Хроники Сьёррердаля. В окружении старых тайн.

Вступление

Но отдельной записи заслуживают и эти малые поселения, раскинувшиеся на самой границе графства. Хоть мне и неприятно писать о них здесь. Эти люди, в основном фермеры и ремесленники, живут в глуши и куда охотнее поддерживают связь друг с другом, чем с замком благородного графа. Они называют себя независимыми поселениями и по каким-то странным причинам не хотят платить ни налогов, ни податей. Разговаривая с их старостами, я удивлялся тому, как они не понимают, что их действия лишь ослабляют графство. Это было возмутительно! Я знаю, что граф со своими воинами и рыцарями прямо сейчас защищает свои права на земли в Аколонии, но ему стоило бы обратить внимание на свои дальние владения, жители которых всё чаще говорят о независимости и о том, что смогут и сами себя защитить.

Отрывок из планового доклада старшего исследователя брата Брийна Второго Виссеншафта.

Вступление.

Пожилой алхимик Джорононенди расставлял на полках склянки с различными ингредиентами. Расставлял он их в строго определённом порядке, при этом в очередной раз отмечая про себя сколь малый в тех краях, в которых он оказался, ассортимент. В склянках можно было увидеть цветы, корни, мелкие камешки и разноцветные жидкости. А в самой большой хранилась голова. Но всего этого ему было мало.

Джорононенди оставался недоволен, хотя порядок на полках немного его успокаивал. Он любил, когда все вещи находились на своих местах. Любил, когда инструменты легко было найти, а все колбы и котлы для приготовления зелий предельно чисты. Со всем этим было куда проще, чем с людьми. Даже с головой, которую он хранил под стеклом.

Ассортимент здесь действительно был небогатый. Алхимия в этих краях, которые образованные люди знали как королевство Хистерия, а простое большинство называли Забытым Краем, была серьёзно запущена и пребывала в упадке, ровно, как и все другие науки. Поэтому необходимых ингредиентов и приборов здесь было почти не достать. О них мало кто чего знал и мало, кто их продавал. То немногое, что пожилой алхимик смог здесь найти было не плохим товаром, но не удовлетворяло всем его потребностям.

Джорононенди часто вспоминал ту лабораторию, которая была у него до того, как он оказался в этих землях. Тогда он работал в Цантерии – государстве с таким же необразованным населением, как и здесь, но с куда большими возможностями для действительно умного человека. Там у него имелась целая комната со стеклянным потолком, где стояли ряды шкафов и стеллажей почти со всем необходимым. Там у него имелся личный кабинет с записями и старыми книгами, почти чудом избежавшими сожжения глупой и полной страха толпой. Та лаборатория тоже не отвечала всем желаниям пожилого алхимика, но зато действительно была близка к их удовлетворению.

- А зачем вам здесь голова? – настороженно спросил у Джорононенди мужчина, сидевший за столом.

Голова была человеческая, обладала бородой и была накрыта стеклом. И появилась здесь относительно недавно. Мужчина, пришедший к пожилому алхимику, смотрел на неё и нервничал так, словно боялся, что его собственная голова скоро окажется рядом на полке.

- Это мой предмет для исследований, - ответил Джорононенди, решив, что необходимо дать гостю хоть какое-то объяснение.

- П-предмет? Зачем?

- Я изучаю как в мёртвой плоти развивается… Неважно. Не будем вдаваться в мелкие и явно сложные для вас детали.

- Вы убили ради неё?

- Зачем мне ради неё убивать? – Джорононенди возмущало только одно предположение об этом. – Можно подумать в этом городке давно никого не хоронили.

Джорононенди не имел ни малейшего желания объяснять детали и нюансы человеку без образования. Это было бы пустой тратой времени, а он не мог такого себе позволить. Поэтому он просто сел за стол напротив своего гостя.

У пожилого алхимика получилось открыть нечто вроде своей небольшой клиники. Он принимал пациентов, готовил им различные лекарства из того, что у него имелось и даже проводил собственные опыты. Люди приходили к нему со своими вопросами и проблемами, а он старался их решать. Со временем ему удалось создать репутацию для своей клиники и это было приятное обстоятельство. Принимая во внимание, что в мелких деревнях люди часто устраивали гонения на учёных и умников, в городках вроде Тробверта к лекарям относились с большим уважением. Это было удобно. В том числе и когда требовалось раскопать тело на местном кладбище для проведения небольшого опыта, который крестьяне вряд ли бы оценили. Впрочем, горожане к подобному тоже относились без должного энтузиазма, поэтому тела для Джорононенди раскапывал один специально нанятый сапожник, которому неожиданно хватало ума помалкивать об их делах.

- Итак, давайте не будем терять времени, - Джорононенди серьёзно посмотрел на своего гостя, размышляя о том, что этот человек вообще может знать. – Вы хотели рассказать мне что-то.

- Да, я хотел вам кое-что поведать. Мне сказали, что вы интересуетесь сведениями о ней, - начал тот, как-то пугливо озираясь, словно думал, что их кто-то подслушивает.

- И кто именно вам это сказал? Это, конечно, правда, но мне интересно кто вывел вас на меня.

Мужик похлопал глазами, а потом выдал:

- Я рассказал в баре. Мне поверили и все отнеслись к моим словам очень серьёзно! Хозяин бара посоветовал мне рассказать обо всём вам.

Джорононенди вздохнул. Когда у него была собственная лаборатория, то у него с товарищами имелись информаторы и агенты, которые собирали все необходимые сведения. Искали всё, что требовалось. А теперь в его распоряжении имелись только слухи.

- Это касается Смерти Городов? – сразу уточнил пожилой алхимик. – Потому что если это касается каких-то монстров, призраков или ещё чего-то подобного, то не стоит тратить моё время. Потому что всё это меня не интересует.

- Нет, это была именно она… Я сам её видел!

Мужик выглядел дёрганным и запуганным. Он постоянно оглядывался и смотрел в окно. Все остальные, кто приходил к Джорононенди выглядели точно также, хотя само по себе это ещё ничего не обещало. Местные вообще были довольно пугливы и дёргались по каждому поводу.

- Ладно, тогда рассказывайте всё, что знаете. Я вас внимательно слушаю.

Это был далеко не первый рассказчик, которого слушал Джорононенди. И, скорее всего, не последний.

- Она напала на наше поселение, - начал рассказывать мужик. – Немногие спаслись, но мне повезло, как и другим счастливчикам.

- Вы видели её?

- Видел! Иначе бы не рассказывал! Наше поселение называлось Гевезко. Не то, что возле большого старого кладбища, а которое неподалёку от заброшенного дома со злыми механизмами.

- Это не важно. Продолжайте.

- Она напала на нас утром. Часовые ничего не увидели, поскольку были пьяны, как обычно. Ворота давно уже было нужно укрепить, да только все ленились. Вот они её и не удержали.

- Это лишние подробности.

- Какие же они лишние? – мужчина взмахнул руками. – Это был ужас! Я видел, как бледностоны нападали на караван купцов, но это было куда страшнее!

- А вот здесь уже можно и подробности, - разрешил Джорононенди. – Как именно проходило нападение?

- Всё было в огне! Горели дома и сараи! Она сжигала все огороды, всё хозяйство! И у неё были слуги…

Подобный рассказ он слушал тоже уже не впервые. И чем больше деталей сходились у разных людей, тем больше он в них верил. Мужчина, называвший себя одним из немногих выживших из поселения Гевезко, рассказывал о нападении Смерти Городов. Таинственной женщины, что разрушала поселения по всему Забытому Краю. Она появлялась то там, то здесь и исчезала, оставляя за собой лишь дымящиеся руины. Поговаривали о том, что она обладала какой-то магией и могла поджигать дома и сооружения, управляя огнём. И именно так она поступила в Гвезко, сжигая всё вокруг себя, в то время как её слуги хватали и убивали людей. О тех, кто следует за Смертью Городов Джорононенди тоже уже слышал. Смертощники. Странные и безумные люди, которые выполняют все её приказы. Убивают для неё и, по слухам, даже захватывают пленных. И тут как раз в дело вступала другая магия, которой, судя по всему, владела Смерть Городов. Немногие выжившие рассказывали о том, что она отнимала у людей рассудок. И так пополняла число своих слуг.

- И в вашем поселении было точно также? – уточнил Джорононенди.

- Именно так! – тут же подтвердил мужчина. – Она только рукой повела и все, кого её прихвостни взяли, сразу перед ней на колени упали! Пришла и разрушила всё наше поселение. Как будто мало нам было бедствий с чумой и заболевшими!

- В каком смысле? Что за чума? – пожилой алхимик заинтересовался.

- Наше селение уже несколько недель страдало от какой-то чумы, много людей заразилось. Один врач пришёл к нам, но только покачал головой и торопливо ушёл. А потом и это чудовище ещё на наши головы свалилось!

Вот это Джорононенди считал уже действительно интересным. Деталь, на которую он, как человек умный и образованный, не мог не обратить внимание. Эпидемия в поселении.

Мужчина рассказывал ещё долго и много, и в конце концов пожилой алхимик решил, что часть времени он всё-таки потратил зря. Слишком многое из всего этого было ему уже знакомо. И, тем не менее, это подтверждало большинство его теорий.

- Она лишила людей рассудка, сожгла всё поселение! – повторял мужчина. – Кто-то сумел сбежать сам! А кого-то она отпустила, чтобы те рассказывали всем о ней!

Джорононенди выслушивал всех, кто хоть что-то знал о Смерти Городов или был свидетелем одного из её нападений. Он записывал всё стоящее из того, что узнавал и основываясь на полученных данных пытался составить общую картину. Не дожидаясь, пока мужчина уйдёт, Джорононенди сразу же взялся за свои записи. Он нисколько не хотел терять времени.

- Итак, посмотрим, - тихо произнёс он.

Пожилой алхимик быстро достал перья и чернила, открыл чистые листы бумаги и принялся делать новые записи. При этом он внимательно прочитал старые и сравнивал получающиеся у него результаты. Работы впереди предстояло ещё много.

Джорононенди изучал Смерть Городов. Его интересовали её цели и мотивы, а также причины, по которым она нападала на поселения по всему Забытому Краю. Он рассчитывал узнать о пределах её сил, сомневаться в наличии которых не было никакого смысла. Надеялся узнать сколько с ней этих смертощников и где находится её убежище. Если оно, конечно, вообще есть. И именно по этом причинам он выслушивал всех, кто мог знать о ней хоть что-то. Всех, чьи знания представляли собой хотя бы какую-то ценность.

В конце концов у него появилась теория, в которой он убеждался с каждым новым рассказчиком. Смерть Городов нападала только на те поселения, в которых бушевали сложные и трудноизлечимые болезни. Как правило, это были какие-то новые заболевания. Большинство их них выглядели знакомо для Джорононенди, вот только были какими-то другими, словно кем-то изменёнными. Труднообъяснимые мутации. Другие были совершенно новыми для него и это заставляло пожилого алхимика нервничать не меньше.

Одно из последних поселений, на которое напала Смерть Городов – Пленет. В нём давненько поселилась какая-то хворь, заставлявшая страдать крестьян. Вот только тамошний дворянин, владевший деревней, презирал врачей и не принимал никакой помощи. Джорононенди слышал о том, что во время нападения его повесили. Гевезко стало следующей жертвой и о бушевавшей там болезни пожилому алхимику тоже уже довелось слышать. Детали, предшествовавшие нападениям, повторялись от поселения к поселению.

Почему так получалось? Почему эта таинственная женщина была столь разборчива в своих целях и чем она в конце концов руководствовалась? В том, что она нападала только на заражённые поселения должен был быть какой-то смысл и Джорононенди рассчитывал его найти. Он был уверен в том, что сможет справиться, учитывая весь его опыт и обширные знания. Вот только пока что он не слишком сильно продвинулся в этом деле.

- Так всё-таки зачем вам эта голова? – никак не мог успокоиться пришедший к пожилому алхимику мужчина. – И почему вы говорили о похоронах? Вы что, посещали ради неё кладбище?

- Я ведь уже сказал, что не считаю необходимым объяснять подобные вещи. Давайте сосредоточимся. Как много ваших соседей присоединились к сторонникам Смерти Городов? И нападали ли они на своих друзей после того, как сначала встали перед ней на колени?

Джорононенди обмакнул перо в чернильницу и собрался сделать следующую запись со слов своего гостя, когда в дом вбежала Истикора. Молодая девушка в мужской одежде с длинными рукавами и цветном платке, повязанном на шее. Светлые волосы, зелёные глаза и удивительно наивное для этих мест лицо. Она была помощницей Джорононенди и помогала ему в приготовлении различных зелий, а также в чистке приборов. Выглядела девушка крайне взволнованной на что он не сразу обратил внимание.

- Джоро! Джоро! Я должна вас предупредить!

- Не надо спешки, успокойся.

Джорононенди не любил спешки, а буйные и эмоциональные рассказы считал пустой тратой времени и неуважением к собеседнику. Однако Истикора в отличие от обычного не слушала его и никак не могла успокоиться. Алхимика это насторожило.

- Что в конце концов случилось? – повысил он голос, когда устал от её возгласов о большой опасности. – Ты можешь спокойно объяснить?

- Я видела подозрительных людей! – наконец выдала девушка что-то более или менее понятное. – Они приближались к городку! У одного из них был меч, и остальные тоже вооружены!

- И что дальше? – задумался Джорононенди, откинувшись на спинку стула с недовольным выражением лица. – Мало ли здесь тёмных личностей, расхаживающих с мечами? Я всегда говорил, что беззаконие этих краёв – рассадник проблем ещё больший, чем все местные болезни!

- Как же вы любите пуститься в свои нравоучения, - с сожалением отметила Истикора. – Но я слышала, как они расспрашивали людей о пожилом алхимике, проживающем в нашем городке! Расспрашивали прямо у въезда на площадь!

- Расспрашивали обо мне? – тут же забеспокоился Джорононенди, от спокойствия которого не осталось и следа. – Они называли моё имя?

- Я не слышала, чтобы они называли имя, - растерялась девушка. – Но вы сами говорили о том, что ждёте подозрительных личностей…

Это была чистая правда. Джорононенди действительно ожидал человека, разыскивающего пожилого алхимика в этих краях. И он совсем не желал с ним встречаться.

- Помоги мне собрать вещи! – распоряжался он, впопыхах собирая свою сумку. – Мы должны убраться отсюда как можно скорее!

- А как же дом? И все пожитки? – повторяла девушка тоже в спешке собираясь. – Как же клиника?

- Мы сюда обязательно вернёмся, а до этого момента твой друг шериф присмотрит за этим домом. Я в этом не сомневаюсь.

Джорононенди собирался быстро, поскольку на самом деле был готов к подобному побегу. Истикора знала, что он серьёзно опасался некоего человека, якобы прибывшего издалека и разыскивающего его чуть ли не по всему полуострову. Он крайне мало говорил о нём, но со временем девушка пришла к выводу, что пожилой алхимик похоже был с ним давно знаком. Поэтому походная сумка с хлебом, сыром и флягой воды была у него наготове.

Пришедший к Джорононенди мужчина смотрел на них с непониманием, но получив плату за свои сведения удалился. Хотя по нему и было видно, что он ещё о многом хотел рассказать.

- И как долго вы собираетесь отсутствовать? – обеспокоенно спросила Истикора, после того как он ушёл.

- Это сейчас не так важно, - заявил пожилой алхимик, забросив сумку себе на плечо. – Принеси мне самый большой котёл для варки зелий. Тот, который мы купили у торговца из Влерта.

Услышав это Истикора замерла, странно посмотрев на него. Какое-то смутное подозрение появилось у неё в голове. Джорононенди продолжал собираться.

- Но ведь он далеко в шкафу и слишком большой. Разве он нам так нужен? – осторожно спросила она.

- Что я говорил относительно подобных споров? – не глядя на неё возмутился алхимик. – Если я говорю надо, значит надо. И не трать время!

Она потратила около десяти минут, пытаясь достать этот несчастный, большой котёл, который она как-то раз отмывала почти полдня. А когда вернулась из кладовки, то неожиданно обнаружила, что Джорононенди уже и след простыл. Пожилой алхимик слишком не хотел встречаться с теми, кто его искал, а потому и ждать он не собирался. Походная сумка пропала. Банка с головой тоже. Он вышел через чёрный ход, не сказав своей помощнице ни одного слова.

Истикора села за стол, на котором ещё лежали перья и чернильница, пытаясь понять случившееся. Котёл выпал из её рук.

Акт первый

Акт первый.

Тробверт оправдал все ожидания Сьёррердаля, оказавшись именно тем самым городком, который он и рассчитывал здесь увидеть. Грязные улочки с лужами, мусором и какими-то обломками. Дурная выпивка, в том числе пахнущая водка, которую Сьёрд не решился трогать. И, конечно, люди с суровыми лицами, злобными взглядами и руками на оружии. Если говорить коротко, то Тробверт – это просто неприветливое место, с кучей старых и уже много раз ремонтировавшихся домов, в котором разных людей собралось достаточно много, чтобы оно именовалось городком. Ржавые трубы и флюгеры возвышались над черепичными крышами.

- Итак, - начал таратурский капитан Увна Нвевур. – Выпьем с вами за то, что сегодня мы будем ночевать на кроватях и под одеялами! И в тепле!

- В тепле это сомнительно, - заметил Дерерис, тем не менее, поднимая старую металлическую кружку. – Здесь довольно холодно.

- По ночам хозяин этого места может быть и экономит на тротвине, но тогда просто возьми себе пару одеял, - посоветовал ему Увна. – Я всегда делаю так в подобных ситуациях!

Они прибыли в Тробверт после полудня, оставив за плечами не простую дорогу, занявшую не один день. Дерерис снова выступал проводником, в очередной раз удивив Сьёрда своей отличной памятью и умением разбираться на местности. Перевёртыш раньше уже посещал этот городок, а потому хорошо знал и как сюда добраться, и то, как здесь всё устроено. Его спутники доверяли ему, глядя на то, как он находил наиболее безопасную дорогу и наблюдая за всем этим Сьёрд задумывался о том, что тот, кого он видел перед собой, возможно, был не таким уж и пропащим. В дороге Дерерис, как будто, немного преображался. Светлел лицом и глазами, а иногда вместо привычной усмешки он даже немного улыбался.

- Наслышан я об этом вашем Тробверте, - рассказывал за столом капитан Нвевур. – Народ здесь тот ещё, зато монстры в двери комнаты не ломятся!

Дерерис утверждал, что за пределами Влерта это первое из ближайших поселений, которое можно было бы назвать цивилизованным. Хотя бы в некотором смысле этого слова. Поэтому здесь можно было попробовать остановиться. После всего того, что они видели перспектива заночевать в городке всех только радовала.

У въезда в Тробверт стояла старая сторожевая башня, которой, судя по её виду, уже давно не пользовались. Никакой охраны они здесь не встретили, поэтому никто в городке не интересовался толком кто они и откуда. Эти вопросы были озвучены только в местной гостинице, когда её хозяин заявил, что всю плату он принимает только вперёд. Чем больше времени Сьёрд здесь находился, тем больше убеждался в том, что Тробверт был именно тем местом, каким он его и видел. Небольшой независимый городок, в котором собрались люди из разных мест, объединённые только одним принципом – большой группой выжить легче. Куда меньше всякой дряни из леса или болот придёт, чтобы напасть посреди ночи.

- Выпьем! Поднимайте свои кружки!

Сьёрд не планировал задерживаться здесь надолго, впереди его ждали важные дела.

- Наливайте ещё! Выпивка здесь дешёвая!

Он не мог забывать об этих делах ни на один день, ведь они стоили его чести.

- Давайте ещё! А ну не отставать! Я всё вижу!

Решив все вопросы, он мог восстановить свою честь, по крайней мере, в своих собственных глазах. Грязное дело, совершённое его бывшими друзьями и коллегами, бросало тень и на него самого, а призвав их к ответу он фактически исполнял свой долг. Ведь кто ещё должен указать человеку на его ошибки, если не близкий друг или родственник?

- Давайте сегодня напьёмся! – продолжал предлагать своим товарищам Нвевур. – Я и на эту дрянь согласен!

- А ты не сильно разгоняешься? – с сомнением посмотрел на него Сьёрд.

- После всего того, что мы пережили? – спросил с сожалением в голосе Увна. – После Азголь? После всех, кто там остался, включая моих друзей и один из моих трёх кораблей? Нет! Сегодня я хочу напиться.

- Капитан дело говорит, - поддержал его Дерерис. – И такая дешёвая и дурно пахнущая выпивка идеально для этого подходит.

Таратурские моряки выразили своё одобрение и дружно выпили. Сьёрд пил наравне с ними. Выпивка действительно была дурная, но, возможно, оно того стоило. Алхимик вспомнил Увлиго и Гниго, после чего решительно поднял свою кружку, в которой плескался местный самогон. Закуска состояла из овощей и мяса каких-то мелких зверьков. Сьёрд надеялся, что это были не крысы, хотя один из моряков и высказывал неприятные сомнения.

Он выпил ещё одну кружку и поморщился, тут же схватив с деревянной тарелки картофелину. Делами ему предстояло заняться уже с утра и первым из них стоило выяснить всё об учёных или лекарях, которые могли проживать в этом городке. Или ещё в одном, известном как Карьер Глиняных Домов. Сьёрд разыскивал в этих краях одного алхимика, которого когда-то давно мог назвать своим другом.

- Наливаем, наливаем, - повторял, ругаясь Нвевур. – За мой корабль. За мой третий корабль! Два других ждут в порту и теперь уже не дождутся своего брата!

- У тебя три корабля? – спросил Сьёрд, заинтересовавшись судами.

- Было три корабля, теперь только два.

- Хорошо. У тебя два корабля?

- Да, я о том и говорю!

Алхимик вздохнул, пытаясь собрать мысли и сконцентрироваться. Благодаря крепкому здоровью и практике у него это пока что получалось.

- И что вы теперь собираетесь делать? – поинтересовался Сьёрд. – В смысле после этой пьянки.

- После пьянки? – Нвевур уже слегка захмелел, но явно ещё не утратил способность соображать. – Валить отсюда. Покинуть Забытый Край. Вернёмся на наш остров.

- Уже есть план?

- У хорошего капитана всегда есть план, даже если он вдруг оказался на суше. Сначала задержимся здесь, надо немного передохнуть.

- А потом? – Сьёрда действительно интересовала судьба этих людей, бок о бок с которыми он бился.

- Потом отправимся в Влерт. Там у меня есть товарищи, которые без проблем переправят нас на Таратурский остров. Хорошо иметь надёжные знакомства.

- И как же вы доберётесь до города?

- До Влерта без особых трудностей. Есть дорога.

- Дорога? Здесь же все пользуются услугами проводников, разве нет?

- Между Влертом и Тробвертом проходит одна из немногих сохранившихся дорог, - пояснил Дерерис. – Поэтому данный маршрут является относительно простым и его знают многие.

- Что, как я слышал, не очень нравится местным жителям, - вставил Увна. – Слушайте, а вы что собираетесь делать после этой пьянки?

- У меня такое дело не редко заканчивается дракой с кем-нибудь, кому не нравятся перевёртыши. Или можно просто отправится спать, - вздохнул Дерерис.

- Есть дела, важные, - ответил Сьёрд. – Ими и предстоит заняться.

- А они вам так нужны? – спросил вдруг Нвевур. – Нет, я серьёзно! Оно вообще вам надо?

- Я не понимаю тебя.

- Какие дела могут быть здесь? Тут народ жжёт последние запасы топлива и думать не хочет, что будет дальше, - капитан налил себе ещё одну кружку. – Я слышал о тех, кто пытался открыть собственное дело в этих краях, да только за пределами Влерта это невозможно.

- Увна, я не понимаю к чему ты всё это говоришь.

- Я к тому, что идёмте с нами, - предложил им Нвевур. – Что можно делать в Забытом Крае? Его назвали так не просто из прихоти.

- Предлагаешь нам всё бросить? – удивился Сьёрд.

- Да, именно так. Чем бы вы оба здесь не занимались, разве оно так важно? Тут ведь сплошные мелкие деревушки, дремучие леса, да чудовища, что прыгают с ветки на ветку. Что среди всего этого может быть важного? Давайте вместе отправимся на Таратурский остров! Там выпивка лучше, да и вообще всё получше! И к тому же, двое таких крепких парней пригодятся мне в любом плавании.

- Я пас, - ответил Дерерис даже раньше, чем Сьёрд успел что-то сказать. – Но точно спасибо за предложение! Я польщён.

- Тебя-то что здесь держит? Среди всех этих расистов? – удивлённо воскликнул таратурец.

- Забытый Край не лишён своего очарования, - как-то странно произнёс перевёртыш. – Разве могу я бросить такое прекрасное место, лишённое каких-либо перспектив?

- Учитывая, что большинство перевёртышей стремятся убраться из Влерта и ему подобных городов в глушь? – Нвевур покачал головой. – Чего только удивительного порой не встретишь. А ты, Сьёрд? Что скажешь?

- Мне нужно закончить дела, - ответил алхимик, ещё удивлённый ответом Дерериса. – Я не могу их отложить, но мне тоже приятно подобное предложение.

- Ты ведь не из этих краёв, это сразу видно, - заметил ему Увна. – Что могло привести тебя в Забытый Край? Что за дела?

- Только сугубо личные, - произнёс алхимик.

- Тогда за них и выпьем! – предложил Нвевур, поднимая свою кружку. – Давайте, все! Выпьем за сугубо личные дела Сьёрда и ещё раз за ту заварушку, из которой мы с вами всё-таки смогли выбраться!

- И отдельно за тех, кто сделать этого не смог, - добавил Дерерис.

Тробверт действительно оправдал все ожидания Сьёррердаля. Ему доводилось бывать в подобных местах и к тому же Дерерис рассказал ему кое-что об этом городке, пока они направлялись в его сторону. Здесь не было ничего, что могло заинтересовать алхимика, кроме разве что объекта его поисков. Пожилого алхимика по имени Джорононенди. Бывшего друга и коллеги Сьёрда по его старой работе в Цантерии.

- До его появления у нас здесь был всего один лекарь, а теперь стало сразу два. Какой ещё город, кроме шести великанов, может похвастаться подобным? Верно, никакой!

Шестью великанами люди Забытого Края называли шесть городов-государств, обладавших наибольшей силой на этом полуострове. И шериф Тробверта также, как и все остальные, использовал это выражение.

- Правда, мы всё равно продолжали говорить, что лекарь здесь только один.

- Это ещё почему? – не понял Дерерис.

- Потому что он себя называл алхимиком, учёным. Всё время каким-то титулом козырял. Постоянно повторял, что он не какой-нибудь простой аптекарь, - пояснил местный шериф. – Довольно обидчивый мужик.

Они расстались с таратурскими моряками в хороших и добрых отношениях. Вечерняя пьянка затянулась дольше чем планировалось и переросла в ночную, а потому утренний подъём оказался делом не простым. Ближе к полудню Сьёрд и Дерерис распрощались с капитаном Увна Нвевуром и его товарищами, после чего отправились к местному шерифу. Они расспросили его обо всех алхимиках, библиотекарях, лекарях, врачевателях и травниках, которые могли проживать в Тробверте или посещали его в течение последних нескольких месяцев. Разговор получился долгим, но после него шериф согласился показать им клинку пожилого алхимика, именовавшего себя Джорононенди и систематически высказывающего недовольство низким уровнем местного образования. Пока что, судя по всем рассказам, Сьёрд узнавал своего бывшего коллегу.

Городок Тробверт располагался в низине между холмами, заросшими травой и большими кривыми деревьями. Их было так много, что по склонам вполне можно было спуститься незамеченными к самой каменной ограде, игравшей здесь роль стены. Дома располагались в полном беспорядке, поскольку возводили их хаотично, по мере расширения городка. И строили из всего подряд – из досок, брёвен, камня, кирпича и похоже всего, что только можно было найти в округе. Большинство домов были невысокими, но встречались и в два, и в три этажа с различными пристройками. Крыши из досок и черепицы были усеяны металлическими кольями и кривыми трубами. На балконах виднелся хлам и сушилось бельё. Как и почти во всех поселениях Забытого Края окна здесь были либо заколочены, либо заделаны кирпичами, либо имели решётки.

Здесь имелся рынок, кузнец и пара мастерских. Имелось несколько магазинов и старое здание с башней, которое местные жители использовали, как зал собраний. Крестьяне с окрестных деревень съезжались сюда, чтобы продать свой урожай и обменять его на инструменты, материалы и всё, что им могло пригодиться. Несмотря на то, что организованная оборона у этого городка отсутствовала, здесь проживало достаточно много жителей, чтобы мелкие стаи монстров не приближались к его границам.

- Тробверт независимое поселение, - объяснял Сьёрду Дерерис, пока они шли по улице в сторону клиники. – Не подчиняется ни дворянам, никому бы то ни было ещё. Местные весьма оппозиционно настроены по отношению к Влерту.

- И с чем же это связанно?

- Дворяне Влерта несколько раз пытались подмять это место под себя. Помнишь я говорил, что отсюда до города ведёт старая дорога? Добраться сюда не так уж и сложно, вот влертовцы и тянут свои руки.

- Но местные это недостаточно сильно хотят?

- Именно так. Они не признают ни Влерт, ни любой другой, ему подобный крупный город. Местные жители, знаешь ли, гордятся своим положением и тем, что им не нужны правители из других поселений.

- Отчего же так? – несколько удивился Сьёрд. – Если бы они объединились, то смогли бы достигнуть большего.

- Вот и влертовские торгаши повторяют то же самое, - недовольно заявил шериф, который вёл их к клинике и хорошо слышал весь их разговор. – Всё хотят, чтобы мы приняли их руководство. Пусть мечтают, мы здесь их ни за что не признаем.

- Но почему же? Вам не нужны союзники?

- А зачем нам такие союзники? Здесь многие знают, что такое Влерт. Дворяне нам помогать не будут, даже своих вооружённых стражников для охраны не пришлют. Будут только налоги и товары с нас собирать, остальное их не интересует.

- Он совсем не далёк от истины, - согласился с шерифом Дерерис.

- Я более чем прав, - тут же сказал тот. – Мы здесь и без них не плохо справляемся и будем справляться дальше.

Шериф Тробверта был достаточно молодым человеком, носившим плащ до колен с длинными рукавами и небольшой рыцарский щиток, закреплённый на левой стороне груди. На нём было нарисовано нечто вроде герба этого городка, изображавшего несколько холмов. У шерифа имелся при себе меч и, как заметил Сьёрд, вполне хорошей работы. И судя по тому, как он общался с местными жителями, которых он встречал по пути, молодой человек пользовался здесь уважением.

Клиника находилась в двухэтажном доме с большими железными решётками на окнах и черепичной крышей. Он был окружён невысоким забором, который стоило бы перекрасить. В дальнем конце двора располагался деревянный сарай с тяжёлым замком на двери. К удивлению Сьёрда у шерифа оказался при себе ключ от клиники и открыв дверь он впустил их внутрь, а потом прошёл следом.

- Только ничего здесь не трогать, можете лишь осмотреться. Договорились? – поставил свои условия шериф.

- Договорились, - решил для себя согласиться Сьёрд, а потом спросил. – У вас есть ключи от каждого заведения в этом городке?

- Вовсе нет, просто владельцы клиники попросили меня присмотреть за домом на время их отсутствия и оставили мне ключи, - пояснил шериф. – Так зачем вы их ищете? Можете как-то объяснить?

Он взглянул на Дерериса, но тот только развёл руками.

- У него спрашивай, - он указал на алхимика. – Он лучше сможет пояснить.

- Нам нужен врач, - сразу выдал Сьёрд заранее придуманную легенду. – Нам рассказывали о господине Джорононенди и его большом опыте, потому мы и ищем именно его.

- И зачем вам понадобился врач? – поинтересовался шериф. – Что своего нет?

- А откуда ему взяться? Они здесь большая редкость, разве нет?

- Я знаю, что они редкость, - твёрдо сказал шериф. – Но поскольку оба вы выглядите не плохо, подозреваю, что врача вы ищете не для себя. Хотите увести его отсюда?

- А есть возражения? – поинтересовался Сьёрд.

- Разумеется, есть. У нас, конечно, два лекаря. Но вот ближайший за пределами городка в настолько далёком месте, что я даже не буду его называть.

- Тогда выдохните, я не собираюсь его забирать, - Сьёрд помнил предупреждение Дерериса на этот счёт, поэтому заранее продумал и легенду, и все необходимые детали. – Нам нужен только совет. Чисто медицинского характера.

- Это как ещё? Самолечением занимаетесь?

- Нашли одно старое место, и кое-кто из наших туда сходил. Вернулся с какой-то хворью. Вот и хотим расспросить, что это такое может быть. И как нам поступить.

- По всяким старым местам лазить меньше надо. Древние руины несут только чуму да одни беды. Вот поэтому в нашем городе и запрещено искать старинные сокровища. Мы здесь не уважаем всяческих искателей и копателей.

- Даже не смотря на легенды о сундуках с золотыми монетами погибших королевств? – Сьёрд с недоверием покачал головой. – Как бы то ни было, нам нужно поговорить с вашим врачом. Мы будем рады, если он посоветует нам как-нибудь дельный рецепт.

- Что ж, повезло видно вашему товарищу, если вы ради него пошли врача искать. Иные бы просто прирезали и закопали не разбираясь, - заметил шериф. – А откуда вы говорите пришли?

- Из Увлибки, - назвал алхимик деревеньку, которую ему заранее посоветовал Дерерис. – И мы хотели бы, как можно, скорее встретиться с господином Джорононенди.

Шериф долго смотрел ему в глаза, явно недовольный тем, что он видел, а потом равнодушно пожал плечами.

- В Увлибках я как-то раз был, - сказал он. – То ещё местечко. Тротвин у вас там давно закончился. Теперь топите одними только дровами?

- Главное, что не телами, - мрачно заметил Дерерис.

- С алхимиком я вам ничем помочь не могу, - шериф не обратил внимания на его слова. – К сожалению, он покинул город. Сказал, что ему нужно куда-то там наведаться.

Клиника была не такой уж и плохой. Кровати для пациентов с залатанным заплатками постельным бельём. Несколько старых шкафов и столов, полки со склянками и немногочисленными ингредиентами. На одной из стен висела деревянная доска, к которой было прикреплено множество мелких записок и вырванных откуда-то листов бумаги.

Во многом Сьёрд узнавал почерк своего бывшего коллеги. По всему было видно, что рассчитывать здесь особенно не на что – старая мебель, несколько раз ремонтировавшаяся тротвиновая печь, а выбор лекарств и трав в округе, как уже узнал Сьёрд, откровенно расстраивал. Однако Джорононенди смог привести это место в порядок настолько, насколько это возможно. Он явно нашёл в этом городке хороших поставщиков, раз сумел собрать вполне приемлемый ассортимент на своих полках. В этом и заключался пожилой алхимик. В любом месте и при любых обстоятельствах он пытался добиться максимального результата, наводя порядок даже среди абсолютного бардака. И всё ради того, чтобы действительно хорошо выполнять свою работу. Жаль было только то, что алхимия и работа являлись единственным, к чему он считал необходимым относиться серьёзно. И Сьёрд хорошо это знал.

- А он устроился получше многих лекарей, которых я видел, - заметил Дерерис, заглядывая в личную комнату, где стояла кровать и письменный стол с тумбочкой.

- Но не так хорошо, как в Доме Второго Дыхания? – поинтересовался Сьёрд, продолжая рассматривать полки.

- Дом Второго Дыхания большой. В нём полно помещений, что обустроены куда лучше, чем здесь и не меньше тех, что обставлены куда хуже.

Пространство между склянками на полках свидетельствовало, что раньше здесь что-то стояло. Сьёрд пытался угадать, что именно мог взять с собой Джорононенди, всматриваясь в порядок расположения ингредиентов, который он хорошо знал. Если предположить, что пожилой алхимик составил нижнюю полку точно также как в своей лаборатории в Цантерии, то получалось будто он взял с собой травы и зелья, что могут служить нейтрализаторами. Теми, что используются для вывода опасных веществ из организма или в случае применения неудачных зелий. Но зачем Джорононенди в пути могли понадобиться именно такие припасы?

- Ну вы закончили здесь смотреть? А то у меня ещё полно дел, - устал ждать шериф. – Я и так оказал вам большую услугу впустив вас сюда, хотя и не понимаю толком, чем вам это может помочь.

- И тем не менее мы благодарны за эту услугу, - с серьёзным видом сказал алхимик. – А можете объяснить, что значит «владельцы клиники»?

- В каком смысле?

- Ты сказал «владельцы» попросили тебя присмотреть за этим домом, - напомнил Сьёрд. – Кто ещё вместе с Джорононенди владеет этой клиникой?

- На самом деле этот Джорононенди здесь только работает, - вздохнув, пояснил шериф. – Владеет и домом, и самой клиникой одна моя знакомая. Фактически всё это её имущество, не считая только всех этих банок со всякой дрянью, которые он постоянно покупал.

- Тебе они не нравятся, - тут же заметил Дерерис.

- В этом и беда всех этих алхимиков и учёных – вечно окружают себя всякой гадостью и чудными приборами. Врач должен людей лечить, а не глупостями вроде сбора всяких склянок заниматься.

- И что на счёт этой знакомой? – заинтересовался Сьёрд, пропустив замечание об алхимиках. – Она тоже ушла вместе с ним?

- А почему это ты вдруг интересуешься такими вещами? Зачем?

- Потому что если она здесь, то я хотел бы с ней встретиться.

- Она может что-то знать, - решительно заявил Сьёрд, когда они вышли из клиники, а шериф удалился на достаточное, чтобы их не могли слышать, расстояние.

- А может и нет, - без какого-либо энтузиазма возразил Дерерис.

Сьёрд посмотрел на него с осуждением, но не мог не признать одного. Перевёртыш вполне мог быть прав.

- Сейчас она наша единственная зацепка, - настаивал он.

- Да это тупиковый путь, как и ситуация с этой клиникой. Что ты здесь рассчитывал найти? Ничего! А ведь так этого шерифа убеждал, что просто необходимо и никак без этого не можем.

- Эй, я ищу своих бывших коллег в совершенно незнакомом мне и чужом краю. И мне пригодится любая информация. Клиника могла кое-что сказать о Джорононенди. Если правильно смотреть.

Сьёрд объяснил ему своё наблюдение со склянками зелий и ингредиентов. Дерерис слушал внимательно.

- Всего лишь ещё одно предположение, - заключил он. – У него на этих полках всё что угодно могло стоять. А девушка эта вообще могла ничего не слышать.

- И всё-таки с ней надо поговорить. Вдруг она знает хотя бы куда он мог направиться. С его привередливостью, где попало он не остановится.

- Он сильно унял свою привередливость, если решил остановиться здесь, - хмыкнул перевёртыш, оглядевшись. – А если тебе так трудно вести поиски в чужой земле, то не омрачал бы сотрудничество с теми, кто протянул тебе руку помощи.

- Это ты сейчас о чём? – спросил Сьёрд, перешагивая через лужу. – Я выполняю все условия нашего с Грихдером соглашения. Играю роль одного из его агентов, помогаю в различных делах. Даже зелья готовлю, когда попросит.

Зелья Сьёрд и в самом деле готовил и последнее время всё чаще. Грихдер хорошо расспросил его о способностях в изготовлении целебных мазей и снадобий, после чего обратился с просьбой заняться их приготовлением для Дома Второго Дыхания. Алхимик не видел смысла отказываться, тем более что заняться делом, которое может помочь людям ему было приятно. Это вызывало в памяти добрые воспоминания.

- Я не о Грихдере, кашевар. Я говорю про Дильчию. Не стоило портить с ней отношения.

- Ну ка, подожди! Я думал, что ты одобрял то, что я сделал с Нэрисдуком.

- Одобрял. Ведь он убил моих друзей. Вот только тебе бы, всё равно, стоило извиниться перед Дильчией. В конце концов, это она дала тебе наводку на Джорононенди.

- Да, и что нам это дало? Мы до сих пор так и не приблизились к Джорононенди, только блуждаем по Забытому Краю словно сами забытые всеми, - проворчал Сьёрд, который не любил извиняться.

- Вот здесь ты не прав, - осуждающе посмотрел на него Дерерис. – Если бы не Дильчия со своими связями, то ты бы вообще ничего не узнал о Джорононенди. И сидел бы в Влерте, не зная в какую часть Забытого Края ткнуться.

С этим Сьёрд не мог спорить и был вынужден согласиться. Дильчия предоставила ему целое досье на пожилого алхимика, благодаря которому он узнал и о клинике Джорононенди в Тробверте, и о его практике в других поселениях. В том числе в Карьере Глиняных Домов, куда они с Дерерисом изначально и направлялись. И уже шли бы туда сегодня же, если бы не зацепились за эту клинику. В том досье также было даже указано, что изначально, вскоре появления в Забытом Крае, Джорононенди прибыл в Влерт, однако о его деятельности в этом городе практически ни слова. Как и о том прибыл ли он туда один или в компании Моткето и его учеников.

- В общем, думай что хочешь, - добавил Дерерис. – Но тебе стоило бы помириться с Дильчией.

- Займёмся этим вопросом после того как вернёмся в город.

Они снова шли по улицам Тробверта уже окончательно испачкав все сапоги в грязи. За одним из прилавков пара крестьян продавали свежие овощи, за другим ещё двое человек разгружали телегу со всяким хламом, который они скорее всего собрали в заброшенных поселениях. Громко ругаясь на своих подручных, орудовал молотом кузнец.

Шериф быстро шёл впереди, направляясь в сторону старого здания с башней, и местные жители уступали ему дорогу.

- Я всё хотел спросить, - вдруг начал Дерерис. – А почему в числе своих поганых бывших соратников ты разыскиваешь этого Джорононенди. Он тоже совершал врачебные преступления, как и остальные?

- Почему ты спрашиваешь?

- Читал досье Дильчии. Он не показался мне расчётливым убийцей.

- Джорононенди не резал и не отравлял пациентов, это так. Его проблема разве что в его эгоистичности и в том, что он слишком сильно держится за старые традиции, - пояснил Сьёрд. – Тем не менее, он во многом помогал Моткето, а то, что они оба здесь не может быть случайностью. Я знаю, что они вместе покинули Цантерию. Не знаю только где они расстались и по какой причине. Честно говоря, я был уверен в том, что они до конца будут держаться друг друга. Так что я надеюсь, что Джорононенди сможет пролить свет на деятельность Моткето в Забытом Крае.

- Ты думаешь, что он обязательно занимается здесь чем-то особенным? – с сомнением спросил Дерерис. – Может он просто пьёт водку и распивает вино, укрывшись в каком-нибудь городке?

- Не думаю, - туманно ответил Сьёрд. – Ты помнишь с чем мы столкнулись в Азголь? Все эти бредни про Покровителей и их слуг, которые творят не пойми что в Забытом Крае. Если всё это и не выдумка, то тогда Моткето точно с этим как-то связан.

- Ослабь хватку! Если твой бывший учитель натворил дел там, в Цантерии, это вовсе не значит, что он при делах и здесь. Тут всё-таки большим заговором попахивает, о чём мы, кстати, должны доложить Грихдеру.

- Ты поэтому попросил Нвевура передать в Дом Второго Дыхания письмо? – многозначительно посмотрел на него Сьёрд. – Видишь ли, я хорошо знаю Моткето. Даже если он и не при чём он обязательно попытается во всё это влезть. По-другому он просто не может. Так что один из лучших способов для меня найти Моткето – это продолжить распутывать этот клубок с тайной вокруг Покровителей. Или найти Джорононенди и вытрясти из него всё, что он знает.

- Этот вариант мне нравится больше.

- Вот только разговор у нас получится сложный. Между нами с Джорононенди сложные и не слишком доброжелательные отношения.

- А это никак не связанно с теми дурными слухами, которые мне доводилось слышать? – заинтересовался Дерерис. – Та история, после которой ты теперь только «бывший алхимик»? Или всё дело лишь в твой обаятельности?

Сьёрд мрачно посмотрел на него, всем своим видом показывая насколько сильно он хочет это обсуждать.

- Ты хоть понимаешь, что ты творишь?!

- Я не делаю ничего такого, что должно кого-либо сердить! Что ты вообще так завёлся?

Сьёрд и Дерерис спокойно наблюдали за молодым шерифом, который явно вышел из себя. Тот размахивал руками и злобно ругался. Сидевший перед ним на стуле мужчина делал вид, что не понимает причину происходящего, хотя по всему было видно, что это не так.

- Объясни мне, пожалуйста, что ты вообще себе позволяешь? – спросил шериф.

- Я всего лишь работаю и зарабатываю деньги, как и все в этом городе!

Мужчина был владельцем ломбарда и соответственно торговал всем, что только можно было взвесить и продать. Шериф схватил его прямо на улице и потащил в старое здание, служившее здесь чем-то вроде ратуши, где находился его кабинет.

- Никто не знает, сколько осталось городу! Быть может, завтра весь товар станет пеплом! А потому большие скидки! – кричал мужчина на площади посреди толпы зевак. – Эй, ты! Что если через пару дней городу конец? Успей приобрести в моём магазине то, что сможет тебя защитить! Поторопись, я готов продать тебе всё необходимое прямо сейчас!

Дерерис откровенно смеялся, глядя на всё это, а Сьёрд смотрел с презрением. Зато шериф пришёл в бешенство.

- Я всего лишь объявлял свои скидки, - мужчина оставался непреклонен.

- Ты убеждал людей в том, что к Тробверту направляется Смерть Городов. Что она хочет спалить здесь всё дотла и забрать рассудок всех жителей. И под это дело толкал вещи из своего магазина.

- Исключительно в коммерческих целях! Предлагал людям обезопасить себя в связи с существованием потенциальной угрозы. И благородно сделал скидку. Это называется реклама, - с оскорблённым видом сообщил он.

- Это называется создание паники, - сурово отрезал шериф. – Ты обманываешь людей этими своими байками про Смерть Городов. Думаешь, люди после этого спят спокойно?

- А почему ты говоришь, что я кого-то обманываю? Может быть у меня есть какая-нибудь информация? Мои люди исследуют старые руины, ищут всякие ценности и такое порой видят!

- В то самое время, когда мы запретили это в нашем городе! И ты это знаешь!

- Да, понимаю. Но послушай! Они утверждают, что видели вдали Смерть Городов! Что же мне теперь делать, если мои работники замечают всякое в городской округе?

- Помалкивать, - раздражённо ответил шериф. – Мы оба знаем, что ты врёшь и преувеличиваешь и даже не думай это отрицать!

- Слушай, я всего лишь предприимчивый торговец…

- Не перебивай меня! Я не устраиваю обыски в твоём ломбарде, но меня беспокоит то, что ты говоришь на улицах. Я слышал о Смерти Городов, но её ещё ни разу не видели поблизости от Тробверта. Зато твои необоснованные слухи могут вызвать большую панику, а та, в свою очередь, привести к большому бедламу. И этого лучше не допускать. Не спорь со мной.

Они ещё разговаривали какое-то время. Владелец ломбарда пытался спорить, но шериф был непреклонен в своём мнении. Он ругался и отчитывал сидевшего перед ним мужчину.

Здание ратуши явно было самым старым во всём городке и его изначальное назначение, вероятно, никому не было известно. Стоило признать, что местные его укрепили, забаррикадировав все окна и поставив тяжёлые двери. Они даже заделали кирпичами пролом в стене с обратной от входа стороны здания. Башня на крыше возвышалась над всеми остальными домами. По её наружной стороне проходили несколько деревянных площадок и лестниц, позволявших подняться на самую вершину.

В этом здании кроме прочего располагался зал собраний, местный народный суд и кабинет шерифа. Учитывая, что он здесь ещё и жил, молодой человек не раз повторял, что это здание его личный замок, правда, нуждающийся в ремонте.

Когда владелец ломбарда ушёл шериф закрыл за ним дверь кабинета и сел за свой стол. К слову, приобретённый у этого самого торговца, если верить его собственным словам.

- Ладно, вы посмотрели клинику, а теперь хотите встретиться с моей подругой, которой она принадлежит, - уточнил шериф. – Вы явно очень хотите найти этого Джорононенди.

- Просто безумно, - опередил Сьёрда Дерерис. – Спать не можем, как хотим его найти.

- Мы всего лишь хотим с ней поговорить, - пояснил Сьёрд, посмотрев на своего товарища. – Нас очень интересует Джорононенди и мы были бы рады любой информации о нём.

- Любой информации, - повторил, хмыкнув шериф. – Много там рассказывать. Пришёл в наш город, как-то познакомился с Истикорой, деталей она мне не рассказывала. Вместе они открыли клинику, начали лечить в ней людей. У него не плохо получалось, так что я не видел причин препятствовать.

- А откуда именно он пришёл? Чем занимался до того, как осел здесь?

- Об этом он никому не распространялся, ни с кем не пил, друзей здесь особо не заводил. У нас был с ним разъясняющий разговор, и он объяснил мне, что занимался практикой в различных поселениях. А здесь решил остановиться, поскольку мы не донимаем у себя учёных.

- Допустим, - предположил Сьёрд. – Так что на счёт девушки? Мы бы хотели с ней поговорить.

- Сейчас пообщаемся, - проворчал шериф. – Она здесь у меня. Но говорить вы будете только под моим присмотром и не вздумайте ей нагрубить или тем более угрожать.

Совсем скоро Шериф привёл к ним девушку, называвшую себя Истикорой. Выглядела она откровенно уставшей и не выспавшейся. Но при грустной и какой-то печальной, алхимик сразу обратил на это внимание.

- Послушай, вот люди, о которых я тебе говорил, - сообщил он, заходя в кабинет, а потом поправился. – Вернее, не совсем люди. Они очень уж интересуются Джорононенди.

- Добрый день, - девушка подозрительно взглянула на Дерериса. – Вы ищите Джорононенди?

- Именно так, - как обычно, не изобразив ни капли приветливости подтвердил Сьёрд.

Когда девушка села за стол, при этом обеспокоенно посматривая на шерифа, он вкратце поведал легенду, которую они вместе с Дерерисом сочинили ещё на подходе к городку. Ту самую, где они – двое жителей небольшого поселения Увлибки, прибывшие в поисках помощи и совета человека с чужеземным именем Джорононенди. Говорил убедительно, однако девушка слушала его рассеянно. Она явно была поглощена каким-то своими мыслями.

- Истикора, - обратился к ней алхимик, решив, что она вообще его не слушает. – Простите.

- Боюсь, что на ваши вопросы сможет ответить только сам Джорононенди, - вздохнув сказала ему девушка. – Моя собственная практика не так велика, чтобы оценивать болезни… Просто со слов… Мне будет сложно поставить, как бы правильно сказать… Диагноз. И посоветовать какое-либо лечение.

- Вот поэтому мы и разыскиваем господина Джорононенди, - обратил внимание алхимик. – Вы хорошо его знаете?

- В клинике я работаю его помощницей. Общаюсь с поставщиками припасов и тротвина, стараюсь записывать всех его пациентов.

- А не подскажите ли давно он покинул город?

- Недавно, буквально всего день назад, - Истикора как-то с грустью посмотрела на шерифа, а потом снова на Сьёрда. – Вы знаете, к сожалению, я ничем не могу вам помочь. Джорононенди сейчас в отъезде по делам за пределами города и я понятия не имею, когда он вернётся. Поэтому вы, конечно, можете его подождать, а можете возвращаться домой.

- Но нам необходима его помощь…

- Мне жаль, но я, правда, ничего не могу вам подсказать, - неожиданно твёрдо сказала она. – Если не хотите возвращаться домой с пустыми руками, то попробуйте подождать в городе, быть может, он скоро вернётся. И тогда обязательно обсудит с вами все ваши вопросы. Поверьте мне.

Сьёрд верил в то, что эта девушка говорила искренне, вот только ждать не хотел. И к тому же он сомневался в том, что Джорононенди скоро вернётся обратно в Тробверт. Было что-то странное во всей этой ситуации, то, как «вовремя» он успел скрыться, покинуть город в неизвестном направлении. Алхимик не верил в то, что это могло быть простой случайностью. Он был готов ругать себя за то, что позволил себе расслабиться в компании Нвевура и таратурских моряков, что не начал поиски сразу по прибытии, а потерял вечер и ночь, выпив куда больше, чем позволял себе обычно. Однако они с пожилым алхимиком вовсе не разминулись. Он ушёл точно перед тем, как Сьёрд и Дерерис оказались в Тробверте. Как будто он заранее знал об их приближении, словно кто-то его предупредил.

- А не знаете ли вы случаем, куда он мог направиться? – поинтересовался алхимик. – Мы бы могли сами найти его и тем самым встретиться.

Ненадолго Истикора замерла и внимательно на него посмотрела. Что-то промелькнуло в её глазах.

- Слушайте, вам уже сказали, что мы не знаем, где он, - решил вмешаться в их разговор шериф. – Он уже не первый раз так уходит по своим делам, а вы не первые, кто потом приходит и ищет его. Так что ничем помочь не можем.

- Вы готовы отправиться искать его? – спросила Истикора, словно не слышала ни слова из того, что сказал шериф. – Правда?

- Вполне, - подтвердил Сьёрд. – Так вы знаете куда именно он отправился?

Девушка размышляла некоторое время, а потом видимо приняла для себя важное решение.

- Да, я знаю куда он отправился, - произнесла она, правда, без особой уверенности. – И, признаться, сама хотела пойти следом за ним, поскольку он забыл кое-какие важные вещи.

- О, такое с ним случается.

- Исти, ты что такое говоришь? – тут же возмутился шериф, лицо которого мрачнело на протяжении всего разговора. – Я никуда тебя не отпущу! Тем более за пределы города!

- Если вы не опасаетесь покинуть этот городок и сопроводить меня, то я могла бы показать вам дорогу, - девушка вновь говорила так, будто не слышала своего товарища. – И тогда вы бы могли обсудить с Джорононенди все волнующие вас вопросы. Что скажите?

- Вы знаете, - на лице Сьёрда не появилось и тени улыбки. – Мне кажется, что это весьма удачная идея.

Акт второй

Акт второй.

Они смогли выдвинуться в путь только на следующий день, поскольку Истикоре потребовалось немало времени, чтобы собраться в дорогу. К тому моменту как они всё решили уже начинало темнеть – поиски шерифа и предшествовавшие ему расспросы жителей городка о пожилом алхимике заняли практически весь день. А ночью Дерерис предложил переждать.

- Затемно начинать путь точно не стоит, - настоятельно порекомендовал перевёртыш. – Можем легко наткнуться на что-нибудь не слишком хорошее, например монстров или, что вероятнее, засаду разбойников.

Сьёрд не желал терять ни часа, но был вынужден согласиться со своим товарищем. Поэтому переночевав в Тробвертской гостинице, Сьёрд и Дерерис вновь встретились с Истикорой, и уже на рассвете трое путников выдвинулись в дорогу. Днём они старались пройти как можно больше, пока ещё светит солнце, устраивая лишь краткие привалы для отдыха. Переночевали в старом, но укреплённом доме с заколоченными окнами, что располагался на высоком холме. Истикора пояснила что его используют в качестве убежища все путники, держащие путь из Тробверта в этом направлении или же, напротив, идущие в город. Поэтому она была уверенна в том, что место безопасное. Прошедшая ночь только подтвердила её слова и на следующее утро троица снова выдвинулась в путь.

Пейзаж вокруг выглядел мрачно и непривлекательно, а дни выдались пасмурные. Дорога казалась утомительной, но Истикора обещала, что к вечеру они уже должны прибыть на место, и из-за этого Сьёрд буквально сгорал от нетерпения.

Эзгерза представляла собой крупное фермерское поселение, расположенное относительно недалеко от Тробверта. Крестьяне из него нередко посещали городок с фруктами и овощами, которые продавали на рынке. Поговаривали, что у них там какая-то особенно хорошая земля и потому урожай всегда получается весьма обильным. Истикора утверждала, что Джорононенди состоял в хороших отношениях с деревенским головой, а потому оборудовал там себе убежище, куда нередко наведывался по различным делам. Пожилой алхимик лечил жителей Эзгерза от различных заболеваний и даже помогал им бороться с паразитами, что иногда появлялись на ферме, а потому время от времени навещал это поселение. Покинув Тробверт Джорононенди мог отправиться только туда, особенно если задумал большое путешествие. А это в свою очередь означало, что именно туда нужно было держать путь небольшой компании из бывшего алхимика, молодой девушки и ворчливого перевёртыша.

- Я точно знаю, что он взял с собой слишком мало припасов, - поделилась со своими спутниками Истикора. – А значит, скорее всего, будет запасаться в Эзгерза. У них там всегда можно взять свежих овощей.

- В этом селении, как я понимаю, нет проблем с урожаем? – поинтересовался Сьёрд.

- Эзгерза – это одно из восстановленных старых поселений, - пояснила девушка. – Они там хорошо поработали над своей плантацией.

- То есть его возвели века назад? Это пароферма?

- Да. Стены и строения из чёрного кирпича, где теперь такое строят? Конечно, от старых механизмов там мало что осталось, но зато их теплица по-прежнему стоит на своём месте. Никто не знает, как называлась Эгерза до её разорения, но нашедшие её поселенцы смогли вдохнуть в неё новую жизнь.

- И, наверное, не плохую, - заметил Дерерис. – Бывал я как-то в поселениях, обустроенных внутри восстановленных старых домов. Жизнь там куда благополучнее, чем в других деревнях Забытого Края.

- Чем надёжнее стоит твой дом, тем светлее будет казаться жизнь в нём, – поддержала Истикора, вспомнив старую поговорку.

Дорога по землям Забытого Края напоминала Сьёрду такой же путь, который они с Дерерисом проделывали уже не раз. Затянутое бурыми тучами небо, холмистый пейзаж, изрезанный каменистыми склонами, обрывами и оврагами. Куда ни глянь можно было увидеть маленькие лесочки, растущие буквально повсюду. Большие и кривые деревья с густой листвой, тянущие свои ветки во все стороны. Высокие и прямые, словно копья. И маленькие деревца с маленькими веточками, из стволов которых нередко сочилась странная вязкая жидкость.

Сьёрд знал названия каждого из них, даже в нескольких вариантах. Алебарды генерала Кольтеля, суровые гномы, цветущие скелеты. А ядовитые грязно-красные грибы, растущие на пнях и имевшие в книгах длинное и сложное название простые крестьяне величали дохлыми пауками. Он знал их все. Когда-то бывший алхимик старательно изучал науку, которую одни люди называли «ботаникой», а другие «пустой тратой времени». И, как ни странно, его она выручала.

В пути их компании нередко встречались руины и развалины, утонувшие в высокой траве и укрытые многочисленными опавшими листьями. Сьёрд наблюдал заброшенные дома, возведённые в несколько разных для полуострова времён. Видел обрушившиеся и заросшие деревьями башни на вершинах холмов. Кое-где взгляду попадались высокие железные конструкции из особенного нержавеющего сплава, которые своими рядами тянулись в неизвестном направлении. Как и многие другие учёные Сьёрд мог лишь догадываться об их истинном назначении.

Глядя по сторонам, он видел не просто обломки старого мира. Он видел эпохи, которые символизировали собой разные этапы для человечества и повторялись как здесь в Хистерии, так и в Цантерии и в других странах и землях. Колонизация, эпоха расцвета, период страшной катастрофы, последующие за ней войны и попытки восстановления. Новый взлёт и новое падение, ещё один взлёт и снова падение. И сейчас люди снова пытаются восстановить и вернуть к жизни свои владения или они уже давно бросили это безнадёжное дело? В своей жизни, путешествуя по разным странам и городам, Сьёррердаль не раз видел примеры и первого и второго случая.

- Я достаточно хорошо знаю дорогу до Эзгерза, - поделилась Истикора, когда они проходили по хлипкому деревянному мостку, перекинутому через глубокий овраг. – Несколько раз посещала его вместе с Джорононенди.

- Но в одиночку за ним, значит, отправиться не рискнули? – уточнил Сьёрд.

- Разумеется. Любая девушка, которой дороги жизнь и честь знает, что по Забытому Краю в одиночку лучше не путешествовать. Случиться может всё, что угодно.

- Наверное, вариантов здесь будет не мало. Как, впрочем, и в других землях.

- Согласна. Монстры, бандиты, бледностоны, - она осеклась, взглянув на Дерериса. – Больше всего бандитов боюсь, если честно. Кто знает, что они могут сделать.

- На самом деле, здесь вариантов по-прежнему много, - заметил Сьёрд с таким видом, что оба его спутника взглянули на него с удивлением. – Некоторые бандиты, например, могут даже вступить в сделку с чудовищами и за вознаграждение приводить для них новых жертв.

- Именно поэтому я и согласилась показать вам эту дорогу. С вооружённым сопровождением всегда как-то спокойнее.

- Возможно, что и так. Выходит, вы искали себе компанию для дороги?

- Можно сказать и так. Хотя до встречи с вами я и не искала особо попутчиков. Просто не знала, как добраться до Эзгерза так, чтобы не оказаться съеденной или ограбленной.

- В действительности с вами вовсе не обязательно произошло бы что-нибудь из этого. Вы могли бы упасть, подвернуть или сломать ногу и тогда бы вас вряд ли кто-нибудь здесь нашёл. Но в то же время одинокая жертва особенно привлекательна, поэтому вероятность съедения всё-таки высока…

Истикора замерла на месте взглянув на алхимика с откровенным испугом, а проходящий мимо Дерерис только осуждающе покачал головой. Сьёрд, хоть и не испытывал никакого смущения понимал, что нужно что-то сказать, но так и не нашёл слов, а потому просто продолжил путь.

Перед их выходом на рассвете у Сьёрда состоялся разговор с шерифом Тробверта. Молодому человеку явно была не безразлична эта девушка, раз он так беспокоился о её безопасности. Поскольку во всём городке он был единственным представителем такой не везде встречающейся структуры как «правоохранительные органы» покинуть Тробверт и отправиться с ними он не мог. Поэтому шериф долго и громко пытался убедить Истикору отказаться от этого путешествия, но, когда не смог ничего добиться, направился к Сьёрду с Дерерисом.

- Я рассчитываю на то, что она вернётся целой и невредимой, - предупредил он их. – И, если с ней хоть что-то случится, я найду вас обоих, где бы вы ни были.

- В таких речах нет необходимости, - ответил ему алхимик. – Любой намёк, который кроется в твоих словах мне оскорбителен.

Их разговор получился коротким, но многозначительным. Тем не менее, оба они друг друга хорошо услышали.

В пути Сьёрд расспрашивал Истикору о Джорононенди и его работе в клинике. Его интересовала любая информация о пожилом алхимике, однако он старался быть не слишком навязчивым, чтобы не вызывать подозрений. Но девушка весьма охотно отвечала на все вопросы. Было видно, что ей хотелось поделиться рассказами о своей клинике. Алхимику подобное поведение было весьма знакомо – когда у человека ещё хватало энтузиазма в самом начале подобного дела.

Если верить её рассказам, то получалось, что Истикора помогала Джорононенди практически во всём. Она знала нескольких торговцев и пару травников в городке, с которыми свела пожилого алхимика и с тех пор они поставляли ему всё необходимое в тех пределах, в которых могли. Джорононенди лечил людей практически от всего, с чем они к нему приходили и в этом вопросе был куда выше и ценнее для местных жителей, чем все лекари или знахари, которых им приходилось видеть. Ведь он был куда образованнее, чем любой из них и это Сьёрда нисколько не удивляло.

Удивляло его как раз другое. То, что Джорононенди взял себе в помощники женщину. В Цантерии, когда они состояли в алхимическом круге Моткето Джорононенди выступал против участия женщин в его деятельности. Это было связанно, как с его собственной позицией, так и с тем, что большинство женщин в этом королевстве были необразованными. Однако здесь в Тробверте пожилой алхимик фактически только лечил людей, варил зелья и занимался наукой, которую всегда ставил превыше всего. Все дела клиники вела Истикора. И вот это как раз было на него не похоже.

- Так значит он обучал вас алхимическому делу? – поинтересовался Сьёрд.

- Да. Объяснял принципы зельеварки и учил определять различные болезни, - ответила Истикора. – Он утверждал, что у меня есть способности.

Это тоже было странно для такого человека, как Джорононенди.

- Хотя как-то раз сказал, что взял меня в помощницы только потому, что во всём Тробверте только одна я умею думать.

А вот это уже было больше на него похоже.

- Если честно, я всегда мечтала заниматься алхимией, - призналась девушка к молчаливому удивлению Дерериса. – В наших краях на них раньше были большие гонения и от этой науки мало чего осталось. Но Джорононенди обещал научить меня всему, что он знал сам.

Они шли по огромному каменному каналу, что прямой стрелой проходил между холмов. Высокие каменные стены и маленькие башенки располагались по его краям. Многочисленные каменные и металлические лестницы тянулись со дна ввысь, хотя большинство последних давно уже рухнули. Сьёрд хорошо знал для чего использовались такие каналы, поскольку раньше видел много таких в Цантерии.

- Века и века назад здесь ходили паровые составы, - поделился алхимик, когда девушка заговорила с ним об этом. – Большие и длинные, с десятками вагонов.

- Примерно, как эти? – уточнил Дерерис, указывая на здоровенную ржавую металлическую конструкцию, стоявшую на одном из углублений в каменном полу канала.

- Что-то вроде того, - ответила вместо алхимика Истикора. – Жаль, что такие больше не ходят по нашим землям.

- Технически они и не ходили, - поправил её Сьёрд, но потом пожал плечами. – Однако вы правы, действительно жаль, что теперь это лишь старый, ржавый хлам.

- Джорононенди всегда утверждал, что если бы люди хотели, то могли бы изготовить особую химическую смесь, которая сошла бы для этих составов. Вот только сам он её делать не собирается, у него слишком много других дел.

- Узнаю, старого Джорононенди, - вздохнул Сьёрд.

- Вы с ним были знакомы? – удивилась Истикора.

- Скажем так, мы пересекались пару раз, - уклончиво ответил алхимик. – Так он обещал обучить вас алхимии?

- Джорононенди сказал, что покажет мне всё необходимое и однажды я смогу возглавить клинику. Наука и знания всегда тянули и привлекали меня, а Джорононенди стал настоящим шансом добиться всего этого в нашем захолустье.

- Признаюсь, я надеюсь, что он оправдает все ваши ожидания, - сказал Сьёрд, а потом немного подумав добавил. – Вы знаете, вы напоминаете мне одну мою знакомую, которая тоже тянулась к знаниям и науке. Она тоже хотела стать алхимиком.

- И стала? – тут же заинтересовалась Истикора. – Кто был её учителем?

- Она стала алхимиком и при этом одним из лучших, которых я когда-либо знал, - признал Сьёрд. – Что же касается её учителей… Её учителями были Моткето и Джорононенди. Да, он учил её алхимии и другим наукам.

- Правда? – Истикора искренне удивилась. – Мне всё больше кажется, что вы с Джорононенди знакомы куда больше, чем рассказывали у шерифа в Тробверте.

- Нисколько, мы виделись лишь пару раз, - настаивал Сьёрд на своей легенде.

После полудня они уже поднимались по каменной винтовой лестнице, ведущей из канала наверх к холмам. Когда они снова оказались среди деревьев и топтали грязь Истикора немного вырвалась вперёд, а Сьёрд и Дерерис слегка отстали.

- Должен признать, дорогу она знает не плохо, - отметил перевёртыш. – Для человека, живущего в городе. Похоже, что она действительно уже проходила этот маршрут не один раз.

- А у тебя были сомнения в её словах? – тихо спросил Сьёрд.

- А у тебя разве нет? – в голосе Дерериса отчётливо звучали и удивление, и осуждение. – По-твоему ей можно верить?

- А разве нет? Она обычная девушка из провинциального городка с мечтой о науке и алхимии.

- То, что она девушка я и сам вижу, в отличие от оснований ей доверять, - Дерерис бросил на её спину подозрительный взгляд. – Сьёрд, подумай сам. Она помощница Джорононенди, а он ушёл куда-то без неё и теперь она ищет его, чтобы предать нечто, что он забыл? Как часто такой педант, как Джорононенди что-то забывает? И если он не оставил клинику на неё, то почему вдруг ушёл без неё? Странным не кажется?

- Возможно, - алхимик задумался над его словами. – А ты говоришь о Джорононенди так, как будто, знаешь его лично.

- Я тоже читал досье Дильчии о нём, - пояснил перевёртыш. – Так что скажешь на счёт моих слов? Не возникло никаких сомнений?

- Может быть и возникли, но мне нужно время, чтобы их обдумать. В любом случае не думаю, что нам двоим стоит опасаться одной девушки.

- Предположим, что не стоит. Но ты подумай, хотя времени у нас и не так много. Если верить Истикоре, поселение уже совсем близко, - заметил Дерерис. – Слушай, а кто та общая знакомая, о которой ты там рассказывал?

- Давай не будем об этом, хорошо? – уже без обычной своей резкости предложил Сьёрд. – Сначала Джорононенди, Истикора и Эзгерза. Сначала разберёмся со всем этим.

Они подошли к поселению, когда уже начало вечереть. По старым и развалившимся ступенькам трое путников поднялись на холм, откуда они смогли увидеть Эзгерза. Фермерское поселение, как и Тробверт, полностью оправдывало ожидания Сьёрда и было мало похоже на те деревеньки, которые он видел в Забытом Крае раньше. Оно буквально во всём отличалось от таких мест как Пленет, Азголь и многие другие. То были лишь маленькие селения, основанные людьми уже после всех бедствий, разрушивших старую цивилизацию в этих землях.

Даже на расстоянии Сьёрд уже видел причины всех отличий. Эзгерза было возведено века назад, скорее всего в период второй колонизации полуострова, и восстановлено людьми уже после его разорения. Сьёрд хорошо видел дома из чёрного кирпича, который демонстрировал в Забытом Крае и в других землях удивительную устойчивость. Поселение окружали крепкие стены из такого же чёрного кирпича благодаря чему Эзгерза во многом напоминал собой настоящий замок. При этом располагались они в странной звездообразной форме. По стенам сновали человеческие фигуры, укрывавшиеся под деревянными крышами небольших башенок, явно возведённых уже после восстановления поселения. Взять такое место было куда сложнее, чем любую деревушку с частоколом, брёвнами или хламом вместо стен. Поэтому люди как в Забытом Крае, так и в других землях охотно восстанавливали старые и заброшенные поселения, в которых ещё можно было попробовать жить снова. Из-за найденных внутри них механизмов, некоторые из которых даже удалось заставить работать, многие из таких поселений получили название «парофермы».

- Это и есть Эзгерза! – Истикора указала рукой на окружённые стеной дома. – Мы почти пришли.

- Значит, там и укрылся Джорононенди? – уточнил Сьёрд, высматривая дорогу.

- Он должен быть там. Я в этом уверенна. Ну, то есть почти.

- Мы хоть можем рассчитывать там на убежище? – поинтересовался алхимик, не слишком довольный её неожиданным сомнением. – Потому что, если есть такая возможность я бы предпочёл ночевать в поселении.

- Да, конечно. Я думаю, нас должны туда пустить, - пообещала Истикора. – Меня ведь там знают. Мы много раз им помогали.

- Мне кажется, что и с убежищем, и со всем остальным могут возникнуть проблемы, - обратил внимание Дерерис. – Присмотритесь все.

Сьёрд посмотрел туда, куда указывал перевёртыш и сразу увидел огни факелов и фонарей, собравшиеся перед главными воротами. Учитывая внешний вид их владельцев, грязную ругать и весьма агрессивный настрой означать собой эта подозрительная компания могла только одно. Бандиты.

- Эй, вы там! – кричал высокий мужчина с повязкой на правом глазу, явно возглавлявший всю эту свору. – Я сказал открывайте свои долбанные ворота, пока мы их не выломали сами!

- Только не начинайте, пока я не устроюсь поудобнее, - послышалось им в ответ со стены. – А то я не хочу пропустить как вы, тупые выходцы из нор, будете пытаться это сделать.

- Я предупреждаю тебя в последний раз! – мужчина поднял в воздух здоровенный колун. – Или вы открываете их сами или сильно пожалеете о том, что не сделали этого, когда у вас был шанс!

- Единственное о чём я жалею, что выпил последнюю бутылку таратурского вина! А вы – это вполне не плохое себе развлечение.

Сьёрд, Дерерис и перепуганная Истикора спустились по холму поближе к поселению. Оставаясь за деревьями они смогли получше рассмотреть ситуацию. Перед воротами собралось около десятка людей с топорами, колунами и обитыми гвоздями досками. У одного из них в руках была странная железная труба. Бандиты были одеты кто во что попало, но у некоторых поверх одежды были нашиты куски ткани с какой-то непонятной эмблемой. В темноте Сьёрд не мог разобрать какой именно.

Эзгерза имела внушительные деревянные ворота, а на участке стены над ними собрались поселенцы с фонарями. У многих из них виднелись луки и стрелы. Судя по складывающемуся между двумя группами диалогу, получалось, что согласия они достичь никак не могли, но до эскалации конфликта им было ещё далеко. Бандиты явно понимали всю бесперспективность своей атаки и потому не торопились её реализовывать. А поселенцы, видя всё это, чувствовали себя совершенно расслабленно. О чём охотно сообщали насмешками и оскорблениями в адрес бандитов.

- Вы можете не бояться меня, - продолжал главарь этой небольшой шайки. – Но вы должны понимать кто именно нас прислал! И то, что он не потерпит отказа!

- А мне наплевать, что он там потерпит, а что нет! – на стене среди поселенцев поднялся из-за укрытия их лидер. – Меня зовут Улейн Шильт и я не преклоню голову перед очередным мошенником и поганым разбойником!

- Мой господин не обрадуется таким словам! Подумай хорошенько над ними! У тебя ещё есть шанс взять их назад!

- Да что мы с ними базарим тут? – вдруг воскликнул один из бандитов, что сидел на земле. – Парни! Айда ломать эти ворота!

Несколько человек подняв оружие направились было реализовать столь многообещающую идею, но в землю перед ними тут же вонзилась стрела.

- Вы сами знаете куда полетит следующая, так что сто шагов назад, господа!

У Сьёрда, Дерериса и Истикоры, возможно, и имелся шанс остаться незамеченными в темноте, но у шайки оказалась при себе собака. Учуяв перевёртыша, она зашлась бешенным лаем и сразу бросилась в их сторону, удерживаемая на месте лишь поводком. Это моментально выдало трёх путников.

- Смотрите! Смотрите, кто там!

Без лишних церемоний Сьёрд выхватил из ножен меч и сжал его обеими руками, когда десяток бандитов начал, не спеша, к ним приближаться. Бессмысленные переговоры им всем похоже уже наскучили, поэтому на неожиданных гостей они смотрели с неподдельным интересом. Алхимик был уверен в том, что справиться с любым из них поодиночке, вот только люди перед ним явно не собирались выстраиваться в очередь.

- Эй, а вы ещё кто такие? И что здесь делаете? – злобно спросил главарь шайки.

- Можно сказать, что мы просто направляемся в поселение, - медленно произнёс в ответ Сьёрд. – И не ищем неприятностей.

- Ага, как же. Что же тогда такие нервные?

- Меч-то убери, мужичок, - сказал другой бандит с чёрными волосами, завязанными в небольшую косичку, а потом добавил своим дружкам. – Если что его меч мой. Уж больно он красивый.

- Меч тебе придётся взять самому, если тебе руки не дороги, - предупредил его Сьёрд.

Разумеется вся компания рассмеялась на эти слова, за исключением их главаря с повязкой. Тот явно пребывал в особенно паршивом настроении.

- Эй, Улейн! – закричал он, снова бросившись к воротам. – Мы тут нашли твоих людей!

- Моих людей? – в голосе, что донёсся со стены звучало удивление. – Ты там вообще о чём?

- Это твои люди! Не отрицай этого! Если ты не откроешь ворота, то мы их прямо здесь перережем! Прямо сейчас!

Как и следовало ожидать, Улейн снова поднял его на смех, полагая, что это всего лишь очередной обман. Бандиты, тем временем, уже делили между собой вещи троих путников, но подходить не рисковали. В конце концов, видя, что помощи от поселения ждать же стоит Истикора бросилась вперёд и закричала в сторону ворот.

- Господин Шильт! – она замахала руками. – Это я! Это Истикора! Я помогала вам вместе с Джорононенди! Помните меня?

- Истикора? Это ты? – мужчина на стене подался вперёд, пытаясь разглядеть её.

Судя по его обеспокоенному голосу, он действительно узнал девушку, однако для главаря шайки это послужило словно сигналом. Он сразу решил, что его догадка оказалась верна.

- Тогда мы прямо сейчас их здесь порежем! – завопил он, а потом рассмеялся. – Прямо здесь!

- А ну назад! – Сьёрд угрожающе взмахнул мечом, и все бандиты отступили, кроме того, что был с косичкой.

Дерерис оттащил Истикору назад и прикрыл собой. Алхимик вышел вперёд, держа сжимая в руках меч. Мужчина с повязкой на правом глазу двигался прямо на него. Сьёрд понимал к чему идёт дело и был готов принять бой, однако всё равно случилось то, чего он никак не ожидал.

Собравшиеся перед ними бандиты выглядели примерно также, как и любая другая бандитская шайка и ничем не выделялись в разномастной среде старательных нарушителей закона. Ничего особенного не было и в их вооружении. Но был среди них один человек, который для Сьёрда и Дерериса оказался особенным. Юноша со следами оспы на лице.

Алхимик заметил его не сразу, но узнал в то же мгновение, как только они столкнулись взглядами. Тот самый юноша со следами оспы на лице, которого они встретили вместе с кучкой других бандитов в поместье, в округе которого те портили колодцы. В том поместье, в котором Сьёрд и Дерерис ненадолго останавливались по пути в Пленет. Тогда они отпустили его, расправившись с большей частью его товарищей. Расправившись с ними, но сохранив ему жизнь.

Сьёрд помнил о том, что настоял на этом решении Дерерис. А ещё о том, что по словам юноши у него много друзей, которые захотят отомстить.

- Эй, парни, - юноша тоже их узнал. – Да это же…

Сначала его лицо охватило удивление, потом страх, а затем страх сменился эмоцией, которая куда чаще других приходит ему на смену. Ненависть.

- Парни, это они! – закричал он, указывая рукой. – Те самые, которые порубили наших у старика Гигу! Это точно они!

Ситуация резко изменилась. Насмешки на лицах бандитов исчезли. Вместо них появились гнев и злоба. Теперь эта встреча точно не могла закончиться ничем хорошим. Одноглазый главарь вышел вперёд.

- А ну все назад! – грозно скомандовал он. – Этот парень мой! Как и его меч!

Мужчина поудобнее взял свой колун, приготовившись к удару, и злобно сверкнул одним глазом. Выглядел он действительно угрожающе, однако он явно не рассчитал свои собственные силы. Сьёрд двигался, как всегда, быстро и решительно, увернувшись от удара колуна и дважды полоснув противника мечом. Один раз по ноге, другой по предплечью. Мужчина тут же упал на одно колено, но оружие в руке удержал. Злобно взглянув на алхимика, он принялся ругаться самыми грязными выражениями, какие тот только слышал в этих краях.

- Что вы стоите? – закричал он на своих дружков. – А ну бейте его!

Кто-то из бандитов действительно хотел было броситься вперёд, но тут стрела вонзилась в землю совсем рядом с ним. Зато следующая попала уже точно в цель. Раздался крик.

- Эй, там! – донёсся голос со стены. – Стая паршивых собак! А ну пропустите их или мы утыкаем вас стрелами словно ежей!

Бандиты снова разбежались в стороны, кроме обладателя косички, который провожал их неприязненным взглядом. И, конечно, главаря шайки, что орал также громко и злобно, как и лающая на привязи собака.

Сьёрд, Дерерис и Истикора прошли мимо всей этой компании и поспешно направились к воротам. На стене поселенцы уже натянули тетивы у своих луков.

- Вы об этом пожалеете! – разорялся мужчина с повязкой. – Он заставит вас всех заплатить!

Движение Сьёрд заметил куда раньше бандитов. Движение силуэта в темноте, который никак не мог принадлежать человеку. Оно медленно приближалось к людям и совсем скоро вышло на свет их факелов и фонарей. Алхимик сразу его узнал. А потом оно набросилось на кричащего главаря шайки.

Раздались крики и ругательства. Из темноты выскочили ещё несколько монстров, которые набросились на людей с клыками и огромными когтями. Бандиты кинулись в рассыпную, каждый отбивался сам по себе. Со стены полетели новые стрелы, не подпускающие чудовищ к поселению. Кто-то отпустил собаку с привязи и она, громко лая, бросилась на Дерериса, чуть не повалив его на землю. Сьёрд размахивал мечом, отгоняя монстров.

- Быстрее! К воротам! – донеслось со стены.

Бандиты кричали, утаскиваемые тварями в темноту. Ворота приоткрылись и из них выскочили двое лучников. Дерерис кинжалом ранил и отбросил от себя пса, а Сьёрд помог ему подняться. Вместе с Истикорой они бросились к воротам, когда их догнал тот самый бандит с чёрными волосами и косичкой. Он замахнулся на Сьёрда куском трубы, но прежде, чем успел опустить её получил стрелу в плечо и рухнул на землю. Подбежавший к алхимику лучник схватил ещё живого разбойника.

- Помоги мне затащить его внутрь! – крикнул он.

Сьёрд не заставил просить себя дважды, и они вместе с лучником потащили раненного бандита к воротам. Оглянувшись на мгновение, алхимик заметил в темноте среди мечущихся силуэтов юношу со следами оспы на лице, вновь охваченного страхом. Но почти тут же потерял его из виду. Когда же все оказались внутри двое поселенцев заперли ворота на тяжёлые засовы, а сверху со стены уже доносились новые команды:

- Поджигайте стрелы! Поджигайте стрелы!

Не теряя времени, алхимик по лестнице поднялся на стену, чтобы посмотреть вниз и оценить обстановку. Похоже, что все бандиты стали жертвами монстров, теперь носившихся в темноте возле поселения. Их зеленоватые силуэты время от времени мелькали в дрожащем поле света ещё горящих факелов, валявшихся на земле. Поселенцы поджигали стрелы и пускали их в чудовищ, явно желая отогнать их от стен и ворот. Эти существа, как хорошо знал Сьёрд, боялись огня. Он уже встречал таких раньше в Цантерии.

- Отступают! – закричал один из поселенцев, размахивая руками. – Они отступают! Монстры уходят!

Сьёрд хорошо видел, что это было слишком поспешное предположение. Монстры никуда не уходили и явно не собирались оставлять поселение без внимания. Они лишь отдалились на некоторое расстояние от стен и огня, но их очертания ещё можно было увидеть в темноте. Сьёрд внимательно пригляделся и ему показалось будто бы монстры начали кружить вокруг поселения, словно взяв его в осаду. А ещё ему показалось, что их там десятки.

- Расставить дозорных! – командовал на стене уже знакомый голос. – Поддерживать огонь! Принести ещё стрел!

Сьёрд, наконец-то, смог рассмотреть говорившего. Это был хорошо одетый мужчина в шляпке и с седоватой бородой. Выглядел он бодрым и активным, а в руках держал лук. Колчан со стрелами размещался у него за спиной. Мужчина, называвший себя Улейном, выстрелил в какой-то силуэт в темноте, но, судя по всему, неудачно. Тем не менее, это нисколько не убавило его энтузиазма.

- Забаррикадировать ворота! – распорядился мужчина. – Как обычно! Приготовиться к обороне! У нас очередное нападение, так что действуем, как и тренировались! Ничего нового.

«Ничего нового». Как часто Сьёрд посещал поселения, подвергавшиеся нападению разных чудовищ? Сколько раз вставал на их защиту вместе с самими поселенцами? Сьёрд хорошо помнил все эти ситуации, хотя и не вёл подробный учёт. Он вспоминал всё что знал о бегающих в темноте тварях, желая понять чего теперь стоит от них ожидать.

- Хватит смотреть на этих тварей, - посоветовал мужчина, когда подошёл к бывшему алхимику. – На них ещё успеешь насмотреться, если задержишься у нас тут какое-то время.

Сьёрд внимательно посмотрел на поселенцев Эзгерза, которые занимали посты по всей линии обороны. Эти ополченцы выглядели куда более собранными и организованными, чем большинство других людей, которых алхимик встречал в Забытом Крае. И это приятно его удивляло. Когда один из монстров с рёвом приблизился к воротам, в него тут же полетела ещё одна стрела.

- Эти твари могут быть крайне опасны, - предупредил алхимик. – Я раньше сталкивался с ними в Цантерии и отбиться от них было не так уж и просто.

- На открытой местности они представляют страшную угрозу, я это знаю, - доброжелательным тоном сообщил Улейн. – Но здесь, когда у нас есть стены, обстоятельства уже не на их стороне. Не знаю кто ты и откуда, чужеземец, но мы уже не первый раз имеем дело с этими собаками. Так что не волнуйся, мои людям известно, что именно здесь нужно делать.

Алхимик был вынужден признать, что поселенцы производили именное такое впечатление. Вот только он пока для себя на решил, означает ли это, что можно успокоиться и почувствовать себя в безопасности? Хотя бы на время?

- Пойдём лучше поговорим с тем наглым псом, которого вы притащили, - предложил Улейн, спускаясь вниз по лестнице. – Мне интересно, что он скажет теперь, когда остался без своих дружков.

Эта идея показался Сьёрду толковой. В компании Шильта они спустились вниз по лестнице. Чёрные стены поселения выглядели крепкими и внушали уважение. Сьёрд не сомневался в том, что любой дворянин или лидер общины захотел бы владеть таким местом. Однако он обратил внимание не только на укрепления этого поселения, но и на человека, явно руководившего здесь всем. Когда он впервые увидел алхимика, то нахмурился, заметив его красные глаза, однако ничего не сказал. Он явно не первый раз видел таких людей.

- Послушайте, мы вполне можем договориться, - раненный бандит не заискивал перед ними, а говорил сдержанно, изображая спокойствие.

- Серьёзно? – спросил тот самый лучник, который вместе со Сьёрдом затащил его в поселение.

Разговаривать с ним Улейн решил прямо во дворе, а потому свидетелями их беседы стали многие жители, собравшиеся вокруг. А заодно и Сьёрд, с Дерерисом и Истикорой.

- Я могу сказать, что гибель моих товарищей – это вовсе не ваша вина, - предложил им бандит, тяжело дыша. – Объяснить, что во всём виноваты монстры, а не простые поселенцы. Тогда к вам сразу не будет обвинений.

- Обвинений? – Улейн приблизился к нему с крайне довольной усмешкой на лице. – Каких ещё обвинений? Успокойся ты уже и посмотри, как интересно всё обернулось. Всего несколько минут назад ты и твои дружки угрожали устроить здесь бойню, если мы не выплатим вам дань. А теперь ты остался один, а твои дружки мертвы. И больше вы не представляете угрозы.

- То, что они мертвы не означает… - начал было бандит, но тут же получил удар по лицу от одного из лучников.

- Слушай, я ведь ещё не закончил, так что не перебивай, - попросил его Улейн, а потом внимательно присмотрелся. – Тебя как зовут?

- Чесевек.

- Так вот, Чесевек. Не ты из толпы что-то там кричал про виселицы для детей? Мол ваш главарь такое много раз устраивал. Я спрашиваю это потому, что поскольку твои дружки мертвы и проблема с вами, по сути, решена, то я никак не могу решить для себя один вопрос. Может быть, нам тебя тоже повесить здесь на стене? Отвечай.

- Вы меня не можете убить, - заскрипел зубами Чесевек. – Вам это невыгодно, поверь мне.

- Можешь выдвинуть свои предложения. Я совсем не против послушать.

Сьёрд не видел пока смысла вмешиваться в их разговор. Это был не его конфликт, свидетелями которого они с Дерерисом и девушкой стали случайно. А потому и разбираться этим сторонам стоило самостоятельно, без участия одного бывшего алхимика. Однако пара вопросов к этому человеку у него всё-таки имелась. Ведь после путешествия в Пленет он был уверен в том, что никогда больше не увидит этого юношу со следами оспы на лице. И уж тем более не рассчитывал увидеть его вместе с вооружённой бандой.

- Ты умный мужик, - начал бандит, тяжело дыша. – Вот и послушай. Мы вовсе не какая-нибудь банда простых мародёров или кучка воришек. Мы – «Славные разбойнички», может быть слышал о нас? У нашего главаря достаточно сил, чтобы заставить любую деревенщину дрожать от страха. Понимаешь о чём я? Если отправленная им для сбора дани группа не вернётся обратно он поймёт, что дело плохо и разозлится. И тогда приведёт сюда такую кучу народа, что они вас словно ежей стрелами утыкают.

- Ты даже не представляешь себе насколько мне страшно, особенно за нашими стенами.

- Зря, мужик, зря. На всех твоих фермеров не хватит.

- Эй, я пока ещё не услышал ни одного аргумента против того, чтобы повесить тебя на стене.

- Я могу всё предотвратить, - быстро сказал Чесевек. – Вы ведь не виноваты, это монстры всех моих парней перебили, но, если никто не вернётся, наш главарь решит, что это вы всех под нож пустили.

- Я это уже понял, а ты слишком медленно и главное бессмысленно говоришь.

- С командой карателей вам не справиться. У них есть палаши, арбалеты и даже несколько бомб с зажигательной смесью. Они здесь всё предадут огню ради того, чтобы никто в округе больше не смел перечить «Славным разбойничкам». Но если вы отпустите меня и дадите еды в дорогу я доберусь до своих и расскажу, что вы здесь ни при чём. Я объясню, что парней всех твари загрызли и никто не придёт к вам мстить. Видишь? Все в выигрыше! Вот мой аргумент.

- А может быть мне послать твой аргумент на дно моря? – задумчиво произнёс Улейн.

Бандит начал ругаться и вырываться, но лучники крепко его держали. Улейн какое-то время о чём-то размышлял.

- Ну что? – спросил один из поселенцев. – Нести верёвку?

- Подожди пока с этим, - отмахнулся от него Улейн. – Заприте его, а я пока подумаю ещё, что с ним делать. Может быть повесим его утром.

Двое лучников куда-то потащили бандита, слабо пытавшегося сопротивляться. Один из поселенцев, тот, что предлагал принести верёвку, подошёл к Улейну.

- Ты что, собираешься его отпустить? Хочешь послушать его? Ты ведь это несерьёзно!

- Я ещё ничего не решил! – прозвучал резкий ответ. – Мне надо подумать, так что будь добр, не лезь ко мне с расспросами.

Поселенец, который выглядел молодо, нахмурился, но промолчал. Улейн, тем временем, снова обратил внимание на своих гостей.

- Ну что ж, приветствую вас в Эзгерза! – произнёс он весьма доброжелательно. – И как же так получилось, что вы оказались здесь в столь неподходящее для вас самих время?

- Мы пришли вместе с ней, - Сьёрд кивнул в сторону Истикоры, которая смущённо вышла вперёд. – И ещё разыскиваем здесь кое-кого.

- Добрый вечер, господин Шильт, - девушка выглядела явно напуганной. – Вы не представляете себе, как же рада вас видеть.

- Девочка, - лидер поселенцев широко улыбнулся и к неожиданности девушки сжал её в объятиях. – А как я рад тебя видеть! Честно говоря, когда этот старый обманщик заявился к нам без тебя был весьма удивлён. Но об этом потом. Так, кто это с тобой?

- С ней перевёртыш, - обратил внимание один из поселенцев с копьём в руках.

- Они помогли мне добраться сюда, - поспешно сообщила Истикора. – Я встретила их в Тробверте у нашего шерифа.

- Меня зовут Сьёррердаль, - представился алхимик, быстро оглядев собравшуюся толпу фермеров. – А это мой товарищ Дерерис. Мы здесь по личному делу, так сказать.

На Дерериса поселенцы смотрели с неприязнью, если не враждебно. Алхимик вдруг впервые почувствовал обиду за своего товарища, который уже не раз прикрывал ему спину в трудных ситуациях. Перевёртыш смотрел на людей сурово и, как будто, с усмешкой, нисколько не удивлённый их реакцией.

- Слышал я уже, что вы здесь по делу, - сказал им Улейн. – Перевёртыш так перевёртыш. Он сегодня с нами бандитов бил, так что пусть тоже гостем будет. И кого же вы двое ищете здесь у нас, а?

- Предполагаю, что того, кого вы назвали старым обманщиком, - ответил Сьёрд, которому такая оценка весьма понравилась.

Алхимик шёл быстро. Дерерис еле поспевал за ним, пока Улейн показывал дорогу. Когда староста поселения подтвердил, что человек по имени Джорононенди действительно остановился у них, Сьёрд больше не хотел терять ни секунды и потому попросил немедленно отвести его к пожилому алхимику. У него было так много слов и вопросов, но при этом он твёрдо знал с чего именно хочет начать разговор со своим бывшим коллегой. В какой-то момент они с Улейном даже вырвались вперёд, оставив немного позади Дерериса, Истикору и пару лучников. Они остановились перед один из домов, возле которого зачем-то дежурил крепкий мужчина с топором, раскуривающий трубку.

Джорононенди предстал перед ними именно в том виде, в котором Сьёрд рассчитывал его увидеть спустя столько времени с их последней встречи и именно в той самой обстановке. Невысокий и седовласый мужчина с утончённой работы очками. Опрятный и чистый, одетый в белую рубашку, чёрные перчатки, штаны и сапоги с отворотами. Его плащ и сумка висели на спинке кресла, а сам он сидел в местной библиотеке с книгой в руках. На столе перед ним стола чашка чая и лежал аккуратно порезанный хлеб.

Его реакция, когда он увидел Сьёррердаля оказалась именно такой, какой бывший алхимик и ожидал.

- Что ты здесь делаешь?! – закричал он, вскочив и попятившись. – Ты должен быть далеко отсюда! Нет! Нет!

Сьёрд и не думал замедлять шаг, а Улейн слишком поздно понял, что именно он хотел сделать. Не говоря ни слова, алхимик ударил своего бывшего учителя и коллегу так сильно, что тот рухнул на пол.

- Эй, вы что творите? – воскликнул староста.

Именно с этого Сьёрд и хотел начать их разговор. Он добавил бы ещё, но Улейн встал между ними с решительным видом. Алхимик сжал кулаки и со злостью смотрел на того, кто когда-то учил его варить зелья.

- Что бы ты в дырявый котёл провалился! – корчился на полу Джорононенди. – А! Ты мне нос сломал!

- Это тебе за всё, что было в Цантерии! – выпалил ему Сьёрд. – И знай, что я только начал!

- Да какое тебе дело до того, что было в Цантерии? – пожилой алхимик прикрывал лицо руками, но кровь, всё равно, уже упала на рубашку. – Что ты вообще здесь забыл?! Мерзавец!

- А ты головой подумай, что я мог здесь забыть! Или тебе, может быть, помочь?

- Так, легче я сказал! – пытался вмешаться Улейн.

- У меня есть к тебе вопросы, и ты ответишь мне на каждый из них! – Сьёрд в злости ткнул в его сторону рукой.

- Не дождёшься, - Джорононенди облокотился спиной на шкаф с книгами. – Да я разговаривать даже с тобой не буду. Предатель! Преступник! Да ты предал все наши идеалы и думаешь после этого я буду отвечать на твои вопросы? Да пошёл ты! Всё то время, которое я потратил на тебя оказалось потраченным впустую!

- Так, так, так, - в помещение медленно зашёл Дерерис и с осуждающим видом сел за один из столов. – Ну вы, алхимики, просто образец деликатного общения. Успокойтесь уже, мужики.

Все присутствующие посмотрели на него с удивлением, а потом Джорононенди вдруг произнёс:

- Дерерис? Это ты? Ты что, теперь с ним?

- Да, Джоро, - ответил ему перевёртыш так, словно они были старыми приятелями. – Я теперь с ним путешествую. Ты ведь свалил в туман и поминай как там тебя звали.

- Что? – Сьёрд поражённый смотрел то на одного из них, то на другого. – Вы что оба, знакомы?

- Да, Сьёрд, - теперь уже ему ответил Дерерис. – Ну что-то вроде того. Я какое-то время водил этого товарища по Забытому Краю.

- Так, вы похоже сами не понимаете, что у вас здесь за перебранка, - воспользовался образовавшейся паузой Улейн и оглядел всех присутствующих. – Знаете, вы мне все, конечно, нравитесь, но давайтека снизим градус и разберёмся спокойно. И больше никакого размахивания руками!

Сьёрд тяжело вздохнул. Наверное, он действительно немного вышел из себя, но у него было слишком много слов к Джорононенди и все они так удачно сложились в один хороший удар. Так удачно, что уж очень хотелось повторить.

- У меня есть вопросы, - начал Сьёрд уже спокойнее, чем в первый раз. – Относительно Моткето и всех остальных. Я знаю, что тебе многое известно поэтому даже не пытайся говорить, что ничего не знаешь.

- С чего ты вообще решил, что я захочу с тобой разговаривать? – поинтересовался Джорононенди, тоже стараясь говорить сдержаннее.

- С того, что я не просто так ищу наших с тобой общих коллег и знакомых в Забытом Крае, - пояснил ему Сьёрд. – Понимаешь? У меня к вам ко всем есть свои вопросы! И для всех найдутся методы убеждения.

- И для чего это? – спросил его вместо ответа Джорононенди. – Позволь угадаю, раз уж мы с тобой снова встретились. Ты хочешь призвать их всех к ответу, да? Ты? А на каком таком основании, скажи мне?

- Основания мне не интересны, - отмахнулся Сьёрд. – Оставь в сторону свои пустые формальности! Я хорошо знаю, что именно случилось в Цантерии и отлично помню, что вы мне обещали.

- Вот именно из-за этого мы с тобой и расстались, Сьёрд. Ты видишь просто пустые формальности, а я говорю о серьёзных традициях. И основания твоих поисков особенно важны, чтобы ты там себе не думал!

- Даже сейчас? Когда от алхимического круга Моткето ничего не осталось?

- Особенно сейчас! – подчеркнул Джорононенди. – Так что знаешь, мой бывший и теперь опозоренный друг, ты нарушил правила алхимического круга и те обещания, которые давал нам! Поэтому тебя не существует. Ни для меня, ни для всех остальных. И именно поэтому я не буду с тобой разговаривать и не отвечу ни на один из твоих паршивых вопросов. Мне жаль, Сьёрд, но ты прибыл сюда зря.

- Джоро, - алхимик ожидал всего этого, но при этом всё-таки рассчитывал на понимание и рассудительность своего коллеги. – Моткето и другие совершили зло, ужасное. И могут совершить его снова, если продолжат работу, которую начали в Цантерии. Их нужно остановить.

- Быть может и так, - Джорононенди вытер лицо платком. – Вот только Моткето до сих пор остаётся алхимиком и уважаемым учёным, а ты лишён всех своих достоинств и заслуг. Так что с тобой я дел вести не буду.

- Я предлагаю тебе шанс исправить собственные ошибки. Ответить за преступления, в которых ты принимал участие.

- Ты не можешь называть это преступлениями и не тебе за них судить!

- Да ты просто издеваешься! – воскликнул Сьёрд и схватился за меч, но Улейн и Дерерис встали у него на пути.

Алхимику пришлось отступить. Джорононенди поднял упавшую на пол книгу и отряхнул её, бросив недовольный взгляд на неприятного ему гостя. В этом взгляде удивительно сочетались гнев, презрение и разочарование.

- А ты никогда не задумывался, - снова заговорил Сьёрд. – Что те дела, что совершил я, не идут ни в какое сравнение с теми, что сделал Моткето? С тем злом, которое он принёс?

- А вот это уже тебя не касается, - заметил Джорононенди в ответ.

Пожилой алхимик только сейчас заметил Истикору до этого момента молчаливо наблюдавшую за всем их разговором. Его лицо мгновенно изменилось так, словно он был в чём-то виноват. И эта перемена поразила Сьёрда ничуть не меньше, чем знакомство пожилого алхимика с Дерерисом.

- Дорогая моя, - произнёс он как-то неуверенно. – Я так рад тебя видеть! Может быть у тебя есть какие-нибудь вопросы, но я смогу…

Вопросов не последовало. Девушка подошла к нему и неожиданно для всех влепила пожилому алхимику пощёчину. А потом заплакала.

Акт третий

Акт третий.

Силуэты монстров можно было увидеть в темноте. Их были десятки, они бегали вокруг поселения и время от времени завывали небольшими группами. Судя по всему, убегать они никуда не собирались, а съеденной шайки бандитов им показалось мало. Поэтому теперь они целились на поселение и его жителей.

Однако сделать они, как получалось, ничего не могли. Эзгерза была полностью окружена стеной, а тяжёлые ворота просто так не выломаешь. Иногда иные из тварей пытались словно перебраться через стену с разбегу, но она была для них слишком высока. Упав на землю, монстры торопились скрыться в тени, откуда продолжали злобно завывать.

Наблюдая за поселенцами, Сьёрд пришёл к выводу, что Улейн был, наверное, прав на их счёт, когда говорил, что они справятся с подобным нападением. Местные жители расставили на стене часовых и организовали патрулирование. Они поджигали стрелы и отгоняли ими монстров от стен и ворот. Когда очередное чудовище пыталось забраться наверх его энтузиазм старались умерить копьями или новыми стрелами. По распоряжению старосты местные запустили особые тротвиновые фонари, которые давали луч света, словно солнечный лучик через лупу. Выглядели эти штуки так, словно их разобрали, собрали, отремонтировали и так ещё два раза, но зато хотя бы работали. Их лучи не плохо обжигали шкуру монстров.

Казалось, что всего этого было достаточно и прорыва чудовищ в поселение можно не опасаться. По крайней мере, сами поселенцы были в этом уверенны. Сьёрд от души понадеялся на то, что их уверенность обоснована.

Окружавшая Эзгерза стена была возведена из чёрного кирпича и была такой толстой, что по ней могла спокойно проехать телега. На вершине стены была оборудована галерея из досок и брёвен, по которой и ходили часовые. В нескольких местах поселенцы возвели крыши, тем самым образовав небольшие башни, в которых дежурили лучники.

Схема, по которой были построены укрепления Эзгерза, также использовалась при строительстве множества других поселений на полуострове. Их возводили в тот период, когда люди вернулись в Забытый Край и основали здесь королевство Хистерия в попытке восстановить это место. Тогда маяк цивилизации вновь осветил полуостров, на котором в ответ загорелось множество огней. Но это было до того, как Хистерия пала, а следом за ней, рухнула и цивилизация в Забытом Крае. Да того, как большинство этих огней потухли. После всего этого такие поселения как Эзгерза стали убежищем для многих отчаявшихся, благодаря своим уникально крепким стенам.

Оказавшись внутри, Сьёрд получил возможность как следует осмотреться и увидеть, что именно представляла из себя Эзгерза. И это поселение действительно разительно отличалось от всего того, что Сьёрд видел в Забытом Крае до этого дня.

- Поверь мне, - повторял ему Улейн, с которым они разговаривали на стене. – У нас здесь жизнь не такая, как в других сёлах или деревнях, где стоят покосившиеся дома, где каждый сам по себе. У нас хорошее место, которое мы смогли восстановить, приложив массу усилий. И потому нам теперь многие вокруг завидуют.

В этом с ним нельзя было спорить. Все дома в Эзгерза располагались в строгом порядке в несколько линий, каждый имел по два этажа, собственному балкону и крыльцу. Все они имели большие окна и металлические трубы от тротвиновых печей. И все они состояли из чёрного кирпича, который позволил им сохраниться даже спустя сотни и сотни лет. Конечно, по ним было видно, что их не раз ремонтировали. Трубы, двери и ставни в окнах меняли и, возможно, даже не один раз. Дыры в крышах старательно заделывали досками и кусками нержавеющего металла, который некоторые энтузиасты находили в заброшенных поселениях. Однако даже при всём этом жилые дома Эзгерза смотрелись куда привлекательнее и надёжнее, чем в Пленет или Азголь. В них горел свет и теплилась жизнь, которой было знакомо такое слово как безопасность.

На крышах иных домов можно было увидеть надстройки, к которым вели лестницы. Во внутреннем дворе стоял необычайно старый памятник никому здесь неизвестному человеку верхом на коне. Надпись на его пьедестале была выполнена на старом языке, который местные не могли прочитать. Присмотревшись, алхимик узнал в нём язык первых поселенцев, использовавшийся ими ещё задолго до сайноры. Но главным достоянием Эзгерза являлась, конечно, его теплица. Сьёрд читал о таких поселениях и даже не раз их посещал в Цантерии. Это были крупные фермы, поставлявшие провиант в индустриальные города. Поговаривали даже о том, что раньше на них трудились специальные паровые механизмы, а рабочим отдавалась самая лёгкая часть дела. Иногда некоторые из таких механизмов удавалось запустить снова.

Теплица представляла собой большое сооружение высотой в четыре этажа. Именно в нём и заключалось главное сокровище Эзгреза – его большая и ухоженная ферма. Именно здесь поселенцы выращивали свой урожай, часть которого потом продавали в Тробверте или других окрестных поселениях.

Конечно, теплицу также пришлось восстанавливать и это было видно с первого взгляда. Но местные жители явно хорошо постарались. Где-то они заменили стёкла, где-то заделали дыры досками и кирпичами. В отсветах расположенных внутри фонарей Сьёрд видел, сколько всего росло за этими стенами и лишний раз понимал почему поселенцы, под предводительством Улейна Шильта, так старательно защищают это место.

- Нам многие завидуют, - продолжал рассказывать Улейн, закуривая трубку. – Иногда мы принимаем к себе некоторых чужаков, но не все приходят к нам с добрыми намерениями.

- У вас здесь хорошая и урожайная ферма, - заметил Сьёрд, наблюдая за силуэтами в темноте. – Такое многие захотят прибрать к рукам.

- Как эти бандиты, что заявились к нам. Признаю, напасть они так и не напали толком, но вели себя куда более нагло, чем другие.

- «Славные разбойнички» они сказали? Мне кажется я слышал нечто подобное в Влерте.

- Удивлён, что в Влерте хоть что-то знают о том, что творится за пределами их города, - усмехнулся Улейн. – По мне так они давно забыли обо всех, вот мы и защищаемся сами как можем.

- И похоже вполне не плохо с этим справляетесь.

- Мы да, - подтвердил староста. – А другие? Я знаю ещё несколько таких же поселений как наше, жители которых нашли старые, но уцелевшие постройки и смогли обустроить их под себя. Их дела тоже складываются не плохо. Но что о тех, кому повезло меньше? Кто не может наладить такую оборону и также выращивать урожай?

- Серьёзные разговоры ты ведёшь, - заметил ему Сьёрд. – Не для таких маленьких людей как мы с тобой. Так что на счёт этих разбойников? Кто они такие?

- Какая-то очередная шайка, пришли к нам и требовали дань, ничего необычного.

- Мы уже встречались с ними однажды. Вернее, не со всеми, а только с одним. Там был юноша, в этой банде, - рассказал Сьёрд. – Мы встретили его с дружками далеко отсюда. Там они портили колодцы, чтобы вынудить окрестных жителей покупать у них воду.

- Паршивые псы, - тут же отреагировал Улейн. – Я слышал от своих друзей из ближайших поселений, что в округе появились какие-то типы, более настойчивые чем остальные. И что у них некий главарь, который никому не прощает ошибок.

- Вот и в Влерте поговаривали о каком-то парне, сколотившем вокруг себя опасную банду. И что он любому готов бросить вызов.

Вообще-то Сьёрду нравился местный староста. Уж точно куда больше того деревенского головы, которого он видел в Азголь. После эмоциональной и не слишком приличной перебранки в местной библиотеке Сьёрд решил снова выйти на стену и как следует успокоиться. Он искренне не любил терять над собой контроль, к этому его приучили ещё в детстве. Поэтому отправился подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок. Холодный ветер, завывания монстров в темноте и крики лучников друг другу. Разве можно найти более расслабляющую обстановку?

Улейн вышел к нему на стену с довольной ухмылкой на лице и заинтересованным видом. К удивлению Сьёрда он нисколько не расстроился из-за сломанного носа у Джорононенди.

- А отчего же я должен плохо спать, если этот старый обманщик, наконец-то, получил то, что, возможно, давно уже заслужил? – поинтересовался Улейн с непринуждённым выражением на лице. – Я бы и сам может давно это сделал, да жаль только всё-таки старика. И потом у нас с ним много всего было общего.

- У нас тоже, - сказал алхимик и немного погодя поинтересовался. – Почему же тогда помешали мне потом?

- Ну не могу же я при этом позволить тебе здесь размахивать руками! – как-то весело возмутился Улейн. – Дал ему один раз и на этом хватит. Я серьёзно! Что бы там между вами не произошло, больше никакого рукоприкладства на моей территории. В конце концов, прояви уважение к возрасту человека.

С этим Сьёрд вполне мог спорить. Джорононенди он уважал всегда, даже когда не сходился с ним во мнениях или когда он казался ему подлецом. Но сейчас ситуация во многом изменилась.

Монстры, окружившие поселение, похоже всё-таки поняли, что перебраться через стену у них не получится, а потому больше не предпринимали пустых попыток. Однако их завывания подтверждали то, что они по-прежнему оставались поблизости и никуда пока что не собирались уходить.

- Опасные твари, - подтвердил Улейн мнение Сьёрда. – Они уже не в первый раз к нам заявляются. Там за стеной и в темноте мало кто против них выстоит. И пожаловавшие к нам днём разбойники это только доказали.

Ночные крысоловы. Большие и крупные ночные хищники с чёрно-зелёной шерстью, предпочитавшие спать днём и чуявшие кровь будто коралловые акулы в воде. Это были стайные и весьма умные животные. Сьёрд несколько раз сталкивался с ними в Цантерии и даже принимал участие в охоте, организованной на этих чудовищ дворянством. До сих пор помнил с каким довольным лицом один знакомый ему герцог вёз отрубленную голову такой твари в свою усадьбу. Даже не стал при этом считать скольких собак её дружки загрызли во время той охоты.

- Я как-то раз порубил одного такого, - вставил алхимик. – Его голову кое-кто потом забрал себе в качестве трофея.

- У нас здесь этих трофеев навалом, даже пару раз их мясо пробовали готовить, но оно жестковатое получается.

- Это зависит только от того, как именно его приготовить.

Улейн снова посмотрел на него с интересом.

- Мы уже много раз отбивали такие нападения, - пояснил он. – Так что здесь их можно не опасаться. Отбивались от них раньше, значит отбросим их и сейчас.

- И давно вы обосновались в этом месте? – поинтересовался Сьёрд.

- Поселение здесь основал ещё мой прадед, - задумчиво ответил староста. – Когда он привёл сюда людей здесь жили разве что дикие звери. Но годы плодотворной работы смогли создать здесь островок цивилизации.

- Местные жители тебе доверяют, - заметил алхимик. – Такое тоже не всегда встретишь.

- А кому же они, по-твоему, должны доверять? – удивился Улейн. – Я столько здесь работал, столько проблем улаживал. Ездил в Тробверт и каждый раз договаривался с тамошними паршивыми торговцами. Так что я всё делал и делаю для этого поселения.

В этом случае алхимик не видел смысла с ним спорить. Судя по тому, как поселенцы общались с Улейном и докладывали ему о новостях староста действительно был здесь авторитетом. И это также вызывало уважение. Вообще Улейн всё больше казался Сьёрду интересным собеседником, много всего знавшим о жизни в Забытом Крае, а не закрывавшемся в одном только своём поселении. И, тем не менее, сколько бы они всего не обсуждали, тема их разговора, всё равно, вновь затронула алхимика Джорононенди. Уж слишком сильно он их обоих интересовал.

- Ладно, давай уж решим вопрос с этим стариком, - первым начал Улейн. – Как мы с тобой уже договорились, калечить ты его больше не будешь.

- Не буду. Договорились.

- И как я понимаю, у тебя к нему есть какое-то личное дело, так ведь? Ты хочешь, чтобы он ушёл вместе с тобой отсюда?

- Возможно, этого я пока ещё не решил. Но у меня есть к нему вопросы, и он ответит мне на них вне зависимости от того, что он там себе думает.

- Дело в том, что у меня к нему тоже есть кое-какие вопросы, - пояснил Улейн. – Видишь ли, Джорононенди здесь не просто гостит. Он, можно сказать, мой пленник. И я не намерен его никуда отпускать.

- Пленник, который отдыхает в библиотеке? – удивился Сьёрд.

- Ну, он ведь не какой-нибудь бандит и в прошлом много раз нам помогал. Поэтому он всё-таки заслуживает особенного отношения.

- И как же так получилось, что человек, который много раз вам помогал теперь оказался вашим пленником, отдыхающим в библиотеке?

- Ну, он пришёл к нам один без Истикоры, - подумав начал Улейн. – Это сразу меня удивило. Сказал, что временно покидает Тробверт, что у него есть срочные и неотложные дела в какой-то там части Забытого Края. И теперь он торопится их выполнить, хотя больше было похоже будто он от кого-то бежит. Скрывается.

- И что же дальше?

- Меня, конечно, беспокоили все его рассказы, и я пытался понять, что там у него в Тробверте случилось, но он так расплывчато всё объяснял. А потом начал требовать продуктов в путь, говорил, что вернётся уже не скоро.

- И тебя это обидело? Истикора говорила, что раньше вы ему помогали.

- Я и не был против помочь. Даже в этот раз. Но он начал требовать, утверждать, что мы все ему здесь должны и обязаны. И тогда я решил напомнить ему, чем он нам обязан и что должен.

- Так, понятно, - заключил Сьёрд. – И что же именно ты от него хочешь?

- Он обещал нам помощь, при чём уже очень давно. Обещал приготовить кое-какие зелья и лекарства, осмотреть ферму, как следует. Я несколько раз напоминал ему об этом, но он снова и снова делал вид, что забыл. Поэтому если Джорононенди хочет отправиться куда-то в далёкий поход, то пусть сначала выполнит все свои обещания. А потом может быть свободен.

- Удерживать людей против их воли это как-то не этично, - заметил Сьёрд. – Не задумывались над этим?

- Задумывались, - признался староста. – А систематически обманывать и вводить в заблуждение людей – это этично? Мы столько кормили Джоро и собирали для него самые разные ингредиенты. Между прочим, потратили на это множество времени и сил. А в ответ на это он решил нас всех бросить? Ну уж нет!

- Может быть, он боялся кого-то и потому торопился? – предположил алхимик.

- Может быть, - Улейн пожал плечами. – А кто тогда его у нас здесь найдёт? И не врёт ли он снова? Откуда мы можем это знать? В любом случае он не сильно сопротивлялся идее задержаться здесь, так что не переживай.

- О, я ни в коем случае не переживаю, - заверил его Сьёрд. – Напротив, я нисколько не удивлён. Так после того, как Джорононенди закончит со своими долгами по отношению к вам, мы можем его забрать? Это важно.

- Значит ты уже решил, что всё-таки заберёшь его с собой?

- А если и так?

- Посмотрим, что можно сделать, - усмехнувшись ответил Улейн. – Но я пока ничего не обещаю.

По лестнице к ним на стену поднялся Дерерис. Выглядел он при этом уставшим и каким-то замученным.

- Так, нам с тобой нужно поговорить, - сказал он, обращаясь к Сьёрду. – Это на счёт твоего Джорононенди.

- Хорошо, - алхимика не было необходимости уговаривать. – Ты уже разговаривал с Истикорой?

- Да, мы немного побеседовали, если это можно так назвать, - туманно ответил Дерерис. – Твой дорогой друг бросил её в Тробверте, вероятно оценив как балласт. Пойдём! Сейчас сам всё услышишь.

- Он меня обманул! Понимаете? Просто обманул!

Истикора уже не ревела как в прошлый раз, но ещё всхлипывала и выглядела совсем расстроенной. Сьёрду было искренне её жаль, поскольку он понимал поведение Джорононенди в данной ситуации. Он уже наблюдал за ним подобное раньше.

- Я столько всего для него сделала! – причитала она уже больше рассерженная. – На мне одной была буквально вся клиника! Я так старалась, чтобы его ничто не отвлекало от работы!

К сожалению, Истикора была не первой девушкой, помогавшей Джорононенди, которую он не собирался учить алхимии и воспринимал просто как нужного работника, а не как ученика, способного однажды стать равным ему. Она была не единственной, кого он называл своей помощницей и обещал всему научить. Именно это Сьёрду и не нравилось в его бывшем коллеге. Человек, считавший себя гением, не должен думать, будто чувства других людей мелочны и не имеют значения.

Своих спутников Сьёрд нашёл в местной библиотеке, той самой в которой он встретил Джоро и ударил его. Они сидели за широким столом с книгами и свечами.

- А он обещал, что обучит меня всему, что знает и я ему верила, - Истикора всхлипнула ещё раз и шумно высморкалась в платок. – Научит всему, оставит на меня клинику. А сам и не думал ничего подобного делать. Просто взял и сбежал!

- Сбежал, значит? – Сьёрд присел за стол, за которым уже устроились девушка и перевёртыш.

- Ну, вроде того, - ответил вместо Истикоры Дерерис. – Он буквально сбежал из Тробверта перед самым нашим появлением, а её оставил. Вот девушка и искала себе попутчиков.

- Простите, что не сказала вам сразу, - извинилась Истикора. – Но я не знала как именно вы отреагируете.

- Ничего страшного, - ответил ей Сьёрд. – Мы тоже не были с вами до конца откровенны. Зато если бы все признались о своих намерениях с самого начала, то могли бы обсуждать Джорононенди совсем в другом ракурсе.

- О, сколько поводов для добрых шуток было утеряно, - саркастично заметил перевёртыш.

Сьёрд посмотрел на своего товарища, который после случившейся перепалки долго о чём-то беседовал с Джорононенди. Он по-прежнему доверял своему проводнику, но у него имелось к нему достаточно много вопросов.

- Значит, вы с ним всё-таки знакомы? – ещё раз спросил алхимик. – Почему тогда молчал?

- Мы с ним работали вместе какое-то время, - совершенно спокойно пояснил Дерерис. – Путешествовали по Забытому Краю, посещали разные места, в том числе те, от которых лучше держаться подальше. Почему я тебе ни о чём не сказал? Подумал, что не стоит торопить события.

- Отлично, - Сьёрд нисколько не улыбнулся. – Поясни мне, а Джоро как-то контактировал с Грихдером? В том смысле, что, когда вы с ним сотрудничали, он был вроде агентом Сообщества Перерождения? Ну, как я сейчас?

- Не совсем как ты, я бы сказал. У вас с ним разные условия и обстоятельства сотрудничества. Но отвечая на твой вопрос – да, Грихдер и Джорононенди несколько раз встречались в Влерте.

- И мне никто не посчитал нужным это сказать? – а вот теперь Сьёрд действительно начинал сердиться. – Решили, что эта информация не окажется для меня важной? И чьи же ещё имена теперь всплывут? Кто ещё из моих старых знакомых работал с Домом Второго Дыхания?

- Моткето, - не стал ходить вокруг да около Дерерис. – Они с Грихдером тоже были знакомы. Собственно, а чему ты так удивляешься, если алхимик Юдель, на поиски которого мы с тобой отправились в Пленет, тоже был одним из агентов Грихдера?

- Просто я ничего не понимаю. Что вообще происходит? Почему Грихдер помогает мне искать моих бывших коллег, которые в то же время являются его союзниками? Какую игру он ведёт? А? Объясни мне всё.

- Потом, - помотал головой Дерерис, заметив приближающегося к ним Джорононенди. – Потом я тебе всё объясню, что могу. А сейчас нам нужно уладить другие вопросы.

Джорононенди подошёл к ним осторожно, но с весьма самодостаточным видом. На Сьёрда он смотрел одновременно и с опаской, и с недовольством. Он словно всеми силами хотел показать, что своим присутствием он оказывает им одолжение.

- Ну что ж, - Джорононенди присел к ним за стол и сложил ладони вместе. – Давайте с вами поговорим.

- Неужели ты вдруг решил передумать? – удивился Сьёрд нахмурившись.

- Нет, просто наш с тобой общий знакомый убедил меня в том, что нам нужен разумный диалог.

- Это он обо мне, - пояснил Дерерис с ухмылкой на лице. – Успокойтесь, вы оба. И я уверен, что вам удастся о чём-нибудь договориться. Вы же вроде умные алхимики, которые на полступеньки стоят выше всех окружающих!

- Надеюсь, что я не трачу с вами время зря, - вздохнул Джоро и взглянул на Истикору. – Дорогая моя, я думаю нам с тобой тоже нужно поговорить, но я не хотел бы выносить это перед свидетелями, так что…

- Так что я подожду, а ты, как всегда, будешь решать свои собственные дела, - резко ответила ему девушка, поднявшись со своего места. – Ну что ж, давай Джоро.

Она вытерла щёку рукавом и вышла из библиотеки. Дерерис проводил её грустным взглядом, в то время как Сьёррердаль смотрел только на Джорононенди.

- Давайте в таком случае начну я, - предложил всем Сьёрд и не дожидаясь ответов продолжил. – Я не просто так сюда прибыл и не просто так разыскивал тебя, Джоро. Уверен, что ты и сам это понимаешь.

- А как же иначе? – хмыкнул тот в ответ. – Ты вернулся в Цантерию, последовал за нами в Забытый Край. Теперь ещё и меня здесь нашёл. Разумеется, я понимаю, что всё это не ради научного диспута.

- И правильно понимаешь, - не стал с ним спорить Сьёрд. - Мне нужна информация о Моткето и ты мне её дашь.

- Всего лишь информация? – Джорононенди как-то странно на него посмотрел. – Но вовсе не моя жизнь?

Алхимик ответил не сразу. Он отправлялся в Забытый Край с недобрыми намерениями и уже успел лишить жизни нескольких бывших коллег. Но Джоро… К нему у Сьёрда было весьма противоречивое отношение. Однако его жизнь была ему не нужна.

- Нет, я вовсе не собираюсь тебя убивать, - сказал наконец красноглазый алхимик.

- И отчего же? Я думал, что ты будешь коллекционировать наши головы, расставляя их у себя на полке, где-нибудь… Где-нибудь, где ты живёшь.

Сьёрда всегда это раздражало. То, как отчаянно Джорононенди любил всё драматизировать.

- К твоему сведению я не отношусь к тем, кто хранит у себя головы в банках, - напомнил он ему, отчего тот тут же смутился. – Поэтому предлагаю перейти к делу. Моткето. Где он сейчас скрывается? И чем занят?

- С чего ты взял, что мне вообще что-нибудь известно? – поинтересовался пожилой алхимик. – По-твоему мы с ним каждый день встречаемся в каком-нибудь особом трактире?

- Давай откровенно, - предложил он ему. – В Цантерии всё сложилось не самым лучшим образом и весь алхимический круг там погрузился на самое глубокое дно.

- Что за выражения, - поморщился Джорононенди, а потом вздохнул. – Да, в Цантерии всё пошло крахом и обстоятельства сложились против нас.

- Или вы сложили их против себя.

- Я не собираюсь с тобой об этом дискутировать!

- Отлично, потому что и я тоже. И ты, и Моткето покинули Цантерию и укрылись здесь в поисках убежища от всех своих врагов. И я ни за что не поверю, что вы тут же расстались и ничего более друг о друге не знаете. Если бы ты хотел этого, то не бежал бы из страны вместе с ним!

- Не стоит вилять, Джоро, - посоветовал ему Дерерис. – Уж мне то известно, что вы с Моткето и вашими учениками держались здесь одной группой. По крайней мере до тех пор, пока ты не остановился в Тробверте.

- Значит, я не далёк от истины, - Сьёрд сложил руки на груди. – Джоро, я прекрасно знаю, ты осуждал то, что Моткето устроил в Цантерии. Но я также прекрасно знаю, что ты, как и всегда, последовал за ним закрыв глаза на все его дела. И помогает тебе в этом критическое отношение к поступкам других людей. Твоя самая любимая привычка.

- У каждого из нас свои привычки и свои причины для поступков, - с грустью произнёс пожилой алхимик. – Конечно же, я осуждал то, что там произошло. Но мы прибыли сюда, когда обстановка в Цантерии накалилась и там у нас больше не осталось союзников. Видишь ли, выбирать было особенно не из чего. И что же именно ты хочешь от меня узнать, Сьёрд?

- Всё, что тебе известно, - ответил ему бывший алхимик. – Где именно Моткето и остальные укрылись в Забытом Крае? Сколько ещё с вами учеников? Что именно вы здесь делаете?

- Мне казалось понятным, что мы скрываемся от преследователей.

- Это если крайне обобщить ваши цели. А мне бы хотелось услышать некую конкретику.

- Конкретику? – в глазах Джоро промелькнуло возмущение. – Ты хочешь услышать подробности? И о чём же мне тебе рассказать? Может быть о том, что ты не единственный, кто нас здесь преследовал? Десяток наёмных убийц пытался найти нас в районе Покинутого Порта. Ещё двое сомнительных личностей, скорее всего даже нелюдей, рыскали на Таратурском острове. Что мы здесь делаем, Сьёрд? Пытаемся выжить!

- Я не поверю, что Моткето выбрал эти места только ради убежища. Здесь действительно не сложно спрятаться, но его сюда привело нечто большее, ведь я прав? Вижу по твоему лицу, что прав. Мне надо знать, что он здесь делает, чем занимается. Такой человек как он не станет сидеть сложа руки, и мы оба с тобой это знаем.

- Знаем, - подтвердил Джорононенди. – Так что зачем спрашивать? Моткето продолжает свою работу. Делает своё дело.

- Какое дело? Чего он добивается?

- Он хочет вернуть нас назад. В Цантерию.

Сьёрд почувствовал, как его начинает охватывать возмущение. После всего того, что случилось в Цантерии, после всей пролившейся там крови Моткето не просто скрылся, а теперь занимается каким-то новым проектом и ещё рассчитывает вернуться на материк. Некоторые люди действительно не имели никакой совести, что позволяло им идти дальше нисколько не оглядываясь назад. И даже не признавая свои ошибки.

Джорононенди внимательно присмотрелся к бывшему алхимику и явно не торопился делиться имеющейся у него информацией.

- А ты много всего хочешь знать, - наконец сказал ему Джоро. – Как и всегда. Нет чтобы просто делать своё дело, ты постоянно лез во все мелочи и детали. Неужели ты теперь хочешь сорвать новую научную работу Моткето просто ради того, чтобы отомстить ему за какие-то смутные оскорбления в свой адрес?

- Ну, прости, что я никогда не был для вас пустым исполнителем, но так я работать не привык. Что же касается оскорблений в мой адрес, то они вовсе не смутные. Они весьма личные и я думаю, что ты должен это понимать.

- Не совсем так, как ты себе это представляешь, - опустив взгляд ответил Джорононенди, а потом огляделся по сторонам. – Скажи мне, Сьёрд. Для чего ты заявился? Судить нас? А давно ты стал законником? Может быть тебя где-то назначили судьёй, а?

- Судить вас дело не моё. Все приговоры вам уже вынесены. У меня кстати их копии с собой есть, может заинтересует?

- Приговоры… Будешь тыкать мне бумагами? Что ты вообще знаешь о случившемся?

- Я знаю, что вы забыли о последних границах и о том, чем на самом деле должны заниматься.

- Ты про слухи об убийствах заражённых? – что-то прозвучало в голосе пожилого алхимика, что-то нехорошее. – Но они сильно преувеличены. В них слишком много от наших злопыхателей. Ну а то, что всё-таки было – то было необходимо. Лишь вынужденная мера и ничего более.

- Джоро, мне кажется наша беседа начинает брать неверный курс, - мрачно заметил Дерерис.

- Нет я ему скажу, раз уж он проделал такой путь, чтобы найти меня и остальных. Мы там, в Цантерии, пытались остановить эпидемию! Боролись с чумой! И знаешь, у нас совсем не было возможности делать это с чистыми руками. Нам приходилось делать то, что требовалось, поскольку на карту поставлено было слишком многое. А что касается тебя, то тебя там не было, чтобы судить о принятых решениях!

- Скажи это трупам, - произнёс ему в ответ Сьёрд. – Телам, которые вытаскивали из-под обломков сгоревшей клиники. Или тем, кого захоронили на Брареварском кладбище, после вашего «лечения». Я был там. Увидел и услышал достаточно, чтобы принять своё решение.

Этого хватило, чтобы остудить пыл пожилого алхимика. Он снова сник и сконцентрировал взгляд на своих руках.

- Мёртвым уже не помочь, - тихо сказал он. – Им уже всё равно. Но мы можем помочь живым, пока ещё есть силы.

- Вы? Отсюда? Как?

- Моткето продолжает работать над лекарством. Даже после нашего бегства не проходит ни дня, чтобы он не ломал голову, как излечить Цантерийскую чуму. Здесь вдали от своих преследователей он может закончить работу.

- И вы думаете, что после этого вас сразу примут обратно? – удивился Дерерис. – И простят все преступления?

- Героям всё прощают, ведь так? А тот, кто сможет спасти королевство от страшной чумы уж точно будет героем.

- Я не верю тебе, - твёрдо сказал Сьёрд. – Я не верю, что Моткето занимается здесь лекарством.

- Да верь ты во что хочешь. Мне-то какое дело? Вот только с поисками Моткето я тебе не помогу. И не только потому что не хочу, но и потому что не знаю, где он сейчас.

- Отчего же так?

- Мы разделились. Я решил на некоторое время укрыться в Тробверте, открыл там небольшую клинику.

- А как тебе вообще пришла в голову эта идея? – поинтересовался Дерерис.

- Один пожилой учёный привлекает меньше внимания чем двое, - ответил ему Джоро. – Но Моткето не сказал мне, куда направится сам. Из соображений безопасности. Он сказал, что сам потом найдёт меня.

- Найдёт? То есть он знает, куда ты отправился, - Сьёрд усмехнулся. – Какие у вас интересные соображения безопасности. Значит ты его выдать не сможешь, а вот он тебя запросто.

- Он меня не выдаст, он никого из нас не выдаст. Хотя ты, всё равно, с этим не согласишься.

И Сьёрд не был с этим согласен. Он не понимал только одного – почему люди готовы так верить этому человеку?

- Даже если ты не знаешь, где Моткето сейчас, ты всё-таки знаешь, где вы с ним были раньше, - напомнил Сьёрд. – А мне и эта информация может пригодиться.

Джорононенди надолго замолчал, тяжело дыша и сосредоточенно рассматривая собственные руки. Алхимик почти слышал, как со скрежетом крутились его мысли, как скрипели шестерёнки в его голове. Он ждал пока этот человек примет решение. Сьёрд был уверен в том, что Джоро известно всё, что ему нужно. Вопрос только в том, какой именно информацией он всё-таки решится поделиться.

- Хорошо, - сказал пожилой алхимик после того, как его внутренние шестерёнки остановились. – Возможно, я мог бы поделиться с тобой кое-какими сведениями о том, где мы с Моткето останавливались.

- Всего лишь «возможно»?

- Для начала мне нужна помощь. Дело в том, что у меня здесь есть одна проблемка. И мне бы не помешали товарищи, которые могли бы её решить.

- Мы в курсе твоей проблемы, - вставил своё слово Дерерис. – С нами ею уже поделились.

- Меня держат здесь словно какого-то преступника. Я здесь пленник! Мне нельзя покидать поселение и даже приближаться к воротам. А Улейн каждый день интересуется тем, как продвигается моя работа.

- И чего же ты от нас хочешь?

- Не трать моё время впустую! – возмутился Джорононенди. – Мне нужна ваша помощь. Помогите мне выбраться отсюда и убраться подальше. Вот чего я от вас хочу!

- Помочь тебя выбраться из поселения, значит? – Сьёрд уже задумался о том, как это можно было бы сделать. – А почему бы тебе не задержаться здесь и не сделать то, что от тебя хочет Улейн? Он говорил о том, что ты обещал изготовить для него какие-то лекарства.

- У меня нет времени заниматься всем этим. Его интересуют целебные зелья, которые должны настаиваться по пять дней. По-твоему, я должен так долго ждать?

Сьёрду хотелось ответить, что должен. Джорононенди снова его ничем не удивлял – сначала выдал множество обещаний, а потом посчитал нецелесообразным их выполнять. И ведь при этом пожилой алхимик искренне считал, что поступает правильно.

Сьёрд хотел ему отказать и заставить там самым вернуть долги поселенцам. Однако ему действительно была нужна информация, которой обладал этот человек, а это означало, что всё-таки было нужно ему помочь. Вот только Сьёрду не хотелось обманывать Улейна ради этого старика. Быть может он смог бы как-то договориться с местным старостой?

- Я подумаю над твоим предложением, - сказал ему алхимик. – Но ничего пока не обещаю.

- Подумаешь? – Джорононенди искренне удивился подобному ответу. – Я думал тебя действительно интересует то, что я могу знать! А ты говоришь, что подумаешь?

Дерерис тоже посмотрел на него с удивлением, но промолчал. Сьёрд размышлял над своими словами не долго.

- Я подумаю, Джоро, - повторил он в итоге, кое-что для себя уже решив. – Поговорим с тобой днём, а не то уже слишком поздно, а мы как никак с дороги.

- Ну, хорошо, - Джорононенди посмотрел на него подозрительно. – Поговорим об этом завтра. Но смотри, я могу и отменить своё предложение.

- Не отменишь. Тебе ведь нужно как-то выбраться отсюда? Я прав?

- Может быть сейчас ты и прав, - с явной неохотой произнёс Джорононенди. – И, если ты мне поможешь выбраться из этого не простого положения я расскажу тебе кое-что. Но я не одобряю всего того, что ты собираешься устроить.

- Ты ведь знаешь, что я совсем не удивлён?

- Ты нарушил правила нашего алхимического круга, - прозвучало напоминание. – И больше ты не один из нас. А потому ты не имеешь права судить Моткето и преследовать его ради какого-то призрачного возмездия. Ни его, ни остальных. Всё, что случилось в Цантерии это дела алхимиков, а ты больше не алхимик. Понимаешь о чём я?

- Я понимаю, Джоро, - ответил ему Сьёрд. – Вот только меня это всё не волнует. Моткето совершил достаточно зла и мне не интересно кем он меня при этом видит, алхимиком или странником. Я, всё равно, доберусь до него.

- Вот только что будет если ты убьёшь человека, который не сегодня так завтра создаст лекарство от самой Цантерийской чумы? Скольких людей это обречёт на гибель? Но разве тебе есть до этого дело? Вот, что меня беспокоит.

- Не думаю, что Моткето действительно занимается разработкой лекарства. Не думаю, что он вообще ещё может сделать хоть что-то полезное для других людей, если только не для себя, - мрачно заметил Сьёрд.

Алхимик вышел на улицу, не слишком довольный тем, как прошла его встреча с Джоро. Всё, что он услышал от него не оправдывало и половины тех ожиданий, которые он испытывал во время поисков. Однако он быстро заставил себя посмотреть на ситуацию с другой стороны. Ему действительно удалось найти Джорононенди и сейчас этот пожилой алхимик никак не мог от него сбежать. А это значит, что у него есть возможность как следует потолковать со своим бывшим наставником и всё от него узнать. Джоро ведь был участником всех этих печальных событий в Цантерии, а значит знал всю картину целиком и полностью. Это вовсе не один из старых знакомых, которые могли дать только обрывки информации. Он же мог заполнить те белые пятна, которые ещё оставались у Сьёрда. И что было не менее важно, рассказать о том, как сложилась история беглых алхимиков здесь, в Забытом Крае. В конце концов сказать, где сейчас скрывается Моктето. В то, что Джоро не знает этого Сьёрд откровенно не верил. Он знал, что с этим человеком необходимо проявить терпение и от него всё-таки удастся узнать много ценного. Он не знал только хватит ли у него самого этого терпения.

Рядом с домом библиотеки располагался небольшой сквер с высокими деревьями и скамейками. Выглядел он достаточно ухоженным, что Сьёрд решил счесть как приятное обстоятельство. В Брареваре тоже был сквер и даже не один, хотя некоторые из них не были и вполовину такими устроенными как этот. К удивлению алхимика, здесь даже горел фонарь, освещавший большинство скамеек. И на одной из них он заметил Истикору. Немного подумав, он направился к ней.

- Могу я присесть? – спросил Сьёрд встав рядом.

- Что? Да. Да, конечно, - неуверенно ответила она, словно не сразу его заметила.

Алхимик присел на скамейку и внимательно посмотрел на девушку. Похоже, что она снова плакала, но сейчас уже успела снова успокоиться. Сьёрду было её искренне жаль, поскольку он прекрасно понимал, что она сейчас чувствовала. Когда-то давно и его предали товарищи алхимики, сначала использовав в своих целях, а затем выбросив. И точно также Джорононенди поступил с Истикорой.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил Сьёрд.

- Не плохо, - ответила Истикора, глядя на свои руки. – Ну то есть на самом деле не очень. Я верила Джоро и не думала, что он может так поступить со мной.

- Люди порой могут удивлять. Возможно, это прозвучит жестоко, но со временем к этому привыкаешь.

- Наверное, но, если честно, не хотелось бы.

- Не скажу, что с этим можно поспорить.

- Знаете в каком-то смысле я ведь понимала, что всё этим кончится, - вдруг призналась Истикора.

- Как это? – удивился Сьёрд. – Судя по твоей реакции в библиотеке всё это для тебя – полная неожиданность.

Истикора посмотрела на него и в её взгляде что-то изменилось. Она вдруг как-то успокоилась.

- Как вам сказать, мы с Джоро долго работали вместе, - принялась объяснять она. – И всё это время я верила в то, что он научит меня алхимии. Объяснит мне всё, что знает, расскажет все тонкости. Но когда он сбежал из Тробверта, когда оставил меня там одну, я догадывалась о том, что он меня бросил. В конце концов почему ещё он мог так поступить?

- Это весьма разумное замечание, - согласился алхимик.

- Но я не хотела в это верить, поэтому не задумывалась об этом всерьёз. Спрятала где-то глубоко в душе, понимаете? Поэтому я отправилась с вами в Эзгерза. Я надеялась, что ошибалась, что приду и он сможет мне всё как-то объяснить, - она вздохнула. – Но этого не произошло. Стоило мне оказаться здесь и увидеть его, как я сразу поняла, что была права с самого начала. Что лишь обманывала себя и боялась признаться себе в том… В том что он просто меня бросил. И в этом нет ничего необычного.

С этим Сьёрд был определённо согласен, однако вслух об этом говорить не стал.

- Я тоже когда-то давно доверял Джоро и не только ему одному, - произнёс Сьёрд. – И признаюсь, меня они тоже разочаровали.

- Поэтому вы теперь его ищете? Из-за того, что он и его товарищи вас обманули?

- Не совсем так, не из-за этого. Мои поиски связаны совсем с другими их грехами.

- И теперь вы довольны, что нашли его?

- Пока не могу этого сказать. Хотя бы потому, что Джоро не сообщил мне ничего ценного.

- Он у нас не слишком разговорчивый, когда дело касается действительно важных вопросов, - заметила Истикора. – Вы хорошо его знаете? Так понимаю, что давно?

- Достаточно хорошо и одновременно с этим достаточно давно. Он был моим наставником, одним из учителей. Мы с ним работали вместе.

- Так понимаю в Цантерии, да?

- Да именно так. Он тебе рассказывал?

- Да, но немного. Я поняла, что он занимался там врачеванием и помогал людям. Хотя в подробности он не вдавался.

- У нас там был целый алхимический круг. Мы лечили людей, проводили различные исследования, экспериментировали с зельями. И даже переводили тексты.

- Я хотела заниматься переводами, - призналась Истикора. – У меня есть несколько старинных книг и даже одна на языке лесных жителей. Джоро обещал научить меня ему.

- Он хорошо его знает и в Цантерии часто любил использовать. У него вообще способности к различным языкам.

За стенами раздался уже знакомый вой ночных крысоловов. Твари по-прежнему оставались близи поселения, хотя уже и оставили попытки забраться на стены. С одной стороны, Сьёрда это успокаивало поскольку гарантировало безопасность. С другой стороны, заставляло задаваться над вопросом – как же выбираться из Эзгерза, если твари и дальше будут оставаться поблизости?

- Я вам даже немного завидую, - произнесла Истикора. – Вы знаете Джоро куда дольше и лучше меня. Хотела бы я что бы он доверял мне также, как и вам.

- Не думаю, что я могу похвастаться доверием Джорононенди, - возразил ей Сьёрд. – Конечно, он обучал меня алхимии и другим наукам. Мы с ним много работали вместе. Но он не так уж часто со мной откровенничал.

- Со мной тоже, - вздохнула Истикора. – Но такой уж он человек, так часто говорили его товарищи.

- Его товарищи? – Сьёрд замер едва услышал эти слова. – О каких товарищах идёт речь?

Девушка посмотрела на него с непониманием, а потом улыбнулась.

- Я имела в виду товарищей Джоро, его друзей алхимиков, - пояснила Истикора. – Так понимаю тех, с кем он вместе прибыл на полуостров.

- Ты с ними знакома?

- Да. Они время от времени прибывали в Тробверт, останавливались и даже помогали в клинике. Если честно, Урийна объяснила мне об алхимии даже больше, чем Джоро.

- Урийна? Ты знаешь Урийну? – он просто не верил своим ушам.

- Конечно, я её знаю, - как-то обижено сказала Истикора. – Йонерь и Урйина. Они приходили чаще других. Мы провели много вечеров за разговорами, хотя о том, что случилось с ними в Цантерии они мало чего рассказывали. В принципе, вообще ничего.

Сьёрд посмотрел на неё совсем другим взглядом удивлённый тем, что Джоро допустил её знакомство с другими алхимиками.

- И чем же они занимались в Тробверте? – осторожно спросил он. – Кроме того, что помогали там в вашей клинике?

- В моей клинике, чтобы там Джоро не считал, - поправила его Истикора. – А чем они занимались? К сожалению, я не знаю. Они помогали с приготовлением лекарств, иногда варили различные зелья. Но у них была какая-то своя работа. Тайная работа. Они скрывали её ото всех, в том числе и от меня. И я понимала почему.

- Это было что-то запрещённое?

- Или аморальное. Одно было ясно – если бы жители Тробверта узнали о том, чем они занимаются, то им пришлось бы покинуть город.

- И ты догадывалась об этом, но всё равно покрывала их?

- Потому что я верила Джоро. И думала будто всё, что он делает это на благо людям. Будто он хочет им помочь.

- Боюсь это то, с чем я не могу согласиться, - покачал головой Сьёрд. – Джорононенди уже давно не стремится помогать людям. Их проблемы больше не занимают его мысли, только собственное выживание.

- Забавно, но точно также говорил и друг Йонеря, - заметила Истикора. – Юдель, может быть вы знали его?

- Юдель? Ты что знакома и с ним?

- Он тоже приходил к Джоро. Иногда вместе с Йонерем и Урийной, иногда один, а иногда вместе с сыном.

Сьёрд стал мрачнее тучи. Он знал о сыне. Вернее, догадывался, что тот уцелел после событий в Цантерии. Хотя он терялся в догадках, где он мог сейчас быть. Ведь на страницах дневника Юделя о нём не было ни слова.

- Так значит его сын жив?

- Конечно. Приятный мальчишка, хотя и очень грустный, - Истикора вздохнула. – Юдель иногда приходил сюда, иногда чтобы залечить раны. Я не знаю, чем он занимался, но по всему было видно, что чем-то опасным. Конечно, я спрашивала, но он не слишком распространялся.

- И что? Он говорил о Джоро то же, что и я? – удивился Сьёрд.

- Именно так. Глядя на то, как вы общались с Джоро мне кажется, что он был почти такого же мнения о нём, как и вы. Он часто говорил о том, что Джоро слишком размяк после того, что случилось в Цантерии. Не смог с этим правильным образом смириться.

- Правильным образом? И как же это, интересно, нужно было смириться?

- Я не знаю, - покачала головой девушка. – Об этом он не говорил. Но мне казалось, что с каждой новой встречей он становился всё мрачнее и мрачнее. И знаете, даже словно становился меньше. Как будто этот полуостров вытягивал из него последние силы. Во время нашей последней встречи он показался мне страшно уставшим.

Сьёрд хорошо помнил свою последнюю встречу с Юделем. Она была первой за многие годы и одновременно с этим стала последней. Тогда бывший коллега тоже показался ему уставшим.

- Даже не представляю, что сейчас должен чувствовать его сын. Мальчик ведь был так к нему привязан!

- Не знаю, но его отец был чудовищем, которое заслуживало то, что с ним случилось, - сурово ответил Сьёрд.

Теперь уже Истикора как-то странно на него посмотрела. В её взгляде промелькнуло понимание.

- Вам что-то известно о его судьбе? – с надеждой спросила она.

- Вроде того.

- Йонерь сказал нам, что Юделя убили. Он не знал кто это сделал и где, но был твёрдо уверен в том, что наш друг погиб. Он хотел разобраться во всём, но с того момента, как он последний раз покинул Тробверт больше он не возвращался.

- А не знаешь случаем, куда именно он отправился? – не стал упускать возможности Сьёрд.

- Я не знаю этого, но вы… Вы знаете, что случилось с Юделем? Хоть что-то? Уверена, что Джоро, как я, будет рад любой информации.

- Любой говоришь? Ну хорошо. Я его убил.

Он не просто так решил сказать ей правду. Сьёрд подошёл к Истикоре, потому что хотел её поддержать. Она разочаровалась в Джоро, увидела его таким каким он был на самом деле. Хотя сама, по собственному признанию, догадывалась обо всём, в том числе и его работе в Тробверте. И она была знакома с другими. С Йонерем, Урийной и Юделем. Может ещё с кем-нибудь? И если она знала их, то должна была понимать какие и они на самом деле. Должна была понимать, что они занимаются здесь чем-то опасным и неправильным. Ведь в конце концов, разве могло быть по-другому? Сьёрд решил сказать ей правду, поскольку рассчитывал, что она сможет его понять. Ведь Юдель был преступником и убийцей, а Истикора должна была это увидеть. Должна была понять, что Юдель, как, собственно, и Джоро, вовсе не был примером, на который стоило ориентироваться. Он был человеком, которого следовало остановить. И Сьёрд предположил, что Истикора могла бы всё это понять. Однако он серьёзно просчитался.

- Вы убили Юделя? – девушка несколько мгновений просто смотрела на него, а потом вскочила со своего места. – Вы серьёзно? Вы убили Юделя?

- Что с тобой? – алхимик был удивлён её поведением ничуть не меньше, чем она его словами.

- Что со мной? И вы ещё спрашиваете?

- Я вовсе не хотел напугать тебя, - произнёс алхимик, встав на ноги.

- Не подходите ко мне! – воскликнула девушка. – Вы втёрлись мне в доверие, притворялись, что не желали мне зла, а на самом деле вы убили Юделя!

- Вообще-то мы помогли тебе добраться сюда и защищали, когда на нас пытались наброситься бандиты, - напомнил ей Сьёрд. – И с чего ты взяла, что мы притворялись, когда не желали тебе зла?

- Потому что на самом деле вы хотели добраться до Джоро, а вовсе не мне помочь. Вы только использовали меня также как это сделал он, - решительно заявила девушка. – Его вы теперь тоже хотите убить? Вы ведь здесь ради этого?

- Я вовсе не собираюсь убивать Джоро, я лишь хочу с ним поговорить. Мне нужно, чтобы он поделился со мной кое-какой информацией.

- О том, где скрываются другие его друзья? Такие как Йонерь и Урийна? Как Юдель? Чтобы вы и их убили?

- Я ведь вовсе не какой-нибудь линчеватель, - раздражённо заметил ей Сьёрд. – И что касается Юделя так он был убийцей. Ты не знаешь сколько людей из-за него пострадало. Но я думал, что ты поймёшь, как важно его остановить.

- Нет, боюсь, что вы ошиблись, - разочарованно ответила ему Истикора. – Я не знаю сколько людей пострадало из-за Юделя, но я знаю, что он был моим товарищем. И ещё он был добрым отцом. Я жалею о том, что помогла вам добраться сюда. Простите меня.

Со всей поспешностью, какая только возможна Истикора покинула сквер и направилась в сторону библиотеки. Она не оборачивалась. Сьёрд лишь смотрел ей вслед, размышляя о том, что он зря решил ей довериться. Его взгляд заметил Дерериса, стоящего у одного из деревьев. Истикора пробежала мимо него не останавливаясь.

- Что? – спросил алхимик, глядя на своего проводника.

- Ты знаешь, обычно я стараюсь не комментировать подобные ситуации, - произнёс перевёртыш. – Но сейчас мне кажется, что это было не лучшее твоё решение.

Как и большинство других ночей в Забытом Крае эта ночь оказалась холодной. Ветер двигался с севера, раскачивал деревья из стороны в сторону, и казался куда холоднее, чем за последние несколько дней. На небе одна за другой загорались звёзды, хотя и в очень малом количестве, поскольку большая часть неба была сокрыта бурыми тучами. Со стороны деревьев почти постоянно доносился вой, время от времени прерывавшийся рычанием или даже поскуливанием. Но вой всё-таки был слышен чаще.

Дерерис стоял на стене, глядя на окружавшие Эзгерза деревья, сокрытые в темноте. Ночных крысоловов он также не видел, но по слуху хорошо понимал, где именно они находились и в каком числе. При чём в настолько большом, что ему даже считать не хотелось. Он плотнее закутался в плащ, прячась от холода и одновременно с этим им наслаждаясь. Холодный ветер заставлял его чувствовать себя живым и казался вовсе не таким уж противным, когда ты знаешь, что в любой момент можешь спрятаться от него в тепле. Это заставляло его вспоминать о тех моментах, когда он был в очередном походе, а спрятаться не мог и потому сейчас холод казался ещё приятнее. Потому что сегодня он будет ночевать в тепле.

Часовые Эзгерза дежурили в башнях, в которых было заметно теплее. Однако они не забывали патрулировать стены, что вызывало у перевёртыша определённое уважение. Слишком часто он встречал стражников, которые пренебрегали своим долгом, потому что так им было проще. Часовых, которые пили от скуки на посту. Патрульных, не выходивших в патруль из-за холода. И, что самое опасное, командиров, отправлявших своих подчинённых на стены без стрел и арбалетных болтов. Но здесь похоже дела обстояли совсем по-другому. И Дерериса это успокаивало.

Шаги он услышал ещё издали, хотя для того, чтобы услышать Джорононенди не нужно было обладать особенно чутким слухом. Этот старик так пыхтел, что его похоже и на другом конце поселения можно было услышать.

Пожилой алхимик поднялся на стену и сразу облокотился на перила, после чего посмотрел на Дерериса. Перевёртыш хмыкнул – его всегда удивляла эта способность Джоро. Приходить с просьбой о помощи, но при этом смотреть на тебя с таким осуждающим взглядом, словно это ты виноват в той проблеме, решить которую он собирается тебя просить. И, наверное, поэтому ты должен незамедлительно ему помочь. Однако Дерерис уже успел привыкнуть к Джоро и его поведению. Ну а в том, что тот пришёл просить его о помощи он нисколько не сомневался.

Джорононенди встал рядом с ним, тяжело дыша и глядя на деревья. Какое-то время они оба молчали, при этом Дерерис принципиально на него не смотрел. Впрочем, пожилой алхимик тоже не отличался приветливостью.

- Мы можем пропустить долгую паузу и сразу перейти к делу, - предложил наконец Дерерис.

- Даже для такого человека как я ты слишком практичный, - проворчал в ответ Джоро. – Признаюсь, я совсем не ожидал снова тебя увидеть.

- А я, не поверишь, ожидал этой встречи. Наш общий товарищ уже не первую неделю таскает меня с собой в поисках тебя.

- И ты ему помогаешь? Не задумывался о том, что это похоже на откровенное предательство?

- Нет.

- Так понимаю меня это не должно удивлять?

- Нет.

- Дерерис, - Джорононенди серьёзно на него посмотрел. – Мне нужна твоя помощь.

- Ты ведь понимаешь, что меня это нисколько не удивляет?

- Конечно тебя это не удивляет и не должно удивлять! – возмущённо сказал ему Джоро.

- А чем это ты так недоволен?

- Тем что именно ты привёл его сюда. Привёл и подставил меня! Если бы ты не привёл Сьёррердаля в это поселение, то моё положение не ухудшилось бы настолько, что даже встреча с ночным крысоловом казалась бы приятной перспективой.

- Не советовал бы тебе говорить подобные глупости, а то эти твари в темноте решат, что ты говоришь серьёзно, - Дерерис усмехнулся, глядя на него. – И потом сюда Сьёрда привёл вовсе не я, а твоя ученица. Я как-то раз говорил тебе, что если ты будешь и дальше создавать людям проблемы, то они тебе за них ответят.

- Истикора вовсе не тот случай, на который ты пытаешься намекать. У нас с ней просто возникло некоторое недопонимание.

- Слушай, это не моё дело, но ты наобещал открыть ей дорогу в науку, а потом просто бросил, когда испугался. Но как я вижу, вместо того чтобы исправить ситуацию с ней, ты стоишь здесь передо мной и, судя по всему, просишь о помощи. И я даже догадываюсь о какой именно.

- И что ты хочешь от меня услышать? Извинений, объяснений?

- Нет, конечно же, ты что, - Дерерис рассмеялся. – Я же не наш общий товарищ, чтобы требовать от тебя всего этого. Меня просто необычайно смешит вся эта ситуация.

- Смешит? – Джорононенди посмотрел на него с подозрением. – И чем же, позволь узнать?

- Тем, что с одной стороны меня нисколько не удивляет твоё появление, - охотно решил объяснить перевёртыш. – Я знал, что ты попробуешь обратиться ко мне. И в то же время, учитывая насколько ты всё-таки умный человек, меня удивляет то, что ты действительно ко мне обратился. Ведь ты же знаешь, что я тебе откажу.

- Что? Как это так откажешь? Ты с ума сошёл?

- Да и думаю, что уже очень давно.

Джорононенди отпрянул от такого заявления и подозрительно присмотрелся к перевёртышу. Дерерис тем временем продолжал смотреть на деревья, размышляя о том, не отправиться ли ему спать. Их разговор уже порядком ему наскучил.

- Джоро, - обратился он к нему. – Я, конечно, рад тебя видеть в добром здравии. И рад, что наш край до сих пор тебя не сожрал. Но признаюсь, что-то я уже устал. Поэтому давай перейдём к делу. О чём ты хочешь меня попросить?

- Мне нужна твоя помощь, - наконец сказал пожилой алхимик. – Мне нужно, чтобы ты помог мне выбраться отсюда. Покинуть это поселение.

- Ты ведь уже обратился с этим вопросом к Сьёрду. Теперь ты хочешь сделать мне эксклюзивное предложение?

- Сьёррердаль может и вытащит меня отсюда, но что потом? Думаешь, что он отпустит меня к Моткето? Думаешь я не понимаю, что просто сменю одного тюремщика на другого?

- А у тебя есть другие варианты? Оставайся здесь, твои товарищи, я так понимаю, за тобой сюда не скоро придут.

- Но ведь меня можешь вытащить ты! Ты – проводник. Ты знаешь весь этот полуостров. И ты сможешь отвести меня куда угодно.

- И зачем мне это?

- Как зачем? – Джоро даже немного опешил, но быстро взял себя в руки. – Я могу дать тебе золото или какое-нибудь зелье. Зелье невидимости. Или же драгоценные камни. Я найду чем заплатить.

- Заплатить? – Дерерис взглянул на него с неприязнью. – Я думал, что за то время, которое мы работали ты всё-таки более или менее меня узнал. Какое золото или камни? О чём ты вообще?

- О том, что мы с тобой можем договориться, как договаривались уже не раз. И это обоим нам будет выгодно.

- Мы с тобой сотрудничали, а не договаривались. И что касается зелья невидимости, то я знаю, что такого зелья не существует. Сьёрд мне уже объяснил.

- Я смотрю он тебе многое объяснил. Уже рассказал тебе свою версию?

- Ты знаешь вот именно, что свою, - заметил Дерерис. – Рассказал, и послушать его оказалось весьма интересно. Меня знаешь, другое волнует. Вот ты хочешь, чтобы я тебя куда-то отвёл. А куда? Ты готов раскрыть мне убежище Моткето?

- Нет, но я готов указать место, в котором мы встретимся с его людьми. И именно туда ты меня и отведёшь, и там получишь свою награду.

- Эх, Джоро, даже если бы мы с тобой о чём-то таком и договорились то, как мы выберемся отсюда? Вот скажи мне?

- Ну это уже твоя задача, не моя. Если бы я знал, как отсюда выбраться то уже давно бы сбежал, уж поверь мне.

- Джоро, со всем моим к тебе добрым отношением. Если ты сам сумеешь покинуть поселение и окажешься за стенами, то далеко ты отсюда никуда не уйдёшь, - Дерерис многозначительно указал ему рукой в темноту, из которой доносился вой ночных крысоловов. – Вот эти твари тебя быстро в своей рацион запишут.

Джорононенди явно не нашёлся что на это возразить и потому только нахмурился. Они оба помолчали, пока мимо них прошёл дозорный с луком и колчаном стрел. И при этом оба плотнее кутались в свои плащи.

- Знаешь, что, Джоро, - сказал наконец Дерерис. – Я услышал тебя и скажу, что именно этого от тебя и ожидал. Но, как и обещал тебе, я откажусь. Я не буду помогать тебе бежать из этого места, по крайней мере, пока мы не решим это со Сьёрдом.

- Значит ты теперь за него? – Джоро нахмурился ещё больше. – Помогаешь ему? Показываешь дорогу? Мне ты тоже раньше помогал, а теперь отчего не хочешь? Что же так изменило твоё отношение? Поверил в его байки?

- Что лишь байки, а что правда я и сам разберусь, без ваших подсказок. Я и о тебе при нашей первой встрече уже знал куда больше, чем ты предполагал, - напомнил ему перевёртыш. – А что касается Сьёрда, то сейчас мы с ним помогаем друг другу. Мы команда, понимаешь? А если члены команды начинают рыть друг под друга, то они рискуют все вместе уйти на дно. Мы с ним сражались бок о бок.

- Только не рассказывай мне, что доверяешь ему, - возмутился пожилой алхимик. – Ты ведь перевёртыш. И ты знаешь кем он был до того, как пришёл к нам с Моткето.

Дерерис вздохнул и решил, что пора уже отправиться спать. Хватит с него холода, особенно в этом разговоре. Не глядя на Джоро он направился к лестнице, ведущей вниз со стены, но всё-таки остановился.

- Спасибо, что напомнил мне кто я, - сказал он, не оборачиваясь. – Не так важно доверяю я Сьёрду или нет. Важно то, что я не собираюсь действовать за его спиной. Так что мой тебе совет, Джоро. Подумай над его предложением.

- Так значит это и есть твой план? Ничего более умного не смог придумать?

- Ты бы лучше помог мне, чем просто стоял и критиковал.

Сьёрд внимательно осматривал полки и стол, пролистывал книги в поисках секретов, что могли скрываться между страниц. Пока что его поиски ничего не принесли ему, и он собирался их прекращать. Пока у него было время он рассчитывал использовать его максимально эффективно.

Дерерис стоял рядом и просто наблюдал за его действиями, считая их несколько бесполезными.

- Выходит именно это ты решил, когда вчера разговаривал с Джорононенди? – уточнил перевёртыш. – Вломиться сюда пока его нет и всё здесь перевернуть?

- Да, ты можешь называть это именно так. Я не против.

Сьёрд искренне не желал обманывать Улейна, но пока ещё не успел переговорить с ним на счёт Джоро. Из этих сложностей получалось, что нужен ещё один способ получить необходимую информацию. Он решил посетить комнату, в которой на время своего пребывания в Эзгерза жил Джорононенди и, как следует, её обыскать.

Если бы он нашёл хоть что-то ценное, то может быть ему и не понадобилось бы вытаскивать Джорононенди из поселения. На самом деле он сам ещё не решил, стоит ли ему помогать пожилому алхимику выбраться отсюда и, в связи с этим, вступать в конфликт с Улейном и его поселенцами. Или оставить Джоро здесь отрабатывать его долги? Учитывая сколь многих наказаний этот человек избежал, быть может, как раз это было бы действительно справедливо?

Библиотека в Эзгерза оказалась удивительным для большинства местных поселений и благоустроенным местом. Здесь было немало книг самой разной направленности и самых разных авторов. Некоторые из книг были напечатаны на последней влерсткой типографии, другие были написаны уже очень давно. Стоило признать, что поселенцы действительно присматривали за ними, так как книги были в неожиданно хорошем состоянии. Разноцветные, хотя и уже потускневшие обложки виднелись на многочисленных полках самых разных шкафов, которые могли быть как изготовлены современными мастерам, так и найдены в старых и заброшенных усадьбах.

Кроме общего зала в библиотеке имелось несколько комнат и две из них, расположенные одна за другой занимал Джорононенди. По словам Улейна местные жители обустроили ему здесь спальню и рабочий кабинет, которыми он пользовался, когда посещал поселение. Джорононенди сам выбрал их, чтобы быть поближе к книгам и иметь возможность всегда их взять. Узнав об этом Сьёрд решил, что пожилой алхимик последовал одному из своих принципов – «книги лучше людей».

Ранним утром в Эзгерза устраивали завтраки для фермерской смены, что отправлялась работать в теплицу. Присоединиться к таким завтракам могли все желающие и Джорононенди регулярно так и поступал. Именно такого момента Сьёрд и дождался, встав утром пораньше и пробравшись в библиотеку, когда пожилой алхимик уже покинул её. Взломать замок оказалось не сложно, для такого случая Сьёрд постоянно носил с собой небольшой набор отмычек.

- А вот этот навык я у тебя наблюдаю впервые, - с удивлением заметил Дерерис. – Думал ты будешь дверь выламывать. Или какое-нибудь особенное зелье применишь. Ну, вроде тех которые в Влерте продают, знаешь? Зелье-открывашка.

- Ты ведь должен понимать, что зелье-открывашка – это глупость и настоящее мошенничество? И потом зачем выламывать? Так только следы лишние останутся.

- И где же ты этому научился? Ради таких навыков нужно, как минимум, крутиться в определённых кругах.

- У каждого своё прошлое, - ответил ему Сьёрд, когда дверь открылась.

Внутри он незамедлительно приступил к своим поискам, пытаясь найти всё, что могло ему пригодиться. Среди вещей Джорононенди он обнаружил записи, бумаги, какие-то книги. Походная сумка. Набор зелий и склянок. Алхимик надеялся, что он найдёт что-то связанное с местонахождением Моткето, но пока что ему попадались лишь обрывочные сведения об отдельных поселениях в Забытом Крае. И у него не получалось определить между ними связь.

- Так ты будешь мне помогать или нет? – спросил Сьёрд в очередной раз взглянув на перевёртыша.

- Или нет, - ответил ему Дерерис. – Мне не нравится то, что ты здесь делаешь поэтому я только наблюдатель.

Сьёрд выругался с помощью одного старого выражения, чем сразу же вызвал одобрение Дерериса. И тут же продолжил поиски. Пока что они не приносили ему толка, но он не сомневался в том, что скоро что-то найдёт.

- Знаешь, я тут всё хотел спросить, - начал Дерерис. – А в чём, собственно, состоит причина ваших разногласий с Джорононенди?

- Каких ещё разногласий?

- Тех, которые вы нам тут всем демонстрировали в библиотеке.

Алхимик ненадолго прервал свои поиски и посмотрел на перевёртыша, а потом молча продолжил своё дело.

- Признаюсь, я не хочу об этом говорить, - сказал наконец Сьёрд.

- Какой же ты всё-таки не разговорчивый время от времени. И пьёшь мало. Если честно, мне даже хочется это как-то исправить.

- Я думаю обойдёмся без этого. И вообще, что за идея? Не все должны напиваться так, как это делаешь ты. Лучше расскажи мне о вашем знакомстве с Джорононенди. И как можно больше подробностей.

- А ты уже перестаёшь меня удивлять, - усмехнулся Дерерис. – Хочешь подробностей, а сам при этом собираешься молчать? Так дело не пойдёт.

- Дело пойдёт, если ты мне поможешь, - алхимик листал маленькую книжку с какими-то рисунками.

- Давай поступим с тобой по-другому. У меня есть предложение – откровенность за откровенность. Я поделюсь с тобой обстоятельствами моего знакомства с Джоро, а ты расскажешь мне твой секрет. Как я понимаю, он и является причиной ваших разногласий.

Сьёрд снова прервался и внимательно посмотрел на товарища. После вскрывшихся обстоятельств он уже не знал, что ещё могло быть ему известно. Он отложил в сторону книжку, в которую Джоро зарисовывал местную фауну, представлявшую интерес для алхимии. При этом поборов желание забрать её себе из чисто профессионального интереса.

- О каком ещё секрете ты сейчас говоришь? – осторожно спросил он.

- Да хватит уже тебе, - махнул ему рукой Дерерис. – Я уже давно это понял и с тех пор строю одну догадку за другой. У тебя есть секрет, о котором ты не хочешь распространяться и касается он тебя и твоих друзей алхимиков, которых ты так усердно разыскиваешь.

- Не понимаю о чём ты. И лучше оставим эту тему.

- Нет, не оставим. Хватит тебе, Сьёрд, - сказал ему Дерерис. – Давай уже действительно откровенно. Как я могу доверять тебе, если ты постоянно от меня что-то скрываешь?

- А ты в чём-то сомневаешься на счёт меня? – мрачно поинтересовался Сьёрд.

- Твои поиски выглядят вполне искренне, как и стремление восстановить справедливость, о которой ты рассказывал, - заметил ему перевёртыш. – Но за всем этим определённо должен быть некий личный мотив.

- Личный мотив? Ты думаешь, что я разыскиваю Моткето ради какой-то выгоды?

- А кто говорил о выгоде? Я предполагаю месть. Слушай, должно быть что-то особенное раз ты так отчаянно пытаешься найти Моткето. Не рассказывай мне о высоких материях, давай серьёзно. Из-за чего ты преследуешь его? Кроме желания восстановить свою честь?

Сьёррердаль долго думал, прежде чем что-либо ответить и пытаясь понять, мог ли он доверять тому, кто сейчас стоял перед ним. За то время, которое он провёл в Забытом Крае Дерерис предстал перед ним в разных ситуациях и, как оказалось, вовсе не был до конца откровенен. Однако он ни разу не подводил алхимика тогда, когда им обоим угрожала опасность. И за это он его уважал.

- Наши разногласия с Джорононенди заключаются в моей не слишком удачной карьере алхимика в круге Моткето, - наконец решил сказать Сьёрд.

- Неудачной карьере значит? – уточнил Дерерис. – Это как раз объясняет дурные слухи о тебе? Я прав?

- Может быть и прав. Меня изгнали из алхимического круга Моткето примерно за три года до тех событий в Цантерии, которые окончательно развалили его.

- Так-так, - задумчиво произнёс перевёртыш. – Вот о чём-то таком я и слышал. И что же такого ты там натворил?

- Я убил троих человек.

Повисла пауза. Какое-то время они смотрели друг на друга, а потом Дерерис подошёл к нему и внимательно посмотрел в глаза.

- Как интересно получается, - произнёс он неожиданно спокойно. – Значит ты преследуешь Моткето потому, что у него руки по локоть в крови, а сам тоже людей убивал?

- Я никогда не говорил, что я чист, - также спокойно ответил Сьёрд. – Трое мерзавцев пытались убить дорого мне человека и мне пришлось расправиться с ними. Мог ли я поступить по-другому? Быть может да, но тогда я не видел других путей.

- И кого же ты защищал?

- Человека, который потом и стал причиной моего конфликта. И, конечно, это женщина.

- Её звали Шайдвин и она тоже была алхимиком, - рассказывал Сьёрд. – Моткето сам её привёл в круг и стал её учителем.

- Итак, получается, что во всём случившемся виновата женщина? – усмехнулся Дерерис.

Они уже покинули библиотеку, поскольку там нельзя было надолго оставаться. Время завтрака прошло и Джорононенди в любой момент мог вернуться. Продолжить разговор алхимик и перевёртыш решили уже на улице.

- Значит из-за неё тебя и выгнали из алхимического круга?

- Не сказал бы, что это должно звучать именно так. Она проводила некоторые алхимические эксперименты, которые несколько не понравились общественности. Когда это общественность в лице трёх маргиналов пришла к ней со своими претензиями мне пришлось вмешаться.

- И результатом стали три трупа.

- Это было нарушение правил нашего круга. Не убивать ни при каких обстоятельствах. Моткето начал разбор произошедшего незамедлительно.

- И тебя выгнали? Даже несмотря на то, что ты защищал одного из ваших? Серьёзно?

- Вполне, - подтвердил Сьёрд. – Джорононенди больше других выступал за наказание, потому что всегда ратовал за традиции и правила. После долгих дискуссий Моткето, как глава собственного круга, решил изгнать меня. Собственно, с тех пор я и стал бывшим алхимиком.

- Меня удивляет подобное отношение, - признался Дерерис. – Или в этом есть какой-то смысл?

- Смысл здесь в том, что Джорононенди неотступно следует правилам и считает их превыше всего. Его совершенно не интересовало почему я это сделал. По его мнению, для нарушения правил не может быть оправданий, важен только сам факт нарушения. Собственно, в этом и заключается наш с ним конфликт.

- Значит из-за этого он так трясётся, когда видит тебя, - заключил без тени усмешки Дерерис. – А что на счёт Моткето? Что не позволяет тебе оставить эти поиски и покинуть Забытый Край?

- И снова Шайдвин, - признал Сьёрд. – Когда я покинул алхимический круг, то взял с Моткето обещание, что он о ней позаботится. Однако, когда началась эпидемия в Цантерии Моткето не сдержал своего обещания. И с тех пор у меня есть к нему один личный вопрос. И где бы он ни скрывался я его найду и задам. А затем разберусь с ним раз и навсегда.

- Даже не знаю, хочу ли я при этом находиться рядом, - вздохнул Дерерис. – В итоге ты нашёл хоть что-то стоящее в комнате Джоро?

- Я нашёл записную книжку, - алхимик показал её перевёртышу. – И похоже, что в ней он описывает то, чем занимался в Тробверте.

Акт четвёртый

Акт четвёртый.

Они провели в Эзгерза целый день. За это время они успели хорошо осмотреть поселение, поскольку Улейн разрешил им чувствовать себя здесь свободно. Алхмимик и перевёртыш также познакомились и с несколькими поселенцами, при этом Сьёрд почти каждого расспрашивал о Джоро, чем быстро начал раздражать Дерериса. Люди в основном говорили одно и то же. Они достаточно уважительно отзывались о пожилом алхимике и его знаниях, но при этом все считали его достаточно скользким человеком. Многие повторяли слова Шильта о том, что Джоро последнее время кормил их обещаниями и каждый раз откладывал свою помощь. И Сьёрда это нисколько не удивляло.

Истикора весь день избегала их обоих и Дерериса это уже начинало беспокоить. Алхимика это тоже волновало, но после ссоры с девушкой он сомневался в том, что она сейчас захочет его видеть. А потому они оба решили её пока не трогать и позже попробовать объясниться ещё раз.

Ночные крысоловы наконец-то притихли и укрылись где-то среди деревьев. Ночные хищники отдыхали днём, но по-прежнему оставались где-то поблизости, подтверждением чему послужила небольшая группа, вновь попытавшаяся подобраться к стенам. Поселенцы быстро отогнали их, а потому ночные дозоры вскоре сменили дневные часовые. Однако количество защитников не изменилось.

В этот день Сьёрду и Дерерису довелось узнать поближе не только простых поселенцев Эзгерза, но и их лидера. Как вскоре выяснилось Улейн Шильт был человеком семейным, и история его женитьбы была простой и весьма обычной историей для мест, в которых он проживал. А учитывая, что свадьба его была сыграна не меньше, чем девятнадцать лет назад, то староста Эзгерза, предпочитавший спать не только с большим топором у изголовья кровати, уже давно успел обзавестись как с женой, так и двумя дочерями, и уже повзрослевшим сыном. Сыном Улейна был молодой лучник по имени Уквейн, тот самый, который ещё у ворот затащил раненного Чесевека в поселение вместе с алхимиком.

Именно он и пришёл к Сьёрду и Дерерису для того, чтобы сразу же отвести их к своему отцу, сославшись на некое срочное и серьёзное дело.

Дом Улейна был хорошим и весьма благоустроенным. На подоконниках можно было увидеть цветы в деревянных ящиках, в самом доме стояли чучела небольших животных. Большая деревянная дверь была окрашена в красный цвет, а над нею прибита табличка, на которой было аккуратно написано: «Семейство Шильтов, по деловым вопросам стучите дважды».

На кухне возле тротвиновой печи трудились жена старосты и двое его дочерей. Пахло мясом и луком. Семейство Шильтов встретило гостей напряжёнными взглядами – видимо общество перевёртыша и красноглазого алхимика не вызывало у них большого энтузиазма и желания делиться историями своего прошлого. Уквейн, судя по его лицу, полностью разделял настроение своих родственников. Один только глава дома не выражал никакого предубеждения.

Улейн Шильт встретил их в комнате, которую явно использовал в качестве кабинета, в компании Истикоры. При этом девушка выглядела крайне обеспокоенной, если не откровенно напуганной.

- Что случилось? – сразу спросил Сьёрд, увидев Истикору.

- Есть разговор, - ответил Улейн, жестом предложив им присесть за свой стол. – Спасибо, что пришли. Как понимаю, вы давно знаете Джорононенди, ведь так?

- Он нужен нам в качестве врача для нашего товарища, - напомнил Дерерис их легенду, которую уже успел рассказать здесь нескольким поселенцам.

- Слушайте, вы так ругались здесь, что всем уже понятно о вашем давнем знакомстве. По крайней мере мне, - заметил староста. – Для меня важно знать правду.

- Мы несколько лет работали вместе, - ответил Сьёрд, решив скрывать чуть меньше обычного. – Потом разошлись по личным причинам. А теперь я ищу наших с ним общих коллег, и он должен знать, где они могут быть.

- Почему вы думаете, что он может это знать? – с сомнением в голосе спросил Улейн. – Джорононенди – одиночка, с ним трудно найти общий язык. Он лечит людей и бредит своими идеями о больших и серьёзных исследованиях. И я никогда не слышал от него ни о каком Моткето.

- Моткето с Джорононенди были друзьями, если, конечно, так можно сказать о людях, так и не сумевших выяснить кто из них умнее. И я точно знаю, что они прибыли из Цантерии вместе, на одном корабле в компании своих сторонников.

- Маленькой такой компании, - вставил своё замечание Дерерис.

- Единственное чего я не понимаю, - продолжил Сьёрд. – Так это где и зачем они могли разделиться. Я узнал, что Джорононенди скрывается где-то в окрестностях Тробверта и отправился искать его там. Но я был удивлён, когда убедился в том, что он оказался там один. Без своих цантерийских помощников.

- Джорононенди ничего не рассказывал нам о своём прошлом, хотя и так было понятно, что он не из наших мест. Но на цантерийца он не похож.

- Он и не цантериец, в их королевстве мы только работали. Своё образование и дурные манеры Джорононенди приобрёл совсем в другом месте, также, как и я. Так что случилось?

- Исти нам тут рассказала кое-что интересное, - ответил Улейн. – Возможно, что мы все немного недооценили Джорононенди.

Сьёрд взглянул на Истикору. Та тяжело вздохнула и неуверенно начала.

- Джоро был напуган, - объясняла она, всё время глядя на свои руки. – Когда он покинул Тробверт, то пытался избежать встречи с людьми, которые преследовали его. В тот день, когда он сбежал я сама видела их и предупредила его. Тогда я думала, что мы с ним сбежим вместе, но у него оказались другие планы, и он ушёл без меня.

- Ты видела тех, кто его преследовал? – удивился Сьёрд её словам. – Подожди, если ты пошла потом с нами на поиски Джоро, то значит речь идёт вовсе не о нас? Но я думал, что если Джоро и бежал из Тробверта, то бежал из-за нас с Дерерисом.

- Нет! Вас я встретила уже потом и узнав, что вы ищите Джоро ради помощи своему товарищу, то решила отправиться вместе с вами, - Истикора отрицательно помотала головой. – Я видела других людей. Они недолго расспрашивали горожан о Джорононенди и почти сразу покинули Тробверт, а уже потом пришли вы и обратились к шерифу.

- А кто же тогда были те люди, которые искали Джоро как и мы? – поинтересовался Дерерис. – И, самое главное, зачем они его разыскивали?

Истикора приняла задумчивый вид и Сьёрд решил, что у неё уже есть своя версия.

- Месяц назад Джорононенди отправился в очередное своё путешествие. Он время от времени уходил в какие-нибудь развалины ради своих исследований, чем сильно злил нашего шерифа. Тогда он как обычно говорил, что ему нужно что-то проверить и посетить какое-то поселение. Но вернулся он весь взволнованный и нервный. И даже, как будто, напуганный.

- Чем напуганный? – спросил Сьёрд, у которого имелась на этот счёт масса предположений.

- Он что-то украл у каких-то людей. Что-то очень важное для них, - ответила девушка. – И надеялся, что сможет укрыться от них в Тробверте.

- С чего ты это взяла? И почему ты думаешь, что он что-то украл?

- У нас в клинике есть сейф. Там мы хранили деньги и некоторые бумаги. Но после того путешествия он настоял, чтобы я всё убрала и спрятал там нечто, чем очень дорожил. Каждый день проверял сохранность сейфа, даже ключи у меня забрал.

- А откуда мнение о воровстве? – спросил Дерерис.

- Он сам сказал мне об этом, - неожиданно заявила Истикора. – Однажды я спросила его как он достал свою новую ценность. Что это я не спрашивала, и так было понятно, что он не ответит на этот вопрос. Но я хотела узнать хоть что-то.

- И он сказал, что украл это? У кого? – уточнил Сьёрд.

- Он сказал, что взял это у тех, кто не способен по-настоящему оценить то, чем владеет. И взял это без спроса, потому что у него достаточно смелости для сильных поступков.

Алхимик покачал головой. В очередной раз его удивляли сложные нормы морали, которых придерживался Джорононенди. Старик мог себе найти оправдание для воровства, но ни за что не простил бы его ни одному ученику. И всё только потому, что «гений настоящего учёного не должен быть ограничен стенами слабых людей».

- Тогда он явно думал, что Тробверт станет для него убежищем, - рассказывала Истикора. – Хотя и попросил меня немедленно сообщить ему, если я вдруг замечу подозрительных людей с оружием, которые будут расспрашивать о пожилом алхимике.

- Как же это похоже на нас, прямо аж гордость берёт, - с улыбкой заметил Дерерис.

- Однако похоже, что они нашли его и там. Скорее всего это именно они пришли в город и искали его, а потом последовали за ним. Иначе почему же они тогда так быстро покинули Тробверт?

У Сьёрда имелось сразу несколько предположений, но сейчас его беспокоил совсем другой вопрос.

- Так кто именно это был? – Дерерис озвучил именно то, о чём он думал. – И где они могут быть сейчас?

- Один из них сейчас здесь, - неуверенно произнесла Истикора. – А остальные теперь далеко отсюда.

- Это в каком таком смысле?

- Те люди, которых мы встретили у ворот этого поселения. Это у них что-то украл Джорононенди и впоследствии от них бежал.

- А я думал, что вас интересует только дань, - заметил Улейн, когда они пришли проведать Чесевека. – Но оказывается имелся и другой интерес.

- Понятие не имею о чём вы, - сидевший на полу бандит даже не смотрел на них. – Но если вы всё-таки передумали на счёт дани, то это ничего так мысль. Я слушаю.

- Да ты осмелел, - рассердился сын Улейна. – Уже забыл про виселицу на стене?

- Да брось ты это, - Чесевек повернулся к ним лицом и улыбнулся. – Уже столько времени прошло, а я до сих пор жив. Хотели бы повесить, то уже давно это сделали.

Поселенцы заперли Чесевека в небольшой комнате в подвале, где он и провёл всё время своего заточения в Эзгерза. Сторожили его двое мужчин с мечами, утверждавшие, что перед ними решительно пренеприятный тип. По сравнению с заточением Джорононенди условия содержания у этого типа были куда менее комфортными.

После рассказа Истикоры они все направились к бандиту, чтобы обо всём его расспросить. Улейн считал, что подобные обстоятельства серьёзно меняют дело, а Сьёрду было крайне интересно что такого пожилой алхимик мог стащить у разбойников. И потом, что же это всё-таки за разбойники такие были?

- Так мы можем и вернуться к этому вопросу, - пообещал Улейн. – Верёвку достать не сложно. Рассказывай всё, что знаешь или я сейчас пошлю за ней. И не начинай пугать меня рассказами о своём хозяине.

Они некоторое время смотрели друг на друга, но Чесевек явно отличался от большинства своих товарищей. И однозначно понимал, что рассказы о страшной мести его хозяина сейчас от смерти не спасут.

- Этот старик нас обокрал, - ответил он с явным недовольством. – Вытащил одну вещь, которая очень важна для нашего господина. Тот рассердился и сказал найти его, где бы он ни прятался. И мы отправились за ним. Искали долго, пока не пришли сюда. Этот старик должен вернуть украденное.

- И как же вы нашли его? – спросил Сьёрд.

- Мы посетили несколько деревень, где он лечил больных. Там и узнали, что его клиника находится в Тробверте. Ну, а когда он сбежал перед самым нашим визитом, то достаточно было просто дать хороший плащ конюху, у которого он купил лошадь, чтобы узнать, что старик бросился в Эзгерза.

- Плащ конюху? – с сомнением уточнил алхимик. – И вы узнали про это поселение? Джорононенди вовсе не глуп, чтобы рассказывать о своём убежище какому-то конюху.

- Значит ты его плохо знаешь, потому что он оказался именно так глуп. Найти его не составило особого труда.

- Зачем же вы тогда кричали про дань и своего хозяина? – задал вопрос Улейн. – Если вам было нужно только то, что украл Джорононенди?

- А почему нет? – спросил вместо ответа Чесевек. – Наш главный так решил, тот которого вот этот рубанул. Боес всегда говорил, если видите что-то что можно взять – берите. А со стариком мы разобрались бы потом.

- Зато ночные крысоловы отлично с вами разобрались, прямо как с крысами, - усмехнулся староста. – Оставайся пока с здесь, а с Джорононенди мы и сами разберёмся.

- Он должен был сказать нам о них, отец, - обратился к нему Уквейн. – О том, что его преследуют. Поэтому он так быстро ушёл со стены, когда увидел бандитов.

- Должен был, - согласился Улейн. – И с него за это спросим. Ты с нами, алхимик?

- Обязательно, только кое-что уточню, - Сьёрд внимательно всматривался в наглые глаза бандита перед ним, не уверенный в том, что готов поверить его истории. – Так значит вы называете себя «славными разбойничками»?

- Именно так, красноглазый, - ответил Чесевек, чем тут же напомнил алхимику его дружков в поместье старика Гигу. – Есть какие-то проблемы?

- А как же их с вами может не быть? Что у вас за формирование такое? Ещё одна мелкая шайка? Или что-то посерьёзнее?

- Что это ты так заинтересовался? Страшно стало?

- Страшно? Ты сам-то понимаешь насколько это глупый вопрос? – Сьёрд мрачно посмотрел на него. – Когда мы с моим товарищем пощадили вашего дружка со следами оспы, то были уверенны, что никогда его больше не увидим. А тут он появляется снова с компанией всё таких же аморальных личностей. Сколько вас ещё?

- Много, - Чесевек растянулся в улыбке. – Куда больше, чем ты можешь предположить. Мы знали о тебе, о вас двоих. Когда наши друзья вернулись они рассказали о двух нелюдях, порешивших остальных. Мы тогда хотели отправиться вас искать.

- И что же этого не сделали?

- Главарь не пустил. Сказал, что искать в Забытом Крае красноглазого и перевёртыша занятие бестолковое, вас же, нелюдей, полно по углам прячется. Но когда мальчишка узнал вас у ворот мы все сильно обрадовались. Тех, кто посмел на нас лаять мы всегда готовы проучить.

- Боюсь, что в этот раз никто не вернётся с рассказами. Вряд ли кто-то из твоих дружков смог уйти от монстров той ночью.

- Так ты от этого спокойно не спи, - посоветовал бандит, а потом взглянул на Дерериса. – И ты тоже, паршивый перевёртыш. Нас много. У нас есть целый город. И для вас у нас хватит ножей.

В его речи Сьёрд не услышал ничего особенного. Ему и раньше не раз приходилось сталкиваться с самыми разными бандами, пытавшимися подмять под себя округу и небольшие поселения. Как только при этом не называли себя их лидеры. Главный вожак, Всеммать, Барон без замка. Там, где не было силы порядка и закона постоянно появлялась сила, основанная на страхе и оружии, притягивающая к себе последних мерзавцев. И, судя по всему, «Славные разбойнички» относились именно к такому случаю.

- Твоя судьба в руках местных поселенцев, - произнёс Сьёрд решив, что с человеком перед ним больше не о чем разговаривать. – Ну а что касается твоих дружков… Если им доведётся ещё раз встретиться со мной, то их судьбам не стоит завидовать. Потому что, поверь мне, у меня нет сомнений в том, как именно с ними поступить.

Он взглянул на Улейна и тот решительно кивнул. Они уже собирались покинуть подвал и направились к выходу, когда Чесевек неприятно усмехнулся.

- Лучше поторопитесь, - посоветовал им бандит. – А то ведь он приходил ко мне, и мы с ним интересно так поговорили.

- О чём это ты? – спросил тут же староста.

- Этот ваш Джо-как-там-его предлагал мне организовать совместный побег. Обещал достать ключи, если я вытащу его отсюда.

- Ты врёшь! – грозно взглянул на него Улейн. – Он не мог такого сделать!

- Но он это предлагал, - настаивал тот. – И звучал весьма убедительно, учитывая, что вы хотели меня повесить. И сейчас вроде бы тоже хотите. Спросите его сами.

- К Джорононенди, - твёрдо сказал Сьёрд.

Все тут же направились к выходу, но Дерерис, до этого молчавший, вдруг подошёл к бандиту и наклонился.

- Думаешь, что если ты в большой банде, то страшнее любого чудовища, которого видели местные крестьяне? – спросил он.

- А тебе нужны доказательства, паршивый перевёртыш? – оскалился Чесевек. – Я могу рассказать тебе такое, от чего ты надолго потеряешь сон.

- Не думаю, что ты хоть чем-то можешь меня удивить, - улыбнулся Дерерис. – Практика показывает, что для этого у вашего брата слишком мало фантазии. Лучше подумай о том, что банде вашей осталось недолго, собственно, как и тебе.

- С чего это ты взял? Знаешь сколько у нас оружия? Знаешь сколько у нас парней?

- А ещё мечей, стрел и даже небольших монстров, которых вам ценой больших жертв удалось приручить, - закончил за него мысль перевёртыш. – Вы все одинаковые. Каждая банда думает, что она сильнее всех остальных и в этом ваша главная ошибка. Но вы все быстро распадаетесь или гибните, в том числе от собственной неосмотрительности. Твоя шайка недолго будет наводить страх на округу. В конце концов Забытый Край поглотит вас всех.

Они немедленно направились в библиотеку. Там им встретились несколько поселенцев, читавших книги и, разумеется, Джорононенди, который что-то изучал в своих записях. Выглядел пожилой алхимик спокойным и совершенно поглощённым своей деятельностью. И глядя на него Сьёрд не мог не подумать о том, как они сейчас нарушат его покой. Было в этой мысли нечто приятное.

- Джоро! – окликнул его алхимик. – У нас к тебе есть разговор!

Увидев настрой своего бывшего коллеги и видимо вспомнив чем всё закончилось в прошлый раз Джорононенди вскочил и попятился. Однако первым заговорил Улейн.

- Давайте в этот раз всё сделаем тихо и прилично, - попросил алхимика староста и после этого обратился непосредственно к объекту их общего интереса. – Джоро, у нас действительно есть важный разговор.

- Это о чём ещё? – крайне удивился объект.

- Да о том, что ты только всем врёшь и постоянно вертишься, - выпалил ему Сьёрд.

- Джоро, я тебе сейчас кое-что расскажу, а ты постараешься нам это как-то объяснить, - сообщил ему Улейн. – Это касается тех бандитов, которые пришли к нашим стенам. И в особенности того, который сейчас заперт у нас в подвале.

- Что за разговоры вообще такие? – возмутился вдруг Джорононенди. – Что может быть общего у меня с этими сомнительными личностями?

- Вот именно об этом и пойдёт разговор, - заявил Сьёрд.

- Этот Чесевек говорит, что ты украл у них что-то там очень ценное, - ответил Улейн. – Не знаю, что именно, но что-то важное. И ради этого они преследовали тебя до нашего поселения.

- Какой ещё Чесевек? Кто «они»?

- Бандиты, которые требовали дани у моих людей! А Чесевек это тот из них, которого мы взяли у ворот.

- Улейн, я не понимаю о чём ты вообще говоришь! Поверь мне, я не имею никакого отношения ко всем эти людям!

Пока они спорили Сьёрд осмотрел стол, за которым работал пожилой алхимик. Среди бумаг и книг он заметил несколько склянок с мутной жидкостью, а потом узнал написанные на них названия. Это были те самые нейтрализаторы, о которых Сьёрд размышлял ещё в клинике Истикоры. Могло ли это быть как-то связанно с тем, что Джоро украл у разбойников?

- Улейн, мне не нравится подобное отношение! Что это вообще такое? – возмущение Джорононенди выглядело весьма искренне. – Сначала здесь появляется эта сомнительная личность, а потом ты обвиняешь меня в связях с какими-то преступниками!

Терпение у Сьёрда закончилось быстро. Услышав очередные гневные восклицания, он выхватил меч, чем тут же напугал пожилого алхимика.

- А ну прекратите! – рассердился Улейн.

- Давай мы просто сэкономим друг другу время, - предложил Сьёрд, обращаясь к Джорононенди. – Мы оба знаем, что это правда и вопрос только в том, когда ты, наконец-то, признаешься и раскроешь нам то, что мы ещё не знаем. Давай ускорим этот процесс.

Джорононенди сомневался лишь несколько мгновений, глядя на острый клинок, а потом всё-таки выдал.

- Хорошо! Я действительно бежал из Тробверта от этих самых разбойников, и они преследовали меня! Теперь доволен?

- Значит ты фактически привёл их к нам! – гневно сверкнул глазами Улейн. – И даже не предупредил о том, что они придут!

- Я был уверен в том, что они не смогут меня найти! Я сам был шокирован, когда увидел их у стен!

- Что ты у них украл? – спросил Сьёрд. – Это как-то связанно с тем, что у тебя здесь с собой нейтрализаторы?

- Не ройся в моих вещах! – возмутился Джорононенди, хотя склянки с зельями стояли у него прямо на столе.

- Такие зелья не берут с собой просто так. Что ты собрался принимать, а потом выводить? Что ты украл у бандитов, Джоро? – настаивал Сьёрд. – Дурман? Решил принять, а потом всё вывести?

- Да какой дурман?! Ты с ума сошёл? Я учёный! Я не занимаюсь подобными вещами!

- Тогда что ты украл? Что?

- Дурную кровь! – выпалил пожилой алхимик. – У них имелась дурная кровь и я забрал её! Для исследований!

- Ох, Джоро, - вздохнул Сьёрд и отступил назад, опустив меч. – Уж лучше бы ты сказал, что это дурман.

Повисла тишина. Сьёрд и Дерерис с удивлением смотрели на Джорононенди, в то время как Улей взглянул с непониманием на них самих. Пожилой алхимик молча вернулся на своё место за стол.

- Что это ещё за кровь такая? – с непониманием спросил Улейн. – И почему дурная?

Сьёрд мрачно посмотрел на Джорононенди, на лице которого можно было увидеть смесь вины, смущения и печали. И в то же время какой-то решительности и возмущения.

- Это крайне опасная субстанция, которую в народе прозвали дурной кровью, - пояснил Сьёрд тяжело вздохнув. – Её изобрели очень и очень давно. Ещё до основания Хистерии или Цантерии. Позднее все лаборатории, по её производству были разрушены и считается, что до наших дней дошли лишь относительно небольшие запасы.

- И в чём проблема?

- В том, что любые эксперименты с ней были резко осуждены научным сообществом и строго запрещены.

- Научного сообщества здесь нет, - заметил ему Джорононенди. – И всех их глупых требований тоже.

- Эта дрянь опасна! – напомнил ему Сьёрд. – Эксперименты с ней закончились только трагедиями и жертвами во всех случаях! И ты прекрасно это знаешь! Фактически – это яд!

- Согласен, - с готовностью поддержал Дерерис. – Это вещество можно было бы сравнить с алкоголем. Думаешь, что ещё всё в порядке, а потом тебе резко бьёт в голову. Вот только насмерть.

- Вы оба заблуждаетесь и просто не видите тех возможностей, которые она может открыть, - не поднимая головы возразил им Джорононенди. – А я могу их рассмотреть.

- Можешь рассмотреть? – удивился Сьёрд, подойдя к нему. – Ведь ты сам осуждал использование этой дряни. Говорил о том, что это опасно и может привести к самым мрачным последствиям. Что? Теперь передумал?

- Я не отрицаю того, что это может быть опасно. Но кое-какие свои взгляды в этом вопросе я, быть может, и пересмотрел.

- Пересмотрел, значит? – Сьёрд долго всматривался в него, а потом схватил одну из склянок с зельями и швырнул её в сторону. – Для этого взял с собой нейтрализаторы? Ты собрался проводить эксперименты? Цантерия в конце концов ничему тебя не научила?

Несколько секунд Джорононенди смотрел на него с непониманием, а потом его глаза с испугом расширились.

- Откуда ты об этом знаешь? – спросил он.

- Я знаю всё о том, что случилось в Цантерии, - мрачно сообщил ему Сьёрд. – Всё о том, что вы там устроили. О Моткето, о Шайдвин и об экспериментах с дурной кровью, из-за которой в конце концов у вас всё и пошло прахом! О том как вы убивали людей, чтобы скрыть свою работу над этим неудачным лекарством!

- Но оно вовсе не было неудачным! – Джоро вскочил со своего места. – У нас были положительные результаты! Да некоторые версии лекарства оказались плачевными, но у нас был успех!

- Какой успех, Джоро? У вас неожиданно прибавилось уверенности в том, что двадцать седьмой эксперимент окажется более удачным?

- У нас было десять выздоровевших пациентов, - пожилой алхимик ошарашил их своим заявлением. – Десять человек пошли на поправку с помощью нашего лекарства и если у нас было бы больше времени, то мы смогли бы изготовить ещё. Мы были в шаге от спасения Цантерии!

- Десять человек? – Сьёрд не мог поверить услышанному. – Ты это сейчас серьёзно?

- Более чем, - голос Джоро звучал уверенно. – Если бы не этот ужасный пожар, то всё сейчас сложилось бы иначе. Трагическая случайность расстроила все наши планы, а заодно и рассорила нас с нашими союзниками. И после нам пришлось бежать.

- Но зачем тебе сейчас дурная кровь? – спросил у него Дерерис. – Что ты задумал?

- Я же сказал, что Моткето работает над лекарством. Немного усилий, нужных компонентов и мы сможем повторить наш успех. Тем более, что теперь мы знаем, что всё делаем правильно. Здесь в Забытом Крае мы сможем выиграть время для нашей работы. А потом вернёмся в Цантерию!

Все были ошарашены его заявлением. В Забытом Крае хорошо знали о Цантерийской чуме, рассказывали о ней бесчисленные истории, боялись, что скоро она перекинется на полуостров. Один вид перепуганных беженцев наводил ужасу на многих местных поселенцев. И все люди, и нелюди, в том числе алхимики, перевёртыши и старосты таких поселений как Эзгерза, прекрасно знали, что лекарства от этой болезни нет. Этим она внушала особенный страх. А признание Джорононенди на этом фоне прозвучало для них словно гром. И каждый должен был принять его для себя.

- Я тебе не верю, - решительно сказал Сьёрд. – Я не верю ни одному твоему слову. Моткето бесчестный человек и он прекрасно понимает, что обратной дороги в Цантерию для него нет. А значит и лекарство никакое он делать не будет.

- Просто ты хочешь, чтобы было так, а не иначе, - с неприязнью заметил Джоро. – Ведь в противном случае вся твоя охота не имеет никакого смысла. И тебе не нужно думать о том, что ты погубишь тысячи и десятки тысяч, если убьёшь Моткето и не позволишь ему закончить свою работу.

- Боюсь, что мне тоже верится с трудом, - осторожно высказался Дерерис. - Если бы у вас с Моткето имелись исцелившиеся пациенты, то вы бы не скрывали их ото всех, а напротив. Рассказали бы всем о своём успехе. Тем более, что Цантерию до сих пор трясут беспорядки, а такое заявление всё бы изменило.

Джорононенди опустил взгляд и ничего на это не ответил. В помещении недолго висело молчание.

- Где дурная кровь? – строго спросил его Сьёрд. – Где ты её хранишь?

Пожилой алхимик ничего не собирался отвечать. Лишь посмотрел рассерженно и недовольно, а потом уткнулся в свои записи. Сьёрд продолжал смотреть на него, пытаясь унять гнев, а потом развернулся к Улейну.

- Предлагаю запереть его, - произнёс он, убирая меч в ножны. – По-настоящему, чтобы не выбрался. И, тем временем, обыскать его комнату. Вытащить оттуда всё.

Он решительно не хотел оставлять у Джорононенди дурную кровь. Все его поиски это одно, но кто знает к какой беде может привести такая субстанция. Тем более в руках Джоро, который так неудачно изменил к ней своё отношение.

- Так и сделаем, - поддержал Улейн и взглянул на сына. – Зови парней. Я думаю, условия содержания у нашего гостя пора изменить.

Уквейн кивнул и не глядя на перепуганного Джорононенди уже собирался исполнить поручение, но в этот момент зазвонил колокол. Улейн и его сын мгновенно изменились в лицах и бросились к выходу из библиотеки.

Сигнальный колокол Эзгерза звонил над поселением сообщая о тревоге. Поселенцы выбегали из своих домов, хватались за оружие. Женщины брали на руки детей, мужчины торопились в сторону ворот и большой теплицы. Мысленно Сьёрд заметил, что не видел вокруг паники. Местные жители действовали достаточно организованно.

Улейн и его сын выскочили на улицу и сразу направились туда же, куда и большинство вооружённых мужчин. Сьёрд и Дерерис последовали за ними, практически забыв о Джорононенди, который остался в библиотеке. Сигнальный колокол продолжал тяжело звонить.

- Что случилось? – крикнул Улейн, когда увидел одного из своих помощников. – Почему сигнал тревоги?

- Ворота! – прокричал тот в ответ. – Ворота открыты!

- Монстры ворвались к нам! – добавил громко ещё один мужчин.

Они все заметно ускорились. Сьёрд пришёл в замешательство от такой новости и уже на ходу вытащил меч из ножен, готовясь к худшему. День прошёл и вокруг уже темнело, а это в свою очередь не предвещало ничего хорошего.

Ворота действительно оказались открыты. Вопли и крики, которые доносились с их стороны явно свидетельствовали о худших предположениях. У входа в поселение уже рычали несколько ночных крысоловов, пытавшихся ворваться внутрь за стены. Больше десятка поселенцев с копьями и луками стремились оттеснить их назад. Ещё несколько человек оттаскивали раненных в сторону.

- Поджигайте стрелы! – закричал что есть силы Улейн, когда они добрались до ворот. – Включайте фонари! Быстрее!

Он немедленно начал руководить обороной, отдавая приказы. И сам натянул тетиву лука, который взял у сына, положив на неё стрелу. Чудовища ревели и клацали клыками, однако наталкивались на стальные наконечники. Уквейн принёс специальный тротвиновый фонарь, выпускающий обжигающий луч, и принялся раскручивать его ручку. Однако его опередил один из поселенцев на стене, направивший луч света прямо на чудовищ. Те ответили воем.

- Они в теплице! – к воротам примчался мужчина в плаще, зажимавший рану в руке. – Они успели прорваться в теплицу!

- Уквейн, идите туда! – скомандовал сыну староста. – Защитите урожай! Мы здесь справимся!

Уквейн тут же позвал нескольких крепких парней и незамедлительно бросился в сторону большой теплицы. Немного подумав и переглянувшись с Дерерисом Сьёрд решил направиться за ними.

- Мы поможем! – крикнул он Улейну.

- А мы придём к вам, как только закончим здесь! – громко ответил староста, давая одному из поселенцев поджечь его стрелу.

Не теряя времени, они добрались до того здания, которое отвечало за все фермерские успехи Эзгерза. Внутрь теплицы Сьёрд зашёл с мечом в руках, в то время как Дерерис где-то успел найти себе копьё.

Под стеклянной крышей теплицы можно было увидеть ряды грядок с различными овощами, многочисленные лестницы и переходы над ними. Здесь также растили и весьма специфические растения – крелимники. Они росли в больших горшках, подвешенных под потолком на крепких верёвках. Повсюду куда ни глянь виднелись инструменты и мешки с землёй. Бросались в глаза деревянные ящики, в которых лежала картошка и огурцы.

Монстры действительно уже прорвались внутрь и теперь ревели и громили всё, до чего тоже могли дотянуться. Несколько человек пытались остановить их здесь. Они кричали и сражались, спасая результаты нелёгкого фермерского труда. Часть овощей разбитыми валялись то тут, то там. Внимательно присмотревшись Сьёрд заметил пару бездыханных тел в лужах крови. Оставался только один вопрос – как чудовища вообще проникли сюда? Глядя на окружающие их стены, алхимик был уверен в том, что они не могли перебраться через них. Тогда как они это всё сделали? И как, в конце концов, ворота поселения оказались открыты?

Придя на помощь, они тут же присоединились к бою. Самой лучшей тактикой против ночных крысоловов было держаться группой, наседая на них с помощью множества атак и при этом держать их на расстоянии от себя копьями или пиками. Жители Эзгерза знали об этом явно не понаслышке, а потому именно её и придерживались. И поэтому Сьёрд не торопился бросаться вперёд, а оставался плечом к плечу с поселенцами отбиваясь мечом от чудовищ. Хорошим ударом ему удалось ранить ближайшего монстра, а когда тот попытался наброситься на него, то наткнулся на вовремя направленное копьё.

Одно из чудовищ с рёвом опрокинуло несколько ящиков с овощами. Другое рухнуло без дыхания от ран. Сьёрд, Дерерис и несколько поселенцев теснили третьего монстра, в то время как Уквейн включил свой фонарь и направил луч света на четвёртое чудовище. Вой и крики разносились по всей большой теплице. Алхимик наступал с одной стороны, а Дерерис с другой. Перевёртыш сумел ранить крысолова и когда тот оскалился на него, Сьёрд сделал смертельный выпад.

Глядя на то, как они расправлялись с чудовищами в теплице, он уже подумал о том, что они вот-вот справятся. Однако именно в этот момент откуда-то из внутренних помещений появилась особенно крупная тварь. Здоровенная и злобная, с множеством шрамов и ран. Она смотрела на людей страшным звериным взглядом и тут же бросилась в атаку.

Увидев монстра Уквейн направил на него луч фонаря, который тут же обжёг зеленоватую шкуру. Однако здоровенного крысолова подобное лишь разозлило, но нисколько не напугало. Он бросился прямо на юношу, злобно рыча и снося всё на своём пути.

Уквейн сначала ещё пытался жечь его лучом, но потом понял, что это бесполезно и бросился бежать. Несколько лучников успели выпустить в монстра стрелы, но тот не обратил на них никакого внимания. Ему явно был нужен источник болезненного и обжигающего света. И больше ничего. Осознав, что дело сейчас может повернуться совсем плохо Сьёрд бросился на выручку Уквейну.

Сын старосты выбежал из теплицы, на ходу снова раскручивая ручку на своём фонаре. Проделав дыру в дощатом участке стены, монстр вырвался следом за ним. Оказавшись на площади, крысолов обвёл взглядом перепуганных поселенцев, никак не ожидавших его появления. Однако задержался он лишь на мгновение, а заметив Уквейна снова бросился прямо за ним. Сьёрд и Дерерис также выбежали на площадь, пытаясь не отставать.

- И что ты собираешься с этим делать? – спросил Дерерис глядя на монстра.

- Пока ещё не знаю, но я думаю об этом, - сурово сообщил алхимик.

Он заметил, как один из лучников раскручивал ручку другого фонаря. Сьёрд немедленно побежал к нему. Фонарь был небольшим, изготовленным из металла и со старым механизмом внутри, работавшим на тротвине. Буквально выхватив устройство из рук поселенца и не обращая внимания на его возмущение алхимик с усилием принялся крутить ручку. А потом нажал специальный рычаг и выпустил луч обжигающего света.

Уквейн уже пытался спрятаться за памятником от чудовища, когда оно отвлеклось на новую цель. Зарычав от боли, монстр бросился на алхимика и снова было видно, что луч его не останавливает.

- Отлично, гений. И что теперь? – спросил Дерерис, глядя на приближающуюся к ним тушу.

У Сьёрда имелась одна дерзкая мысль. Сломать фонарь и швырнуть в монстра в расчёте, что тот загорится. Но тот неожиданно нашёл для себя новую цель.

- Уквейн! Уквейн! Держись!

Отец изо всех сил стремился к сыну. Улейн бежал и тяжело дышал. И почему-то монстр решил обратить внимание на него.

- Да что б тебя! – выругался Сьёрд, увидев, как крысолов сменил направление. – Дерерис, нам нужен новый план!

- Я и сам это вижу! – ответил ему перевёртыш и метнул в монстра копьё.

Сьёрд не мог не заметить, что копьё он метнул крайне умело и попал в быстро движущуюся цель. Дерерис сделал это так, словно делал уже не раз, как солдат. Однако времени спрашивать об этом не было, и алхимик снова нажал на рычаг фонаря.

- Возьми у Джоро те нейтрализаторы, которые он с собой притащил, - Сьёрд достал из своей сумки маленький флакон. – И смешай с этим! А потом неси сюда!

Дерерис не спросил ни слова, а только бросился к библиотеке, прихватив с собой флакон. А Сьёрд продолжал отвлекать монстра лучом света. Ему нужно было только тянуть время в надежде на то, что достаточно отвратительная мысль увенчается успехом.

И он тянул время продолжая обжигать лучом монстра, когда тот устрашающе рычал и ревел. Продолжал тянуть время, когда Улейн пускал очередную стрелу, а его сын включал свой фонарь. Продолжал тянуть время, когда монстр метался из стороны в сторону, не понимая на кого из нападавших ему наброситься. И даже тогда, когда тот всё-таки выбрал его.

Крысолов преследовал его до деревянной вышки, пристроенной к стене большой теплицы. Когда алхимик в спешке забирался наверх по приставленной лестнице монстр с разбегу врезался в вышку и буквально снёс её с грохотом. Забравшийся не так высоко, Сьёрд рухнул на землю, когда Дерерис вернулся вместе с Джорононенди и только что приготовленным зельем. Оно шипело и издавало неприятный запах.

Это было специфическое зелье, к которому большинство алхимиков прибегало крайне редко. Изменённый нейтрализатор можно было использовать для очищения металла от органических тканей. Зеленоватая шкура чудовища восприняла зелье словно кислоту, в связи с чем придавленный обломками вышки монстр взревел и взвыл. Он продолжал рычать, пытаясь выбраться, пока Дерерис оттаскивал ругающегося Сьёрда в сторону.

В конце концов монстр выбрался из-под завала. Но до этого момента в него пустили больше десятка стрел, жгли лучами, а зелье Сьёрда неумолимо делало своё дело.

В конце концов монстр рухнул и затих, а все люди вокруг него вздохнули с облегчением. Ворота были закрыты, а все ночные крысоловы в теплице перебиты. Бой был окончен.

- Сбежал, - сообщил Улейн, когда ему доложили о пленном бандите. – Сбежал, гад. Не успели мы его повесить!

Поселенцы помогали своим раненным товарищам, разбирали завал и наводили порядок. Несколько человек стаскивали в одно место туши монстров. Слышались ругательства и крики. Сьёрд стоял и смотрел, пытаясь понять, что именно здесь случилось.

- Сбежал, - подтвердил Уквейн. – Вырвался из подвала и ушёл, оставив ворота открытыми. Наверняка хотел нас этим отвлечь.

Звучало это вполне разумно. Как оказалось Чесевек бежал из Эзгерза и пока поселенцы вынужденно отбивались от ночных крысоловов никто не смог ему помешать. Улейн громко и грозно ругался, сокрушаясь о том, сколько людей пострадали от действий этого бандита. Желание повесить его у старосты было явно сильным как никогда. Вот только оставалось непонятным, как он сумел выбраться из запертого подвала?

Сьёрд присел возле памятника наблюдая за поселенцами Эзгерза и лихорадочно соображая об этом. Версий у него было много. Дерерис рухнул рядом с ним с крайне недовольным выражением на лице.

- Надеюсь, хотя бы теперь мы можем немного успокоиться? – поинтересовался он. – После всего случившегося мне нужно выпить.

- Мы ещё не достигли ни одной из запланированных целей. Так что рано останавливаться, - мрачно сообщил ему Сьёрд.

- Да хватит тебе, - возмутился перевёртыш. – Мы добрались до Эзгерза, порубили тварей и даже нашли Джоро! Мы заслужили хорошую выпивку. Что скажешь?

- Пока Джорононенди не расскажет мне всё, что знает я не успокоюсь. А тебе стоит перестать каждый раз хвататься за бутылку.

- Без нравоучений, - беззлобно заметил ему Дерерис. – Тогда хватай своего старого алхимика и начинай вытряхивать из него информацию. Он настолько сильно хочет отсюда убраться, что похоже готов на всё. Сам же обещал всё рассказать.

Сьёрд размышлял над его словами недолго, наблюдая за снова чем-то обеспокоенным Джорононенди, который разговаривал с Улейном. Староста выглядел мрачным. Постепенно предположение само родилось в голове алхимика. Он поднялся и быстро направился в их сторону. Дерерис только печально вздохнул и ругаясь встал на ноги.

- Джоро, - произнёс Сьёрд, когда подошёл к ним. – Есть разговор.

Джорононенди выглядел действительно встревоженным и это лишь усилило подозрения алхимика.

- Давай только сразу честно и откровенно, - попросил его Сьёрд. – Я ведь давно тебя знаю. Ты как-то замешен во всём этом?

- Да он снова обманул нас! – ответил вместо него староста поселения. – Это он достал ключ для бандита и усыпил его охрану! Рассчитывал, что тот поможет ему выбраться. А этот Чесевек его просто бросил.

- Какая однако неожиданность, - устало заметил Дерерис.

- Он сам признался мне только что, - сообщил им Улейн.

- Это сейчас не так важно, - произнёс Джорононенди с виноватым лицом. – Нужно срочно его догнать! Этого Чесевека! Нужно схватить его!

- Я не отправлю за ним никого из своих людей, - решительно возразил Улейн. – Тем более, когда темнеет, и ночные крысоловы снова будут подбираться к нашим стенам!

- Что случилось? – спросил Сьёрд у пожилого алхимика, уже почувствовав что-то неладное. – Это касается дурной крови? Верно?

- Он забрал дурную кровь! – ответил Джорононенди, в глазах которого читался настоящий страх. – Обманул меня и сбежав из заточения нашёл её в моей комнате в библиотеке! Но важно совсем не это!

- И что же тогда?

- Он забрал Истикору, Сьёрд! Он забрал её! Мы должны ей помочь! Прошу тебя!

Сьёрд тяжело вздохнул разочарованный тем, что вновь его худшие подозрения о бывшем коллеге оказались правдой.

Темнело. Солнце заходило за горизонт и крики ночных крысоловов становились всё громче. И при этом всё ближе. Сьёрд и Дерерис торопились, а Джорононенди изо всех сил старался не отставать.

Пожилой алхимик рассказал им и о своём сговоре с бандитом Чесевеком и о том, как тот бежал, бросив его в Эзгерза и забрав с собой дурную кровь. Он также рассказал об Истикоре, с которой он поругался незадолго до всего случившегося. Девушка была рассержена на него из-за того, что он оставил её в Тробверте и оскорблена его отношением. Исходя из её слов получалось, что она разочаровалась во всей их совместной работе. Пожилой алхимик лишь смутно понимал её претензии, не согласный с большинством из них. Его самомнение позволяло ему думать, что окружающие ему что-то должны. И в связи с этим он искренне считал, что Истикора должна быть благодарна ему за то, что работает с таким гениальным учёным, а не возмущаться тому, что он не торопится обучать её алхимии.

Тем не менее, Джорононенди искренне переживал за девушку, предполагая, что она могла совершить глупость. Под глупостью он подразумевал то, что она могла помочь Чесевеку украсть дурную кровь, рассчитывая тем самым отомстить алхимику. И теперь он совсем не хотел, чтобы она пострадала. Точно также, как и Сьёрд.

Именно поэтому они теперь торопились по следам Чесевека, которые находил Дерерис. Перевёртыш высматривал их с мастерством первоклассного следопыта, что не могло укрыться от внимания Сьёрда. Дерерис явно имел куда более сложное прошлое, чем казалось не первый взгляд.

- Следы принадлежат явно двоим, - отметил Дерерис, рассматривая их. – С ним Истикора или кто-то другой, но он точно здесь шёл не один.

- Это Истикора, - запыхавшись утверждал Джорононенди. – Это точно она и никто другой.

- Не стоит быть в этом так уверенным, - посоветовал ему перевёртыш.

- А ты смотрю с нашей последней встречи не изменился и остался всё таким же пессимистом.

- А ты всё также считаешь себя умнее всех.

Они старались не медлить и торопились вперёд, полагая, что Чесевек не мог далеко уйти. Ведь был всё ещё ранен, хоть его и перевязали.

- Думаете мы догоним его? – постоянно спрашивал Джорононенди. – Как скоро?

- Вопрос не в том, как скоро, а где именно, - ответил Сьёрд и, взглянув на своего бывшего коллегу, пояснил. – Он ранен, получил стрелу от поселенцев Эзгерза. Быстро темнеет и ему придётся искать убежище. Вне зависимости от того, хочет он этого или нет.

- Он отчаянный парень, - мрачно заметил Дерерис. – Ночные крысоловы хорошо чуют кровь и если его не найдём мы, то скорее всего обнаружат они. Да мы с вами считай его спасители.

- Главное – это спасти Истикору, - не унимался Джорононенди.

Они продолжали идти по следам между деревьев и оврагов с лужами. Алхимик смотрел по сторонам и не видел места, где бы бандит мог укрыться. Высокая трава, поваленные деревья и кучи маленьких грибов, растущих практически повсюду.

В пути Джорононенди пытался объяснить им, для чего именно он достал дурную кровь. Он рассказывал им о том, что хотел исследовать её свойства и написать всё, что сможет обнаружить в своей записной книжке. Дерерис всем своим видом показывал насколько ему это интересно, в то время как Сьёрд слушал внимательно. Алхимик подмечал каждую деталь, при этом продолжая следить за дорогой. Однако, когда Джорононенди заговорил о Моткето он сразу посмотрел на него.

- Ты искал дурную кровь для Моткето?

- А как ты думаешь, для кого ещё? Она была нужна нам для работы.

- Для какой ещё работы? Собрались снова наварить яду и отравить собственных пациентов? – сердито спросил у него Сьёрд.

Джорононенди гневно взглянул на него, но ничего не успел ему на это ответить, поскольку их остановил Дерерис.

- Тихо вы оба, - сказал он присев. – Скорее всего наш дорогой друг остановился там.

Впереди на вершине холма стояла старая, полуразрушенная мельница, к которой вела заросшая травой тропа. Выглядела она грустно и явно не использовалась никем уже много лет. Её огромные крылья медленно и со скрипом кружились на ветру. При чём их скрип был слышен даже на том расстоянии, на котором стояла их троица.

- Почему ты думаешь, что он именно там? – поинтересовался Сьёрд.

- Потому что туда ведут следы, - ответил мрачно Дерерис. – И ещё это самое подходящее место.

Они осторожно направились в сторону мельницы. Уже поднимаясь по ступенькам Сьёрд вытащил из ножен меч, а Дерерис натянул тетиву лука. Оружие и стрелы ему выдали в Эзгерза и как оказалось ими он тоже умел хорошо пользоваться. Вой доносился до них со стороны деревьев. Оглянувшись Сьёрд заметил уже знакомые ему силуэты ночных крысоловов. Монстры медленно приближались к мельнице следом за ними.

- Это точно не к добру, - тихо заметил Сьёрд.

Они зашли внутрь мельницы, где в каменном полу уже проросла трава и всё вокруг было засыпано листьями. От механизма мельницы осталась только не поддающаяся восстановлению конструкция. Винтовая лестница вела куда-то наверх, идя вдоль стен. И именно на ней они и увидели Чесевека. Усталого, сердитого и зажимающего рукой рану на ноге. Истикора стояла рядом с ним дрожащая и напуганная.

- А я то всё надеялся, что не увижу вас за собой, - недовольным голосом сообщил им бандит.

- И весьма зря, - ответил ему Сьёрд, внимательно глядя на него своими красными глазами. – Мы здесь для того, чтобы вернуть тебя обратно.

Дерерис поднял лук со стрелой и в тот же момент Чесевек схватил Истикору и продемонстрировал им большой нож.

- Вот этого делать не надо, - произнёс он, обращаясь к перевёртышу. – Обойдёмся без стрел и всего прочего, а то сначала будут жертвы, которых вы не хотите.

- Сам опусти нож или пожалеешь о том, что тебя не сожрали по пути сюда, - сурово заявил ему алхимик.

- Если с ней что-то случится первая стрела пробьёт тебе горло, - мрачно предупредил бандита Дерерис.

Чесевек смотрел на них злобно, от его прежней любезности, которую он демонстрировал в Эзгерза, не осталось ни следа. Он прятался за девушкой, которая выглядела настолько напуганной, что не могла сказать ни слова. Сьёрд смотрел на них обоих настороженно, не желая, чтобы Истикора пострадала. В отличие от него самого или Джорононенди она оказалась втянута во всё это против своей воли. И не должна была теперь стать жертвой того, что несколько человек не поделили между собой старые и опасные химические вещества.

- Отпусти её прямо сейчас! – потребовал Джорононенди. – И, может быть, ты не сильно пострадаешь!

- Может быть не пострадаю? Так значит, старый дурак? – громко спросил его Чесевек. – На самое глубокое дно тебя! Теперь уже не мне нужно беспокоиться о своей безопасности. А вам! Вас всех теперь на мясо пустят!

Сьёрд не придавал большого значения его словам, размышляя о том, как им выбраться из сложившейся ситуации. Хорошим вариантом было бы пустить в бандита стрелу так, чтобы не ранить Истикору. Вот только алхимик понятия не имел насколько хорошо Дерерис стрелял из лука.

Снаружи, тем временем, всё отчётливее слышалось рычание и это не предвещало собой ничего хорошего.

- Мой господин вам ничего не простит! – грозно пообещал им Чесевек. – Наш главарь каждого заставляет ответить за то, что он сделал! И вас всех он тоже заставит ответить!

- Что-то я его здесь не вижу, - заметил ему в ответ Дерерис. – И ты просто поразительно глуп, если думаешь, что сможешь выбраться отсюда.

- Закрой свой рот, грязный нелюдь, - бандит поднёс свой нож к горлу девушки. – Вы зря думаете, что расстояние вас спасёт. Наш главарь спалит всё дотла, если потребуется! И все вы ответите за каждого из наших убитых парней!

Сьёрд, который всё это время думал, что им делать заметил движение на винтовой лестнице. Силуэт ночного крысолова появился в проёме в стене, неподалёку от того места, где стояли Чесевек и Истикора. Алхимик медленно потянулся к висящему у него на поясе ножу.

- И на счёт дурной крови, - всё продолжал бандит. – Зря ты её взял, Джоро! Зря взял то, что тебе не принадлежит. За это тебя тоже заставят ответить. Уж ты мне поверь!

Его грозная речь оборвалась, когда он заметил медленно приближавшегося к нему к нему монстра. Бандит тут же сменил позицию и снова укрылся за Истикорой. Чудовище зарычало. Как и те, что забрались в мельницу за спиной Джорононенди.

Всё дальнейшее происходило быстро. Чесевек порезал Истикоре руку и толкнул её на крысолова. Сьёрд тут же метнул в него нож, но к собственной злости промахнулся. Бандит бежал, буквально выпрыгнув в окно, а монстр уже был готов броситься на девушку, но получил стрелу от Дерериса. Внезапная угроза его отвлекла.

- Прыгай! – закричал Сьёрд Истикоре. – Прыгай сюда! Скорее!

Девушка прыгнула. Сьёрд поймал её, но они оба упали. Джорононенди бросился в укрытие, а Дерерис развернулся и снова выстрелил из лука в другого монстра, приближавшегося к ним. Алхимик быстро поднялся с мечом в руке, когда первый крысолов спрыгнул к ним с лестницы. Кровь, которая текла из раны Истикоры привлекала внимание монстра и Сьёрд крепче сжал рукоять своего клинка, готовясь к бою. Дерерис уже накладывал третью стрелу, когда монстр бросился на них. Алхимик увернулся от когтей и полоснул мечом по боку крысолова. Он увернулся и во второй раз, снова ранив зверя. Он вскрикнул, когда острые когти полоснули его по левому предплечью, глубоко войдя в плоть. И в ответ вонзил меч в тварь, также глубоко вогнав клинок. Чудовище заревело и Сьёрд с усилием загнал меч ещё глубже. Кровь залила его руку.

Истикора бросилась к нему и попыталась помочь выдернуть оружие из туши, когда в мельницу забрались ещё двое монстров. Оба они смотрели голодными и жуткими взглядами, явно учуяв кровь. Сьёрд выдернул меч не сразу, приложив усилие и грубо ругаясь. Звери уже рычали и подступали к ним, когда алхимик всё-таки выдернул меч и приготовился встретить новую угрозу. Левая рука страшно болела, а кровь стекала вниз под рукавами.

Он уже готовился к худшему, когда рядом раздался громкий и жуткий вопль. Вопль, представлявший собой нечто среднее между криком зверя и человека. Вопль, который тут же напугал ночных крысоловов.

За всё время их знакомства Сьёрд ещё ни разу не видел полного его обращения. Раньше ему уже приходилось сталкиваться с такими же существами, но то, как они превращаются он видел лишь несколько раз. А теперь он снова стал свидетелем подобного процесса, увидел, как за несколько мгновений в его товарище угасло всё человеческое, уступив место звериному. И что думать об этом алхимик не знал.

Дерерис обратился в существо, которое жители Забытого Края или Цантерии называли бледностоном. Белое, с длинными лапами и жутко воющее. С кроваво-красными и пугающими глазами, в которых Сьёрд видел лишь тень своего товарища.

Превращение проходило не просто. Дерерис кричал. Его трясло словно от самой жуткой лихорадки. Кровь текла у него изо рта и из носа. А его внешность менялась буквально на глазах. И совсем скоро то, во что превратился Дерерис сражалось с ночными крысоловами. Разбрасывало их из стороны в сторону, рвало когтями и зубами. Выло и ревело, пытаясь сбросить со спины одну из тварей. Истекало кровью прогоняя монстров из полуразрушенной мельницы. Продолжало выть и рычать, когда они убегали в сторону леса.

И рухнуло на пол без сил, потеряв сознание и медленно превращаясь обратно в человека.

Завершение

Завершение.

В этот раз ночь оказалась тихой и спокойной. Жители Эзгерза снова заперли и забаррикадировали ворота, зажгли огни и выставили дозорных на стенах и башнях. Лучники патрулировали свои участки и всматривались в темноту, которую время от времени разрывали лучами тротвиновых фонарей. Как и в прошлый раз они были готовы к бою, чтобы не подпустить монстров к своим укреплениям, но эта ночь отличалась от предыдущей. Ночные крысоловы по-прежнему выли вдали, но теперь не приближались к поселению. Они хорошо знали кто сейчас находился в нём. Всю ночь они держались подальше от Эзгерза к общей радости и облегчению всех поселенцев. И все они прекрасно понимали кого им нужно благодарить. Именно поэтому эта ночь считалась для них тихой и спокойной. Сьёрд был с ними полностью согласен, а потому тоже позволил себе расслабиться. Он рассчитывал, что этой ночью сможет спать спокойно.

Двое алхимиков бродили внутри большой теплицы после того, как поселенцы закончили свои работы и отправились по домам. На следующий день им предстояло много усердного труда. Ночные крысоловы многое здесь порушили и разбросали. Теперь поселенцам предстояло всё это восстанавливать и ремонтировать, однако Улейн твёрдо считал, что они легко отделались. Самое главное было то, что урожай не пострадал. Куда больше, чем небольшие разрушения старосту беспокоили жертвы среди людей. Погибших похоронили согласно всем традициям, принятым в местных краях. Сьёрд присутствовал при их похоронах.

После всего этого он вместе с Джорононенди отправился в теплицу. Им было что обсудить друг с другом. Пожилой алхимик держался куда спокойнее, чем при прошлых их разговорах, уже успев осмыслить всё то, что они пережили и повидали здесь. Теперь он отвечал на вопросы, хотя Сьёрд, всё равно, считал, что он что-то скрывает. И эти секреты бывшего коллеги ещё предстояло раскрыть.

- Насколько много тебе известно? – спрашивал Сьёрда Джорононенди, когда они проходили мимо слабо светящих масляных ламп. – Ты утверждал будто бы знаешь всё.

- Всё или почти всё, - ответил ему Сьёрд, всматриваясь в лицо своего коллеги. – Мне известно о тех экспериментах, которые проводил Моткето в Цантерии. О том, что он пытался разработать лекарство от той болезни, что вызвала эпидемию в королевстве.

- Моткето пытался создать лекарство от всех болезней на свете, - поправил его Джорононенди. – Универсальное снадобье. Этой идеей он болел ещё до того, как тебя изгнали из нашего круга.

- Я помню об этом. И все его попытки окончились провалом. Можно сказать, просто сокрушительным.

Джорононенди выглядел обеспокоенным. Сьёрд уже давно знал этого человека и потому хорошо видел, что того терзали серьёзные сомнения.

- Ты должен понимать, что на Моткето лежала огромная ответственность, - Джорононенди пытался убедить его в своём мнении. – Он возглавлял целый алхимический круг и пытался спасти целое королевство. От его работы многое зависело!

- Вот именно – многое! – мрачно заметил Сьёрд. – Но это вовсе не является оправданием всему тому, что он совершил. Или ты будешь убеждать меня, что это лишь слухи и домыслы?

- Нет, не слухи. Да, Моткето проводил в Цантерии различные эксперименты, пытаясь разработать своё лекарство. Он изучал труды многих алхимиков, трудившихся в этом направлении до него, - Джорононенди печально вздохнул. – Однако он так и не достиг успеха в этом деле, и неудача перед лицом несчастных больных сломила его. Понимаешь? Ему было нелегко.

Сьёрд хмыкнул на эти слова и посмотрел на старика с осуждением. Ему рассказывали о тех экспериментах, за которыми стоял Моткето. И он знал своего бывшего учителя, как человека достаточно беспринципного, когда ему это нужно.

- Вот только не надо выставлять его теперь жертвой, - сказал Сьёрд. – Мы оба с тобой достаточно хорошо его знаем.

Рана в плече снова разболелась, и алхимик тихо выругался. Руку ему уже успели перевязать, а обезболивающее, которое часто принимали и Джорононенди, и Моткето он использовать не хотел. Имел к тому некоторое предубеждение.

После всего того, что случилось в полуразрушенной мельнице Сьёрд и остальные вернулись в Эзгерза. Джорононенди, конечно, несколько раз предлагал воспользоваться возможностью и убраться куда подальше. Однако Сьёрд не видел в подобной идее никакого смысла, считая, что без припасов и всех своих вещей далеко они уйти не смогут. Особенно учитывая наступающую ночь и активность ночных крысоловов.

Когда они вернулись в Эзгерза, то незамедлительно разобрались с его раной и с раной Истикоры. Осмотрели, обработали их обеззараживающим составом и перебинтовали. Куда сложнее было с Дерерисом, которому теперь требовался отдых. Ему явно было плохо, и он не скоро пришёл в себя. Теперь же перевёртыш лежал в той самой комнате, в которой они отдыхали прошлой ночью. Спал, ел и пил, медленно набираясь сил. Правда, стараниями Сьёрда он пил только чай. Впечатлённый тем, как Дерерис прогнал ночных крысоловов Улейн выразил ему свою благодарность, которую хотел подтвердить бутылкой хорошего вина. Он сам приобрёл её в Тробверте несколько месяцев назад. Тем не менее, Сьёрд не позволил ему этого сделать, посчитав, что алкоголь перевёртышу сейчас на пользу не пойдёт. В связи с этим тот пил чай из цветов, собираемых на побережье Забытого Края, и время от времени ругался на алхимика, требуя вина или водки. А Сьёрд в свою очередь был преисполнен намерения не позволить тому погубить своё здоровье.

- Давай вернёмся к дурной крови, - предложил алхимик, когда они поднимались на один из многочисленных мостков, расположенных над грядками. – Той самой, к которой Моткето обратился после того, как ты говоришь, его постигла неудача.

- Он стремился помочь людям, - Джорононенди придерживался рукой за перила, поднимаясь наверх. – Раньше из неё уже пытались делать лекарства и есть сведения, что эти попытки закончились успехом. Вот поэтому он и рискнул обратиться к ней.

- Где он вообще её достал?

- У всех есть свои связи. У кого-то больше, у кого-то меньше. У нас ведь в Цантерии была хорошая лаборатория. Имелось всё необходимое. И мы решили рискнуть.

Сьёрду было известно, что их риск нисколько себя не оправдал. Ему было хорошо известно, чем это всё закончилось не только для них, но и для многих окружающих.

- Это был оправданный риск и ты должен это понимать, - продолжал Джорононенди, по-прежнему державшийся за перилла, когда они шли по мосту. – Мы хорошо изучили все имеющиеся материалы о дурной крови.

- Хорошо изучили? – в голосе алхимика явно звучал сарказм.

- Да, именно так. У нас есть большие труды по дурной крови и даже заметки практиков, что первыми предприняли попытку работать с ней. Мы учли все их ошибки и просчёты и постарались избежать их, - как и всегда Джорононенди говорил гордо и самоуверенно. – Это была большая и сложная работа. Если бы не та страшная обстановка, в которой мы ей занимались, то от неё можно было бы и получить удовольствие.

- Ты знаешь, как давно я перестал вам удивляться? – мрачно спросил Сьёрд. – Эксперименты с дурной кровью, которые ты теперь оправдываешь опасностью в королевстве. Лишь один пункт в длинном списке примеров вашего с Моткето лицемерия.

- К чему ты ведёшь? – немного запыхавшись поинтересовался Джорононенди.

- Джоро, давай только серьёзно. Дурная кровь – это опасное и нестабильное вещество, происхождение которого до сих пор доподлинно никому неизвестно. И не забывай о том, что эксперименты с ней, которые проводили те самые практиканты, о которых ты говоришь, были признаны неудачными и осуждены научным сообществом. В том числе и самим Моткето, и тобой. Вы сами осуждали их! А теперь сами и проводите!

- Потому что посчитали это необходимым и приемлемым в условиях ситуации. И вообще, что ты хочешь этим сказать?

- Да то, что это просто ещё одно предательство! В цивилизованных краях любые опыты с дурной кровью запрещены ещё со времён алхимика Лжедвока, - напомнил ему Сьёрд. – А теперь вы нарушаете все устоявшиеся правила и думаете, что вам всё можно, потому что вы двое себя гениями считаете? Джоро, ты лично добивался моего исключения из алхимического круга за нарушение правил! А что вы сами творите? Разве это не нарушение всех наших принципов?

- Ты себя с нами не равняй, Сьёрд, - сверкнув глазами сказал ему Джорононенди. – Предательство или нет, тебя это не касается. Не тебе судить наши поступки. Ты больше не алхимик и ты не один из нас.

- Скажи, а тебе ещё не надоело на всё это ссылаться?

- Это важно. Ты совершил преступление и тем самым опозорил себя. Мы же идём на некоторые отступления из необходимости. Всё это совершенно разные ситуации.

- Конечно, конечно, - Сьёрд злился, но сдерживал себя. – Это совершенно разные ситуации. До меня дошли слухи о том, чем закончились ваши эксперименты из необходимости. Я убил троих бандитов, а сколько человек вы в итоге погубили? Вот скажи мне?

- Ты убил их намеренно, по злому умыслу, - проворчал Джорононенди. – Здесь есть большая разница. И я не хочу больше это обсуждать с тобой.

- И я тоже не хочу, - Сьёрд остановился и встал перед ним. – Вы оба с Моткето просто старые лицемеры. Вы выгнали меня и многих других, когда захотели, а сами нарушаете любые принципы, ради собственной выгоды. И утверждаете при этом, что для вас правила не писаны.

- Если тебя терзает обида, что тебя выгнали из круга, то оставь её себе, мальчишка, - сурово заметил ему Джорононенди. – А мужчины идут вперёд, когда это требуется. Я думаю, что ты поймёшь меня. Ты снова заставляешь меня негативно о тебе думать.

- А мне всё равно, что ты там обо мне думаешь, - сообщил ему Сьёрд. – Считаешь меня мальчишкой или мужчиной. Мне не интересно твоё мнение на этот счёт. Меня волнует, где Моткето сейчас и чем он занимается. Какая связь между тем, что ты собирался исследовать здесь дурную кровь и теми экспериментами, которые вы проводили в Цантерии? Вот, что я хочу знать и именно об этом мы с тобой будем говорить.

- Моткето пытается исправить свои ошибки, которые он совершил в Цантерии, - наконец сказал Джорононенди. – Он снова занимается экспериментами с дурной кровью. Пытается закончить ту работу, которую начал ещё дома.

- Зачем ему это всё? Почему?

- Потому что он пытается помочь людям, Сьёрд. Он человек, совершивший ошибку, который пытается сделать доброе дело. Теперь доволен, что знаешь это?

- Ещё нет. Я хочу знать, где он скрывается. И я найду его, а ты мне в этом поможешь.

- Зачем, Сьёрд? Ты хочешь помешать ему, но сколько людей тогда могут пострадать? – Джорононенди явно пытался его переубедить.

- А я не верю в то, что он действительно пытается помочь людям, - сурово ответил Сьёрд. – Он не пытается выбраться из ямы, а лишь делает её ещё глубже. И я очень хочу засыпать эту яму вместе с ним.

- Знаешь, а ведь когда-то я думал, что вы с ним похожи, - печально сказал пожилой алхимик. – Я серьёзно, не делай такое лицо. Вы оба верны тому направлению, которые выбрали, особенно если мотивируете этой своими принципами.

- Кажется, однажды у нас с тобой уже был такой разговор, - смутно припомнил Сьёрд.

- Моткето хочет создать лекарство и вылечить людей и теперь идёт к этой цели. А ты пытаешься убить его и не видишь тому препятствий. Как ты думаешь, кому из вас двоих я больше сочувствую?

Сьёрд посмотрел на него, не скрывая своего недовольства и одновременно перебарывая желание ударить его ещё раз. Однако он больше не хотел давать волю своему гневу.

- Мы с ним совершенно не похожи и не будем больше возвращаться к этому разговору, - мрачно ответил Сьёрд.

- Совершенно не похож, - подтвердил Джорононенди. – А ведь когда-то у тебя был шанс стать таким же как он. Однако ты его упустил.

- Можно подумать мне так был нужен этот шанс, - вздохнул бывший алхимик. – Я не имею ни малейшего желания быть похожим на Моткето. Не имею ни малейшего желания быть похожим на алхимиков и учёных, которые считают себя выше и лучше остальных.

Несколько мгновений Джороненди смотрел на него словно выжидая, а потом всё-таки сказал.

- А ведь Шайдвин считала иначе, - заметил он. – Она стремилась стать похожей на Моткето и всему училась у него. Она бы с тобой не согласилась.

- Вот только не трогай Шайдвин, - серьёзно предупредил его Сьёрд. – Я же сказал, что знаю о случившемся в Цантерии. Меня совсем не удивляет то, как ты использовал Истикору. Потому что именно так вы оба использовали Шайдвин, когда попросили её начать первые эксперименты с дурной кровью.

Джорононенди хотел ответить ему что-то, но не стал торопиться со словами. Впереди их ожидал ещё долгий разговор. И в этом разговоре предстояло задать много вопросов, потому что Сьёрд уже начал читать записную книжку Джорононенди, в которой тот описывал свою работу в Тробверте. И не только в нём.