Искупление

Глава 1

В Аду стоял вечный, уныло-агрессивный зной, от которого не спасали даже тени кривых, готических зданий. Воздух пах серой, пылью и отчаянием. Элла, простая грешница, брела по мостовой, в голове её вертелись десятки мелких идей — как привлечь внимание, как выделиться, как стать хотя бы заметной в этом хаосе вечных мук.

Вдруг её взгляд приковало к окну одного из мрачных домов. Внутри, в комнате, обычно заполненной скандалами, царила непривычная тишина и свет. К одному заурядному грешнику явились двое. Их фигуры словно были сотканы из воздуха и света — ангелы. Их слова чисто и неоспоримо донеслись: «Мы следили за тобой и увидели, что ты исправился. Ты искупил свою вину». И после этого грешник растворился в сиянии, унесённый в Рай.

Элла замерла. В голове начало вертеться множество мыслей. Они следят. Они фиксируют. Они верят в исправление. На её лице, обычно выражавшем лишь скуку или насмешку, медленно расплылась улыбка. Не радостная, а злобная, полная осознания гениальной и простой аферы. Кажется, у неё появился план.

Через неделю Элла выступила на «Адском волне» — самой популярной греховной радиостанции. Вначале все подумали, что это очередная реклама способа того, как попасть на девятый круг ада. Просто в этом аду каждый круг олицетворяет уровень страдания и статус, и чем на более высоком ты круге, тем меньше ты страдаешь и тем выше у тебя статус. Но Элла начала говорить о кое-чём повыше, чем девятый круг ада.

Её проект был прост до гениальности: уютное заведение под названием «Чистилище на день», где любой грешник мог прийти, снять с себя символические греховные атрибуты и провести несколько часов в образе образцовой души. Читать скучные книги о морали, гладить котиков, а не отрывать им хвосты (рысей точнее), пить травяной чай, говорить тихо и вежливо.

«Поверьте, — голос Эллы звучал как заклинание и лился, как мёд, отравленный цинизмом, — грешник святым стать сможет. Не внутри, так снаружи. Достаточно, чтобы дойти до золотых врат и… взять ключи от них.»

Ад зааплодировал. Это были овации гению, что придумал потрясающею идею. На следующий день у «Чистилища на день» выстроилась очередь, каких Ад не видел уже давно. Алчные, горделивые, ленивые, сластолюбивые — все жаждали билет в Рай. Не за праведность, а за удачно сыгранную роль.

Тем временем в Раю царила вечная, умиротворяющая гармония. Ангел Рафаэль, чьей обязанностью было изредка наблюдать за Адом в надежде увидеть проблески света, склонился над хрустальным озером, чья гладь отражала нижние миры. И он увидел чудо. Толпы грешников внезапно изменили поведение. Не было драк, обмана, злословия. Они тихо сидели, читали, улыбались. Сердце Луиса, полное сострадания, затрепетало от радости. Волна искупления!

Он не заметил вывески «Чистилище на день». Не увидел рядом со стеклянными дверьми таблички, подсказывающей, «как держать руки, чтобы выглядеть добродушным». Он увидел лишь результат. Восхищённый, Рафаэль поспешил к другим ангелам с радостной вестью: «Они готовы! Их много! Мы должны принять их!»

Вера в лучшее в существах из чистейшего света затмила бдительность. Врата Рая распахнулись настежь.

Сначала изменения были не очень заметны. Новые обитатели громко восхищались красотой садов, но обламывали ветви саженцев «на память». Они пытались устроить соревнования, кто выше взлетит, выдёргивая перья у лебедей. Вечная музыка арф казалась им скучной, и они пытались наигрывать свои громкие адские песни.

А потом началось худшее. Обжившись и почувствовав вкус не только райских яблок, но и безнаказанности, некоторые из «искупившихся» вспомнили о старых счётах. Они обнаружили, что золотые врата, пропуская их в Рай, не мешают им и совершать короткие, негласные визиты обратно. И они начали спускаться.

Сначала по одному, украдкой. Потом — небольшими группами. Целью были не родные адские улочки, а конкретные враги, обидчики, конкуренты, оставшиеся внизу. И оружием были не когти и не пламя, а то, что они приносили с собой из Рая.

Теперь самый ужасный враг мог появиться из места, считавшегося спасением, и использовать против тебя саму суть добра, извращённую в орудие пытки.

Через несколько дней жительница Рая Аделина, обходя свой любимый серебряный сад, замерла в ужасе. Цветы были вытоптаны, повсюду валялись огрызки райских яблок (недоеденных), а древнее Древо Жизни кем-то было подожжено.

Рай погружался в шумный, бестолковый, эгоистичный хаос. Он не становился адом огня и боли — он становился адом бескультурья, хамства и профанации самой своей сути. Расследование не заняло много времени. След привёл к «Чистилищу на день», к Элле и к ужасающим рассказам из Ада о «небесных мстителях».

Недовольство небожителей было холодным и бесповоротным. Это не было наказание — это было санитарное мероприятие, операция по спасению самой идеи Рая. Однажды ночью (которая в Раю была лишь чуть более тёмным оттенком лазури) легион стражей прошёл по улицам. Найдя всех, кто притворялся искупившимися, без слов, жестом, полным неоспоримой власти, они указали на врата. Толпы «искупившихся» грешников, визжа и споря, были изгнаны обратно в преисподнюю. Врата захлопнулись с тихим, окончательным звоном.

В Аду всё быстро вернулось на круги своя, но с новым, грязным осадком. «Чистилище на день» опустело в тот же миг. Никто больше не хотел притворяться, тем более что эта уловка была раскрыта. Заведение покрылось пылью и паутинами, памятник гениальной, но бесполезной афере.

А в Раю ангелы, высаживая новые цветы и залечивая ожоги на коре Древа Жизни, тихо беседовали. Рафаэль смотрел вниз, но теперь его взгляд был не наивным, а печально-мудрым. Они поняли: для того, чтобы душа искупилась, нужно намного больше времени, чем они думали. И дверь в вечную гармонию теперь охранял не только свет, но и горький, приобретённый опыт.