Кофейня с секретом

Глава 1

— Раз мы закончили с этим, то мне пора. Не хотелось бы опоздать на свой дилижанс, вы же понимаете? Всего вам хорошего.

Невысокий, щуплый и немного суетливый мужчина в явно скроенной на заказ одежде нервно улыбнулся и выскочил за дверь. Я растерянно смотрела ему вслед, сжимая в руках бумаги. По ним выходило, что теперь я владелица двухэтажного дома, бывшего когда-то баром. Того самого, в котором я сейчас и находилась.

Я заправила за ухо выбившуюся из сложной косы каштановую прядку и, опустив взгляд на бумаги, задумалась.

На мгновение закралось подозрение, что меня надурили, и почти все мои сбережения ушли в руки мошеннику. Слишком уж подозрительно стал вести себя владелец после заключения сделки. Да и до этого...

Только сейчас я поняла, что он с самого начала старался на меня долго не смотреть, а стоило поймать его взгляд, так и вовсе отводил глаза, будто нервничал или боялся чего-то... Чего? Меня? Приезжую девчонку в коричневом дорожном платье и с единственным чемоданчиком вещей? Смешно же.

Я снова пролистала документы, но они точно были в порядке. И магически заверены. Такие подделать... Да и в городском департаменте подтвердили право собственности, и что оно теперь переходит ко мне. Именно там мы и заключили сделку купли продажи. Здесь же он просто передал ключи и перевел на меня все системы, включая охранные.

Но почему же он тогда так торопился?.. И нервничал. Особенно когда пришёл...

Я повела плечами и невольно сильнее сжала в пальцах документы, вспоминая...

...Высокий широкоплечий мужчина в полицейском мундире шагнул через порог в кабинет, где мы подписывали документы, и от одного его взгляда у меня мурашки побежали по спине. Слишком холодным, но при этом цепким он был, будто заглядывал прямо в душу.

Чёрные, по-военному коротко стриженные волосы только добавляли ему суровости.

— О, командир Ульмар. Здравствуйте. Вы за бумагами?

Невысокая пухленькая дама, что помогала нам с оформлением сделки, расплылась в приветливой улыбке и, подобрав юбку, поспешила к ящикам за спиной, стоило ему только кивнуть. Будто её совсем не пугала эта суровость.

— Что у вас?

Меня снова удостоили взглядом: всё таким же внимательным и холодным. И точно таким же пристальным, как и владельца бара. Уже бывшего, правда. Отчего мужчина начал нервничать ещё больше.

— Помните «Подковку» в конце улицы? У неё сменился владелец.

— Правда?

И снова этот взгляд. Я едва подавила желание вжать голову в плечи и вместо этого посмотрела в ответ как можно более уверенно. Ссориться с явно не последним человеком в городе мне совсем не хотелось. Как и быть подозреваемой в чём бы то ни было.

— Вивьен Таррин к вашим услугам.

Я по-мужски протянула руку и только потом, опомнившись, чуть поклонилась, едва коснувшись длинного коричневого подола дорожного платья пальцами. Отцовское воспитание никак не хотелось выветриваться, хотя того уже года два как не было на этом свете, а не жила я с ним на постоянку и того больше.

— Лирой Ульмар. Глава полиции этого города. И что же будет на месте любимого многими бара?

Голос у него оказался подстать внешности: низкий, слегка хрипловатый и какой-то вибрирующий, отчего по спине вновь побежали мурашки. Но на этот раз не от страха.

— Кофейня. Всегда мечтала о кофейне у моря, господин Ульмар.

— Обязательно загляну...

«Обязательно загляну...»

Я так и не поняла, что он этим хотел сказать. Было ли это простой вежливостью или попыткой напугать?

Бывший владелец дома тогда так и не проронил ни слова и вообще, казалось, делал вид, что его там не было. Впрочем, винить его я не собиралась. Глава полиции действительно производил неизгладимое впечатление. А уж если было что скрывать...

Еще раз взглянув на закрывшуюся за мужчиной дверь, я тряхнула головой и отвернулась. Меня не должны были волновать чужие дела, тем более что меня-то он не обманул, и с документами всё было в порядке. Стоило просто успокоиться. И принять тот факт, что... Кажется, моя мечта началась сбываться.

Я обернулась и внимательней взглянула на довольно просторный зал первого этажа, из которого вело сразу несколько дверей. Не знаю, как для бара, но для кофейни места вполне хватало.

Должно было хватить.

Тёмное дерево, которым были отделаны стены, мне, конечно, не особо нравилось, хотелось бы что-нибудь посветлее, но и с ним можно было работать. А в остальном... Освещение, большое окно, добротная деревянная стойка и даже магический ящик для денег. А ещё столы. Всего пять штук, но и этого было достаточно, главное передвинуть их и... Купить скатерти, потому что деревянная поверхность выглядела не лучшим образом.

И снова деньги... Которых у меня оставалось не так уж и много.

Я вздохнула, и в носу тут же засвербело от пыли. Чих вышел оглушительный. Мне даже стыдно стало от его громкости. На мгновение.

От пыли нужно было избавиться как можно быстрее.

— Будь здорова и не кончи, как мой предыдущий хозяин. — Внезапно послышалось откуда-то из-за спины и я, вздрогнув, резко крутанулась на месте, едва не запутавшись в подоле платья.

За спиной никого не было. Абсолютно.

Только пустая стойка с парой таких же пустых полок на стене позади неё.

Мурашки поползли по моей спине.

— Кто здесь?

Я оглянулась на всякий случай, но комната была абсолютно пуста, а все двери закрыты.

— Я. — Снова послышался тот же голос. — Посмотри вниз.

Я подчинилась и...

— А-а-а! Мышь!

Я всё-таки отпрыгнула, дробно стукнув каблуками стареньких, но ещё крепких и любимых ботинок о доски пола, и прижала руки к груди. Сердце внутри бешено заколотилось, грозя выскочить.

— Сама ты мышь. — Обиделось существо, и я присмотрелась.

— Крыса?..

Осторожно уточнила я. По размеру существо действительно было больше чем обычная мышь.

— Сама ты... Крыса.

На этот раз существо явно оскорбилось. Совсем по-человечески поморщившись, оно быстро забралось на стойку и, отряхнув лапки, развело их немного в стороны, будто предлагая себя рассмотреть. Чем я и воспользовалась.

Оно было похоже на грызуна. Острая мордочка с усиками, умные чёрные бусинки глаз, округлые ушки, маленькие передние лапки с коготками, сильные задние, светлая песочного цвета шкурка и хвост: тонкий, длинный, с пушистой кисточкой на кончике. А вот зубки на мышиные совсем не походили. У грызунов таких клычков не бывало...

— Ну? Убедилась, невежда?

— И кто ты?

Существо склонило голову на бок, задумчиво рассматривая меня какое-то время, а потом, тяжко вздохнув, выдало:

— Фамильяр. Теперь твой.

Я облегчённо выдохнула и расслабилась. Про фамильяров я знала. Хотя, несмотря на учёбу в магической академии, почти не встречала. Правда, может, чтобы встретить их у меня просто «нос не дорос»?.. Я повела плечами и постаралась отвлечься.

— И как тебя зовут?..

— Хозяин звал Белком. Говорил, что до полноценной «белочки» я не дорос.

Я спрятала лицо в бумаги, которые, оказывается, всё ещё были в моих руках, и засмеялась, окончательно избавившись от напряжения. Бывший владелец был шутником. А Белек на алкогольную белочку был ни капли не похож.

— Я Ви. Будем дружить? И можно я буду звать тебя не Белком, а Белеком?

Белек уверенно кивнул, а я замерла. Так. Стоп. Что он там сказал про предыдущего хозяина? Не кончить как он?

— А что случилось с твоим предыдущим хозяином?

Белек задумчиво посмотрел на меня своими тёмными глазами бусинками, почесал лапкой за ухом и выдал:

— Его убили.

* * *

Бумаги выскользнули из ослабевших пальцев и разлетелись по полу, однако я смотрела только на Белека, что как ни в чем не бывало, продолжал сидеть на деревянной стойке. А может для него это ничего и не значило?

Я понятия не имела, как фамильяры ощущают смерть хозяина, как должны реагировать. А тут ещё и неоднократная его смена. С хозяина на наследника, а с наследника на меня. Ведь раз с документами всё оказалось в порядке, значит, тот мужчина должен был быть наследником?

— Как убили?.. — всё-таки сорвалось с моих губ, хоть я и пыталась придержать этот вопрос при себе. Ну, какая мне была разница от ответа?

Я побоялась, что Белек загрустит, но он лишь дёрнул округлым ухом.

— Просто, убили. Полицейский, что приходил потом к брату хозяина, сказал, что хозяина хотели ограбить. И что убийцу поймали. Брат хозяина, правда, нервничать после этого не перестал. Как получил права и бумаги, так сразу продал, а ты купила.

— Значит брат хозяина...

Теперь, по крайней мере, мне была понятна нервозность мужчины. Быть может, он боялся закончить так же, как его брат, если останется тут?

Даже мне теперь стало страшновато. Хотя мой родной город тоже не был оплотом спокойствия и безопасности. А когда я вспомнила, что не заперла за бывшим хозяином дверь, так и вовсе холодок по коже пробежал.

— А где его убили? — всё-таки решилась уточнить я, когда ставни на большом окне были закрыты, а дверь надёжно заперта. Сразу стало как-то спокойней, хоть и темнее. Свет уличных фонарей больше не попадал внутрь.

— Не здесь. — Поспешил успокоить Белек, когда я принялась собирать разлетевшиеся по всему полу бумаги. Грязному, надо сказать.

— И часто такое случается?

Я покосилась на Белека, и тот глянул на меня своими глазками-бусинами в ответ.

— Хозяин всегда говорил, что наша полиция всегда следит за безопасностью. Под руководством командира Ульмара не забалуешь.

Белек будто повторял чужие слова. Как, похоже, и позу, потому что приосанился и даже лапкой по мордочке провёл, будто усы оглаживал.

— А потом его убили... — прошептала я и, зажмурившись, помотала головой.

Стоило прекратить об этом думать. Я устала, перенервничала, и лучше бы мне было пойти отдохнуть.

«В комнату бывшего хозяина» — поддакнул внутренний голос и я поёжилась. Да мне сказали, что он жил тут, однако...

Так, прекрати. Он умер не здесь.

С этой мыслью я и обратилась снова к фамильяру:

— Белек, ты можешь показать мне комнату, где можно отдохнуть? Здесь есть гостевая или только хозяйская спальня?

— На втором этаже есть ещё комната. Да и на первом... У него кабинет был. Протяни руку, пожалуйста.

Я послушалась.

Каблуки дробно простучали по полу, когда я подошла ближе к стойке и, положив на неё собранные с пола бумаги, протянула руку.

Белек тут же взобрался мне на плечо, как самая обычная домашняя мышь.

— Средняя дверь. Лестница там.

Мне хотелось спросить, что находится за остальными дверьми, но я промолчала, решив отложить этот вопрос на потом.

Средняя, так средняя.

Стоило только потянуть за ручку, как дверь с тихим скрипом открылась, и оттуда на меня глянула темнота. Стало неуютно.

Белек, будто почуяв мою неуверенность, прошептал, щекоча усиками ухо:

— Щёлкни пальцами. Ты теперь владелец и все системы дома завязаны на тебе. Вернее на артефакте на твоём запястье.

Действительно. Когда с оформлением документов было покончено, мне отдали браслет: широкий, на вид серебряный, с вязью рун и россыпью мелких, зелёных камешков. И прежде его напитали каплей моей крови.

«Просто щёлкнуть, да?»

Я слышала о подобной системе, но она применялась далеко не во всех домах. Хотя, может, так было только в моём городе?

Пальцы соскользнули неправильно и щелчок вышел так себе. Однако и этого хватило, чтобы на тёмных стенах вспыхнула пара магических светлячков, осветив небольшое пространство из которого вела пара дверей. Одна, скорее всего, вела в кабинет, а вторая... Да и лестницы нигде видно не было.

— А что за второй дверью?

Мне было любопытно, но не настолько, чтобы идти изучать прямо сейчас. Тем более рядом был Белек, который прекрасно знал этот дом.

— Кладовая. Но там мало что осталось. Брат прежнего хозяина позаботился.

Я кивнула, приняв к сведению и отложив эту информацию на потом. Раз там, по словам Белека, мало что осталось, значит, можно было не торопиться с осмотром.

— А лестница?..

— За веревочку потяни. — Посоветовал Белек.

Я невольно хихикнула, вспомнив детскую сказку про страшного зверя и наивную девочку с пирожками, что шла к бабушке.

Верёвочка действительно существовала. Белек привлёк к ней моё внимание, возмущённо дёрнув за прядку волос, так некстати выбившуюся из косы, и указав лапой. Мне даже стыдно стало. На мгновение. А потом я потянула за эту самую веревочку, и откуда-то сверху стала опускаться лестница: тёмная, деревянная и даже на вид тяжёлая. С перилами.

— Комнаты наверху.

Мне так и хотелось сказать, что я не дура. А потом я вспомнила своё глупое хихиканье по поводу верёвочки, упоминание которой показалось мне простой шуткой, и прикусила язык.

Второй этаж оказался тёмен, и я рискнула поступить так же, как сделала по совету Белека чуть раньше — щёлкнуть пальцами.

Белый магический огонёк тут же вспыхнул под потолком, позволив рассмотреть две двери. Одна напротив другой.

Я толкнула первую и, шагнув через порог, замерла.

Проникающего через окна света было мало, чтобы рассмотреть большую комнату, но и его хватило, чтобы понять, какой там был бардак.

Я снова щёлкнула пальцами, заставив несколько огоньком вспыхнуть. Однако свет лишь подтвердил мои подозрения. В комнате был настоящий бардак. Будто кто-то специально перевернул в ней всё вверх дном.

— Твой прошлый хозяин не любил порядок, да, Белек? Или его наследник что-то здесь искал?

Второй вопрос я задала после того, как почувствовала охватившую Белека дрожь. Он не просто дрожал, его потряхивало, отчего пришлось взять фамильяра на руки и погладить между ушей, как обычную домашнюю мышку. И это даже помогло. Белек взял себя в лапы.

— Хозяин всегда любил порядок.

— Значит это дело рук его брата? — уточнила я, вновь проведя пальцами между округлых ушей.

— А он на второй этаж не поднимался...

Я почувствовала, как по спине снова побежал холодок.

Тогда кто здесь был?

Или, может, он всё ещё где-то здесь?..

* * *

От мысли о том, что учинивший беспорядок всё ещё может быть в доме, я попятилась и тут же замерла, оглянувшись. Он ведь мог быть и в другой комнате, ведь так? В этой-то, судя по всему, никого уже не было.

Я снова огляделась, но прятаться здесь было абсолютно негде. Даже стеллаж, что, похоже, раньше стоял вплотную к стене, сейчас валялся на полу, будто кто-то его специально уронил.

Здесь явно что-то искали. Но нашли ли?

— Белек, — тихо, едва размыкая губы, позвала я.

Фамильяр в руках зашевелился и, отведя взгляд от погрома, поднял на меня свою острую мордочку.

— Ты можешь узнать, есть ли сейчас в доме кто-то кроме нас?

Белек кивнул и, ухватившись лапками за браслет на моём запястье, прикрыл глаза. Я даже дышать перестала в ожидании вердикта фамильяра. Однако поняла это, лишь когда выдохнула, услышав ответ:

— В доме никого кроме нас нет.

— А как ты это... — невнятно попыталась я пояснить свою мысль.

Облегчение от слов Белека определённо нахлынуло, но сердце всё ещё никак не хотело успокаиваться, а мысли приходить в порядок.

— Браслет, — коротко отозвался фамильяр, проворно забравшись обратно ко мне на плечо. Видимо он тоже уже отошёл от первого потрясения. — Я простой помощник и без него так не могу.

Я кивнула и, слегка приподняв подол платья, поспешила к окну. Пробираться по заваленному полу было то ещё удовольствие. Сколь бы я осторожно не ступала, а под ногой нет-нет, да что-то похрустывало. Я надеялась лишь на то, что это было не что-то важное или нужное.

Окно оказалось закрытым, а хоть и тонкий, но нетронутый слой пыли на узком подоконнике дал понять, что к нему давно не подходили.

Со вторым окном всё оказалось точно так же. И только узкая койка под ним была выпотрошена.

Кажется, мне предстояло потратить деньги ещё и на матрас... Хотя, с другой стороны, во второй комнате вполне могла быть ещё одна кровать, и не в таком плачевном состоянии.

Осторожно выбравшись из комнаты, я заглянула за вторую дверь и...

Там было точно так же. Абсолютно!

Подхваченное от кого-то крепкое словцо сорвалось с моих губ при виде беспорядка, что творился во второй комнате. А потом дополнилось целой, не менее крепкой тирадой поминающей родню того, кто всё это сделал.

— Даме так выражаться нельзя, — заметил Белек на моём плече и я поморщилась.

— Здесь никого, кроме нас, нет. А ты, думаю, со мной солидарен.

Нет, здесь оказалось не так плохо, как в предыдущей комнате. Но лишь потому, что вещей было гораздо меньше. Зато здесь оказалось открыто окно, выходящее на другую сторону дома, в которое от души плескануло прошедшим дождём и... чем-то ещё.

Я осторожно подошла ближе, но подбираться к окну и закрывать его так и не решилась. На влажных досках отчётливо виднелись какие-то пятна. Тёмные и так похожие на... Я присмотрелась и действительно увидела следы. Не полные. Однако в одном из тёмных следов отчётливо улавливался отпечаток широкого каблука. Второй же отпечаток был ещё больше и чётче первого. У меня возникло ощущение, будто вор сначала наступил на что-то на улице, а уже потом, не заметив этого, влез в дом.

Я медленно отступила обратно к двери. Чужие следы всё равно ничего толкового мне дать не могли, да и выслеживать вора... Я не собиралась.

— Белек, ты можешь проводить меня к полиции?

— Нет. Я фамильяр домашний, дальше этих стен раньше не выходил.

«Вот возьму и заведу собаку!» — в сердцах подумала я, прекрасно осознавая, что на самом деле ничего такого не будет.

Простая собака немного бессмысленно. Их обычно заводят либо для служебных нужд, либо богачи. Слишком уж много на этих зверей нужно было оформлять бумажек и потом отчитываться. А фамильяр... Больше одного обычно не положено, и мой лимит исчерпал Белек.

— С первым выходом тебя на улицу, — поздравила я фамильяра, шагнув за порог и заперев за собой дверь. Белек пошатнулся на плече и вцепился мне лапками в кромку уха, но устоял.

Дневное влажное тепло сменилось лёгкой прохладой, и дышать в дорожном платье с длинным рукавом, которое я никак не могла сменить, стало гораздо легче и свободней. На улице даже, кажется, людей прибавилось. Я думала, что будет всё совсем наоборот. В родном городе с наступлением темноты улицы пустели, а ставни на окнах закрывались.

— Простите, — я окликнула женщину, что так удачно проскочила мимо, задев меня по бедру небольшой светлой сумочкой на длинном ремешке. — Не могли бы вы мне подсказать, как можно добраться до отделения полиции?

— Полицейского управления, вы хотели сказать? — на меня посмотрели с нескрываемым любопытством. — Вы та самая, что купили «Подковку»? Ах, как жалко господина Тиика... Такой хороший человек был. Вы ведь снова откроете «Подковку»?

— Простите, вы не могли бы сказать мне, где полицейское управление? — повторила я свой вопрос. Оставлять дом с открытым окном надолго я не желала. Вести беседы сейчас — тоже.

— У вас что-то случилось?

— Мадам Буфано, как пройти к полицейскому управлению? — повторил мой вопрос Белек. В голосе его явно читалось недовольство и холодок. Я даже не знала, что фамильяр может говорить таким тоном. И... Он её знает?

— Ах, фамильяр господина Тиика. Но постойте, он же никогда...

— Господина Тиика больше нет, — напомнила я, устав он её болтовни. — Белеку не обязательно оставаться в доме. Так вы знаете дорогу или мне стоит спросить у кого-то другого? Простите, я сегодня так устала, что не могу долго продолжать беседу. Несомненно, приятную.

Настолько «приятную», что я немного пожалела о своём выборе.

— Да, конечно. До поворота и направо, вглубь. Там почти до конца дороги и налево. Вы увидите. Там только один большой дом из серого камня с малюсенькими окнами, будто у крепости.

— Спасибо, — искренне выдохнула я и поспешила в указанном направлении, едва не забыв сказать: — Приятного вам вечера.

— Я надеюсь, вы оставите «Подковку» в неизменном виде! — Прокричали мне вслед, и я на мгновение прикрыла глаза.

Запретить надеяться, я ей не могла. Как и она не могла запретить мне переделать бар под кофейню. Что меня несказанно радовало. Осталось только разобраться со случившимся и приступать. Ну, я, по крайней мере, надеялась, что завтра смогу приступить к уборке. И что забравшийся в дом вор не имел никакого отношения к смерти господина Тиика.

Глава 2

Дом из серого камня на этой улице действительно был один единственный и походил он... Нет, не на крепость. Скорее на одну из её башенок. В сильно уменьшенном варианте, конечно. И с большим количеством окон.

Я на мгновение замерла.

Хотя нет. Здание полицейского управления скорее походило на детский кубик с зубчиками на крыше. Большой такой кубик с множеством узких стрельчатых окон. И почти во всех на первом этаже горел тёплый желтоватый свет.

Войти, найти кого-нибудь, чтобы рассказать о случившемся, получить помощь и... Вернуться.

Так и сделаю. Ничего сложного.

Я вдохнула поглубже и сделала первый шаг к двустворчатой, даже на вид тяжёлой двери.

— Не съедят они тебя, — заметил Белек тихо, когда до дверей оставалось совсем ничего. — Не бойся. Некоторые из них раньше часто захаживали к хозяину пропустить стаканчик после смены.

Я сбилась с шага.

— Умеешь же ты успокоить, Белек! Не думаю, что они будут рады, что их любимую «Подковку» превратят в кофейню.

Последнее я сказала очень тихо, скорее себе под нос и никак не ожидала быть услышанной.

— Значит, это вы выкупили «Подковку»?

Раздавшийся за спиной незнакомый голос заставил меня вздрогнуть и обернуться.

Нога подвернулась, стоило мне сделать всего лишь шаг. Я даже не сразу поняла это, лишь почувствовала, как теряю равновесие. Пискнув, как самая обыкновенная мышь, Белек вцепился в меня, царапая плечо даже через плотную ткань дорожного платье. Однако я даже охнуть не успела, когда влетела в кого-то за спиной. И это определённо точно была не дверь... У дверей нет сильных рук, что сейчас поддерживали меня, касаясь с одной стороны локтя, а с другой придерживая за талию. Сильных и горячих. Исходящий от больших ладоней жар ощущался даже через платье.

Удивлённые глаза незнакомого мужчины со знакомой уже по-военному короткой стрижкой и полицейском костюме округлились ещё больше, когда он поднял взгляд поверх моей головы.

— Командир...

Командир?.. Надеюсь, это не...

Я почувствовала, как сердце испуганно замерло в груди, а в следующий момент отшатнулась в попытке выбраться. И это у меня получилось. На этот раз без всяких проблем.

Меня действительно поймал глава полиции собственной персоны. Вот же ж...

— Ещё раз здравствуйте, господин Ульмар. Я... — я на мгновение замерла под пристальным, внимательным взглядом тёмных глаз. Не знаю, сколько бы мы так простояли, играя в гляделки, но Белек на плече пошевелился, выравниваясь, и это вывело меня из странного оцепенения. — Я пришла сообщить, что в мой дом, в смысле в тот дом, который раньше был «Подковкой», влез вор.

— Лирой, я этим займусь. — Тут же отозвался незнакомый мне полицейский, из-за которого я влетела в господина Ульмара. И сейчас я была ему благодарна. Ведь цепкий тёмный взгляд тут же обратился на него, а я смогла вздохнуть свободней.

— Я сам разберусь с этим. — Внезапно заметил господин Ульмар. Голос его был точно таким же, как я запомнила: низким и чуть хрипловатым, от которого мурашки снова поспешили разбежаться по спине.

— Нет-нет, Лирой. Ты же сам на меня повесил район «Подковки». Помнишь? Да и дел у тебя... Ты же куда-то собирался, я прав? Так и иди себе...

— Хорошо, — с некоторой заминкой отозвался господин Ульмар. — Позаботься об этом, Дайс.

Меня снова наградили внимательным взглядом и поспешили удалиться. Что мне несказанно понравилось. Не то чтобы я его боялась, просто... Рядом с полицией мне было не сильно уютно. Даже с этим парнем, что стал виновником сложившейся ситуации. Как его назвал господин Ульмар? Дайс?

— Дайс Хирис. — Представился молодой мужчина в полицейской форме и улыбнулся. — Офицер Дайс Хирис. Можно по имени. А вы?..

— Вивьен Таррин, новая владелица «Подковки».

— Так вы говорите, к вам пробрался вор?

Мне учтиво открыли дверь, и я не стала возражать, хотя входить в полицейское управление мне совершенно не хотелось. Но... Я же пришла сюда именно за этим, правильно? За тем, чтобы войти.

— Да. На втором этаже всё оказалось перевёрнуто вверх дном, а одно из окон открыто нараспашку. Белек сказал, что никто после смерти господина Тиика не поднимался наверх.

Дайс задумчиво стрельнул взглядом на сидящего на моём плече Белека и тот тут же подтвердил:

— Никто не поднимался.

— Значит, вы и про Тиика знаете...

— Рассказали, — спокойно призналась я.

Из просторного светлого от магических огоньков холла меня вывели в коридор с несколькими дверьми, и стало как-то неуютно. Снова.

— Составим протокол и посмотрим на месте. Вы же понимаете, что без заявления я не смогу работать?

Я кивнула, а когда Дайс отвернулся, чтобы открыть одну из створок двери, поджала губы. Без заявления не сможет работать. Прекрасно они работают без заявления, когда им это нужно, а когда не нужно, то и заявления не примут. Как поступили с отцом, когда наш дом ограбили.

— Проходите, госпожа Таррин.

Я кивнула и переступила порог.

О случившемся когда-то стоило забыть, даже если до сих пор было обидно. Отец был бы недоволен, узнай он, что я всё ещё вспоминаю ту несправедливость.

— Итак, расскажите снова, что случилось. — Предложил Дайс, садясь за стол и доставая бумагу и ручку. — Присаживайтесь.

Мне ничего не оставалось, как снова кивнуть.

* * *

Офицер Хирис честно отработал своё жалование, прихватив с собой ещё двоих полицейских и исследовав обе комнаты на втором этаже. Только толку от этого оказалось мало. Даже, несмотря на то, что осматривали они всё в три пары глаз и просили рассказать, как я обнаружила случившееся. Снова. Даже следы, что я обнаружила совсем недавно, и те не смогли помочь. От них осталось только воспоминание, и я пожалела, что смалодушничала и не закрыла окно. Кажется, вор возвращался, чтобы избавиться от улик...

На мгновение стало страшно, но досада быстро вытеснила это чувство из моей головы. Да так и не вернула. Потому что полицейские ушли, Белек сбежал по каким-то своим, фамильярским делам, как только мы вообще вошли в дом, а страх так и не вернулся.

Подумаешь одна. Мне было не впервой.

Подумаешь, у меня в доме был вор. Дважды. В третий-то раз ему незачем было лезть. Всё что хотел он наверняка забрал.

Червячок сомнения, конечно, попытался погрызть меня изнутри, но был придавлен уверенностью. Все окна и двери в доме я закрывала лично. Лестницу подняла. Бояться мне было абсолютно нечего.

Закончив с нехитрым ужином из ржаной лепёшки и вяленого мяса, которые у меня остались с дороги, я рискнула заглянуть в последнюю жилую, если верить Белеку, комнату. Точнее кабинет.

Я даже не вспомнила про эту дверь, когда здесь была полиция и сейчас ожидала, что тут будет точно так же, как наверху, но...

В кабинете всё оказалось на своих местах: аккуратно расставлено и даже без пыли.

Хотя нет... Пыль всё-таки была. Когда я провела пальцем по краю стола, остался лёгкий след. Но это не было чем-то критичным. В остальном... Кабинет, как кабинет. Однако здесь сразу чувствовалось, что владельцем был мужчина.

Тяжёлый, тёмный стол, обитые тёмными деревянными панелями стены, тёмное, большое кресло... Появилось даже подозрение, что оно было новым или не так давно купленным. И ни одного окна.

В общем, кабинет был мрачноватым. Даже ширма, которую я заметила далеко не сразу, была тёмной.

А за ней внезапно обнаружился совершенно не подходящий кабинету кофейно-сливочный диван с парой небольших и ярких декоративных подушек в восточном стиле в одном из углов и связанным из кучи разноцветных квадратиков пледом.

— Хозяин иногда тут ночевал.

Голос Белека, прозвучавший совсем рядом, заставил меня выпустить из рук край пледа, и тот соскользнул к моим ногам.

— Белек!

— Да. Я, — тут же отозвался он. — Ты можешь остаться здесь, а утром прибраться там.

Белек преспокойно сидел на спинке дивана, будто всегда тут был, и указывал лапкой в потолок. Видимо, чтобы я точно знала, какое именно «там» он имел ввиду.

— Конечно, могу, Белек. Да и выбора-то у меня...

Я не договорила и едва успела прикрыть рот ладонью, когда меня настиг предательский зевок. А за ним ещё один. Даже слёзы выступили на глазах, затуманивая и так уставшее зрение ещё больше.

Этот день окончательно вымотал меня, лишив всех сил.

Лишь сегодня утром, проведя бессонную ночь в поездке, я оказалась в городе, а уже столько событий...

Я планировала найти гостиницу, где можно было остановиться, и поискать место под кофейню, а в итоге... Купила этот дом. Внезапно. Быстро. И, как мне казалось, выгодно.

Сейчас, впрочем, мне тоже казалось, что покупка была выгодной. Я смотрела. На то, что у меня было, можно было купить разве что небольшой одноэтажный домишко. Пришлось бы либо спать на кухне, либо снимать ещё и комнату. А тут... У меня даже ещё немного осталось.

— Давай спать, Белек, — предложила я, ещё раз зевнув, да так что послышался хруст.

Ойкнув, я тут же закрыла рот и схватилась за щёку. Было чуточку больно, но уже отпускало.

— Спать. А утром...

Новый зевок я подавила, на всякий случай, и, бросив дорожную сумку в изголовье дивана, наконец-то распустила волосы и развязала слабо стянутый, но всё-таки немного стесняющий движения корсаж. Тут же стало легче. Во всех смысла.

— Спокойной ночи, Белек.

Оставив ботинки рядом с диваном, я свернулась под пледом прямо так, в дорожном платье, и, щёлкнув пальцами, прикрыла глаза.

— Спокойной ночи, — согласился Белек и затих.

Мне показалось, что подушка приминается под его небольшим весом, а лицо щекочут усы, но открывать глаза и проверять, уже не было сил. Да и не увидела бы я ничего в темноте...

* * *

Утром Белека рядом не обнаружилось. А ещё оказалось, что есть абсолютно нечего. Некоторые продукты в холодильном ящике на кухне, конечно, были, но... Их нужно было сначала приготовить. Нет, готовить я умела и довольно неплохо, однако есть хотелось вот прямо сейчас. От одной мысли, что придётся прогревать варочную панель, придумывать, что приготовить из имеющихся продуктов, а потом ещё и ждать, пока будет готово, желудок ворчал и просил не издеваться.

Что я и сделала.

Приведя себя в порядок и наконец-то сменив дорожное платье на более лёгкоё и яркое, я приподняла волосы с двух сторон едва заметными заколками с головками в виде перламутрово-розоватых цветов. Из небольшого зеркала, что притаилось в тёмном углу рядом с кабинетом, на меня смотрела простая девчонка: немного уставшая, слишком бледная для тёплого приморского городка, но симпатичная. Заколки мне и правда были к лицу, как и сказал продавец, а ещё к платью: чуть розоватому, с крупными, похожими на мазки кисти художника, светлыми цветами.

Желудок снова напомнил мне, что я ещё не завтракала, так что пришлось спешно выходить. Предстояло не только найти, где позавтракать и купить продукты, но так же присмотреться к округе.

— Белек, я ушла. Тебе чего-нибудь купить? Или фамильяры не едят?

Последний вопрос я задала скорее, чтобы поддеть, потому что на первый Белек не отозвался. На второй, впрочем, тоже.

— Белек? — ещё раз позвала я, но так ничего и не услышала. Может он забился куда-то и где-то всё ещё спит?

— Куплю тебе чего-нибудь вкусненького. Сам виноват, если не угадаю, — решила предупредить я, прежде чем всё-таки выбраться из дома.

* * *

На улице было многолюдно. Все куда-то спешили. Кто-то делал это молча, кто-то переговариваясь. Пахло ещё не душной влагой и солнцем. Я полной грудью вдохнула этот запах и на мгновение зажмурилась, а когда снова открыла глаза, на меня смотрел уже знакомый мне человек.

Лирой Ульмар. Глава полиции этого города.

Он что меня преследовал?!

— О! Госпожа Таррин, приветствую вас!

Знакомый голос отвлёк меня от тёмного, пристального взгляда и я с удивлением обнаружила рядом с господином Ульмаром Дайса. И улыбался он так приветливо, что не подойти и не поздороваться показалось некрасиво. Впрочем... Даже если бы его тут не было, игнорировать главу полиции города не стоило. Особенно, когда он так пристально смотрел, давая понять, что уже заметил меня.

— Здравствуйте, господа. Хорошего вам дня.

Что ещё сказать я совершенно не знала. Да и что мне было говорить? Погода? Природа? Как хорошо спалось? У них рабочий день, не до праздных разговоров. Тем более что господин Ульмар смотрел на меня так, будто мне стоило пройти мимо. Или нет?..

Я моргнула и недоумённо нахмурилась. Мне показалось, в тёмных глазах промелькнула искорка интереса. И только я решила, что это лишь моё воображение, как господин Ульмар открыл рот.

— Вора, что влез к вам в дом пока не нашли, но мы ищем. Как прошла ночь? Вы смогли уснуть после случившегося?

Я почувствовала, как теплеют щёки от смущения. Могла ли я сказать, что проспала, как убитая до самого утра, пусть и на диване в кабинете?

— Да. Спасибо за помощь ваших людей. Их приход и Белек смогли успокоить меня и убедить, что всё будет хорошо.

— Это же отлично! — Тут же влез Дайс и быстро захлопнул рот, а потом извинился. — Прости, Лирой. Прости, что влез.

— Болтун.

Господин Ульмар поджал губы, так что они превратились в тонкую линию.

— Идём, у нас дела.

Он отвернулся, напоследок окинув меня нечитаемым взглядом.

— Простите за его невежество, госпожа Таррин. — Растёкся сладким голосом Дайс. — Он часто такой холодный, видимо за это местные девушки его и любят. Не хватает холодка в нашем жарком климате. Если ищете, где позавтракать, то могу посоветовать вам «Ракушечку», там подают отменные оладушки с клубничным джемом на завтрак. Не пожалеете. Хорошего вам дня.

Дайс откланялся и сбежал догонять господина Ульмара, будто какой-то мальчишка. Я невольно замерла, смотря им вслед.

Господин Ульмар и Дайс выглядели как две противоположности. Однако вместе с этим вчера Дайс показал мне и свою профессиональную сторону, и она была ближе к образу господина Ульмара. Мне было интересно, какой стороны в том больше: весельчака или полицейского? Но не настолько, чтобы проверять. Тем более что господин Ульмар был более интересен в этом плане, хоть и пугал до дрожи под рёбрами. Ведь папа всегда говорил, что «в тихом омуте бесы водятся». Интересно, какие именно бесы скрывались под холодным спокойствием господина Ульмара?

«Он часто такой холодный, видимо за это местные девушки его и любят» — всплыли в памяти слова Дайса и я фыркнула. Вот чего-чего, а становиться одной из этих местных девиц я не собиралась. Мне было просто любопытно.

Только лезть и утолять это любопытство я не собиралась. Ни к главе полиции, так точно. Ну его.

Поведя плечами, я почувствовала, как под кожей на спине двигается тонкая пластинка блокатора, моего персонального «проклятия» и качнула головой.

Куда там велел свернуть Дайс, чтобы добраться до «Ракушечки»? Налево?

Глава 3

Домой я вернулась, когда солнце было уже высоко и припекало так, что я пожалела о платье с открытыми плечами. Однако сетовать на свою недальновидность было уже слишком поздно, они покраснели так, что я поняла — завтра начнут облезать. Ну или послезавтра. Впрочем, выходить, чтобы купить что-нибудь для их спасения, я не собиралась. Не в такую жару. Тем более что сначала мне нужно было разложить купленные продукты и мелочи в виде полотенец и постельного белья. Пользоваться чужим я не собиралась. Да и не знала я, сколько этого чужого вообще найду в доме.

— Белек? — позвала я, заперев дверь и подхватив сумки с пола. — Белек, я сладких пышек купила, с разными начинками. Можешь попробовать все и выбрать, что тебе понравится.

Я рассчитывала, что Белек тут же появится, но в ответ была лишь тишина. Снова.

— Белек?.. Ты меня слышишь?

И снова тишина.

Вздохнув, я отправилась в кухню, чтобы выгрузить продукты в холодильный ящик.

Чем я могла обидеть его? Когда ночью засыпала, всё было в порядке. Он же даже спать пришёл ко мне на подушку. Или... Мне это показалось?

Мог ли он до сих пор скучать по хозяину? Я ведь даже не знала насколько могла быть сильна связь фамильяра с хозяином. Слухи об этом ходили разные.

— Белек?..

Я огляделась, но вокруг меня ничего не изменилось. Всё тот же большой зал с несколькими столами, стойка, полки за ней, закрытое ставнями окно...

— Белек, ты где?

Я заволновалась. А вдруг с Белеком что-то случилось? Он ведь был теперь моим фамильяром. Теперь я за него отвечала. А я, вместо того чтобы найти его, ушла изучать город и искать магазин.

— Белек? — тихо позвала я, заглянув в кабинет. Никто не ответил, и я для верности заглянула во все углы. Ничего кроме пыли, впрочем, не обнаружила.

Лестница на второй этаж была поднята, и Белек не должен был туда пробраться, но...

Мне стоило перестать бояться. На втором этаже совершенно точно никого не было. Не должно было быть.

Отругав себя за необоснованный страх, я уверенно дёрнула за верёвочку, заставив лестницу опуститься, и уже куда как менее уверенно поднялась по ней.

На втором этаже было тихо и душно. Обе двери оказались закрыты.

— Белек?

Тишина.

Я прислушалась, но ничего кроме едва слышного шума с улицы так и не различила.

— Белек, ты тут?

Я замерла, услышав странный шорох, однако сердце тут же забилось так сильно, что перекрыло любой звук. Прислушиваться оказалось невозможно, слишком уж громко грохотало в груди.

«Давай, не трусь! — подбодрила я себя. — Ты уже жила одна. Теперь твой дом здесь. Изменился разве что размер, а это мелочи. Ты же не трусиха. Давай, подумай, откуда раздался тот шорох? Справа или слева?»

На мгновение задумавшись, я решительно повернула налево и, пока не передумала, быстро распахнула дверь.

В комнате, казалось, всё было, как и прежде: всё тот же беспорядок и... Открытое окно.

Я сглотнула, почувствовав, как по спине пополз холодок. Вчера окно было точно закрыто. Я прекрасно помнила, как запирала его ещё при полицейских, которые заканчивали осмотр. Пришлось даже Дайса потеснить, чтобы это сделать, потому что он как раз тогда повторно осматривал место, где я обнаружила следы.

— Белек? — едва слышно позвала я и вздрогнула от громкого, резкого, почти отчаянного и абсолютно мышиного писка. — Белек!

Фамильяр попал в ловушку. Магическую. Кто-то кинул артефакт, который накрыл Белека энергетическим куполом и теперь тот сидел, словно в клетке.

— Белек, что случилось? Ты как?

Я быстро опустилась на колени, оглядывая все узлы магической клетки в поисках артефакта.

— Больше гордость пострадала, чем я сам, — проворчал Белек. — Вызови лучше специалиста, такие штуки не маг не снимет, да и маг не каждый...

По тому, как Белек поджал заднюю лапу, я поняла, что он мне соврал, про то, что мало пострадал. То, что такой артефакт отключит только специалист, я подозревала, а когда нашла всё-таки небольшой шарик, зацепившийся своими колючками за доски пола, то только убедилась в этом. Ловушки против домашних вредителей обычно выглядели не так.

— Не трогай, — посоветовал Белек, когда я потянулась к артефакту.

Я знала, что он переживает, однако... У меня было одно маленькое преимущество... То самое, из-за которого я больше не могла магичить.

Передёрнув плечами и отогнав подступающее воспоминание, я шумно выдохнула и уверенно сунула руку к артефакту.

Белек тревожно пискнул, меня дёрнуло разрядом, отчего я чуть не отдёрнула руку, а под лопаткой зазудело, будто что-то живое зашевелилось прямо под кожей. Накрыв ладонью колючий шарик и получив ещё одни лёгкий, но колкий разряд, я замерла, обращаясь к заключённой внутри меня магии. Пользоваться я ей не могла, но коснуться вполне. И именно это, именно моё обращение к внутренней магии, пробуждало «проклятие», что тут же блокировало её. А ещё ту, что была в контакте со мной.

Энергетическая ловушка не продержалась и минуты, а шарик артефакта превратился в хлам. На его боку совершенно отчётливо проступила трещина.

— Не спрашивай, — попросила я, абсолютно недостойным дамы образом сев прямо на пол. От того чтобы туда ещё и лечь меня остановило лишь то, что пол был завален всем чем только можно. — Может лучше подлечим твою лапу и ты расскажешь, кто тебя так? Ну и перекусишь. Я пышек купила.

Думать о том, что «проклятие» стало сильнее, если это вообще можно было к нему применить, не хотелось.

Может просто артефакт был так себе?

* * *

Оказалось, что вор вновь появился в доме ещё ночью. В тот момент, когда я крепко спала на первом этаже и даже ни о чём не подозревала.

Стало неуютно. Однако тот факт, что Белек рискнул и вмешался, хотя мог просто остаться рядом со мной, согрел душу. А потом я снова посмотрела на лапу Белека, которую мы уже подлечили, и стало стыдно.

От того, что сама помочь ему я не могла, и пришлось искать специалиста, стало ещё более стыдно. И больно. Снова вернулось то чувство неполноценности, что долгое время сосало под ложечкой после того, как мне заблокировали силы. Из практика в теоретики. В академии-то я доучилась, но толку от этого было чуть. Я даже преподавать там остаться не могла. Да и не хотела.

— Будешь делать такое лицо, никто замуж не возьмёт. — Назидательно заметил Белек, отвлёкшись от пышки с вишнёвой начинкой. Едва вернувшись, мы расположились за стойкой: я на высоком стуле, Белек прямо на столешнице.

— Ну и не надо, — проворчала я и под осуждающий взгляд фамильяра утащила с тарелки одну из пышек. Эта оказалась без начинки, но настолько вкусная, что я прикрыла глаза от удовольствия. — У меня фейчаф флифком много дел будет.

Говорить с набитым ртом было всё-таки тяжеловато, и пришлось прожевать, прежде чем продолжить. Тем более, судя по взгляду Белека, тот мало что понял из последней фразы. Пришлось повторить.

— Слишком много дел будет сейчас. Всё-таки я не просто так этот дом купила. Доел? Идём наверх, поможешь с уборкой.

Я встала со стула и только потом опомнилась. Белека подлатали, но... Толку от него в уборке даже от здорового не особо было бы.

— Остаёшься здесь за главного, я пойду наверх одна.

— Пышки могу все съесть?

Я с сомнением посмотрела сначала на тарелку, где остались ещё три пышки, затем на не такого уж и большого Белека, но всё-таки отозвалась:

— Если влезет, то можешь.

— Отлично. — Отозвался тот и тут же потянулся за новой пышкой. Мне показалось, что он при этом улыбался.

— Буду наверху, — предупредила я, прежде чем уйти.

* * *

Прежде чем подняться на этот самый верх пришлось, правда, переодеться во что-то менее... хорошее, а потом до ночи собирать вещи, чтобы освободить пол. Сначала собирать и сортировать в одной комнате, затем в другой. Потом относить то, что пришло в негодность в мусор. На меня косились немногие встреченные на пути прохожие, но ничего не говорили. И лишь дома я поняла, что вышла в том, в чём занималась уборкой. Стало стыдно, но ничего с этим поделать я уже не могла. Не бежать же их искать, чтобы доказать, что старенькое немного выцветшее платье и гулька на голове — это образ для уборки, а обычно я не так выгляжу.

Потом пришлось бегать с ведром и отмывать пол.

Ночь уже давно заглядывала в окна, когда я закончила с одной из комнат. И снова спустилась на первый этаж.

Эту ночь я тоже предпочла провести в кабинете, боясь возвращения вора. Как и следующую.

Приведение дома в порядок заняло у меня в общей сложности пять дней, за которые я почти не выходила на улицу. Белек пророчил мне становление домовихой и... Готовил. Я очень удивилась, когда узнала, что он способен кулинарничать со своими размерами и этими маленькими, пусть и цепкими лапками.

Вор больше не напоминал о себе, и я стала успокаиваться. Даже рискнула перебраться на второй этаж, расставшись наконец-то с диваном в кабинете и сменив его на кровать.

Время уборки сменилось временем похода по магазинам, а потом стали привозить заказы.

Владелица «Ракушечки», как и добродушный седовласый пекарь из «Сладкой сказки» подсказали с кем можно поговорить о поставке кофейных зёрен, а у кого лучше покупать молоко. Оставалось лишь сходить туда и договориться. Что я и сделала в тот же день.

Теперь только и нужно было...

Я окинула взглядом главный зал.

Изменить что-то кардинально пока было не в моих силах и не по карману, чего уж тут говорить. А вот по мелочи...

Несколько небольших, но симпатичных картин, что я привезла из дома, пара гирлянд из магических огоньков: одна на окне, чтобы привлекать своим сиянием внимание прохожих, другая на стене за деревянной стойкой. На полках под гирляндой, вместо бутылок и пивных кружек, кофейные чашки больше похожие на маленькие бочонки, такие же коричневые и немного пузатые, чтобы удобней было греть руки о бока в промозглый день. Ведь даже в южных городах может быть плохая и прохладная погода. С ними соседствовали кружки из стекла с лёгким, будто морозным узором на боках. Я как увидела их в одном из магазинчиков, так и влюбилась.

Я ещё раз оглядела зал и, улыбнувшись, выдохнула. Всё было готово.

Почти.

Улыбка пропала.

Вывески с названием у меня не было. Банально не хватило денег. Все мои запасы кончились на нужных мелочах в виде посуды, маленького холодильного ящичка для льда и небольшой варочной панели, которые можно было установить прямо тут, за деревянной стойкой.

Открываться предстояло без вывески.

Или...

Мой взгляд упал на гирлянду, и я замерла озарённая идеей.

Вывеску можно было сделать и самой. Наверху я видела небольшие, где-то с два ладошки дощечки примерно одного размера и краски. Уж не знаю, зачем всё это нужно было предыдущему хозяину, однако я была ему благодарна, ведь теперь я могла сделать свою собственную гирлянду, с названием.

* * *

Когда я закончила, на город уже опустился вечер. Возиться с вывеской пришлось дольше, чем я ожидала. Сначала не знала, как прикрепить дощечки с нарисованными на них буквами к верёвке, потом — как приладить к этому всему гирлянду с магическими огоньками. Белек долго смотрел, как я мучаюсь, а потом сжалился и внезапно притащил откуда-то молоток и гвозди и дело пошло легче.

Теперь эта самая гирлянда висела над входом, привлекая внимание весёлым перемигиванием магических огоньков.

Я улыбнулась.

— Уже открываетесь?

Этот вопрос оказался настолько для меня неожиданным, что я вздрогнула. А потом порадовалась, что успела слезть со стула, на котором стояла пока вешала гирлянду. Иначе бы наверняка упала.

За спиной стоял Дайс. Без формы. Видимо его смена подошла к концу, а то и вовсе выходной был.

— Я вас напугал?

Меня так и подмывало сказать «Да» и заставить извиняться, но... Воспитание не позволило. А ещё смешливая хитринка, появившаяся в чужих глазах.

— Нет. Ничуть.

— Так значит теперь «Подковка» будет называться «Кавэку»? Оно что-то означает?

Я окинула Дайса взглядом. Судя по заданному вопросу, он не только не являлся магом, но и не дружил с магами достаточно близко.

— Я решила назвать кофейню в честь напитка на основе кофе. Ничего особенного, — я пожала плечами и тут же поёжилась. Вечером стало не просто прохладней, а ощутимо холодней. Или во всём виноват поднявшийся ветер?

— А он вкусный?

— Необычный, — уклончиво отозвалась я. В академии мы кавэку варили чаще всего перед экзаменами, когда времени на сон не было. Было ли оно вкусным? Наверное, его можно было таковым сделать, но мы обычно на подобные мелочи время не тратили и пили, как придётся. Однако горьковато-травяной привкус со сладковатым послевкусием оставался всегда. — Обычно его не за вкус пьют. Кажется, дождь начинается.

Дождь действительно начал накрапывать. Пока ещё мелкий и лёгкий, но я не могла сказать насколько быстро он мог превратиться в нечто большее.

— И правда, — Дайс снова улыбнулся, будто дождь его ничуть не волновал. — Когда вы открываетесь? Хотелось бы прийти, поздравить вас с открытием и попробовать что-нибудь из меню.

— Через пару дней, — я улыбнулась, хотя хотелось обнять себя за плечи. Если дождь так и остался мелкой моросью, то ветер усилился, принеся с собой не только прохладу, но и неприятный холодок. — Прошу простить, у меня остались ещё незаконченные дела. Успешно вам добраться.

«И не промокнуть» — так и хотелось добавить, но я промолчала. Это могло прозвучать издёвкой.

* * *

В дверь не стучали, её просто распахнули, и шагнули в кабинет.

Только по одному этому я уже знал, кого увижу, прежде чем поднять голову.

Дайс. Хирис.

Мокрый, будто упавший в лужу неразумный щенок.

Хотя нет... Не настолько.

Я окинул Дайса взглядом и отвернулся.

— Выйди и закрой дверь. Сходи вытрись, а потом возвращайся. И постучи, прежде чем войти.

Дайс проигнорировал все мои слова. Встряхнулся, будто действительно был собакой, зачесал волосы назад, и уверенно подошёл к столу. Пришлось даже документы убирать, чтобы на них вода случайно не попала. Не хватало ещё, чтобы чернила расплылись.

— Слушай, любитель кофе, а что такое «кавэку» и какое оно на вкус?

— Что?..

Я давно не слышал этого названия. Мне казалось, что об этом убойном напитке только в академии и знают. И то потому, что сами варят и пьют.

Я поднял на Дайса взгляд и нахмурился.

— Вместо «Подковки» будет кофейня. Но ты это знаешь. Так вот, называться она будет «Кавэку». Госпожа Таррин сказала, что это напиток на основе кофе.

Значит она маг?

Я задумался, вспоминая миниатюрную девушку, что совсем недавно приехала в город, но уже трижды попадалась на моём пути. Каштановые волосы, искрящиеся золотом на солнце, тёмные, словно омуты глаза, лёгкое платье, что обнимало плавные изгибы фигуры, тонкие запястья...

На мага она совсем не походила. Нет, было в ней что-то необычное, присущее всем магам, но настолько слабое, что я подумал, что мне показалось. Тем более во мне мага она не признала.

Я мотнул головой.

— Так какое оно на вкус, это «кавэку»?

— Необычное. Так, когда говоришь, откроется эта кофейня?

— Она сказала, что через пару дней.

Пара дней? Нужно будет сходить и посмотреть на новую жительницу этого города более пристально.

Глава 4

Не спалось. Настолько сильно, что, похоже, этот день мне предстояло прожить с помощью того самого кавэку, о котором я пару дней назад рассказывала Дайсу.

Не то чтобы я не хотела спать, просто так волновалась, что не могла этого сделать. Да и дела ещё были. Убедиться, что всё нормально и готово к открытию, например.

— Совсем не спала? — проворчал Белек, сонно заползая на деревянную стойку, будто где-то там под ней у него лёжка.

А может и правда?..

— А ты где сегодня ночевал? — подозрительно прищурившись, уточнила я.

— Там, где хоть немного можно было поспать, неугомонная, — проворчал Белек и зевнул. — Я слишком стар для того, чтобы не спать сутками.

Я прищурилась ещё подозрительней и Белек продолжил этот маленький концерт.

— Столько, сколько я прожил, простые домашние мыши и не живут вовсе.

Шагнув ближе, я наклонилась к нему и напомнила:

— Ты не мышь и не крыса, ты фамильяр, Белек. И на умудрённого сединами старца ты никак не похож.

— Ты меня совсем не ценишь. А я ведь готовил для тебя...

Белек картинно прижал лапки к сердцу, и я вздохнула. Понять, к чему он вообще устроил этот концерт, никак не получалось. Я же просто спросила, где он спал.

— Белек... Я ведь просто потом посмотрю, откуда ты вылез, и если что, перенесу твоё гнездо или что там у тебя в другое место. Ты меня понимаешь?

— Да нет там ничего, — вздохнул Белек и внезапно признался: — Хотел помочь тебе и проверить все ли ложечки на месте, а в итоге уснул, так и не досчитав.

Смешок едва удалось сдержать. Ради гордости Белека, конечно. Пока что в этом городе он был единственным моим настоящим другом, и огорчать его пусть и нервным, но совершенно не нужным смехом не хотелось. Он же не нарочно заснул. Да и... Не обязан он был.

— Спасибо, Белек. Что бы я без тебя делала?

— Ложечки проверь и переоденься. Ты же не собираешься в этом встречать посетителей?

Я оглядела себя и ойкнула.

Из головы у меня совершенно выпало, что ко сну, несмотря на бессонницу, я приготовилась и сейчас щеголяла по дому в коротенькой ночнушке на тонких бретельках.

— Спасибо, — шепнула я, прежде чем сбежать наверх. В комнату, что теперь стала моей спальней и приобрела гораздо более уютный вид.

Небольшой шкаф, что использовал ещё предыдущий владелец, остался на месте — недалеко от окна. Его подняли полицейские в тот день, когда приходили сюда, а я потом заполнила своей одеждой. На окнах появились светлые занавески, подарив комнате ещё больший уют. А на кровати, помимо нового матраса, мягких подушек и лёгкого одеяла, плед. Не такой пёстрый, как тот, что остался в кабинете, но не менее яркий и красивый.

Итак...

Я распахнула дверцы шкафа, задумчиво уставившись на висевшую в нём одежду. Той было не так чтобы много, однако из этого всего нужно было что-то выбрать. И желательно лёгкое, в меру яркое, но не маркое...

Прикусив губу, я уверенно протянула руку к одному из висящих в шкафу платьев.

* * *

В отличие от моих подчинённых, я не так часто бывал в «Подковке». Однако с памятью у меня всё было отлично. Я прекрасно помнил, как главный зал выглядел раньше. И сейчас... Здесь не так чтобы многое поменялось. Да и откуда? У новой владелицы было слишком мало времени. За такой срок поменять что-то кардинально вряд ли бы вышло. Слишком быстро она открыла свою кофейню.

Однако... Я не мог не заметить, что внутри стало уютней.

— Она волшебница, да? — пнув меня по ботинку, выдохнул Дайс, оглядываясь с нескрываемым интересом. Будто никогда раньше здесь не был. — Вроде бы ничего особенного не изменилось, так, мелочи, но при этом...

Я был согласен. Только вот волшебницей она не была... Как и магом.

Я снова посмотрел в сторону деревянной стойки, где прежний владелец обычно разливал всем желающим пиво и другие не сильно крепкие, но хмельные напитки. Сейчас же за ней стояла едва знакомая мне девушка, а намёков на хмель не было и в помине.

Стройная девичья фигура сегодня была облачена в бледно-зелёное платье с едва различимым цветочным рисунком и мягкий кожаный фартук. На спине, правда, от него было видно лишь тонкие лямки: на шее и на поясе. Да и волосы сегодня у неё были собраны и подколоты вверх, открывая эту самую шею.

Вивьен Таррин.

Я снова задумчиво оглядел фигуру.

Магии в ней не чувствовалось. Совсем.

Однако... Было что-то такое, что не давало мне покоя. Странный зуд на границе сознания, будто я что-то упускал из вида. Никогда не любил это чувство, но последнее время оно меня, кажется, преследовало.

Сначала с Тииком. Прежним владельцем «Подковки».

Вернее с его смертью.

Меня не было в городе, когда это случилось. А по возвращении прошлось довольствоваться отчётами. По которым выходило, что случившееся оказалось всего лишь неудачным ограблением.

Потом с его приемником.

Слишком уж быстро он решил избавиться от наследства. Однако привязать его к смерти Тиика было нельзя. Тот приехал в город после случившегося и постарался не задерживаться.

Теперь с Вивьен.

И с этим демоновым проникновением в дом. Кому это могло быть нужно и что они тут искали?

— Так понравилась? — Поддел меня Дайс, снова пнув под столом по носку ботинка, будто молчать дольше пары минут было выше его сил.

— Задумался.

— Глядя на владелицу кофейни? Не спорю, она симпатичная, но я думал, ты оставишь её мне. У тебя уже жена есть. Работой зовётся.

Я недовольно покосился на него и, прищурившись, уточнил:

— Хочешь и у тебя такая появится? Неоплачиваемые сверхурочные? Или, может быть, дежурство во время праздников?

— Понял. — Изобразив на лице вселенский ужас, поднял руки Дайс. — Умолкаю. Тем более что нам уже несут заказ.

Заказ действительно несли.

Несла.

Из помощников в кофейне у неё разве что фамильяр Тиика был, но тот поднос с двумя наполненными чашками вряд ли смог бы принести.

— Ваш заказ.

Полноватые, яркие от природы, а не от косметики губы изогнулись в улыбке, когда она составила пузатые, похожие на маленькие бочонки, чашки на стол.

— Кавэку для господина Ульмара и кофе с апельсином и мёдом для господина Хириса. Наслаждайтесь.

— Мне здесь определённо нравится и ничуть не меньше, чем в «Подковке», — признался Дайс, провожая Вивьен взглядом. Мне захотелось напомнить ему про дополнительные смены, но я сдержался. Пока. — И кофе тут тоже вкусный.

— Да-а-айс, — всё-таки тихо протянул я, однако от добавления в голос холода не удержался. Дайс даже поёжился и... Замолчал. Отлично.

Довольно улыбнувшись, я попробовал кавэку и... Замер.

Вкус был тем самым.

Если раньше я ещё мог предположить, что она где-то и от кого-то просто слышала об этом напитке, однако... Сейчас я точно мог сказать, что она знала именно рецептуру.

В академии, несмотря на то, что делался этот напиток всегда на скорую руку, рецептуру знали на зубок и старались не ошибаться ни с ингредиентами, ни в пропорциях. От этого зависело каким будет эффект от кавэку. Кто не мог делать сам, обычно покупал у тех, кто мог. И никто из обучавшихся в академии никогда бы не забыл вкус этого напитка. Особенно, когда он был чистым и без вкусовых дополнений, как тот, что был сейчас в моей чашке.

Это как ностальгия...

Я сделал ещё один глоток и на мгновение прикрыл глаза, дав себе время распробовать горьковато-травяной вкус с нотками кофе и сладковатым послевкусием. А когда снова открыл их, то столкнулся с любопытным взглядом. Она смотрела так, будто ждала от меня оценки, и я не мог не улыбнуться: одними уголками губ. Это длилось всего какую-то секунду, но она явно заметила и опустила взгляд.

Мне стало забавно от того, как заалели кончики её ушей.

Я снова сделал глоток и вдруг понял, что хочу попробовать и другие её рецепты. Просто чтобы убедиться, что она действительно мастер своего дела, и Дайс, с удовольствием осушивший свою чашку, не врёт.

Разобраться в причине, по которой в ней не ощущалось ни капли магии, можно было и потом. Как минимум после того, как я получу от академии ответ на запрос, который только предстояло отправить.

Теперь мне ещё больше было интересно, значилась ли среди выпускников академии некая Вивьен Таррин.

* * *

Да я рассказала Дайсу про кавэку, но... Не думала, что его закажут. И не сам Дайс, а его непосредственный начальник, господин Ульмар.

Я понятия не имела, знал ли он об эффекте кавэку, и даже сначала хотела предупредить, но потом... Передумала.

Да, я знала, что поступила мелочно, отплатив такой монетой за простые взгляды. Пусть они и ощущались почти физически, так что по спине пробегали мурашки, а под лопаткой зудело. Какими бы они ни были, это были всего лишь взгляды. Однако... Я посчитала, что раз он сам заказал нечто незнакомое, то пусть сам и расхлёбывает. Тем более что он был главой департамента, а значит, скорее всего, сидел в кабинете. Ну подумаешь... заснёт от отката, когда эффект кавэку закончится. Зато поспит.

Я обернулась и замерла, пойманная врасплох выражением на лице господина Ульмара. Он закрыл глаза и будто бы смаковал то, что находилось в его чашке.

Кавэку — напиток на любителя. У него действительно непривычный вкус. Обычно мало кто проникался им с первого раза. Иногда не проникались и вовсе, вливая в себя кавэку только по надобности и называя грубо «пойлом». У господина Ульмара же... Либо у него изначально был странный вкус, в который вполне укладывался этот напиток, либо... Либо он уже пробовал его прежде.

Именно в тот момент, когда мне пришло это в голову, он открыл глаза и... Улыбнулся.

Заметил!

Испугавшись, я опустила взгляд.

Не стоило на него смотреть! Нужно было придержать своё любопытство при себе. Тем более какая мне была разница, пробовал ли он кавэку раньше или это вкус у него такой... Особенный?

Ушам стало жарко, а мне ещё больше стыдно. Он наверняка заметил, как те покраснели.

От дальнейшего ощущения неловкости меня спасли новые посетители.

Пара девушек в ярких лёгких платьях подслеповато после уличного солнца заозирались, осматриваясь, и, заметив единственных пока посетителей, синхронно, будто прежде репетировали, кокетливо поправили распущенные волосы, заправив длинные пряди за ухо, и улыбнулись.

— Здравствуйте, проходите, пожалуйста, — поприветствовала я, выходя из-за стойки и растягивая губы в дружелюбной улыбке. — Вам столик у окна или, может быть, лучше глубже в зал?

Так уж получилось, что господин Ульмар и Дайс заняли центральный столик.

Посетительницы посмотрели на меня так, будто я была подземным чудищем. Хотя, думаю, тут скорее сказали бы «морским». На мгновение мне даже показалось, что они развернутся и уйдут, но... Они остались. Даже смягчились и, кажется, смутились. Хотя причину этому я поняла чуть позже, когда обернулась.

Им улыбались. Вернее улыбался. Дайс с выражением сытого кота щурился, глядя на девушек, и те велись. Даже местечко выбрали у окна. Столик, на который сейчас вовсю падал солнечный свет. Девушки в этих лучах тоже светились, сверкая маленькими камушками в ушах, тонкими ниточками бус на шеях и колечками на тонких пальчиках. Было красиво, но мне захотелось вздохнуть. То, что происходило сейчас в стенах моей кофейни, можно было назвать, как покорение мартовским котом двух юных птичек.

В академии подобные картины я тоже видела. И обычно от птичек оставались лишь пёрышки.

— Взбодриться, охладиться или наоборот согреться, если на улице помимо солнца дует холодный ветер с побережья. Вы можете выбрать не только напиток на свой вкус, но и некоторые добавки.

Я улыбнулась и положила на стол перед девушками лист с перечнем того, что могла бы приготовить. Не такой большой, какой можно было встретить в кофейнях города, откуда я приехала, но выбрать было из чего.

— Вы можете подумать, я подойду позже. Если возникнут вопросы, то не стесняйтесь, задавайте.

Искренне улыбнувшись, я отвернулась, чтобы вернуться за стойку. Мне не обязательно было это делать, но там я хотя бы могла чем-то заняться и отвлечься от чужого взгляда. Он снова смотрел. Или может быть, это смотрел Дайс, которому я всё это время закрывала обзор?

Я не удержалась и обернулась, однако в этот раз они оба были заняты каким-то разговором и ни на кого не смотрели.

Я повела плечами и сдержала вздох. Мне просто показалось. Да и с чего бы им смотреть на меня? Маленькие птички у окна гораздо симпатичнее.

* * *

Кофейню я закрывала с лёгким чувством удовлетворения.

Не то чтобы было много народа, однако... Он всё-таки был. Одни посетители сменялись другими. Кто-то приходил просто утолить любопытство и уходил, так ничего и не купив. Кто-то что-то заказывал и оставался.

Я понимала, что необходимо менять вывеску. Мне нужно было что-то яркое, крупное. Что бросалось бы в глаза. Однако денег на подобное у меня пока не было. Их ещё предстояло заработать, и огоньки, что подсвечивали название, были в данный момент наилучшим вариантом.

А ещё я задумалась о выпечке. С кофе иногда хочется что-то пожевать. И о чае. О нём спрашивала пара посетителей. Из тех, что заглянули ради любопытства, но дошли до листа со списком кофейных напитков.

Не то чтобы я планировала сильно его расширять, но включить туда немного чая вполне могла. Как и выпечки. Оставалось только понять, заказывать ли мне её у кого-то. Например, в той же «Сладкой сказке»... Или лучше попробовать самой?

Последняя мысль, похоже, вырвалась у меня вслух, потому что сидевший на стойке и задумчиво перебиравший заработанные за сегодня монеты Белек встрепенулся, повернув ко мне острую мордочку.

— Ты когда-нибудь пекла раньше?

Пока я ходила запирать дверь, рядом с двумя высокими башенками из серебряных монет выросла одна небольшая, из золота. Белек старательно поправил её хвостом и отряхнул кисточкой на кончике.

— Не то чтобы... — неуверенно отозвалась я, задумавшись. — Но готовить умею.

— Мой прежний хозяин тоже умел готовить. А вот что-то печь... Впрочем, он был мужчиной.

Белек окинул меня задумчивым взглядом и я недовольно поджала губы. С одной стороны признаваться в том, что я что-то не умею, было неприятно. С другой... С другой, какая в сущности разница, мужчина или женщина, если дело касается работы? Мы не в сельской местности и не на приграничье живём, чтобы делить дела на «мужские» и «женские».

Это я ему и сказала, не сдержавшись. А Белек просто развёл лапами.

— Ты права. Не важно, мужчина или женщина. Если что-то не умеешь делать, значит, не умеешь.

— Да ну тебя, Белек, — проворчала я и одним прицельным щелчком разрушила ближайшую серебряную башенку. Та рассыпалась монетками по поверхности стола, несколько из которых скатились вниз, заскакав по полу.

— Моя башенка!

— Моя, Белек. Моя башенка, — поправила его я и, нагнувшись, собрала сбежавшие на пол монетки.

— Но я её собрал...

— Идём спать, Белек. А монеты всё равно нужно убрать.

Слова не разошлись с делом. Я пересыпала монеты туда, откуда Белек их взял — в защищённый магией ящик. И только закрыв его, задумалась...

— Белек... А здесь есть ещё один такой? Где твой бывший хозяин хранил обычно свои деньги?

— Есть. — Внезапно подтвердил тот и махнул хвостом, указав кисточкой на одну из дверей. — В кабинете.

Я задумчиво посмотрела в том направлении. Прикинула, нужно ли оно мне было вот прямо сейчас и... Покачала головой. Та тут же отозвалась лёгкой болью. Похоже, отсутствие сна, напряжение дня и лишняя порция кавэку всё-таки сказались на мне. Нужно было поспать. Даже если спать не хотелось. Последняя чашка кавэку всё ещё гуляла в моей крови.

— Идём, Белек. Завтра посмотрим, хорошо?

* * *

Головная боль не отпускала, а сон так и не хотел приходить. В комнате стало неприятно душно, однако открыть окно я не решалась. Воспоминание о том, что вор влез как раз через окно, было ещё свежо.

— Возишься, как червяк на крючке, — проворчал Белек, приподнявшись на лапках и осуждающе на меня посмотрев. — Сама звала спать...

Белек зевнул, так что округлые ушки прижались к голове, и мне стало стыдно. Однако голова так и не думала проходить, а от духоты начало подташнивать. Или это от того, что я только позавтракала, а потом весь день сидела на кофе и кавэку?..

— Спи, я спущусь вниз, — всё-таки решилась я, растирая ноющие виски.

— Голова?

Белек тут же встрепенулся, даже хвост из-под лапок вытащил и мордочку растёр, будто собирался куда-то идти. А после следующих его слов я поняла, что действительно собирался.

— У прежнего хозяина тоже голова бывало болела. У него в кабинете травы должны быть...

— Скажи где и спи дальше, хорошо?

— Да ну тебя, — проворчал Белек и, сцедив зевок в лапку, быстро взобрался по тонкой ночнушке на плечо. Острые коготки неприятно царапнули кожу, но я решила, что это нормальная плата за сон. — Я покажу, где что лежит и как это заваривать. Ну? Ты собираешься идти или до утра просидишь подобно изваянию?

— Не ворчи на ухо, голова и так болит, — жалобно попросила я тихо и осторожно поднялась, переживая, как бы Белек не начал съезжать, а значит, и царапать плечо больше необходимого.

* * *

С тех пор, как я здесь поселилась, лестница на ночь ни разу не поднималась. Только днём, да и то не каждый раз.

Вот и сейчас я спокойно спустилась вниз, не зажигая света и даже не надев тапочки. Деревянный пол приятно холодил босые ступни и даже, кажется, головная боль чуть отступила.

— Нижний ящик стола. — Скомандовал Белек, стоило только мне войти в кабинет. — Там три мешочка должно быть. Тебе нужен тёмно-зелёный.

Вот здесь свет всё-таки пришлось зажигать. В кабинете ориентироваться в темноте я ещё не научилась. Да ещё и цвет мешочка нужно было разглядывать.

Который оказался именно там, где и должен был быть.

Рядом лежали ещё два: из некрашеной холстины и желтоватый. Мне было любопытно, что в них, но не настолько, чтобы совать туда свой нос прямо сейчас.

— Бери весь мешочек, потом вернёшь. — Посоветовал Белек, и я послушно закрыла ящик, прихватив с собой только мешочек с травами.

Принюхавшись, я уловила запахи ромашки, чабреца и чего-то сладковатого, будто ягодного. В голову сразу полезли мысли о том, что туда можно было бы добавить из имеющегося на кухне, чтобы было вкуснее, или что съесть. Однако все мысли вылетели из моей головы в тот момент, когда я включила свет в главном зале.

За деревянной стойкой, где я сегодня провела почти весь день, кто-то стоял. И этот кто-то обернулся на звук, будто тоже оказался пойман врасплох. А в следующий момент в меня что-то полетело: резко и быстро.

Белек прыснул в сторону, всё-таки оцарапав плечо, а я попыталась увернуться...

Неудачно...