Клык: Проклятая

Глава 1

Предисловие автора.

Друзья, рад вас видеть на страницах своего нового проекта.

Предполагается, что этот цикл будет интересен тем, кто увлёкся Картом и его жизнью в волшебной избушке. Так ли это или нет, покажет время. Цикл «Мир Аик. Судьбы» планируется в виде коротких платных повестей (вы же помните о меркантильности автора и его жажде заполучить значок «Серебряный феникс»?), рассказывающих о судьбах героев мира Аик, до их встречи с Картом.

Первая такая история поведает о проклятии полудевушки-полульвицы, известной вам под именем Клык.

История появится в самом скором времени, заберите в библиотеку, чтобы не пропустить время выкладки.

Глава 2

Клык: Проклятая

Закат. Спускающееся за горизонт дневное светило подожгло небеса, и теперь большая их часть пылала тревожным багрово-алым, предвещая о скором приходе ночи. И что снова темнота поглотит землю. И Ях, ночное светило, вместе с многочисленными звёздами не смогут разогнать её, несмотря на все усилия. И всё это продлится до следующего восхода.

— Быстрее бы уж, — буркнул себе под нос Мехет, начальник стражи южных городских ворот, бросая быстрый короткий взгляд на медленно опускающийся раскалённый диск Ра. Ведь с уходом дневного светила заканчивается и его смена. А в едальне Тахона его уже ждёт столик, заставленный едой и кувшинами с пивом. И покорная чернокожая, совсем ещё молоденькая, но уже опытная рабыня, готовая удовлетворить все прихоти начальника стражи городских южных ворот.

— Иа-а! Иа-а! — громкий и, как всегда, противный ослиный крик разорвал тишину, было охватившую район южных ворот.

— Иа-а! Иа-а! — вторили ещё несколько, люто ненавидимых Мехетом, животных.

Быстро обернувшись на шум, начальник стражи увидел, как по узкой, прилегающей к городской стене улочке в сторону ворот идут двое в обычных дорожных плащах с большими капюшонами, наброшенными на голову. А за ними, сама по себе, без всяких удил или верёвок бредёт вереница тех самых ослов, гружённых так, что даже их длинные уши, оказались ниже уровня узлов.

— Закрыть ворота! — рявкнул начальник стражи, и несколько воинов с видимым удовольствием бросились исполнять приказ начальника.

— Хрен вам, а не выход из города, — с мстительным удовольствием снова буркнул под нос Мехет.

Не, конечно, направляющиеся к воротам путники были в своём праве, Ра ещё не не полностью опустился за горизонт, и они вполне могли успеть покинуть город на ночь глядя. Что к тому же было вполне обосновано, совершать переходы по саванне в ночную прохладу гораздо легче, чем под палящими лучами Ра. Вот только день у начальника стражи выдался длинным и напряжённым. А ещё он ненавидел ослов, и неважно четырёхногих или ходящих по земле на двух. А кем могли быть эти двое, решившие покинуть город во время заката?

— Открыть ворота, Ра ещё не опустился за горизонт! — негромко послышалось из-под капюшона путника, остановившегося в нескольких метрах от закрытых створок.

Откуда он знает? С места перед воротами закатывающееся светило увидеть было невозможно, — мешали высокие здания, скалами нависающие над узкими улочками и маленькими городскими площадями. А всё экономия земли, защищённой от окружающей город саванны высокими стенами, построенных столетия и столетия назад. А новые, чтобы расширить территорию города, никто строить не собирался. Вот и росли здания вверх, надстраиваемые каждым новым поколением владельцев.

Да, что он себе позволяет? Ладно бы это был кто-то из уважаемых торговцев, владельцев огромных караванов. А то у него всего семь, ладно, десять ослов! Ну, я ему покажу! И даже денег не возьму! Или возьму, но в два, нет, в три раза больше обычной мзды. Так думал Мехет, спускаясь быстрым шагом по ступенькам лестницы надвратной башни.

— Городские ворота после заката закрыты! Указ правителя города! — объявил он, только выйдя из дверей и вальяжной походкой направляясь к торговцам. — Вы опоздали! Всего на несколько минут. Но указ, есть указ!

Позади Мехета раздались смешки стражи, предвкушающей удовольствие от предстоящего представления, разыгрываемого их начальником, и от приятной тяжести монет, которые они вот-вот должны получить и уже представляли, как их тратят.

— Я могу…

Начальник стражи ошеломлённо замолчал на полуслове. Стоящий перед ним незнакомец, откинул капюшон, и всем стала видна маска в форме морды льва, замерцавшая золотом в неровном свете факелов, полностью скрывающая лицо «торговца».

— Львиноголовый! — ахнул спустя мгновение начальник стражи и тут же обернувшись, заорал:

— Открыть ворота!

Но стражи, оказавшиеся сообразительнее своего начальства, уже распахивали створки ворот.

— Простите недостойного, господин! — Мехет рухнул на колени и ткнулся лбом в покрытый песчаной пылью булыжник привратной площади.

— Ухо!

Скомандовал львиноголовый. И его спутник, оставшийся в накинутом на голову капюшоне, взмахнул рукой. Раздался короткий свист, и в затылок Мехета вонзился метательный нож, на яблоке которого всё желающие могли увидеть оскаленную морду львицы — священную тамгу богини Сехмет.

Львиноголовый накинул капюшон, вновь скрывший маску, и не говоря ни слова, пошёл из города в окутанную темнотой саванну. Его спутник последовал за ним, оставив нож в теле Мехета, — вызванный по тревоге начальник городской стражи увидит, что нечестивца настиг гнев Великой Богини, скорой на расправу и месть. И пусть расправа произведена чужими руками, никто, кроме храмовых воинов, служащих лично Сехмет, в здравом уме не будет использовать оружие, помеченное тамгой богини. А воины её храма — руки самой Сехмет, здесь, на земле.

*****