SyncMaster

Хроники Тортуса

Рабочий день алхимика

Смеркалось. Капли дождя стучали по зачарованным окнам довольно старого домика, стоящего на окраине города. Его силуэт, покрытый тенью, обретал некую таинственную, даже пугающую ауру. Потертая деревянная вывеска с изображением колбы, наполненной жидкостью, раскачивалась на ветру, удивляя тех немногочисленных свидетелей тем, что еще не отвалилась от старой бревенчатой стены строения.

Внутри окон горел свет магических факелов, маня путников ожиданием теплого и сухого помещения. За обитой железом дверью располагалась обычная на вид алхимическая лавка. У стен стояли шкафчики и витрины с товарами - склянками, зельями, мазями - защищенные магическим стеклом от возможных воришек. На полу была постелена шкура крупного Красного Вепря, прикрывая проваливающиеся доски и магический круг, являющийся еще одним средством защиты. У противоположной стены стоял прилавок с небольшим стульчиком, на котором сидел молодой мужчина, в мантии темно-зеленых цветов, со слегка светящимся медальном на шее.

Внешностью Фленс, совершенно обычный алхимик третьего ранга, не особо выделялся. Рост чуть выше среднего при худом теле, темные волосы и глаза со скучающим выражением лица. Был разве что кислотных ожог на ладони, но, право слово, то из алхимиков не совершал ошибок? Разве что, ценой такой ошибки могло стать нечто большее чем просто шрам.

- *Вздох* - Вот говорил мне отец, мир его праху, - "Иди в егери, сынок! Ты там такой ловкий пригодишься!" - Сонно пробормотал Фленс, оглядывая пустое помещение, которое, казалось покинули даже мухи - Но, нет, мне было интересно смотреть на булькающие котелки этого старого хрыча, и слушать его россказни о поисках великого рецепта "совершенного" зелья. - Фленс еще раз вздохнул, в который раз оглядывая помещение. Помещение не ответило. Мимо окон походили силуэты редких путников, вызывая в молодом алхимике ничтожную надежду, но никто из них так и не отворил дверь лавки.

Дождь все также капал на окна, мерный треск магического пламени успокаивал и насылал сонную дрему на единственного присутствующего в помещении, что того совершенно не радовало. По его лицу было ясно видно, как он был "рад" сидеть в этой лавке поздним вечером. Да, очень "рад".

Очередной вздох наполнил пустоту помещения, но вот, появился новый звук - послышались нестройные шаги около входной двери, лицо Фленса озарила улыбка, он готовился принять нового посетителя, который, судя по шагам был явно в стельку пьян, а значит определенно купит хотя бы зелье от будущих, не самых приятных ощущений на утро.... ну или по крайней мере, то, которое при определенных обстоятельствах можно использовать как замену алкоголю. Что в таком случае случается с организмом выпивохи - это отдельный разговор, достойный пожалуй целой научной работы по магической медицине и алхимии.

Послышались гулкие удары в дверь, достаточно сильные, чтобы опасаться того, что дверь слетит с петель, если конечно забыть о том, что она несла на себе защитные зачарования. Потом еще несколько ударов, но в вообще то открытую дверь так никто и не вошел. Спустя половину минуты Фленс таки поднялся со стула, с очередным вздохом, и подошел ко входу - "Головой он там что-ли об нее бьется?" - мелькнула у него мысль, перед тем, как алхимик открыл дверь.

Из открывшегося проема на него посмотрела гнилая голова, находящаяся на не менее гнилом теле мужчины, на котором помимо промокшей оборванной рубахи и штанов ничего не было. Из пустой глазницы приветливо выглянула трупная личинка, казалось весело усмехаясь, после чего, скрылась в черепе, очевидно, не желая попасть под дождь. Труп, очевидно - зомби, очередной раз размахнулся головой и, не встретив перед собой препятствия влетел в проем, хозяин лавки предусмотрительно отошел в сторону, с размаху впечатавшись в деревянный пол, пробив в нем дыру. Установилась неловкая тишина. Алхимик недоуменно пялился на нежить, нежить продолжала лежать на полу.

- Ты откуда такой взялся? - наконец стоически спросил Фленс, разглядывая полуразложившееся тело, нескромно прикрывавшее свои разваливающиеся останки одеждой, которую стоило бы сменить на что-то новое. Лет так сорок назад.

- Угрхлгхрр - Выразительно ответил зомби, все также продолжая лежать головой в проделанной им дыре. Он явно не совсем понимал куда делась дверь и откуда доноситься голос. Как и не осознавал, какие деньги он задолжал своими действиями. А потому все также нагло, очень нагло, по мнению алхимика, лежал на полу, распространяя влажность по комнате. И он явно не собирается в ближайшее время отдавать только что полученный им долг.

- Эй! - Окликнул труп Фленс - Ты вставать собираешься? Или до Сошествия будешь тут лежать? - На такую отповедь мертвец промолчал. Как и промолчал на легкие пинки ногами от хозяина лавки. Вздохнув, алхимик наклонился и выдернул труп из дыры в полу, постаравшись придать ему более-менее вертикальное положение. Немертвый покачиваясь на ногах, во второй раз выразительно рыкнул, пытаясь сосредоточить свои мутные глаза на мужчине. Оставшийся глаз выпал и укатился в дыру, пробитую его бывшим владельцем. Проведя тот печальным взглядом, Фленс, попытался еще раз начать диалог.

- Ты кто такой будешь, Андед? Зачем сюда пришел? У меня не слишком большой ассортимент для... - Алхимик выразительно осмотрел тело на предмет давности смерти. Давность внушала уважение. - ...столь плохо сохранившегося тела. Могу дать разве что бальзамирующие мази.

Труп некоторое время не двигался, "Совсем мозги сгнили что-ли?" подумал Фленс, после чего медленно, стараясь не развалиться на месте, кивнул головой и проговорил, старательно выговаривая сквозь оставшиеся зубы.

- Мази. Надо. Бледный. Цеток. - Было заметно, насколько трудно выговаривать трупу хоть какие-то слова. Такими темпами он мог развалиться быстрее, чем заплатит, поэтому алхимик поспешил за прилавок, за мазями и Бледным Цветком, внутренне удивляясь, зачем лекарство от лихорадки мертвецу? Вряд ли он страдает от болезни. Другому кому нужно? Тогда почему такой оригинальный посыльный? Неужели никого совсем не нашлось? Тем не менее подобные мысли не мешали отработанным до автоматизма движениям. Фленс быстро нашел нужное, сложил в наколдованную тут же коробочку - все же не только алхимией ему увлекаться, так что из других направлений он тоже кое-чего выучил - и подошел к мертвецу.

- Вот заказ,- Протянул означенный предмет мужчина - чем платить будешь? - Заинтересованно спросил уже не такой сонный алхимик. Все же хоть какое-то интересное событие за последние дни. А то только за противо-похмельным, да за мазями от простуды к нему за последние дни и заходили. И то редко. Очень веселая работа. "Может еще не все потеряно и я могу пойти в егери?", подумал было алхимик, когда зомби продемонстрировал плату.

Поковырявшись в собственном давно сгнившем пузе, мертвец достал оттуда, к огромному удивлению Фленса, крупный магический сапфир, и трясущейся рукой передал его алхимику. Тот автоматически принял плату, передав коробочку с мазями и Бледным Цветком, смотрел на сапфир и не понимал, это кто умудрился отправить мертвеца с такими деньгами за не таким уж серьезным лекарством? Знак вопроса казалось парил над его головой, выдавая недоумение.

Тем временем немертвый, взяв товар, пошатываясь ушел по своим делам. Вернее попытался, в очередной раз наткнувшись головой на дверь. Понимая, что сейчас может повториться недавняя сцена, Фленс отворил перед покупателем дверь, провожая его взглядом, пока тот уходил в темноту сумерек.

- Мда... оригинальный клиент мне попался. - Проговорил алхимик, закрывая за собой дверь. - Ну хотя бы плата достаточная, даже смогу, наверное, купить новый томик "1000 и 1 реагент" и подлатать начавшую протекать крышу... может даже мебель нормальная появиться! - Обрадовался Фленс, возвращаясь к прилавку. Правда он подзабыл про новую деталь интерьера, сделанную странным гостем, и, провалившись ногой в дыру на полу полетел вниз. Как и полетел из его рук сапфир. Алхимику повезло больше, он упал на шкуру Красного Вепря постеленную чуть дальше входа, а вот камню - уже не так сильно - тот пролетев половину комнаты ударился о шкафчик с зачарованным стеклом, вернее о само стекло, проломив означенную деталь мебели и влетел в кучку склянок с жидкими негаторами, что удивительно для такой, казалось бы скромной лавки, разбив колбы. Негаторы радостно вырвались из своих вместилищ, покрывая магический камень и вызывая закономерную реакцию при соприкосновении с магической вещью - они банальнейшим образом вымыли оттуда всю магию, попутно, растворив большую часть, явно не защищенного от подобного обращения магического накопителя.

Поднявшись на ноги и печально посмотрев на оставшийся огарок от, далеко недешевого камня, на побитые склянки, Фленс вздохнул и пнул от злости шкафчик. Тому явно такое обращение не понравилось, посему больший урон понесла нога Фленса, нежели прочная древесина.

- К Чуждым все это! - Воскликнул в сердцах алхимик, подпрыгивая на одной ноге и придерживаясь за больную. - Иду в егеря!

Дождь все также продолжал идти, а Луны всходили на небосвод. Рабочий день алхимика подходил к концу.

Парящий Град

Это был ясный день, Серебряное Солнце ярко светило, обогревая своим теплом земли и воды Тортуса. На небе не было ни облачка, что вообще-то для этих территорий было несколько необычно. Волны медленно наступали на берег и столь же медленно отступали от него. Вдали виднелись покрытые снегом и овеваемые магическими ветрами Старые Вершины, горы, которые, как говорят стояли здесь еще со времен Сотворения. Только вот, кроме шума волн и ветра, на удивление, не было слышно хоть каких-либо иных звуков, которые могли бы выдать присутствие здесь жизни. Только волны, ветер... и мерное гудение, появившееся казалось бы из неоткуда.

На протяженные луга и холмы, разделяющие горы и воды, внезапно опустилась тень. Прямо из воздуха, подобно призраку или фантому начал проявляться просто светящийся от огромного количества магии силуэт. Казалось он затмевал собою небо на этих землях, настолько огромным он был. И вот, гул начал медленно стихать, а силуэт проясняться, как бы снимая с себя покров чар, открывая для глаз простых смертных невероятную по своей красоте картину. Изящные латунные шпили пронзали небеса, многочисленные дороги и площади разделяли собою невероятной красоты дома, украшенные многочисленными часами, шестеренками и иными механизмами. Из частых труб производственных цехов, вписанных в ландшафт, вылетали облачка пара, а бесчетные конвейеры и станки продолжали производить различные детали и механизмы, ни останавливаясь ни на секунду. По соединяющим каналам, подвешенным в воздухе, от одного здания к другому постоянно циркулировали различные грузы и даже транспорты, наполненные пассажирами.

Сложный магический барьер спал, демонстрируя взору этого мира мифический, невиданный практически никем из ныне живущих на этой земле, Парящий город Алотен. Он был обнесен высокой стеной, скрывающей в своем нутре многочисленные артефакты и ядра-накопители, обеспечивающие могучую защиту и сокрытие настоящего мегаполиса от посторонних взглядов, будь то провидцы, демоны и даже Боги. Нижняя полусфера града была буквально истыкана различными датчиками и мана-сборщиками, осушающими атмосферу для подпитки тысяч защит и производственных цехов.

Улицы парящего города были пусты от жизни. Вернее той жизни, которая могла бы прийти в голову при словосочетании "оживленный город". Нет, представителей разумных рас здесь нельзя было увидеть. Во всяком случае, если бы таковые тут объявились, они бы мигом перестали быть живыми. Ведь Алотен был не для них. Он был для машин. Мириады живых механизмов в виде гуманоидов, обладающих нередко больше чем двумя парами конечностей, различных гигантских пауко-подобных существ, перебирающих своими лапками по трассам и стенам, забираясь в многочисленные технические переходы, огромных паровых стражей, бдительно охраняющих покой града, и множества других металлических творений. Это были Марионетки. Ожившие механические куклы, обладающие определенным разумом, с заточенными в их механических сердцах душами, питающими их магией, позволяя двигаться, думать, жить, если это слово применимо к этим созданиям.

Кто именно создал этот величественный город и его жителей не знают теперь, пожалуй, даже они сами. Эти знания были унесены рекой времени. Но Алотен помнит. Помнит, когда он был наполнен настоящей жизнью, не этой искусственной заменой, помнит улыбки радости и восторга, детский смех и счастье, наполнявшее его в те далекие дни многие века назад. Помнит как все это изменилось в мгновение ока. Как чудесный мегаполис, представлявший собой вершину техно-магического искусства, обернулся огромной ловушкой, поглотившей всех его жителей. Помнит, печально вздыхая своим механическим сердцем, не в силах ничего изменить, лишь поддерживая свое существование и обеспечивая покой своих новых хозяев.

Вот, город двинулся с места и начал перемещаться в сторону гор, гудя магическими двигателями, поддерживающими такую махину в воздухе. Осушая окружающий воздух от возможной жизни и маны, буквально стерилизуя его, ведь для подпитки подойдет любая энергия, Алотен подлетел к одной из горных вершин. Из нижней полусферы города выдвинулись многочисленные манипуляторы и механизмы, перещелкивая шестернями и шипя паром, они начали... буквально разбирать часть горы на материалы. Распиливали могучую каменную породу на ровные куски, тут же загружая их внутрь транспортных труб, которые отправляют новые ресурсы внутрь города, поддерживая производство.

Уже внутри города, эти камни и руды, добытые прямиком из горы, направятся в различные трансмутационные залы и линии обработки, которые смогут придать полученным материалам нужную форму, вид и даже состав, превращая обычный камень в металлы и иные материалы готовые для выплавки и создания деталей будущих жителей Алотена. Так было раньше, так будет и сейчас. На протяжении многих лет этот город поддерживает свое существование и активную работу своих механизмов, стремясь создать тот самый, недостижимый Идеал который мог бы называться полноценной жизнью в металле.

И вот, процесс сбора сырья был закончен, пришло время избавиться от ненужных излишков производства, чтобы они не занимали лишнего места в этом, вечно-идеальном городе. Пролетая над лугами, Алотен распахнул сотни отходных контейнеров, высыпая на эту землю неудавшиеся проекты, дефектные образцы и сломанные детали. С воздуха падали тысячи марионеток, как относительно целые, так и тех от которых осталось меньше половины изначального объема. Куклы, Арахноиды, Стражи, Искатели, Наблюдатели, просто неудавшиеся гибриды различных механизмов, детали, конечности и иные части механических тел. Их было столь много, что они образовали на лугах очередной холм. Если бы случайный наблюдатель, не умерший во время сбора энергии парящим городом, присотрелся то заметил, что и иные холмы, находящиеся здесь, также являются подобными грудами механического мусора, заросшего за многие года мхом и покрытые принесенной ветром землей.

Этот процесс повторялся немало раз именно в этом месте, являясь для тех единиц, посвященных об истиной сути этого места - Свалкой Марионеток. Если бы столичный мастер из Железной Империи обнаружил это место, то был бы рад продать свое тело, все равно его можно заменить на новое, и даже свою душу, лишь бы только прикоснуться к этим многочисленным шедеврам магической инженерии, являющейся всего лишь мусором для жителей Алотена. Единственное, чего не хватало всем этим конструктам для полноценного функционирования - Камня Души, содержащего душу живого существа, которая бы питала механизмы и разум марионетки. Без них, к сожалению, они в большей своей сути являлись не могучими и многофункциональными созданиями, способными как сражаться и защищать, так и создавать новое, были лишь материалом. Да, качественным, превосходной сборки и тончайшего мастерства, но лишь материалом. Однако даже этого материала было достаточно для того, чтобы создать могучую армию, ничем не уступающую всей объединенной мощи раздробленной Империи, для этого хватило бы даже самых низкокачественных Камней Душ. Ну и, естественно того, кто мог бы знать об этом месте и воспользоваться этим.

Однако, Алотен вновь растворился в воздухе, оставляя за собой практически не изменившуюся картину местности. О его недолгом присутствии напоминал лишь новый холм, полный выброшенных механизмов и слегка подпиленная гора из Старых Вершин. Серебряное Солнце вновь продолжало греть землю, на этот участок Тортуса вновь опустился покой, разбавляемый шумом волн и завыванием ветра. До очередного визита парящего города.

Остров Змей

Территории острова Божественного Змея были издавна запретной территорией для возможных путешественников, которые могли бы преодолеть бушующий океан, проплыть мимо Шрамов и ступить на эту землю. Ибо мало кто мог преодолеть все препятствия и добраться до этого острова. Еще меньше тех, кто смог прожить достаточно, чтобы понять, почему эта земля является запретной. И лишь малая часть могла унести ноги с этого Богами проклятого острова, столь недружелюбного к чужакам.

Сам остров Божественного Змея, казалось ничем не походил на свое название. Он вовсе не был населен большим количеством этих ядовитых пресмыкающихся, и не напоминал своей формой означенных существ. Даже на остров, по своим размерам он не сильно походил, больше напоминая небольшой материк округлой формы. Сам он был переполнен многочисленными плато, холмами и небольшими горами, а в его центре была достаточная крупная низина, заполненная тропическим лесом с гигантскими деревьями. Все эти биомы были наполнены жизнью, не простой, а опасной, хищной, находящейся в постоянной охоте. Среди плато, разбавляемого немногочисленными реками и группами деревьев, бродили одинокие или в стаях, или даже в стадах хищные чудовища, нередко сталкивающихся друг с другом, ради не просто борьбы за пропитание или дележки территории, а для того чтобы пожрать тела своей добычи, их сердца и мана-Камни, присваивая силу убитых себе.

Вот несколько шипошкуров, явно достаточно опытных и взрослых, размером с небольшой домик каждый, наткнулись на израненного элефанта, павшего на землю, разбрызгивая из своих свою слабо светящуюся от переполняющей его магии кровь. Судя по многочисленным трупам, многие из которых были банально кусками перекрученной плоти и костей, на него напала стая молодых орфов, не менее трех десятков особей. Они явно надеялись, что от такой добычи не просто себя усилят, но и, возможно даже пройдут эволюцию. Однако, несмотря на эти желания, даже наличие двух голов на одном теле не может всегда придать ему достаточно разума, чтобы не лезть на подобное чудовище, способное одним взмахом своего хвоста расплющить сразу троих орфов, не учитывая даже остальное тело, на удивление маневренное для своих габаритов. Тем не менее, хоть эти не самые разумные родичи Церберов и смогли вымотать и серьезно ранить подобную добычу, сами они кончились раньше, чем силы означенной добычи.

Теперь, по настоящему гигант среди мана-зверей, опасный противник - элефант, был значительно ослаблен, буквально на последнем издыхании, сверкая обломками троих из четырех бивней и отгрызенным хвостом. Поэтому семейство из пятерки шипошкуров сегодня выигрывает, а орфы - нет. Этого тела, новоприбывшим будет достаточно чтобы практически беспрерывно питаться декаду, за которую, они несомненно породят еще больше своих сородичей. А сами пройдут эволюцию, приобретя еще более прочную шкуру и более острые шипы, способные ободрать даже тела Магмовых големов, населяющих предгорья и склоны единственного на этом острове вулкана.

Совершенно обычный, ничем непримечательный день для этой жестокой земли, прославляющей выживание самых сильных, приспособленных, умных. Наиболее умные среди местных, правда, держаться подальше от низины, несмотря на большое количество возможной добычи и богатые реки. Ведь, несмотря на всю силу и живучесть, прочные шкуры и опыт схваток, мало кто из мана-зверей может противостоять слаженной тактике, ловушкам и шаманским техникам, принадлежащим единственным существам на острове Божественного Змея, которые могли бы претендовать на родство с означенными змеями.

Наги. Их мощные змеиные хвосты, длинною до нескольких метров, способны сломать позвоночник даже Железным Броненосцам, дай только несколько мгновений, чтобы он обвил свою жертву. Пугающие зеленые глаза способны не только видеть в темноте и на большом расстоянии, но и буквально саму жизнь, выискивая наиболее лакомую добычу. Пара рук, расположенных на человекоподобных торсах, обладают не только шестью пальцами, позволяя совершать своим владельцам весьма тонкую работу, но и немалой гибкостью, позволяющей гнуться в любую сторону, а также не столь уж значительно уступающей хвосту силой, даруя возможность пробить своей добыче грудь и вырвать самое важное из нее - сердце и мана-Камни. Идеальные хищники. Разумные хищники.

Эти ужасающие помеси человека и змеи, являют собою вершину местной пищевой цепи, охотясь на всю местную фауну. Сами они не истребили все живое на этом острове только благодаря тому, что сами по себе являются достаточно разрозненным видом, разделенным на десятки племен, непрерывно ведущих охоту не только на новую добычу, но и друг на друга. Ведь, кто как не иной наг достоин быть главным блюдом и самой славной добычей? Нередко от этого желания устраиваются полноценные набеги на соседние племена, чтобы привести больше достойной добычи и невероятно полезной для развития пищи.

Сами наги живут на территории низин, в тропиках, строя свои жилища в зависимости от предпочтений. Ловкие и изящные члены племени Божественной Чешуи предпочитают устраивать свои гнездо-подобные дома на ветвях гигантских деревьев, нередко пряча их в листве. Они отдают больше полагаются на свое искусство ловушек и засад, не слишком приветствуя прямые схватки. Их более массивные и крупные сородичи из племени Черных Клыков любят рыть огромные норы и тоннели, куда стаскивают свою добычу, убитую одним быстрым движением поистине могучего хвоста, обеспечивая себя едой на ближайшее время. Да, они не слишком любят находиться вне своих жилищ, предпочитая подземные тоннели всему остальному. Племя же Зоркого Глаза предпочитают полагаться на магию своих шаманов, поэтому нередко свои дома они располагают на небольших полянах прямо на земле, ограждая их от чужих взоров маскирующими чарами и духами-стражами. Они любят охотиться крупными группами, возглавляемыми шаманами, благодаря чему являются по настоящему массовыми добытчиками, правда, как правило, это происходит в ущерб, пусть и не столь значительный, личной силе, так как добычу приходиться разделять на большее количество охотников. Самое главное блюдо, конечно же достается шаманам, благодаря чему они являются также и обладателями огромной физической силы и могучей комплекцией, вкупе с более прочной шкурой.

Самую могущественную и ценную добычу, нередко ею являются жители чужих племен, наги стараются захватить живой, для проведения ритуалов Вождем-Воином. Самый могучий и опытный наг нередко становиться главой племени, проводя на этой должности долгие десятилетия, а порою даже и века, уничтожая в ритуальном поединке претендентов на его место. Он же, является главным жрецом в племени, чьей обязанностью является не только вести его в набегах и управлять в течении обычной жизни, но и проводить соответствующие ритуалы. На специально подготовленном алтаре, в дни солнцестояния и ночи полнолуния, могучую добычу - жертву - закалывают ритуальным кинжалом из обсидиана, а ее кровь разливается в каменную чашу, из которой должны испить все члены племени, дабы обрести благословение Предков, получить защиту от злых духов и провести мистическое единение, когда разумы всего племени объединяются в один, на короткое мгновение, позволяя передавать новому поколению частичку опыта старших. мана-камень сжигается в синем алхимическом огне, приготовленном специально для этого ритуала, приносясь в жертву духам Предков, а сердце жертвы съедает вождь, по праву силы.

Однако бывает и так, что племена объединяются. Это случается далеко не так часто, как их взаимные войны, но все же времена единства среди них бывают. Это происходит по причине рождения Божественного Дитя, которое согласно вере наг ближе остальных к их великому прародителю - Божественному Змею, которого они почитают, как идеально хищника и мудрого наставника. Божественное Дитя, также зовущиеся Вайши, отличается от своих сородичей золотой чешуей, что, по мнению наг имел только их великий прародитель, и дополнительной парой рук. Такому ребенку поклоняются, как отмеченному Божественным Змеем, оберегают и растят как будущего предводителя всех наг. Вайши наделены превосходящей остальных наг обучаемостью, интеллектом и магической мощью, что вкупе с многочисленными усиляющими ритуалами и лучшей добычей отдаваемой на их пропитание, делает их поистине могущественными существами.

Вырастая и объединяя племена наг в одну огромную Орду Вайши, наделенный немалыми амбициями, направляет своих сородичей вначале на масштабные охоты, сильно сокращающие поголовье чудовищ острова, а после его взор обращается на земли за океаном. Руководя ремесленниками и шаманами, новый Великий Вождь строит и зачаровывает морской флот, способный перевести большую часть своего народа, в основном молодняка под руководством опытных сородичей, оставляя старейшин и самых старых или слишком молодых наг на острове. Преодолевая морские просторы, Орда обрушивается на земли Головы Дракона, уничтожая и пожирая все на своем пути. Подобное бедствие может длится десятилетиями, пока либо силы наг не будут истощены беспрерывными войнами, либо они не потеряют своего Вайши. В том случае, если их поход добирается до земель Расколотой Империи, это приводит к объединению всех ее частей для ликвидации столь опасного врага. В ином случае, жителям северной части материка приходится несладко, ведь они не столь едины и сильны, как во времена расцвета своих рас. Им остается лишь медленно истощать ужасающего врага или же заманивать его на территории магических аномалий, или же таких чудовищ, против которые не выстоят и объединенные наги.

После же распада Орды, ее остатки разбредаются на континенту и прячутся, опасаясь быть вырезанными под корень, ожидая возможности вновь выйти в мир. А жизнь на острове наг возвращается в привычное русло, лишившись направляющего их Великого Вождя, вновь возрождая времена враждующих племен.

Поедатели плоти

Миленский лес издавна славился своими целебными родниками, спрятанными глубоко в чаще. Среди высоких и частых деревьев, почти полностью скрывающих солнечный свет, можно было встретить поляны, окруженные синим шиповником. Нередко, по центру таких полян, в полночь пробивались на поверхность малые Лунные Истоки, напитываясь лунным светом сквозь небольшие прорехи в листве, освещающим землю. Наполненные мистической энергией, эти родники исторгают целебные воды, восполняющие силы, укрепляющие тело и заживляющие раны.

Благодаря этим ключам, такие поляны являются местами скопления лесных чудовищ, будь то Ночные Пантеры, Красные Вепри, Лесные Тролли и прочие представители крайне опасной для разумных рас фауны. Случается так, что за Лунные Истоки начинаются настоящие сражения, когда питья на всех не хватает. Сами же поселившиеся около них создания, ревностно охраняют эти территории от посягательств чужаков, нападая, если те приблизятся.

С другой стороны, эти родники являются лакомым кусочком для гильдий алхимиков, так как воды из них ценятся как прекрасная основа для многих целебных зелий. Даже для зажиточных торговцев и аристократов, пусть и младших, эти источники представляют нешуточный интерес, как источник немалой прибыли. Однако отвоевать даже один такой источник является непростой задачей, а уж удержать его, и того сложнее.

Магический лес сопротивляется многочисленным вторженцам, искривляясь и запутываясь, ставя на пути препятствия - ямы, поваленные деревья и вылезающие из под земли корни. Без опытных Мистических Проводников здесь может затеряться даже целый полк. Галлюциногенные испарения некоторых цветов, растущих в Миленском лесу, прекрасно дополняют картину. При попытках прорубить себе дорогу лес начинает активно восстанавливать срубленные деревья, наводя своих обитателей на не званных гостей.

Таким образом, Лунные Истоки остаются привилегией для тех, кто способен оплачивать услуги проводников и небольших элитных отрядов Истребителей Чудовищ, способных охранять места добычи столь ценного ресурса. Именно на плечи последних ложиться самая тяжелая и кровавая работа, но, тем не менее, плата за нее соответствует рискам. Тем более, эти риски вполне посильны и привычны профессионалам своего дела.

Истребители Чудовищ являются опытными охотниками на различных мана-зверей. За счет высоких наград за свою работу, они часто обладают мощным магическим снаряжением, однако столь же часто они складывают свои головы, из за соответствующего риска. Немногочисленные умельцы или просто счастливчики способны пережить свой первый год жизни в качестве Истребителей, получая необходимый опыт и знания, становясь все более опасными воинами. Данная профессия в почете среди людей, они являются защитниками мирной жизни от ужасов Старых Земель, зачастую становясь первой и последней линией обороны для небольших поселений на Фронтире. Множество добровольцев каждый год стремятся стать одними из Истребителей, наполняя Боевое крыло Гильдии Авантюристов столь необходимыми рекрутами.

Однако, как и у любой крупной организации, у Истребителей Чудовищ есть свои... ветви скажем так. Среди них, одними из наиболее известных и, в то же время, неоднозначных являются Поедатели Плоти. - *Хруст*, *Чавк* - Ммм! А у этого парня неплохой вкус! - Проговорил высокий загорелый мужчина, с русой шевелюрой, щедро одаренный мускулатурой. На его лице, украшенном множеством шрамов, виднелись яркие голубые глаза. Он был одет в простые на вид штаны и сапоги, на его поясе весело несколько подсумок, а через плечо был перекинут кожаный ремень. На плечо была закинута огромная секира, которую он удерживал левой рукой. В правой он держал отрубленную по локоть трех-палую конечность, пробив своими пальцами далеко не мягкую шкуру, которую мужчина в данный момент с аппетитом ел. Означенная отрубленная конечность принадлежала циклопу, голову которого Истребитель вдавливал в землю.

- Твою мать, Зак! - Окликнул того напарник, облаченный схожим образом, разве что использующий вместо секиры не менее огромный фламберг. Через один его глаз, ныне явно слепой, проходил косой шрам, а второй, сейчас казалось горел алым пламенем. Длинная коса светлых волос, с вплетенным в нее шипастым железным шаром, сейчас свисала через плечо. Он заканчивал добивать вожака циклопов, отрубив тому голову и уже начинал отчитывать своего товарища. - Сколько можно, а?! Который раз говорю, сначала убей, и только потом жри! - Возмущению мечника не было предела, и было отчего. - Вот откусит однажды такой недобиток тебе задницу, и будешь потом спрашивать: "А почему это так вышло?!".

- Да ладно тебе, командир! - Отозвался Зак, хрустя пережевываемыми фалангами пальцев, попутно раздавив в кровавую кашу голову своей жертвы. Выглядел он при этом максимально беззаботно, несмотря на то что был с головы до ног залит кровью, стоя посреди кучи мертвых тел. - Эти ребята были совершенно беззащитны перед нашей атакой, что они могут сделать сейчас? Жалобно поскулить?

Означенный командир на это только мрачно выдохнул, скрипнув зубами, мысленно, как мантру, повторяя: "Я не хочу его убивать. Он мой боевой товарищ и подчиненный. Я не хочу вырвать ему язык. Я не хочу его убивать". Помогало... не слишком хорошо, откровенно говоря. Сейчас, будучи на взводе после горячки битвы, пусть и не особо опасной и недолгой, кровь, уже не человека, но монстра, текущая по его жилам бурлила, подтачивая здравомыслие Истребителя. Конечно, закаленный разум Поедателя Плоти, прошедшего сотни схваток, выдержит и не такое, но раздражение никуда не девалось.

- Остынь, Нейт, ты же знаешь нашего костеголового, - Положил руку на плечо командиру еще один член отряда. Он был даже более высок, чем остальные, выделяясь более поджарым телосложением. На его голове был накинут капюшон, скрывающий лысину с магической печатью, вырезанной на черепе, а с плеч падал маскировочный плащ. Оружием ему служили, висящие в данный момент за спиной, метательные дротики и большие ножей на поясе. Вообще, хотя бы один такой был у каждого из отряда Истребителей, но у метателя дротиков их было аж четверо. Такими было достаточно удобно, как сражаться в бою, так и потрошить прочные тела чудовищ. - Он никогда не думает, а если и думает, то только о еде, а не о чем-то полезном. - Возмущенный выкрик "костеголового" был проигнорирован.

- Ты прав. Я не могу ожидать от этого большого ребенка умных мыслей. - Ответил Нейтан, тяжело вздыхая, и поворачиваясь к последнему присутствующему - невзрачному на вид человеку неопределенного возраста, закутанному в маскировочный плащ с капюшоном. Его мягкие, зачарованные сапоги не издавали ни звука при движении, а амулеты на шее скрывали его запах и подавляли присутствие. Это был проводник, приставленный к отряду Поедателей Плоти, чтобы отвести их гнезду виверны, вот уже который месяц не дающей людям барона Англафа приблизиться к одному из Лунных Истоков. Эта летучая тварь успела уничтожить два отряда Истребителей, нападая на них из засады, выбивая воителей по одному, а остальных, при возможности раня ядовитым жалом на хвосте. В результате, барон решился на более радикальный метод - найм отряда Поедателей, несмотря на некоторое отвращение к людям, уподобившимся животным.

Как понятно из названия, Поедатели Плоти не брезгуют поедать органы и части тел чудовищ, что обычно смертельно для обычного неподготовленного человека. Тем не менее, при использовании специальных алхимических ритуалов, подготавливающих тело неофита, появляется возможность пройти испытание болью, от разрушающего воздействия плоти монстров при ее поглощении и усвоении. Однако, в том случае, если испытуемый переживает первое Кормление, то ему передается часть сил, и даже иногда особенностей убитой твари. Так, со временем, Поедатели Плоти обретают превосходящую воображение физическую силу и ловкость, их реакция становиться по настоящему звериной, как и инстинкты, а сами тела начинают постепенно мутировать. Кожа грубеет, вплоть до того, что ее становиться невозможно пробить простым стальным оружием, кровь, текущая по венам уже мало напоминает людскую, растут и изменяются зубы и желудок, давая возможность переживать, съесть и переварить даже тело Каменного Тролля вместе с его скелетом. Изменений много и они накапливаются постепенно, чем больше чудовищ убьешь и съешь - тем сильнее станешь и больше мутаций получишь. Но не все изменения могут быть положительными. Так, звериные чутье и сила ведут за собой, нередко, и уподобление зверям в поведении. Повышается агрессивность, проще становиться утопиться в низменных инстинктах, а кровожадность может взять верх над недостаточно сильным разумом. Немало Поедателей окончили свои жизни от руки товарищей или Истребителей, дающих последнюю милость обезумевшим чудовищам, которыми они стали.

- Это была последняя крупная группа на ближайшие несколько миль, господа Истребители. - Проговорил проводник, держа неизменным выражение лица, тщательно скрывая опаску, страх и, вместе с тем, отвращение к людям перед ним. Может быть его лорд и нанял этих людей, но это не значит, что он обязан был в то же мгновение изменить о них свое мнение. Однако, его он не выскажет. Он все же хочет и дальше жить.

- Ну и хорошо! - Радостно воскликнул Зак, дожевывая вторую ногу циклопа, ничуть не беспокоясь по поводу дальнейшей миссии. - Показывай, малец, куда нам двигаться, чтобы найти наш обед... - Его на мгновение прервал брошенный нож, воткнувшейся в дерево рядом с его глазом, и многообещающий взгляд командира. - *Кхм*... я хотел сказать, нашу цель, да!

- Гнездо Ядовитой Виверны находиться в полутора милях к северо-западу, - Не обратил внимание на "оговорку" проводник, прислушиваясь к своим чувствам и мысленно воплощая в голове карту ближайших территорий. - Оно расположилась на небольшом утесе, на границе с Красной Рощей. - Закончил он информирование отряда, внутренне желая побыстрее закончить это задание. Не всем нравиться подобная профессия, при которой постоянно приходиться рисковать собой, имея немалый шанс угодить в лапы чудовищ, однако, весомая плата серебром и золотом перевешивает риск.

- Тогда выдвигаемся! - Решительно постановил Нейтан, забирая свой нож из дерева, попутно подгоняя Зака, который хотел уж было доесть несчастного циклопа окончательно. Увы, они и так много времени потратили на устранение чересчур агрессивных препятствий, а если продолжать в таком темпе, то они останутся здесь еще на день, чего наниматель, озаботившийся срочностью выполнения заказа, мог бы и не принять, урезав выплату. А этого не желали уже сами Поедатели Плоти, даже Зак, стоило тому только напомнить об этом.

Так, группа истребителей отправилась дальше, под предводительством проводника, на ходу вырезая мелкие группки монстров, попавшихся им на пути, не сбавляя темпа. Очень скоро одна виверна, охочая до человеческой плоти встретит свой конец, а одна троица - свой питательный обед.

Паладины

Над дорогой, проходящей меж холмов, недалеко от реки, слышался плач. В нем было много чего - страха, усталости, горести, но самое главное - облегчения. Поднимался дым от свежесооруженного костра, на котором сжигали покойников, перебивая запах пролитой крови. Среди разломанных клеток и опрокинутых телег лежало брошенное оружие, которое уже точно не пригодиться своим бывшим владельцам. На земле оставались следы недавно прошедшей битвы.

Работорговля, несмотря на многочисленные сложности и проблемы, которые неизменно сопутствовали ей, являлась весьма прибыльным делом. Существовало немало покупателей, готовых отдавать свое золото за хороших рабов, удовлетворяющих их вкусам. Например, каменоломни и рудники радостно принимали крепких и выносливых мужчин, ведь големы-добытчики недешевое удовольствие, а с немертвыми, способными работать без отдыха, ладили не везде и не всегда. Арены Великой Империи не менее радостно приветствовали новых гладиаторов и будущих солдат, которые несомненно пополнят армию после особой обработки. А аристократы нередко были падки на экзотику, и прекрасные рабы обоих полов из иных рас могли стать предметом гордости.

Разумеется, в нынешнее время, торговля живым товаром оставалось не совсем законной вещью. Разумеется, военнопленные, не являющиеся аристократией, и преступники, а также крупные должники, практически всегда сразу становились представителями низшего социального слоя. Их можно было отправлять на черновые работы, воспитывать из них прекрасных бойцов и куртизанок, благо соответствующие профессионалы имелись, а то и вовсе использовать как реагенты в Черной алхимии. Только предоставь заверенные и подписанные, где надо бумаги, о том, что это рабы и за что они таковыми стали.

Тем не менее, всегда находились те, которым было мало официальных 'источников' товара, ради чего они шли на более... радикальные меры. Чего только ради денег не сделают разумные. Поэтому мало кто удивлялся разоренным деревушкам на окраинах земель, или товару, совсем не подходящему под описание в соответствующих бумагах таких торговцев. Подобное не поощрялось, и было вне закона, с таким боролись вполне официально, и каждый год суду придавалось до десятка и более незаконных работорговцев. Поэтому вполне логично, что странствующие Авантюристы могли довольно охотно противодействовать этим деятелям. Никому не хочется узнать, что его близкие оказались в клетке из-за жажды наживы.

Так произошло и в этот раз. Пара странствующих паладинов, ставших Авантюристами, обнаружили разоренное стойбище зверолюдей, Фуран, как они себя называли, но отсутствие следов чудовищ навело их на не самые приятные мысли, а двое детей, спрятавшихся в лесу и сумевших скрыться от ловчих, смогли указать направление, куда ушли нападающие, уведшие с собой практически всех жителей небольшой коммуны. Будучи в прошлом паладинами, а прежде - послушниками, да и сейчас не забывшие заповеди храма, путешественники отправились в погоню. Перед опытными бойцами, обладающими хорошей магической экипировкой, понимавшими друг друга с полувзгляда, наемники работорговца оказались практически бессильны. Привыкшие атаковать на мирное население, не обладающего защитными артефактами и не готовыми к нападению, они не могли сравниться с элитными бойцами гильдии Авантюристов.

Говоря о паладинах, то первое, о чем стоит упомянуть - они являлись близнецами. Высокие, хорошо сложенные мужчины, обладающие темными волосами и слегка светящимися от силы глазами. Они носили зачарованные латы из адамантита, сейчас обагренные кровью убитых людей, разбавляющие серебро доспехов. В качестве оружия они использовали огромные башенные щиты, способные защитить от удара тролля, и клейморы, могущие и перерубить тому же троллю руки, выполненные из того же металла. За поясом, неизменно находился кинжал, кошель, подсумки с походной провизией и флягой, а так же несколько кармашков для зелий. Благодаря усилению от магии Света, они могли размахивать своим оружием, как если бы оно было из дерева, а не металла, и ходить в полных латах сутки, не чувствуя усталости. Братья являлись опытными воителями, помимо своей силы и Света, имеющими за плечами полвека опыта сражений с самыми разными противниками, а потому по праву могли считаться элитой среди людей.

Однако, несмотря на все это, грозные воители имели в душе доброту и сочувствие, а также стремление к защите слабых. Они не могли пройти мимо тех, кто нуждался в помощи, просто не имели права, иначе бы они перестали быть собой. Твердые убеждения и мораль - то, чем братья могли по праву гордиться. В этом жестоком мире было немного места счастью, поэтому они поклялись, еще в далеком детстве, что принесут в него больше радостных улыбок. Пускай всех не спасти, уже не молодые паладины будут пытаться сделать все, что в их силах, для того чтобы помочь другим.

- Спасибо! Вы спасли нас, благородные господа! - Воскликнула женщина средних лет, прижимая к себе юношу, своего сына, испуская слезы облегчения и радости. От людей их отличало несколько деталей - наличие хвостов и ушей подобным животным, в данном случае - лисам, покрытые мехом конечности, с выделяющимися когтями. Рядом с ней находилось еще около двух десятков, похожих на них разумных - Фураны из лисьего подвида. Это были бывшие 'почти рабы', которых паладины вызволили из зачарованных клеток. Многие из них смотрели с благодарностью на своих спасителей, иные - с опаской и настороженностью. Не удивительно, попадание в лапы к работорговцам не слишком сильно способствует доверию к незнакомцам. К тому же отношение людских Империй к иным расам было не слишком доброжелательным, на что те отвечали взаимностью.

- Пожалуйста, не стоит тратить свои силы на благодарность, вам она пригодиться на обратном пути. - Ответил один из братьев, параллельно с разговором накладывая очередное Исцеление на тех, у кого обнаруживал раны и травмы. В то же время второй паладин заканчивал стаскивать трупы убитых работорговцев в крупный костер, подкидывая параллельно несколько досок из разбитой телеги. Делал он это, не по доброте душевной, а для того, чтобы избежать их последующего поднятия в качестве 'дикой' нежити, которая могла бы угрожать случайным путникам и ближайшим поселениям, наподобие коммуны Фуран. Закончив с мертвецами, воитель присоединился к брату в оказании помощи пострадавшим.

- Кажется, с лечением закончили. - Слегка вздохнув, сказал один из авантюристов через несколько минут, осматривая спасенных на предмет целостности. - Мы проведем вас до вашего дома, - Обратился он к Фуранам, что внимательно прислушивались к его словам. - Кому-нибудь необходима помощь с вещами или поклажей?

- Нет господин, - Вышел вперед старший из пострадавших. Его отличало от остальных обрезанное правое ухо и особенно внимательный взгляд карих глаз. - Практически все хозяйство осталось дома, эти бандиты только золото да амулеты окромя нас выгребли. Спешили видать, гады. - Сплюнул тот, мрачно нахмурившись, после чего уже более приветливо продолжил. - Меня Бланшем кличут, еще раз благодарю вас за то, что спасли нас от этой участи. Могу я узнать, как зовут наших благодетелей? И чем мы могли бы вам отплатить?

- Маэнар меня зовут, а брата - Каэгар. - Ответил один из близнецов, коротко склонив голову в приветствии, после чего второй повторил его жест. - Мы странствующие паладины, а потому просто выполняли свой долг. Нет нужды ничем платить, хотя от небольшого запаса провианта бы не отказались, как и от ночевки, если не стесним вас. Все же уже почти два дня без отдыха в пути даже на нас сказываются. - Слабо улыбнулся он, показывая намек на усталость. И это была правда, даже для столь могучих воинов двое суток пути без нормального отдыха, и частые столкновениями с местными чудовищами не дают возможности снять усталость в полной мере.

- Тогда, раз нет никаких препятствий, двинемся в обратный путь. - Сказал Каэгар, посматривая на начавшее клониться к закату Серебряное Солнце. На том и порешили. Двинулись небольшой колонной, используя уцелевшие и захваченные повозки, лошадей для которых приволокли обратно и подлечили братья. Сами они разделились, один был во главе процессии, выискивая возможные опасности впереди, а второй - прикрывал ее окончание. Возвращение не заняло особых трудностей. А радость тех детей, когда они наконец могли увидеть своих родителей вновь была приятна сердцу паладинов. Несмотря на их попытки уговорить спасенных в том, что это совершено необязательно, был проведен небольшой праздник, насколько это было возможно для такого небольшого поселения. Он был нужен, не только в качестве благодарности, но и, в том числе, для самих зверолюдей. Снять напряжение и страх возможного рабства, расслабиться после и эмоционально отпустить произошедшее, почти ставшее трагедией.

На следующий день, провожаемые благодарными фуранами, братья вновь отправились в путь. Они не знали, куда их приведет дорога, они просто шли туда, куда укажет сердце. Ведь их вели не какие-то карты или наставления. Их вела Судьба. Судьба быть спасителями всегда, до самой своей смерти, в обмен на спасение жизни их самих, в том, далеком для них сейчас, детстве. Простая ведь сделка, не правда ли? Сила и жизнь в обмен на вечное служение - искоренение "зла" и привнесение "счастья" везде, где это возможно. До самого конца, не сворачивая.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге