История Фейта: Начало пути
«Паладин Элиора. Пролог.»
На континенте Шелрион на границе с территорией «Лес падших героев» проходили учения новых рыцарей. По совместительству это был ежегодный поход по зачистке для предотвращения нападений магических зверей. Во главе стояли три паладина, которые руководили отрядами. Также в зачистке участвовали целители и маги.
Фейт — один из самых молодых паладинов, всего 25 лет, но всей верой и правдой служил Храму Бога-Дракона света Элиору. Как и для всех рыцарей, у него это первый масштабный поход.
Вообще страна, к которой они принадлежали, называют Люксим. Для мирового сообщества это республика, на деле же светская государственная власть имела в разы меньше полномочий, и практически считалась номинальной. В связи с этим решающее влияние учитывалось с согласия 12-ти хранителей священных законов. На основе их мнений Патриарх (Кардинал) выносил вердикт, который направлял страну на путь истинный. Люксим старался на протяжении многих столетий поддерживать нейтралитет с другими государствами на континенте и за его пределами. Потому что существовал один неприятный факт. Он заключался в территории «Лес падших героев», в котором по одному старинному приданию было кровопролитное сражение против Бога-Дракона разрушений Эрибуса и его приспешников.
В писании было следующее:
«Этот день мы не сможем забыть более никогда. Лесные пожары, земля сотрясалась и раскалывалась под ногами, создавая огромные расщелины и разломы коры. Явился из подземных чертог огромный змей, размерами больше гор. Из пасти рвалось пламя, а чешуя его испускала дым, следы оставляли пепел. Следом за ним вылезали существа с рогами на голове. Мы думали нам придет конец, но явились ОНИ. Группа людей, одетые в белые сверкающие доспехи. В тот момент мы увидели яркий свет с небес, который осветил землю. Появился еще один змей с крыльями в золотой чешуе, которая излучала приятное тепло. Битва была долгой, но в конце враг был изгнан вновь под землю, в недра одного из разломов, который стал тюрьмой для этих чудовищ. Но 4 героя решили пожертвовать собой, а 5-му сказали, чтобы он повел этих людей за собой. На создание барьера ушло много энергии, настолько, что лишило жизни и обратило в пепел».
Тем же временем началась зачистка леса, Фейт и его рыцари зашли в глубь леса, опередив другие отряды. Другие паладины не особо жаловали ребячество паренька, так как считали, что иметь такой титул — это почет и величие. Поэтому нужно соблюдать этикет и субординацию.
Молодой паладин и его группа встретили первых монстров, которых они с легкостью победили, но одного из целителей одолевало чувство страха.
— Извините, можно к вам обратиться, достопочтенный господин.
Фейт повернул голову и сказал: «Дозволяю тебе, целитель».
— У меня есть очень навязчивое ощущение, что кто-то следит за нами в это лесу.
Паладин осмотрелся и, раздумывая над словами целителя отряда, выдал: «Я тоже почувствовал чье-то присутствие».
Зашелестела листва, из него выпрыгнули пять белых облезлых волка с красными глазами. Местами вырваны клочки шерсти. Все почувствовали жажду крови. Фейт крикнул отряду: «Приготовиться к бою! Щиты на изготовку! Как учили, первое боевое построение!»
Рыцари встали в шеренгу, выставили щиты вперед, создав линию обороны. Копейщики выставили наконечники под углом в сторону монстров. Волки решили атаковать в лоб. Один из них прыгнул высоко, обогнув линию обороны. Фейт слез с коня, достал свой огромный двуручный меч с довольно широким лезвием под названием «Милость Элиора». Пока рыцари сдерживали натиск волков, и убивали их копьями, с поддержкой отряда целителей.
Фейт встретился взглядом с монстром, в котором читались страх и отчаяние. Волк напрыгнул на него, пытаясь зубами прокусить латы. Паладин ударом руки осадил монстра и вонзил в его череп лезвие. Отряд перебил почти всех волков, последнего зажав в кольцо. Из чащи леса донесся устрашающий рев. Волк от страха начал скулить, пока рыцари были в ступоре, он улизнул от них и скрылся в листве.
«Что это бы…» — не успел Фейт сказать фразу, как увидел большого черного медведя с змеиными глазами, ревущего на всю округу. Рыцарей охватила паника. Монстр махнул лапой и ударил в сторону из одного копейщиков. Воин отлетел в сторону дерева.
«Рыцари назад, защитите целителей!» — крикнул паладин, несясь на все скорости к медведю. Подпрыгнув на камне, Фейт решил нанести вертикальный удар по монстру. Отряд в страхе при виде чудовища бежал со всех ног. И вот, только Паладин и черный медведь, который отмахнул лезвие в сторону. Удар меча сопровождался импульсом, за которым последовал треск земной коры.
«Хо, я вижу в тебе силу потомка героя, и эту грязную силу Элиора, — насмешливо-устрашающе сказал Медведь. — Ты являешься помехой к моему возрождению, но с тобой я расправлюсь позже, иначе будет совсем неинтересно».
Фейт молчал, так как был сосредоточен на бое. Взмах мечом, и у него получилось впить лезвие в горло чудовища. Из раны брызнула черная как смоль кровь, что отличается у других монстров.
«Мы еще встретимся, Паладин, Ха-ха-ха» — произнес голос в голове Фейта.
Тем временем туша черного медведя рассыпалась в прах, оставив только след из пепла. Фейт, убрав меч в ножны, которые висели на спине, пошел обратно, раздумывая о словах того существа. Дойдя до точки сбора, он увидел свой покалеченный отряд. К нему подошел паладин-военначальник в серебряно-позолоченных доспехах, один из 3-х генералов, что подчинялись главнокомандующему, Мечу Патриарха.
«Меч Патриарха» — святой паладин, признанный 12-ми хранителями священных законов, что стоит на защите Кардинала и сопровождает его.Фейт сел на одно колено и склонил голову вниз со словами: «Да хранит вас воля Элиора!» В ответ, сняв шлем, старший паладин грубым, но с добрым намерениями ответил: «Да сохранит нас Свет! Поднимись, нам пора идти, Кардинал желает видеть тебя».
Он встал и тоже снял шлем, так как носить его долгое время невыносимо, но он защищает голову. Рыцари, целители и маги увидали чудо.
Под закрытым серебряным ведром с элементами крыльев птиц скрывалось гладкое и чистое лицо, а глаза выглядели по-особому. Переливание цветов было несвойственно для народов территорий Люксим. Из-за глаз Фейт не особо мог контактировать со своими сверстниками. Они считали его другим. Может и отчасти, всё было по причине его нарастающей неконтролируемой агрессии как своего рода проклятье.
Фейт пошел за старшим паладином, седым мужиком, у которого был шрам на правом глазу. Они сели на лошадей и поскакали в путь до центрального Храма…
«Отправление в Королевство. Часть 1»
Прошло три дня, паладины прибыли к воротам городской крепости. На пропускном проходе они предъявили жетоны. Войдя внутрь, раскинулся прекрасный вид невысоких домов из кирпича и мрамора, чистые и украшенные улочки. В общем божественный чарующий сад, вдали которого сиял большой монолитный дворец с витражами. На главном куполе был эндшпиль с восседающим золотым драконом. Центр паломничества и достояние Республики Люксим. Западнее от храма располагалось обширное по своим размерам здание правительства. На главной площади подле него стояла гранитная статуя одного из двух основателей этого места.
Увы, за столько лет до потомков так и не дошло его имени, но передавался образ человека, одетый в мантию, с книгой в правой руке и посохом в левой. Правительство состояло из 11-ти подразделений, которые ведали, исполняли и издавали нормативные акты, регулирующие общество. Однако, они имели ограничения, обязывающие их документы проходить проверку через совет старейшин. Фейт и старший паладин подошли к подножию главного храма, посмотрели на символ Люксима, поклонились ему в знак преданности, и начали подъем по лестнице из белого сланца.
«Я снова что-то сделал не так?» — спросил молодой парень, пока они поднимались к парадному входу.
— На сей раз, тебя вызывают по другой причине, Патриарх расскажет лично…
«Прям настолько важное поручение, что сам Кардинал просит явиться в главный храм?» —в ответ поинтересовался паладин.
— Угрх… Фейт, пойми, ты уже не ребенок, будь сдержанным, тем более тебе стоит поведать свет во всей его красе.
«Прошу прощения, наставник, вы думаете, что я готов покинуть Святую землю?» — Задал вопрос паладин.
— Да, ты самый перспективный воин нашей страны, сможешь завести новые знакомства, познать горечь битвы и радость мира. Я считаю, что ты готов к поворотам судьбы, ведь Элиор избрал тебя своим верным последователем и оберегает твою душу, тогда 8 лет назад произошло чудо…
Воины дошли до входа в главный зал, там стояли гвардейцы с алебардами, их белые латы сверкали при солнце, украшали их плащи с гербом дракона света. При виде паладинов они стояли также смирно. Фейт и его наставник прошли через арку. Перед ними предстал огромный зал с большими витражами, показывающие историю Республики от прихода Героев до будущего возвращения Элиора. Паладины шли по ковровой дорожке золотистого цвета, прямиком до большой статуи самого Бога-Дракона. Подлее неё, стоя на коленях, читал молитву сам Патриарх.
Он дочитал последние слова, встав на ноги, повернулся в сторону входа и увидел паладинов, склонивших голову пред его Святейшеством.
«Приветствую вас, доблестные служители нашей веры», — громогласно сказал Кардинал воинам.
«Да прибудет с нами защита Элиора!» — молвили оба в голос.
— По вашему приказанию, ваше Превосходительство, паладин-военачальник Мельхиор привел Фейта.
«Вы прекрасно справились с поручением генерал, — поблагодарил его Патриарх, обратив внимание на парня в доспехах. — Итак, дитя света, у меня к тебе два поручения. Как ты знаешь, сейчас идет война на континенте Вайштран между Восьмистейной и Бестроном. Спустя стольких лет нейтралитета, решили оказать влияние нашего Храма на западной части света. В этой ситуации мы поддержали королевство. Поэтому мы отправляем тебя для защиты персоны правящей семьи, но также приставляем напарника. Второе поручение связано с расследованием неизвестного выброса энергии. Он был обнаружен на острове Шэй в территориальных водах моря Забытых душ».
«Вас понял, ваше Святейшество, приступаю к заданию!» — мужественно ответ Фейт.
Они развернули и ушли прочь. На выходе Мельхиор дал юноше оберег с кристаллом маны.
«Держи, в самый трудный момент используй его и он поможет тебе», — в напутствие сказал паладин-военачальник.
«Премного благодарен, наставник! — сказал Фейт, надел его на свою шею и обнял мужчину. — В добрый путь!»
— Ты это погоди, для начала надо собраться, тем более вон там ждет твой напарник.
В тени храма стоял человек в черном одеянии, полностью закрывающее его тело, и лишь лицо было открыто. Он подошел к воинам. Фейт протянул руку в знак приветствия. Наемник осторожно пожал ее в ответ. Стоял он смирно, без единого слова из-под капюшона смотрел на юношу.
Имя хотя бы скажешь?» —спросил Фейт у человека в черном одеянии.
«Эйларон, — недоверчиво представился наемник. — Мир опаснее, чем тебе кажется, паладин.
«Мне предстоит узнать каков мир, не волнуйся об этом», — сказал воодушевленно Фейт и пошел в казармы за своими вещами.
«Эх… Ладно, что там за поручение от вас, Господин Мельхиор, я надеюсь вы выполните условия сделки?», — с подозрением спрашивает Эйларон.
— Просто избавься любыми способами от объекта, и еще, личное поручение от меня. Защити этого мальчишку.
«Что вы мне предлагаете взамен?» — заинтересовано спрашивает наемник.
— 10 платиновых монет и политическое убежище на своей территории.
«Я согласен на такие условия», — сдерживая радость от настоль легкой работенки, наемник пожимает руку господину Мельхиору.
Паладин-военачальник в следующий момент притянул Эйларона и сказал ему с глазу на глаз, что если Фейт умрет, то он его сам найдет и разорвет на куски, останки же пришлет в Иггдрасию.
Наемник вырвался из мертвой хватки генерала, отряхнулся, сказав, что все будет в лучшем виде. Эйларон развернулся, спускаясь по лестнице, исчез из виду…
«Паладин и наемник. Часть 2»
Паладин шел в сторону своего аббатства, проходя мимо случайного приюта. Он повернул голову и увидел детишек, которые резвились на улице, все кроме одного, сидящего поодаль ото всех. Фейт подошел к нему, вытащил из пазухи маленький значок дракона.
Мальчик поднял голову: «Дяденька, что вы здесь делаете?»
Паладин вручил значок ребенку, сказав, что это подарок ему.
— Дяденька, это очень дорого!
Фейт сказал: «Тебе нужнее, чем мне, береги его и, однажды, поможет тебе в беде Элиор».
И паладин пошел дальше, а мальчик увидел в ножнах на спине огромную рукоять и острие сверкающего широкого меча.
Эйларон к тому времени дошел до гильдии торговцев, чтобы найти судно, на котором они пересекут океан. Он зашел в здание, подошел к стойке, там стояла очаровательная девушка.
— Здравствуйте, путник, по какому вопросу вы пришли в нашу гильдию?
Эльф ответил: «Я ищу торговца, которому нужно сопровождение до континента Вайштран».
— О, я вас поняла, подождите секундочку.
Эйларон осмотрелся, увидев витрину с вкусностями столицы, встал возле нее. Он долго думал, чтобы взять перекусить. Ведь столица является торговым путем для континента, тем более является портовым городом. Скорее в прошлом город перенесли подальше от леса падших героев.
Девушка уже вернулась с информацией, окликнув эльфа: «Господин наемник, нашелся торговец, которому нужны вы, предоставьте, пожалуйста вашу карту гильдии наемников?»
Эйларон вернулся за стойку, вытащил тонкую металлическую пластину, на которой были имя, возраст и ранг.
— Итак, господин Эйларон, отплытие назначено завтра, имя вашего нанимателя Эдвард Мелингтон.
Эльф отвечает: «Прекрасно, пойду оповещу напарника».
Девушка отдала обратно карту наемника, и также дала свиток с нахождением точки сбора. Эйларон осторожно забрал карту. В главном зале сидели другие наемники и воины республики, которые перешептывались и показывали друг другу какие-то обрывки бумаг. Эльф увидел, что на ней потертое объявление о назначении награды за голову бывшего главнокомандующего королевской гвардии Иггдрасии. Наемник в темном одеянии быстро покинул зал гильдии, выйдя из здания. Скрылся за переулком.
Эйларон подумал: «Уже здесь есть слухи обо мне, надо меньше раскрывать людям, иначе меня поймают…»
Наемник пошел в портовый трактир.
В это же время Фейт пришел в монастырь для последней службы перед отплытием. Он зашел в сад при аббатстве, там на земле стояла на коленях девушка в белых одеяниях, воздавая молитву статуи дракона Элиора. Паладин подошел, встал возле нее в том же положении, тихим голосом помолился перед Богом. Девушка заметила его, поднялась, отряхнулась.
— Приветствую, святой рыцарь! Что привело вас в наш монастырь?
Паладин, встав с колен, снял шлем, расправляя волосы, сказал: «И тебе долгих лет, Глориана!»
— Фейт! Я так скучала и молилась за твое здоровье!
Послушница Элиора запрыгнула на паладина, обнимая его. Девушка с чистыми серебряными волосами старше его на два года. Ее милое личико могло очаровать тысячи последователей храма. Фейт слегка опешил от таких действий, но он был рад встретить Глориану, ведь она для него как старшая сестра.
Паладин сказал: «Прости, прости, я забыл отправить весточку о том, что прибуду в Люксим. Что-нибудь изменилось за этот месяц?»
— Да особо ничего, я как обычно веду службы и хожу в приюты, что нести слово божье, учу детей письму и грамоте, также счету.
Фейт поставил девушку на землю: «Мне нужно сказать кое-что важное. Я отправляюсь в Бестрон по заданию Кардинала, и мне нужно сейчас собрать вещи».
— Сам Патриарх вручил тебе такое задание! Ну вот, наконец-то свет повидать сможешь! Это же прекрасно! Пойдем, подготовим тебя к путешествию!
Паладин пошел за послушницей следом в здание монастыря. Они вместе дошли до комнаты Фейта. Войдя в нее, рядом с дверью стояла стойка для брони, возле стеклянного окна была застеленная кровать и сундук, в котором лежали вещи. Глориана подошла и села на кровать. Парень зашел, и начал снимать свои латы, которые нуждались в чистке.
— Хм, их надо отмыть, и тебя тоже.
Девушка указывала на запах от Фейта.
Парень снял белый акетон, оголяя свою спину.
«Какой негодник! — сказала девушка, заливаясь смехом. — Кстати, можешь сходить в общественные бани, их открыли недавно. Ладно иди пока туда, а я отправлю твою броню и меч в нашу мастерскую, и вечером сможешь забрать ее».
«Ну хорошо», — сказал Фейт, надевая рубаху, которая была слегка маловата и обтягивала его тело, взял маленький мешочек с несколькими серебряными монетами, подвязав его к штанам, и пошел в общественные бани…
«Неожиданная встреча»
Эйларон тихо спал в трюме, пока Фейт смотрел на горизонт, стоя на капитанском мостике. Ветер гнал каравеллу. Ничего не предвещало беды. Впервые паладин покинул родные земли, но он понимал, что плывет на важное задание. Ему это дело доверил сам Патриарх. Темный эльф же вспоминал слова того старикана.
«Эх, ну и зачем я взялся за это задание, — подумал Эйларон про себя. — Спихнул Мельхиор на меня заботу об парнишке!»
— Ну чего ты опять ворчишь, Хозяин?
«Патрик, дело в том, что я всего лишь наемник, но не нянька!» — отвечает эльф своему фамильяру.
Паладин, спускаясь в трюм, услышал монолог Эйларона, подумав, что может у него галлюцинации от алкогольной интоксикации, не придал этому сильного значения.
Часом ранее…
«У тебя точно всё в порядке, если хочешь я могу позвать целителя?» — сказал Фейт темному эльфу, что оперся на деревянные ограждения края палубы.
«Ыыыы, не надо, сам справлюсь! — вытирая рот от рвотных масс, отвечал Эйларон. —Зачем я нажрался так сильно перед поездкой в том трактире!»
Попросив у матроса деревянное ведро, эльф, хватаясь за свой живот, ушел в трюм.
В настоящее время Фейт прилег на гамак и закрыл глаза. В своем сне он увидел себя со стороны и горящий лес. Перед ним стояли полчища тварей, вдали от них извергал пламя огромный черный дракон, кожа которого испускала раскаленный дым. Небо было окрашено в бордовые краски, с темных туч, похожих на грозовые облака сыпались хлопья пепла. Паладин стоял со своим мечом, оберегая путь к своим землям. На поле было много погибших рыцарей и целителей.
Концепт дракона Эрибуса в видении Фейта
«Это твое будущее, ха-ха-ха!» — сказал, зловеще насмехаясь, голос в голове.
«Где ты? Покажись отродье!» — кричит Фейт, кромсая бегущих на него монстров.
«Хо-хо, я вижу в твоем будущем какую-то девушку. Хм, она что-то скрывает, это будет интересно! Как ты себя поведешь, когда я заберу ее душу?» — язвительной интонацией говорит внутренний зов, который переходит в рычание.
Тем временем нос фрегата пробивает трюм, задевая гамак, на котором спал эльф. Он падает с него. Послышался треск.
«Черт! Это чего такое? Что произошло?» — медленно встает с пола кубрика Эйларон.
«Ммм… Что-то случилось?» — сонный Фейт спрашивает у эльфа.
«А ты черт возьми не видишь??? Открой глаза наконец, возможно будет битва, — с недовольным выражение лица крикнул Эйларон. — Поднимайся, давай, мать твою!»
Концепт столкновения
Пока паладин поднимался с гамака, эльф уже поднимался на верхнюю палубу. Он сразу увидел большой фрегат и его нос, что протаранил судно. Он пошел к капитану для дальнейшего выявления действий нашего экипажа. Фейт, прикрыв рот рукой, прозевал, выходя из кубрика.
Вдруг паладин ощутил энергию, от которой веяло злом, и резко повернул голову в сторону источника такой силы.
Джеймс вылетает на край палубы, разъяренный Февраль бежит по его душу.
«Я тебя в гроб закатаю, еще немного и я мог разузнать необходимую информацию!» — крича, странник берет за воротник светловолосого пирата.
«Воу-воу, полегче, не кипишуй ты так…» — стараясь сдержать смех, пытается успокоить темноволосого паренька.
«Кто тебя просил вламываться? Черт, я почти расколол её!» — раздраженно выдал Февраль.
«Тише, этот орешек никуда не денется, у нас появилась проблема покрупней…» — отвечает Джеймс, пытаясь вырваться из цепкого хвата парня.
Они одновременно повернули головы в сторону судна, которого повредили. Эйларон вышел с капитаном каравеллы из каюты. Светловолосый парень подозвал своего квартирмейстера, чтобы тот нашел Джека.
«Извините, что протаранили ваш корабль!» — крикнул Джеймс людям, что стояли у разлома.
«Как вы собираетесь объяснить происходящее?» — в ответ спрашивает Эйларон.
«Простите, вас очень плохо слышно! Мы сейчас спустимся для переговоров!» — отпустив воротник светловолосого пирата, говорит парень в синем балахоне.
Фейт услышал голос в голове: «Хо, а этот парнишка интересный экземпляр!»
Мейсон привел Джека, который прятался на грузовой палубе.
Джеймс скинул веревку за борт и подошел к мальчику.
«Черт возьми, Джек - что ты творишь?»— спрашивает Джеймс, положив напряженную руку на плечо, трясущегося от страха, пацана.
— Ну понимаете, Капитан, в моменте увидел это судно и думал, что оно пройдет рядом, так как его скорость на глаз превышала нашу. Потом, как вы учили меня высчитывать траекторию движения, я рассчитал точку пересечения, и начал поворачивать штурвал.
«Тогда какого черта это произошло?»— протирая другой рукой глаза, спрашивает вновь Джеймс у мальчишки.
— Мне стало страшно, вы ушли открывать дверь, а я случайно выпустил из рук штурвал, и вот к чему это пришло…
«Понятно… Ладно, что-нибудь придумаю, но в качестве наказания ты отстранен от управления кораблем на десять дней, — приказал Джеймс — Мейсон, привести наказание Джека в исполнение!»
— Так точно, мой капитан!
Февраль уже спустился по канату, светловолосый пират следом за ним. Капитан судна вышел вперед, Эйларон и Фейт обнажили свои мечи, Джеймс вытащил свои сабли. Напряжение нарастало между сторонами происшествия. Февраль показал жест рукой, попросив убрать светловолосого мужика опустить оружие, и начал свою речь: «Господа, мы приносим свои глубочайшие извинения за причиненный вам ущерб, по причине ряда обстоятельств, мы не успели среагировать вовремя на приближающую опасность столкновения».
«Не успели? Ваше судно чуть не потопило наш корабль, как вы собираетесь компенсировать это?» — с ухмылкой отвечает потерпевшая сторона.
Февраль продолжил: «По возможности возместим ущерб, когда в точности удостоверимся, что именно мы стали зачинщиками данного происшествия. Или же так сложились обстоятельства, ваш рулевой не совершил маневр, чтобы изменить траекторию направления судна, тем самым намеренно повел корабль под морской таран».
«Какая неслыханная наглость! — капитан начал тыкать в грудь паренька. — Надурить меня вздумал?»
«Что вы, ни в коем случае. Как я вижу, что мы все плывем под одним флагом Торгового конгломерата, — говорит Февраль. — Принесите, пожалуйста, Кодекс торгового мореплавания, а также скажите название судна, пункт отправление и назначения».
«Хорошо, принесите кодекс!» — крикнул капитан, проигнорировав остальные требования.
Концепт Кодекса торгового мореплавания
«Мы подождем, а пока нам надо отойти и переговорить с капитаном нашего судна, — сказал черноволосый паренек бородатому мужику. — И попросите своего рыцаря в белых доспехах не сверлить меня своими глазами».
Февраль махнул Джеймсу рукой, чтобы тот подошел к нему. Светловолосый мужчина подошел к нему.
Парень начал говорить вполголоса, чтобы посторонние не услышали их разговор: «Слушай сюда, сейчас ты идешь обратно на корабль, созываешь весь экипаж. Если мне удастся договориться, я за спиной покажу два пальца это будет сигналом к битве. В ином случае я покажу три, и мы сможем сторговаться! Все, пошел!»
Джеймс начал взбираться по канату обратно на «Лучезарный Дракон», Февраль обратно вернулся к бородатому мужику.
«Чего же вы долго? Нам уже принесли кодекс, при вас его открываю и зачитываю, что написано в законе Торгового конгломерата, — громогласный голосом говорит капитан поврежденного судна. — Согласно главе XII настоящего кодекса, пункт 32 сообщает: в случае, если столкновение судов произошло по вине одного из судов, убытки несет тот, по чьей вине произошло столкновение».
«Так-так, можно, пожалуйста, позаимствовать у вас ненадолго книгу?» — попросил парень.
«Конечно, ведь все равно вы теперь должны мне!» — с улыбкой передает кодекс в руки Февраля.
Парень листает книгу и внимательно читает пункты главы. Передает обратно.
«Присмотритесь к пункту 34, — заявил Февраль капитану. — Согласно написанному в случае, если столкновение судов произошло случайно или вследствие непреодолимой силы либо невозможно установить причины столкновения судов, убытки несет тот, кто их потерпел. Тогда, если потерпевшей стороной являемся мы?»
Эйларон смотрел на это все с отвращением, разглядывая черноволосого паренька, видя в нем двуликого человека. Темный эльф начал предъявлять претензии по поводу того, что его чуть не задело тараном.
«Господин наемник, пожалуйста, успокойтесь! Эх… Что вы предлагаете дабы разрешить данный конфликт?» — протирая лоб, спрашивает капитан.
«Хм, если прикинуть степень повреждения и моральный ущерб, то я предлагаю вам 30 золотых, и мы расходимся с миром», — отвечает Февраль.
«Тридцать пять, и мы в расчете!» — заявляет бородатый мужик.
«По рукам, Господин!» — пожимают они друг другу.
Февраль разворачивается в сторону судна «Лучезарный дракон» и показывает три пальца, Джеймс увидел это, и пошел к канату. Спускаясь по нему, он спрыгнул на палубу.
«Что по цене?» — спросил светловолосый парень.
«Тридцать пять золотых», — отвечает странник.
«Да это же грабеж, хотя… В принципе нормально», — опешив от цены сделки, заявляет Джеймс.
Они пошли передавать деньги. Как сделка была закончена, на мостик выбежал Мейсон со словами: «Капитан! Военнопленный вырвался на свободу! Она направляется к вам!»
«Военнопленный?» — поинтересовался эльф.
Женщина спрыгнула на борт другого корабля, подошла к черноволосому парню и взяла его за шкирку: «Ну куда же ты ушел, дорогой? Оставил даму скучать одну».
Элеонора начала ластиться с Февралем. У него были смешанные чувства, так как с каждым действием он терял хладнокровие. Нужно было успокоиться, не впадать в краску.
«Дорогая, давай мы сейчас разрешим проблем и вернемся в каюту», — пытался уговорить её.
Эйларон достал постер с изображением цели, пригляделся к внешности женщины.
«Вот она где была! — подумал про себя темный эльф, вынимая кинжалы для атаки. — Схватить живой или мертвой!»
Эйларон резким выпадом сократил дистанцию, направляя лезвие в сторону правого бока. Элеонора отпустила паренька, тот отошел в сторону и попал под раздачу. Лезвие вонзилось в спину Февраля.
«Ай, черт, почему я опять!» — закричал благим матом от боли.
Эйларон, оставив кинжал в спине, отпрыгнул от цели. Джеймс вынул свои сабли и побежал в атаку на эльфа.
Фейт достал свой широколезвийный меч, встав на пути светловолосого парня, и всадил его в деревянный пол. Лезвия сабель оставили на импровизированном щите лишь царапины.
«Мгм… Как больно!» — с криками Февраль вытащил нож.
«Дорогой мой, кто посмел это сделать?» — с ласкою спросила Элеонора.
«Без разницы… Джеймс! Прекращай, нам не нужны лишние проблемы!» — сообщил странник капитану пиратов.
Он отскочил от паладина, который замахивался своим могучим мечом.
«Рыцарь, остановись, иначе мы все погибнем!» — крикнул Февраль Фейту.
Паладин услышал крик паренька и остановился, медленной походкой приблизился к Эйларону.
«Что на тебя нашло?» — задал вопрос паладин в белых сияющих доспехах.
Эйларон не знал, что ответить, так как до его цели было рукой подать. Этот шанс нельзя было упускать. Фейт поднял за шкирку и спросил вновь: «Как ты объяснишь им свое поведение? Нам только что удалось разойтись с миром в ситуации, которая, по сути, была не особо разрешима».
Эйларон шепотом: «Пацан, эта женщина — адмирал флота империи Восьмистейн! Кардинал дал четкие указания по ее поимке».
«Послушай, нам сейчас это не выгодно, тем более ты причинил вред человеку без причины! Увы, мне придется применить меры для того, чтобы было все справедливо и не вызвало бы агрессии стороны, с которой мы договорились…» — Фейт предупредил темного эльфа и понес его к капитану.
«Как это понимать?» — беспокойно спросил Февраль.
«Прошу прощения, господин, кажется у моего напарника галлюцинации от интоксикации алкоголем, — сказал паладин, кланяясь перед парнем с черными волосами. — отправьте этого пьяницу в карцер!»
«Чего!» — сказал с удивлением Эйларон.
Элеонора подняла Февраля на руки и унесла в капитанскую каюту. Джеймс убрал свои сабли, и залез по канату обратно на борт «Лучезарного Дракона». Экипаж фрегата начал менять направление парусов, чтобы сдать назад. После совершенных действий «Лучезарный дракон», обогнув поврежденное судно, продолжил путешествие на западный континент, а бригантина смогла вновь плыть после заделки плотником щели в правом борту.
Фейт спустился в грузовой отсек с тарелкой похлебки, подошел к железной клетке, в которой сидел молчаливый Эйларон.
Паладин продел правую руку через решетку и поставил еду: «Я поговорил с капитаном, тебя выпустят только после прибытия в порт Торгового Конгломерата. Весь этот случай отразится в отчете, твое нападение на мирных людей тоже…»
«Прибытие в Торговую конфедерацию»
Пока Эйларон сидел в клетке, Фейт помогал морякам, постигая азы мореплавания. Судно попадало в шторм, но все-таки со своей трещиной она выдержала столь сильный натиск морских вод. И вот, корабль заходил в гавань Торгового конгломерата. Паладин стоял и удивлялся красотам портового города. Оживленный город, множество кораблей и много грузов на пристанях. Корабль пришвартовался, Фейт вместе с капитаном спустились в трюм, подошли к клетке. Бородатый мужик отворил дверь. Паладин взял за шкирку Эйларона и потащил на пристань.
— Да отпусти ты меня уже! Сам идти могу!
Шатен лишь молчал. Они сошли с корабля и отправились по карте, который предоставил капитан корабля. Торговая конфедерация была нейтральным государством по отношению к остальным, поэтому города ее были населены всеми, кто пришел из других земель. На этих землях были храмы разных народов, и все один соблюдали несколько правил, в частности не разжигать конфликты и соблюдать мир. Вот и в этом городе есть филиал Света.
Фейт устал тащить на себе груз, который изворачивался.
— Куда ты меня тащишь, отпусти, пацан!
Паладин бросил наемника и пошел дальше по карте в храм Элиора. Эйларон отряхнулся, вытащил свои клинки и хотел уж было завалить Фейта, но вспомнил, что ему конец от господина Мельхиора. Поэтому он убрал их обратно и пошел вслед за ним. Фейт вышел к небольшой площади, на которой стоял храм Бога-дракона Света. Он подошел ко входу. Там стояли два стражника с алебардами.
— Храм временно не принимает людей к себе.
«Я пришел по приказу его Святейшества», — сказал спокойным голосом Фейт.
— Предъявите свой жетон, назовите имя, звание, и цель прибытия!
Парень вытащил свой золотой жетон, показал его стражникам и сказал: «Я, Фейт, паладин 4-ранга, прибыл в храм для отправки отчета».
Из исповедальни вышел архиепископ, увидел паладин. Он вспомнил, что недавно им передал сообщение об святом воине из столицы сам господин Мельхиор. Архиепископ схватился за голову и подошел быстро к стражникам.
«Что тут происходит?» — поинтересовался служитель, обращаясь к рыцарям.
— Архиепископ, понимаете, вы нам дали четкие указания никого не впускать…
«Балда ты окаянный, так и не понял, что перед нами стоит апостол Элиора!» — отвесил служитель по голове одному из стражников.
«Архиепископ, можете предоставить возможность связаться с главным храмом для передачи отчета?» — со всей серьезностью попросил Фейт у священнослужителя.
«Да, конечно, почетный паладин! — кланяясь, ответил клирик. — Прошу вас, пройдемте за мной!»
Фейт пошел вместе служителем филиала храма в его кабинет. Эйларон хотел пойти следом, но его оттолкнули стражники.
— Храм временно не принимает людей к себе.
«Я с ним, пропустите!» — крикнул наемник.
— Предъявите свой жетон, назовите имя, звание.
Эйларон цокнул, развернулся и пошел гулять по городу в поисках гильдии наемников. Идя по переулку, темный эльф заметил странную группу в черных балахонах, которые постоянно оглядывались и тащили мешок, очертаниями похожий на человека. Наемник спрятался за углом здания и следил за этими странными людьми. Эйларон перебежал поближе, пока они открывали дверцы. Наемник подслушал разговор этой группы.
«Какой же он тяжелый, брыкался еще, — сказал неизвестный, — ну да ладно, он станет ключом к возрождению замысла Шассмира!»
— Да, мы ждали этого более сотни лет!
—Не зря в нашем ордене есть тот, кто видит энергию других!
«Тише! Нам нельзя раскрыть себя!» — пониженным тоном сказал глава неизвестных.
Группа ушла с мешком в подвал одного из зданий. Эйларон подбежал к этому месту, и попытался открыть дверцы, но его откинуло в противоположную сторону. Он скрутился от боли, медленно поднялся.
«Хозяин, я чувствую там темную энергию», — сказал Патрик.
«Ммм, как же неприятно, как будто ударила молния в тело», — ответил темный эльф фамильяру. — Ладно, пойдем в гильдию, сообщим о странном месте.
Тем временем Фейт, отвечает перед голограммой Господина Мельхиора. Стоя в комнате с энергетическими камнями белого свечения, которые были по периметру. Хрустальный шар проецировал форму, подпитываясь кристаллами.
— Итак, после твоего отчета поучается, что в ты нашел источник той энергии?
«Так точно, командир, это парень примерно двадцати лет, — отвечает Фейт. — По приметам у него левая рука полностью черная по локоть, далее он кареглазый брюнет с легкой сединой».
— Хм, не нападай на него, постарайся побольше узнать о данном субъекте, мы должны убедится, что он не является угрозой нашей безопасности.
«Как прикажете, господин Мельхиор, позвольте закончить отчет!» — говорит Фейт.
— Дозволяю вам, паладин, мы сообщили уже о вашем приезде в королевство.
— Фейт, береги себя!
Голограмма исчезла, паладин вышел из комнаты, прошел к главному залу. Он сел перед статуей Элиора, которая сияла в лучах, что пробивались через витражи. Тихо начал читать молитву. Рядом присел архиепископ. В сознание снова проник Эрибус со словами: «Хо, вы, люди, удивляете своей тратой ресурсов!»
«Уйди, мешаешь воздавать молитву нашему защитнику!» — в мыслях произнес Фейт, прогоняя Бога-дракона разрушений.
— Скучно, повесели меня! Вообще это грустно, что из всех существ, именно ты слышишь и видишь мою сущность в своем сознании!
— Видимо он постарался! Три тысячи спал, а сейчас сидит и смотрит…
Фейт закончил молитву, встал и пошел к выходу. Архиепископ проводил его до арки. Стражники все также стояли на посту.
«Куда бы теперь пойти? — подумал паладин, пока шел по оживленной площади. — Думаю можно зарегистрироваться как наемник, это увы не моя родина, где на службе можно было получить жалование…»
Фейт увидел молодого паренька, который носил броню и на спине ножны для двух мечей. Он подошел к нему со спины и похлопал легонько по спине. Парень резко обернулся и обомлел от того, кого он увидел. Перед ним стоял парень высокий мужчина, глаза кого-то внушали страх.
«Извините, вы не знаете, где находится гильдия… Наемников?» — спросил Фейт у парня.
— Фух, ты меня немного напугал своим взглядом, видимо ты не местный?
«Да, я сюда приплыл с напарником, но по пути потерял его…» — ответил паладин, снимая шлем, потому было жарковато.
— Пойдем со мной, я просто иду как раз туда, что сдать задание.
Фейт пошел вместе наемником в сторону, ведя открытую, но осторожную беседу.
— Раньше в этих краях я и не видал такого воина, меня поражает меч на твоей спине, ты где-то служил?
«В армии одной страны, по воспоминаниям лет так с 16-ти», — держа в руках шлем, говорит паладин наемнику.
— Хм, с такого возраста, сложно, наверное, было… Родители были против?
«Увы, я их никогда не видел, жил и рос в приюте при храме… — отвечает слегка поникший от этих мыслей Фейт. — Я был всегда по одиночке в детстве, пока меня не забрал один мужчина в таких же латах со шрамом на глазу».
— Ой, извини, если что-то не так сказал, еще раз прошу прощения!
«Да ничего, все хорошо», — с улыбкой отвечает Фейт собеседнику.
—Кстати, посмотри вон туда, мы дошли до филиала гильдии наемников!
«Так быстро время пролетело, однако, давненько я не общался с кем-то оживленно!» — почесав репу, говорит паладин.
— Мне уже надо бежать к своим товарищам, но предупреждают тебя от том, что в городе творится что-то нечистое. Удачи тебе, еще увидимся!
Фейт помахал рукой вслед уходящему пареньку, и зашел в здание гильдии, где у стойки стоял Эйларон. Паладин подошел, не обратив внимание на него. Женщина за стойкой быстро записывала все, что рассказывал наемник. Подошла девушка в зеленой юбке и белой блузке с большим вырезом на груди. Вот только паренька удивило другое. Это наличие формы ушей.
«Извините, воин, не откроете ли секрет, как вам удается поддерживать себя в столь привлекательной форме?» — кокетливо спросила зверодевушка, положив свою гладкую ладонь на правый наруч.
Фейт медленно убрал руку и спросил о возможности зарегистрироваться в качестве наемника. Девушка вытащила бумагу и чернильницу с пером. Она смотрела на него с жадностью, как этот накаченный парень берет ночью. Девушка с ушками сжимала свое платье, потирая друг о друга свои ножки. Паладин заполнил анкету.
— Меня зовут Нанали, а вы, господин Фейт, по анкете паладин. Так вы прибыли из другого континента!
«Да», — отвечает с равнодушием парень.
Девушка с ушками вытащила прибор с кристаллом энергии, который заключен в колбе.
— Господин Фейт, возьмите меня… Извините, просто мысли, капните на поверхность каплю крови из пальца.
Фейт снял свою перчатку, под которой скрывалась ладонь со шрамами. Он достал свой большой меч, и легким движением руки уколол указательный палец. Убрав обратно оружие, паладин капнул каплю своей крови на прибор. Кристалл засветился и в основании прибора вылезла бронзовая карта с данными о Фейте.
— Поздравляю, господин, теперь вы официально являетесь наемником нейтрального государства!
Затишье перед бурей
После того как Фейт стал наемником в портовом городе Аурумстинте, он сразу же взялся за задания для своего ранга. Нанали старалась помочь с подбором. Однако, большинство было связано помощью горожанам. Паладин взял около пяти заданий. Нанали взяла в руки блокнот и оповестила святого воина: «При условии выполнения заданий, Господин Фейт, вы суммарно получите 4 серебряных и 37 бронзовых монет»
Паладин прикинул в голове, так как он получал жалование в другой валюте: «Как я помню в приходской школе нам рассказывали об экономическом положении других стран. Получается если конвертировать местные деньги, то выходит около 9 железных».
— Господин Фейт, вам нужно взять с собой заявки заданий, так как заказчик сам выплачивает награду за выполнение. Однако, это относится только к бронзовому рангу.
Паладин ответил: «Хорошо, Нанали! До встречи.» Он взял листки и вышел из здания гильдии. Открыв карту, Фейт пошел на свое первое задание. Спустя некоторое время он возвратился в гильдию. Подойдя к стойке, начал осматривать какие еще можно взять заказы. Вдруг Фейта потеснил зверочеловек в одеяние домашней прислуги. Он оставил заявку на сопровождение какого торговца. Паладин же взял еще 7 листов, соответствующее его ранга, сходил на стойку. Другая девушка сказала, что для повышения ранга нужно выполнить 15 заданий. Фейт поинтересовался, где можно арендовать комнату.
— Господин наемник, вы можете сходить в паб-гостиницу «Золотая лагуна». Это заведение рекомендуют многие из наших авантюристов.
«Спасибо за информацию!» —сказал Фейт в ответ и пошел вновь выполнять поручения.
Под вечер уставший паладин бронировал комнату в той самой гостинице «Золотая лагуна». Пройдя мимо зевак и наемников, он зашел в комнату, снял латы и меч. Положил мешок с вещами на стул. Фейт лег на кровать и провалился в сон.
Тем временем, Февраль очнулся ото сна, прикованным к постели. Он пытался использовать магию, но что-то блокировало поток.
«Оу, наш мессия, уже проснулся», — кокетлива сказала девушка в довольной откровенной одежде, держа в руках какой-то кубок.
«Эм, вы собственно кто?» — понимая всю патовую ситуацию, поинтересовался Февраль. — «И какую цель преследуете?»
«Тебя избрал наш покровитель, новый мессия!» — ответила девушка, встав с кресла и начала подходить ближе. — «Мы есть последователи Бога-Дракона Тьмы. Мне пришло видение о существовании того, кто сможет повести нас в будущее!»
«Ну тогда, вы скорее всего ошиблись адресом», — отвечает Февраль, пытаясь с помощью своих сил сломать наручники. — «Я как понимаю, вы глава нынешнего культа?»
Девушка поставила чашу на прикроватный столик и села на странника: «Я, Эсмеральда, верховная жрица и неофициальный мастер магической концентрации, приятно познакомиться, Мессия!»
«Ой, а мне как приятно! Вот только вы сидите немного не в той позе, что вести знакомство», — зажмурившись от прикосновений отвечает Февраль, чувствуя ментальное давление.
«Чего ты так боишься, Мессия, я лишь хочу передать тебе волю нашего покровителя!» — ласково говорит Эсмеральда, целуя странника в губы.
Жрица проводит сеанс, который позволяет установить связь с Бог-Драконом Тьмы. Февраль провалился из реальности. Странник просыпается и видит лишь протоптанную тропинку в темном снежном лесу.
«Опять я здесь?! Почему именно сюда?» — сказал он, прикрывая лицо привычным ему капюшоном. — «Что-то тут не так! Почему нет ледяной мглы?»
Подняв голову, парень увидел небо, которое было полностью черным, без луны. Февраль пошел по дороге, осматривая лес. Странник увидел в конце пути пещеру, возле которой стояла Эсмеральда. Он дошел до нее и был уже готов убить, но остановила от свершения одна фраза: «Господин Шассмир ожидает избранного!»
Февраль зашел в пещеру и переместился в комнату…
На утро Фейт, выйдя из своей комнаты, одетый спустился на первый этаж. Заказал за 50 бронзовых завтрак. Сел за свободный столик и начал ждать. Через несколько минут молодая девушка с подносом. Поставила на поверхность деревянную плоскую тарелку с двумя кусочками яблочного пирога и чекушку с напитком, похожее на пиво. Фейт был удивлен таким завтраком. Поблагодарив официантку, он попробовал сначала содержимое стакана. Паладину этот напиток понравился. Освежающий и бодрящий хлебный кисло-сладкий вкус, но без ощущения алкоголя. Закончив свою скромную трапезу, Фейт подошел поинтересоваться к той официантке.
— Тот напиток, что вам подала, это называется квас, его получают в процессе брожения хлеба.
«Понял, благодарю, миледи!» — слегка поклонился перед девушкой паладин и пошел на улицу.
— Ой, спасибо, молодой человек!
Девушка с улыбкой провожала взглядом мускулистого парня в белоснежных латах. Фейт второй день лишь в Аурумстинте, ориентируясь по карте, которую когда-то ему дал господин Мельхиор для изучений перед отплытием. Мужчина дошел до здания гильдии. Пройдя к стойке, его встретила Нанали: «Господин Фейт, как я рада вас видеть!»
«Приветствую, есть задания для моего ранга?» — вежливо поинтересовался паладин.
— Как бы вам сказать… Вы первый наемник, что так усердно выполнил план для своего ранга… Я крайне этому удивлена!
Диалог останавливает резко распахнувшиеся двери, в которые вошел отряд из четырех наемников. Они были все в крови и рваных ранах. Один из них еле дополз до стойки.
— На севере за городом в одном подземелье… Монстры атаковали деревеньку… Помогите…
От кровопотери он потерял сознание. Девушка сказала: «Господин Фейт, вы можете отправиться в те земли, очень прошу! Просто нам нужно время для сбора спасательного отряда…»
«Конечно, Нанали! Постараюсь продержаться до прибытия отряда! До встречи!» — взяв у зверодевушки карту северного округа, Фейт вылетел пулей из гильдии и побежал к крепостным стенам.
Тем временем, люди разных возрастов, сломя голову, бежали к воротам. Один из дозорных увидел в подзорную трубу скопление темно-бордовых туч над поверхностью. Очевидцы, после получения медицинской помощи, рассказали стражникам о том, что монстры вылезли впервые из подземелья. Они пожирали всех, кто попадёт в поле зрения. Все поля были сожжены, от домов оставались руины. Подметили организованность, как будто их кто-то ведет.
Преодолев значительное расстояние, Фейт подошел к северным воротам и одним прыжком перелетел над головами дозорных. Стражники удивились тому, кто смог преодолеть 9 метров высоты. При приземлении паладин вытащил из ножен свой широколезвийный меч. Толпа монстров показалась на горизонт, они отличались от тех, которые были на территории «Лес героев». У данных существ преобладали отростки на голове в виде рогов. Паладин воткнул меч в каменную дорогу и взялся руками за голову. В моменте в сознание Фейта пришел Эрибус и начал ликовать.
— Как долго я ждал этого события! Мои приспешники смогли явиться на свет и посеять хаос!
Среди монстров возвышалось человекоподобное существо, сидящее на плече великана и направляющее толпу на город. Оправившись от ментального воздействия, Фейт взял волю в кулак. Он вытащил меч и ринулся в бой. Стражники стояли с кремневыми мушкетами наготове. По приказу командира северных ворот, солдаты дали залп по монстрам, которые обходили мясорубку с паладином. Полулюди-полубыки размахивали топорами, добытыми из деревушки, пытаясь пробить импровизированный щит из меча. Был дан снова залп из мушкетов. К этому времени подоспели три отряда наемников, которые вышли за ворота и пошли крошить черепа монстров. Атакующие маги пытались расчистить поле боя заклинаниями массового радиуса действия. Фейт при поддержке наемников смог пробиться к великану. Будучи залитым кровью, он полез по трупам, совершая прыжок. В воздухе он схватил рукоять двумя руками, чтобы вложить всю силу в один удар. Однако маг, сидевший на плече, выставил защитное заклинание, которое приняло форму полупрозрачного полусферического барьера с фиолетовым свечением. Лезвие прошло насквозь, разбив его на мелкие осколки. Кромка меча прорезала плоть большого монстра. Маг же спрыгнул с него и скрылся из виду, лишь пепел по ветру развеялся.
Фейт вонзил свое оружие, броня потеряла блеск из-за крови и ошметок плоти.
«Не зря я заключил контракт с ними! Их армия довольно стойкая, аха-ха-ха! —восторженно говорил Эрибус. — Эй, ты настолько слаб, что так тяжело дышишь?»
«Отстань, странно, ты пришел в этот момент, разве у тебя нет своих дел по захвату этого мира? —спросил уставший паладин у сознания Дракона Разрушений. — Или тебе просто скучно?»
«Пф, ты ничтожество, просто я не могу куда-то деться, догадываюсь, это сделал Меднес!» — с оскалом ответил Эрибус.
«Кто такой Меднес?» — подняв свой меч, спросил про себя Фейт.
«Аргх, тебе еще рано знать об этом, малец! — задумавшись, ушел от вопроса Эрибус. — Но скажу одно, ваше священное писание немного не точное».
«В смысле?!» — закричал паладин.
«Ты уж извини, тебе пора возвращаться, потом поговорим, хе-хе», — с ухмылкой сказало сознание Дракона Разрушений.
Фейт медленно открыл глаза в белой комнате, где лежали раненые наемники. Пытаясь подняться, он почувствовал жжение в левой руке. На запястье был выгравирован неизвестный символ в виде дракона, который пожирает свой хвост. Рана пульсировала от боли. К этому времени пришла девушка в белом халате. Она подошла к мужчине.
— Господин, как ваше самочувствие?
Фейт поднял и посмотрел на целительницу: «Благодарю за заботу, все нормально, немного болит рука».
Девушка вытащила из кармана халата какой-то флакон. Высыпала таблетку из него, и поднесла стакан воды к мужчине.
«Что это?» — спросил паладин.
«Это капсула с обезболивающим, вам стоит ее выпить и отдохнуть, — ответила девушка, передавая таблетку и воду. — Поспите, я приду чуточку позже и перевяжу вашу руку».
Фейт с настороженностью взял капсулу и стакан, но посмотрев на девушку, он выпил её. Парня начало клонить в сон. Паладин прилег на кровать и уснул.
Сквозь туман Фейт увидел пещеру, где сидели мужчина в чёрном костюме и парень в синем балахоне. Они попивали чай и вели беседу. Паладин ступил на поверхность и встал как вкопанный. Он ощущал настороженность, исходящую из мужчины в парадной одежде.
— Ну чего же ты стоишь? Присаживайся, наш гость.
Фейт не смог контролировать свое астральное тело, насильно ступая к столу. Он услышал речь человека в балахоне.
«Так какие условия, господин Шассмир?» — спросил парень, чьего лица не было видно под капюшоном.
Паладин оказался сидящим за столом, перед ним была чашечка отменного чая.
— Чего ты так настороженно смотришь на нас?
«Это как-то странно, сначала он, потом вы!» — сказал Фейт, взявший левой рукой за голову.
«Стой-ка, воин, покажи-ка мне свою руку», — произнёс парень в синем балахоне.
Фейт показал свое запястье, на котором отпечатался символ. Паренёк встал с кресла и подошёл к тёмной поверхности. Вдруг он засунул в эту субстанцию руку и вытащил из неё книгу. Принес писания в толстом переплёте и раскрыл на столе. Перелистывая страницы, парень нашёл раздел с данным символом.
«Ты мне скажи, тебя кто проклял? — спросил он у святого воина. — Господин Шассмир, вы можете отследить заклинателя, что наложил печать?»
«В моем сознании появляется голос неизвестного, — отвечает паладин. — Он называет себя Эрибусом, а также в последнем приходе говорил, что заключил с кем-то сделку».
— Я проверил печать, она по структуре схожа с силой Дракона Разрушений, однако не принадлежит этому миру. Я чувствую в ней ненависть и злобу.
«Так, воин, у меня для тебя две плохие новости, — собравшись с мыслями сказал парень в синем балахоне. — Во-первых ты проклят печатью Уробороса, она в естественной трактовке означает цикличность жизни. Однако, в этом случае, имеется другое значение».
«Стоп, в смысле я проклят?» — спрашивает грозно Фейт у парня в синем балахоне.
«Вторая плохая новость состоит в том, что печать пропитана аурой хаоса, — отвечает странник. — Она выгравирована не просто на физическом теле, а на самой душе. В таком случае, печать является неким локатором. Если ты встретишь монстров с рогами, которые называются "демоны", то они будут яростно нападать на тебя, так как твоя смерть является первостепенной задачей!»
— Так, господа, время подходит к концу.
Парень растворился в моменте, Фейт же начал падать в бездну. Он резко открыл глаза. Отдышавшись, паладин осмотрелся в пространстве. Его окружали койки с ранеными, в окне же виделся лунный свет. Фейт протёр лоб, и закрыл вновь глаза, надеясь на спокойный сон…
Начало перемен?
Тучные мрачные небеса зловеще шли единым фронтом по багровому небу. Везде была разруха и догорающие строения. Человек проходил мимо гор мертвых тел, что не успели похоронить. Стоял зловонный запах сожженной плоти. Перебирая своими ногами, он прижался к обугленному древу. Воткнув растрескавшийся меч в грубую породу земли, рукоять за которую держался из последних сил, сломалась близ гарды. Человек потерял равновесие из-за такого обстоятельства и рухнул на поверхность. С глухим металлическим звоном разорвался некогда белоснежные латы, что символизировали чистоту веры и убеждений. Он поднял лицо, полное отчаяния и попытался протянуть руку к меркнущему свету над головой большого монстра. Черный дракон с отрубленными крыльями приоткрыл глаза и раскрыл пасть, из которой повеяло сажей и серными парами.
— Ты думаешь, что победил, Фейт? Твой меч и вера — это лишь жалкие искры против хаоса, который я принес. Ты не видел того, что скрыто за стенами твоего мира. Я разрушал не для всемирного уничтожения. Скажи мне, святой воин, что ты видишь? Разруху, ужасы? Сколько ты знаешь о том, что скрывает эта ложная гармония, которую ты защищаешь?
Эрибус смеется, но в его смехе не слышится радости, только горечь.
— Я не жалею. Ни о чем. Не о том, что обрушил на Этерию дождь огня, не о том, что вырвал корни мира из его основания. Я оставил свою метку в истории. И в отличие от тебя, я не прячусь за фальшивыми идеалами. Ты называешь себя праведником, но я вижу лишь слепую веру в то, что мир, как он есть, достоин сохранения. Мой путь обременен местью.
Дракон приподнял голову и произнес следующие слова, будто снова было какое-то пророчество.
— Ты лишь задержал её на время. Я восстану, Фейт. Не будет ни тени сожалений, ни малейшего покаяния. Я разрушу всё, что ты строишь, и в этот раз не будет ни острова безопасности, ни мира, в котором твои светлые мечи смогут что-то остановить.
Глубокий вдох, и Эрибус с явной гордостью произносит следующее.
— Я стану тем, кто заберет силы у Созидателя. Тот, кто разрушает судьбы, не может быть остановлен, ибо он не ищет прощения. Я найду его слабость. Он тоже падет. Сила разрушения в том, чтобы лишить того, кто строит, даже надежды на победу. Я вернусь, и ты не будешь готов к тому, что будущее принесет с собой. Ты думал, что ты сможешь побеждать меня с каждым ударом...
Выслушивая все это, Фейт снимал свои сломанные доспехи и собирался с силами, чтобы умерить пыл надменного Дракона Разрушений. Парень медленно поднялся с колен, в его отдышке была слышна хриплость. Как только он сделал шаг, его тело пронзила резкая боль в боку и ноги подкосились. Обессиленный паладин пал на колени и, что-то проговорив шепотом, потерял сознание.
Фейт проснулся с резким вдохом, словно вырвавшись из ловушки сна. Его тело все еще чувствовало тяжесть, как будто он был в том самом поле битвы, где звучал голос Эрибуса, наполненный яростью. Ближайшие несколько секунд парень лежал неподвижно, пытаясь осознать, где он и что с ним. Словно война всё ещё продолжалась внутри его сознания.
Этот сон... — думал он, с трудом отводя взгляд от пустого потолка. Явление было таким… странным. Все было так ярко, так реально. Звук его голоса… я будто слышал его прямо здесь, рядом. Нет, это невозможно.
Фейт чуть приподнялся, с трудом прогоняя остатки туманного сна, который наполнил его разум мрачными образами разрушения и боли. Эрибус, Дракон Разрушений, всегда был в его кошмарах, но в этот раз… в этот раз было что-то другое. Что-то неизведанное и пугающее, что он не мог сразу понять.
Он вернется… — эти слова эхом звучали в его ушах, даже несмотря на то, что он старался отогнать их. Он знал, что это не просто страх. Это было предупреждение. Знал, что его противник не сдался, даже если был побежден.
Взяв в руки меч, стоявший у стены, он встал с койки и подошел к зеркалу, проверяя свои раны. Они уже затянулись, но память о последнем столкновении оставалась свежей. Парень, снимая свою повязку с руки, ничего не заметил. Фейт быстро собирался, надевая броню с привычной быстротой. Хотя каждый элемент его экипировки наталкивал его на определенные мысли.
Он посмотрел в окно. Светало. Снаружи продолжала кипеть городская жизнь, как всегда. Но внутри его груди был тревожный шторм. Взгляд за окном казался пустым и лишённым смысла, как будто сам мир был в плену у невидимого страха.
— Это было не просто угрозой, — тихо произнес Фейт, одёрнув плащ и выходя за дверь. — И я буду готов. Неважно, что мне предстоит. Я не позволю ему разрушить этот мир.
Он вышел на свет, уверенный в том, что его следующий шаг будет решающим. Эрибус думал, что сломал его, но Фейт знал, что всё только начинается. Паладин вышел из комнаты лазарета и пошел по коридору к лестнице. В какой-то момент из одной двери вышел мужчина с седыми волосами, в тёмном пальто и с усталым, но добродушным выражением лица. Парень остановился перед ним, как будто понял, что он не обычный человек. Старик помахал правой рукой, подзывая Фейта наклониться. Мужчина решил поинтересоваться, что такой воин делает в лазарете госпиталя.
— Прошу прощения, юноша. Я видел вас в лазарете, не ожидал, что вы так быстро встанете. Вижу, что уже в порядке. Интересно, что заставило вас покинуть такой «уютный» уголок.
— Скажем так, я не привык долго лежать. Эти раны лишь следы борьбы. Я предпочитаю быть в движении! — посматривает на мужчину и поправляет меч за спиной.
Старик подошел ближе, изучая общее состояние воина. Он слегка улыбнулся.
— Ну, нужно отдать должное вашей стойкости. Я был уверен, что вам нужно будет больше времени на восстановление. А вот вам, похоже, как-то удалось быстро встать. Это, должно быть, ваша привычка к тяжёлым сражениям?
— Привычка, скорее, к быстрому принятию решений и действиям. В бою нужно думать, а не жалеть себя.
— Думать, а не жалеть. Хорошо сказано. Значит, не стояли здесь, ожидая чудо, а просто взяли и встали. Как вам это удается? — с легким смехом, кидая взор на паладина, спросил мужчина.
— Чудеса… Это не для меня. Нужно больше верить в свою силу воли, чем в божьи замыслы. А вот что касается восстановления, думаю, я просто быстро привык к этому ритму. Мы, воины Элиора, часто не имеем права на слабость! — гордо заявил Фейт.
— Так это вы, значит, один из тех, кто помог защитить город? Насколько я понял, вы не просто случайно оказались в битве с монстрами. Впечатляюще, учитывая, что всего один день прошел, а вы уже в строю.
— Да, я был среди тех, кто сражался с монстрами. К нам пришел уставший отряд наемников. Нанали после их слов начала собирать спасательную группу. Она попросила оказать помощь наемникам северного квартала. Разрушение было неизбежным, но мы смогли отбить нападение. Наёмники — сильные бойцы, но каждый из нас вносил свою лепту.
— Верно подмечено. Кстати, я, Рональд Вернер, мэр Аурумстинта. Заглянул навестить наших наёмников, и вот встретил вас. Это удачное совпадение, наверное. Рад видеть, что город не остался без защиты, — сказал мужчина, протягивая руку паладину.
— Мы все обязаны быть на страже, особенно в такие моменты. Сражение прошло, но угрозы могут вернуться в любой момент, — Фейт пожал ладонь мэру.
— Ну что ж, рад был увидеть вас в таком хорошем состоянии. Надеюсь, вы будете готовы к будущим испытаниям. Если понадобятся дополнительные руки или уши в городе, администрация города всегда рад помочь представителям Его святейшества. Разрешите откланяться, — с улыбкой кивает мужчина и прощается с парнем в тяжелых белоснежных доспехах.
— Спасибо, господин Вернер. Будьте осторожны, и да, если нужно будет поговорить о дальнейших угрозах, обратитесь к старшему паладину Мельхиору, — отвечает Фейт, наклоняя голову в знак уважения.
Он стоял на месте, наблюдая за тем, как мэр уходит. Он вновь оглядывал внутренний интерьер здания и чувствует, как в груди снова поднимается желание двигаться дальше. Сражения и испытания, всё это лишь начало пути. А у этого города будет еще немало историй, которые ему предстоит пережить.
Фейт, выйдя из здания лазарета, шагал уверенной походкой, направляясь к южному филиалу гильдии наёмников. Город утопал в утреннем свете, воздух был свеж и прохладен, но в груди Фейта всё ещё бурлила энергия, едва утихшая от недавней битвы. Он двигался быстро, будто внутренне ощущал, что времени нет, и нужно быть готовым к новым вызовам.
Однако, когда парень прошёл несколько улиц и поднимался по наклонной поверхности дороги, его взгляд случайно упал на карету, припаркованную у края дороги. На дверях кареты была изображена эмблема королевского рода Бестрона, изысканный щит белого цвета, с синими контурами, которые очерчивали два пересекающихся символа — посох и меч, стоящие друг против друга. Эти атрибуты символизировали сочетание знаний и магии с доблестью в бою. На заднем плане, за щитом, располагалась открытая книга, указывающая на ценность мудрости и учёных изысканий. Сверху щита венчала корона, как символ монархической власти, а по бокам от щита тянулись ветви терна, напоминающие о сложности и жертвенности, которые сопровождают истинную силу. Это привлекло его внимание, но не только из-за герба.
За полупрозрачной ширмой кареты он увидел молодую красавицу. Её фигура была едва различима сквозь ткань, но то, что он заметил в первую очередь, были глаза. Глубокие, будто всматривающиеся в саму душу. При взгляде на неё Фейт почувствовал, как его сердце пропустило удар, а разум на мгновение затмился.
Её глаза, одно радужное кольцо которых было глубокого карминного оттенка, а другое — ледяного голубого, словно два мира слились в одном взгляде. Гетерохромия. Он задержал взгляд, почти не в силах оторваться. В тот момент их глаза встретились. Она посмотрела на него сквозь легкую вуаль, и в её взгляде Фейт почувствовал нечто совершенно особенное. Не удивление или интерес, а словно искреннее признание, чистоту, что не нуждается в словах.
Тихий, невидимый взгляд, но настолько сильный, что Фейт на несколько секунд забыл, где он. Время будто остановилось. И прежде, чем он смог осознать, что происходит, карета уже поехала дальше, скрывая её за поворотом.
Фейт постоял ещё немного, поглощённый мыслями, которые взволновали его, прежде чем он продолжил свой путь к гильдии. Он был в раздумьях, глядя на дорогу перед собой, не зная точно, что именно его так затронуло в этой встрече. Вопросы без ответа кружились в голове. Кто она была? Почему её взгляд оказался таким сильным и проницательным?
Подойдя к зданию гильдии, он заметил знакомую фигуру у входа — Нанали, зверодевушка, подметавшая порог. Она взглянула на него, и её лицо озарилось широкой улыбкой, когда она увидела, что паладин вернулся в строй.
—Фейт, ты вернулся! Мы все переживали. Как ты себя чувствуешь? — спросила она, с любопытством наблюдая за ним.
Парень, пожимая плечами, сдержанно улыбаясь, ответил: Всё в порядке, Нанали. Битва позади. Раны быстро заживают.
Нанали с лёгким смехом убрала метлу и подошла ближе.
— Ну и слава богам! Ты же у нас не просто солдат, а настоящий герой. Все здесь гордятся твоими подвигами!
— Я просто делал свою работу. Наёмники тоже сражались отважно. Без них город бы не устоял, — Фейт слегка смущённо кивнул.
Нанали, присаживаясь на ступеньки и продолжая наблюдать за ним, слегка задумалась.
— А вот мне интересно, что у тебя в мыслях. Ты выглядишь так, словно был не только в бою. Что-то беспокоит, Фейт?
Паладин задумался, глядя в даль, как будто вспоминая нечто важное.
— Возможно... Только что встретил одну женщину. Не скажу, что я её знаю, но её глаза... Они... были необычные. Как будто за ними стоит что-то большее.
Нанали подняла брови, удивлённо посмотрев на него.
— Ты про её глаза? Какой необычный взгляд, что-то меняет в человеке, когда сталкиваешься с таким. И что ты думаешь о ней?
Фейт вздохнул, явно немного озадаченный.
— Я не знаю, Нанали. Это было мгновение, но оно оставило след. Возможно, это было случайностью, а может — что-то большее. Но сейчас не время для таких размышлений.
— Ты, как всегда, Фейт. Но знаешь, если что-то будет беспокоить, ты можешь поговорить со мной… — Нанали улыбнулась и кивнула.
— Спасибо, Нанали, — паладин поблагодарил ее.
Фейт, задумавшись, обратился к Нанали с конкретным вопросом:
— Я размышляю о том, чтобы попасть в Королевство Бестрон. Как это вообще возможно в нынешних условиях? Слышал, что возможности ограничены, но, может быть, есть какой-то путь?
Нанали сначала покачала головой, словно пытаясь отговорить его от такой идеи.
— Фейт, ты же знаешь, как сейчас всё сложно. Из-за войны с Империей Восьмистейн попасть в Королевство не так-то просто. Многие дороги перекрыты, а сама территория — под строгим контролем. Ты можешь попасть туда только через посольство, но это не значит, что тебе сразу откроются все двери. В Бестроне сейчас не особенно рады чужакам, особенно в условиях затянутой войны.
Фейт задумчиво посмотрел на неё.
— Я понимаю. Но если есть шанс... Я всё же хочу попробовать.
Нанали вздохнула, её взгляд стал немного мягче.
— Если ты настроен серьёзно, то, наверное, тебе стоит отправиться в посольство Бестрона в центре Аурумстинта. Там тебя могут направить к тем, кто решает, кому открывать путь. Но, честно говоря, учти, что с войной все решают в основном военные и дипломаты. Простому наёмнику будет непросто.
Фейт кивнул, погружённый в мысли.
— Посольство... Я понял. Спасибо, Нанали.
Она, увидев его решимость, слегка улыбнулась.
После этих слов Фейт подошёл к стойке, где забрал свою награду за выполнение задания. Нанали достала из кармана небольшой свиток и передала его ему с тёплым взглядом.
— Это рекомендательное письмо для филиала гильдии наёмников в Бестроне. Пусть оно поможет тебе найти нужную дорогу там.
Фейт забрал письмо из ее рук.
— Благодарю тебя, Нанали. Ты не представляешь, как это важно.
— Удачи, Фейт. Пусть удача будет с тобой! — Нанали, с улыбкой на лице, пожелала ему доброго пути.
Паладин поблагодарил её и, получив нужную информацию, уже собирался двигаться дальше, чтобы подготовиться к следующему шагу.
В течении дня паладин посетил посольство Королевства Бестрон, расположенное в самом центре Аурумстинта, городке, известном своими морскими торговыми путями и стратегическим расположением. Внутри здания было прохладно, стены украшены гербами Бестрона, а воздух пропитан лёгким запахом лаванды и старых свитков. Он подошёл к стойке, где за документами сидела старшая служащая. Она вежливо приняла его запрос, но объяснила, что без разрешения местных властей и дополнительных рекомендаций ему будет трудно пересечь границу.
Не теряя времени, Фейт покинул посольство и направился к административным зданиям города, где его и встретил мэр Аурумстинта, что разгуливал по центральной площади. Мужчина с седыми волосами, сдержанный, но с ясным взглядом, сразу узнал паладина.
— Фейт, — сказал мэр, протягивая руку. — Что тебя привело в наши края? Как я могу помочь тебе?
Паладин, немного удивлённый, что мэр так свободно проводил время, объяснил свою ситуацию.
— Господин Вернер, я намерен попасть в Королевство Бестрон, но из-за войны пути туда закрыты. Мне нужно разрешение и документы для пересечения границы.
Мэр кивнул, его лицо стало более серьёзным.
— Это непростая задача, но я могу помочь. У нас в городе всегда рады тем, кто служит делу добра. Я дам тебе все необходимые документы и подпишу разрешение. Будь осторожен, Фейт, путешествие через границу будет опасным.
Фейт поблагодарил мэра, и вскоре получил документы, которые подтверждали его право пройти через контрольные посты и границу. С ними он вернулся в гильдию, где ожидал найти караван, который мог бы проводить его до ближайшего приграничного города — Кештона.
В здании гильдии было шумно, наёмники обсуждали последние события, и среди них Фейт заметил бородатого торговца, что стоял за стойкой и беседовал со служащей. Мужчина выглядел солидно, с широкой шляпой и богатой одеждой, которая не скрывала его принадлежности к торговому дому.
— Господин торговец, — обратился к нему Фейт, подойдя ближе. — Я ищу караван, который направляется в Кештон. Мне нужно сопровождение до границы с Бестроном.
Торговец взглянул на паладина с интересом, оценив его проницательным взглядом.
— Ну что ж, тебе повезло. Меня зовут Уинстон. Мы как раз планируем выезд на следующий день. Присоединяйся, и я обеспечу тебе место.
Фейт с благодарностью принял предложение и договорился о цене. На следующее утро, после того как он собрал свои вещи и попрощался с Нанали, паладин отправился в путь. Торговый караван, возглавляемый Уинстоном, медленно двинулся по дороге, покидая знакомые пределы Аурумстинта. Фейт ощущал, что впереди его ждут не только опасности, но и новые возможности. Путь в Бестрон был открыт, и паладин был готов встретить всё, что этот путь принесёт…
Поездка в Кештон
Проплывают леса и мирные поля в глазах Фейта. Он смотрел на дорогу, которая постепенно становилась тоньше и извилистее, караван из трех повозок двигался в стабильном темпе. Мужчина, поправляя широкую шляпу, которая выглядела довольно пестро, управлял самостоятельно поводьями. Его взгляд осматривал холмы и улыбался. Паладин сидел и думал о прожитой жизни…
…Вечернее солнце едва касалось горизонта, окрашивая небо над деревенькой Алторн багровыми оттенками. Маленький мальчик, босоногий и одетый в латаную рубаху, шел по пыльной дороге. В руках он сжимал ветхую игрушку, старую тряпичную куклу, что напоминала ему о матери.
— Мамочка... Где ты? — тихо прошептал он, вглядываясь в кривые силуэты домов.
Тей постучался в очередную дверь, но получил лишь сердитое ворчание и хлопок створки в ответ. Он был слишком мал, чтобы понимать холод взрослых, и слишком невинен, чтобы бояться жестокости.
Когда он устало сел у колодца, к нему подошли трое: рослый мальчишка с грязным лицом, светловолосая девчонка с ястребиным взглядом и младший из них, с хитрыми глазами.
— Что ты тут делаешь, малыш? — протянул рослый. Его голос был мягок, но в нём таилась насмешка.
— Я ищу маму, — честно ответил Тей, доверчиво поднимая взгляд.
— Мамку? Ха! — засмеялась девчонка. — Она, наверное, давно сбежала от такого сопляка, как ты.
— Эй, не плачь, — вмешался младший, наклонившись к нему. — Знаешь, тут неподалёку есть дом с едой. Много еды. Мы можем показать тебе, если хочешь.
— Правда? — Тей широко распахнул глаза, его лицо озарилось надеждой.
— Конечно! Но ты должен помочь. Принеси нам кое-что, а потом мы накормим тебя, — с усмешкой добавил рослый, протягивая грязный мешок.
Они повели его через переулки к большому дому с яркими ставнями. Это был местный трактир. Тей ничего не подозревал, когда ребята объясняли ему, как пролезть через узкое окно на кухню.
Но как только он дотронулся до рамы, раздался строгий голос: Стой!
Из тени вышла высокая женщина в чёрной рясе. Её лицо было строгое, но глаза светились добротой. Это была мать Элси, служащая в местном приюте.
— Что здесь происходит? — её голос был как грозовая туча, нависшая над шпаной.
— Ничего, мы просто... — начал было рослый, но она подняла руку.
— Убирайтесь. И чтобы я вас больше не видела рядом с ним.
Ребята бросились на утек, а Тей остался стоять, дрожа от страха.
— Ты не поранился? — женщина опустилась на колени, заглядывая в его глаза.
Тей покачал головой, но слёзы сами собой потекли по его щекам.
— Я только хотел вернуться в объятия мамы... — всхлипнул он.
Мать Элси мягко улыбнулась и обняла его.
— И ты найдёшь её. А пока давай начнём с того, что ты согреешься и поешь.
Она подняла его на руки и направилась в сторону приюта. Тей не знал, что ждёт его дальше, но впервые за долгое время он почувствовал мягкое человеческое тепло, которое почти забылось в невинной душе…
Фейт вышел состояния помутнения разума и почувствовал, как караван остановился. Уинстон достал небольшой рог и подул в него. Из последней повозки вылезли наемники, которые встали по кругу на защиту караван. С горизонта показалась толпа всадников, которая надвигалась на них. Паладин вылез из повозки и достал меч. Торговец посмотрел на это и сказал: Господин Фейт, пожалуйста, окажите нам помощь. Я верну вам половину вашей платы.
— Не нужно, Уинстон, это часть моего путешествия. Малое, чем могу вам помочь, — ответил паладин и воткнул широкое лезвие меча в землю.
— Держите строй! — рявкнул один из наёмников, поднимая щит.
Толпа всадников надвигалась стремительно, поднимая за собой облака пыли. Караван оказался зажат между холмов, без возможности отступить. Крики кочевников и топот копыт заполнили воздух, словно предвестие беды.
Фейт стоял неподвижно, его взгляд устремился в бескрайнее небо. Вокруг него суета, страх и отчаяние смешались в хаотичное действо, но он оставался спокоен.
— Господин, время не терпит! — настаивал торговец, потирая вспотевшие ладони.
— Молчите, Уинстон. Их души не знают покоя. Они сами выбрали путь, — тихо сказал Фейт, закрыв глаза.
Кочевники приблизились, и первая волна столкнулась с наёмниками. Копья скрежетали о броню, щиты разлетались в щепки, и вскоре битва превратилась в хаос.
— Не выдержим! Их слишком много! — крикнул один из наёмников, отмахиваясь от всадника.
С этими словами он подошёл к наёмникам, вонзил свой меч в землю перед кругом обороны и встал рядом с ними.
— Приготовиться! — крикнул он, перекрывая гул приближающихся всадников.
Когда бандиты оказались достаточно близко, первая волна стрел наёмников разорвала воздух. Несколько всадников упали с лошадей, но это лишь разозлило их соратников. Остальные ворвались в круг, выкрикивая угрозы и размахивая саблями.
Наёмники встретили удар врага железной стеной: копья и щиты сомкнулись, не давая врагам прорваться внутрь. Бой начался.
Фейт двигался как тень среди сражающихся, его меч разил врагов с точностью, которой мог позавидовать любой. Одним ударом он сбил лезвие сабли, направленное на голову молодого бойца, и тут же перешёл в атаку, срубив врага с лошади.
— Не бойтесь! Держите линию! — кричал он, перекрикивая хаос битвы.
Всадники не ожидали такого упорства. Несмотря на численное преимущество, они теряли бойцов с каждым мгновением. Один из бандитов, заметив, что их наступление захлебнулось, поднял руку, подавая сигнал к отступлению.
— За ними! — крикнул один из наёмников, но Фейт поднял руку, останавливая их.
— Нет. Пусть уходят. Мы здесь не для мести.
Его слова прозвучали твёрдо, как приказ, и даже самые горячие бойцы подчинились.
Когда поле боя опустело, наёмники начали собирать раненых и приводить караван в порядок.
— Господин Фейт, вы спасли нас... — пробормотал Уинстон, подойдя к паладину с благодарностью в глазах.
— Вы наняли хороших бойцов, Уинстон. Победа принадлежит всем нам! — Паладин лишь кивнул.
Он поднял меч и направился обратно к своей повозке, не дожидаясь похвал или благодарностей. Для него это была лишь одна из битв, очередной шаг на пути, которому он посвятил свою жизнь.
После этого караван двинулся дальше, постепенно удаляясь от места стычки. По завершению дня они приехали в небольшой перевалочный городок Альдхар. Остановившись в ближайшем трактире под названием «Хваленый бык», после тяжёлой дороги и битвы наёмники, торговцы и погонщики с облегчением спешили занять места в зале.
— Сегодня у нас праздник! Все за мой счёт! — громко объявил Уинстон, широко улыбаясь и жестом приглашая всех внутрь.
Вскоре из трактира донеслись звуки веселья: звон кружек, смех и громкие голоса. Но Фейт остался снаружи, сидя на деревянной скамье на крыльце. Он смотрел в ночное небо, где мерцали бесчисленные звёзды, словно тихие свидетели всех радостей и горестей мира.
— Не пьёте, господин Фейт? — раздался голос.
Фейт обернулся и увидел Уинстона с двумя кружками в руках.
— Нет, — спокойно ответил он, чуть улыбнувшись.
— Тогда сок? — спросил торговец, протягивая кружку.
Фейт кивнул, приняв угощение. Уинстон сел рядом и глубоко вздохнул.
— Спасибо за всё, что вы сделали для нас, — начал он, глядя в землю. — Без вас мы бы, скорее всего, не дошли сюда.
— Вы наняли хороших бойцов, Уинстон. Они сделали своё дело.
— А вы? Ваш меч и ваше спокойствие вдохновляли их. Я это видел.
Наступила пауза. Уинстон, казалось, собирался с мыслями. Наконец, он продолжил: знаете, когда я был юношей, моя семья жила бедно. У нас был маленький надел с пшеницей, едва хватавший на еду. Досталась нам от покойного дедушки, что воевал за объединение Конфедерации. Иногда не хватало даже этого.
Фейт молча слушал, глядя на звёзды. Уинстон продолжил вести поучительный монолог.
— Я начал работать ещё подростком. Перебивался разными делами: грузил мешки, чинил крыши. Но этого всё равно было мало, чтобы вытащить нас из нищеты. Когда мне исполнилось шестнадцать, я решил стать наёмником.
— Тяжкий путь, — заметил Фейт.
— Да. Но в нём я узнал многое. Смерть, боль, мимолётность жизни... Всё это стало для меня уроком. Я понял, что люди воюют и страдают, потому что у них нет выбора. Нет будущего.
Он сделал глоток сока, помолчал, а затем добавил: Я решил изменить это. Стал торговцем, чтобы создавать возможности. Часть моих доходов жертвую на помощь детям, строю приюты, школы. Хочу, чтобы хотя бы они не росли в таком суровом мире…
Фейт опустил взгляд на торговца, его глаза слегка смягчились.
— Благородная цель, — произнёс он тихо.
— Иногда я сомневаюсь. Деньги быстро заканчиваются, а бедность остаётся. Но когда я вижу улыбки детей, которые получили хоть небольшой шанс, я думаю, что всё это не зря.
Фейт на мгновение задумался, затем поднял кружку чая, словно в тосте.
— Ваше сердце чисто, Уинстон. Это больше, чем можно сказать о многих.
Торговец смущённо улыбнулся.
— А вы, господин Фейт? Вы носите меч, но, похоже, не ищете войны. Почему?
— Потому что это оружие олицетворяет саму волю Дракона-Бога Света. Моя же цель является быть хранителем столь огромной мощи. Нести праведность веры и карать тех, кто несет зло.
Их разговор продолжился, но теперь уже в тишине, под звёздным небом, где каждый нашёл для себя искру надежды.
Фейт сделал глоток сока, опустил взгляд на кружку, а затем посмотрел вдаль, где тьма ночи сливалась с горизонтом. Его голос, когда он заговорил, звучал тихо, но в нём слышалась глубокая тяжесть воспоминаний.
— Знаете, Уинстон, я понимаю, почему вы так стремитесь дать детям будущее. В детстве сам вырос в приюте, — начал он, поправляя волосы.
Торговец поднял взгляд, но не перебивал, чувствуя, что Фейт говорит о сокровенном.
— Мои родители... — парень замолчал, словно пытаясь подобрать правильные слова. — Я их почти не помню. Отца не было у меня, а мать потерял, когда я был ещё ребёнком. Меня нашла мать Элси, что отвела меня в приют, где находился до прибытия туда миссионеров.
Фейт закрыл глаза, как будто снова видел тот старый обветшалый приют, с старыми мозаичными окнами, сквозь которые проникал свет, играя разноцветными красками.
— Жизнь там была простой, но суровой. Мы ели то, что удавалось вырастить в огороде. Денег особо не было, поэтому носили старую одежду, заштопанную до бесконечности. Но настоятельница учила нас не жаловаться. Она говорила, что мир полон боли и хаоса, и наша задача быть теми, кто приносит свет, даже если его не хватает самим.
Фейт остановился и тяжело вздохнул.
— Но это было нелегко. Видел, как дети, с которыми я вырос, ломались под гнётом сурового мира. Кто-то сбегал из приюта и становился вором, кто-то погибал на улицах. Я... — паладин замолчал на мгновение, — не мог этого принять.
— И что вы сделали? — тихо спросил Уинстон.
— Я нашел в библиотеке книгу, на которой был изображен образ Дракона-Бога света. Читая её, начал постигать храмовые обряды и священные писания, учил молитвы, — ответил Фейт, его глаза отражали слабый свет луны. — Каждую ночь, когда остальные спали, я вставал на колени перед открытой страницей с изображением божества и шепотом просил помощи у него. Я хотел, чтобы Элиор пришел и дал мне возможность спасти тех, кто тонет в своих страстях и отчаянии, тех, кто не видит выхода.
— И он ответил? — Уинстон спросил, посмотрев на Фейта с удивлением.
— В одну из ночей мне явился голос, а страницы начали сверкать ярким светом. Тихий, но сильный, словно само солнце заговорило со мной. Элиор сказал, когда придет время, я стану его мечом, что избавит мир от злобы…
Он посмотрел на свои руки, крепкие, с мозолями и шрамами от былых и постоянных тренировок.
— С того дня я понял, что моя жизнь принадлежит только мне. Я взял на себя клятву нести добро, даже если это будет значить идти против тьмы в сердцах людей. Но, как сказал Элиор, сила меча не в кровопролитии, а в том, что зажигать свет в тех, кто потерял надежду.
— Это... невероятно, — прошептал Уинстон. — И всё же, вы используете меч.
— Иногда, чтобы зажечь свет, нужно сначала разогнать тьму! — Фейт слегка улыбнулся, и в его взгляде блеснула мудрость.
Наступила тишина. Уинстон задумчиво смотрел на ночное небо, словно искал на нём знак от самого Элиора.
— Думаю, благодаря вам, господин Фейт, в этом мире стало немного меньше тьмы, — сказал он, наконец.
— Это не моя заслуга, Уинстон. Это свет добра. Я лишь меч Элиора.
Они замолчали, сидя под звёздами, каждый думая о своей миссии в этом мире.
Из дверей трактира вдруг вывалилась шумная толпа наёмников, уже изрядно навеселе. Весёлый смех, звон кружек и громкие шутки разлетались по тёмной улице. Один из них, молодой боец с растрёпанными волосами, заметил Фейта, сидящего на крыльце.
— Эй, господин защитник! — прокричал он, широко улыбаясь. — А ну-ка, присоединяйтесь! Мы празднуем нашу победу, и без вас это неправильно!
— Да-да! — поддержал его другой наёмник, старше и с густой бородой. — Вы же вдохновили нас в бою. Если бы не ваше спокойствие, мы, возможно, уже лежали бы в степи.
— Ваше здоровье заслуживает тоста! — добавил третий, высоко подняв кружку.
Фейт посмотрел на них с лёгкой улыбкой и покачал головой.
— Мой праздник проходит в тишине, друзья. Наслаждайтесь вечером, но не забывайте о завтрашнем пути.
— Ах, вы уж больно серьёзный, господин Фейт! — сказал молодой наёмник, притворно вздохнув. — Но это и к лучшему. Кто-то должен следить за порядком, пока мы расслабляемся.
Наёмники засмеялись и, продолжая веселиться, направились обратно в трактир. Лишь двое остались на крыльце, Фейт и Уинстон, который внимательно смотрел на тёмную улицу перед собой.
— Почему вы не идёте с ними? — спросил Уинстон, не отрывая взгляда от горизонта.
— Радость от победы для них, — ответил паладин спокойно. — Я лишь сделал то, что должен.
— Знаете, господин Фейт... Когда я смотрю на вас, думаю о своей жизни. О том, что сделал, чего достиг. О том, как часто я спрашивал себя, имело ли это значение.
Он на мгновение замолчал, его голос стал тише.
— Иногда мне кажется, что все эти годы лишь борьба за место под солнцем. Но глядя на вас, я понимаю, что жизнь может быть чем-то большим. Целью, которую выбираешь сам, а не мир диктует тебе.
Фейт посмотрел на мужчину, что поглаживал свою бороду, его взгляд был полон понимания.
— Мы все ищем свой путь, Уинстон. Но задумайтесь: если вы помогли хоть одному ребёнку улыбнуться или спастись от беды, разве это не имеет значения?
— Может, и так... Но мне нужно ещё немного времени, чтобы разобраться в этом… — Торговец грустно улыбнулся.
— Тогда сидите и думайте, — сказал Фейт, поднимаясь. — Ночь длинная, а звёзды всегда подскажут правильный путь.
Он направился в сторону ближайшей улицы, оставив Уинстона одному под звёздным небом, где торговец погрузился в мысли о своём прошлом и будущем. Фейт прошелся немного по городу и заметил набережную, куда привели ноги. Парень подошел к каменному забору, что разделял его и слегка мутную гладь протекающей большой реки.
Там Фейт заметил завораживающую картину. Лунные блики отражались от водного зеркала и перед ним предстал танец одной особы, что источала нежный тусклый свет. Ее танец казался нечто невообразимым, каждое касание ее хрупких на вид ножек оставлял на речной глади легкую рябь. Паладин стоял и смотрел на это, не отрывая взгляда. В момент откуда-то вышла парочка девушек, которая заметила парня и хотела утащить с собой в мир удовольствий. Их наряды выглядели мягко скажем вызывающими, но он не обращал внимания на их оклики. В его взгляде была видна гармония. Как только девушки подошли поближе, Фейт обернулся и посмотрел на них. В этот момент лунная танцовщица будто растворилась в ночи.
Девушки, завидев мощную мускулатуру, что выступала из открытых частей между броней, подумали и решили, что будто зверь. Одна из них представила, что с ними будет, если он возьмет, то длительное удовольствие обратиться в муку, и шепотом сказала другой, что нужно ретироваться, придумав максимально нелепую отмазку, на подобии той, что сегодня начались сложные дни. Они прекратили свои попытки завлечь его внимание и прошли мимо. Фейт же вернулся в исходное положение и заметил, что таинственная женская фигура исчезла. Парень развернулся и пошел обратно в трактир, чтобы прилечь поспать, после долгого дня путешествия...
Поездка в Кештон: Проклятье близнецов Миранды
На следующее утро Фейт разговаривал в кругу наемников и обсуждал дальнейший план проезда к приграничному городу. Мимо них пробежал мальчик в клетчатой кепочке, зазывая горожан и показывая газету. Уинстон подошел к нему, доставая из мешочка несколько серебряных. Мужчина положил мальчишке в руки монеты, а взамен взял газету и пошел с ней в таверну. Фейт за свой счет заказал всем по кружке кваса, наемники поблагодарили, однако один задался вопросом вслух, почему же не воду или слабый алкоголь. Паладин ответил: «Посетив Золотой порт, я впервые попробовал сей напиток. Забористый освежающий вкус, легкая терпкость и запах ржаного хлеба так напоминает мою родину…»
Уинстон подошел к остальным и положил на обозрение всем первую страницу газеты: «Сегодняшний путь будет проходить через дремучие леса рядом с заброшенным замком, место довольно опасное…»
— А в чем собственно проблема, можно же просто проехать по прямой, на карте дорога не извилистая же? — спросил молодой боец с растрёпанными волосами.
— Эх, молодежь, жизнь наемника вас еще ничему не научила? Ладно, зелень, поведаю вам легенду, старожилам будет интересно послушать, — сказал мужчина, снимая свою шляпу и присаживаясь за стол. — Свое начало эта история берет в еще во времена раздробленности торговых государств, примерное тринадцать веков назад. До объединения под флагом Конфедерации существовали более пятнадцати мелких княжеств и республик. И каждый из них воевал, заключал перемирия, торговал с соседями. Одним из таких было Мересилийское княжество. В владении государства было несколько наделов, где производили самое изысканное вино, известное по всему контенту. Руководила данным княжеством чарующая и элегантная женщина по имени Миранда Мересиль, при ее правлении страна поднялась на мировой арене, а ее народ встретил расцвет жизни и богатства. На переговорах она умела убеждать, применяя самые разнообразные методы…
— Да, ее называли «двуликой» или змеей с крыльями, по рассказам тех, у кого сохранились семейные записи, — фыркнул один из бритоголовых наемников, что посапывал за общим столом.
— Воистину страшная женщина… — ответил на это Уинстон и продолжил свой рассказ. — Говорят, однажды, прогуливаясь вдоль замковых стен, Миранда встретила молодого рыцаря. Его звали Арно, и он только недавно прибыл ко двору. Никто не знал, откуда он явился, но рассказывали, что он был статен, храбр и обладал магнетической притягательностью. Княгиня, заметив его, будто бы сразу прониклась к нему симпатией. По легенде, она сама пригласила Арно на ужин в свои покои, что было редкостью для такой знатной дамы.
Что происходило за закрытыми дверями, никто точно не знает, но говорят, что с той ночи княгиня и рыцарь стали неразлучны. Некоторые утверждали, что их связь была тайной, другие, что Миранда открыто заявила о своей любви. Как бы там ни было, через некоторое время княгиня объявила Арно своим супругом, что вызвало шёпот во дворце.
Спустя полгода слухи вновь начали ходить по замку: лекарь княгини объявил, что Миранда ждёт наследника. Народ ликовал, а Арно, говорят, был охвачен радостью. Однако вот что произошло после остаётся загадкой.
По одним версиям, княгиня, поглощённая заботами управления государством, отдалилась от мужа, и он, чувствуя одиночество, начал искать утешение у других женщин. По другим, Арно, слишком привыкший к свободной жизни, сам отвернулся от Миранды.
Через девять месяцев княгиня в муках в своей спальне родила близнецов-наследников. Эта новость разлетелась по всей стране и народ в каждой деревеньки ликовал. Миранда Мересиль, родив наследников, спустя месяц решила устроить великолепный бал, чтобы отметить их появление на свет. Все знатные гости княжества собрались в замке, чтобы выразить своё почтение правительнице и поздравить её с рождением двух будущих правителей. Зал был украшен драгоценными тканями и светом тысячи свечей, но за этой пышностью скрывалась тень судьбы, что навсегда изменила дом Мересиль.
Среди гостей была девушка по имени Элиза, ранее прислуживавшая в замке. Она была красива, но зависть и ревность давно отравили её сердце. Элиза утверждала, что ждёт ребёнка от Арно, и, стремясь уничтожить княгиню, принесла с собой древний проклинающий артефакт. Когда танцы и пир достигли пика, девушка вышла вперёд и на глазах у всех громогласно объявила, что является любовницей Арно и носит под сердцем его дитя.
Миранда оцепенела от услышанного, но прежде, чем она успела сказать хоть слово, Элиза активировала артефакт, направляя всю его разрушительную силу на княгиню. Однако мощь заклятия обернулась против самой Элизы — удар пришёлся не по Миранде, а по её младенцам, которые мирно спали в её объятиях. Взрыв магии унес их жизни, оставив правительницу с обугленными останками детей на руках.
После той роковой ночи княжество начало угасать. Уродливое проклятие, порождённое злобой, словно завеса опустилась над этими землями: урожаи гибли, болезни косили людей, а уцелевшие покидали земли Мересиль, опасаясь бед.
Арно и Элизу казнили на глазах у всего двора. Одни говорили, что княгиня сама потребовала этой расправы, другие — что её советники действовали за её спиной. Но правда была в том, что Миранда не нашла утешения в смерти предателей. Горе разрушило её душу. Она больше не могла смотреть на своих детей, считая их причиной своей боли.
Близнецы-наследники, выжившие в тени этой трагедии, росли в полной нелюбви. Величественные залы замка стали для них холодной тюрьмой, а мать, некогда нежная и добрая, превратилась в жестокую тень самой себя. Они взрослели среди унижений, лишённые тепла и заботы, и с каждым годом их сердца наполнялись ненавистью к миру.
Когда Миранда умерла, её смерть не принесла облегчения. Близнецы, ставшие взрослыми, вернулись в замок, чтобы исполнить своё страшное предназначение. Они вырезали всех, кто ещё оставался при дворе, и охватили земли Мересиль хаосом и паникой. Их месть не знала границ, и, исполнив свою жуткую клятву, они покончили с собой.
Но боги не простили близнецов за столь кровавые злодеяния. Их души были заточены в замке, где они скитались вечно, мучимые своими воспоминаниями и болью. Говорят, что каждый, кто осмелится войти на территорию подле замка Мересиль, слышит их крики, наполненные страданием и злобой. В ночное же время в лесу появляется нежить и призраки, что находятся под управлением близнецов. Так проклятие дома Мересиль стало вечным напоминанием о том, к чему приводят зависть, ненависть и жажда мести...— На этом закончим, пора собираться в путь, почти полдень! — заканчивая сказ легенды, приказал Уинстон, ударив кружкой по столу.
От этого действия проснулись наемники, что заснули из-за недосыпа. Фейт тем времен с невозмутимым лицом сидел и слушал все. Все встали со стола и направились на выход. Лишь предчувствие паладина после этой истории оставляла некое странное послевкусие.
Караван был загружен, наемники распределены: кто верхом на дополнительных лошадях для разведки, кто в повозках, чтобы защитить торговца и его помощников. После полудня они были отправлен в путь. Продвижение ничем особо не отличалось от обычной поездки, однако из-за затянувшегося рассказа на несколько часов, добраться до территории дремучего леса удалось, когда начало уходить солнце.
Сумерки лишь начинали сгущаться, когда караван наёмников и торговцев покинул оживлённый тракт, свернув на дорогу, что вела к приграничному городу. Повозки скрипели под тяжестью товаров, конные наёмники шли по бокам, держа оружие наготове. Их лица, затенённые капюшонами, были напряжены. Дорога вела через старый дремучий лес, растущий вокруг руин замка Миранды Мересиль.
Фейт, паладин в белоснежных латах с позолоченным окаймлением и священным мечом, ехал верхом впереди колонны, так как наемники посчитали, что он сможет принять первый удар на себя и оповестить о надвигающейся опасности. Его взгляд постоянно скользил по густым зарослям, где тени деревьев прятали неизвестность. Внезапно он почувствовал резкое жжение в правой руке.
Он остановил коня и спешился, привлекая к себе внимание ближайших наёмников. Фейт, сняв металлическую перчатку, увидел, как на коже до локтя проявилась метка — змея, кусающая собственный хвост, символ Уробороса. Она была своеобразным подарком от Эребуса, Дракона разрушений, влекущим к нему тварей из потустороннего мира и подземелий.
— Ммм, как же не вовремя, — произнёс Фейт, доставая из-за спины гигантский меч с широким лезвием, размерами как щит. Его голос, казалось, пробрался в самое сердце каждого из путников.
Не успели слова паладина раствориться в тишине, как из леса начали доноситься странные звуки: шорох сухих листьев, скрежет железа и мерзкий хруст костей. Из густого мрака появились силуэты. Это были скелеты в сломанных и ржавых доспехах, их пустые глазницы горели тусклым зелёным светом.
— Н-н-нежить?! — закричал молодой боец с растрепанными волосами.
— Видим, что скелеты, хватит орать, — ударом ладони по щеке, бритоголовый осадил пацана.
Наёмники вскочили на ноги, обнажая мечи и натягивая луки. Торговцы, испуганно оглядываясь, бросались к оружию, что они припасли на случай нападения. Фейт шагнул вперёд, обнажая лезвие меча перед угрозой.
— Приготовьтесь! — крикнул он, выдвигаясь в центр круга, образованного повозками. — Они пришли за мной, но если мы выстоим вместе, никто не погибнет!
Скелеты обступили караван, шепот древней магии эхом отражался от мёртвых деревьев. Первая волна нежити ринулась вперёд, но Фейт, взмахнув мечом горизонтально, разнёс передовые ряды в костяные щепки. Его метка горела всё сильнее, притягивая всё новые силы тьмы.
Наемники держали защитную позицию, в то время как паладин стараясь сдержать жжение в своей руке теснил вторую волну нежити. Уинстон залез в внутрь повозки, чтобы вскрыть один из ящиков, хранящий невообразимое орудие. Лучники, прикрываемые ударным отрядом, поражали противников, метя стрелы в голову. При каждом попадании наступающие скелеты начинали трескаться и падали на землю, рассыпаясь.
В момент, когда наемники перешли в контрнаступление, из замка неподалеку раздался неистовый вой, что оглушил авантюристов и заставил их закрыть уши. В этот момент неведомая сила начала поднимать кости павших бойцов и собираться в одном месте, формируя части тела будущего костяного дракона. Фейт увидел, как начался процесс и отступил к остальным, чтобы помочь подняться и перегруппироваться. Один из наёмников, мужчина, у которого был шрам на пол лица, взял в руки булаву и начал крошить скелетов, чтобы процесс затянулся. Вой закончился, громадное существо продолжало расти. Лошади взревели от страха, но один из наемников старался их успокоить. Из лесных массивов появились фиолетовые полупрозрачные сгустки, которые шествовали в сторону сформировавшихся ног чудовища.
— Нам конец?! — начал кричать один из молодых бойцов.
— Прекрати орать, надо придумать как сбежать, — подошел мужик с булавой и дал пощечину. — Зачем ты пошел на столь опасное дело? Жизнь наемника — это не игра в рыцарей! Соберись, нужно сделать все, чтобы выжить!
Фейт глянул на этот инцидент и решил, что в нынешнем положении ни он, ни другие не смогут победить монстра. В его памяти всплыл момент.
Фейт стоял перед старшим паладином Мельхиором в небольшой, но светлой часовне Теократической республики Люксим. Воздух был пропитан ароматами благовоний, а солнечные лучи проникали сквозь витражи, окрашивая пол в разноцветные узоры. Старший паладин, облаченный в белоснежную броню с золотыми вставками, смотрел на Фейта с привычной строгостью и мудростью.
— Ты понимаешь, Фейт, какую ответственность ты несешь? — начал Мельхиор, его голос был спокоен, но в нем слышалась тяжесть вековых знаний. — Эти силы, что хранятся внутри тебя, они не просто дарованы тебе для того, чтобы ты мог ими гордиться или показывать свою мощь.
Фейт опустил голову, чувствуя вес этих слов. Он помнил тот день, когда ему были открыты запечатанные силы — день, который оставил глубокий след в его душе. Каждый раз, когда он прикасался к этой мощи, мир вокруг него словно замедлялся, и в груди разгоралось пламя, которое было одновременно и обжигающим, и захватывающим.
— Я знаю, учитель, — ответил Фейт, стараясь говорить уверенно, хотя в душе его терзали сомнения. — Я всегда помню слова, которые вы мне говорили: использовать их только в крайней необходимости.
Мельхиор кивнул, его глаза внимательно изучали молодого паладина. Он подошел ближе и положил руку на плечо Фейту, словно желая передать часть своей внутренней силы.
— Помни, Фейт, что каждое использование этих сил имеет последствия. Это не просто энергия, это частица чего-то большего, древнего и могущественного. Когда ты выпускаешь эту силу, она может изменить всё вокруг. И не всегда эти изменения будут такими, как ты ожидаешь.
Фейт закрыл глаза, вспоминая недавний бой. Он почти не сдержался тогда, когда враги окружили его товарищей. Сила внутри него буквально требовала выхода, и он едва смог её подавить. Но если бы он не справился...
— Я видел, как ты с трудом сдерживаешься, — продолжил Мельхиор, будто читая мысли Фейта. — Это хорошо, что ты научился контролировать себя. Но помни, что даже малейшая ошибка может привести к катастрофе. Иногда лучше потерпеть поражение, чем рискнуть всем ради победы.
Фейт почувствовал, как в его груди зарождается решимость. Он понимал, что старший паладин прав. Его обязанности как защитника Люксима требовали не только силы, но и мудрости. Нужно было знать, когда стоит проявить себя, а когда — остаться в тени.
— Я буду помнить ваши слова, учитель, — сказал Фейт, поднимая взгляд на Мельхиора. — Не позволю своим эмоциям взять верх над разумом.
Старший паладин улыбнулся, и эта улыбка была наполнена теплом и одобрением.
— Хорошо, Фейт. Помни, что ты не один. Мы все здесь, чтобы помочь тебе, направить тебя. Иди с миром и пусть Свет Элиора всегда будет твоим путеводителем.
Фейт поклонился и медленно вышел из часовни, ощущая, как на его плечах лежит еще большая ответственность. Но теперь он был готов принять её, зная, что за его спиной стоят те, кто верят в него и готовы поддержать в любую минуту.
Пока паладин вспоминал, раздался еще вой. Костяной дракон расправил свои крылья и начал идти к повозкам. Каждый его шаг сопровождался легким хрустом костей. Нарастающий страх перед огромным существом охватил наемников. Фейт приказал им уводить повозки подальше. Паладин поднял широколезвийный меч и ринулся в бой. Торговец Уинстон развернул колонну и удалился по дороге на безопасное расстояние, наемники стояли на защите подле повозок, боясь приблизиться к полю битвы.
Костяной дракон, словно почувствовав угрозу ускользающей добычи, издал пронзительный рев и взмахнул своими огромными крыльями. Воздух наполнился зловещим свистом, а земля под ногами задрожала с новой силой. Его пустые глазницы вспыхнули ядовито-зеленым пламенем, и он резко развернулся к Фейту, который уже бежал ему навстречу, высоко подняв свой меч.
— Ты не получишь их! — прогремел Паладин, его голос был полон решимости и гнева. Золотистое свечение вокруг клинка становилось все ярче, пока оно не начало освещать всю округу, будто маленькое солнце.
Дракон припал на передние лапы, готовясь к атаке. Из его пасти вырвался поток мерзкого тумана, от которого трава мгновенно чернела и рассыпалась в пыль. Но Фейт был готов. Он вонзил меч в землю перед собой, и от него во все стороны распространилась защитная стена света. Туман ударился о барьер и растворился, не причинив вреда ни Паладину, ни тем, кто находился за его спиной.
Наемники, наблюдавшие за происходящим, начали переглядываться. Некоторые из них сжимали оружие так сильно, что побелели костяшки пальцев, но никто не двигался с места. Они знали: если Фейт падет, то следующими будут они.
Фейт выдернул меч из земли и снова рванул вперед. Костяной дракон, видя, что его ядовитый туман не смог пробить защиту, взревел и ринулся на Паладина, широко раскрывая свою ужасающую пасть. Острые зубы, каждый размером с человеческую руку, блестели от остатков зеленоватой слизи.
В последний момент Фейт отпрыгнул в сторону, уклоняясь от смертоносного удара. Меч в его руках описал широкую дугу, и одно из крыльев дракона было рассечено почти до основания. Существо завопило от боли, его движения стали хаотичными и менее точными. Однако рана лишь разъярила чудовище. Оно повернулось к Фейту и попыталось сбить его с ног мощным ударом хвоста.
Паладин успел поднырнуть под атаку, но удар хвоста едва не сбил его с ног. Он почувствовал, как воздух вырывается из легких, когда его тело ударилось о землю. Но Фейт не позволил себе замешкаться. Перекатившись, он вскочил на ноги и снова бросился вперед, используя каждую возможность для атаки.
— Защити их! — крикнул один из наемников, указывая на повозки, которые уже скрылись за горизонтом. Но Фейт и так знал, что на кону. Он не мог позволить этому существу продолжать свое разрушительное шествие.
Собрав всю свою волю, Фейт поднял меч над головой и начал произносить древнюю молитву. Слова, полные света и веры, эхом разнеслись по долине. Его доспехи начали светиться так ярко, что даже наемники были вынуждены прикрыть глаза руками. Костяной дракон попятился, его шаги стали медленнее, словно сама тьма, живущая внутри него, начала сопротивляться этой силе.
— Во имя Света, исчезни! — закричал Фейт, и его меч обрушился на череп дракона с невероятной силой. Удар был настолько мощным, что костяной череп треснул, и из трещины хлынул поток золотистой энергии. Дракон издал последний, полный муки рев, прежде чем его тело начало рассыпаться на тысячи кусков.
Один за другим кости отрывались от туловища и падали на землю, пока от дракона не осталась лишь груда пыли и обломков. Фейт опустился на колени, его дыхание было тяжелым, а руки дрожали от напряжения. Но он знал, что выполнил свой долг.
Наемники, которые до этого наблюдали за боем издалека, начали подходить ближе. Их лица выражали смесь восхищения и благоговения.
— Вы спасли нас, — произнес один из них, качая головой. — Мы бы не справились без вас.
Фейт поднял взгляд на говорившего. Его лицо было покрыто потом и пылью, но в глазах горела та же решимость, что и всегда.
— Это мой долг, — просто ответил он.
Повозки постепенно начали возвращаться, чтобы продолжить путь сквозь лесной массив. Вдруг факелы, что были на повозках резко потухли. Фейт сделал несколько шагов в сторону дороги, где должна была появиться колонна повозок, когда внезапно воздух вокруг него стал холодным, почти ледяным. Наемники оцепенели, лошади от страха начали реветь. Фейт обернулся, и увидел их.
Из мрака, словно сотканные из самого сумрака, начали проступать две фигуры. Они двигались плавно, без единого звука, их очертания сначала были размытыми, но постепенно обретали четкость. Это были призраки — два воина, облаченные в древнюю броню, покрытую следами бесчисленных сражений. Их доспехи, некогда великолепные, теперь казались изъеденными временем, а в глазницах шлемов плясало бледно-голубое пламя.
Фейт остановился, его рука инстинктивно легла на рукоять меча. Он не чувствовал угрозы, но что-то в этих фигурах заставило его насторожиться. Призраки замерли в нескольких шагах от него, и один из них заговорил голосом, который звучал так, будто эхо прошлого пробивалось сквозь века.
— Избранник Конца, наш покровитель Эрибус признал тебя опасным противником… — заговорили они в унисон. — Мы будем ждать… Пришествия Разрушений.
Второй призрак поднял руку, указывая на горизонт, где первые лучи солнца поднимались.
— Солнце погаснет. Свет падет. Мы испытали твою силу, — сказал один из призраков.
Фейт стиснул зубы, его взгляд стал тверже.
— Говорите яснее, — потребовал он. — Если вы знаете что-то, что может помочь остановить надвигающуюся беду, не тратите время на загадки.
— Мы были ослеплены местью, покровитель дал нам силу свершить план, — он сделал паузу. — Но потеряли возможность на покой, теперь мы ожидаем вновь встречи с тобой, Избранник конца. Мы принесем твою голову нашему господину…
Фейт нахмурился, пытаясь переварить эти слова, но призраки начали растворяться в воздухе, их силуэты истончились, пока не исчезли полностью. Только холодный ветер остался, напоминанием о том, что они вообще существовали.
Повозки подобрали паладина, наемники старались перевести дух. Уинстон вновь поблагодарил всех за защиту. Один из наемников в шутку сказал: «Заказчик, думаю вы разоритесь, если решитесь благодарить золотом!»
Все посмеялись, но Фейт лишь легонько улыбнулся и задумался. Разве те два призрака в броне это не упокоенные души детей Миранды из легенды. Если Дракон Разрушений даровал им силу, то значит за это их прокляли. Связь с Эрибусом не дала возможности им кануть в объятия Имиды. Паладин продолжил размышлять, пока колонна продолжала путь…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге