разноцветных пузырьков и флакончиков. Надевать грязную одежду очень не хотелось. Поэтому, замочив все вещи в раковине, ЛуКа вышел из душа в полотенце, накрученном на бедрах.

– Какие у тебя розовые сосочки, – всплеснула руками ЛяЛя, – а тело похоже на стиральную доску. Тебя надо срочно покормить. И она начала доставать из холодильника аппетитные кремовые пирожные, булочки и разные другие сладости. – Ой, а еще же бельишко твое, пойду, закину в стиралочку.

– Надень, – в лицо ЛуКи прилетел короткий пушистый халат пошлого бордового цвета. И без глупостей, – КэРи неделикатно сжал худенькое запястье, – я слежу за тобой!

– Отпусти уже мою рученьку, об сосну ударенный, – ЛуКа попытался вырваться из медвежьей хватки. Не знаю, что творится в твоей развратной голове, но если ты не заметил, я просто ребенок. Буркнув что-то невнятное, верзила достал из холодильника банку эля и залпом ее осушил.

– Мне тоже.

– Тебе не надо. Вон, пироженку жуй.

– А ты за рулем, – обиделся ЛуКа.

– На скорость это не влияет, машина на автопилоте. КэРи не мигая, уставился на ЛуКу, и если бы ЛяЛя не вернулась в комнату, скорее всего, испепелил бы его своим взглядом. А после они пили чай, ели сладости и слушали жалобы ЛяЛи на свою судьбу.

На ночевку остановились в премиальном кемпинг-парке. «Юнион Цветущий сад», сверкая почти всеми цветами радуги, гласила роскошная неоновая вывеска при въезде. «Пускаем всех, стучите» оповещала надпись, сделанная от руки на тетрадном листе и приклеенная к воротам куском изоленты.

Небольшая кованая ограда отделяла всю территорию парка. Внутри были парковочные зоны, красивые газоны, лужайки с цветами, места отдыха с барбекю. Прекрасный парк располагался у въезда в реликтовый сосновый лес, по которому им предстояло двигаться утром. Огромные сосны плотной стеной стояли неподалеку. Казалось невероятным то, что среди них вообще можно не то что ехать, а даже ходить.

ЛуКа надеялся, что спать его отправят в один из КамАЗов, что ехали позади, но, как оказалось, они были под завязку забиты коробками с вещами девушки и диванами, оснащены не были. Спать на улице было холодно. Крыша просторной беседки оказалась вся в дырах и нещадно протекала. Теплое одеяло, что дала ЛяЛя, почти моментально вымокло. Хотел включить очаг для барбекю, но вентиль подачи газа был сломан. Дождь усилился, и пришлось попроситься обратно.

– Ну, КэРи, – продолжала ультразвуковую атаку подвыпившая ЛяЛя, – как ты можешь выгонять его на улицу посреди ночи. Этот вагон рассчитан на десять человек! Он самый шикарный из всех, что производится на мануфактуре у папеньки. Да он такой большой, что ты в его дальнюю часть и не ходил вовсе. А там, между прочим, две двухъярусные кровати есть. Ну же. Ну, пусть останется.

Ну хоть не под кустом ночую, – думал ЛуКа, слушая стоны и скрипы большой ЛяЛиной кровати.

– Даа… да еще вот так… да. Глубже. Глубже. Еще. Глубже.

Женщины – страшные существа, – подумал ЛуКа и постарался посильнее засунуть голову в подушку. Но стоны девушки на соседней кровати не давали ему заснуть. Вот она – плата за бесплатную поездку.

– Черт, да скажи ты уже ей, что в штанах у тебя не веревка, и имеет свойство заканчиваться, – бурчал мальчишка себе под нос. Уснуть удалось только глубоко за полночь.

Глава 4 РёМа

Пробуждение было не самым приятным. Затылок буквально свербел. ЛуКа открыл глаза и обнаружил, что на него пристально смотрят.

- Это что за обряд экзорцизма возле моей кровати?

- Проснулся, – расплылась в улыбке ЛяЛя, – а я тебе кашки сварила. И девушка плюхнула на колени ЛуКи небольшой столик, на котором стояла тарелка с очень странным варевом.

- Это каша? Она убьет меня быстрее, чем голод, - ЛуКа с опаской смотрел на подгоревшую жижу. Дед с самого детства тестировал на нем редкие яды, но эта каша была перебор даже для его закаленного желудка.

- А когда мы поедем дальше? – ЛуКа как мог, пытался отвлечь ЛяЛю от попыток покормить его с ложечки.

- Мы ждем моего брата. Он должен присоединиться к нам. А теперь скажи – а-а-а. Девушка продолжала тыкать в него ложкой с кашей – ты должен хорошо покушать.

Но тут дверь вагона отворилась, и внутрь вошел молодой мужчина лет тридцати. Необычного цвета, янтарно-желтые глаза, длинные волосы заплетены в косу. Леопардовая рубашка и штаны из лаковой кожи. Похоже, отсутствие вкуса – это у них семейное, – подумал ЛуКа.

- РёМа!!! – маленький слоник, сшибая все на своем пути, ринулся навстречу брату.

- Здравствуй, креветочка, – мужчина крепко обнял сестру, – прости, я немного опоздал. А что тут случилось? – он с недоумением осмотрел изрядно подгоревшие кастрюли.

– Что ты пыталась сделать? Призвать адский огонь? И зачем ты превратила яичницу в кучку пепла? Не думал, что ты увлекаешься черной магией - заулыбался он.

- Будь осторожен, я ведь и тебя могу превратить в золу, – ЛяЛя обиженно надула губки. – Я для зайчика моего кушать готовила. РёМа с сочувствием посмотрел на КэРи, но тот лишь отрицательно покачал головой. Тогда его взгляд остановился на ЛуКе. А губы расплылись в довольной улыбке.

- А кто это у нас такой миленький? РёМа оказался известным столичным стилистом. В багажнике его спортивного, двухдверного, розового БелАЗа оказалось несколько коробок с вещами. В том числе и дизайнерские, от известных модельеров. Он получил их в счет частичной оплаты за свою работу на Неделе мод в Москве и вез своим клиентам в Северной столице.

Сперва он довольно бесцеремонно осмотрел ЛуКу. Буквально стянул с него одеяло и что-то довольно бурчал себе под нос. А потом, как паук, утащил его за занавес, к туалетному столику сестры, где начал плести свои модные сети. При этом, несмотря на все уговоры, девушку к просмотру не допустили.

Колонна неспешно подъезжала к самой чаще. Лесная дорога была неровной, и машины на автопилоте ехали крайне медленно. ЛяЛя читала книгу. При этом она периодически хихикала, краснела и посматривала на КэРи, который, сняв с себя рубашку, принял упор лежа и делал уже пятисотое отжимание.

- Слушай, а почему вы путешествуете вдвоем с сестрой? Это дорога может быть опасной, – ЛуКа поморщился, РёМа хоть и пытался действовать аккуратно, но длинные неухоженные спутанные волосы расчесывать было непросто.

- Но с нами же КэРи, – улыбнулся Леопард.

- Вот из-за того, что он с вами, дорога становится вдвойне опасной.

- На самом деле всё из-за ЛяЛи, – закончив с расчесыванием, РёМа принялся за нанесение различных ухаживающих средств. – Она пятый ребенок и единственная дочка. Отец и братья её обожают. С детства все её желания выполнялись незамедлительно. В какой-то момент она поняла, что ей нечего хотеть, и увлеклась парнями. Отец впервые стал против неё. Но ЛяЛю было не остановить. В общем, она обиделась и незаметно сбежала из дома.

- Незаметно? С охранником и тремя машинами вещей?

- Для неё и это протест. Так она стала считать себя свободной. И кстати, КэРи она сама нашла. Он работал охранником в элитном борделе.

Подобное притягивает подобное, – подумал ЛуКа, но промолчал, ведь РёМа, взяв пинцет, принялся выщипывать ему брови. А злить брата, фанатично любящего свою сестру, когда он держит у твоего глаза острый предмет, точно не стоит.

- А куда в итоге она едет? – все же решился спросить ЛуКа, когда РёМа, отложив пинцет, стал наносить на его лицо различные крема.

- В наш особняк, в Северной Столице. Она хочет поступить в магическую Академию.

– Ну как? – спустя пару часов РёМа, как фокусник, сдвинул ширму и представил всем свое творение.

– Ах! Прелесть! Ну как принц, как нежный эльф. Ах! – восторженно запричитала ЛяЛя.

КэРи же осматривал «экспонат» с явным недовольством. – Он на бабу похож. Ест чужие тортики, спит в чужой кровати, едет бесплатно. А теперь вон, вещи дизайнерские просто так получил. Моя бы гордость не позволила!

– Гордость? Ха-ха, ну что за дурачок. И где ты приобрел такую бесполезную вещицу? – засмеялся РёМа, и сдул на КэРи блестящую, рассыпчатую пудру. Вещи бренда КоКоша Нэль довольно специфичны. Вроде и мужские, но хорошо смотрятся только на очень тощих моделях. ЛуКа в этом плане просто идеален. У него тип фигуры – лосось, обглоданный медведем. Не один сынок столичной знати в этот костюм бы не влез. А так он хоть ЛяЛю в дороге порадует.

– И ты, малый, не обижайся, – РёМа протянул ЛуКе конфетку, – КэРи у нас из клана Медведей. Большой, угрюмый, но в душе все же добряк. – Отец тайно доплатил ему, чтобы он не только тело, но и целомудрие ЛяЛи охранял, – наклонившись к самому уху, прошептал он, – но куда ему против коварства Леопардов.

Лесная дорога стала сильно петлять, и автопилоты работать больше не могли. КэРи пересел на место водителя ХаМера. А РёМа и ЛяЛя взяли управление КамАЗами. Розовый БелАЗ остался на стоянке кемпинга, его вскоре заберет друг РёМы.

Так значит, этот медведь из аристократов? А так и не скажешь. ЛуКа задумчиво листал модный журнал, оставленный РёМой.

Кланы – это сила, верхушка современной аристократии. Когда магии в мире было достаточно, их представители могли призвать на помощь свое тотемное животное. Кланов были сотни, но только десять из них относились к аристократам. Леопарды не были в их числе, но благодаря своей хитрости смогли развиться, и сейчас имели большой вес на материке. Пусть магией из них обладали единицы, но вот денег и ресурсов было предостаточно. А вот клан Медведей, древний аристократический род, за тысячи лет обнищал. Простодушные здоровяки не смогли приспособиться к изменившемуся миру. Хотя раньше их клан был вторым по уровню влияния и лишь немногим уступал огромной семье Волков.

Нужно сдружиться с этими тремя, думаю, удастся хорошо поживиться. А еще лучше, остаться у них на постой, – ЛуКа принялся просчитывать возможности «погостить» у такой милой девушки, как ЛяЛя.

– Наверняка из-за открытия микромира отели Северной Столицы переполнены. Или ночь в них стоит как месячный заработок.

И кстати о заработке. В конце журнала была размещена интересная информация. Называлась «Магический гороскоп от ПаШи Гло» (спонсор – бутик эксклюзивных оберегов и артефактов господина ШаРл` О Тана).

Кентавр (8.01 – 12.02) Тебе срочно нужен оберег от окружающих и тупых идей, что они постоянно генерируют.

Гарпия (13.03 – 18.04) Тебе нужен мужчина. Идеальными партнёрами станут те, чьи имена начинаются на "Х", "У", а ещё "И". А чтобы не было последствий, запасись талисманом защиты.

Пегас (19.03 – 24.04) Ты же знаешь его адрес? Бери такси и езжай строго в противоположную сторону. А на случай его звонка запасись руной «Чурменя» и оберегом «Даневжизнь».

Цербер (25.04 – 30.05) Так себе день. Можно что-нибудь сломать. Из костей. Не своих. Поэтому носи с собой оберег, выполненный в старинной технике на особом красном кирпиче, он никогда не подводит своих владельцев.

Сатир (31.05 – 3.07) Тебе срочно нужны руны «ПоХу» и «ИзМа» или безлимит на успокоительные отвары.

Сирена (4.07 – 10.08) Это не бабочки в животе, это отравление. Тебе точно поможет заклинание «Нежричтопопалоизларькаувокзала».

Грифон (11.08 – 15.09) Взглянув в зеркало, ты задумаешься о пластике лица. Приобрети зелье ВИНО и забудь об этой странной идее.

Химера (16.09 – 22.10) Химере нужна химера. И пусть все окружающие задохнуться от вашей токсичности.

Сфинкс (23.10 – 30.11) Тебя ожидает серьезный разговор. СРОЧНО, установи на телефон руну – оберег «Внезоныдоступа».

Минотавр (1.12 – 7.01) Купи руну «На три буквы», примени её к окружающим, и просто выспись.

А ведь все эти руны и обереги ЛуКа делал собственными руками! Точнее, рукой! Ну, старик! Похоже, он неплохо так наживается на бедном сироте. И продает он это точно за дорого.

Внезапно, на улице раздался странный гул. Визг тормозов, крики.

Глава 5 ГреТа

Осторожно отодвинув штору, ЛуКа выглянул в окно.

Десяток мужчин на велосипедах перекрыли дорогу. Они держали плакаты: «Спасем леса», «Скажем нефти – нет», «ТуБо в президенты»…

Ехавший первым КэРи выскочил из ХаМера и, выкрикивая ругательства, направился к толпе. Но стоило ему подойти ближе, как мирные протестующие побросали плакаты, обнажив оружие, спрятанное за ними. Хоть Медведь и был увешан защитными артефактами, среагировать он не успел. Сильный удар прикладом автомата лишил охранника возможности сопротивляться. Он тяжело кулем упал на землю, а из разбитого виска текла кровь.

– Упс, – подумал ЛуКа, забираясь в один из шкафов. Среди семи защитных артефактов КэРи, уменьшающих физический урон, он безошибочно определил пять поддельных, лично им сделанных. А старик тот профи, столько раз умудриться продать его безделушки. И ценник наверняка был о-го-го.

Надеюсь, грабители не станут сильно обыскивать шкаф, в фургоне много других, более ценных вещей, чем безразмерное белье ЛяЛи.

Разбойники не заставили себя долго ждать. Не прошло и пары минут, как в вагон ворвались трое. Один из них вел на поводке упитанную крысу. Эта сука принюхивалась каких-то пять секунд, а после безошибочно рванула к шкафу и принялась скрести в дверцу.

– Ах, ты, тварюшка сообразительная, – только и успел подумать мальчик.

ЛуКа ошибся. Это оказалось не ограбление, а похищение.

Бандиты безошибочно определили, что очень лакомым куском пирога, а точнее целым 170-килограммовым тортом, была ЛяЛя. А вот дальше их прицел сбился. Ибо вторым объектом похищения был выбран ЛуКа. Бандит, державший на поводке крысу (чертов модник), точно определил, что на «мелком аристократишке» эксклюзивные вещи из последней коллекции КоКоша Нэль.

– Только пара дней прошло с момента показа, а он уже их носит, – зло проговорил киднеппер со странным прозвищем Графиня. При этом он довольно бесцеремонно сорвал с мальчика серьгу и брошь.

– Эй, Шпрота, – крикнул он худому подельнику, лицо которого было покрыто язвами, – его бери первым. А эту следом, – он ткнул пальцем в ЛяЛю, – на ней одежда хуже, прошлого сезона, но тоже фирма.

По его указке два самых крепких разбойника, Сало и Баклан, поволокли ЛяЛю к спрятанной в кустах телеге. Стоит сказать, что девушка не сильно сопротивлялась. А ведь просто ляг она на землю, так даже два таких силача не сдвинули бы ее с места.

КэРи, определенный бандитами как «особо опасный», лежал на земле связанный. Он пришел в сознание, но двигаться не мог. Рядом с ним лежал раненый РёМа. Из внешности Леопарда пропала былая мягкость и жеманность. Он был похож на зверя. Несмотря на раненную ногу, парень метался и рычал, пытаясь перегрызть закрывающий рот кляп, а связанные пластиковыми хомутами запястья рук уже сильно кровоточили.

А вот ЛяЛя не выглядела обеспокоенной. Скорее наоборот, ее глаза нехорошо блестели, а на губах блуждала странная улыбка.

Мул с трудом тащил телегу по расщелине среди скал. Остальные разбойники ехали рядом, на велосипедах. За два часа лежания на полу тело затекло. Хотелось пить. ЛяЛя заливисто похрапывала рядом. Она восприняла похищение как веселое приключение.

А вот ЛуКа нервничал. Для него было очевидно, что объявленный разбойниками выкуп просто огромен. Две тысячи энергокамней высокого качества за каждого. Да за эту сумму можно купить весь его родной город вместе с жителями, руины академии и еще все свободные земли в округе. Конечно, семья ЛяЛи легко заплатит такие деньги и выкупит любимую дочь, а вот за него платить некому.

Сейчас он может полагаться только на себя и сбежать при первой возможности. Или прожить у разбойников полгода, обратиться в монстра и загрызть к чертям всю их шайку.

Еще через два часа телега, наконец, остановилась.

- Вылезайте! – Графиня сдернул старое лоскутное покрывало, которым их накрыли, чтобы похищенные не видели дорогу.

ЛуКа поднялся довольно быстро, а вот девушка просыпаться не хотела и даже пару раз ударила будившего ее Баклана.

Пока разбойники возились с Лялей, ЛуКа осмотрелся. Они находились в лесу. Совсем небольшой участок, в длину и ширину метров по 50, был огорожен высоким частоколом. «Наиглавнейшая Ассоциация Сохранения Окружающих (НАСО)» – гласила надпись на огромном плакате, висевшем на одной из стен забора. Хотя… Если присмотреться внимательнее, слово «Сохранения» было написано совсем недавно, а под ним, плохо замазанное белой краской, просматривалось слово «Терроризирующая».

На первый взгляд место было незнакомым. Но стоило присмотреться внимательнее, и сквозь щели в частоколе можно было рассмотреть маленький розовый автомобиль, одиноко стоявший на небольшой поляне. Получается, их повозили кругами и привезли обратно – на задний двор кемпинга «Цветущий Сад». Получается, их выкрали по наводке?

Внутри этого самого заднего двора располагалось пять деревянных построек, с десяток разномастных палаток и столько же собачьих будок.

– Эй, чего замер? – ЛуКа почувствовал болезненный тычок в спину – или ждешь, что тебе лимузин подгонят? Графиня, а это был именно он, смотрел на парня с откровенной неприязнью.

– Тебе туда, – он указал на самую высокую постройку, двухэтажный бревенчатый дом, куда Сало и Шпрота уже заводили Лялю. Или это она их заводила? «Лидер, Главный Блюститель Территории» гласила надпись на нём.

Первый этаж, помещения, состоял всего из одной комнаты, в центре которой стояло то ли большое кожаное кресло, то ли маленький диван. В нем сидела девушка. Рыжая, конопатая, с выпирающими вперед лошадиными зубами и безумным взглядом.

– Здравствуйте, друзья мои, – заговорила она картаво, – меня зовут ГреТа Эйафиаллайекулль, но для друзей я просто госпожа Эйафиаллайекулль. Я очень рада, что вы решили присоединиться к нашему Королевству. На данный момент его площадь уже составляет 27580492 квадратных сантиметра, но мы продолжаем расти и развиваться.

– Мы к вам не присоединялись, – буркнула ЛяЛя и уселась в кресло, при этом изрядно придавив рыжую, – вы нас похитили.

– Ну, зачем же вы так? – прохрипела ГреТа, – Мы же не разбойники, в самом деле. Мы пригласили вас в гости. Тут вы можете узнать о нас и нашей благородной миссии. Уверена, вы не останетесь равнодушными.

– И что у вас за миссия такая? – ЛяЛя, словно фокусник, достала откуда-то шоколад и принялась есть. Она была явно разочарована. Девушка, подобно героиням ее любимых романов, ожидала встретить тут шикарного атамана, грозного мафиози, а не вот это вот.

– Как вы знаете, мир не справедлив, – начала вещать рыжая, с трудом выбравшись из-под под ЛяЛи – богатые богатеют, а бедные становятся еще беднее. Но! Мы изменим это! – с каждым словом ее речь становилась всё эмоциональнее. – Мы будем забирать деньги у богатых и…

– И? – слегка приподняла бровь Ляля.

– И отдавать их очень богатым! – торжественно закончила рыжая, видимо ожидая произвести своей речью невероятный фурор. – Вы спросите зачем? – ГреТа выжидающе уставилась на собеседников.

– Нет, – машинально ответил ЛуКа, – мне вообще все равно. Жизнь и тех и других меня совершенно не волнует. Позвольте я уже пойду?

– А папенька говорит, что уже есть таки, – ЛяЛя покрутила пальцем у виска. – Ну, те, кто отбирает деньги у богатых и отдает их очень богатым, Управление Финансами Нашей Страны или УФНС называются, – добавила она. – Всё, мне скучно. Когда там РёМа за мной приедет?

– Вы не понимаете! – взвизгнула ГреТа – мой замысел просто гениален. Именно так мы сможем…

– Не понимаем, – не стал дослушивать ее ЛуКа и покосился на ЛяЛю, доедающую уже третью шоколадку, – но если уйти пока нельзя, то хоть покормите.

– А мне все равно. Я РёМу жду, – буркнула девушка с набитым ртом.

Пленников вывели обратно во двор. Там уже был накрыт большой стол. За ним сидело двадцать разбойников, а вокруг стола крутилось двенадцать голодных, худых собак.

Первым к ЛуКе и ЛяЛе подошел мужчина лет сорока. Высокий, широкоплечий блондин с голубыми глазами. По габаритам он был раза в полтора больше КэРи, а вот красивое, аккуратно подкрашенное лицо выглядело так же глупо. При взгляде на него глаза ЛяЛи нехорошо заблестели.

– Ой, чую, добром это не кончится, – подумал ЛуКа заметив, как в руке девушки появился небольшой пузырек с рубиново-красной жидкостью и перламутровым блеском. Он узнал его сразу. ВИНО. Одно из самых эффективных зелий старика. И судя по тому, что пузырек был наполовину пуст, пользовалась она им не раз. Женщины страшные, – подумал ЛуКа.

– Следуйте за мной, господа, – проговорил блондин и указал в направлении стола. – Я познакомлю вас с правилами нашей ассоциации. Вы добровольно присоединились к нам, следовательно, должны приносить пользу. Ежедневные волонтерские работы, ежемесячные членские взносы, и это только часть получаемых вами привилегий.

– А если мы присоединились к вам добровольно, мы можем спокойно покинуть эту территорию? – уточнил Лука.

– Конечно! Быть членом нашей ассоциации – это честь. У нас за воротами стоят десятки претендентов, поэтому вы в любой момент можете уйти. С этими словами блондин наклонился к земле и немного повозившись защелкнул на ноге ЛуКи железный обод.

– Что это? – ЛуКа с удивлением подергал ногой, которую существенно утяжелил новый «аксессуар».

– Это для безопасности, – без малейших раздумий ответил блондин. – Вы наши гости, мы заботимся о вас. С этими словами он пристегнул к ободу довольно увесистую цепь.

– Вы правда считаете, что это меня обезопасит? – ЛуКа наклонившись, осмотрел цепь. Держит крепко.

– Конечно! Ты всегда будешь на виду, и если что, к тебе придут на помощь, это раз, ты не сможешь зайти в опасные места, это два, а в третьих….

– А в третьих ты останешься во дворе и не сможешь увидеть то, что травмирует твою детскую психику, – в разговор совершенно бесцеремонно вмешалась ЛяЛя. Она обняла своими пухлыми руками шею блондина и капнула ему на затылок ВИНО. Хотя почему капнула? Она выплеснула за шиворот мужчины весь остаток зелья. Глаза блондина округлились, он подобно рыбе открыл – закрыл рот.

– Ты пока побудь во дворе. Осмотрись, покушай, – продолжала девушка, – а этот прекрасный мужчина покажет мне вон тот милый домик изнутри. ЛяЛя указала на самый маленький деревянный дом и с силой подтолкнула блондина в нужном направлении. Он не возражал, он просто развернулся и пошёл к нужному дому, крепко сжимая пухлую девичью ладошку в своей огромной пятерне. ЛяЛя засеменила следом.

– Эй, – окликнул ЛуКа – тебе не кажется, что мы немного в безвыходной ситуации? Может, лучше попросишь его нас отпустить?

– Безвыходная ситуация – это то, что скоро у нас произойдет, – она игриво подвигала бровями и шлепнула мужчину по заднице, – а всё остальное скоро решит РёМа.

У самого входа блондин вдруг остановился, коварная самка леопарда потянула его за руку, и что-то зашептала на ухо. – В дом никому не входить, – прорычал мужчина, все еще продолжая таращить на окружающих свои подведенные голубые глаза, – кто сунется, прибью, – добавил он после очередной ЛяЛиной подсказки и очень неохотно, упираясь в землю пятками, вошел в дом. Девушка зашла следом.

Щелкнул, закрываясь на несколько оборотов замок. Все. Жертва в ловушке. Женщины – страшные существа.

Всё же мощная фигня, – подумал ЛуКа, не сдержав досады, – зельеварение пригодилось бы мне гораздо больше всей этой рунописи. В мире, где почти нет магии, глупо ждать помощи от артефакта, если сам ты не владеешь Силой, а энергокамней становится всё меньше.

Еще немного посмотрев на дом, стены которого начали слегка подрагивать, ЛуКа пошел к столу. В меню были подгнившие помидоры, сморщенные огурцы, а также грибы. В центре стола стоял большой казан с остывшим рагу, приготовленным так же из овощей и необычных лесных трав.

– Господа, вы вегетарианцы? – ЛуКа с недоверием осмотрел стол еще раз.

– Веганы. Растительная пища гораздо полезнее, – ответил один из разбойников, жуя лист салата. Она хорошо сказывается на пищеварении и здоровье, – при этом он громко сглотнул и странно поглядел на худого пса, грызущего большую кость.

– Рагу выглядит очень аппетитно, – согласился мальчик – позвольте присоединиться?

– Стой, – за спиной прозвучал голос Графини, – вы обидели нашего уважаемого лидера и ответите за это. Пока ТуБо разбирается с той толстухой, твоим воспитанием займусь я. Запомни, ты тут никто. Букашка, испортившая праздничный стол, пока за тебя не заплатят выкуп, ты будешь много работать и мало есть.

– А может быть такое, что ты напутал порядок слов? – спросил ЛуКа, отодвигаясь от этого психа, – Предпочту много есть и мало работать. Если честно, никогда не понимал, зачем взрослые спрашивают меня о работе моей мечты. Я вот мечтаю не работать, – добавил он с улыбкой.

– Не хочешь работать, будешь платить за каждый день своего пребывания здесь, – усмехнулся Графиня, – тысяча серебра в сутки, – добавил он, скалясь.

– Да тут, оба варианта дерьмовые, – поморщился ЛуКа, – на тысячу серебра можно неделю завтракать, обедать и ужинать в кафе, а в выходные пить в баре, да и где мне их тут брать? Мой чемодан с деньгами остался в вагоне, – добавил.

– Врешь, – ответил ему Графиня, – если бы там была наличка, Урсула бы её точно нашла. При этом он осторожно погладил свою толстую крысу по носу.

– Так она и нашла, – отыграл удивление ЛуКа. И сейф за картиной, и чемодан под кроватью – перечисляет, загибая пальцы на руке, и даже ЛяЛькины цацки в биосортире и те нашла.

– Вот как, – осклабился один из разбойников, – сдается мне, ребятки, что крыс то у нас две. Одна деньги для общака ищет, а вторая их от братишек прячет. М? Что скажешь, Эмануэль?

– Да вы что? – попятился назад Графиня, – да клянусь вам, не было там денег. Даже 10 медяков не было.

– Ну конечно, – к затрясшемуся бандиту подошел Сало, – а мы ещё думаем, как так? В сопровождении целых два дорогущих КаМаза едут, а налички нет.

– А еще вонь эта, – поддержал Баклан, – ты вспомни, он, когда из вагона вышел, от него как из сортира несло. Точно камни доставал.

– Это не из сортира, – перешел уже на фальцет Графиня, – это духи были. Духи. Новые. «Пятнадцать разделить на три» называются. Они очень популярны. Оче…

Дослушать про эти популярные духи не удалось. Сало и Баклан утащили сопротивляющегося Графиню в один из дальних домиков. Усмехнувшись, ЛуКа стащил со стола огурец и поспешил скрыться за ближайшей палаткой.

Вечерело, и лес окутал уютный мрак. Разбойники-вегетарианцы перебрались в главное здание. Их лица светились весельем и азартом. Огни свечей мерцали, отражаясь в их глазах, создавая атмосферу радостного предвкушения. Мебели в помещении не было, даже единственный диван куда-то пропал, и все расселись прямо на полу.

Цепь не позволила ЛуКе войти в дом, но, даже наблюдая через окно, он очень быстро понял, что там готовятся к азартным играм.

Каждый из разбойников организовывал своё игровое место. Один, с длинными волосами, был мастером карт, его руки ловко и быстро тасовали колоду. Другой, с яркой повязкой на голове, играл на гитаре, создавая мелодии, которые перекликались с шипением свечей, и казалось, вводили в транс. Каждый аккорд наполнял вечер особым настроением, и вскоре все начали подпевать и пританцовывать.

В комнату вошел худой парень в огромных очках. ЛуКа обратил на него внимание еще на ужине. Он сидел обособленно от остальных, и все звали его Доктор. Тогда ЛуКа подумал, что он тут изгой, а оказывается, его очень даже любили.

Доктор принес самовар и небольшую тарелку, накрытую белой тканью. Разбойники протягивали ему бумажки, очень похожие на банкноты из детской игры «Миллионер», а он наливал им в кружки самодельный отвар.

В воздухе витал затхло-травяной запах с нотами хвои и перманентного маркера. Некоторые разбойники доплачивали чуть больше и вместо чая брали что-то с тарелки и моментально закидывали это в рот.

– Интересно, куда дели диван? – подумал ЛуКа, внимательно изучая место, где он стоял днем, – я бы лёг на него вздремнуть.

Но сейчас на месте дивана была постелена белая простынь, а на ней сидел толстяк по кличке Гор. Тот самый, что первый обвинил Графиню в крысячестве. Он разложил перед собой все для игры в кости и весело переговаривался с гитаристом. При этом он был единственный, кто не трогал ничего из принесенного Доктором.

Сев неподалеку от окна, стал слушать разговоры. ЛуКа думал, что сможет узнать что-то интересное. Но те несли какой-то бред. Обсуждали зеленую повестку и введение санкций против несогласных. Так бессмысленно просидел больше четырех часов, и, поняв, что жутко хочет спать, решил отправиться на поиск места для ночлега.

Уже собравшись уйти, ЛуКа бросил последний взгляд на место дивана и замер. На белом фоне простыни он заметил четкий, светящийся круг. Он светился не более пяти секунд, но и этого было достаточно.

– Барсук! – воскликнул ЛуКа, и тут же поспешил сесть на землю, опасаясь, что его услышали. Ну конечно! И как я сразу не догадался, – усмехнулся парень, аккуратно обходя дом. Стараясь остаться незамеченным, он максимально плотно прижался к стене. Всё ведь было так очевидно. Теперь стоит хорошо обдумать полученную информацию и…

– Эй, а ну стой! – услышал он за спиной скрипучий голос, – ты чего там крадешься?

– Что значит, крадешься? – недоумевает, – я просто не топал.

– Слышь, гаденыш, ты мне сразу не понравился. Учти, я знаю все про эту жизнь. Если хоть шаг сделаешь в сторону, – разбойник провел большим пальцем по шее.

– Так получается, деньги тебе не нужны? – спросил ЛуКа, делая шаг назад. Или тебе просто нравится мне угрожать?

– Мне нравится смотреть, как такие избалованные детишки, как ты, получают то, что заслужили. Напыщенные, мерзкие, зажравшиеся, – продолжал разбойник.

А это занятно, – подумал ЛуКа – когда я этому патлатому то успел не понравиться. Вообще впервые его вижу...

– А ты случайно не знаешь, какое на вкус мясо у русалки?

– Чего? – опешил разбойник.

– Ну, ты сказал, что знаешь про эту жизнь всё, вот мне и интересно, они на вкус как рыба? Целиком? Или наполовину?

– Ты издеваешься? – взбесился разбойник.

– Нет, – честно соврал.

Разбойник несколько секунд поморгал глазами и, развернувшись, зашагал прочь. Но почти сразу остановился у одной из будок и зло пнул ее ногой.

– Твое жилье, – сплюнул он, – надеюсь, ты в ней и подохнешь.

Ночь выдалась скверной. Противный ливень все же вынудил ЛуКу влезть в будку. Наступила осень, и сидеть всю ночь в мокрой одежде не хотелось.

Глава 6 Графиня и прочие гады

Просыпайся, мой дружок,

Открывай скорей глазок..

Солнце нос щекочет, ай!

Ну-ка, быстренько вставай!

– Жеваный крот, что происходит? – от громких звуков ЛуКа резко сел и с размаха сильно стукнулся головой о крышу будки.

– Гребаный йод, почему так тесно? – попытался разогнуться, но ноги уперлись во что-то мягкое.

Вместе с солнышком встаю,

Вместе с птицами пою.

С добрым утром! С ясным днём!

Вот как славно мы поём!

На улице продолжала звучать странная песня, доносившаяся, судя по хрипам, из старых динамиков. Потребовалась пара минут, чтобы понять, что происходит, вспомнить события вчерашнего дня. Интересно, какой сейчас час? На улице ещё темно.

– Под ругань старика просыпаться приятней, чем под такие песни, – сделал вывод ЛуКа.

Выход из будки перекрывал лохматый пес. Мокрый и грязный, он грустными глазами смотрел на происходящее и, казалось, пытался заткнуть большие уши.

ЛуКа не любил собак. Очень часто именно они путали его планы. Когда он был младше и ещё не мог делать годные артефакты, старик часто отправлял его красть разные вещи. Со слов старика, он "возвращал академии её имущество, потерянное во время войны, или бессовестно расхищенное местными жителями в период Великой стужи". То, что он не возвращал наследие, а просто воровал, мальчишка понял только когда впервые попался.

Его правда и потом ловили не раз, ведь задания от старика становились все сложнее. Но почти во всех провалах были виноваты собаки. Служебные – они либо слишком быстро бегали, сторожевые – эти слишком громко гавкали. Но самыми противными были комнатные шавки, которые оставляли свои кучи в самых неожиданных местах. А поскользнувшись на ней, бегущий человек падал. Больно. А потом ещё кувыркался с лестницы, возле которой эта куча и лежала.

Хотел отогнать пса, но передумал, возможно, на ближайшее время это животное станет его единственным союзником. Потрепав пса по голове, ЛуКа притаился за будкой и стал наблюдать.

Бумммм – неожиданный звук гонга привлек всеобщее внимание. На площадку вышла ГреТа и, встав за небольшую трибуну, начала произносить речь..

– Это всё ненормально. Я вообще не должна здесь находиться. Мне следовало бы вернуться в школу, но они отняли мои мечты и моё детство своим пустословием. Люди страдают. Люди умирают. Погибают целые экосистемы. Мы стоим на пороге массового вымирания, а богачи только и могут обсуждать деньги и рассказывать сказки о бесконечном экономическом росте.

– Сумасшедшая, – подумал ЛуКа, наблюдая за ней из-за будки. В этот момент его больно ударили по бедру.

Обернувшись, он увидел Графиню. Выражение его лица не сулило ничего хорошего. У него пропал один зуб, и под глазом светил огромный фиолетовый синяк. Разбойник улыбался, но эта улыбка не сулила ничего хорошего. В одной руке он держал крысу, в другой – лопату.

– Тебе идёт, – съязвил ЛуКа, – прикупил новую палетку теней?

– Ты, – Графиня дотронулся до глаза, – ты за это ещё поплатишься.

Он швырнул лопату к ногам ЛуКи – вон в том углу надо яму под сортир выкопать. Три метра глубиной. Выкопаешь, получишь еду. И это только сегодня. А вот завтра будешь старый сортир вычищать. Ты мне за всё ответишь, мразь.

– А как я должен с одной рукой копать?

…..Здесь и сейчас мы подводим черту - продолжала ГреТа. Мир пробуждается. И перемены грядут, нравится им это или нет. Наша сила в единстве. Один за всех, и все за одного. Мы спасем всех, мы спасем каждого!

– Ну да, ну да, ты это ученикам СоРана расскажи, – усмехнулся ЛуКа. – Они три тысячи лет назад как раз из-за таких речей все и умерли.

Живя на руинах Академии, ЛуКа часто думал об истории этого места.

Хроники от ЛуКи. Академия.

Во времена Рождения великих культов, главой СоРана стал какой-то старый мудак мудрый старец из Святой семьи, родственник императора. Влюбился он в одну молодую и очень сисястую, грудастую, талантливую ученицу. Начал яйца подкатывать ухаживать, дары ценные преподносил. Купил, в общем, девушку. Любовь у них началась неземная. Вот только девушка та с низкой социальной ответственностью невестой одного темного мага значилась. Древнего и сильного. И не захотел тот маг с возлюбленной расставаться и, подняв войско темное, окружил Академию.

Требование у него одно было – вернуть ему шкуру продажную невесту загулявшую. Поклялся он на договоре кровавом, именем Нергала заверенным, что если неверная вернется, никого из учеников и учителей он не тронет, но если бабу его возлюбленную не отдадут, всю Академию с землей сравняет.

Вот только кобель старый ректор не пожелал злодею молодую любовницу отдавать. И повелел дать ему бой. Да обосрался, силушек своих не рассчитал. Темный маг сильно могущественный был, а с помощью кровавой жертвы так и вообще неуязвимым стал. И уничтожил он миллион учеников, пару тысяч учителей и академию, заодно.

Собрались тогда сильнейшие маги Империи, родственники учеников погибших, и отправились мстить. Вот ничему жизнь дебилов не учит. Завязалась битва еще более страшная, на тысячи километров кровь лилась. У деда рогоносца обманутого дополнительный скилл навык оказался – некромантия. И разорвал он тогда вуаль мироздания, да призвал трупики всех ранее убитых учеников, сражаться за него, обиженного красивого, да родственников своих, как капусту пошинковать поубивать.

Много магов в той бойне погибло, хотя многие и выжили. Но хуже всего оказалась порванная вуаль. Стала через неё магия из мира уходить. И это, к слову, только первый акт всей той задницы беды был, что вскоре на людей обрушился.

..... ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

ЛуКа с силой воткнул в землю металлический совок. Чертов Графиня принес его взамен лопаты, сказав, что для такого вторая рука не нужна. Да он этой игрушкой яму неделю копать будет. Старик хоть и эксплуатировал его нещадно, но руку парня берег. Руки коновала не способны к тонкой работе, – говорил он.

Вот только Графиня от него не отстанет. ЛяЛя из домика не вышла, а значит, нужно думать, как поскорей свалить. Уж мозоли тут натирать да ямы выгребные чистить ЛуКа точно не собирался.

К обеду начал накрапывать мелкий дождь. Большинство разбойников покинули территорию, а оставшиеся ушли на обед. Перед тем как уйти, Графиня принес замок и закрепил им цепь, к железному кольцу, вкрученному в забор. Теперь мальчик даже в будку вернуться не мог.

Длина цепи позволяла отойти от забора не больше чем на три метра. Зато это позволило изучить ограду, и она была не так проста, как показалась на первый взгляд. И если магических защитных артефактов бояться не стоило (уверен, сам их делал), то вот шипы и колючка под током были существенным аргументом оставаться на территории.

Лохматый пес улегся рядом, уткнув грязную голову в ногу мальчика, и тихонько заскулил. Тут скули не скули, а выход срочно искать надо. И кое-какие какие мысли на этот счет уже были.

Барсук – это понятие, используемое в узких кругах профессиональных шулеров. В основном он применяется в игорных домах. Сначала в столешнице специального игорного стола делается дырочка, не более десяти сантиметров в диаметре. Затем поверхность стола затягивается белой тканью, маскируя отверстие. В специальное потайное пространство стола, размещенное под отверстием, помещается маленький человек, карлик, но чаще всего ребенок.

После того, как бросают кости, спрятавшийся светит на ткань свечкой или фонариком, и благодаря этому видит сквозь нее, какие кости выпали. Если расклад не устраивает, он тонкой иглой переворачивает кость на нужную грань, и вуаля, игорный дом в выигрыше, а ЛуКа получает свои пять процентов. В смысле, спрятанный в столе ребенок получает свой процент.

Самое главное – успеть увидеть и перевернуть кость до того, как стрелок(1) поднимет dice shaker.(2)

ЛуКа задумался. Из того, что он увидел вчера, следует, что под домом Лидера есть тайное пространство, это может быть совсем маленькое помещение, а может быть комната, бункер и даже подземный ход. Тогда становится понятно, куда пропал диван. Он под полом. Значит, стоит подумать, как туда попасть, а главное, как скрыть свое присутствие.

Все просто. Нужен артефакт сокрытия...

Хотя он точно знает, что этот артефакт не сработает. Но вот разбойники этого не знают. Судя по тому, сколько «защитных артефактов» висит на их заборе. А значит можно изготовить такой артефакт и обменять его на свободу. Тот же Гор, судя по всему, верит в их действие. Лука заметил на нем не меньше пятнадцати амулетов с разными свойствами. Если старик так успешно их продает, вполне вероятно, что и у него получится втюхать разбойнику "невероятно ценный артефакт".

Сказать то проще, чем сделать. Хотя, и сделать не проблема, было бы чем и из чего.

Чем? Тут как раз все просто. В протезе есть все необходимые материалы, а вот из чего? Конечно, можно использовать листву и камни, и даже кусочки глины, но такие артефакты не выглядят дорого. Кость! Нужно использовать кость. Вчера один из псов грыз одну такую.

– Слушай, брат, – ЛуКа потрепал по голове задремавшего пса, – мне как-то не хочется тут оставаться. Эти психи могут нас на органы продать, на галеры отправить, или еще хуже заставят есть только укроп.

– Уууу, – тоскливо заскулил пес, вероятно укроп пугал его сильнее всего.

– Так что предлагаю сбежать. И уже там бегать по лугу в окружении самочек и лопать от пуза свежее мяско. Ты со мной?

Пес задумался, а потом согласно чихнул.

– Отлично. Тогда тащи сюда кость.

Услышав это, пес недовольно оскалил зубы и тихо зарычал.

– Не, ну а как ты хотел? – не сдавался мальчик, – воля за забором, она дорогого стоит. Пес еще немного поскалился, но все же вильнув хвостом, куда-то убежал. Надеюсь, он поверил, ухмыльнулся мальчик. Брать с собой лохматого простофилю он, конечно, не собирался.

Вскоре псинка вернулась, только к сожалению это была не собака...

Графиня сыто отрыгнул и отстегнув замок, пинком намекнул Луке, что пора ему продолжать копать.

– Интересно, а если не пойду, он меня изобьет? – подумал ЛуКа. И как в подтверждение этих мыслей, в челюсть прилетел ощутимый удар. Мальчик упал, и кровь хлынула на дорогую одежду, а Графиня потер кулак.

– Стой, – остановила его подошедшая рыжая, – за что он тебя стукнул?

– А что плохим парням нужны грандиозные причины, чтобы отпизд отпинать кого-то? – ответил ЛуКа, сплюнув на землю кровь.

– Ну что? Ты обдумал то, о чем я говорила? – Какое-то время ГреТа молча смотрела на копошащегося на земле маленького червя, худого и в брендовых вещах от КоКоши НэЛь.

– Да я так усердно об этом думаю, что скоро лысым стану.

– Тогда ты понял, что всё, что я делаю, – для твоей пользы, – улыбнулась рыжая.

– Я только понял, что ваше хобби – насильно делать лучше чьи-то убогие жизни, – усмехнулся ЛуКа, – тогда сразу прошу, мою можете просто выкинуть на обочину. Попробуйте лучше лук выращивать. Он, говорят, и для мозгов, и для потенции полезен.

– Ты! Громко тявкающий маленький щенок! Стоит отрезать твою сосиску прямо сейчас, и тогда лук понадобится уже тебе, – зло прошептала рыжая.

– А ты тоже из таких? – ЛуКа изобразил характерный жест щелкающих ножниц. – Фантомные боли?

ЛуКа чувствовал, что его заносит, а рыжую злить не стоило. Стоило, как и раньше, прикинуться дураком и твердить про русалок. Но какое-то незнакомое чувство шевелилось на подкорке. ГреТа и Графиня бесили страшно. Хотелось огрызаться.

– Вы просто кучка разбойников, возомнивших о себе невесть что.–ЛуКа поднялся на ноги, но снова был сбит подсечкой от Графини.

– Мы не разбойники, – взвизгнула рыжая, – У нас есть принципы, мы борцы. Завтра приедет моя соратница, она возглавляет движение Амазонок. И уж она объяснит тебе, сколь велика роль женщины в этом мире. Мы должны быть наравне с мужичьем. Мы станем министрами, политиками, банкирами, генеральными директорами! Мы докажем, что…

– И шахтерами тоже станете? – перебил ЛуКа.

– Чего? – запнулась рыжая.

– Ну ты хочешь быть наравне только с богатыми и успешными мужиками? Или шахтерами и кузнецами тоже будете? А есть уборщик в кинотеатре, где крутят клубничку, чистильщик сточных ям, лошадиный мастурб…

-Ты! - снова визжала рыжая, - скоро ты поймешь, как был глуп. Не трогай его сегодня, - повернулась уже к Графине. - Завтра им займутся, - и продолжая что-то гневно шипеть, ГреТа удалилась.

- Ты чего лыбишься? Разве есть повод? - разбойник с подозрением посмотрел на ЛуКу.

- Ну ты же слышал, она сказала, пока меня не закапывать, - усмехнулся.

- Знаешь, завтра приедет эта чокн… эта соратница, и ты точно сильно пожалеешь, что тебя сегодня не прикопали где-нибудь под кустом. На какой-то момент Луке показалось, что в глазах разбойника мелькнуло сочувствие.

Плевать, - подумал он. Завтра меня тут не будет.

Пользуясь неожиданной передышкой, ЛуКа вернулся к будке. Почти сразу к нему подошел пес. Все это время лохматый прятался за углом главного здания и внимательно за всеми наблюдал. Пес выплюнул к ногам две белые игорные кости.

- Мда. Не совсем то, что я имел в виду, но может подойти.

Условия для работы были не самые лучшие. Сев за будку прямо на землю, достал из отстегнутого протеза чернила и набор игл для письма. При начертании руны ключевую роль играла аккуратность: последовательность начертания линий, их толщина. Иногда линию нужно было закольцевать, но так, чтобы один конец не наползал на другой. А иногда оставить пробел, но такой, чтобы глазу он виден не был.

В какой-то момент ЛуКа понял, что наслаждается процессом. И хотя его набор был далеко не полный, но этого хватило для осуществления задуманного.

Руна сокрытия – должна заинтересовать разбойника. Как говорил старик, при ее применении владелец становится незаметен для окружающих. Даже находясь в одной комнате, его как бы переставали видеть.

ГНИВ – эти четыре буквы, начерченные разными чернилами внахлест, и составили нужную руну. Получилось очень хорошо.

Старику бы понравилось, - усмехнулся мальчик. Вот только просто так идти к Гору нельзя, он может ее просто отнять.

- Если у тебя нет весомого аргумента, не садись за стол переговоров, - часто повторял старик. Поэтому, припрятав кости у будки, ЛуКа отправился на разведку.

В лесу начало темнеть, многие разбойники вернулись в свое логово. Кто-то из них принес вещи, Сало и Баклан привели двух маленьких детей.

Осмотр решил начать с игорного дома. Прежде всего, при помощи шпильки, что РёМа щедро воткнул ему в волосы, снял кандалы. Это было несложно. Замок был совсем простой. Видно, не ожидали бандиты, что добровольно пустят в свой лагерь довольно опытного воришку.

Разбойники особо не заботились о передвижении пленников по территории. Они не безосновательно были уверены, что из-за этого забора выбраться никто не сможет. Но вот лежавшая посреди дороги цепь могла их насторожить.

- Эй, ушастый, иди сюда, - позвал ЛуКа пса. Этот лохматый придурок, копируя поведение мальчика, стоял на задних лапах и прижимался корпусом к соседнему углу здания. Это выглядело еще подозрительнее, чем лежащая на дороге цепь.

Пес подошёл, и ЛуКа протянул ему конец цепи. Отнеси ее в будку и оставь там. Только тихо.

Внезапно что-то зашуршало, и из небольшой палатки, стоявшей неподалёку, вышла ГреТа. Вот только ЛуКа был уверен, что еще пару минут назад ее там не было. А значит, это могло означать только одно – в палатке был подземный ход.

Дождавшись, пока атаманша уйдет, заглянул внутрь. На полу лежал спальный мешок, под которым торчал уголок деревянной крышки.

- Слушай, лохматый, есть дело. Пёс уже отнес цепь и теперь на пузе крался рядом. - Мне кажется, тут есть потайной ход. Я сейчас быстренько все осмотрю, а ты постой на охране. Если кто подойдет, громко гавкай. А я тебе потом вкусную кость дам. Пёс его понял и притаился у палатки.

Приподняв крышку люка, мальчик увидел ведущую вниз лестницу. Протиснулся внутрь и стал аккуратно спускаться. В подземелье было темно, но ступеньки подсвечивались голубым светом, это позволило идти с относительным комфортом. Стоило дойти до конца, и нижняя комната осветилась неярким розовым светом. Осмотрев помещение, ЛуКа даже присвистнул.

Это я удачно зашёл, – подумал мальчик.

Внизу его встретила круглая, бетонная комната, диаметром метров шесть, в высоту не более пяти. Она была полностью забита оружием. На стенах висели пистолеты, автоматы, ружья. На земле стояли ящики с гранатами и пулеметными лентами. Арсенал небольшой страны.

А ребятки-то с секретом, – подумал ЛуКа, рассматривая весь этот схрон.

Вот только отверстия для "барсука" и дивана в помещении не было, а значит, нужно искать еще одну комнату.

В детстве, когда основным его промыслом были кражи, старик научил его некоторым приемам. Например, как найти спрятанные сокровища. Но тут особых навыков не понадобилось. У одного из стеллажей на земляном полу остался след – небольшой кусок окружности, прочерченный колесом, на котором край этого стеллажа и стоял.

– Как дети, – ухмыльнулся ЛуКа, рассматривая небольшую потайную дверь. Точнее, это была не просто дверь, а скорее тяжелый бронированный люк, похожий на те, что использовали на подводных лодках. Вот только размер его был совсем небольшой, взрослый мужчина бы точно не пролез, а вот нетолстая девушка, с трудом, но смогла.

Недолго думая, ЛуКа отодвинул засов и без особых проблем протиснулся внутрь.

Изнутри комната больше напоминала безумную смесь сейфа и будуара барышни эпохи Барокко. Размер – пять на пять метров, толстые, бронированные стены, украшали картины в резных деревянных рамах. Некоторые из них мальчик даже узнал. Недавно по Законодательно Одобренному Моментально Бесперебойно Оповещающему (ЗОМБО) ящику показывали сюжет.

Группа активистов ворвалась в музей и, облив руки суперклеем, накрепко приклеили себя к картине. ЛуКа тогда не мог понять, зачем это показывать в новостях? Стоило просто выключить свет и закрыть зал, и пусть бы они стояли так сколько влезет. Одни, в темноте, с приклеенными руками, ни воды не попить, ни зад не почесать.

Впрочем, отвлекся.

У стены стоял тот самый диван. И был он тут самым скромным предметом интерьера. Все остальное буквально кричало о роскоши. На полу ковер из индийского кашемира, резные парные столики из эбенового дерева. Шкатулки из слоновой кости, статуи, сделанные в технике мраморной вуали, китайская ваза из нефрита. В общем, чего там только не было.

Но больше всего ЛуКу заинтересовал сандаловый армуар.(3)

В нем за хрустальным стеклом был выставлен инкрустированный драгоценными камнями меч.

Открыв дверцу, взял его, попробовал сделать пару взмахов. Легкий, но при этом хорошо сбалансирован. Конечно, для обороны нужен огнестрел, но с одной рукой его не обслуживать, не заряжать не получится.

Всего в помещении было три выхода. Первый – люк, через который он и пролез. Второй, похожий, но большего размера, размещался в потолке. А вот третья дверь, расположенная напротив "входа" была невероятной. Сейф в сейфе.

Вход в банковское деньгохранилище, не иначе, – подумал мальчик, – и если тут такая роскошь, то что же там внутри? С другой стороны, я не жадный, времени у меня нет, поэтому обойдусь малым, – усмехнулся он, заворачивая меч в наволочку, снятую с ближайшей подушки.

Внезапно на улице раздался вой, да такой, что аж сердце в пятки ушло. Пёс, оставленный на стрёме! Сюда кто-то идет. Подбежав к люку, через который вошел ЛуКа, быстро захлопнул его. Благо, тот был оснащен кремальерным затвором(4) , что позволило быстро запереть вход. Это даст ему время.

Судя по замкам, две другие двери открывались изнутри. И если верхняя вела в главный дом, то за второй могло оказаться что угодно. Опять же, посетив арсенал, разбойник может просто уйти. Исходя из размера двери, возможность войти сюда имела только ГреТа. После того, как люк закрылся, звуки снаружи стали неслышны.

Но ЛуКа понимал, была вероятность, что разбойники догадаются о его нахождении здесь, и вполне ожидаемо скоро откроют дверь. А если нет, то насколько ему хватит воздуха? Отверстие, которое он сперва принял за «барсука», на деле оказалось выходом вентиляционной трубы, и если его перекроют, тут станет нечем дышать.

Внезапно снаружи что-то громыхнуло. Взрыв! Он произошел в оружейной комнате и был такой силы, что дверь люка не выдержала и, сорвавшись с петель, и подобно пушечному ядру врезалась в огромную дверь «деньгохранилища».

стрелок(1) – тот, кто кидает кости в игре Крэпс.

dice shaker(2) – стакан для метания костей.

армуар(3) – старинные шкафы для хранения оружия.

кремальерный затвор(4) – устанавливается на переборных дверях подводных лодок для быстрого их задраивания.

Глава 7 Спасение?

- ЛуКа, что тут делаешь? – Голова ДиМо протиснулась в люк, а его цепкий взгляд, подобно сканеру, уже осматривал комнату. Из-за маленького прохода попасть внутрь он не смог, но и отсюда видел достаточно.

- Да я вот тоже не знаю, – ЛуКа скривился от боли. Хоть выбитая дверь и пролетела мимо, но взрывная волна сбила его с ног, отчего он на время потерял сознание, а очнувшись, увидел лицо сыскаря. – В больничку бы, да ноженьки не держат, помог бы кто.

- Скорая уже в пути. Тебе больно? Можешь подняться? Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

- Мне плохо. Не хочу вставать. Хотите, ложитесь рядом, так и поговорим, – ЛуКа прикрыл глаза. Смотреть на епископа ему совсем не хотелось, и как он вообще тут оказался?

- Тогда хотя бы в нескольких словах скажи, что тут произошло?

- Тут произошел взрыв, – ответил.

- Это понятно. А почему он произошёл?

- Об этом не ведаю. Я не пиротехник. Плохие парни, что нас похитили, веганцы, может на ужин у них было слишком много бобовых? Вот у моего старика после фасоли такие газы.

- Ты знаешь, где сейчас ЛяЛя? Девушка, которую похитили вместе с тобой.

- Знаю. Она в доме с зелёной крышей.

- С ней всё хорошо?

- Даже лучше, чем вы можете себе представить, – ухмыльнулся.

- Попробуй подползти к люку, и я тебя вытащу. Нужно спасти девушку.

- Ноженьки не слушаются, – вздыхает. Но вам безусловно стоит поторопиться. Может и получится… спасти. Только я с вами не пойду. Такое мне видеть нельзя.

- Я понял, – ДиМо буквально отскочил от проёма, – мне нужно ей помочь. Будь здесь, я скоро.

- Да куда же я денусь? – слабым голосом прошептал ЛуКа вслед улетевшему ДиМо. – Тут же еще столько сокровищ, которые я не осмотрел, – добавил он, моментально вскочив на ноги.

ДиМо торопился. Ему нужно было как можно скорее найти девушку. Её отец – глава довольно влиятельного клана. И он весьма недвусмысленно намекнул, что промедление в поисках дочери весьма пагубно скажется на благополучии всего МУРА. Именно поэтому, несмотря на правило «невмешательства в дела без магии», старший епископ и направил его на расследование. И если ему и правда удалось так быстро найти девушку, это будет невероятной удачей.

Он только-только прибыл на стоянку кемпинга «Цветущий сад», место, где ЛяЛя останавливалась последний раз. Персонал подтвердил, что видел ее в компании двух мужчин и мальчика. Исходя из показаний, это были брат, телохранитель и случайный попутчик. Со слов телохранителя этот самый ЛуКа выглядел очень подозрительно.

В этих лесах люди пропадали и раньше, но расследования вели обычные жандармы, и продвижения в поисках не было. Но сейчас девушку требовали найти в течение суток, не жалея на это денег и любых других ресурсов.

Опрос свидетелей занял полчаса, дальше следовало ехать к месту происшествия, где его ждал убитый горем брат. Мужчина вел себя как одержимый. «Спасите сестру, спасите её» – твердил он в трубку через каждые три слова, тем самым усложняя сбор показаний и напрасно тратя драгоценное время. Он даже предлагал забрать его новый, оставленный на стоянке автомобиль, чтобы епископ как можно быстрее добрался до места преступления, но ДиМо предпочитал передвигаться на мотоциклах.

Отъехать от кемпинга он не успел. Буквально в паре сотен метров, за ближайшими деревьями прогремел мощнейший взрыв, а столб дыма вырвался буквально из-под земли. Как представитель власти, он не мог это проигнорировать, и поспешил к месту ЧП.

Обитатели лесного лагеря сразу показались подозрительными. И то, как упорно они доказывали, что все хорошо, вызывало еще больше вопросов. Чтобы попасть на территорию пришлось воспользоваться властью и силой, и совсем немного магией. Для осмотра места происшествия создал ветряной щит по области и прибил им всю пыль, поднятую взрывом, и в большом количестве летающую над эпицентром.

Им к слову оказалась запечатанная пусковая шахта. Шесть метров в диаметре, не менее тридцати метров в глубину, толстые бетонные стены, рассчитанные на запуск межконтинентальных ракет. Для разрушения таких шахт нужно давление около ста атмосфер. Для сравнения, здания разрушаются при 0,2 атмосферы.

При консервации шахта была разбита на сектора, каждые пять метров устанавливали деревянные перекрытия и делали настил. А выход заварили листом сантиметровой бронированной стали. Все это и спасло лесной лагерь от полного уничтожения. Взрыв, произошедший в верхнем секторе шахты, «ушел вниз», легко ломая деревянные перекрытия, и наверх вышла лишь малая часть высвободившейся энергии. Но и ее хватило, для того чтобы пробить сталь и выйти наружу.

По сути, осмотр места ничего не дал: взрыв уничтожил все, что могло указывать на причину его происхождения, а если что-то и осталось, оно лежит на дне этой самой шахты. Но раз при взрыве, кроме одного пса, никто не погиб, следовало бы вернуться к поиску девушки.

Но профессиональное чутье не позволяло ему уйти. Оно буквально било в набат, что стоит копнуть глубже. Но что там копать?

Хотя…

Управление ракетами, запускаемыми из таких шахт, происходит из командного пункта. И чаще всего он один на целую группу, и связь между ними происходит через проводные подземные каналы, некоторые из которых оснащены жилыми секторами.

Осветил шахту магическим светляком. Так и есть. Метрах в четырех вниз виден лаз. Сформировал левитационный щит и, спустившись на нем по шахте, заглянул внутрь темного отверстия. И впервые за долгое время искренне удивился, увидев внутри мальчишку. Но еще больше удивился, поняв, что тот жив.

Несмотря на изменившийся внешний вид, узнал его сразу – ЛуКа. Тот самый парень из старой академии. Стоп. А не тот ли этот ЛуКа, которого похитили вместе с ЛяЛей? Если верить словам телохранителя, именно так звали их подозрительного попутчика.

Достал из кармана энергокамень. Последний. Но без лечения мальчик может погибнуть, и нет времени ждать, когда тот очнется. Нужно расспросить про девушку.

Поднявшись на поверхность, понял, что все разбойники разбежались. Черт! Стоило арестовать хотя бы одного, такого противного, с крысой. Да и рыжая эта явно что-то не договаривала. Взрыв произошел потому, что собака скинула в шахту игральные кости. Что за бред? Решили свалить свои темные дела на погибшего пса!

Подходя к домику, ДиМо ожидал разное, но реальность жестоко втоптала в грязь любые его предположения.

Дом с "зеленой крышей" изнутри выглядел как пыточная. Войти в него, кстати, оказалось непросто, пришлось выжигать замок огненным заклинанием "Автоген".

Обитые красным бархатом мягкие стены вероятнее всего хорошо скрывали крики несчастных. Стон одного из таких мучеников и сейчас доносился из-за ближайшей закрытой двери. Используя магическое зрение, активировал заклинание "Ренген" и заглянул сквозь стену. Внутри находились двое. Один, вероятно похититель, вольготно лежал на большой кровати, а второй, вероятно девушка, стояла пристегнутая железными наручниками к какой-то странной металлической конструкции.

Разозлившись, активировал последнее на сегодня заклинание – больше резерва нет – и, ворвавшись в комнату, выпустил заряд в лоб лежащего на кровати извращенца.

Глава 8 Спасение.

Как только ДиМо ушел, ЛуКа принялся осматривать помещение. Теперь он официально числится спасенным, а значит, есть повод прихватить что подороже. Хотя после взрыва в комнате мало что осталось. Точнее, осталось конечно всё, но вот ценность свою потеряла. Ну а какая ценность может быть у разбитой вазы или у картины, в которую впечатался тяжелый металлический люк?

Была надежда, что после удара получится попасть в комнату "деньгохранилище", но увы, массивную дверь покорежило, но она выстояла, так и не открыв всех своих секретов. Обидно.

Но на то ЛуКа и промышлял кражами, чтобы знать, где и какой тайник может прятаться. И вот удача: за одной из картин (фу, как банально) была спрятана сейфовая дверь. Совсем небольшая, половинка альбомного листа, но вот степень сокрытия была хороша. Тайник расположили на высоте двух метров, почти под самым потолком. И не просто замаскировали картиной, его утопили в стене, сверху закрыв стальным листом, точно таким, какими была обита вся комната. Для дополнительного отвлечения внимания на висевшей сверху картине золотой рамочкой выделили сигнатуру(1) и даже дату создания указали. Увидев авторство, вор точно не устоит. Картину снимет, а дверку не обнаружит, даже при простукивании. Если бы не взрыв, найти, а уж тем более добраться до нее было бы ох как сложно.

Но взрыв сделал своё дело: врезавшийся в двери "деньгохранилища" люк отлетел в сторону, разорвал картину и помял панель, это и позволило заметить тайник. Подтащил диван, сверху поставил стул, забрался. С замком пришлось повозиться. Шпилькой его было не открыть, доставал отмычку из протеза.

Через пятнадцать минут замок сдался. Щелчок. С замиранием сердца открыл дверцу. Внутри лежал криптекс(2), омоньер(3) и пара склянок с непонятным порошком.

В кошеле оказались 10 очень крупных энергокамней, таких, что и уровень было не определить. Уже хотел слезать, но что-то не позволяло. Взгляд буквально сам раз за разом обшаривал пустую нишу. Осмотреть бы всё магическим зрением, но чего нет, того нет. Но есть артефакторская линза для нанесения секретных рун невидимыми чернилами.

Линза не подвела. В свете фонарика через неё четко высветились руны зачарования. Древние, сложные, запретные. Сглотнул подступивший ком. Тайник в тайнике сейфа! Да там может быть такое, что обеспечит на всю жизнь, только неясно чем – деньгами или проблемами.

Достал иглы, определил "Закрывающую" руну и стал ломать её строй. Аккуратно, точка за точкой, штрих за штрихом. Взлом закрывающих рун – был навыком, который ЛуКа освоил раньше, чем научился читать и писать. Все самое ценное всегда прятали за такими рунами. Сложность состояла в том, что её нельзя просто испортить, в таком случае вы не сможете открыть тайник, её надо разблокировать.

"Закрывающие" руны были единственные из всех, которые возможно было использовать не магам. Для их построения и вскрытия нужны были энергокамни, и их руна поглощала самостоятельно.

- Проблема всех современных артефактов в том, что их невозможно напитать магией, а следовательно, активировать их свойства. Для активации нужны особые руны "СТАРТ". Но в период Великой Стужи их начертание было утрачено, – именно с этими словами КоЗу впервые положил перед ЛуКой старинный свиток.

– Ты можешь изготовить любую безделушку, изображение и описание которой найдешь в старинной книге. Сделай её идеально или неправильно, мощной или бесполезной – это не будет иметь значения. Пока артефакт не заряжен, подлог не определят.

С тех пор день за днем ЛуКа начал изготавливать копии. Их изображения и описание старик находил в старых рукописях. И хотя пользы в них не было никакой, старик требовал идеального сходства.

- Только в случае полной идентичности изделие можно выгодно продать. Ты не единственный, кто делает подделки, но должен стать лучшим среди всех.

Сложность артефактов постоянно повышалась, и вскоре у ЛуКи появились иглы для начертания линий разной толщины. Чернила, вся особенность которых состояла в том, что после нанесения и нагрева они выглядели «старыми».

- Новодел клиентов не интересует. Значит, рисунок должен быть не красным, а выгоревшим красным, не синим, а блёклым синим - повторял старик.

А потом появились лупа и кисть для нанесения невидимых символов. Какой-то умник решил, что именно их наличие – гарантия подлинности артефакта. Ну... Хотите? Сделаем! Последним появился набор инструментов, поднявший изготовленные подделки на недосягаемый уровень.

Но не время для ностальгии. Сейчас спешить нельзя, но нужно торопиться, наверняка ЛяЛю уже нашли, а скоро придут и за ним. Последнее движение, щелчок, и в стене появилась небольшая щель, при этом три энергокамня осыпались прахом. Чертова руна, выпила столько энергии. С другой стороны, это был хороший знак – чем сильнее руна, тем ценнее сокровище.

С последним замком так же пришлось повозиться, запор с тройным секретом не желал сдаваться.

Наконец последняя преграда пала, и защитная дверца осыпалась белыми кристаллами. Внутри лежала деревянная коробка. Без замков, без щелей, без каких-либо отверстий. Да вы издеваетесь? Её можно было принять за простой брусок, если бы при встряхивании внутри не гремел неизвестный предмет.

Стянул со второй подушки ещё одну наволочку и, нарвав её на полоски, примотал брусок к ноге.

Когда за ним пришли, ЛуКа вылезал из люка как герой боевых действий. Весь в саже и копоти, одежда разорвана, нога примотана к деревянному бруску. Опирался на палку, перемотанную грязной тряпкой, при этом он старательно охал и кряхтел.

В лагере разбойников пришлось задержаться.

Из столицы прибыла группа следователей, дознавателей, следопытов и еще много кого. Они осматривали, обыскивали, выспрашивали. Заводили уголовные дела. ЛуКа писать заявление отказался, не хотел лишний раз светиться в криминальных сводках, и ЛяЛя не стала, потому что это так скучно, и вообще приключение было как в книге. Помимо ЛяЛи и ЛуКи в лагере нашли еще двух девушек и четырех детей. Кого-то схватили по дороге, кого-то привезли из Северной Столицы. Все они были из богатых семей и находились в розыске.

Больше всего заявлений поступило от блондина, которого ЛяЛя утащила в дом с зеленой крышей. Там было и удержание, и подчинение, и физическое насилие, и моральные истязания и еще много чего… Разбойник с ужасом глядел на ЛяЛю и перечислял – перечислял – перечислял.

ЛяЛе же не было до него никакого дела, она с восторгом теребила руку брата и рассказывала о том, как ей сначала понравилось, потом не понравилось, а потом опять кааак понравилось.

Но все же власть аристократов – великая вещь. Стоило ЛяЛе надуть губки, как их сразу отпустили, при этом ЛуКа смог беспрепятственно забрать с собой все, что удалось добыть в бандитском тайнике.

Через два часа пути показались огни Северной столицы. Еще издалека стало видно, что у городских ворот стояла огромная очередь из всевозможного транспорта. Автомобили, велосипеды, конные повозки. Даже примерно их было не меньше пятисот.

– Вылезай, приехали, – КэРи остановил ХаМер возле небольшого каменного постамента. Стационарный телепорт, ЛуКа их только на картинках видел. Говорят, раньше, при помощи таких перемещались на тысячи, на сотни тысяч километров. А сейчас даже самые богатые семьи не могли перемещаться больше чем на пять километров.

– Дальше пешком пойдешь, – продолжал злорадно медведь. Проход в телепорт стоит два камня высшего качества. У тебя есть? Конечно, нет. А даже если бы и были, записываться в МУРА надо за месяц.

– Прости, маленький, но КэРи прав, – ЛяЛя выглядела расстроенной, – мы не рассчитывали на тебя, а сейчас уже ничего не исправить.

– Это не страшно, – ЛуКа широко улыбнулся девушке, – ты и так очень меня выручила, я так вам благодарен. Может, еще увидимся. И если позволите, я просто посмотрю, ведь когда еще удастся увидеть работу настоящего мага.

К ним подошел мужчина. На его шее висел большой серебряный диск с цифрой 1. Маг 1 ступени. Самый низший из всех рангов. Лысеющий мужчина, с солидным пузом, лет сорока, смотрел на всех с откровенным высокомерием. Лениво подойдя к рунному кругу, он положил на него 5 энергокамней и начал шептать заклинания, перенаправляя магию из камней в портал.

Магия бывает двух видов. Внешняя магия – называется Дар. Энергия для нее извлекается из магических камней и источников и вливается в магический предмет или заклинание. Ей могли пользоваться те, кто перешел на 11 ступень культивации, создал меридианы и имел серебряный ранг мага с 1 по 10 уровня.

Внутренняя магия – называется Сила, берется из ростка совершенствующего. Ее уровень закладывается при рождении, но пользоваться ею можно только после достижения 21 ступени культивации и становления магом золотого ранга 1 уровня.

Портал засветился синим, проявился замысловатый узор.

– Прощай, мелочь, надеюсь, больше не увидимся, – КэРи подошел к телепорту и со всей силы хлопнул ЛуКу по спине. От такого удара мальчик качнулся, пытаясь удержать равновесие, сделал шаг вперед. Потом еще один, а потом, запнувшись о камень, упал на портал и исчез. ЛяЛя испуганно ахнула, РёМа усмехнулся, он тоже заметил тот неприличный жест, что ЛуКа напоследок показал медведю.

сигнатура(1), - автограф (фамилия) художника.

криптекс(2), - полый цилиндр с кодовым механизмом.

омоньес(3), - кошелёк, носимый на поясе.

Глава 9 Северная столица

Северная Столица поражала. Мегаполис расположился на огромном горном массиве.

В светлые времена, когда на планете жило около триллиона людей, Земля делилась на три уровня.

Первый уровень – смертных. Он находился на поверхности материков. На нем жили люди и простолюдины, ставшие на путь культивации.

Второй уровень – бессмертных. Простолюдины, прошедшие бронзовый уровень культивации, обучались в академиях, располагавшихся на Горных пиках. Для элиты существовали Летающие острова. На них жили аристократы, вставшие на путь совершенствования. На одном из таких островов раньше и располагалась Академия СоРан. Но после проигрыша в войне с Серыми, остров был уничтожен, и академия упала на землю.

Третий уровень – небожителей. На него переходили те, кто преодолел 41-й уровень культивации и вышел на стадию обожествления. В зависимости от типа энергии обожествленного, они жили высоко в небесных замках, глубоко под водой, или в самых недрах земли.

Словно сохраняя крупинку истории, Столица была поделена на уровни.

На «земле», у подножия горы, в небольших квартирках жили простые работяги. Средний уровень занимали кланы и аристократы. И на самой верхушке стояли элитные особняки, принадлежавшие высшей аристократии и немногим совершенствующимся, что еще остались в этом мире.

И вот он, простой сирота, всю жизнь проживший в развалинах старой академии, смог прикоснуться к миру небожителей. А ведь для этого ему и делать ничего не пришлось.

После того, как он "случайно" упал в портал, следом за ним прошли ЛяЛя и РёМа. Зареванная девушка сгребла его в охапку и сказала, что он просто обязан остаться у них. Братик с лукавой улыбкой поддержал идею и лишь незаметно подмигнул ЛуКе.

Оказавшись в апартаментах, сразу позвали врача. Тот был шокирован состоянием тела несчастного ребенка. Прописал ему покой и усиленное питание. А пару баночек эля ему прописал РёМа.

Для ЛуКи выделили большую комнату – бывшую детскую ЛяЛи. Всё в ней было роскошно. Огромная мягкая кровать с сотней подушек, винтажные кресла и софа, стол. Мальчика совсем не смутило, что вся комната была в мягких игрушках, куклах и розовых кружевах. И даже пижаму ему выдали розовую в цветочек.

С утра его никто не будил, и хорошо выспавшись, ЛуКа занял большую гостевую ванну. Утопая в ароматной розовой пене, он лежал в огромной ванне с гидромассажем. Пил холодный эль и смотрел в панорамное окно самого роскошного во всем городе особняка.

Неожиданно дверь слетела с петель. На пороге стоял всклокоченный и очень злой КэРи. А следом за ним, испуганно хлопая глазками, жалась ЛяЛя.

– Ты – ревел медведь, – как ты посмел пройти вместо меня?

– Я не хотел. Ты сам меня толкнул. А я просто запнулся и упал.

– И такого дерьмового объяснения, по-твоему, достаточно? Да я из-за тебя десять часов простоял на въезде! И почему ты вообще тут разлегся? С моим элем!

– Я буду жить тут, отсюда больница близко.

– Тебе нужен врач? – опешил медведь.

– Ну а вдруг мне станет плохо? Ты очень сильно меня ударил. Хочешь, покажу большущий синяк на бедре?

– Есть, есть синяк, – ЛяЛя снова разрыдалась, – прямо возле попки.

Медведь синяк смотреть не стал, лишь скрипнув зубами, вышел из ванной.

– А ты хитрец, – прошептал РёМа - Но мне нравится.

– О чем ты? Посмотри, я пострадал! Ты тоже видел синяк.

– Н-у-у-у, я же визажист. Я знаю, на какой день после удара синяки становятся желтыми. И щелкнув мальчика по носу, РёМа взял под руку сестру вывел её из комнаты.

Когда ЛуКа вышел из ванны, его ждал красивый костюм очередного, ну очень модного кутюрье и довольный РёМа с расчёской, феном и целым саквояжем различных баночек.

Внизу раздался звук клаксона. Во двор въехал небольшой розовый автомобиль, за рулем которого сидел молодой мужчина. Выглядел он ещё более экстравагантно, чем леопард.

– РёМа, солнце, где ты нашёл столь прекрасный экземпляр? – спросил он, осматривая ЛуКу. Ты должен отдать мне его на ближайший показ. Он станет звездой моей новой коллекции.

– ЛиАм, мальчик не моя собственность, но если ты предложишь ему хорошую цену, он может сам согласиться.

– Дружочек Рё, ну откуда у меня денюжки? – картинно всплеснул руками ЛиАм – папа не одобряет моё творчество, лишил всех карточек. Как истинный художник, перебиваюсь хлебом да водичкой. До города вот на твоей машине доехал, да и пожить у тебя планирую. Пустишь?

РёМа молча кивнул, и забрав у друга ключи, сел в свой розовый автомобиль.

– ЛуКа, поехали прокатимся, – сказал он, открыв пассажирскую дверь, – покажу тебе город. До теста у нас ещё есть время.

Это было очень вкусно. И много. И вкусно. Очень вкусно. ЛуКа с наслаждением поедал принесенные официантом десерты. Да он иногда за месяц меньше ел. И уж точно не так вкусно. Десятое блюдо? Да просто тут порции уж очень маленькие.

ЛяЛя с умилением смотрела на его довольное лицо.

– Вот видишь, как хорошо, когда рядом есть девушка. Придет время, ты женишься.

– Хватит мне угрожать! ЛуКа сыто откинулся на спинку шикарного кресла. Я пока о таком даже не думаю. Мне еще жить и жить.

– А если не думаешь, то может, уже свалишь? – КэРи доедал уже третье мороженное, и сам походил на кусок льда.

Вот уже больше двух часов они сидели в небольшом ресторанчике возле академии Армитаж. Сегодня все желающие могли измерить свой магический потенциал.

Кроха, частица, искра, зерно, осколок. До наступления Великой стужи эти пять уровней применялись для оценки потенциала простолюдина. Только имея искру или зерно, можно было попасть в академию. Для аристократии уровень оценки был другой. Там проверяли каждый тип энергии отдельно.

Но с наступлением эпохи Рассвета врожденная Сила стала слабеть. Тогда МУРА понизили планку. При помощи сверхмощного магического микроскопа удалось рассмотреть новые уровни: соринку, песчинку и крупинку. Это понижало порог поступления, иначе набрать учеников было бы невозможно, ведь сейчас зерно встречалось у одного на миллиард.

Изначально, эти добавления не имели особой ценности. Ведь переход на новый уровень зависел от изначальной Силы. Но во времена Великой стужи было открыто множество пилюль усиления, благодаря которым удавалось продвинуть слабую Силу на несколько ступеней.

Да и для Академии по-прежнему считалось престижным иметь много учеников – совершенствующихся. Даже если они таковыми не являлись.

– Ой. Тест начинается! Идем скорей, – подскочила со своего места ЛяЛя. При этом она опрокинула стол, и посуда с остатками еды оказалась на полу.

Тысячи человек собрались на площади. Большинство хотели пройти проверку, но были и те, кто пришел просто посмотреть на отбор.

А посмотреть было на что. Толпы разномастных поклонников Хохландс, ведьмы и друиды, феи и… квадроберы? На их фоне даже РёМа в розовом бархатном костюме-тройке выглядел стильно.

– Ну же, еще немного, еще. Два крепких мужчины с невероятным усилием пытались усадить ЛяЛю на платформу микроскопа для проверки. Устройство походило на аппарат МРТ, и упитанная девушка никак не могла забраться на него. Хотя, возможно, ей просто нравилось флиртовать с этими качками.

Искра. Искра! Смешки сменились робким шепотом, перешедшим в радостный гул. Первая искра за последние пять лет. Эта смешная толстуха, оказалось, имеет высокий уровень силы.

Тут же со всех сторон ее окружили рекрутеры из всех существующих магических академий. По договору, подписанному всеми странами, было определено, что человек с Силой – является гражданином Мира и может выбрать себе любую академию. И выбор абитуриента чаще всего был основан на том, какие привилегии ему предложат.

– А исчо ви сможить читать новий романь КиСы ЛаАв за месьяц до их пюбликэйшен. Очень худая женщина в длинном черном платье и пенсне протянула ЛяЛе цветной буклет. Академия Нотер-Дам – ми сделяим из тибья настоящую ведьму.

– Дьявол, мы теряем ее, скорей! – РёМа ломанулся вперед, расталкивая толпу.

– Что за ерунда? – ЛуКа еле поспевал следом, – неужели она может повестись на такое?

– А на что еще? ЛяЛя всю жизнь живет в роскоши, ни в чем не нуждаясь. Любит парней. А эта КиСа пишет горяченькие рассказики про то, как очередная пышечка покорила сердце герцога, главаря мафии, мистера Олимпия, дракона. Он, увидев ее доброту и прекрасную душу, обязательно влюбляется в нее такой, как она есть. Причем сами героини категорически не хотят строить любовь с такими же, как она, пухляками, простыми парикмахерами или теми, чей банковский счет не содержит девяти нолей. А ведь у таких парней тоже может быть богатый внутренний мир и тонкая душевная организация. Но нет, каждой серой мышке – толстушке по сильному, богатому, красивому, качку.

"Высокий, с атлетическим телосложением, излучающий уверенность и харизму. Его темные волосы слегка растрепаны и на солнце отливают золотистыми нотами. Глубокие карие глаза были окружены длинными ресницами, что придавало взгляду эротизм и некую магнетическую притягательность. Четко очерченные скулы и идеальная линия мужественного подбородка придавали ему аристократический вид, а легкая щетина добавляла брутальности". – процитировал РёМа.

На нем всегда идеально сидящий пиджак, который подчеркивает мощный силуэт, а штаны, скроенные из очень дорогой ткани, не скрывают от глаз выдающиеся размеры его мужественности. Голос обязательно глубокий и бархатный, а манера говорить — полна остроумия и шарма. Когда он улыбался, мир вокруг как будто замирал: его улыбка была обворожительной и заставляла сердце биться чаще. Он знал, что привлекает внимание, и это только добавляло ему обаяния. – не унимался леопард.

Хотя он и улыбался, в его глазах проскальзывала грусть, словно за маской уверенности и силы скрывались глубокие раны, о которых не хотелось говорить. И все женщины мечтали хоть на миг стать теми, кто смог бы разгадать его тайны и вызвать ту улыбку только для себя.

Но!

– Что, но? – ухмыльнулся ЛуКа.

– Но из всего "ассортимента страждущих его женщин" он всегда выбирал ту, которая упорно его троллила или игнорировала. Бедную разведенку, брошенную мужем, желательно неидеальную, с ребенком, а лучше двумя, и скверным характером. Буквально на последних секундах РёМа успел перехватить руку сестры, ставящей подпись в договоре, и, не смотря на все ее слезы и причитания, утащить с площади.

– Я, можно сказать, мечтала об этом, а ты так меня подставил!

– Ну, клюковка, ну не злись. РёМа сидел в углу как побитый пес и не смел поднять глаз на рассерженную сестру.

– Я как представил, что ты уедешь так далеко, во Фрикцию, у меня сердце сжалось.

– А я? Обо мне ты подумал? А как же сила клана? Я из дома сбежала, ради мечты поступить в Академию, а ты всё испортил. Ты, имея искру, отказался от совершенствования, а теперь и мою мечту губишь!

– Но зефирка моя, – всё еще пытался сопротивляться РёМа, – я не против твоего поступления. Я просто не мог позволить тебе уехать. Но ты можешь остаться учиться тут.

- Да что я тут не видела! – не унималась девушка, – ты думаешь, я не знаю, кто ректор нашей Академии? Старуха! Она еще у нашей матушки преподавала! А вот ректор Нотер-Дам, господин КваЗи Мор`До – молод и очень хорош собой! Да ты хуже, чем отец, всю жизнь мне испортил! – уже буквально кричала ЛяЛя, привлекая к себе внимание всех посетителей дорогой кондитерской, в которую их отвел РёМа в попытке смягчить гнев сестры. Ненавижу тебя. НЕ-НА-ВИ-ЖУ!

- Вот-вот, РёМа, я тоже не понимаю, зачем ты так подставляешь сестру? – ЛуКа ел шоколадный десерт и с сожалением поглядывал на леопарда. Девушка согласно закивала головой.

- Думаешь, ЛяЛя бы и не справилась? Вот какая там первая ступень культивации? Сломанные кости! Это когда два десятка мужчин берут огромные камни и кидают в тебя, пока все кости не треснут. Кивки девушки стали менее уверенными. А вторая ступень – вывернутые суставы. Это когда совершенствующегося привязывают к четырем лошадям и тянут в разные стороны, пока все суставы не вывернут. Да ЛяЛя легко это вытерпит. А уж про третью ступень, когда с мужчинами запретят общаться и думать не стоит, это же проще простого.

- Не хочууу - вдруг сквозь слезы завыла ЛяЛя, – не хочууу камнями, и к лошадям не..не...не хочу, и без мужчин – уже без удержу, рыдала девушка.

- Ну ладно, кукурузинка, ну не плачь, – РёМа уже вытирал слезы сестре. Я постараюсь что-то придумать, например, достану для тебя книжки КиСы пораньше. Хорошо?

- Хорошо, – улыбнулась ЛяЛя и закинула в рот очередной профитроль.

- Спасибо, – одними губами прошептал РёМа ЛуКе.

- Малыш, а что насчет тебя? Уже спокойная ЛяЛя, – продолжила поедать сладкое. Может тебе тоже пройти проверку на определение потенциала? Тогда ты сможешь поступить в Академию и стать великим магом.

- Нет уж, покорно благодарю, – усмехнулся ЛуКа, – никогда не понимал этой одержимости магией. Постоянно практиковаться, подвергая тело физическим страданиям. Я ненавижу боль. А уходить на десятки лет в медитацию – это вообще бред. Вроде живут тысячи лет, а жизни и не видят.

- А разве ты не за этим приехал в Столицу? – удивилась ЛяЛя.

- Нет. Я приехал сюда, чтобы попасть в микромир, на поле преданных мечей.

- Тогда обломись, – неожиданно подал голос сидевший в стороне медведь, – тебя туда никто не пропустит.

- Но почему? Почему ему нельзя? – возмутилась ЛяЛя, – я слышала, что вход туда свободный для любого культивирующего.

- Вот именно. Но для этого любой, пытающийся войти, должен пройти предварительную проверку на потенциал. - При проверке потенциала на руку наносят знак, – РёМа закатал рукав и показал замысловатый символ, – это говорит о том, что потенциально ты можешь стать магом.

- Вот именно, – осклабился медведь, – на входе в мир стоит охрана, и тех, у кого нет татуировки, внутрь точно не пропустят. И кстати, начальник охраны – мой старший брат. Я предупрежу его, так что не пытайся ничего выкинуть.

ЛуКа задумался. А ведь это может стать проблемой. Конечно, с его уровнем каллиграфии нарисовать подобную татуировку труда не составит. Но только на бумаге. А она должна располагаться под сгибом локтя правой руки. Такое место, где он, обладая одной рукой, подделать ее точно не сможет. А еще и медведь. Он наверняка будет пристально следить за ним.

- Выпей отравы, тварь, – прошептал Лука еле слышно.

- Что ты сказал? – прорычал медведь, оказывается, он обладал очень хорошим слухом.

- Говорю, выпей отвару. Трав. – усмехнулся ЛуКа, – успокоительных. А я как раз пойду, пройду проверку. РёМа, друг, ты же поможешь пройти без очереди?

- Для любимчика сестры – все что угодно, – только давай сделаем это позже. В спокойной обстановке, я договорюсь с ректором, – улыбнулся леопард. А пока мы можем сходить в одно интересное место.

Глава 10 Интересное место.

«Бутик эксклюзивных оберегов и артефактов господина ШаРл` О Тана» – гласила вывеска над старой деревянной дверью, украшенной множеством рун.

- Этот господин – величайший артефактор, – рассказывал РёМа, – он продает только старинные и мощные изделия. Вот, например, эта дверь, с виду хлипкая, но пробить её невозможно благодаря мощным защитным рунам.

Ну да, ну да, – усмехнулся ЛуКа, – дверь эта мощная, потому что внутри каждой деревянной плашки бронированный лист вставлен, а в тонких местах куски стальной арматуры вмонтированы. Просто ногой её не выбить, а применять более сильное воздействие к месту, расположенному в центре Столицы, между зданием Имперского Банка и оружейным магазином никто бы не позволил.

Да и руны эти были фуфло – взяты из книги «Рунопись для чайника», первые десять занятий. Помню, как старик впервые дал мне эту книгу. С тех пор я по 5-6 часов ежедневно выводил эти каракули, изрядно огребая за плохое начертание.

И, кстати, – разукрасить дверь рунами для чайников – был его вступительный экзамен. Только после этого КоЗу позволил перестать воровать и заняться изготовлением простеньких амулетов.

В бутике царила атмосфера роскоши и таинственности. Как в музее у стен стояли одиночные витрины, в каждой из которых был выставлен всего один артефакт, который, судя по витиеватому описанию, обладал своей уникальной историей и силой.

Две девушки, стоя перед шкатулкой с кулонами, внимательно обсуждали, какой амулет выбрать для удачного замужества. Одна из них, стройная и с яркими волосами, с энтузиазмом рассматривала сами кулоны, в то время как другая, скромная и с длинными косами, внимательно читала их описание.

В это время парень в очках, с серьезным выражением лица, сидел за столом с каталогом эксклюзивных товаров. Он перелистывал страницы с тщательно описанными магическими предметами: от кристаллов до древних свитков, жаждя найти что-то особенное. Его внимание привлекали мощные артефакты, которые могли бы подвести его к цели, но, судя по его одежде, были ему не по карману.

Недалеко от него полная дама с кокетливой улыбкой общалась с продавцом. Она делала заказ на «секретный» оберег, уверенная в том, что уникальный амулет «Кастр – Ат», описание которого она нашла в древней книге, станет лучшим защитником для её семьи и не позволит её мужу засматриваться на молодых секретарш.

Продавец, кивая, записывал все детали, обещал выполнить заказ, заверяя, что «уже сегодня снарядят отряд лучших охотников за артефактами на поиски этого сокровища». Но на самом деле, это описание передавали старику, который находил в старых книгах какую-нибудь похожую вещь и сажал ЛуКу за её изготовление. Именно поэтому очень часто такие заказчики получали весьма странные артефакты. Хотел оберег от сглаза? Получи защиту от катаракты, главное что у обоих в середине изображение глаза.

ЛяЛя протиснулась к стойке с драгоценностями, РёМа рассматривал клинки, а ЛуКа в неверии смотрел на ценники. Да там, где бог обмана и хитрости Локи учился, старик преподавал, или нет, он был директором.

Когда одна из продавцов, блондинка с пятым размером груди, уточнила у ЛуКи, что тот хочет купить, он не задумываясь ответил, что хочет продать – древний, золотой меч.

- Откуда он у Вас? – спросил приглашенный из подсобки оценщик, внимательно рассматривая фото меча, которое ЛуКа сделал на старенький полароид, найденный в игрушках ЛяЛи.

- Как-то прогуливаясь по ПеТер ГоФу, я заметил статую великого СимпСона. В молитвенной надежде я сложил руки и обратился к нему, и вот…

- Что вот?

- С неба посыпались разные предметы. И меч в том числе.

- Сказочник, – фыркнул оценщик. Но в любом случае приходи после закрытия, приноси меч, но если на него нет документа, цену снижу.

- Да были при нем какие-то бумажки, – ответил ЛуКа, прикидывая, сможет ли за такое короткое время составить для меча приличную биографию.

Как же я рада, – восклицала ЛяЛя, уже десятый раз за вечер, – у тебя тоже есть сила. И это так волнительно. Это значит, мы сможем зайти в микромир и попробовать достать меч. Вот, кушай, доктор сказал тебе надо хорошо питаться, – девушка пододвинула ЛуКе тарелку с горой блинчиков. Это РёМушка пек, он божественно готовит.

РёМа лишь по-доброму улыбнулся сестре и подмигнул ЛуКе, указав взглядом на сердечки из клубничного соуса, которые ЛяЛя старательно нарисовала на вершине блинной пирамиды. Сам леопард следил за фигурой, поэтому перед ним стояла миска овощного салата, два вареных яйца и овсяная каша на воде.

– Я уже договорился с кем надо, – сказал РёМа, – завтра в двенадцать нас пропустят без очереди, только надо будет тату показать, с этим строго.

– Ну и что, ну и покажем! У нас они есть, – ЛяЛя в очередной раз продемонстрировала сидевшим за столом парням свою магическую татуировку. Мне её такой красивый маг поставил, между прочим, второго серебряного уровня. Как же замечательно, что и моего Лушечки нашли силу.

– Силу? – Молчавший до этого КэРи разразился ехидной тирадой. – Да у него ее Пылинка! Это вообще что за уровень такой? – он сердито отодвинул от себя тарелку, в которой лежало всего три блина и никакого соуса.

– Этот уровень ввели только сегодня и специально для него. Раньше о таком ничтожном потенциале и не знали. Да если бы не просьба РёМы «очень постараться и найти», то его прогнали бы оттуда, а не исследовали два часа в разных проекциях.

ЛуКа лишь усмехнулся. И правда, неслыханная честь. Его уровень так мал, что его Силу всем преподавательским составом искали почти два часа. И нашли, но не как у всех, в районе груди, а в области затылка. И такую ничтожную часть, что даже в микроскоп еле рассмотрели.

– Ну конечно так, идиотина. Зачем говорить о таких очевидных вещах? О любой Силе изначально не знали, пока не появлялся кто-то уникальный. И напомни-ка мне, праститу… – апчхи, – ЛуКа наигранно чихнул, – прасти Господи, какой уровень Силы у тебя? – при этом он с наслаждением обмакнул блин в самое большое сердечко из соуса, внутри которого ЛяЛя написала его имя. - Среди нас четверых только ты тут совсем пустой. Извините, но сегодня был трудный день, пойду я, пожалуй, спать. И, выхватив прямо из-под носа медведя последнюю бутылку эля, ушел в свою комнату.

Но спать он, конечно, не собирался. Прежде всего, ЛуКа осмотрел добытые у разбойников трофеи. Судьбу золотого меча он решил заранее – продать его в лавку старика. Так он получит за него приличные деньги, при этом меч все равно останется «в семье». Кошелек с оставшимися семью кристаллами тоже не вызвал вопросов, хотя нужно отдать на оценку один из них. На первый взгляд, камень был так велик, что по качеству превосходил энергокамни высокого уровня. Еще оставались "бревнокоробка" и криптекс. Цилиндр на первый взгляд был обычным ребусом. Введи слово, ларчик и откроется. Но ЛуКа не любил головоломки. Поэтому выбор был очевиден. Нужно вскрывать деревянный ящик, он точно запечатан закрывающими рунами.

Брусок. Простая, ничем не примечательная деревяшка была покрыта двумя видами рун. Простыми, построенными золотыми чернилами, и тремя запирающими, видными только через линзу. Используя иглы, мальчик начал аккуратно ломать строй верхней запирающей руны. При первом уколе золотые руны начали просыпаться, появилось легкое свечение, которое с каждым движением становилось всё сильнее. Когда до взлома первой руны осталось не больше десяти штрихов, свечение стало просто невыносимым. Глаза пекло. Будь у него магическое зрение, можно было использовать его, а так пришлось закрыть глаза и убрать последние штрихи по памяти.

Взлом второй руны тоже не обошелся без сюрпризов. При её вскрытии золотые руны начали нагреваться. Любое неосторожное касание вызвало бы страшный ожег. И в подтверждение этих мыслей при смене игл одна из них выпала из руки и, упав на руну, моментально осыпалась пеплом.

Последняя третья руна оказалась самой коварной. При сломе её строя золотые руны стали терять свои очертания, постепенно превращаясь в золотой туман.

Раз-два-три – ЛуКа сразу узнал его. Яд, убивающий за три вздоха.

Вообще, так называемые химические замки применялись довольно часто. Именно поэтому старик так усердно знакомил его организм с разными ядами. Некоторые, самые распространенные, он начал давать еще с младенчества, постепенно вырабатывая к ним резистентность. С другими, по большей части не летальными, знакомил изредка, давая в полной мере ощутить их эффект. Жар, галлюцинации, паралич, понос – ЛуКа испытал всю палитру отравлений. Хуже всего, конечно, было когда их применяли одновременно.

Вот только химические замки срабатывали только в случае неправильного размыкания строя. Они были рассчитаны на воров, а не на хозяев, пытающихся достать свои секретики из шкафчика.

Но сейчас ЛуКа точно знал, что строй сломан идеально, но яд продолжает выделяться. Опасный, редкий, такой, с каким раньше сталкиваться не приходилось. А это значит, пришло время довериться стариковскому зелью. Сорвал с шеи кулон, раздавил ампулу и закинул в рот ту самую спасительную пилюлю, за которую однажды заплатил высокую цену, свою руку.

Универсальный антидот, способный нейтрализовать любой яд. Всего старик изготовил их пять доз, и эта была первой, которой он воспользовался. Яда можно не бояться, пилюля будет действовать еще месяц (ну, по крайней мере ЛуКа очень на это надеялся), и можно завершить открытие руны.

Брусок наконец поддался. Замок тихонько щелкнул, и крышка коробки отъехала в сторону.

Внутри, рядом с пятью пустыми энергокамнями, аккуратно завернутый в кусок изящного бархата, лежал старый ржавый кинжал. Он выглядел так, будто прошел через века, оставляя после себя историю невиданных битв. ЛуКа вынул кинжал и, обнаружил на лезвии магические знаки, которые перекликались с золотыми рунами на бруске.

Почему явно дорогой и качественный меч просто стоял в витрине, а ржавый невзрачный был завернут в бархат, спрятан в деревянную шкатулку, и в секретный отсек сейфа внутри сейфа? Так хранят явно ценные или опасные вещи.

Чутье артефактора орало что есть мочи, вот только что оно там орет, пойди, разбери.

Это не просто оружие, это ключ к таинствам, которые ждут своего открытия. А значит, от него стоит как можно скорее избавиться.

– А может, стоит показать его старику? Ведь если приглядеться, КоЗу хороший человек, – от этой мысли ЛуКа даже вздрогнул.

– Я что, серьезно так подумал? Не, ну если очень-очень хорошо присмотреться. В конце концов, он вырастил меня, защитил от сыскаря. А еще периодически скармливал мне яды, заставлял врать, воровать, и сутками делать подделки, которые он потом продавал избалованным аристократам.

Хотя их, если честно, аристо жалко не было. Но ведь могли пострадать простые люди. Вот как КэРи обвешавшись поддельными артефактами, думал, что стал сильнее, и из-за этого получил по голове… Хотя, если совсем честно, его тоже не жаль.

ЛуКа засунул кинжал обратно в коробку, предварительно замкнув её на себе. Это ещё одна особенность запирающей руны. После открытия хозяина можно было изменить. Для этого требовалось использовать кровь нового хозяина.

Брусок закрылся, опустошив ещё один энергокамень, и опять стал похож на простую деревяшку.

Теперь стоит подумать, как выйти из дома и добраться до бутика.

В дверь постучали. После разрешения в комнату вошёл РёМа. Он был одет в простой спортивный костюм, а на голову накинут капюшон.

– Ну что, готов идти? – спросил он.

– Куда? – не сразу понял ЛуКа.

– Ну в бутик. Ты же очевидно собрался что-то туда продать.

– А как ты узнал? – удивился ЛуКа.

– Ну ты, когда к разбойникам попал, вещи все в фургоне остались. А когда вернулся, у тебя с собой было что-то завернутое в тряпку, а потом ты с оценщиком общался и фото с ЛяЛиного полароида показывал. Если не собираешься ничего отсюда красть, – он обвел комнату рукой, – значит, продавать будешь что-то своё, возможно не сильно законное.

ЛуКа вздохнул, возразить было нечего, и показал леопарду золотой меч, криптекс и даже кошель с камнями.

– А что, весьма недурно, – присвистнул РёМа осматривая богатства.

– Энергокамни необычные. Я о таких только слышал. Они называются – идеальные. Это самое высокое качество из всех известных. Раньше их добывали в Республике Саха, но кимберлитовая трубка исчерпала себя еще тысячу лет назад. Отличить их можно по особому голубоватому отливу.

– Ты много знаешь, – удивился ЛуКа – а сколько он может стоить?

– Сколько бы тебе за него не предложили, – ты останешься в проигрыше. Понимаешь, – леопард задумался, – его ценность не то, что можно подсчитать деньгами. Такие вещи не продают, их меняют.

– Меняют?

– Ну да. На другие редкие вещи. Не эти безделицы, – РёМа показал небольшой серебряный кулон, висевший у него на шее, при этом ЛуКа покраснел, он узнал оберег «вечная любовь», он десять штук таких сделал, – а на что-то снабженное активирующими рунами по-настоящему древнее и рабочее…

- Или это может быть услуга. Если тебе что-то понадобится от высшей знати, или даже Священной семьи, смело предложи им такой камень. Тебе точно не откажут.

– И что мне с таким богатством делать?

- Ну для начала сдай на хранение в банк. Причем не в один. Лучше храни их в трех разных банках. Разные филиалы, а еще лучше разные города. Меч продай в бутик, как и собирался. А вот это, – РёМа повертел в руках криптекс, – это я бы сам хотел у тебя купить. Назови цену.

После небольшого торга поднялись в кабинет леопарда.

И это оказался не ванильно-розовый будуар, а вполне себе классический кабинет, с большим количеством книг, простой, но удобной мебелью, и множеством современной оргтехники. В том числе четырьмя очень дорогими на вид мониторами.

За одним из мониторов сидел ЛиАм. Он жевал гамбургер и быстро-быстро клацал по клавиатуре.

– Бинго, – воскликнул он, откинувшись на спинку эргономичного кресла, – один из отцовских банковских счетов похудел на изрядную сумму. Как замечательно, что его новые компари так и не нашли моего маленького трояна.

РёМа лишь усмехнулся и протянул другу меч, а криптекс убрал в сейф, спрятанный за картиной (фу… как банально).

– Магия какая-то! – восхитился ЛуКа, завороженно глядя на ЛиАма одновременно работающего на четырех мониторах.

Мужчина вводил команды, проникая в защищенные базы данных. Его цель была проста: он искал данные о мече по его детальному описанию и фото.

Сгодилось всё – слухи и легенды, данные аукционных домов, каталоги и сведения из энциклопедий. На экране перед ним появились строки, цифры, коды, которые он быстро анализировал и искал дальше, шаг за шагом прокладывая путь через цифровые лабиринты.

С каждым новым набором у него появлялось всё больше фрагментов информации о мече, улик, которые бы привели его к пониманию сути легендарного клинка, позволили узнать его свойства и цену.

Создан для коронации во времена Разрушения двух солнц… выкован в недрах вулкана… закалён в потоке священной воды….

– ЛуКа, рыбка моя, этого достаточно? – спросил ЛиАм, доставая из принтера стопку распечатанных листов. Тут самая нужная информация об этом ножичке. Когда сделали, где хранили, кому продали, даже копия его гримории есть.

– Был бы оригинал, была бы сказка, – вздохнул РёМа, заглядывая в бумаги из-за спины друга.

– Магия какая-то! – восхитился ЛиАм, завороженно глядя на ЛуКу. Тот решил не упускать выгоду и создать "оригинал" гримори.

Гримори – документ, рождающийся вместе с артефактом. В нем указываются имена артефакта и мастера, дата создания и магические свойства. Из таких гримори создавали гримуары – книги, позволяющие другим мастерам повторить артефакт.

За свою жизнь ЛуКа видел их немало. По описанию с одних он делал артефакты, иногда подделывал сами гримори, а пару гримуаров даже выкрал из музея.

Лист пергамента взял у РёМы, у него нашлось несколько хороших образцов. Погрузил его в воду, в которую предварительно добавил несколько капель специального зелья, оно "старит" документ, и при проверке его реальный возраст будет изменён. Дальше каллиграфия, красивые, ровные буквы. Документ создан во времена синего солнца, значит чернила берем синие. Нагреваем 20 минут, и вот, гримори готов!

Но, конечно, нет. На настоящем документе при помощи невидимых чернил описывают всю технологию изготовления, всевозможные тонкости и нюансы. И все их ЛуКа придумал, и записал без малейшего зазрения совести.

– Готово, – мальчик отложил в сторону невидимые чернила и кисть, – и сколько теперь будет стоить "Душа Ифрита"?

ЛиАм лишь усмехнулся и написал на листке сумму, от которой у ЛуКи по телу пробежали мурашки.

В бутик господина ШаРл` О Тана прибыли почти в два часа ночи. Их ждали. Оценщик, четверо крепких мужчин в военной форме и та самая девушка-продавец с выдающимися формами. И, вероятно, если бы не десяток крепких телохранителей, которых взял с собой РёМа, судьба ЛуКи была бы незавидной.

Вскоре по видеосвязи к ним присоединился и владелец. ЛуКа опасался, что это будет КоЗу, но нет, им оказался мужчина сорока лет. Он был одет как турецкий султан, девушки в восточных костюмах обмахивали его веерами, подносили вино и фрукты.

Переговоры взялся вести РёМа, он довольно бегло говорил на Международном языке, едином для общения между всеми странами Расколотого Архипелага.

И это был второй несомненный плюс. Поначалу высокомерный господин ШаРл` О Тан очень быстро присмирел. Фамилия леопарда произвела на него оглушающий эффект. Конечно, он же ожидал, что на сделку придет зелёный мальчишка, а не наследник самого влиятельного клана Империи.

Благодаря этому, переговоры прошли довольно быстро. После того как оценщик подтвердил подлинность меча и гримори, РёМа назвал сумму, процентов на двадцать выше той, что обозначил ЛиАм.

Небольшой торг, призывы к совести, обвинение в грабеже, заявление, что продадим его конкурентам, попытка уйти... и вуаля – сделка завершена ровно на той сумме, что ЛиАм указал изначально.

Сумму взяли сразу двумя валютами – энергокамнями и деньгами. Поместили их в инкассаторский фургон, что вёл один из телохранителей, и сразу отправились в банк.

И в этом была уже заслуга ЛиАма. Как оказалось, он был сыном банкира, владельца Международного Магического Монетохранилища или по простому МММ банка.

Как и советовал РёМа, всю выручку от продажи ЛуКа поделил на три части. Энергокамни и деньги он внёс на свой счет. А для идеальных энергокамней арендовал две разные сейфовые ячейки, поместив в каждой по камню.

Дальше они направились в Имперский банк. Для ВИП клиентов там предусматривалось круглосуточное обслуживание, а РёМа был как раз из их числа.

И опять та же процедура, треть денег и камней на счет, аренда ячейки для двух идеальных камней. Так же в этом банке РёМа перечислил мальчику сумму оговоренную при продаже криптекса. ЛуКа даже пытался сделать для леопарда скидку, ведь его помощь в продаже меча была просто неоценима. Но тот наотрез отказался.

– Для меня это не та сумма, о которой стоит думать, – пояснил РёМа свой отказ от скидки. Он вёл свою машину по всё ещё не спящим улицам Северной Столицы, хотя домой возвращались уже в пять утра.

- За неё я получил прекрасный артефакт, и твоё расположение, а судя по качественной работе с гримори и наличию весьма интересных приспособлений, ты далеко не последний человек в вопросах артефакторики. Но самое главное - ты нравишься ЛяЛе, не разочаруй мою сестричку, и я всеми силами постараюсь сделать твоё пребывание в Северной столице комфор…

Договорить он не успел. Машина въехала во двор особняка, и тут же стало понятно, что внутри не все в порядке. Дом обесточен, два оглушенных охранника лежат у лестницы, стекло входной двери разбито, видны следы крови.

Внутри полный беспорядок, вещи разбросаны, мебель перевернута, связанный КэРи заперт в шкафу.

Из дома пропало содержимое трех сейфов – включая тот, в кабинете РёМы. А ещё пропала ЛяЛя и два охранника.

Терзаемый плохим предчувствием ЛуКа поднялся в свою комнату. Она была перевёрнута особенно сильно, некоторая мебель буквально разбита в щепки.

Но главное – брусок, он тоже пропал.

Глава 11 Микромир

– Вы кажетесь хорошими друзьями, – сказал ДиМо, переводя взгляд с ЛиАма на РёМу.

- Вовсе нет! Это просто мне не везет, – ответил леопард, – и ничего общего с этим аферистом у меня нет.

- Дружочек, РёМа шутит, – ответил ЛиАм, совсем не обидевшись, – просто когда что-то случается с его дорогой сестрой, он становится сам не свой.

Угораздило же меня снова связаться с этой семейкой, – думал ДиМо. Сегодня ночью ограбили лавку артефактов одного турецкоподданного. Украли редкий меч «Душа Ифрита», который незадолго до этого им продал некий ЛуКа. Опять этот мальчишка. В лавке был очень сильный магический фон, нужно как можно скорее закончить допрос и вернуться туда.

- Скажи, откуда ты взял проданный меч? – спросил епископ, внимательно глядя на мальчика.

- Достался в наследство от покойного папеньки, – ответил он.

- Точно? – прищурился ДиМо.

- Если не верите, можете лично с ним встретиться и спросить. Давайте пистолет, я выстрелю так, что будет не больно, – пожал плечами ЛуКа, – а вы, кстати, не узнали про русалку?

- Боже, эти трое доведут меня до самоубийства, – подумал епископ, и на всякий случай поплотнее закрыл плащом кобуру с оружием.

- И все же, давайте вернемся к опросу. Есть ли у Вас подозрения, кто мог ограбить ваш дом, похитить вашу сестру и связано ли это с ограблением лавки месье ШаРл` О Тана?

- Если бы у меня были подозрения, кто тронул мою сестру, его кишки болтались бы на ближайшей сосне, – зло ответил РёМа.

- РёМушка шутит, – ответил ЛиАм, вставая между другом и сыскарем, – просто, когда что-то случается с его дорогой сестрой, он становится сам не свой.

- Поиском Вашей сестры занимаются лучшие сыщики города, – уже наверно в пятый раз повторил ДиМо, – я уверен, что с ней всё будет в порядке. А теперь, если вам больше нечего рассказать по моему делу, я пойду. В лавке присутствовал сильный магический фон, и нужно успеть взять его на анализ.

РёМа ничего не ответил, лишь безразлично махнул рукой.

Обернулся он лишь на глухой звук удара. ДиМо лежал на полу, вокруг него растекалось красное пятно, а в дверях стояла испуганная ЛяЛя, с деревянной палкой в руке.

- Значит, тебя никто не похищал? – еще раз уточнил РёМа у сестры.

- Нет. Я проснулась ночью, мне стало скучно, и я решила проведать братика. Но тебя в комнате не было. Тогда я решила поболтать с моим малышом, но его в комнате тоже не было, я минут пять искала, даже в темноте об какую-то деревяшку стукнулась.

- А потом? - А потом я взяла БиБо и БоБо и решила поехать в караоке.

- Почему ты мне не позвонила?

- Так я же обиделась! Ты с Лу ушел развлекаться, а меня с собой не позвал.

- А почему не отвечала на мои звонки? Я позвонил тебе больше сотни раз!

- Так я же обиделась, – уже не так воинственно заявила девушка.

- А епископа зачем стукнула?

- Ну а что мне оставалось делать? Я приехала домой, смотрю тут такой бардак, разруха, кровь. Я подумала, ты в беде, схватила первое, что попалось под руку, и пошла спасать. А тут он, ну и я…

- Откуда у тебя в машине вообще взялась такая странная палка? – уточнил ЛиАм, – осматривая брусок.

- Ой, ну я же говорю, пошла к ЛуКе, его не было, а палка была. А я сердитая, взяла ее, чтобы все видели, что я сердита. А потом в караоке поехала, а палку в машине оставила.

- А почему охранники трубку не брали?

- Так я же запретила! Я сердита была - напомнила девушка.

- Не забыть уволить двух дебилов, – сделал себе пометку леопард.

- РёМа, зайчик мой, ты лучше подумай, что с трупом делать будешь, – прервал их ЛиАм, – не каждый день в твоем доме МЕНТа убивают.

- Придется звонить маме, она, конечно, будет зла, но лучше адвоката нам не найти.

- Нет, – взвизгнула ЛяЛя, – только не ей, умоляю, братик, только не ей.

- Что случилось? – раздался вдруг голос ДиМо. Все обернулись и посмотрели на сыскаря. Он сидел на полу и прикладывал руку к разбитой голове.

- Вы упали в обморок, – выпалила ЛяЛя, пряча деревяшку за спину.

- Сам? – не поверил следователь.

- Сам, – подтвердила ЛяЛя. Встали тут у входа, а потом глаза закатили и упали.

- А это откуда? – ДиМо показал окровавленную руку.

- Так это, при падении вы ударились об угол.

- Угол чего?

- Да вот, коробки, – показала ЛяЛя на коробку, стоявшую у входа.

- Этой? – ДиМо с сомнением посмотрел на пустую картонную коробку из-под обуви.

- Этой, – подтвердила, – и вообще, вы своим падением так меня напугали, – забывшись, она вскинула руками, явив окружающим брусок со следами крови.

– Ой, – взвизгнула она и выронила палку из рук.

- Видите, господин следователь, – изрек РёМа, поднимая брусок. – Вы напугали мою сестру. Думаю, Вам стоит извиниться.

- Твоё? – спросил леопард у ЛуКи, как только за следователем закрылась дверь. МЕНТ предпочел не связываться с этой странной семейкой и, как только смог встать на ноги, покинул негостеприимный дом.

- Моё, – подтвердил мальчик. - Мощная ерунда, с одного удара мага 4 ступени вырубило, – задумался, – продашь?

- Извини, но нет, сколько бы ты за него ни дал, я останусь в проигрыше.

- Научил на свою голову, – улыбнулся леопард. Ладно, забирай, иди мыться и отдохни. В десять будет завтрак, а в одиннадцать за нами приедет транспорт. Будь готов.

Территория, где открылся мир, была ограждена кордоном из охранников. В него входили полицейские, маги первого и второго уровня, и просто охранники. Главным же был маг третьего уровня. Он то и дело покрикивал на огромного верзилу, при одном взгляде на которого сразу становилось понятно, что он брат КэРи. После вчерашнего нападения медведя пришлось оставить дома. Во время ограбления ему вкололи сильнодействующий препарат, погрузив в глубокий сон.

Недалеко от входа в Мир выстроились торговцы. Все они продавали и покупали мечи. И пока РёМа занимался оформлением бумаг, ЛуКа и ЛяЛя и ЛиАм выбирали себе оружие для жертвы.

– Я слышал, что чем дороже меч, тем больше шансов, – говорил один из торговцев, протягивая им свой явно недешёвый товар.

– Ой, да не слушайте вы его, – спорил с ним второй, – главное, чтоб меч был сделан хорошим мастером.

– Вздор! – не соглашался третий, – главное, чтоб меч прошёл через множество битв и был обагрён кровью врага.

В итоге ЛяЛя выбрала два меча – оба дорогие, от очень хорошего мастера, прошедшие через множество сражений. ЛиАм выбрал простой, крепкий меч, а ЛуКа – просто самый дешёвый.

В Микромир пускали по десять человек. На посещение мира им давалось три часа. За это время они должны были попробовать вытащить меч и так же группой вернуться обратно. К РёМе, ЛуКе, ЛяЛе и ЛиАму присоединилось ещё шестеро парней. И судя по тому, что РёМа почти со всеми поздоровался за руку, они были либо богачи, либо аристократы.

Внутри Микромир оказался не просто велик, он был огромен. Красное небо, на котором висели две большие луны, то и дело озарялось сполохами полярного сияния, а земля, сколько хватало глаз, была усыпана различными мечами. Они были повсюду: одни лежали в тёмных, поросших травой курганах, другие торчали из земли, третьи просто валялись под ногами толстым слоем. Их были миллионы, сотни, тысячи миллионов.

Старик, наверное, издевается, как тут вообще хоть что-то можно найти, учитывая, что времени на это остаётся лишь два часа.

– Слушай, РёМа, а я смогу прийти сюда завтра?

– Категорически нет, это дело международного масштаба. Тут собираются представители двенадцати иностранных государств, график составлен до конца месяца. Например, в нашей группе есть два иностранца и два представителя МУРА. Поэтому изменить состав группы невозможно, один человек – одна попытка.

– А почему этот мир вообще открылся? Ведь у нас осталось так мало магии, едва ли её хватит на такое? – ЛуКа уныло брёл по дороге, вслед за леопардом, безразлично глядя под ноги и стараясь не поскользнуться на очередной ржавой железке.

– Ты прав, магии нашего мира не хватило бы на такой разрыв пространства. Проход открылся с этой стороны. И никто не знает, как долго он просуществует, – ответил за РёМу долговязый парень в очках. Мочки его ушей были просто огромные, но, несмотря на это, он был достаточно красив. Да и РёМу, при встрече, приветствовал дольше и дружелюбнее остальных.

– Именно поэтому сюда пускают небольшими группами,соблюдают четкое деление по классам, и при входе мы подписываем бумагу о том, что осознаём всю опасность, подвергаем себя риску осознанно. В случае получения увечий или смерти МУРА ответственности не несёт.

– И даже если проход закроется, и мы останемся здесь, наши родственники не смеют винить управление, – с ними поравнялся ещё один парень, красноволосый, вихрастый, он был одет в зелёную форменную одежду, очень напоминавшую форму ДиМо.

– А ты тоже МЕНТ? – спросил ЛуКа первое, что пришло в голову.

– Ну что ты, конечно, нет, – улыбнулся тот, – этот пост доступен только магам, а я работаю в архиве Управления. Меня зовут АоТо.

– ЛуКа, – представился мальчишка в ответ. Никто не знает, когда мир захлопнется, но ведь старик что-то говорил про месяц, – подумал ЛуКа, машинально пожимая протянутую руку АоТо. Надо постараться незаметно улизнуть. Ведь на правилах поведения вместо подписи я поставил крестик, ибо я «сирота неграмотный», а значит, и опасности всей не осознаю.

Дорога от входа до Алатырь камня, в который был воткнут меч, заняла тридцать минут. Хотя группу РёМы сильно задерживала ЛяЛя. Девушка додумалась надеть короткое, облегающее платье и туфли на каблуке, из-за чего постоянно спотыкалась и сильно отставала.

Первыми к камню подошли два холеных блондина. Единственные, кто не поздоровался с РёМой, и более того, посмотревшие на него, как на грязь. Высокие, со светлой кожей и бесцветными серыми глазами без зрачка, спрятанными за пологом белых ресниц. Альбиносы. Близнецы. Одеты они были в костюмы, стоимость которых измерялась суммой, равной годовому бюджету небольшого города. На груди у обоих красовались серебряные жетоны с цифрой 1 и 2. Культиваторы 11 и 12 ступеней.

– Все равно лохи, хоть и маги, – подумал про себя ЛуКа, заметив у каждого не меньше десятка «магических артефактов», большая часть которых появилась на свет стараниями его руки.

– А всё же старик-то молодец, ловко он разводит на деньги этих высокомерных ублюдков.

– Это АсТон и МарТин, – тяжело дыша сказала ЛяЛя. Лицо девушки было красным и блестело от пота. Наследные принцы Альба Россо. Те еще высокомерные зазнайки, – добавила девушка совсем сердито.

– Ты их знаешь? – удивился ЛуКа.

– К сожалению, – дыхание девушки было неровным, да и вообще выглядела она паршиво, – они учились вместе с РёМушкой в Бритовской Академии магии. Хохландс. Может, слышал?

– РёМа учился в Академии магии? – в свою очередь удивился ЛуКа.

– Ну конечно! У него, между прочим, потенциал – искра. Если бы не… не… не один случай, – замялась девушка, – он бы стал сильнейшим магом.

Пока она говорила, принцы завершили ритуал извлечения меча и, раздосадованные неудачей, отошли в сторону.

Ритуал был до смешного прост. Нужно было подойти к Алатырь камню, положить на него руку, после этого взять жертвенный меч и, бросив его в сторону, произнести «May the Force be with you». Затем ухватиться за рукоятку меча в камне и попытаться его вытащить.

– Слушай, РёМа, а можно следующим я попробую? – попросил ЛуКа леопарда, заметив, что другие уступают ему очередь.

– А, конечно, иди, – РёМа был очень задумчив. Казалось, его вообще не интересует меч, он то и дело поглядывал на принцев и выглядел очень встревоженно. ЛуКа подошел к камню, положил на него покалеченную руку, а второй рукой отшвырнул от себя купленный у торговца меч.

- May the Force be with you, – произнес он громко и сделал вид, что пытается достать меч из камня. Естественно, ничего не произошло, ведь на самом деле он как мог пытался не коснуться этого меча. Отходя от камня, ЛуКа поймал на себе неприязненный взгляд одного из принцев.

– А цирюльник-то падает все ниже и ниже, – услышал он уже в спину от брата с цифрой 1 на жетоне, – мало того, что с этой свиноматкой везде таскается, так еще и калеку сюда привел.

– Возможно, это единственный, кто согласился удовлетворять этого похотливого бегемота, – ответил второй брат, – еще немного, и её просто разорвет.

Да уж, видно, у них и правда не самые лучшие отношения, – подумал ЛуКа, – но это совершенно не моё дело, сейчас проверку будет проходить ЛяЛя, а значит, я могу скрыться. Хотя скрыться – это как раз проблема. Этот мир не предполагал в себе ничего, кроме мечей. Ни кустов, ни деревьев, даже не одного крупного камня нет. А бежать по полю, до ближайшего кургана, было просто глупо.

С другой стороны, выбора особо и нет. Вернуться домой без меча – означало получить от старика болезненное наказание. А не вернуться – умереть через полгода от оборота. Да и зная характер КоЗу, обмана он не простит и второго шанса не даст.

Осторожно озираясь по сторонам, ЛуКа двинулся к ближайшему замеченному укрытию – трухлявым остаткам когда-то большого дерева. Его вывернутые из земли корни возвышались над поверхностью меньше чем на метр. Но худой мальчик был уверен, что легко сможет там укрыться. Интересно, если я останусь тут, они уйдут из мира без меня? Но следом за ними зайдут следующие, а потом еще… надо было узнать, делают ли они перерыв на ночь? Если нет, то времени искать меч у меня не будет. И вообще, темнеет ли тут?

Когда до дерева оставалась пара шагов, из-под корней выпрыгнул огромный заяц. От неожиданности ЛуКа попятился и, не удержавшись на ногах, сел на что-то круглое, при этом рукой ощутив теплую слизь.

Вот черт – ЛуКа с досадой посмотрел на вспорхнувшую рядом птицу. Будь проклята эта утка, вместе со своим гнездом, в котором я сейчас и сижу, раздавив отложенные в нем яйца. Теперь весь зад и рука в яичной слизи.

Но хуже всего было не это. Ладонью мальчик четко ощутил холод металла. Все еще надеясь на лучшее, ЛуКа посмотрел вниз. Но чуда не случилось. Его рука лежала аккурат на обломке старого и очень ржавого меча. Точнее, судя по ширине лезвия, это был обломок шпаги или рапиры. С досады попробовал ухватить торчащий рядом вполне приличный меч, но рука прошла сквозь него. Проклятье. Единственный шанс потерян.

ЛуКа схватил подлую железку, виновную во всех его несчастьях. Длинной сантиметров двадцать, острый тонкий кончик, расширяющийся к другому краю до двух сантиметров, и имеющая у места облома ровное овальное отверстие. Сюда были инкрустированы камни? А может, это обломок копья, и через отверстие он крепился к древку? Да какая к черту разница! ЛуКа с досадой отшвырнул бесполезную железку.

– Ты в порядке? – на шум пришли остальные участники группы, и РёМа заботливо протянул ЛуКе белый шелковый платок.

– Лучше не бывает, – с досадой ответил ЛуКа, вытирая руку о костюм, все равно заляпан. Он так сильно шлепнулся в это гнездо, что брызги от раздавленных яиц оказались даже на лице.

– Поднимайся, – красноволосый протянул руку, и ЛуКа, ухватившись за нее, встал на ноги.

– Идите вперед, – сказал он внимательно разглядывающей его компании, – я пойду последним.

– Мудрое решение, – усмехнулся АсТон, – у тебя сейчас весь зад в яйце.

– Лучше не поворачивайся теперь им к бегемоту, – засмеялся МарТин, – одно неловкое движение, и этот монстр тебя сожрет.

– Ваша светлость, я прошу Вас, – РёМа вышел вперед и попробовал закрыть собой сестру. – Вы можете оскорблять меня, я приму это как заслуженное наказание, но не унижайте мою сестру. Она этого не заслужила.

– Бедная крошка, – наигранно засюсюкал АсТон, – два злодея хотят обидеть невинную малышку.

– Рё! Ма! Когда ты уже наконец очнешься?! – почти вскричал МарТин, – ты не понимаешь, что из-за этого чудовища ты и сам стал таким. Она пожирает все вокруг, и тебя тоже сожрет.

– Прекрати, – РёМа выхватил из ножен меч и направил его на принца, – иначе я заставлю тебя.

– А силенок-то хватит, – усмехнулся МарТин, – может, в академии ты чего-то и стоил, но из-за этой шкуры превратился в посмешище. Я изломаю тебя за три удара, так, что ты не ножницы, не пудреницу держать не сможешь, парикмахер.

– Извинись перед ЛяЛей, – РёМа принял боевую стойку.

Мужчины приготовились к дуэли. Каждый обнажил меч. Фамильные реликвии, проверенные столетиями, усталые от предыдущих битв, но всегда готовые к новому сражению.

МарТин, высокого роста, с идеально прокачанными мышцами. Длинные белые волосы свободно развивались на ветру, а проницательный взгляд необычных серых глаз без зрачков был сосредоточен на противнике. Помимо внешности, единственным украшением мужчины были ножны — золотые, высланные изнутри плотной кожей, украшенные сложными узорами и инкрустацией драгоценных камней. В его руке блестел изящный меч, без какого-либо намека на лишние украшения — только стремительность и острота.

РёМа, был ниже на целую голову, с заплетёнными в косу темными волосами, выглядел не так внушительно, но его клинок был не менее остер.

Земля вокруг них была усыпана мечами, свидетельствующими о былых предательствах и людском коварстве. Казалось, даже ветер перестал перемещать пыль, и звуки природы моментально погрузились в зловещее молчание, как будто само время остановилось, ожидая развязки. Сражение началось.

МарТин мощным взмахом нанес первый удар, но РёМа ловко отразил его выпад и сделал шаг в сторону. Клинки звенели, сталкивались, создавая мелодию, полную ярости и взаимной обиды. Каждый удар был частью танца, где сила одного встречалась с ловкостью другого.

Принц, используя свою мощь, пытался втянуть противника в ближний бой, рассчитывая на мощный сокрушительный удар. Но более изворотливый леопард, уклонялся, бросался резко в стороны, делая стремительные выпады, которые были направлены не только на защиту, но и на дальние колющие атаки.

Внезапно, один из таких уколов столкнулся с защитой МарТина. Принц при помощи магии создал щит из воздуха, прикрыв им грудь и лицо. И сейчас пытался усилить защиту. В своем стремлении к победе он недооценил скорость и рефлексы противника. РёМа, ухватившись за момент, использовал его заминку, нанося колющий боковой удар.

— Дерутся как дети, — неожиданно услышал в своей голове ЛуКа, — с такими навыками их бы даже в низкоранговые стражи не взяли, — продолжил незнакомый, старческий голос. Он звучал где-то в затылке и заставил мальчика несколько раз обернуться.

— Давай, Рё-ё-ё-ё Ма- а - а - а — восторженно взвизгнула ЛяЛя, тряся в воздухе толстым кулаком, — покажи этому грубияну!

Бойцы ловко двигались среди ржавых острогов, уклоняясь от ударов, контратакуя и ведя свою собственную игру. Соперники не жалели сил, и каждая новая атака была более агрессивной. Их лица замерли неподвижными масками, в то время как сердца стучали в унисон с ритмом сражения, каждый из них старался выжать из себя все силы.

— Неужели я спал так долго, что уровень мастерства воинов стал так ничтожен? Эй, парень, я знаю, что ты меня слышишь. Какой сейчас год, ответь мне. — В затылке стало неприятно жечь.

— Да что тебе? — не выдержал ЛуКа, — отвяжись!

— Значит, слышишь, — голос прозвучал уже более радостно, — хочу сообщить тебе, отрок, что тебе повезло. Я дух могущественного бессмертного. Я научу тебя великой мудрости и помогу стать сильнее.

— Не интересует. Убирайся из моей головы, — ответил ЛуКа.

Сражение продолжалось, каждый мужчина твёрдо решил победить или погибнуть. Каждое движение было точным и хладнокровным — они были равны в мастерстве. Удары следовали один за другим, вытесняя из памяти то, из-за чего все это вообще началось, оставляя в сознании лишь звуки битвы.

— Ты видимо не понял, — продолжал упорствовать голос, — мальчик! Я выбрал тебя! Я стану твоим учителем! — бубнил дух, его голос звучал тихо, как отголоски ветра.

— Учителем? Нет-нет, это не для меня! — с испугом произнес ЛуКа. — Я не хочу учиться у какого-то призрака, который непонятно как влез мне в голову!

— Но я могу научить тебя тому, что ты никогда не знал! Алхимии, магии, языку зверей! И даже тому, как сделать идеальные руны! — продолжал упорствовать дух, представляя все свои умения.

— Руны? — ЛуКа даже поперхнулся. — Не, не, для этого у меня уже есть один злобный старикан.

Дух фыркнул, словно обиженный ребенок.

– Ну и ладно! Хочешь, я научу тебя говорить со стенами? Или как спрятаться от своей тени?

– Если я захочу, чтобы меня упрятали в Дом Умственно Морально Ущербных, с явными признаками шизофрении, я выберу способ проще, – ЛуКа как мог пытался отделаться от назойливого старика. Мне не нужны Сила и Дар, я просто хочу стать олигархом, и не от кого не зависеть!

– Каждый великий голиграх должен иметь магический артефакт! – воскликнул дух, и в тот же миг перед ЛуКой появился силуэт старинных часов.

– С его помощью ты найдешь сокровища, которые многие считали утерянными, изменишь время и пространство.

Мальчик улыбнулся. – Сокровища? Хм... то есть если я признаю тебя учителем, ты дашь мне эти часики?

Дух, ведясь на провокацию, взвизгнул от радости.

– Сделка! Если ты пообещаешь, что поможешь мне в поисках одной вещи, я дам тебе хронометр Сеера!

– И всё же почему ты именно меня осчастливить вздумал? – решил все же уточнить ЛуКа.

– Я Таргалион Калидарис – великий бессмертный. Мой дух заключен в твоём кинжале, а значит именно ты можешь помочь мне возродиться.

– Кинжал, – усмехнулся ЛуКа – ну он как бы, не совсем мой, а точнее совсем не мой, но теперь хоть понятно, почему его так бережно хранили. А еще приятно знать, что моя интуиция меня не подвела.

– Ладно, но даже не смей доставать меня своей призрачной болтовней! – мальчик попытался говорить сердито, но в его сердце уже зажглась искорка предвкушения.

Отвлекшись на голос в голове, ЛуКа перестал следить за битвой, и сейчас пытался понять, почему звуки сражения стихли.

В какой-то то миг МарТин, почувствовал, что соперник начинает уставать, и решился на смелый маневр. В последний миг, уклоняясь от колющего удара, он сильно прогнулся назад, провоцируя соперника подойти ближе. А после, обманывая РёМу, он сделал резкий шаг вперед, и, воспользовавшись моментом развернулся и, нанес сильный боковой удар, который оставил на руке леопарда глубокую рану, заставив того выронить меч.

– Не тронь, убью! – завизжала ЛяЛя и, не разбирая дороги, ринулась к брату. Но, конечно же, каблуки сделали свое дело, и не пройдя и пары шагов, девушка растянулась на земле, платье задралось, обнажая частички кружевного розового белья, безнадежно утонувшего меж объемных ягодиц, и прочих складок.

Присутствующие парни деликатно отвернулись, при этом в их глазах читалась жалость.

– Какое убожество, – МарТин не спешил отворачиваться, он подошел к трепыхающейся ЛяЛе и одним взмахом вытер окровавленный клинок о ее платье. - Ты всегда и во всем был лучше, я завидовал тебе! А теперь ты пастух одной похотливой свиноматки. Противно, – он убрал клинок в ножны.

– Уходим! – скомандовал. Все! – при этом он крайне выразительно посмотрел на ЛуКу.

– Нет. Нет, – запричитал дух, – нам нельзя уходить, вне мира я снова усну.

– И что ты предлагаешь? – насторожился ЛуКа, ему тоже не хотелось уходить, не найдя меч.

– Обломок, на который ты наткнулся, возьми его.

– И как мне это поможет? – ЛуКа поднял обломок клинка и повертел в руках.

– А так. Капни на него своей крови и, положи на землю или плоский камень, держи один край, а вторым очерти круг, а затем воткни его в середину.

– Ищи дурака. Пока не объяснишь, что это, я и пальцем не пошевелю, – уперся парень.

– Это стрелка, от того самого хронометра Сеера. С её помощью ты сможешь остановить время. Один оборот, и все присутствующие попадут во временной карман. Для них пройдет секунда, а для тебя два часа. Всё это время ты сможешь двигаться, и делать что захочешь.

- Неплохие перспективы, - подумал ЛуКа. Стоит попробовать. Если отыщу меч, то смогу попросить РёМу унести его с поля, он же свою попытку так и не использовал.

Чтобы осмотреться, мне понадобится около шести часов шесть, решил ЛуКа и, положив стрелку на землю, зафиксировал её через отверстие небольшой веткой. Делать всё пришлось быстро, ведь РёМа уже поднял ЛяЛю, и оба смотрели в его сторону.

Пару минут ничего не происходило, время не остановилось, люди не замерли. ЛуКа уже собрался идти к выходу, ведь АсТон сделал демонстративный шаг в его сторону.

– Лоханулся ты, Армагедон Капибарович.

– Я Таргалион Калидарис, – проворчал дух. – Сейчас всё будет.

Над кругом, очерченным ЛуКой, начала подниматься тонкая дымка, переливавшаяся всеми цветами радуги. Небо над этой частью земли заволокло серыми облаками, а ветер завыл, словно предвещая беду. Странный алкогольный запах разнёсся по округе. Вдруг, посреди поля, прямо из земли, раздался глухой треск, как будто сама Земля собиралась выпустить из своих недр невиданных чудовищ.

Почти мгновенно сотрясание земли стало настолько сильным, что птицы в ужасе взметнулись в небо, издавая при этом истошные крики. Из трещины, возникшей в центре поля, начали подниматься яркие искры. Они взлетали в воздух, словно фейерверк, формируя странные символы и узоры. Дымка стала плотнее, из трещины вырвался мощный поток света, а земля на десяток метров провалилась, формируя глубокий разлом.

Глава 12 Другой мир.

Тихо. Темно и очень холодно. Мороз пробирает до самых костей.

- Троглодит Пипидасторович, ну подставщик, – сквозь клацанье зубов проговорил ЛуКа.

– Я Таргалион Калидарис. Не бойся, ученик. Я же рядом.

- Так из-за тебя все это говно и происходит! – зло ответил ЛуКа, пытаясь увидеть хоть что-то.

Как по заказу в небе стали появляться радужные сполохи северного сияния. Постепенно его свет распространился на всю территорию, осветив собой зимний лес.

Вдалеке, от темной скалы отделился большой силуэт. В могильной тишине, под тяжестью тяжёлых шагов, раздавался хруст снега. Постепенно разрывая белое покрывало безмолвия, силуэт приближался. По мере этого становилось понятно, насколько он огромен. Неизвестный был выше самых высоких сосен метров на пятьдесят.

ЛуКа поморгал, похлопал себя по щекам, но видение не пропало. Очень худой, почти скелет, обтянутый черной кожей, вместо головы – белый череп с похожими на рога костяными наростами. С подбородка скелета до самой земли свисали тонкие красные жгуты разной толщины. И хотя силуэт был еще далеко, как при макросъемке, становились хорошо видны его глаза – пустые, но в то же время полные холодного синего пламени. Его сила была неподвластна разуму, и вся природа вокруг него трепетала от страха.

На его плече, словно светлый призрак в этом ледяном царстве, сидела маленькая девочка. Она была хрупкой и такой невесомой, что на первый взгляд могла показаться беззащитной. Но было в ней что-то таинственное, и, несмотря на холод, она нежно улыбалась.

- Тепло ли тебе, душенька? Тепло ли тебе, ясная? – прогремел голос скелета, который, казалось, сливался с самой зимой. Его слова заставляли снежинки дрожать в воздухе, как будто даже они боялись произнести лишнее.

- Это что еще за Дед Мороз? – продолжая дрожать, спросил ЛуКа.

- Это стражи. Старик Корочун и внучка его Снежна. Плохо. Очень плохо. Я все же надеялся, что в приграничье нас встретит Яга. Накормит, напоит и в баньке искупает.

- Слушай, Трафарет Календарьевич, заканчивай свои сказки братьев ТаРа и ТиНо и говори, как мне не околеть.

- Я Таргалион Калидарис! И я не… не… не уверен, – продолжал бормотать дух меча, – вот была бы Яга… этот страж он… он… мне надо спрятаться.

- Тепло ли тебе, душенька? Тепло ли тебе, ясная? – вновь прогремел над лесом голос стража.

- Холодно. Мне очень холодно, – услышал ЛуКа слабый голос возле себя и с удивлением посмотрел на его источник.

Это был то ли АсТон, то ли МарТин – в сумраке не разберешь. И вообще, какого зеленого он тут делает? Принцы же совершенно точно находились далеко от обвала. В отличие от РёМы.

РёМа… при мысли о леопарде ЛуКа зло усмехнулся. Ведь там, на поверхности, тот был совсем рядом. Когда он увидел, что я соскальзываю в разверзающую землю, то схватил меня. Схватил, но не удержал. А точнее, просто отпустил, когда заметил, что земля под ЛяЛей так же начала уползать, и её нога соскользнула в обрыв. Он понял, что не успеет вытащить меня, просто сказал "прости" и, разжав руку, бросился спасать сестру.

- Холодно? Плохо. Надо исправить! — и Корочун поднял огромную руку.

В ту же секунду их окутал смертельный холод, который пробрался в каждую клеточку тела. Дыхание стало замедляться, а кости сковывало ледяное безразличие. Снежна, глядела на происходящее, из-за поволоки густых ресниц.

- Они просто не понимают… — попыталась сказать она, но её голос был поглощен мракобесием зимы. Дух лишь повернул голову к ней и, ничего не говоря, продолжил свой путь.

Деревья вокруг стали словно хрустальными, и лес наполнился подземным эхом его шагов. Так они продвигались дальше, оставляя за собой след из мертвых сердец и замерзших душ.

- Тепло ли тебе, душенька? Тепло ли тебе, ясная? – то и дело звучало над лесом.

- Духи – они не плохие и не хорошие. Духи они как должно быть, – услышал ЛуКа сдавленное бормотание. Это был ЛиАм. Но ведь тот тоже был далеко от обвала. Присмотревшись, ЛуКа заметил рядом с ЛиАмом ещё одно тело. Очкарик с большими ушами. Именно он шептал несвязный текст, а хакер лишь его повторял.

Да сколько их сюда нападало? Неужели земля провалилась и упали все, кто был на поверхности?

– Духи делают что должны, – твердил АоТо. – Кто это? Кто?

– Это дед Корочун, – ЛуКа подполз ближе. – Страж междумирья. И внучка его, Сне...жучка.

– Страж. Стражи не пускают живых в мир мертвых, – продолжал бормотать очкарик.

– Но мы живы, – ЛуКа поднес ухо к самым губам бормотавшего парня. – Что нам делать?

– Не знаю. Мы живы – нам холодно. Душам не бывает холодно. Человеку перед… перед смертью всегда теп…теп... Договорить он не успел.

– Холодно? – зеркаля слова большеухого повторил Корочун. – Холодно – это плохо.

И он снова поднял руку.

– Стой, – пробормотал ЛуКа. – Тепло. Нам тепло. Мне вообще жарко.

– И мне. Мне тепло, – поддержал его ЛиАм.

– Тепло, – шевеля одними губами, на последних вздохах прошептал принц.

– Тепло? – повторил дух. – Тепло – это хорошо. Тепло – это как должно быть.

С этими словами он опустил руку и, развернувшись, стал удаляться. А следом за ним, не смотря на окружающую зиму, отступил холод. А вместе с ним отступили и все чувства и эмоции.

– Истинная зима начинается не с холодного воздуха, а с бездны в духе и сердце! – уходящим эхом прозвучал над лесом тоненький голосок Снежны.

– Это было максимально опасно, – пробормотал ЛиАм, с трудом поднимаясь на ноги.

– Такое странное чувство, – он пнул ногой ближайший сугроб. – Будто это не снег, а вата.

– Я думал, мне конец, – поддержал его принц. Подняться на ноги он не мог и лишь сидел на земле, уткнув голову в колени.

– Осталось понять, где мы. Эй, малой, – он поманил рукой ЛуКу. – Ты, куда нас отправил?

– Вас я никуда не отправлял, – сразу насторожился ЛуКа. – Я сам пошел, и мне не понятно, чего вы за мной увязались, – добавил он с некоторым вызовом. – Вы, между прочим, теперь мне заплатить должны за проход.

– Наглый крысёныш, – ухмыльнулся блондин. Он наконец сел ровно, и на его серебряной броши блеснула цифра два. Наследный принц МарТин. – И что ты хочешь? Только хорошо подумай, назначая цену.

– Серебро, – подал голос дух меча. – Проси серебро, здесь это самый ценный ресурс, – добавил он.

– Серебро! – тут же выпалил ЛуКа. – Килограмм! С каждого, – добавил он, посмотрев на ЛиАма и лежавшего на земле очкарика.

– Давай дам золото или энергокамни, – принц достал увесистый кошель. – По курсу один к одному, – добавил он, подумав.

– Нет! – зашипел дух. – Тут тебя спасет только серебро.

– Я сказал серебро! – продолжил настаивать ЛуКа.

– Слушай, ЛиАм, мелкий отказывается брать энергокамни вместо серебра, как думаешь, что это значит?

– А что тут думать? – ответил мужчина. – Это значит, что тут серебро равноценно жизни.

– Лови, за проход, – с этими словами он снял с шеи шнурок, на котором висел кулон в виде солнца, от которого отходило не меньше десятка разновеликих лучей.

– Больше не могу, сам понимаешь, мне тоже нужно будет как-то выжить, тут грамм триста, – кивнул он на медальон.

– Двести шестьдесят семь, – буркнул ЛуКа, поморщившись. Он хорошо помнил эти солнца. Ведь собственноручно отлил их не меньше сотни. Сильный оберег от злых духов. Да уж, в свете случившегося выглядит как издевка. Но он хотя бы точно знал, что это чистое серебро. С этим у КоЗу строго.

– А это от меня, – МарТин кинул в руку ЛуКи серебряный браслет с толстыми звеньями. На некоторых из них были приделаны небольшие подвески. Три из которых так же были изготовлены одним никому не известным обманщиком.

- А я не могу – прозвучал неожиданно голос большеухого – не могу открыть свою сумку.

Обернувшись на голос, все застыли в немом ступоре.

- АоТо мать твою – прошептал ЛиАм.

АоТо не сразу осознал, что с ним произошло. Он висел в воздухе, словно легкое облако, наблюдая за своим телом, которое безжизненно лежало на земле.

– Что... что происходит? – произнес он в недоумении, и его голос был легче ветра. Рядом с ним собрались три его спутника. Один из них, парень со странными глазами, приблизился.

– Ты не знаешь? – спросил он. – Ты, похоже, помер.

АоТо замер от этого признания. Он посмотрел на своё тело, на людей вокруг. Они не плакали и не суетились. Они просто с сочувствием смотрели на него.

– Я не могу быть мёртв! У меня ещё столько дел! – растерянно пробормотал призрак.

– Я раньше не встречал призраков, – проговорил принц, держа руку у рта лежащего на земле тела, – поэтому не знаю, как назвать твое состояние, но это тело точно мертво.

– Эй, Пигмалион Канделябрович, подсказывай.

– Я Таргалион Калидарис, – прошипел дух, – запомни уже, ученик!

– Пока ты не сделал для меня ничего, чтобы я запомнил твоё имя, и уж тем более звал учителем. – Что с ушастым?

– Он умер.

– И что будет дальше?

– За его душой придет проводник и уведет его на суд.

– Когда он придет?

– Да вон уже, у ёлки стоит.

ЛуКа начал озираться по сторонам и заметил возле небольшой ели темный силуэт. Проводник был одет в черный, рваный балахон с глубоким капюшоном. Он зависал сантиметрах в пятидесяти над землей, а вокруг ног клубами стелился густой, похожий на щупальца осьминога, сине-фиолетовый дым. Из рукава балахона выглядывала костлявая рука, державшая огромную блестящую косу.

– Слушай, АоТо, – позвал ЛуКа душу, активно спорившую о чём-то с принцем, – там это, в общем, за тобой пришли, – кивнул на проводника. Все повернулись в указанном направлении и моментально замолчали.

Проводник, видя, что его заметили, поскользил к АоТо и, подойдя вплотную к мертвому телу, рубанул по нему косой. В месте, где прошла коса, появился светящийся синий разрез. Проводник удовлетворенно кивнул, сделал жест следовать за ним и, развернувшись, поскользил прочь.

Заметив, что АоТо не сдвинулся с места, проводник остановился и посмотрел на душу. Но тот отвернулся и сделал вид, что совершенно не понимает, что ждут только его. Тогда проводник вернулся и повторил действие с косой, а потом ещё и ещё раз. На шестой раз АоТо и вовсе перестал замечать проводника и снова принялся спорить с принцем. Проводник вернулся к елке и завис возле неё.

– Почему он не пошёл с проводником? – спросил дух.

– Не знаю, – пожал ЛуКа плечами, – видно, не захотел. И вообще, не увиливай от разговора, рассказывай, что произошло, где мы. Ты сказал, что я остановлю время.

– Прости, ученик. Я ошибся. Понимаешь, у часов есть две стрелки, я много тысяч лет не видел их, без циферблата не сопоставил размер. В общем, это тоже стрелка от хронометра Сеера, только она отвечает не за время, а за пространство.

– Слушай, Тарантул Кашалотович, где мы?

– Ты сделал три оборота, значит, мы на третьем круге.

– Третьем круге чего?

– Навь, загробный мир, потусторонний мир, грань, Валгалла – у этого места нет точного названия. Этот мир существует параллельно с тем, в котором живешь ты, – начал дух, а ЛуКа повторял его слова для собратьев по несчастью.

– Этот мир бесконечно мал и в то же время необъятен. Он населен различными существами, духами, созданиями. Физическому телу человека вход сюда закрыт, но есть небольшая лазейка. И когда мы начали перемещение, я надеялся, что мы попадём к Яге, на восточный рубеж, а тут сразу третий круг.

– Если мы встретили Корочуна, а не Ягу, значит, мы не на востоке, – уточнил ЛиАм, – тогда где?

Хороший вопрос, – хмыкнул дух. Это первое, что нам предстоит узнать. А ещё – как отсюда добраться до нужного нам места.

– А где нужное нам место? – переспросил ЛуКа.

– А это зависит от того, где мы находимся, – пробурчал дух.

Оставаться в глухом лесу совсем не хотелось, поэтому было принято решение идти на юг. Возможно, там удастся найти кого-нибудь, кто поможет им выбраться из этого мира. Тело АоТо оставили лежать на месте, предварительно сняв с него все вещи, кроме нижнего белья. Сама душа была не против и только попросила не закапывать его тело, а просто накрыть разлапистыми ветвями елей.

Ещё часть времени потратили на разбор груды мечей, нападавших вместе с ними из Микромира. Выбрали с десяток самых крепких и хорошо сохранившихся. Один даже оказался с серебряным эфесом.

Первым шёл принц. Как оказалось, он прыгнул в открывшийся разлом совершенно добровольно, ощутив мощный поток манны, исходивший из него. Он решил, что за счёт этого сможет существенно поднять свой уровень. Брату своему он прыгать запретил: в случае его гибели их королевство не должно остаться без наследника.

Следом за ним летела душа АоТо. Парень оказался работником Библиотеки МУРА. Он собирал всевозможные научные сведения и, казалось, знал про всё на свете. Он прыгнул в провал, потому что тут наверняка много того, что нужно узнать и рассказать всему миру. И, кстати, он тоже запретил второму сотруднику МУРА следовать за ним. Метрах в ста от него, держась кромки леса, следовал угрюмый проводник. АоТо решительно заявил ему, что не намерен идти на какой-то там суд, он должен собрать как можно больше сведений об этом мире. А вот потом можно и на суд. Видимо, проводник решил дождаться этого "потом" и теперь следовал за своенравной душой.

В середине шёл ЛиАм, взбунтовавшийся сын состоятельного банкира. Всю жизнь он по воле отца занимался программированием и работал на банковскую систему компьютерной безопасности. Но в один из дней парень понял, что не хочет этого, и, воодушевлённый примером РёМы, пошёл учиться на дизайнера одежды. Вот только отец был категорически против этого шага, он не мог допустить, чтобы единственный наследник стал портнихой. Он заблокировал сыну все счета и связи в надежде, что тот скоро одумается. Прыгнув сюда, ЛиАм надеялся получить свободу, ведь тут наёмники отца не смогут его преследовать и портить ему жизнь.

Последний шёл ЛуКа. За его спиной болталась деревяшка с кинжалом и заключённым в ней духом. Бессмертный был молчалив. Он пояснил, что резкое пробуждение и переход дались ему с трудом, он потратил много сил, и теперь требуется время для того, чтобы напитаться энергией мира. Единственное, о чём он предупредил, – нужно найти и захватить с собой стрелку. Она нужна для того, чтобы выйти обратно.

Как ни странно, идти было не сложно. Холода они не испытывали, а ледяная корка была очень плотной, поэтому ноги в неё не проваливались. В часах АоТо был встроен компас, вот только он никак не помог. Стрелка прибора хаотично вертелась в разные стороны, не давая никакой ясности о месте их положения. ЛуКа несколько раз пытался звать дух, но тот не отзывался.

Направление решили определять по скалам, идя так, чтобы горный массив с жутким стражем был точно позади. Шли молча, говорить особо не хотелось, каждый думал о своём.

Интересно, кого мы встретим в этом мире? – думал ЛуКа. Будет очень стрёмно, если мы наткнёмся на Серых. Человечество столько времени потратило на борьбу с ними, чтобы в итоге прыгнуть к ним в пасть.

Хроники от ЛуКи. Продолжение.

После того как тёмный маг разорвал вуаль мироздания, магия начала утекать из их мира. Эпоха Рождения Культов закончилась в 3300 году, и ей на смену пришла эпоха Разрушения двух солнц. Да-да, раньше маленькую планетку грело целых три солнца. Самое большое, ярко-синее, погасло буквально за год. Причём оно не исчезло, а просто развалилось на много мелких кусков. Вот так люди однажды вышли на улицу, а в небе вместо солнышка видна лишь куча осколков. И начиная с этого момента культиваторы перестали преодолевать сорок первый уровень культивации и выходить на стадию обожествления. Сперва этому не придали особого значения, ну, мало ли, разленились, всякое бывает.

Второе по размеру, красное солнце, продержалось ещё 700 лет, но ровно в 4000 году развалилось и оно. И вот тогда оказалось, что теперь культиваторы не могут переступить тридцать первый уровень, а те, кто был выше этой ступени культивации, откатились назад. Их духовные Цветы увяли, отбросив культиваторов на Стадию Становления Древа. Только тогда маги узнали, что подобное произошло и в первый раз. Культиваторов выше сорок первой ступени тоже отбросило назад, и в их мире больше не было бессмертных. Но на тот момент таких было не больше сотни, они жили в своих уединённых замках и о своём провале не распространялись.

Потерять культивацию не так страшно, – успокаивали себя люди, но ровно до того момента, пока в 4000 году случился первый прорыв. Иномирные создания, названные Серыми, ступили в их мир. Свою войну против людей они вели при помощи мерзких, кровожадных тварей, атаковавших всё живое на своём пути.

Твари вылезали из огромных «зеркал», которые появлялись в небе за считанные секунды.

Сначала под удар попали самые большие города, первые волны нечестии и буквально смели их с лица земли. Выжившие разбредались по территории, но как только в каком-то месте количество людей становилось наибольшим, – над поселением открывался прорыв.

Люди бежали, пытаясь найти необжитые места, вот только таких мест не было. На земле жило около триллиарда человек, и, конечно, все, даже самые неблагоприятные для жизни территории, благодаря магии и науке, были давно освоены. Города возвышались вверх на десятки километров, а выше них находились ещё и летающие острова.

И тогда люди ополчились друг против друга, стали появляться закрытые города, которые полностью изолировались от внешнего мира, не допускали на свою территорию беженцев, полностью запретили деторождение.

Благодаря этому почти шести миллиардам людей и удалось выжить. Но Серые не отступали, атакуя города с самой большой численностью населения. Так продолжалось две тысячи лет, пока в войну не вступил юноша. Он избрал другую тактику, стал объединять людей и давать тварям совместный отпор.

Прошло ещё полторы тысячи лет, люди успешно отражали нападение за нападением, и в 7500 году вуаль мироздания восстановилась. Разломы перестали происходить, и уже почти девяносто лет люди жили спокойно.

– Стой, – из задумчивости его вывел голос МарТина, – смотрите. Он указал вперёд. В темноте зимнего леса мелькал яркий огонек.

Минут через двадцать дошли до старой покосившейся хижины, в единственном окне которой горел свет. Постучали, но после того как им никто не ответил, вошли внутрь. В доме было тепло и уютно. В большом каменном очаге тлели угли, на вертеле жарилось ароматное мясо, а рядом висел чайник с кипятком. На окне стояла большая масляная лампа, свет которой и заметили путники.

Возле стен стояли три деревянные кровати, застеленные тюками с сеном и покрытые несколькими слоями шкур. В центре комнаты стоял старый стол с деревянной посудой и лавки.

– Да это прям пятизвёздочный люкс, – хмыкнул принц, поворошив угольки. – Предлагаю остановиться тут на ночь. Думаю, в лесу не безопасно.

– Ну конечно, мой очевидный друг, – улыбнулся ЛиАм, снимая с вертела чайник и разливая его содержимое по чашкам, – в любом лесу ночью опасно. Но ты думаешь, что в этой избушке безопасно? Будешь ли ты так в этом уверен, пересчитывая завтра дополнительные отверстия в своем теле? – при этом он выразительно посмотрел на пару массивных вил, стоящих при входе.

– Ну ты, конечно, можешь уйти, – пожал плечами МарТин, – но только перед этим внимательно изучи глубокие борозды от когтей, которыми на высоте двух метров покрыты дверь и стены избы.

– Я могу посторожить, – вмешался в их спор АоТо, всё это время душа жалась у входа. Мне спать теперь не надо, и холод мне не страшен, я побуду снаружи, а в случае опасности успею вас разбудить.

– Идея неплохая, – согласился принц, – только ты уверен, что стоит ждать снаружи? Возможно, тебе лучше побыть тут и покараулить через окно.

– Нет, я не хочу быть тут, – промямлила душа, – этот фонарь мне от него очень плохо, я его боюсь. Да и снаружи я могу сидеть на крыше, а если кто приблизится, я замечу его издалека, из окошка же обзор закрыт.

ЛуКа осмотрел фонарь, на нём были нанесены разные символы. Часть из них были ему знакомы – защита от злых духов. Решив, что раз уж вторглись в чужое жилье без разрешения, то не стоит строить из себя хороших мальчиков и можно позволить себе горячий ужин. Мясо было очень жирным, в румяной корочке с большим количеством специй. Травяной чай был сладкий, с ярким вкусом ягод и мёда.

– Знаете, если в аду всегда так кормят, я пожалуй и дальше буду жить в своё удовольствие, – усмехнулся принц, нарезая мясо на тонкие полоски.

– Это не ад, – произнес бессмертный, – это потусторонний мир. В ад попадают после суда.

– Но тут же тоже есть души, – уточнил ЛуКа.

– Есть. Но это души не прошедшие все круги перерождения, либо как тот, что за дверью, – беглец.

– А на тебя фонарь не действует? – мысленно уточнил ЛуКа.

– Конечно, нет. Я же бессмертный культиватор, а не какой-то низший дух.

После быстрого ужина принц лёг на кровать, стоящую у стены, расположенную напротив входа. А ЛуКа и ЛиАм устроились на другой, той, что стояла у стены с окном. Они решили, что будет крайне невежливо занимать все кровати, и на случай, если вдруг посреди ночи придет хозяин, оставили ему кровать поближе к очагу.

– А ты раньше бывал здесь? – обратился принц к ЛуКе, – кто вообще эта Яга? Ты говорил что-то про неё и восточную границу.

– На восточной границе мира живет Яга. Её изба находится в мире человеческом. Но сама она стоит одной ногой в могиле, перешла грань. Поэтому та нога у неё костяная. Обычно те, кто хотят попасть в этот мир, приходят к ней, – начал ЛуКа вслух, повторять слова духа.

– Она кормит, поит, в бане моет и «спать укладывает». В общем, там свой ритуал. Но только сон тот – фактически смерть. И пока молодец спит, душа его может уйти за грань. Есть у него на все подвиги девять дней. Должен он за это время обратно вернуться, иначе душу в тело уже не возвратить.

– А зачем Яга помогает людям? – задал вопрос АоТо. Он просунул голову сквозь дверь и теперь внимательно слушал ЛуКу.

– Нууу, – замялся дух. – Не людям она помогает, а исключительно добрым молодцам. Она женщина одинокая, вниманием мужским обделенная, живет в глуши.

– В общем, пользуется служебным положением в личных целях, – ухмыльнулся принц, – ещё одна похотливая самка.

Женщины – страшные существа, – подумал ЛуКа, засыпая.

***

– АоТо, мать твою! – именно этот выкрик разбудил ЛуКу поутру. Открыв глаза, он наткнулся на спину сидящего на кровати ЛиАма. Выглянув из-за него, увидел то, что так взволновало мужчину.

В середине хижины, недалеко от стола стояло нечто. Антропоморфный серый козёл, не менее двух с половиной метров ростом, с длинной бородой и ветвистыми рогами, упирающимися в крышу избушки. Одет он был в старую и очень грязную хламиду, подпоясанную веревкой. В руках, которые были вполне человеческими, только очень волосатыми, существо держало топор с длинным, почти метровым топорищем. Тот самый топор, который МарТин воткнул в ручку двери, запирая её от неожиданного вторжения.

– Была бы тут какая-нибудь яма, я бы в неё сейчас залез, – подумал ЛуКа, стараясь максимально придвинуться к окну, на котором уже тускло, но всё ещё горела лампа, отпугивающая злых духов.

А сзади, за козлом, на тонком красном шнурке, похожем на воздушный шарик, висела резко уменьшившаяся в размере душа АоТо, при этом парень выглядел крайне виновато. Вот и покараулил.

Первым в себя пришёл МарТин. Мужчина зажёг на руке небольшой светящийся шарик и явно был готов атаковать.

Увидев это, козёл поудобнее перехватил топор и двинулся в его сторону. Но сделав буквально несколько шагов, он остановился и точным движением руки расколол небольшой деревянный чурбан. После чего положил дрова в очаг и посмотрел на принца, мол, чего тупишь? Поджигай.

МарТин одним точным движением запустил шар, и в очаге сразу занялся огонь. Если бы не лёгкий тремор рук принца, можно было бы подумать, что они с козлом так каждое утро себе чаёк подогревают.

– Кто вы? – наконец спросил козёл, поставив на стол миску с разогретыми кусками вчерашнего мяса.

– Мы люди, – ответил за всех принц.

– Врёшь, – козёл посмотрел на него исподлобья и воткнул нож в кусок мяса по самую рукоять.

– Люди это он, – при этом козёл показал вилкой на АоТо, – вы другие.

Ну да, логично, что он не поверил, живых людей же тут не бывает, а души выглядят не так как живые люди.

– Мы, – замялся МарТин, – мы… – при этом он очень выразительно зыркал на ЛиАиа и ЛуКу, мол, давайте, скажите что-нибудь.

– О, грозный наш друг, – начал первым ЛиАм, – простите нам нашу дерзость, что в дом к вам влезли без разрешения, если бы не нужда великая, холод и голод, не посмели бы. Простите путников, с пути сбившихся, готовы всё компенсировать.

– Кто вы? – повторил козёл и нахмурился.

– Эй,Тархун Касторкович , может подскажешь что? Нас тут как бы сейчас на рога поднимут, – мысленно орал ЛуКа, но дух молчал. Да уж, если все бессмертные были такими трусами, понятно, почему они войну Серым проиграли и вместо монстров друг друга убивать начали.

– Хотите знать кто мы? – продолжил попытки мужчина. – Я ЛиАм, а за мной вот ЛуКа, а там – вот сородич ваш, высокомерный, – при этом он кивнул на принца.

– Кто вы? – уже не на шутку разозлился козёл.

– Так, путники, мы, путники. Не сердитесь вы так, а то морщинки появятся, тёлочки любить перестанут, ну или козочки, кто вам там больше нравится. А если мы тут намусорили, так вы не переживайте, мы и пол помоем и посуду. Есть у вас тут тазик, водичка и Фери какой-нибудь?

– Фейри? – повторил козёл.

– Фери, фери, – обрадовался ЛиАм, что удалось сдвинуть диалог с мёртвой точки.

– Фейри, – довольно проговорил козёл и вышел из избы.

– И что это было? – спросил МарТин, – ты кого тут козлом высокомерным назвал?

– Ой, вот так спасаешь, людей спасаешь, а в ответ никакой благодарности, я ж думал, может он если что хоть родственников не тронет.

– Вот взять бы тебя за шкирку да через прогиб губами в землю, так чтоб тебе туда силикон больше колоть не пришлось. Глядишь, бонусом боль в спине пройдёт и позвонки на место встанут, и мозги, – угрожает.

Может, принц свою угрозу и выполнил бы, но в избу вернулся козёл и указал им на дверь.

Все дружно вышли во двор.

– ……

– ……

Глава 13 Путь к Фейри

Возле входа стояло три больших белых медведя. На каждом из них была массивная кожаная сбруя, чем-то то напоминающая старый доспех. На голове каждого был надет шлем, навершие которого украшал рыжий лисий хвост и маленький стяг с гербом.

Внешне медведи напоминали коней. Они в нетерпении фыркали, трясли головой, и рыли землю передней лапой.

- Фери, – повторил козел, – туда, – указал он рукой вдаль.

- Я, конечно, не большой знаток козлиного, – сглотнул ЛиАм, – но похоже, нам намекают, что пора валить. Мол, садитесь, добры молодцы, на коней ретивых и валите в только им известном направлении.

- А если объяснить, что мы не фейри? – тихо проговорил принц, подойдя к своим спутникам максимально близко.

- А… ну иди, поговори, – фыркнул ЛиАм, – глядишь, у тебя на козлином лучше получится. Но есть у меня подозрение, что как только ты это скажешь, так тобой сразу и пообедают. Мне такой стресс ни к чему, я только жить начал.

- Вот именно, скажем, что не фейри, опять начнет твердить, кто вы да кто вы. Ты знаешь, что ответить? Да и, судя по всему, рогатый терпением не отличается. А тут смотри, какой транспорт, почти бизнес-класс - поддержал ЛуКа.

- Ладно, – сдался принц. – А вы верхом-то то умеете?

- МарТин, солнышко ты моё ненаглядное, а ты сам-то то умеешь? – спросил ЛиАм.

- Конечно, у моего рода было три больших конюшни, – обиделся принц.

- Ммм, и сколько в них было ездовых медведей? – усмехнулся ЛиАм.

- Фейри, туда, спешить, – проговорил козёл ещё раз.

Забрались на медведей, сидеть на них было довольно удобно. Напоследок козёл выдал МарТину небольшой мешок, внутри которого, судя по запаху, лежали куски мяса. Единственное, кому крупно не повезло, была душа АоТо. Его козёл и не подумал отпускать, а всё так же в виде шарика на верёвочке передал проводнику, который сразу же, схватив непослушную душу, побрёл с ней в направлении скал.

- А когда начнется рассвет? – решил уточнить принц напоследок, ведь часы АоТо показывали одиннадцать, а солнце так и не появилось.

- Ночь, – проговорил козёл, – всегда ночь.

- Это плохо, пробормотал принц, в темноте дороги не видно.

- Ага, как будто кто-то то позволит тебе ими управлять, – снова не сдержался ЛиАм. -Тут расклад такой: куда мишка, туда и ты, вне зависимости от желания.

- А как долго ехать? – не унимался принц.

- Время ничто, если в конце пути ждёт он, – философски ответил козёл.

- Знаешь, принц, пора бы нам уже ухать, – сказал ЛиАм, покрепче взявшись за поводья, – а то скоро нас даже козёл идиотами считать начнет.

Передвигаться на медведях было очень удобно. Они спокойно бежали по глубокому снегу, легко преодолевали лесные буреломы, при помощи когтей уверенно держались на каменистых поверхностях, без заминок форсировали водные преграды.

Когда-то в одной из энциклопедий написали, что эти тяжеловесы могут развивать скорость до сорока километров в час. Правда, сохраняют они её не дольше пары минут, а потом долго отдыхают. Так вот, с уверенностью можно сказать, что автор той статьи не был знаком с медведями Нави. Эти почти весь путь преодолевали с такой скоростью, на прямых участках увеличивая её до шестидесяти, и даже не думая останавливаться на отдых.

Первым не выдержал ЛуКа, буквально взмолив об остановке. Он даже начал завидовать АоТо, которого сейчас, словно маленькое пленное пленное облачко, транспортировали на страшный суд. Но, не смотря на все уговоры, медведи были неумолимы. Они следовали из пункта А в пункт Б на своей крейсерской скорости, решительно не обращая внимания на досадные недоразумения, что сидели на их спинах.

Наконец, когда ЛуКа уже серьёзно задумался о том, чтобы просто отпустить поводья и сползти со спины медведя, их скакуны стали притормаживать. Но остановились они не абы где, а неподалеку от большой бревенчатой избы. Над входной дверью избы висел щит, с таким же гербом, что и на шлемах у медведей.

- А эти фейри вполне себе зажиточные ребята, – присвистнул ЛиАм, заходя внутрь. А главное, заботливые. Знать бы еще, конечно, кто всё же они такие.

– Фейри – это дети богов, те, кто были изгнаны с небес, но не приняты в землю, – начал говорить дух, – их существует великое множество. Больше всего, конечно, тех, кто так или иначе связан с духами природы, или служит стихиям.

– А они добрые? – спросил ЛиАм.

– Знаете, чем отличаются существа от людей? – продолжил бессмертный дух. ЛиАм и МарТин отрицательно замотали головой. – Тем, что у существ, в отличие от человека, нет бессмертной души, а значит, существа, как и стражи, они не добро и не зло, они как должно быть по их законам. Одни подчиняются стихии огня и его законам, другие – воды или ветра.

– А зачем им тогда мы?

– Сложный вопрос. Многое будет зависеть от того, в какой дом вы попадёте.

– Дом?

– Большинство фейри живут домами, есть, конечно, и одиночки, но таких совсем мало. Самые влиятельные среди них – Летний и Зимний. Представители Летнего дома зачастую добры к людям, а вот с Зимним сложней. Те могут использовать людей в своих весьма корыстных целях. Единственное, что неприложно для всех фейри, – они не могут лгать.

– А если нам не ждать встречи с этими фейри, и по-тихому сбежать? – уточнил МарТин.

– Не получится, – ответил дух, – вас передали Нанукам, они должны сопроводить вас до места любой ценой. И я бы не стал мериться с ними силами.

– А знаете, мне вот совсем не хочется сопровождаться, – принц, до этого угрюмо сидевший в углу, решил высказать своё мнение, – при этом он выглянул в окно, и медведь, лежащий неподалёку, тут же поднял голову и посмотрел на него.

– А я вот что не пойму, этот козёл подумал, что мы фейри? Или то, что нам нужно к фейри? Может, весь этот сервис только для мертвых фейри положен?

– Фейри не могут умереть, у них нет бессмертной души, – продолжил свою просветительскую работу дух, – они могут только исчезнуть из одного мира и вернуться в другой. А тому козлу, по сути, всё равно, фейри вы или нет, он – смотритель, – его дело – направлять существ в нужные им места.

– Слушай, ЛуКа, совсем ты меня запутал, мой всезнающий друг. Если у человека душа бессмертная, почему он умирает, а у фейри души такой нет, а они не умирают.

– Да вот если бы я знал, – подумал ЛуКа, – я ж вам только слова одного Таракана Капипастовича передаю.

Дух в голове собирался возмутиться, но в этот момент в дверь постучали. Неделикатно так, с лёгким намёком на угрозы.

– Ох ты, – тут же отреагировал ЛиАм, напрочь забыв про свой вопрос, – похоже, нам намекают, что пора выдвигаться. Вот знаете, если от папиных наёмников прятаться я привык, то вот что делать с этими медведями – ума не приложу.

За избушкой лес закончился, и их путь начал уходить вверх по заснеженным скалам. Встречный ветер дул в лицо, изрядно снижая скорость передвижения. Медведям было тяжело, но вот их всадникам приходилось ещё тяжелей. Они, как могли, кутались в толстые шкуры, лежавшие в вещевых мешках, крепившихся на спине медведей.

При этом ЛуКа несколько раз чуть не упал со своего скакуна, ведь если у тебя одна рука, ты можешь либо крепко держать поводья, либо кутаться в шкуру. А вот одновременно ну никак не получается. Возможно, Нануки поняли, что есть риск поломать вверенный им груз, и через час пути забрели в небольшую, но глубокую пещеру.

Два медведя расположились у входа, полностью перекрыв возможность для бегства, а третий медведь куда-то ушёл. Впрочем, он вернулся достаточно быстро, и притащил с собой тушу большого оленя. Вырезав из неё лучшие филейные части, остальное отдали медведям.

Посреди пещеры было сложено кострище, в котором МарТин и развёл негаснущее пламя, которое при помощи заклинания "Фальшфейер" горело даже без дров.

Дух снова пропал, поэтому ЛуКа всеми способами хотел избежать неудобных вопросов, ответы на которые он не знал. Но пещера была небольшой, и спрятаться там было особо негде, да и мяско на ужин само себя не пожарит.

- Слушайте, а вы случайно не знаете, какое на вкус мясо у русалки? – задал он свой любимый отвлекающий вопрос. – МарТин, ты же высочество, может, пробовал?

- А почему я должен такое пробовать? – удивился принц.

- Ну как почему? Вам, аристократам, на ужин вечно подавай то слюни бегемота, то сопли кашалота. И обязательно мясо супер редкого горного слона, оставшегося на земле в двух экземплярах. Или икру глубоководной мартышки, что мечет её раз в десять лет.

ЛиАм хмыкнул в кулак.

- А ещё я знаю, что у вас у всех с потенцией беда, – не унимался ЛуКа.

- Это то ты с чего взял? – теперь удивился даже хакер.

- Ну как почему? Вот есть какая-нибудь ерунда, неприятная и малосъедобная, её в здравом уме не один человек есть не станет, но стоит сказать, что она хорошо влияет на потенцию, тут же с прилавков сметают, едят и причмокивают.

- Да с чего ты это вообще взял? – возмутился принц.

- Ну как с чего? У моего деда лавка алхимическая есть. Там лоза чёрная продаётся, так вот никто её покупать не хотел, и так мы пробовали и эдак. А как только дед про потенцию сказал да с соседкой под ручку прогулялся, знаешь, как набежали. Вот пока говорили, что она помогает ступень преодолеть, никто не брал, а как про потенцию…

- Стоп, – перебил МарТин, – что ты сейчас сказал?

- Так сказал, что лоза потенцию поднимает, а тебе, наверное, для брата?

- Почему для брата? – не понял он.

- Ну все, когда покупают, говорят, что…

- Да нет же. Я про ступень спрашиваю, про сту-пе-нь.

- А это. Так лоза чёрная помогает культиватору с третьего на четвертый уровень перейти.

- Как? Как помогает? – подскочил с места принц.

- Так это всем известно, нужно взять…

- Оу-оу-оу, остановись, доверчивый ты мой, – поднял вверх руку ЛиАм. – ЛуКа, рыбонька моя, ну нельзя же быть таким простофилей. Да ты хоть знаешь, сколько денежек этот высокородный дядечка тебе за эту информацию заплатит? Хватит, чтобы вкусно есть, сладко пить, и о потенции не переживать.

- Уйди, – взбешённый принц приставил клинок к горлу ЛиАма, – уйди, не доводи до…

Договорить он не успел, в пещеру ворвался белый медведь, тот самый, на котором ехал хакер, и ощетинился на принца. Но вслед за ним, в пещеру пролез второй медведь и оскалил клыки на собрата.

- Так-так, друзья. Давайте не будем горячиться, – сказал ЛуКа, но на всякий случай отодвинулся вглубь пещеры. Кто знает, что придёт в голову этим Нанукам.

– Мы сегодня все устали, пора чистить зубки и ложиться спать. А завтра мы совершенно спокойно всё обсудим. Принц, – ЛуКа посмотрел на МарТина, – я готов вам всё рассказать. Но, – он перевёл взгляд на ЛиАма, – разумеется, за хорошую плату.

Ночью буран совсем разошёлся, выл так, что, окажись они снаружи, выжить бы не удалось никому. МарТин поддерживал огонь так долго, насколько хватило резерва, но под утро совсем опустел. Хоть на землю и постелили шкуры, к утру температура резко упала. Причём, это был не тот холод, что нагонял старик Корочун – холод страха и безысходности, а вполне себе обычный мороз.

На помощь пришли медведи. Они любезно предоставили путникам свои тёплые мягкие тела.

Первым проснулся ЛуКа, он спал, прижавшись спина к спине со своим ездовым медведем. Рядом, сидя на земле и опершись спиной на своего медведя, спал МарТин. Лицо у парня было напряжённым, и как только он услышал шум, сразу открыл глаза.

А вот хакера увидеть удалось не сразу, а как увидел, очень пожалел, что с собой нет фотокамеры. ЛиАм спал, растянувшись на шкурах с другой стороны его медведя. Голову он положил на медвежью лапу, а ногу закинул сверху на огромное тело. При этом выглядел он так безмятежно, будто спал в обнимку не с диким зверем, а с любимым далматинцем.

Метель прекратилась, пещера ярко освещалась лунным светом, вот только вход в пещеру был наполовину завален. МарТин разжёг огонь, и пока медведи пробивали ход наружу, сделал комплекс физических упражнений, почистил зубы разжёванной веточкой и выпил стакан воды. Ну просто образцовый мальчик.

В пещеру протиснулся третий медведь. Он был на охоте, и теперь держал в зубах упитанного кролика. Пока МарТин его разделывал и жарил, ЛиАм продолжал мирно посапывать на шкурах, а ЛуКа осматривал содержимое сумок, что были у медведей. Удалось найти три фляги, нож, веревку, брусок черного мыла и… мел?

- Послушай, ЛуКа – Мартин всё же не вытерпел. – Ты правда знаешь секрет, как перейти уровень?

- Знаю.

- А на… какой? – с придыханием спросил принц.

- Да на любой, лишь бы тебе денег хватило.

- А почему тогда ты сам не того, не маг?

- Да больно мне надо. Переход между уровнями, даже секретный, это больно. А у меня крайне низкий болевой порог, знаешь ли.

В путь выдвинулись сразу после завтрака, при этом предварительно попробовав обмануть медведей: спрятаться, убежать, прикинуться спящим. Но все попытки оказались напрасны, Нануки смотрели на них с недоумением, и даже сочувствием. Но когда часы показали десять, старший рыкнул так, что стало понятно: не заберетесь сейчас же – мы вас в зубах потащим. Вот все бы курьеры были такими ответственными.

Хоть расцвет тут и не наступил, луна довольно ярко освещала гору, по которой сейчас поднимались путники. Медведи двигались уверенно, и даже нагло, смело разгоняя всю встреченную живность, всего раз спасовав и отступив перед большим стадом мамонтов. И хотя сами мамонты были размером с не очень крупную кошку, путники посчитали, что, возможно, Нунаки что-то про них знают, и в этом странном мире стоит довериться их опыту грузоперевозок.

Сегодня медведи были безжалостны, они явно спешили наверстать потерянное вчера время, и позволили себе только один привал у небольшой горной реки, продолжительностью менее часа. На обед из этой самой реки натаскали мелкой рыбы. Наверное, чтобы готовилась быстрее.

Ближе к одиннадцати ночи медведи наконец добрались до нужного им места. И это самое место вызвало у путников лёгкий трепет. Хотя, какой там трепет – место ночевки вызвало у них настоящий шок.

На самой вершине горы, в которую они так долго взбирались, лежал огромный скелет. Хотя правильнее было сказать ОГРОМНЫЙ скелет. Он был настолько большой, что именно его череп медведи и выбрали для ночевки. Все попытки ЛиАма объяснить им своё нежелание забираться внутрь, не вызвали у медведя никакого сочувствия. Более того, его собственный конь дал ему хорошего подзатыльника, буквально вогнав внутрь своей увесистой лапой.

Внутри черепа стояла большая плетеная корзина, судя по тому, насколько сильно она заросла корнями, её не открывали очень давно. С трудом сняв крышку, обнаружили внутри масляные лампы, точно такие же, как стояли на окне в избе козла.

Медведи всеми силами указывали на эти фонари, и на то, что их надо срочно зажечь. Вот только большая часть рунических символов на лампах была стерта. Но медведи этого не знали или не понимали, только когда фонари зажглись, они заняли свои привычные места: двое сторожили у входа, а один, взяв в зубы фонарь, вышел на охоту.

- Ученик, – раздался в голове голос бессмертного, – я пробудился.

- Доброе утро, Нафталин Кадастрович, надеюсь, ты наконец-то то выспался.

- Я слышу недовольство в твоём голосе.

- Ой, да, правда что ли? Мы тут вообще-то то в крайне затруднительной ситуации. У нас полно ламп с защитой от злых духов, вот только эта защита ничерта не работает.

- А где вы сейчас находитесь? Опиши.

- А может ты уже сам вылезешь из своей железки и посмотришь? – огрызается.

- Для этого я еще очень слаб.

- А для чего ты вообще не слаб? Проще тогда кинуть твою деревяшку в костер, всяко толку больше будет.

- Ученик, я понимаю, ты сердит, но всё же опиши мне то, что ты видишь.

- Я вижу скелет, очень большой такой скелет, с очень большим таким черепом.

- Насколько этот череп большой?

- Настолько, что в него поместились три человека и три медведя! Представь себе, вот такой теремок.

- Три медведя поместились в череп на вершине большой горы? Тогда я кажется знаю, где вы находитесь.

- О, и где же? Просвяти нас.

- Это территория вампиров…

- Чего? Каких ещё вампиров?

- А чему ты удивляешься, ученик? Вы тысячи лет воевали с тварями, чем вампиры от них отличаются?

- А вампиры тоже не злые, не добрые?

- Нет. Вампиры как раз очень даже злобные. Причём настолько, что от них стоит держаться как можно дальше. И как раз помогут те самые лампы. Нужно восстановить их защиту. Ты говорил, что тебя обучали рунам. Как много ты знаешь?

- А ты и правда хорош, – восхитился МарТин, наблюдая за тем, как ЛуКа создавал строй на лампе. Всего их в корзине было десять, и только благодаря этому удалось восстановить почти полный набор символов, найдя на каждой по уцелевшему фрагменту. Не хватало всего трёх. Два из них ЛуКа построил сам, они были простые, он часто наносил комбинацию с ними на разные защитные амулеты. А последнюю, самую важную, руну активации, ему подсказал дух. Бессмертный начал её описывать, и ЛуКа сразу вспомнил, что видел такую на бруске. Получается, он теперь знает одну из десяти утерянных рун СТАРТ.

Восстановить удалось три лампы, когда в череп ввалился медведь. Тот самый, что ушёл на охоту. Он был ранен, из ровной круглой раны на задней лапе текла кровь. Зверь был напуган, он крепко сжимал в пасти фонарь и, вероятно, никак не мог понять, почему тот не сработал.

Ночь выдалась беспокойной. Напуганный видом раненого медведя, ЛуКа сразу забыл про сон и стал восстанавливать руны на оставшихся лампах.

Самый большой медведь сидел у входа в пасть черепа, он с беспокойством озирался по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху. Самый маленький медведь, или точнее медведица, находилась рядом с пострадавшим, она как могла пыталась помочь собрату, зализывая его рану.

МарТин тоже не спал, он пытался при помощи верёвки приладить к длинной палке найденный в медвежьей сумке нож и создать некое подобие копья.

Ближе к утру сон все же сморил путников. Раненый медведь перестал скулить и уснул, рядом с ним заснула лечившая его медведица. МарТин опять спал сидя, опершись на древко копья. ЛуКа устроил себе кровать в корзине из-под ламп, выстелив её дно шкурами. Не смотря на все старания, ему удалось восстановить только семь ламп, у трех, находившихся в самом низу, лопнули стёкла. Зато в них было больше всего масла, и это дало возможность зажечь пять светильников, расставив их по всему убежищу. Это был идеальный момент, чтобы сбежать от Нануки, вот только делать это резко перехотелось. Путники поняли, что рядом с медведями чувствовали себя гораздо спокойнее.

Не спал только ЛиАм. Он привык вести ночной образ жизни, часто меняя время сна на разработку очередной программы или на компьютерную стрелялку. Сейчас же он, взяв лампу, забрался на какой-то выступ вверху продолговатого черепа и через глазницу наблюдал за периметром. Именно поэтому он первый заметил шевеление в ближайшем кустарнике.

– Тревога, – вскричал он, от волнения упав с уступа и схватив сразу две лампы. Но вторжения не произошло, из зарослей зимнего кустарника, единственного не сбрасывающего листья и сохраняющего их зелеными даже зимой, высунулась озадаченная морда ламы. Зверь неспешно жевал листву и меланхолично смотрел по сторонам.

– Я не думал, что ты у нас такой смельчак, – в очередной раз съязвил МарТин укладывая свои вещи на медведя, – так мужественно защитил нас от ламы. Про это должны слагать легенды.

– Ой, да успокойся ты уже, маг с печки бряк, – огрызнулся ЛиАм. – Вы просто очень долго спали, а нам ехать надо. Вон солнце уже взошло.

Взору мужчин предстала завораживающая картина. Они стояли на самой вершине горы, являющейся частью длинной горной гряды. С одной стороны горы были погружены во тьму, на той её части лежали вечные снега, а где-то у подножия, глубоко в лесу, располагался единственный жилой дом, способный обогреть заблудшего путника.

Другая часть горы нежилась в лучах солнца и зелени. Там весело щебетали птицы и дул приятный теплый ветер. Внизу, в долине, рассеченной напополам лазурной рекой, раскинулись необъятные пахотные поля, поделенные на участки и бережно возделываемые фермерами. Их крохотные домики находились там же. И вполне можно было решить, что дух ошибся, ну как такие благодатные земли могут быть пристанищем вампиров? Вот только его предположение косвенно подтвердили Нануки, всячески показывающие, что с собой им нужно забрать лампы.

В путь двинулись, когда стрелка часов показала двенадцать. И о чудо, на солнечной стороне горы стрелка компаса прекратила своё хаотичное вращение и четко замерла в направлении юга. В этот раз рассадку на медведях пришлось сменить. Первым, как и раньше, шёл самый старый медведь, верхом на нем сидел принц. Дальше шёл раненый, он заметно прихрамывал, но старался идти в строю, несмотря на боль. Замыкала колонну медведица. Самая маленькая из всех, она приняла на свою спину не только ЛуКу, но и ЛиАма, тем самым разгружая своего собрата.

Дорога шла на спуск, двигаться пришлось медленно, те спринтерские скорости раненому медведю стали неподвластны. Вдоль всего склона паслись стада лам и альпак. Животные медведей совсем не боялись и лишь прекращали есть траву и с любопытством поворачивали свои мордочки вслед такой странной процессии.

Двигаться пришлось больше пяти часов, в животах предательски урчало. Из-за раны вчера медведь не смог добыть ужин, да и завтрака не было. МарТин хотел убить ламу, но медведь не позволил. Вероятно, им можно было охотиться только на территории вечной ночи, ну или запрещалось убивать домашний скот, которым, судя по разноцветным ленточкам вплетённым в шерсть, и являлись ламы. Когда спуск почти завершился и до выхода в долину оказалось несколько десятков метров, сверху раздался шум, переходящий в гул, и яростный крик

– Бонзаааааай!

Путники подняли головы.

– АоТо, мать твою, – только и смог промолвить ЛиАм.

Глава 14 Чужая территория.

Сверху, подобно пушечному ядру, пронзая собой все препятствия, летела маленькая душа. Красная ленточка развивалась сзади, а на конце той ленточки болтался проводник. И если бы проводнику были доступны голосовые функции, всю долину бы оглушил отборный, иномирный мат.

– Ребята, как я рад вас видеть, – вот уже который раз повторял АоТо. Там, в хижине, при этом козле, я сделать ничего не мог. Был сам не свой, из головы пропали все мысли. Но как только мы поднялись на гору, я почувствовал, что его сила ослабла. Я перестал быть безвольным нечто и стал продумывать план побега. Мы должны были двигаться по вершине этого хребта, но тут я увидел вас. У меня в голове что-то щелкнуло, и я, отринув страх и предрассудки, ринулся к вам.

– Да как ты вообще умудрился упасть с горы, ты же облако! – ЛиАм всё ещё был под впечатлением от такого эпичного возвращения приятеля.

– И что? – недоумевает АоТо. – Вес облаков может варьироваться от десятков килограммов до десятков тысяч тонн в зависимости от их вида и размера. Например, перисто-кучевые облака располагаются высоко в небе и состоят из кристалликов льда. Их масса варьируется в диапазоне от двадцати до ста килограммов. Кучевые облака отличаются небольшим размером и чёткими границами. Если представить такое облако в виде шара диаметром один километр, оно будет весить около 250 тонн. А слоистые облака имеют…

– Ой, всё, горшочек не вари, – перебил его ЛиАм, – у нас есть проблема посерьёзней, я хочу есть.

Путь по долине оказался очень приятным. Чтобы размять затекшие ноги, путники слезли с медведей и неспешно шли рядом. Раненый зверь изрядно хромал, но Нануки продолжали упорно идти вперёд, отказавшись от перерыва и ловли рыбы в глубокой, кристально чистой реке.

Зелёные луга, на которых паслись коровы и овечки. Упитанные животные, украшенные разноцветными ленточками, при появлении путников переставали щипать траву и с любопытством смотрели им вслед. То, что эта территория принадлежит вампирам, стало понятно только когда на глаза стали попадаться первые люди.

Худые, грязные, босые, одетые в старые серые лохмотья. Сгорбленные, они смотрелись инородными объектами среди этой живописной природы. В отличие от коров, путники их вообще не интересовали. Не поднимая глаз, они продолжали работать в полях и огородах.

Медведи остановились у небольшого двухэтажного дома. Таверна, – гласила надпись на старой покосившейся табличке. Подтолкнув своих всадников внутрь, медведи остались ждать у входа. Изнутри таверна выглядела так же убого, как и снаружи. Один длинный, грязный стол, вдоль которого стояли по пять шестиместных лавок с каждой стороны. За прилавком стояла женщина. Худая, в грязном переднике, и с руками, покрытыми кровавыми мозолями. Стоп, а откуда тут вообще люди?

Хозяйка была не гостеприимна и не общительна. Когда ЛуКа, ЛиАм и МарТин сели за стол, она молча поставила перед ними миску с овощами. Ну, как с овощами, скорее это была миска с овощными отходами, которые она несла на помойку, но по какой-то причине передумала и решила подать усталым путникам.

Следом за ней на столе появились три миски со странного вида варевом. В современном мире его бы назвали крем-супом из тыквы с ароматным оливковым маслом и зеленью. На деле это было странного вида оранжевое пюре, залитое сверху лужицами маслянистой жидкости с вкраплениями кусочков какой-то травы.

ЛиАм и МарТин синхронно отодвинули от себя миски, они решили дождаться второго блюда. А вот ЛуКа привередничать не стал и довольно быстро управился с супом. Живя с КоЗу, он ел блюда и похуже.

Вскоре в таверну стали заходить местные жители, и перед каждым из них ставили точно такой же набор: миска полугнилых овощей и миска странного супа. Никакого меню, шведского стола, да даже комплексного обеда предусмотрено не было. Все попытки поговорить с девушкой оказались напрасны. Она, как и прочие жители, не желала идти на контакт.

– А может, они все глухие? – спросил ЛиАм, глядя на десяток замученных людей, молча поедающих свой суп. Ну или немые.

– Не похоже, – МарТин размазывал суп по тарелке, поняв, что ничего другого не дадут, он предпринимал попытки положить в себя хоть одну ложку. Пока выходило плохо.

– Да ладно вам, может, им люди не особо нравятся, вдруг они кошек больше любят, или собак.

– Скорее всего, коров, как в Индии. Не пойму, как при таком обилии мяса они едят такие помои.

– Зря ты так, – ЛуКа съев свой суп, отобрал порцию у ЛиАма и теперь косился на тарелку МарТина – с голоду самое то. Вкус, конечно, непонятный, но брюхо набивает и калории дает. А что еще в этой жизни надо. Если не хочешь, отдай мне.

МарТин вздохнул и подвинул мальчишке свою тарелку.

После ужина они ещё раз попробовали поговорить с хозяйкой, но та лишь молчала, опустив глаза в пол. Желая оплатить ужин и снять комнату на ночь, а возможно, и разговорить женщину, МарТин протянул ей серебряный рубль. Увидев его, женщина закрыла рот ладошками и, подняв на него испуганный взгляд, быстро замотала головой.

– Какое странное место, – сказал МарТин укладываясь на тюк сена. После того, как хозяйка скоропостижно от них убежала, они не придумали ничего лучше, чем выйти к Нануки. Вожак, ждавший у входа, отвел их на сеновал, где среди тюков уже спал раненый медведь, а медведица продолжала вылизывать его поврежденную лапу.

Не смотря на все усилия, рана выглядела не очень. Какого же размера был тот хищник, что его клык нанес медведю такую рану?

Больше всего суеты наводили душа и проводник. А точнее, АоТо, который всячески пытался доказать проводнику, что ему следует уйти домой. Проводник не соглашался, и тогда у них начиналось перетягивание красной верёвочки. Проводник тянул в одну сторону, злобная тучка – в другую. Борьба шла с переменным успехом. Потом они уставали и опускались на землю отдыхать.

На ночь зажгли три фонаря. На большее просто не хватило топлива.

– Слушай, Портупей Штангенциркулевич, а откуда вообще тут люди? – ЛуКа задал вопрос, который не давал ему покоя с того момента, как они спустились в долину.

– Это не люди, это выродки, грязнокровки, существа, утратившие свои видовые признаки. Например, если мать Фейри свяжется с Орком, у них может родиться Фейри с красивыми прозрачными крылышками, заостренными ушками и владением природной магией. Может родиться Орк с прочной зелёной кожей и невероятной силой. Но в самом плохом случае у них рождаются смесок – существо, глядя на которое невозможно понять, к какому виду он принадлежит. Чаще всего, таких детей убивают – ведь это позор расы, но бывают случаи, когда их продают, в том числе и на корм вампирам.

– Жестоко.

– А по-другому тут не выжить – сила рода определяется силой его особей.

– Вот, например, ты сказал, что один из ваших Нануки получил травму. А это значит только одно: ты должен его либо убить, либо вылечить.

- С чего это?

- Территория вампиров очень большая. Чтобы вас не нашли и не убили, её надо преодолеть днем, желательно за один раз. Если бы Нануки были здоровы, вы вполне смогли бы пройти её за завтра и быть в безопасности. А теперь вам придется потратить на это два или три дня, и каждая ночь приблизит ваш поход к провалу.

- А если мы оставим медведя тут, а сами пойдем дальше?

- Не получится. Нануки крайне преданные и обязательные. Они вас не отпустят и сородича не бросят, пока он жив. Но даже если они вас и отпустят, быстро идти вы не сможете, и всё равно потратите на дорогу несколько дней.

- Ну да, бежать со скоростью сорок километров мы точно не сможем. А если вернуться в горы и подождать, пока нога заживет?

- Не получится. На границах территорий стоят барьеры. Чтобы его преодолеть, нужны разрешения на вход или на выход. Возможно, у Нануки есть разрешение на вход на соседнюю территорию, но пока они не выполнят задание вернуться в исходную зону, они не смогут.

- Как все сложно, – вздохнул ЛуКа, – но раз ты понял, где мы находимся, ты теперь знаешь, куда надо идти, чтобы выбраться отсюда?

- Приблизительно. Нам бы, конечно, найти карты, но если в общих чертах, нам нужны книги. Подойдут библиотеки грифонов, драконов, эльфов, друидов. Нужно узнать, чья территория ближе всех.

***

Утром проснулись от стука в дверь. На пороге стояла вчерашняя девушка, она держала в руках поднос, на котором стояла миска с подвявшими овощами и три миски супа. Поставив их на пороге, она посмотрела на МарТина.

- Ешьте и уходите. Уходите так быстро, как можете. – она развернулась и хотела уйти, но в этот момент заметила фонари.

- Уберите, уберите, – зашептала она, – вы нас погубите, вы всех погубите, – так пятясь и причитая, она ушла за дверь, и судя по шагам, побежала прочь.

- Похоже, меню тут разнообразием не отличается, – проговорил МарТин уныло глядя на миску похлебки.

- Да, нормальный супчик, – ЛуКа залпом выпил всё содержимое миски, – если не будете, я могу съесть. Но в этот раз и МарТин и ЛиАм съели свои порции.

После завтрака они пошли к хозяйке и предприняли ещё одну попытку расплатиться. МарТин высыпал на поднос содержимое своего кошелька и пододвинул его к девушке. Та, бросив на них беглый взгляд, схватила десять медяков, засунула их в карман грязного передника.

– Час собаки и волка спасёт час собаки и волка, – и с этими словами быстро убежала из комнаты.

- И что это за час такой?

- Час между волком и собакой – это предрассветный час между тремя и четырьмя часами ночи. В это время человеческий взгляд не способен понять, кто приближается к тебе: лесной хищник или четвероногий друг. Выдал справку АоТо.

- А сейчас сколько времени?

- Сейчас шесть, – ответил МарТин – давайте уже уйдем поскорее.

Бежать медведи больше не могли, поэтому скорость передвижения была невысока.

Как и вчера, двигались по дороге, вдоль прекрасной речушки и изумрудных лугов. По полям и огородам, где так же работали замученные люди.

Небольшие стада коров и овечек продолжали встречаться на пути. При ближайшем рассмотрении стало видно, что если овечек и лам украшали цветные ленточки, то рога коровам украшали колечки с подвесками, и в том числе небольшими колокольчиками. Когда бурёнки двигали головой, они мелодично звенели.

К трём часам дня удалось добраться до небольшого поселения. Несколько десятков домиков, церковь и таверна. Вот в неё-то и зашли. Каково же было удивление, когда в таверне перед ними, без лишних вопросов, поставили тарелку вялых овощей и миски со всё тем же оранжевым супом.

Но сейчас выбирать не приходилось. Съев по порции, попросили добавки и, довольные, двинулись дальше.

Пройдя ещё немного, увидели впереди огромный готический замок. Он возвышался за десятиметровой каменной стеной и смотрелся уродливым пятном на фоне природного великолепия.

– Кажется, я знаю, где живут хозяева этих мест, – проговорил ЛуКа, всматриваясь в черные силуэты башен, – только не говорите, что нам туда.

А медведи и не говорили, они просто стояли, понуро опустив голову, но весь их вид говорил о том, что именно в том направлении им и предстоит двигаться.

У очередной группы коров ЛиАм заметил большую кормушку. Внутри лежали сочные яблоки, груши, виноград. А возле кормушки стояли плетеные заплечные корзины, внутри которых лежал запас этих аппетитных фруктов.

Недолго думая, хакер схватил полупустую корзину с грушами, доложил в неё с десяток яблок и виноград, надел её себе за плечи. Но, чтобы не быть наглыми ворами, на крышку оставшейся корзины он положил три серебряных монеты. Затем подумал, вспомнил реакцию девушки и заменил их на золотую. Мало ли, распространение серебра на вампирской территории карается страшным наказанием.

За всеми этими манипуляциями внимательно наблюдали пять коров, две из них даже подошли поближе и почти уткнулись озадаченными мордами в корзинку, в которую ЛиАм перекладывал фрукты. А потом ещё долго смотрели вслед уходящим "покупателям".

К вечеру добрались до ещё одной деревушки, она располагалась в паре километров от мрачного замка. И поскольку дальше идти было опасно, решили заночевать в ней. В таверне было много местных жителей. Они сидели за длинными столами и хлебали свой оранжевый суп.

– О супчик, я очень голоден, – потер ладони ЛиАм. Хоть они и съели по пути все "купленные у коров" фрукты, появлению вкусного горячего блюда были очень рады.

Местные жители оказались столь же молчаливы, но от платы за ужин не отказались и разместили путешественников в большом амбаре. Зажечь удалось всего один фонарь, топлива в них почти не осталось, а магический огонь МарТина в нём не горел.

Когда в небе взошла луна, на дороге, ведущей в замок, показались ОНИ.

Глава 15 Вампиры

Первыми приближение гостей почувствовали Нануки. Они серьёзно забеспокоились. Медведица взяла в зубы фонарь, подтащила его очень близко к раненому. Затем немного подумав, стала таскать тюки с сеном и наваливать их на собрата.

Старший медведь так же проявлял беспокойство, он то и дело принюхивался и поглядывал на единственную входную дверь. Вскоре снаружи послышались людские крики и топот конских копыт. МарТин и ЛиАм подползли к небольшой щели у входной двери и стали заглядывать в неё.

– А ты почему не смотришь? – АоТо вылез из стены, к которой прижался ЛуКа, – такой молодой, а совсем не стремишься к познаниям. Я думаю, тебе стоит развивать в себе дух авантюризма.

– А я думаю, вам стоит развивать в себе инстинкт самосохранения, – огрызнулся ЛуКа, – и вместо того, чтобы лезть в пасть зверя, получше спрятаться.

– Идут. Прячься.

Принц, хакер и главный Нануки ломанулись к ближайшим тюкам с сеном и занырнули за них. При этом создав столько шума, что не услышал бы их только глухой. Когда наконец медвежья возня прекратилась, дверь амбара открылась, и на пороге стояли они.

Два высоких мужчины, в дорогих одеждах и с массой драгоценностей. Высокие, бледные, худые, с длинными ногтями-стилетами. Они осмотрели амбар, а затем отошли в сторону, пропуская вовнутрь двух великолепных лошадей.

Конь чёрный как ночь, с лоснящейся в лунном свете шкурой, заплетенной в косы гривой и драгоценной сбруей. Второй была кобыла, белоснежная, без единого пятнышка, роскошную гриву которой украшали золотые и жемчужные нити. Вампиры прикрыли дверь амбара, и неподалеку закричал глашатай, он созывал людей на площадь для оглашения воли хозяев.

– Вот это красавец, да мой отец всю сокровищницу бы отдал за такой экземпляр. Первым из своего укрытия вылез МарТин. Он подошел к коню и протянул ему руку с последним яблоком. Конь недоверчиво обнюхал угощение, но принимать его не спешил.

– Конечно, его подобным не удивишь, – следом из укрытия вышел ЛиАм, – думаю, эти кони едят лучше, чем ты. Хотя я бы сейчас не отказался от их супчика, он на удивление оказался очень вкусным. Его бы ещё сверху кедровыми орешками посыпать, и хоть сейчас на праздничный стол.

– Вообще-то, – вмешался в разговор АоТо, – кедр – хвойное дерево, у него нет орехов. Более того, семена кедра для человека вообще не съедобны.

– Как же, – не поверил ЛиАм, – моя матушка часто их покупает в салатики и йогурты.

– Потому что маркетинг управляет миром, – хмыкнула душа, – либо аристократы читать не умеют, под этикеткой орехов кедровых вам продаются семена сосны….

– Внимание, – прервал его властный голос снаружи, и МарТин снова прильнул к щели.

– Это один из вампиров говорит, тот, что с конем был, – при этом он указал на коня, а конь посмотрел на него с осуждением. Мол, тебя что мама в детстве не учила, что пальцем показывать нехорошо, а ещё принц называется.

– После завтра, в полнолуние состоится пир, прибудет множество гостей. В связи с этим требуется подготовить большое количество вашего лучшего мяса. На торжестве будут пять верховных, они ждут для себя особые подношения. И помните, если преподнесенное вами мясо не устроит высоких гостей, вас съедят вместо них.

– Ну вот, теперь понятно, почему у них тут коровы такие отожравшиеся. Лучше быть вегетарианцем, откормить и отдать корову, чем сдохнуть самому, – ЛиАм протянул белой кобыле последнюю гроздь винограда, – кушай, девочка, как хорошо, что ты не корова и не овца, тебе не грозит участь быть съеденной на праздничном ужине. Кобыла ничего не ответила, но красноречиво закатила глаза.

– Что-то мне подсказывает, что если мы сами не хотим стать сашими из человека, главным блюдом и редким деликатесом на праздничном столе кровососов, до послезавтра нам надо покинуть эти земли, – сказал ЛиАм. – Мы то никаких даров во дворец не принесем. У нас с собой только медведи.

Услышав это, старший Нануки, всё это время прятавшийся в сене, высунул голову и с подозрением посмотрел на хакера. Увидев его, кони переглянулись и попятились назад.

- Ой да шучу я, шучу, – усмехнулся ЛиАм, – ты же мне как брат стал, старший, поэтому по-братски, прошу, спрячься обратно в сено, не видишь, ты кобылку пугаешь? – при этом ЛиАм совсем неделикатно шлепнул лошадь по крупу.

Возмущенная таким поведением, она встала на дыбы, и громко заржала.

– ЛиАм, придурок, – зашипел МарТин, – нас же сейчас найдут.

В этот момент недалеко от них поднялась крышка подпола, и из него выглянула маленькая девочка.

– Быстрее, сюда, – зашептала она, – мама велела вас спрятать.

Лошадь перестала ржать, она с недовольством била копытом, глядя, как выбравшись из сена, в люк спустилась медведица и раненый. Следом за ними ушли ЛуКа, МарТин и ЛиАм. Последним был старший Нануки.

– Ха, вы видели взгляд этой кобылы? – рассмеялся ЛиАм. – Прямо как у моей бывшей, после того как она бегала за мной полгода, а потом узнала, что я больше не наследник банкира, а нищий портной. Я её тогда знатно и на секс, и на деньги развёл. Эта охотница на папиков меня тогда на Мальдивы свозила, желая доказать, что она серьезная самодостаточная бизнес-леди. А сама для этого кредит у бати в банке под пятьдесят восемь процентов взяла, умная…

– Может, ты уже помолчишь, а? – шикнул на него МарТин. – Итак, из-за за тебя столько шума подняли.

Подземный ход привел их в небольшую таверну. Там их ждала женщина, она жестами показала им молчать, и то, что медведи должны остаться под полом. На столе, как всегда, стояла тарелка подвявших овощей, и большой котел с оранжевой похлёбкой – женщина молча кивнула на них, а сама скрылась за дверью.

– А знаете, мне кажется, эти овощи, – это то, что коровы не доели, – ЛиАм покрутил в руках пожухлую ботву редиса, на конце которой болталась половинка корнеплода.

– Это не важно, – отмахнулся МарТин, – главное, тут дают суп, попробую узнать у хозяйки рецепт. За него в нашем мире любой ресторан Мишлен получит.

Через полчаса, часа когда котелок почти опустел, вернулась хозяйка. Она поманила их за собой, открыв сразу дверь и подвал, чтобы выпустить медведей. Иначе, эти здоровяки разнесли бы ей всю кухню. Часы показывали три ночи. И женщина заговорила, быстро, и сбивчиво.

– Сейчас, хозяева уснули, вы можете идти. Идите быстро, нигде где не останавливайтесь. Вам сегодня надо преодолеть замок. Жителей не бойтесь, у них не хватит сил навредить вам.

– Почему вы нам помогаете? – спросил ЛиАм.

– Моя дочь, заберите её с собой. Мне уже поздно, но её ещё можно освободить. У неё ещё есть шанс.

– Мама, – стоявшая за её спиной девочка вцепилась ей в руку, – я не уйду без тебя.

– Я сказала, уходи, – шикнула мать, – мне поздно, я без амброзии уже не проживу, а тебе я её не давала. У тебя есть шанс. Уходи.

Группа выдвинулась в путь. Первой шла медведица, за ней МарТин вёл за руку малышку, следом шёл раненый, ЛиАм и АоТо. Душа победила в очередном перетягивании красной верёвочки, и теперь проводник угрюмо следовал сзади. Замыкали колонну старший Нануки и ЛуКа.

– Мы сможем забрать её с собой, провести через барьер? – спросил ЛуКа у медведя – он помнил слова духа о барьерах между территориями, и каких-то то заморочках с их переходом. Медведь лишь вздохнул, и отрицательно покачал головой.

ЛуКа посмотрел на девочку, маленькую, худую, грязную. Чем-то напоминавшую его самого. И, может быть, он бы и хотел ей помочь, но что, если этим они лишь сломают ей жизнь? Они сами не понимают, каковы их шансы, куда они идут и дойдут ли? А если девочка не пройдет барьер, останется тут, может, за связь с ними накажут всю её семью? Возможно, оставшись у неё будет шанс, не толкают ли они её на смерть?

Время двигалось к четырем часам. Из домов стали выходить местные. Они выносили с собой мокрые тряпки и стирали с дверей хижин начерченные мелом символы, а после шли в сторону таверны.

– Вот вроде недавно кушал, а уже так супа хочется, – заявил ЛиАм, – скорей бы обед.

– Ты помнишь, что нам сказали нигде не останавливаться, – одёрнул его МарТин, – хотя от этого горячего супа и я бы не отказался, у него такой необычный пряный вкус, с нотками мускуса и банана. Интересно, откуда тут бананы?

От этих слов ЛуКа замер. Ну конечно, как он сразу не понял. Он же и раньше ощущал этот привкус. Едва уловимый мягкий банановый аромат имеет трава Мяу-Мяу. Вызывает почти моментальное привыкание, достаточно двух-трех раз, и человек становится одержим. После её применения начинаются галлюцинации с прикольными котиками. Те, кто употребляет, говорят, невозможно оторваться. Сутками напролёт смотрят на мохнатиков, забыв о еде и сне. Из-за чего быстро теряют все другие интересы. Вот уж не думал, что и в этом мире эта трава есть. Он-то к ядам приучен, а вот парни могут и подсесть.

Двигались максимально быстро, нигде не останавливались. Старались внимание не привлекать. Хотя местным было не до них. Они все вышли в поля и стали готовить своих животных для жертвы. Вот две девушки вычёсывают чёрную овечку и вплетают ей в шерсть ленточки. А там дальше мужчина и два мальчика украшали корову. Натирали до блеска подвески на рогах, покрывали золотой краской копыта. Перед ними стояли блюда со свежайшими овощами и фруктами.

К обеду ЛиАм начал просить остановки. В одном из поселений он заметил здание таверны. Тогда ЛуКа и поделился своими предположениями насчёт супа. Решили не есть. Хотя голод становился всё более лютым.

В итоге хакер не смог удержаться и у одной из лам "купил" свежую зелень, персики и манго. Лама смотрела на них с осуждением, но в драку не полезла.

На равнину постепенно опустилась ночь. В небе зажглись звёзды, взошла почти полная луна. Коровы, получившие свои предсмертные почести и ласки, откровенно скучали. По мере приближения такой необычной группы они с интересом подходили к дороге и ещё долго смотрели им вслед.

Идти по темноте становилось сложнее, хотелось есть и спать, да ещё эти коровы, выстраивающиеся вдоль дорог и смотрящие на них светящимися во мраке глазами.

Внезапно раненый Нануки завалился на бок, попытался подняться, но не смог. Его рана воспалилась, и выглядела паршиво. Кое-как медведь смог доползти до речки и затих. Пришлось остановиться на привал.

Собрали дров, развели небольшой костёр. Медведи пробовали ловить рыбу, но видно, в речке её не водилось. Вскоре у ЛиАма началось подобие ломки, белки его глаз покраснели.

– Котики, котики, – шептал он, катаясь по земле, – мне надо увидеть котиков. Он намеревался пойти в ближайшую таверну и добыть там себе суп. На все уговоры о том, что это наркотик, он не отвечал и просто пытался уползти. В итоге старый Нануки не выдержал и придавил его к земле лапой.

– Не жалеешь о своём решении, – спросил дух у ЛуКи когда мальчик расположился у костра.

– О каком?

– О том, что ночью не убили Нануки. Сделай вы так, давно бы уже покинули эту территорию.

– Я гораздо больше жалею, что послушал тебя, и крутанул ту стрелку.

– Не говори так, ученик, да я ошибся, но это было не намеренно. Я хотел, чтобы ты получил то, что искал.

- Ой, вот только не надо, – отмахнулся ЛуКа. Ты сделал это для себя, тебе от меня что-то надо.

- А что вы будете делать с девочкой? – спросил дух, видимо желая перевести тему.

- Я не знаю, нужно обсудить это с остальными, вот только как это сделать, – вздохнул ЛуКа и посмотрел на прижатого лапой ЛиАма и принца, нарезающего для девочки последний персик и рассказывающего ей какую-то сказку.

- Не вини себя. В судьбе этой девочки виноват не ты, а её родители. Зачем они, живя в таких условиях, вообще завели ребенка? Любовь? Сомнительно. С их стороны выражением любви было бы не допустить беременность. Они попали сюда детьми и знают, какого это. Они должны были умереть, не обрекая на такую жизнь ещё одно невинное существо.

- А ты жесток.

- Ты ученик, ещё не знаешь, но то, через что я прошёл на пути культивации, даёт мне право рассуждать о многом. Не зря человеку для перехода на ступень обожествления надо отказаться от всего мирского, отринуть все чувства и эмоции.

- Хорош философствовать, лучше скажи, что делать.

- Давай для начала попробуем найти защиту от вампиров. Помнишь, ты говорил, что у тебя есть серебряные вещи. Какие именно?

Дальше двинулись с рассветом. Хотя ситуация была тяжёлой. Рана среднего Нануки немного затянулась, её, как и раньше, всю ночь зализывала медведица. Она тоже выглядела не очень, вот уже которую ночь она залечивала рану собрата, а потом шла наравне со всеми.

Старший Нануки не спал, охраняя ценный груз и удерживая бредящего ЛиАма. Ему тоже лучше не стало, капилляры в глазах парня полопались, залив их кровавыми пятнами, пришлось его связать и вести за собой на верёвке.

ЛуКа клевал носом. До самого утра он под руководством духа мастерил артефакт, наносил руны на клинок с серебряным эфесом, что упал с ними из микромира. После он отдал меч принцу, объяснив, что бить стоит прямо в сердце. У него это вряд ли получится, а вот МарТин в этом хорош.

Ближе к двенадцати часам появились первые сельчане. Они вели своих холёных животных в сторону замка. Красивые, сытые коровы, овечки, ламы, альпаки – видно, местные очень старались разнообразить стол хозяев, лишь бы самим не оказаться на этом столе.

Неприятным сюрпризом стало то, что Нануки и их вели прямиком к замку. В какой-то момент они просто влились в поток местных и вместе с ними шли к месту кровавого пиршества.

Замок был просто огромным. Стоял он на небольшом скальном уступе, а река, вдоль которой они шли всё это время, омывала его широким рвом. За рвом возвышалась высокая каменная стена, не менее десяти метров, сложенная из очень больших камней, а сверху утыкана острыми деревянными кольями. Попасть внутрь можно было только по перекидному мосту, который упирался в большие зарешёченные ворота, и они сейчас были распахнуты.

Несмотря на сумерки, внутри замка было светло как днём. По стенам горели сотни факелов, в свете которых, блистая драгоценностями, собирались вампиры. Казалось, каждый из них пытался перещеголять другого пышностью своего убранства.

Золото, шёлк, драгоценные камни. Одежда самого невероятного покроя и пышность. Не менее шикарно выглядели и их лошади. Дорогая сбруя, золотые подковы, нити драгоценных камней, вплетённые в гривы. На их фоне жертвенные коровы и овечки, украшенные ленточками, выглядели очень скромно.

К счастью, в замок идти не пришлось. Не дойдя до моста метров пятьсот, Нануки свернули на широкую каменную тропу.

Идя по ней больше двух часов, они не встретили ни одного местного. И вскоре стало понятно, почему: дорога вывела к высокой каменной стене, своими концами уходящей в горную гряду. Стену было не обойти, а у единственного выхода стоял вампир. Он был одет не так роскошно, как гости замка. Скорее на нём был чёрный форменный мундир с золотым декором. Конь его был вообще без сбруи, но при этом выглядел очень величественно и горделиво.

Увидев вампира, Нануки остановились и поспешили сойти с дороги. При этом давая чётко понять, что это тот самый выход, к которому они столько времени шли.

— Это страж, – заговорила девочка, – он встречает гостей праздника. Обычно эти ворота не охраняются, ведь без разрешения пройти преграду не получится. Если же кто-то будет пойман за попыткой бегства, то убьют всё гетто, к которому он принадлежал.

— А у нас есть эти пропуска? – спросил МарТин, глядя на старшего Нануки. Медведь мотнул головой, и шеврон с гербом на его шлеме засветился синим светом.

— Отлично, – обрадовался принц, – значит, нам надо как можно скорее миновать барьер.

— Не получится, – охладил его пыл ЛуКа, – шеврон даст проход только двоим: Нануки и его грузу.

— Что за бред, – возмутился принц, – этого не может быть. Он с надеждой смотрел на медведя, но тот лишь понуро опустил голову.

— Тогда я останусь, – заявил МарТин, – а вы вместо меня выведите малышку.

На это старший Нануки зарычал и замотал головой.

— Не выйдет, – перевел ЛуКа, – его груз – ты. А доставка своего груза – вопрос чести для любого Нануки.

— И что мы будем делать? – потухшим голосом спросил МарТин.

— Не думай об этом, – улыбнувшись, девочка взяла его за руку, – я просто останусь тут и буду благодарна судьбе за каждый подаренный мне день жизни. Меня родили на съедение, и другой участи у меня не будет. Но знай, каждый день жизни, подаренный мне судьбой, я буду помнить о тебе. При этом девочка крепко сжала в руке травяную куколку, что ей сделал принц.

— Я не могу так, – прошептал принц, – не могу.

— Увы, мир жесток, – заметила малышка, – никто так просто не отдаст другому своё право на жизнь. А даже если кто-то и отдаст, вампир не позволит уйти. Она хотела сказать что-то ещё, но в этот момент раненый медведь стал заваливаться на бок.

Увидев это, медведица очнулась и, впихнув в пасть собрата веревку, на которой был привязан ЛиАм она подтолкнула его к выходу. После этого, ощетинившись, повернулась к ЛуКе.

— Понял, я понял. Иду.

Следом за ней зубы оскалил и вожак, давая понять, что ждать больше не намерен, и если понадобится, он силой заставит его уйти.

МарТин на это ничего не ответил, взял малышку на руки и пошел с ней вперед.

Первым к выходу подошел раненый. Он еле стоял на ногах. Вампир посмотрел на его шеврон и слегка заметно кивнул.

В этот момент МарТин сделал резкий выпад вбок. Сорвав с медвежьего шлема шеврон, рванул вперёд и воткнул зачарованный меч вампиру прямо в сердце.

— Идиот, – прозвучало в голове ЛуКи, – вампир – это лошадь.

Какая еще лошадь вампир? Что ты несёшь? Совсем обезумел? – эти и еще десяток вопросов промелькнули в голове у ЛуКи, но ни один из них не был озвучен.

– Сзади! – закричал он, и тем самым спас принцу жизнь.

Буквально за мгновение рот лошади разошелся подобно хищному цветку. Шесть лепестков, усеянных сотнями острых зубов. Если бы не окрик, существо вцепилось бы принцу в затылок. А так добычей стал его собственный подручный, жизнь которого оборвалась за секунду до этого. Принц успел припасть на колено, и распахнутая челюсть впилась в лицо слуги, обхватив его как осьминог добычу.

Девочка взвизгнула и отскочила в сторону. МарТин рывком вытащил меч из мертвого тела и, поднырнув под морду, одним точным движением вогнал оружие снизу вверх в яремный желоб, перебив трахею. Хотя дух и говорил, что бить надо в сердце, но будучи ребенок, он проводил много времени в отцовских конюшнях, и знал, что это не просто. Сердце располагалось за прочной грудной костью, и размаха меча не хватит, чтобы её пробить. Вампир взвыл и попытался отшатнуться назад. Но не зря принц был лучшим мечником своего королевства, он не позволил этого сделать и провернул меч.

Вампир упал на бок и сипло захрипел. Не теряя и доли секунды, МарТин крутанулся вокруг своей оси, и, ухватив меч двумя руками, уверенным рубящим движением отсек коню голову и сразу же воткнул клинок между двух ребер, попав точно в сердце. Конь вздрогнул и затих.

МарТин тяжело дыша, схватил девочку и предпринял еще одну попытку выскочить из ворот, вот только с разбегу налетел на невидимый барьер.

-Ты убил благородного, – прошептала девочка, убирая крошечной ладошкой его растрепанные волосы, – а теперь барьер никого не выпустит.

МарТин посмотрел на медведей, до него стало доходить, что он сделал. Из-за его вспыльчивости все оказались в ловушке.

- Вам надо спрятаться, – зашептала девочка, – тут неподалеку есть ход. Он ведет в двенадцатое гетто, а оттуда можно перейти в двадцатое и попробовать спрятаться в пещерах.

Спрыгнув с рук, она побежала вдоль стены до ближайшего камня и легко подняла его. Большой булыжник оказался ненастоящим, купол, сколоченный из досок и сверху обмазанный глиной. Вниз вел пологий спуск.

Шли долго, МарТин выпустил магические огни, которые летели впереди и сзади, освещая путь. Тоннель был длинный, часто петлял. Местами он резко уходил вниз, а потом поднимался вверх.

Принц шёл первый, он держал уставшую малышку на руках и шептал ей слова утешения. За ним шла медведица. Она держала в зубах веревку, с завязанным на ней ЛиАмом. Парень так и не пришел в себя, его взгляд был отсутствующим и безразличным, он просто шел куда вели. За ними брел раненый медведь, и АоТо с проводником. Замыкали колонну ЛуКа и старший Нануки.

По пути малышка рассказала много полезного. Эти тоннели прокопали те смески, кто был недоволен своей участью, сопротивление, которые не хотели служить благородным – здесь так называли вампиров.

Жившие тут смески делились на две группы. Одни были слуги, другие – скот (или мясо). Слуги являлись собственностью благородных, они ухаживали за хозяевами в их дневной животной форме. Подавали им свежайшие овощи и фрукты, вычесывали шерсть, убирали экскременты с мест пастбищ. У скота была другая роль. В период сна благородных они работали на полях и огородах, выращивая овощи, а в период охоты шли на убой. Всего на равнинах жили пять кланов благородных. Овцы и ламы были самым простым сословием. Каждый из них имел во владении от трех до пяти слуг. Отмечали их специальными лентами: одна ленточка завязывалась на хозяине, а вторая – на запястье собственности.

Альпаки и коровы были средним сословием, каждый из них мог владеть уже десятью слугами. Их отмечали специальными украшениями: коровам их вешали на рога, а слуге – колечко вставляли в нос. Слугу мог наказать или выпить только хозяин, а вот скот мог убить любой благородный.

Самым высшим сословием благородных были лошади. Их клан жил в замке, в то время как остальные кланы жили на равнине.

Слуги лошадей так же жили в замке и имели особые привилегии. Они могли носить дорогую одежду и украшения, этим самым подчёркивали статус и положение в клане своих господ. Когда сознание хозяев было в спячке, они ухаживали за ними и смотрели, чтобы скот хорошо работал в полях, поставляя их господам лучшую еду.

У вампиров было три состояния: сна, сознания и охоты. Днём в состоянии сна они вели себя как животные, простые травоядные. Паслись на лугу, щипали травку, кушали фрукты. В момент восхода луны, примерно в девять вечера, у них просыпалось древнее сознание. Они вспоминали, что они благородные, могли мысленно общаться на расстоянии, выбирать себе слуг и ментально воздействовать на них.

В этом состоянии они пребывали до наступления часа пса и волка. На этот час они крепко засыпали, а просыпаясь, опять вели себя как простые травоядные.

И последнее состояние – состояние охоты. Оно наступало за сутки до полнолуния и длилось ещё двое суток. На этот период благородные становились вампирами. Они были способны изменить свою физическую форму, охотились на скот, питались их кровью, выпивая досуха.

В период охоты благородные вели себя по-разному. Иногда они устраивали настоящую охоту, сообщая мясу, что если они добегут до какого-то места, их оставят жить до следующей охоты. Иногда, ленясь, просто выпивали одного из слуг, надоевших или не слишком усердных, выбирая на следующую ночь новых.

Но могли, как сегодня, устраивать пиры, на которые приглашались представители всех кланов и даже гости из приграничного леса.

Часы показывали шесть утра. Девочка довольно уверенно показывала дорогу, сворачивая на одних развилках и проходя прямо на других. Эти развилки часто спасали смескам жизнь. Во время охоты они могли спуститься вниз и по ним добраться до спасительной территории.

Неожиданно состояние тоннеля изменилось. Под ногами захлюпала грязь, с верху капала вода. Идти было сложно, казалось, ещё немного и ногу из жижи вытащить будет невозможно. Но девочка сказала, что это значит, что они почти пришли, и оказалась права. Вскоре тоннель вывел их к большой пещере. Со сводов которой свисали длинные розовые сталактиты.

– Пришли, – обрадовалась девочка, – нам туда, – она показала на скальный выступ, плоский и достаточно пологий, который вёл к большой расщелине, через которую бил яркий солнечный свет. Подниматься по нему нужно было аккуратно, ведь сразу за ним находился глубокий, тёмный овраг. Запах тут стоял сладкий, но противный, хотелось поскорее подняться на поверхность.

– Там наверху пещера, она находится за небольшим водопадом, и поэтому выход не спрятан под камнями.

– Ой, не люблю водопады, – поморщился АоТо, подлетая к ЛуКе, когда пришёл их черёд подниматься на поверхность, – ты заметил, что у истоков любого водопада есть легенда про девушку и несчастную любовь. Влюбилась, парень отверг, либо родители не позволили, поднялась на скалу, долго плакала, а потом прыгнула вниз. Всё. Появился водопад. Вот неужели нет другого, более гуманного способа объяснить появление этого природного объекта? Охр…

– …ренеть, – закончил он фразу, оглядываясь по сторонам.

– Хорошо, что я уже умер.

Глава 16

А охренеть было от чего. На поверхности их ждал сюрприз в виде нескольких сотен вооруженных смесков.

И были это не сопротивление, как говорила девочка, были это слуги лошадей, вооруженные копьями. И вышли они не за водопадом, а на большой площади, прямо внутри замка.

Как только ЛуКа немного поднялся на поверхность, ему в спину уткнулось несколько копий, как бы намекая, что не стоит пытаться сбежать. На земле уже лежали бесчувственные тела всех его спутников, и судя по всему, произошло это из-за дротиков, торчавших из их шеи. Вскоре такой дротик воткнулся и в мальчика, отчего он как подкошенный упал на землю. Конечно, яд на него не подействовал, но он решил не оповещать об этом противника.

Почти сразу их бесчувственные тушки отволокли в большую клетку. Она была воистину королевских размеров. Десять на десять метров в периметре и еще семь метров в высоту.

Как узнал ЛуКа из разговоров слуг, это клетка для особого мяса, того, кому предстоит стать главным блюдом на праздничном столе. Девочку в клетку не посадили, конечно, ведь свою задачу она выполнила прекрасно – доставила строптивую закуску прямо на банкет.

По торговому договору с Нануки вампиры не могли просто так схватить следующих по их территории курьеров и груз. Это вызвало бы негодование медведей и привело к межвидовому конфликту. Но после того как МарТин, являясь грузом, первый напал на вампира, он сам стал нарушителем договора, и за убийство благородного ему полагалась смерть.

А вот девочке полагалась награда – она станет служанкой недавно рождённой благородной. И если будет служить ей усердно, обеспечит себе счастливую жизнь в замке. Женщины – страшные существа, подумал ЛуКа.

Первым в себя пришли старший Нануки и МарТин. Принц долго тер гудящие виски и не сразу понял, что произошло. Какое-то время он искал глазами малышку, пока АоТо не в самых лестных выражениях объяснил ему, где *** и почему она именно та, кем он её назвал.

Как ни странно, но на АоТо и проводника слуги совсем не обращали внимания. Складывалось ощущение, что они либо не видят их, либо связанные души не являются для них чем-то удивительным.

Вскоре очнулись ЛиАм и медведица. Она даже не взглянула на окружающих, а просто отошла к всё еще бессознательному раненому и принялась зализывать его лапу.

ЛиАма развязали, но он не выразил никаких эмоций, просто молча сидел на земле и смотрел в одну точку. Это продолжалось до тех пор, пока им в клетку не принесли суп. Увидев тарелки, парень бросился к тарелкам. С остервенением он стал пить оранжевую жижу, уничтожая порцию за порцией.

– Я так и думала, что тебе понравится, – к клетке подошла девочка и протянула миску МарТину, – а ты почему не ешь? Это же дар, что дают нам хозяева.

За эти несколько часов девочка изменилась. Из взгляда исчез страх и кротость. Перед ними стояла гордая, уверенная в себе особа. На ней было пышное платье белого цвета, диадема с длинным шлейфом прозрачной вуали и драгоценности, хоть сейчас под венец.

Мартин не ответил.

Тогда она поставила миску перед ЛиАмом и потрепала его по голове.

– Хороший мальчик, умеет быть благодарным. Ведь в этот суп добавлена амброзия – священная жидкость, что дают нам хозяева, они превращают в неё обычную воду, прогоняя её через своё тело. Это дает нашим телам жизненную силу, а нашей душе блаженство.

При этом она достала из маленькой сумочки небольшой флакончик с желтой жидкостью и выпила, умиротворенно закрыв глаза.

ЛиАм замер, осознание пришло не сразу, а когда пришло, его глаза округлились, и весь выпитый суп начал выходить из парня обратно. При этом он неслабо так запачкал новое платье одной подлой обманщицы. Взвизгнув, та отскочила от клетки и шипя ругательства убежала в сторону замка.

После скоропостижного и непроизвольного опорожнения желудка ЛиАм как будто отрезвел. Он вытер рот рукавом и посмотрел на МарТина, ЛуКу и старшего Нануки.

– Что делать будем? Есть идеи?

Идей не было. Клетка была сделана на совесть. Прочные, толстые прутья были надежно скованы, образуя ячейки двадцать на двадцать сантиметров. Сквозь них не протиснулся бы даже худой ЛуКа. По периметру дополнительное усиление каркасу придавали кованные железные уголки. Клетка была с дном, поэтому речи о подкопе тоже не шло.

Единственный способ попасть в клетку — тяжёлая массивная дверь. Сделанная из цельного листа металла, она вешалась на четырех петлях и запиралась на два больших замка. Какой сумасшедший кузнец создал эту клетку? Кого она должна была сдерживать, динозавров?

– Я думаю, эту зачарованную клетку создали для удержания верховных высших. Это самый сильный прародитель клана. Вероятнее всего, его скелет вы и видели на горе, – наконец подал голос дух.

– Какие полезные сведения, – съязвил ЛуКа – жаль, не своевременные. Почему ты не предупредил, что тут вампиры, это коровы и лошади?

– Ну вы же видели скелет. Вампиры всегда кладут скелет предка на границе. Вы ночевали в скелете лошади, значит, и вампиры тут лошади. А на юге, скорее всего, лежит предок лам, а на востоке овец…

– Я понял. Только откуда я это должен был знать?

– Это же базовые знания. В магических Академиях этому учат на начальных курсах. Да и неужели тебе мама сказку про репку не рассказывала?

– Нет у меня мамы. Лучше скажи, что делать?

Надо подумать, ответил дух и снова пропал.

– А вы знаете, что печень белого медведя содержит в себе токсичные вещества? – продолжал Аото, – и одной печени взрослого медведя хватит для того, чтобы на смерть отравить десять человек. Поэтому, если эти коровы убьют медведей, не ешьте их печень.

Это был уже сотый интересный факт, который им рассказывал библиотекарь. Он, видимо, решил не позволить вампирам съесть своих друзей, доведя их до суицида собственной болтовней.

В небе появилась луна. Она была просто огромной, идеально круглой, ярко-красной. На площадь стали выходить вампиры. Лошади были увешаны золотом и драгоценностями. За каждой следовало не менее десятка слуг, такие же нарядные и очень самодовольные.

Первыми на площади появились те лошади, что встретились им в амбаре: белоснежная кобыла и черный жеребец. Между ними шёл маленький жеребенок, а за ним следовала малышка в уже новом, белом платье.

Кобыла с презрением посмотрела на хакера и фыркнула. К клетке сразу подбежало двое слуг, один из которых был с кобылой в амбаре. Открыв замки, они вытащили наружу Лиама и привязали к столбу. После этого слуга достал кнут и начал хлестать его по заду.

– Мстительная тварь, – шипел хакер, глядя на ухмыляющуюся лошадь. А еще говорят, все мужики козлы. А между прочим, все мужики козлы, потому что все кобылы одинаковые, – излагал он народные мудрости сквозь плотно сжатые зубы.

Выдав хакеру не менее пятидесяти ударов, его швырнули обратно в клетку. Он лёг на живот, выпятив на показ окровавленные ягодицы. Медведица перестала вылизывать раненого и с интересом посмотрела на мужчину.

– Оу, нет, – нет, даже не думай, заботливая ты наша, – остановил он её благий порыв.

А между тем, на площадь стали выводить приготовленный для поедания скот. Сотни смесков покорно вставали на колени в ожидании своей участи.

- Твари, – прошептал ЛиАм, – сделать бы так, чтобы они не смогли влезть в клетку. Может, обломком меча как-то замок заклинить?

- Ты гений! – ЛуКа быстро отстегнул протез и достал оттуда чернила и набор игл.

– Прикройте меня, – сказал он, направившись к двери.

- Как же я сразу не понял, сокрушался МарТин, глядя на происходящее на площади. Все же было так очевидно. Тонели, прокопанные сопротивлением, были такие широкие, что по ним спокойно двигались медведи. Отсутствие лестниц, лишь пологие спуски и подъемы. Это всё делалось не от, а для лошадей. Чтобы в случае опасности они могли скрыться.

А еще этот сладкий, противный запах. Так пахли разлагающиеся тела, которые после обескровливания слуги скидывали в тот самый разлом, из которого они вышли. Страшно подумать, сколько таких тел уже лежит там, в темном овраге. А сталактиты становились розовые от крови, что сейчас лилась на землю и просачивалась в почву.

- Готово, – сказал ЛуКа, возвращаясь в самый центр клетки. – Если у них тут нет опытного артефактора, в клетку они не проникнут. Мы, конечно, через месяц умрем тут с голода, но пока надо продержаться два дня.

- А они точно нас не загипнотизируют и не заставят выйти наружу? – спросил ЛиАм с ужасом, глядя на творящееся вокруг. А ужаснуться было от чего. Сотни разъяренных слуг, ментально и физически подгоняемые хозяевами, штурмовали клетку.

Когда лошади обнаружили, что открыть клетку невозможно, они пришли в бешенство. С них сразу слетели вся спесь и высокомерие, из благородных животных они превратились в беснующихся тварей.

- Конечно, нет. Для этого надо напиться моч… амброзии, чистой, – съязвил дух. – Только после этого у благородного и слуги образуется связь, и он сможет транслировать ему свои мысли и, подавив волю, заставить выполнять свои приказы.

- Но мы же тоже пили… в смысле ели… в смысле суп, – не унимался хакер.

- А ты мазохист, – уже откровенно смеялся дух. – Там надо еще со своей кровью ритуал провести, подробностей я не знаю.

А безумство снаружи продолжалось. Теперь к штурму клетки присоединились и оставшийся в живых скот. В попытке сломать клетку они облепили её со всех сторон, с разбегу бросались на прутья, били по ним камнями, некоторые даже их грызли. Ломали зубы, разбивали головы, выворачивали руки.

Несколько разъяренных коров насадили на рог своих слуг, оставляя на их телах круглые раны. Точно такая же была на лапе раненого Нануки. Теперь понятно, кто его ранил.

ЛиАм немного успокоился и показал белой лошади средний палец.

Уж неизвестно, что этот жест означает на вампирско-лошадином, но она буквально взбесилась, и новая волна слуг, схватив копья, бросилась на штурм. Но сколько они ни тыкали длинны оружия им не хватало. До середины клетки было не достать.

- И долго они будут так бесноваться? – уже совсем осмелевший ЛиАм поднял с земли камешек и кинул его в сторону белой лошади.

- До трех часов, потом уснут и будут спать до следующей ночи. Если, конечно, не призовут на помощь…

- Кого? – напрягся хакер.

- Высшего высокородного.

- Я слышал про них, было сказано, что на пиршество их прибудет пятеро, – вспомнил ЛиАм.

- Это плохо, – забеспокоился дух. – Очень плохо.

- Они что такие могущественные? – напрягся МарТин.

- Помнишь тот скелет, в котором вы провели ночь?

- Да. Они такие же большие?

- Это они и есть.

- Как они? Там же скелет, мертвый.

- Скелет, – согласился дух, – но только живой. Или думаешь, вы зря там с фонарями сидели…

И в подтверждение слов духа на фоне луны появилась огромная тень. Большая, словно самолет, она накрыла собой двор. Вот только это был не самолет, это был скелет птицы.

Резко пойдя на снижение, она замерла над клеткой. От поднятого ею ветра слуги и благородные разлетелись в разные стороны. А птица, схватив лапами клетку, стала стремительно набирать высоту.

Последнее, что увидели друзья, была злобная улыбка белой лошади.

Поднявшись на шесть тысяч метров, скелет с клеткой полетел к ближайшим горам.

-Я же знаете, почему в библиотекари пошёл? – причитал АоТо, – потому что в библиотеке никогда ничего не происходит. Нет, ну вы хоть раз видели криминальные сводки из библиотек? Тихое, спокойное место. Вот в ночных клубах, магазинах и детских площадках постоянно случаются происшествия. И на остановках, и в школах, и во дворе…

Библиотека – оплот безопасности. Если на земле произойдёт конец света, спастись можно будет только в библиотеке. А тут, стоило один раз поехать на выездное задание, и я сразу умер.

Его болтовню уже не слушали. Пусть это и прозвучит жестоко, но он то уже мёртв. А вот им ещё предстоит умереть. И судя по приближающимся горам, произойти это может очень скоро.

- Дорогие друзья, я хочу попрощаться, – АоТо неожиданно погрустнел.

- Я тут подумал, что мне не место рядом с живыми. Я умер, и должен ответить за свои поступки на страшном суде. Я уйду добровольно. А теперь, друг мой, – он обернулся на проводника, – веди меня на суд. Проводник подлетел к АоТо и, как в первый день, резанул по нему косой. На душе появился синий разрез, и верёвка растворилась в воздухе.

-Да! – радостно вскрикнул АоТо, - я был прав, путы спали, я свобооооден! Он взмыл вверх и вынырнул из клетки.

– Слушай, проводник, я тут подумал, – вдруг сказала душа, – я, пожалуй, останусь с друзьями. Они же пропадут без меня.

И вот тут проводник просто озверел. Он метнулся вслед за АоТо, изо всех сил махая косой. Так и гонялись два дурака вокруг клетки.

А скелет как раз долетел до скал.

- Интересно, он нас на вершину поставит, или вниз скинет? – меланхолично спросил принц.

- Думаю, будет кидать, – ответил ЛиАм, – мы же для него сейчас как консервочка с вкусной килечкой. А поскольку открывалки у него скорее всего нет, будут искать альтернативные способы нашего извлечения. И судя по всему, падать придётся довольно далеко.

-Знать бы, сколько времени мы будем падать, – задумчиво произнёс ЛуКа, – хоть примерно..

- Ну это… если примерно. Судя по заснеженным пикам, и тому, что даже в покое вам сложно дышать, мы находимся на высоте километров семь. Основываемся на формуле свободного падения t = √(2h / g), высота…, ускорение 9,81 м/с, – забормотал АоТо, возвращаясь обратно в клетку, – падать мы будем секунд сорок. А в землю врежемся на скорости 370 км в час. Если тебе это как-то поможет, конечно.

-Это же прекрасно! – воскликнул ЛуКа.

- Лу, дружочек, ты совсем головушкой тронулся, – аккуратно поинтересовался ЛиАм, – что в этом может быть прекрасного?

- Не мешай.

- МарТин, ты же знаешь заклятие малой телепортации?

- Знаю.

- Это же боевой навык, значит, построить его должен быстро?

- Двенадцать секунд, но ты забыл, что сделать это можно только на третьем уровне, а я пока вечно второй.

- Вот, в том-то и дело, что пока. Но это можно исправить. Переходов на стадию "Вздувшихся вен" несколько, но проще всего осуществить руной, вот только активируется она на скорости не менее 300 километров в час.

- Ты хочешь сказать, что можешь построить её сейчас?

- Я хочу сказать, что она у тебя уже есть.

- Где?

- Вот, подвеска на моём браслете.

МарТин посмотрел на небольшую замысловатую подвеску.

- Сейчас ты её снимаешь, и нагреешь, и когда она раскалится, зажмёшь её между ладоней. Мысленно строишь заклятие малой телепортации, и когда руна поднимет твой уровень, активируешь его. Правда, на это у тебя будет секунд пять.

- Мне и трёх хватит, – ответил принц, – хотя я думал заключить нас в воздушную сферу и использовать заклинание "Демпфера". Но в этом случае клетка развалится, и нас просто сожрут. Я не смогу создать ещё одно заклинание. А в варианте с уровнем я смогу гораздо большее.

- То есть у нас два варианта, – стал уточнять ЛиАм, – первый простой и гарантированно позволит всем нам выжить, и поэтому мы выберем второй? А что ты будешь делать, если мы из-за тебя испортимся? Как говорится, кто верит в идиотов погибает вместе с ними, мне это их первых рук известно…

В этот момент скелет начал заходить на вираж над ущельем.

Дальше всё делать пришлось очень быстро.

МарТин положил подвеску на ладонь и начал разогревать её. При этом он не издал ни звука.

– На испытании "Сломанные кости" меня двенадцать человек било, – ответил он на изумлённый взгляд АоТо. Я тогда месяцев реанимации лежал. А потом ещё месяц их магией восстанавливал. Так что это испытание – лёгкая разминка.

– Кажется, нас сейчас бросят, – заволновался ЛиАм, – и взглядом указал на камни, острые, торчащие на дне ущелья.

Издав какой-то странный булькающий звук, скелет разжал когти, и клетка полетела вниз.

– Начинай! – крикнул АоТо, но МарТин уже сам развёл руки и шептал заклинание малой телепортации. Ему удалось уложиться в десять секунд, теперь все почти не дыша смотрели на выжженные на ладонях принца руны.

– Двадцать секунд, двадцать пять – вёл отсчёт ЛиАм, – мы сейчас сдохнем… Тридцать.

Но в этот момент руна вспыхнула огнём, который моментально объял ладони принца своими языками.

АоТо ошибся, падение заняло 39 секунд. От удара клетка развалилась на части, но к счастью она была уже пуста. МарТин успел применить малый телепорт и даже активировал заклинание левитации. Это существенно смягчило удар, но все равно о землю их ударило ощутимо, хорошо, что там хоть острых камней не было.

ЛуКа сильно ударился головой, и сквозь мутнеющее сознание он наблюдал, как со всех сторон к ним подкрадываются птицы. Они были толстые, похожи на коротконогих фламинго, а на их лапах виднелись разноцветные ленты. А сверху на них уже пикировал скелет. Он явно был доволен, что смог извлечь из консервной клетки столько вкусненького.

– Да чтоб вас разорвало, – подумал мальчик и потерял сознание.

А потом из темноты появился он.

Глава 17

- Очнись, ЛуКа, пожалуйста, скорее, – услышал мальчик сквозь сон, при этом кто-то отчаянно хлестал его по щекам.

-Хорошо, с искусственного дыхания не начал, – сквозь боль проговорил он, открывая глаза.

Уже во всю светило солнце, вот только птички не пели. Птички. Точно. Были же какие-то утки, и скелет был, куда они делись? И почему они опять в клетке?

– ЛуКа, пожалуйста, нам надо уходить, – продолжал настаивать ЛиАм, – не знаю, что за чертовщина тут происходила, но давайте уйдем как можно скорее.

Сев, осмотрелся по сторонам и понял, что так напугало хакера.

Они лежали не на дне ущелья, а на довольно большом, пологом уступе.

Сверху они были накрыты обломками клетки, прислоненными к скале. А на дне карьера, сколько хватало глаз, валялись растерзанные тела птиц, зайцев и кабанов. Ну и вишенкой на торте был огромный птичий скелет. А точнее то, что от него осталось. А осталось от него разбросанные по округе кости, на которых были отчетливые следы от огромных когтей и зубов.

ЛуКа взял протянутую ему рубашку и штаны, те, что они сняли с тела АоТо, ведь сам он был совершенно голый, и это его не удивило. Надо же, а псина-то оказалась полезной. Интересно, конечно, почему он явился раньше срока, но с другой стороны, да какая разница, главное, что он спас им всем жизнь.

Судя по взволнованным лицам спутников, они и правда не знали, в чём дело, не видели его оборот. Скорее всего, при падении они тоже потеряли сознание, и какое-то время так же были без чувств.

Попытался вспомнить подробности, но никаких воспоминаний не приходило. А ещё было непонятно, куда делся АоТо.

Хотя ЛиАм и требовал уйти, состояние у их группы было крайне тяжелое. Руки МарТина выглядели ужасно. Покрыты волдырями и ожогами до локтей, а выше была видна ткань, основательно сплавившаяся с плотью.

Старший медведь, теперь ЛуКа точно знал, что его зовут Балу, лежал у решеток и безучастно смотрел в одну точку. Медведица (её звали Риши) и Раненый (Ош) были его детьми, братом и сестрой.

– Подождите, – ЛуКа еще раз осмотрелся по сторонам, – а чем тебе не нравится это место? Тут есть вода, укрытие, место высокое и труднодоступное. Предлагаю отлежаться тут.

– Но тот монстр, – не унимался ЛиАм, – а вдруг он вернется?

– Ты думаешь, существо, которое перебило всех вампиров, подняло нас на возвышенность и накрыло защитой из остатков клетки, желает нам зла? Неужели он был так ужасен?

– Нет, он был красивый. Огромный, размером со слона, белый волк. С крыльями. Как у лебедя.

– В какой момент ты его видел?

– Я очнулся в воздухе. Когда он нес меня сюда. Еще я видел, как он закрывал нас обломками клетки и сражался со скелетом.

– А потом?

– Не помню. Я периодически терял сознание. У меня похоже началась ломка.

Ночь выдалась тяжелой. ЛиАм оказался прав. У него действительно начались приступы. Вот он сидит спокойный, и тут же начинает биться в припадке, кататься по земле, царапать её ногтями. А после, как ни в чём не бывало, возвращался на прежнее место.

Ош так и не пришел в себя, а вот Риши отдохнула, но не выразила никакого желания общаться. Она была обижена, теперь ЛуКа чувствовал её эмоции.

Балу после отдыха тоже выглядел лучше. И как только проснулся, ушел на охоту.

А вот МарТин ушёл в медитацию. Он перешёл на новую ступень, и теперь должен был слиться с вновь полученной силой и хоть немного залечить руки.

Чтобы начать лечить тело, ему пришлось оголить торс, и теперь все могли видеть его накаченное, но сильно шрамированное тело.

– Слушай, ЛиАм, а почему тело принца выглядит как разделочная доска? – всё же поинтересовался ЛуКа.

- Ну, там такая история была. РёМа и МарТин учились в Бритовской Академии Хохландс. Они были лучшие во всём. Вечные соперники, но при этом преданные друзья. Если было какое соревнование, они всегда сражались за первое место, и отрыв от остальных у них был колоссальный.

- Сильные, красивые, наследники богатых семей. Почти одновременно прошли первые десять ступеней культивации, пробудили меридианы и перешли на одиннадцатую ступень, получив первую степень мага. Как сейчас помню: Первый этап " Сломанная кость", – засмеялся, – отобрали по двенадцать человек, тех, кто всегда был позади. О, как же славно мы их били, с чувством, с толком, с расстановкой, вспоминая каждое своё поражение. РёМе сломали сто пятьдесят восемь костей, а МарТину – сто шестьдесят три. Этот придурок, лежа в гипсе, радовался как ребенок, что хоть в этом победил. Потом два месяца лечились, а после всем курсом поехали к РёМе, отмечать.

А там она. ЛяЛя.

Увидела МарТина и как обезумела. Представляешь, настоящий принц. Увивалась за ним, замуж хотела. Но особа королевских кровей – человек подневольный. Он с трех лет с ВиВи помолвлен был, принцессой большого сопредельного королевства Авалор. Но ЛяЛе было всё равно. Она настаивала. А он всё отшучивался, не хотел наивную сестрёнку друга обидеть.

В итоге произошло непоправимое… в общем, на третий день она выложила в Сеть фото. А там она и он в постели. Поднялся скандал. РёМа был в ярости, обвинение в совращении несовершеннолетней сестры, но МарТин всё отрицал. Там была дуэль, десятки проверок, сотни экспертиз. И хотя МарТин клялся, что у них ничего не было, доказали, что было.

В итоге, чтобы замять скандал, было решено, что он женится на ЛяЛе. Помолвку с ВиВи пришлось расторгнуть, а это – кровное оскорбление для любой девушки. Она теперь брошенка. Король Авалора решил смыть это оскорбление кровью.

В общем, объявил войну и напал на Альба-Росса.

Войска под предводительством АсТона и МарТина сражались отважно. Но войск Авалора было почти в четыре раза больше, богаче, опытней в военном деле. Они граничили с северными варварами и часто отбивали их набеги. А войска Альба-Росса боевого опыта не имели.

Тогда их мать решила попробовать уладить всё дипломатически. Она с дочерью направились к соседям, но зима в тех краях лютая. В итоге они погибли.

А потом… потом узнали, что он и правда был не виновен. ЛяЛя опоила его каким-то убойным средством, вот он и не контролировал себя в ту ночь. Она сама брату в этом призналась. Поняла, что не хочет жить в захолустном королевстве, таком, что по размеру даже Северной Столицы меньше, и зима там девять месяцев в году. И вообще она его не любит и замуж не хочет. Вокруг слишком много мужчин, чтобы остановиться на одном.

А РёМа, он не смолчал. Войну остановили, но людей то было не вернуть.

Король Альба – Росса потребовал для ЛяЛи тюремный срок или компенсацию. Очень большую компенсацию. Там такие суммы были – бюджет королевства на сто лет, земли, шахты, мануфактуры. Но главное он потребовал вырвать из РёМы меридианы и передать их сыну, чтобы тот перешёл на вторую ступень без прохождения испытания "Вывернутых суставов".

– И он согласился, – закончил ЛуКа.

– Согласился. С тех пор он перестал быть магом. Занялся визажем, открыл свой бутик, так и живёт.

– Значит, Мартин так зол на него из-за ЛяЛи…

– Он зол на него за то, что потерял единственного противника, который заставлял его двигаться вперед. С тех пор четыре года прошло, а он больше ни на одну ступень не продвинулся.

Балу притащил с охоты большую косулю. Часть приготовили на костре, остальное отдали Риши. ЛуКа почувствовал, как изменилось настроение медведицы.

К обеду очнулся Ош. Он был слаб, и ЛиАм стал кормить его, нарезая мясо на тонкие полоски.

К вечеру снова вернулся Балу. Его бока ощутимо раздулись, теперь он напоминал большой шарик на ножках. В качестве добычи он принес упитанного кабана.

За всё это время к их лагерю не приблизился ни один вампир. И поэтому ЛуКа решил немного прогуляться. На их выступе было спокойно, и заходить далеко он не планировал.

Просто шел по дорожке на звук шумящей воды. А когда дошел до места, увидел на камне АоТо. Тот был очень задумчив. Услышав звуки приближающихся шагов, он обернулся, и в его глазах мелькнул страх.

– Что ты такое? – только и спросил он.

Вопрос был непростой. Да и что собственно говоря он мог ответить? О себе он не знал ничего. Где родился? Кто родители? Как оказался у КоЗу? Даже на такие простые вопросы у него не было ответов, что уж говорить о информации про волка.

– А может быть ты знаешь, что я такое? – задал ЛуКа встречный вопрос.

– Я? – опешил АоТо.

– Ну конечно! – ухватил ЛуКа за ту единственную струнку, что могла сейчас спасти его. – Ты же библиотекарь МУРА, ты за месяц прочитал книг больше, чем я за всю свою жизнь видел. Ты общаешься с магами, ну кто еще кроме тебя может ответить на этот вопрос? Я вот, например, всё хочу узнать, а какое на вкус будет мясо у русалок?

– Русалок? – переспросил АоТо.

- Я у многих спрашивал, а они то не знают. А ты – знаешь!

– Я знаю?

– Ну конечно! Кто еще кроме тебя?!

В итоге в лагерь они вернулись весело болтая и споря о том, что она всё же тунец.

Ночь прошла спокойно. АоТо пообещал, что он подежурит, и в этот раз точно успеет предупредить. Он теперь уже много что знает, и может легко контролировать своё астральное тело. Ночью по оврагу рыскали кабаны с украшениями, бегали зайцы с ленточками, но никто из них не пытался подняться на уступ. Сложилось ощущение, что их просто перестали замечать.

Утром на охоту ушла Риши. АоТо попытался научить ЛиАма разжигать костер при помощи трения. Они спорили и ругались так громко, что Балу не выдержал, и принес им кремневую зажигалку.

Вскоре вернулась Риши, она притащила рыбину, сильно похожую на акулу, а потом аккуратно положила у ног МарТина ветку с лещиной. Похоже история этого мужчины тронула её, и она решила заботиться об этом слабом двуногом.

Вечером, на охоту собрался идти Ош. Но Риши отвесила ему тумаков, и на правах старшей сестры отправила отдыхать в кровать. А на промысел снова отправился Балу.

– Хочу булочку, – заканючил ЛиАм глядя на очередную добытую медведями дичь. На этот раз, это была птица.

***

Утром МарТин вышел из медитации. Руки залечил лишь слегка, но рожа была довольная.

- Наш гребаный феникс возродился из пепла, вы только гляньте на него, такой важный, павлин отважный, – сразу завелся ЛиАм.

- Ты как с принцем разговариваешь? – возмутился тот в ответ. – Лучше поесть дай.

- Что-то принцев я в упор не вижу, сумасшедший, – вот, сидит. А принцев нет.

- Еды, – повторил принц и открыл рот.

- Вот же псина эгоистичная, – буркнул ЛиАм – сейчас мой господин, – проговорил он уже нарочито громко, – найду что-нибудь съедобное и положу тебе в клювик, мой маленький птенчик. ЛиАм скормил принцу орехи, принесённые Риши.

Я думаю, нам стоит отправиться в путь, – высказал свои мысли МарТин, когда они собрались у огня, на котором жарились два кролика. - Вы знаете, куда идти? – обратился он к Балу. Медведь кивнул головой и указал на небольшую тропу, уходящую в горы, затем, подумав, указал на Ош, намекая, что его сын идти не может.

- Это не проблема, – улыбнулся принц, – мне надо тренировать мою новую силу, поэтому я его понесу.

Нануки переглянулись. Они видимо решили, что он при падении принц всё же повредил голову, и, возможно, сейчас с ним лучше не спорить.

Но оказалось, что МарТин решил нести медведя при помощи левитационного щита. Он сгустил под зверем воздух и аккуратно поднял его вверх. Медведь сильно забеспокоился, но спустя какое-то время привык и даже уснул, мирно убаюканный лёгким покачиванием щита.

Риши смотрела на принца с восхищением, и на каждом привале приносила ему веточку с ягодами или орехами.

ЛиАм и ЛуКа решили не насиловать свои тела, и поэтому ехали на Балу и Риши. Шли до обеда, привалы делали каждые два часа, за это время принц опустошал свой резерв, брал полчаса на его восполнение и шёл дальше. К вечеру он мог нести медведя уже целых четыре часа, раскачав свой резерв вдвое. О чём и поспешил сообщить, когда группа остановилась на ночь.

- Охренеть какая гордость, – всплеснул руками ЛиАм – не забудь упомянуть про это в мемуарах.

А ночью у ЛиАма снова случился приступ. Забавные котики никак не хотели отпускать сознание парня.

Утром, когда солнце осветило гору, они продолжили свой путь. МарТин спокойно нёс медведя уже четыре часа, а на восполнение резерва тратил всего сорок минут. Поэтому на обеденный привал остановились уже в начале снежной зоны.

Хакер был молчалив, он понимал, что эти приступы становятся всё тяжелее, и постепенно депрессия накрывала его.

Но длилось это не долго. Когда они забрались на самую вершину, аккуратный ком снега, размером с хороший арбуз, с громким хлюпаньем обрушился на его голову прямо с неба. На этом комке небольшими камушками была выложена довольно злобная рожица.

- Эксклюзивный снеговик от ЛиАм групп, между прочим, единственный в мире, выполненный особой королевских кровей, – не сдержавшись, прокомментировал МарТин, и рассмеялся. Стоит сказать, что после выхода из медитации принца как будто подменили. Он улыбался, часто шутил и сам периодически подкалывал ЛиАма и АоТо.

С вершины гор открывался прекрасный вид. С одной стороны это были земли вампиров, а с другой стороны – густой, зелёный лес с очень необычными деревьями, похожими на баобабы. ЛиАм невольно остановил свой взгляд на замке, и его взгляд лицо снова стало хмурым.

- Уже тоскуешь? А я вот не знал, что ты такой поклонник уринотерапии, – не скрывая ухмылки, сказал принц.

- Не более чем находящаяся со мной в родстве белобрысая сволочь, – огрызнулся он.

На ужин Риши притащила двух горных баранов. Но их мясо было жёстким, и поэтому их почти целиком отдали Ош. Есть мясо уже не особо хотелось.

- Слушай, ЛиАм а получаются ты и МарТин – родственники? – спросил Аото, когда они устроились на ночевку. Принц отправился спать, ему нужно было улучшить резерв, а остальные сидели у костра.

- Наши матери были сёстры, – ответил хакер.

- Что-то вы не очень похожи, – усомнилась душа.

- АсТон и МарТин унаследовали внешность отца. А вот я копия мамы. У моего деда было восемнадцать дочерей, вот он и раздавал их во все соседние государства. Поэтому у меня есть родственники почти во всех влиятельных семьях мира. Говорил при этом, что его королевство слишком мало для них всех. Хотя, это не мешало ему иметь двадцать жен и несколько сотен наложниц.

– Это откуда у тебя такой тестостероновый дед? – изумился АоТо.

– Империя Красного Дракона, может, слышал?

– Конечно, слышал, – заверил АоТо – у них самый большой запас золота на планете.

– И кстати, ЛуКа, спасибо тебе, - неожиданно сказал ЛиАм.

– За что? – не понял мальчик.

– За МарТина, ты вернул его прежним, каким он был до того случая.

– А я то тут причем?

– Ты помог ему поднять уровень. А значит, вернул веру в то, что он может становиться сильнее, и, больше никто не причинит вреда его королевству. Вот, возьми, – протянул он кусочек зелёного нефрита. – Этот камень даст тебе право один раз обратиться с просьбой к императорской семье Красного Дракона. Дай руку.

Лука протянул руку, и ЛиАм сделал на его ладони разрез, потом сделал такой же на своей и соединил их в рукопожатии – я даю тебе об этом кровную клятву, подтвердил он надёжность своего обещания.

– А вы знали, что если все уже выкопанное золото мира сложить в ящик, то это будет куб с гранями двадцать два метра в длину, ширину и высоту. А если извлечь все золото из ядра планеты, то его хватит, чтобы покрыть весь земной шар слоем в пятьдесят сантиметров, – завел свою просветительскую лекцию АоТо. Но ЛуКа и ЛиАм уже спали.

Утром мимо их стоянки снова протопало стадо карликовых мамонтов. Сотня самцов с большими бивнями бережно сопровождали с десяток самочек. Эти гордые малышки шли с невероятно высокомерным видом. Одна мамонтиха, размером со шпица, не посчитала ЛиАма достаточным препятствием и просто прошлась всеми четырьмя лапами по его ноге.

Было не больно, но ЛиАм не удержался и, взяв с земли камешек, кинул им в наглую дамочку. Он попал ей точно по мохнатому заду, но почти сразу самодовольная улыбка слетела с его лица.

– Валим! – заорал он и со всех ног бросился бежать.

А бежать было от чего. Со звуком лопающихся шариков животные стали моментально увеличиваться в размерах. Секунда, и мелкие комки шерсти превращались в исполинов размером не менее шести метров в холке. И если бы не проснувшийся МарТин, то, возможно, сбежать бы не получилось.

Принц среагировал мгновенно. Сразу видно боевой маг. Семь секунд, и с поверхности горы оторвались четыре огромных мыльных пузыря. В одном из них летел Ош. В другом – Риши и Балу. Третий захватил ЛуКу и ЛиАма, а в четвертом парил сам МарТин. АоТо и проводник тоже летели, но вполне самостоятельно.

Мамонты, увидев столь дерзкий побег, не растерялись. Они понабрали в хоботы камней и со скоростью автоматной очереди стали палить по беглецам.

– Знаешь, ЛиАм, тебе повезло, что у них где-нибудь в бивнях не оказались спрятаны оптические прицелы, – философски заметил Лука, глядя, как камни то и дело отскакивают от защитного барьера пузыря.

Сопровождаемые целой очередью из камней и грубым трубным рёвом обиженного стада, они довольно быстро летели прочь от скалы. Последнее, что увидели друзья, был злобный взгляд разъяренной мамонтихи.

Меньше часа понадобилось шарам, чтобы спустится с горы, и долететь до кромки леса.

Вблизи величественные деревья оказались еще прекраснее. Толстые зелёные стволы пронизывали золотые прожилки, а их листья скорее напоминали пушистые страусиные перья. Вокруг деревьев кружили огромные бабочки, а у земли клубился розовый туман.

МарТин засмотрелся, и когда его ослепила яркая вспышка, не сразу понял, что произошло.

Стоило шарам долететь до границы, обозначенной розовым туманом, их раскидало в разные стороны. Шары с МарТином, ЛиАмом и ЛуКой как будто засосало в большой пылесос. А шары с Нануки отшвырнуло в сторону.

– Барьер, – понял принц, глядя на светящийся шеврон, который он так и не вернул Ош.

***

- Я не понимаю, – проговорил МарТин, разглядывая шеврон Ош, – как вышло, что нас засосало в барьер, а Нануки были отброшены прочь? Ведь по логике отбросить должно было ЛиАма и мелкого.

- Понимаешь, какое дело, – замялся хакер, – я после того случая с барьером подумал, что не хочу в этом вопросе ни от кого зависеть, в общем вот – он достал из кармана точно такой же шеврон, как был у МарТина.

– Это шеврон Риши. Снял, когда мы из клетки выпали, и она без сознания лежала. Его постоянно тот лисий хвост прикрывал, поэтому она пропажу и не заметила.

- Допустим, – принц взял шеврон в руку, – но всё равно они должны были пройти по шеврону старшего Нануки.

- Понимаешь, какое дело, – рядом с ним сел АоТо – у проводника тоже жетончик был. Не такой, конечно, но принцип действия похожий.

- И? – приподнял бровь МарТин.

- И когда мы тогда с горы упали туда, он его потерял, а я побоялся, что мы тогда не попадем сюда и, в общем вот – он кивнул проводнику, и тот достал из балахона третий шеврон. Тот, что носил с собой Балу.

И когда эти двое успели спеться? – подумал МарТин, разглядывая три шеврона, лежащие у него на ладони. И ведь я точно видел, что ещё вчера он был у медведя на шлеме. Значит, он спер его сегодня ночью. Увидел новые земли, побоялся остаться на территории вампиров и не сдержался. И, помня происходящий там ужас, он не мог его в этом упрекнуть.

- И что мы будем делать? – спросил ЛиАм осторожно, забирая с ладони свой нечестно нажитый шеврон, – подождем их здесь?

- Это был бы лучший вариант, но мы не знаем, насколько это опасно. И кроме того, они обеспечивали нас мясом. Как думаете, в этом лесу есть супермаркет?

После недолгого совещания решили оставаться на месте. Ведь они не имели ни малейшего понятия, куда идти дальше, с другой стороны, они не знали, смогут ли Нануки раздобыть дополнительные пропуска.

Неподалеку была небольшая опушка с синей травой. Посередине лужайки лежали белые полупрозрачные кристаллы, из-под которых бил молочного цвета родник.

Ближе к обеду лес раскрылся во всем своём великолепии. Огромные синекрылые бабочки совершенно их не боялись и спокойно кружили рядом, периодически садясь на голову ЛиАма путая его цветные волосы с цветком, которых тут было великое множество. Разные и совершенно невероятные в своих оттенках и формах.

Большие розовые подсолнухи, маленькие черные колокольчики, пушистые красные одуванчики. А были и такие, которые не навивалии никаких ассоциаций, например, вот этот необычный куст с треугольными фиолетовыми листьями. На нём росли пять цветков, отдалённо напоминающие оранжевые розы. С сердцевины одного из цветков листки почти облетели, обнажив розовую виноградину размером с куриное яйцо. Стенки её были тонкие, прозрачные, а внутри жидкость жёлтая с блёстками и большой синей косточкой.

Сидеть на поляне было скучно, поэтому решили побродить по окрестностям.

- Одни господа вокруг, а вести себя никто не умеет, – возмущался ЛиАм, вытаскивая из волос колючие шарики, похожие на репей. У него начался очередной приступ, он попытался укусить МарТина, а тот повалил его на землю магией, прямо неподалеку от колючего кустарника, и держал, пока он не пришёл в себя.

- Совсем никакой совести, – продолжал возмущаться хакер, – я знал, что ты её ещё в детстве скормил собакам, а теперь…

Он замер на полуслове, глядя на полянку. На ней сидела девушка и набирала в кувшин воду из молочного родника. Увидев незнакомцев, она испуганно вскрикнула и выронила кувшин. МарТин шагнул к ней, но ЛиАм его придержал.

- Думаешь, девушке понравится, если к ней из леса выскочит полуголый мужик с двумя обгорелыми головешками вместо рук и телом, настолько покрытым шрамами, что похоже на стиральную доску? Позволь профессионалу поговорить с аборигенами, – добавил он шёпотом и направился к замершей в испуге девушке.

Девушка была явно из местных. Невысокая, от силы метр тридцать, коренастая, с зелёной кожей, острыми ушами и торчащим изо рта длинным клыком. Одета в платье из кожи и шкур. Примерно так в их мире выглядели орки.

- Здравствуй, красавица, – уверенно шагнул ей навстречу ЛиАм, – что столь нежное создание делает тут одна? – спросил мужчина и улыбнулся. При этом его совсем не смутило, что девушка достала из-под пояса каменный нож и направила в его сторону.

- Оу, аккуратно, поранишься, – продолжил ЛиАм, лыбясь во все тридцать два зуба, – если ты решила картошечку почистить или рыбку, ты только скажи, я помогу тебе.

Девушка смотрела на него как заворожённая, и казалось, даже не дышала. Это позволило ЛиАму легко вытащить нож из её рук.

– Вы пришли за священной капустой? – прошептала она, и в её глазах навернулись слёзы.

– Оу, милая, ты о чём? – забеспокоился ЛиАм. – Я вообще овощи не очень, так огурчик иногда или помидорку. Растительная пища не самая питательная. Предпочту гамбургер или пиццу.

– Правда? – удивилась, даже плакать перестала.

– Конечно, правда! Разве я хоть раз тебя обманывал?

Девушку звали Шуонхилд Шумейса Шуламид. Была она родом из небольшой деревни, что располагалась тут неподалёку. Узнав, что путники разминулись со своими Нануки, она пригласила их погостить в деревню, заверив, что там медведи обязательно их найдут. Ведь это первое поселение у границы.

Шли до деревни больше двух часов. Небольшое поселение располагалось прямо посреди леса и скорее являлось его частью. Дома, похожие на коконы их веток, были подвешены на деревьях, и не зная, можно было подумать, что это гнезда каких-нибудь ласточек – переростков.

Основным занятием у местных была охота. Они коптили мясо, выделывали шкуры, шили одежду, а после продавали их на большом рынке. Шуонхилд попросила подождать её за границами деревни. Ей надо было предупредить старейшин, в их поселении чужаков не любили.

Вернулась она довольно быстро, принесла с собой целую корзину различной снеди. Во-первых, это была какая-то мазь, похожая на топлёное масло. Она нанесла её на обгоревшие руки принца, а сверху замотала тонкой плёнкой, похожей на рыбью кожу. Орчи (так называлась её раса) объяснила, что если делать так регулярно, то кожный покров сможет полностью восстановиться.

Затем она протянула принцу лёгкую замшевую рубашку с широким рукавом и искусно вышитым поясом. Их племя готовило такие на продажу. Еще в корзинке оказались две крынки молока, лепешки, пара свекл, десяток картофелин и несколько видов жареного мяса. Есть сырые корнеплоды желающих не нашлось, а вот остальное приняли с удовольствием.

Шуонхилд сообщила, что старейшина повёл молодняк на охоту, поэтому им пока придется побыть тут. Поскольку внешне их деревня не выглядела как пятизвездочный отель, более того, она даже на двухзвёздочный эко-хостел не тянула, расстройства у мужчин это не вызвало.

Вечером Шуонхилд принесла шесть больших шкур и три замшевые подушки, набитые первоклассным птичьим пухом. Она как заворожённая смотрела на МарТина, при помощи магии приготовившего себе кровать, а после так же при помощи магии отправляющего в рот небольшие кусочки еды.

– Скажи, – наконец не выдержала она, – ты состоишь в родстве с эльфами?

– С чего ты это взяла? – удивился принц.

– Ну, – засмущалась, – ты хоть и смешанец, но такой красивый, магией вон как хорошо управляешься. Не удивительно, что вас сопровождали Нануки.

– Нет, к ним мы не имеем никакого отношения. Мы направляемся к Фери, слышала о таких? Шуонхилд отрицательно покачала головой. Их деревня была изолированной, и она никогда не покидала границ великого леса.

– Шушу, рыбка моя, – промурлыкал ЛиАм, – а ты вот уже несколько раз упоминала про великий Рынок, а можно нам туда попасть? Можешь нас проводить?

– Вы хотите сходить на рынок? – опешила, – со мной?

– Если ты составишь нам компанию, я стану самым счастливым мужчиной в мире, – продолжил этот сердцеед.

Орчи покраснела как помидор, и МарТин отвесил кузену магический подзатыльник. Было видно, что ЛиАм очень нравится девушке, а ему бы не хотелось, чтоб такая добрая малышка потом страдала. На ужин она принесла им запеченную в листьях рыбу, репу, пару головок лука и лепешки с сыром. Но больше всего они обрадовались вкусному, прохладному квасу.

Разводить огонь в священном лесу было строго запрещено. За это виновникам прилетало очень серьёзное наказание. Причём прилетало оно в буквальном смысле этого слова. В виде мелких насекомых, чем-то похожим на пчёл. Они называемых огнёвки, чувствовали огонь за тысячи метров и своими жалами нещадно карали любителей нарушить это простое правило.

Единственным исключением была Печь Сердца. В ней жители деревни готовили себе еду и заготавливали мясо на продажу. Для обогрева её не использовали, температура в лесу круглогодично была двадцать пять градусов. Печь была сложена из магических камней, снаружи всегда оставалась холодной, при этом поддерживала в себе негаснущий Огонь Души, и для него не нужно было никакого топлива, кроме вечерней коллективной молитвы, на которую Шуонхилд и убежала.

Спать в лесу было очень приятно. Синие бабочки в темноте светились ярким люминесцентным светом. Мирно стрекотали пчёлы-огнеборцы, повсюду разносилось благоухание ночных цветов.

МарТин как обычно, спал сидя, прислонившись спиной к дереву – особенность любого боевого мага. Да и состояние рук не располагало к лежанию. Мазь хоть частично и сняла боль, но физические контакты всё ещё вызывали сильный дискомфорт.

Этим сразу воспользовался ЛиАм забрав себе две подушки и постелив на землю ещё одну шкуру. Орчи сказала, что диких зверей в лесу нет, но на всякий случай попросили АоТо подежурить.

Глава 18

Утром пришла Шуонхилд. Она принесла плошку творога, парное молоко и лепёшки с завернутым внутрь мясом. После завтрака она сменила МарТину повязки, и все вместе выдвинулись на Рынок.

Идти пришлось осторожно, скрываясь за деревьями и кустами от спутников Шуонхилд. Девушка так и не поговорила со старостами и пока не могла представить ребят своим соплеменникам.

Шли вслед за тремя гружёными повозками. Ими управляли коренастые мужчины из племени Орчи. Зелёная кожа, острые уши, четыре клыка. Они с гордостью погоняли животных, называемых меринами, чем-то похожих на ослов, только вместо копыт у них были лапы на подобии лисьих. Рыжие и с когтями.

Один из них настойчиво звал Шуонхилд присоединиться к нему, хвалясь, что его белый мерин самый лучший, но девушка решительно отказывалась, то и дело поглядывая в кусты, где за ними следовали её новые тайные друзья. При мысли о них девушка краснела и улыбалась.

Сперва они два часа петляли среди деревьев, идя по тропам, известным только им. Потом вышли на большую поляну, пройдя через которую выехали на широкую ровную дорогу. По ней шли ещё час, дорога становилась всё шире, и наконец вывела их на огромную торговую площадь.

Чего и кого там только не было! Вот большая паучиха с торсом прекрасной девушки продавала шёлковые ковры и рубашки, наги — наполовину человек, наполовину змея — продавали изделия из змеиной кожи. Глазастые грибы торговали какой-то мутной слизью, а маленькие каменные големы — изделиями из драгоценных камней.

Рынок располагался по широкой окружности, каждый торговец имел свой сектор.

А вот внутри окружности был город эльфов. Ухоженные зелёные парки и сады, красивые маленькие домики у пруда и большой замок в центре.

Шуонхилд довольно быстро сбежала от сопровождающих и поспешила к ребятам, дожидающимся её у дороги. Расплачивались за товар, единой валютой, она называлась "Слеза эльфа". Маленькие шарики, похожие на жемчуг. Самой простой Слезой считалась белая, потом шла розовая, и самой дорогой была чёрная.

Обмен производили в специальных лавках. Там можно было поменять чёрную жемчужину на сто розовых или на тысячу белых. А ещё произвести обмен Слёз на сторонние материалы. Список их был небольшой, всего десять пунктов, зато курс был очень выгодным.

Первым в списке значился Голубой бриллиант (целый), за него давали сто тысяч чёрных жемчужин, на втором месте шло семя жизни и стоило оно пятьдесят тысяч, а вот за третье место давали десять тысяч, если, конечно, вы найдёте сумрачную розу.

Но самыми интересными оказалась пятая позиция, на ней было указано серебро. Сто чёрных жемчужин за грамм, и девятая — золото, десять чёрных жемчужин за грамм.

— Шушу, драгоценная моя, — промурлыкал ЛиАм, — а что я смогу купить на одну чёрную жемчужину?

— Много всего, — растерялась девушка, — это смотря что надо. Ну, например, телега мяса, которую мы привезли, стоит пять чёрных Слёз, выделанных шкур — десять, а с одеждой — пятнадцать.

— Гуляем, — улыбнулся хакер и вытащил из кармана кошель с деньгами.

— Хочешь, чтобы тебе в тёмном переулке голову оторвали? — спросил МарТин, сдерживая его порыв.

— Здесь нет тёмных переулков, — возразил ЛиАм.

— Зато есть тёмный лес, — усмехнулся принц, — где тебя успешно и прикопают. Бережно и аккуратно доставай одну монету.

ЛиАм понял намёк брата, и обмен произошёл под его плач и стенания. Он прощался с монетой как с любимой женщиной, всячески показывая, что второй такой он в жизни не найдёт.

В монете оказалось десять грамм серебра, и за неё им отсыпали тысячу чёрных жемчужин, заботливо расфасованных в пакетики по десять штук. Эта сумма оказалась настолько большой, что её пришлось собирать с пяти соседних точек. Для удобства расчёта разменяли десять чёрных жемчужин на розовые и белые и, оставив милой девушке из обменника чаевые, отправились на шопинг.

Прежде всего, купили по комплекту сменных вещей. Паучий шёлк оказался очень прочным на ощупь. Мягкие сапоги из змеиной кожи и заспинные дорожные мешки.

— Шушу, ну чего ты такая упрямица? — бурчал ЛиАм. — Ну выбери себе пару платьев, или туфельки, или сумочку. А лучше всё вместе, и браслетики те прихвати. Я хочу отблагодарить тебя за помощь. Ты не бросила нас в лесу, дала еду и обеспечила ночлег. Если ты откажешься от моих подарков, я буду грустить, — добавил он под конец с самой печальной моськой, какую только смог изобразить, — от этого заболею и умру.

— Нет! — воскликнула девушка, испуганно округлив глаза. — Я приму всё, что ты мне подаришь, — добавила она, покраснев.

— А мне вот кушать хочется, — сказал МарТин. — Тут есть какой-нибудь трактир или таверна? ЛиАм, например, очень суп любит.

Таверн тут не оказалось, зато были маленькие телеги, за которыми стояли разномастные торговцы. Выбор был огромен, осталось определить что можно есть, что нельзя, а что может съесть тебя! Пройдясь по рядам, набрали себе четыре подноса всевозможной еды и уселись на травку у забора.

— А что там? — спросил МарТин, указав на территорию эльфов за кованый забор. — Только эльфы живут?

- Да там всё очень чистое и дорогое. Таким, как я, туда не пройти.

— Не пускают?

— Дорого. Для не эльфов вход на сутки пять чёрных жемчужин стоит.

— А что там продают?

— Всякое. Но в основном магические вещи и оружие.

— Оружие? — спросил ЛиАм.

— Магические предметы? — переспросил МарТин.

— Нам туда надо! — хором воскликнули они.

Стражи на входе смотрели на них с недоверием, пока перед ними на стол не легло двадцать жемчужин, и ещё пять были добавлены им лично в руки — с формулировкой "за хлопоты". Это получается, простому орчи телегу мяса надо продать, чтобы просто зайти сюда, а его между прочим, месяц всей деревней ловят и вялят.

За забором стояло несколько торговых лавок. Были они большие и хорошо оформлены. Внутри улыбчивый мужчина начал предлагать им лучшее оружие во всём эльфийском королевстве. Так как всё их оружие осталось где-то на территории вампиров, МарТин и ЛиАм купили себе по хорошему клинку, заплатив по двадцать пять жемчужин за каждый. А потом, подумав, купили для Шуонхильд красивый самозатачивающийся нож, ведь тот, которым она угрожала им в лесу, был крайне неудобный.

Доспехи и латы смотреть не стали и поинтересовались, где можно ознакомиться с магическими предметами. Оказалось, что для этого нужно попасть на следующий уровень города. За вход на внутренний круг заплатили ещё шестьдесят Слёз, и там они впервые увидели их. Эльфы.

Как успели услышать, гуляя по рынку, прекраснейшие создания, неземной красоты. На деле же это оказались обычные девушки из ИнстроГрама, только с острыми ушами. Была у них в земном мире такая популярная сеть. Красивые, но совсем одинаковые Инстро самки. С подкачанными губами, подтянутыми скулами и накладными ресницами. Поставь таких десять в ряд, и собственную жену опознать не сможешь. Бывали такие случаи придут футболисты на корпоратив со своими жёнами, а уйдут с чужими. Никак отличить не смогли.

Одеты они тоже были соответственно: топы, обтягивающие пышную грудь, и оголяющие плоский животик, мини-юбки или леггинсы, туфли на высокой шпильке. Пока компания изучала город, эльфы изучали их. При этом в их взглядах было всё: интерес и презрение, злость и удивлениё, и просто безграничное высокомерие.

- Какие же они красивые, – шептала Шуонхилд, не сводя с них восхищённых глаз, – правда же?

- Ну да, ничего такие, – ответил МарТин, не сводя глаз с витрины, – эй, мелкий, как ты говоришь, называлось то растение для перехода на следующий уровень?

- Чёрная лоза, – ответил ЛуКа, проследив взгляд принца, направленный на витрину алхимической лавки.

- Она?

- Она.

- Пошли.

Из лавки принц вышел, бережно левитируя перед собой стеклянную вазочку с простым стеблем от розы, только чёрным. Заплатить за это пришлось двести чёрных Слёз, но взял не торгуясь.

- А ты знаешь, что для пятого уровня нужно? – спросил МарТин, и его глаза вспыхнули маниакальным блеском.

- Псих, – услышал он на это комментарий от кузена.

На город стала опускаться ночь. Вот только была она не темная, а красная, такое ощущение, что повсюду включили аварийную подсветку. Засверкали неоновым светом витрины магазинов и лавочек. Захотелось есть.

В самую внутреннюю часть города, туда, где возвышался замок, решили не идти.

– Что мы там не видели? – фыркнул ЛиАм. – Вся магия тут.

- Но там же живут самые красивые эльфийки, королевских кровей.

- Шушу, серебряная ты моя, ну зачем нам какие-то эльфийки, если рядом самая прекрасная девушка из племени Орчи? – начал ЛиАм, и тут же получил магический подзатыльник.

Не дури девчонке голову, псина сутулая, ты завтра свалишь, а она потом слёзы в подушку лить будет, пойдем лучше поедим - прочел он немой укор во взгляде брата.

- Шуонхилд, куда бы ты хотела сходить? – МарТин осмотрелся по сторонам.

– Вот есть рыбный ресторанчик, ресторан с сыром. В веганский ресторан мы точно не пойдём, прости. О, пойдём в кондитерскую, – указал он на большую вывеску, украшенную неоновыми бабочками.

- Вот вроде и поел, а всё равно голоден, – причитал ЛиАм, когда они вышли из кафе. – Всё равно лучше, чем Шушу мяско никто не приготовит.

- И это говорит человек, который съел три пирога с мясом, два с вишней, восемь десертов и мороженого шесть порций? – ухмыльнулся ЛуКа. – А ещё три молочных коктейля, ты заказал себе всё меню.

- Не себе, а нам, – ответил ЛиАм и схватил Шуонхилд за острый кончик ушка, – эта малышка вела себя как монашка, ничего не ела, ничего не хотела, вот и пришлось коварным обманом заставить её покушать вкусняшек. Слушай, Шушу, а тебе обязательно сегодня возвращаться в деревню? Может заночуешь здесь?

- Фаварис Фагиметдин Фадлуллах с братьями обратно завтра в обед поедут, поэтому у нас ещё есть время, – ответила Шуонхилд и покраснела, глядя на большое здание с гостиницы.

- Вам имена генератор случайных букв подбирает, – буркнул ЛиАм. – Для меня ты будешь просто Шушу. Можно?

- Можно, – кивнула орчи и снова покраснела.

СуперВипЭксклюзивЭлитРезёрвСпа - гласила вывеска на отеле. Выложив на стол серебряную монету, попросили лучшие номера. В двухместном, с ванной, поселили Шушу, а сами остановились в двухкомнатном люксе с сауной и бассейном.

Девушка-регистратор поинтересовалась, нужны ли им нормальные женщины на ночь, и, получив отрицательный ответ, очень удивилась.

Обнаженный МарТин стоял в бассейне, прижавшись к бортику грудью. Пришлось целый час ждать, пока из него сольется часть воды, и теперь она доходила ему до резинки трусов, оставляя спину на поверхности.

– Ты уверен, что хочешь сделать это? – спросил ЛуКа с подозрением, глядя на обожженные руки и истерзанную спину.

– Как никогда, – ответил МарТин.

Чёрную лозу бросили в воду, и она моментально изменила свой внешний вид. Удлинилась до двух метров и стала похожа на длинную плеть, покрытую шипами.

– Переходим на четвертую магическую ступень – испытание "Разорванными мышцами", – прокомментировал ЛуКа и со всей силы ударил его плетью по спине. Бить надо было не хаотически, а строя на спине руну: десять черт десять раз, то есть удары наносились по одним и тем же ранам с повторением десять раз. Когда в бассейн потекли первые струйки крови, в дверь постучали.

– Я открою, – ответил ЛиАм выйдя из ванной.

На пороге стояла эльфийка в обтягивающем лаковом комбинезоне. Красивая, фигуристая, вылитая КиИм Кардан (была в их мире такая), и мило так улыбнулась белоснежными зубами.

– Я же сказал, девушки на ночь нам не нужны, – ответил ЛиАм и захлопнул перед ней дверь.

Развернулся уходить, но стук повторился. Открыл, та же эльфийка стоит и проводит кончиком языка по ярко-красным губам.

– А, понял, ты голодная, вот, – он взял со стоящего неподалёку столика поднос с грязной посудой и остатками еды, что им принесли в номер, – там остались фрукты, сыр, кушай. А ещё – он достал из кармана две черных жемчужины и сунул ей в декольте – купи себе нормальную одежду. Захлопнул дверь.

Снаружи раздался звук бьющейся посуды.

– ЛиАм – кричит ЛуКа из ванны, – давай скорее, он теряет сознание, его надо придержать.

В дверь раздались несколько мощных ударов, судя по всему били тем самым подносом.

– Да задолбала! – ЛиАм с размаха распахнул дверь и плеснул в барышню водой из вазы, заодно отправив в неё роскошный букет цветов, стоявший в этой вазе.

– Если будешь так ломиться в двери к женатым мужчинам, случайно облысеешь! Когда жена узнает! Исчезни. Разъяренная эльфийка подалась вперед чтоб что то возразить, но получила мощный удар дверью по лицу. На этом её попытки проникнуть в номер прекратились.

МарТин почти потерял сознание, когда ЛиАм схватил его за волосы, не давая упасть в бассейн. Уже ярко-алый от его крови.

- ЛуКа что дальше?

- Не дай ему потерять сознание, осталось пять ударов.

- Тогда можно я ему врежу?

- Я подумаю.

- Тогда можно я ему врежу, пока ты думаешь…

***

Услышав странный грохот в коридоре, Шушу выглянула из номера. Увидев беспорядок у ЕГО номера, она забеспокоилась, но сходить не решалась. Он был так прекрасен, мил, добр, заботлив. А она? Куда она лезет со своей любовью? Он даже на красивейших эльфиек внимания не обратил. А если он сейчас не один? Ведь там, внизу, ему предлагали...

Но в итоге страх победил, и она вошла в номер к своим друзьям. От увиденного Орчи испуганно взвизгнула. На спинке дивана, так, чтобы руки болтались с разных сторон, лежал МарТин. Его спина была заляпана кровью. Хотя, кровью там было заляпано совершенно всё: кровать, пол, стены, потолок, ЛуКа.

— Что здесь произошло? — испуганно прошептала Шуонхилд.

— Ничего особенного, просто слегка повздорили, обычное дело между братьями.

— Но он же умрет! Его надо срочно вылечить, быстрее едем в деревню, там есть лекарство.

— Четвертая ступень не пройдена, его нельзя лечить, ему нужно помочь в раскрытии.

— И что делать? — ахает.

— Бить больше нельзя, можно сломать строй, нужно найти соль!

— Что такое соль? — спросила Орчи.

Вместо ответа Лиам присел на корточки и сказал: "Видишь, в моих глазах слезы? Попробуй их, и ты узнаешь, что такое соль".

Два черных грифона мчались по воздуху. На спине одного из них сидели Шуонхилд и ЛуКа, на втором — ЛиАм и МарТин. Точнее, бессознательный принц болтался поперек тела животного. Грифоны в Великом Лесу выполняли роль Нануки, доставляли любые грузы до адресатов. Аренда каждого стоила двадцать черных Слез, но они домчали до деревни за десять минут.

Соль в их кулинарии не применялась, но Шушу сразу вспомнила про молочный родник: она иногда мочила в нем руки, а вытерев лицо, чувствовала этот привкус. Буквально ворвавшись в эльфийский зверинец, они арендовали двух грифонов и помчались к источнику.

Положив принца на землю, Лука попробовал молочную воду. Концентрация как в Мертвом море. То, что надо. Набирая воду в ладошки, они начали поливать спину принца. Сперва реакции не было, но после трех порций соли принц очнулся и заорал. Он молчал, когда его жгли огнем, терпел боль от кнута, сейчас орал на весь лес, срывая голосовые связки и пугая всё живое на многие километры вокруг.

***

— Вот клянусь, братишка, да пойди я сейчас в Хохландс в таком состоянии, я бы стал там директором, — уже в который раз пытался успокоить ЛиАма принц. Он уже пять дней лежал на той самой поляне и пытался подчинить вновь полученную силу.

— Идет он. Идиот самоуверенный. Ты без РёМы хоть один экзамен на отлично сдал? Идет он. Смотри не споткнись.

— Ай, мелкий, ну нельзя ли поосторожнее? — зашипел принц, когда ЛуКа приложил к его спине очередной компресс.

— Ничего не знаю. Смог выдержать мои удары, сможешь выдержать и моё лечение, — ответил мальчик.

— Вот уж не думал, что ты такой коварный ребёнок. Прикидываешься милахой, а сам так и ждёшь момента, чтобы воткнуть вилку в ягодицы. Ты лучше скажи, уже придумал, где взять компоненты для испытания пятой ступени? Ну посмотри на меня: если я сейчас пройду "Лопнувшие нервы" и "Кипящую кровь", то седьмую ступень "Выжженной кожи" мне засчитают автоматом.

— А ну перестань болтать глупости, — на поляну пришла Шушу, она была очень серьёзной.

— Так, народ, расходимся, — засмеялся ЛиАм, — наша мама пришла, молока принесла. Строгая какая, сейчас всех в угол поставит.

А Шуонхилд с тех пор и правда изменилась. Стала такая серьёзная, строгая. Видно, они своей свистопляской сильно напугали малышку: у неё после полёта на грифонах даже клык от переживаний выпал.

— Будем надеяться, что он был молочный, — ответил ЛиАм, когда она показала ему свою потерю. — Хочу извиниться за всё, во что мы тебя втянули. Вот возьми, — он протянул ей три серебряные монетки. — Я думаю, это скрасит твоё горе.

— Я серьёзно, МарТин, — не унималась Шуонхилд. — Ну скажи, что ты пошутил.

Я тоже надеюсь, что он пошутил, и глупостей такого масштаба мне больше делать не придётся, — подумал про себя ЛуКа.

Так в тишине и покое прошло ещё три дня.

— Слушай, ЛуКа, мне нужно кое-что сделать, — сказал МарТин на утро четвёртого дня.

— Делай, я-то тебе зачем?

— А затем, — ответил принц и встал на одно колено.

— Оу, если ты мне предложение делать собрался, то я не по этой части, — засмеялся ЛуКа.

— Заткнись, мелкий, не сбивай настрой.

— Я, МарТин ГусТав Альфредо, присягаю тебе, мелкий паразит. Прошу стать моим сюзереном и принять меня как своего вассала. Клянусь служить тебе десять лет, начиная с того момента, как достигну седьмого уровня. Прими мою кровную клятву.

При этих словах изо лба принца вылетела капля крови, она сформировала знак печати и подлетела ко лбу ЛуКи.

— Мелкий паразит, принимай клятву! У меня нога уже затекла.

— Принимаю, — ответил ЛуКа. И капелька крови впечаталась ему в лоб.

— Всё. Теперь ты точно не отвертишься и доведешь меня до седьмого уровня. Я стану сильнейшим магом на планете и буду тебе служить. Так что жду предложений.

— Что-то Шушу сегодня задерживается, — проговорил ЛиАм, поглядывая на часы. — Обычно в девять приходила свою капусту поливать, а тут двенадцать уже. А её всё нет. Оказывается, капустой у них назывался тот самый фиолетовый куст с розовым виноградом. За это время он существенно подрос, и теперь все пять виноградин росли, набирая силу.

— Интересно, она съедобная? — спросил МарТин.

— Ну что ты говоришь? Это же святая капуста. Её можно только поливать. Я вот всё удивлялся, как у них печка на молитвах греет, пока она тот чугунок с капельками нефти не принесла. Скорее всего, у них там просто естественный выход попутного газа. А сама печь из чего-нибудь наподобие асбеста сделана, в несколько слоев, вот он и не нагревается, — начал строить догадки прагматичный ЛиАм. — Я всё же думаю, нам нужно пойти на её поиски. Вдруг что.

Лука остался ждать на поляне на случай, если Шуонхилд всё же вернётся. МарТин пошёл в сторону деревни, а ЛиАм — к ручью, из которого Шушу носила воду для полива капусты. Надо же так издалека носить чистую воду, чтобы потом добавлять в неё соль.

Если Нануки всё же не придут, стоит переехать в город эльфов, — думал МарТин. — Возможно, у них есть библиотека, и там можно будет поискать информацию. Серебра у них достаточно, чтобы жить тут без нужды не один десяток лет.

— Помогите, пожалуйста, помогите! — услышал он крик неподалёку. Из-за деревьев выскочила эльфийка. Грязная, в разорванной одежде, с окровавленным лицом.

— Помогите, пожалуйста, — повторяла она. — Там девушки, они ранены.

— Что за девушка? — МарТин бросился к незнакомке.

— Я не знаю. Мы с сестрой ехали по лесу, но тут на нас напал тигр. Он схватил мою сестру. Но девушка, зелёная, бросилась к нам на помощь. Она стукнула его ножом, но тигр откусил ей руку, а потом вцепился ей в шею. Умоляю, помогите!

На поляне лежали две девушки: хорошенькая блондинка со следами от когтей на спине и Шуонхилд. Её рука была оторвана, а шея вспорота, и из неё вытекала зелёная кровь. В сторону леса тянулся кровавый след.

— Будь осторожен, тигр, он убежал в ту сторону.

— Нужно отнести их в деревню, — пробормотал МарТин. — Там есть мази.

— Какие мази? — закричала девушка. — Им нужен священный лавр, цветок, исцеляющий любую травму.

— Что за цветок? Как он выглядит?

— Такой фиолетовый куст, — она нарисовала в воздухе треугольник, — с цветами. Или розовыми ягодами.

— Я знаю, где растёт один.

— Ты проводишь нас? Их нужно спасти как можно скорее. Они умирают.

МарТин бросился к поляне, неся в левитации раненых девушек.

— Потерпи немного, — шептал он, — сейчас я помогу тебе. Дам тебе капусту. Не зря же столько времени ты её растила.

— Где лавр? — закричала эльфийка, вбегая следом за ним на поляну.

— Там. Неси скорее ягоды.

Глаза Шуонхилд расширились от ужаса. Казалось, на последнем вздохе она пыталась остановить МарТина, держа его за руку и мотая головой.

— Я знаю. Капуста тебе дорога, но не одно растение не стоит жизни человека.

— Рад, что ты это осознаёшь, — прозвучал за спиной холодный голос эльфийки, — и поэтому лучше не сопротивляйся.

МарТин поднял глаза. Десятки смесков с луками и стрелами окружили поляну.

— Что это значит? — спросил он.

— Не дёргайся, — ответила эльфийка, — иначе умрёт не только эта, но и они.

Из-за деревьев вышли два крепких эльфа и вывели ЛуКу и ЛиАма. У обоих к горлу был приставлены ножи.

— Только попробуй применить магию, им тут же порежут глотки. А ты сам сказал, что не одно растение не стоит жизни человека.

— Спаси её, умоляю, там пять ягод, твоей сестре тоже хватит.

— Сестре? Ах, это недоразумение. — Лёгкий кивок головы, и пять стрел пронзают тело раненой девушки. — Смесок не может быть сестрой чистокровного эльфа. И лавр я оставлю себе, да и она сама не станет есть собрата.

— Какого собрата?

— О, так ты и правда не знал? Как неосмотрительно. Орчи — это растения. Разумная форма. Высшая ступень. Но всё равно растения. Так что не пытайся спасти её. В наших венах кровь, поэтому кожа у нас белая, у неё хлорофилл, поэтому она противного, зелёного цвета.

— Мне нет до этого дела, отдай ей ягоду.

— Исключено. Да и не станет она есть собственного ребёнка. Что? Ты и это не знал? Не знал, что детей в капусте находят? Какой же ты дремучий. Я ведь подумала, ты смесок эльфа, а ты какой-то болван.

— У высших растений орчи — особый способ размножения. Раз в пятьдесят лет на их территории вырастает куст лавра, на нём цветок, иногда три, а пять — огромная редкость. Все орчи, желающие завести наследника, принимают в своё тело мужскую жидкость: кровь, слюни или чего похуже.

— Слеза, — прошептал Лиам одними губами.

— О, это что-то новенькое, — ухмыльнулась эльфийка. — Ну да ладно. От принятой жидкости у неё выпадает зуб, у них он называется клетка. Она втыкает эту клетку в середину цветка лавра, и от этого в нём зарождается новая жизнь. И, кстати, зуб у них бывает только один раз за жизнь, а значит, после его выпадения она становится бесполезной.

— Зачем ты так с этой девочкой? — МарТин продолжал пережимать магией раны Шуонхилд.

— Какой ещё девочкой? Да ей уже пять сотен лет! Вон, посмотри на отрезанную руку, посчитай кольца. Просто до тех пор, пока она не передаст свою клетку дальше, она остаётся физически и эмоционально ребенком. Ведь влюблённая дурочка проще совершает глупости.

— А вообще, кто из вас стал счастливым отцом? Мы за этой группой орчи давно следим. Им для полива лавра святая вода нужна, такая, чтобы с серебром. Пришлось из-за этого сделать серебро редкостью, искусственно подняв на него цену, иначе не приезжали бы они на рынок, у них и тут всё есть. Но если орчи приехали на рынок, значит, лавр расцвёл. Эти вон уже шесть лет ездят, а мы их всё выследить не могли. Если б не вы, так и не нашли бы.

— Мы? — севшим голосом повторил МарТин.

— О да. Эти твари морок лучше всех наводят. Идёшь вроде по их следу, хоп — а их уже нет. Можно годами в метре от их деревни ходить и не найти. Но вы тогда в отеле так её напугали, что она морок не до конца наводила, боялась, что грифон ваш заблудится, вот и не морочила сильно. До деревни мы вас выследили, а поляну с лавром найти не могли. Её же не она одна морочила, а и остальные орчи. Мы, конечно, могли на деревню напасть, но они б не отвели к лавру. Умерли, но не отвели, не раз проверяли. Но и тут вы помогли — она для вас тропу тайную оставила, ты поэтому эту поляну и смог найти.

— А может, она и клетку свою ради тебя отдала? Боялась, что ты помрёшь, она бы тебя ценой жизни ребёнка и вылечила.

— Какая же ты мразь.

— Ой, да ладно тебе. Я просто женщина. Я хочу быть вечно молодой и красивой. Я к вам в гостиницу тогда приходила, хотела сотрудничество предложить, а он меня дверью. Но ничего, мы сейчас до их деревни дойдём, остальных беззубых перережем. Посмотрим, сколько лет я себе к жизни добавлю. Мне восстановление носа шесть лет жизни стоило. Вот этой 512 лет сейчас, значит, их я себе и заберу.

Глаза Шуонхилд наполнились такой болью, что сердце принца сжалось. В одно мгновение натянутые, как струна, нервы лопнули, и он выпустил ледяное копье девушке в затылок. Это произошло за секунду до того, как эльфийка проткнула виноградину наманикюренным ногтем и выдавила содержимое себе в рот. Сердце Шуонхилд уже не билось.

— Спи спокойно, наша маленькая крошка, — прошептал МарТин. — И знай, что от твоего имени я убью их всех.

Столб пламени вспыхнул над лесом, озарив собой всё вокруг. Сотни миллионов пчёл-огнёвок ринулись на опушку. Напуганные страшным пламенем, они с неистовством бросались в костёр, в пламени которого сжигал себя принц.

Вот он, тот первозданный огонь, что принц жаждал все эти годы. Огонь, который он получил, вырвав меридианы у лучшего друга, но так и не сумел полностью подчинить себе. Теперь огонь тёк по его венам, он стал его лучшим другом. Единственным другом. А потом наступила тишина. Тягучая, липкая.

— Не смей умирать, вассал, — раздался в его голове властный голос. — Не смей умирать без разрешения сюзерена, ты ещё не отдал мне долг.

— Нет, только не это, умоляю вас, — заберите всё. Мои богатства, власть, деньги, заберите всё, только прошу, позвольте мне умереть.

— Не позволю! — из темноты его сознания вышел крылатый белый волк. — Ты дал мне клятву, — сказал зверь, — и должен её исполнить. Живи. Я приказываю тебе: живи. Живи, чтобы отомстить. Ведь ты убил не всех, главное зло ещё осталось в замке.

Глава 19

— Ты уверен, что он мертв? — спросил ЛуКа, ещё раз всматриваясь в совершенно бездыханное тело принца.

— Тут я ни в чём не уверен, — ответил ЛиАм. — Всё так запуталось. Хотя, думаю, сейчас всё прояснится, — сказал он, глядя за спину Луки. Там стояли Риши и Балу.

— Вы чертовски вовремя, — прошептал ЛиАм. — Давайте уедем отсюда.

Медведи бежали так быстро, насколько хватало сил. ЛуКа больше не чувствовал их настроения, но знал, что они подавлены. Они потеряли Ош. А ещё они потеряли груз, и теперь им перестанут доверять. Тело МарТина оставили в небольшой пещере. В конце концов, он сам спустился сюда и сам захотел сгореть. Сам, но от этого не легче.

Очнувшись среди сотен мёртвых тел эльфов и смесков, они мысленно поблагодарили орчи. Кто бы мог подумать, что слизь с грибов спасёт им жизнь. Ещё там, на рынке, Шушу посоветовала её купить.

— Если однажды придётся пережидать пожар — сделайте по глотку, — вспомнили они её наставления. — Тогда огнёвки вас не тронут.

ЛуКа много раз пытался позвать дух меча, но тот не отвечал. Пропал и АоТо с проводником.

Они провели в пути уже двадцать часов. Несмотря на все просьбы, медведи не останавливались. Они хотели как можно скорее покинуть территорию леса.

И к утру они достигли цели. Пейзаж сменился, и как только они прошли сквозь барьер, к ним подлетел АоТо. Получается, он всё это время ждал их тут.

— Наконец-то! — радостно забубнил библиотекарь. — Я уже думал, что не дождусь вас. — Он осёкся на полуслове.

— А где Мартин? — спросил он.

— Его больше нет, — ответил ЛиАм.

— Подожди! Что значит "нет"? Он не мог пропасть. Он должен был стать таким, как я! Почему? Почему его тогда нет?

— Я не знаю…

— Как не знаешь? Как ты это допустил? Как?

— А сам-то, — не выдержал ЛиАм, — сам-то где был все эти дни? Почему исчез? Почему? — Сдерживающийся всё это время ЛиАм перешёл на крик, слёзы лились из его глаз.

— Он не мог, — ответил дух клинка, — впрочем, как и я. В том месте живёт зло, настолько древнее и опасное, что, высунься мы хоть на минуту, нас бы нашли. А заодно и вас. И их. Лес мог укрыть орчи, но он не мог укрыть души. Они тоже многого натерпелись, уводя от вас внимание Чёрного дерева.

— Слушай, Карабас Барабас, — не выдержал Лука, — ты такой умный, когда уже поздно! Где обещанный мне компас? Какого чёрта ты втянул меня во всё это?

Двигаться по территории Фери было непросто. Там было настоящее пекло – край вулканов. Мертвая, растрескавшаяся земля, потоки лавы, горячие столбы пара. Наконец Нануки остановились у большой каменной стены, на смотровой башне которой горели яркие огни. Высшие Огненные Элементали. Ворота распахнулись, запуская медведей внутрь. Навстречу им вышел… мужчина?

— Балу! – произнес он. – Наконец-то. Ты должен был прибыть почти две недели назад, где тебя носило? Что это? – наконец рассмотрев путников, спросил он. – Ты кого привёл? – почти рычал он. – Ты должен был привезти трёх девушек! Понимаешь, ДЕВУШЕК. Стройных, красивых, добрых… А ты кого привез?

— Что значит "умных, красивых, добрых", а под хвост ты им не заглядывал.

Вот уже полчаса суровый мужик, от голоса которого дрожали стены, отчитывал бедного медведя. А так как медведь отвечать мог только мысленно, со стороны это выглядело очень комично. Казалось, что у мужика началась шизофрения, и он разговаривал сам с собой.

Оказывается, медведи должны были привезти трёх девушек – смесков, живущих в зимнем лесу. Одна из которых была королевской крови. Поэтому им и организовали такой элитный трансферт. Девушки не появились, зато появились они. И сказали кодовое слово. А поскольку кто медведи такие, чтобы осуждать вкус коменданта крепости, они и доставили, что дали.

— Безумие какое-то! И что мне с вами делать? – перевел он взгляд на ЛуКу и ЛиАма. – Откуда вы вообще взялись? И зачем поехали с этими балбесами?

— Да нам всё равно по пути было, – ответил ЛиАм. – А тут подвезти предлагают. Настойчиво так предлагают. Ну а почему бы и не согласиться? Вы вообще когда-нибудь пробовали отказать медведю?

— А куда вы вообще направлялись?

— К Яге.

— Что? – возмутился комендант. – Эта старая опять контрабандой занимается? Добрых молодцев через границу перевозит? Ладно, не моё это дело, отпущу вас через пару дней, а пока погостите тут.

— Гостеприимство уровень "бог", – возмутился ЛиАм, когда элементаль запер их в не большой каменный сарай. Каменные стены, каменная кровать и лавка, каменный стол, каменный пол. Еду приносили исправно, три раза в день. На завтрак каша, на обед каша, на ужин мясо, но в каше.

— Да уж, – ЛуКа глядел через зарешеченное окно. – Не так я себе счастливую жизнь представлял.

Вид из окна тоже удручал. Худые, лысые девушки в серых робах и с порядковыми номерами на груди то и дело выходили во двор. Одна стирала что-то в тазу, другая тащила котелок с кашей, третья качала ребенка. Судя по номерам, их там было двадцать три.

Вскоре в камеру влетел АоТо и сообщил, что комендант им не поверил и подозревает в шпионаже, а также в том, что принцесса пропала из-за них. Завтра на площади состоится публичная казнь. Мероприятие будет массовое, и они приглашены.

— Зашибись, — сказал ЛиАм, — и зачем мама с папой в детстве учат говорить правду? Вот и что нам теперь делать? А может, как тогда у вампиров? Запремся в камере, и пусть попробуют достать? А?

— Если местные захотят они тебя прямо в камере зажарят, и даже угольков не останется.

Ночью не спалось. В небе взошла луна, а у двери раздался какой-то шорох. В зарешеченное окно, через которое давали еду, смотрела девушка. Худое лицо, одета в ту же робу из грубой холстины, в руках держит сверток с новорожденным.

— Мальчики, — проговорила она, — вы же слышали, что на завтра назначена казнь? Давайте заключим сделку. Я собираюсь сбежать из этого ада, но одна боюсь. Нам с ребенком не пересечь Пустошь без помощи. Предлагаю сделку: я вас освобожу, а вы поможете мне сбежать. Я не желаю, чтобы мой сын рос в подобном месте. Да и сам комендант… Вы же видели, какой он. Обманом заманивают девушек в это адское место. Поможете? — спросила она и показала сквозь решетку ключ.

Утром, когда комендант пришел к пленникам, он обнаружил довольно странное зрелище: два парня спали на улице, прислонившись спиной к двери, а внутри комнаты была заперта пятнадцатая с новорожденным сыном на руках.

— И почему вы не сбежали? — уточнил комендант.

— Набегались. — ответил ЛуКа — вы вообще за стену давно смотрели? Там нахрен филиал Ада...

— Бойтесь данайцев, дары приносящих, знаете такое? Так вот, мы тут за неделю усвоили, что женщин надо бояться еще больше, а уж от желающих тебе помочь стоит оградиться каменной стеной. Тем более тех, кто с ребенком собрался пересекать огненную Пустошь.

— Интересные выводы, конечно… Но ладно, идем на площадь, у нас там казнь назначена.

Площадь, подготовленная для казни, выглядела эпично. Большая каменная пирамида. Наверху, на площадке, каменный столб. У этого столба стоит девушка, ЛиАм и ЛуКа. У подножия пирамиды мелькают сотни огненных сущностей.

Тяжело чеканя шаг, на вершину поднялся комендант. В его руках свиток, взгляд серьёзный.

— Жители заставы, — проговорил он басом, — с болью в сердце сообщаю вам о чрезвычайном происшествии. На днях стало известно, что на нашу заставу не прибудут три обещанных девушки. В связи с этим три наших героя не смогут получить обещанных жён. Кроме того, в наш гарнизон проникли посторонние, которые могут выдать наше местоположение врагу.

Второе обвинение: вчера девушка номер пятнадцать пыталась сбежать и похитить с собой ребёнка, оставив элементаля О без наследника. Считаю данные факты доказанными, и виновник должен получить самое суровое наказание. Казнь сотней ударов привести в исполнение.

***

— И что это вообще было? — спросил ЛиАм, глядя на лежащего на кровати коменданта. — Его спина дымилась от ста восемнадцати огненных ударов.

— Как что? — удивился комендант. — Вы же всё видели, это была казнь, сотни ударов огненной плетью. Каждый живущий здесь элементаль смог выразить свой гнев от произошедшего и обрушить мне на спину огненный удар.

— Это мы поняли, а почему били вас?

— А кого должны были? — не понял комендант. — Это же я не смог грамотно организовать транспортировку девушек, а немалый бюджет при этом потратил, допустил, чтобы Нануки привезли вас прямо в расположение части, не заметил перемены в настроении пятнадцатой и не узнал, что толкнуло её на побег. Во всех трёх проступках виноват я, кого же было наказывать?

— А зачем ты тогда нас в тюрьму посадил?

— В какую тюрьму? — недоумевает комендант.

— Ну в эту, — ЛуКа обвёл руками комнату.

— Почему тюрьму? У нас тут нет гостиниц. Я отдал вам свою личную комнату, не в казарму же к элементалям или в женскую избу вас было селить.

— А почему твоя комната выглядит так?

— Как так?

— Слишком каменной, — осторожно уточнил ЛиАм.

— А вы что, когда сюда добирались, видели много лесов? Да и кому придет в голову делать деревянную мебель в месте, где живут элементали огня?

— А почему у вас девушки в таком состоянии? Лысые, в робах, с порядковыми номерами?

— Это не робы, это очень дорогая огнеупорная ткань, она при покупке дороже золота стоит, я ж не виноват, что она так выглядит. — При этом он показал им брошюру, на которой в подробностях описывалось, что ожидает девушек, приехавших на огненную заставу с целью суррогатного материнства.

— Волосы сбриваем, тут спору нет, но так это по технике безопасности положено, от огня волосы то первыми горят. А что до номеров... Да вы вообще знаете, какие имена тут у некоторых? Вон, у шестой четырнадцать букв, и не одной гласной, а у другой вообще из гортанных звуков состоит. По номерам всяко проще. Да и кто их тут кроме меня по именам то зовет? Это я для своего удобства ввел, им то по именам общаться не запрещено, а то, что они сами их выговорить не могут, и тоже номерами пользуются тут уж… — он развел руками.

— А кормежка? Что за ужасная каша три раза в день?

— Так а ты сметы на питание видел? Они ж мне её по своим ценам выставляют, а где я им тут яблоки по два рубля возьму? Ты тут сады фруктовые где-нибудь видал? Пробовали дороже брать, так логистика, да и сгорела часть. Я им, конечно, запрос отправил, но пока его там в высоких кабинетах рассмотрят… Я и так на всё своё жалование мясо купил, раз в три дня в кашку добавляют. Или вам вчера не дали?

— Дали, дали, — сказал ЛуКа, зависший от полученной информации.

— А женщине почему уйти не позволяете? — спросил ЛиАм, показывая на рекламную брошюру, в которой честно и без прикрас описывался быт местных девушек. — Контракт сроком на два года и очень хорошее вознаграждение.

— Да кто ж ей не дал? Вон она, на Балу садится, домой поедет.

— Без ребенка?

— Конечно, без! Зачем ей огненный элементаль? Они же первые десять лет вообще неуправляемые, сожгут город, а мне потом отвечать. Мы ж не просто так здесь детей селим. И вообще, заболтался я с вами. Вон ваши сфинксы стоят, они вас к Яге довезут в благодарность за то, что беглянке ребенка увести не дали.

— И всё же мне кажется, это жестоко — разлучать мать и ребенка, — сказал ЛуКа, крепко держась за гриву крылатого льва, несущего их над огненной землёй.

— Там не всё так просто, — ответил АоТо. — Я тут узнал, что элементаль огненный в виде человека рождается, но в год трансформируется и лет десять жжёт всё подряд. Был случай, когда мелкий восемнадцать городов сжёг, пока его не поймали. Но речь не про это. Им для трансформации голубой бриллиант нужен. Целый. Слышали о таком?

— Ну да, видели прайс, — сказал ЛуКа, вспоминая первое место при обмене на черные жемчужины.

— В общем, у детей элементалей он есть. Только он у них вместо сердца. И есть такие твари, что до трансформации их похищают, и сердце… того… этого.

До дома Яги долетели молча. Простая избушка на окраине леса. Постучали. Дверь распахнулась, и на пороге стоял РёМа.

Эпилог от ЛуКи

Вертолёт семьи леопардов летел в сторону СоРан. Сидевший за штурвалом РёМа уже в сотый раз извинялся и сожалел о том, что отпустил мою руку. Он тут же пожалел об этом, а когда помог сестре отойти на безопасное расстояние, сразу прыгнул в расщелины. Но его выбросило уже в другом месте, у дома Яги.

Бабуля оказалась милейшей тетушкой, а уж когда они вместе перебрали её одежду, сделали капсульный гардероб, сменили причёску и макияж, влюбилась в него без памяти.

За грань она его не пустила, сказала, что раз парень переход открыл, то и к ней доберётся. Так он и жил у неё это время. Помог интерьер в избе обновить да сад в порядок привести.

А на днях почувствовал, что его меридианы к нему вернулись, и понял, что МарТин погиб. С горя напился, и уже не выдержал, думал ночью без дозволения сбежать, а тут и мы пришли.

Поскольку мы за грань живыми вошли, нам и ритуалов не потребовалось. Просто зашли в избу, избушка повернулась, и мы вышли.

Вот только АоТо вернуться не смог, но решил, что с проводником и дальше странствовать будет. Проводник, кстати, девушкой оказался. Хорошенькой. Рука костлявая, а так всё при ней.

По возвращении в свой мир узнали, что там почти полгода прошло, а значит, оборот скоро. Заскочил в банк, забрал оттуда камни, и вот спешу домой.

По прилёту даже старика рад был видеть. Чуть не обнял.

На дух меча сильно обиделся и в отместку отдал его КоЗу. Тот посмотрел и сказал, что я идиот, потому что крутой артефакт – это сама палка и тряпка, а клинок этот – ерунда бесполезная и ничего из себя не представляет. И никаких духов там отродясь не было.

Пошёл тогда камни ему отдать, чтобы оборот сдержать, но старик вдруг как заорет: "Сдохни!"

Вот стою я как дурак, на КоЗу пялюсь, а в меня шар молний прямо в голову летит…