Конец лета

Глава 1

Прозрачные голоса вплетались в тихие жалобы флейты, растворялись в хоре серебряных колокольчиков. Кирилл сидел на скамейке в парке, слушал плеер и улыбался: хороший подарок, племяннику наверняка понравится этот диск.

Тихое волшебство эхом вторило скрипкам и замирало на струнах. Кирил чуть прикрыл глаза - в еще густой листве деревьев вспыхнула первая осенняя позолота. Ветви, пронзенные солнечными лучами, качались, будто тоже слышали, будто хотели приласкать торжественные печальные звуки. Казалось, мелодия заливает парк, и он меняется, оживает… У Кирилла перехватило дыхание. Звонкая, щемящая тоска накатила, унесла далеко-далеко, не то к забытым снам, не то к воспоминаниям.

Тогда тоже близилась осень.

Дикое племя гралов напало на маленькое лесное селение эфов. Атака была внезапной. Злобные косматые дикари с воем ломали каменными топорами тонкие плетеные стены хижин, разбивали головы мирным жителям, которые не понимали, что происходит. Глаза нападавших горели ненавистью. Вид крови опьянял гралов, доводил до безумия. Они не знали пощады. Никогда ни с кем не воевавшие эфы были обречены.

Они погибли почти все. Лишь трое остались в живых: молодой охотник Кирт, его возлюбленная Сальва и Мяка – ее восьмилетний брат. Ночь они провели у корней большого дерева, дрожа от холода и страха. А утром Кирт принял решение.

- Нужно идти к озеру, - он старался говорить уверенно. – Возле него живет старик. Он нам поможет.

- Конечно, Кирт, - Сальва смотрела на него с надеждой. – Веди нас.

Мяка молчал. Он крутил в руках сухую веточку и безучастно глядел в землю.

Кирт встал. Следом поднялась Сальва. Она взяла брата за руку, сказала: «Пойдем, Мяка», - и они поспешили за Киртом.

От легкого прикосновения Кирилл вздрогнул. Он резко открыл глаза и успел заметить вспорхнувшую птицу.

Что это было? Воспоминание? Кто эти люди? Он не знал.

Музыка текла плавно и нежно, смешивалась с запахом сырой земли, убаюкивала, отгоняя тревоги, и Кирилл снова опустил веки.

- Не ходи туда, я чувствую, гралы еще там, - говорил старец. – Не беда, что не можем охотиться. Мы будем собирать ягоды и коренья. Ты научишься ловить рыбу…

Кирт его не слушал. Молодой и упрямый, он сделал по-своему. Там, в разоренной деревне, остался секрет эфов - луки. «Гралы не знают, как ими пользоваться, - думал охотник. - Они решат, что это просто палки, им в голову не придет, что стрелой можно убить оленя или… человека! Я пойду и добуду оружие своего племени, а значит, и пищу».

Но старик оказался прав. Гралы швырнули пойманного Кирта к ногам косматого вождя, и тот загоготал, потешаясь на тем, как неуклюже шлепнулся на землю пленник. А когда Кирт встал на ноги, вождь что-то сказал стоящим рядом бородачам, и те принесли лук.

- Льегох? – рявкнул главарь и ткнул луком в Кирта. Охотник послушно взял в руки оружие.

- Шкысдо сапа! – буркнул косматый, явно предлагая показать, как пользоваться этой странной палкой с натянутой оленьей жилой. Кирт стоял не шевелясь. Тогда вождь махнул рукой. Мгновенно один из гралов принес огромный кусок мяса.

Кирт опустил голову. Он очень хотел есть, но показать гралам, как пользоваться луком, – значит обречь на смерть все окрестные племена.

Нет, он не сделает этого.

Никогда.

«Никогда», - повторил Кирилл.

«Сделаешь, - ухмыльнулся в ответ косматый. – Уже сделал. Неандертальцы были уничтожены тридцать тысяч лет назад, Кирт. Земля наша, мы, воины-кроманьонцы, ее хозяева!»

И он бросил на колени Кириллу мертвую птицу.

Кирилл вскочил. Он вскрикнул, сорвал наушники, но музыка продолжала звучать. Она стала громче, в ней слышался плач и жесткая дробь барабанов. Кирилл все еще был в парке и в то же время стоял там, в разоренном селении эфов, по правую руку от косматого вождя. Вздрогнули от ужаса деревья, замелькал калейдоскоп картин: заколотый старик, растерзанная Сальва, пронзенный стрелами Мяка, горящие города, рвы, полные покалеченных тел; коптящие трубы заводов, нефтяные вышки, бульдозеры, рвущие плоть Земли. И надо всем этим грустное полупрозрачное женское лицо с невыразимой болью в глазах.

«Но почему???» - закричал Кирилл.

Призрак разомкнул губы и еле слышно произнес:

«Потому что предавать - твой талант. Твой единственный и неповторимый талант, Кирт».