Искренний

Глава 1

Седая гоблинша, заботливо обработала чистой ветошью, длинный порез на левой руке худого, поджарого паренька, с длинными рыжими волосами, заплетёнными на висках в косички. Ловко вдев нитку в иглу, принялась накладывать стежок за стежком на живую плоть. Судя по всему, делала она это далеко не в первый раз. Стиснув от боли зубы, юноша, тем не менее, не издал ни звука.

- Акке, ну зачем ты опять ввязался в драку?

- Я мужчина! Я воин! Я врагов убивал!

- Мужчина, мужчина кто же спорит, но голову то надо на плечах иметь? Ну, сколько раз я тебе говорила?

- Они первые начали, матушка Келда.

- Не сомневаюсь. Они просто тебя хорошо знают, - вздохнув, произнесла гоблинша, балансируя на досках. Чтобы оказать помощь своему приёмному сыночку ей пришлось с ногами забраться на лавку и даже в этом случае доставала она сорванцу только до плеча.

- К тому же ты сама учила меня быть искренним. Говорить правду, - ударил кулаком по колену юноша.

- Учила, но не в ущерб себе.

- Этого не помню. Ты же не знаешь, как там всё произошло? У меня выбора не было!

- Так расскажи, милый.

- Ай! – вздрогнул Акке. – Сотня воронов Черноокой!

- Больно?

- Ммм, нет.

- Ну, давай, давай говори. Буду слушать внимательно, и штопать твою руку.

- Ладно. Фууух!

- Терпи. Надо стянуть края раны, а то грязь попадёт, и всё.

- Что всё?

- Некому будет в хирде потасовки устраивать.

- Я же не виноват, что они все ко мне цепляются! Просто так. Без причины.

- Милый, это я уже слышала. Ты же знаешь почему?

- Знаю.

- Почему?

- Я человек.

- Верно. Да ещё отцом твоим приёмным был дворф, а мать, то есть я – гоблин. Горный народ консервативен.

- Я скучаю по папе.

- Ох, и я скучаю по Вагни. Если бы ты только знал как. Ну ладно, хватит грустить, сказывай.

Прикусив нижнюю губу и нахмурив брови, юноша начал рассказ:

- В общем, вчера с ночи, мы с ребятами Бруни, отправились в Вегард. Надо было караван с серебром и медью до города довести.

- Дороги сейчас не спокойны. Поди, опять гремлины озоровали?

- Да так, немного. После Дальних Костров попытались устроить нам засаду, потеряли убитыми четверых и сбежали.

- Хорошо, - одобрительно кивнула Келда. - Сейчас будет больно, милый.

- Псссс! Не б-б-больно.

- Продолжай.

- К городу прибыли после восхода. Только ворота ещё были закрыты.

- Почему?

- Король Грегер повелел теперь купцов за стены пускать только после десяти утра. Говорят, просто дрыхнет допоздна и не хочет подарки от гостей терять. Люди его жадны больно, всё под себя тянут.

- Ну и ну.

- Пришлось нам три часа стоять под стенами. Нас там много было. Берси со своими, мёд, грибы, ягоды снаружи привёз, Колль с Красных холмов белый уголь притащил, Рауд из Синдри камни для ювелиров…

- Я поняла, поняла. Давай дальше.

- Ахх! – снова вздрогнул от боли Акке. - Мы поприветствовали друг друга, пошутили, посмеялись, а потом заявились орки.

- Да что ты! Торговать? – всплеснула руками Келда.

- Ага. Мы же мир с ними заключили вот они и решили показаться. Говорят, Грегер их лично пригласил. Сам Аграх-хану прикатился со своими Оранжевыми щитами.

- Ох, ну надо же! И что они?

- Ну, по началу-то было всё нормально, а потом к воротам прискакал Болли.

- Фуу! Сын оборотня и саламандры! Тьфу, на него!

- Вот, вот. Он типа всем заявил, что хочет Грегеру подарок сделать. Подмазаться решил, предатель.

- Наверняка опять притащил что-то механическое. Любит он эти людские вещицы с разноцветными огоньками. А они опасны, клянусь длинным носом Пещёрной Вдовы! Помнишь Сидри с Нового акведука? Ну, того, что раньше торговал посудой? Позарился простофиля на такую штучку и потерял руку. Или ногу? Сейчас уже не помню точно. Давно его не видела. Демонские машины, - протараторила гоблинша, сдувая седую чёлку со лба. - Заболталась, извини. И что Болли Оборотень и его люди сделали?

- Они начали задирать орков. Смеяться над ними.

- Поганцы. А ты милый?

- Ну, знаешь, мне их…

- Жалко стало? Ты же с ними воевал?

- Так-то другое. Это в бою. А тут подло. Болли же знает, что ответить ему они не смогут! Дочери и младший сын Аграх-хану теперь живут в Вестмаре под охраной, и если что…

- И что ты сделал непутёвый?

- Я сказал Болли, что он не прав.

- Ага, так значит и сказал, вежливо?

- Ну, почти. Я сказал, что рот его, что анус саламандры и…

- Всё, дальше не продолжай.

- Аааа! – взвился с лавки юноша, но был удержан цепкими пальцами матери.

- Так тебе и надо. Потом что было?

- Он назвал меня человеческим… мама, я не хочу это повторять.

- Акке, ты всегда на это ведёшься. Я знаю, что тебе тяжело. Ты человек, а вокруг тебя дворфы, гоблины, орки, тролли! Тебе сложно сынок, не со своими, с чужаками. Но ты же знаешь, что люди погибли, ты последний. Сначала война, потом каменная оспа их выкосила. Мы с отцом принесли тебя снаружи еле живого. Чудом отпоили! Ты сам ходил в долину и за холмы, и видел, что людские города стоят пустыми!

- Мама дослушай меня! Пожалуйста!

Скрип! Шуух! – раздалось позади.

- Я же просила тебя убить эту противную мышь в кладовке!

- На прошлой неделе убил.

- А кто же тогда скребётся?

- Ты будешь меня слушать или нет?

- Слушаю. Ещё парочку стежков и всё, - прищурив глаза, Келда ловко перерезала нитку маленькими бронзовыми ножницами.

- Я вызвал его на поединок.

- ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ???

- Мама, у меня выхода не было. Ай! Ай! Мне же больно!

Схватив стоящий возле камина совок для углей, гоблинша осыпала сыночка градом ударов. Не сильных, но чувствительных.

- Не было выхода?! А оставить мать одну сложив свою голову? Это как?! Правильно?! Для кого я жить буду?!

- … матушка, там же представители почти всех дворфских кланов были и орки. Как бы я потом смог жить. В хирд труса не взяли бы, на работу тоже. Даже подмастерьем! Ты же знаешь. После таких оскорблений мне бы пришлось…

- НЕ НАДО БЫЛО ВЛЕЗАТЬ! Тоже мне придумал орков защищать. Рассказывай! Сиди смирно, я порез за ухом зашью.

Бесцеремонно взвившись на лавку Келда рывком подняла рыжие космы юноши.

- Ай! Бруни заявил, что поединок состоится, но только подкреплён, он должен быть трофеем, иначе он не позволит.

- Я сегодня же этому краснобородому волосёнки-то повыдёргиваю. Нет, чтобы отговорить мальца так он наоборот! Друг семьи называется!

- Мам, я поставил отцовский меч и щит.

- ЧТО?!!!! – гоблинша свалилась с лавки, но до пола не долетела, Акке поймал её и быстро поставил на ноги. - Ты сдурел? Они же цены огромной! Это же работа мастера Энд…

- Я знаю, - перебил мать юноша, встав над Келдой в полный рост. - Все знают. Поэтому Оборотень и согласился. Он в ответ поставил подарок Грегеру.

- Вот оно что. Так это Болли тебя так избил? Руку порезал? Что теперь? Сколько мы ему должны сверху?

- Мам, ну ты же видишь, меч и щит здесь, - указал Акке гоблинше на стоящие возле стены оружие.

- И что это значит? – уперев острые кулачки в бока, нахмурила брови Келда.

Юноша, ожидая бурю, втянул голову в плече и тихо, еле слышно, произнёс:

- Я его убил.

- ЧТО?!

- Ай! – длинноносый материнский ботинок врезался в лоб Акке.

Гоблинша села на пол, часто задышала и притворно закатила глаза:

- Ой, мне плохо, принеси мне сердечных капель.

- Сейчас, сейчас я быстро!

Пока сын бегал на кухню, что-то ронял, чем-то стучал, Келда пыталась сообразить к кому ей бежать за защитой от головорезов Болле Оборотня. Вот в прошлом году портной Кнуд задолжал ему тридцать пять серебрёных талеров, так они сожгли его лавку. Вся гоблинская семья неделю у них жила пока не собрала денег на поездку в Вестмар где у Кнуда живёт брат. Все кресла и кровати его ребятня им обоссала.

- Что теперь будет? – произнесла гоблинша, залпом выпивая принесённые сыном капли.

- Я всадил ему отцовский меч прямо в сердце. Сверху, в просвет между доспехами, как папа мне показывал. Он даже не успел меня ни разу ударить. Уход, парирование и удар! Недооценил меня! А я, между прочим, тролля убил!

- Вместе с Бруни.

- Ну и что? Это было два года назад. Я ребёнком тогда был. Теперь мужчина.

- Да знаю, я знаю, что силён ты не погодам. И ловок, не то что дворфы, - ласково обняла севшего на корточки сына Келда.

- Я как ты, мама.

- Ты мне зубы-то не заговаривай. Так… а почему ты в синяках, ссадинах и рука порезана? Что это я зашиваю?

- А это? … это потом, - снова втянув голову в плече Акке, и забегал глазами по комнате.

- Что значит потом? Отвечай немедленно!

- Ну, Хрут…

- Это помощник Болли, со сломанным носом?

- Да. Он сказал, что теперь всё добро его хозяина принадлежит ему. Меч и щит, могу оставить себе, и проваливать пока ноги носят.

- Ну и шёл бы.

- Да, я хотел. Но… заглянул в повозку и увидел…

- То есть ты рисковал жизнью из-за куска железа? Пищащего и моргающего механизма? Серьёзно? ТЫ ЧТО СДУРЕЛ?

На этот раз в голову юноше полетели второй ботинок, лампа, и веник. Причём летело всё это с очень приличной скоростью, и даже было не понятно как Келда может бросать предметы так метко и быстро.

- Я не мог ему отдать… - кричал Акке, уворачиваясь от бронзового стакана, резинового мячика, который юноша искал уже целый год, крысы и солдатика изображавшего дворфа рубящего голову дракону.

Запыхавшись, Келда замерла на месте.

- … у меня нет слов. И что дальше?

- Бруни сказал, что это не по правилам, орки нас поддержали, - продолжил юноша, опускаясь на лавку.

- Орки? С ума сойти, орки поддержали человека и дворфа. Да когда такое было?

- Сегодня утром.

- Это риторический вопрос!

- Ри-рито-хрический?

- Потом объясню. Дрались?

- Сражались, мам.

- Один хрен! Убили кого-нибудь?

- Нет, слава Копьебородому! Трое легко раненных наших и один орк.

- Фууу! Значит повезло. Хрут со своими уцелел. Всё закончилось миром. Договоримся.

- Нет, мам. Хрута и его дюжину… того. Отправили в Страну вечных сумерек.

- !!! Ты же сказал, никого не убили? – на этот раз Келда покачнулась без притворства.

- Наших нет. Но ты не переживай, всё хорошо. Болли и его люди изгои. Кланам на них плевать. Король так и сказал.

- ГРЕГЕР ВСЁ ВИДЕЛ?!

- Ага. Он нас рассудил. Караван Болли мы поделили между мной и хирдом. Две повозки Бруни, две мне. Матушка там вещей разных - меха, украшения, серебро! – Акке подбежал к окну и отодвинул шторы показывая замерших во дворе шестилапых впряжённых в заваленные барахлом повозки. Мы богаты! Фургон с людскими штуками, правда, забрал себе.

- Ну, слава Копьебородому! Подарок тоже?

- Не подарок, он мне отдал. Сказал, что ему и меня одного достаточно.

- Сразу говорю, чтобы этой людской пикалки у меня в доме не было! – смешно подпрыгнула гоблинша, выхватывая из рук юноши свою обувь. - Унеси её во двор!

- Мам да…

- Не мамкай мне, где она? Где?

- В кладовке. Я думал, ты кричать будешь, сначала решил всё рассказать.

Плечи Акке снова подозрительно поползли вверх. Злобно сощурившись Келда по-змеиному прошипела:

- Там же мышь. Она все провода перегрызёт и будет хлам. Даже не базаре не продашь!

Бросившись к кладовке, гоблинша сильно дёрнула дверь на себя. От её рывка наружу что-то вывалилось. Это что-то было закутано в мешковину, но снизу торчали две худые ноги в тяжёлых башмаках. Сделав пару шагов "мешок на ножках" споткнулся и растянулся на полу, ойкнув. Мешковина мгновенно слетела и из-под симпатичной рыжей чёлки на Келду взглянули два небесно-голубых глаза таких же, как у её приёмного сына.

Брови гоблинши сами собой поползли вверх от удивления. Всплеснув руками, она почувствовала, как сердце её попыталось вырваться их груди от радости.

- Не может этого быть! Это... это же девочка!

ГЛОССАРИЙ:

Акке (сканд.) – Искренний;