Хроники Сьёррердаля. Все пути сойдутся на болотах. Часть 1.

Вступление

Моё путешествие по графству Хорть оказалось долгим и насыщенным, и к тому времени, когда я писал свои заметки на последних оставшихся у меня чистых страницах я уже направлялся домой. Мой дорогой граф как раз вернулся из похода в Аколонию и мы с ним успели как следует отметить завершение моей поездки. Однако на обратном пути, ради науки, я рискнул проверить ещё одно место. Название его даже указывать не буду из уважения к этим древним стенам. Но скажу следующее. Это было мерзкое, противное честному человеку место, в котором нашли пристанище существа ещё более мерзкие и противные. Чудовища, служившие раньше врагам нашим, а после их поражения оставшиеся в наших землях и отравляющие их теперь изнутри. Они словно яд в нашей крови, а места подобные этому — язвы на нашем теле. И признаюсь вам, уважаемые господа, горько мне осознавать, что ещё столько тёмных мест, полных зла, осталось на нашей земле, распространяющих вокруг себя страх и тьму…

Отрывок из планового доклада старшего исследователя брата Брийна Второго Виссеншафта.

Вступление.

Вода бежала между камней и костей, вливаясь в реку, которая уходила дальше до самого горизонта. Многочисленные камни были большими и острыми, иные из них, если их вытащить, доходили бы человеку до пояса. Они буквально устилали собой всё дно реки. Но кости были больше.

К западу от Гребхауста и к северу от Яблочных деревень река Критка впадала в более широкую и глубокую реку Румб. По ним часто справлялись лодки и плоты, иногда ходили торговцы шкурами, инструментами и пивом, а ещё их любили рыбаки. С самых давних времён рыбы в этих реках было не мало и для жителей поселений, расположенных в отдалении от побережья, реки Критка и Румб всегда были спасением. В тёплые месяцы окрестные поселенцы нередко встречались друг с другом в месте впадения рек для обмена товарами и новостями. И все они строили догадки относительно тех костей, что лежали здесь.

Никто из жителей ближайших поселений не знал откуда они здесь взялись и как давно лежали. Здоровенные рёбра выступали из воды и смотрели вверх словно изогнутые копья. Трёхпалая лапа лежала на берегу, словно схватив ею один из здоровенных каменей. Но больше всего вопросов вызывал череп. Одна половина его выступала из воды, а другая скрывалась глубоко под ней. На нём было столько трещин, что вопрос об их происхождении многим казался важнее вопроса о принадлежности черепа. Тем более, что на второй вопрос ответа ни у кого не было. Никто не знал, кому эти кости могли принадлежать. Судя по их размерам, они принадлежали существу значительно большему, чем любой фургон или породистый бык. По всему было видно, что при жизни оно было ничуть не меньше целой яхты. Местные жители даже дали этим костям прозвище, правда, далеко не одно. Поэтому в каждой деревне их называли как-то по-своему. Ползущий дракон, Гребхаустский монстр, Большой Пьянчужка.

Те рыбаки, которые пришли сюда этим вечером называли их костями Туверга — старинного чудовища из страшных детских сказок, который отправлял к детям своих питомцев, чтобы те потом привели их к нему. Рыбаки метали камушки в кости и соревновались друг с другом кто больше попадёт. Они занимались этим до тех пор единственный не принимающий участие в игре рыбак не поднялся и не окликнул их.

— Так, хватит! — крикнул он, отряхивая штаны. — Достаточно играть. Давай делом заниматься.

Рыбаки пришли сюда из поселения под названием Згравки для того, чтобы проверить сети и ловушки для рыбы, которые поставили здесь во время прошлого посещения. Теперь же они заполняли корзины, которые взяли с собой, одновременно гадая насколько большим будет сегодня улов. Самый главный из рыбаков, седовласый мужчина, не принимал участия в проверке сетей. Он наблюдал, руководил, подгонял и постоянно приговаривал, что в его время всё было по-другому.

— Когда мы разбирали эти сети и ловушки нам всё время было нужно торопиться, — рассказывал он своим подчинённым уже далеко не в первый раз. — Монстры и всякие твари подбирались к этим рекам на водопой и часто нападали на таких же рыбаков, как и мы с вами.

Он рассказывал всё это снова и снова, каждый раз, когда они отправлялись за очередным уловом, но простые рыбаки не прерывали его, а внимательно слушали.

— Да, тогда нам постоянно приходилось поторапливаться. Никто не хотел быть сожранным, — он усмехнулся, а потом снова посмотрел на своих подчинённых. — Теперь же монстры сюда больше не приходят, вот никто из вас и не торопится. Лодыри и лентяи.

Он махнул рукой, как делал уже не в первый раз, а потом принялся считать пойманную рыбу. Считал он громко и прервался только тогда, когда один из рыбаков задал ему вопрос.

— А куда делись ваши монстры?

— Что? — не понял главный рыбак.

— Вы говорите, что в ваше время сюда постоянно приходили монстры и поедали таких же рыбаков, как и мы.

— Не просто поедали. Они пожирали их, предварительно разрывая на части!

— Ну хорошо. Так куда же все эти монстры пропали?

— Да, почему они перестали приходить? — поддержал другой рыбак.

Седовласый мужчина посмотрел на них так, как смотрят на детей, которые только что сказали какую-то глупость. Потом он выругался, довольно грубо, но просто и незатейливо.

— Вот вы и лодыри бестолковые, — произнёс он. — Куда, говорят, ушли монстры? А куда они, по-вашему, могли уйти? Конечно, на болота.

Болота. Все тут же посмотрели в их сторону. Они виднелись вдалеке, на самом краю горизонта. Место, которое вызывало у здешних жителей самые неприятные чувства, включая страх и презрение. Крайне опасная комбинация в любых руках.

— Они ушли на болота, — повторил главный рыбак. — Потому что их позвали туда их хозяева. Не знаю, что они там могут есть, может быть, и друг друга. И пусть! Главное, чтобы не людей.

Даже несмотря на то, что болота виднелись на самом краю горизонта, их нельзя было ни с чем спутать. Они сияли. Многочисленные огоньки сияли как ночью, так и днём и были хорошо заметны даже с большого расстояния. Поэтому люди и прозвали их Сияющими болотами. Место, о котором по всему Забытому Краю расползались самые мрачные и грязные слухи. Не считая разве что Подтопленного города и бывшей столицы королевства Хистерии.

Все рыбаки работали и посматривали в сторону болот с подозрением. Разговор о монстрах пробудил у них интерес поддержать его и вскоре они начали делиться друг с другом уже старыми или совсем новыми историями об этих болотах, а также правдивыми, приукрашенными и откровенно выдуманными рассказами.

— Говорят, что Туверг тоже ушёл на болота со всеми своими питомцами. Его тоже позвали.

— Позвали, а потом он ушёл оттуда. Вот же его кости!

— Там вообще всякая дрянь собирается. Все, кто миру людскому противен!

— У меня друг из Тилек ходил туда и смог вернуться обратно! И такое рассказывал! Там существа, что передвигаются над болотами на длинных и тонких ногах! А ещё у них клешни, которыми они любой щит сломать могут!

Главный рыбак слушал их и только качал головой. Давно уже нельзя было разобрать что правда, а что ложь во всех этих разговорах. Одно было понятно совершенно точно — Сияющие болота являлись местом, от которого люди старались держаться подальше, поскольку в их пределах обитали самые разнообразные монстры и чудовища, нападающие как друг на друга, так и на всех, кто рисковал вторгаться в их владения. Нелюди кровопийцы, похитители дров и таинственные чудовища, что правят болотами. О ком только не рассказывали проходящие через округу путники, староста Згравок и соседи из ближайших деревень. Но среди всех нелюдей и чудовищ выделялись одни, о которых с особенным усердием сочиняли выдумки.

— А кто позвал этих монстров? — спросил наконец самый молодой из рыбаков.

Разговоры тут же стихли и все посмотрели на главного рыбака. По негласно сложившейся традиции об этом рассказывал только он.

— Те, кто правят болотами, — заявил седовласый мужчина. — А заодно и всеми их обитателями. Ты наверняка о них слышал.

Молодой рыбак смутился и посмотрел на своих товарищей. О тех, кто правит Сияющими болотами в Згравках слышали все, вот только разговаривать о них громко и много было нельзя. Староста поселения почему-то запрещал о них распространяться и сразу же выходил из себя, когда кто-то нарушал установленное им правило.

— Мой старший брат как-то рассказывал мне о них, — наконец признался молодой рыбак. — Но только не много.

— Конечно, не много, — усмехнулся главный рыбак. — Наш дорогой староста не любит про них болтать. А здесь можно, здесь все свои. Твой брат говорил тебе как называются эти твари?

— Он не называл их, только сказал, что им служат всякие монстры.

— Их называют Покровителями, — сообщил главный рыбак, который явно был рад поделиться очередной историей или выдумкой. — Так их кличут в Влерте, в Гребхаусте и в Яблочных деревнях. И также их называют большинство моих знакомых.

— Покровители? И они правда правят Сияющими болотами?

— Полная правда, — подтвердил мужчина. — Сияющие болота — это их вотчина. Они прячутся где-то там в глубине, среди огоньков в своих таинственных дворцах, которые почти никто из людей не видел. Однако тебе повезло, и один мой друг побывал там!

Все рыбаки слушали молча. Все знали, что у главного рыбака есть друг, который живым выбрался с Сияющих болот. И каждый раз, когда они приходили проверять ловушки для рыбы они ждали, когда он начнёт рассказывать истории, услышанные от этого самого друга. Потому что истории о Покровителях несмотря ни на что были самыми популярными в поселениях, расположенных возле Сияющих болот.

— И много там таких дворцов? — спросил один из рыбаков.

— Никому это неизвестно, но они явно больше любой старинной постройки в Влерте или в Гребхаусте. Здания странной и чужой людям архитектуры, с кривыми коридорами и стенами, где с потолков свисают кости слуг, прислуживавших там раньше.

— Кости слуг? — удивился молодой рыбак.

— О да, Покровители никого не отпускают от себя. Все, кто помогают им и прислуживают в конце концов остаются в их полутёмных дворцах и совсем не важно дышат они при этом или нет, — главный рыбак выждал паузу, наблюдая за реакцией подчинённых, а потом продолжил. — Но главное вовсе не это. Главное — это те сокровища, которые хранятся в их дворцах посреди болот. Вот о чём стоит говорить!

— Сокровища? Деньги что ли? Шкуры? — тут же послышались заинтересованные вопросы.

— Брехня одна, — вдруг высказался кто-то. — Там поди и жрать-то нечего. Какие сокровища могут быть на болотах?

— Те, которые тебе только присниться могут! — рассерженно ответил главный рыбак. — Знает он, видите ли, что там есть, а чего там нет. Если я говорю есть, значит есть.

— Да! — охотно поддержали окружающие.

— Там на болотах настоящие сокровища, — продолжал мужчина. — Огромные сундуки золота и алмазов, бочки самого лучшего вина и здоровенные канистры тротвина, что превышают собой самые большие запасы любого дворянина в Забытом Крае. Конечно, там много и разных странных штуковин, которые они ремонтируют и чинят веками, но честным людям этих вещей лучше не знать. Куда важнее сокровища и богатства.

Рыбаки согласно закивали и даже начали строить планы относительно того, как бы они сами распорядились всеми этими сокровищами. Все сходились во мнениях о новых домах и сетях. Тем временем, главный рыбак, довольный тем, что все теперь обсуждали очередную его историю, подозвал к себе двух крепких парней.

— Пока остальные разбирают здесь рыбу пойдём посмотрим другие ловушки.

Втроём они поднялись на холм и направились прочь от остальных рыбаков, вдоль реки Критки. Их интересовало одно место, где несколько деревьев склонялись над водой и почти касались её листьями. Здесь рыбаки поставили ловушки, только куда больших размеров, чем в других местах. Потому что они предназначались не для рыбы. Здесь они ставили капканы.

Покровителей мало кто видел, а возможно вообще никто. Те, кто хвалились об этом явно лгали и потому Покровители оставались хоть и популярной байкой, но всё-таки байкой. А вот нелюди, которые жили на Сияющих болотах такой байкой вовсе не являлись. В их существовании никто не сомневался.

Нелюди укрылись на Сияющих болотах несколько веков назад и основали там несколько своих поселений. Долгое время их пути не пересекались с людьми Забытого Края, но прошли десятилетия и людские деревни приблизились к Сияющим болотам и как-то так не сложились их отношения с самого начала. С тех пор люди и нелюди продолжали враждовать и устраивать на границе Сияющих болот друг другу всяческие неприятности. Рыбаки из Згравок знали, что время от времени нелюди с Сияющих болот приходили в это место, ради рыбы. И потому они ставили для них ловушки, рассчитывая, что кто-нибудь из них однажды в них попадёт. Они даже делали ставки, сколько крови найдут в том самом месте.

Однако их ожидало разочарование — в ловушки никто не попал. Более того некоторые из них были разряжены и при чём явно специально. Это был знак. Нелюди нашли ловушки и сами разрядили их словно в насмешку.

— Давайтека осторожно, — сказал главный рыбак. — Они моли переставить их для нас. Подлые и лживые мерзавцы.

Тем не менее, ловушек не оказалось. Тогда главный рыбак обвинил нелюдей в том, что они могли украсть несколько капканов и забрать их к себе.

— А никто не пытался найти эти сокровища? — спросил один из двух крепких рыбаков.

— В каком смысле?

— Почему никто их забрал. Если они лежат где-то там на Сияющих болотах, то давно уже надо найти их все и забрать.

— Потому что их охраняют Покровители, — возмутился главный рыбак. — Ты что всё прослушал, дурья ты башка?

— Но ведь Покровители это всего лишь сказка. И все это знают. Их нет либо они давно вымерли. Поэтому их сокровища надо найти и забрать.

— Так почему же их тогда никто не забрал, если Покровителей давно нет? — главный рыбак отчитывал своего подчинённого так, как ругают нерадивое дитя. — Возьмись за голову и подумай наконец! Значит тому есть препятствия, значит кто-то другой их охраняет! Чтобы забрать сокровища нужны люди, которые помогут пробиться на Сияющих болотах. Много людей, возможно, даже армия! А у кого сейчас столько есть?

— Наверное, у них, — в страхе сказал второй рыбак.

Его товарищи тут же подошли к нему и посмотрели в ту сторону, куда он указывал. И потеряли дар речи от изумления.

На другом берегу реки двигалась необычайно большая процессия, подобных которой никто в Згравках и не помнил. Десятки, а может даже и сотни людей. Все с оружием в руках, собранным из самых разных городов и поселений. Кто-то в полудоспехах, кто-то в стальных нагрудниках и многие просто в плащах поверх серых и бурых одежд. У многих в руках были факелы, у некоторых тротвиновые лампы и фонари. Даже с такого расстояния можно было разглядеть, что их лица были покрыты чернильными узорами совершенно неясного назначения. Они шли большой толпой и что-то себе напевали. Рыбаков в особенности удивило то, что люди, которых они видели перед собой в большинстве своём выглядели, как и большинство других жителей Забытого Края. Они вовсе не были похожи на каких-нибудь дикарей, иногда приходивших на полуостров ради грабежей. Эти люди выглядели местными.

Однако они почему-то пели на чужом и никому из рыбаков не понятном языке.

— Они идут к Сияющим болотам! Смотрите, они к ним!

— И правда туда идут! Зачем им это только?

— А ты как думаешь? Возьми в руки голову и подумай! Наконец-то, хоть кто-то решился изгнать этих нелюдей куда подальше!

В большой толпе их внимание привлекла женщина с тёмными и растрёпанными волосами. Одетая в тёмные одежды и красный, цвета крови плащ. В руках она несла венок из цветов. Она единственная не пела. И все вокруг словно защищали её.

Акт первый

Акт первый.

Двое фермеров выглядели напуганными и с опаской поглядывали по сторонам, но всё равно следовали за Сьёрдом. Алхимик на них почти не смотрел, ему не было смысла запоминать их лица. Его интересовало только то, что они могли рассказать. Он дважды споткнулся пока шёл и тихо выругался. Он устал и сильно вымотался, но понимал, что впереди ещё много дел. Время отдыхать ещё не пришло.

Вместе с ним фермеров сопровождали трое вооружённых влертовцев. Они были в кирасах и шлемах, с мечами в ножнах на поясах и у каждого был при себе арбалет. Все хранили молчание.

Другие влертовцы встречали их мрачными взглядами. Они прерывали свои дела едва заметив фермеров. Откладывали в сторону мечи и топоры, переставали тренироваться в стрельбе из арбалетов, прекращали затачивать кинжалы. Фермеров подобная реакция напугала ещё больше, чем красные глаза Сьёрда.

Отряд встал лагерем в заброшенном поселении, удобно расположенном на холме. Его жители оставили это место несколько десятилетий назад по никому неизвестным причинам. Поговаривали, что они не хотели принимать участия в борьбе с нелюдьми, в которую их втягивали соседние поселения. Влертовцы закрепились в заброшенной деревне, выставив дозоры и поставив фургоны так, чтобы за ними можно было укрыться во время боя.

Двоих фермеров Сьёрд привёл в домик с выцветшими когда-то белыми стенами, которые были покрыты странными надписями как снаружи дома, так и внутри. Домик охраняли около десятка бойцов с такими же мрачными лицами, которые тут же пропустили и Сьёрда и его спутников. Внутри дома в самой большой комнате, освещённой тротвиновыми лампами над столом с картами склонилась Дильчия. Не отрывая от них взгляда, она внимательно слушала своих помощников, среди которых был и Вотрон — командир отряда влертовцев, подчинявшийся непосредственно Дильчии. На картах были изображены Сияющие болота настолько подробно, насколько людям вообще удалось их изучить. Как только они увидели Сьёрда, то все тут же замолчали. Дильчия придирчиво посмотрела на фермеров, которых он привёл.

— Они готовы к риску? — спросила она.

— К риску никто не готов. Однако выбор был не богатым.

— Но они хоть смогут нам помочь?

Алхимик ответил не сразу. Сначала он взял флягу с водой, предложенную ему одним из влертовцев, и сделал несколько глотков. Дильчия терпеливо ожидала ответа.

— Обещали быть полезными, — наконец произнёс он. — Говорят, что им есть что сказать.

— Ну, хорошо, — женщина окинула их оценивающим взглядом, подозрительности в котором было ничуть не меньше, чем в первом. — Ваши имена я спрашивать не буду, точно также как не назову вам своего. Даже из вежливости. Это, всё равно, никому из нас ничего не даст. Вы знаете, зачем вы здесь?

— Да, — ответил тот, который был постарше. — Вам нужна информация.

— И какая именно?

— О той женщине, — произнёс второй. — Той странной женщине и её людях.

Жители ближайшего поселения занимались фермерством и считали залогом успеха как можно меньше контактировать с представителями крупных городов. Их местный староста даже разговаривать с влертовцами не захотел. Выдав лишь несколько оскорблений, он заперся в собственном доме, посоветовав чужакам уйти. Однако Сьёрд сумел найти пару фермеров, которые в обмен на сыр и соль согласились поделиться информацией. Алхимик выбрал их ещё и по той причине, что в том поселении они показались ему куда менее озлобленными, чем большинство других жителей.

— Вы знаете кто такая эта женщина? — спросила Дильчия. — Как её называют?

— Мы слышали о ней, — снова ответил тот, который постарше. — Её называют погибель городов или смерть деревень. Что-то из этого.

— У неё короткие светлые волосы и зелёные глаза?

— Глаз мы её не видели, но волосы у неё длинные и тёмные. Это мы видели точно.

— Хорошо, допустим. Как давно она проходила мимо вашего поселения?

— Дня три назад. Она была не одна, с ней было много людей. Очень много.

— Насколько?

— Не могу сказать. Мы не считали, но их было много. Большая такая толпа.

— Больше, чем нас? — строго спросил Вотрон.

— Больше, точняк больше. И все вооружены.

Вотрон и Дильчия мрачно переглянулись, после чего женщина спросила.

— Куда она направлялась? Эта женщина?

— Так все знают куда, — фермер явно удивился такому вопросу.

— Я спрашиваю не у всех, а именно у вас.

— Она направилась к Сияющим болотам, — ответил тот, который был помладше. — Она и все её люди.

— Вы видели это?

— Да.

— Сами или кто-то из ваших знакомых?

— Да сами мы это видели, — ответил молодой фермер. — Мы отправились тогда к реке, чтобы проверить свои сети для рыб. Их там многие ставят, место хорошее. Ну там мы и увидели эту женщину и её воинов.

— И вы видели, как они все добрались до болот? — продолжала выспрашивать Дильчия.

— А это уже друг наш видел, — сказал фермер постарше. — Он был возле самих болот и спрятался в овраге, когда заметил их там. Он видел всё.

Повисло молчание. Сьёрд наблюдал за Дильчией, по лицу которой он хорошо видел, как ей не нравится всё, что она здесь услышала. Вздохнув, она задала ещё один вопрос, хоть и догадывалась, что ответ ей снова не понравится.

— Она искала в вашем поселении проводников через болота?

— В нашем селении нет таких проводников, но она искала их в других поселениях.

— И нашла? Она увела людей силой? — предположила Дильчия.

— А ей и не пришлось никого уводить силой, — пожав плечами ответил другой фермер. — Проводники сами вызвались ей помочь. Их не смутили ни странные песни её сторонников, ни узоры на их лицах.

— Они слишком сильно хотят выгнать нелюдей с Сияющих болот, — добавил фермер помоложе.

— Хах, — воскликнул Дерерис, всё это время сидевший в дальнем углу комнаты. — И это при том, что вы, люди, сами не собираетесь их заселять.

По всему Забытому Краю Смерть Городов внушала страх. Никто не знал как её остановить, люди бежали при одном её появлении, а потом придумывали и рассказывали самые необычные и пугающие истории. А за самой Смертью Городов тянулась цепочка сожжённых поселений и убитых людей. Однако здесь, возле Сияющих болот ситуация неожиданно оказалась несколько иной. В этом месте многие также боялись её появления, на разный лад пересказывали друг другу всякие байки и вообще опасались того, что теперь она сожжёт все людские селения на полуострове. Но в то же время многие, к удивлению Дильчии, Сьёрда и влертовцев, высказывались в поддержку этой женщины. Часть поселений возле Сияющих болот восторженно приветствовала Смерть Городов и её сторонников, считая их своими новыми союзниками.

— Староста Булок высказал идею, что эта погибель или как её там пришла сюда, чтобы изгнать всех нелюдей с Сияющих болот и эта идея понравилась многим нашим соседям.

Конечно, это была ложь. Но зато теперь многие были уверенны в том, что женщина, до этого сжигавшая людские селения, пришла людям помочь. И как любая удивительная глупость она удивительно легко закрепилась в умах крестьян. А потому, когда Смерть Городов начала искать в поселениях проводников, которые могли бы показать ей дорогу через Сияющие болота, среди местных расистов тут же нашлись добровольцы, которые сами предложили показать ей дорогу. Сьёрд и Дильчия уже услышали о них, когда только прибыли в земли, расположенные возле Сияющих болот, и вновь разочаровались, когда найденные алхимиком фермеры всё им подтвердили.

— Насколько я понимаю сами вы проводниками не являетесь? — поинтересовалась Дильчия.

— Нет, мы не проводники. Дороги не знаем.

— Да и рисковать не хотим. Мы уже говорили вот этому, ну с глазами.

— Хорошо, благодарю за информацию, — нисколько не изменившись в лице Дильчия кивнула им, а потом обратилась к одному из своих помощников. — Заплатите им и пусть уходят.

Влертовцы передали фермерам плату и уже вывели их из дома, когда Сьёрд догнал их возле крыльца. У него имелась пара собственных вопросов.

— В ваших краях давно видели алхимиков?

Фермеры с самого начала смотрели с испугом на его кровавые глаза, а сейчас и вовсе отшатнулись.

— Нет, в наших краях их давно никто не встречал. Да и не так уж часто у нас тут чужие появляются, — наконец ответил старший фермер.

— Хорошо, а появлялась ли у вас тут женщина с каштановыми волосами и шрамом на подбородке?

— Да много тут разных женщин, да только странствующих особо и нет.

Сьёрда нисколько не обрадовал такой ответ, но он только кивнул бойцам, которые проводили фермеров до выхода из лагеря. А сам вернулся обратно в дом. За столом с картами уже шло оживлённое обсуждение.

— Получается, что доказательств у нас не много, — заметил Вотрон, когда алхимик зашёл в комнату. — Разве что слова двух простых фермеров.

— Двух фермеров и жителей ещё нескольких других поселений, — заметила Дильчия, опершись руками о стол. — И потом, где же ей действительно ещё быть?

— Может и негде, но во всех этих поселениях нам врали практически во всём.

— Кроме того, что она отправилась на болота.

С этим Вотрон спорить не стал. Сьёрд тоже не видел в этом смысла, поскольку путешествие Смерти Городов к Сияющим болотам было фактом. Об этом говорили все отсюда до Тробверта, если уж не до самого Влерта.

Дильчия бросила ещё один недовольный взгляд на карты. По её лицу было видно, что она пыталась решить терзавшую её проблему.

— Нам нужно найти её на этих болотах, — заключила она. — Для этого необходимо понять, куда именно она могла направиться.

— Для начала нам бы разобраться как вообще там ходить, — как всегда прямолинейно заметил Сьёрд. — Как я понимаю, ориентироваться там будет сложно. И сделать с этим мы можем не многое.

— У нас нет проводников, — признала Дильчия. — И похоже, что здесь мы их не найдём, поскольку местные с большей охотой помогут Смерти Городов вычистить отсюда нелюдей, чем окажут помощь ненавистным для них влертовцам. Даже если эти влертовцы собираются разобраться со Смертью Городов.

— В таком случае как мы поступим? — спросил Вотрон. — Ведь, если позволите, мы рассчитывали на эту помощь.

— Будем ориентироваться по картам, — спокойно сообщила Дильчия. — Здесь указаны маршруты и различные объекты. С этим можно работать.

— И насколько эти карты актуальны? — усомнился алхимик.

— Их изготовили лет пятьдесят назад, — ответил ему Вотрон. — Так что актуальность их может быть сомнительна. Но если других вариантов нет, то значит стоит попробовать это.

— У неё больше людей, чем у нас, — Дильчия перешла к следующему вопросу. — Однако есть шанс, что её собственные силы на болотах растянутся и потеряют всякую мобильность. Наши стрелки и мечники куда лучше, чем те, которые есть у неё. А значит мы сможем выровнять силы.

Сьёрду это казалось сомнительным, но он снова не стал спорить. В конце концов других вариантов у них, всё равно, не было. Судя по лицу Вотрона он думал примерно также.

— Все проводники поведут Смерть Городов либо здесь, либо начнут путь отсюда, — Дильчия указала два места на карте. — Нужно проверить их и поискать следы. Такая толпа как эта точно должна их оставить.

— Оставить она их оставит, — произнёс наблюдающий за ними Дерерис. — Вот только дела наши с какой стороны не посмотри, всё равно, плохи.

— Зависит от того с какой стороны посмотреть. Так или иначе наш главный приоритет — это выполнение миссии.

— Чтобы её выполнить нужно ещё хотя бы живыми остаться…

Дильчия осуждающе на него посмотрела, но совсем не как на одного из своих бойцов. Хоть за всё время знакомства с ними обоими Сьёрд так и не узнал об их общем прошлом, он давно уже понял, что их многое связывало. Слишком многое, чтобы они оставались просто коллегами.

— Ты уже бывал там, — напомнила Дильчия перевёртышу. — А поскольку наша последняя попытка найти проводников среди фермеров не дала ожидаемого результата, то мне нужны твои подсказки.

— Я бывал там давно и за это время многое могло измениться. Мои подсказки не многим лучше этих карт. Скорее всего устарели, как и они.

— И всё-таки это лучше, чем ничего. Ты рассказывал о том, что есть несколько мест, которые Смерть Городов не сможет обойти стороной. Покажи их мне.

Дерерис поднялся и подошёл к столу, встав рядом с остальными. Во время похода он уже изучал эти карты, а потому быстро в них разобрался.

— Вот здесь и здесь есть колодцы, — Дерерис показал рукой на одной из карт. — Они необычайно старые и глубокие и в них ещё должна быть чистая вода. Шайке нашей подруги в любом случае понадобится посетить их, если не хотят сгинуть на этих болотах. Так что начать искать их следы можно там.

— Значит так и поступим, — заключила Дильчия. — Карты устаревшие, но колодцы убежать никуда не могли.

— Даже если они разрушены вряд ли подручные Смерти Городов знают об этом. И в любом случае попытаются их проверить, — поддержал Вотрон.

Карты действительно были старыми. Грихдер забрал их у влертского дворянства, чтобы хоть как-то обеспечить продвижение отряда Дильчии по Сияющим болотам. Дворяне не хотели делиться своими картами, но Грихдер применив связи и своё влияние сумел убедить их в необходимости обратного. Проблема заключалась только в том, что карты стали единственным, чего Грихдер сумел добиться. После событий в Подтопленном городе глава Дома Второго Дыхания обратился к влертскому дворянству, рассчитывая получить от них военную помощь. Она должна была компенсировать ту людскую силу, которую Смерть Городов собрала вокруг себя. В конце концов у дворян имелись для этого все возможности — собственные вооружённые отряды, наёмники и охотники на чудовищ. Однако, как и опасалась Дильчия влертская власть лишь сочувственно покачала головой, пожала плечами и совершила ещё целый ряд действий, не имеющих никакой практической пользы. Кроме карт и пожеланий успеха никакой другой помощи Дом Второго Дыхания не получил. Ни один дворянин не выделил для похода против Смерти Городов ни своих воинов, ни тем более денег для их найма. Даже после всех встреч и переговоров.

В конце концов, после всех приготовлений отряд Дильчии выступил из Влерта самостоятельно. Без чьей-либо поддержки. Без какого-либо сопровождения. Учитывая в какую битву они ввязались в Подтопленном городе, то повторное такое мероприятие казалось не слишком оптимистичным. Однако другого выхода здесь просто не было.

Отряд выступил с твёрдым намерением довести ранее начатое дело до конца и покончить с преступлениями Смерти Городов. И все, кто присутствовал в этом доме или в окружающем его лагере прекрасно понимали и весь риск, и всю возложенную на них ответственность.

Все понимали, что Смерть Городов не могла просто так отправиться к Сияющим болотам. Учитывая, что это было за место, то ей определённо была нужна какая-то особенная причина. И Грихдер эту причину хорошо знал.

Когда стало понятно, что влертское дворянство ничем не поможет и отряду необходимо выступать самостоятельно Грихдер вызвал к себе Дильчию и Сьёрда. Алхимик потом в пути не раз вспоминал тот разговор.

Они вновь встретились в кабинете Грихдера, который впервые выглядел обеспокоенным и даже взволнованным. Сьёрд раньше ещё не видел его таким, а потому сразу понял, что речь пойдёт о чём-то особенно серьёзном.

— Твой отряд уже готов? — спросил глава Дома Второго Дыхания у Дильчии, когда они все сели в кресла.

— В полном составе, — ответила она. — Мы уже позаботились об оружии и продовольствии, которые могут понадобиться в дороге. Всё готово к походу.

— Фургоны и лошади тоже?

— Именно так. Мы ждём вашего приказа.

— Хорошо. Я распорядился, чтобы вам выдали в поход особые припасы, которые пригодятся при встречах с крестьянами.

— Особые припасы? — не понял Сьёрд.

— Всякие безделушки, игрушки и кое-какие инструменты для обмена, — пояснила Дильчия. — Жители независимых поселений любят подобные вещи, а ещё то, что не могут изготовить сами. Всё это пригодится нам, когда мы встретимся с ними в походе.

После путешествия к Подтопленному городу и других странствий по Забытому Краю Сьёрд убедился в том, что во всём этом имелся смысл. Он внимательно наблюдал за Грихдером, очевидное волнение которого его заинтересовало.

— У нас есть двое проводников, которые знают дорогу до Сияющих болот, — сообщила Дильчия. — Сделаем остановку в Гребхаусте, а оттуда доберёмся до места назначения.

— Возьмите с собой достаточно денег. В деревнях можно и обменять игрушки, но в Гребхаусте захотят услышать только звон монет.

— Я переговорю обо всём с нашим казначеем.

— Хорошо. А что на счёт тех проводников, которые знают дороги на самих Сияющих болотах? — поинтересовался Грихдер. — Ведь у нас таких, к сожалению, нет.

— Придётся поискать в поселениях возле Сияющих болот. Сколько бы тамошние жители не говорили о своей неприязни к нелюдям, но они, всё равно, посещают болота по самым разным причинам. Проводники должны найтись.

— А они будут сотрудничать?

— Скорее всего, — ответила Дильчия. — Им нужны деньги или оружие, или лампы, а это значит, что мы точно сможем договориться. Я бы не стала в этом сомневаться.

Грихдер согласно кивнул, а Сьёрд решил, что им двоим виднее в этой ситуации.

— Нам придётся повторить сценарий, хоть прошлый раз и сложился не слишком удачно, — сказал Грихдер, глядя куда-то в пустоту. — Однако нам необходимо добраться до Смерти Городов и с помощью Металла Отрицания остановить её.

— В прошлый раз мы так и не смогли применить Металл Отрицания, — заметила Дильчия. — А это значит, что у нас по-прежнему нет оснований сомневаться в его эффективности.

— Это верно, — подтвердил Грихдер. — Я рассчитываю на то, что на Сияющих болотах у вас появится шанс использовать наше новое оружие с Таратурского острова. И надеюсь, что оно принесёт нам ожидаемый успех. Пора уже покончить со всем этим.

— Пора, но сначала нам нужно выяснить ещё кое-что. Зачем она отправилась к Сияющим болотам? — задал Сьёрд вопрос, который беспокоил его с самого начала разговора.

— Это имеет значение? — Грихдер внимательно на него посмотрел.

— В Подтопленном городе мы не знали зачем она туда отправилась и в конце концов это не сыграло нам на руку, — пояснил Сьёрд. — Зачем же Смерть Городов отправилась на Сияющие болота?

— Ты думаешь, что мне это известно?

— Судя по тому, как вы обеспокоены я подозреваю, что да.

Повисло молчание. Грихдер и Дильчия посмотрели на Сьёрда, который не видел в своём выводе ничего удивительного.

— Ну что ж, именно для этого я вас сегодня и позвал, — сообщил глава Дома Второго Дыхания. — Не только для того, чтобы выслушать о готовности отряда. Дело в том, что мне действительно известно зачем Смерть Городов отправилась на Сияющие болота. По крайней мере, я догадываюсь об этом.

— Тому есть несколько свидетельств, но ничего из всего этого пока не подтверждено, — заметила Дильчия.

— И тем не менее? — настаивал Сьёрд.

— Похоже, что Смерть Городов отправилась на Сияющие болота в поисках Покровителей, — ответил Грихдер.

— Покровителей? Мне казалось, что она ищет Моткето. Зачем же они ей?

— Потому что Моткето тоже там.

Сьёрд растерялся, но быстро взял себя в руки.

— Значит вам это было известно?

— Только догадывались. Ты и сам подозревал, что между Моткето и Покровителями есть связь. Мы искали его убежище по всему Забытому Краю, однако не достигни никаких успехов, кроме того, что Моткето отправился в Подтопленный город.

— Где мы с ним так и не встретились, — заметил Сьёрд.

— И после Подтопленного города мне в голову пришла одна мысль, — продолжал Грихдер. — Что, если убежище Моткето находится там же, где и убежище Покровителей. И вот Смерть Городов отправляется к Сияющим болотам, а ведь до этого она выследила Моткето в Подтопленном городе. Хотя я до сих пор и не понимаю, как она это сделала. Но отсюда я лишь делаю вывод о том, что скорее всего прав. И Моткето действительно на Сияющих болотах, а она снова нашла его.

— Хорошо, — немного подождав сказал Сьёрд. — А Покровители что там делают?

— Там их убежище, — сообщил Грихдер. — Покровители ведь вовсе не легенда, они действительно существуют. И они скрываются на Сияющих болотах уже много лет, где создают различные болезни.

— Создают болезни?

— Они весьма сведущи в науках, вот только в своих собственных, несколько необычных. В то время как люди учатся лечить болезни и исцелять, Покровители учатся эти самые болезни создавать. И как ты думаешь, где они в первую очередь их распространяют?

— Зачем им это? — спросил Сьёрд, который сразу всё понял.

— Никто точно не знает, — Грихдер пожал плечами. — Их мотивы могут сильно отличаться от наших. Единственное, что кажется разумным лично мне так это то, что Покровители стремятся изгнать всех людей из Забытого Края. Скорее всего у них есть целая сеть агентов, которые занимаются реализацией этой цели. И в неё, пожалуй, могут входить как нелюди, так и люди.

— Азголь, — сразу же вспомнил Сьёрд. — Его поселенцы намеренно заражали всех, кто у них останавливался. И заражали какой-то особенной, как будто, изменённой болезнью.

— Я сразу взял себе это место на заметку, когда вы о нём рассказывали. И подобных ему может быть несколько.

— Они ещё оправдывали свои действия каким-то бредом.

— И этот бред им подарили Покровители. Так что вы правильно сделали, что разрушили их поселение. Быть может это хоть немного, но ослабило их.

— А при чём здесь тогда Моткето? — спросил Сьёрд.

— При том, что он помогает Покровителям. До сих пор не знаю как именно и в чём, но он на их стороне. И рассчитывает получить в благодарность доступ к их знаниям. Предполагаю, что твой бывший учитель разочаровался в человеческих науках, решив, что они не могут дать ему того, чего он похоже ждёт. Ну и, конечно, Моткето получает от них защиту. В землях Покровителей его не станут искать ни цантерийские власти, ни особенно мстительные дворяне.

С этим Сьёрд не мог однозначно согласиться. Его бывшего учителя не захотели искать даже в Забытом Крае. У королевской власти в Цантерии и без того сейчас хватало проблем, а что касалось мстительных дворян, то они, конечно, могли отправить за ним наёмных убийц. Но найти человека в Забытом Крае не так-то просто. Именно поэтому насколько было известно Сьёрду, охота за преступным учёным фактически прекратилась. Остался только один красноглазый алхимик. Но стал бы Моткето искать какое-нибудь особенное убежище из-за него одного? В этом Сьёрд сомневался.

С другой стороны, ни в чём нельзя быть уверенным наверняка. Найти кого-либо на Сияющих болотах ещё труднее и возможно от этого Моткето спалось лучше. Сьёрд твёрдо считал, что этот человек никогда не испытывал проблем со сном, но если дела оборачивались таким образом, то рассчитывал, что вскоре они с Дильчией смогут эти проблемы создать.

— Значит Смерть Городов отправилась за Моткето, но для чего она ищет Покровителей? — заключил алхимик. — Ведь вы говорили, что Смерть Городов есть оружие Покровителей.

— Что ж, возможно она решила временно перестать быть оружием, — заключил Грихдер.

— Но почему? Из-за Моткето?

— Похоже, что причина, по которой она преследует его крайне для неё важна. Настолько, что она даже выступила против собственных создателей.

— И что же она собирается с ними делать? Атаковать? Штурмовать их убежище?

— Судя по всему, иначе для чего ей ещё такая большая толпа вооружённого люда? — спросил вместо ответа Грихдер. — Но я не думаю, что здесь всё дело только в одном Моткето. Смерть Городов могут интересовать и сами Покровители. Может быть она хочет избавится от их власти?

— Всё это только догадки и никаких настоящих ответов, — проворчал Сьёрд. — В итоге мы снова идём за врагом, не понимая куда и зачем он направляется.

— К сожалению, других вариантов у нас нет. Но позволить себе отступить мы не можем.

— Быть может и так, — задумчиво произнёс Сьёрд. — Так понимаю, что вам известно, где именно находится убежище этих Покровителей?

— Также на уровне догадок, — ответил Грихдер. — Нам известна пара мест, где предположительно могут находиться их убежища.

— И ты тоже об этом знала? — алхимик взглянул на Дильчию.

Женщина только покачала головой, а её руководитель ответил за неё.

— Дильчия никогда не занималась поисками убежища Покровителей. Это всегда была отдельная тема, которой у меня занимались другие люди. И они смогли добыть кое-какие результаты.

— Почему мы не говорили мне об этом раньше? То, что Моткето прячется у Покровителей?

— Потому что мы этого не знали. Мы и сейчас не до конца в этом уверенны. Я не думал, что Покровители пустят Моткето в своё убежище, скорее помогут найти другое в Забытом Крае. Но получается, что именно это они и сделали, — Грихдер ненадолго замолчал, а потом продолжил. — Я рассчитываю, что нам удастся выиграть свою долю во всей этой ситуации. Так или иначе, всё идёт к тому, что Смерть Городов схлестнётся с Покровителями. Мы не знаем какими силами они обладают, но скорее всего они способны дать отпор. В любом случае, я думаю, что их схватка серьёзно измотает обе стороны. И вот когда сторонники Смерти Городов ослабнут вам нужно выхватить удобный момент и атаковать самим. Используйте Металл Отрицания и остановите Смерть Городов.

— Будем надеяться, что всё сложится в нашу пользу, — сказала Дильчия. — Если наши враги займутся друг другом, то у нас точно появится удобный момент для нападения.

— Это может уравновесить наши силы, — поддержал Грихдер. — Пусть влертское дворянство и отказало нам в помощи, но быть может Смерть Городов и растеряет свои силы к следующей встрече с вами. Вот этим и нужно будет воспользоваться.

— В таком случае мы ждём только вашего приказа, — заверила Дильчия. — И сразу выступим.

— Приказ вы скоро получите, но главное, что вы должны понять — я хочу, чтобы вы покончили со Смертью Городов. Все пути сойдутся на болотах и всех наших врагов мы, похоже, встретим именно там. Покончите со всем этим, — он посмотрел на них и в его взгляде виднелась суровая решимость, которой раньше Сьёрд не замечал. — Я хочу, чтобы Смерть Городов перестала существовать. О нашей славной организации почти забыли, сейчас мало кто верит в то, что мы что-то можем. Устранение Смерти Городов будет лучшим способом напомнить всему полуострову о Сообществе Перерождения. Её устранение и Покровителей, если вы их там найдёте.

Они покинули кабинет Грихдера и направились по слабо освещённым коридорам Дома Второго Дыхания. Мимо его многочисленных комнат и помещений, мимо работающих палат и кабинетов, мимо заброшенных залов и пустующих аудиторий. Иногда, оказываясь здесь, Сьёрд думал о том, каким могло быть это место в годы своего расцвета? Когда повсюду горел свет, не было никаких проблем с топливом и всё здание было полно людей. О чём они думали? Какие проблемы их беспокоили? Всё это было так давно, что и поверить в это было сложно. Словно с самого первого своего дня Дом Второго Дыхания стоял полузаброшенной громадиной, обитатели которой и половины не знали как о его прошлом, так и о том, что скрывалось в глубине его тёмных коридоров.

Однако сейчас алхимик думал совсем о другом. Его беспокоили вопросы не прошлого, а самого ближайшего будущего. Когда они вышли из здания и оказались под тёмным, затянутым тучами небом Сьёррердаль остановил Дильчию.

— У меня есть вопрос, — сказал он ей, вдохнув холодного и свежего воздуха. — Я думал над ним с того момента, как ты сказала мне о том, что Смерть Городов направилась к Сияющим болотам.

— Окажется ли там Моткето? — тут же предположила Дильчия. — Я не могу этого гарантировать. Для тебя это что-то меняет?

— Не многое, но я в любом случае приму участие в этом походе вместе с твоими людьми. Всему тому, что касается Смерти Городов действительно пора положить конец.

— Я рада слышать это. У нас совсем не так много союзников, как хотелось бы. Ты уже мог в этом убедиться. Поэтому я благодарна тебе за то, что могу положиться на тебя.

— Что ж, может быть победа над одной безумной женщиной и вправду важнее охоты за старым учёным преступником.

Дильчия улыбнулась. Печально и еле заметно, но улыбнулась и Сьёрд это заметил.

— Так о чём же ты хотел спросить? — уточнила она.

— Что именно будет со Смертью Городов? — спросил алхимик.

— В каком смысле? Мы используем Металл Отрицания и остановим её.

— Вот я именно об этом. Остановим, а что потом? Как я понимаю Металл Отрицания должен как-то блокировать магические способности Смерти Городов?

— Теоретически.

— И когда он это сделает то, как ты поступишь? Ты просто убьёшь её? Или доставишь в Влерт для суда, как изначально собиралась? — спросил Сьёрд.

По лицу Дильчии было видно, что она уже успела над этим подумать, но к решению так и не пришла. Однако ей не понадобилось много времени на ответ.

— Мы ещё не нашли её и не обезвредили, — напомнила женщина. — Поэтому давай сначала решим одну проблему и только потом перейдём к другой.

Отряд продолжил путь к Сияющим болотам. По приказу Дильчии влертовцы свернули лагерь, погрузили всё на фургоны, запрягли лошадей и тронулись в путь. Всего через пару часов они проехали поселение, в котором нашли фермеров, предоставивших им весьма скудную информацию. Ещё через пару часов выехали на большую дорогу, ведущую прямо к границе болот. Дорога относительно не плохо сохранилась.

Считалось, что регион возле современных Сияющих болот в далёком прошлом был промышленным и здесь производили практически всё, что требовалось старинным городам. Строительные материалы, различную мебель, инструменты и сложные механизмы. И что особенно интересно — различные транспортные средства. Старинные самоходные повозки, трёхколёсные кресла и шагающие экипажи. Вещи из той эпохи, когда они не были редкостью. С тех пор в округе осталось множество заброшенных мануфактур и даже большой завод с высокими кирпичными трубами. Все вместе их соединяла сеть дорог, снабжённых указателями. Однако теперь же всё это превратилось в руины, захваченные дикой природой. Несмотря на все старания людей любые попытки восстановить регион и починить мануфактуры окончились неудачей. Последняя экспедиция, организованная ещё хистерийскими королями, вернулась без каких-либо успехов и половины участников. Поэтому влертовцы ехали мимо больших разрушенных зданий, окружённых обвалившимися стенами и небольшими башенками. Что именно в них производили было уже не понять. Старые механизмы сломались и заржавели, некоторые из кирпичных труб рухнули, а последние результаты местного производства давным-давно растащили. То здесь то там виднелись старинные машины, увязшие в земле и похожие на груду металлолома куда больше, чем на работу инженерной мысли. На обочине дороги Сьёрд заметил огромный железный фургон на восьми колёсах, который судя по его размерам в лучшие годы тянули вовсе не лошади. Присмотревшись к ржавой махине Дильчия определила, что это фургон как раз из последней хистерийской экспедиции.

Вдали из-за холмов выглядывали трубы старого завода, располагавшегося вблизи самих болот. Люди рассказывали о нём немало всяких историй и потому сторонились его. По словам Дерериса, если давно заглохшие мануфактуры местные жители временами обследовали в поисках чего-либо ценного, то про завод говорили, что там поселились людоеды с болот. Или кто-то похуже.

Отряд влертовцев держал путь к поселению Згравки, которое было одним из самых ближайших к Сияющим болотам. По слухам Смерть Городов в него не заходила, а это значит, что тамошние проводники не могли присоединиться к её банде. Дильчия решили, что стоит попробовать найти там проводника для своего отряда.

При первом приближении Сьёрд сразу понял, что ничего хорошего здесь ждать не стоит. Крестьянские дома здесь явно были старинными бараками расположенной неподалёку мануфактуры. Всё их внешнее убранство давно исчезло — лепнина обвалилась, а статуи сняли. Это были невысокие прямоугольные сооружения с узкими окнами, крыши которых кое-как отремонтировали досками, а стены подпёрли брёвнами. За грубо сооружённым частоколом влертовцев встретили лужи и грязь на улицах, визг свиней и кудахтанье кур в сараях, а главное — недоверчивые и недовольные взгляды людей со всех сторон.

Надо сказать, впустили отряд на сразу. Вотрону пришлось как следует пригрозить ворчливым поселенцам прежде, чем те открыли ворота. После этого Дильчия провела своих людей до единственного дома, в окнах которого виднелись шторы. Дома старосты. В отличие от других, подобных Згравкам деревень здесь навстречу чужакам не вышла любопытная толпа. Местные жители были плотно заняты своими собственными делами, а именно заколачивали окна своих домов, затачивали колья и готовили стрелы. Глядя на всех этих людей Сьёрд, думал о том, что ловить в этом поселении было нечего.

Жители Згравок стали говорить с влертовцами только после того, как те предложили обмен. По сильно заниженной цене интендант Вотрона продал местным хорошие кузнечные инструменты и посуду из Цантерии. За это деревенские заставили старосту выйти к гостям и выслушать их просьбу предоставить проводников для путешествия по Сияющим болотам. Пожилой и бледноватый староста сначала слушал их, а потом заворчал и махнул рукой.

— У нас тут и без вас забот и проблем хватает. Мы здесь готовимся к битве и вообще слишком заняты!

Сьёрд посмотрел на невесёлые приготовления жителей Згравок. Мало кого он здесь мог бы назвать воинами. Наверное, никого.

— Не думаю, что у кого-то из наших проводников появится желание вам помогать, — продолжал староста. — Ведь вы хотите навредить Смерти Городов, так?

— Она преступница и убийца, — заявил Вотрон. — И её деяниям должен быть положен конец.

— Может быть в ваших глазах, влертовцы. Вы ведь укрылись за своими высокими стенами и мало что из-за них видите. Но мы здесь видим, что Смерть Городов делает великое дело! Она очищает Забытый Край от нелюдей. И сейчас она очищает от них Сияющие болота.

— Это после того как она сжигала людские селения? — рассерженно спросил Вотрон.

— Может и сжигала, а может и нет. Может это всё враки, погаными нелюдьми придуманные.

— Если она, как вы считаете, на вашей стороне и бьёт нелюдей, — заметил Сьёрд. — Что же вы тогда к битве какой-то готовитесь?

Староста смерил его взглядом. Из-за кровавых глаз он с самого начала смотрел на него с презрением.

— Мы люди умные и понимаем, что к чему, — пояснил староста. — Смерть Городов очистит Сияющие болота от нелюдей, но всех их перебить ей будет трудно, это и глупцу понятно. Немногие уцелевшие выберутся с болот и что они будут делать? Наглые и лживые? Они нападут на нас и попытаются отнять наши дома! Вот к этой самой борьбе мы и готовимся! Защищать наше поселение!

Старосту Згравок звали Удре и он, мягко говоря, терпеть не мог нелюдей. А потому на Дерериса он тоже смотрел с неприязнью и всё время высматривал в отряде других чужаков.

— Если ты не можешь отправить с нами проводника, тогда объясни, как нам лучше попасть на Сияющие болота, — потребовал Вотрон. — Мы достаточно вам заплатили своими товарами.

— На этот счёт у каждого может быть своё мнение, — пожал плечами Удре. — Но я не хочу, чтобы потом повсюду говорили будто бы люди в Згравках не умеют быть благодарными.

Он рассказал о том, что часть старых троп исчезли или стали небезопасными. А потому люди из Згравок давно ими не пользовались. Самый верный вход на болота лежал через заброшенную деревушку, название которой окрестные жители старались не вспоминать. При чём настолько усердно, что даже отказывались объяснять почему. Однако идти до неё было никак не меньше дня. Другой вариант лежал значительно ближе, но он сразу привлёк внимание Сьёрда своим названием, которое уже никто не скрывал.

— Куда быстрее вы попадёте на Сияющие болота если пойдёте мимо старого замка. В нём говорят жили в старые времена владельцы всех этих развалившихся мануфактур. Но наши люди держатся от него подальше, как и от завода с его обитателями.

— Что это за место? — поинтересовалась Дильчия.

— Это злой замок. Там злые люди вроде вас, влертовцев, ставили различные эксперименты. Делали разные вещи, которые одобряли нелюди. Игрались с науками, что приносят честным людям одно только горе.

— Мне кажется, что ты сейчас будешь просто в восторге, — несколько иронично заметил Дерерис Сьёрду.

— Там погань и потому мы избегаем этого замка, — продолжал с явным удовольствием староста Удра. — Как и жители других окрестных поселений. Все разделяют наше мнение. Я, правда, позабыл как называется этот замок, но мне и без этого кажется, что мы достаточно рассказали вам за ваши товары? Согласны?

Дильчия промолчала. Её лицо было мрачным и отражало собой все возможные признаки недовольства.

— Можешь не утруждать себя воспоминаниями, — произнесла она, обращаясь к удивившемуся старосте. — Я уже поняла о каком именно замке идёт речь.

Отряд влертовцев задержался в Згравках недолго. Проводников они здесь так и не нашли. Местные жители хоть и слали угрозы в адрес нелюдей с Сияющих болот сами при этом отправляться к ним совершенно не желали.

— Когда мы прибудем на место я рассчитываю на твою поддержку, — сообщила Дильчия Сьёрду. — Хочу быть уверенна в том, что ты прикроешь мне спину.

— Но ведь я уже здесь и уже тебе помогаю, — с непониманием заметил ей Сьёрд.

— Это верно. Но когда мы прибудем на место, и ты увидишь то, что увидишь я хочу быть уверенной в том, что ты не ополчишься против меня, не будешь устраивать привычные для тебя шум и беседы о морали, — женщина говорила предельно серьёзно. — Я хочу быть уверенна в тебе, Сьёрд.

— Прошу успокой мои и без того уже уставшие мысли и объясни уже в чём дело, — попросил алхимик.

Дильчия, как и всегда, выглядела холодной, но в то же время ещё и грустной. Сьёрд видел, что её что-то беспокоило, но пока ему оставалось только догадываться относительно причины этих волнений.

— Место, в которое мы сейчас направляемся является тёмным пятном на репутации и истории Сообщества Перерождения, — поделилась с ним Дильчия. — И тебе с твоими правилами всё это не понравится.

— Я уже это понял, — без тени улыбки заметил Сьёрд. — Когда этот староста из деревни жаловался на эксперименты в том замке.

— Я отвечу на все твои вопросы, но прошу тебя проявить терпение. Я многое не знаю, так что, если захочешь, можешь потом обсудить всё с Грихдером. Но сейчас оставайся с нами и следуй нашему делу.

— Я ведь не против, Дильчия, — заметил Сьёрд. — Так в чём проблема? Откуда такое беспокойство?

— Замок, в который мы направляемся называется Енирестоун, — мрачно ответила Дильчия.

Акт второй

Акт второй.

Музыка, которая играла в баре откровенно Сьёрду не нравилась и дело было вовсе не в паре музыкантов, игравших в полутьме на каких-то местных инструментах. Люди им аплодировали и подпевали. Просто Сьёрду не нравилась вся музыка в Влерте вне зависимости от её исполнения и он страшно морщился, когда кто-то здесь брал в руки гитару. И уж тем более, когда кто-то другой начинал подпевать.

Однако тем вечером алхимику пришлось на время примириться со столь неприятным для него обстоятельством. В этом баре ему предстоял один важный разговор.

Значительная часть жизни в Влерте крутилась вокруг его доков, где останавливались корабли из других городов и стран. Знающий человек мог различить здесь цантерийские, таратурские, готвенсийские и многие другие флаги, с которыми прибыли торговцы и исследователи. Обмен товарами, трофеями, находками и всем тем, что можно купить или продать. И это, конечно же, притягивало к докам всех, кого только можно. Грузчиков, матросов, страховщиков, юристов, ремонтников и корабельщиков. А вместе с ними ещё купцов, ростовщиков и многих перекупщиков. Все они крутились вокруг доков и кораблей днём, а по вечерам и ночам они нередко оседали в местных барах и ресторанах в зависимости от своего положения и дохода. При этом во всех доках было только два бара, в которых принимали нелюдей. И из них только один приличный.

Именно туда Сьёрд и направился тем вечером в поисках Дерериса. Перевёртыш сидел в углу за одним из столов, откуда хорошо можно было видеть весь зал. На покрытой царапинами столешнице алхимик увидел пару бутылок весьма дешёвого пойла. Он взял одну из них, когда присел.

— Что-то я не помню, чтобы приглашал тебя, — мрачно заметил Дерерис.

— А разве я не могу просто составить тебе компанию? — поинтересовался Сьёрд.

— Искал бы компанию позвал бы тебя с собой, но я этого почему-то не сделал. А почему?

— Ты просто забыл, верно?

— Забыть я могу разве что день недели или сколько я там должен заплатить за эту выпивку. Но никак не то, о чём ты говоришь.

Поскольку второй кружки на столе не было Сьёрд сделал глоток прямо из бутылки. Выпивка и впрямь оказалась не самой лучшей, но он пробовал и похуже. Дерерис наблюдал за ним со смесью усталости и безразличия на лице.

— Знаешь, Сьёрд, — медленно начал Дерерис. — Мы с тобой, конечно, не плохо поладили. И даже с успехом провернули пару дел.

— Всего пару?

— Но здесь что-то вроде моего убежища, понимаешь? Здесь я пью, отдыхаю и собираюсь с мыслями.

— И много у тебя здесь мыслей?

— Достаточно, чтобы провести не плохой вечер, — усмехнулся перевёртыш. — И при этом провести его в некотором одиночестве.

— Знакомая для меня схема. Так значит мне просто оставить тебя?

— Если это не слишком сложно.

Сьёрд снова сделал глоток. Разговор им предстоял не простой. После всех их совместных путешествий по Забытому Краю он пришёл к перевёртышу, чтобы попросить его об одолжении.

Грихдер приказал выступать. Отряд Дильчии заканчивал последние приготовления и должен был отправиться к Сияющим болотам. Однако, к удивлению Сьёрда, он вдруг узнал о том, что Дерерис в предстоящем походе не участвует. Алхимик размышлял недолго и вечером, перед тем как утром отряд должен был выступить, отправился в излюбленный бар перевёртыша, чтобы это исправить. Для него это было важно.

— Почему ты укрылся здесь? — спросил у него Сьёрд.

— Потому что захотел, разве нужны ещё причины?

— После всего того, что мы сделали? После Таратурского острова и Подтопленного города? Теперь ты остаёшься здесь и не отправляешься с нами?

— Ты уже говорил с Дильчией? — неожиданно спросил Дерерис.

— Зачем?

— Да хватит тебе, хочешь сказать, что ты не ходил к ней? И не советовался перед тем, как прийти ко мне?

— Ходил, — не стал отрицать алхимик. — Она сказала, что ты стараешься держаться подальше от Сияющих болот.

— Потому что я уже посетил их один раз и признаюсь, что мне хватило и того раза.

— Но ведь ты ориентируешься там и можешь найти дорогу, верно? А у нас нет проводника.

— Проводника вы сможете найти в тех поселениях, которые расположены рядом с болотами. Поверь, они покажут вам путь куда лучше меня, а я там бывал уже достаточно давно, — с этими словами он налил себе в кружку и сделал вид, что слушает музыкантов, которые явно не собирались прекращать играть.

Сьёрд слушал недолго. Может быть эти музыканты и вправду не плохо справлялись со своей задачей, судя по однозначно положительной реакции их слушателей. Вот только алхимик не мог всё это долго терпеть.

— Что у тебя там случилось? — спросил он. — Что ты так сильно не хочешь туда возвращаться?

— Ох, эта история точно не для этих двух бутылок, — заметил Дерерис. — Но ты, судя по всему, твёрдо намерен меня переубедить, верно?

— Ты снова прав, — подтвердил Сьёрд. — И потому опуская лишние подробности, что скажешь?

Дерерис залпом выпил кружку, а потом внимательно посмотрел на алхимика. Что-то в его глазах мелькнуло, что вызвало у Сьёрда не хорошие подозрения. Такой взгляд у своего товарища он видел уже не в первый раз и в такие моменты никак не мог понять — товарищ ему всё-таки Дерерис или нет.

— Знаешь, что, Сьёрд. Давайка вместо моих рассказов мы лучше послушаем твои, — предложил перевёртыш. — У тебя ведь тоже своих гробов в подвале достаточно.

— Хочешь обсудить мои гробы? — на самом деле Сьёрд давно ожидал чего-то подобного. — Кажется я знаю откуда ветер дует.

— Правильно, знаешь. Я ведь до встречи с тобой работал с Джорононенди, — напомнил Дерерис. — Водил его по самым разным местам Забытого Края. Как-то раз мы даже бежали из одной небольшой деревушки, жители которой почему-то были уверенны, что мы с ним говорящие жабы, принявшие чужой облик.

— Очень занимательная история, — невесело оценил Сьёрд.

— Это точно. А во время этих наших странствий наш дорогой Джоро много всего мне рассказал. Рассказал в том числе и о тебе.

Алхимик тяжело вздохнул и ещё раз выпил. Он понял к чему идёт их разговор и не видел в этом ничего хорошего. С другой стороны, быть может и стоило уже давно с этим разобраться?

— В таком случае я хочу говорить под нечто другое, — заявил Сьёрд и обернулся в кресле. — Бармен! Есть у тебя виски?

Стеклянная бутылка с надписью «Болтливый висельник» на этикетке, возникшая на столе, стала лучшим вариантом ответа.

— Прежде чем мы начнём, — произнёс алхимик, разливая виски по выданным барменом бокалам. — Почему ты пьёшь такую дрянь, когда мог бы купить и что-нибудь получше?

— Потому что мне всё равно что пить, так зачем тратиться на что-то дорогое? — усмехнулся Дерерис. — К тому же «висельник» в приличном обществе пить тоже не будут.

— Наверное, хорошо, что мы не в таком обществе. И что же мой старый друг тебе поведал?

— Многое. Я, конечно, понимал, что Джорононенди ты сильно не нравишься и потому видел, что он многое приукрашивает. Однако кое-что интересное я всё-таки запомнил.

— Так понимаю, что к нашей встрече ты уже успел составить обо мне мнение. И о каких же гробах тебе поведал Джоро?

— Да о том, где ты так научился владеть мечом, где научился сражаться и чем занимался до того, как вступил в круг алхимиков в Цантерии, — ответил Дерерис, когда они чокнулись бокалами. — Успел ли я составить мнение о тебе? О да, я видел тебя как лицемерного мерзавца. Я видел тебя убийцей, но вовсе не из-за того, что случилось там в Цантерии. А из-за того, что случилось задолго до неё.

— Выпей, — посоветовал ему Сьёрд. — Зачем бокал держать?

Они выпили. К удовлетворению Сьёрда «Болтливый висельник» в Влерте был точно такой же, как и в Цантерии. Собственно, его ведь оттуда сюда и привозили.

— И что же ты скажешь?

— О виски? У него истинный вкус массового производства, лишённый аромата авторского висковарения.

— Нет я про своё прошлое.

— А… Я знаю о том, что ты был мечом Кривой Руки. Ты убивал нелюдей, и ты убивал перевёртышей. Ты вообще много кого убивал.

Об этом Сьёрд старался не вспоминать. Он снова тяжело вздохнул поскольку рассчитывал, что эта история останется в далёком прошлом и ему не придётся возвращаться к делам, совершением которых он нисколько не гордился. Быть может он и делал то, что требовалось, вот только повторять этого нисколько не хотел. Алхимик поднял бокал, что Дерерис с готовностью повторил.

— Никто из нас не выбирает то, как начинается его история, — произнёс Сьёрд, когда они снова чокнулись. — Но некоторые стараются её изменить.

— И как же быстро ты понял, что пора менять свою?

— Не так быстро, как хотелось бы.

— Тогда за перемены? — предложил Дерерис. — А то, что же мы пьём без тоста, словно безнадёжная деревенщина?

Они выпили до дна. Алхимик вновь наполнил бокалы.

И в Забытом Крае, и за его пределами между людьми и нелюдьми было достаточно разных конфликтов. Их история насчитывала не мало страниц, глав и даже целых томов. И один из них был посвящён войску Кривой Руки — воинству вооружённых добровольцев с собственными командирами, которые не служили ни королям, ни дворянам, ни торговым гильдиям. Как и их подчинённые они служили только своим целям и своей борьбе. И когда-то давно Сьёррердаль состоял в одном из таких отрядов.

Он хорошо помнил, как относились к ним люди в городах и деревнях. Где-то их приветствовали и поддерживали, а где-то резко осуждали. Свободное войско боролось с чудовищами и звериными племенами и потому во многих местах получало помощь. Однако Кривая Рука была также хорошо известна своей борьбой против нелюдей, которых некоторые командиры считали ничуть не лучше чудовищ. Тем не менее, далеко не во всех людских владениях это дело вызывало одобрение и не стоило забывать, что часть добровольцев этого войска вступили в него только ради добровольного участия в грабежах. Со временем некоторые его бойцы совсем потеряли страх, а вместе с ним и доверие общества. Подобные обстоятельства в совокупности с рядом столкновений с королевскими властями привели к тому, что силы Кривой Руки заметно сократились. Многие всё больше считали её радикальной организацией и прибежищем для расистов, которые всё чаще охотятся за союзными человечеству нелюдьми, чем за действительно опасными чудовищами. Однако к тому времени Сьёрд уже давно покинул отряд, в котором состоял, после чего прослыл среди бойцов Кривой Руки дезертиром.

— Джорононенди рассказал о том, что в твоём отряде у тебя был наставник, — продолжил Дерерис, разглядывая виски в своём бокале. — Именно он обучил тебя владеть мечом и научил драться. Старик утверждал, что это был совершенно бесчестный наёмник.

— Он был рыцарем, хотя чести у него и правда было немного.

— И он был твоим командиром.

— Верно. И под его командой я бил нелюдей? — предположил Сьёрд. — Об этом тебе рассказывал Джоро?

— Именно так. И ещё о том, как именно ты это делал. В каких событиях принимал прямое участие.

— Ты про бойню в Алетеле? Хочешь это обсудить?

— Обсудить? Это можно. Не отрицаешь?

— Нет, но для такого дела нам нужна закуска, — рассудил алхимик. — Если я выбрал выпивку, еда за тобой.

Дерерис кивнул и сделал знак бармену. Вскоре перед ними появилась большая тарелка с гренками, луком и колбасой.

Сьёрд хотел бы отрицать, но к своему сожалению не мог. Битва в Алетеле была чёрным пятном на его памяти, с которым было связанно слишком много неприятных воспоминаний.

— Да я был при Алетеле и сражался там с перевёртышами. А ещё я сталкивался с нелюдьми и в других боях. Их было не так уж и много, но я помню каждый из них. Так почему же ты разговариваешь со мной, если знаешь всё это? — поинтересовался Сьёрд.

Дерерис пристально на него посмотрел, а потом взял с тарелки гренку.

— Когда я первый раз тебя увидел, то считал тебя мерзавцем, — признался перевёртыш. — Ты приехал сюда как какой-то охотник за головами, преследующий своих же бывших коллег. Да, они делали паршивые вещи, но и у тебя грехов хватало. А ты при этом всё рассуждал о высокой морали, о том, что можно и что нельзя. Постоянно говорил о правильных выборах и о недопустимости бессмысленных жертв. Прям слушать было противно.

— Что ж, могу поверить, — сказал алхимик.

— Однако потом ты всё же меня заинтересовал. Ты не сбежал, когда на нас обрушились неприятности в влертских подземельях и держался весьма достойно, когда нас осаждали эти сумасшедшие из Азголь. Поэтому со временем я усомнился в словах нашего общего друга даже больше, чем раньше. Так что, отвечая на твой вопрос почему я с тобой говорю — раз уж ты сам пришёл, то мне интересно выслушать твою версию.

— Как ты там сказал? Это история не для этих двух бутылок. И даже не для этого виски.

— Однако для понимания. Если ты действительно собрался убеждать меня отправиться с вами.

— Ну ладно. В таком случае, за понимание?

— Именно так.

Они снова выпили. В этот раз Сьёрд сразу выпил до дна. Музыканты уже давно перестали играть, присев за свой стол с едой ради небольшого перерыва.

— Я попал в войско Кривой Руки ещё в детстве, — после некоторого молчания произнёс он. — Долгое время был оруженосцем. Один из командиров, тот самый рыцарь увидел во мне потенциал и лично взялся меня тренировать. Прошли годы, и я стал лучшим мечником под его командой.

— Командой, бившей нелюдей?

— И их тоже. Мы сражались со звериными племенами, с чудовищами и да, с нелюдьми. Мой командир в своей жизни повстречал не мало злодеев среди них, а потому ему всегда было что сказать в оправдание отряда. И того, что он делал.

— Понимаю, — произнёс Дерерис. — А как звали этого твоего рыцаря?

— Я не хочу вспоминать его имя. Но скажу, что его герб представлял собой розу со змеёй.

— Тогда я догадываюсь о ком речь. Выпьем за него?

— Ни в коем случае.

Какое-то время они молчали, сконцентрировав своё внимание на тарелке с гренками.

— И когда же ты усомнился в рассказах о том, что все нелюди злодеи? — поинтересовался наконец Дерерис.

— Собственно я никогда в них полностью не верил, но однажды группа нелюдей спасла мою жизнь. И это заставило меня многое пересмотреть.

— Это случилось до Алетеле или после?

— До, — Сьёрд снова наполнил бокалы. — Но битва в Алетеле поставила во всём этом точку.

— Так что же там всё-таки произошло?

Сьёррердаль ответил не сразу. Сначала он схватил бокал и хотел было залпом его выпить, но остановился, уже поднеся его к лицу. Немного подумав, он вернул бокал на место и тяжело вздохнул. Дерерис всё это время оставался неподвижен.

— Я был там, когда войско Кривой Руки осадило Алетеле, — признался Сьёрд. — И принимал участие в штурме. Мой отряд сражался у Ворот Лейзы. Это был тяжёлый бой, мы многих потеряли, но всё-таки взяли их. Тот день я никогда не забуду.

— Я многое слышал о том штурме и ещё больше о том, что случилось после него.

— А я всё это видел, — кровавые глаза Сьёрда пристально смотрели на Дерериса. — Сначала нас встретили стрелами. Можно сказать, что это был град стрел, но нет. Их было столько, что мы просто не знали куда деваться. Они трещали о щиты, казалось, что все лучники Алетеле собрались перед нами. Когда же мы начали выбивать ворота нам прямо на головы вылили масло, но это было ещё не страшно. Страшно стало, когда его подожгли. В конце концов я оказался среди тех, кто забрался наверх по штурмовым лестницам. Я не был в числе первых, потому что тех, кто были первыми убили. Я видел, как их сбрасывали прямо со стен. Но я видел, как люди из моего отряда выбили ворота, после чего воины ворвались в город. И в то же время другой отряд взял Ворота Тейзы. После этого всё уже было кончено. Мы победили, мы захватили Алетеле. А после этого началась бойня…

На этот раз Дерерис молчал и только внимательно слушал.

— Хочешь знать, что там случилось? Воины, наёмники и прочие подручные Кривой Руки занялись грабежами и убийствами. Они разорили город, буквально разрушили его. Командиры потеряли над своими воинами всякий контроль и то, что произошло вошло в историю как Бойня в Алетеле, — Сьёрд отогнал от себя дурные воспоминания и продолжил рассказывать. — В том, что там произошло я не принимал участия. Я не грабил город, но я помог его захватить и с тех пор чувствую свою вину за произошедшее. Именно тогда я и покинул Кривую Руку. Ушёл вскоре после битвы, странствовал и спустя время я оказался в Цантерии. Там я и познакомился с Моткето и его алхимическим кругом. Присоединился к ним. И стал заниматься тем, чем потом гордился. Лечил людей и спасал жизни.

— До тех пор, пока история с Шайдвин не развела ваши с Моткето пути? — заключил наконец Дерерис.

— Именно так. Знаешь, я часто думаю, окажись я в Цантерии, когда дела там пошли крахом, если бы Моткето не изгнал меня, то смог бы я ему помешать? Предотвратить его злодеяния? Быть может я совершил бы ещё одно убийство, но сколько жизней она бы спасло?

— Этого мы теперь никогда не узнаем, — мрачно прокомментировал перевёртыш. — Хотя Шайдвин ты бы здесь точно уже не встретил. Но неужели после Алетеле тебя никто не преследовал? Я слышал, что люди Кривой Руки очень мстительные.

— За мной послали пару парней, — пояснил алхимик. — Я вернул их обратно, чтобы они передали мои слова.

— Слова? Значит ты оставил их в живых?

— Я не хотел их убивать. Но поверь, после той встречи у них пропало желание снова искать меня. А потом Кривая Рука распалась и обо мне уже просто забыли.

— Интересная получается история, — Дерерис покачал головой. — Вопрос только в одном — почему я должен тебе верить?

— Верить или нет — это уже твоё дело, я тебя убеждать не собираюсь. Я рассказал тебе то, что стоило рассказывать, — твёрдо сказал Сьёрд. — А теперь я хочу знать могу ли я рассчитывать на тебя в предстоящем предприятии?

— Думаешь, что я соглашусь?

— Собственно да, ведь на самом деле ты такой же как я.

— Это с чего вдруг?

— Я ведь говорил с Дильчией. У тебя тоже не самое обычное прошлое и вполне хватит своих гробов. Если я состоял в одном из отрядов Кривой Руки, то ты был среди сторонников Гвеледеля. Сражался бок о бок с другими перевёртышами против людей-угнетателей. Ты ведь потом не просто так оказался на каторге, верно?

Дерерис усмехнулся. А потом посмотрел на Сьёрда глазами, в которых алхимик мог увидеть товарища.

— Выпьем? — предложил он. — За каторжников и дезертиров.

— Поддерживаю.

— Гвеледель начинал как борец за свободу, — пояснил Дерерис после того, как они выпили. — Когда я присоединился к нему он хотел возвратить земли нашего народа, создать место, где наши семьи могли бы жить мирно. В том числе здесь в Забытом Крае. Нечто получше Сияющих болот. Закончил он плохо, занявшись под конец уже совсем не тем. К тому времени я покинул его, но дела его шайки и других подручных, всё равно, повесили на мою шею, когда меня взяла пара законников. Суд над нелюдьми в тех местах, где меня арестовали, как правило, короткий.

— Понимаю, — кивнул Сьёрд. — Но и в Алетеле всё началось не с мирных фермеров перевёртышей. Там были и мародёры, и убийцы, которые терпеть не могли простых людей.

— Знаю, слышал об этом. Можешь не рассказывать. Значит ты считаешь, что мы с тобой похожи? И поэтому я должен помогать тебе?

— На самом деле ты помогаешь вовсе не мне. И кстати даже не Грихдеру или Дому Второго Дыхания. Ты помогаешь самому себе, точно также как это делаю я.

— И откуда такое умозаключение? — спросил Дерерис с сомнением.

— Мы с тобой хорошо понимаем друг друга. Оба имеем прошлое, тени которого преследуют нас и оба пытаемся сделать всё, чтобы хоть как-то загладить ошибки этого прошлого. Хотя бы в своих собственных глазах. И именно этим ты здесь и занимаешься. Помогаешь Дильчии, работаешь проводником в Доме Второго Дыхания. Ты ищешь искупления за свои грехи.

— Я никогда не обращал твоё внимание на то, что ты удивительно много говоришь? — недовольно поинтересовался Дерерис. — А ведь это страшно раздражает.

— И, собственно, ради того же самого я прибыл сюда, — заключил Сьёррердаль, не обратив при этом внимания на его слова. — В поисках искупления, в поисках справедливости, в конце концов. Но сейчас Дильчия предложила мне кое-что другое. Не одну только месть, а возможность остановить чудовище, настоящее чудовище. И после всего того, что я повидал я совсем не против принять участие в подобном мероприятии. Вопрос только за тем, готов ли ты?

— Думаешь этот поход может завершиться успехом? И мы действительно остановим эту сумасшедшую?

— Вся эта история со Смертью Городов должна закончиться, — сказал алхимик. — И моя история с Моткето должна как-то закончиться. И случится всё это похоже на этих самых болотах. А там мне понадобится такой товарищ как ты, Дерерис. Так что, опуская лишние подробности, я был бы рад, если бы ты присоединился к нам.

— Ну что ж, — перевёртыш снова взял бокал с виски. — Если ради того, чтобы сделать нечто стоящее, что как ты сказал поможет исправить ошибки прошлого. Можно попробовать.

Замок Енирестоун оказался самым большим из всех замков, которые Сьёрд видел в Забытом Крае или на Таратурском острове. Это было укреплённое место, расположенное на некоторой возвышенности. Массивные восьмигранные башни, высокие стены и широкие жилые корпуса с длинными окнами без стёкол. Взгляд алхимика оценивающе прошёлся по бойницам и амбразурам, по крышам башен и многочисленным лестницам. Особенно Сьёрд задержал внимание на надвратной башней, самих ворот в которой уже явно давно не было, и на донжон, возвышавшийся над окружающими его постройками. Все укрепления определённо внушали уважение к работе мастеров, которые их возвели. По всему было видно, что Енирестоун построили задолго до основания Хистерийского королевства.

Конечно, замок пребывал в страшном упадке. Рухнувшие крыши башен, обвалившиеся бойницы и заросший внутренний двор. Этим местом уже давно и никто не пользовался, отчего оно пришло в запустение и теперь нуждалось в серьёзном ремонте. Сьёрда такое положение вещей пусть немного, но удивило. Ведь при вложении относительно небольших усилий Енирестоун можно было бы превратить в мощный опорный пункт. Даже не восстановив все башни. В Цантерии таким замком, хоть и полуразваленным, давно бы заинтересовались все окрестные дворяне, тут же захотевшие прибрать его к своим рукам.

Однако здесь этот замок оставался нетронутым и совершенно заброшенным. По словам Дерериса для Забытого Края это было вполне обычное дело. Местные власти здесь нисколько не интересовались благосостоянием своих владений. Возможно, по той причине, что эти самые власти просто отсутствовали.

Путь от Згравок до замка занял не так много времени, от силы пару часов. Но к тому моменту, когда влертовцы добрались до заросшего кустами и высокой травой рва погода резко ухудшилась. Сначала поднялся сильный ветер, а следом за ним начался дождь. Глядя на сгущающиеся на небе тучи Сьёрд надел на голову капюшон.

— Ведите фургоны прямо во двор замка, — скомандовала Дильчия Вотрону. — Мы укроемся там, пока погода не успокоится.

— Мне отправить разведчиков поискать путь через болота? — тут же спросил влертовец.

— Нет необходимости. Если ветер и дождь усилятся, то на болота сейчас никому не стоит соваться.

С этим мнением Сьёрд был определённо согласен. Даже при всём своём запустении замок, всё равно, выглядел местом, где можно укрыться, а при необходимости занять оборону. И к тому же даже с покосившимися хозяйственными постройками и прогнившими деревянными сооружениями Енирестоун, всё-таки, выглядел куда привлекательнее, чем Сияющие болота. В такую погоду при усиливающемся дожде они внушали глубокую неприязнь. Не вызывающая доверия земля, низкие деревья, трясина и странные растения, колыхающиеся против ветра. Сколько алхимик не всматривался в эту картину она ему, всё равно, не нравилась. Как отряд будет тянуть здесь свои фургоны и телеги? Сьёрд вдруг поймал себя на мысли, что пока не видит никакого сияния, послужившего названием для этих болот.

Над воротами замка была закреплена удивительно хорошо сохранившаяся статуя женщины с мечом в руке, лицо которой было сокрыто чем-то вроде вуали. Несколько таких же статуй Сьёрд заметил и во внутреннем дворе, когда отряд оказался в замке, и также на башнях, когда поднялся на стены. В главном зале алхимик нашёл уже только пустые постаменты, с которых статуи видимо сняли много лет назад. Как и другие подобные ему места в Забытом Крае, Енирестоун прошёл через путь разграбления теми, кто посещал его ради одной только наживы. Было видно, что отсюда выносили мебель, снимали статуи и люстры, усердно откалывали от стен лепнину. В домах каких богачей после череды перекупщиков осело всё достояние этого замка? Однако Сьёрд думал не столько об этом, сколько об архитектуре того места, в котором он оказался. Он хорошо узнавал её в отличие от всего того, что до сих пор видел в Забытом Крае.

Остановившись в Енирестоуне влертовцы заняли один из корпусов главного здания, который уцелел больше остальных. Разведчики сначала обыскали его — в таком месте вполне могли укрыться хищники или чудовища, но так никого и не обнаружили. После этого отряд разместился внутри здания, выставив снаружи охрану. Когда Сьёрд закончил свой обход, то сразу вернулся к товарищам. Дильчию он нашёл на втором этаже в большой комнате, которая раньше, наверное, была библиотекой.

— Этот замок строили вовсе не местные жители и даже не хистерийские короли, — заключил алхимик, обращаясь к ней.

— Так и есть, — подтвердила она, вновь изучая карты на столе. — Его возвели много веков назад примерно в одно время с Влертом.

— Думаешь, что настолько давно? — удивился Сьёрд. — Это ведь не меньше полторы тысячи лет назад.

— Но это действительно так. Посмотри на эти башни. Они восьмигранные. Последние полторы тысячи лет на этом полуострове таких не строили, — Дильчия взглянула на него. — А женщина с мечом, чьи статуи здесь повсюду? Ты ведь знаешь чей это герб.

— Конечно, знаю. Это герб Восточного Ферволена.

— И он также использовался во времена единого Ферволена до его разделения на Западный и Восточный. Этот замок, как и Влерт был построен именно в те времена. Скорее всего тогда он был чем-то вроде отдалённой заставы или местным опорным пунктом. Старые государства много всего построили, теперь мы все живём на их руинах.

Немногие места в Забытом Крае или в Цантерии сохранили свои оригинальные названия. Большинство из них получили новые имена, когда люди находили их разрушенными и зачастую заброшенными. Иногда они пытались их потом восстановить.

Влертовцы укрыли фургоны и телеги под длинным навесом, несколько человек кормили лошадей. Двое бойцов, прихватив арбалеты и фонарь, отправились дежурить у главных ворот. Повар уже грел ужин. Дильчия решила, что отряду стоит переждать здесь ночь, пока погода не успокоится, а продолжить путь уже утром. Днём, когда будет светло, найти дорогу на Сияющие болота куда проще, чем ночью. Тем более, что проводника они так и не нашли.

За ужином, когда большая часть отряда собралась в одном зале, люди шептались перед предстоящим походом. Кое-кто считал, что испортившаяся погода была результатом деятельности нелюдей. Бойцы вспоминали все слухи и истории, которые только знали.

— Это магия, я в этом не сомневаюсь, — говорил один из влертовцев за столом. — Нелюди с болот наслали на нас этот дождь, чтобы помешать нам.

— Да ладно тебе! Я столько этих нелюдей видел и нет у них таких сил, — ответил ему товарищ, сидевший напротив него.

— Ты просто не тех видел! На этих болотах проживают Покровители! А у них такие силы есть, что только в самых страшных снах могут присниться!

— А ну прекратить разговоры! — повысил голос Вотрон, сидевший рядом со Сьёрдом. — Развели тут сплетни словно бабы!

Влертовцы притихли. Вотрон глотнул чаю из своей кружки и посмотрел на Сьёрда.

— Любую сказку вспомнят, да ещё и дважды приукрасят, — проворчал он.

Алхимик понимающе кивнул. Он хорошо слышал все эти разговоры, но сейчас его куда больше беспокоили совсем другие слухи и истории. Он до сих пор хранил у себя то письмо, полученное от Моткето через Тлийна. То письмо, в котором тот убеждал его отправиться в замок Енирестоун. И там найти правду о происхождении Смерти Городов и тёмных делах Сообщества Перерождения.

Сьёрд заметил Дильчию ещё издали, когда она вошла в зал и сразу же направилась к нему.

— Пойдём со мной, — предложила женщина, подойдя ближе. — Лучше будет если я покажу тебе всё сама.

Лаборатория здесь располагалась вовсе не в башнях и не в подземелье, а занимала один из корпусов главного здания. Три этажа с кабинетами, спальнями, лабораторными помещениями и многочисленным оборудованием. Множество винтовых лестниц вели из одной секции в другую. Специальная платформа, подъёмные механизмы которой давно вышли из строя, позволяла спуститься с самого верхнего этажа прямо в подвал и подняться обратно.

Столы и стулья, подносы с инструментами, многочисленные пробирки и флаконы. Здесь можно было увидеть молотки и пилы, ножи и скальпели. Всё старое, нередко ржавое и нуждающееся в ремонте. То, что Сьёрд видел здесь во всём напоминало ему школу Мелевера из Подтопленного города. Только в куда большем масштабе. Алхимик проходил мимо котлов и сложных конструкций из стеклянных трубок, тянущихся от одного стеклянного шара к другому. Сьёрд знал, что в таких конструкциях готовили и смешивали самые разные и сложные зелья и смеси. Изготовить нечто подобное сейчас могли только самые лучшие мастера, которых осталось совсем не много. Было время, когда люди искали и разрушали лаборатории с таким оборудованием, поэтому Сьёрд не мог скрыть профессионального восхищения перед тем, чем эта лаборатория была до своего запустения. Стеклянные и металлические трубки здесь протянулись по стенам, были подвешены под потолками и уходили с одного этажа на другой через специальные отверстия в полах и потолках. Они вели от одного стола к другому и сопровождались многочисленными вентилями, рычагами и даже разбитыми циферблатами. Эта лаборатория была старой, но она явно не уходила в далёкие века своей историей. Кто-то возвёл её здесь, переоборудовав под её нужды целый корпус, а потом уже она пришла в запустение.

В отличие от алхимика Дильчия смотрела на всё это без энтузиазма и словно с каким-то сожалением.

— И чем же вы здесь занимались? — спросил наконец Сьёрд, когда закончил осматривать лабораторию.

— Копались в тайнах прошлого. Искали знания, которые должны были помочь нам изменить мир.

— И как оно? Получилось?

— Не очень.

Этому Сьёрд нисколько не удивился. Он уже достаточно слышал истории о том, как попытки разобраться в тайнах прошлого приводили к плачевным результатам и некоторым из таких историй он даже стал свидетелем.

— Значит именно здесь вы проводили эксперименты с дурной кровью? — предположил Сьёрд. — В Доме Второго Дыхания этим заниматься не стали? Стремились открыть магические способности?

— Дом Второго Дыхания никогда не занимался ничем подобным, по крайней мере в части создания магических способностей, — спокойно ответила ему Дильчия. — Если только не считать истории с Мелевера, которого изгнали за его деяния. Но в остальном ты прав. Именно здесь проводили эксперименты с дурной кровью.

— Как так получилось? И зачем? Рассказывай, если ты сама решила, что так будет лучше.

— Сообщество Перерождения основал вовсе не Грихдер. Он пришёл позднее и со временем стал действующим лидером этой организации, хотя некоторые и называют его последним. И оно возникло вовсе не в Доме Второго Дыхания. Это был союз нескольких влиятельных структур, которые объединились, чтобы что-то исправить в Забытом Крае. Замок Енирестоун и его рыцари относились как раз к ним.

— Я слышал об этом, но только совсем не много.

— Именно руководство замка заинтересовалось проведением экспериментов с дурной кровью. И впоследствии ими и занялось. Не знаю, где они смогли достать эту субстанцию, но зато знаю, что они переманили многих хороших учёных и алхимиков из Влерта и других городов-государств.

— Одной только возможностью работать в такой лаборатории можно многих алхимиков привлечь, — заметил Сьёрд. — У Моткето было нечто подобное, но всё-таки немного поскромнее. Ну, а возможность открыть один из старых секретов вскружит голову любому учёному.

— Вот поэтому хозяева замка и смогли легко найти себе работников для своего дела. Особенно если вспомнить про хорошее денежное вознаграждение.

— И всё-таки, чем именно здесь занимались?

— Здесь пытались создать лекарства, — ответила Дильчия. — Такие, которые могли бы справиться с любой болезнью. Лечение дымом основано на использовании специальных трав и смесей, но это не исключительный метод. Им нельзя вылечить всё. Поэтому некоторые в Сообществе Перерождения пытались открыть новые способы лечения. Дурную кровь смешивали с различными зельями, даже с человеческой кровью. Именно этим здесь и занимались.

— Чем-то таким же, по твоим словам, занимались и в школе Мелевера, — напомнил Сьёрд, продолжая рассматривать стеклянные конструкции на столах. — Или всё-таки тем же самым?

— Мелевера ушёл далеко от цели кого-то лечить и пытался раскрыть какие силы и способности может дать человеку дурная кровь. Он исследовал её в самом худшем смысле этих слов.

— А здесь значит не так?

— Здесь пытались раскрыть состав тех лекарств, которыми действительно лечили людей.

Сьёрду, всё равно, всё это не нравилось. Он осуждал любые эксперименты с дурной кровью, потому что все они в конце концов заканчивались трагедией. Лекарство, которое пытались создать с её помощью зачастую становилось хуже болезни, которую им лечили. Побочные эффекты внушали людям страх и перевешивали любой сомнительный положительный эффект. Если он вообще, конечно, был. Сьёрд знал несколько мест, где раньше пытались лечить дурной кровью до того момента, пока она не была запрещена на всём Севере. Все эти места были теперь заперты, заколочены или вовсе сожжены. А тех, кто там работал убили быстро, но при этом без суда и каких-либо разбирательств. И потому Сьёрд нисколько не верил в то, что эксперименты в замке Енирестоун могли просто так прекратиться. Он уже догадывался, что именно за трагедия могла случиться в этом месте.

— Так о чём тебе написал Моткето в том письме? — спросила Дильчия.

Алхимик прочитал письмо, которое получил от своего бывшего учителя. Только один раз, у него не было никакого желания его перечитывать. Оно слишком ему не понравилось.

«Здравствуй, мой ученик. Когда-то давно наше знакомство началось с точно такого же письма. Тогда ты не доверял мне также, как и сейчас и потому я искренне надеюсь, что воспоминания о том дне помогут тебе прислушаться к моим словам сегодня.»

Сьёрд сразу узнал манеру Моткето. Убедить его в том, что это письмо было именно от его бывшего учителя могли вовсе не подпись и даже не почерк. Для этого было достаточно манеры этого человека. Покровительствующей, наглой и самодовольной.

«Хочу, чтобы ты понял, что я желаю помочь тебе разобраться во всём. Знаю ты и не думаешь мне верить, но, как и раньше тебе нужен человек, который объяснит тебе в чужих землях, кто здесь занимается настоящим делом. А кто слишком слаб что бы двигать настоящую науку вперёд. Однажды я стал для тебя таким человеком в Цантерии. И готов снова стать им здесь в Забытом Крае.»

Однако в тексте письма были не только рассуждения о старых днях. Куда больше в нём говорилось о тёмных историях, связанных с Домом Второго Дыхания и Сообществе Перерождения. Об алхимических экспериментах, которые проводили их участники, в том числе и связанных с дурной кровью. Как и обещал Тлийн, в письме были факты, свидетельства и даже даты и все они в конце концов сходились в замке Енирестоун. Всё это было изложено кратко, но в то же время достаточно подробно. Письмо было наполнено деталями и могло бы убедить многих людей. Настроить их против Дома Второго Дыхания и всего, что осталось от Сообщества Перерождения. Все эти факты многих заставили бы поверить, но только не Сьёрда. Его они лишь заинтересовали, но, к сожалению алхимика, именно на это Моткето и рассчитывал. И он сам прекрасно это понимал.

— Именно об этом он писал в своём письме, — задумчиво ответил Сьёрд. — Только в куда более, более мрачном тоне. С его точки зрения всё выглядело примерно также, как обычно я описываю его вам.

— Не плохо, однако.

— Вот как раз плохо здесь более, чем достаточно.

— А ты достаточно спокоен, — обратила внимание Дильчия.

— Тебе так кажется?

— Раньше на подобные новости ты реагировал куда менее сдержанно.

В это она, конечно, была права и в некоторой степени Сьёрду хотелось опрокинуть здесь пару этих стеклянных конструкций, забыв даже о профессиональном восхищении этим местом. Но кое-что его всё-таки останавливало.

— Ты сказала, что тебе нужна моя помощь, — напомнил алхимик. — И что тебе нужно, чтобы я оставался на твоей стороне.

— Мы не знаем, что именно ожидает нас на Сияющих болотах, — призналась Дильчия. — Слухов и рассказов о Покровителях ходит достаточно, но сколько в них правды? Никто точно не знает. Поэтому, когда мы столкнёмся с опасностью, я хочу быть уверенна в тех, кто рядом со мной.

— Я на твоей стороне, — заверил её алхимик. — По крайней мере сейчас. Все вопросы я задам Грихдеру, когда мы вернёмся в Влерт.

— Вот и хорошо. Я рада, что мы с тобой понимаем друг друга.

— Но что я должен был ещё здесь увидеть? — спросил алхимик, подойдя к ней. — Я на твоей стороне, но вижу, что ты что-то недоговариваешь. Моткето написал мне об этом месте не просто так. Что ещё я должен здесь увидеть?

Они услышали шаги, обладателя которых сразу узнали. Тяжело дыша в лабораторию зашёл Джорононенди в мокром плаще с капюшоном, с которого стекала вода.

— Он хотел, чтобы ты увидел ту работу, которую здесь проводили и сам сделал выводы, — произнёс он, а потом обратился к Дильчии. — Уж лучше показать ему всё. Покажи ему подвал.

— Тебя это вовсе не касается, — холодно ответила ему она. — Не стоит лезть не в своё дело.

— Что ещё за подвал? — Сьёрд медленно перевёл взгляд с Дильчии на пожилого учёного и обратно. — О каком деле идёт речь?

Дильчия вздохнула, а потом раздражённо посмотрев на Джорононенди направилась в сторону одной из винтовых лестниц.

— За мной, — скомандовала она.

Женщина привела двух алхимиков в подвал, расположенный под корпусом с лабораторией. На троих у них было всего два тротвиновых фонаря, но их света хватило, чтобы вырвать из темноты то, что требовалось. Сьёрд увидел здесь механизмы похожие на машины для лечения дымом, пустые канистры для тротвина и уже знакомые ему деревянные ящики, запираемые изнутри. Всё это он уже видел в Подтопленном городе.

— Мелевера ваш пытался раскрыть у людей уникальные способности, — заметил Джорононенди. — Такие силы, при которых уже не понадобились бы никакие лекарства и никакие дымные машины.

— Его осудили за подобные эксперименты, — напомнила Дильчия.

— Но ведь идею он подчерпнул отсюда, — учёный говорил с уверенностью в голосе. — Ведь сначала ваши коллеги пытались провернуть тоже самое здесь. Вы пытались раскрыть магические способности у людей и использовали для этого дурную кровь. Вы потому и изгнали Мелевера из Дома Второго Дыхания, потому что сами потерпели неудачу здесь.

— Хватит, Джоро, — прервал его Сьёрд. — Оставь свои рассуждения и скажи уже прямо то, что хочешь.

— Смерть Городов была создана именно здесь, — заявил старый алхимик. — Сообщество Перерождения проводило здесь эксперименты по созданию у людей магических способностей, и она стала их первым успехом за многие годы. Вот только теперь она повсюду несёт разрушения и гибель. И насколько же успешными оказались ваши эксперименты?

Он посмотрел на Дильчию с таким осуждающим взглядом, который, как иногда казалось Сьёрду, порой отрабатывал перед зеркалом по вечерам. Идеальное сочетание презрения и уверенности в собственной непогрешимости. Дильчия встретила его взгляд таким холодом, от которого большинству людей тут же захотелось бы посмотреть всё ли у них в порядке с обувью.

Сьёрда тем временем беспокоил совсем другой вопрос.

— Ты для чего пришёл, Джоро? И зачем рассказываешь всё это? — спросил он. — Ведь не для того, чтобы просто поделиться своими знаниями.

— Чтобы уже покончить со всеми нашими распрями, — ответил Джорононенди. — Вы ведь в неприятной ситуации, без проводников и без чёткого понимания, что вас ждёт впереди. Но я знаю, как можно исправить это положение.

— Серьёзно?

— Вполне. Но для этого вам, Дильчия, нужно признать правду о ваших делах. А тебе, Сьёрд, нужно кое с кем встретиться.

— И с кем же?

— С Моткето.

Сьёрд и Джорононенди покинули замок Енирестоун и отправились к Сияющим болотам. Дерерис высказался откровенно против их поездки и даже хотел их сопровождать, но пожилой алхимик тут же запротестовал против этой идеи. Натягивая на голову капюшон, он заявил, что поедет только со Сьёрдом или весь отряд утром будет самостоятельно пытаться найти путь через болота. Выслушав его слова Дильчия возражать не стала. Ей было интересно узнать, как старый алхимик мог бы помочь их делу. Сьёрд же не видел никаких причин вообще отказываться от поездки, поэтому собрались в дорогу они быстро.

Дождь по-прежнему продолжал лить с неба, а двое всадников ехали, надев на головы капюшоны и плотно закутавшись в плащи. Их путь пролегал по заросшей травой тропинке, мимо кустов и цветов, мимо луж, возле которых собирались маленькие зверьки. Почему-то они не прятались от дождя в отличие от остальных, но рассмотреть ни одного из них Сьёрд так и не сумел. Зверьки сразу быстро разбежались, едва лошади приблизились к ним.

— Сначала мы сотрудничали с Грихдером и его Домом Второго Дыхания, — рассказывал Джорононенди, пока они были в пути. — У нас у всех были знания, которыми можно было поделиться друг с другом. Какое-то время наше совместную работу можно было назвать плодотворной.

— Какую работу, Джоро? Чем вы здесь занимались, кроме того, что пытались спасти и спрятать свои шкуры?

— Мы пытались исправить то, что случилось в Цантерии, — с грустью ответил ему Джоро. — Ты думаешь, что мы просто сбежали, спасая свои головы? Вовсе нет, мы искали способ исправить то, что там случилось. Искали и ищем до сих пор способ вылечить цантерийскую чуму. Понимаешь? Мы продолжили свою работу, которую начали в Брареваре.

— Какие вы с Моткето молодцы. А я-то было решил, что вы скрылись словно кучка зайцев. Не пожелали отвечать за свои поступки.

— Как отвечать? — в его голосе прозвучало недовольство. — Позволить отрубить нам головы? А кто тогда продолжит искать лекарство? Кто будет спасать людей? Мы не могли себе такого позволить!

— Ах, как благородно! То есть вы не трусливо сбежали, а о людях подумали! — возмущению Сьёрда не было пределов. — И наказывать вас нельзя, ради общего блага! Как же интересно всё выходит!

— Тебе этого не понять, именно поэтому ты больше не один из нас.

— Да, Джоро, мне этого не понять. Но может быть и вправду будет лучше, если поисками лекарства займётся кто-нибудь другой? Кто-то, ещё не наделавший столько фатальных ошибок?

— В этом и состоит неприятная для тебя и остальных правда, Сьёрд. Никто другой не сможет его найти.

Именно эта черта и не нравилась Сьёррердалю в его бывших коллегах и учителях. Их абсолютная уверенность в собственной исключительности.

— Так что же случилось, Джоро? — спросил алхимик, пока они приближались к Сияющим долотам. — Вы сотрудничали с Грихдером, а потом прекратили?

— Когда узнали о его роли в появлении Смерти Городов, — ответил Джоро. — Мы вместе искали старинные способы лечения самых разных болезней рассчитывая, что сможем помочь друг другу. О Смерти Городов мы тогда только слышали обрывочные истории. Мол некая женщина со своими последователями наводит страху на отдалённые поселения.

— И когда же вы сделали вывод о том, что она появилась по вине Грихдера?

— Когда я обследовал замок Енирестоун, — ответил Джорононенди. — Когда мы сотрудничали, Грихдер попросил меня изучить и сам замок, и его лабораторию. Он пытался понять некоторые подробности того, чем здесь занимались. Он определённо знал, что здесь проводили эксперименты и создали Смерть Городов, но видимо не понимал некоторые детали. И именно в них и просил меня разобраться.

— Но он не принимал участия в том, что здесь случилось, — заметил Сьёрд. — И это при том, что ещё нет никаких доказательств того, что ты прав и Смерть Городов была создана именно здесь.

— Есть старые записи, они описывают процесс экспериментов. Я вынес их из замка и спрятал. Сьёрд, если здесь пытались создать людей с магическими способностями, то откуда ещё могла появиться такая женщина как Смерть Городов? Ведь не из моря она вышла?

— Она могла появиться, где угодно. Такие эксперименты проводились во многих местах.

— И она прошла множество земель до Забытого Края? Зачем? Она появилась здесь, а этот замок единственное место в округе, где можно было сотворить нечто подобное. И потому почему она несёт столько смерти и боли? Лишь жертва экспериментов может с такой злостью использовать свои силы.

— Есть ещё школа Мелевера в Подтопленном городе, — напомнил Сьёрд. — Не забывай об этом.

— Школа Мелевера была разрушена разозлёнными крестьянами. Там так и не успели ничего создать.

— Но зачем Сообществу Перерождения создавать людей с магическими способностями? Или на это у тебя тоже есть ответ?

— Конечно, и ты его хорошо знаешь. Власть. Хистерийское королевство распалось, земли Забытого Края погрузились в анархию, а местные города-государства только и пекутся о собственных границах. Если бы у Сообщества Перерождения появились люди со сверхъестественными способностями ему бы стало легче захватить власть в округе. Разве нет?

— Но даже если это и правда то, где обстоятельства вины Грихдера во всём этом? — Сьёрд не доверял Джорононенди, а потому сомневался во всех его словах.

— А разве он мог быть в этом не замешан? Разве при его положении в Сообществе Перерождения он мог не знать? И разве ты сам не привык винить всех, кто хоть как-то связан с дурной кровью, в грехах отдельных её исследователей? — старый алхимик строго взглянул на него из-под своего капюшона. — Смерть Городов совершала всё больше и больше злодеяний, а Грихдер разыскивает её только для того, чтобы замести следы. Ведь он наверняка настаивал на том, что её нужно просто убить без какого-либо суда. Когда мы поняли всё это, то перестали с ним сотрудничать. С ним и с его людьми. Понимаешь, Сьёрд? Ты веришь мне?

— Это сейчас не так важно, — алхимику не нравился их разговор. — Важно другое. Твоя история очень напоминает мне то, что мне рассказал Грихдер о вашем с ним сотрудничестве. Вот только он рассказал, как сам разорвал с вами все отношения, после того как узнал о вашей связи с Покровителями.

— Но я тебе не вру, всё было именно так. Мы с Моткето обвинили Грихдера в создании Смерти Городов, а он в ответ обвинил нас в связи с Покровителями.

— Значит вы всё-таки встречались с ними. Или до сих пор сотрудничаете? Ты этого не отрицаешь?

— Нет нужды. Мы и раньше работали с нелюдьми ради науки. Когда ты успел стать расистом?

— Я ничего не имею против тех нелюдей, которые живут среди людей. Тех, кто возделывают землю и трудятся, как и все остальные. Но ведь Покровители насылают на поселения болезни, чтобы изгнать людей из Забытого Края, — обозначил свою позицию Сьёрд.

— Это Грихдер тебе сказал? И ты поверил такой байке? — в голосе Джорононенди прозвучало нечто вроде сочувствия. — Они просто прячутся на этих болотах от злобных крестьян с вилами. А болезни — они были всегда и везде.

С последним замечанием было трудно спорить. Двое алхимиков добрались почти до самой границы Сияющих болот, где остановились возле старинного дома на высоком фундаменте. Он был трёхэтажным с остроконечной крышей и маленькой башенкой, пристроенной с восточной стороны. Участок вокруг него настолько зарос травой и деревьями, что уже трудно было определить, где он начинался. От цивилизации здесь остался только один дом.

— И ты хочешь сказать будто Моткето ожидает меня здесь? — спросил Сьёрд с недоверием глядя на дом.

— Ни в коем случае, — ответил Джорононенди. — Здесь тебя ожидает тот, кто отведёт тебя к нему.

Алхимик не сильно удивился, когда увидел внутри старинного дома Шайдвин.

Акт третий

Акт третий.

Они встретились за большим и тяжёлым столом в главном зале замка. Влертовцы наспех протёрли его, поставили пару тротвиновых ламп, которые частично разгоняли мрак помещения. Глядя на качество стола Сьёрд удивлялся тому как расхитители, наведывавшиеся в замок, до сих пор не вытащили его отсюда. Из полутьмы помещения выглядывали статуи женщин с завязанными глазами, расположенные вдоль стен. Кроме самого алхимика за стол переговоров сели Дильчия, Вотрон, Дерерис, Шайдвин, Джорононенди и Тлийн. Все смотрели друг на друга с подозрением и недоверием.

Встреча с Шайдвин послужила лишь первой ступенью. Второй стали переговоры. Шайдвин утверждала, что ей есть что сказать отправившимся в поход влертовцам. И после короткого разговора в доме на границе болот, Сьёрд решил, что его товарищам всё-таки стоит её выслушать.

— Итак, лично я предполагала, что после Подтопленного города мы с вами встретимся не скоро, — призналась Дильчия с абсолютным спокойствием на лице. — Однако вы почему-то снова перед нами.

— Ну, а лично я рассчитывала, что в следующий раз встречу Сьёрда уже одного, — ответила Шайдвин, которая подобным спокойствием похвастаться не могла. — Однако снова вынуждена видеть его новых спутников.

— Дамы, если вы намерены и дальше обмениваться любезностями, то прошу не останавливайтесь, — попросил их Дерерис. — У нас ведь полно времени.

Обе женщины одновременно посмотрели на него, но ни одна из них ничего ему не сказала.

— Я ждала Сьёрда здесь после того, как Тлийн передал ему письмо Моткето, — начала Шайдвин, а потом посмотрела на алхимика. — Я рада, что ты всё-таки пришёл сюда, потому что должен был увидеть то, что здесь расположено.

— То, что здесь расположено мне уже показали, — сказал Сьёрд. — А Джоро весьма помог своими рассказами.

— Я попросила его об этом. Ещё когда мы с ним встретились в Подтопленном городе я предупредила и о письме, и о своих планах.

— Это всё мы уже поняли, — прервала её Дильчия. — Вопрос в том, что вы собирались предложить?

— У нас с вами общие враги, а вернее один враг. Смерть Городов. Её необходимо остановить любой ценой, и я думаю, что вы все с этим будете согласны.

— Возможно, что в этом наши мнения и схожи. Что дальше?

— А дальше мы с вами можем помочь друг другу. Моткето также хочет остановить Смерть Городов и готов принять вашу помощь.

— Готов принять нашу помощь? — Дильчия удивилась.

— Давайте говорить серьёзно, каковы ваши шансы справиться со Смертью Городов? — Шайдвин обвела их оценивающим взглядом. — Вы не знаете точно сколько у неё сторонников, но у вас самих в любом случае людей меньше. Вы не знаете куда именно на Сияющих болотах она отправится и как её там искать. Более того, вы даже не знаете как там толком ориентироваться, потому что проводников у вас тоже нет. Это значит, что шансы у вас не слишком впечатляющие.

— Ох, спасибо за откровение. Мы ведь всего этого не знаем.

— Проблема в том, что положение Моткето тоже не слишком обнадёживающее. Смерть Городов собрала слишком много людей, да и сама она представляет собой не малую угрозу. И потому мы сомневаемся, что наше убежище выстоит, когда она нападёт.

— Так это значит, что вы пришли просить нашей помощи, — заключила Дильчия. — Как же это интересно.

Сьёрда это изрядно удивило. Он знал о гордости и Моткето, и Шайдвин, а потому догадывался, что они могли попросить о помощи только в самой отчаянной ситуации. Это одновременно и обнадёживало, и заставляло как следует нервничать. Что же за силу смогла собрать вокруг себя Смерть Городов, если даже горделивый Моткето был откровенно напуган?

— Можете называть это как хотите, — вдруг резко сказала Шайдвин. — Вопрос лишь в том, что Смерть Городов представляет собой угрозу для всех в Забытом Крае. И для людей, и для нелюдей. Местные считают, что она пришла, чтобы очистить Сияющие болота. Может быть и так, но что будет, когда она закончит с ними? Куда отправится? Мне кажется, что она снова вернётся к людским поселениям. Как думаете, как скоро вы увидите её возле стен Влерта?

— Эта мысль мне уже понятна. Что из этого?

— Если мы объединимся, то у нас куда больше шансов справиться с ней и тем самым помочь друг другу, — в отличие от Дильчии Шайдвин куда хуже скрывала своё беспокойство. — Мы знаем куда именно направляется Смерть Городов и если поспешим, то успеем туда раньше её ватаги.

— Как? — с сомнением спросила Дильчия.

— Ей удалось найти себе помощников в местных деревнях, но они не знают дороги, а у нас есть свои проводники, которые смогут показать короткий путь. Поэтому если поспешим, то сможем все вместе приготовить для неё засаду.

— А проводники это, так понимаю, нелюди? — между делом осведомился Дерерис.

— Именно так и, поверьте, они покажут вам дорогу лучше любого человека. К тому же нелюди Сияющих болот вовсе не намеренны покорно ждать пока Смерть Городов перебьёт их. Поэтому если мы объединим их силы и ваши, то получится куда больше воинов, чем есть у неё.

— Твои слова, конечно, звучат многообещающе, — произнесла Дильчия, выслушав Шайдвин. — Вот только есть одна проблема.

— Я не намерен спокойно сидеть с Моткето в одной комнате, — Сьёрд тут же её обозначил.

— Да и нам самим он не очень нравится, — добавила женщина.

— С этим вам придётся смирится, — эти слова Шайдвин сказала твёрдо. — Вас я прошу пообещать не угрожать Моткето, а тебя Сьёрд я снова пытаюсь убедить в том, что сотрудничая с ним ты смог бы принести куда больше пользы, чем отрубив ему голову. И миру, и борьбе со Смертью Городов.

— А если я всё-таки нападу на него? — поинтересовался алхимик. — И попробую его голову добыть?

— Тогда ты останешься ни с чем. У Моткето на Сияющих болотах куда больше друзей, чем у тебя. Он сможет легко скрыться, а ты просто заблудишься в бесплодных попытках его найти, — её взгляд свидетельствовал о том, что говорила она предельно серьёзно. — Так что же вы выберете, влертовцы? Отправитесь на болота сами, опоздаете к битве и потеряетесь среди огней? Или пойдёте на взаимовыгодную сделку и в конце концов остановите чудовище?

— Зависит о того о скольких чудовищах идёт речь, — многозначительно произнесла Дильчия. — Ведь нас кроме всего прочего интересуют Покровители, а вы с ними, судя по всему, в дружеских отношениях.

— О Покровителях вам придётся забыть. Мы ничего не скажем о том, где именно они прячутся, да и к тому же там, куда мы с вами отправимся вы их не встретите.

— Мы можем быть убедительны.

— Исключено! Покровители укрылись далеко на болотах и что бы вы там о них не думали они наши союзники в этой истории.

Дильчии такие слова точно не понравились, Сьёрд хорошо это видел. Он и сам был не в восторге от предложенных условий и потому уже знал насколько грубо он ответит на такое предложение. Хоть и выраженное его бывшим другом.

— Ну что скажете? — нетерпеливо спросила Шайдвин. — Вам придётся выбрать между Покровителями и Смертью Городов и выбор этот необходимо сделать сейчас, если вы хотите хоть что-то успеть.

Больше всего Сьёрду хотелось выругаться и следом за этим сказать ещё что-нибудь неприличное, но реакцию Дильчии он предугадать никак не мог. Возможно, именно поэтому его так удивил её ответ.

— Хорошо, в таком случае мы согласны, — заявила Дильчия, не обращая внимания на встрепенувшегося Дерериса. — Когда будем готовы выступать?

— С рассветом, — казалось Шайдвин даже обрадовалась такому ответу. — Нужно подождать пока погода поутихнет, но если этого не случиться, то с рассветом нужно выступать.

— А Смерть Городов не опередит нас?

— В такой дождь и ночью далеко она со своими сторонниками не уйдёт. У нас ещё есть время. Приходите с рассветом к дому возле самой границы Сияющих болот. Сьёрд и Джорононенди знают, где это.

— Мы будем ждать, — добавил молчавший на протяжении всех переговоров Тлийн. — Нам всем здесь выпал шанс сделать великое дело. Не упускайте его, пожалуйста.

Шайдвин и Тлийн не стали задерживаться в замке и поспешили покинуть его, даже не смотря на испортившуюся погоду. Они утверждали, что лучше дождутся влертовцев в том старинном доме, который Сьёрду показал Джорононенди. И что именно оттуда они начнут путь через Сияющие болота.

Алхимик не стал их провожать. Он стоял у окна и смотрел как его бывшие друзья покидали внутренний двор замка в сопровождении влертских мечников.

— Тебе есть что добавить к тому, что я увидел в местной лаборатории? — спросил Сьёрд, когда Дильчия подошла к нему.

— Больше нечего, — женщина бросила взгляд на удаляющихся под дождём гостей.

— А Джорононенди много всего добавил.

— Не сомневаюсь.

— Вы правда создали Смерть Городов? Или как-то иначе приложили ко всему этому руку?

— Я не могу ответить, Сьёрд. Потому что сама не знаю, — призналась Дильчия. — Мы сделали много жутких вещей и большинство из них в итоге и погубили Сообщество Перерождения. Однако только Грихдер сможет ответить на твои вопросы.

— Что ж, к нашей с ним встречи у меня их будет много.

— Ты всё ещё о мной?

— Конечно, как и обещал, — подтвердил алхимик, а потом спросил. — Ты правда готова принять все условия Шайдвин и Моткето? И даже забыть о Покровителях?

— Ни в коем случае, — лицо Дильчии сразу помрачнело. — Они помогут найти дорогу на Сияющих болотах, а мы всё сделаем так, как сочтём нужным. Я не собираюсь делать выбора, который мне кто-то навязал.

К рассвету погода всё-таки успокоилась и дождь прекратился. Вокруг оставалось всё также холодно, но отряд влертовцев покинул замок Енирестоун и направился в сторону Сияющих болот. Сьёрд хорошо запомнил дорогу, а потому легко указывал путь. Дильчия объяснила всю ситуацию Вотрону и другим командирам, после чего отдала соответствующие приказы. Не всем влертовцам понравилась перспектива сотрудничать с нелюдьми. Дерериса в Доме Второго Дыхания знали уже давно, но он был скорее исключением из правил, а вот нелюди с Сияющих болот — это было уже совсем другое. Их в Влерте никто не любил. Однако никто из бойцов не сказал ни слова возражения, полностью подчинившись приказу. На всякий случай Вотрон предупредил, что каждый кто выскажет недовольство будет иметь дело с ним.

Отряд двигался по старой каменной дороге, достаточно широкой, чтобы по ней могли проехать фургоны и телеги. Кругом вокруг неё была сырая после дождя земля, полная луж, возле которых снова собирались уже знакомые алхимику маленькие зверки. То здесь, то там взгляду попадались длинные ржавые трубы, тянувшиеся неизвестно откуда и неизвестно куда. Дерерис ехал на лошади рядом со Сьёрдом в начале отряда и выглядел задумчивым.

— Однако и в необычную историю мы все влезаем благодаря твой подружке, — заметил перевёртыш. — Обитающие на Сияющих болотах нелюди сами будут проводить людей по своим владениям. Да к тому же ещё и вооружённый отряд. Когда же такое здесь было в последний раз?

— Звучит так, будто тебя это не устраивает.

— Почему? Напротив! Проводник нам сейчас нужен особенно сильно, а проводник из числа нелюдей будет необычайно полезен.

— Людей обитатели болот крепко не любят? — уточнил Сьёрд, взглянув на перевёртыша.

— Это более чем взаимно, — пояснил Дерерис. — Жители окрестных поселений боятся нелюдей и постоянно ставят на них капканы и прочие ловушки, словно на зверей. Редко отказывают себе в удовольствии выстрелить из лука, едва завидев цель.

— И за что они так?

— Люди думают, что обитатели болот пытаются их изжить отсюда. Насылают болезни и присылают всяких чудовищ.

— А это правда?

— Никто не знает. В том-то и проблема.

Всё это алхимику было хорошо знакомо, поскольку ранее он уже сталкивался с подобными ситуациями в других землях. Взаимное недоверие и былые обиды мешали этому миру восстанавливаться от старых катастроф. И только удерживали его в серости и полутьме.

— А кто именно там проживает? На Сияющих болотах? — спросил Сьёрд.

— Много кого, так точно и не скажешь, — Дерерис пожал плечами. — И все разные.

— Они хоть цивилизованные в нашем понимании? Или как?

— В «нашем» понимании?

— Ты понял меня. Оставь придирки.

— Ну ладно. Кое-кто возделывает урожай, а кто-то далёк от вашего понимания цивилизации.

— И кто из них опасен?

— Все.

Отряд влертовцев с телегами и фургонами двигался медленнее, чем Сьёрд и Джорононенди ехали на лошадях вдвоём. Однако совсем скоро они добрались до знакомого дома у самых болот. Вот только картина, которую они увидели им нисколько не понравилась.

Старинный дом был осаждён. Вокруг него собралось никак не меньше дюжины крестьян с копьями и молотками, у пары виднелись колуны. Крестьяне кричали и громко ругались. По их крикам стало понятно, что они требовали от тех, кто укрылся в доме немедленно выйти наружу, угрожая в противном случае его поджечь. Для этого они уже успели зажечь факелы. Всё это сильно удивило Сьёрда, хотя он прекрасно понимал, кто именно укрылся в этом доме. Оставался только вопрос, как именно Шайдвин и Тлийн успели настроить против себя местных крестьян? У Сьёрда уже имелась масса версий.

Алхимик не стал дожидаться пока весь отряд доберётся до места назначения, а потому пришпорил лошадь и быстро направился вперёд. Дерерис вздохнул так, словно и не ожидал иного и последовал за ним. Судя по одежде крестьян, они были из Згравок, хотя Сьёрд и не увидел ни одного знакомого лица. Ближе всех к дому стоял невысокий мужчина с пылающим факелом в руке. При этом он был единственным из всей ватаги, у кого имелся при себе меч.

— Нам не составит труда всё здесь поджечь, — кричал он, высоко подняв факел. — А как только мы это сделаем, вы сами тут же из окон выпрыгните! Слышите?

— Давай, Киг! Давай уже запали их! — подбадривающе кричали ему товарищи.

Подъехав ближе Сьёрд остановил лошадь и сразу вытащил меч из ножен. Клинок явно напугал крестьян, но они, всё равно, опустили навстречу всаднику свои копья.

— А ну разошлись и быстро! — скомандовал алхимик.

— Нет, чужеземец! Это наше дело! — воскликнул один из мужиков.

— Сам вали отсюда! — поддержал второй.

— Сейчас все, кто это дело своим считают познакомятся с моим мечом.

Крестьяне зашумели. Их главарь, которого назвали Кигом быстро вышел на встречу чужакам.

— Проезжайте мимо и идти своей дорогой, — посоветовал он. — Не вмешивайтесь в наши дела.

— А что за дела такие? — громко спросил Дерерис, подъехав с заинтересованным видом.

— Здесь преступники! — незамедлительно последовал ответ. — И они заслуживают наказания за свои дела.

Алхимик уже взвешивал свои шансы на успех боя, когда к Кигу наклонился один из его товарищей.

— Это тот красноглазый, который с Удре разговаривал, — сообщил тот. — Это он с влертовцами пришёл.

— Вы пришли, чтобы навредить Смерти Городов? — тут же спросил Киг с грозным лицом.

— Ну может и так, — Сьёрд уже определил среди крестьян самых смелых и самых напуганных.

— Что у вас здесь происходит? — к ним присоединилась Дильчия.

Женщина подъехала на своей лошади в сопровождении Вотрона, и ещё пары бойцов. Вид у всех четверых был недружелюбный в самом многообещающем смысле слова.

— Общаемся с местными, — ответил ей Дерерис.

— Мы никому не позволим причинить вред Смерти Городов! — Киг снова шагнул вперёд, подняв меч. — Она начала свой поход, чтобы помочь честным людям и изгнать всяких тварей с болот! Уходите отсюда пока можете, если вы хотите ей помешать!

— А то, что? — спросила громко Дильчия.

— Пожалеете, как те, кто спрятался в этом доме! Они собирались помешать Смерти Городов, а мы их остановим!

— А зачем дом поджигать? — неожиданно поинтересовался Дерерис, чем ввёл крестьян в замешательство. — Вас много, не проще ли просто выломать дверь и выволочь оттуда всех силой?

— Так там же люди учёные и злые, — не сразу послышался из толпы ответ. — Вдруг они там какую ловушку нам удумали?

— И вообще, помалкивай нелюдь! — раздался второй голос, более уверенный, чем первый.

— Вот так у вас всегда люди, — произнёс перевёртыш, обращаясь уже к Сьёрду и Дильчии. — Вечно вы всё пытаетесь решить радикально, лишь бы только что-нибудь поджечь.

Алхимика больше беспокоило то, как им разогнать толпу, чем вопросы о людской радикальности. Хотя он и наградил Дерериса одновременно удивлённым и возмущённым взглядом за подобные вопросы в подобной ситуации. Тем временем, Дильчия довольно быстро всё решила.

— Значит так, вы сейчас немедленно тушите свои факелы и возвращаетесь в свою деревню, — заявила она. — И что бы больше мы вас на своём пути не видели.

— А то что?

— А то будете иметь дело с моим отрядом. Есть желание проверить свои силы?

Пока Дильчия говорила к ней присоединились ещё несколько влертовцев с заряженными арбалетами. Вид направленного на них оружия окончательно остудил пыл крестьян, и они отступили. Некоторые тут же начали гасить факелы. Возглавляющий толпу Киг выглядел крайне недовольным происходящим.

— Вы совершаете ошибку, — заявил он.

— Я так не думаю, — ответила ему Дильчия равнодушно.

— Там на болотах монстры, — вдруг принялся убеждать их Киг. — И их необходимо остановить! Неужели вы так не считаете?

— Вы нам, конечно, не поверите, но мы здесь именно для этого. Для того, чтобы покончить с безумствами одного монстра.

— Но вы охотитесь не за тем монстром! Там ведь есть чудовища, с которыми людям не справиться! А Смерть Городов пришла, чтобы как раз их и победить! И вы хотите ей помешать? Остановитесь!

— Смерть Городов повинна в гибели множества людских поселений, — сурово сказала Дильчия. — И мы здесь для того, чтобы заставить её за это ответить.

Она явно не желала продолжать этот спор, а потому направила свою лошадь в сторону старинного дома. Киг проводил её взглядом, а потом закричал в спину.

— Но ведь она хочет убить Покровителей! На чьей вы стороне в конце концов? Людей или тварей с болот, что посылают болезни и монстров?

Его слова раздались громче других, но Дильчия не обернулась к нему и ничего не ответила. Отряд влертовцев остановился перед домом, и крестьяне сначала осознали то, что они теперь оказались в меньшинстве, а затем пришли к выводу, что мысль вернуться в Згравки не такая уж и плохая.

Спрятав меч в ножны алхимик взглядом провожал Кига, который замыкал недовольную и злобно оборачивающуюся компанию. Крестьянин говорил о Покровителях и это не могло не натолкнуть Сьёрда на размышления. Позволить Смерти Городов сделать то, ради чего она пришла на Сияющие болота? Но откуда могут быть гарантии, что она действительно пришла сюда из-за историй и легенд о Покровителях? И что закончив с ними она не вернётся снова к разрушению людских поселений?

Сьёрд не был уверен в том, что после всего увиденного их отряд может позволить себе так рисковать. Однако вопрос о том, за кого они все, за людей или за нелюдей, алхимик потом задавал себе не один раз.

Этот день был особенно ясным для Забытого Края, обычно полного бурых туч. Один из немногих солнечных дней. Однако, как только отряд влертовцев оказался на Сияющих болотах это тут же потеряло всяческое значение. Здесь бурых туч было больше, чем в любой другой части Забытого Края, которую Сьёрд успел повидать. А потому ясный и даже солнечный день, пришедший на смену холодному дождю, совсем скоро остался позади. И сменился привычными сумерками, только более тёмными и ещё более удручающими. Здесь вообще всё выглядело удручающим.

Отряд двигался по старой тропе, найти которую могли разве что опытные проводники, либо местные жители. Она оказалась достаточно широкой и устойчивой, чтобы по ней могли пройти фургоны и, всё равно, отряд шёл медленно, но зато уверенно. Тропа была извилистой и петляла между болотной жижей, из которой торчали камыши и крючковатые растения с цветами. Один их вид не внушал Сьёрду ничего хорошего, однако всё это было только началом.

Сияющие болота простирались далеко до самого горизонта и отличались однообразно печальным видом. Холмистая и заросшая высокой травой местность со множеством камышей и странно шевелящихся кустов, от которых все люди старались держаться подальше. Деревьев поначалу было немного, но позднее они начали встречаться всё чаще и чаще. Все низенькие и склоняющиеся к земле своими поникшими ветками. Зато кувшинки и лилии здесь были значительно больше, чем Сьёрд видел раньше. Земля чавкала под ногами и иногда сапоги слегка проваливались под почву. Фургоны шли тяжело и потому часть влертовцев вышли из них и толкали их вперёд, помогая лошадям. Алхимик слез с седла и вёл свою лошадь за поводья, как и большинство других всадников. По какой-то причине животные были не в восторге от идеи продолжить путешествие вглубь болот и потому всем влертовцам пришлось спешиться и тянуть своих лошадей. Те то и дело упирались и ржали, пытаясь вырваться. Исключением стали только Дильчия, гордо сидевшая на своей лошади, и пара разведчиков, двигавшиеся на своих бурых лошадях впереди всех.

При всём этом погода и местность являлись лишь частью удручающей картины. Куда больше всех беспокоили руины. Их было полно. Куда ни глянь можно было увидеть развалины домов и сооружений, укрывшиеся под деревьями или выглядывающие из болот. Они выглядели страшно запущенными с трещинами на стенах и здоровенными дырами в крышах. Покосившиеся на один бок или буквально развалившиеся на куски. Их было настолько много, что Сьёрду уже начало казаться будто, они идут через старый и заброшенный город, со временем ставший одним огромным болотом. И трудно было понять, где же он начинался, а где же заканчивался. Прямо из воды торчали башни, нередко соединённые друг с другом переходами, зачастую рухнувшими. Они напоминали собой крючковатые пальцы какого-то великана, утонувшего в болоте, и потому наводили неприятные мысли. Хотя ещё более мрачными казались высокие, но при этом тонкие шпили неизвестного назначения, также возвышавшиеся из болот.

Всё это, конечно, напоминало Сьёрду Подтопленный город, вот только там во всём была видна характерная для Забытого Края архитектура, следуя которой было построено большинство человеческих поселений на полуострове. А вот здесь архитектура была явно другая и Сьёрду не знакомая. Дома не имели углов, все стены были округлыми, а уцелевшие окна овальными. При этом не многие крыши, которые алхимик увидел, представляли собой пирамиды с множеством рёбер. Подобный подход казался ему странным и наводил на мысль о том, что все эти дома могли быть построены вовсе и не людьми. А одним из народов, что принадлежал к нелюдям. Какая тогда катастрофа разрушила это место?

— Кто же теперь разберёт чья это раньше была земля? — вопросил Дерерис, когда Сьёрд обратился к нему с вопросом. — Теперь любой может тебе сказать, что именно его предки здесь и жили. Пойди да разбери, кто же говорит правду?

— И всё-таки? — настаивал Сьёрд. — Ведь вряд ли всё это строили люди, что скажешь? Всё это слабо похоже на то, что люди строили в Хистерии или в Цантерии. Может быть это возвели они?

— Они? — Дерерис взглянул на их нового проводника, на которого алхимик указал рукой и пожал плечами. — Сомневаюсь. Они так не строят и не строили никогда. Уж поверь.

Дорогу отряду влертовцев показывал проводник из числа обитателей болот. Нелюдь, который сопровождал Шайдвин и Тлийна. Именно он привёл их обоих к тому дому на границе болот, и он же должен был вернуть их назад, в случае если бы Шайдвин не смогла бы договориться с Дильчией о сотрудничестве. А теперь же он вёл целый отряд вооружённых людей. Сказать, что он был немногословен было бы просто глупо. Он вообще сказал всего несколько слов Шайдвин, а после того весь путь проводил в молчании. На людей он почти не смотрел, если что-то было нужно, то общался исключительно языком жестов. Дильчия, Дерерис и несколько влертовцев знали этот язык, а потому контакт, можно сказать, состоялся.

Выглядел он странно. Проводник скрывался под длинным плащом с капюшоном, у которого на плечах и на спине были пришиты шкурки каких-то животных. Лицо своё прятал под куском ткани, натянутом до самых глаз и потому не позволявшим его рассмотреть. Однако он явно был худ и высок. Его руки скрывали перчатки, но пальцы были длиннее, чем у любого человека, с которым Сьёрд обменивался рукопожатием. Глаза у него были жёлтыми, при чём речь шла о белках. Чёрные зрачки на жёлтых глазах лишь изредка поглядывали на людей. При чём Сьёрд заметил, что большинство его взглядов были обращены то на Шайдвин, то на Дерериса.

— Знаешь, а ведь люди несколько раз пытались освоить эти места, — рассказывал Дерерис пока они вели лошадей за поводья. — Кто-то давно прочитал в какой-то книге, что здесь большие запасы тротвина. А может быть он попросту это придумал. В итоге многие устремились сюда в надежде запустить старые добывающие предприятия. Даже Влерт заинтересовался.

— Но как я вижу больших успехов здесь никто не достиг.

— Именно так. Последняя экспедиция на Сияющие болота с треском провалилась. Выжившие рассказывали о засадах нелюдей и жутких тварях, нападавших в ночи. С тех пор идея выгнать нелюдей с Сияющих болот сменилась идеей не выпустить их оттуда. Тогда и пришло время капканов и ловушек.

— Тебе, наверное, здесь куда комфортнее, чем остальным, — предположил Сьёрд, переступая через лужу.

— Это ты ещё с чего взял? — перевёртыш взглянул на него с непониманием. — С того, что я такой бледный?

— Мне показалось, что здесь ты мог бы больше сойти за своего. Разве нет?

— Не торопись так с выводами. Я рассказал тебе о том, что нелюди укрылись на Сияющих болотах, но я ни слова не говорил тебе о том, что они все подружились. Конфликтов между отдельными группами более чем достаточно.

— Значит поэтому наш проводник так на тебя смотрит?

— Эти нашего брата особенно не любят. Если я правильно понял, кто именно наш проводник, то товарищем я его точно не назову. К тому же не забывай, я работаю с людьми. В глазах некоторых радикальных нелюдей я предатель, который помогает захватчикам.

С такой логикой трудно было не согласиться. Однако Сьёрд, всё равно, попробовал.

— Но ведь в той же Цантерии есть группы нелюдей, которые борются против властей, — заметил он. — И они принимают в свои ряды всех, вне зависимости от того, помогают они людям или нет.

— Ну да, а те нелюди, которые живут в цантерийских городах не бегут в их распростёртые объятия только по собственной глупости? — парировал Дерерис.

— Хорошо. И кто же тогда, по-твоему, наш проводник? — поинтересовался Сьёрд.

— Их иногда называют совами, — пояснил перевёртыш, глядя на проводника. — У них вроде есть несколько поселений здесь на болотах, которые они основали после того, как большинство их союзников покинули полуостров. И тогда они ушли сюда в поисках убежища.

— Совы? Почему именно совы?

— А я откуда знаю? Прозвище им давал не я. Однако ребята они не слишком приветливые и достаточно злопамятные.

— Это они как раз устраивали засады на участников экспедиции?

— В том числе. Совы также недолюбливают и других нелюдей, а в особенности перевёртышей. Так что сомневаюсь, что кому-то я здесь могу сойти за своего.

— А чем им перевёртыши не угодили? — поинтересовался Сьёрд, бросив мрачный взгляд на проводника.

— Считают, что мы слишком мало убиваем людей, — как-то не весело усмехнулся Дерерис. — Поэтому мы для них личности неприятные и вообще слабые. Как тебе?

Сьёрду пока было трудно судить обо всём этом поскольку пока перед ним был только один проводник. Однако он не исключал того, что скоро перед ним предстанут и другие нелюди. Дерерис рассказывал в пути и о том, как люди и совы какое-то время контактировали и торговали друг с другом на границе Сияющих болот и о том, как малое противостояние переросло в крупное и в конце концов положило конец любым контактам и попыткам взаимодействия. При этом перевёртыш был уверен в том, что совы не строили всех тех сооружений, которые влертовцы видели на своём пути, хотя и не отрицал того, что они всё-таки были сооружены нелюдьми.

Сам же алхимик в этом не сомневался. Во время первого же привала он отошёл от лагеря осторожно посматривая по сторонам. Его внимание привлекло одноэтажное сооружение с более или менее уцелевшей крышей и окнами. Сьёрд внимательно рассмотрел его и с неудовольствием заметил, что фасад здания украшали не слишком привлекательные фигуры, изображавшие человеческие скелеты. Эти скелеты ползли вверх по крыше, поддерживали её вдоль стен и украшали собой окна. Выглядело всё это жутко и малоприятно и лишь подталкивало Сьёрда к мысли о том, что всё это построили явно нелюди. При чём относящиеся к людям с явной неприязнью.

И эти мысли совсем скоро только укрепились у алхимика в сознании. Когда отряд влертовцев значительно продвинулся вглубь Сияющих болот, люди увидели статуи. И это были статуи трёхруких существ. Алхимик уже видел их в Влерте. Он видел их в влертских подземельях. Он даже нашёл их в одном из домов в Подтопленном городе. Но здесь их было больше, чем в любом из этих мест. Здесь Сьёрд поймал себя на мысли, что Сияющие болота, возможно, служили сердцем той культуры, что стояла за этими статуями. И эта культура его одновременно интриговала и пугала.

Трёхрукие статуи возвышались из болот и тянулись к нему или навстречу друг к другу. Они снова держали какие-то странные предметы, то ли инструменты, то ли оружие. Иные держали черепа и словно изучали их, рассматривали своими каменными глазами, оставляя только догадываться о том, какие мысли могли крутиться в их каменных головах. Как они могли относиться к людям? Какие отношения могли быть у них с человечеством до того, как все эти постройки вокруг поглотили болота? Алхимик сомневался в том, что они могли быть хорошими.

Ведь вскоре он увидел уже другие статуи — человеческие. Они были значительно меньше, чем трёхрукие и постоянно склонялись перед ними. Вереницы человеческих статуй как будто куда-то шли, а трёхрукие существа словно вели их. Куда? Зачем? И в качестве кого? Рабов? По своей привычке Сьёрд привык ожидать худшего и потому здесь он ничего хорошо не видел. Чем дальше он углублялся, тем хуже ассоциации у него появлялись.

— Как думаешь, в этом была справедливость? — спросила Шайдвин, когда алхимик рассматривал очередную группу полуразрушенных статуй, которые вместо трёхруких со временем превратились в совсем безрукие.

— Справедливость? — Сьёрд взглянул на неё с удивлением. — Этих людей здесь явно изображают как пленников.

— Но ведь на то, наверняка, была причина, — предположила женщина. — Посмотри на то, как жители Забытого Края преследуют нелюдей. Думаешь раньше было как-то по-другому? Быть может эти трёхрукие создания защищались и здесь они ведут пленников, захваченных после битв?

— Скорее уж после набегов. Ты видишь мрачную картину и теперь ищешь для неё оправдания? — алхимик тяжело вздохнул. — Этим мы с тобой и отличаемся.

— Правда?

— Вместо того, чтобы признать чью-то неправоту ты ищешь оправдания их вины. Зачем?

— А ты сразу обвиняешь других, как только видишь для этого повод. И при этом не хочешь посмотреть на вопрос глубже. Да, наверное, в этом мы с тобой и отличаемся.

— То же самое и с Моткето, я прав? По-твоему, я просто недостаточно глубоко смотрю на вопрос?

— Так и есть. Ты просто не хочешь увидеть вещи, которые действительно его оправдывают. Но я надеюсь, что скоро ты их увидишь и сможешь понять.

— Скоро? И что же теперь ты хочешь показать после Енирестона? — поинтересовался Сьёрд.

— Не я, — Шайдвин покачала головой. — Это всё тебе покажет и объяснит Моткето. Пора вам уже с ним встретиться.

Сьёрд ничего не ответил на эти слова не зная верить ли им. Вместо этого он просто продолжил путь размышляя о том, что именно может сказать ему Моткето при встрече.

К вечеру отряд влертовцев начал спускаться по склону, с которого открывался вид на уходящие вдаль болота, окутанные туманом. Уже сильно стемнело, а потому видно было немного, но поселение нелюдей Сьёрд, всё равно, рассмотрел. О нём свидетельствовали огни их жилищ, что ютились поближе друг к другу. И именно туда молчаливый проводник вёл за собой людей.

Спуск со склона занял массу времени. Влертовцы осторожно вели фургоны, колёса которых вязли в грязи. К тому времени, когда отряд окончательно спустился огней вокруг неожиданно стало много. И Сияющие болота действительно начали сиять.

Акт четвёртый

Акт четвёртый.

Люди чувствовали себя неуютно. Все нервничали, некоторые даже боялись. Бойцы тихо переговаривались друг с другом, строили догадки и предположения, вновь вспоминали старые и грязные слухи. Многим казалось, что они в опасности, никто не доверял нелюдям и все считали, что не стоит расставаться с оружием. Люди были напряжены и это было бы видно любому даже самому бестолковому командиру. Однако ни Дильчия, ни Вотрон такими не были и потому держали ситуацию под контролем.

Отряд влертовцев добрался до поселения нелюдей в сплошной темноте и уставший после тяжёлой, медленной и неудобной дороги. Свой путь люди освещали тротвиновыми фонарями с опаской поглядывая на сияющие огни на болотах. Сьёрда, как и всех остальных они, конечно, беспокоили, но в тот момент его внимание привлекали совсем другие вещи.

Поселение нелюдей выросло из темноты неожиданно, словно само передвинулось навстречу отряду. Сначала алхимик заметил заострённые колья, торчавшие из болот, в тех местах, где видимо можно было пройти. А потом увидел и грубо сооружённые из брёвен ворота, к которым были прибиты звериные шкуры. Такие шкурки были прибиты и дальше по всей стене, которая терялась в темноте. Алхимик видел очертания всё тех же брёвен и кольев, обмотанных друг с другом какой-то колючей верёвкой. А над ними высматривались очертания фигур. Фигур с копьями.

Первая же встреча людей и нелюдей оказалась не слишком тёплой и приветливой. Ворота открылись и из них вывалился с десяток нелюдей с копьями, которые попытались встретить гостей. Люди, в свою очередь, не остались в долгу, тут же вскинув арбалеты и обнажив мечи. Сьёрд не считал, что неприятель сможет справиться с их хорошо вооружённым и подготовленным отрядом. Однако влертовцы с дороги были уставшими и потому гарантировать результат не мог никто.

К счастью, наметившегося боя так и не последовало. Вперёд первыми вышли Шайдвин и проводник, которые вступили в короткие переговоры со своими товарищами. Им удалось успокоить их и тогда нелюди пропустили влертовцев в своё поселение. При этом Сьёрд не мог не заметить, что Шайдвин бегло, но освоила язык местных и похоже вполне понятно для них изъяснялась.

Никто из нелюдей не помог закатить фургоны и телеги. Они просто стояли и смотрели своими чёрно-жёлтыми глазами, при чём смотрели совсем не добро и даже почти враждебно. И этот их взгляд сохранился и дальше, даже когда закрылись ворота, и часовые нелюдей вернулись на свои посты. И когда местный командир с бусами на шее продемонстрировал им большой деревянный дом, в котором отряд смог в полном составе укрыться на ночь. И даже тогда, когда люди разместились, а местные жители разошлись. Вот только разошлись не все.

— А бойцы были правы, — заметил Дерерис, посматривающий на улицу через прямоугольное и узкое окно. — Стоят и смотрят. Словно побега боятся.

— Шайдвин сказала, что они опасаются будто, кто-то отправится бродить ночью по их поселению, — пояснил ему Сьёрд. — Потому и поставили свой караул.

— И попросили не покидать этот дом до самого утра, — добавила Дильчия. — Сколько там их?

— Всё также, пятеро, — ответил перевёртыш. — Если, конечно, это единственный их караул.

— У них точно есть и другие, — с уверенностью заявила Дильчия. — Эти пятеро стоят на свету, чтобы мы их видели. И думали будто кроме них никого больше нет. Считаю, что есть ещё минимум два караула, которые скрываются в темноте.

— Поддерживаю, — согласился Сьёрд. — Похоже, что они сильно обеспокоены соседством с нами. Как и наши люди.

— От этого соседства все не в восторге, но оно всем нам нужно и это необходимо понимать. Особенно им если они сами нас пригласили.

Шайдвин объяснила, что совам действительно была нужна помощь влертовцев, хотя предложил её попросить именно Моткето. Однако пока по поведению нелюдей подтвердить это было трудно. Гостей они встречали подозрительно и почти враждебно, попросили на ночь остаться в доме и не покидать его, а ещё выставили караулы. Учитывая всё это у влертовцев сложилось впечатление будто они пленники и поэтому они чувствовали себя так неуютно. Именно поэтому Дильчия приказала поставить у всех дверей и окон своих часовых, всерьёз опасаясь внезапного нападения посреди ночи.

— Может быть их лидеры и намеренны с нами сотрудничать, но я не исключаю, что какие-нибудь энтузиасты могут и заявиться к нам с оружием, — рассуждала Дильчия. — Как не сложно заметить, отношения между нами и этими совами в этих краях не слишком тёплые.

Алхимик разделял эти опасения. Глядя на встретивших их воинов, он не рассмотрел в них серьёзной угрозы. Однако сколько их могло здесь быть? Чем ещё кроме копий они могли обладать? Это были вопросы, которые заставляли его беспокоиться.

— Им нужно сотрудничать с нами, — заявила Дильчия, сидевшая вместе со Сьёрдом за складным походным столом. — В противном случае им нет необходимости приводить нас сюда.

— Разве что это засада, чтобы перебить нас, — в ответ предположил алхимик.

— И в эту засаду нас привела твоя подруга, — обратила она внимание на неприятный факт. — Выходит ты перестал ей верить, если строишь такие предположения?

— Я уже давно перестал ей верить, а мрачные предположения строю постоянно.

— Такое за тобой наблюдается.

— К тому же это ты приняла решение отправиться сюда, а я не стал его оспаривать.

— И я тебе за это благодарна. Но я не думаю, что они готовят для нас засаду. Битва с нами — это риск потерь, которые им никак не нужны перед столкновением со Смертью Городов. К тому же зачем им тогда приводить нас сюда в свою поселение? Если им нужно разбить наш отряд, то куда проще устроить засаду прямо на болотах. Без их проводника мы бы скорее всего заблудились и стали бы в итоге лёгкой мишенью для атаки.

С этим Сьёрд не мог не согласиться, однако он, всё равно, выступал за осторожность. Несмотря на то, что он вместе с остальными всё-таки добрался до поселения нелюдей, Моткето он пока так и не встретил. Шайдвин обещала, что все вопросы будут решаться утром во время встречи с лидерами сов. Тогда же она обещала алхимику и встречу с его бывшим учителем.

Поэтому теперь оставалось только ждать, чем люди и занимались. Кто мог спал, кто не мог — сидели с оружием в руках. Сьёрд, Дильчия, Дерерис и Вотрон расположились за походным столом в одной из комнат. Несмотря на усталость после длительного путешествия и перехода по болотам сна ни у кого из них не было.

— И как же мы завтра будем действовать? — спросил Сьёрд глядя на Дильчию.

— Выступим на переговорах, послушаем, что нам скажут, — спокойно ответила Дильчия. — А после этого примем решение.

— Допустим мы столкнёмся со Смертью Городов, но что дальше? Как мы будем искать Моткето и как будем разбираться с Покровителями? Если вообще их найдём?

Дильчия задумалась и переглянулась с Дерерисом и Вотроном, а потом тихо ответила.

— Это место никак не может быть убежищем Покровителей, а это значит, что здесь мы их точно не встретим. Даже если мы не сможем найти Покровителей или добраться до них, то тогда нужно хотя бы узнать, где именно они скрываются. Нужно узнать о них всё, что только можно и что может пригодиться перед тем, как мы покинем Сияющие болота. На тот случай, если нам понадобится сюда вернуться.

— Вот только сомнительно, что местные жители захотят поделиться с нами такой информацией, — заметил Дерерис.

— Значит, вы хотите? — Сьёрд сразу понял к чему идёт дело.

— Именно так, — Дильчия подтвердила его предположения. — Моткето должен знать, где скрываются Покровители. Он и Шайдвин. Столько времени прошло, они уже долго сотрудничают с Покровителями. Даже если не знают, то определённо догадываются.

— Но я тоже не уверен в том, что они захотят делиться со мной такой информацией, — предупредил алхимик.

— Может не захотят. Но мы все знаем, что им похоже необычайно нужна твоя помощь, — многозначительно произнесла Дильчия.

— Предлагаешь мне выдвинуть условия? Согласиться помогать Моткето в обмен на информацию о Покровителях?

— Она нам нужна, Сьёрд. Я уверенна в том, что ему должно быть хоть что-то известно. Вдруг это прольёт свет на Покровителей? Подскажет нам как им помешать?

— Раньше ты предлагала мне только оставить Моткето в покое и прекратить охоту за ним. Теперь же предлагаешь ему помогать?

— Только для получения информации, а не ради его личных целей.

— Получается, что я должен пойти на некий обмен или точнее обман, — мрачно заключил Сьёрд.

— А что же ты тогда собирался делать? — вдруг спросила Дильчия. — Встречи с Моткето ты избегать не будешь и что же тогда? Ты убьёшь его завтра? Или просто будешь осыпать оскорблениями?

— Мне нравятся оба варианта. Теряюсь пока, какой из них выбрать.

— Лично я выступаю за оскорбления, — заявил Дерерис. — Их интересно послушать.

— И это не приведёт нас к конфликту с совами, — добавил Вотрон.

— Ты сам много раз говорил, что не веришь Моткето и тому, что он может готовить здесь лекарство. Но тогда почему он так упрямо просит твоей помощи? — спросила Дильчия. — Чего он от тебя хочет?

— Я и сам этого не понимаю, — признался Сьёрд. — Моткето, конечно, гений, который и вправду мог бы сделать нечто полезное людям. Если как следует поработает, то смог бы сделать и что-то для Цантерии. Но он человек без совести, который думает только о своих личных интересах. Зачем ему моя помощь при их реализации? Мне как-то казалось, что он лишь пытается меня запутать.

— Но ты сможешь понять его обман, когда он изложит тебе свою просьбу?

— Он, конечно, сделает всё, чтобы у меня это не получилось. Но я хорошо знаю этого человека и пойму, если он начнёт грузить меня бессмысленной работой.

— Тогда ты можешь по-настоящему ему помешать, — заключила Дильчия. — Если он объяснит тебе чем сейчас занимается и доверится тебе, ты сможешь испортить его работу. Разрушить его планы. А до этого момента у тебя точно будет шанс узнать то, что нам нужно о Покровителях.

— Это всё, конечно, звучит разумно, — согласился Сьёрд. — Но гораздо проще будет просто его убить.

— И что будет потом? — холодно поинтересовалась женщина. — В одиночку покинешь Сияющие болота? Или сначала дождёшься результата нашей встречи со Смертью Городов?

— Я ведь уже пообещал тебе свою помощь в этом деле и сдержу слово. Не сомневайся в этом.

— Я не сомневаюсь, я лишь задаю тебе тот же вопрос, который задавала тебе не раз с самой первой нашей встречи. Ты всего лишь мститель и палач? Или пришёл сюда ради справедливости? Пришёл, чтобы сделать нечто стоящее? — холодные глаза Дильчии смотрели прямо в кровавые глаза Сьёрда. — Скольких монстров ты готов остановить? Со сколькими из них ты готов сразиться?

— Самое странное, что именно я и хочу сейчас с ними сразиться, а ты предлагаешь мне нечто совсем другое, — вздохнув ответил Сьёрд, а потом добавил. — Хорошо, Дильчия, будь по-твоему. Я поговорю с Моткето и если он что-то знает, то я выясню это.

Ночью погода снова ухудшилась. Над болотами поднялся ветер и вновь пошёл дождь, отчего люди только обрадовались, что сидели в укрытии. Дом был достаточно тёплым и что ещё более важно сухим, поэтому влертовцы переждали очередной приступ природы без особых неудобств. Если, конечно, забыть о напряжённой обстановке, чужом поселении и недоверчивых караулах.

Утро принесло не только успокоившуюся погоду, но и множество новых вопросов. И все они, как оказалось, требовали самого скорейшего решения.

— Поверь мне, они будут много спорить, — предупредил Сьёрда Дерерис. — Я имел опыт общения с совами и для них обычное дело спорить, дискутировать и долго что-то обсуждать. Они вообще неторопливо принимают решения.

Шайдвин пришла к ним утром в сопровождении пары местных с копьями и пригласила лидеров влертского отряда. По её словам, совы уже собрались для обсуждения ситуации со Смертью Городов и как раз готовы обсудить перспективу сотрудничества с людьми. Поэтому она повела Сьёрда, Дильчию и Вотрона через всё поселение к дому, который явно играл здесь роль ратуши.

— А почему нельзя было позвать нас к началу? — спросил Сьёрд у Шайдвин, когда они уже шли по улице.

— Совы весьма скрытны, — ответила она. — В начале они обсуждали вопросы, которым не хотели бы видеть вас свидетелями. А теперь они готовы с вами говорить.

— Боятся, что мы подслушаем их сплетни? Они ведь, всё равно, говорят на своём языке. Можно подумать, что мы поймём хоть слово.

— Ты будешь удивлён, — Шайдвин понизила голос. — Но твоим новым друзьям хорошо знаком язык сов, можешь в этом не сомневаться. К тому же с этим языком много своих трудностей.

— Это в каком смысле? — не понял Сьёрд.

— Ну, из настоящего языка этого народа позабыто слишком много слов. Современные совы заменяют их понятными нам с тобой человеческими словами. В итоге получается та ещё смесь.

В скором времени Сьёрд получил возможность в этом убедиться. Поселение нелюдей произвело на него впечатление, хотя вовсе и не было первым нечеловеческим селением, которое ему довелось посетить. Для начала он обнаружил, что местные постройки вовсе не были деревянными. Вместо дерева здесь использовались странные длинные предметы, похожие на металлические трубы, но на ощупь напоминающие всё-таки древесную кору. Чем они скреплялись друг с другом оставалось неясно, как и само их происхождение. Однако как раз это Сьёрд заметил ещё ночью. А утром он смог убедиться в том, что все дома в поселении были восьмиугольными, имели узкие окна, но при этом квадратные двери, проходя через которые постоянно приходилось пригибаться. Зачем так строить также было непонятно.

Крыши домов, судя по всему, делали из растущих на болоте колючих растений и всё тех же «древесных труб», старясь при этом придать им некое подобие округлой формы.

В отличие от людских поселений Цантерии или Забытого Края здесь совсем не было заборов или оград, зато подобия сараев были подняты на специальных опорах над землёй. На таких же опорах были размещены и местные огороды, представлявшие собой посаженные в большие корыта с землёй маленькие деревца. Совы поднимались к ним по лестницам и чему-то вроде строительных лесов, срывали плоды и складывали их в корзины.

На людей местные жители смотрели с опаской, подозрением и откровенной враждой. Взрослые тут же заслоняли собой детей с любопытными взглядами. Иные крепче сжимали свои копья. Наконечники у копий сов показались Сьёрду странными — качество стали, и острота резко выделялись на фоне всего остального убранства поселения и даже были украшены маленькими камушками неизвестного алхимику происхождения, что сильно его удивило. Кроме копий у местных жителей имелись при себе кинжалы из такой же стали и с такими же камнями. Однако никакого другого оружия вроде мечей, топоров, секиры или чего-либо другого, чем в большом ассортименте обладали люди у местных жителей явно не наблюдалось.

Наконец-то у Сьёрда появилась возможность более или менее рассмотреть этих сов, и он тут же понял, что раньше уже встречал отдельных представителей этого народа. Вот только никогда в таком большом количестве и в одном месте одновременно. Они были одеты в рубахи и просторные штаны, многие носили плащи со звериными шкурками, высокую обувь до колен. Вся их одежда была бледного болотного цвета, что, несомненно, помогало им при маскировке на болотах. Они были высокими, но худыми с длинными пальцами на руках. Их кожа была либо тёмно-песочного, либо светло-серого цветов, чем действительно напоминала перья сов. Вокруг глаз на лицах у них виднелось множество точек, которые можно было бы сравнить с веснушками у людей, а кожа сильно светлела, становясь почти белой. Это ещё больше усиливало ассоциацию с совами, чем оправдывало присвоенное им людьми прозвище. И, конечно, жёлтые глаза с чёрными зрачками. Те, что неотрывно следили за чужаками. Волосы у всех были чёрными как смоль.

— И давно ты здесь среди них? — спросил Сьёрд у Шайдвин, осматриваясь по сторонам.

— Наверное, уже несколько месяцев, — не размышляя над ответом сказала Шайдвин. — Мы помогаем им, делимся знаниями, которые могут им пригодиться. В основном о болотах и тех, кто может здесь обитать.

— А они лучше вас этого не знают?

— На нашей стороне, как никак, знания старых библиотек об этом мире, а у них лишь скромный опыт выживания в этих местах.

— Не рассказывай мне. Я скорее поверю в то, что вы им докладываете об обстановке в Забытом Крае, в человеческих поселениях и в самом Влерте, — проворчал Сьёрд.

— Зря ты так, — с грустью промолвила Шайдвин. — Нам с ними действительно есть чем поделиться друг с другом. Жаль, что люди этого не понимают.

— И, правда, жаль. Вот эти ребята явно готовы поделиться своими копьями. Вы с Моткето их лечите?

— Ни в коем случае. Своих раненных и больных они нам не доверяют и пользуются только своими целителями. Моткето это очень сильно расстроило.

— Ну хоть кто-то оценил его способности по достоинству. Кстати, когда мы уже с ним встретимся? — поинтересовался алхимик.

— Терпение, Сьёрд, — попросила его Шайдвин. — Поверь мне, он уже за тобой наблюдает.

Местную ратушу оказалось трудно перепутать с другими постройками. Она была значительно больше, выше и имела две восьмиугольные пристройки. А ещё перед ней собрались воины. Это можно было легко определить, принимая во внимание, что все они были мужчинами, держали в руках копья, а их плащи были покрыты камышами, ветками и ещё чем-то, напоминающим собой траву. Судя по всему, маскировка служила главным принципом их воинского дела. Вооружённых сов было несколько десятков и Сьёрд вдруг понял, что по численности они не уступают отряду Дильчии и Вотрона, а быть может даже и превосходят его.

Большинство воинов сразу обернулись на чужаков, провожая их недобрыми взглядами. Несмотря на это перед проводниками Шайдвин все расступались и потому люди вскоре смогли войти в дом, предварительно пригнувшись перед низким дверным проёмом.

Сьёрд заходил последним. Задержавшись на мгновение, он окинул взглядом воинов и убедился, что совы следят за ними, но при этом остаются на своих местах. Прикинув, каково будет с боем пробиваться мимо них всех к отряду влертовцев, оставшемуся на другом конце поселения, если дела вдруг пойдут круто, он с недовольным лицом последовал за Дильчией и Вотроном.

— Эти воины собрались здесь, чтобы дать отпор Смерти Городов, — пояснила Шайдвин, когда они уже оказались внутри дома. — Они ждут решения своих лидеров, которые сейчас здесь выбирают тактику.

— Их недостаточно, если это все, кто есть, — сразу заявила Дильчия. — Я рассчитывала увидеть здесь совсем другие силы.

— Это не все. Придут представители и других поселений, чтобы вместе дать отпор врагу. Ещё к вечеру это небольшое войско вырастет вдвое. И пополнится не только совами.

— Вдвое? Всего лишь? Этого ведь, всё равно, недостаточно и вы должны это понимать.

— Вы их недооцениваете, — недовольно произнесла Шайдвин. — Даже эти скромные силы могут организовать для Смерти Городов и её сторонников серьёзную засаду. Они хорошо знают эти болота и смогут компенсировать за их счёт свою численность.

— А вы ещё более легкомысленны, чем я думала, — лицо Дильчии не выражало ничего хорошего. — Мы ведь все с вами были в Подтопленном городе и видели, что там устроила Смерть Городов, когда атаковала Славный Притон. Этих сил недостаточно.

Алхимику ситуация тоже не нравилась. Практика показывала, что его прогнозы обычно становились ещё более мрачными, чем у Дильчии, а потому он тоже слабо верил в успех сов. Они явно уступали сторонникам Смерти Городов и числом, и вооружением, а об умениях пока вообще говорить было сложно. В бою сов алхимик не видел, в отличие от всё тех бойцов безумной женщины. К тому же оставалось не понятно, чем крыть магические способности самой Смерти Городов? Есть ли у сов на этот счёт какой-либо план?

В середине дома, в котором они оказались, располагался большой зал с высоким потолком. Освещение и тепло здесь давали несколько жаровен, в свете которых можно было рассмотреть собравшихся здесь сов. Они сидели на причудливых стульях за столами с витиевато изогнутыми ножками. На столах можно было увидеть лампы, изготовленные местными жителями из чего-то, что отдалённо напоминало тыквы.

Лидеров сов собралось не меньше двадцати. Все в более ярких одеждах, чем остальные жители поселения, у всех по два, а у кого-то и три кинжала из стали с драгоценными камушками. Выглядели они значительно старше, а в чёрных волосах прослеживалась седина. Они спорили между собой, много и громко говорили, активно размахивая руками. Присмотревшись к ним Сьёрд заметил, что общались они действительно интересно. Здесь был и их собственный язык, и язык, на котором общались люди Забытого Края, и в том числе язык жестов. Необычная смесь, которая со стороны напоминала хаос.

Однако в этом хаосе просматривалась своя система. Невольно люди стали свидетелями этого совещания и потратили на ожидание не меньше двадцати минут. За это время Сьёрд успел определить тех, кого перебивали меньше других, тех кто мог позволить себе говорить тише и при этом оставаться услышанным. И того, кого вообще никто не перебивал. У этого субъекта седины было больше, чем у всех остальных.

— Пора, — сказала Шайдвин, когда к ней подошёл один из сов. — Они готовы с вами говорить.

Сьёрд, Дильчия и Вотрон прошли вперёд и оказались перед двадцатью нелюдьми с недобрыми взглядами. Алхимик заметил, что Вотрон нервничал, хотя и казался внешне спокойным. Дильчия же вообще выглядела невозмутимой.

Самый старший из сов смотрел на них троих с интересом и тем самым выделялся на фоне своих товарищей. Однако первым заговорил вовсе не он, а тот, кто сидел справа от него. Говорил он при этом быстро и громко, а потому Сьёрд мало чего понял.

— Господа Сияющих земель приветствуют вас в своих владениях, но предупреждают, что ваше присутствие здесь — это лишь временное положение дел, — перевела для своих спутников Шайдвин.

— Сияющие земли? — удивился Сьёрд, но Дильчия тут же заговорила раньше, чем он продолжил.

— Мы тоже приветствуем их, хотя и мало знаем о местном этикете, поэтому обойдёмся без регалий, — холодно сообщила она. — Правильно ли я понимаю, что в ваших глазах наш союз уже заключён?

Вероятно, совы хорошо понимали язык людей, потому что говоривший от лица остальных тут же сделал это снова.

— Они бы предпочли отказаться от такого слова как «союз», — вновь перевела Шайдвин. — Но да, раз уж вас пустили сюда, то вы можете считать, что между вашими силами и воинами Сияющих земель достигнуто согласие.

— Вот и хорошо, — Дильчия решительно шагнула вперёд. — Тогда я хочу услышать о тактике и силах тех, кто намерен вместе с нами защищать это место. Хочу услышать, где находится Смерть Городов. Вам ведь это должно быть известно.

— Раскрывать свои силы господа не хотят, — перевод новой речи. — Однако они могут заверить вас в том, что они достаточно сильны, чтобы защитить свои владения.

— Если это так, то мы здесь для чего?

— Ваше участие предложил Моткето, который посчитал, что объединив усилия мы можем добиться большей гарантии успеха, чем по отдельности, — напомнила Шайдвин. — И он убедил господ в том, что работая вместе мы принесём друг другу пользу.

— А что сами совы думают на этот счёт? — Дильчия окинула их всех взглядом. — Если они привели нас сюда, значит готовы вместе работать. Тогда почему не готовы делиться информацией?

— Потому что они вам не доверяют, — прямо сообщила Шайдвин. — И не хотят раскрывать все свои силы и ресурсы, информацию о которых вы потом могли бы использовать против Сияющих земель. Однако они могут раскрыть вам местонахождение Смерти Городов. Их воины следят за её передвижениями.

— И где же она тогда сейчас? Где и как вы намерены принять бой? — громко спросила Дильчия. — Можем начнём говорить как сторонники одного дела? Если уж слово «союзники» так вас беспокоит.

Говоривший от лица собравшихся лидеров сов хотел было что-то сказать, но замолчал, как только увидел, что самый старший из них поднялся со своего места.

— Мы можем говорить так как вы просите, — он говорил куда спокойнее своих товарищей и при этом хорошо владел языком. — И можем ответить вам о Страшной женщине, которая так вас интересует.

— Страшная женщина? — повторила Дильчия.

— Таково её имя в наших владениях. Рассказы о её тёмных делах дошли и до наших границ, — пояснил лидер собравшихся сов. — Она на болотах, в двух днях пути от этого места. Наши воины следят за ней и заранее предупреждают нас обо всех её продвижениях.

— Вы нападаете на неё? Устраиваете ловушки для её сторонников?

— Ни в коем случае. В этом нет необходимости.

— Как нет необходимости? — Дильчия пошатнулась от удивления. — Вы собираетесь с ней биться или нет?

— Мы готовимся к этому. Вы не могли не увидеть наших защитников, когда оказались здесь.

— Но вы не нападаете на силы Смерти Городов. Не пускаете ей кровь, а просто позволяете ей двигаться прямо сюда.

— Скажу ещё раз, в этом нет необходимости. Мы не хотим устраивать множество битв и рисковать жизнями наших славных воинов. Битва будет только одна и в ней мы покончим со Страшной женщиной.

— И вы хотите встретить её прямо здесь? Думаете, что это место выдержит её удар?

— Это место выдержит любой удар, — в словах лидера звучала крайне твёрдая уверенность. — Однако встречать Страшную женщину мы будем вовсе не здесь. Наши воины встретят её на болотах, там, где ни у неё самой, ни у её последователей не будет никаких шансов.

Сьёрд считал разумным бить Смерть Городов на болотах, но он не понимал почему совы не атакуют её на протяжении всего пути, который прямо сейчас проделывает её шайка. Ведь они могли бы существенно сократить эту самую шайку! Однако жизненного опыта у алхимика было достаточно, чтобы понять, что переубеждать этих нелюдей совершенно бесполезно. И когда Дильчия всё-таки попыталась это сделать, то совы и Шайдвин тут же подтвердили его предположения.

— Бой будет только один, — после короткого спора повторил лидер сов. — Мы уже выбрали подходящее место и можем показать его вам заранее, если вы захотите.

— В таком случае нам остаётся только принять вашу тактику и ваш план? — без тени радости уточнила Дильчия. — Выбора вы нам не оставляете.

— Господа уверены в том, что поскольку они лучше знают окружающую местность, то могут и лучше выбрать подходящую тактику, — пояснила Шайдвин. — Что же касается вас, то вы обладаете неоспоримым опытом в столкновениях со Смертью Городов. И этот опыт понадобится нам в предстоящей битве.

Сьёрд в это не верил. Он видел сколько сил собрали совы и не был уверен в том, что к утру появится больше воинов. Этим нелюдям была нужна помощь влертовцев в бою, хоть они это и не признавали.

— Тогда есть только один вопрос к этим господам, — произнесла Дильчия. — Как вы намеренны биться с самой Смертью Городов? Что вы противопоставите её магии? Ведь если вам от нас нужен только опыт, то значит у вас есть нечто на этот счёт?

— На счёт Страшной женщины вы можете не беспокоиться, — ответил самый старший из сов. — С её пугающими силами нам помогут справиться Покровители.

Дом, в который Шайдвин отвела Сьёрда после собрания сов мало чем отличался от остальных. Разве что был немного больше и также, как и местная ратуша располагался на другом конце поселения от дома, в котором остановился отряд влертовцев. Дильчия и Вотрон под присмотром двух сопровождающих отправились обратно к своим товарищам. А Сьёрда Шайдвин повела на встречу, которую он ожидал уже давно. Она повела его на встречу с Моткето.

У дверей дома Шайдвин остановилась и тяжело вздохнула. На какое-то мгновение алхимику показалось, что она передумала.

— Прошу тебя, прояви всю сдержанность, которая у тебя только есть, — не оборачиваясь, попросила она. — Я верю в твою сознательность и потому помогаю тебе, устраивая эту встречу. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей.

— Я думал это Моткето искал со мной встречи, — заметил Сьёрд.

— Так и есть, но именно я убедила его, что с тобой можно иметь дело, даже после всего случившегося. Так что не разочаруй меня.

— Что ж, попробую не задушить его в первые несколько минут, — сказал Сьёрд без тени улыбки.

Шайдвин ничего не ответила ему на эти слова и только открыла дверь зайдя внутрь. Алхимик последовал за ней.

Внутреннее убранство сразу же удивило Сьёрда поскольку совсем не было похоже на то, что он уже видел в домах сов. Здешняя обстановка являлась именно человеческой и привычной для людских домов. Шкафы, столы, стулья и сундуки. Посуда, свечи, тряпки. Книги и маленькие шкатулки на полках. Всё это было не дорогим, но выглядело качественно изготовленным и сохранилось в хорошем состоянии. Алхимик не понимал откуда совы на болотах смогли достать всё это, но зато вскоре увидел для кого. Все эти кресла и широкая двуспальная кровать, все эти склянки и даже занавески были собраны для одного человека. Для Моткето.

Бывший учитель Сьёрда и Шайдвин встретил своих учеников в кабинете, сидя за письменным столом. Невысокий мужчина в хороших одеждах и сапогах. Белая рубашка, тёмные брюки и тёмный пиджак с шароварами на рукавах. Поседевшие волосы и седая, но ухоженная борода. Голубой платок, повязанный на шее и наградной орден на груди, подаренный ему цантерийским королём за заслуги. Сьёрд всегда обращал внимание на руки этого человека. Длинные и большие пальцы, на которых не было ни одного кольца, покрытые следами ожогов от многочисленных алхимических экспериментов. В отличие от самого Сьёрда его бывший учитель никогда не прятал их под перчатками. Услышав шаги Моткето оторвался от своих записей, снял позолоченные очки и посмотрел на бывших учеников. У старого алхимика были проницательные голубые глаза с требовательным взглядом, в котором всегда, как будто, читался какой-то вопрос. Вопрос, на который требовалось ответить быстро и кратко. При том, что любой ответ окажется неправильным.

— Сьёррердаль, — произнёс Моткето тихим голосом. — Я знаю, что ты мне, не поверишь, и потому даже не буду пытаться тебя убедить. Но я рад тебя видеть.

Сьёрд замер, глядя на этого человека. Моткето сильно поплохел с их последней встречи, которая была несколько лет назад. Морщин стало больше, спина постоянно сутулилась и вообще он, как будто, стал меньше ростом. Тяжесть последних событий явно рухнула на плечи этого человека. Только глаза его остались прежними, как и всегда. Он куда больше был похож на уставшего профессора, чем на серийного маньяка. Но Сьёрд знал, кем он был на самом деле. Хотел ли он ударить его? Хотел ли рассечь клинком? Всё это да. Он молча смотрел на него и сжимал рукоять меча.

— Вижу, что и ты полон эмоций, — заключил старый алхимик, глядя на него. — Что ж, это вполне ожидаемо, учитывая все обстоятельства.

— Учитывая все обстоятельства, — повторил Сьёрд. — Да, их правда надо учитывать. Ты в самом деле рад меня видеть?

— Конечно. Я понимаю, что тебе трудно в это поверить, но это так.

— О нет, ты не понимаешь. Ты изгнал меня, обвинив во всех грехах, в которых только возможно, а теперь будешь улыбаться и предлагать отеческие объятия? Серьёзно? Ты эту тактику выбрал для нашей встречи?

— Как ты сам сказал, я изгнал тебя, — не стал отрицать Моткето. — Если бы желал вреда, то поступил бы иначе. А так я рад видеть, что после всех твоих скитаний за пределами Цантерии ты выглядишь всё также хорошо. Рад, что ты жив и здоров. Но как я и сказал сам, я не буду тебя убеждать.

— Да, это совсем не в твоём стиле, — подтвердил Сьёрд. — Но и я пришёл сюда вовсе не моё изгнание обсуждать.

— Как пожелаешь, хотя я и не против послушать о том, где ты был и что видел. Я даже не против обсудить своё решение о твоём изгнании. Всё равно всё это поможет мне отвлечься от мрачных мыслей текущих дней.

— Ты смеёшься надо мной? — Сьёрд мрачно на него посмотрел. — Предлагаешь тебя развлекать?

— Ни в коем случае, — возразил старый алхимик. — Я никогда не считал нас с тобой врагами и не желал тебе ничего дурного. Поэтому считаю, что лишней простая беседа нисколько не будет. В конце концов, у нас с тобой много общего и есть что вспомнить.

Алхимик с трудом поборол желание схватить со стола одну из склянок и запустить ею в стену. Или в Моткето. Какое-то время он смотрел на подходящую склянку, а потом перевёл взгляд на своего собеседника. Тот вдруг гадко улыбнулся, явно уловив ход его мыслей.

— Сьёрд, я ведь просила тебя, — напомнила Шайдвин, также почувствовавшая напряжение в комнате.

— Много общего говоришь? — Сьёрд сверкнул на Моткето кровавыми глазами. — Это ты уже лишнее сказал. Лишнее. То, что ты в Цантерии творил — это тоже общее? Те люди, которых ты погубил это тоже общее? Нет, мой старый наставник, нет, между нами, ничего общего! И не равняй нас!

— Так ты значит это обсудить теперь хочешь? Но не твоё это дело. Не тебе судить, что в Цантерии случилось!

— А ты мне рот не закрывай! Ты убийца и руки твои по локоть в крови! И от этого тебе не спрятаться!

— А я от этого и не прячусь, — медленно проговорил Моткето. — Мои руки такие какие есть, поскольку я не боюсь делать то, что должен. Не страшусь того, что делать нужно. И оправдываться ни в чём перед тобой не собираюсь!

— Как же у тебя всё легко, — пытаясь унять злость отметил Сьёрд. — Сделал дело поганое, а оправдываться гордость не позволяет. Ох, как всё легко!

— Не вспоминай мне! — вдруг вскрикнул Моткето. — Я алхимик старше тебя и по возрасту, и по знаниям. Я провёл куда больше экспериментов, сварил больше зелий и дольше тебя занимаюсь наукой! Не тебе меня судить!

Сьёрд выхватил меч, на несколько мгновений забыв обо всём. Сталь блеснула в свете ламп и свечей.

— А кто сказал, что я пришёл тебя судить? — угрожающе спросил он. — Приговор тебе уже давно вынесен!

На лице Шайдвин отразилась паника, но ещё больше она испугалась, когда Моткето поднялся со своего места и развёл в стороны руками.

— В таком случае исполни его, — сказал он. — Давай, если ты ради этого сюда пришёл. Сделай это и покончим со всем этим.

Шайдвин бросилась прямо между Сьёрдом и Моткето, закрыв последнего собой. Алхимик же не обращал на неё никакого внимания, глядя только на бывшего учителя.

— Сьёрд! Подумай о тех людях, которых мы ещё можем спасти! — обратилась к нему Шайдвин. — Подумай о тех, кому мы ещё можем помочь!

— Да, Сьёрд, — поддержал Моткето. — Подумай о том, что мы с тобой могли бы сделать вместе, чего бы могли достигнуть! Объединив усилия, мы бы даже могли создать лекарство от цантерийской чумы. Но кого это, на самом деле, волнует? Ведь куда важнее твоя месть и твоё ущемлённое чувство справедливости! Ведь так?

Сьёрд стоял и смотрел на них, переполненный гневом и одновременно разочарованием. Столько лет он верил в этих людей, восхищался их умами и стремлением к науке. А потом узнал о том, как низко они пали, этой самой наукой прикрываясь. Услышав об этом впервые, он долго не мог поверить, хотя в глубине души и понимал, что всё давно уже к этому шло. И вот он стоял перед ними с мечом в руке и прекрасно понимал, что сейчас никто не сможет помешать ему выполнить то, ради чего он прибыл на этот полуостров. Всего одно движение клинка и кровь Моткето положит конец всей этой истории, всем его поискам. Сколько людей тогда будут отомщены? И что куда важнее, сколько людей будут спасены от жестокости этого человека, которая наверняка ещё раз даст о себе знать в будущем?

Но Сьёрд усилием воли заставил себя успокоиться и медленно убрал меч в ножны. На его решение повлияли вовсе не слова Моткето и тем более не слова Шайдвин. Вместо этого он вспомнил их разговор с Дильчией и то, о чём они с ней договорились. Именно это и повлияло на его решение. Алхимик отступил на шаг назад.

— Ну что ж, рассказывайте, что вы здесь решили устроить, — сказал Сьёрд.

— Если так, — Моткето улыбнулся. — Тогда давай поговорим.

— А Покровители? — Дильчия выглядела недовольной. — Совы сказали, что они сами займутся Смертью Городов и её силами.

Дильчия и Вотрон после собрания сов решили, что Покровители лично прибудут в поселение нелюдей и примут участие в его обороне. Поэтому вернувшись к своему отряду они тут же разработали целый план, как использовать это в свою пользу. Однако возвратившийся после разговора с Моткето Сьёрд разочаровал влертовцев. Старый алхимик раскрыл ему некоторые детали плана по защите поселения, и они не сильно обрадовали Дильчию.

— Покровители помогут совам в обороне их владений, но не лично, а через посредника. И этим посредником выступит Моткето, — рассказывал Сьёрд, когда он вместе с Дильчией, Дерерисом и Вотроном собрались за одним столом. — Моткето должен приготовить особый химический состав, который полностью ослабит Смерть Городов и не позволит ей использовать свои способности. Более того он также должен разорвать её связь с толпой её безумных последователей, а это значит, что она полностью лишится любой поддержки. И тогда станет уязвимой.

— И в чём же тогда роль Покровителей? — поинтересовалась Дильчия. — Если получается, что всё выполняет Моткето? Он пояснил?

— Пояснил, — кивнул Сьёрд. — Покровители предоставят ему все необходимые ингредиенты и, судя по всему, рецепт этого химического состава принадлежит тоже им.

— Значит они поручают всю работу человеку, а сами намерены остаться в стороне от всего? — голос Дильчии задрожал от гнева. — То есть они настолько трусливы, что даже ради своих слуг не могут вылезти из норы? Только и могут что свои зелья варить и болезни создавать? Да что это за мерзавцы такие, которые всё время прячутся за спинами других?

Дильчия с размахом ударила кулаком по столу. Сьёрд посмотрел на неё с удивлением поскольку впервые видел настолько разозлённой. Дерерис сложил руки на груди с недовольным лицом.

— Давай-ка ты успокоишься, потому что кричать, ругаться и истерить — это как-то больше по нашей части, а ты у нас толковый и спокойный руководитель. При чём слово «спокойный» здесь ключевое, — заметил перевёртыш. — Вот давай все и дальше будут сохранять свои роли. Что скажешь?

— Скажу, что ты прав, — произнесла она в ответ. — Будем и дальше исполнять свои роли. Каждый свою.

— Вот так лучше, — с одобрением кивнул Дерерис, после чего посмотрел на Сьёрда. — А зачем вообще ты понадобился своему бывшему учителю? Он без тебя не может свой химический состав сделать?

— На счёт меня дело вовсе не в химическом составе, в нём как раз моя помощь не требуется, — ответил Сьёрд. — Моё участие ему нужно совсем в другом проекте, но он пока не торопится раскрывать его детали.

— Но он может сказать нам что-нибудь ценное? — спросила Дильчия. — Где скрываются Покровители? Сколько их? Кто именно их защищает?

— Ничего этого он мне не сказал.

— Тогда зачем он нам вообще нужен? Если он ничего не знает и сказать нам не может? Может ты просто зарубишь его, как и планировал?

— Какие, однако радикальные поступили предложения, — заметил Дерерис.

— Я думаю с этой идеей пока можно повременить, — медленно проговорил Сьёрд. — Потому что кое-что толковое Моткето мне всё-таки сказал. Дело в том, что здесь у него не главная лаборатория, а только второстепенная. И там он собирается реализовывать свой проект, в котором ему необходима моя помощь. А это значит, что после того, как мы разберёмся со Смертью Городов, то он отведёт меня туда.

— И что это может нам дать? Там у него есть какие-то записи о Покровителях?

— Лучше. Его главная лаборатория расположена прямо в их убежище.

Повисла тишина, в которой все присутствующие внимательно смотрели друг на друга.

— Собственно, мне нет необходимости помогать Моткето в чём-либо, — продолжил Сьёрд. — Он просто приведёт нас к Покровителям, а там мы сделаем всё, что требуется. И покончим со всеми монстрами.

— Это очень хорошо, — заключила Дильчия, которая нисколько не улыбнулась на эти слова, но глаза её, всё равно, загорелись. — В таком случае, мы можем как никогда оказаться близки к цели и обезопасить людей Забытого Края, как от Смерти Городов, так и от Покровителей.

— Именно так, а я смогу закрыть свой вопрос с Моткето, — согласился Сьёрд. — Вот только для начала нам нужно разобраться со Смертью Городов.

— Что же, если подкрепления сов действительно прибудут, то на болотах у нас есть шанс с ней справиться. Сейчас они собрали мало сил, но засады устраивать действительно умеют, — рассудила Дильчия.

— Может и так, но мы упускаем одну важную деталь, — заметил Дерерис. — Что вообще потащило Смерть Городов на эти болота? Почему она движется к этому поселению?

— Она ищет Покровителей, — пояснил Сьёрд. — Так мне сообщил Моткето. Он не раскрыл подробностей и не объяснил почему она сначала сжигала людские поселения, а потом заинтересовалась таинственными лидерами нелюдей на болотах. Но ей нужны Покровители и это так.

— Тогда мы решим и эту загадку, — распорядилась Дильчия. — Либо никогда не узнаем ответа, но убьём всех чудовищ.

Акт пятый

Акт пятый.

К вечеру погода снова ухудшилась и вновь загорелись огни на болотах. Они представляли собой пламя, которое горело где-то вдалеке и оставляло лишь догадываться о природе своего происхождения. Однако до сих пор эта тайна никем так и не была раскрыта. Частично из-за того, что старые книги об этом вопросе были сожжены во время погромов библиотек. Частично из-за того, что раскрывать эту тайну никто толком и не собирался. И таких тайн, как на Сияющих болотах, во всём Забытом Крае было более, чем достаточно. Как и за его пределами.

Остаток дня ушёл на ожидание и планирование предстоящего боя со Смертью Городов и её сторонниками. Для начала совы сдержали своё слово и отвезли Дильчию и Вотрона к тому месту, где они собирались дать бой. При этом отвезли на каких-то пернатых ящерах, на которых их воины, судя по всему, и патрулировали окружающие их болота. На людей эти животные отреагировали крайне агрессивно, шипя и скаля клыки. Однако всадники с помощью специальных команд на незнакомом Сьёрду языке смогли их быстро успокоить. Вернувшись через некоторое время Дильчия тут же решила необходимым пересмотреть все планы. И вновь собрала вокруг себя всех своих командиров.

Алхимик тем временем размышлял о том, что случилось в Цантерии. Думал о тех событиях, которые привели их всех сюда, на окраину цивилизованного мира и дальше на мрачные болота, заселённые нелюдьми и полные старых тайн. И как же им выбраться теперь из этих мест? Как остаться в живых в борьбе с явными врагами и сомнительными союзниками? Этими мыслями была полна вся его голова.

Шайдвин пришла к дому, в котором остановились влертовцы, и попросила Сьёрда о встрече. Он не стал ей отказывать сразу по двум причинам. Во-первых, ему могла понадобиться любая информация, которую он мог бы от неё услышать. А, во-вторых, ему действительно хотелось с ней встретиться. В память об их старом знакомстве, которое теперь, казалось, было таким далёким.

Женщина отвела его на невысокую вышку, возведённую совами для защиты поселения. Отсюда алхимик мог рассмотреть окружающие их со всех сторон болота, деревья и овраги, над которыми медленно заходило солнце, всё равно, сокрытое тучами и облаками. Огни загорались один за другим и притягивали к себе взгляд. Сьёрд имел не меньше шести версий того, чем они могли являться. Но ни одной возможности их проверить.

— Не могу сказать, что ты действительно проявил сдержанность и терпение, но я благодарна тебе, Сьёрд, — сказала Шайдвин, смотревшая прямо на огни. — Ты вновь помогаешь нам и к тому же ты вновь помогаешь мне. Выручаешь меня, как, наверное, и всегда.

— Как и всегда. Вот только, когда я помогал тебе в последний раз, то закончилось всё это для меня крайне плохо.

— Я хорошо помню об этом и искренне сожалею о том, что так вышло. Ты ведь понимаешь это? Правда?

— Ты знаешь, я не очень сильно хочу это обсуждать. По крайней мере не сейчас.

— Но ведь спустя столько лет… Ведь мы так и не смогли обсудить это. Вернее, обсудить ещё раз, — на лице Шайдвин отразилось удивление.

— Нет, дорогая моя, — Сьёрд отрицательно покачал головой. — Это разговор не для этого вечера.

Конечно, алхимик не раз вспоминал ту историю, из-за которой его изгнали из алхимического круга. Но сейчас все его мысли были посвящены тем событиям, которые этот круг погубили. Он думал о последних днях алхимического круга Моткето, информацию о которых собирал бережно и с большим трудом.

Когда бывший алхимик прибыл в Браревар там всё выглядело так плохо, как он уже давно и нигде не встречал. Над городом поднимались чёрные клубы дыма, которые исходили от костров. Большие ворота были распахнуты, а перед ними стояла куча брошенных и сломанных телег и фургонов. На улицах царила разруха, повсюду был мусор, то тут то там валялись брошенные вещи. Многие дома стояли покинутыми или опустевшими, двери и окна иных из них были заколочены, а у некоторых, напротив, выломаны. То и дело Сьёрд замечал цантерийский символ, свидетельствующий о заражении и чуме. Тот самый, который впоследствии увидел в школе Мелевера в Подтопленном городе. Символ, суливший собой одно только горе.

Люди в городе выглядели мрачными и подавленными, уставшими и измученными. В глазах некоторых из них ещё виднелся страх, но у большинства можно было увидеть разве что безразличие. Местный порядок пытались поддерживать цантерийские солдаты и помогающие им добровольцы из горожан и ополченцев. Правда вся их деятельность больше сводилась к тому, что они собирали тела, выносили погибших из домов и сносили их к кострам. Там сжигали тела. Делалось всё это медленно и неторопливо, командиры устало отдавали приказы и поторапливали своих подчинённых, но те мало обращали на них внимание. А сами командиры на этот счёт не сильно беспокоились. Все они и без того уже настолько устали, что их охватило глубокое безразличие.

Браревар страдал от эпидемии, которая всё-таки добралась до него. Цантерийская чума. Она выкосила многих жителей и ещё многих напугала, заставив бежать куда подальше от этих мест. Положение выглядело бедственным, а военные силы были настолько поглощены борьбой с самой эпидемией и её последствиями, что сейчас, наверное, город с лёгкостью могла бы захватить любая, даже маленькая армия. И местные, возможно, даже не стали бы сопротивляться.

В том городе Сьёрд и нашёл обгоревшие руины клиники Моткето, представлявшие теперь собой жалкое зрелище. Разрушенные надежды, сгоревшие мечты и пепел воспоминаний. Сьёрд долго смотрел на развалины, поглощённый самыми дурными мыслями. Он не обращал внимания на тех, кто всё ещё разбирал завалы. Только стоял и смотрел, вспоминая всё, что связывало его с этим местом. Смотрел и не верил своим глазам.

Он также долго не верил и тому, что услышал впоследствии о делах Моткето. Бывшему алхимику понадобилось время, чтобы осознать всё это, даже несмотря на то, что он всегда видел своего бывшего учителя куда лучше и глубже, чем его товарищи.

— Я ведь искал тебя тогда в той клинике, — сказал Сьёрд Шайдвин. — Думал, что ты погибла в пожаре и осталась где-то под обломками. Потом, не найдя тебя там, я ещё долго искал тебя в городе. Но, всё равно, ничего не добился.

— Я тоже думала, что погибну в том пожаре, — с грустью вздохнула Шайдвин. — Решила уже, что всё кончено, хотя и не хотела в это верить. Но меня спас Моткето. Он вытащил меня из горящей клиники и забрал с собой. В пути помог залечить раны. Он спас меня, Сьёрд. И я обязана ему жизнью.

— Ну, конечно. Ты чувствуешь себя обязанной ему и потому во всём помогаешь. Ведь так?

— Каждый должен выплачивать свои долги. И я занимаюсь тем, что плачу свои.

— Он ведь также вытащил тебя и из поместья, правильно я понимаю? — предположил Сьёрд. — Крестьяне там основательно всё разворотили.

— Нас предупредили об их приближении заранее, но времени, всё равно, оставалось слишком мало, — лицо Шайдвин изменилось, когда она вспомнила о тех событиях. — Их было много, даже слишком. И все винили нас во всех наших ошибках. Так, словно кроме ошибок ничего больше и не было.

Сьёрд молчал, слушая её. Ему нравилось слушать этого человека. Её идеи, планы, рассказы о последних экспериментах, исследованиях и её разработках. Странное это было ощущение. Даже после всех этих лет разлуки и понимания того, что случилось в Цантерии, в том числе и по вине Шайдвин, Сьёрду по-прежнему было приятно её слушать. Закрыв глаза, он мог представить, что они в Брареваре, например, в клинике или в доме Шайдвин и он снова слушает её как в старые добрые времена. Времена, когда они все вместе лечили людей, обучали других своему искусству врачевания и думали будто бы жизнь не так уж и плохо складывается.

Теперь эти времена были так давно, что стали лишь старым воспоминанием. Сьёрду по-прежнему было приятно слушать Шайдвин, но он не мог не думать о том, что произошло за эти годы. Она помогала Моткето, она была пособницей в его делах, может быть она даже убивала для него? Сьёрд поймал себя на мысли о том, что он ни в чём не мог быть уверен. Как и в самой Шайдвин. И это была отвратительная мысль.

— Спасибо тебе, — вдруг сказала Шайдвин.

— Это за что ещё? — не понял Сьёрд.

— Хоть твоя встреча с Моткето и не прошла совсем гладко и спокойно, и далеко не так, как мне бы хотелось. Но ты всё-таки согласился сотрудничать с Моткето. И за это я тебе благодарна.

— Не самое приятное для меня сотрудничество, — заметил Сьёрд. — Надеюсь оно того стоит.

— Стоит и ещё как! — с неожиданно появившимся энтузиазмом заявила Шайдвин. — Сьёрд, ведь это может оказаться спасением! Это может всем нам помочь! Сьёрд, мы даже сможем вернуться обратно в Цантерию!

Моткето должен был разработать химический состав против Смерти Городов по рецепту, который он якобы получил у Покровителей. Сьёрд пока не понимал, как именно он намерен применить его в предстоящем бою, но был заинтригован перспективой отправиться в убежище Покровителей после победы. Там Моткето собирался вернуться к своей главной работе, той самой, которая должна была определить всю его научную деятельность. К разработке лекарства от болезни, поразившей Цантерию. И заодно погубила всю карьеру Моткето.

— Я должен исправить свои ошибки, — решительно заявил бывший учитель алхимика. — И не важно, кто и что думает на этот счёт. Не важно, что меня объявили преступником в Цантерии и что на меня ополчились большинство дворянских семей. Это личное дело, дело чести. Что бы ты себе не предполагал, но она у меня действительно есть.

— В этом я как раз сильно сомневаюсь, хотя для тебя это не новость, — ответил ему тогда Сьёрд. — В Цантерии ты уже пытался разработать лекарство, что же теперь изменилось? С чего ты взял, что у тебя теперь что-то получится?

— С того, что я ни на один день не прекращал своей работы. Я постоянно думал об этом, продолжал ставить эксперименты и пытался найти выход, — Моткето помедлил, а потом добавил. — К тому же те теперь у меня есть доступ к знаниям Покровителей, а у них есть ответы на некоторые их моих вопросов.

— И как же ты с ними общаешься? В смысле с Покровителями. Вы обмениваетесь письмами или перестукиваетесь через какую-нибудь стенку? Ты ведь их, наверняка, не видел. Или всё-таки видел?

— Об этом сейчас не время и не место говорить. Поверь мне, я услышал твои условия, и когда мы закончим со Смертью Городов, то я расскажу тебе о Покровителях всё, что ты захочешь узнать. А мне есть, что рассказать. Но только не здесь, здесь нельзя.

— Значит, мы договорились. Выходит, ты хочешь закончить свою работу над лекарством? И что вернёшься в Цантерию? И предъявишь всем свой результат?

— Может быть и так. В городе я был действительно близок к цели. Десять пациентов пошли на поправку, Сьёрд! Ты можешь не верить мне, но всё чего мне не хватало это лишь немного времени. Немного времени, чтобы достичь желаемого результата. А теперь, когда у меня есть знания о Покровителях, то этого времени мне нужно ещё меньше. Я действительно близок, Сьёрд!

— И, по-твоему, это правда поможет? Думаешь, что ты остановишь эпидемию?

— Я в этом не сомневаюсь, потому что никто другой, кроме меня, сделать этого не сможет. Ты помнишь наших коллег в Цантерии? Помнишь других алхимиков? Все они глупее нас. Все они смыслят куда меньше, чем ты или я, — Моткето как и всегда не проявлял никакой скромности. — Необходимо признать, что без нас всё рухнет в пропасть, потому что никто другой, кроме нас не сможет создать это лекарство. И это факт, который ты, Сьёрд, прекрасно понимаешь. Я хорошо вижу это по твоим глазам.

— Понимаешь насколько всё это важно? — спросила Шайдвин, когда они уже стояли на вышке. — В наших руках фактически судьба целого королевства! Мы здесь на болотах боремся с монстрами, но как только закончим с этим, то сможем вернуться к великому делу! Понимаешь?

— Великое дело, — повторил Сьёрд. — А скажи, Покровители просто так делятся с Моткето своими знаниями?

— Он помогает им кое в чём и заодно должен помочь в битве со Смертью Городов. В благодарность за это они и поделятся всеми необходимыми сведениями, — ответила Шайдвин, а потом добавила. — Сьёрд, я понимаю причину твоего интереса к Покровителям и прошу, будь осторожен. Не стоит недооценивать их…

— Ох, вот только этого не надо. Я как-нибудь сам разберусь, — возмутился Сьёрд. — Моткето хочет доработать лекарство, хочет подарить его Цантерии? Да вы лицемерные психи, если думаете, что вас там кто-нибудь ждёт с распростёртыми объятиями, после всего, что там случилось! Вам там просто головы отрубят при первой же встрече!

— Ты ошибаешься…

— Это ты ошибаешься, если думаешь, что хоть какие-то из ваших достижений должны закрывать собой ваши преступления. Нет, так это не работает.

— Значит мы расстанемся с нашими жизнями. Но спасём королевство от эпидемии.

Сьёрд выругался и облокотился на перила. В словах Шайдвин он явно слышал слова Моткето и никак не мог от них отделаться. Ему вдруг в голову пришёл один вопрос.

— А что на счёт тех десяти пациентов? — задал его алхимик. — Джорононенди кое-что о них упоминал. Но не так много говорил об их судьбе.

— Моткето ведь всё сказал тебе. Они показали положительный результат и вскоре пошли на поправку.

— Так они действительно выздоровели? Что с ними стало?

Шайдвин долго молчала перед тем, как ответить ему, а Сьёрд терпеливо ждал. Он уже успел кое-что узнать и потому хотел сравнить свои знания с её словами.

— В конце концов они умерли, эти десять пациентов, — наконец ответила Шайдвин. — Им не хватило немного времени, Моткето не хватило немного времени. Но с тобой у нас будет шанс всё исправить. Вместе мы сможем спасти Цантерию и всех тех, кто пострадал от эпидемии.

Сьёрд не верил её словами, как бы на самом деле не хотел верить. И постоянно прокручивал в голове план, который они придумали с Дильчией.

Ночь оказалась неспокойной. Ливня не было, погода налаживалась, но Сьёрд, всё равно, плохо спал. Его терзали сомнения, наваливались воспоминания и без конца приходили дурные мысли. Обрывистые сны казались бессмысленными, оставляли гнетущее и беспокоящее чувство, будто он что-то забыл, но обязан вспомнить. Он видел образы своих старых знакомых, вновь видел места, которые посещал. Цантерия, Забытый Край и иные страны. Самый явный из снов показался ему самым беспокойным из всех.

Сьёрд увидел себя на кладбище, полном погребальных костров, которые страшно дымили. Там с ним была Шайдвин и они серьёзно спорили, вот только он никак не мог вспомнить о чём именно. Он даже ударил её во сне. Потом Шайдвин почему-то сменилась Дильчией и с ней алхимик тоже активно спорил. И снова не мог вспомнить суть этого спора. Однако само кладбище он сразу узнал. Это было то самое кладбище, которое располагалось рядом с Брареваром.

Во время своего последнего путешествия по Цантерии Сьёрд многое успел увидеть. Ему встречались полные паники города, совершенно покинутые дома и тревожные предупреждения на табличках, которые были приколочены на всех дорогах и на всех направлениях. Он видел станции для заболевших, где им оказывали помощь и лагеря для беженцев, искавших укрытия. В пути ему попадались эти самые беженцы, а ещё мародёры и бандиты и, конечно, заражённые цантерийской чумой. Последние были самыми опасными, особенно когда уже окончательно теряли рассудок.

Утром Сьёрда разбудил Дерерис. Перевёртыш выглядел чем-то обеспокоенным и потому был непривычно нетерпеливым.

— Пошли, есть один разговор, — сказал он.

Сьёрд быстро пришёл в себя, оделся и надел ремень с ножнами и мечом, после чего накинул плащ. Умылся холодной водой в металлическом тазе, который стоял на стуле у окна. Потом последовал за Дерерисом.

Они поднялись этажом выше и вышли на единственный балкон всём доме. Отсюда открывался вид на всё поселение сов и в том числе на два их ночных караула, которые дежурили возле дома с влертоцами. Дерерис даже помахал им рукой.

— Ты знаешь, есть даже нечто приятное в том, что хоть где-то меня ставят вровень с людьми, — поделился Дерерис. — Хоть сейчас это снова не идёт мне на пользу.

— Почему ты так и не уехал отсюда? — спросил его Сьёрд. — В какую-нибудь другую страну, где к нелюдям относятся не так предвзято?

— Нашёл, что спросить. Здесь у меня есть дела, вот о них и поговорим. Может быть, когда-нибудь потом я и уеду. Когда-нибудь потом, но не сейчас.

— Хорошо, тогда о каких делах ты хочешь поговорить?

Стена вокруг поселения была не такой уж и высокой, и позволяла увидеть окружающий пейзаж с развалинами старинных строений. Отсюда с балкона в том числе можно было увидеть и отдалённую вышку сов, на которой стояли их часовые. Глядя на поселение, Сьёрд лишь убеждался в словах Дерериса на счёт сов. Развалины на Сияющих болотах никак не могли принадлежать их предкам. Слишком разная архитектура была у всех этих построек.

— Помнится в Влерте ты пришёл ко мне с просьбой, — начал Дерерис с серьёзным лицом. — Просил помочь тебе во всём этом деле. Так вот, у меня тоже возникла к тебе одна просьба.

— В таком случае излагай. Я слушаю.

— Дело наше как я смотрю принимает крутой поворот. Изначально мы шли сюда, чтобы сразиться со Смертью Городов, а теперь нашли себе союзников среди сов, принимаем их тактику боя. И к тому же собираемся отправиться на встречу с Покровителями, когда закончим здесь.

— Да, похоже на то, — согласился Сьёрд. — Хоть мы и готовились ко всему этому, но чем больше я думаю, тем больше мне кажется, что мы подготовились недостаточно.

— Вот именно. Мы не знаем сколько именно Покровителей, какие у них силы, но уже планируем атаку. А если нашего отряда попросту не хватит для такого дела?

— А какие есть варианты? Я так понимаю, что их нет. Сил больше, чем в этом отряде Грихдер не соберёт. Это и так уже понятно. Но и у самих Покровителей, судя по всему, сил тоже не много.

— Это с чего ты взял?

— Посуди сам, они насылают болезни вместо того, чтобы выступить открыто. И даже сейчас, когда опасность угрожает их сторонникам, они остаются в своём укрытии, отправляя вместо себя посредника. Что-то не похоже, чтобы в их распоряжении имелось собственное войско.

— Быть может ты и прав, — поразмыслил Дерерис. — Но дело, всё равно, предстоит опасное.

— Ещё бы, у нас слишком мало информации, а потому можно сказать, что мы ступаем в тёмный тоннель без фонаря, — обо всём этом Сьёрд уже думал не раз. — Но я надеюсь, что моё сотрудничество с Моткето хоть чем-то нам поможет. Притворное сотрудничество.

— По-прежнему не веришь, что он хочет разработать лекарство?

— Этот человек уже давным-давно потерял моё доверие. Уверен, он лишь ищет собственную выгоду. Так что ты хотел?

— Хотел, чтобы ты помог мне сделать кое-что. Какая бы опасность нам не угрожала, я не хочу, чтобы Дильчия пострадала из-за неё. Я хочу защитить её, но не уверен в том, что смогу это сделать здесь. Учитывая все обстоятельства. Поэтому прошу тебя помочь мне.

— Дерерис, мы ведь работаем одной командой уже четыре месяца. Разумеется, мне бы не хотелось, чтобы Дильчия пострадала.

— Нет, ты не понял меня. Я хочу, чтобы она выжила. Обязательно. Даже если я погибну и больше не смогу её защищать, ты должен продолжить это дело. Ты должен защитить её, Сьёрд.

— Слушай, ты что-то совсем мрачно настроился на это дело, — обеспокоенно заметил Сьёрд. — Не стоит так себя накручивать.

— Я серьёзно, — он посмотрел на него так, как может посмотреть человек, для которого больше нет ничего важного. — Ты должен дать мне обещание, что защитишь Дильчию в случае моей смерти. И поможешь ей выбраться с этих болот, чтобы ни случилось. Слышишь меня? Верни её в Влерт, Сьёрд.

— Хорошо, Дерерис. Я обещаю тебе, — заверил его алхимик, который не мог проигнорировать такую просьбу. — Я обещаю, что приложу все силы, чтобы спасти Дильчию. И вернуть её обратно в Влерт.

Перевёртыш кивнул ему и вдруг вздохнул с облегчением. Сьёрд уже строил версии о том, что могло его так обеспокоить.

— Ты прямо удивляешь меня, — признался алхимик. — Что там между вами с Дильчией? Почему ты настолько сильно за неё беспокоишься?

— Как ты там говоришь? Это тема не для этой беседы, так?

— Хватит, рассказывай уже. В конце концов, нас ожидает ещё одна встреча со Смертью Городов и её подручными. И неизвестно как она ещё сложится для нас всех.

Дерерис усмехнулся на эти слова и казалось уже хотел что-то сказать. Но тут вдруг в поселении поднялся шум. Совы начали бегать, женщины прятали детей, а мужчины хватали копья. Даже два караула, охранявшие влертовцев, бросились к воротам.

— Что это у них там случилось? — с непониманием спросил Дерерис.

Сьёрду не нужен был ответ на этот вопрос. У него имелась всего одна версия, но зато самая верная. Дозорная вышка сов вдали на болотах горела.

Они выбили ворота. Смогли найти где-то на болотах подходящее дерево и соорудить из него таран. Кричали о великом деле и своей миссии, пока били. Совы встретили их метательными дротиками, пытаясь остановить врага на входе в поселение, но не смогли справиться. Ворота открылись с грохотом, и толпа кричащих и вооружённых мужчин ворвалась внутрь за линию стен.

Бой быстро принял самую нелюбимую, самую мерзкую и противную в глазах Сьёрда форму. Форму боя среди жилых домов.

Они быстро продвигались вглубь поселения. Совы пытались организовать оборону, но получалось у них это плохо. Врагов было много, они быстро рассредоточились среди домов и сооружений на опорах. Выбивали двери, вытаскивали жителей на улицы. Это был хаос, полный криков и крови, в котором трудно было ориентироваться. И этот хаос стремительно охватывал всё поселение.

— Все к оружию! — скомандовала Дильчия спешно вооружавшимися влертовцам. — Приготовиться встретить врага!

Никто не понял, как именно это случилось, но было ясно, что совы просчитались. То ли их разведчики неправильно оценили, как быстро Смерть Городов преодолеет оставшееся расстояние. То ли проводники из числа людей куда лучше знали дорогу до поселения сов, чем те думали. Но маленькое войско безумцев и полных ненависти к нелюдям крестьян добралось до своей цели раньше, чем защитники ожидали. Даже раньше, чем должны были прийти подкрепления сов.

Сьёрд одним из первых выскочил из дома и сразу понял, что на улицах творится бойня. Картина, которую он здесь видел была ему до боли знакома. Под командованием Вотрона влертовцы незамедлительно выстроились в линию с щитами и мечами, следом за ними встали арбалетчики, в спешке заряжающие своё оружие. Несколько человек в грязных куртках с дубинами и топорами набросились на них, но после непродолжительного боя влертовцы смогли их отбросить. Арбалетчики стреляли, пользуясь тем, что большинство противников не имели никаких доспехов. Наблюдая за ситуацией, Сьёрд было подумал, что отряд выстоит, но потом увидел, как обстоят дела в других частях поселения. Дела обстояли отчаянно плохо.

Совсем скоро появился тот же самый проводник, который привёл их всех туда. Тот сразу же бросился к Дильчии.

— Помогите нам! — воскликнул он. — Мы укрыли всех детей в главном доме! Но теперь нам надо вывести их оттуда!

Дильчии не потребовалось много времени на размышления. Она почти сразу же согласилась помочь, разделив свой отряд. Одна его часть отправилась вывозить из поселения фургоны и всех лошадей, а вторая вместе с Дильчией отправилась к главному дому сов. Сьёрд и Дерерис последовали за ней. Смирившись с тем, что поселение уже потеряно совы решили вывезти всех детей через вторые ворота, но в том хаосе, который охватил всё вокруг это была рискованная затея.

Путь до главного дома, того самого, в котором совещались лидеры сов, оказался не сложным. На своём пути влертовцы встретили паникующих жителей, пытавшихся спасти какие-то редкие вещи и глиняные таблички, заменявшие здесь книги. Встретили воинов, спешивших с копьями и дротиками в сторону боя. Один раз влертовцы увидели раскрашенного чернилами безумца, рубившего топором уже мёртвое тело. В него выстрелили из арбалета.

Возле главного дома совы сооружали баррикады, но воинов было мало. Сьёрд быстро понял, почему местные обратились к людям за помощью защитить их детей. Судя по всему, почти всех их воины уже были заняты в бою с нападавшими. И иного выбора у них просто не было.

— Занять позиции и держать оборону! — приказала Дильчия, когда её люди оказались на баррикаде. — Если увидите противника, сразу же доложить!

— Как думаешь, они скоро здесь появятся? — поинтересовался Дерерис, глядя в ту сторону, откуда доносились крики.

— Скоро, — ответил Сьёрд. — Похоже, что оборона местных уже трещит по швам.

То, как были выбиты ворота он хорошо видел с балкона. И также хорошо видел разразившийся возле них бой. Совы ловко управлялись с копьями, которые сумели найти не мало целей. Они явно были опытными бойцами. Нередко метали ножи, а при необходимости пускали в дело кинжалы. Однако, как и в Подтопленном городе, и в Славном притоне, сторонники Смерти Городов были вооружены куда более богатым ассортиментов, предметы из которого кололи, рубили и дробили защитников поселения. И что куда важнее, владельцев этого ассортимента было куда больше. Их поток валил вперёд, не обращая внимания на потери. И в отличие от прошлого раза им теперь активно помогали обозлённые крестьяне, сражавшиеся с какой-то фанатичной яростью к нелюдям. Перед их необъятной жестокой толпой линии сов, державших оборону, таяли на глазах. А когда их сломили и бой у самих ворот закончился, в поселении начался хаос.

Отворив двери главного дома Сьёрд и Дильчия увидели детей. Наверное, не меньше сорока. Все они выглядели напуганными и смотрели на них широко распахнутыми глазами. Провожатый, вошедший первым, привлёк к себе их внимание и начал что-то объяснять.

— Вы сможете вывести их из поселения? — спросила Дильчия.

— Сможем. Если вы нам поможете, — ответил провожатый.

— А там, на болотах? Что они там будут делать?

— Там есть убежище. Там мы сможем их спрятать. Но сначала надо выбраться отсюда.

— Ваши воины смогут удержать поселение? Или они отступят следом за нами?

— Некому держать и некому уходить. Почти никого не осталось.

Дильчия оказалась не обрадована такой новостью, но не растерялась и быстро отдала новые приказы своим подчинённым. Сьёрд для себя отметил, что всё обстоит ещё хуже, чем он думал. Провожатый, тем временем, снова что-то объяснял детям. Он говорил в этой странной совиной манере, включавшей в себя сочетание неизвестных алхимику слов, вполне понятного для влертцев языка и сложного языка жестов. К тому времени, когда он закончил на улице послышалось первое донесение.

— Приближаются! Арбалеты, цельсь!

— Я наружу, а вы выводите их через заднюю дверь, — сказал Сьёрд Дильчии и направился к выходу.

— Я с тобой, — заявил Дерерис.

Провожатый тут же направил детей в глубину дома, а алхимик и перевёртыш вышли наружу. Позади остались детские голоса и беспокойный шум, а впереди уже знакомые крики.

Влертовцы заняли позиции вместе с несколькими совами, которые в спешке возводили баррикады. Сьёрд и Дерерис встали рядом с ними и алхимик обнажил меч.

Теперь он и сам видел приближающихся врагов. Сторонники Смерти Городов с чернилами на лицах приближались быстро, размахивая своим оружием. Знакомая картина. Мужчины в самых разных по качеству и цветам одеждах. Среди них явно были как крестьяне, так и горожане и похоже даже некоторые дворяне. Весьма разнообразная компания. Их объединяли только чернильные узоры на лицах. И где они только взяли столько чернил? Об этом Сьёрд думал не долго.

Затрещали арбалеты. Первые бегущие упали — кто-то мёртвый, кто-то раненный. Бойцы быстро перезарядились и выстрелили ещё раз, положив ещё нескольких нападавших. На третий залп времени уже не хватило. Противник вывалился на площадь, которую ещё вчера заполонили совы, а теперь удерживали люди. И тут же завязался бой.

Смертощники обрушились на влертовцев с криками. Несколько из них тут же встретили мечи и затихли. Одному на глазах у Сьёрда отрубили руку и он завыл, другому вогнали в горло арбалетный болт. Стоявший неподалёку от алхимика влертовец с двуручным мечом обрушил его на подбежавшего к нему противника. Тот успел только взвизгнуть от страха. Но нападавших ничто из всего этого не остановило. Они валили вперёд, полагаясь на своё численное превосходство и не обращая внимания на потери. Совсем скоро и влертовцы начали падать. Одному раскроили голову мечом, на другого рухнул здоровенный колун. Третьего повалили на землю и закололи кинжалами сразу двое нападавших. Он сумел ранить одного из них, но второй не позволил ему подняться. Стоявший прямо перед Сьёрдом боец рассёк первого подбежавшего к нему безумца. Алхимик бросился к нему и ударом выбил ржавый меч из руки второго врага. Он думал, что тот отступит, но раскрашенный чернилами мужчина лишь кинулся на него с голыми руками и тут же получил удар клинка. Влертовец, которому Сьёрд поспешил на выручку, тем временем, уже дрался с новым противником. И вдруг получил удар коротким клинком в бок от мужчины в парике. Сьёрд снова поспешил на помощь.

Обладатель парика, возможно, был дворянином. Дорогая, но грязная и запылившаяся одежда. Рядом с ним, приготовившись к бою встал обнажённый по пояс крестьянин с густой бородой и кузнечным молотом в руках. «Не самое подходящее оружие», — подумал Сьёрд. Оба противника были покрыты чернилами. Сьёрд вступил в бой с ними, быстро и точно нанося удары. Владелец молота двигался медленно, парик оказался куда проворнее. Алхимик отбил меч, увернулся от молота, хлестнул клинком крестьянина по ноге и снова отбил удар меча. Затем ещё раз и ещё. Вновь увернулся от молота. Со стороны можно подумать будто это совсем не трудно. Отбить удар, контратаковать. Он ранил дворянина, одним ударом рассёк горло крестьянина, отбил уже слабый выпад парика.

Дерерис, тем временем, поднял раненного влертовца и оттащил его к дому. Молодое лицо бойца было перепугано, когда он зажимал себе рану на руке. К нему тут же поспешил целитель из Дома Второго Дыхания, сопровождавший отряд в походе. Однако он был вовсе не единственным, кому потребовалась помощь. По возможности, влертовцы оттаскивали раненных, стараясь при этом держать оборону. Отряд Дильчии снова доказывал свою подготовку — площадь была полна трупов нападавших, но и защитников полегло не мало. Сьёрд обратил внимание на то, что не смотря на потери сторонники Смерти Городов продолжали наступать. Хотя многие воины в подобной ситуации решили бы, что нужно остановить бой.

— Бейте их! — раздались ещё крики. — Долой предателей и пособников нелюдей!

К нападавшим безумцам присоединился с десяток мужчин с вилами и топорами. Алхимик сразу обратил на них внимание, поскольку на них не было чернил. Они накинулись на влертовцев и тут же потеряли троих под ударами мечей и секир. Неподалёку от Сьёрда, не успевшего перезарядиться арбалетчика закололи вилами. Крестьянин что-то кричал, а его товарищ уже бросился на алхимика, размахивая грязным тесаком. Сьёрд сразу понял, что перед ним не опытный противник. Исход их поединка был фактически предрешён.

Алхимик бился с ним недолго. Короткий бой и крестьянин уже лежал в крови. Его товарища с вилами сразили арбалетным болтом. Сьёрд замер над телом, пытаясь понять то, что его удивило. У этого крестьянина не было чернильных узоров, а взгляд вовсе не казался безумным. Напротив, полные злости глаза теперь наполнились страхом.

— Зачем? — прошептал он, глядя на алхимика. — Мы ведь только хотели очистить болота… Зачем вы им помогаете… Этим нелюдям…

Сьёрд ничего не ответил. Только смотрел на него, пока мужчина не затих. Алхимика поразило то, что он прямо сейчас осознал. Этот человек помогал Смерти Городов совершенно добровольно и видно даже не входил в её шайку, покрывавшую себя чернилами. Он не следовал за ней в Подтопленном городе, а присоединился лишь недавно, из одной только ненависти к нелюдям. Конечно, Сьёрд уже и раньше знал о том, что в округе болот нашлись такие добровольцы. Но только сейчас, увидев, как они помогают ей не только в поисках дороги, но даже в бою, он осознал насколько это ужасно.

— Отходим к дому! — скомандовала Дильчия, появившаяся в дверях. — Все назад!

Алхимик посчитал это своевременным. Влертовцы начали отступать, прикрывая друг друга. Сьёрд, как один из лучших мечников, уходил одним из последних. Вокруг него были кровь и трупы. Вокруг него были сумасшедшие сторонники Смерти Городов и помогающие ей крестьяне. Но он высматривал среди них её. Ту, что направила их.

Однако как ни старался он так её и не увидел. Когда все уцелевшие отступили в дом, снаружи остались только сам Сьёрд и высокий влертовец в полудоспехе с двуручным мечом. Алхимик кивнул ему и тот пригнувшись скрылся в дверном проёме. На короткое время Сьёрд остался один, а перед ним была толпа врагов, из которой, впрочем, никто не торопился броситься вперёд. Они только медленно приближались, внимательно наблюдая за его мечом. Алхимик помнил о том, что раньше этих людей не сильно сдерживали потери, а потому и сам поспешил скрыться в доме. Он был первоклассным фехтовальщиком, но с такой толпой в одиночку не справиться.

Стоило ему оказаться внутри, как влертовцы заперли за ним дверь и подпёрли её тяжёлой лавкой.

— А не плохо нас обложили, — тяжело дыша заметил Дерерис. — Их там просто туча.

Руки его были вовсе не человеческими, а звериными и с длинными когтями. Перевёртыш в бою совершил частичное превращение и бился одними руками.

— Детей уже вывели из дома и теперь они направляются ко второму выходу из поселения, — сказала Дильчия. — Но если этих там так много, то им необходимо прикрытие.

— Значит нужно разделиться, ты отправляйся с ними, а я останусь здесь, — предложил Дерерис. — Мы отвлечём эту ораву, а вы сможете уйти!

— А вы как отсюда выбираться будете? — спросила Дильчия с возмущением. — Уходим все вместе и только так! Не спорь.

— Нам нужно задержать их здесь, а вам уходить! Так что мы здесь только время на споры теряем!

— И как ты собираешься их отвлекать? Они сразу за детьми погонятся! Нам будут нужны люди для их защиты!

— Вот поэтому ты и забирай людей с собой, а мы здесь останемся, — вмешался в их спор Сьёрд, который всё это время смотрел в окно. — Есть здесь кое-кто, ради кого они все здесь останутся.

Стоило ему это сказать, как все тут же бросились к окнам. Там, на улице, дома сов загорались один за другим, слово факелы. И виновница этого направлялась прямо к главному дому. И хоть видели они её лишь несколько раз, но сразу узнали.

— Доставай, Дильчия, Металл Отрицания, — сказал Сьёрд. — Пора уже посмотреть, чего он стоит.

Вместе со своими бойцами Дильчия последовала за детьми. Её люди, разумеется, забрали с собой всех раненных, стремясь как можно скорее покинуть это быстро гибнущее поселение. Сьёрд и Дерерис остались вместе с парой влертских добровольцев и группой вооружённых сов. Как оказалось их лидер тоже был здесь и тоже решил остаться для обороны дома.

— Это поселение поручило мне заботу о нём, а это значит, что я останусь здесь до самого конца, — заявил он, сжимая в руках копьё. — А если у вас, людей, есть некое оружие против этой страшной женщины, то я буду рад помочь вам его использовать.

Звучало это, конечно, обнадёживающее. Дильчия оставила Сьёрду Металл Отрицания. Объяснять, как им пользоваться не требовалось, всё что Дильчия знала сама она уже рассказала алхимику ещё в Влерте. Теперь он стоял у окна на втором этаже, вспоминая каждое её слово. И каждое слово, сказанное бывшим Ревнителем с Таратурского острова. Как именно действовал Металл Отрицания мало кто понимал. И причина его таинственных свойств так и оставалась тайной. Зато как именно его использовать, с этим дело обстояло куда проще.

Получалось, что нужно было как можно ближе подобраться к цели. И если оказаться рядом, то он должен был полностью блокировать все способности Смерти Городов. И то, как она поджигала всё вокруг себя и то, как она сводила людей с ума. Тогда она должна была превратиться просто в женщину, которой нечего противопоставить мечу. И этот меч, должен был положить конец всему этому безумию.

Смерть Городов стояла прямо перед ними. На площади, перед главным домом сов, в окружении своих сторонников, которые тихо ожидали от неё новых приказов. Она танцевала. Прямо как тогда, в Подтопленном городе, в Славном Притоне. Танцевала и кружилась на месте, лишь ещё раз убеждая Сьёрда в том, что в её рассудке стоило усомниться. Пока она танцевала, дома вокруг продолжали загораться один за другим. Ей было достаточно только взмахнуть рукой и их тут же охватывало сильнейшее пламя. Наблюдая за ней Сьёрд заметил, что поднимала она каждый раз только одну руку. Правую, покрытую ярко красными татуировками.

— Когда же она уже закончит свой концерт? — тихо поинтересовался Дерерис.

— Торопишься куда-то? — спросил Сьёрд, не сводя со Смерти Городов взгляда.

— Признаться, не слишком сильно, но ведь рано или поздно это должно было закончиться? Так ведь?

— А я жду с нетерпением, хочу покончить со всем этим уже.

Они все собрались на втором этаже вместе с совами. Здесь же был и проводник, который привёл влертовцев в поселение. И старый лидер. Все они сидели в засаде. Главный дом Смерть Городов огнём почему-то не трогала.

— Как вас хоть зовут? — спросил Дерерис, обращаясь к лидеру сов.

— А разве сейчас это важно? — поинтересовался тот вместо ответа. — Все мы с вами воины одного дела и это единственное, что важно.

— Может быть, — перевёртыш пожал плечами. — Вот уж не думал, что буду биться бок о бок с совами.

— А я не ожидал, что встану рядом с вашим братом или с людьми, — поддержал старик. — Подобные времена канули в уже далёкое прошлое, но разве это произошло не без причин?

— Вот только давайте не будем выяснять кто в этом виноват. Терпеть не могу подобные разговоры, — высказался Сьёрд. — Все народы обвиняют друг друга, и никто не хочет разбираться в истинных причинах.

Дерерис и лидер сов одновременно посмотрели на него. Сьёрд нисколько не смутился.

— Считаете иначе? — спросил он.

— Считаю, что в этом вообще нет нужды разбираться, — мрачно ответил Дерерис.

— Здесь и разбираться не в чем, — высказался лидер сов. — Есть вопросы, которые должны быть похоронены в прошлом. Мы живём здесь, устраиваем свой быт. Люди крутятся за пределами нашей земли, путаются в собственных правилах и постоянно спорят друг с другом, в том числе и с применением оружия. А перевёртыши… Вас осталось не так много.

— Что другие народы не всегда нас замечают, — проворчал Дерерис. — Сменим тему. Почему мы так уверенны в том, что эта танцовщица Влертского театра не спалит этот дом вместе с нами со всеми? С какой стати ей самой заходить сюда?

— Она знает, какую он играет роль, — ответил лидер сов. — Те, кто здесь сидят знают нужные ей секреты. К тому же, секреты скрывают и стены этого дома. Она знает, что его нельзя разрушать.

— И что это за секреты? — спросил Сьёрд.

— Те же самые, что интересуют и вас.

Алхимик ещё раз взглянул на горящие дома перед ними. Звуки боя прекратились, сражения в разных частях поселения закончились. Теперь сторонники Смерти Городов либо грабили то, что можно было грабить, либо собирались на площади возле своей хозяйки. Все уцелевшие совы покинули поселение, как и влертовцы вместе с Дильчией и детьми. По крайней мере должны были покинуть. Сьёрд поймал себя на мысли о Моткето и Шайдвин. Он не пытался их искать. Совы рассказали ему, что они оба покинули поселение ещё в самом начале атаки. Эта новость вызвала в нём противоречивые чувства. С одной стороны он был рад, что Шайдвин избежала опасности, но с другой их поспешное бегство выглядело так, словно все разговоры о сотрудничестве и совместной работе вдруг стали пустым звуком. Словно всё это больше не имело никакого значения. И алхимик сразу же это понял. Ведь как теперь искать их на этих болотах? Куда они могли направиться?

— Забудь о них, — посоветовал Дерерис. — Соглашение расторгнуто. Придётся нам искать другой способ, как найти убежище Покровителей.

В любом случае времени рассуждать обо всех этих вещах не было. Смерть Городов, наконец, перестала танцевать и направилась в сторону дома. Её люди последовали за ней. Момент истины приближался.

Смертощники с трудом, но выбили двери и сразу же ворвались внутрь. Женщина, которую большинство людей считали безумной, зашла внутрь следом за ними, почти не смотря по сторонам.

Алхимик замер, глядя на эту женщину, которую он хорошо видел через большие отверстия в полу. Она двигалась медленно, лениво, словно её ничего не беспокоило. Глядя на неё было трудно поверить, что именно эта женщина была виновна в таком количестве бед. Однако её люди громили первый этаж и всячески доказывали этот факт.

— Сьёрд, — тихо сказал Дерерис. — Давай.

Алхимик кивнул. Они оба начали осторожно пробираться по второму этажу в сторону Смерти Городов так, чтобы оказаться прямо над ней. Совы пока ожидали на своих местах, приготовившись к бою. Сторонники Смерти Городов словно искали кого-то или что-то. Один из них бросился на второй этаж, но его быстро и главное тихо остановили. Сьёрд почти не обратил на это внимания, продолжая осторожно продвигаться вперёд. Он не знал насколько близко нужно было подобраться к Смерти Городов, чтобы сработал Металл Отрицания поэтому решил по возможности подойти практически вплотную. И у него действительно имелся шанс это сделать.

Он крепко сжимал рукоять меча и был уже близко, когда один из людей с чернилами на лице громко закричал. Она заметил сов в засаде и в следующую секунду сторонники Смерти Городов бросились по лестницам наверх, а сама она рванула куда-то в сторону. За ней последовали двое её телохранителей. Сьёрд выругался и побежал в ту сторону. Он понятия не имел заработал ли уже Металл Отрицания, но был только один способ это проверить. Совы вокруг дрались со сторонниками Смерти Городов и несколько воинов с обеих сторон уже рухнули вниз на первый этаж.

Дерерис на ходу оттолкнул набросившегося на него противника и тот упал на первый этаж. Перевёртыш старался не отставать от алхимика.

— Быстрее за ней! — прокричал он, следуя за ним.

Сьёрд ворвался в соседнюю комнату, где через отверстия в полу также просматривался первый этаж. Смерть Городов скрылась за очередной дверью. Он вновь последовал за ней, хотя здесь дорогу ему попытались преградить её люди. Как они так быстро поднимались?

Алхимик оттолкнул первого из них и отправил вниз. Дерерис тоже отбросил нападавшего на него мужчину, но другой, со странной шляпой на голове, вцепился в него и после недолгой борьбы они оба упали в темноту. Сьёрд замешкался на мгновение, обернувшись. Он не видел Дерериса и не мог понять, что с ним случилось. Жив ли он? Когда алхимик только приехал в Забытый Край такое обстоятельство вряд ли бы остановило его. Но теперь после того, как они вместе столько раз сталкивались с опасностью…

Однако времени на размышления у него не было. Скрипя сердцем Сьёрд бросился дальше и оказался в следующей комнате, где с потолка свисали многочисленные куски ткани, словно развешенное для сушки бельё. Алхимик рассчитывал наброситься на Смерть Городов сверху, тем самым сведя расстояние между ними к минимуму. Он отмахивался от ткани и пробирался вперёд, когда откуда-то со стороны на него накинулся очередной противник. Алхимик ударил его рукоятью меча по голове, но тот оказался крепче, чем можно было ожидать. Детина с раскрашенным лицом навалился на него и теперь Сьёрд упал вниз на первый этаж. Рухнул на какую-то мебель, которая тут же сломалась под ним. Меч он выронил.

Подняться на ноги Сьёрд не успел — на него снова набросился уже знакомый детина. Дважды ударил алхимика по лицу, разбив при этом губу. Сьёрд не заставил себя ждать с ответом. Они оба отвесили друг другу достаточно тумаков, но сбросить противника Сьёрд не сумел. Кинжал он выхватил, но тот ловко перехватил его руку. Алхимик уже решил было применить один приём, которому его давно обучали, как вдруг из-за угла появился один из сов с копьём и ударом положил конец их противоборству.

Поднявшись Сьёрд увидел, что это был уже знакомый ему проводник.

— Она там, — указал тот ему рукой на ближайшую дверь. — Ты можешь биться?

Сьёрд кивнул, поднял с пола меч, и они оба направились в нужном направлении. Смерть Городов была в отдалённой комнате совсем одна и рассматривала стену, на которой было выполнено множество старых узоров. Она была без какой-либо защиты и это выглядело как действительно стоящий шанс.

Позади раздавались крики и звуки боя. Стоны и удары стали. Времени не было. Нужно было атаковать здесь и сейчас, пока возможность не упущена. Иначе всё, что они делали станет напрасным.

Сьёрд поправил сумку с Металлом Отрицания и направился к ней. Он снова двигался тихо и осторожно, пытаясь подкрасться к цели. Один удар. Один удар мечом мог решить всё, покончить со всей этой историей. Прекратить нападения. Остановить чудовище. Алхимик вдруг понял, как сильно он хотел это сделать.

Проводник держался рядом с ним, внушая дополнительную уверенность. Если что-то вдруг случится и Сьёрд промажет, то хоть он добьёт. Всего одна женщина, они вдвоём должны были справиться. Но случилось то, чего Сьёрд никак не ожидал. Проводник вдруг остановился, простоял на месте несколько секунд, а потом набросился на алхимика. Сьёрд вовремя среагировал, отбил первый удар и последовавшие за ним ещё несколько. Он был ошарашен таким нападением и с неприязнью понял, что вся их осторожность и скрытность только что пошли на дно колодца. Вот только возможности думать обо всём этом не было. Всё, что Сьёрд сейчас мог делать так это только защищаться, постоянно отступая. Вот только отступать вечно он не сможет.

Проводник бил отчаянно, насмерть, не оставляя иного выбора. В конце концов Сьёрд полоснул его мечом по руке и тот выронил своё копьё. Алхимик тут же схватил его и приставил клинок к горлу.

— Ты что делаешь, дурень? — вскричал он. — Совсем с ума сошёл?

Ответа не последовало, но Сьёрд его уже не ждал. Он понял в какой ситуации оказался и развернулся к Смерти Городов. Она больше не смотрела на стену, вместо этого она пристально смотрела на него.

— Не убивай его, — попросила женщина. — Он ведь всего лишь защищает меня, как до этого защищал тебя. Тебе не к добру его убивать.

Алхимик мрачно на неё посмотрел и встретился с печальным и в то же время заинтересованным взглядом. Когда они виделись в прошлый раз его путешествие в Забытом Крае только начиналось, а теперь же за ним был целый багаж воспоминаний. Но всё равно ему показалось будто бы они встречались только вчера.

— Ну что ты здесь делаешь? — спросила Смерть Городов с каким-то сочувствием в голосе. — Сьёрд, что ты здесь забыл? Неужели погубить меня пришёл?

Он смотрел на неё с непониманием, по-прежнему не убирая меча от проводника. Почему она говорит с ним так, словно они давно знакомы? И ведь также она говорила, когда они встречались в Пленет.

— Не убивай его, — повторила она. — Он мне ещё пригодится, он поможет моему большому делу.

— Что ты с ним сделала? — спросил алхимик. — Как-то околдовала?

— Самое неподходящее слово для описания ситуации, но, если хочешь, можешь называть это так. В действительности я лишь перенаправила его гнев с себя на тебя.

— И так же со всеми остальными, кто там снаружи умирал за тебя? Их гнев ты тоже перенаправила?

— Не те вопросы ты, Сьёрд, задаёшь и не тем интересуешься. Лучше скажи, что ты делаешь здесь? Всё-таки пришёл меня убить?

— Пришёл. И сделаю это, если только ты меня раньше не прикончишь.

— Но как же я могу это сделать? — на лице Смерти Городов возникло искреннее удивление. — Ведь я не могу причинить тебе вред. Если бы я знала, что ты здесь, то всем своим помощникам сказала бы не трогать тебя.

Сьёрд оттолкнул от себя проводника и тут же направил меч на Смерть Городов. Однако с ударом медлил, что-то в её словах заставило его задуматься. А точнее всё.

— И отчего же мне такая милость с твоей стороны? — вопросил он.

— От того, что ты дорог мне, — неожиданно ответила она. — Во всей моей короткой памяти ты один из немногих, кто был ко мне действительно добр. Заботился обо мне. И за это я тебе благодарна, Сьёрд.

От таких слов у алхимика голова пошла кругом. Он не мог верить её словам и в то же время решительно не понимал зачем была нужна ей такая странная ложь. Кончено, он видел, что эта женщина была безумна и ожидал от неё практически чего угодно. Но только не этого.

— И когда это я заботился о тебе? — спросил он. — Что-то я такого не припоминаю.

— Правда? Но это так. Ты заботился обо мне и любил меня. Сьёрд, мы с тобой были близки. Я понимаю, что ты можешь этого не помнить, но это правда. Ты спас меня, я жива благодаря тебе. И всё, что я сейчас делаю, я делаю на благо человечества, потому что ты меня этому учил.

— Хватит лгать! — алхимик пришёл в ярость и взмахнул мечом, заставив её отступить к стене. — Я не знаю, что за игру ты ведёшь, но всё это мне не нравится. Я знаю, кто ты! Убийца и чудовище!

— Тебе всегда говорили это обо мне, но ты всегда защищал меня, чтобы ни случилось, — она говорила убедительно, словно нисколько не сомневалась в собственных словах. — Сьёрд, уходи отсюда. Тебе нечего здесь делать.

— В этом я с тобой совсем не согласен!

— А ты вспомни своего отца. Что он тебе говорил?

Эти слова окончательно выбили алхимика из равновесия. Никто не вспоминал ему отца. Никто из тех, кого он сейчас знал и с кем общался. Его отец, мать, вся семья и всё, что с ними связанно остались в далёком прошлом. Настолько далёком, что он уже с трудом вспоминал некоторые детали. Откуда она могла что-нибудь знать?

— Сьёрд, очнись! — закричал за его спиной Дерерис. — Ты чего застыл?!

Перевёртыш ввалился в комнату, его лоб был рассечён, а лицо залило кровью. Его окрик прозвучал для Сьёрда отрезвляюще. Он схватил сумку с Металлом Отрицания, швырнул её в ноги Смерти Городов и бросился на неё с мечом. И тут же был остановлен снова прыгнувшим на него проводником и выскочившими из-за углов двумя смертошниками. Пока он, не без помощи Дерериса, разбирался с ними было потеряно время. И это время похоже оказалось решающим.

Смерть Городов вскинула правую руку и между ней и алхимиком возникло пламя, вынудившее его отступить. На этом она не остановилась. Женщина сделала на месте круг и всё на что она направляла руку тут же загоралось. Её сторонники, включая проводника, мгновенно скрылись. Сьёрд и Дерерис ещё оставались на месте, лихорадочно соображая, как поступить. Смерть Городов посмотрела на них взглядом, в котором читалось безумное веселье. Она направила руку на сумку с Металлом Отрицания, и та тоже зажглась пламенем. Сьёрд в злости сжал зубы. Не помог им Металл Отрицания либо алхимик не успел в эти несколько секунд, когда он действовал. Но было ли это сейчас действительно важно?

— Уходи, Сьёрд, — с улыбкой сказала ему Смерть Городов. — Уходи и не возвращайся в эти дурные земли. Если хочешь, попытайся вспомнить, что связывало нас с тобой. Узнай, как крепко мы были связанны друг с другом. Или живи простой жизнью и забудь обо всём этом. На всё это твоё право. А я закончу то, что начала.

— Что начала? — воскликнул Сьёрд. — Что вообще происходит?

— Я же сказала, что защищаю людей, — в её голосе звучало неприкрытое веселье, отчего каждое слово звучало по-особенному странно. — Я хочу уничтожить Покровителей! Спасти всех людей от этой заразы! А ещё я хочу найти Моткето. И ты хорошо знаешь зачем.

— Я ничего не знаю! — Сьёрд надеялся задержать её и найти шанс подобраться для удара. — Объясни мне! Прошу тебя!

— Я отомщу ему за нас! — она словно не слышала его вопросов или даже просто слов. — Я отомщу ему за нас обоих! А ты уходи! Уходит отсюда, Сьёрд!

Пожар быстро распространялся по всему дому. Чего она хотела? Что здесь творилось? Сьёрд ничего из этого не понимал. Как и того, что искала Смерть Городов в главном доме сов? Что за символы она изучала? И почему сначала она не стала устраивать пожар, а потом мигом отдала всё огню? Ничего из этого он не понимал, а времени разбираться снова не было. Дерерис потащил алхимика прочь из здания, прочь от огня, подальше от всего.

Оба влертских добровольца сумели выбраться. Ещё несколько сов тоже. Сьёрда и Дерериса вытащила Дильчия, которая к большой злости перевёртыша вернулась за ними. Возможности обсуждать что-либо не было, а потому все бросились бежать подальше от охваченного пламенем дома, которому явно осталось уже немного. Старый лидер сов не выбрался, его товарищи рассказали, что он был схвачен сторонниками Смерти Городов. Те почему-то не убили его сразу, а зачем-то куда-то увели.

Когда все уцелевшие люди и нелюди выбрались на болота, поселение позади них горело ярким и неистовым огнём. Он охватил каждый дом и по своему обыкновению был беспощаден к своим жертвам. Поселение нелюдей он разрушал точно также, как и любое другое поселение людей в любой другой части Забытого Края. Как ни старайся, разницы ты не увидишь.

Бой был проигран. Сражение на болотах в условленном месте не состоялось. Металл Отрицания себя не оправдал. Многие погибли, пытаясь остановить Смерть Городов, и все их жертвы никак не приблизили осуществление этой цели. Сьёрд много думал об этом и пока никак не мог найти способ опровергнуть эту мысль. Эту мерзкую, тяжёлую и противную ему мысль.

Завершение

Завершение.

Свет в помещении давали тротвиновые лампы, подвешенные под потолком. Все они были в хорошем состоянии, отремонтированные в том числе за счёт деталей, снятых с менее сохранившихся образцов. Их приводили в порядок руки людских мастеров, хоть среди руин их и нашли совы. Кто бы и что ни рассказывал о вражде между людьми и нелюдьми возле Сияющих болот, но торговля и взаимный обмен всем, чем только можно здесь тоже присутствовали и в большом количестве. За пределами радикальных поселений, разумеется. В конце концов, вражда враждой, а стремление к личной выгоде ещё никто не отменял.

Например, вот эти фонари люди отремонтировали для сов в обмен на старые монеты и предметы из старинной посуды. Или за наборы столовых приборов. Все это весьма ценилось в Забытом Крае. Разумеется, после особенно важного для всех людей тротвина. Поэтому совы в основном платили именно им за изготовленные и отремонтированные для них часы, печи, плиты, замки, сейфы, различные инструменты и механические определители погоды. Хотя последние никогда не работали даже после ремонта.

Следом за фонарями всё остальное помещение также было обставлено хорошо, и вся мебель была такой же качественной и отремонтированной. Всё здесь напоминало лабораторию в поселении сов, в которой не мало проработал Моткето. Однако эта лаборатория была больше, имела куда более сложное оборудование и, как и в замке Енирестоун, здесь можно было увидеть многочисленные стеклянные трубки, тянущиеся по стенам и потолку. Точно такие же трубки были не только в Енирестоуне, но и в личной лаборатории Моткето в Цантерии. И как у себя дома, здесь Моткето тоже нашёл им всем применение. Всё в этой лаборатории работало для его дела, которому он отдавал всё своё свободное время. Вообще всё своё время.

Всё оборудование и мебель лаборатории были изготовлены руками людей, но само помещение было построено не ими. Каменные стены были покрыты изображениями черепов и скелетов, а в некоторых местах из них торчали руки со скрюченными пальцами. Моткето уже достаточно видел подобных построек, чтобы понимать, кем они были возведены. Сильным и гордым народом, который царствовал в этих краях задолго до прихода людей. Осталось, правда, от него не слишком много.

Шайдвин прошла по длинному коридору, в котором сквозь стены прорастали какие-то коренья. Настроение у неё было хуже, чем за последние две недели, и это при том, что последние две недели она была мрачные тучи. Однако теперь дела обстояли хуже, чем когда они бежали из Подтопленного города. Ведь тогда им хотя бы было куда бежать. А что теперь?

Она застала Моткето за работой. Старый алхимик даже не переоделся с дороги, а потому его брюки и сапоги были в грязи. Однако он не обращал на это никакого внимания. Моткето в спешке переворачивал страницы, смешивал различные зелья, искал подходящие ингредиенты. Он напевал себе под нос какую-то песенку на языке, незнакомом людям Забытого Края или Цантерии. Он всегда так делал, когда был полностью поглощён своей работой.

— Привела себя в порядок? — спросил он не оборачиваясь, когда услышал шаги Шайдвин.

— Вроде того, — ответила она. — И вам тоже стоило бы это сделать.

— На это сейчас нет никакого времени, — ответил Моткето. — У нас слишком много работы, а сделать всё это нужно так быстро! Так быстро!

— В таком случае позвольте мне помочь, — предложила Шайдвин. — Вдвоём мы быстрее со всем этим управимся.

— Ни в коем случае! — в голосе Моткето мелькнула нотка гнева, но он быстро успокоился. — Я всё сделаю сам и никак иначе. Только так!

Шайдвин замолчала и отошла в сторону. Моткето готовил свой огромный проект, который последнее время был единственным, что его действительно волновало. Этот проект, его сложный алхимический эксперимент должен был остановить Смерть Городов. Однако дело, конечно, заключалось не только в этом. Шайдвин хорошо понимала это, как и то, что учитель скрывает от неё детали процесса, не позволяя принимать участия. Уж чему-чему, а этому её учить он не собирался.

— В поселении всё плохо, — начала рассказывать Шайдвин, хотя Моткето её не спрашивал. — Оно всё в огне, скоро там останется только пепелище. Местные жители разбежались кто куда. Много погибших.

— У них есть свои убежища на болотах так что найдут, где укрыться. А что до мёртвых, то здесь уже говорить не о чем.

— Они ведь там бились за нас, сражались и умирали. А мы просто сбежали оттуда. Просто скрылись.

— Дорогая моя, я мог бы задать тебе вопрос — а что ты предлагаешь сделать? Однако время для того, чтобы поступить как-то иначе уже прошло, и ты к тому же здесь, а значит свой выбор уже сделала. Поэтому раз ты сама решила, как ты выразилась сбежать, смысла задавать этот вопрос я не вижу. К тому же, все они должны были умереть за нас.

— Умереть? Что?

— Они должны были защищать нас, пока мы готовим средство против Смерти Городов, и они эту задачу выполнили. Разве здесь есть что-то неправильное? Или нелогичное?

— Иногда мне кажется, что Сьёррердаль действительно прав на ваш счёт, — недовольно произнесла Шайдвин. — И у вас правда нет ни совести, ни сердца.

— Сьёррердаль, — Моткето на секунду замер над большой книгой, а потом продолжил работу. — Достойный потенциал. Из него мог бы получиться по-настоящему хороший алхимик, если бы он не цеплялся за свою бесполезную мораль.

— Она лишь его достоинство, которое не стоит недооценивать. Поверьте, мне.

— И не подумаю. Куда завела его вся эта мораль? Лично я туда ни за что не отправлюсь, вот во что действительно поверь. Где вот сейчас он? Выбрался ли он из поселения сов?

— Неизвестно, — не сразу ответила Шайдвин. — Часть влертовцев выбрались оттуда, возможно, даже большинство. Но непонятно, есть ли среди них Сьёрд.

Она действительно не знала как именно обстояли дела. Шайдвин искренне беспокоилась за Сьёрда и надеялась на то, что они смогут встретиться снова. Вот только хотелось бы ей, что бы эта встреча произошла где-нибудь подальше от всех этих мест. Где-нибудь далеко, возможно, даже в Цантерии. Быть может, даже в городе. Вот только возможно ли это? Если Сьёрд всё-таки выжил, то просто так он болота не покинет и легко никуда не уйдёт. Не в его это духе, Шайдвин хорошо это знала. Сьёрд будет искать Моткето и дальше, даже если кроме них двоих на болотах больше никого не останется.

— Я бы задал тебе вопрос, если бы только заранее не знал на него ответа, — произнёс вдруг Моткето. — Ты переживаешь за Сьёрда, надеешься, что всё с ним в порядке. Рассчитываешь, что он придёт сюда и чем-то нам поможет. Вот только напрасно ты на это рассчитываешь, дорогая моя.

— Вот здесь вы не правы, — покачала головой Шайдвин. — Не жду я его здесь, ведь лучше ему здесь вообще не появляться. Хоть вы и сами искали его помощи.

— Искал и того, что было я не отрицаю. Вот только помощь мне его была нужна, когда он рядом был. Понимаешь? Если есть возможность воспользоваться его знаниями, то почему бы и нет? Но помощь мне его при таком раскладе не нужна. Закончить работу я смогу и без него. С ним бы получилось быстрее, но я справлюсь и сам.

— С ним быстрее? Значит ему вы доверились бы, а мне не собираетесь?

— Разумеется, почему тебя до сих пор это удивляет?

— Даже если вам он не нужен я, всё равно, не хочу, чтобы он погибал, — Шайдвин предпочла не отвечать на его едкое замечание. — Хочу, чтобы он жил. И жил спокойно где-нибудь далеко отсюда. Как все мы когда-то хотели.

— Мне искренне жаль тебя, но мнение моё с твоим нисколько не совпадает. Всем нам только повезёт, если Сьёрд сгинет в этом поселении сов. Сгинет на болотах и больше никогда оттуда не вернётся. Потому что в противном случае он не успокоится, пока не доберётся до всех нас. И ты сама это хорошо знаешь.

— Пока не доберётся до вас, — поправила его Шайдвин. — В первую очередь, его интересуете вы.

— И это тоже верно, — согласился Моткето. — А после меня уже ты, если он узнает, что именно ты в Цантерии сделала. Но не волнуйся, я тебя не выдам. Даже если убивать меня будет, всё равно, ничего не скажу.

Шайдвин ничего не ответила на это. Слова Моткето о гибели Сьёрда разочаровали её, но другие слова напугали. Она во многом помогала Моткето и хоть не всегда была с ним согласна всё же верила в его дела. Вот только что Сьёрд мог сказать на всё это? Осудил бы или простил? Шайдвин вдруг засомневалась в том, что её следующая встреча со старым другом закончилась бы добром. Может и правда ей было бы лучше с ним больше не видеться?

— Дорогая моя, ты вовсе не о том переживаешь, — вдруг сказал Моткето. — Нам с тобой нужно сейчас переживать о совсем других вещах. Смерть Городов направляется прямо сюда и сомневаться в этом нет никакого смысла. Как только она доберётся до этих мест, то всё здесь предаст огню. Всё. И нас с тобой тоже. В этом тоже нет никакого смысла сомневаться. Поэтому нам нужно подготовиться к встрече с ней. Основательно подготовиться. Моя работа будет вот-вот закончена и тогда Смерть Городов перестанет быть для нас проблемой.

— А если что-то не так сложится, то уходить нам отсюда будет некуда, — рассудила мрачно Шайдвин. — Наши лаборатории в Подтопленном городе и в поселении сов уничтожены, осталась только эта.

— Я и сам это всё знаю, дорогая моя. Ничего нового мне твои слова не открывают.

— Мы с вами не просто так здесь оказались, — тем не менее, продолжала она. — Наши ошибки привели нас сюда, все наши дела в Цантерии. Все наши грехи.

Моткето посмотрел на неё с удивлением, сменил очки на те, в которых он просто ходил и разговаривал, а не работал и читал, и потом подошёл к Шайдвин. Ласково положил ей руки на плечи и посмотрел взглядом, полным сочувствия и даже родительской нежности.

— Дорогая моя, ты просто слишком напугана, слишком сильно испугалась. Зачем? Не стоит так. Я ведь от всего тебя защищу, тебе не нужно бояться. Да я лучше сам погибну, чем позволю тебе это сделать, — пообещал Моткето снова улыбнувшись. — Ты совершенно не права.

— Вы так считаете?

— Конечно. Ты думаешь, что нас сюда привели наши ошибки? Ни в коем случае. Лишь цепь событий и научных изысканий. Мы с тобой сейчас на заре новых возможностей! Мы на пороге величайшего открытия!

— А если не получится? — Шайдвин охватили сомнения. — Если вы не успеете закончить работу или у вас что-то не выйдет?

— Я всё успею, не беспокойся. И всё получится.

— Но в Цантерии ведь у нас ничего не вышло! Вы так и не объяснили почему так уверенны в своём предстоящем успехе!

Шайдвин терзал страх. Она верила Моткето и не сомневалась в том, что у него всё получится. Она так надеялась, что его работа в Забытом Крае смоет все их грехи в Цантерии, что сама себя убедила в том, что сейчас у него точно всё должно получиться. Однако теперь, когда Смерть Городов и её сторонники приближались к последнему убежищу старого алхимика, страх быстро разрушил все аргументы, которые она сама для себя находила. И теперь сомнения обрушились на неё словно ураган.

— Почему вы думаете, что теперь точно сможете создать лекарство от Цантерийской чумы? — спросила Шайдвин. — И как это поможет нам справиться со Смертью Городов?

— Потому что Смерть Городов и есть ключ к созданию этого лекарства, — тихо произнёс Моткето, не убирая при этом рук с плеч Шайдвин. — Сила, что течёт в её крови открывает человеку феноменальные способности и она поможет нам решить проблему, которую мы не смогли в своё время решить в Цантерии.

— Но ведь это никак не связанно! Эта женщина сжигает дома и лишает людей рассудка. Как это поможет вылечить болезнь?

— Ну, конкретно эти способности слабо помогут, согласен. Но есть и другие те, о которых даже Смерть Городов не подозревает. И если они попадут в правильные руки, например мои, то мы сможем направить их на благо человечества, — Моткето больше не улыбался, он говорил с видом человека, полностью охваченного своей идеей, которого уже ни в чём нельзя было переубедить. — Мы оба с тобой знаем правду о ней, настоящую правду, так пусть она сгинет вместе с ней. И Сьёрд пусть сгинет. А мы справимся со Смертью Городов и завладеем силой, о которой влертский управляющий, цантерийский король или Грихдер из Дома Второго Дыхания могли только мечтать! Мы совершим величайшее открытие, которое сдвинет с места человеческую расу и это будет стоить любых жертв, на это потраченных! Мы закончим дело, которое начали в Цантерии!

— А если что-то сорвётся? — всё ещё сомневалась Шайдвин.

— Тогда мы используем Металл Отрицания. Ведь не зря Джорононенди выкрал его у наших влертских друзей.

Моткето взглянул на Джоро, сидевшего в большом красном кресле, и улыбнулся. В конце концов всё сложилось именно так, как он и планировал.