Истории Великой Смерти: Проклятие лекаря

Глава 1

Немолодой эльф сидел в плетеном кресле на террасе своего домишки, попивал свежий чай и рассматривал облака, проплывающие по бесконечному небу. Так он проводил каждый вечер вот уже сорок лет. Сорок лет, ровно с тех пор, как он отрекся от жизни в большом обществе и ушел в место, докуда от ближайшего поселения скакать галопом минимум три дня при отличной погоде. В этом доме жил кто-то из его далеких предков, после чего столь прекрасное, далекое от мирской жизни место пустовало. Пока ему не надоело общество ему подобных. Здесь, вблизи, был только один разумный...

- Айинс, не спишь? - эльф услышал с другой стороны дома знакомый голос. Посмотрел на недопитый чай в кружке из океанского мрамора, не поворачивая головы оглядел округу не сильно приятным взглядом и встал.

- Не сплю, Нюильт, не сплю, - не крикнул, а скорее громко ответил Айинс и пошел к старому другу, обходя свой дом.

Нюильт стоял к нему спиной и ждал. Он был одет в свой обычный наряд - добротный кафтан с потертыми локтями, крепкие сапоги в комьях засохшей грязи и поношенный дорожный мешок, болтающийся за плечами. Всё в его облике говорило о человеке, привыкшем к долгим работам, но не растерявшем достоинство.

- Не сплю, Нюильт, не сплю, - повторил Айинс, с улыбкой заметив, что друг вздрогнул.

- Я думал, ты на рыбалке. У озера удочка лежит, - сказал, поправляя одежду, получеловек.

- Забыл видимо. Заходи в дом.

Внутри было уютно, несмотря на мебель, довольно высокую для полулюда. Нюильт казался среди нее лишним, будто ребенок в дедовском кресле. Всё здесь дышало стариной — грубоватый дубовый стол, стул с потертой обивкой, потемневшие от времени полки. Стиль, в котором была выполнена мебель, был очень схож со стилем тех времен, когда Мейном назывался не материк, а государство на нем. Пыль лежала на подоконниках небольшим, ровным слоем, но Айинс давно перестал замечать такие мелочи.

- Что хотел? - спросил эльф, нарезая на столе соленую рыбку.

- Да так, предложить кой-чего, - ответил гость, вынимая из мешка небольшую бутыль самогона.

- Не томи, прошу, - старик положил доску с ровнехонько нарезанной рыбкой на стол.

- Ты же знаешь, что Хантеры и Гильдии путешественников почти в полном составе покинули Гиоэл и перебрались в Роитз ради наживы? - медленно поедая закуску и попивая мутноватый самогон, сказал Нюильт.

- Знаю. Там на северо-востоке какая-то чертовщина происходит последние пару лет. Так что? Ты хочешь тоже туда податься? Прощаешься? - пожевывая рыбку, откинулся в кресле эльф.

- Не совсем. Тут в неделе отсюда городок один есть…

Айинс недовольно посмотрел на своего нерасторопного друга.

- Говоря короче, горожане последние пару недель пугаются призрака в разрушенной деревне. Никто ничего сделать не может и не хочет. Хантеры не появлялись там со смены короля, а стража боится.

- И ты подумал, что можно на этой проблеме нажиться? Ты умеешь призраков гонять?

- Мне не нужны их деньги. Ты же знаешь, я уже много лет живу как ты, не связываясь с внешним миром, - немного обиженно сказал гость.

- А как тогда тебя это касается? - эльф поднялся с кресла, чтобы сменить алкоголь на более привычный ему зеленоватый чай.

- Никак. Скучновато просто жить в спокойствии. Вроде и есть дела, да только не то все. Поэтому хочу предложить тебе сгонять туда, проветриться.

Так и замолчали. Оба. Нюильт ждал, что скажет друг, эльф просто пил бесконечный чай, пустыми глазами глядя на стол. Часы тихо тикали, время шло. В какой-то момент гость попросил подумать и ушел. А Айинс сидел и пил уже остывший чай.

Потом как на автомате пошел рыбачить.

- Скучновато? - самого себя вслух спросил эльф, глядя на поплавок, который уже перестал дергаться. Рыбачил он в этот раз не ради рыбалки, а ради "посидеть, подумать".

Последний раз Айинс взаимодействовал с народом давно. Тогда в здешние земли из Роитза пришла банда разбойников. Роитз - государство, где господствуют Великие Дома. Они уже несколько сотен лет отправляют своих наместников в разные крупные и некрупные города. И там очень востребованы Хантеры, поскольку на северо-востоке, в регионах, где основным делом являются шахты и кузни, очень много монстров. В сумме Дома, Хантеры и еще некоторые немногочисленные группировки составляют действительно страшную силу. Появляется там банда, не любящая соблюдать законы - все. Регион на ушах, наместники активизируются, Хантеры патрулируют местность. Банда долго не живет, логично.

Здесь же, в государстве, которое для всего цивилизованного мира является сверхдружелюбным, появление такой банды очень долго мешает жить. Эльфы - то есть превосходящее по количеству население, не любят воевать. Раньше, до падения Мейна как государства, эльфы отстаивали свои позиции всегда. Сейчас же нет.

Поскольку все стало спокойнее.

Так вот. Эльфьев рыцарей народ попросил избавится от банды. Избавление было долгим, во время этого избавления Айинс и познакомился с Нюильтом. Бандитов было много, Они приходили из Роитза пачками. А король был дураком. Он не просил помощь у соседей, хотя те и предлагали. Поскольку вхождение войск считалось бы вторжением и войной, Великие Дома заключили сделку с эльфийским высшим сословием, что если будет все очень плохо, то Роитз поможет, наплевав на запрет непутевого короля Гиоэла.

Роитзяне прекрасно осознавали, что на ровном месте создали проблему для добрейших соседей, которые в обычное время поставляет всему миру качественную продукцию почти за бесплатно.

И в один момент началась война. Причем в каком-то смысле гражданская. Бандитов стало слишком много, они кошмарили население уже не только деревень, но и больших городов. Чтобы помочь гиоэлянам, Великие Дома вошли на территорию соседа. Прокоролевские эльфы-рыцари восприняли это как начало войны, и, по логике, были правы. И вот появились три стороны. Банды, которые били всех, в том числе мирных; Роитзяне с пророитзскими гиоэлянами, которые гнали бандитов и старались не трогать королевских воинов; и, собственно, прокоролевские гиоэляне, которые били по обеим сторонам, но защищали мирных.

Айинс отрекся от рыцарства, остался защищать один из городов, помогал обеим сторонам гнать бандитов. Вскоре к нему присоединился Нюильт, вконец запутавшийся в ситуации.

В конце войны, когда король разозлил Великие Дома убийством их бойцов, Роитзяне свергли власть Гиоэла и поставили туда эльфа, который был очень даже готов сотрудничать, почему оба государства зажили лучше. Но Айинса это уже не интересовало. Он странствовал по городам, добивал спрятавшихся бандитов, пока в конечном итоге случайно не нашел записи о своих предках и о деревне, где они обитали.

Деревню он нашел, на ее месте были руины. Но один дом устоял. Там он и поселился. В подземном складе нашел чай, продажей которого жили его предки, продал рыцарское снаряжение, восстановил на вырученные деньги небольшое хозяйство, зажил продажей чая. А потом его нашел Нюильт, поселился рядом, в дне пути.

Сорок лет эльф пил чай, смотрел на небо и думал, что выбрал лучшую долю – покой. Но в последние годы облака стали казаться ему слишком медленными, а чай – слишком пресным. Он ловил себя на том, что иногда вслух комментирует погоду, будто ждет ответа. Но отвечал ему только ветер.

Все это эльф вспоминал до утра. Все прекрасные дни, когда он еще не отвернулся от мирской жизни. И решил согласиться с предложением старого друга.

- Нюильт, ты тут? - крикнул эльф спустя пару дней. В окне появилось получеловеческое лицо в горящими от нетерпения глазами.

- Сейчас выйду! Как решил? - громко сказал его друг.

- Войну с бандами вспомнил.

Молчание было ему ответом. Из дома был слышен грохот.

- Что? Я пропустил, - из отворенной двери вышел получеловек.

- Войну вспомнил, говорю, - сказал эльф, рассматривая новое одеяние друга. Тот надел крестьянский боевой костюм, который использовался, когда после войны начались массовые чистки.

- Война-то да… Была веселуха, - мечтательно закатил глаза Нюильт и добавил, заметив взгляд Айинса, - я тебе тоже костюм нашел, может, даже налезет.

Так и пошли. Только взяли немного еды, серебра и других вещей от потусторонних тварей. Они не знали, с кем имели дело, но были настроены хорошо.

Сначала до города, который, будучи построенный старым поколением эльфов, был очень большого размера. Вообще, почти все города, построенные эльфами, превосходили по размеру и красоте города людей, гномов, океанидов и троллей. С ними могли посоревноваться только города ныне вымерших Великих эльфов и псевдоголемов. Вообще по материку ходила вполне правдивая шутка о том, что даже в сумме Драгоград, то есть столица Роитза, и Техноград, город-гигант из Люмии, будут меньше и скупее на красоту, чем любой из пристоличных городов государства эльфов. Да-уж, города здесь всегда были особенными.

Потом они проехали на лошадях пару деревень, где попробовали поискать информацию о призраке. И вот они были в лесу. Выйди они из леса - и вот разваленная деревня, одинокий житель которой пугал всех в окрестностях.

Выйдя из-за кустов, Айинс невольно подумал, что вернулся домой. Это была такая же разрушенная эльфийская деревня, те же фундаменты домов, те же цвета. И никого вокруг. Пока они добирались сюда, они прошли пару охотничьих угодий, просто так на пути им встречались животные. Рядом с деревнями тусовались коровы да козы, собаки лаяли на них, равнодушно смотрели коты.Здесь не было никого. Даже птиц. Тут действительно творилось что-то странное, но ощущения тревоги, о котором они слышали от местных, не было. Просто руины деревни на лугу, луг окружен непроглядным лесом.

- Видишь что-нибудь? - наконец услышал Айинс. К счастью или к сожалению, это был голос его друга, который тоже осматривался.

- Да нет… Пустовато. Но тут точно что-то есть, - ответил эльф.

- Не знаю. Обычные руины деревни. Что ты нашел? - почесал ухо полулюд.

- Птицы, слышишь? Их тут нет, - сказал Айинс и вдруг уловил краем глаза движение.

- Да, наблюдательности тебе не занимать. Птицы, как и другие звери, кроме котов, не любят потустороннюю сущность, - сказал недалеко старческий голос. Эльф был готов, поэтому просто повернулся. А вот полулюд который раз за последние дни вздрогнул, повернулся к призраку и достал длинный серебряный нож.

Призрак сидел на угловой части фундамента одного из домов. Это был старик с небольшой бородкой, немного сутулый, его полупрозрачные руки немного нервно перебирали складки поношенной одежды. Одет как крестьянин лет триста-четыреста назад. Человек. В здешних краях человека в любом виде теперь трудно встретить, будь то живой, мертвый, торговец, Хантер, законник или еще кто. Хотя может и были здесь люди столько сотен лет назад.

Полупрозрачный старик наблюдал за взглядами обоих гостей. Эльф вел себя спокойно, просто рассматривал, а вот полулюд… Он водил глазами, явно думая, куда можно попробовать ударить. Или убежать.

- Не бойтесь меня, - негромко, но разборчиво сказал необычным голосом старик.

- А чего тебя боятся? - также негромко спросил Айинс. Он понимал, что дух его хорошо слышит, так зачем повышать голос?

- Присаживайтесь, коль пришли. А насчет боязни… Меня здешние не любят. Попробовали бы поговорить, может изменились бы отношения ко мне, - сказал старик и стал смотреть на небо. Ему было все равно на небольшое напряжение эльфа и тревогу полулюда.

Айинс не паниковал. Он вообще не знал, что делать. Призрак был не тем, кем его описывали местные. Было понятно, что старик никому зла не желает, а народ испугался его именно как существа потустороннего. Тут, стоя в нескольких метрах от духа, эльф ощущал необычное спокойствие. Вернее оно было слишком обычным, но Айинса это не беспокоило. Он доверился чутью и сел на остаток фундамента, в метре от призрака.

- Вас прислали избавится от меня, ведь так? - спросил дух, все также рассматривая небо. Уже начало темнеть.

- Не прислали, но… Да, - ответил эльф.- Я сам уйду, - немного помолчав, сказал дух, - Но… Я проклят.

- Все потусторонние так или иначе прокляты. Чтобы ты ушел, нужно это проклятие снять? - негромко спросил Айинс.

Призрак молчал.

- Да, надо снять, - неожиданно для себя спустя пару минут молчания сказал эльф. Затем обратил внимание на своего неподвижно стоящего друга и попросил того не мозолить глаза и сесть.

- Моё проклятие… В юном возрасте я полюбил одну прекрасную девушку. Вот мое проклятие, - после недолгого молчания, поймав взглядом раннего светлячка, сказал старик.

- Так полюбить девушку - это же отлично! - воскликнул Нюильт, едва ли не перебив духа, за что был награжден неприятным взглядом со стороны Айинса.

Эльф на интуитивном уровне понимал, что старику надо дать выговориться, чтобы что-то произошло.

- Любовь была взаимна, мы были счастливы. а потом я узнал одну вещь… - дух опять перевел взгляд на небо. Сложилось ощущение, что он вспоминал подробности своей мирской жизни.- Матерью девушки была небезызвестная магичка из Роитзского какого-то там совета магов.

- Неплохое знакомство, - не удержался от комментария Айинс.

- Я тоже так подумал сначала. А потом оказалось, что она готовила дочь в такие же магички, якобы весь род был связан с этим ремеслом.

- И она прокляла тебя… Вас, чтобы Вы отстали от девушки, - негромко, не желая получить неприязненный взгляд друга, спросил полулюд, окончательно отложив серебряный нож в сторону. Эльф и не думал его осекать. За много лет одиночества он научился видеть сны и видения, и вот теперь, проникшись историей, он попробовал использовать духа, чтобы увидеть все своими глазами. А дух и не возражал, продолжая рассказ.

- Нет. Она, поняв, что дочь хочет прожить счастливую семейную жизнь, ушла, пообещав рано или поздно вернуться и отомстить… Мне. За то, что увел к себе в обычную жизнь будущую магичку. И вернулась.

Голос старика изменился. Его рассказ вырывал его же душу, ему было больно вспоминать дальнейшие события. Спустя пару минут молчания, по ощущениям длившуюся вечность, дух продолжил.

- Мы работали врачами. Она выучилась у местной отшельницы основам лечебной магии, я же был лекарем-самоучкой, - старик как будто на мгновение улыбнулся, - на мое удивление, неплохим.

Какое-то время он молчал. Айинс поймал себя на мысли, что дух мог уснуть.

- Простите, ребята… Таково мое проклятие. Оно не отпустит меня, пока я не исповедуюсь.

- Времени много, говори на здоровье, - ответил эльф, попытавшись положить руку на плече скукожившегося духа. Было ожидаемо, что призрак неосязаем, но попробовать дотронуться стоило. Только потом он понял, что "на здоровье" говорить не стоило.

- В тот день по округе разошлась новость о какой-то заразе, что поражает детишек. Нас сразу стали слезно умолять осмотреть заболевших. И я… Отправился в деревню в тройке часов конной езды от дома, сделать первичный осмотр. На тот момент уже жена решила обновить запасы трав для создания снадобий, чтобы идти в бой с заразой не с пустыми руками.

Дух опять замолчал, но в этот раз ненадолго. Скорее просто отвлекся на пролетающую невысоко над землей группу светлячков. Айинс вдруг понял, что такое зрелище он не увидит никогда, как и не почувствует спокойствия, испытываемое им сейчас. Светлячки летели и летели, нескончаемой бело-желтой цепью, не озаряя все вокруг, а, скорее, приятно освещая руины некогда красивой эльфьей деревни. За столько лет одиночества, за столько вечеров, прошедших на террасе в такой же деревушке, он не разу не смог разглядеть эту красоту. Из такого спокойствия эльфа и духа вывело движение ноги Нюильта, который неизвестно сколько уже лежал на траве около них.

- В тот же день на пороге нашего дома появился волколюд, который сбежал из городской тюрьмы в паре суток отсюда, - вспомнил, на чем остановил рассказ, старик, - Когда я вернулся, меня встретила заплаканная магичка - мать моей жены… Она решила отомстить мне за то, что не уберег ее дочь. У дома были посеяны цветы, за которыми уже пару лет ухаживала моя ягодка. Их было ровно триста один. Спустя триста один час у меня отказало сердце, и вот я здесь… Спустя триста один год, около того дома, где я был в момент ее смерти. Это и есть мое проклятие: я вернулся в мир живых спустя столько лет самобичевания в мире непринятых. Тех, кого вы называете проклятыми, потусторонними. Я вернулся, чтобы исповедаться.

Старик вытер слезы тыльной стороной руки.

- И вот я здесь… Спасибо, ребят. Я чувствую облегчение. Я готов уйти к ней.- Счастья тебе Там. Когда-нибудь встретимся. Я разыщу тебя, когда тоже покину этот мир, - тоже проронив слезу, сказал Айинс.

Призрак исчез.

***

Прошло время…

На деньги, полученные от горожан за успешное завершение миссии, они начали восстанавливать деревню. Камень за камнем, дом за домом - бывшие воины превращались в строителей. Со временем сюда стали приходить больные, и Айинс, к своему удивлению, обнаружил, что руки помнят искусство полевого врачевания, которому он обучался еще в юношестве, не будучи рыцарем. Нюильт тоже не болтался без дела, помогая приходящим больным в меру своего умения.

Иногда по вечерам, когда последний пациент уходил, Айинс выходил на террасу с чашкой чая. Тот же чай, что пил сорок лет, но теперь его вкус казался... иным. Может быть, потому что в нем появилась капля меда, который они собирали на окрестных лугах. Или потому что теперь он знал - за его спиной в доме горит свет, и там кто-то ждет.