Изабель

Глава 1. Подарок на день рождения

Мать, проходя мимо, взглянула на плетение, над которым Изабель корпела уже битый час, и негромко фыркнула. Потом остановилась, вздохнула и сказала скорее ласково, чем поучительно:

- Если и дальше будешь витать в облаках, то не сможешь вплести собирающую нить, и все заклинание придётся начинать сначала. Будь внимательнее, Иза, у тебя осталось мало времени.

Девушка подняла на неё глаза и, не скрывая раздражения, огрызнулась:

- А то я без тебя не знаю, мам. Я стараюсь.

Девушка склонилась над почти готовым заклинанием, но вместо того, чтобы начать вплетать главную нить, снова начала думать о том, что же её ждёт впереди.

Мама приготовила её дорожный костюм, узелок с едой и всем необходимым давно был собран. На кровати лежал старый потертый чемодан для хранения готовых заклятий. Изнутри он больше всего напоминал пчелиные соты, только каждая ячейка была прикрыта крышкой с надписью на подобии: "от волков", "вызов дождя", "от простуды", "указать путь" и т.п. Лишь одна была все ещё пуста. Изабель время от времени бросала на неё укоризненный взгляд, будто в том, что она никак не могла собраться с мыслями, была виновата исключительно эта непослушная ячейка.

Иза собирала этот чемодан долгих пять лет, почти всё своё время отдавая плетению заклинаний и оттачиванию мастерства. Мама была для неё самым главным и, что уж скрывать, самым строгим учителем. Она – лучшая колдунья Ирландии, и Изабель изо всех сил старалась стать дочерью, достойной её. Мама всегда направляла, подсказывала, ругала за невнимательность, порой даже наказывала, но сейчас, именно в тот момент, когда Изабель больше всего нуждалась в беспристрастной наставнице, которая поднимет боевой дух перед долгой дорогой, превратилась в обычную маму, которая чистила одежду и готовила её любимые пироги, вытирала тайком слёзы и причитала о том, что ее маленькая девочка стала совсем взрослой.

Самой не верится. Изе сегодня исполнилось восемнадцать лет. На закате она должна покинуть родительский дом, чтобы не позже, чем через три года вернуться и положить на алтарь ведьм пять доказательств своего мастерства. Тогда её признают колдуньей и разрешат выйти замуж. Таков был древний закон ведьм Дублина. Если она не сможет или не успеет, то так и останется подмастерьем своей блистательной матушки. Так себе перспектива, если честно, учитывая её тяжелый характер.

Изабель вспомнила про своё плетение и вновь над ним склонилась. Она наконец-то сконцентрировалась на нити и смогла собрать заклятие. Оно серебристым облачком повисло над её раскрытыми ладонями. Мама довольно кивнула, да и сама Изабель свободно выдохнула. Всё, вот теперь она готова.

Иза положила заклятие в последнюю ячейку и прикрыла её крышкой с надписью «на всякий случай». Было маловероятно, что этих заклинаний ей хватит на три года, но уж лучше, если случится несчастье, иметь в запасе готовое колдовство, чем впопыхах пытаться сотворить чудо. К тому же, она сможет пополнять запасы в пути. К счастью, в Ирландии было намного безопаснее, чем на континенте, где охота на ведьм шла полным ходом, но всё же не стоило выходить в путь не подготовленной.

Мама подошла неслышно и легким движением руки уменьшила чемодан до размеров книги и убрала его в узелок. Потом снова повернулась к дочери и залюбовалась ею. Длинные рыжие волосы, невероятные зелёные глаза, гибкое тело. Настоящая красавица. И настоящая ведьма. Кажется, именно такими рисуют их люди в своих книгах. Не зря она назвала её очень редким для своего родного края именем – Изабель. Девушка будто спустилась на изумрудные холмы со страниц сказки.

Иза переоделась в дорожное платье и выглянула в окно. Солнце уже садилось, заливая окрестности мягкими золотыми лучами. Пора. Внутри неё сплелись в тугой клубок жажда приключений, страх перед будущим и желание проявить себя. Вместе с тем, совершенно неожиданно для Изабель, уже начинала давать ростки будущая безмерная тоска по дому и матери. Она смахнула подступившие слезы и обняла маму, по щекам которой катились крупные жемчужины. Это было их даром и проклятием. Именно так распознавали настоящих ведьм – они плачут жемчугами.

- Соберёшь себе браслет, - попыталась пошутить Иза.

Мама слабо улыбнулась.

- Пожалуй, мне пора, - добавила девушка, и, обняв маму еще раз, взяла вещи и направилась к двери. Дорога манила ее магнитом. - До встречи, мама, береги себя.

- А как же подарок на день рождения? Ты его не возьмёшь? – остановила ее мама, удивленно подняв брови.

- Какой подарок? – спросила Изабель, обернувшись у порога.

Мама подошла к ней и, сняв со своей шеи медальон с трикветром, повесила на шею дочери.

- Нет, мам, я не могу его взять! - запротестовала Изабель. - Это же твоя защита!

- Тебе он будет нужнее. Да хранят тебя Все Святые, - сказала мама, в последний раз целуя дочь перед долгой разлукой.

Глава 2. Доказательство дара прорицания

Дублин с его старыми домами, шумными улицами и праздными гуляками остался позади. Перед Изабель простирались бескрайние зеленые просторы. Она чувствовала, что впервые вдыхает не спертый воздух любимого, но такого надоевшего города, а настоящий пьянящий запах свободы. Не было рядом ни мамы, ни подруг, ни наставниц. Только она и дорога, убегающая длинной змейкой за горизонт.

Изабель шла бодрым упругим шагом, улыбаясь и мурлыкая про себя заводную мелодию, подслушанную днем у соседских мальчишек. На небе начали загораться первые звёзды, всё вокруг погрузилось в загадочную, мягко обнимающую за плечи темноту. Все предстоящие испытания казались ей легкими и интересными, а путь длиной в три года увлекательным и полным приключений. Настроение было отличным. Хотелось не только петь, но ещё и танцевать. Она грезила наяву, представляя, как совсем скоро встретит Того Самого Мужчину – это было самым важным для всех молодых ведьм, о другом и не думали. Не каждой дано найти свою настоящую судьбу, но она то уж обязательно его отыщет и полюбит на всю жизнь. Она станет превосходной ведьмой, вместе с суженым вернется домой с триумфом и положит на алтарь все пять доказательств. Правда, Иза еще понятия не имела, какие ей выпадут испытания, и какими именно будут эти доказательства, но знала одно – всё будет замечательно. По-другому просто не может быть.

Шла она так до утра, иногда останавливаясь на отдых. Природа ласково встречала юную колдунью, решившую погрузится в изучение ее законов. На первом привале ее окружил целый рой светлячков. Они опустились на старую корягу рядом и освещали ее скромную трапезу из маминого узелка. Второй раз она остановилась, когда небо уже начало светлеть и окрестности начали наполняться многоголосым птичьим гомоном.

Это была старая дубрава. «Хочешь отдохнуть в пути – выбирай место под дубом, приляжешь не под то дерево, а оно, шутя, может и ветку скинуть, а то и вовсе не проснешься» - вспомнила она совет матери и решила остановиться тут.

Проснулась Иза действительно отдохнувшая и веселая. Место было особым, она это чувствовала и решила задержаться на пару дней, попрактиковаться в магии под сенью могучих великанов и наполниться их вековой мудростью. Тут же через пару дней она столкнулась и с первой неприятностью – её запасы начали истощаться, и нужно было начинать задумываться о поиске еды. Дикие ягоды, которые она нашла на небольшой полянке, пришлись очень кстати. Поставив в уме отметку, что нужно в ближайшей деревушке запастись сухарями и вяленым мясом, Иза отправилась дальше.

Два месяца пути безо всяких особо значимых происшествий заметно остудили её пыл. Ноги устали бродить по нескончаемым дорогам и тропинкам. Она скучала по матери, подругам, ей хотелось поспать в мягкой постели, а не завернутой в плащ на голой земле, и поесть горячего вкусного ужина вместо собранных и сваренных на скорую руку грибов или украденных из гнезд яиц. В один прекрасный день она решила наплевать на все законы единения с природой и заночевать в хорошем трактире и основательно поесть.

Огни небольшого поселения, располагавшегося у дороги, Иза увидела еще издалека и ускорила шаг. Близилась ночь, а она лучше кого бы то ни было знала, что сегодня к этому времени лучше найти укрытие.

Оказавшись в теплой постели, объевшаяся томленым в горшочке мясом с овощами, Иза уснула моментально. Однако, спустя пару часов, она проснулась так резко, как будто кто-то крикнул ей в ухо. Сон слетел напрочь. Было темно и очень тихо, все постояльцы, видимо, уже давно сладко спали.

Иза вышла в коридор и огляделась. Как и все ведьмы, она видела в темноте не хуже кошки, но то, что ее разбудило, нельзя было увидеть. Повинуясь своему чутью, девушка спустилась на первый этаж, где располагались кладовые и комнаты хозяев трактира. Она отворила вторую дверь справа и увидела то, что и ожидала увидеть: дочь трактирщика сидела нагая перед зеркалом, распустив свои длинные светлые волосы. По бокам от зеркала горели длинные церковные свечи.

Иза сокрушенно возвела глаза к небу. Ну почему все люди сводят предсказания и магию только к этому?! Неужели они действительно думают, что, если раздеться, все темные силы сбегутся им помогать? Или поглазеть на эту стыдобу?

Златовласая так сосредоточенно всматривалась в зеркало, что даже не услышала скрип половицы. Иза перевела дыхание – успела вовремя. Претворив за собой дверь, она вошла в комнату и спросила тихо, но очень внятно:

- Неужели никто не говорил тебе, что гадать в воскресенье, тем более в день Гекаты, нельзя?

Девушка вскочила как ужаленная, в ужасе вытаращив глаза и открыв рот в немом крике. Она не могла произнести ни слова, вцепилась руками в стол и прижалась спиной к зеркалу. Изабель хмыкнула: даже те, кто отважился ворожить до безумия боялись того, что могли сотворить.

Разглядев, наконец, кто перед ней и узнав новую постоялицу, девушка немного пришла в себя и дрожащими руками потянулась за одеждой, висящей рядом на стуле. Голос её прозвучал не столько испуганно, сколько раздраженно:

- А вас не учили стучать? И не совать нос в чужие дела? Вы меня чуть до смерти не напугали!

- Ну допустим, что твои «чужие дела» могли обернуться большой бедой для всех нас, если бы я не успела вовремя и ты бы закончила ритуал, - произнесла Иза.

- Но… Но как вы узнали, что я собираюсь делать? Я ведь никому не говорила! И что такого страшного могло произойти от того, что я хотела узнать, за кого я выйду замуж?

Да, для неё это всё было не серьёзно. Скорее всего, в глубине души она даже не верила, что у неё что-то может получиться.

- Есть дни, когда можно гадать, есть дни, когда опасно. Но вы, девушки, редко задумываетесь о том, что гадание – это не игра, а древний магический ритуал. Вы можете натворить таких дел, что потом и церковники не разгребут. Хотела увидеть суженого – гадала бы в День Святого Патрика, а еще лучше на Святки! Сегодня вместо суженного мог явиться тот, кому вход в наш мир закрыт. Ты могла впустить нечисть в царство людей!

Девушка ужаснулась. О таком она явно не думала и заметно стушевалась.

– А как вы все-таки узнали? – спросила она уже более дружелюбно, после неловкой паузы.

- Почувствовала, - просто ответила Иза.

- Вы – ведьма?! – вскрикнула девушка.

Иза испуганно оглянулась. Лишь бы кто не услышал.

- Побежишь на меня доносить? – спросила она ледяным тоном.

- Что вы, как можно! – девушка кинулась к ней и схватила за руку. – Научите меня правильно гадать!

Изабель остолбенела. Вот уж чудеса. Такого она точно не ожидала. Значит, не все люди такие, какими их описывали наставницы, и не каждый мечтает о том, чтобы сжечь всех ведьм на костре? Обычная девушка хочет научиться гадать – это же просто восхитительно. Изабель довольно улыбнулась, пожала руку девушки и ответила:

- С радостью.

На следующий день началась работа: тяжёлая, требующая от Изабель уйму упорства и терпения. Она впервые поняла, насколько отличаются от неё, девочки, выросшей исключительно среди ведьм и не знавшей другой жизни, обычные люди.

Дэрин, так звали дочь трактирщика, мыслила совершенна иначе, чем Изабель. Она зацикливалась на каких-то абсолютно незначительных мелочах вроде выбора свечей и помещения, спрашивала, что ей лучше надеть и как лучше сесть, но совершенно не обращала внимания на детали первостепенной важности, фазу луны или дни недели. К тому же, у нее было очень много работы в трактире, и занимались они тайком и в основном по ночам.

Однако Дэрин вскоре начала делать успехи, а через три месяца упорного труда уже разбиралась в значениях рун, правильно расшифровывала выпавшие карты Таро, гадала на кофейной гуще, понимала нумерологию и хиромантию и прекрасно знала, когда и как можно гадать на свечах.

В субботу ни свет, ни заря Дэрин прибежала в комнату Изы и, без стука открыв дверь, с порога крикнула:

- У меня получилось! Я его увидела!

Ошарашенная таким резким подъемом Иза уставилась на неё ошалелыми глазами. Девушка, немного расстроенная тем, что учительница никак не может проснуться и разделить с ней радость, повторила:

- Ну, я увидела его, понимаешь? Гадала вчера на белой свече, как ты и учила…

- Тихо ты! – шикнула Иза, мигом прогнав сон и покосившись на дверь. – Не кричи, услышат.

Дэрин закрыла дверь и присела на кровать. Она стушевалась, вид у нее стал совсем грустный. Чтобы поддержать подругу, Иза взяла ее за руку и с интересом спросила:

- Ну, и какой он?

Глаза Дэрин сразу зажглись прежним озорным огоньком.

- Красивыыыый, - протянула она с улыбкой. – Высокий такой, очень кудрявый. Но не из наших, точно. Я такого ни в нашей, ни в соседней деревне не видела. Изабель, а когда он придет?

Иза погладила её по голове. Такая еще юная, чистая, и так хочет любви. Дэрин не сладко приходилось в доме отца. Работа в трактире была ей совсем не по нутру. Нахальные посетители, каждый второй из которых не прочь был ущипнуть или шлепнуть по попе, вызывали у неё отвращение. Она мечтала о тихом и спокойном доме, уюте, детях и рыжем коте.

Изабель полюбила девушку всем сердцем. За короткие три месяца молодая ведьма вложила в нее все знания о гаданиях, которые сама получала годами. Благо, Дэрин была усердной и послушной ученицей и впитывала все, как губка. Скоро в этой деревне появится своя предсказательница. Вот удивится её семья.

В момент своего маленького триумфа Изабель поняла одно – ей нужно идти дальше. Она дала Дэрин всё, что могла, а доказательства мастерства за нее добывать никто не будет. Она и так потеряла слишком много времени.

Дэрин, узнав о намерении Изабель покинуть трактир сегодня же вечером, жутко расстроилась и начала уговаривать её остаться. Изабель стала ей не только подругой и наставницей, а скорее сестрой, которой у нее никогда не было.

Наступили сумерки, и Изабель, собрав вещи, двинулась в путь по опустевшему тракту. Дэрин долго махала ей рукой, стоя в дверях, и поливая горючими слезами порог. Иза поднялась на холм и, обернувшись, в последний раз посмотрела на Дэрин. Она чувствовала, что оставляет тут что-то очень дорогое своему сердцу, но она знала – с девушкой всё будет хорошо. Тоже помахав на прощание, юная ведьма начала спуск и скрылась с глаз подруги.

Ночь была ясной и вся округа купалась в белом свете луны. Лишь изредка её закрывали небольшие облака. Пройдя несколько миль, Изабель увидела человека, идущего к ней на встречу.

Путник оказался высоким юношей с сильно вьющимися светлыми волосами, напоминавшими кучерявое облако. Остановившись около Изабель, скрывшей лицо в глубоком капюшоне, он вежливо спросил:

- Прошу меня простить, но я, видимо, потерялся. Я должен был дойти до деревни с трактиром еще засветло, но уже ночь, а я до сих пор в поисках крова. Вы идете с той стороны, не подскажете, далеко ли мне еще осталось?

- Нет, деревня совсем близко, вон за тем холмом, – махнула рукой Изабель туда, откуда пришла. - Трактир найти тоже труда не составит, он приметный.

Юноша, поблагодарив, пошел дальше, а Изабель чуть не расхохоталась. Вот удивится Дэрин, получив своего суженного сегодня же.

Полная луна выглянула из-за облака, за которым пряталась, и снова залила окрестности своим мягким светом, как будто благословляя девушку на дальний путь. На душе стало радостно, будто её поприветствовал давний знакомый.

- Здравствуй, подруга, - сказала ей Изабель.

В ответ, кружась и танцуя, будто подхваченное легким ветерком, с луны на землю спустился небольшой светящийся лепесток и приземлился на раскрытые ладони маленькой ведьмы. «Вера и терпение – лучшие учителя», - прочитала она на лепестке.

Иза вспомнила, как одна из наставниц ей говорила, что тяжелее всего учить того, кто не знает ничего нужного, но полон ложными знаниями. Это похоже на то, как взять измаранный лист, бережно очистить и штрих за штрихом, мазок за мазком рисовать на нем новый шедевр. И тот, кто сможет дать истинные знания, обучить всему, что знает сам, тот – настоящий мастер своего дела. Для того, чтобы стать учителем, науки только недостаточно, нужно вложить в ученика ещё и свою душу.

Изабель стояла посреди дороги и улыбалась. Первое доказательство было получено. Пусть и не так, как она этого ожидала.

Глава 3. Доказательство единения с природой

С прощания с Дэрин прошло несколько месяцев. Изабель скиталась по лесам и болотам, лишь иногда по чистой случайности забредая в потерянные среди бескрайних полей деревушки. Девушка все глубже изучала природные явления, находила места силы и упражнялась в плетении заклинаний, которые получались все лучше и лучше. Теперь она могла сотворить более-менее приличное волшебство уже без предварительной подготовки, в тот же миг.

Сегодня она с особым усердием практиковала вызов дождя в лесу и, кажется, немного перестаралась. Ливень, начавшийся уже пару часов назад, даже и не думал стихать. Вода рвалась с небес сплошным потоком, который земля не успевала впитывать, и небольшая поляна, на которой Иза обосновалась, была залита ледяной жижей уже по щиколотку.

Пытаясь хоть как-то защититься от влаги, Иза взобралась на нижний сук ближайшего дерева и лихорадочно соображала, как прекратить это безобразие. От безысходности она вытащила свой чемодан готовых заклятий в надежде, что там найдется что-то подходящее. Единственным, что хоть немного соответствовало ситуации, оказалось ее последнее плетение, подписанное загадочной надписью «на всякий случай». Не самое надежное решение, конечно, это заклятие всегда срабатывает весьма неожиданным образом, но больше вариантов не было.

Изабель подумала, что в принципе хуже быть уже не может: она промокла до ниточки и дрожала так, что зубы стучали. Она открыла крышечку и серебристое облачко выплыло на её ладонь. Иза повторила последние слова, замыкавшие плетение. Заклятие заискрилось и исчезло.

Иза сначала даже зарычала от злости, а потом расхохоталась. Как всегда, когда говоришь, что хуже быть уже не может, стало хуже, гораздо хуже. К ливню прибавился ураганный ветер, началась гроза и загромыхало так, что с дерева посыпались ветки, а от огненных зигзагов молний небо раскалывалось на части. С видом человека, обреченного на утопление, Иза поплотнее закуталась в свой мокрый плащ и, прижалась спиной к стволу дерева. Раз уж исправить ничего не получилось, она просто будет ждать, пока природа над ней смилостивится.

Сколько прошло времени, пока дождь не начал стихать, сказать трудно. Наверное, больше двух часов. Осталась только противная мелкая морось, которая хоть и была неприятна, но позволяла идти дальше. Иза пробиралась по раскисшей земле среди толстых стволов с трудом. Как бы ей сейчас хотелось оказаться в деревне, согреться у очага, выпить чего-нибудь горяченького, но увы. Вокруг не было ни одной живой души.

До вечера так и не распогодилось. Изабель продолжила путь, гадая, это всё еще её дождь или уже сама природа решила покапризничать. Сизые тучи закрывали все небо и стемнело рано. Ложиться на мокрую землю не хотелось, и Иза решила идти и ночью. Тяжелый запах влажной земли бил в нос, но он был для нее приятным и родным. Было в нем что-то весеннее.

Вдруг Изабель услышала испуганный писк. Справа от неё была небольшая прогалина. Заметив на ней какое-то движение, девушка из любопытства направилась туда. В самой середине полянки она увидела совсем маленького олененка, в ужасе озиравшегося по сторонам.

Иза удивилась – олени здесь были редкостью. Тем более такой крошка и один.

- Что ты тут делаешь, малыш?.. – спросила она, но тут же оборвала фразу, увидев их.

Из-за деревьев высунули носы большие серые волки, отступившие до этого, услышав приближающиеся шаги. Их было пятеро. Оленёнок пятился от них и прижался к Изе, только что вышедшей из-за деревьев. Она ощутила ногой живое тепло животного и то, как он дрожит от страха всем телом.

Иза, хоть и сама испугалась не на шутку, вовремя вспомнила, что в чемодане было заклинание от волков. Она попыталась медленно, без резких движений достать его, и была уверена, что оно легко убьет их всех. Завершив плетение, девушка кинула заклинание в зверей. Однако, то ли она неправильно сомкнула его, то ли в нем изначально была ошибка, заклятие разлетелось, не причинив вреда ни одному из волков.

Вот теперь ей стало действительно страшно. Пытаясь не поддаваться панике, ведьма метала заклятие за заклятием, усложняла плетения и придумывала новые, но всё попусту. Она медленно отступала вместе с оленёнком, а волки, сначала сбитые с толку волшебными огоньками, поняв, что они не причиняют им вреда, рыча начали подбираться ближе к добыче. Иза хотела схватить малыша и попробовать убежать, но упала, споткнувшись о корягу. Оленёнок вместо того, чтобы спасаться, лег с ней рядом и уткнулся носом ей в плечо, чтобы не видеть волков. Его сердце стучало рядом с ее сердцем. Тук-тук, тук-тук.

Бьется сердце олененка, бьется её сердце – тук-тук. Иза замерла. Она слышал ещё пять сердцебиений. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Это бились сердца волков. И тут она всё поняла.

Знание, как огромный камень, отколовшийся со скалы, обрушилось на неё и пригвоздило к земле. Она всё это время пыталась научиться управлять природой, её стихиями, а сейчас пыталась причинить вред волкам, но это было неправильно. Её силы были частью этой стихии, она была такой же дочерью матушки-земли как этот олененок, как эти волки.

Сколь бы могущественны не были ведьмы, они могли только помогать природе, оберегать её созданий, а в ответ она помогала им, раскрывала свои секреты и даровала богатства, делилась силой. Теперь она это понимала. И больше не хотела убивать, теперь она желала только защитить оленёнка. Заклятие созрело моментально, и сила колдовства, вырвавшегося из ее ладони, было таким, что деревья вокруг качнулись. Оно раскидало волков в разные стороны, и те, скуля как побитые собаки, разбежались.

Олененок озадаченно поднял голову и взглянул Изе в глаза. Она погладила его по мягкой головке и нежно обняла. Малыш совсем её не боялся. Так и сидели они рядом, пока из-за деревьев не вышел огромный красивый олень с витиеватыми рогами. Во рту он держал кусок древесной коры. Благородное животное, не боясь, подошло прямо к Изе и опустило свою ношу ей на колени.

Олененок радостно запрыгал вокруг отца, и они вместе скрылись в чаще. Иза проводила их взглядом и зажгла огонь, чтобы взглянуть на подарок. На коре было высечено: «Человек – творение природы, не её венец». Второе доказательство было получено.

Глава 4. Доказательство любви

Дни сменяли недели, недели - месяцы. Почти год странствий в одиночестве сделал Изабель серьезной и молчаливой, внимательной к окружающему и истинным законам жизни. Она перевидала много разных людей, пережила множество различных передряг и чувствовала себя уже далеко не той беззаботной девчонкой, оставившей родной дом ради приключений и славы. За этот год грань между добром и злом в ее сознании невероятно истончилась, и она уже не делила всё на черное и белое. Каждый пройденный шаг, каждый новый поворот приближал ее к совсем иному пониманию мира.

Как правило, она старалась избегать больших городов, но однажды её занесло в окрестности Голуэя. Девушка была наслышана об этом городе и раньше очень хотела там побывать. «Почему бы и нет, раз уж так сошлось», - подумала она и решила исполнить одну из своих юношеских мечтаний.

Однако добраться до города до наступления ночи Иза не успела, сумерки застали ее в небольшой деревне неподалеку. Трактира тут не было, поэтому она зашла в ближайшую лавку, чтобы узнать, где можно найти ночлег. Когда так близко находились теплая постель, горячая вода для умывания и свежая еда, такой возможностью было грех не воспользоваться.

Лавка оказалась ювелирной и была совмещена с мастерской. Прямо за прилавком немолодой уже мужчина увлеченно занимался своим делом. Он был странно чужим в этой обстановке. Его лицо говорило о долгих скитаниях и странствиях, от него будто пахло загадкой и морем, но в то же время было понятно, что он любит и любим, что тут его дом и его крепость. Изе стало очень интересно, откуда же взялся такой интересный человек в этой крохотной деревушке.

Мужчина оторвался от кольца, над которым работал, и посмотрел на девушку.

- Чем могу помочь, красавица? – спросил он с улыбкой.

Иза, поначалу смущавшаяся своего потрепанного вида, ободренная ласковым обращением, осмелилась попросить:

- Доброго вам вечера. Помощь мне действительно нужна. Подскажите, пожалуйста, где здесь можно найти ночлег? Трактира я не нашла, но может кто-то принимает у себя путников за деньги? Я очень устала.

Было заметно, что мужчина удивился тому, что юная девушка путешествует одна, но не стал допытываться и, видимо, пожалел ее:

- Думаю, моя жена будет рада вас приютить.

На втором этаже лавки оказались жилые комнаты. Жена хозяина - очень приветливая и милая женщина - выслушала мужа и окружила Изабель материнским теплом и заботой. Она отвела её в комнату и показала, где она будет спать, принесла теплой воды в кувшине, небольшой таз и сказала, что скоро будет готов ужин.

Иза с превеликим удовольствием смыла с себя дорожную пыль, переодела платье, и только после этого вышла к хозяевам. Они уже ждали её, чтобы сесть за стол.

Ювелир показывал жене то самое кольцо, которое до этого Иза видела в мастерской. Заметив любопытный взгляд гостьи, он передал кольцо ей. Украшение было сделано из серебра, на нем не было драгоценных камней и вычурных узоров, но оно поражало своей красотой. Две руки держали сердце, увенчанное короной исключительно тонкой работы.

- Сердце – знак любви, руками окольцовано, а руки – дружбы знак, за верность коронованы, - чуть нараспев проговорил хозяин.

Иза посмотрела на кольцо еще раз и на внутренней части увидела выгравированную надпись «любовь, верность и дружба», а рядом было выбито клеймо ювелира – якорь и буквы Р. Дж. Значит, море она верно учуяла.

- Ричард Джойс, - представился хозяин.

Иза вернула ему украшение и обратила внимание, что у хозяина и его жены на безымянных пальцах точно такие же кольца. Проследив за ее взглядом, ювелир добавил:

- Это наши обручальные.

Он ласково улыбнулся жене, и получил в ответ не менее нежную улыбку.

После вкусного и сытного ужина семья села у камина. Ричард молча смотрел на огонь, а его жена села поближе к очагу и принялась за вязание. Иза тоже присела около хозяйки и наблюдала за её работой. Чтобы избежать лишних вопросов, она сказала им, что направлялась в Голуэй к родственникам и по пути её настигла ночь. Сказать им правду она, разумеется, не могла, насколько бы ей эти милые люди не нравились.

Тепло и треск поленьев убаюкивали, а домашний уют, по которому Иза так соскучилась, наполнял ее сердце тихой радостью. За окном моросил дождь, языки пламени весело плясали, прогоняя тени к дальним углам комнаты. Все располагало к долгим и искренним беседам. Жена ювелира начала напевать медленную и грустную старинную балладу. Изабель, чтобы не задремать, после окончания песни спросила:

- А как вы нашли друг друга? Была ли и ваша история любви такой же интересной?

Хозяйка немного смутилась, но ответила:

- О, дорогая, о нас с Ричардом не балладу, а целую легенду можно сложить.

Её муж

Ее муж только хохотнул, удобнее устроился в своем кресле и предоставил жене вести рассказ. Изабель даже представить себе не могла, сколько приключений и испытаний пришлось пережить самой обычной на вид паре, чтобы обрести своё счастье. Она слушала в немом восхищении, даже не осмеливаясь перебивать рассказчицу вопросами, а поведала миссис Джойс действительно увлекательнейшую историю.

Оказалось, что будущие супруги полюбили друг друга еще совсем юными, но родители девушки были не согласны отдать свою красавицу-дочь за столь бедного человека. Тогда Ричард решился на отчаянный шаг – отправился в Вест-Индию, в надежде разбогатеть и добиться руки своей возлюбленной, которая поклялась дождаться его. Дела Ричарда шли весьма успешно, он сколотил приличное состояние и полный радостных предвкушений сел на корабль, который должен был отвезти его домой, к любимой. Но все его радужные надежды рассыпались в прах совсем недалеко от дома. Нет, его корабль не затонул, не разбился о прибрежные скалы – на него напали пираты, а все, кто находился на корабле были захвачены в плен и проданы в рабство.

Так началась самая тяжёлая глава в жизни молодого влюбленного. И можно сказать, что ему ещё повезло, ведь он попал к богатому мавру-ювелиру, который особой жестокости к нему не проявлял. Ричарду вначале приходилось выполнять хозяйственные поручения, жить впроголодь, но позже мавр заметил, что, хотя его работник и ничего не смыслит в ювелирном деле, он очень старателен и аккуратен. Хозяин взял его к себе подмастерьем, и в скором времени Ричард в совершенстве овладел ремеслом и начал создавать очень красивые украшения. Тут хозяин перебил жену и добавил:

- Мне, конечно, очень нравилось моё новое занятие, я чувствовал в нём своё призвание. Хозяин был прекрасным мастером и столькому меня обучил. И всё же я тосковал, отчаянно тосковал. По любимой, по дому. В один из таких сумрачных дней я и придумал это кольцо. Оно олицетворяло для меня всё, что было мне дорого.

- Любовь, верность и дружба, - зачарованно выдохнула Изабель.

- Да, - подтвердил Джойс, - и не только. Видишь мое клеймо – якорь? Оно тоже не случайно. Это – символ надежды. Я верил, что меня ждут и я по-прежнему любим. Только это и не позволило мне тогда сойти с ума.

- А про то, что мавр за тебя дочь свою замуж хотел выдать и мастерскую в приданное предлагал, не расскажешь? – кольнула его ревностью жена.

Ричард рассмеялся:

- Что ж, было и такое. Хозяин не хотел терять меня.

- Как это? - удивилась Изабель.

- Наш король заключил с маврами договор, и они обязались отпустить на волю всех оставшихся в живых рабов, чтобы мы смогли вернуться домой. Вот тогда и предложил хозяин выдать за меня свою дочь, чтобы дело его жизни не попало в чужие руки или, что еще хуже, не сгинуло. Но как же я мог согласиться? Я всей душой рвался домой, туда, где меня ждали.

Изабель бросила извиняющийся взгляд на жену Ричарда, но не удержалась и шёпотом спросила:

- Но ведь столько лет прошло, а если бы вас уже не ждали?

Она напрочь забыла, что эти люди были для нее совсем чужими и ее вопросы могли показаться неуместными.

- Никаких «если», - уверенно ответил Ричард. - Я был уверен. Знал, чувствовал. Как только вернулся, я первым делом отправился искать её. Сразу же, как только спустился с корабля, даже не побывав в родном доме. И она бросилась мне на шею с таким пылом, что сомнений в её верности своему слову не оставалось. Я подарил ей это кольцо, - кивнул он на ее руку, - и сделал предложение. И она его приняла, разумеется. С тех пор мы не расставались. Как видишь, я верил не напрасно.

- А я ждала не напрасно, - вставила хозяйка дома.

Изабель ушла спать околдованная. Ее обуревали такие сильные эмоции, что она даже не могла объяснить себе их суть. Эти люди верили друг в друга и искренне любили, были верны и через столько лет разлуки соединились в счастливом браке. Она была безмерно за них рада. Их история была сказкой. Благодаря им она вновь поверила в возможность столь чистых и светлых чувств.

Конечно, теперь представления Изы о любви были совсем иными, чем год назад. Она многое переосмыслила за это время. Встречала многие пары, многие семьи, отмечала у себя в уме, какие бы она хотела отношения, а какие – нет. Теперь девушка мечтала встретить не героя, не красавца, а такого же любящего и заботливого мужчину как Ричард, который оберегал бы её, верил и так же сильно любил.

Тихие семейные вечера у камина казались ей теперь намного ценнее, чем пылкие признания, цветы и серенады под окном. Даже когда она покидала комнату, отправляясь спать, Ричард протянул руку жене и, взяв ее ладонь в свою, нежно поднес к губам.

Иза всё вертелась и не могла уснуть всю ночь. Она собиралась уйти с утра пораньше, как только проснутся хозяева, но ей очень хотелось сделать для них что-то хорошее. В то же время она чувствовала кожей, что ей ни в коем случае нельзя вмешиваться в жизнь этого дома, что он находится под охраной совсем других сил, хотя и не понимала, каких именно.

Перед рассветом Иза решила, что всё равно не уснет, и встала с постели. Она достала из своего узелка мешочек с травами и поспешила вниз. Может получится зарыть перед порогом амулет или повесить на дверь и окна обереги? Она хотела защитить этот дом от зла, сделать все возможное для процветания и спокойной жизни таких удивительных и гостеприимных людей.

Было тихо, все спали. Изабель спустилась в мастерскую и застыла. Вот что она чувствовала! Магию эльфов! Пока хозяев не было, в мастерской во всю трудились с полдесятка маленьких ушастых созданий. Те, в свою очередь, и не думали скрываться с её глаз. Наоборот, один из них, сидевший прямо на прилавке и начищающий точильные камни, улыбнулся ей и нахально подмигнул.

Иза так и осталась стоять на последней ступеньки лестницы с открытым ртом. Она даже в ведьмином квартале за всю свою жизнь ни разу не видела ни одного живого домового эльфа! Видимо, Ричард и вправду был умелым мастером, раз в его подмастерья пошёл сам маленький народ. Хозяин об этом, естественно, и не догадывался. Вот уж точно, с такой магией не поспоришь. Ее руки безвольно повисли.

Эльф на прилавке, будто прочитав её мысли, подозвал к себе. Она сделала к нему пару неуверенных шагов. Эльф показал на мешочек с травами и кивнул, но потом сделал суровое лицо и, показав на ладони, покачал своей маленькой головой, смешно дернув ушами. Иза улыбнулась – ей разрешили помочь. Колдовство могло помешать магии эльфов, а вот защиту природы, через травы и заговоры, они приняли, и это её очень обрадовало.

Утром хозяйка позвала Изу завтракать. За столом уже сидел Ричард и допивал свой чай.

- Не боишься отправляться в путь после вчерашнего ливня? Снова вся испачкаешься пока до города доберешься. Оставайся до завтра, авось дороги и подсохнут, - сказал он ей вместо приветствия.

Изабель еще раз уверилась в том, какими хозяева были добродушными людьми. Иначе бы здесь не было эльфов. Ои не так просто выбирают себе дом. Эта семья была готова с радостью предоставить кров и пищу совершенно чужому человеку, но девушка была вынуждена отказаться. Здесь она открыла для себя очень много важного. Она и не думала, что получит столько ценного для своей души, стучась в эти двери в поисках ночлега.

Попрощавшись с хозяйкой, она вместе с Ричардом спустилась вниз. Из-за ее амулета в мастерской появился еле уловимый, но очень приятный аромат зверобоя, шалфея и полыни. Иза знала, что этот запах еще долгие годы не покинет этот дом и будет служить надежной защитой. Ричард ничего не сказал, но видимо тоже что-то почувствовал, потому что сделал глубокий вдох и удовлетворенно улыбнулся.

Девушка попрощалась с ним и сердечно поблагодарила за доброту, а в ответ получила приглашение заночевать у них и по обратной дороге. Проходя мимо памятного прилавка, на котором сидел ночью эльф, она краем глаза увидела, что он сидит на полу и что-то протягивает ей. Сделав вид, что уронила свой узелок, Изабель забрала у эльфа подарок, поблагодарив его улыбкой. Только отойдя от дома на приличное расстояние, она раскрыла ладонь и увидела такое же серебряное кольцо, какое показывал ей ночью Ричард. Только вместо положенной надписи на нем было высечено: «Любовь – начало и основа всего». Надпись вспыхнула и ее заменили должные: «любовь, верность и дружба». Деревушку Кладдах Иза покидала, забрав кольцо, ставшее позднее легендарным и покорившее весь мир.

Глава 5. Доказательство магического мастерства

- Ох, какая силища! – воскликнула старушка, стоявшая рядом с Изабель в пестрой толпе. - Как эти дураки не чувствуют даже такого? Редко такое встретишь, ой, как редко… Чистейшая мощь, как вода из ключа бьет.

Изабель не сразу поняла, что эти слова были обращены именно к ней.

Война двух королей оставила свой отпечаток в жизни страны. Город, потихоньку приходил в себя после захвата войсками Вильгельма Третьего. Все соскучились по веселью. Сегодня на радость и молодых и старых проходила традиционная ежегодная ярмарка, и народу на площади было не протолкнуться.

Шуты развлекали толпу, и со всех сторон напирали любопытные, стремящиеся хоть что-то увидеть. Изабель зажали со всех сторон так, что девушка даже пошевелиться не могла. Она повернула голову и успела увидеть маленькую сгорбленную седую старушку. Мгновение – и та уже растворилась в толпе, но Изе хватило и этой доли секунды.

Девушка кинулась за ней, расталкивая всех вокруг, за что и сама получила пару увесистых оплеух и тычков, а еще больше ругани в след. Только ей было все равно. Главным было сейчас догнать старуху, только бы не потерять из виду.

Тем временем её цель ловко петляла среди зевак и проскользнула в ближайший переулок. Как бы не спешила девушка, она каждый раз успевала увидеть только край ее плаща, исчезающий за ближайшим поворотом, да иногда слышался негромкий старческий смех. Девушка совсем выбилась из сил, но преследование не прекратила. Оставалось только дивиться, как могло столь дряхлое на вид создание так быстро передвигаться.

Вокруг мелькал Голуэй, который Изабель так стремилась увидеть, но рассмотреть что-либо она не успевала. Вскоре дома начали попадаться реже, город плавно перешел в пригород. Уже порядком уставшая Изабель хотела остановиться и перевести дух, но увидела, что старушка заходит в небольшой дом на самой окраине. Дверь осталась призывно открытой. Девушка преодолела оставшееся расстояние и проскользнула в комнату.

- Нау… научите меня так же читать людей, - выдохнула она почти неслышно, запыхавшись. Эта погоня отняла у нее все силы.

Изабель огляделась. Посреди бедно обставленной, чтобы не сказать убогой, комнаты вместо прежней старушки стояла немолодая, но статная и красивая женщина, весьма отдаленно чертами лица напоминавшая беглянку.

Эта метаморфоза не особенно удивила Изабель: ведьмы при желании могли менять свою внешность. Больше ее поразило другое.Откуда здесь взялась настолько сильная колдунья, и почему об этом никто не знает? Обычно все ведьмы Ирландии составляют какую-то общину. И их не так много, чтобы кто-то мог затеряться или забыться. Тем более такая, которая могла запросто читать людей, а не обычная знахарка или городская колдунья, занимающаяся приворотами и простейшими защитными чарами.

Женщина довольно улыбнулась. Было видно, что она добилась именно того, что хотела.

- Наконец, я тебя нашла, - сказала она Изабель, закрывая за ней дверь.

Женщина кивком указала Изе на табурет и села на такой же напротив нее. Не успела она опуститься, грубый деревянный стул превратился в роскошное бархатное кресло.

Выражение лица колдуньи очень не понравилось Изабель и заметно остудило ее пыл. У нее возникло чувство, что она попала в ловушку. Устроившись с гордым видом на указанное место, чтобы не показывать своего страха, она с подозрением спросила:

- Вы искали меня? Я вас не знаю.

- Не надо так на меня смотреть, того и гляди испепелишь. Нам с тобой надо подружиться, и чем скорее, тем лучше. Я не искала именно тебя, если быть предельно честной. Но я действительно уже давно нахожусь в поисках достаточно сильной обладательницы дара. Молодой, - уточнила женщина. – И ты мне подходишь.

Иза слегка успокоилась:

- И зачем же?

- Передать кому-то свои знания и умения, разумеется, - удивилась ее непонятливости колдунья. - Как видишь, мне уже не долго осталось, а умениями моего уровня мало кто обладает даже на континенте.

- Кто же вы такая? И почему хотите поделиться тем, что обычно все стремятся сохранить в тайне?

Женщина только улыбнулась и сначала ответила на последний вопрос:

- Наверное потому, что я очень старая. И мне было бы очень жаль, если бы все мои усилия и годы жизни, потраченные на обучение колдовству, пропали впустую. Я всегда старалась узнать что-то новое, развить свои способности в тех областях, в которые другие ведьмы заглядывать либо опасаются, либо у них на это не хватает сил. Я собирала информацию, находила и обучалась у лучших ведуний Европы. И было бы верхом глупости унести все это с собой в могилу. Зови меня леди Элис. Я родом отсюда, но, после того как мне пришлось покинуть дом, большую часть жизни провела в Англии и в Европе…

У Изы от потрясения глаза вылезли из орбит. Она вскочила с табурета, который, кстати так и остался неудобным и жестким, и абсолютно неприлично тыкая в собеседницу пальцем, вскрикнула:

- Вы – леди Элис Кителер!

Она не спрашивала, она утверждала. Но порыв прошёл, и в голосе Изабель появились нотки сомнения:

- Но… но это ведь невозможно, совершенно невозможно… Тогда вам сейчас было бы больше четырехсот лет. Да и вообще, вы бы уже давным-давно умерли…

Иза опустилась на свое место и виновато посмотрела на женщину, явно смущаясь своей выходки. Колдунья только рассмеялась:

- Надо же, на какую умную маленькую ведьму я совсем неожиданно наткнулась. Браво, я впечатлена, правда. Да, ты не ошиблась, это я и есть. И почему же невозможно? Я ведь говорила, что уже очень стара. И к тому же, мне очень повезло, и в одну из моих, как я тогда полагала, последних путешествий во Францию, я познакомилась с замечательным мужчиной по имени Николя Фламель. Он помог мне надолго отсрочить дату перехода в мир иной.

Это имя тоже о чем-то говорило Изабель. Она так громко вздохнула, что снова заслужила благосклонный кивок колдуньи:

- Что ж, меня очень радует, что мне попалась образованная девушка. Давай перейдем к делу. Теперь, зная кто я и чего хочу, ты еще не передумала учиться у меня? Или может испугалась слухов? – рассмеялась ведьма.

- Ну что вы, - мигом ответила Иза. – Конечно, не передумала!

Хотя такие слухи могли напугать кого угодно. Говорили, что она при помощи черной магии убила трех своих мужей и присвоила себе их богатства. И чуть было не погубила и четвертого, но его дети обвинили ее в колдовстве. В результате леди Элис пришлось бежать из страны, чтобы ее не сожгли на костре.

Да, Изабель не верила во всю эту чепуху. Люди никогда не признают, что благодаря пойманной ими ведьме в засушливый год был получен прекрасный урожай или чума обошла стороной город, в котором она жила. Нет, никогда. А вот обвинить в загадочных смертях, налетевшем вдруг урагане, болезнях и эпидемиях – это всегда пожалуйста. Так уж повелось.

- Что ж, тогда довольно пустой болтовни, - сказала леди Элис и поднялась со своего кресла. - Сегодня отдохни, приведи себя в порядок, а завтра мы начнем обучение. В соседней комнате ты найдешь всё, что тебе необходимо. На этом попрощаемся.

Колдунья ушла, оставив Изабель переваривать услышанное. Когда закрылась дверь, Иза бросила взгляд на кресло, но оно вновь успело обернуться табуретом.

Мама всегда настаивала на том, что историю знать необходимо, и подкидывала ей для чтения разные книги. Да и сама Изабель была не против. Особенно она любила читать про великих ведьм и колдунов или обычных людей, если они отличились при жизни своими неординарными поступками или характерами.

Эти знания сильно облегчали жизнь. Они не только помогали поддержать разговор, если вдруг она попадала в общество людей другого круга, но иногда были полезны и на практике, подсказывая верные решения в различных непростых жизненных ситуациях. Во всяком случае, за год своих скитаний Иза ни разу не пожалела о часах, потраченных на чтение, и о вечерах, проведенных у камина, слушая долгие мамины рассказы. О последних она вспоминала с особой теплотой и гордостью. Как же много мама знала.

И вот ее познания снова пригодились. Она всё пыталась вспомнить, в каком же году проходил процесс над леди Кителер. Точную дату никак вспомнить не получалось, но приблизительно было это лет четыреста назад. Просто поразительно. Да, ведьмы жили на пятьдесят, иногда даже на сто лет дольше обычных людей, в зависимости от обладаемой ими силы, но таких долгожителей история еще не знала. Видимо и вправду месье Фламель смог создать философский камень и получить эликсир жизни. Чудеса, выходящие за грань обычной магии, о которых и говорила леди Элис.

Девушка окончательно укрепилась в своем решении обучаться у неё. Она знала, что очень сильна, и хотела, чтобы ее способности оттачивали настоящие мастера, такие, как ее мать, а теперь и леди Элис.

Воодушевленная Изабель пошла осматривать дом. В этой комнате, кроме вышеупомянутых табуретов, стоял такой же грубый стол, и был очаг для приготовления пищи. Соседняя комната была чуть меньше, но обставлена лучше. Там стояли кровать, маленький платяной шкаф и столик. Что же, вполне достаточно для одинокой девушки, тем более после стольких ночей под открытым небом. Единения с природой с неё пока хватило.

- Я думала, мы начнем с чего-то поинтереснее. Нашла, о чем спрашивать, - разочарованно произнесла леди Элис. – Просто тебе надо научиться смотреть на людей по-другому, не глазами, а своим даром. Тут и учить-то нечему, просто включи свой внутренний взор. Со временем ты только так и начнешь видеть людей. У каждого свой цвет, своя глубина в зависимости от чистоты души, способностей и внутренней мощи. Чем сильнее дар, тем насыщеннее цвет, чем красивее душа, тем он чище. У тебя кстати очень интересная аура, такого я еще не встречала. Давай, попробуй.

Как только колдунья появилась в домике на следующий день, первым делом Изабель попросила научить читать людей. У неё в голове не укладывалось, как легко и просто старуха разгадала ее на ярмарке. Она думала, что это дело весьма сложное и обучение займет не одну неделю и её крайне обескуражила такая реакция колдуньи, да еще и просьба сразу применить магию. Будто снова оказалась на экзамене. Она не знала с чего начать и просто продолжила смотреть на леди Элис. Та сокрушенно возвела глаза к небу и сказала:

- Закрой глаза. Ты чувствуешь, что кроме тебя в комнате ещё кто-то есть?

- Разумеется, - ответила Иза несколько обиженно и закрыла глаза. Не такая уж она и бестолковая.

- А то, что у меня есть дар, что я не обычный человек?

Изабель задумалась. Она никогда не пыталась разделить свои ощущения от присутствия обладателей силы или простых людей и думала, что чувствует только присутствие жизни. Она попыталась сделать то, что ей сказали, и к своему удивлению поняла, что ее дар отчетливо различает, что рядом ведьма, и очень сильная. Девушка улыбнулась.

- Вот, видишь, - довольным голосом сказала леди Элис. – А теперь открой глаза и попробуй сохранить это ощущение – восприятие живой сущности через свой дар.

Изабель медленно открыла глаза. Каково же было ее изумление, когда она вместо обычного образа леди Элис увидела её же, но окруженную ярким свечением насыщенного фиолетового цвета. Девушка негромко охнула. Она еле удержалась от того, чтобы не броситься на улицу и не начать читать всех подряд. Похоже, леди Элис угадала ее мысли и удержала:

- Успеешь, не торопись. А ты молодец. Если честно, я тебе соврала. Хотела тебя проверить. Не такое это и простое дело. Многие колдуньи не могут овладеть этим искусством даже в почетном возрасте. Для видения немалая сила нужна, а в тебе её просто прорва. Я уже говорила.

Изабель обратила внимание на свою ауру. Она светилась куда ярче, чем у леди Элис, и была пронзительного серебряного цвета.

С этого момента началось обучение совсем другой магии. Нет, конечно, если она замечала, что леди Элис использует в обиходе заклинания, неизвестные ей, Изабель запоминала и их, но в основном направление их обучения отличалось от предыдущих. Раньше она изучала колдовство, направленное на природу, на решение бытовых задач, теперь же они занимались магией, применимой к людям.

Девушка научилась не только видеть ауры, но и практически читать мысли, точно определять эмоции и различать чувства, направлять рассуждения человека в нужное ей русло. Такого не могли ни мама, ни кто бы то ни было другой из её знакомых ведьм. К тому же, она получила большой нагоняй от леди Элис за то, что до сих пор использовала заготовки заклинаний. Она настаивала на том, что Изабель уже давным-давно могла собирать плетения на ходу, что ей мгновенно доступно практически любое колдовство, сил у нее для этого предостаточно, а нехватку практики они с лихвой возмещали многочасовыми ежедневными тренировками.

В упорной и тяжелой работе время пролетело незаметно. Изабель чувствовала себя совсем другой ведьмой, по сравнению с той, которая год назад появилась в маленьком домике. Она умела и могла то, о чем никогда и мечтать не смела.

Как-то вечером, сидя у очага с чашкой своего любимого черного чая, леди Элис обмолвилась, что дала ей уже почти всё, что могла. С этого дня к Изабель начали возвращаться мысли о продолжении пути. В конце концов, уже прошло больше двух лет, как она ушла из дома, а ей еще нужно было добыть два доказательства. Задача начинала казаться невыполнимой.

После очередного занятия она сказала об этом своей наставнице. Та, немного подумав, ответила:

- Что ж, тогда пора переходить к самой сложной части нашего обучения.

Изабель удивленно взметнула брови.

- Еще больше ты удивишься, узнав, что это не уроки магии. Скорее наоборот. Теперь я буду учить тебя тому, когда и где не стоит применять полученные у меня знания.

Далее Иза слушала долгие лекции о том, что нельзя колдовством причинять вреда другому человеку, заставлять его делать то, что он не стал бы делать без принуждения, вмешиваться в чувства и так далее. Девушка переносила эти уроки почти без зевания – она же восемнадцать лет прожила со своей матерью, привыкла. И только в последний день занятий она почувствовала к рассказам наставницы неподдельный интерес.

- Знаю, это все кажется очевидным и скучным, - сказала леди Элис, - но я бы не стала обострять на этом внимания, если бы сама в молодости не обожглась. Я была почти так же сильна как ты, но оказалась намного глупее.

- Так все эти слухи правда? – спросила Изабель огорчённо.

Она успела привязаться к своей наставнице и ей было больно узнать, что та была не столь безупречна, как она думает.

- Ну, не все, - уточнила колдунья, - я никого не убивала. Что же касается наследства, то да, тут я отличилась. Я была очень молода и думала, что, овдовев, не смогу и дальше жить так, как привыкла, у меня не хватит на это своих средств, а главное – у меня не будет денег продолжить обучение колдовству.

Руки у леди Элис задрожали, голос стал сиплым и старчески скрипучим. Она посмотрела на Изабель долгим, оценивающим взглядом и продолжила:

- Я не придумала ничего лучше, чем внушить перед смертью своим мужьям, что лучше бы им оставить всё своё наследство мне, а не детям. Я была уверена, что они только промотают его в кутежах и спустят на ненужное барахло, у меня же была великая цель. Позже, я в этом очень раскаялась. Такие деяния ложатся на плечи тяжелым бременем. Да и их проклятия сильно отразились на моей жизни, женского счастья я так и не обрела.

Однако, не могу не признать, что именно эти средства позволили мне в последствии встретиться с Николя и получить свою очень долгую и интересную жизнь, а вместе с тем и возможность изучить всё, что знаю сейчас, существенно расширить горизонты магии, а теперь и передать эти знания другим. Так что, может быть, всё было не зря. Даже самые гениальные люди не могут достичь высот, которых могли бы, только из-за одной простой причины – у них не хватает на это времени. Я же прожила столько, что успела всё. И это благодаря моим ошибкам молодости.

Они посидели в тишине. Изабель не могла её осуждать, уж слишком много леди Элис для неё сделала. Тем более, кто не совершает ошибок? Она знала, что наставница сделала очень много благих дел и, можно сказать, искупила причиненное зло.

Иза взяла леди Элис за руку и поцеловала, давая понять, что ни на каплю не изменила своё к ней отношение. Наставница благодарно пожала её руку. Будто в ответ на это в очаге обвалились прогоревшие поленья, взметнув всполох искр, озаривших комнату. Небольшой уголек вылетел из камина и приземлился у ног Изы. На остывшем, почерневшем кусочке дерева светилась надпись, будто сделанная огнем: «Только правильно выбрав учителя, можно стать настоящим мастером».

Тогда еще Изабель не знала, что знания леди Элис станут самой тяжелой ношей в ее жизни, и из-за них она перенесет самые горькие страдания, отведенные на ее долю.

Глава 6. Доказательство мудрости

После целого года, проведенного в тепле и уюте, снова отправляться куда глаза глядят было даже сложнее, чем покидать родной дом. Изабель собрала свой нехитрый узелок и ушла рано утром. Обернувшись на пороге, она еще раз бросила взгляд на дом, к которому уже успела привыкнуть, и с печальным вздохом претворила за собой дверь. С леди Элис она попрощалась еще накануне. Снова расставание.

Иза медленно шла через сонный город, в последний раз любуясь его красотами. Громада церкви Святого Николая возвышалась уже далеко позади, когда она преодолела последнее искушение – заглянуть в гости к Ричарду и его жене и понежиться в любви и заботе еще один день.

Куда идти Изабель, как всегда, не знала, но ей очень не хотелось расставаться с морем, которое она очень полюбила. Девушка решила продолжить свой путь по побережью, направляясь к югу острова. В некоторые деревушки она заглядывала, некоторые обходила стороной. Теперь каждый ее день был наполнен запахом соли и брызгами катящихся к берегу волн. По утрам она провожала взглядом рыбаков, отплывающих на своих старых деревянных лодках за уловом, по вечерам прощалась с солнцем, падающим прямо в искристое море. В целом, это были спокойные и размеренные дни, даже слишком спокойные. Появлялось ощущение, что скоро что-то случится, и это перевернёт ее жизнь с ног на голову, что надвигается что-то серьезное и страшное, а своим ощущениям Иза теперь доверяла на сто процентов.

Как-то вечером девушка просидела на берегу до последнего золотого закатного блика на воде. Место она сегодня выбрала восхитительное. Море лизало прибрежные камни, а иногда с разбегу ударялось о возвышающиеся чуть правее скалы. На вершине утеса примостился небольшой старый замок. «Такой вид не надоест и за сотню лет. Вот бы обосноваться в таком месте», - мечтательно подумала Изабель.

Начало темнеть. Деревня была неподалеку, но идти сегодня к людям ей не хотелось. Она решила заночевать на берегу, а утром двинуться дальше. Иза уснула, завернувшись в плащ, почти у воды, скрытая огромной корягой от ветра и чужих глаз. Ночь прошла беспокойно.

Солнце еще не встало, но небо уже стало нежно розовым, и ночная мгла стремительно пряталась по расщелинам и за камнями, боясь быть застигнутой врасплох. Под утро Изабель начал сниться странный сон, точнее еще один кошмар, в котором к ней тянул склизкие щупальца огромный черный осьминог и пытался задушить. Девушка застонала, перевернулась и проснулась. Она лежала, широко открыв глаза и пыталась восстановить дыхание, отогнать ужас, сковавший ее тело, но не получалось. И тогда она поняла – началось.

Со стороны деревни к ней шёл такой мощный поток страха и боли, что она моментально вскочила, подобрала юбки и кинулась туда. Ужас, обуявший детей, и отчаяние, охватившее их матерей, невозможно было вынести. Это отчаяние было сплетено из бессилия, боли и обреченности, которые преобладали в потоке и рвали сердце на части. Что бы там сейчас не происходило, эти люди были уверены, что это конец, помощи ждать неоткуда, и единственное избавление – смерть.

В следующий момент Изабель открыла глаза и ничего не понимая уставилась на полог кровати. Она лежала в богато обставленной комнате, а в кресле напротив дремал незнакомый ей молодой мужчина.

Было еще темно, но в комнату уже начинал проникать свет забрезжившего за окном рассвета. Уже прошли целые сутки? Все тело болело, будто оказалось меж мельничных жерновов, а голова вовсе отказывалась думать. Иза попыталась приподняться, но вновь со стоном откинулась на подушки. Мужчина моментально проснулся и подошел к ней:

- Простите мое присутствие здесь. Я просто отпустил уставшую сиделку на пару часов отдохнуть. Наконец вы очнулись. Я уж боялся, что вы больше никогда не откроете глаза. Хотя, чему удивляться, когда такая юная и хрупкая девушка столько всего перенесла.

- Перенесла что? – спросила Иза.

- А вы не помните? – удивился мужчина. – Вы ведь теперь героиня всей деревни.

- Ничего. Помню, что бежала, а потом пустота. И вот я здесь.

Изабель попыталась напрячь мозги, но голова ответила на это взрывной болью, и она снова застонала. Молодой человек спохватился:

- Да что ж это я, вам нужен покой. Если захотите, позже я вам обязательно всё расскажу, а пока отдыхайте.

Он тихо вышел из комнаты, но вскоре его место в кресле заняла пожилая женщина в чепце. Иза подумала, что это и есть ее сиделка и хотела спросить, где она находится, но тут же провалилась в сон.

Проснувшись, девушка почувствовала себя намного лучше. Тело уже не так болело, и в голове начало проясняться. Она села и огляделась – в комнате никого не было. Зато её дожидались вода для умывания и красивое новое платье, которое оказалось почти в пору. Свой узелок она обнаружила тут же.

Изабель привела себя в порядок и самочувствие стало почти прекрасным. Решив, что невежливо откладывать разговор с хозяином дома, она выскользнула из комнаты и оказалась в длинном, хорошо освещенном коридоре. Видимо, здесь находились жилые комнаты хозяев – в коридор выходило еще с полдюжины дверей. На стенах висели картины, изображавшие, судя по сходству, предков недавнего знакомого Изабель. С интересом их осмотрев, она двинулась к лестнице. Ее внимание привлекло окно, и она подошла, чтобы посмотреть наружу. Каково же было ее удивление, когда она увидела бескрайний синий простор. Она же в замке на утесе! Ничего не понимая, Иза спустилась вниз, в гостиную. Выходит, этот мужчина – хозяин деревни?

Несмотря на сгущавшиеся сумерки, свечи не были зажжены, и она не сразу заметила в неровном свете полыхающих в камине дров поднявшуюся из дальнего кресла высокую фигуру. Сообразив, что это именно тот, кого она искала, Изабель сдержала испуг, подошла к нему и поклонилась:

- Благодарю, за ваше гостеприимство, сэр. И за вашу помощь, - тут Изабель покраснела и отвела глаза. Все произошедшее накануне казалось ей страшным сном, висящим на задворках сознания, но она отчетливо понимала, что обязана ему жизнью.

Добежав до деревни, Изабель первым делом закрыла глаза и попыталась очистить сознание от переполнявших его чужих эмоций. Главным сейчас было действовать точно и с холодной головой, иначе всех спасти не удастся, а подставлять под удар жизни детей она не хотела.

Иза чувствовала, что зло вышло наружу из колодца в центре площади, но там его уже не было. Оно расползлось по всей деревне, забралось в каждый дом. Около колодца толпились все деревенские мужики, но только пожимали плечами и беспомощно смотрели в казавшуюся холодной и ставшую очень страшной бездну.

Изабель подбежала к ним и спросила на лету:

- Когда это началось? С чего?

Один из толпы, очень отличавшийся от остальных как статью, манерой говорить, так и одеждой, с недоумением посмотрел на запыхавшуюся девушку, но все же ответил:

- Вчера. Наши чистили колодец и вытащили очень странную вещь. Сначала мы подумали, что это камень, обросший водорослями, но когда мы раскрыли этот кокон, то поняли, что это были женские волосы, обернутые вокруг старой шкатулки. Никто из деревенских и не подумал, что эта вещь недобрая. Большинство решило, что там могут быть сокровища. Любопытство взяло верх над благоразумием, и они тут же раскрыли шкатулку, - покачал головой молодой человек.

От услышанного у Изабель по спине пробежали мурашки. Что было дальше она прекрасно себе представляла, и даже порадовалась, что не успела позавтракать, иначе бы все содержимое желудка вывернула. Как только шкатулка раскрылась, страшный древний механизм пришел в действие и начался ад. Вот только люди, не владеющие магией, заметили это не сразу. Ах, почему же она вчера не пошла в деревню?!

- Нам показалось, что оттуда вырвался рой пчел и устремился к нашим домам, но потом мы поняли, что это была просто какая-то чернота. Сначала нас обуял страх, но поскольку ничего больше не произошло, мы просто выкинули это из головы. А сегодня утром… - голос мужчины оборвался, и он судорожно повел плечами.

За него закончила Изабель:

- А сегодня утром вы обнаружили, что все дети лежат в своих постелях как куколки, опутанные такими же, как на шкатулке склизкими волосами, которые никак не получается ни распутать, ни разрезать, и кажется, что они уже не дышат, - сказала она очень тихо.

- Вы знаете, что это? – резко спросил другой мужчина, по виду рыбак. – Это колдовство? Кто-то проклял наших детей?

Изабель только кивнула. Слишком сложно было бы сейчас объяснять, что это мощный ритуал, и таким путем давно умершая тёмная ведьма возвращает себе жизненные силы, высасывая их из детей. Уже на закате она возвратится к жизни, а все дети умрут.

Первый её собеседник, по-видимому, оказался умнее остальных. Он пристально посмотрел на Изабель и спросил:

- Вы ведь здесь неспроста. Вы знали, что тут что-то не ладно, поэтому так спешили, так? Вы знаете, как помочь?

Изабель снова кивнула. На этот раз очень осторожно. Она понимала, что не сможет ничего сделать, не раскрыв себя, и этим подвергает себя ужасной опасности. Эти же люди могли её потом закидать камнями или тут же сжечь на костре. Она еще удивилась, как ее сразу не обвинили в этом колдовстве.

Молодой мужчина видимо понял её опасения и подошёл ближе. Он прямо и открыто посмотрел ей в глаза и произнёс:

- Прошу вас, если можете, спасите детей. Просите все, что угодно. Только не оставляйте их умирать такой страшной смертью, пожалуйста.

Изабель в третий раз кивнула. Она не сомневалась в своих силах, хотя таких сложных плетений она еще не делала. Здесь нужно было не просто заклинание, а целый ритуал. Вряд ли кто-то из ныне живущих с таким сталкивался. Уж очень древним было проклятье. Все же леди Элис крепко вбила ей в голову, что она особенная и может совершить почти невозможное.

Она попросила, чтобы ей принесли ту шкатулку, и все ушли с площади. Иза всем телом чувствовала, насколько опасная вещь находится у неё в руках и ей было противно до тошноты, даже учитывая, что это была всего лишь пустая оболочка. Подойдя к колодцу, она выпрямилась и окинула взглядом деревню. Из каждого дома по-прежнему почти осязаемым потоком тянулись страх и отчаяние. Сделав глубокий вздох, она сконцентрировала все свои силы на кончиках пальцев и резкими хватательными движениями начала тянуть зло из каждого дома обратно в шкатулку.

Сначала ничего не получалось. Она вспотела, колени начали дрожать, сердце билось в три раз чаще, чем обычно. Иза видела темное колдовство, пыталась с ним совладать, но не выходило. Из ближайшего дома послышался отчаянный вопль. Что-то шло не так, но ведьма не понимала, что. Остановившись, она закрыла глаза и направила поток мыслей внутрь себя, в голову, а потом и в самое сердце. Вот оно! Раз заклятие было направлено на выкачивание жизни, только силой магии его было не остановить, нужно было кое-что ещё – часть её жизненных сил.

В этот момент Изабель не думала ни о том, как это опасно, ни о том, чем это всё для неё закончится. Она собрала в сердце всю любовь, которую скопила за жизнь. По венам текли её нежность к матери, привязанность к подругам, уважение к учителям, преданность своему дару. Только пропустив через себя всю эту мощь, она открыла глаза и вновь направила потоки силы на кончики пальцев и начала плести заклинание. Она не думала, только чувствовала. С каждым её манящим движением из очередного дома вырывалась чёрная туча и скрывалась в шкатулке. С каждым разом это давалось ей всё тяжелее и тяжелее, ее силы были на исходе, но она не останавливалась. Каждое движение руки – одна спасённая жизнь. Уже на границе своей выносливости Изабель повернулась к крайнему дому и дрожащими пальцами поманила последний клочок древнего проклятия. Колдовство, вылетев с громким воем из окна, спряталось в шкатулке, и она захлопнулась. Девушка сползла на землю и так и осталась сидеть. Она не могла даже пошевелиться.

Сначала ее окружили мужчины, ранее стоявшие у колодца, потом начали выглядывать из дверей женщины и осторожно подобрались ближе. Никто не решался подойти и помочь. Иза и колодец остались в центре пустоты, которую обступила вся деревня. Все молчали.

- Она – ведьма! – вдруг воскликнул рыбак, уже ранее с ней говоривший.

Толпа зашумела и загалдела. Кто-то тыкал в неё пальцем, кто-то плюнул себе под ноги. Изабель в глубине души с самого начала понимала, что этим всё и закончится, но у неё не было ни сил, ни желания сопротивляться. Она была опустошена своим колдовством.

Толпа гудела всё сильнее, на лицах отчетливо был написан испуг. Иза вспомнила слова своей наставницы: «Ты никогда и ни в чем не сможешь убедить толпу. Толпа – это страшный зверь, который растерзает любого, если хоть одна её часть этого захочет и выразит это желание. Не трать на это силы. Но вот странная штука, если убедить хоть одного помочь тебе, то есть возможность, что он убедит в этом всех остальных. Нужно только правильно выбрать, кто же этот один. Вот этому-то я тебя и учу».

Изабель подняла глаза и попыталась найти глазами человека, который просил её помочь детям. Судя по всему, он был из благородных, и люди вполне могли его послушаться.

Все это время следивший за работой красивой и грациозной ведьмы не отводя глаз, мужчина сам выступил вперед и направил на девушку задумчивый взгляд. Было понятно, что он пытается решить, как же поступить. Он сам был ещё очень молод и не опытен.

Девушка посмотрела на него одновременно и с мольбой, и с укором. Он вздрогнул и, устыдившись того, что чуть было не нарушил своё слово сделать для неё всё, что угодно, быстрым шагом направился к Изе и помог подняться на ноги, а потом обратился к людям:

- Можно сказать, что и ведьма. Я тоже видел, что она сделала. Только скажите мне, вы готовы только из-за глупых предубеждении отправить на костёр ту, которая спасла жизни всех ваших детей? Даровала им будущее? Вы ведь все понимаете, что если об этом кто-то узнает, то это неминуемо. Она единственная, кто пришёл к нам на помощь. Девушка рисковала своей жизнью дважды: в первый раз - сражаясь с проклятьем, а второй раз - доверившись нам, открыв свою суть, чтобы помочь. Неужели, мы пали так низко, чтобы предать это доверие? Посмотрите, как она юна, а как храбра. Будьте и вы смелыми, подавите свои страхи.

Толпа затихла. Сердце у Изабель бились так сильно, что она думала, что вся площадь слышит его стук. Потом, к её удивлению, сначала послышался согласный ропот среди женщин, в сердцах которых проснулась благодарность за спасение их детей, потом закивали головами и мужчины. Теперь уже все загудели восторженно. От избытка чувств и непомерной усталости после нелегкой схватки впервые в своей жизни Изабель потеряла сознание.

Хозяин и гостья сидели вдвоём в гостиной и смотрели на огонь. Он почему-то не любил зажигать свечи и всегда, когда был один, сидел при свете камина.

Юношу звали Риган, и он уговорил Изабель, рвавшуюся поскорее уйти, остаться хотя бы пока она не восстановится. Он с интересом расспрашивал про её жизнь, а она, вопреки обыкновению, всё ему рассказывала.

Риган был очень привлекателен, высок и статен. Черные кудри обрамляли красивое лицо с большими улыбчивыми глазами. По его манере говорить и держать себя было видно, что он хорошо воспитан и образован, а по его образу жизни, что богат и знатен. Не то, чтобы это её пугало, но некоторую неловкость Иза всё же чувствовала.

- Ты исключительно красивая, - вдруг сказал он, прерывая её рассказ.

Изабель подняла на него глаза и поняла, что все это время он наблюдал за ней. Румянец вспыхнул на щеках, и она снова отвела взгляд. Иза чувствовала внутри что-то такое, чего ещё никогда и ни к кому не испытывала. Она знала, что рядом сидит тот, кто предназначен ей судьбой. И это были не пустые сантименты, которыми раньше была забита ее голова, это было настоящее предназначение. Такое не часто бывает. Об этом даже мама рассказывала скорее как о сказке, нежели о реальном. Их пути должны были пересечься, и теперь, что бы ни случилось, что бы они сами не решили, судьба будет сталкивать их вновь и вновь, пока предначертанное не свершится. Узнай ее подруги о том, что она нашла свое истинное предназначение, с ума бы сошли от зависти.

Следующие дни, недели и месяцы проходили в блаженной неге. Благодарные жители деревни не стали выдавать ведьму, которую к тому же взял под свою защиту их лорд. Это стало для Изабель настоящим открытием. Каждый раз, когда она появлялась на улице, ей улыбались и махали руками. Она также улыбалась в ответ. Люди могли быть благородными и благодарными, и это очень её вдохновляло.

Каждый вечер она проводила с Риганом либо возле камина, либо на берегу. Они разговаривали часами и не могли наговориться. С каждым днем их чувства крепли. Её избранник, который никогда и не слышал о предназначении, и то понимал, что это все выходит за границы обычных человеческих чувств.

Вот только было одно но, стоявшее преградой между ними. Изабель должна была продолжить путь, иначе она просто не успеет вернуться в Дублин к назначенному сроку. Но уйти она просто не могла – тут было её сердце.

В один дождливый серый вечер они снова сидели у огня и молча наслаждались обществом друг друга. Изабель решила, что пора им поговорить об её уходе, но все пошло не так, как она рассчитывала, а ведь она долго готовилась к этому разговору и подбирала слова. Даже тренировалась у зеркала.

Риган даже слышать об этом ничего не захотел. Сначала он в недоумении уставился на нее, а потом начал злиться. Он не хотел отпускать ее ни за что на свете.

- Как ты можешь такое говорить! Я не отпущу тебя! Ты моя, и ты это знаешь! – воскликнул он в сердцах.

Ему было не понятно, как она может отказаться от его любви, такой большой и светлой, отказаться от него. Он уже распланировал их свадьбу, и то, как они будут жить в его замке, как она родит ему сына-наследника и красавицу дочь.

Изабель понимала его и тоже всем сердцем жаждала именно этого, но не сдавалась. Она не могла так просто отказаться от мечты всей своей жизни, когда до нее оставалось сделать всего один шаг.

- Прости, но я должна. Это моя судьба. Я должна продолжить свой путь, дойти до конца и пройти ритуал посвящения. Я должна стать настоящей колдуньей! Я вернусь, как только смогу, ты же это знаешь!

Риган встал и демонстративно отвернулся. Его гордость взыграла, а самолюбие было задето - она предпочла ему свое колдовство. Иза хотела в тот же миг кинуться к нему, обнять, сказать, что готова остаться с ним, но мамин кулон больно обжег шею. В голове родилась новая, потрясающая мысль.

Все последние месяцы она купалась в любви, нежданно-негаданно настигшей ее и накрывшей с головой, она потеряла в ней себя и стала одним целым с любимым. Теперь же она поняла, что главная любовь в этой жизни – это ее любовь к себе и верность дару. Себя не стоит предавать ни за что на свете и не следует изменять себе в угоду кому бы то ни было. Спасибо, мама. Бывают цели, ради которых стоит идти вперед, несмотря ни на что. Ее дар – это ее жизнь, и она не может от него отказаться ни ради мужчины, ни ради чего бы то ни было другого.

Любовь между мужчиной и женщиной не должна требовать жертв, она должна быть опорой и надежной основой для счастливой и свободной жизни каждого. Она должна вдохновлять и окрылять, а не становится клеткой. Да, любовь предполагает верность друг другу, но она не должна ставить перед выбором, что ценнее – любовь к своей половинке или любовь к себе.

Крупные жемчужины покатились по ее щекам и россыпью поскакали по полу, барабаня по доскам, но она не склонила головы и не опустила плеч, а развернулась и гордо поспешила прочь из комнаты. Это были ее первые жемчужные слезы – она стала настоящей ведьмой, даже не пройдя посвящения. О таком она еще не слышала.

Выйдя из гостиной, Иза остановилась и собрала в ладонь несколько жемчужин, стала их разглядывать. В ее руке они слились в одну огромную, на которой проявилась надпись: «Главная мудрость жизни – понять важность любви к себе». Она держала в руках последнее доказательство. Ее сердце замерло, пропустив один удар. Теперь она могла вернуться домой и совершить ритуал посвящения.

Иза чувствовала, что покидает этот дом не навсегда. Риган ее судьба, от этого не уйти и не скрыться. Ссора теперь казалась такой глупой. Неужели они не смогут прийти к общему мнению и разрешить даже такой незначительный спор? Они же любят друг друга и, если хотят быть вместе, им придется идти на уступки и уважать друг друга.

Изабель вернулась в комнату, чтобы поговорить, и столкнулась с Риганом в дверях – он тоже шел к ней. Он молча обнял ее и притянул к себе, а потом долго и нежно целовал, будто хотел впитать ее всю в себя на время долгой разлуки.

- Прости, не знаю, что на меня нашло. Мысль о разлуке просто не выносима, и это сводит меня с ума. Я понимаю, ты не моя собственность. Я не имею права вставать между тобой и твоим предназначением, - сказал Риган, еще крепче стискивая ее в своих могучих объятьях.

Изабель понимала, что он будет ждать ее, сколько бы ни потребовалось, и ответила, нежно прижимаясь к нему:

- Дар – это часть меня, мое предназначение – это ты.

Глава 7. Обряд посвящения

Да, возвращение было не столь триумфальным, как Изабель себе когда-то представляла. Ни скакуна, ни принца рядом. Только узелок за спиной опустел, а вот голова на плечах, наоборот, потяжелела, наполнившись знаниями, опытом и мудростью.

Дорога домой заняла около трех месяцев. Девушка старалась ни во что не ввязываться, лишь помогала по пути тем, кому это было действительно необходимо.

За эти долгие три года родной Дублин ничуть не изменился. Солнце садилось над теми же каменными громадами соборов, домов и крепостей, и так же носились по улицам шаловливые мальчишки, разве что подросли. Она замерла перед родным порогом, не решаясь постучать. Очень хотелось уткнуться в теплое плечо мамы и рассказать все-все-все, но она знала, что никогда этого не сделает. Все, что она пережила будет храниться только в ее сердце. Так и стояла в нерешительности подняв руку, борясь с подступившими слезами, когда до боли родной голос позади воскликнул почти отчаянно:

- Изабель!

Юная ведьма резко повернулась. Облитый золотом заката мамин силуэт еле угадывался, но это была она. Выронив все, что держала в руках, она протянула руки к дочери, и Изабель, забыв обо всем на свете, бросилась ей на шею.

Истосковавшись друг по другу, они проговорили всю ночь о всякой ерунде. Было решено завтра же отнести доказательства на алтарь. Вот только возникла проблема с кольцом. Изабель ни за что на свете не хотела с ним расставаться, и мама сказала, что что-нибудь придумает.

Иза объелась почти до неприличия и с трудом добралась до постели. Дома пахло травами и свежей выпечкой. Это был ее маленький рай. Сон забрал ее в свою волшебную страну, как только голова коснулась подушки.

Проснулась утром Иза от незнакомого дурманящего аромата.

- Мама, что это? – спросила она, даже не открывая глаз.

Как было прекрасно просыпаться в родном доме, в своей постели и чувствовать, что мама рядом. Хотелось так и пролежать весь день, никуда не идти, ничего не делать.

- Это был единственный способ тебя поднять, лежебока. Солнце уже высоко, а ты и не думаешь вставать, - пожурила мама, но Иза чувствовала, что она улыбается. – Это называется кофе. И, хотя большинству женщин он не нравится, мне этот напиток пришелся по вкусу.

С этими словами она села рядом с Изабель, которая открыла глаза и увидела прямо перед носом чашку с густой темной жидкостью. Отхлебнув немного, она блаженно зажмурилась и ответила:

- Мне тоже.

Мама погладила ее по волосам, поправила кулон на шее.

- Ты очень изменилась, - сказала она наконец.

Изабель понимала, что мама хочет узнать, как прошло ее путешествие, но почему-то рассказывать ничего не хотелось. Да, она стала другой. Узнала, что значит дружить и любить, быть смелой, помогать другим, преодолевать свои страхи, быть старательной и целеустремленной. Примерила на себя лишения и боль, поняла каково это, когда все вокруг тебя боятся и ненавидят. Повидала многих людей, как благородных и добрых, так мелочных, жестоких и бесчестных. А еще все это время она была единственной виновницей всех своих побед и поражений, не имела опоры в виде маминого плеча и наставниц, которые все исправят и помогут. Она наконец познала, каково это – быть одной, самой принимать решения, от которых зависят судьбы людей, брать на себя ответственность за все свои действия и соблюдать осторожность. Девушка промолчала.

- Тяжело, видимо, пришлось, - сделала вывод мама.

Изабель достала из узелка все доказательства и выложила матери на колени. Та неспешно их перебрала, охнув, увидев кольцо, и побледнев как полотно при виде жемчужины.

- Я со всем справилась, - сказала Иза.

Мама молчала, не зная, что сказать.

- В конце только чуть не сдалась, - вздохнула Изабель, решив не скрывать столь важное событие, но избегая смотреть матери в глаза. – Я столкнулась со своим предназначением.

Та побледнела еще сильнее, но взяла себя в руки и мягко сказала:

- Всё будет хорошо. Сейчас главное пройти ритуал.

Изабель согласно кивнула, и ком в горле отступил. Она была рада, что мама отреагировала спокойно. Думать о грустном не хотелось, вспоминать о Ригане тем более. Изабель обвела взглядом дом, в поисках нейтральной темы для разговора.

- А ты сложа руки не сидела, - восхитилась она, указывая на целый шкаф готовых целебных настоев, сотни узелков трав, развешенных под потолком и ряды новых книг на полках.

- Без тебя дома пусто, надо же было себя чем-то занять, - ответила мама. - Ругать даже некого было за невнимательность при плетении заклинаний.

Изабель от души расхохоталась. Мама вертела в руке ее кольцо. Украшения эльфийской работы были небывалой редкостью, а также невиданной силы амулетом.

- Я накрою его своей защитой во время ритуала, надеюсь, что смогу спасти, - сказала она, с любовью надевая его дочери на палец, и тем самым усиливая магическую защиту.

Вскоре мама ушла, наказав Изабель быть готовой к вечеру. Она намеревалась срочно собрать Круг ведьм и провести ритуал – её дочь была достойна того, чтобы не томиться в ожидании и получить свой статус сразу же после возвращения.

В сумерках мать вернулась за ней. Взяв с собой только доказательства, они направились к алтарю. Хотя Иза не особо боялась самого ритуала, ее бил озноб. Она считала себя уже настоящей, очень сильной ведьмой и без этого, но предстать одной перед Малым кругом ведьм было волнительно. Там были ее учителя, наставницы, а спрос с дочери Хранительницы Большого круга ведьм был всегда высоким. К тому же, после проведения ритуала ее силы должны были многократно возрасти.

По пути их догнала одна из подмастерьев матери и саркастично поинтересовалась:

- Ооо, Изабель вернулась! Значит, собрала все доказательства? Что ж, поздравляю. Но помнится, ты не хотела возвращаться домой без суженного, только об этом и говорила. Что, красавцы перевелись в Ирландии, а?

От ее последних слов внутри стало совсем гадко. Теперь Изабель чувствовала себя уже совсем другим человеком и не знала, что на это ответить. Эти девчачьи причуды теперь вызывали у нее грустную улыбку. Она подумала о том, что привела бы с собой Ригана, такого гордого и настоящего, как породистого жеребца на выставку, для всеобщего обозрения, лишь бы потешить свое тщеславие. Иза фыркнула. Сама мысль об этом была абсурдной. Это было только ее сокровище, и она хотела укрыть и сберечь свои чувства от всех.

Мама бросила на свою ученицу такой взгляд, от которого та захотела провалиться сквозь землю и моментально исчезла с глаз. Взяв дочь за руку, она решительным шагом продолжила путь. Изабель было очень важно то, что мама была на ее стороне и поддерживала в этот момент. Если бы она как раньше высмеяла ее недостатки, она бы этого не выдержала.

Алтарь располагался за городом, и дошли они до него уже глубокой ночью. Тут Изабель ожидал еще один сюрприз. Вместо Малого круга ведьм, которые обычно проводил посвящения, тут собрался Большой в полном составе. Округлив глаза, Иза уставила на мать возмущенный взгляд, но та только пожала её руку и поспешила занять своё место Хранительницы. Мама-то знала, что чем сильнее ведьмы, присутствующие при проведении ритуала и чем их больше, тем больше магии сконцентрируется на поляне и тем мощнее будет ритуал.

На Изу обрушился еще один сюрприз: справа и слева от матери встали друиды! Она их видела то до этого один раз в жизни, когда с матерью ходила в лес. Могучие старцы редко покидали свое уединение и практически никогда не участвовали в жизни ведьм. Они выглядели очень величественно и немного отрешённо. Девушке стало не по себе.

С приходом матери круг сомкнулся. Все ведьмы были одеты в темно-зеленые плащи с капюшонами, скрывающими их лица. Тем не менее, Изабель чувствовала, что они не сводили с нее глаз, да и старцы тоже рассматривали её весьма заинтересованно. Все как будто ждали небывалого представления, хотя обычно ведьмина инициация была довольно скучной процедурой. Изабель наблюдала за этим много раз: доказательства расставлялись по кругу, будущая ведьма располагалась в центре алтаря, Хранительница произносила заклинание, доказательства отдавали свою силу и на этом все заканчивалось.

Дальше тянуть было неприлично, и Изабель взошла на алтарь. Она сама расставила доказательства и встала, как полагается, в центре. Когда она помещала на камень кольцо, её сердце дрогнуло. Она очень боялась, что во время ритуала оно тоже может распасться, но, взглянув на маму, поняла, что та плетёт защитное заклинание. Иза успокоилась, матери она могла довериться.

Было полнолуние. Поляну, где располагался алтарь, заливал волшебный серебряный свет. Изабель улыбнулась своей давней подруге. Теперь она поняла, почему её аура такого цвета. У нее всегда была особая связь с луной. Лунный свет заряжал её энергией, успокаивал и воодушевлял. И сейчас на сердце стало радостнее, волнение улеглось.

Природа замерла – Хранительница начала ритуал. Все доказательства засияли ярче луны на небе и, образовав сверкающий поток, окружили Изабель нестерпимым для глаз сиянием. Все напряженно замерли. Алтарь ожил и магические руны полыхнули багровым. Сама же Изабель как будто утонула в потоках света. Из реликвий в неё вливалось просто невероятное количество силы. Ей казалось, что она просто не сможет её в себя вместить и разлетится на куски. Каждая её клетка наполнилась небывалой мощью, волосы встали дыбом, из глаз потоками сыпались жемчужины.

Ведьмы удивленно переглянулись: такого еще никогда не бывало, максимум иногда – небольшое свечение, даже при инициации самой матери Изабель. Видимо от новой ведьмы действительно стоило ожидать больших свершений. Тем временем сияние начало спадать. Изабель стояла на корточках и пыталась отдышаться. Оставшиеся потоки света слились в шар и, мягко опустившись к руке Изабель, застыли на её пальце прекрасным серебряным кольцом. Долгий путь длиной в три года был пройден. Последняя ведьма, способная менять мир и творить свою реальность, открыла глаза.