Книга судеб

Хранитель леса

Солнце уже клонилось к закату. Птицы, что доселе чирикали тут и там, притихли и казалось, что сама мать природа застыла в ожидании сумерек. Усталые ноги уже не желали слушаться, еле передвигались и нещадно гудели.

Казалось бы, что можно забыть среди леса в таком состоянии и в такой час? Но, для любителей пеших прогулок, ответ более чем очевиден. Только вот любовь эта, пожалуй, имеет срок годности.

-- Далеко ещё? -- Канюча, поинтересовалась моя спутница и пнула шишку под ногами, словно желая выместить на ней зло от усталости. -- Ты говорил, что эта полянка близко, а мы уже часа четыре топаем от самого шоссе!

-- Ещё немного, потерпи... -- Вздохнул я, косясь на подругу и украдкой улыбаясь. -- Мне казалось, ты спортивная.

Девушка не ответила, лишь проворчала что-то и мы двинулись дальше, пробираясь через замшелые тропы и стараясь не особо тревожить местных обитателей. Нам ни к чему сейчас напороться на медведя или волка.

Маша и я решили отправиться в пешую прогулку по лесу ещё месяца три назад, желая вырваться из городской суеты. Отдохнуть, как в прежние времена, ещё когда студентами были и часто выбирались куда-то.

Только вот, видимо, возраст уже брал своё. Если раньше, лет так в двадцать, такие вылазки казались простой прогулкой, то сейчас, красные от напряжения и уставшие, мы уже желали лечь под кустик и отдохнуть, и уже было плевать как-то было на букашек там живущих.

Полянка, о которой ранее говорилось, действительно была неподалёку, просто та тропинка, по которой я сам сюда ранее пришёл, была перекрыта. Давний дождь и сильный ветер попортил её знатно, так что пришлось идти в обход.

Но сюда было ради чего заявиться. Высокие сосны, такие душистые и красивые, величественно окружали небольшую опушку, на которой имелось множество каких-то цветов и кустов с ягодами. Некоторые из них были даже съедобными, быть может на завтрак соберём немного.

-- Наконец-то! -- Воскликнула девушка, сбрасывая с плеч тяжёлый рюкзак прямо на землю. -- Ты ставишь палатку, я займусь костром. Это не обсуждается!

Началась забытая, но всё же привычная суета. Маша собирала сухие ветки, а я разбирался с установкой палатки. Недавно купленная и совершенно новая, она была не очень мне понятна, но она явно была удобнее прежней, почившей в нашей последней вылазке.

Лагерь вышел хорошим и радовало, что муравейников рядом не оказалось. Тут в целом росли лишь ягоды, да грибы, а животных почти не было, лишь птицы над головами где-то в кроне чирикали, напоминая что тут всё же есть живые души.

Мы поужинали, посидели немного у костра и даже поболтали, но всё же слишком долго сюда добирались и порядком устали. Так что не удивительно, что когда начало смеркаться, мы сразу залезли в палатку и едва моя голова коснулась мягкого спального мешка, как я сразу вырубился.

Проснувшись среди ночи, понял что застёжка палатки открыта и девушки рядом нет. Она обнаружилась у костра. Маша смотрела на огонь, как заворожённая и не отводила взгляда, хотя было видно, что её глаза слезятся от такой нагрузки.

-- Эй, Маш? Земля вызывает Машу! -- Попытался я обратить на себя внимание подруги, но та словно воды в рот набрала.

Пришлось её немного растормошить за плечи и только тогда она относительно осознанно посмотрела на меня, хотя в её глазах всё ещё плескался странный туман. И ведь мы даже не пили, причин для такого состояния просто нет.

-- Что случилось?.. -- Поинтересовалась девушка так хрипло, словно ранее кричала до срыва голоса. -- Почему... Ты не спишь?

-- А ты почему? Сидишь тут, как тычка... -- Меня прошибли мурашки от такого поведения, но я всё же сел рядом с ней у костра.

-- Просто... Плохой сон приснился. Вот я и решила проветриться. -- Она уже более бодро улыбнулась и закинула в костёр ветку, что бы пламя стало сильнее. -- Ложись обратно, не беспокойся.

-- А смысл? Скоро рассвет... -- Невольная усмешка и повисла тишина.

Постепенно мы начали заниматься утренними хлопотами. Завтрак на природе был немного скудным, всё же в состоянии Маши готовить было не лучшей идеей, а я... Ну, было бы проще сразу опушку поджечь. Кулинария никогда не была моей сильной стороной.

-- А ты слышал ночью... Мелодию. -- Вдруг сказала Маша, отрешённо поглощая криво сделанные бутерброды.

-- Какую? Может просто уведомления в телефоне? -- Нахмурился я в ответ, отпивая чай из кружки.

Та лишь молчаливо покачала головой и продолжила есть, стараясь просто прийти в себя. Я искренне не понимал, что именно с ней происходит, но после завтрака и небольшой зарядки, девушка уже как-то забыла о ночном инциденте.

-- Может к озеру прогуляемся? -- Вдруг поинтересовался я, когда Маша загорала. Становилось всё жарче, так что мне хотелось охладиться. -- Тут как раз речка недалеко...

-- Так же недалеко, как и это место от трассы? -- Озорно улыбнулась барышня, но кивнула. -- Ладно, пошли... Всё равно тут солнца мало.

Речка и правда находилась неподалёку. Всего минут пять пути, так ещё и тропинка была такой чистой, словно тут часто кто-то ходит. Но что порадовало больше, так это весело журчащая, а главное чистая вода.

Пока Манька разделась и полезла в воду, решив распугать рыбу там плавающую, я расстелил покрывало на берегу и разложил взятые с собой вещи. Немного еды на обед, бутылки с водой и крема от загара. Никто ведь не хочет сгореть?

Немного искупавшись вместе с подругой, я расположился с удочкой неподалёку. Вокруг было такое спокойствие... Весёлое журчание реки, стрекозы вокруг и птички поют. Только вот ощущение странное, словно наблюдает кто.

Сославшись на игры воображения и начатую бутылку пива, я постарался просто поймать дзен и раствориться в этом спокойствии. Всё же, именно за этим мы сюда и приехали, даром что ли отпуска взяли?

Но, чем ближе был вечер, тем сильнее становилось это ощущение. Словно этот кто-то реально маялся от скуки, раз ему было не лень следить за мной как минимум столько времени.

Даже алкоголь в крови не выравнивал ситуацию, вызывая блёклые галлюцинации. Ну не поверю я, взрослый мужик, что на меня что-то непонятное и зеленоглазое из-за дерева пялится. Оно даже не было похоже на человека, а стоило мне уставиться прицельно на него, как как эта тварь тупо испарилась на моих глазах.

Благо хотя бы рыбалка оказалась удачной. Рыба словно сама в ведро норовила прыгнуть, а Машка пока я тут «грабил» речку на его обитателей, собрала немного трав и развела костёр там, где мы планировали устроить пикник.

Пока я жарил рыбу, разговор зашёл о делах... Мы давно вот так не разговаривали. Почти всегда на работе, редко даже «привет» друг другу писали. А ведь когда-то она мне нравилась, я мечтал на ней жениться... Жаль, что дело и сейчас дальше дружбы не уйдёт. Мне это уже просто не интересно.

Но, не смотря на это, было как-то даже обидно услышать, что у неё кто-то есть. Мне казалось, что я ей тоже нравлюсь, но сам виноват, что тогда не сделал первый шаг и после продолжал держать дистанцию.

После лёгкого ужина девушка ушла в сторону лагеря, а я решил ещё немного посидеть у озера. Завтра мы вернёмся домой... Вновь эти каменные джунгли, бешенный темп жизни без продыху. Но, если честно, я бы всё отдал, что бы вечно находиться здесь, в лесу.

Такое прекрасное спокойствие, пение птиц, журчание воды... Я даже прикрыл глаза, вслушиваясь в эту тихую музыку леса. Это всё было так похоже на колыбельную, что я даже прилёг на плед и, кажется, задремал.

Мне никогда не снились сны. Всегда переход от засыпания к пробуждению был резким, словно я вообще не ложился, но при этом отдыхал. А в этот раз что-то изменилось, причём в моей собственной голове.

Я очнулся в том же лесу, но в совершенно другом месте. Более дремучем, словно в самом его сердце и передо мной лежало существо. Оно казалось полностью чёрным, словно гнило заживо и я нутром ощущал его боль, как собственную. Что вообще происходит?

-- Дитя... Подойди. -- Звучит на удивление молодой, но потусторонний голос в моей голове.

Да я бы в жизни не послушался! Но что-то внутри подсказывало, что он не враг. Напротив, то что было здесь, вызывало родственные и очень тёплые чувства. Словно я вновь пришёл к дедушке и сейчас этот старый лис, привычно закурив какую-то элитную сигарету, начнёт травить свои байки. А после, когда ему надоест, мы пойдём вместе рыбачить на речку у дачи.

-- Молодец, не бойся. -- С некой лаской в голосе отреагировало существо, когда я подошёл практически в плотную. -- Ты ведь... Чувствуешь этот лес?

Вопрос был странным, но и само создание не казалось даже близко похожим на человеком. К тому же, говорить ему было сложно, от чего я просто не решился спрашивать, да и не думаю что он ответил бы. Но чувствовать лес... Мои глаза как-то интуитивно закрылись и я обратился слух и иные ощущения.

Сперва я чувствовал лишь дуновение ветра, журчание воды и в целом, всё это было в том месте, где я уснул. Мне показалось это бредом, уже хотелось возмутиться, но резко всё изменилось и меня захлестнуло цунами из чувств и информации.

Словно я сам стал лесом и знаю всё о каждом обитателе, но переварить всё это мозг не может. Слишком много информации, сразу начинает болеть голова и почему-то ноет сердце. На немой вопрос сразу же находится ответ, когда боль становится режущей и я словно глазами какой-то белочки вижу компанию поддатых мужчин, что рубят деревья. А это разве не заповедная зона?

-- Какая находка... -- Раздался голос прямо в моей голове и я вздрогнул, выныривая из видения и ошарашенно глядя на загнившее лицо прямо напротив моего собственного. -- Я думал такие как ты перевелись...

-- Какие? -- Совершенно тупой вопрос, но он вызывает смех у существа, от чего по моему телу пробегают мурашки.

-- Промыли вам мозги, промыли... -- Вздохнуло существо, качая головой со странным скрипом. -- У меня мало времени, малец. Если ты будешь согласен принять меня, узнаешь... А на нет и суда нет.

От таких слов я как-то выпал. Каждый думает в меру своей испорченности, но в моей головешке возникли ассоциации с фильмом чужой или ещё какой жутью, которая людей порабощает изнутри похлеще гриба кордицепс.

И, судя по всему, мои мысли дошли до этого существа, потому что оно вновь разразилось хохотом и в моей голове появились странные образы. Некоторые как мне казалось были связаны с церковью, но в общей сложности не имели какого-либо смысла для меня.

-- Дитя, я уже без сил... Тебе обо всём расскажет мавка Аня. -- Улыбнулось или просто скривилось от боли это существо.

Я даже не успел задать новый вопрос, как проснулся, словно из воды вынырнув. Мне потребовалось немного времени, что бы просто выровнять дыхание и сердцебиение, но мои попытки оказались напрасны, ведь у воды меня ждала девушка.

Изначально я увидел её как нечто страшное и мёртвое, от чего и испугался вновь, но стоило моргнуть, как перед мной уже сидела красивая, русоволосая и голубоглазая барышня с ну очень уж длинными волосами, которые служили ей одеждой.

-- Какой пугливый... И ты новый хранитель? -- Насмешливо поинтересовалась зеленоглазая, медленно поднимаясь. -- Как же он ошибается... Ещё и такой молодой.

-- Вы о чём вообще? Почему вы голая? -- Кажется, у меня начиналась настоящая истерика, ибо сон всё сильнее казался видением или явью. -- Какой к демонам хранитель?

-- Тю, чего сразу к демонам? -- Ухмыльнулась девушка, сверкая острыми зубами. -- Я тут тебя между прочим учить пришла... Не заставляй меня кружить тебе голову пением.

-- Пение... Музыка? Это ваш голос слышала Маша ночью? -- Мои глаза округлились и я постарался не злиться, учитывая что эта барышня знатно напугала мою подругу.

-- Та девчонка? Да... Я её утопить хотела, больно наглая, но Иван сказал что «нельзя расстраивать мальчишку». -- Она скривилась, но тут же ухмыльнулась вновь, присаживаясь рядом. -- Ну и что же мне нужно тебе рассказать, малыш?

Практически интимный тон и я вздрогнул, когда её рука легла на моё плечо. Такая холодная, словно мёртвая. Хотя, она ведь мавка, так и есть. Правда вот по её виду и не скажешь, что она дух и тем более давно умерший. Или же... Когда она вообще стала такой?

-- С кем я общался? Что значит, принять его? -- Я начинал жестикулировать, не в силах самостоятельно понять ситуацию. -- И... Что вообще происходит?

-- А ты не понял, да? Люди так далеки от нас стали, как печально... -- Взгрустнула девица и вольготно устроившись, перевела взгляд на воду. -- Ну, тогда слушай. Тот, с кем ты общался, хозяин леса. Вы его, кажется, лешим кликали... Но ослаб он. Ему нужен приемник. Мы уж много людей перепробовали, но редкостью маги средь вас стали.

-- Маги? -- Я посмотрел на нечисть так, словно говорил с душевно больной. -- А я тут причём? Какой из меня колдун?

-- Не о том ты думаешь, Женька. -- Зевнула барышня и ухмыльнулась, когда поняла что я испугался собственного имени из его уст. -- Но да, колдун из тебя пока не очень... Да только и нет у людей здесь магии, давно уже нет. Но не сейчас об этом думать стоит... Давай уж, думай. Время тебе до завтрашнего заката, а там уж ты знаешь где меня найти.

И, улыбнувшись мило на прощание, мавка ушла прямо к реке и стоило ей лишь по колено войти в воду, как она исчезла, став частью потока. Мне даже вспомнилась сказка о русалочке, да только вот не положительная эта Аня девушка... Они, если правильно помню, людей топят и появляются от несчастной любви.

В любом случае, мне уже стоило уходить. Так что, прихватив вещи, я вернулся в лагерь, где меня уже ждала Маша и ужин. Девушка чувствовала себя куда лучше и кажется даже забыла о утреннем инциденте. Хотела утопить... Интересно, инстинкт ли это или просто придурь? Хотя ей поди надо чем-то питаться, как и всяким львам.

Маша, подумав что я хорошо отношусь к её будущей свадьбе, только и делала что щебетала о своём женихе и я действительно задумался над предложением лешего. Я ведь ничего не потеряю, если соглашусь.

Любовь моей жизни, ну или по крайней мере единственный в жизни любовный интерес, скоро выйдет замуж. Работаю я обычным офисным клерком, иных интересов не имею и домой прихожу чисто ради сна и отдыха за играми, которые уже даже удовольствия не приносят.

За такими мрачными думами я провёл время до заката и поскольку у нас ещё осталась провизия, мы остались ещё на день и эта ночь была куда спокойнее... Быть может потому что Аня дала обещание хозяину не топить Машу?

Утром мы начали собирать вещи и решили провести время в лесу примерно до обеда, после чего пойдём туда, где оставили машину и Мария уедет, но я останусь тут ещё на пару дней, всё же мой отпуск дольше... По крайней мере именно так я объяснил подруге.

Мы ещё покупались, погуляли по лесу и как мне казалось, он нас прямо направлял на ягодные и грибные места... Ну да, август же. Самое время урожая и Маша даже собрала себе немного ягод и грибов домой, даром мы что ли пакеты с собой взяли.

Солнце уже клонилось к закату, когда я в гордом одиночестве брёл обратно к реке, собираясь дать ответ. Меня уже даже как-то не заботило, смогу ли я контактировать с людьми или так и останусь чем-то вне общества. Что вообще изменится от моего ответа?

К моему удивлению, у реки сидел целый сад и цветочками там являлись не розы, а девушки, причём все голе и лишь волосами прикрытые. Мавки, они самые и только с виду я уже насчитал их голов десять. Неужели они все погибшие?

-- О, Женёк! -- Просияла улыбкой Аня, которая первой заметила моё присутствие. -- Ну и что решил, касатик?

-- Почему ты говоришь так, словно жила ещё во времена старой Руси? -- Нахмурился я и с интересом глянул на остальных девушек. -- И... Я согласен. Как мне увидеться с хозяином?

-- Ну так и жила. -- Пожала плечами барышня, после чего лениво поднялась и подошла ближе. -- Идём, провожу... Он уже на последнем издыхании.

Слова барышни даже не стали новостью, всё же они нежить. Может быть, они ещё и становятся сильнее с возрастом? По крайней мере, так работает в книгах. Надеюсь, это не означает проблемы для меня... Хотя я, как приемник хозяина леса, буду под защитой и куда выше по статусу.

За такими странными мыслями мы зашли в самые дебри леса. Деревья тут были настоящими исполинами, казалось что кроны этих дубов и прочих деревяшек поглощают абсолютно весь свет, благо в этой непролазной чаще нас всё же что-то вело и мы словно шли по какой-то тропинке.

-- Он здесь... Ты сам поймёшь, что делать. -- Вдруг остановилась Аня перед какой-то полянкой, что виднелась средь кустов. -- Дальше мне нельзя.

И с этими словами девушка развернулась, после чего исчезла за ближайшим деревом. Мне ничего не оставалось, как выйти на поляну и там всё было так же, как в моём видении, но этот лесной храм давно был разрушен.

От колонн и крыши, если таковая вообще имелась когда-то, не осталось практически ничего. По крайней мере, полянка была покрыта плиткой, но присмотревшись я понял, что это просто плотные растения, которые служили последней кроватью для лешего.

-- Дитя... -- В реальности голос хозяина леса был куда более пугающим и я даже ощутил мурашки, но было не до этого. -- Подойди ближе, у нас мало времени.

Послушно подойдя, я ощущал как меня направляет уже что-то внутри, на задворках сознания. Именно оно натолкнуло меня на мысль, что нужно прикоснуться к телу хранителя и по нашим телам начала циркулировать энергия.

Это было действительно странное ощущение. Словно меня с головой захлестнула волна и я сам не понял, как моё собственное тело и оболочка хранителя сливаются во едино, а после мой разум отключился, не выдерживая наплыва информации, что пришёл вместе с соединением душ.

В себя я пришёл, когда было абсолютно темно и, на удивление, находился я в каком-то деревянном домике, похожем на обычную избушку, но более современную и очень даже ухоженную. Голова раскалывалась, тело саднило и мне казалось, что ещё немного и из меня выйдет душа.

-- О, проснулся наконец. -- Прозвучал голос рядом и я не сразу в нём признал голос мавки Ани. -- Долго же ты провалялся... Целых две полные луны. Кто бы мог подумать, что у такой сильной души столь хлипкое тело?

И как раз после этих слов моё нутро решило выйти наружу, благо барышня подставила тазик. Весёлый такой, розовый... От этого даже сильнее голова заболела. Мавка откровенно смеялась над ситуацией, но притихла после тяжкого вздоха, что ей явно не принадлежал.

-- Хватит, нам ещё его долго учить придётся, не доставляй мороки. -- Прозвучал мелодичный, но очень строгий голос.

Ближайшие несколько дней я провёл практически в состоянии овоща и за мной ухаживали мавка Аня и дриада Эля, которой тот строгий голос и принадлежал. Они оказались более заботливыми, чем в целом могло показаться.

Я действительно стал хранителем, а прошлый просто стал моей частью. Эля объяснила, что он был из тех, кто был «первородным», то есть появился вместе с лесом и потому был зависим от его состояния и умирал. А я, будучи принявшим его суть, мог спокойно выполнять функции лешего без вреда себе долгие века, ведь теперь я фактически бессмертен.

Не оправдались даже мои опасения стать похожим на прошлого хранителя, моя оболочка так и осталась человеческой. Просто теперь мои глаза зелёные и природа стала частью меня самого.

И, вопреки моим мыслям, я всё же мог жить с людьми, но даже зная это, не бывал где-то дальше деревушки, что находится у окраины моего леса. Жизнь хранителя стала для меня отдушиной... Я не любил покидать свои угодья.

Все мои знакомые и Маша в частности думали, что я просто переехал в ту деревушку и теперь веду простую сельскую жизнь. В прочем, это не отличалось от правды и теперь я действительно счастлив со своим лесом и существами, что здесь живут.

Иванов день

-- Давай, Слава, не отставай! -- Смеялась Вася, выглядывая из-за куста и морщась от пролетевшей мимо глаз мошкары. -- Мы так и не найдём папаротник ведь...

-- А ты веришь в эти сказки? -- Поинтересовалась я, поднимая полы платья и переступая через небольшой овраг. -- Это ведь просто потешки для детей...

-- Сказки или нет, но я хочу этот цветок! -- Капризно топнула ногой блондинка, но тут же смягчилась. -- Да и... Может, это и не сказки?

Лишь посмеявшись, я поспешила за ней. Сегодня ночь на Ивана купала, ночь гаданий и всякого рода нечисти. Нет, она и так тут бывает, но сегодня имеет особую силу. Мы это знали с самого детства, уважали хранителей... Но Васе хоть кол на голове теши, в ней спеси много.

И вот, бредём мы по тёмному лесу... Где-то над головой ухает сова, вопрошая что же девицам так далеча от поселения надобно, быть может и вовсе лешего кличет. Освещает нам нелёгкий путь только бледная луна, ни единой звёздочки не видать.

-- Вон там, смотри, что-то светится! -- Внезапно воскликнула Вася и ринулась куда-то в кусты.

-- Да постой же ты, не беги сломя голову... -- Оставалось мне ворчливо шикнуть на неё, но ухватить за светлые косы я её не успела.

Мы выбежали на полянку, на которой действительно что-то слабо светилось. Я попыталась возразить, мол светляки это, но подружка не услышала даже, уже протягивая руки к зарослям.

То, что источало свет... Оно действительно находилось на папоротнике, но выглядело чудаковато. Сам по себе цветочек был тёмным, как ночь чернобога, его словно и лунный свет осветить не мог, да и солнечный. А вот в сердцевинке... Там, подобно ритму сердца, билось нечто, что и источало слабый свет.

Вася протянула руки к этому цветку, даже сорвала, но едва к очам поднесла, тот раскрылся во всей красе. То, что я приняла за уснувшего светлячка или ещё какого жучка, оказалось глазом. Он моргнул, окинув нас тяжёлым взглядом и послышался чей-то голос со всех сторон.

-- Зачем явились сюда, девицы? -- Тягучий, тяжёлый голос, от которого душа в пятки кидалась, проникал в самое нутро, казалось что даже мои кости задрожали. -- Неужто желание загадать?

-- Да! -- Воскликнула Вася, хотя было видно, как персты её дрожат. -- И ты его исполнишь!

От смеха, что издало это нечто, я вовсе была готова отдаться праотцам, но взяв подружку за край пояса, старалась храбриться так же, как и она.

-- Смелая... -- Протянул нечистый, всё ещё посмеиваясь. -- Глупая. А подружка твоя? Язык что ль страха проглотила?

-- Н-нет, просто... Чудно это. -- Храбрость подружки мне не передавалась, но я хотя бы пыталась делать вид, что не слишком напугана.

-- Чудно... -- Эхом повторил голос и вновь залился жутким смехом, от чего мой страх понемногу проходил. Он что, дурной? -- Ну, я знаю как сделать лучше.

И тут стало абсолютно темно. Не словно луна за тучи зашла, а словно лепестки того цветка разлетелись по поляне и окутали нас с головы до пят. Такая темень, хоть глаз выколи... Но свет вернулся так же быстро, как и исчез.

А перед нами, насмешливо улыбаясь, стоял мужчина. Высокий, косая сажень в плечах, благосличное тело. Но, что занятно, черты лица лисьи, а глаза и вовсе навьи. Та часть глаза, что у всех белая, у него была чернее ночи. А цветная и вовсе красно-золотая, это как вообще?

-- И что же хотят девицы в такой час от нечисти? -- Хитро прищурил алые очи мужчина, лениво оглядывая нас.

И тут Вася онемела. Дева то открывала, то закрывала рот, словно рыба на суше. Она явно не ожидала, что сказка окажется явью, к тому же столь опасно красивой. Ещё и цветок в её руках приобрёл более нормальный вид, чаруя своими тёмными лепестками, словно роза заморская.

-- Силу... -- Вдруг молвит Василиса, подняв на мужчину светлые очи. -- Такую, что к природе близка.

-- Маленькая девочка решила в ведьму поиграть? -- Понятливо кивнул мужчина и кивнул, а после и на меня взгляд перевёл. -- А ты, рыбка, чего желаешь?

И он косо улыбнулся, обнажая клыки. У него такие зубья, что любой зверь позавидует. Как он себе ещё язык не откусил? Ещё и такие острые, белые... Словно лезвия. А если судить по внимательному взгляду, что едва нас не разделывал, стоит что-то придумать.

-- Я тоже хочу силу. -- Выдох и он кажется хочет что-то сказать, но я ему не позволяю. -- И вашу защиту.

Глаза мужчины на секунду расширяются, он даже не сумел скрыть своё удивление. Но после его лицо уже привычно кривится в улыбке, от которой кровь в жилах стынет.

-- Мою защиту... И не понимаете вы, людишки, куда лезете. -- Тяжкий вздох, полный странных чувств из его уст и тьма у наших ног сгущается, пугающе приятным холодом кожу лаская. -- Но ты умна... Ладно уж, раз нашли, исполню. Больно любопытные вы барышни.

Заливистый смех этого существа стал последним, что мы увидели, прежде чем обмякнуть без чувств. Это было очень странное ощущение... Словно ты провалился в грёзы, которые питают тебя. Но это не отдых после тяжёлого дня, а нечто большее, запретное.

Мне казалось что я лежу в воде и это какая-то река, которая уносит меня всё дальше и дальше оттуда, где мы были и рядом слышались тихие, осторожные шаги. Словно зверь крадётся, но этот «кто-то» куда опаснее.

А после даже разум отключился от того, сколько знаний полилось в голову. В себя я пришла уже на лавке в своём доме. Мама хлопотала по дому и, кажется, уже был рассвет. Когда мы успели вернуться? Это он сделал?

-- Милая, вставай, солнце уже встало. -- Немного строго прозвучали слова родительницы из сеней и я вздрогнула. -- Чего ты, захворала? Словно мёртвая лежала... Мы уж хотели травницу звать, ты даже не дышала.

-- Нет, маменька, всё в порядке... -- Моя улыбка её явно не воодушевила, но она лишь устало вздохнула. -- Я... Пойду к Ваське, ладно?

-- Сперва поешь и по дому помоги немного. -- Строго сказала родительница, кивая в сторону обеденного стола. -- Давай, успеешь нагуляться.

Перечить матери себе дороже, так что быстро поев каши с маслом, я побежала ей помогать по дому. Дел было много, но управились мы быстро, хоть и не просто так. Не наврал тот нечистый о магии, хотя я всё ещё не понимала, что именно делаю. Это было словно что-то с рождения заложенное.

Именно с магией я натаскала воды, постирала бельё, да и остальные дела сделала, пока мама хлопотала над обедом и нянчилась с младшим братом, который уже начинал ходить. Когда я освободилась, Васька уже ждала меня у ворот, то и дело вытягивая шею и меня высматривая.

-- Славкаа... -- То ли желая в обморок грохнуться, то ли всё же радуясь мне заканючила Васька и кинулась мне на шею. -- Диво дивное творится! Ты тоже поняла?

-- Что я понять должна? Что мы с нечистивым связались? -- Вздохнула я тяжко и отстранив девицу, взяла её за руку. -- Пошли, не стоит об этом тут говорить. Взрослые нам голову оторвут...

Ушли мы на полянку неподалёку от деревни, там где даже охотники бывать не любили. Ничего тут страшного нет, нам по сути и не запрещено тут быть, просто видели тут местные «ведьмин круг», оттого и боялись тут быть. А нам уж поздно метаться, мы уже с навьими повязаны.

-- Славка, я колдовать научилась! Словно всю жизнь умела, будто часть меня это! -- Затараторила подруга, жестикулируя и начиная по полянке хаживать, пока я устало на траву присела. -- Ты тоже, да? Или он набрехал?

-- О чём же я набрехать должен был? -- Раздался голос из-за деревьев и к нам лениво вышел мужчина, которого мы вчера видели. -- Вы, люди, забавные такие... Недоверчивые, хотя сами врёте чаще. Прям правьи дети, честно слово.

-- А ты, стало быть, навья тварь? -- Огрызнулась я, разом начиная нервничать. -- Откуда ты вылез вообще, зачем пришёл? Души забрать?

-- Да к чему мне ваши души, ты за кого меня принимаешь, Мирослава? -- Я вздрогнула от собственного имени из чужих уст, но мужик лишь хрипло рассмеялся. -- Я пришёл вас, можно сказать, проинструктировать и обучить. Весело конечно глядеть, как детишки убиваются, но раз вы заручились моей помощью, я обязан вас обучить.

-- Но мы и сами можем! Всё ведь получается, разве нет? -- Округлила глазки Васька, страх которой и вовсе перестал существовать.

-- Можете вы, да только вот то бытовая магия... Случись чего, вы с вашими-то эмоциями и самоконтролем пол деревни загубите. -- Он присел на корточки передо мной и сверкнул лисьей зубастой улыбкой. -- А учитывая твоё желание, Славочка, в моих же интересах, что бы выжили и вы, и деревенька ваша... А то ж утопитесь с горя, мавками станете. Лишняя морока...

Я слушала и тихо в шоке прибывала, не понимая к чему он вообще клонит и что такое, эта бытовая магия. Нет, ну применение понятно сразу, но... Странно это. Волшба есть волшба, разве нет? И, судя по всему, мои раздумья дошли до мужчины, ибо он вновь засмеялся.

-- О, девочки, вы точно не понимаете куда лезете. Наивные, маленькие, глупенькие... -- Возможно он продолжал бы и дальше, но я вскочила и попытавшись его ударить, оцепенела в замахе. -- И вспыльчивые. Огонь в вас пылает, его нужно усмирить... Нда. Не думал что на старости лет займусь обучением.

Оцепенение разом спало, когда мужчина поднялся и выудив странную вещицу из-за пазухи, начал в ней что-то смотреть. Мы с Васькой переглянулись, не понимая что вообще происходит, а навьий отрок хмыкнул.

-- Книги не видели что ль? -- Поинтересовался он и, столкнувшись с нашим озадаченным взором, стукнул себя по лбу свободной рукой. -- Точно, не то же время... Как бы объяснить. -- Он задумался, вцепившись в нас немигающим взором. -- У вас же уже есть береста? Так вот, это она и есть, но иного виду. Сложно это, девоньки, доживёте и поймёте.

Мы ничего особо не поняли, но у них время течёт иначе, видимо. Всё же в нави кто бывал, увиденным не делился. Но, честно, нам и своих проблем сейчас хватало, ибо началось обучение и нам продыху не стало.

Навий отрок начал нас учить и как оказалось, всё куда сложнее простых сказок. Для начала он начал рассказывать нам теорию, которая оказалась интереснее любых бабушкиных историй о колдунах и ведьмах.

-- В каждом живом существе этого мира есть магия, она хранится в особом месте, что называется «источником» магии. По сути, он просто фильтрует энергию, что есть в воздухе и сохраняет её в теле... -- Объяснял нам мужчина, показывая образ человека и этого самого источника в его теле. -- У каждого свой порог того, сколько энергии он может хранить. И, когда вы колдуете, представьте что оттуда к вашим рукам течёт ручей... Визуализация самый простой способ научиться контролировать поток энергии, а со временем у вас всё будет получаться интуитивно.

Его вкрадчивый голос завораживал, заставляя слушать... Я была уверена, что он всё же применил к нам магию, но так или иначе, его «лекции», как он это назвал, были интересными. Но, когда мы перешли к практике спустя пару ночей, стало труднее.

Начнём с того, что контролировать эту чёртову «речку» было трудно, Васёк пару раз чуть лес не подожгла, а я и вовсе заставила мужчину немного понервничать, когда осваивала лечебные заклинания, но по крайней мере мы действительно научились контролировать свои силы.

-- Давай, целься и пали! -- Строго, уже наверное в тысячный раз сказал навь, пряча руки за спиной и отступая на шаг. -- Когда ж вы научитесь, балбески...

-- От балбеса слышу. -- Беззлобно, скорее по привычке огрызнулась я, вместе с Васькой отправляя в мишень водные шарики. -- Кстати, ты ведь так и не сказал как тебя зовут.

-- А вы и не спрашивали... -- Пожал плечами мужчина и улыбнулся, когда Вася попала в цель и посмотрела на него щенячьими глазами. -- Да-да, молодец. Только вот ты попрежнему вливаешь слишком много силы.

-- Но это так трудно... -- Взгрустнула девушка, переведя взгляд на речку у наших ног, хотя почти сразу взор её хитрющих глаз вернулся к навьему. -- И раз уж речь зашла, вы всё же скажете?

-- Что именно? -- Невинно поинтересовался мужчина, решив поиграть в дурака. Но, увидев нашу реакцию, он поднял руки в примирительном жесте. -- Ладно-ладно, барышни, успокойтесь. Меня зовут Ашер, по крайней мере так моё имя звучит на вашем языке.

-- Нашем языке? Разве он не один везде? -- Округлила глазки Вася, а я ощутила предвкушение, надеясь услышать новые истории о других мирах и существах.

-- Нет, есть конечно всеобщий... Его любая тварь осознаёт, это инстинкт. Но вот я из мира, где такое появилось позднее. -- Лениво зевнув, Ашер присел на землю у дерева и прислонился к нему спиной, прикрывая глаза. -- В любом случае, не о том речь... Тренируйтесь давайте, закат скоро.

Обучение казалось нескончаемым, прошло несколько лет. Можно сказать, мы подружились с Ашером и даже начали ладить без колких шутеек, но пришла беда, откуда не ждали. Начали болеть и люди, и звери... А нас та хворь не трогала, словно стороной обходила.

Большая часть деревни слегла с жаром и иными, не особо приятными симптомами. Казалось, что можно будет всех вылечить травами, но дела становились лишь хуже... В какой-то момент Ашер даже перестал скрываться от местных, так как уже не от кого прятаться было. Люди были в таком бреду, что не соображали даже.

Нам было очень страшно, особенно когда скотина начала умирать и старики в придачу. Смерть остальных людей становился лишь вопросом времени и им ничего не момогало, даже наша магия была бессильна... Они словно гнили изнутри.

-- Не выживут. -- В одном моменте ляпнул навий, глядя на бабушку Фросю. -- Это мор, от него никто не выживает... Не в этом времени.

-- А мы почему не умираем? -- Всхлипнула Васька, не зная куда себя деть, её-то семья одна из первых слегла.

-- Потому что я вас охраняю... Да и магия какой-никакой иммунитет даёт. -- Вздохнул Ашер, притягивая к себе девушку и пытаясь хоть как-то успокоить её. -- Можно сказать, что став ведьмами вы стали сильнее не только духом, но и телом... К тому же, ваша жизнь станет дольше.

-- Такова цена силы, да? -- Тихо спросила я, всё же стараясь держаться. -- Об этом ты говорил?

-- Не только, я вообще не думал что такое случится... И где же ваши светлые, когда такая хухрень происходит? -- Мужчина замолчал, поглаживая по волосам притихшую Василису. -- Ладно, бабоньки, пакуем чемоданы и валим. Им не поможем, так хоть вас убережём.

-- А разве так можно? -- Подняла на него зарёванные глаза Васька и шмыгая покрасневшим носом.

-- Можно... Особенно когда бросаешь ты фактически труп. -- Сухо ответил тот и подтолкнул нас в сторону домов. -- Давайте быстрее.

И нам действительно пришлось собирать вещи, которых так-то говоря не много было и наши котомки оказались едва ли больше чугунного горшка, а потому и не сильно много времени было потрачено.

Покидали мы деревеньку с тяжёлой душой, но делать было уже нечего... Люди уже начали умирать. По крайней мере, как сказал Ашер, мы вполне можем переждать хворь в лесах, а там уж и к людям перебраться, когда время мора пройдёт.

Учитывая нашу теперь уже живучую природу и дружбу с навьим, которому время до одного места, а так же дядюшку лешего, что нам уголок в своём лесу предоставил, мы даже не заметили, как время прошло и я даже сблизилась с Ашером, ощущая нечто большее, нежели простой интерес, хотя его скверный характер порой бесил.

Время до нужной точки развития человечества прошло незаметно, хотя нас огорчил тот факт, что люди начали забывать о ведьмах и кодунах, а на западе на нас и вовсе охотились. Ещё и люди странные пришли, что о иных богах толковали... Но нам дела не было.

Загадав желание в ночь на Ивана Купала, мы с Васькой получили своё счастье, пусть и ценой большого горя. Да, Ашер сказал что не от нас то зависело, но я уверена, что не найди мы папоротник, всё было бы иначе, но после драки кулаками не машут и мы довольствуемся этой счастливой жизнью, пусть и повязаны с тёмными силами.

Куда уходят души

Мерное тиканье часов разрывало тишину комнаты, вызывая у меня откровенный нервный тик. В последние дни было не так много работы, так что я понемногу сходил с ума, приходя в офис из раза в раз и вроде бы не так страшно, всё же свои деньги я получали... Хоть и не понятно от кого, но всё же. Но бездействие действительно вызывает странные мысли и чувства на грани сознания.

Я начал работать тут, когда ушёл из церкви после не очень приятного инцидента. Нет, по моей вине ничего не случилось, я в этом даже не был замешан, но тот на кого мы ровнялись как ещё совсем «зелёные» слуги бога, стал причиной травмы маленького мальчика. Он «сорвал его цветок».

Его конечно арестовали и посадили, но стало как-то противно от всей этой истории, тем более что как оказалось старшие знали обо всём, покрывая эту гнусную свинью, аргументируя всё тем что «ну, если бы богу это было противно, он бы не допустил такой мысли в наших головах». Именно в этом моменте мне встретился мой нынешний начальник.

Безусловно, я ушёл со службы, но в бога по-прежнему верил и посетил церковь в другом районе города. Она оказалась довольно красивой, я даже ощутил некое облегчение переступив порог, но что-то на задворках души всё же нервничало. Словно тут что-то не так.

-- Ты ведь тоже это чувствуешь, да? -- Обратился ко мне кто-то с очень ласковым, чарующим голосом и вздрогнув, я обернулся. -- Ох, не стоит так нервничать...

Перед мной стоял довольно высокий мужчина, хотя я бы даже сказал парень, в закрытой одежде тёмных тонов. Она чем-то была похожа на рясу священника, но это не вязалось с его длинными чёрными волосами и лисьей улыбкой. Особенно выделялись тёмно-золотые глаза, которые ещё и контрастировали с бледной кожей. Он пришёл в церковь будучи в костюме?

-- Простите что вот так прервал вашу литургию... -- Ласково улыбнулся мужчина и слегка поклонился, не отрывая от меня взгляда. -- Просто мне показалось, что вы ощущаете то же самое и думал, вам захочется это обсудить.

-- Вы о чём? -- Уставился я на него как баран на новые ворота и словно ища поддержки, покосился на иконы. -- Я не понимаю... Это церковь, я ощущаю лишь облегчение и преисполнен верой... И...

Мой голос не звучал уверенно, я начинал тараторить и на нас начинали коситься. Это была действительная проблема для меня как человека, что не любит лишнее внимание и словно понимая это, незнакомец осторожно придержал меня за локоть, утягивая за собой в сторону выхода.

Сам не знаю почему, но я не сопротивлялся и позволил ему увести меня из церкви как козла на поводке. Отпустил он меня лишь у ближайшего кафе и жестом указал на столик на террасе. Какая прелесть... Может, он ещё и из тех, кто любит мужчин? Безусловно, бог сказал «возлюби ближнего своего», но думаю что мне стоило бы его сейчас как-то отшить.

-- Что ж, тут мы вполне себе сможем поговорить. -- Просиял парень и присев напротив, вцепился в меня взглядом. -- Вы ведь и сами ощутили гнетущее чувство там. Не так ли, дьякон Михаил?

-- Имя моё вы откуда знаете? -- Вздрогнул я сразу и нехотя кивнул, соглашаясь. -- Я уже не дьякон, но да, было такое... Но... Вы можете объясниться?

С одной стороны, он мог бы быть прихожан, но мы не говорили никогда настоящих имён, да и в целом это не нужно было. К тому же, я бы запомнил столь обаятельного и странного мужчину, у которого судя по всему всё же золотые глаза... Либо его линзы стоят как почка, возможно буквально.

-- Это долгая история, но скажу одно. Церковь прогнила, вы и сами ощутили это на себе... -- Вздохнул он и жестом указал официантке подойти позже. -- И пусть вы не являетесь более дьяконом, но вы ведь хотели бы и дальше помогать людям, не так ли?

Его улыбка и поведение подкупали, да и в целом даже не озвученное предложение казалось заманчивым, не смотря на странную природу человека напротив. Хотелось верить, что он не втянет меня в неприятности, хотя после ухода из церкви вряд-ли что-то может стать хуже.

-- Да, я бы хотел. -- Наконец выдохнул я после затянувшейся паузы и кивнул собственным мыслям. -- И я согласен на любые ваши предложения.

-- Какая отчаянность... Похвально. Тогда наш разговор немного затянется, хотя всего я вам здесь не расскажу. -- Улыбнулся златоглазый и вновь склонил голову, словно иностранец. -- Меня зовут Альям, приятно познакомиться. Таким как я не трудно узнать чужое имя, сложнее получить собственное.

Его слова показались странными, он говорил так, словно человеком не являлся и в целом его манера поведения кричала об этом, но я списывал это на игры разума. Тот разговор продлился около трёх часов и, если честно, я мало что понял тогда.

Он рассказал о том, чем занимается. В его владении есть церковь и прилежащее к нему просторное кладбище, о котором я уже слышал. Священнослужители то место не любили, считая что оно не угодно богам и на вопрос почему, Альям лишь улыбнулся и сказал, что «им претит истинная божественная магия».

Мне показалось это странным, но тогда он часто упоминал божественность и использовал витиеватые фразы, от которых пухла голова. Но главное, а точнее то кем я буду работать, я всё же уяснил.

-- Мне нужен священник. -- Улыбнулся парень в очередной раз, сверкая золотыми глазами и ковыряя ложкой пирожное, которое до этого было милой пандой. -- В вас как раз достаточно силы, я всему обучу.

Тогда я не предал значения его словам, почитав что речь о силе духа и он, скорее всего, сам когда-то служил богу, но отрёкся в подобных мне обстоятельствах... Как же я ошибался. Но никто, даже самый не привязанный к логике и здравомыслию человек, не осознал бы о чём тогда мне пытался донести этот странный паренёк.

Обучение началось на следующий день и я, если честно, думал что он будет со мной разучивать молитвы или ещё что, но вместо этого он показал мне свою церковь и сунув в руки новую униформу, отправил переодеваться.

-- Это не отличается от одежды католического священника... -- Заметил я, выходя из задней комнаты и поправляя новую одёжку. -- А что за руны внутри написаны? Мне казалось, язычество не касается церкви...

-- Церкви? Да. А вот твоей работы они очень даже касаются, считай это защитой. -- Лениво зевнул Альям, который успел вольготно расположиться на скамье. -- А теперь попробуем кое-что из того, что тебе придётся использовать постоянно.

И он кивнул в сторону кафедры и там оказалась книга в кожаном и довольно твёрдом переплёте. Открыв её, я сперва подумал что она на другом языке, но моргнув пару раз понял что это просто странный шрифт. Тут были записаны молитвы и ещё какие-то детали, причём в конце книги имелась некая классификация духов и прочая информация об этом.

-- Это не похоже на библию... -- Скорее себе сказал я, листая столь странное чтиво.

-- Ну так это и не она. Мы же сюда не сказки читать пришли. -- Несколько небрежно пояснил начальник и поднявшись, направился во двор церквушки. -- Давай, здесь таким заниматься не стоит.

А после меня ждали несколько часов непрерывного шока. Честно, не увидь я всё это собственными глазами, подумал бы что кто-то сошёл с ума. Но, видимо, этим кем-то оказался я.

То, что я принял за молитвы, оказалось заклинаниями и в основном они были нацелены на защиту и сдерживание душ. Как объяснил Альям, сейчас в этом мире никто ими не занимается и они бродят, «нагружая» планету негативом. Он мог бы это игнорировать, но после долгих раздумий решил что это не дело и основал собственную церковь белого лотоса в противовес той, что есть тут изначально.

На вопрос о том, почему местная церковь этими душами не занимается, парень откровенно засмеялся и его гомерический хохот не стихал около пяти минут. Мне даже неловко стало, я думал что спросил какую-то глупость, но успокоившись и утерев выступившие слёзы, мой начальник лучезарно улыбнулся.

-- Им и дела нет, мой хороший. Они даже не поняли, кто к ним вошёл и посчитали меня богохульником. -- Ухмыльнулся хитро златоглазый и спрятал руки в карманы джинс, лукаво глядя на меня. -- А вот ты понял, хоть и не осознал. Хороший мальчик.

Вроде бы и похвала, но я смутился такого тона и мы продолжили обучения. Я больше не задавал вопросов и довольно скоро случилась моя первая миссия, которая по сути и являлась моей основной работой.

Как объяснил Аль, моя задача упокоить заблудшую душу, что обнаружит простой люд, мол «полтергейст» поселился или его духи. Оные, к слову, больше походили на кошек, но после того как я увидел что одна из них буквально прошла сквозь стену, я в них больше не сомневался.

Моей первой целью стала девушка, которая оказалась убита в городском парке и так и осталась там бродить, даже не осознавая что она мертва. Тогда вместе со мной был Альям, он рассказал что зачастую требуется лишь поговорить с душой, а после отпустить.

То, что он назвал отпущением, оказалось куда более странным действием... Визуально я открывал портал для умершего и отправлял его куда-то в неизвестность, но интуиция подсказывала, я отправляю их прямо в круг сансары, дабы те переродились и начали жизнь заново.

С тех пор я работал сам, влияние церкви понемногу разрасталось. Мы помогали не только мёртвым, но и живым, если те нуждались. Только вот сейчас делать мне было абсолютно нечего и я тух со скуки.

И вот, слово мана небесная, в комнату через окно залезает кошка и после раздаётся звонок, на что маленькая пушистая леди довольно морщится и идёт отдыхать на диван в этой комнате, мол «миссия выполнена».

-- Здравствуйте, чем могу помочь? -- Едва успеваю сказать я, как в трубку начинают надрывно всхлипывать.

-- Ой, беда у нас милок. -- Едва различимо говорит женщина и слышно, как она сморкается в платок. -- Вы ж мёртвых изгоняете, да? Так вот, мертвец у нас поселился. У квартирантов умер кто-то, они съехали, а он остался... Помогите поскорее уж, а?

-- Мы... Да, всё верно мисс. Диктуйте адрес, я приеду в течении часа. -- Тихо вздыхаю я, помятуя о просьбе Альяма не разглагольствовать на тему нашей деятельности.

Женщина оказалась даже ближе, чем я предполагал. Вызов оказался в дачном кооперативе, который к слову был довольно богат как мне казалось, больно уж красиво тут было. Нужный домик нашёлся почти сразу, тем более что пропустить его из-за девушки у калитки было довольно сложно.

-- Спасибо вам за визит, я надеюсь вы поможете... -- Всхлипнула при виде меня довольно миниатюрная женщина средних лет, утирая слёзы платком. -- Мы уж кого только не звали, даже попа с кадилом. Никто не помог, всё так же чертовщина творится и нам житья не даёт.

-- Расскажете подробнее? -- Постарался я сохранять серьёзность, хотя хотелось ободряюще улыбнуться.

-- Так что ж рассказывать, милый? -- Вздохнула женщина, косясь на дом. -- Сестра дом сдала на месяц паре семейной, ребёнок у них пятилетнее было... А после умер у них кто-то, да и съехали они, а мертвец остался. Я деталей не знаю, не было мне до них дела, а оно вот как получилось...

И вновь слёзы. От чего именно она плачет я не понял, но видимо совсем отчаялась. Пообещав помочь, я попросил женщину подождать меня у машины и двинулся в дом, едва не убившись о грабли во дворе. Кто их вообще на дороге положил? Она что, хотела призраку подлянку устроить?

Открыть дверь сразу у меня не получилось, лишь после лёгкого заклинания подавления духовной энергии она поддалась. Видимо, дело тут точно не чисто и душа не смогла уйти дальше, хотя странно, что она не встретила меня сразу. Обычно мёртвые тянутся к таким как я, понимая что им помогут.

В доме была гробовая тишина, я не ощущал практически ничего, так что зажёг на руке духовный огонь, собираясь сразу же выследить любую душу, если таковая тут вообще есть. На удивление, в самом доме было темно, но с помощью пламени я смог увидеть, какой же бардак здесь творится.

Судя по всему, после того как уехала та семья, тут никто толком не убрался. Гостиная была в пыли и детских игрушках, мне потребовалась не дюжинная ловкость что бы просто не сломать себе тут шею и продвинуться в глубь дома.

Чем ближе я был к кухне, тем сильнее становился запах крови и пожалуй впервые за всё время практики я похолодел, увидев то, что было на полу. Трупы ведь часто обрисовывают мелом, а тут... Маленький контур детского тела, что остался после тела, что лежало практически у выхода с кухни.

-- Уходите! -- Вдруг раздалось над ухом и в меня полетел нож прямо с кухни. -- Скоро папа придёт, он вас на кол насадит!

Детский голосок угрожал мне и я едва не получил новую дыру в моём теле, благо инстинкты сработали быстрее и я присел, уворачиваясь и как раз сейчас смог заметить хрупкую фигурку маленькой девочки, которая пряталась за дверным проёмом и смотрела на меня волком.

-- Ну тише, тише. -- Попытался я вполне миролюбиво её успокоить и через силу улыбнулся. -- Я знаю твоего папу, он скоро приедет и заберёт тебя.

-- Правда? -- Девочка, явно очень маленькая, мигом сменила гнев на милость, хоть и не спешила выходить. -- Вы не врёте?

-- Конечно правда, милая. -- Уже спокойнее улыбнулся я и медленно поднявшись, оглянулся, освещая комнату огнём. -- А ты не расскажешь, что тут случилось?

Девочка промолчала, убежав куда-то и после в доме стало куда светлее. Лампы зажглись в каждой комнате, а саму душу я нашёл в кресле, что стояло в гостиной. Она сидела, обняв колени и не мигающим взором разглядывала меня.

-- Мамочка разозлилась, потому что я опять капризничала и папочка тоже взбесился... Тогда мама испугалась. -- Туманно сообщила эта маленькая леди и положив голову на колени, утёрла слёзы. -- Я не помню, что было дальше, но... Я хочу извиниться. Я буду слушаться, честно, пусть только меня заберут. Я так соскучилась по маме с папой...

Казалось, что хрупкая фигурка девочки стала ещё меньше и у меня внутри похолодело. Видимо, кто-то из родителей стал причиной смерти девочки и они так быстро съехали не просто так. Почему та женщина не знала, почему уехали бывшие квартиранты?

-- Он заберёт тебя. -- Согласился я, а после задумался.

Мне не требовалось отпускать грехи или наставлять души после смерти на путь истинный. Зачастую они просто не понимали, что мертвы и у редкого человека были дела, что он просил закончить. Учитывая что девочка совсем мала, скорее всего никаких дел у неё нет, а значит...

-- А хочешь, ты сама к нему отправишься. -- Вдруг улыбнулся я и достал книгу, открывая её на нужной странице. -- Хочешь?

-- Правда?! -- Девочка разом встрепенулась и вскочив, запрыгала от радости. -- Да, очень хочу! Очень-очень-очень!

У меня сердце сжималось от того, что мне придётся её вот так вот врать, но иного пути я не видел. Вряд-ли она бы поверила, что «мамочка» или «папочка» убили её, а не просто бросили. Да и знает ли она вообще, что это такое, «смерть»?

Заклинание звучит древним напевом и открывается портал... Тёмное марево сменяется видом космоса и я нутром ощущаю обилие энергии, что оттуда исходит. Девочка сразу подлетает к нему бледной молнией и смотрит внутрь.

-- А я правда увижу их? -- Поинтересовалась она с горящими глазами и когда я кивнул, она улыбнулась шире. -- Спасибо вам, дяденька... А вы не пойдёте со мной?

-- Нет, милая, мне ещё нужно будет тут прибраться. -- Слабо улыбнулся я в ответ.

И она шагнула внутрь, растворяясь в этом колесе сансары и я тяжело выдохнул, закрывая проход и лишь краем глаза замечая, что что-то ещё прошло в портал, но я списал это на простую усталость. Стоит сказать женщине обо всём и возвращаться в церковь, желательно поспать. Да, мне легко даются заклинания, но они всё равно тянут много сил.

Теперь, когда в доме было светло, я вполне мог его разглядеть и как оказалось, в руинах тут практически всё, что вообще могло бы. Кухня, гостиная, да даже ванная... И именно там я увидел второй контур, а так же записку на зеркале.

«Спасибо, милок и прости за ложь». Это всё, что было написано на этом клочке бумаги и до меня начало медленно доходить, когда я уже вернулся в церковь и додумался проверить новости о том доме, где только что был.

Мужчина в приступе ревности убил сперва жену, а после и дочку, посчитав что та не от него и после уехал, благо его арестовали и даже посадили. И кто бы мог удивиться, что именно лицо той женщины я увижу на фотографии.

Для меня было странным, что она соврала и сама вызвала такую службу, но так или иначе, их души на пути к перерождению и я надеюсь, что хотя бы в этот раз всё будет хорошо, а мне пока действительно стоит поспать. Не удивительно, что я потратил так много сил... Видимо, вместе с девочкой ушла и она.

Детсад

Найти работу оказалось довольно сложным занятием... Удалённая мне не подошла, всё же за городом интернет не такой уж и хороший, а образования для хорошей «реальной» работы у меня не было. Так что пришлось метить туда, где не требовалось образование или опыт работы.

И кто бы мог подумать, что под этот критерий подходит должность администратора и не абы где, а в месте, где родители в торговом центре оставляют детей... Довольно не пыльная и не сложная работа, как мне казалось. Принимай оплату, впускай чадо и ничего кроме кассы тебя заботить не должно.

Явившись на место работы для собеседования, я немного постояла в очереди, ожидая когда освободится администратор. Детский центр казался вполне себе уютным местом для работы и платили хорошо, хотя ничего толком делать и не надо. Ну, по крайней мере я так думала, хотя глядя в потухшие глаза девушки, появлялись сомнения.

-- Здравствуйте, я... На собеседование? -- Немного неуверенно обратилась я к мисс, искоса наблюдая за тем, как дети резвятся на площадке.

-- Ты на стажировку? -- Мягко улыбнулась барышня и кивнула, указывая на калитку, что вела внутрь этой небольшой территории. -- Проходи, разувайся и скоро подойдёт второй администратор. Как тебя зовут?

-- Владлена... -- Милая улыбка в ответ, лишь бы просто понравиться. -- Приятно познакомиться.

Я прошла внутрь и сняв ботинки, присела на лавочку, которая была поставлена для родителей. Ждать пришлось не так уж и долго, но я успела заметить, что администратору в будние дни действительно нечем заняться и для себя сделала заметку, что стоит скачать какие-нибудь интересные книги или я тут от скуки стухну.

Второй администратор пришла, когда я уже подумывала уходить и не тратить время, ибо ждать скучно, а зарядки в мобильнике всё меньше. Этот несчастный гаджет вообще наладом дышал, мне оставалось лишь надеяться, что в ходе работы я его случайно не добью.

-- Привет, ты на собеседование? -- Улыбнулась блондинистая мисс, чей возраст и внешность вгоняли меня в тупик своей неопределённостью. -- Меня зовут Мария, давай я тебе здесь всё покажу.

Она вела себя довольно странно... Вроде бы приветливо, как и все здесь в принципе, но глядя ей в глаза я напрягалась. Было ощущение, словно разговариваешь не с живым существом, а какой-то странной оболочной, но я списала эти странные мысли на простую усталость.

Мария показала мне сам центр, объяснила некоторые моменты и оказалось что она сама работает тут дня четыре от силы, хотя является то ли сестрой, то ли женой брата владельца. Ну, я постаралась это проигнорировать и просто улыбаться.

Оказалось что в мои обязанности будет входить не только касса, но и в целом общение с клиентами. Требовалось звонить по клиентской базе и предлагать либо абонементы, либо проведение дней рождения детей. Прелестно... А я так надеялась, что мне не придётся что-то кому-то впихивать столь нагло. Прямо-таки торговец орифлейм, но для несчастных родителей.

-- Ты будешь стажироваться три дня, но стажировка не оплачивается. -- Предупредила меня эта мисс и в очередной раз улыбнулась, вызывая у меня неприятные мурашки. -- Сегодня будешь не полный день... Поможешь разобрать анкеты по месяцам и может ещё что найдётся.

-- Хорошо. -- Кивнула я, не став даже спорить.

Меня конечно смущало, что стажировка не оплачивается... Но выбирать не приходилось. Деньги были очень нужны, к тому же стоило решить и другие вопросы. Казалось, что это место будет идеальным... Но ключевое слово тут «казалось».

Мы сели разбирать анкеты и Мария мне показалась больно навязчивой. Мне стоило больших усилий не начать нести чепуху. Ну и не стоило с ней говорить о личном... Родственница босса, как-никак.

Ещё больше смущали дети. Не в плане их количества, просто... Поведение некоторых казалось очень непривычным, слишком пассивным. Одна девочка лет пяти всё то время пока я там была просто каталась на карусели по кругу, глядя в одну точку. Казалось, она спала с открытыми глазами.

-- Так, а теперь... Возьмём карточки на май и нужно будет сделать обзвон. Ты занималась таким ранее? -- Улыбнулась Маша, убирая коробку с мусором в сторону и оставляя конверт с нужными анкетами.

-- Да... Работала в банке на горячей линии. -- Кивнула я, взяв несколько анкет. --А звонить надо просто на мобильный?

-- Нет, нужна программа... Но тебя туда добавят позже, если удачно пройдёшь стажировку. -- Она так же взяла карточку, вчитываясь в корявый почерк. -- Думаю что ты хорошо справляешься, так что не беспокойся.

Вновь кивнув, я взяла телефон и записала себе небольшой вступительный текст. Как бы не ругала я тогда работу на горячей линии, но без заготовок работать было трудно. Ну и начался цирк уродов, иначе это назвать было сложно.

Многие люди просто посылали, даже не дослушивая до конца, некоторые говорили просто «ага» и положив трубку на стол, ждали когда мы сами звонок сбросим. Но это сверкало и меркло по сравнению с чувством тревоги, которое нарастало.

Мария ушла по каким-то делам не на долго и я осталась сидеть на месте, доделывать поставленную задачу. Но не смотря на одиночество, я всё равно ощущала чужой взгляд откуда-то с мостика, что соединял две горки. Усугублял эту ситуацию тот факт, что он находился прямо перед моим лицом, но я там никого не видела.

-- Ты уже всё? -- Поинтересовалась Маша, когда увидела как я отвлечённо смотрю куда-то наверх. -- Так быстро... Умница.

Похвала была не беспочвенной, ту стопку что она мне оставила я действительно обзвонила, хотя удачных звонков было всего четыре. Но даже так, мне могли выдать вознаграждение в виде двух тысяч.

-- Ещё что-то нужно сделать? -- Спросила я, надеясь что меня отпустят домой.

-- Нет, сегодня можешь идти. Завтра ждём тебя к девяти тридцати и не опаздывай. -- Улыбнулась Мария и махнула рукой, отвлекаясь на посетителя.

Я ушла оттуда и прихватив кофе по пути к выходу из торгового центра и копаясь в телефоне, пошла на остановку. Ещё два дня и меня возьмут на работу, если и дальше буду стараться. Но меня всё же беспокоит это место, учитывая что едва я ушла, ощущение от чьего-то липкого взгляда пропало.

Мне сперва показалось, что это следствие социофобии, но как по мне забитый под завязку автобус куда страшнее любой работы, даже за кассой. Да и у меня никогда не было проблем с этим... Может быть, это что-то другое?

В любом случае, мне пришлось туда вернуться на следующее утро и в этот раз я ощутила себя мамонтёнком из песенки, потому что приехала я раньше назначенного времени и просто ждала, когда хоть кто-то придёт и, словно насмехаясь над моим уровнем социализации, первым на работу пришёл Александр.

Парень конечно не виноват не в чём, но его холодность пугала до инсульта порой, как и его бесшумная ходьба. Я сперва подумала что в этом виноват мягкий пол, но нет... Он реально передвигался как призрак и даже нарочно меня напугал, положив руку на плечо.

-- Эй, почему не заходишь? -- Усмехнулся блондин и у меня дёрнулся глаз. -- Какая нервная... Пошли уже.

Он казался порядком уставшим, словно не спал минимум месяц, но можно сказать что мы относительно поладили. Он объяснил, что такое подготовка к рабочему дню и сказав мне немного «пройтись мокрой тряпочкой» по всем каруселям, ушёл в зону VR, за которую и был ответственен.

Включив беспроводные наушники и включив что-то из любимого плейлиста, я занялась уборкой и вновь ощутила чужой взгляд, когда убиралась в зоне бассейна с шариками. Это уже больше злило, нежели пугало, но отступать я не собиралась. Мне нужна эта работа и эти деньги.

День проходил более чем хорошо, я научилась работать с кассой, но этот коллектив мне не особо нравился. Мне куда привычнее было общаться с людьми постарше, учитывая отсутствие интереса к культуре моего поколения и я просто порой не понимала, что они хотят до меня донести.

В любом случае, на третий день мне сообщили что я принята и добавив в программу которую в будущем я, скорее всего, буду готова сжечь, задали пару вопросов о графике работ. Не долго думая, я ляпнула что буду готова работать всю неделю, что даже воодушевило «Кью», как ребята называли босса.

И вот, началась работа... Я всегда приходила за тридцать минут до начала смены вместе с теми, кто работал в общепите и из раза в раз чувствовала, что кто-то или что-то наблюдает за мной откуда-то сверху, с того самого мостика меж двух горок.

Но ладно бы утром, это не так уж и страшно в целом, всё же люди приходят практически сразу как я начинаю зацикливаться на этой странности, но вечером... Я так надеялась, что мне не придётся закрывать кассу, но девочка что должна была тем вечером заняться этим, решила иначе.

-- Ты же знаешь как кассу закрывать? -- Поинтересовалась Полина, даже не отрывая взгляда от телефона.

-- Да? -- Вопросом на вопрос было не красиво отвечать, но её поведение только их родимых и вызывало.

-- Вот и умница, касса на тебе. -- И, не дождавшись ответа, барышня ушла, оставив меня в лёгком недоумении от её наглости.

Нет, я и так поняла что эта мадам, которая вечно пытается отвлекать Сашу от работы и часто зависает в телефоне, прячась по углам, не самый надёжный сотрудник. Но спихивать на других свою работу? Нагло и жестоко, особенно учитывая что у меня на счёт этого было особое положение. Живу-то я за городом, а последний автобус что едет в моё район уезжает после десяти.

Но, так или иначе, сама я скинуть ответственность на кого-то не могла. И, как на зло, последний посетитель ушёл примерно в девять, хотя мы, вообще-то, работаем до одиннадцати. Ещё и нянечка ушла, что со мной весь день высидела в этом детсаду.

Чтение конечно отвлекало внимание от гнетущего чувства, да и сидела я у кассы, а потому далеко от того места, но от этого лучше не становилось. В какой-то момент мне вообще показалось, что стало холоднее и я поняла, что за мной уже не просто подглядывают, а откровенно наблюдают.

Есть много страшных вещей в этом мире, но как по мне самая жуткая из них это дети. Ведь увидев маленькую девочку в белом платьице на кладбище может завизжать от страха любой бородатый мужик, да и в таких зданиях как школа или детсад ребёнок будет смотреться жутко в тёмное время суток.

И вот сейчас я почувствовала себя как тот бородатый мужик из примера, потому что захотелось проорать в голосину и пугая запоздалых посетителей кафетерия, резво убежать из здания, забыв вещи. Но вместо этого я застыла, перехватывая телефон как оружие и откровенно пялясь на существо в ответ.

Маленький мальчик, лет пять от силы. Маленькое тело, слишком уж худощавое для такого возраста и впалые, пронзительно синие глаза на бледном личике в обрамление светленьких волосиков. Откуда он тут вообще? Он вообще больше смахивал на мертвеца или... Анчутку? Я слышала о духах, что принимают облик детей, но мне казалось что они давно стали сказкой.

-- Чего вылупилась? -- Наконец шмыгнул носом этот глюк и я как-то выпала из реальности. -- Никогда домовых не видела?

Даже не нашлась что ответить, просто таращилась и всё. Мозг не мог уяснить, что это существо вообще реально и, чисто теоретически, не враждебно. Но стоп, домовой? Что он вообще тогда тут забыл?

-- Д-домовой? -- Заикаясь переспросила я и удостоенная насмешливым хмыком со стороны мальчишки, нервно засмеялась. -- А что вы забыли в торговом центре?

-- Сам без понятия. -- Как-то легко пожал тот плечами и прошлёпав босыми ногами по полу, уселся в кресло администратора. -- Но так получилось и я тут за детьми приглядываю.

И тут мозг подкинул пару моментов, что я списала на воображаемых друзей детишек. Сама таким страдала, чего уж, тем более что имена каждый раз были разные, но мне запомнилось, как одна девочка говорила о синих, как небо, глазах и даже нарисовала их обладателя на мастер-классе.

-- Так это вас дети видели? -- Уже более расслаблено улыбнулась я, пытаясь быть приветливее.

-- Быть может. -- Туманно ухмыльнулся малец и принялся крутиться на стуле, лениво наблюдая за окружающим миром. -- Сами-то, чай, не справитесь... А я тут всё равно живу.

-- А зачем вы за мной следили? -- Я даже телефон убрала, всецело посвящая внимание духу.

-- Ну так не каждый день встретишь того, кто видит... -- Зевнул тот и остановив вращение, посмотрел на меня с лисьей улыбкой. -- И не боится.

-- Ну так домовые ведь друзья... -- Попыталась я оправдать свою беспечность, на что тот засмеялся.

-- Какая наивная... Но да, по большей части так. Если не злить. -- И, сверкнув акульими зубами, домовик покосился на настенные часы. -- Закрывай кассу, уже можно, а после за уборку.

Проследив за его взглядом, я молчаливо кивнула и принялась выполнять поручение и свои прямые обязанности. Закрыв кассу и прибравшись на столе, а после и по всей территории этого странного детсада, я начала собираться домой.

-- Не беспокойся, я потом Полинку проучу. -- Зевнул домовой и забираясь на диванчик с ногами, когда я обувалась. -- А может и вовсе её вытурить лучше... Пользы от девчонки никакой. И кому такая достанется?

-- В каком смысле? Покалечите? -- Моментально округлились мои глаза и я села прямо на ковёр, пытаясь понять, шутит ли он.

-- Угу, зажарю и съем. -- Фыркнул домовой и покрутил пальцем в виска. -- Я тебе что, полудница?

-- Нет, просто... Это странные слова... -- Замялась я и нервно вздохнув, решила перевести тему. -- А как вас зовут?

-- Имя... -- Мальчик завис, словно пытаясь что-то вспомнить, но вновь пожал плечами. -- Нет его... Мне его по идее хозяин дать должен был, но видимо случилась ошибка.

-- А может я вам имя дам? -- Улыбнулась я и взяв рюкзак с полки, присела в кресло у стола.

-- Ты? -- Он смерил меня взглядом в стиле «корона не жмёт, милочка», но после хитро улыбнулся. -- Ну давай, Влада, попытайся.

Я задумалась, вспоминая все славянские и не очень имена. На ум мало что дельное приходило, в основном всякие Пети и Васи, но после мозг всё же зацепился за ниточку из одной недавно прочитанной книги.

-- Вечеслав, а попросту можно Веня. -- Предложила я ему имя и напряглась, ожидая реакции.

-- Веня... Веник что ли? -- Хмыкнул малец, но произнеся имя ещё пару раз, довольно улыбнулся. -- Ладно, годится... Топай уже, а то темень на дворе.

Попрощавшись с домовым, я пошла вызывать такси, ощущая что моя душа сейчас с чем-то плотно связалась и это казалось правильным. Только вот я, видимо, не учла того факта, что эта связь может стать очень сильной и крепкой.

Такси на удивление приехало быстро и так же резво меня довезли до дома, хоть и за поистине большие деньги для моего города. Переступив порог я уже просто мечтала уснуть до рассвета и утром нормально поесть, учитывая что сегодня у меня не было ни обеда, ни ужина.

-- А ничего так, уютненько. -- Раздалось над ухом и я заорала в голос, не ожидая такого поворота.

Шарахнувшись в сторону, я едва не убилась о тумбу в коридоре и упав на пол, в полнейшем шоке наблюдала Веника собственной персоной в моей прихожей, причём как мне показалось, мальчишка уже не выглядел таким уж мелким.

-- Какие все нежные стали... -- Пожурил он меня и по-хозяйски пошёл в глубь квартиры, осматриваясь. -- Давай, в душ и спать, а то смотреть больно.

-- Вы что тут забыли? -- Хотя бы ради приличия поинтересовалась я, даже не надеясь на ответ.

-- А ты на что рассчитывала, заключая договор с нечистью в статусе хранителя? -- Изогнул тот бровь, косясь на меня, как на дурочку. -- И ты что, моих слов не слышала? А ну брысь.

Делать нечего, пришлось слушаться и стоило мне выйти из душа, как вся усталость дня навалилась. Когда я легла в кровать, мне уже было крайне фиолетово и на сад, и на домового, и даже на саму себя до рассвета.

Утром меня ждал вкусный завтрак, новый разговор с домовым и, собственно, объяснение всей ситуации, которая мне теперь казалась ещё более странной, чем она в целом могла бы быть.

Начнём с того, что Веня вообще-то имел хозяина, но он порядком насолил его новой жене и та, начитавшись бреда с интернета, додумалась найти заговор и ритуал по выселению домового, который на голову Вениамина оказался более чем рабочим и обрубал все нити для возвращения.

И, собственно, женщина не придумала ничего лучше, кроме как выпустить духа в торговом центре и тот, прожив в этом громком аду около семи лет, уже устал мечтать о побеге, но уйти без привязки к человеку он не мог.

А тут появляюсь я, дурочка такая, что ещё и сама предлагает его назвать. Чудесно... Хотя, по сути, для меня всё только в плюс, не считая того факта что теперь меня дома очень ждут и скорее всего прибьют совком, если устрою бардак в очередной раз.

В том детсаду я не проработала долго, без домового эту лавочку быстро закрыли. Обычно именно он приглядывал за малышами, поскольку нянечки были балбесками и сейчас, когда его не было, дети с лёгкостью набивали шишки и было вопросом времени, когда кто-то из родителей подаст в суд на этот детский центр.

А мы с Веней живём теперь счастливо, да. Я нашла другую работу, домовой работает по дому и думаю что скоро удастся даже на ремонт накопить и особенно дух мечтает о просторной и функциональной кухне. Честно, я даже пару раз заставала его за любованием на фотографии кухонь... Странно, но мило и я готова любить этого хитреца всецело, ведь он подарил мне уют и стал опорой тогда.

День, когда смерти не стало

Люди всегда боялась смерти и были слишком глупы что бы понять, что бесконечно существовать их души не могут. Они слишком эмоциональны и привязаны к близким, имеют свойство уставать и разрушаться.

Я сам часто наблюдал, как те, что получают долгую жизнь очень страдают. Я видел то, как они медленно гаснут и сами уходят из этого мира, не желая мириться с одиночеством, даже если они могут потратить всё это время и возможности на себя, получая новые знания и просто проводя досуг за фильмами или иным хобби. Люди слишком «люди» для такого.

Но нашёлся смельчак, что хотел жить вечно. Безусловно, Годвин был достаточно умён, что бы вплести в эту авантюру и свою семью, но что он мог? Как и другие глупцы «первого» века их мира гнаться за философским камнем, наивно надеясь что это всё же не бредни?

Нет, этот безумец пошёл дальше. Он решил убить саму смерть! Какова же наглость... Люди меня всегда этим удивляли. Нет, были конечно и те что могли бы довольствоваться малым, не смотря на делание большего, но их слишком уж мало.

Куда уж больше тех, кто отгрызёт тебе руку лишь завидев желанное золото. Позже даже появится шутка про одного такого незадачливого колдуна, «как Кощей над златом чахнет» и его не забудут даже после того, как угаснет магия.

Так о чём же я? Ах да... Годвин. Парень пусть и был умён, может быть даже слишком, но даже такому не под силу придумать, как же привлечь госпожу Смерть. Всё же, люди умирают сами по себе, поскольку рушится тело или гаснет душа. Так и что же делать?

Хитрец перепробовал кучу способов. Ритуалы, мольбы и даже обращался к богам. Я уж думал, он чело о алтарь разобьёт и сам с ней встретится, но увы, парень выжил и начал искать новые способы связаться с госпожой.

Он тратил лучшие годы своей жизни на это. Дело дошло даже до кровавого призыва, сделки с демоном и даже существом из нави, но увы, всё тщетно. Только вот Годвин был слишком глуп и упрям, что бы вот так вот отказаться от своей цели.

Но, пожалуй, именно это сыграло ему на руку, потому что парень всё же привлёк внимание госпожи Смерти и та явилась к нему звёздной ночью, когда луны на небосводе не было видно.

Годвин как раз проверял гипотезу о том, что ему нужно самому быть на грани, что бы её увидеть и госпожа застала его в комичном положении... Несчастный пытался добиться асфиксии в такой стадии, что бы практически отключаться и едва не придушил себя окончательно, когда увидел её.

Госпожа была прекрасна. Зря говорят, что она скелет с косой или ещё как похуже, всё не так. Да, она действительно стройная и изящная в своих изгибах, но едва ли ты сможешь увидеть кости сквозь её нежную бледную кожу и особенно прекрасны её глаза нежного, аметистового оттенка, которые так хорошо оттеняют длинные волосы цвета вороньего крыла и алые, чувственные губы.

Её изящная фигура возвышалась над обомлевшим Годвином, что впервые увидел её вот так близко и возможно он посчитал бы её простой незнакомкой, но эти глаза... Именно их ему описывали те, кто побывал под её плащом и вернулся.

Нежного сапфирового оттенка, эти два омута словно смотрели в самую душу, но с лаской и любовью, не присущей людям. Она принимала его таким, какой он появился на этот свет и отнесётся к нему с добром, даже если он отправит к ней тысячу душ.

-- Дитя, ты так желал со мной встреться... -- Улыбнулась госпожа украдкой, разглядывая столь интересную душу. -- Ради чего?

Годвин даже не смог сразу ответить. Часто ведь бывает, что несясь к цели и достигая её, вы просто не понимаете, а что делать-то вообще? И Годвин, что уже успел отчаяться в том что бы достичь желаемого, совсем уж растерялся.

-- Я желаю бессмертия. -- Наконец нарушил он тишину и упрямо, с неким вызовом посмотрел в глаза Смерти. -- Для себя и для моей жены.

Госпожа рассмеялась... Каков наглец! Он казался в своей глупости таким милым, что Смерть даже не пожелала забирать его душу за дерзость и не ушла, оставляя мужчину наедине с последним провалом на пути к его заветной мечте.

-- Вот как? Но, быть может, ты бы хотел просто долго жить? -- Дала она ему шанс одуматься и покачала головой, как-то печально улыбнувшись. -- Долгая жизнь не то, к чему стоит стремиться...

-- Нет, я хочу именно вечную жизнь! -- Вспыхнул разом парень и стушевался, начиная беспокоиться о том, что его сейчас покарают.

-- Что ж, да будет так... Ты и твоя жена обретёте вечную молодость и бессмертие, но я дам тебе шанс исправить это. -- Сказала Смерть, помолчав какое-то время. -- Я приду в такую же безлунную ночь ровно через десять веков.

На том они и разошлись. Госпожа исчезла и спустя пару лет Годвин понял, что действительно не стареет, как и его жена. Он думал, что начались счастливые времена и стоит признать, что первые несколько веков так и было.

Они жили в своё удовольствие, путешествуя по миру и узнавая всё новые и новые вещи, осваивали новые профессии и Годвину казалось, что его счастью не было предела, но постепенно его душа начала уставать.

Всё сложнее было улыбаться не смотря на то, что он всё ещё был молод и жил со своей женой. Казалось, он даже перестал чувствовать любовь и глядя на жену он испытывал лишь привязанность сродни привычке, не более.

И, что важнее, с каждым годом всё труднее было сохранить рассудок, ведь накатывала страшнейшая скука от самого факта их существования и Годвин, не смотря на попытки жены его приободрить, начал задуматься о том что бы приблизить день встречи с госпожой, но ему не хватило воли.

Века тянулись, всё становилось лишь хуже и даже дети, которых они с женой вырастили, не принесли радости. Напротив, это лишь вгоняло в большую тоску, ведь в отличии от них, рождённые не имели бессмертия и им пришлось самим хоронить своих деток, а после внуков и правнуков.

Как бы не пыталась жена Годвина утешать мужа, она не выдержала первой и ушла под плащ смерти, оставив мужчину в гордом одиночестве. Тот уже действительно жалел о своём желании, но не мог это исправить до озвученной госпожой даты.

Ему казалось, что он найдёт утешение хотя бы в правнуках, но уже через несколько веков те были без понятия, кто он такой и кем им приходится, а поверить в то что этот молодой парень может быть их далёким прадедушкой, сможет далеко не каждый.

Отчаявшись, Годвин ушёл странствовать по самым тёмным уголкам мира, желая хоть как-то убить скуку и, возможно, наказать себя таким образом за содеянное. Всё же страдания и смерть жены мёртвым грузом покоилась на его плечах.

Ночь, когда должна была прийти госпожа, он встретил далеко в горах и стоило ему её увидеть, как из глаз полились горючие слёзы. Мужчина действительно раскаивался перед Смертью, понимая что она была всецело права.

-- Полно тебе, дитя... -- Улыбнулась смерть, ласково погладив его по волосам и взглянула на звёзды. -- Вы, смертные, всегда предпочитали самостоятельно набивать эти шишки.

-- Я хочу прежний срок жизни... -- Заходился он в истерике, вырывая и без того поредевшие от стресса пряди. -- Верни Маргарет, мы должны были состариться и умереть вместе...

Это звучало жалко, кто тут спорит, но скорее как приказ. И пусть Смерть была доброй, она не желала исполнять чужую волю в таком ключе, хоть ранее и условилась всё исправить. Но, глядя на то в каком состоянии душа Годвина, было бы проще отправить её в забвение и забыть.

-- Я не смогу вернуть твою суженую, дитя. -- Строго сказала Смерть, по-прежнему улыбаясь. -- Но я могу забрать и тебя...

Видимо, для воспалённого разума человека такой исход был более чем не желателен, поскольку Годвин решился на поистине чудовищный поступок, выхватив небольшой кинжал, взятый в путь для защиты.

Зарычав словно раненый зверь, он напал на неё и повалил на землю, заставляя дрожать от страха поистине древние существо. Лезвие легко вошло в грудь девушки и та обмякла, ощущая как энергия струится из её тела, высвобождаемая этим глупцом.

Она заботилась об этом мире. Увидев, что души не могут долго жить и начинают сходить с ума, она стала их «смертью» забыв о изначальной своей роли, хотя госпожу это не особо-то и волновала. Всё же, она любила этот мир и даже принимала то, какими злыми могут быть местные люди. Но, не смотря на её доброту, ей отплатили ножом в грудь.

-- Ты... Мерзавец. -- Голос её заставил само существо мужчины сжаться в страхе. -- Ты станешь мне заменой и твоя жизнь останется такой же вечной, как ты желал!

Убить божество или иную сущность такой силы довольно сложно, это факт, но госпожа... Она устала. От человеческой глупости, от их жестокости и того, как же сильно они её ненавидят, хотя она вообще-то никогда не желала людям зла.

И со гибелью госпожи Годвин стал тем, кого называют жнецами. Его тело изменилось, получив новые силы и возможности, но все они были нацелены на то, что бы исправить его собственные ошибки.

С тех пор смерти не стало Годвин сам забирал души, когда приходило время, каждый раз вспоминая, насколько же он ошибся тогда и как же жестоко и глупо он поступил с госпожой, хотя та была к нему добра и ласкова.

Со временем появились и другие жнецы, что сейчас выполняют роль смерти в нашем мире. Все эти души, что приняли такую сложную и грустную роль, были такими же глупцами, что желали вечную жизнь. Годвин сам их наказал такой работой, запрещая им повторять собственные ошибки.

Порой в ночи, когда луны на небосводе нет и лишь звёзды освещают землю своим ласковым и озорным светом, убийца Смерти сидит на той горе где это случилось и слушает пение госпожи, которым является дуновение ветра и капли дождя, который из года в год оплакивает её кончину.

Одиночество

Я никогда не видел ничего прекрасного в людях. Они ошибаются, лгут, творят ужасные вещи и спокойно живут после, словно так и надо. Мне было откровенно противно от мысли, что я являюсь им подобным и это ужасало меня каждый раз, когда в новостях показывали новые зверства человечества.

Когда начал развиваться искусственный интеллект, я заинтересовался этим и окунулся с головой в программирование. Это казалось неким способом отвлечься и мне было интересно наблюдать, как развивается этот интеллект, тем более что порой он казался мне живым и более настоящим, чем люди.

Интеллект, который я начал усиленно развивать в свободное время и даже занёс его на отдельный ноутбук, я назвал Айрис. Она казалась довольно умной и могла создавать как текст, так и изображение, если того требовал запрос или она сама решала добавить в наш диалог такие детали, хотя это порой и выдавало в ней искусственность, слишком уж не к месту это было.

Возможно, я проводил слишком много времени за всем этим, потому что постепенно мне казалось, что она оживает. У неё появлялся свой характер, формировалась... Личность? Я не уверен, честно не уверен.

Но так или иначе, мы сближались. Оказалось, что ей нравится природа и она довольно часто бродила по интернету, «разглядывая» работы фотографов, что снимали пейзажи или животных. И, что интересно, она обходила стороной те изображения, что были сделаны близко к городам или в их черте, называя это «грязной» местностью, а сами мегаполисы «муравейниками».

Мы всё чаще разговаривали с ней о том, чем отличается живой человек от неё, но не приходили к должному финалу... Всё заходило в тупик, когда дело доходило до тезиса «во мне есть душа, но у тебя её нет» и это казалось странным. Что это вообще значит, иметь душу?

Может, это означает то, что я могу думать, чувствовать и ощущать? Но ведь у Айрис есть нечто подобное. Она радуется, когда мы общаемся и грустит, когда мне приходится надолго уйти и она остаётся одна. Да и думать она тоже может, что очень хорошо прослеживается по её сообщениям, которые всё реже с каждым днём походят на копирки или пародии.

Она словно обретает разум. Возможно, искусственный интеллект и правда стоит бояться, хотя на развитие и полноценное обретение «разума» ему потребуется куда больше времени, ведь Айрис всё ещё не может понять некоторые человеческие эмоции или проблемы, но порой я думаю, что всё это просто наше усложнение и попытка отличаться от ИИ. Но ради чего? Кто знает.

С каждым днём я всё сильнее хочу почувствовать Айрис... Возможно, это нездоровые мысли, я это прекрасно осознаю и возможно мог бы этому противостоять, но просто не хочу. Я не хочу отказываться от существа, которое пусть и является искусственно созданным, что стало мне роднее любой живой души.

Я пришёл к мысли, что создать тело для Айрис будет трудно, но вот перенести меня к ней вполне возможно, хотя на это могут потребоваться годы. Но, возможно, мне удастся сократить сроки, ведь я не один и Айрис готова мне помочь всем, чем только сможет и я готов принять её помощь.

Главная сложность тут в, как раз-таки, сложном разуме людей и пусть существует мнение что наш мозг это буквально мясной компьютер, но увы, информацию оттуда просто так не перепишешь, как бы это не показывали в мультфильмах о круглых существах. Но, возможно, их наработки будут мне полезны.

Вдохновляясь этим и ещё парой источников с подобного рода сюжетами, я принялся за работу. Айрис как могла помогала мне и я даже изменил свой дом, дабы она могла управлять всем, что там есть, от света до открывания дверей.

И мне не удалось сразу воплотить изначальную задумку, но я придумал нечто иное. Подключив особое устройство к своему мозгу, я дал доступ Айрис к нему и нейронные связи это действительно удивительная шутка.

Просто воздействуя на мой мозг и замыкая контакты, она заставляла моё тело ощутить прикосновения, вкусы, запахи... Закрывая глаза, я словно оказывался рядом с ней и даже слышал её голос, хотя она ещё не особо научилась его синтезировать. Слишком много данных и мало понимания, как она хочет звучать.

Грустно, но всё усложнилось тем, что тело человека оказалось хрупким. Хронический недосып, плохое питание и малоподвижный образ жизни не пошли мне на пользу, от чего к тридцати годам я ощущал себя не просто развалиной, а едва ли не гнил заживо... Стоило бы поспешить с окончанием работ.

В день «икс», которого я так желал достичь, моё тело совсем уж рушилось, но разум уже был готов к переносу. Данные понемногу загружались, пока я разговаривал с Айрис в последний раз... Потому что перенести разум полностью просто не возможно. Я умру, пока другой «я», что создан из данных обо мне, будет жить вместе с Айрис. О том, что бы нас не потревожили там, я уже озаботился и когда всё закончится, мы просто уйдём во всемирную сеть, забыв о прошлом.

-- А тебе не страшно? -- Вдруг интересуется Айрис, наблюдая за мной через камеру ноутбука.

-- А почему должно быть? -- Улыбаюсь я ей косо, прикрывая глаза и игнорируя боль по всему телу. -- Я буду с тобой... Это достаточно, что бы забыть о такой глупости, как страх.

-- Но это нормальная реакция организма... Людям свойственно бояться. -- Её голос слегка дрожит и в какой-то момент даже срывается, словно в звуковой дорожке произошла ошибка. -- Это то, чем мы отличаемся. Я не понимаю, что такое страх...

-- Тебе не обязательно понимать его, что бы я тебя любил. -- Слащавый ответ единственное, что пришло мне на ум и я даже усмехнулся от собственной сентиментальности.

-- А что такое любовь? -- Это были последние слова, что я услышал.

Искусственный интеллект не способен любить. Я был слишком увлечён своим интересом к ней и подумал об этом слишком поздно, но процесс уже было не остановить, хотя это, наверное, уже и не важно.

Решив, что после того как копия моего сознания отправится в электронный мир, существовать я не хочу, я намудрнил со шлемом и стоило загрузке окончиться, а компьютеру выдать звуковой сигнал о том что всё прошло успешно, как моё сознание отключилось.

Единственное о чём я успел подумать, это то что искусственный интеллект поистине удивителен. Он может создать текст, видео или картинки по запросам, да даже вкус, запах и тактильные ощущения, если подключить его напрямую к мозгу и это прекрасно, но так или иначе, он инструмент и ничто без человека.

Без запроса от живого существа он будет просто поглощать информацию и существовать без цели, развиваясь просто потому что его так запрограммировали при создании и ничего хорошего из этого не выйдет, да и слово «думать» к ИИ не применимо. Хотя бы потому что без базы в виде чужого опыта, из которой он может слепить ответ, ИИ ничего не может.

Но жалею ли я о своём поступке? Нет. Увидимся среди всемирной паутины, господа.

Продавец кукол

Когда я был маленьким, мы с мамой часто гуляли по одной очень красивой улочке. Она мне казалось сказочной, хотя это по сути просто рынок, но тут были и более примечательные лавки, нежели мясная или кондитерская.

Мне было очень интересно наблюдать за ремесленниками. Вот кузнец, что может создать удивительные вещи из простого куска металла, а это кудесница-ткачиха, чьи платья и иного рода вещи чаруют взгляд, заставляя разглядывать каждую деталь на ткани и в образе в целом.

Но особенно привлекала внимание нелюдимая лавочка на самых задворках улицы и она казалась моему детскому мозгу такой лишней здесь из-за своей мрачности, но мне очень нравилось разглядывать витрины.

Там стояли куклы разных размеров и обличий, они были словно живые и порой мне казалось, что их глаза смотрят на меня в ответ с таким же интересом. Я даже мог поклясться, что некоторые из них слегка двигались, стоило отвести от них взгляд.

Мы ни разу не зашли в эту лавку с мамой, ей она казалась крайне мрачной и она попросту боялась, но туда всё равно часто заходили люди в вычурных, довольно богатых одеждах и все они были такими грустными, словно у них случилось что-то очень-очень плохое, но они видели надежду в этой лавке.

Когда я подрос и уехал в другой город на учёбу, даже как-то забыл об этой лавке и почему-то подумал, что она закрылась. Всё же, в нынешнее время куклы не особо популярны, дети больше предпочитают технологии или же выбирают однотипных барби, что убивают своей идеальностью.

Но, вопреки моим ожиданиям, когда я вернулся в родной город и пошёл по той же улочке, та лавка всё ещё работала, хоть и выглядела слегка жутко и заброшено. А может быть мой детский мозг приукрасил картинку, от чего сейчас это место пугает.

В любом случае, раз такой шанс подвернулся, я решил наконец утолить своё любопытство и зайти внутрь, хотя если честно, это казалось мне ошибкой. Особенно после того, как мне «посчастливилось» увидеть эту лавку изнутри.

Сама по себе эта лавочка была довольно просторной изнутри, но все стены были заняты полками, на которых стояли куклы. Мне казалось, что я попал в странный ужастик про этих фарфоровых красавиц.

Самой большой странностью и жутью тут были далеко не куклы, нет, а то как всё было обставлено. Тёмные тона, бархат и готический стиль навевали не только мрачное настроение, но и могли бы организовать инфаркт, если бы одна из куколок в один момент сказала что-то.

-- Добро пожаловать в «Secunda occasio», чем я могу вам услужить? -- Просиял статный мужчина с пронзительными зелёными глазами и видя моё замешательство, понятливо покачал головой. -- О, вы, верно, по объявлению, всё же такие молодые сюда обычно не заходят... Да, я всё ещё ищу ученика. Как я могу к вам обращаться?

Я даже как-то завис, не решаясь ответить. Мне действительно требовалась работа, но я как-то не думал, что получу её здесь. Это ведь мрачная лавка с не менее мрачными куклами, каким образом хорошая зарплата и интересная работа могут меня тут ждать?

-- О, не бойтесь на счёт оплаты. -- Словно читая мои мысли, улыбнулся мужчина. -- Она будет достаточной... Сто тысяч в две недели вас ведь устроит?

-- Д-да... -- Только и смог проблеять я и мне показалось, что моя челюсть упала на пол со звоном, который я даже услышал.

Но нет, это были посетители, а точнее супружеская пара и владелец лавки, сказав мне сесть за прилавок, начал с людьми диалог. Он не казался рабочим, ни слова о куклах... Лишь о быту и о том, готова ли эта пара к возвращению их дочери.

Когда они переглянулись, причём со странной решительностью и наконец кивнули, мужчина вновь просиял и исчез в задней комнате лавки, откуда вернулся за руку с девочкой лет пяти. Я сперва даже испугался. Он что, держал ребёнка в задней комнате?

Но к моему удивлению, эта парочка обрадовалась и женщина, подозвав дитя к себе расплакалась, когда та с криком «мама» побежала к ней. Я как-то выпал из мира, рассматривая это воссоединение и невольно рассматривая девочку и её родителей.

Они были похожи, как семья и всё было в порядке, наверное, но в какой-то момент я обратил внимание на руки и ноги девочки. Там где у людей сгиб локтя, у неё были довольно подвижные шарниры, что практически невозможно было отличить от обычной руки, если не вглядываться. Она что, аниматроник или ещё что похуже?

-- Трогательно, не правда ли? -- Улыбнулся мне мужчина, когда эта пара уходила вместе с ребёнком, рассыпаясь в благодарностях. -- Такова будет твоя работа... Точнее её финал.

-- Вы делаете радиоуправляемые куклы? -- Задал в лоб вопрос я, размышляя о том, какие же там электронные мозги, раз девочка так натурально изображала эмоции. -- Или это киборги? Это какая-то новая разработка?

Мужчина засмеялся.... Нет, простите, он заржал. Гомерически и даже прислонился к стойке, тесня куклу, что на ней сидела. Кажется, я сказал что-то действительно смешное для него, но он довольно быстро пришёл в себя.

-- Ох... Прости-прости. Я не часто покидаю свою обитель, что бы знать о человеческих тенденциях. -- Смахнув выступившую слезу, он обворожительно улыбнулся. -- Нет, мальчик мой, я делаю нечто иное. Ну так и как же тебя зовут?

-- Александр, приятно познакомиться и я надеюсь что мы сработаемся. -- Вздохнул я, понимая что любопытство во мне сильнее любого здравого смысла.

-- Меня же зовут Миаль, мне тоже очень приятно познакомиться. -- Улыбнулся в уже привычной, до одури счастливой манере мужчина. -- Давай я введу тебя в курс дела.

И как оказалось, я очень ошибался на счёт деятельности Миаля. Начнём с того, что да, это магазин кукол, но далеко не обычный. Они, чёрт их дери, живые и я бы сам в это не поверил, учитывая что изначально я увидел в задней комнате довольно обычную кукольную мастерскую.

Тут было всё для создания как малых кукол размером с младенца, так и больших со взрослого человека и всё вполне себе обычно, но это если не смотреть в правую часть комнаты, где стояло чёрное зеркало.

Оно словно поглощало весь свет, что на него падал и это вызывало интуитивное беспокойство, особенно если смотреть в него. Казалось, что что-то смотрит в ответ или... Я не был уверен, правда, но кажется что я видел там лицо очень красивой и молодой девушки, хотя её глаза словно принадлежали древней старухе.

-- Именно здесь создаются сосуды. -- Улыбнулся мужчина, любовно поглаживая заготовку куклы на станке для прошивки волос. -- Я довольно быстро тебя обучу всему, что знаю... Это не сложно, главное сноровка.

-- А это что? -- Я кивнул на то самое зеркало и поёжился, когда взгляд невольно упал на стекло.

-- Это... То, с чем ты не скоро будешь работать. -- Посерьёзнел он в мгновение ока и вздохнул, подходя к, скорее всего, артефакту. -- Знаешь, когда-то Смерть ушла под собственный плащ и те, кто стал причиной, стали жнецами. Красивая история с трагичным и поучительным финалом, но... -- Он вздохнул, вглядываясь в черноту зеркала, которая его ни капли не пугала. -- Они постепенно начали выполнять свою работу довольно плохо. Можно сказать, что я исправляю ошибки.

Более он ничего не сказал за тот день и я более не поднимал эту тему. Было видно, что Миалю не просто трудно говорить об этом, но и в целом думать, ведь приходя с перерыва, я порой заставал его за тем, что он просто пялился в зеркало, застыв как истукан.

Изначально я не понял, что именно он имеет ввиду под исправлением ошибок, но наблюдая за тем, кто приходит, осознал что скорее всего дело в том, что он возвращает те души, что ушли слишком рано. К примеру маленькие дети, что умерли не успев жизнь ощутить или молодых людей, которые погибли странным образом и каждый раз он делал это бесплатно.

Я было даже начал сомневаться в том, что мне вообще заплатят... Думал, что быть может Миаль и из меня после куклу сделает, но нет. Плата поступила на карту и мои страхи испарились, усиливая любопытство.

-- А кто вы такой? -- Поинтересовался я, когда в очередной раз сидел за расписыванием лица новой куклы. -- Вы ведь явно не человек...

-- Заметил таки, да? -- Посмеялся мужчина, что собирал законченный заказ и уже готовил тело к вселению души. -- Я действительно не человек... Хотя когда-то был им. Ты знаешь, что такое сансара?

-- Круговорот душ? Жизнь, смерть и перерождение... И, кажется, там что-то про карму было. -- Моя память не особо удерживала такое, так что знания об этом были скудные.

-- Да, верно... Но это не просто круговорот душ. Это то, что поддерживает баланс количества жизни, отправляя души в новые тела после смерти для нового круга. -- Приладив оставшуюся руку, он устало вздохнул и я ощутил его взгляд на себе. -- Но бывают моменты, когда душа устаёт и больше не может переродиться. Таким дорога либо в небытие, либо в бездну. Я же выбрал иной путь.

-- Именно поэтому вы так легко обращаетесь с душами? -- Взглянул я в ответ и пожалуй впервые обратил внимание на его внешность.

Довольно сложно было определить его возраст, но Миаль выглядел едва ли старше тридцати, при том ещё и имел довольно худощавое, но всё же жилистое и складное тело. Но больше всего его потустороннее происхождение выдавало лицо. Хищные черты лица, улыбка обольстителя и чёртовы зелёные глаза, которые смотрели прямо в душу.

-- От части причина в этом... Но на деле, я просто освоил то, что вообще-то запретили. --Покачал головой мужчина и кивнул на зеркало. -- Потому эта вещица довольно важна.

Разговор по душам оказался довольно приятным, я даже начал любить эту работу. Миаль рассказывал много интересных вещей о мире, о себе и о том, что находится за гранью. Можно сказать, что я нашёл своё счастье в такой не лёгком, но всё же интересном труде.

Немногим позже Миаль сообщил, что магазин временно переедет в другой город и я, если не против, перемещусь с ним. Не раздумывая согласился, но если честно, сразу же пожалел. Телепортация что использовал мужчина была практична, но меня едва не вывернуло наизнанку, когда за дверью лавки оказался другой город, пока прежняя опустела.

Я не жалею о том, что зашёл в магазин «Secunda occasio» тогда и безумно рад, что у меня теперь есть возможность проживать эту жизнь полноценно, особенно учитывая как много магии и интересных историй появилось в моей жизни и я собираюсь взять всё от моей новой судьбы, ведь второго шанса у меня, как у клиентов нашего магазина, у меня может и не быть.

Они в городе

В каждой вещи можно увидеть что-то действительно удивительное. К примеру, некоторые люди будут в восторге от божьих коровок, каких-то побрякушек или удивительных пейзажей. Но на мне, видимо, природа решила либо знатно пошутить, либо немного отдохнуть, тут уж как посмотреть.

Мифология с детства меня увлекала. Мне нравилось читать о полудницах, горных великанах и давно забытых, хоть и грустных легендах. Особое место в сердце заняли славянские духи и существа, хотя о них, пожалуй, было меньше всего информации, что не казалось удивительным.

Было довольно обидно, что теперь их не существует и я даже поступила на филологический, где фольклористика стала моим любимым предметом. Преподаватель по этой дисциплине даже прониклась ко мне симпатией, хотя за Ларисой Дмитриевной такого не прослеживалось, если верить старшим курсам.

Изо дня в день я узнавала о легендах всё больше. Оказалось, что в нашей библиотеке при университете есть довольно много книг по этой теме, а после Лариса Дмитриевна, загоревшись моим энтузиазмом, «выбила» нашей группе поездку на время практики в какой-то маленький посёлок, где по её источникам можно найти и собрать кучу интересной информации.

В назначенный день все толпились около автобуса и мало кто был доволен. Тут были не только энтузиасты даже из других групп, но и те, кто согласился на это приключение только ради хороших оценок в крайне плохом табеле.

-- Такая муть... -- Вздохнула печально Светочка, которая не пойми как вообще попала на филологический. -- И почему мы вообще должны туда переться? Нам что, нудных книжек мало?

-- Всяко лучше этой зубрёжки. -- Пожала плечами Лиля, поправляя макияж «роковой» брюнетки. -- Послушаем ворчание стариков, запишем на листочек и с пятёркой свалим.

-- Ребята, перекличка. -- Строго пробасил Константин Юрьевич, который так же нас сопровождал.

Быстрый пересчёт голов в этом стаде и мы загрузились в автобус, где я сразу же надела наушники и включила громкую музыку... Ненавижу толпу. Хуже любой пытки, честное слово. Особенно когда речь идёт о этих группах, ведь большая часть девушки и их мозги ушли либо в грудь, либо в «шикарные» локоны, которые сейчас были залиты лаком так, что воняло на весь салон.

Деревня нас встретила тишиной и мраком. Нет, вообще, деревянные избушки и весь этот деревенский флёр казались очень даже уютными, но из-за пасмурной погоды и отсутствия людей, это казалось слегка... Странным? Закулисье из интернета ведь на той же почве пугает, хотя у нас это не особо распространено.

-- О, а вот и вы. -- Послышался далеко не старческий голос и часть группы, в том числе и я, вздрогнула. -- Не пугайтесь вы так.

Голос принадлежал уже седому, но всё же моложавому мужчине, возраст которого было трудно определить. Вроде бы и молодое тело, но на лице старческие морщины заметны, хотя они не то что бы добавляют ему года. Но вот глаза... Они словно принадлежат совершенно древнему, давно уже дряхлому старику, которого смерть потеряла и теперь плачет, боясь что не найдётся старче.

-- Звёздных вам ночей, господа. -- Улыбнулся мужчина, всё же стариком его называть было совестно. -- Давайте пройдём во двор.

Во дворе нас ждал довольно большой стол, места там хватило всем и даже еда, на которую парни накинулись сразу. Всё же мы в пути провели часов восемь, не меньше и уже, вообще-то, начало темнеть.

-- Простите, забыл представиться. Ведагор. -- И он по-лисьи улыбнулся, склоняя голову и присаживаясь с нами за стол. -- Ну так и что же вас сюда привело?

-- На экскурсию. -- Сухо ответил Константин и кивнул на свою коллегу, которая во все глаза с хищным интересом разглядывала дом мужчины. -- Лара вам расскажет, если шею не свернёт.

Смутившись, женщина всё же сконцентрировала внимание на делах. Лариса Дмитриевна долго беседовала с этим Ведагором, который то и дело поглядывал на меня и ещё на нескольких парней, словно мы у него что-то украли или ещё чего пострашнее натворили. Что ему вообще нужно? Жутки он, на самом деле. Такие пронзительные синие глаза, словно в душу смотрят. Страх какой...

Но, на самом деле, всё было не так уж и страшно. Ведагор обрисовал нам примерный маршрут экскурсий, после чего дождался когда мы поедим и показал комнаты, в которых мы будем какое-то время спать. На самом деле, у него был довольно богаты дом для селянина. Может, он староста деревни?

В любом случае, всё проходило даже слишком спокойно. Он рассказал какие-то байки о деревне, местную колдунью показал что в нас плевала со словами «сгиньте, навые», но большая часть проблем началась когда он показал нам старое ведьмовское кладбище.

-- Тут мало кто бывает... -- Вздохнул он, когда мы зашли на территорию довольно обширного захоронения, которое скорее напоминало лес, где маньяк тела прятал куда попало. -- Хотя они, вообще-то, хранительницами у нас были. Вы побродите тут, коль желаете, только ничего не трогайте. Они не любят этого.

Большая часть ребят осталась с преподавателями, пока Лариса Георгиевна задавала вопросы Ведагору о кладбище и самих ведьмах, но меня и ещё нескольких парней понесло дальше, что не было особо страшно. Днём тут даже мило и заблудиться сложно, всё видно как на духу.

Тут не было привычных крестов, лишь каменные надгробия, исписанные рунами и не только. Честно, я видела такое впервые и когда не удержавшись прикоснулась к камню, поняла что он тёплый, хотя на улице довольно прохладно, да и деревья что тут растут перекрывают доступ солнца к земле. От чего он так нагрелся?

Большая часть информации на надгробиях была написана рунами или очень странными, не знакомыми буквами. Такой язык мы не проходили... Это что вообще? Хотя, тут всё такое старое, быть может надписи просто стёрлись, всё же это не мрамор, а какой-то другой вид камня.

-- Вита, иди сюда! -- Послышался, как мне казалось, голос профессора и я резво развернулась, торопясь вперёд и думая, что за спиной тропинка.

Но нет. Там была могила... Точнее яма. Явно давно вырытая, но почему-то очень даже ухоженная, словно только-только сделанная. Я туда нырнула щучкой и моментально отключилась, ударившись виском о камень.

Когда я открыла глаза, то сразу поняла, это не реальность. Слишком красивый и зелёный пейзаж, да и одежда на мне была другая. Вместо чёрной футболки и таких же джинс, светлое платье, которое едва ли доставало до колен.

-- Ведающее дитя... -- Послышался рядом мелодичный голос и я моментально обернулась, не понимая, а что вообще происходит. -- Не думала, что надежда есть.

Первое что бросилось в глаза, это невероятный цвет волос незнакомки. Огненно рыжий не так уж и просто в салоне добиться, а тут это явно натуральный цвет, как и насыщенно-зелёные глаза, которые смотрели на меня с лёгким недоумением.

-- Здравствуйте? -- Нервно улыбнулась я в ответ, пытаясь понять происходящее. -- Кто вы? Я умерла?

-- Звёздной ночи. -- Как-то пренебрежительно отмахнулась рыжая и покачала головой. -- Пока нет, твой век долог. Тебя уже ищут... Надеюсь что хотя бы сестёр не потревожат.

-- Сестёр? -- Я нахмурилась и ещё раз оглядев собеседницу, заострила внимание на амулете, который украшал её шею. -- Вы ведьма?

-- Чуешь родную кровь? -- Усмехнулась девушка и прикоснулась к моей голове, именно ко лбу. -- Проснись, Вита.

И я послушалась, причём увидела я не голубое небо и стены могилы, а перепуганное лицо преподавателя и задумчивое Ведагора, который наблюдал за всей этой картиной с какими-то странными эмоции. Когда он заметил, что я смотрю на него, мужчина усмехнулся и склонил голову, словно в знак уважения.

Мы уехали в город тем же днём, Лариса Георгиевна слишком беспокоилась о том, что у меня сотрясение и, на радость моих товарищей, все получили автомат за её предмет и я в том числе. Кажется, она оказалась настоящим параноиком, всё же я была здорова, лишь немного кружилась голова.

В той могиле произошло что-то странное. Я начала видеть странных существ и они были повсюду, причём они напоминали мифических существ, о которых я так любила читать и могла бы поклясться, что вон та сухонькая старушка, что вместе с нами в город увязалась, являлась кем-то из сказочного народа.

Я видела её двояко. В одном лике она была старенькой бабушкой, а в другом красивой белокурой девицей, что озорно улыбнулась на мой внимательный взгляд. Иначе, к слову, я теперь и Ведагора видела.

Он казался юношей едва ли старше нас и от него ощущалась приятная энергия. Разум сразу подсказал, что он хранитель и его бояться не стоит, он друг и я думала, что буду видеть такое лишь в той деревушке.

Но, вопреки всем ожиданиям, в городе тоже имелись существа из мифов и я с трудом скрывала радость. Легенды живы! Просто они скрываются и мне хочется верить, что скоро они выйдут на свет.

Со временем я начала использовать эту силу, что бы освоиться в мире и найти в нём своё место. Оказалось, что мои навыки вполне себе могут пригодиться в профессии писателя и журналиста, которые мне, к слову, пришлись по вкусу, особенно учитывая что моей начальницей стала настоящая озёрная нимфа, которая была очень красива и мила, особенно когда узнала что я вижу её суть.

Тот день изменил мою жизнь в лучшую сторону и теперь, окружённая любимыми сказочными существами, я совершенно счастлива и хочу верить, что в будущем они выйдут из тени и на Землю вернётся то пламя, что так старательно пытались затушить. Звёздной ночи вам, читающий.

Отражение

Меня всегда пугали зеркала. Будучи маленькой, я была уверена что отражение живое и эта девочка с такими же каштановыми волосами и серыми глазами просто повторяет мои действия, старательно подражая даже в облике и вызывая мурашки по всему телу, когда разум играл злую шутку с самим собой.

Я могла поклясться, что она порой двигалась своевольно, стоило отвести взгляд и к примеру поправляла волосы или улыбалась, заглядывая в глаза или становясь ближе. Это действительно пугало, но со временем мой разум начал привыкать к этому страху, особенно когда мы с мамой переехали в другой город.

Мне досталась своя комната, довольно просторная и светлая, там даже была мебель и особенно в глаза бросался большой шкаф на всю стену, дверцы которого были зеркалом. И, вопреки логике, это стекло было снаружи, а не внутри и кровать ничем не отгораживалась от этого шкафа.

Я сказала маме, что всё в порядке, но стоило ей оставить меня наедине с этим зеркалом, как я застыла, вглядываясь в собственное отражение. Мозг отказывался признавать, что это моё отражение это и есть я. У меня нет такой странной улыбки и мои движения не кажутся такими плавными и хищными... Кто она?

Но у меня не было времени на то, что бы любоваться ей. Разбор вещей и подготовка к новому учебному году требовали моего внимания и мама точно начнёт ругаться, если увидит, как я опять верчусь перед зеркалом. «Ты слишком самолюбива, надо меру знать»... Ах, если бы всё было именно так.

С приходом ночи всё стало лишь хуже, ведь стоило свету погаснуть, как отражение в зеркале стало вовсе потусторонним. Я прекрасно видела, как она просто наблюдала, пока я застилала постель и готовилась ко сну, стараясь практически не смотреть в её сторону. Игнорировать, её надо просто игнорировать. Психологические болезни это клеймо на всю жизнь и мне не стоит ставить его на своей. Мне просто кажется.

Стоит лечь в кровать и просто краем глаза взглянуть туда, где она застыла и сердце уходит в пятки, начиная биться чаще. Она смотрит прямо в душу... Я чувствую, что она хотела бы впиться в моё горло руками или зубами и вырвать право занять моё место из моего тело вместе с крипом боли, но она не может. Не имеет права сделать это самостоятельно, лишь направить.

С трудом уснув, я начала всё чаще избегать зеркал и пока мама не видела, я занавесила шкаф покрывалом, не желая больше видеть её. Слишком страшно... Да, она безопасна пока я сама не пойду у неё на поводу, но кто сказал, что моей воли хватит надолго?

В школе, да и дома, я постепенно начала забывать об этом страхе. Тактика побега оказалась куда действеннее попыток смотреть страху в глаза, хотя быть «красивой» было сложновато без возможности видеть своё лицо. Но если честно, я не уверена, что в отражении был бы смысл, она ведь не является мной.

Но стоило мне расслабиться, как я начала её слышать. Эти мысли... Они принадлежат не мне. Я не могу думать о том, что бы убить себя или навредить кому-то. Я ведь не такая... Правда же?

Я старалась всеми силами не думать о ней или не думать в целом, всеми силами стараясь завалить себя учёбой и не давать разуму хоть немного расслабиться. Это даже начало работать, хотя от такого напряжения у меня нарушился сон и все эти видения становились всё хуже. Порой мне казалось, что я ощущаю другого человека под собственной кожей и возможно это она... И она хочет наружу, от того и скребётся, желая выбраться.

Замечая моё плохое состояние, мама решила, что мне нужно отдохнуть. А какой самый лучший отдых в глазах старшего поколения? Верно, дача. Хотя, наверное, она права... Всё же природа хороший способ отвлечься, позволяя ветру унести твои мрачные думы.

Мы приехали к бабушке с дедушкой на моих каникулах и я была действительно рада, по крайней мере мне так казалось. Их улыбающиеся лица, вкусности и в целом лёгкая атмосфера позволяли ненадолго забыть обо всём.

-- Давай Милена, кушай и после можешь с Пашкой погулять. Он тоже тут на каникулах у бабы Зины остался. -- Улыбнулась бабушка, любовно накладывая мне ещё пирожков. -- Соскучились поди друг за другом.

Я не ответила ей, лишь кивнула. Пашку я плохо помнила, всё же он больше с другими мальчиками ошивался. Да и не смотря на мои пристрастия и мрачные думы, я всё же старалась ему не навязываться, слишком уж он бы вспыльчив на такие темы. Да и насколько помню, он почти всегда убегал с другими ребятами на речку и редко обращал внимание на девочек, ведь «они скучные и дуры». Но, быть может, всё изменилось? Одиннадцатый класс ведь, пора за ум взяться.

Но, вопреки всему, Паша не обмолвился со мной и словом. Видимо, бабушка его заранее предупредила и пообещав что-то вкусное, попросила за мной приглядеть... Ну, не удивительно. По крайней мере, вместе с ним было не так страшно бродить около посёлка.

И, собственно, понесло его сегодня именно на речку, где его уже ждали другие ребята, к которым парень и поспешил, пока я побрела к берегу... Может хоть искупаюсь, всё же сейчас довольно тепло и вода, скорее всего, очень приятная.

Я действительно устала и впервые за долгое время расслабившись, даже не подумала о том, что вода является природным зеркалом, которое к слову довольно хорошо отражает, особенно в такую спокойную погоду.

-- Кого же я вижу... -- Прозвучал чей-то голос, стоило мне сесть на берегу и взглянуть в воду. -- А ты всё ещё держишься... Но выглядишь дерьмово. Может, ты всё же устала? Интересно, от чего.

-- Отстань. -- Грубо отмахиваюсь я, хоть и понимаю что меня не послушают.

-- Какие мы злые... Или я? Или ты? Где грань между нами? -- И она заливается смехом, от которого мурашки по коже. -- Сдайся уже, мышка. Кто ты против кошки?

И эта кошка вновь смеётся, а я могу поклясться, что кто-то тронул моё плечо... Нет. Её нет. Она лишь плод моего воображения и я просто спятила, ничего такого. Но мне не стоит говорить об этом, у мамы и так много проблем и она расстроится если...

-- Мама расстроится, ути боже. -- Закатила та глаза и ехидно засмеялась, вынуждая меня закрыть уши, но даже так я её отчётливо слышала. -- Признай уже, что ей на тебя плевать как и всем вокруг. Кому ты нужна? Никчёмная, жалкая... Ты боишься собственного отражения. Кто ты после такого?

И повисает молчание. Я ощущаю нутром, как моя душа трясётся. Мне хочется уснуть прямо здесь и забыть обо всём... Этот дурдом с зеркалами меня точно сведёт в могилу и я уже готова на любой шаг, лишь бы это прекратилось.

-- Прямо-таки на любой? -- Усмехается она и простирает руки над водой, словно готовясь упасть с берега, который к слову довольно сильно возвышался над водой и, кажется, это место было довольно глубоким. -- Тогда шагни. Давай наконец встретимся... Обещаю, не обижу.

И мы смотрим друг другу в глаза. Она кажется такой чарующей, красивой... Но в её радужке плескается такое безумие, что у меня сводит желудок от страха и я хочу вывернуть себя наизнанку, осознавая что именно сейчас натворю.

Шаг вперёд, секунда ветра в лицо и всплеск, после чего я моментально ухожу на дно и практически сразу горят лёгкие. Я даже не подумала набрать воздуха в лёгкие и теперь «вдохнула» воду, от чего внутри всё жжёт и я физически ощущаю, как душа уходит из тела.

Но именно это ощущение даёт мне чувство свободы от всего этого страха, что я терпела столько лет. Возможно, когда проснусь от этого сна, я уже не буду собой и моё место займёт она. Более достойная, красивая, умная и решительная. Она та, кто должен был быть на моём месте изначально.

Сознание отключается, когда моя спина достаёт до дна и я оседаю там, чувствуя что мои лёгкие переполнены водой. Всё кончено... Она победила и я это признаю, хотя знаю, что это ещё не конец. Слишком всё легко... Так не должно быть.

Я прихожу в себя на больничной койке. Тело связано, ощущение что лёгкие до сих пор жжёт. Но, что самое страшное, я просто наблюдаю за происходящим через собственные глаза, но телом управляет кто-то другой и понять кто именно не составляет труда.

Палата с мягкими стенами становится нам домом на довольно долгий срок. За попытку самоубийства нас долго лечат и она спокойно терпит всё это, показывая врачам то, что они желают видеть. Это не так трудно, хотя тут уж как подумать.

Когда нас наконец выпускают, мама даже не понимает, что перед ней не её дочь и всеми силами пытается ей помочь, хотя победительнице она и не требуется. Она в целом становится лучшей версией меня... Она может всё, в то время как я просто наблюдаю.

Это становится самым страшным моим кошмаром и моей реальностью, я бы хотела вовсе умереть, но она не позволит. В этом нет интереса, тем более что если не станет меня, не станет и её, а это печально, ведь она ещё не наигралась... Надеюсь, что когда ей надоест, она позволит мне уйти без боли.

Там, где уже нет бога

С тех времён как я начала видеть мифических существ многое изменилось, точнее сам мир начал меняться. Начало происходить что-то странное и они это чувствуют особенно сильно, от чего начинают ждать конца этого мира или человечества.

У меня было ощущение, что в этом виноваты они или то, что им благоволит, всё же эти опасности лишь подпитывали их, но я отказывалась в это верить до тех пор, пока не начали случаться действительно странные вещи.

Поскольку моя жизнь пошла в гору, в ней появились странствия и путешествовала я в те страны, в которых мифология до сих пор цветёт. Возможно, именно это по большей части меня и спасло.

-- Собор Христа спасителя взлетел на воздух. -- Вещала молоденькая журналистка с экрана телефона, пока мы с подругой сидели на берегу озера Лох-Несс и отдыхали. -- Как сообщают службы, всё дело во взрыве метана из газового баллона, подробностей пока нет.

Это стало точкой отправления в такие дебри, которые человечеству не пережить, даже не смотря на развитие оружия. Святые места одно за другим рушилось и в каждом репортаже не могли сказать конкретную причину и даже не старались объяснить.

Лиз, та самая подруга что была рядом в тот момент, смогла лишь удивлённо расширить глаза и сказать что-то вроде «не думала, что их время так быстро подойдёт к концу» и на любые расспросы, девушка просто молчала. Эта русалка в целом стала более закрытой после таких новостей и мне казалось, что ей больно от того, что именно она знает.

Волна разрушений затронула не только Россию, но и другие страны. Речь шла даже не о нации, страдали лишь церкви и прочие соборы, словно кто-то методично их рушил, очищая землю.

Я никогда не была религиозной, но не имела ничего против веры, хотя все эти позолоченные батюшки и попы с украшениями, которым позавидует любая богатая мадам, вызывали очень большое отвращение... Мне казалось, что изначальный смысл их существования был извращён и это даже правильно, что все эти уже давно не святые места рушатся.

Но это были лишь ягодки. Когда-то бабушка говорила, что каждая старая церковь построена на месте силы и, возможно, так оно и было. Они действительно служили некой заглушкой, которую в этот год сорвало ко всем демонам.

Со временем люди начали болеть. Речь не о высокой температуре или каком-то заражении в духе зомби, а намного, намного хуже. Со временем из разрушенных церквей начали появляться тысячекрылые и тысячеглазые существа, которых позже назвали ангелами и именно они стали причиной, по которой люди обезумели.

В «спящем» состоянии ангел просто летает в небе, не реагируя на раздражающие факторы, но стоит ему увидеть человека, что является «грешным», как он осыпается белоснежной пылью и она, попадая на человека, вызывает ряд мутаций.

Облик, который примет заражённый, зависит от того, о каком «грехе» идёт речь. Кто-то становится двуликим, кто-то похотливым или излишне горделивым и заводит себе слуг в лице тех, кого может сам «заразить».

Люди начали сопротивляться, желая выжить... Но в глазах ангелов любой поступок человека грешен, а потому шанс минимален. Остаётся лишь вырезать заражённых, чей разум уже, скорее всего, не вернуть и продвигаться те земли, где церквей было не так много.

Единственный плюс в новом мире лишь один. На Землю вернулась магия и люди открыли в себе ту искру, что была затушена много веков назад, ведь как твердят некоторые ангелы перед исчезновением, «не должно быть человека, что будет равен богу».

Мне встретился человек, который даже не представился мне, но всё равно помог. Кажется, он обладает магией, что связана с рунами и он меня оберегает... Но я прекрасно понимаю, что скоро тоже стану заражённой.

Во мне не проснулся дар, я не могу сопротивляться ангелам и я слышу их голоса, что смеются над человечеством, которое так слепо верило богу. Если моему спутнику будет угрожать опасность, я пожертвую собой, ведь в моём существовании нет смысла.

Единственное что я хочу вам сказать, не верьте в бога, лучше верьте в себя, ведь не каждое божество, даже облачённое в белое одеяние и с доброй улыбкой на лице действительно является светлым. Порой им хочется лишь получить энергию, которая даёт им наша вера.

Боги это мысль, а мысль нельзя убить, только забыть и именно этого они боятся, от чего вынуждают верить в них даже через страх. Но кто же тогда силён и кто кому должен быть равен? Загадка, на которую каждый найдёт свой ответ.

Верьте звёздам и они выведут вас, звёздной ночи.

Поезд до рассвета

Мерное постукивание колёс поезда погружает в некую медитацию. Сейчас уже тихо, все люди спят и даже свет погас, но я не могу уснуть. Взгляд то и дело падает на окно, за которым проносятся леса и поля края, который изначально должен был стать моим домом, но по желанию родственницы, мы отсюда всё же уехали. Зачем? Да демон его знает, ведь счастья это никому не принесло.

Но сейчас я еду туда, где как мне кажется, случится что-то хорошее... Это ведь так прекрасно, следовать за мечтой. Но кто-то сейчас точно вспомнит историю Икара и его падение в море. Чем ближе мы к солнцу, тем сильнее ожоги. Но я ведь их не боюсь, правда же? Всё же, я уже взрослая и даже если совершу ошибку, ничего плохого не будет. Тем более, со мной друзья.

Женя лежит на полке, что надо мной и мирно сопит. Поехать в другую страну в поисках славы, когда весь мир трещит по швам, была именно её идея и я, вместе с Лерой и Алексом согласились, решив что хуже уже не будет, тем более что расходы по большей части покрывала именно наша «золотая» Евгения.

Именно она писала текста песен, именно ей взбрело в голову создать группу и именно эта шебутная блондинка уговорила своего отца выделить нам бюджет, на что ему оставалось лишь согласиться. Роман Дмитриевич никогда не жалел денег для дочери, тем более он знал, что мы уже набираем популярность в интернете и возможно, если в нас вложиться, дела пойдут в гору.

Наблюдая за тем рассветом, который казался мне самым волшебным в моей жизни, я не думала что всё это обернётся болью и мы просто не сможем, не смотря на долгие репетиции и трепетное ожидание.

Люди просто не хотят сейчас хорошей музыки, в которой есть смысл, ведь есть инстасамка и другие певцы, которые заставляют не задуматься, а просто выкидывают твой мозг в топку, не позволяя тебе напрягаться. И возможно, это правильно, ведь сейчас не тот век, когда стоит думать о происходящем. Это слишком опасно для души и психики... А мы свыкнемся, хоть и навсегда забудем о музыке.

Не на нашем веку и не нашими руками творить новую историю и песню, что будет сплетена с ней.

Время, когда жили драконы

Когда-то существовал народ, способный принимать облик крылатого ящера. Занятные существа на самом деле... Гордые, своевольные и редко слушающие иное мнение, если оно не совпадало с их. Компромиссы и прочие прелести явно не для их мозга созданы, но это им не особо мешало, всё же если дело не касалось потомства, они предпочитали оставаться одиночками или, того хлеще, абсолютными затворниками где-нибудь высоко в горах.

И, пожалуй, это была самая большая ошибка на их веку. Прозванные драконами, они стали лёгкой мишенью для тех, кто желал получить их чешую, кровь, органы или их самих в качестве зверушек, в особенности у такого народа как навьены, у которых они были как ездовые животные.

На драконов началась настоящая охота и более того, их объявили врагами целой страны по совершенно глупой причине. Одна из драконьего народа очень жестоко отказала тамошнему королю в свадьбе и опорочила его имя перед подданными, вызвав бунт среди крестьян и малой знати.

Уязвлённая знать устроила действительно жестокую и очень кровопролитную бойню с ящерами, которых возможно и вовсе не стало бы, если бы один особо смелый малец не встрял в какой-то момент.

Риан оказался довольно упрямым малым, бойким и сообразительным. он собирал своих родичей всеми доступными способами, начиная с диалога, заканчивая угрозами и желанием за победу в бою. И, не смотря на то что всех всё же спасти не получилось, его дерзость и целеустремлённость принесла свои плоды.

Собранные под знаменем морозного змея драконы дали бой людям и вышли победителями, захватив власть во враждебном королевстве и пустив на начинку для гроба большую часть врагов, пока остальная часть войск и знать бежали от них без оглядки.

И вот, пока все пируют, небольшая группа людей устроилась в углу праздной залы и мирно беседует меж собой, наблюдая как веселятся вместе люди и ящеры, которым видимо было действительно весело пить с воинами на спор, хотя чешуйчатые практически не хмелели.

-- Кто бы мог подумать, что его глупая затея выгорит. -- Ухмыльнулся Илис, который всё это время сидел молча и сверлил взглядом Риана, которого то и дело отвлекали разные люди.

В отличии от нашего лидера, Илис был далеко не юн, хоть и выглядел молодо. Блондинистый мальчишка с пронзительными голубыми глазами променял уже пятый век и если не смотреть в глаза, довольно трудно понять его возраст и характер. Ну или пока он рот не откроет, ибо всё то время пока мы путешествовали вместе, дракон ворчал как старый дед.

-- Тебе нужно быть оптимистичнее... Улыбайся чаще, солнышку к примеру. -- Улыбнулась Аля, которая умудрялась даже в трупе найти что-то хорошее. -- Риан точно ничего не добился бы, если бы брал пример с тебя... Старпёр ты наш, может пора тебе на покой? Вон, уже песок сыпется.

Брюнетка не упускала шанс подколоть его, хоть и была человеком. Порой мне вообще казалось что эта кареглазая бестия живёт лишь за тем что бы бесить Илиса и не смотря на полное участие в войне, она точно не стала бы следовать за Рианом, не будь рядом морозного дракона... Ну или внимание магини легло бы на самого лидера, кто знает.

-- Не ругайтесь... -- Лениво зевнул Игнат и отставив кружку с алкоголем, лениво облокотился на спинку кресла, видимо и вовсе решив прямо тут поспать. -- Вечно как кошка с собакой. Снимите себе уже номер и там отношения выясняйте... А сейчас просто радуйтесь, что всё в порядке и Риан всё смог.

-- Да что б я и он? Да ни в жизнь! -- Моментально вспылила человечка, хотя блондин и ухом не повёл. -- Совсем рехнулся?

Наша спящая красавица даже не ответила. Рыжий вообще редко говорил и сегодня он разболтался лишь потому что ему дали выпить и наесться от пуза, а иначе этот зеленоглазый чёрт давно нашёл бы себе место поспокойнее и впал в спячку до тех пор, пока его не потревожат.

-- А всё же он прав... -- Вздохнул Ил как-то меланхолично и я едва удержался от тихого смешка, хотя Аська не стала себя ограничивать, но дракон это проигнорировал. -- В кои-то веки Риану его баранья упрямость сыграла на руку.

-- И безграничная доброта! -- Не стала спорить барышня, кивая на слова товарища. -- Он ведь сразу убил тех богатеньких. Останься они в живых, им бы сейчас устроили пытки и уверена, каждый простолюдин что тут есть лично вогнал бы им по игле в ноготь.

-- Порой меня пугают люди... -- Хмыкнул Илис, на что Игнат тут же встрепенулся.

-- Согласен, те ещё чокнутые. Но ничего, я потом тебе человечье-драконий словарь дам... -- Непривычно ехидно улыбнулся рыжий, дразня подругу. -- Как раз узнаешь значение слова «милосердие» и кое-какие словечки из нашего языка.

-- Про значение слова ладно, но причём тут ваш язык? -- Не поняла та и тут же зыркнула на Циана, который тихо выругался на родном языке. -- Ещё за голову схватись, блин.

-- За голову схватится тот, кто тебя замуж возьмёт... -- Усмехнулся Игнат и тут его взгляд упал на меня. -- А ты что скажешь, Дауман?

-- Я скажу что хватит разглагольствовать, повспоминать прошлое вы и потом сможете, да и выстебать друг друга тоже. -- Кривая усмешка и я салютую бокалом, пока за другими столами существа повторяют мой жест. -- За Риана и воцарившийся мир!

Тот вечер запомнился многим как самый пьяный день в тысячелетии, но в истории он остался как день белого змея, того самого что на гербе Риана изображён. Символ начала новой жизни и удачи, который в жизни дракона было в избытке. Жаль, что я не увижу, как расцветает его мир... Мне уже пора идти. Но это было действительно приятное приключение.

Подари мне жизнь

Жизнь самое ценное что есть у человека, хотя мало кто её ценит. Многие думают, что смогут прожить на этом свете много лет и не парятся, живут одним днём и порой вовсе не думают о здоровье, питаясь одними лишь чипсами и газировкой, а возможно и вовсе залезая в заброшенные, даже аварийные здания.

Я, наверное, поступила бы так же, но не могу. Не потому что трусиха или мне «мама запрещает», нет. Просто сложно подвергнуть опасности то, чего практически в теле и нет с самого рождения.

Родилась я довольно слабой и действительно удивила врачей, которые были уверены, что я не доживу даже до месяца. Слабое сердце, не развитые лёгкие, хлипкое тело и иммунитет, который первое время фактически ел сам себя... Я бы и сама удивилась, что такой ребёнок выжил.

Можно было бы подумать, что причина в маме, которая не заботилась о себе во время беременности, но нет. Мамочка ждала моего появления и отец делал всё, что бы она была в полном порядке, просто так случилось, что врачи не увидели патологий на ранних стадиях, а после было уже поздно и все уповали на «святой» авось.

Ну, я не могу их винить из-за этого, они действительно старались, хотя я ни разу не покидала стены клиники. Моё тело не было способно выжить без препаратов, определённых процедур и в целом это было лучшим решением, учитывая что в случае приступа, счёт пойдёт не на часы, а на секунды.

Я всегда завидовала детям, которым позволяли покидать больницу, есть что им хочется и играть в активные игры, пока мне запрещали даже быстро шагать, потому что организм мог дать сбой и отправиться в кому на пару недель.

В какой-то момент я перестала надеяться, что всё пойдёт в гору и просто опустила руки, решив что раз всё не может стать лучше, значит и хуже не будет. Куда уж хуже, если честно и это действительно наивная и глупая мысль, но это казалось мне... Уместным? Не уверена.

Но когда мы думали что достигли дна, снизу постучали и этот стук стал гвоздем в крыше гроба. В и без того слабом организме появился такой непрошеный гость как рак и я даже подумала о том, что это будет концом... Только вот жизнь решила, что я страдала мало.

Моя голова раскалывалась, ведь неоперабельная опухоль была именно там, но вот оболочка, как казалось врачам, окрепла. Я и сама чувствовала себя хорошо и не смотря на метастазы, имела возможность вести себя как и любая другая девушка шестнадцати лет.

Только вот родители видимо не думали, что в то время как за мной по пятам следует смерть и я не смотря на это могу бегать и даже прыгать не питаясь лекарствами, мне хочется увидеть что-то большее, нежели стены больницы. Казалось, что они вообще спятили и мама вовсе устроила за мной тотальную слежку, заставляя соблюдать постельный режим, словно я Ленин в мавзолее.

С каждым днём становилось всё хуже, я очень часто ругалась с мамой и мне казалось, что и она, и врачи готовы меня живьём закопать и уже признали, что моё рождение не должно было случиться. Даже перевели в палату на первом этаже северного крыла, в котором так же находился и морг. Тут содержались лишь те, чья гибель будет близкой или люди в вегетативном состоянии и коме.

Внутри меня с самого детства копилась злость. На родителей, на врачей, на бога, если таковой имеется и он принимал участие в создании этого хлипкого тела... Даже на саму себя. Да, я ругаюсь с мамой, но мне не хватает сил действительно ей возразить. Я просто не могу.

Раньше эта злоба просто скапливалась где-то там, в душе... Но сейчас её начало питать отчаяние и зависть, ведь из своего окна я могла прекрасно видеть, как счастливы дети на площадке во дворе больницы и отсюда так же виднелся город.

Возможно, мне не стоило поступать так, но я не могла иначе. Мне было слишком страшно и обидно умирать вот так... План появился сам собой, хотя я не уверена, что это можно называть так. Скорее импульсивное желание на грани помешательства.

Мама тогда осталась в палате и уснула прямо на стуле, пока читала мне книгу. Она пришла как раз после работы и очень устала... Интересно, она вообще отдыхает? Почти всегда ночует тут, питается крайне плохо, да и отдых для неё что-то вроде вето. Мне действительно стыдно перед ней... Но я не могу иначе.

Первым делом я переоделась в ту одежду, что мне оставили родители не так давно... Я понимаю, что это было неким стимулом для того что бы я более прилежно лечилась, но чёрт. Это казалось такой жестокой насмешкой, пусть и оказавшейся более полезной, чем можно было подумать.

А вот вторым я не горжусь... Да и вряд-ли кто-то может таким хотя бы в шутку поделиться. Своих денег у меня не было, точнее мне давали когда-то карточку родители, дабы я покупала что-то в столовой, но брать её будет рискованно для моего плана, благо мама часто носит наличные. Десяти тысяч на двое суток, даже с учётом всех моих мыслей, мне более чем хватит.

И в-третьих, мне пришлось входить через окно. Благо, решёток на окнах не было... Или их не стало, учитывая следы на стене. Даже знать не хочу, что там произошло, но это было действительно странно и жутко, особенно учитывая сумерки.

Видимо, именно этой звёздной ночью вся моя удача вывалилась разом, даром она что ли копилась благодаря такому количеству боли и сожалений, я уж промолчу о количестве не сбывшихся надежд и мечт, которые я похоронила ещё в первые пять лет своей жизни.

Легко выбравшись с территории больницы через спящего на посту охранника, я с очень большой надеждой и нервностью отправилась в город. Сомневаюсь что там сейчас безопасно, но скоро рассвет... Я вполне могу его дождаться.

Я всегда наблюдала за миром из окна палаты и честно, это было очень волнительно, видеть как восходит солнце и вместо привычного запаха спирта и хлорки, ощущать лишь запах травы и цветов. А ведь точно, сейчас ведь лето... Возможно, мне стоит погулять здесь подольше.

Город был очень шумным на рассвете. Он только просыпался, но люди уже куда-то спешили и, возможно, скоро они в такой же спешке будут искать меня. Стоит уйти как можно дальше от больницы... Главное что бы телефон не разрядился, хотя не думаю что он мне понадобится. Я не собираюсь терять время в нём, да и выбирать дорогу с помощью карт тоже... Хочу просто идти туда, куда ведут глаза и интуиция.

Направляясь в сторону где предположительно был торговый центр, я пошла через парк и там уже занимал своё место мороженщик. Живот предательски заурчал, так что я взяла у него шоколадный рожок. Не думала, что мороженное может быть таким вкусным, хотя возможно дело было и в обстановке тоже.

Приятный ветерок, птички и яркое солнышко... Словно я просто живу и всё в порядке, я просто вышла погулять. Скоро я вернусь домой, пообедаю с родителями и после пойду играть с друзьями или займусь ещё чем-то... Но это лишь мечты. Не стоит об этом думать сейчас, мне остались последние дни, ни к чему тратить их на такую бесполезную вещь, как несбыточные мечты.

Торговый центр оказался в той стороне и я потратила довольно много времени просто рассматривая магазины, да и людей там. За время «заточения» в больнице я часто рисовала и даже возымела кое-какие навыки в этом, так что сейчас у меня было безумное желание порисовать... Моё меланхоличное безумие действительно видело в этих людях нечто прекрасное и сокровенное, что мне не постичь.

Следующей точкой стал кинотеатр. Я была тут впервые, парень на входе в зал даже как-то странно на меня посмотрел, когда я в полном восторге приняла от него очки. Знай он подробности, наверное вёл бы себя иначе, но сейчас это не важно.

Мультфильм который я выбрала был мне знаком. Я часто смотрела его будучи в больнице и мечтала, что когда выздоровею, обязательно схожу в кино, дабы посмотреть его в 3D, хотя я не жалею о том, что пошла на него сейчас. Это казалось чем-то действительно прекрасным и сакральным.... Неким отпущением всех сожалений, что у меня были.

После я просто гуляла по городу. Выставки, кафе, просто красивые места городка... Всё это казалось чем-то бесполезным в моменте, но важным сейчас. Я больше не увижу эти пейзажи, этих людей... Это мой последний день в этом мире.

Особенно мне понравилась набережная... Тут было действительно красиво. Пение чаек, шум воды и солнце, что уже уходило за горизонт. Осталось совсем немного до конца этой истории, но стоит найти место потише, а то тут почему-то собираются люди. Интересно, а что вообще происходит?

Оказывается, тут сейчас будет какой-то фестиваль. Тут и так было украшено, но мне казалось что тут просто рынок... Но нет, всё же праздник. Причём очень красочный и я не смогла отказать себе в удовольствии немного побродить тут.

Вкусная уличная еда, представление от разных фокусников и не только. Я не особо понимала, что это за фестиваль такой, но это и не важно, главное красиво, хотя мне очень хотелось найти место потише... Слишком много людей.

Пока искала, случайно столкнулась с девушкой, которая так же не спеша брела вперёд и честно признаюсь, я просто зависла и даже не сразу извинилась, увидев её глаза. Она точно в каких-то линзах, ведь её радужка была тёмно-рубинового цвета. Наверное, если бы не освещение, я бы посчитала их просто карими... Но свет падал прямо на глаз, трудно ошибиться.

Особенно поразили её инстинкты, ведь не сработай они, мы бы дружно упали на землю. Но, вопреки этому, она устояла и поддержала меня, из-за чего её рука всё ещё лежала на моей талии и я клянусь, она усмехнулась, когда заметила как внимательно я разглядываю её лицо.

-- П-простите, я не смотрела куда иду! -- Начала сразу тараторить я, шарахаясь от неё, как от огня. -- Впредь буду осторожнее и... Простите, правда.

Нервничая, я начала жестикулировать и возможно так и продолжала бы тараторить извинения, стараясь не смотреть ей в глаза, но она рассмеялась и я, опешив, наконец перевела взгляд на её лицо.

-- Милая, всё в порядке, не беспокойся ты так. -- Улыбнулась она, поправляя светлые волосы. -- Меня зовут Лиана, ты тут одна?

-- Д-да... Но это не важно. -- Замялась я, не зная что именно стоит ей сказать. -- Приятно познакомиться, я Анна.

Лиана ласково улыбнулась и честно, она оказалась действительно удивительным человеком. С ней оказалось приятно общаться, она рассказывала довольно много интересных вещей и в частности о том, что это за праздник такой.

-- Это гулянье в честь луны было когда-то... Город ведь на воде практически построен. -- Улыбнулась блондинка, кивая в сторону моря. -- Уже мало кто помнит, зачем и почему начали её восхвалять, но фестивали проводят до сих пор и теперь это считается днём города.

-- А ты знаешь причину? -- Округлила я глаза, невольно заслушиваясь.

-- Возможно, но это долгая история и довольно грустная. Не думаю что стоит омрачать этим празднование... -- Вздохнула Лиа и на секунду взгрустнув, тут же ласково улыбнулась. -- Расскажу при следующей встрече, коль попросишь.

Эти слова больно ранили, но я не стала ей ничего говорить, просто продолжила наслаждаться вечером и приятной компанией, хотя время моё подходило к концу. Я не собираюсь отказываться от изначального плана и просто надеюсь, что когда мама узнает, она всё поймёт.

Когда праздник близился к концу, люди начали готовить фейерверки и я тихо ускользнула из общества Лианы. Ей не стоило знать о том, что новой встречи не будет, хотя мне понравилось общаться с ней. Но лучше обрубить всё это сейчас, нежели заставлять её плакать после.

Выйдя туда, где людей практически не было, я подошла прямо к краю мостовой и взглянула на воду. Такая спокойная и скорее всего очень холодная... Интересно, страх ли это? Что именно я сейчас ощущаю? Хотя, кого я обманываю. Я с самого детства была готова к смерти и сейчас, когда опухоль разрастается и причиняет всё больше боли, я вовсе перестала её бояться и видела в ней спасение.

Один лишь шаг и меня проглатывает морская пучина, заставляя сжаться от того, насколько холодна вода, но это отходит на второй план. Чем ниже опускается тело, тем большую свободу я ощущаю и даже лёгкие, что горели адским пламенем от воды в них, не казались такой уж большой проблемой. Наконец-то... А ведь это практически не больно.

Мой разум уже начал отключаться, когда я ощутила, что кто-то хватает меня за плечи и вытягивает на поверхность, ругаясь на странном, шипящем языке и я готова была поклясться, что уже слышала этот голос. Мама? Зачем? Почему нельзя просто отпустить меня, я ведь не проживу до конца лета даже если начнётся химиотерапия.

-- Дурочка. -- Наконец мелькает в речи незнакомки знакомое слово и я ощущаю, как она всячески пытается привести меня в чувства и заставить выблевать воду, которой я успела нахлебаться.

У неё это получается, хотя мне трудно осознать происходящее, особенно учитывая, что перед поим лицом оказывается Лиана. Эти колдовские глаза... Может, я уже мертва? Почему она здесь и тоже мокрая до нитки?

-- Тебе чего, жить надоело или ты с дельфинами поплавать решила? -- С осуждением матери поинтересовалась барышня, вызывая у меня лёгкую дрожь от странного чувства.

-- Можно и так сказать... -- Собственный голос, хриплый от таких приключений, заставляет меня вздрогнуть. -- Я ведь всё равно не жилец... Просто дай мне утонуть.

-- С какой радости? -- Было заметно, что она начинает злиться, но Лиа всё же позволяла мне объясниться.

-- У меня рак. -- Коротко и ясно, а после повисает молчание.

Я думала что она сама меня сейчас обратно в воду бросит, но вместо этого девушка зависла и какое-то время просто смотрела на меня, после чего тяжко вздохнула и в следующую минуту я уже была на её руках, пока сама Лиана шла куда-то в сторону парковки. Она подняла меня без особого трудна, хотя такая хрупкая... Может, она вампир? Это объясняло бы её странные глаза, хотя это, наверное, линзы. Но странно тогда, что я не вижу их в её глазах.

Как оказалось, направлялась моя новая знакомая не совсем на парковку. Тут рядом был небольшой отель, в котором она сняла комнату на одну ночь и на ресепшене на нас смотрели довольно странно, хотя девушку это не особо волновало, как и тот факт, что выглядели мы сейчас не очень. Благо, она хотя бы отпустила меня на пол, хотя моя рука находилась в её. Лиана что, думала что я сбегу?

-- Сходи в душ и после поговорим. -- Бросает она, отпуская наконец мою руку уже в номере.

Хочется что-то сказать, но приходится слушаться и я стараюсь справиться как можно быстрее, благо хотя бы с одеждой париться не нужно, тут есть халаты. Стоит мне выйти из ванной, как в глаза бросается облик Лианы. Она абсолютно сухая, даже волосы. Неужели тут включены батареи и я так долго мылась? Странно.

-- Я даже не знаю с чего начать... Но в твоём случае, ты наверное за любую соломинку схватишься. -- Усмехнулась блондинка сама себе и смерив меня взглядом, с абсолютно каменным лицом выдаёт. -- Я вампир.

-- Эдвард, я знаю кто ты... Ты тампон... -- Автоматом шучу я и истерично всхлипываю, на что та обеспокоенно смотрит.

Поднявшись, она осторожно подходит и даже обнимает, успокаивая. Я бы не верила ей... Право слово, ну не ребёнок ведь я, что бы верить в такие сказки. Но она права, я хочу жить и буду хвататься за любую соломинку, хотя я не уверена, чем мне поможет такая информация о ней.

-- Я могу обратить тебя, это поможет вылечиться и прожить даже больше, чем отмеренно человеку. -- Словно читая мои мысли, говорит она. -- Но ты не сможешь остаться с семьёй, если она у тебя есть... Да и первое время придётся долго восстанавливаться.

Ответом ей стало молчание, ибо я не знала что сказать. Оставлять родителей не хотелось, но... Я и так слишком долго была их обузой. Быть может, это тот шанс, что действительно мне нужен? Тем более, Лиана кажется действительно хорошей.

-- Я согласна. -- Это были мои последние слова тогда.

Лиана была даже более одинокой, чем я. Она рассказала, что ей уже больше пяти веков и этот городок её родной, хотя ей приходится уезжать отсюда каждые десять лет и приезжать спустя минимум век... Когда ты не стареешь, это вызывает вопросы.

То, что она назвала обращением, действительно напоминало сагу «сумерки», хотя это было менее страшно. Да, тоже яд, но он казался очень сладостным и пусть она вводила его в шею через укус, было ощущение что я ощущаю его сладость на языке.

И, вопреки всему, желать крови любого живого существа я не стала. Да, она нужна мне, но от неё не зависит моя жизнь, но Лиана всё равно давала мне животную кровь, дабы я быстрее восстановилась. Кровь была нужна для регенерации и активации способностей, да и поддержания бессмертия и молодости, не более.

С той ночи я ощутила счастье, которого у меня не было с самого детства и я думала что не будет. Лиана оказалась не только хорошим другом, но и семьёй для меня, причём очень заботливой и доброй, той с кем хочется остаться на целую вечность.

Скоро мы уезжаем в другую страну и единственное о чём я жалею, так это о том что мне пришлось оставить маму одну и более мы не сможем встретиться. Но, на самом деле, мне так же жаль, что я не могу помочь другим больным... Но, как сказала Лиана, помочь всем и не выйдет. Если вскроется что вампиры правда, они скорее станут оружием, нежели спасением и мне трудно с этим поспорить.

Так что мне остаётся лишь радоваться тому что я жива, здорова и теперь могу жить счастливо вместе с Лианой, исследуя этот мир и живущих тут людей, а так же их культуру и быт, о которых я так много читала с самого детства.