Хроники Теруана. «Подземная угроза».

Глава 1. Спуск

Прямоугольная каменная платформа бесшумно спускалась в подземные глубины. Колодец света с каждой минутой уменьшался, пока не исчез совсем, давая понять небольшой группе магов, насколько далеко они продвинулись. Бесчисленные залы и коридоры Гунзаберона поражали их воображение, невольно вызывая восхищение упорством первых гномов-поселенцев, перебравшихся сюда из южных отрогов Драконьего хребта. Вот только теперь эти места давно покинуты создателями, а в каждом уголке, в каждом туннеле сейчас притаились невообразимые опасности.

И хотя спуск продолжался уже часа два, никто не проронил ни слова. Маги, держа оружие наготове, напряженно вглядывались в темноту. Свет факелов освещал бесконечно мелькавшие помещения, залы, штольни и коридоры. Катрин Малуна, стройная, высокого роста волшебница, закрыв глаза, тщательно изучала пространство вокруг себя. Да. Она не нуждалась в зрении, ибо тьма могла рассказать ей о чем-либо гораздо больше, чем остальным. Пока вокруг было спокойно, и она лишь изредка где-то на границе сознания ощущала короткие всплески холодного разума, следящего за ними (как ни старались, незамеченными им все же появиться не удалось). «Лицезрела» она и своих товарищей по оружию. Витамир Анеко о'Маро - невысокий подморьевец с характерными чертами обитателя мелководья (гуманоидный облик, большие глаза, плавные черты лица и сине-белая кожа) стоял в центре платформы и опасливо вглядывался в темноту. Несмотря на исходящие от него волны тревоги и страха, он, к его чести, держался очень достойно. Для морского нелюдя.

Катрин довольно хмыкнула про себя. Она считала верхних подморьевцев слишком мягкотелыми, неприученными переносить тяготы походной жизни. Также они были слишком зависимы от источников воды и не могли таскать на себе большие тяжести, а в темноте становились совсем беспомощными, как только что появившиеся на свет котята. Для нее это было настоящим откровением. Как можно быть слепым во тьме? Ведь тьма может рассказать куда больше, чем свет. Свет может обмануть, заставить поверить глазам, а глаза можно отвлечь или позволить им увидеть то, чего нет. Но во тьме… Ты видишь истину.

Или вот второй спутник. На вид дряхлый старик, сгорбленный, крючконосый. Глубоко посаженные зеленые глаза кажутся задумчивыми и отрешенными. Разодетый в странные и даже нелепые одежды, Артмаэль ле Арбаро кажется очередным городским сумасшедшим, коих в нынешние времена развелось чрезвычайно много, но тьма говорит, что в этом старце клокочет сила, дарованная ему самой первозданной природой. Да, свет обманет, а темная магия высветит истину.

Тем временем платформа стала замедлять ход, и спуск, казавшийся Витамиру бесконечным, наконец-то приблизился к своему завершению. И слава Владыкам, ибо он уже устал ощущать на себе пристальный взгляд той чокнутой волшебницы. Он всегда знал, что темные маги и некроманты сумасшедшие и от них нельзя ждать ничего, кроме бед и неприятностей. Старательно делая вид, что не замечает изучения ею своей благородной персоны, он поднял факел повыше и, устроив походные сумки поудобнее, стал сосредоточенно вглядывался в коридоры, все медленнее уходящие вверх.

Платформа остановилась внезапно. Маги едва успели ухватиться за перила, чтобы не упасть. Тихо сойдя с посадочной площадки гномьего лифта, они вышли к развалившейся караульне, за которой виднелся широкий проход. Судя по картам, раздобытым в архивах Анклава, где-то поблизости должен быть перекресток, с которого можно выйти на путь Шантура. А он уж точно приведет к союзникам на поверхности и позволит им выиграть время. Пока маги находятся здесь, в мрачном и обширном Подземелье, ищейки безумных богов, рискуя быть убитыми другими магами или природными катаклизмами, будут долго, но понапрасну искать их по северным пустошам.

Несмотря на то что подземные залы были покинуты много столетий назад, гномья кладка держалась на удивление прочно. Дорога, по которой шли путники, была без выбоин и провалов, на ней лишь изредка попадались небольшие трещины, с каким-то странным прораставшим оттуда мхом. Он был какого-то особого, белесого цвета и источал настолько отвратительный запах гниющего мяса, что в местах его особо больших скоплений магам приходилось дышать ртом и идти быстрее. Несколько раз по пути им встречались ржавые рельсы и сломанные вагонетки (здесь когда-то располагался один из многочисленных рудников и плавильни). Переработанную продукцию отправляли на платформах выше: не только в складские зоны, но и на продажу народам с поверхности. Сейчас же спускаться в рудники стало смертельно опасно. Не один охотник за сокровищами усеял эти недра своими костями, поскольку помимо хищных тварей незадачливого вора подстерегали многочисленные ловушки, активированные гномами перед исходом.

Стараясь не угодить в одну из таких ловушек, отряд продвигался медленно, пристально изучая каждый участок пути в неровном свете факелов. Глухое эхо их шагов уносилось в постепенно расширявшийся коридор. Вскоре пространство увеличилось так, что свет факелов уже не достигал боковых стен. Маги остановились в центре помещения и осмотрелись. Это был зал, разделенный несколькими рядами колонн, украшенных огромными потухшими светильниками. Потолок терялся где-то высоко вверху. Со всех сторон с равными промежутками угадывались округлые провалы черноты внушительных размеров, к которым тянулись железнодорожные пути. Судя по карте, это и был Гостевой перекресток. Какой-то из этих проходов вел к той дороге, которой пользовались гномы для тайных выходов на поверхность. Об этом пути знали сейчас немногие даже из угасающего клана Гунзаберона, не говоря уже об остальных. Но Артмаэль прекрасно помнил рассказы своих предков о том, что в былые времена друиды с помощью гномов нередко совершали паломничества в Подземелье, дабы узреть своими глазами библиотеку Куанаритваккуу (ведь карлики были в хороших отношениях с загадочным жабьим народом).

Маг тяжело оперся на посох и, пользуясь кратковременной передышкой, постарался восстановить дыхание. Прожитые годы сгорбили его, ослабили, но все же не сломили. Стиснув зубы, Артмаэль последовал за своими спутниками. Хоть он и стар, но не покажет своей слабости, особенно этой странной волшебнице. Друид сразу же ощутил эманации тьмы, идущие от нее. Уж темную магию он знал прекрасно! Внутри него снова начала закипать давняя ярость, которую он все это время старательно пытался подавить. «Будь спокоен,- сказал себе Артмаэль. — Думай о миссии, а не о мести. Ее время еще придет. Потом. О, да!». Катрин не смотрела в его сторону, но друиду показалось, что она вся подобралась, как кошка, готовящаяся к прыжку. Хотя… это, наверное, тени хотят ввести в его заблуждение.

Маги подошли к одному из входов. Он был идеально круглой формы и укреплен гномьей сталью, которая в свете факелов переливалась причудливым огненным цветом. На дороге, выложенной кирпичами, вдруг также засверкала яркая полоса. Маги невольно ахнули: кирпичи были из чистого золота. (А гномы, оказывается, умели намекать гостям о своем несметном богатстве, ничего не скажешь). Хотя для горного народа, в отличие от народов с поверхности, золото не представлялось чем-то значащим. Для них куда более ценными были артефакты существ, что жили еще во времена до Пробуждения. Именно они стоили огромных богатств, и ради них же затевались войны и проливалась кровь.

Искать эти подлинные сокровища времени не было, и потому маги сосредоточились на решении более насущных проблем. У каждого входа стоял серебряный столб, испещренный всевозможными письменами. Витамир, подойдя к одному из них поближе, не смог сдержать восклицания:

— Вы только посмотрите! Да это же ранний морской диалект! В древних летописях, конечно, упоминалось о контактах с сухопутными жителями, но чтобы дойти до Севера?! — Подморьевца охватило то радостное возбуждение, которое испытывает каждый настоящий ученый, совершивший некое важное открытие. Витамир достал из походной сумки блокнот, в котором делал пометки, а затем, пристроив факел в трещине столба, освободил руки.

— Я так понимаю, ты знаешь, что там написано? — спросила Катрин, внимательно оглядываясь. Она краем уха услышала его ответ, но не запомнила, потому что все ее внимание в этот момент сконцентрировалось на одном из проходов. Там, во тьме, волшебница смутно ощутила знакомый ей отклик.

— Стой здесь и никуда не уходи, я сейчас приду,-предупредила она. Витамир что-то пробурчал, но Катрин уже направилась к проходу. Артмаэль, молчавший всю дорогу, вдруг увязался за ней. Катрин удивленно посмотрела на друида и сказала:

— Старик, тебе лучше остаться с нашим водным другом здесь. Там опасно.

— Не говори мне об опасностях, девочка. Я и без тебя чувствую угрозу, —пробурчал Артмаэль. — Что-то живое затаилось там, в темноте, а ты еще слишком молодая и порывистая, ненароком сгинуть можешь. За тобой глаз да глаз нужен.

Катрин вспыхнула от этих слов и уже собралась резко ответить наглому друиду, как вдруг из нескольких проходов послышался громкий шорох. Звук становился все громче и отчетливее, напоминая больше перестук маленьких ножей. Катрин напряглась, все ее ощущения уже не говорили, а кричали об опасности. Друид нахмурился и поудобнее перехватил своей боевой посох.

— Скорее! Назад к нашему морскому другу! — крикнул Артмаэль. Тем временем Витамира, погруженного в изучение надписей на столбе, казалось, ничто не волновало. Лишь когда двое магов подбежали к нему практически вплотную, он оторвался от перевода.

— О, вы так скоро вернулись! Что-то случилось? — удивился он. Катрин не успела ничего сказать, потому что звуки стали настолько отчетливыми, что громким эхом разлетелись по всему залу. Маги осторожно вернулись в центр Перекрестка, где на них не смогли бы напасть из-за спины, и приготовились к бою. Друид тихо бормотал про себя заклинания и посохом вырисовывал в воздухе какие-то светящиеся символы. Затем он направил посох вверх, и из наконечника вырвалась ярко-зеленая сфера, осветившая все пространство вокруг…

Враги были уже тут. Гигантские сколопендры, хищно щелкая жвалами, вылезали из нескольких проходов, предвкушая удачную охоту. Должно быть, эти твари учуяли магов еще во время их спуска, и с тех пор пытались их догнать. Гадать, однако, времени не было, поскольку чудовища уже окружали их и готовились к атаке. Катрин ухмыльнулась и подняла свой посох повыше. Из него заструились потоки темной магии.

— Ну что, друид, посмотрим, кто больше нашинкует насекомых? — спросила она, готовя заклинание.

— И во что я опять с вами ввязался? —грустно вздохнул Витамир и следом за своими товарищами принялся за дело.

Глава 2. Неприятности

Где-то в Ледяных пустошах, месяцем ранее…В самый разгар месяца Сафиро в северных пустошах бушевала снежная буря невероятной силы. Ветры поднимали гигантские облака снега и обрушивали их на землю с такой мощью, что дрожала сама земля. Стена бурана плотно закрывала небосвод, а видимость сводилась к нескольким метрам перед глазами.

Вся живность уже давно укрылась под землей и впала в спячку, за исключением некоторых особо опасных чудовищ, которых патрули северных магов обычно уничтожали на подступах к убежищам. Магические потоки вели себя непредсказуемо, и колдовать в это время и в этом месте было равносильно самоубийству (если только не знать особых приемов и не иметь под рукой особые артефакты). Ни один здравомыслящий и ценящий свою жизнь человек не рискнул бы путешествовать по пустошам в одиночку в такую бурю.

Трангост Меркер, молодой маг, патрулировал свой участок в районе Мийского хребта и Ущелья Копья. На сегодня ему выпала «первая» смена, и он был в прекрасном настроении, предвкушая встречу с друзьями в баре «Безбородый гном». Два месяца назад Трангост получил повышение до ранга Дозорный и в качестве награды — личного механического стража, похожего на огромного медведя с внушительными когтями и дополнительной оружейной установкой на спине. Внутри «Медведя» было достаточно просторно для такого худосочного парня, как он, поэтому патрулирование для юного мага проходило комфортно.

Участок, вверенный ему руководством, слыл относительно тихим и спокойным. За все время службы Трангосту попались лишь несколько белых медведей, один йети и парочка местных гулей, которые старались не приближаться к поселениям магов. Парень слышал от одного из старожилов, который периодически наведывался к ним торговать на аванпост, что однажды сюда забрел огромный ледяной змей, и уничтожить его удалось лишь силами гигантских конструктов и дюжины магов. Но это было очень давно, и юноша считал, что это, скорее всего, выдумка старика, который набивал себе цену.

Трангост осмотрел свою кабину, располагающуюся в передней части конструкта «Медведь». Три иллюминатора — один спереди и два по бокам — давали неплохой обзор окрестностей. Удобная система рычагов и кнопок позволяла управлять этой махиной настолько легко, что с этим мог справиться и ребенок. С правой стороны был прикреплен особый кристалл, позволяющий связываться с аванпостом и ближайшими патрулями, а с левой — закреплена доска со специальными камнями, которые светились сейчас ровным белым светом, означавшим отсутствие существ поблизости.

Маг уже прошел половину пути, когда один из камней сильно завибрировал и стал излучать желтый свет. «Ага, — подумал Трангост, — все-таки следят за мной гули поганые. Шугануть, что ли, их одним залпом?» Однако он все же решил идти дальше не отвлекаясь, и вскоре камень снова стал белым. Странно было встретить гулей в такое время на поверхности, но маг предположил, что это скорей всего разведчики. Твари часто патрулируют свои угодья, даже в такую ненастную погоду.

Спустя несколько минут «Медведь» вышел к Ущелью Копья, которое рассекало Мийский хребет надвое, являясь удобным проходом к Санмийску — огромному промышленному городу Северных кланов. Сейчас это место было стратегически важным в условиях масштабной войны с чудовищами и культистами на юге, а потому по периметру были выставлены дополнительные патрули. Правда, Ущелье Копья находилось на севере огромной долины, окруженной горами, так что добраться сюда, минуя мощные укрепления и гарнизоны на юге, было фактически невозможно.

Из-за магического бурана и схода потоков из далекого верхнего царства Этер приходилось сдерживать себя и не колдовать. Хотя машина была создана из специального сплава, который сдерживал магию, рисковать все же не стоило. Трангост сосредоточился на предстоящей вечеринке со своими друзьями-гномами и лениво осматривал окрестности больше для убийства скуки, чем с целью что-то увидеть, ибо вокруг стояла сплошная белая пелена, прерываемая порой мощными всполохами магических молний.

Вскоре камень начал светиться ярким синим цветом, что означало одно — свои. Через некоторое время маг подошел почти вплотную к «Топотуну». Гигантский человекоподобный механизм возвышался грозным утесом над уходящей вдаль равниной и охранял вход в ущелье, что было перегорожено мощной высокой стеной. Из-за бури ее не было видно, да и «Топотун» лишь смутно выделялся из-за своих прожекторов, которые худо-бедно прорезали снежную пелену. Трангост знал, что использовать кристалл сейчас было запрещено, но существовала система сигналов, поэтому он щелкнул тумблером на панели приборов, и глаза его «Медведя» ярко вспыхнули, после чего он начал последовательно включать и выключать их по установленным интервалам, сигнализируя о своем статусе и номере патруля.

Однако отряд «Топотуна» не ответил. «Странно, — подумал маг, — они там заснули, что ли?». Он повторил еще раз свой отчет, но конструкт сохранял молчание. Что-то здесь было не так. Некое нехорошее предчувствие охватило парня. Так, сохранять спокойствие, собраться. Дозорный решил подойти поближе и проверить обстановку. Вылезать в такой буран было самоубийственным решением, поэтому Трангост хотел лишь осмотреть конструкта получше, а затем отправиться к ближайшему аванпосту, который находился в пограничной крепости в Ущелье Копья — это примерно в пяти километрах отсюда.

«Медведь» осторожно приближался к огромному конструкту. Вблизи это чудо магической и инженерной мысли внушало еще больший ужас. Огромные конечности с острыми когтями и хватами могли разорвать на куски даже огромного змея или элементаля, а уж с его машиной этот стражник расправится в два счета. Хотя чего ему бояться, это же ведь свои, ему нечего…

И тут «Топотун» внезапно ожил, и его прожекторы направились прямо на него. Камни — все разом — окрасились в кровавый цвет и резко завибрировали.

— Вот же гадство! — только и успел произнести Трангост, когда огромный механизм внезапно атаковал его.

***

Подземелье, настоящее время

Подземелье озарилось яркой вспышкой, за которой последовал пронзительный скрежет. Гигантский жвальщик, разорванный на части, бился в конвульсиях, разбрызгивая вокруг зеленоватую кровь. Пока тварь испускала дух, чей-то силуэт перемахнул через нее и выпустил несколько зеленых сфер из посоха. Они осветили пространство вокруг, показывая врагов, которые уже кишели в гномьем зале. Из нескольких проходов прибывали все новые особи, окружая небольшую группу магов.

— Давай шевелись, морячок! — воскликнул силуэт голосом Артмаэля. — У меня скоро закончатся силы!

— Я и так тороплюсь как никогда в жизни, куда ещё быстрее!? — проорал Витамир, выписывая символы с указательного столба. — Не отвлекай меня, я и так на грани срыва!

— Тогда заткнись и работай! — Артмаэль ударил посохом о землю, и мощная волна воздуха сбила трёх ближайших тварей. Затем, отпрыгнув в сторону от рванувшегося к нему жвальщика, он перехватил посох и ударил чудовище со всей силы. Вспыхнул зелёный свет, и жвальщик переломился надвое. От визга и скрежета у друида заложило уши, но он не обращал на это внимания.

«Главное — не стоять на месте». Старик словно преобразился. Не осталось хромоты, согнутой фигуры и неуклюжести. Артмаэль стремительно перемещался с места на место, разя чудовищ своим посохом, разбрасывая их воздушной волной, разрывая на куски яркими взрывающимися сферами. Но так продолжаться долго не могло. «Куда подевалась эта треклятая ведьма? Небось, удрала быстренько, гадина, чтоб её корни разорвали!» Словно в ответ на его вопрос, несколько жвальщиков синхронно вздрогнули и засеменили на месте своими конечностями, истошно визжа: возникшие из ниоткуда шипы, словно сотканные из тьмы, пронзили их насквозь.

Во мраке послышался раскатистый хохот.

— Скучал по мне, старик? — издевательским елейным голосом спросила Катрин.

— Тьфу на тебя, — сплюнул друид, — лучше делом займись!

Колдунья ухмыльнулась, а затем резко отпрыгнула в сторону и раскинула руки. Чудовище, прыгнувшее на то место, где мгновение назад стояла Катрин, споткнулось, после чего увязло в ставшей жидкой земле. За несколько секунд жвальщик почти целиком скрылся в чёрной жиже, а Катрин вновь исчезла в тенях.

Пока оба мага состязались в изощрённых способах убийств чудовищ, Витамир судорожно пытался перевести надпись. Это был уже третий по счёту проход, и к этому моменту ученый мог достаточно быстро определять значение новых слов морского диалекта. Но этой чокнутой ведьме казалось, что дело идёт слишком медленно. Она вообще понимает, насколько это сложно? Это не руками размахивать и пялиться на свою жертву. «Чтоб её сирены забрали», — ругнулся в мыслях Витамир и опасливо обернулся. Ему казалось, что эта ведьма каким-то образом угадывала, о чём он думает. «Ещё ненароком проткнет своими темными шипами, ну её».

Бой пока протекал на значительном расстоянии, все чудовища с завидным азартом бросались к двум магам и столь же резво либо погибали, либо отступали покалеченными, но на их место спешили всё новые и новые силы. Ну хоть отвлеклись эти твари на Катрин и того сумасшедшего старика, как его там… Артмаэля, Артуэля, Артэмаля. Океан бы их побрал, этих сухопутных и их имена!

Вход, возле которого работал ученый, выглядел менее заброшенным и потрепанным. Было видно, что им пользовались не так давно. Витамир уже перевел достаточно для анализа и принялся складывать слова в кодовые фразы. Древний морской диалект имел одну особенность: его использовали для шифровки посланий, чтобы сбить с толку того, кто несведущ в обычаях Морского народа и отдельных сведениях, что знают лишь избранные.

Вдруг слева, в нескольких метрах от ученого, прогремел взрыв, и подморьевца забрызгало чем-то липким и вонючим.

— Да сколько ж можно-то? — завопил он. — Сражайтесь в другом месте, чтоб вас всех на реях вздернули!

Витамир весь трясся от гнева. Неужели нельзя дать ему сосредоточиться? Проклятые маги, только и мечтают что-то да испортить, не понимают, что от его работы зависят и их жизни тоже! Не переставая ругаться и проклинать своих компаньонов, Витамир, тем не менее, смог завершить перевод в сжатые сроки. Вот оно, Шантура! В надписи он обнаружил заветное слово. Что ж, повоевали, пора и честь знать.

— Эй вы, сухопутные недобитки, бегом сюда, я нашёл нужный путь! — Витамир кричал во все горло и неистово махал руками, позабыв об осторожности. Что незамедлительно вышло ему боком: несколько жвальщиков заинтересовались подморьевцем и на всей скорости устремились в его сторону.

— Ой-ей…

Витамир попытался сбежать в нужный проход, но путь ему уже успела перерезать особо крупная тварь, чью голову украшали огромные рога. Что ж, похоже, что сюда решил сбежаться весь выводок жвальщиков, раз ученый сумел нарваться на Принца. Ну а где Принц, там и другие, более опасные, представители роя этих гигантских чудовищ. Принц жвальщиков наклонил голову, словно бы изучал дрожавшего от страха перед ним ученого, но эта пауза явно будет длиться недолго, после чего подморьевец станет неплохим дополнением к щедрому обеду местной агрессивной фауны.

Катрин срезала лезвиями из тьмы ещё нескольких тварей и смогла подобраться к друиду, который в это время с особым рвением потрошил с помощью гигантских корней крупного жвальщика.

— Эй, старик, давай выбираться, а иначе сюда сбежится весь поганый выводок.

— Не надо поучать меня, девочка, я их чувствую и знаю, что сюда идёт целая армия. Где там наш треклятый переводчик, ты его видела?

Катрин не успела в своей дерзкой манере ответить заносчивому старикану, как вдали раздался знакомый им вопль. «Опять спасать этого идиота», — горестно подумала Катрин. По условному сигналу друид и колдунья создали комбинацию из мощной ударной волны и темных лезвий, расчищая себе пространство вокруг, а затем резво побежали на знакомые вопли.

— Нет, нет, уйди, тварь, кыш! — подморьевец вовсю прыгал и уворачивался от хищных жвал и когтей Принца. — Не ешьте меня, лучше ту ведьму возьмите, она вкуснее!

Вскоре твари прижали ученого к стене. «Вот и приплыли», — подумал он и зажмурил глаза. Но никакого нападения не случилось. Открыв глаза, Витамир увидел, что с десяток тварей, окруживших его, почти целиком погрузились в жидкую землю и затем окаменели. А ещё заметил рядом стоявшую Катрин, которая сверлила его столь гневным взглядом, что ученый всерьез опасался появления на его теле сквозной дыры.

— Ээээ, ты не подумай, я не хотел на самом деле бросать тебя им на съедение, это все было для отвлечения внимания, на самом деле я имел в виду…

— Заткнись.

— Ладно, понял.

— Ты нашел способ открыть дверь?

— Да, я нашёл кодовое слово, за мной.

Ученый повел их вглубь прохода, друид держался к нему поближе, молча создав огромную сияющую сферу, что парила над его посохом. Замыкала это небольшое шествие Катрин. Она создала огромный шар из клубящейся и искрящейся черноты, которая бурлила и была готова прорваться наружу в любой момент. Закончив заклинание, колдунья побежала со всех ног вглубь тоннеля.

— Быстрее, вы, черепахи! — только и успела прокричать она, как чудовищный силы взрыв повалил их на землю, забросав кусками грязи и камней. Грохот был такой, что ушные перепонки не выдержали, и из ушей пошла кровь. Больше всего повезло, как ни странно, подморьевцу — он отделался небольшими ссадинами и синяками. Артмаэль оказался присыпан землей, а у Катрин из разбитого лба стекала кровь. Можно сказать, что легко отделались.

— Вы целы и живы? Вот и чудно, надо идти дальше, — колдунья собрала некоторые свои пожитки, разбросанные взрывной волной, и посмотрела на последствия своей работы. Прохода не существовало больше. Огромный завал надежно отделял теперь их от выводка жвальщиков и возможности повернуть назад. Теперь у них был только один путь — вперед, в неизведанную и опасную Шантуру, о которой ходило немало мрачных легенд. У них было задание, и от его выполнения зависело существование всех Северных кланов.

Спустя несколько минут небольшой отряд, осмотрев свои раны и собрав пожитки, продолжил путь. Проход был достаточно широким и высоким, и даже Артмаэль, несмотря на свой рост, не мог достать посохом до потолка. В пещере царил полумрак, который частично рассеивался благодаря множеству светящихся грибов, растущих на стенах и на земле.

Внимательно изучив их, Витамир определил, что это пещерный подвид меницелиев, который часто встречается в пещерах на юге Грандланда. «Ещё один намёк на тесную связь с Морским народом», – подумал подморец. «Интересно, как долго поддерживали отношения гномы Гунзаберона с моими предками и почему о них не знают в Тамаисе? Неужели это было так давно, что сведения о них затерялись во времени?»

Ему хотелось поскорее попасть в Шантуру, где, вероятно, найдутся ответы на многие вопросы. Однако Витамир боялся, что времени у него не будет, ведь задание не терпело отлагательств.

Кстати о задании: почему Совет решил доверить такое ответственное дело им троим? С Витамиром всё понятно – он был лучшим учёным, знатоком древних языков и магии морских людей. Но остальные двое… Артмаэль – слишком мутный и неприятный тип, который, кажется, уже погряз в своих мыслях о природе. Он, безусловно, талантливый друид – вон как покосил своей магией жвальщиков. Но что в нём было такого, что склонило решение Совета в пользу его кандидатуры?

А эта ведьма? (Витамир содрогнулся при мысли о ней). Эта жуткая женщина наводила на него больше ужаса, чем все известные ему монстры. А ну как ненароком она решит прикончить его только потому, что у неё будет плохое настроение или он случайно в пылу сражения испортит ей причёску? Нет уж, он был готов остаться с теми жвальщиками наедине, лишь бы не продолжать путешествие с ней, однако выбор сделали за него. Проклятые северные маги – вечно у них всё не как у нормальных людей.

Задумавшись, Витамир не смотрел под ноги и, зацепившись за корень, упал на землю, уткнувшись лицом во что-то неприятное. Вспоминая все морские ругательства, он начал подниматься, но над головой просвистело что-то, и раздался глухой треск.

— Замри и не шевелись! — крикнул Артмаэль.

Подморьевец послушно замер и с тревогой ждал. Он услышал шаги друида за спиной, но не рискнул повернуться, опасаясь новых неприятностей.

— Угу, да… Этого следовало ожидать, — пробормотал старик, и ученый почувствовал, как около его левой руки начали сплетаться пробивающиеся из-под земли корни. Вскоре они надежно зафиксировали неприметный камень, который оказался спусковым механизмом ловушки, случайно активированной подморьевцем. Как только дело было сделано, Витамир смог встать и наконец-то выдохнуть. Проклятый туннель! Еще немного, и он мог бы оказаться пригвожденным арбалетным болтом к стене.

— Похоже, хозяева этих проходов не особо жаловали чужаков, — усмехнулась Катрин. Вот же несносная ведьма! Он чуть головы не лишился, а она находит это забавным.

— Могли бы сказать мне спасибо, а то бы сами сейчас ходили слегка изрешеченными стрелами, — буркнул подморьевец.

— Это ты благодари меня, что не находишься в этот момент в желудке жвальщика. Хотя после твоих слов соблазн был велик это сделать.

— А ты могла бы и осторожнее запечатывать проходы. С таким подходом к делу мы точно не дойдем.

— А ты…

— Хватит! — рявкнул друид. — Препираетесь тут как дети, аж тошно. Давайте сосредоточимся на деле. Подморьевец благодаря случаю обнаружил ловушку, и мы теперь знаем, что проход небезопасен, нужно смотреть в оба. И он же, Катрин, нашел для нас верный путь, не забывай. И хоть ты мне не нравишься, сама знаешь, однако благодаря тебе мы сейчас не бежим сломя голову по тоннелю, убегая от улья жвальщиков. А теперь, если каждый удовлетворен чувством собственной значимости, давайте поищем безопасный проход.

Никто не стал спорить с Артмаэлем, поэтому отряд молча и аккуратно продвигался вперед. Ловушек гномы оставили действительно много. Они были так искусно спрятаны, что маги несколько раз лишь чудом оставались живы. Осложняло ситуацию плачевное состояние прохода. Местами он был завален мусором и обломками, а на первой развилке часть пути была подтоплена подземными ключами. У следующего перекрестка Витамир чуть не угодил в яму с шипами, которая располагалась прямо перед указателем. Надписи почти стерлись, но из прочитанного ученый понял, что их путь лежит вперед. Дальше тоннель еще больше расширился и постепенно стал спускаться вниз, в недра земли. Дорога здесь была сложена из крупных каменных блоков, идеально подогнанных друг к другу. Стены были скруглены и украшены различными гномьими рунами и сценами из повседневной жизни: охота на подземных чудовищ (от вида некоторых тварей подморьевца бросало в дрожь), роскошные пиры, добыча драгоценных металлов. Сотни рисунков, выполненных столь искусно, что у путников захватывало дух. Друид даже рискнул сделать несколько светящихся шаров, чтобы получше рассмотреть эти шедевры гномьего искусства. На некоторых сценах были запечатлены гости, пришедшие издалека. Некоторые из них выглядели даже устрашающе и напоминали…

— Да это же горгосы! — воскликнул от изумления Витамир. — Эти твари и здесь были? И гномы их не перебили еще на пороге?

— Кто такие эти горгосы? — недоуменно спросила Катрин.

— Отвратительные создания, живущие в темных глубинах морей. Мой народ уже очень давно воюет с ними. Я считал, что они были исконными обитателями вод, но получается, что их предки пришли с суши! Удивительно. Хотя возможно и то, что гномы перепутали их с кем-то похожими на горгосов тварями.

— Понятно — очередные враги в нашем и без того длинном списке, — проворчал друид. — Надеюсь, их здесь мы не встретим, если это все же горгосы?

— Они не могут долго существовать без воды, а свет губителен. Нужно очень сильное колдовское заклятие, чтобы поддерживать их жизнь на суше.

— Это главное, а сейчас давайте поищем укрытие и немного отдохнем. Путь нам предстоит неблизкий.

Вскоре маги нашли заброшенное невысокое строение около тракта, сложенное из гранита. Внутри было сухо и пыльно, местами стены и пол были покрыты небольшими трещинами. Несколько вырубленных окон закрывались массивными металлическими ставнями, двери были обшиты листами из стали. Все в этом месте указывало на хорошую защиту.

— Похоже, это что-то вроде небольшой заставы для защиты путешественников, — предположил Витамир.

— Если так, то от кого они защищались в те времена? — мрачно спросила Катрин.

Ответа ни у кого не было на этот вопрос, а вслух высказывать предположения не хотелось, поэтому отряд молча расположился в центре самой крупной комнаты, перед этим проверив все входы и выходы. Удостоверившись, что ставни закрыты, а обе двери плотно прикрыты, маги позволили себе наконец-то долгожданный сон. Спать решили по очереди, разделив время дежурства. Первым должна была сторожить Катрин. Ведьма уселась поудобнее и принялась что-то тихо напевать себе под нос. Ее силуэт был окутан тенями, что тянулись к ней со всех углов. Слабый фосфоресцирующий свет не мог разогнать здешний полумрак, а лишь сгущал его еще больше. Друид, воспользовавшись передышкой, уселся поудобнее у дальней стены и достал трубку с табаком. В полумраке зажегся огонек, и вскоре клубы табачного дыма заполонили сторожку.

Друид погрузился в особое состояние, доступное лишь тем, кто был сведущ в магии природных аватаров. Пока его тело отдыхало, разум воспарил, стал свободен от телесных оков и устремился вдаль. Артмаэль нередко прибегал к этому способу для разведки и поиска возможных угроз, но слишком далеко от тела отдаляться было смертельным риском. Мир вокруг словно преобразился: тьма отступила, все пять чувств сплелись в единый клубок, превращая картину вокруг в мешанину звуков, света и запахов. Неподготовленные друиды порой сходили с ума от таких невообразимых иллюстраций, поэтому Хождению обучались самые стойкие и прошедшие испытание. Артмаэль парил на высоте нескольких метров и ощущал, как из сторожки, что выглядела для него сейчас как клубок серого землистого запаха, выстреливают прямыми лучами тепло и звуки храпа подморьевца.

Друид долго привыкал к тому, что смесь всех ощущений порождала столь причудливые образы, но постепенно он стал различать в этом хаосе определенные закономерности. Так, спиралевидные потоки пульсирующей тьмы были порывами воздуха, который дул откуда-то спереди. А там дальше впереди друид заметил молниевидные тусклые нити, изредка вспыхивающие на стенах. Шаги. Нечто крупное направлялось в их сторону. Возможное сражение, которого лучше бы избегать. Судя по направлению, путь в Шантуру лежал через Сэктулаг — гигантскую глубинную сеть пещер. Слухи, которые доходили до друида об этом месте, не сулили отряду ничего хорошего, поэтому нужно было как можно тише и быстрее миновать это место. Но тихо и с этим неуклюжим подморьевцем? Да это все равно что зажечь сигнальный огонь и нарисовать на себе мишень. Астральная проекция еще пару часов парила вокруг места ночлега, выискивая потенциальные опасности и проверяя ближайшие развилки.

Решив, что узнал достаточно, Артмаэль попытался вернуться в своё тело, но внезапно почувствовал, что что-то препятствует этому. В недоумении он попытался снова, но мощный импульс отшвырнул его назад. Растерянный друид осторожно подлетел к своему телу, которое представлялось ему зелёным ярким пятном желеобразной формы, от которого исходили жёлтые отростки. Это были магические нити, связывающие тело и его разум. Однако при детальном рассмотрении он заметил, что эти отростки туго сжаты щупальцами чёрной слизи, которые исходили откуда-то из-под пола сторожки. Эти щупальца опутали не только его тело, но и спутников.

Похоже, пока он был в своём внутреннем мире, к ним подкралось нечто опасное. Как он мог не заметить опасность, находясь так близко? И почему Катрина, которая обычно хорошо чувствует опасность, не предупредила его? Впрочем, эти вопросы можно задать позже, сейчас главное — спастись. Артмаэль решил действовать иначе и, вместо того чтобы действовать напролом, стал осторожно искать бреши в щупальцах слизи, подныривая под них и медленно растягивая. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем брешь стала достаточной, чтобы друид одним мощным рывком преодолел препятствие и вернулся в своё тело.

Возвращение сознания было тяжёлым, словно голову сдавили чем-то свинцовым, а сверху пританцовывали несколько человек. Открыв глаза, Артмаэль не сразу смог разглядеть ничего вокруг — мешала мутная пелена перед глазами. Он попытался встать, но руки и ноги были опутаны чем-то, и голову тоже не получалось поднять. Пелена перед глазами обрела очертания, и он понял, что это не у него в глазах туман, а странные ростки белесого цвета, которые пытались проникнуть под кожу. Друид ощутил острую боль. Мицелий! Гифы неизвестного гриба пытались буквально высосать из него жизнь. Ну уж нет! Не хватало ещё умереть в подземелье от какого-то дурацкого гриба-переростка. Артмаэль воззвал к магии и попытался создать мощный взрыв чистой энергии, но он получился намного слабее, чем ожидалось. Видимо, поганец подземный поглощал не только жизненные соки. Однако магическая волна всё же смогла разорвать сеть, опутавшую друида, и тот успел вскочить на ноги.

Картина, представшая его взору, была жуткая: ещё недавно относительно чистая сторожка теперь была полностью в грибных гифах, которые с ужасающей скоростью распространялись по помещениям. Они появлялись из-под земли, взламывая каменный пол, как будто тот был картонным, и ползли по стенам до самого потолка. А ещё практически полностью опутали подморьевца и колдунью. Они уже проснулись и изо всех сил пытались выпутаться, но грибные сети были очень прочными. Артмаэль схватил свой посох, который буквально вырвал из цепких нитей, а затем с его помощью создал колдовской огонь. Заклятье было не особо мощным, чтобы не спалить с грибами заодно и нерадивых путников, но достаточным для того, чтобы за короткое время оставить от враждебной жизни лишь обугленные воспоминания.

Вскоре Витамир и Катрина были уже на ногах, слегка подпаленные, злые и обессиленные — мицелий высосал из них много жизненной энергии.

— Горгоса тебе в постель, Артмаэль, как ты мог проморгать появление грибов? — взвился Витамир. — Да меня чуть не слопали, пока ты непонятно чем занимался!

— Я занимался разведкой, пока ты храпел так, что чуть не привлек кого-то крупного. Надо было оставить тебя с ним наедине, может тогда у меня получится спокойно пройти проклятое Подземелье с каким-то шансом выжить, — проворчал Артмаэль, хотя вид у него был немного сконфуженный. Потому что всё же подморьевец был прав, подумала про себя Катрина, друиду следовало быть более внимательным. Она бы с удовольствием помогла Витамиру приструнить друида, но сейчас у них появились новые неприятности.

— Парни, давайте вы пока заткнетесь, ладно? Потому что мы не одни.

Оба её спутника недоуменно посмотрели на колдунью. Затем Артмаэль, видимо, что-то почувствовал, потому взгляд у него сделался задумчивым и встревоженным.

— Да, я тоже чувствую.

— Что, что вы чувствуете? — спросил Витамир, испуганно озираясь по сторонам.

— То, что сулит нам проблемы, — буркнул друид, создавая небольшой световой шар. Его тусклый свет озарил просторы сторожки, которая после нашествия грибов и колдовского пламени выглядела плачевно. В некоторых местах пол просел или вовсе провалился, открывая проходы куда-то глубоко во тьму. Оттуда веяло сыростью, плесенью и каким-то ещё неприятным, но смутно знакомым запахом. Вскоре земля под ногами начала слегка вибрировать, дрожать, словно к ним навстречу двигалась целая лавина. Маги осторожно выглянули наружу, но сейчас в тоннелях стоял такой кромешный мрак, что не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Все мицелии в тоннеле резко погасли, тоже почувствовав какую-то угрозу.

— Что будем делать? Я не хочу помирать от непонятно чего, — сказал Витамир. Голос его слегка дрожал, что для него было признаком невероятной храбрости.

Катрина обдумывала варианты, а друид подошел к одной из дыр в полу, в которую могли протиснуться даже они. Между тем вибрация и дрожь нарастали, становясь всё сильнее. Послышался странный отдаленный шорох и резкие поскрипывания. Это не к добру.

— Предлагаю пойти туда, — сказал друид, указав посохом на дыру, — с грибами мы всяко справимся, а вот с гигантским ройщиком, боюсь, у нас силёнок маловато тягаться.

— Поправка — с выводком ройщиков, — сказала Катрина. Она-то чувствовала сквозь тьму, что к ним приближается огромная стая этих тварей. Что-то их заставило сорваться с насиженных мест, бежать подальше. Это точно не к добру.

— Тем более. Витамир, собери вещи, я создам световые сферы и пойду первым, в случае чего расчищу проход. Катрина замыкает отряд.

— Тоже мне, нашли носильщика, — проворчал подморьевец, взваливая походные сумки.

— Заткнись и давай шевелись. Сейчас мне и друиду нужны свободные руки для колдования. Местных тварей твоими навыками чтения языков не убить, так что будь полезен.

Витамир скорчил недовольную гримасу, но не стал спорить. Через минуту отряд, собрав свои вещи, поспешно стал пробираться в проем, найденный друидом. Он находился в дальнем углу сторожки и практически сливался с тенями. Подойдя к пролому, друид остановился и ткнул посохом в темноту. Что-то истошно завопило и убежало вглубь тоннеля.

— И ты нам предлагаешь туда идти? С ума сошел? — спросил Витамир. Как же он мечтал оказаться подальше отсюда, где-нибудь на берегу моря или лучше в собственном рабочем кабинете.

Артмаэль хотел уже было что-то сказать грубое, но тут земля затряслась и раздался грохот. Маги невольно попадали и кубарем скатились по пролому куда-то вниз. Сверху послышались звуки рушащегося потолка и падающих камней, сквозь которые можно было расслышать странные скрипы и завывания, которые быстро отдалялись.

Вскоре путники оказались в небольшой пещере, освещаемой тусклым зеленоватым светом, который исходил от колоний грибов и лишайников, густо покрывавших своды. На земле среди выбоин и ям виднелась странная кладка камней, напоминающая работу человеческих рук.

Поднявшись, маги осмотрели себя и свои вещи. К счастью, почти ничего не было сломано, а на руках и ногах были лишь небольшие ушибы и ссадины. Катрина внимательно осмотрела пещеру.

— Мне не нравится это место, — тихо произнесла она. — Я чувствую здесь много живности. Похоже, впереди множество пещер.

— Всё так, — мрачно ответил друид, внимательно изучая проходы, ведущие из пещеры. — Кажется, это верхний уровень Сэктулага.

— Сэктулаг? Никогда не слышал о таком месте, — сказал Витамир.

— О нём мало что известно. А того, что известно, достаточно чтобы держаться подальше отсюда. И у меня нет желания сидеть здесь и ждать, пока сюда сбегутся местные обитатели. Давайте сначала найдём безопасное убежище, чтобы переночевать.

— Интересно, есть ли здесь вообще такое безопасное убежище, — задумчиво произнесла Катрина.