Хроники одной Жрицы

Слуга Госпожи

В зале царил сумрак. Солнечные лучи украдкой проникали сквозь тонкие бумажные перегородки, искусно украшенных изображениями оленей среди деревьев. По темному полу, чуть поскрипывавшему от старости, кружилась девушка с деревянным шестом в руках. Свет скользил по ее длинным белым волосам, перехваченным черной лентой посередине, и рисовал блеклые пятна на широких брюках.

В утренние часы воздух был прохладен, добавлял ощущений от плавного танца. Казалось, больше ничего в мире для нее нет, кроме этого утра, наполненного запахом цветов вишни, прохладного дерева под босыми ногами и порхающих пылинок в солнечном свете.

Зигфрид наблюдал за девушкой долго, но она не замечала его. Или не хотела общаться. Это было немудрено, ведь друг другу они приходились врагами. Так получилось, что две страны, уставшие от долгой войны, решили начать переговоры в одной из приграничных крепостей линнэ в северных горах.

На его родине уже наступило жаркое лето, а здесь только расцвели вишни. Пока не начались переговоры, Зиг гулял по саду и набрел на тренировочный зал, где в одиночестве танцевала беловолосая девушка, оттачивающая неизвестное ему боевое искусство. Он остался наблюдать за ее проворными изящными движениями, пользуясь тем, что она ничего ему не сказала.

Взгляд Зигфрида упал на стойку с деревянным оружием, подобным тому, что был в руках девушки. Он взял меч и встал перед девушкой, которая удивленно посмотрела на него темными глазами, но так же, не говоря ни слова, приготовилась. Зиг резко атаковал, она парировала. Не стала ждать и тут же обрушила серию ударов, точных и ловких.

Сражаться с ней было сложно. Несмотря на ощутимую разницу в силе, девушка умело использовала преимущества длинного оружия и не подпускала на короткую дистанцию. Ее атаки были быстрыми и неожиданными, так что казалось – будь у нее серьезное оружие, то она бы легко Зига отправила к праотцам.

Однако ему удалось подловить момент и выбить шест из ее рук. Меч замер возле шеи девушки, почти касаясь выбившейся из прически пряди волос. Белая рубашка прилипла к телу, обрисовывая выразительные формы. Противница часто дышала, устав от быстрой схватки, и нервно облизнулась, проводя языком по губам. Она не отводила взгляда своих непроницаемо красных глаз от лица Зига, ожидая его следующего шага.

Прохладный воздух касался разгоряченного боем тела и помогал остыть, но в крови еще кипел азарт и требовал выхода. Зигфрид уронил меч и шагнул ближе. Девушка отшатнулась, но он перехватил ее руку, рывком привлекая к себе. Только приблизился к ее губам, чтобы… как раздался крик.

– Зиг!!

Это почти отрезвило, и он отпустил девушку, которая тут же бесшумно выскользнула из зала в сад, отодвинув одну из бумажных перегородок. Зигфрид с раздражением уставился на вошедшего друга.

– Ты…не мог бы не мешать? – едва сдерживаясь, хрипло поинтересовался он.

– А ты не мог бы придержать своего дружка и не трогать вражеских девушек? – ответил Анри, сверкая синими глазами, – ты вообще в своем уме?

– Боишься, что случайно вражеский генофонд улучшу? – усмехнулся Зиг, постепенно успокаиваясь. Друг был прав, подобное поведение не привело бы ни к чему хорошему. Но руки все равно чесались устроить взбучку за вмешательство в такой момент. Поэтому он подобрал брошенное оружие и вернул на стойку – хоть чем-то себя отвлечь.

Анри скрестил руки на груди и нахмурился.

– У нас едва-едва перемирие, и делать опрометчивых шагов по отношению друг к другу не стоит. Экзотику ищи среди своих, для чего ты брал свою Элизу, в конце концов?

– Я все понял. Извини. Просто трудно было удержаться…

– Заметно, ­ сухо прокомментировал друг и взъерошил свои темные волосы, – хорошо, что я вовремя решил тебя найти. И хорошо, что тебя не видела Элиза – она бы точно не стала себя утруждать дипломатией и устроила истерику.

– Забудем? – улыбнулся Зиг.

– Главное, чтобы эта девушка была не в обиде и тоже забыла, – буркнул Анри, – Идем, нас уже заждались.

Впереди тяжелый и нудный день, наполненный спорами и завуалированными угрозами, одно понимание этого вызывало головную боль у Зига. Друг сочувственно похлопал по плечу.

***

Лезвие копья со свистом рассекло воздух. Альбинос скучающе крутанула древко и положила оружие на колени. В просторном помещении пахло старым деревом и собранными в икебану цветущими ветками вишни. На столе, возле которого сидела девушка, стояла курильница. Стелящийся белый дым еле слышно пах сандалом и немного раздражал.

Она подняла красные глаза на мужчину, сидящего напротив. Его длинные черные волосы обильно украшала седина, но он по-прежнему был крепок и силен. Поданные любили его и готовы были положить жизни.

Мужчина раздражал девушку, и альбинос не скрывала этого.

– Коэно, – обратился он к ней, – не могла бы ты убрать копье на место? Это священная реликвия, а не игрушка для детей.

– А я – избранная жрица Улфат, а не дите, – равнодушно ответила девушка, нежно поглаживая древко копья с темными от времени серебряными накладками. На них были вырезаны сцены из истории темной богини войны, но от старости они давно стерлись, и теперь было не различить изображения.

– Племянница должна вести себя почтительно по отношению к старшим родственникам, – сурово одернула альбиноса старая жрица, госпожа Нотто, прошуршав бело-красным одеянием. Слепой взгляд был устремлен в неведомую даль, а руки быстро перебирали четки, такие темные и старые, что выглядели ровесниками самого мира.

Коэно вздохнула.

– Как переговоры? – поинтересовалась она у дяди. Ларо устало потер виски, мигом сбросив маску величественной надменности.

– Эти несносные иркиани совсем невоспитанны, но дело двигается. Они уже согласны вернуть долину и часть Урского леса. Остальные старейшины довольны и этим, но я считаю, что можно добиться больших уступок. И пожалуйста, не попадайся на глаза гостям! Невесть что может взбрести в головы эти варварам.

– Да-да, – рассеянно отозвалась Коэно, – как прикажете, дядя. Отнесу копье в святилище.

Она поднялась на ноги и сладко потянулась. Тело приятно побаливало после долгой тренировки, девушка чувствовала себя живой и даже почти счастливой.

Инцидент с одним из иркиани она не забыла. Жрица привыкла к почитанию и уважению со стороны обитателей крепости, такое вольное поведение к себе ей было в новинку. Забавное происшествие, которое отправится в копилку воспоминаний.

Чтобы не потерять себя в служении великой богине.

***

Элиза едва дождалась окончания переговоров, чтобы повиснуть на шее Зигфрида. Она старалась выглядеть яркой и соблазнительной – рыжие волосы были убраны в изящную прическу, голубое платье с золотым поясом, подчеркивающим тонкую талию, открывало красивые шею и плечи.

Среди темноволосых местных женщин крепости девушка была как спустившееся солнце. Мужчины то и дело бросали на нее заинтересованные взгляды, но знакомиться ближе не пытались. Анри пошутил, что Элиза слишком яркая и напоминает демона, на что получил от нее кулачком под ребра и рассмеялся.

Девушка купалась в море внимания, что временами вызывало приступы ревности у Зига.

– Сегодня будет праздник с фейерверками, – сообщила Элиза, заглядывая в глаза мужчины. Он рассеянно улыбнулся в ответ.

– Надеюсь, это не как вчера будет? От того заунывного театра я хотел повеситься на радость всем врагам.

– Пьянка точно будет, – усмехнулся Анри, провожая взглядом служанку в темно-синем платье. Ее каштановые волосы были заплетенным в косы и украшены крупным розовым цветком. Девушка стрельнула хитрыми раскосыми глазами в его сторону и умчалась, неся на плече большой кувшин.

– Не забудь придерживать своего дружка, – мстительно напомнил Зиг.

– Мне можно, – отмахнулся мужчина, – в отличие от тебя.

– Я чего-то не знаю? – настороженно спросила Элиза.

– Разве я не сказал? – притворно удивился мужчина, украдкой грозя кулаком Анри, – ты сегодня прекрасна как никогда.

Девушка польщено улыбнулась.

– Я узнала, что здесь есть святилище местной богини. Она вроде как заведует судьбой, а ее жрицы могут предсказывать будущее. Пойдем спросим?

– Предпочитаю творить свою судьбу сам, – шутливо попытался отделаться Анри. Но Элиза смотрела так умоляюще, что друзья сдались и позволили себя потащить.

Рыжая красавица уверенно двинулась в сад. Здесь они были несколько дней, но, пока мужчины были на переговорах, она успела разведать территорию, куда ее только пускали. Не все обитатели крепости поддавались ее чарам, но и того, что было разрешено, хватало для развлечения. Однако в храм Элиза боялась идти одной – рассказы об Улфат ходили жуткие и страшные.

Но узнать свое будущее ей хотелось сильнее.

Сад наполняли небольшие, искривленные деревья, размещавшиеся на огромных мшистых валунах. Зигфрид не понимал тяги линнэ к подобному пейзажу, хоть и признавал, что в этом что-то есть. По бокам тропинки к святилищу стояли статуи причудливых зверей с выпученными круглыми глазами и оскаленными клыками. Они были старыми и выщербленными ветрами и дождями, как будто стоят здесь с самого создания этих гор.

Обогнув валун, друзья наткнулись на жрицу. Зиг и Анри синхронно вздрогнули, увидев альбиноса в церемониальной красно-белой одежде линнэ. Длинные белые волосы были распущенны, лишь отдельные пряди были схвачены у виска алой заколкой в виде узла из шнурка с золоченой кистью. По бледному лицу расползся узор из красных линий.

В руке жрицы было копье с длинным листовидным лезвием. На солнце сверкнула остро заточенная кромка.

– Здравствуйте, – пискнула Элиза, прерывая затянувшееся молчание.

Альбинос отмерла и сдержанно улыбнулась.

– Доброго дня, – она слегка поклонилась, – Чем могу помочь дорогим гостям?

Голос жрицы оказался низким и пробирающим до самой души. Зиг сглотнул и переглянулся с Анри. Скандал мог быть грандиозным, если того захочет альбинос.

– Я хочу знать будущее, – запинаясь, ответила девушка. Жрица ее пугала своими непроницаемыми кроваво-красными глазами. Элиза сделала шаг назад и оглянулась на мужчин, ища у них поддержки. Но они выглядели пришибленными.

Коэно наклонила голову, рассматривая гостей. Быстро же они ее нашли, а ведь дядя так просил не сталкиваться с иркиани. Она едва усмехнулась, видя, как нервничают Зиг и Анри – понимали, что утреннее происшествие может поставить крест на переговорах.

Госпожа была равнодушна, а жрица и подавно считала, что скандал – довольно скучное и неприятное дело. Особенно с участием Ларо. Для Коэно не было секретом, какие планы на нее строил дядя.

Этим планам все равно не суждено сбыться.

Жрица пригласила следовать за ней. Иркиани послушно пошли, молча оглядываясь по сторонам.

Святилище было старше самой крепости, намного. Лишь спустя века, после основания, сюда пришли линнэ и основали форпост, сочтя местность очень удобной. Горы малопроходимы, все тропы известны – контролировать очень легко.

Наличие святилища Улфат, богини судьбы и войны, придавало крепости особый статус, что и сыграло роль в выборе места для переговоров. Ларо этим был очень доволен и считал себя любимцем Госпожи – сначала рождение избранницы Улфат у его младшего брата, а теперь еще и участие в перемирии…

– Проходите, – Коэно посторонилась, пропуская гостей в помещение небольшого здания, сложенного из светло-серого гранита.

Свет проникал из окон, находящихся под куполом, и падал на статую божества в виде женщины с умиротворенным прекрасным лицом. Волнистые волосы спускались на полуобнаженную грудь, а руки были протянуты вперед, как будто она хотела обнять вошедших людей. У подножия статуи были расставлены красные горящие свечи, но в помещении все равно царил сумрак и холод.

Жрица положила копье на подставку и повернулась к гостям.

– Подходите по очереди, – попросила она, – и я приоткрою завесу того, что будет. Но помните – будущее легко изменить. Множество дорог сплетается и расходится. Однажды вы можете сделать шаг, который уведет вас с одной тропы на другую.

Элиза вздрогнула. Если ранее она себя чувствовала способной управлять другими, то сейчас девушка ощутила себя маленьким испуганным ребенком, который ожидает, когда вернутся родители. Она тряхнула рыжими волосами и смело пошла вперед, к расположившейся на треножнике жрице.

– То, что ты задумала, исполнится, но не так, как ты хочешь, – тихо произнесла Коэно. В красных глазах отражались мерцающие огни свечей. – То, что будет, тебе по нраву, хоть и болезненно…

– А… сколько у меня будет детей? – Элиза облизнула пересохшие губы. Ей хотелось спросить о многом, но все мысли вылетели из головы, оставляя какие-то глупые идеи. От запаха расплавленного воска кружилась голова.

– Трое, мальчик и две девочки, – равнодушно откликнулась жрица.

Девушка поблагодарила и чуть ли не бегом покинула святилище, не в силах выдержать больше тяжелый взгляд красных глаз альбиноса. Коэно пожала плечами и повернулась к мужчинам.

– А я так, за компанию, – струхнул Анри, – пойду проверю, как Элиза.

Зиг остался наедине со жрицей.

– Я хотел спросить, вы не в обиде за утреннее? – смущенно спросил он.

– Нет, ничего страшного. Бывает, – успокоила его Коэно. Зиг кивнул и повернулся, чтобы уйти, как его остановил насмешливый голос.

– Не хочешь узнать будущее?

Он остановился.

– Хочу. Как пройдут переговоры?

Коэно немного помолчала.

– Перемирие будет заключено.

– Мне этого достаточно, – Зиг вымученно улыбнулся.

– Не оборачивайся. А обернувшись, не возвращайся. Иначе с широкой дороги попадешь на узкую тропу и потеряешься, – неожиданно предупредила его жрица.

– О чем вы? – не понял мужчина.

– Ты поймешь эти слова, когда придет время. И я надеюсь, примешь верное решение, – отрезала альбинос и отвернулась, всем видом давая знать, что больше ничего не скажет.

Зигфрид поблагодарил ее и вышел. После сумрака святилища солнечный свет больно ударил по глазам. Элиза обеспокоенно заглядывала ему в глаза, а рядом стоял Анри. На вопросительный взгляд друга Зиг кивнул.

– Все в порядке. Сказала, что переговоры закончатся перемирием.

Анри расслабился и даже улыбнулся.

– Значит, скоро поедем домой? – радостно спросила девушка. Зиг обнял ее и чмокнул в макушку.

– Сначала закончим переговоры, посмотрим на фейерверки, а потом точно домой.

Коэно наблюдала за ними из сумрака святилища. В груди нарастало странное чувство. Она вернулась к статуе и всмотрелась в лицо Улфат, ища ответ. Уголки статуи дрогнули, и жрица все поняла.

Осталось недолго.

***

Над горами разнесся оглушительный грохот. Сумрачное низкое небо поглотило снаряд, а затем вернуло золотым дождем, на мгновение зависшим древом. Пара вдохов – и огни медленно полетели по небосклону, теряя свой свет.

Элиза с восторгом смотрела на фейерверк. Слухи не врали – линнэ оказались искусными мастерами. Алые, голубые и зеленые цветы и деревья расцветали над головами и падали глубоко вниз, в горные ущелья. Было даже немного страшно – а вдруг обвал? Но линнэ успокоили гостей, что местность безопасная и ни один фейерверк не потревожит покой гор.

Переговоры действительно мирно закончились, и теперь оба народа наслаждались празднеством, веселились и даже поздравляли друг друга.

Все же все устали от войны.

Зигфрид приобнял Элизу и покосился на Анри. Друг старательно заигрывал с одной из линнэ, и судя по улыбке девушки, вполне удачно. Решил разгуляться напоследок, а сам как предупреждал Зига не распускать руки!

Мужчина усмехнулся.

Коэно тоже смотрела на фейерверки. Огни отражались в глазах жрицы как в темном омуте.

Она сидела на валуне возле святилища в гордом одиночестве – Нотто осталась в своих покоях, сославшись на старческие болезни. Ей оставалось совсем недолго, альбинос это чувствовала так же хорошо, как и аромат чая из чаши в руке.

Госпожа улыбалась. Мягко, почти нежно и так же холодно, как луна, сокрытая за тучами. Коэно не могла определиться, что испытывает. Время текло как песок сквозь пальцы. Сердце замирало в груди, а потом стремительно стучало, стремясь вырваться из груди.

Последняя искра скатилась за горы.

Музыка стихла, гул голосов из главных покоев сменил тональность – начали разбредаться и готовиться к сну. Жрица потянулась и с сожалением отставила пиалу – чай давно и безнадежно остыл. Не заметила, как почти пролетела ночь.

Коэно дошла до святилища. По привычке посмотрела в лицо Улфат, ища след улыбки. Но статуя молчала и не подавала признаков жизни. Девушка сама себе усмехнулась – Госпожа предпочитала общаться совсем другим способом, нежели предполагают старейшины.

Снаружи раздались звуки шагов. Звякнула сталь, и внутрь зашел Ларо, в походной одежде. Даже доспехи напялил.

– У меня большие на тебя планы, племянница… – начал дядя. Коэно подошла ближе к статуе и положила руку на копье. Старый металл приятно холодил. Улфат улыбается, нежно и романтично, но в ее глазах кроется потаенное пламя, которое действует на жрицу как приказ.

Ларо не успевает ничего сказать, как в его горло впивается листовидное лезвие священного копья. Девушка хладнокровно выдернула оружие, и алая кровь залила каменный пол святилища.

– Давно пора было это сделать, – пробормотала она, брезгливо отступая от растекающейся лужи. Перепрыгнув через тело, девушка отправилась к покоям главной жрицы. В них светился огонек – а значит, госпожа Нотто не спала, мучаясь от старческой бессонницы.

Ничего. Ее мучениям вот-вот наступит конец, и Коэно в этом ей поможет.

***

Зигфрид в последний раз оглянулся на красные крыши. Линнэ проводили с почестями и подарками, очень дорогими – у Элизы масляно заблестели глаза на всю эту роскошь. Анри равнодушно кивал и украдкой зевал, не пытаясь скрыть следы от бурной ночи.

Жрицы-альбиноса среди провожающих не было, и это неприятно кольнуло в груди Зига. Почему-то хотелось еще раз взглянуть в красные глаза девушки. Но даже спросить о ней было неприлично.

Хотя бы узнать ее имя…

Спуск по извилистой дороге был легким. Деревья наклонялись, создавая купол и защищая от яркого весеннего солнца. Послы мира радовались – мирный договор был наконец заключен, и впереди был дом, где их ждут с почестями и ликованием.

Война закончилась. В это еще верилось с трудом. Зигфрид еще вздрагивал от шелеста листвы придорожных кустов в ожидании, что из них вот-вот выйдет отряд линнэ и выпустит шелестящий ливень из стрел. Или же встретятся берсерки, которые не чувствуют боли и сражаются до самого конца в своем слепом безумии…

Элиза улыбалась, шутила и даже напевала. Дочь богатой семьи, она не видела сражения, трупы и смрад смерти на полях. Для нее это была интересная поездка к соседям, а не к врагам. Не замечала, как напряженны остальные послы – ведь линнэ запросто могли просто убить всех и отослать домой только головы.

Наверно, поэтому Элизе разрешили поехать с женихом, чтобы хоть как-то снизить напряжение.

– Над крепостью дым, смотрите! – крикнул кто-то.

Зиг обернулся.

За деревьями действительно полз вверх дым, черный и тревожный. Посольство ушло уже далеко от крепости, дорога обратно заняла бы пару часов. Все остановились и смотрели, не зная, что предпринять.

– Не оборачивайся, а обернувшись, не возвращайся. Иначе с широкой дороги попадешь на узкую тропу и потеряешься, – пробормотал Зигфрид слова альбиноса.

– Что ты сказал? – очнулся Анри.

– Так сказала та жрица Улфат, – Зигу было неуютно, но желание вернутся и проверить, жива ли она, нарастало, – не оборачивайся и не возвращайся.

– Так давайте и не будем, – жалобно предложила Элиза, – договор есть, спустимся с горы, а там уже ждут лошади.

– Пророчество, говоришь… – задумчиво произнес главный посол, Эль Маэнт, поглаживая короткую бородку. Синие, как и у Анри, глаза, неотрывно смотрели в сторону горящей крепости линнэ. – И как, пойдешь проверить? По-быстрому один сбегаешь и вернешься.

Зигфрид молчал. Элиза держала его за рукав и смотрела на него, по щеке потекла одинокая слезинка. Какая она эмоциональная, подумал он, машинально убирая прядь ее волос за ухо.

– Идем домой, – вставил свое слово Анри, – мало ли что они задумали. Это же линнэ.

Дипломатично промолчал о нелюбви главного посола к Зигфриду.

– Вечером ты не думал о том, что они – линнэ, – укоризненно заметил Зиг. Аккуратно отцепил пальчики невесты от своего рукава. – Я один проверю, что там случилось, а вы идите дальше. Договор необходимо доставить в столицу.

Эль Маэнт одобрительно кивнул. Анри поморщился. Элиза порывалась пойти с ним, но Зиг намекнул, что девушка слишком медленная, а он планирует вернуться быстро. Невеста надулась и отвернулась. Зиг закинул сумку на плечо и быстро, чуть ли не бегом, отправился обратно к крепости.

Шанс узнать имя беловолосой жрицы.К концу пути Зигфрид почти бежал. Черного дыма стало больше.

Крепость горела.

Ворота были распахнуты настежь, перед ними – лужи крови. Тел не было видно. Бешено лаяли собаки где-то внутри. Зиг закашлялся, когда порыв ветра бросил в лицо горсть дыма.

Внезапно под ноги бросился под ноги мужчина, весь грязный и в порванной одежде.

– Умоляю, остановите её! Она всех убивает! Никого не щадит!

– Кто? Что происходит, кто на вас напал? – Зиг пытался привести его в чувство, но линнэ только бессвязно бормотал и всхлипывал, – ну же, вставай…

Мужчина кое-как поднялся и застыл. В расширенных глазах застыл немой ужас. Зиг не успел ничего понять, как он упал. По грязной рубахе расползалось кровавое пятно.

– Так ты всё-таки вернулся, – раздался низкий, пробирающий до мурашек, голос альбиноса.

Жрица перед Зигфридом, улыбаясь как ни в чем не бывало. На ней была короткая, когда-то белая, туника, а в руке – то самое копье из святилища Улфат. Девушка с ног до головы была заляпана кровью. Она была повсюду – и на воротах, и на одежде, и на оружии. На лице жуткая маска из крови и грязи, белоснежные волосы покрыты багровой коркой.

– Что происходит? – в горле почему-то пересохло.

– Так было нужно, – равнодушно ответила альбинос, взмахом копья стряхивая капли, – а тебе возвращаться не надо было.

– И меня убьешь?

– Нет, это не очень весело. Куда веселее посмотреть, как ты будешь выпутываться из этого. Твое прекрасное будущее сгинуло во мраке этого дыма. Нравится? – Коэно забавляло выражение лица иностранца, такое жалкое и растерянное.

Еще немного и в его глазах тоже застынет страх, как у всех, кто заснул в крепости вечным сном. Пожалуй, кроме Нотто. Старая госпожа была все-таки жрицей Улфат, и все понимала. Ничего не сказала альбиносу – только улыбнулась и протянула руки, чтобы обнять ее. Коэно было жалко с ней расставаться, но ей пора было в путь.

Молчание затягивалось. Зиг только открыл рот, чтобы спросить жрицу о причинах, как раздался оглушительный грохот. Рухнули главные покои, столб пламени взмыл в небо.

– Ночью было бы красивее, но не хотелось портить фейерверки, – задумчиво произнесла Коэно.

– И что теперь? – спросил Зиг.

Жрица оторвалась от созерцания пожарища и улыбнулась ему. Донесся топот множества ног – из-за поворота вышел крупный отряд линнэ. Командир с роскошными длинными усами поднял руку, останавливая отряд. Беглого взгляда ему хватило, чтобы оценить обстановку.

– Чертова иркианцы нарушили договор и уничтожили крепость!

У Зигфрида все похолодело внутри от ужаса.

– А теперь беги, – радостно посоветовала Коэно.

В этот раз он ее послушался.

Тролль под мостом

Однажды темным дождливым вечером по пустынной дороге брел одинокий и усталый путник. Он то и дело поскальзывался и сдавленно ругался. Где-то вдалеке мелькнули огоньки, и он приободрился – до деревни оставалось всего ничего, перейти мост и подняться на гору.

Путник дошел до середины моста, как вдруг на него впрыгнул тролль, с серой кожей и в соломенной, весьма потрепанной, шляпе.

- Гони монету! – завопил он.

Путник пошатнулся и чуть не упал.

- С чего это вдруг? – недовольно поинтересовались из-под капюшона. – И вообще, время троллей прошло – неприлично водиться под мостами в современном мире!

- А что поделать, - развел руками тролль. – В горах теперь не просидишь – налоги-с, зарабатывать надо на свою уютную пещерку. Вот и занялся бизнесом, отстроил инфраструктуру в районе, популярном для туризма – все ж копеечка.

- Что, и дивиденды выплачиваешь? – недоверчиво поинтересовался путник.

- Ну не без этого – я ж честный предприниматель, - хвастливо сообщил серый предприниматель.

- А я вот слышал, что ежели такую инфраструктуру разрушить, то и честным предпринимателям конец придет, - вкрадчиво сказал путешественник.

Тролль скривился и оценивающе посмотрел на путника. Тоненькая фигурка не вязалась с образом Сокрушителя мостов.

- Этот мост тебя переживет, - прихвастнул он.

Путник поймал оценивающий взгляд тролля и хмыкнул. Протянул тонкую, посиневшую от холода руку, задумчиво подергал за торчащую мокрую прядь, решил, что терять, то есть мокнуть, дальше некуда, и откинул капюшон.

Он оказался совсем молодым смазливым парнишкой…или все-таки девчонка? С этими людьми так сложно, подумал тролль. Серые волосы намокли и тяжелыми прядями облепили голову, серые глаза насмешливо смотрели на строителя мостов.

- Не веришь в силушку молодецкую? – насмешливо спросил путник. Тролль едва успел кивнуть и уронил челюсть, когда парнишка высоко подпрыгнул и перевернулся в семитонного серебряного дракона, который тяжело хлопая крыльями, начал пристраиваться поудобнее сесть на мост.

Несчастный строитель, придерживая шляпу, суматошно завопил:

- Прекрати, прекрати! Кто мне будет оплачивать ущерб и моральную компенсацию выдавать?!

В воздухе блеснула пара монет и стукнули тролля по шляпе.

- Хватит? – ехидно выдохнул дымом дракон.

- Сдаюсь, жадное ты чудовище, - мрачно сообщил тролль. – Только прекрати ломать частную собственность!

Дракон еще немного поартачился и вернулся к гуманоидному виду, действительно оказавшись девушкой. Вода шипела, испаряясь от соприкосновения с драконницей, пока она наконец не остыла.

- Так что ты там говорил про оплату за проход по мосту? – невинно поинтересовалась она, протягивая руку.

- Забудь, - уныло отозвался тролль, возвращая монеты. – Драконы в это время еще неприличнее, чем тролли под мостом.

Драконница философски пожала плечами, поднимая сумку и пытаясь ее отряхнуть.

- И драконам надо чем-то заниматься – в отличие от мостов, принцесс сейчас днем с огнем не сыщешь, - сказала она.- Как звать-то тебя?

- Уг, - ответил тролль, отходя с дороги и пропуская дракона. Однако тот не особо спешил. Встреча была для обоих неожиданной и расставаться сразу не хотелось. – А тебя как, чудовище?

-- А ты знаешь, что драконы не называют своих имен – чтобы власть над ними не получили? – хохотнула дракон.

- А я слышал, что имена такие ужасные, что драконы сами их не помнят.

- Чушь, - уверенно сказала девушка. – Это чтобы никто узнать не мог – какой дракон принцессу уволок. Что тут торчишь-то?

- Так скучно же, - пожал плечами тролль. – А тут люди ходят. Пугаются забавно

- Да, люди забавные, когда пугаются, - согласилась драконница, протягивая руку, но уже для рукопожатия. – Я Джекил, путешествую помаленьку. В той деревушке продавали когда-то отличный яблочный сидр. Пойдем проверим за знакомство?

«Честный предприниматель» ухмыльнулся.

- За твой счет – согласен!

Драконница в ужасе закатила глаза, но отказываться не стала. Во времена, когда в них верили только дети, ради «поболтать» с себе подобным не было жалко и пары сотен монет.

Как сделать уроки

Я, вздохнув, открыла тетрадь. Алгебра. Не сказать, что мой нелюбимый предмет, просто не хочется делать уроки.

И тут зазвонил мобильник. Я лениво потянулась за ним.

- Крематорий на связи, - промурлыкала я.

- Эви, мне срочно нужно с тобой увидеться! Мне очень плохо..-прохныкала моя подруга Рика.

Я задумчиво покосилась в сторону алгебры. Покусала губы.

- Хорошо, давай встретимся возле «Сибири» через полчаса, - сказала я и отключилась.

Собралась я быстро. Свитер, джинсы. Волосы – в хвост. Взглянув в зеркало, поморщилась, натянула куртку и вышла из дома.

- Ксо, чертовы наушники, - выругалась я, пытаясь распутать провода по дороге. До кафе «Сибирь» идти еще двадцать минут…

Это кафе наше любимое место. Оно находится во дворах, невыгодное место по меркам бизнеса, но сказать, что «Сибирь» дешевая забегаловка – язык не повернется. Уютное заведение. Натолкнулись мы с Рикой на него случайно – искали дом одного из одноклассников в этом районе, но заблудились.

Стояла осень, холодная и промозглая, с постоянно моросящим дождем. Мы стояли под козырьком ларька и пытались найти в интернете карту района.

- Не получается, - раздосадовано протянула Рика.

- Давай спросим у кого-нибудь, - предложила я.

- У кого? – скептически спросила подруга, обводя взглядом окрестность. В поле зрения как раз попалась женщина с темным зонтиком, аккуратно обходящая лужи.

Я ухмыльнулась и направилась к ней.

- Простите, вы не могли бы подсказать, как пройти на улицу Ленина?

Женщина остановилась и посмотрела на меня из-под зонта. Она еще достаточно молода. Темно-зеленые глаза смотрели на меня внимательно и открыто, с доброжелательностью. Светлые каштановые волосы были заплетены в косы и уложены вокруг головы.

- Знаю, - сказала она с улыбкой, - вы заблудились?

- Ага, - грустно кивнула Рика, подходя ближе к нам и шмурыгая носом.

- Замерзли…- покачала головой женщина, - пойдемте-ка со мной, здесь рядом кафе, погреетесь и выпьете чаю со мной.

Мы неуверенно переглянулись.

- А это не слишком затруднительно для вас?

Женщина приобняла нас за мокрые плечи и уверенно повела в сторону выхода из двора.

Так мы познакомились с хозяйкой «Сибири», тетушкой Варей, удивительно доброй женщиной. Кафе же стало нашим любимым местом для посиделок.

Сейчас же погода стояла солнечная и теплая. Желтые листья медленно падали и шуршали под ногами…

А я слушала радио и прикидывала, сколько времени займет Рикина проблема и успею ли я сделать уроки на завтра. Ведь нам так много задали…

Внезапно я стукнулась носом. Подняв глаза, я узрела парня, который несколько мрачно смотрел на меня.

- Извините, я задумалась, - пробормотала я, обходя его.

- Извиняю, - буркнул он в ответ.

Грубиян.

А вот и «Сибирь». О грубияне я забыла сразу же, как увидела Рику. Она нервно топталась возле входа, постоянно поглядывая на проход между двумя домами. Ну да, мы ведь ходим именно через него. Но я шла одна, поэтому решила соригинальничать.

Подойдя к подруге я громко сказала:

- Служба наркоконтроля, предъявите документы.

Рика подпрыгнула на месте, обернулась и попыталась меня толкнуть. Я со смешком отпрыгнула.

- Ладно, пойдем, мне надо тебе такое рассказать! – воскликнула она, схватив меня за рукав и потащив внутрь.

Заказав официантке горячий шоколад и булочки и подождав, когда она отойдет, подруга пододвинулась ближе ко мне и шепотом произнесла:

- Эви, я влюбилась!

Я закатила глаза. Предстоял длинный и нудный (естественно, для меня) монолог о достоинствах этого героя и о чувствах…

Через два часа Рика выдохлась (к моему счастью) и сказала, что ей пора на тренировку, она уже опаздывает. Оплатив счет, мы вышли из кафе. Уже начинало темнеть, полнеба было раскрашено самыми разнообразными красками. Я вдохнула холодный воздух.

- Ну все, я побежала, кинь смс, когда доберешься домой! – чмокнула в щеку подруга и убежала.

Я вздохнула и еще раз посмотрела на небо. Да, закат сегодня роскошный... но пора возвращаться домой. К урокам.

Натянув капюшон и сделав музыку погромче, я быстрым шагом направилась к дому. Свернув на аллею в маленьком парке (три березки, пять дубов) я опять на кого-то налетела. Наушники выпали, я подняла голову и одновременно с парнем произнесла:

- Опять ты!

- Извиняться больше не буду, сам виноват, - буркнула я, собираясь обойти мрачного незнакомца.

Парень схватил меня за руку. Я неодобрительно покосилась на него.

- Что?

- Побудь со мной… - прошептал он, притягивая меня ближе.

Я удивленно приподняла брови и уперлась.

- Я не шлюха!

- Я этого не говорил, - фыркнул парень.

- И с незнакомыми людьми не знакомлюсь!

- Я Стас. Будем знакомы.

- Мне надо домой!

- Я провожу, а то нарвешься на кого-нибудь еще более злобного.

Я притихла, обдумывая ситуацию. Вроде бы действительно так, но мне не нравится!

- Не хочу, - вздохнула я. Стас пожал плечами и взял меня под руку.

- Если тоже будешь говорить о несчастной любви – злобной буду я, - сообщила я ему.

- Конечно, - равнодушно отозвался парень.

Всю дорогу мы шли молча. Я не вернула наушники в уши и они свободно болтались на груди. Рука по-прежнему была у Стаса. Интересно, чего ему надо? Ограбить мою квартиру? Ха-ха, может, ему сразу сказать, что у меня единственная ценность – старый ноут? Изнасиловать? А фига куда-то идти, можно было в парке все сделать. Вот же привязался, а мне голову ломай, что ему надо…

Я украдкой покосилась на него. Среднего роста, русые волосы. Щетина и темные круги под глазами, но взгляд бодрый…Легкая куртка, джинсы, кроссовки..Не запоминающаяся личность.

Наконец мой дом. Мы поднялись на крыльцо, я вытащила ключи из кармана. Стас молчал.

- Может, тебя еще пригласить на чай? – не выдержала я.

- Если хочешь, - пожал плечами.

Я нахмурилась.

- Что с тобой?

Парень перестал сверлить взглядом домофон и повернулся ко мне.

- А как тебя зовут?

- Эвран.

- Не похоже на женское имя.

- Родителям больше хотелось мальчика.

Тишина.

- Будешь заходить или будешь со мной?

- А ты что, тут всю ночь будешь?

- Нет.

Я шумно выдохнула.

- Ну и фига ты домой не идешь?

- У меня нет дома.

Я закрыла глаза и сосчитала до пяти.

- Идем, - сказала я, вздохнув.

Стас недоверчиво посмотрел на меня.

- Поможешь сделать алгебру, - задумчиво произнесла я, открывая дверь.

В квартире было темно и пусто. Я зябко поежилась, включая свет. Стас молча снял куртку и разулся.

Молчаливый какой.

- А где твои родители?

- Брат в командировке. А родители умерли.

- Прости.

- Ничего, ты все равно не знал, - сказала я. Немного помолчала. – Чай будешь?

Стас кивнул.

Мы сидели на кухне и пили чай. За окном давно стемнело. Поздно уже, а я еще не сделала уроки…

Парень иногда смотрел на меня. Но все также молчал. Скучный какой-то. Хотя все же легче, я не люблю оставаться дома одна, но брат часто уезжал, поэтому приходилось.

- Эви, - вдруг произнес парень.

- Ммм? – отозвалась я.

- Тебе помочь с алгеброй?

Я удивленно уставилась на него. Стас ухмыльнулся.

- Решила не делать уроки?

- Не хочу – не буду. Тебе какое дело?

Стас, загадочно улыбаясь, взял мою руку.

- А вдруг я твой ангел-хранитель?

- Скорей уж совесть, - хмыкнула я, убирая руку.

- Может и так, - согласился он.

Постелилаему в зале. Дав полотенце и футболку с шортами брата, отправила Стаса в ванную. И со спокойной душой отправилась делать уроки.

Я, вздохнув, открыла тетрадь. Алгебра. Не сказать, что мой нелюбимый предмет, просто не хочется делать уроки.

И тут зазвонил мобильник.

Я дернулась, поднимая голову со стола. В шее что-то хрустнуло, я ойкнула. Потянулась за телефоном.

- Я на связи, - пробормотала в трубку.

- Спишь? – спросил мобильник голосом Рики.

- Угу, заснула, пока делала уроки, - согласилась я, глядя на часы. Половина четвертого. Мне приснилось все?

- Я так и знала! – торжественно объявила Рика. – Пойдем в «Сибирь»!

- Ты влюбилась? – вяло поинтересовалась я, потягиваясь.

- Эви, ты ясновидящая! Через полчаса жду, ок?

Я напряглась, вспомнив сон.

- Я уроки делаю.

- Эвраночка, не каждый день твоя подруга влюбляется, а уроки – каждый! Жду!

И бросила трубку.

Я подумала. Ну сон. Ну бывает. И что, не гулять, что ли?

Я встала и повернулась к зеркалу. На нем красным фломастером было написано:

Не забудь сделать уроки, алгебру я уже решил. Спасибо за чай.

Стас.

Полоз

Заря еще не успела коснуться земли, птицы уже начали петь во все голоса. Велина проснулась, и некоторое время лежала, рассматривая давно небеленый потолок. Хотелось еще понежиться в постели, но пора уже было хлопотать по хозяйству, пусть и небольшому, но требующему внимания.

Последний день травня, когда змеи разбрелись по всему белому свету, в поисках невесты для своего господина. Всем женщинам полагалось сидеть по домам, но что было поделать Велине? Она жила вдвоем со старенькой матерью, старшие давно разъехались, а отец в том году умер… Приходилось тяжело. Девушка накинула платок, взяла ведро и храбро отправилась к колодцу.

Было так тихо, что в ушах звенело. Колодец был в низине, за заброшенным садом. Почему-то вспомнились рассказы и страшилки про змей, Велина прибавила шагу, убеждая себя, что с ней точно ничего не случится. Подойдя к колодцу с покосившейся старой калиткой, она с размаху кинула ведро в колодец, забренчав цепью.

И тут кто-то вскрикнул.

Сердце ёкнуло, но Велина обошла колодец и столкнулась со светловолосой девушкой, которая сидела, прислонившись к срубу. Похоже, задремала, а когда ведро полетело вниз и расшатало сруб, испугалась спросонья.

- Ты что тут делаешь? – строго спросила девушка светловолосую незнакомку.

Светловолосая сладко зевнула и потянулась, и только потом подняла васильковые глаза на Велину.

- Из дома выгнали, - доверчиво сообщила она.

Велина никак не могла вспомнить, кто она и из какой семьи.

- А зовут тебя как?

- Светозара, - светловолосая поднялась, отряхивая блекло-голубой сарафан с поневой из небеленого полотна. Ростом она оказалась ниже. – А твое?

- Велина, - ответила девушка, с натугой начав крутить ворот. – Злая мачеха выгнала?

- Вроде того, - согласилась Светозара. – А ты почему за водой пошла? Не боишься Полоза?

- Больше некому, - пропыхтела Велина. – Матушка больна, чтоб в такую даль за водой ходить. Да и не польстится Полоз на меня – на кой ему вообще каждый год невест искать?

- Сыну ищет, - предположила светловолосая, взявшись помогать крутить. Вдвоем они быстро вытянули ведро и перелили в свое.

- А если дочь родилась? Будет парня у колодца выискивать? – поинтересовалась Велина.

Светозара скривилась.

- Будет традиции выполнять, как иначе-то…

- И в первую брачную ночь традиции перечитывать будут? – усмехнулась Велина. Про опасность и дом она как-то забыла – интереснее было поболтать с бедной Светозарой.

- А что поделать.. – вздохнула светловолосая, накручивая на палец кончик растрепанной, но длиной и толстой, косы.. Девушки были полной противоположностью друг друга – тоненькая, как осинка, Светозара, как будто заря, и смуглая, высокая с иссиня-черной косой, Велина.

- А пусть дочь, которая родилась вместо сына, ищет сына, который родился вместо дочери! – осенило Велину.

- И как ты это себе представляешь? – скептично подняла бровь Светозара.

- Поспрашивать!

- Дочь Полоза состарится и умрет к тому времени, - ехидно отозвалась светлая.

Велина опомнилась и подняла ведро.

- Да кому до этого дело… Бывай, пойду я.

Светозара задумчиво посмотрела в спину девушки. Покусала губу. И приняла решение.

- Велина!

Черноволосая обернулась.

- Лови!

Девушка машинально поймала маленький предмет и посмотрела. Это было колечко, золотом блеснувшее на солнце.

- Ждисватов великого Полоза к осенней гари! – пафосно воскликнула Светозара.

- Очень смешно, - кисло отозвалась Велина и кинула кольцо обратно. – Смотри, за тобой придут!

Светлая легко поймала кольцо.

- Ну договорились!

Ни о какой Светозаре в деревне даже не слышали, как и не знали девушку с васильковыми глазами. Велину это насторожило, но домашние заботы быстро вытеснили из её головы мысли о встрече у колодца в Змеевик.

Пока не наступила осень.

Велина глупо хлопала глазами, глядя на коленопреклоненного парня в запыленной одежде. Рядом стоял мешок, в развязанном горле которого посверкивало желтый металл. У плетня паслись две лошади, нагло срывая цветы, которые с такой любовью выхаживала девушка, и любопытные односельчане, с открытыми ртами рассматривавшие приезжего. Матушка наоборот повеселела – уже не надеялась без приданого дочку замуж выдать.

- И что это значит? – спросила наконец девушка.

- Я слуга великого Полоза, приехал за его невестой, Велиной, - ответил парень.

Односельчане загалдели. И удивились, и обрадовались – девушке и замуж пора было, и никто брать не хотел.

- Никаких подарков я не принимала!

- А Светозара сказала, что вы взяли кольцо, - невозмутимо возразил парень, поднимаясь с колен. У него была крайне непривычная внешность – раскосые глаза ярко-голубого цвета, курносый нос и кудрявые каштановые волосы, выгоревшие на солнце. Разве змеи такие, возмущенно подумала девушка.

- Ежели что, свяжем и так повезешь, - кто-то выкрикнул из толпы. Все помнили, что отказ Полозу грозил бедами.

-Едь, доченька, - перекрестила мать.

Велине оставалось только вздохнуть и пообещать себе, что выдернет чью-то светлую косу при встрече.

Выехав за пределы деревни, она обернулась. За матушкой приехал старший брат из соседней деревни, и теперь дом стоял пустой. Было немного грустно…

- Не грустите, барышня, скоро тоска перестанет снедать ваше сердце, - сказал слуга, заметив взгляд Велины.

- Потому что проживу год? – поинтересовалась она.

- Потому что будет некогда, - возразил парень.

Дорога была долгой и утомительной. Девушка, не бывавшая за пределами деревни, так устала, что не обратила внимания ни на въезд в огромную пещеру-тоннель в подземное царство, ни на праздничную суматоху. До тех пор, пока в толпе не промелькнула знакомая светлая макушка. Велина мигом сбросила оцепенение и кинулась ее догонять, несмотря на возмущение змеиной челяди. В погоне девушка, расталкивая всех, вылетела из ярко освещенных зал в темные коридоры, скудно освещенные гнилушками. Она растерянно замерла, но тут в повороте мелькнула невысокая тонкая фигурка, и решительно побежала за ней.

Светозару она настигла возле водоему и схватила за косу. Девушка от неожиданности вскрикнула, а увидев разгоряченную Велину, постаралась изобразить радость.

- Ой, Велина! А я тебя и не признала – хорошо тебя приодели!

Велине захотелось макнуть ее в воду головой.

- И кто в этом виноват?!

- Я желала тебе добра! – светлая попыталась освободить косу. – Правда ведь! Ну что тебя ждало в той глуши-то? Монастырь?

- Не твое дело, - огрызнулась Велина, покрепче взявшись за косу. – Обошлась бы и без вмешательства чьей-то змеиной морды!

- Попрошу без оскорблений! – возмутилась Светозара, оставив попытки освободиться. – Господин хороший че..змей то есть!

- Через год отпустит – предков проведать? – ехидно спросила девушка.

- Нет, - поморщилась светловолосая, садясь на камни. – Просто традиция такая жениться. А потом девушка сама выбирает, остаться или уйти.

- И как, уходили? – недоверчиво поинтересовалась Велина.

- Неа, чего им уходить-то – отозвалась змеиная слуга. – В подземном царстве хорошо живется, а дома все равно не ждут.

- А как же сказки, которые говорили, что одну отпустили, а ее братья выманили и убили Змея?

- Всякое бывало. Ну, одного змея убили, другой на его место придет. Порядок такой, понимаешь, никак нельзя, чтобы на месте Полоза никого не было! – пояснила Светозара, выразительно постучав костяшками пальцев себе по лбу. Звук вышел подозрительно гулким, и она смутилась.

Велина задумалась.

- И много жен тут его?

- Неа. Хоть Змеевик и каждый год, но Полозу не каждый год невеста достается. Последняя вот умерла (от старости, а не потому что надоела!), пришлось новую искать срочно – одна жена должна быть всегда. Ревновать уже начала что ли?

- Еще чего! – вспыхнула Велина. – Я его даже не видела!

- Видела, - возразила светловолосая.

- И когда же?

- На свадьбе поймешь, - мерзко захихикала Светозара и обернулась змеей. Блеснув золотой чешуей в тусклом свете, она скользнула меж камней и исчезла. Девушка брезгливо стряхнула с рук оставшиеся волосы – в каком-то смысле она все-таки исполнила обещание выдернуть косу Светозары.

Змеиные слуги быстро ее нашли и увели дальше издеваться, то есть, готовиться к свадьбе. Ее одели, накрасили и навешали украшений так, что Велина чувствовала себя праздничным деревом. Хотелось, чтобы все побыстрее закончилось…

И вот девушку повели к мосту, перекинутому через подземную реку и по такому случаю богато украшенному. С другой стороны шла процессия жениха, в качестве которого оказался тот самый парень, что привез ее сюда. Припоминая, что в давнем разговоре у колодца Светозара говорила, что если у Полоза родится дочь, Велина очень переживала по этому поводу. Хотя Полоз ее все равно не порадовал – мог бы и посимпатичнее быть!

Полоз приветственно кивнул и подал руку. Девушка взяла и мстительно впилась ногтями в ладонь, но лицо жениха даже не дрогнуло.

За мостом, на капище, уже ждали волхвы с караваями. Они с бормотанием разрезали их на половинки, одну сложили и связали с половинкой другого каравая. Это сооружение отнесли к центральному идолу, а остальное поделили среди присутствующих. Велина сглотнула – сдоба как назло пахла сильно и вкусно, что захотелось есть.

- Сейчас будем клятвы в любви и верности приносить, - шепнул Полоз. Девушка округлила глаза и зашептала в ответ:

- А давай, обойдемся?

- Почему? – удивился жених.

- Не хочется клятвопреступницей быть, - призналась Велина.

- Так не преступай.

- Не хочу умереть девой!

- У тебя сомнения в моей надежности? – уязвлено спросил Полоз.

- Ты змей!

- Это что, символ моей неспособности?

- Не знаю, - произнесла задумчиво девушка. – Со змеей вообще не хочется постель делить.

Волхв кашлянул, привлекая к себе внимание.

- Это просто традиция, обязательный обряд, - примирительно сказал жених. – Для спокойствия, что не клятвопреступница, год потерпеть можешь?

- Да за кого ты меня принимаешь, - оскорблено прошипела Велина.

- Говори уже клятвы свои, - буркнул Полоз.

Свадьба радовала только гостей и Светозару, чью довольную рожицу Велина наблюдала на пиру. Жених тоже не слишком ликовал, но держал каменное лицо и все убирал подальше алкогольные напитки от невесты, предполагая, что от пьяной будет еще больше проблем. Гости, видя злобное лицо невесты, рискнули только пару раз крикнуть «горько», девушка укусила за губу жениха, так что попытки пресекались уже и самим змеем.

Наконец новоиспеченным супругам выдали запеченную курицу и отправили в опочивальню.

- А что там дальше с традициями? – тоскливо спросила Велина.

- Ничего особенного – сын остался, - безмятежно сказал Полоз, отрывая ножку курицы.

- Год потерпишь, - ехидно припомнила девушка. На еду и смотреть не хотелось. Посреди комнаты стояла огромная кровать с балдахином, с призывно откинутым одеялом, и этим нервировала.

- Почему? – удивился парень.

- А губа уже не болит? – участливо поинтересовалась Велина, рассматривая обстановку. Хоть и богатая, но скудная – кровать, сундук, да развешенное оружие на стене. Образов святых и окон, понятное дело, не было.

Полоз потрогал губу и задумался.

- Я тебя отсюда в следующем веке выпущу, за такое отношение к благоверному, - вздохнул он.

- Угу, - Велина с интересом сняла странный изогнутый клинок, будто кузнец сначала собирался сделать серп, но потом передумал и сделал меч.

- Заключим мир? – предложил Полоз. Девушка обернулась. Супруг был серьезен, в глазах отражался отблески свечей и покусанная ножка курицы не портила впечатление грозного змея. – Друг друга не трогаем, не избегаем и портим отношения?

- Я только попорчу прическу одной белобрысой заразе, - недолго думая, ответила Велина. – И будем жить в мире и согласии…если кто-то руки распускать не будет.

- Без твоего согласия – ни-ни, - клятвенно заверил Полоз.

Дело было так

Король мерил шагами тронный зал в ожидании своей единственной дочери. Пришла пора отдавать ее замуж, и отец-король, разрываясь между желаниями заключить выгодный союз и отдать дочь в хорошие руки, решил ее выдать за наследника Трехгорского королевства. Хоть принц и увлекался темными науками, человеком, судя по донесениям, он был неплохим.

Девушка тихо вошла в тронный зал.

- Ты звал меня, отец?

- Звал, - снисходительно кивнул головой король, поправляя съехавшую на нос корону. - Мы подумали и я решил..в смысле, я решил и я подумал, выдать тебя замуж за принца Леонарда. Человек он хороший, несмотря на то, что некромант. К трупам привыкнешь, к запаху тоже. А там уж опосля брачной ночи к рукам-то его и приручишь, авось забудет свою науку поганую.

- Да я лучше в монастырь уйду, - шокировано выдала принцесса, представляя загадочного Леонарда-некроманта. Вечная трупная вонь, сам наверняка как настоящий ученый, за собой не глядит, задохлик. Глядишь, и с упырем перепутаешь, колом в брачную ночь отмахиваться будешь, вместо положенных занятий новобрачным…

- Чтооо? – воскликнул король. – Перечить вздумала?

- Угу, - буркнула принцесса, готовясь закатить истерику.

- Ну тогда ладно, - неожиданно легко согласился король. – Посидишь в замке далеком, а там уж из кандидатов, тебя спасать приезжающих, выберешь себе жениха. Будешь сидеть под охраной одной моей знакомой, она проследит, чтоб всякие хмыри рядом не шатались и тебя не обижали…

Принцесса в раздражении топнула ногой. Изо огня да в полымя!

- А здесь посидеть подождать нельзя? – воскликнула она.

- Нельзя, - отрезал король. – Не педагогично это, да и дармоедов на смотрины приедет, что мне, на них казну тратить? А так двух зайцев разом – и зять храбрый будет, и дармоедов терпеть не придется.

Принцесса тяжело вздохнула. Противоречить отцу было бессмысленно – он уже все придумал и только извещал.

Сборы были недолгими, шустрые служанки быстро все упаковали. Обещанный охранник все не появлялся, принцесса в нетерпении нарезала круги на парадном крыльце дворца.

- Брунгильда, не волнуйся, - подошел сзади король.

- Как он смеет опаздывать?? – вспылила принцесса. – Я, между прочим, особа королевских кровей, ко мне нужно относиться с уважением!

Король вздохнул. Если бы дочь знала, кто ее охранник… Опять эта паршивка где-то задерживается, хоть бы в тюрьме не оказалась, вызволяй ее потом!

Тут из-за поворота появилась миниатюрная фигурка, замотанная в плащ по самые уши. Король облегченно выдохнул.

- А вот и охрана, - сказал он беснующейся принцессе. Она медленно повернулась…

- Чтооо? Этот гномик меня охранять будет?? Да мне самой придется следить, чтоб его ворона не унесла!

Фигурка тем временем приблизилась.

- Ваше Высочество, - произнесла она хриплым голосом.

- Вот, это твоя подопечная, принцесса Брунгильда. Брунгильда, это твоя охранница, Джекил. Прошу любить и не жаловаться!

Принцесса с удивлением уставилась на незнакомку, которая медленно стащила капюшон с головы. Джекил оказалась довольно молодой, с раскосыми серыми глазами и такой же серо-пепельной шевелюрой. Серая личность, она ничем бы не выделялась и запоминалась, если бы не чрезмерно выдающийся запах перегара.

- Мы отправляемся? – также хрипло спросила девушка.

- Конечно, - кивнул король. Втянул с шумом в себя воздух иехидно спросил: - О чем-то попросить хочешь?

- Угу, - Джекил поморщилась. – Опохмелиться…

Дорога была скучной. Принцесса смотрела в окно и иногда разглядывала ехавшую рядом охранницу, которая опять закуталась в свой видавший виды плащ и дремала. Солдаты, сопровождавшие принцессу, разговаривали между собой и смеялись.

Джекил ее бесила. Пьяница. Отец издевался, пока девушка опохмелялась. И убеждал, что она с охраной дочери справится, как никто другой.

Что ж, посмотрим.

Замок был миниатюрным, из серого камня, и окруженный высокими стенами и рвом. Путь к нему шел через небольшой грот, едва вмещающий карету и лошадей. В пещере были ворота на конюшню и другие постройки, по сути, грот являлся внутренним двором маленького замка. С другой стороны был сад, откуда доносились приятный аромат весенних деревьев и цветов.

Разместились быстро. Несмотря на традиции, король не стал оставлять свою дочь вдвоем с охранником, и выдал отряд солдат из личной гвардии, несколько горничных, повара и садовника. И сказал, что Джекил – это дань традициям.

По традиции, принцессу должен охранять злой колдун, который желает сам на ней жениться, или монстр. На первого охранница не тянула. Значит, монстр. Монстр-алкоголик. Своим перегаром, наверно, отпугивать женихов будет.

Брунгильда вздохнула и решила заняться вышиванием, как и надлежало принцессе, но тут резко распахнулась дверь как от удара ногой.

На пороге стояла Джекил и как-то подозрительно улыбалась.

- Что, принцесса, скучаем? – девушка прыгнула в кресло с места. Кресло жалобно скрипнула и немного проехалось по ковру.

- Нет, - осторожно ответила Брунгильда, - называй меня, пожалуйста по имени.

- У тебя имя длинное, - отозвалась охранница, с удивлением рассматривая вышивку. – Твоя работа? Шизеть, вот людям делать нечего, кроме как носовые платочки вышивать. И вообще, я буду называть тебя Гил.

- Но это мужское имя, - возразила принцесса.

- Зато короткое, - парировала Джекил,- хватит томиться, пойдем развлекаться.

-Куда?

Девушка ехидно ухмыльнулась.

- Здесь есть одна моя милая знакомая…

Словом, когда поздно ночью, приплясывая в обнимку, Гил и Джекил вернулись в замок, они уже были закадычными подругами и знали самые сокровенный тайны друг друга. Принцесса узнала, что охранница – самый настоящий дракон, просто еще молодая, и поэтому умеющая превращаться в человека. С королем познакомилась еще когда он был молодым. Он оказал немалую услугу юной драконнице, и вот она отрабатывает свой долг.

Милая знакомая Джекил оказалась весьма веселой рыжей ведьмочкой, с неограниченным запасом спиртного, на который и покусились принцесса и драконница. Маленький девичник удался на славу, и девушки кое-как, зигзагообразно, добрались до замка, оглашая окрестности нестройным, но удивительно мелодичным пением.

Несколько недель Брунгильда провела в этом замке. Не будь с принцессой развязной драконницы, она бы умерла от скуки раньше, чем приехали отважные рыцари вызволять красавицу из плена злобногодракона. Надо сказать, принцесса не была сногсшибательной красоткой, но достаточно миловидна. Стройная, с гривой каштановых волос и огромными ореховыми глазами, Брунгильда вызывала теплые чувства у всех.

И вот, наконец-то прибыл первый претендент на звание героя. Все были заранее предупреждены гонцом от короля и ждали с нетерпением. Подъезд к замку украсили разбросанными костями(муляжи, не настоящие же тащить!), грот осветили красными замаскированными фонарями и напустили дыму для пущего эффекта. Джекил сменила ипостась, превратившись в изящную серебристую драконницу, с крыльями, похожими на рукава приведения. Только звона цепей не хватало.

Отважный рыцарь не спеша ехал по дороге. Гил рассматривала его из окна башни. Весь в доспехах, не рассмотреть ни фигуры, ни лица. Интересно, как Джекил будет проверять, годен ли он в спасители или нет? Или отец сам разбирается…

Анджей Северский ехал неспеша, все-таки столкнуться со свирепым драконом ему не очень хотелось. А ведь надо было. Подойти к пещереи громко вызвать дракона на смертный бой. Нет бы просто, по-тихому, умыкнуть принцессу, но… Так требовал рыцарский кодекс, а Анджей не хотел опозорить свое гордое звание рыцаря.

Добравшись до пещеры, рыцарь остановился, приподнял забрало (принцесса чуть не вывалилась из окна в попытке разглядеть кандидата в мужья) и гордо приосанившись, насколько это позволяли тяжелые доспехи, начал кричать:

- Я, Эммануил Франческо Антонио Чезаре граф Анджей Северский...- и еще с десяток имен и титулов, Джекил сначала с интересом прислушивалась(не каждый день ей предлагали съесть такой громкий ужин), потом ей надоело и драконница, не дожидаясь окончания вызова на бой, вылезла из пещеры.

Рыцарь поперхнулся очередным титулом и в ужасе уставился на Джекил. Драконница отнесла это к заслугам своей непревзойденной красоты и томно потянулась, скользнула ярко-красным раздвоенным языком по клыкам…и с удивлением уставилась на рухнувшего в обморок рыцаря.

- Невоспитанный какой…-пробормотала она, осторожно пихая рыцаря когтем в бок. – Чего он разлегся перед дамой?

Принцесса хихикнула. Она немного боялась и не верила в способности Джекил, которая себя вела как подросток – только временами пила не по-детски.

Рыцаря слуги отнесли в ближайший лес. Пусть там отлежится, авось решится на еще одну попытку.

Но граф Анджей Северский был человеком умным, поэтому уехал, даже не приблизившись к замку.

Следующие претенденты были почти такими же. Кто-то осмеливался все ж бросить вызов ужасному дракону (и вовсе я не ужасная, возмутилась Джекил), но после того, как драконница обезоруживала, сразу терял свой пыл и бросался наутек.

Принцесса начала скучать.

И вот однажды, в дождливую погоду, к ней в комнату вошла Джекил. Брунгильда отметила, что у нее был какой-то странный отсутствующий вид. Хотя драконница всегда отличалась неутомимым оптимизмом.

- Гил, а ты хочешь встретить своего принца? – спросила она, глядя куда-то в окно. Принцесса из любопытства тоже туда посмотрела, но ничего интересного не увидела.

- Конечно, - ответила девушка.

- Тогда почему мы их всех отшиваем? Ты ведь даже ни на одного не посмотрела. Вдруг там была твоя судьба? – драконница полуобернулась к ней, глядя своим серебристым глазом. Сейчас она как никогда была похожа на величественное и мудрое существо, коим и является дракон, а не разгильдяйкой.

Принцесса немного оробела перед этой Джекил. А ведь вопрос действительно серьезный. Неужели нужно менять тактику?

- Но они же трусы…-попыталась оправдать себя Брунгильда. Драконница раздраженно дернула щекой.

- Я сама по себе несу давящую ауру, ее не заметит только равный. А люди никогда не будут равными драконам. Ты хочешь выйти замуж за дракона?

Девушка помотала головой.

- Тогда меняем тактику.

- И что мы будем делать?

- Ты будешь встречать гостей,- ухмыльнулась Джекил, становясь той, кого Брунгильда знала.

Принцесса вздохнула, решив довериться подруге.

Следующего гостя девушка встречала в одиночестве. Символическом, ибо и Джекил, и гвардейцы пристально следили за происходящим из своих укрытий.

Принцесса поежилась. Джекил доходчиво объяснила, что и как говорить, но Гил сейчас чувствовала себя на удивление глупо.

- Едет, - донесся до нее тихий голос драконницы. Она пряталась где-то сверху грота, в любой момент готовая обернуться и прогнать излишне надоедливого и невежливого гостя.

Гил как можно величественней расположилась на камне возле пещеры. Его драконница долго выковыривала из цельной скалы, и долго потом жаловалась на сломанный коготь…

Кандидата в женихи пришлось ждать долго – у драконов все-таки очень хорошее зрение. А принцессам мучайся, с раздражением подумала Гил, рассматривая движущуюся точку на дороге.

Когда он подъехал ближе, принцесса смогла получше его рассмотреть. Гил даже пожалела, что они раньше до такого не додумались: вдругона пропустила своего суженного?

Кандидат оказался довольно молодым – лет так двадцать-двадцать пять. Он был без доспехов, в простой рубашке, пропитанной пылью дороги, и серых штанах, заправленный в сапоги. На солнце золотились светлые волосы, достигающие плеч. К седлу черного коня был приторочен меч в неброских ножнах.

- Здравствуйте, - поздоровался парень, подъехав к принцессе.

- Здрасте, - ответила Гил. Долгое ожидание кого угодно утомит.

Парень немного замешкался с продолжением разговора и спрыгнул на землю. Джекил немного свесилась, рассматривая его. В отличие от остальных очень уж он не похож ни на рыцаря, ни на принца тем более. При такой шевелюре ожидалось, что глаза у пришельца будут серыми или голубыми, но неожиданно обнаружилось, что у парня один глаз черный, другой зеленый. Как необычно.

- Вы принцесса? – справился со смущением парень. Гил кивнула.- А где дракон?

- На охоту улетел, - ответила принцесса. Парень ей не очень понравился. Глаза страшные. Да и не аристократ.

Разноглазый вздохнул.

- Было объявлено, что тот, кто победит дракона, жениться на принцессе. Сдержите ли вы свое обещание? – спросил он.

Гил задумалась. Замуж ей за него не хотелось. Но вряд ли он одолеет Джекил, значит, можно не волноваться, верно?

- Если вы победите дракона, то я выйду за вас замуж,- торжественно пообещала Гил, - могу ли я узнать имя своего спасителя?

- Можете называть меня Лео, - ответил парень, усаживаясь на землю и опираясь спиной на скалу. Прикрыв свои жуткие глаза, он неожиданно спросил: - когда вернется-то?

- Не знаю, - скрывая злорадство ответила принцесса. Разноглазый ей нравился все меньше. Где пылкие признания в любви? Стихи в честь ее неземной красоты? Даже простого уважения к венценосной особе нет. Еще и жутко самоуверенный.

Джекил не спешила. Принцесса дала понять, что кандидата она еще помучает ожиданием. По мнению Джекил, к парню стоило присмотреться. Сразу видно, не трусливый. Или наоборот, глупый. Другой бы уже предложил сбежать, пока «сторожа» нет.

Лео решил поспать. Вряд ли он пропустит появление дракона. И спасать принцессу требовалось только от девичества, значит, ничего с ней не случится. Девушка ему не очень понравилась: высокомерная и вредная, если б не титул, замуж трудно было бы отдать. Самым парень ни за что бы не женился, но такова была воля венценосного родителя, впрочем, принцу Леонарду, а это был он, было все равно.

Солнце подошло к зениту.

Драконница отчаянно зевала, но старательно ждала, когда Гил подаст знак. Рыцарь преспокойно дрых в тени грота, рядом флегматично пасся конь. Чем занимались слуги, было неизвестно, но как предполагала Джекил, они отдыхали в своих убежищах. Принцесса с досадой думала о том, что совести у парня совсем нет.

Наконец Гил решилась и махнула платком. Драконница приободрилась, подпрыгнула на несколько ярдов вверх и с ревом опустилась перед входом в пещеру.

- Что, уже вернулась? – сонно пробормотал парень, протирая глаза,- и где ж тебя носило столько времени?

Джекил шумно фыркнула, выпуская дым из ноздрей. Лео медленно встал и поклонился дракону. Гил с интересом наблюдала за этой картиной.

- Будешшшь сражатьссся? – прошипела драконница.

- Буду, - серьезно ответил разноглазый, с интересом рассматривая монстра. Довольно молодая, сразу отметил он.

- Но сссначало ты должен выполнить одно усссловие, - с удовольствием произнесла Джекил, глядя на вытянувшиеся лица парня и девушки.

Лео с немым вопросом повернулся принцессе, но она также ответила ему удивленным взглядом. Что задумала подруга, она не знала.

- И какое же? – осторожно спросил парень.

- Прибери мусор вокруг, а то уже достал, - бодренько и удивительно, без шипения, ответствовала драконница. – Ходят тут всякие, прибирай после них…

У принца отвисла челюсть.

- Зачем? Это ведь для антуража удобно, - нашелся Лео, - и вообще, мы насмерть будем сражаться, не до обстановки.

Джекил фыркнула.

- Откажешь женщине в такой маааленькой просьбе? – попыталась состроить невинную мордочку драконница. В этой ипостаси у нее получалось плохо. – И вообще, умирать я не собираюсь, так что вперед! Инвентарь сейчас выдам.

И драконница нырнула в пещеру, быстро вернулась, держа в лапах мешок.

Принц ошалело посмотрел на нее, потом на мешок. Подумал. Вздохнул. Взял мешок и пошел собирать мусор. С женщинами спорить – себе дороже, особенно если она дракон…

Джекил с умилением наблюдала как принц Леонард убирает территорию. Она не сразу, но узнала наследника Трехгории. Да и как его не узнать, если он известен по своим глазам. Интересно, понравится ли Гил парень?

Принцесса хмуро наблюдала за разноглазым. И гордости у него нет, корячиться по просьбе Джекил. Хорошо хоть у него нет шансов против драконницы, иметь такого мужа Гил категорически не хотела.

Принц довольно быстро справился с уборкой территории ( драконница пожалела, что мало сорили) и выжидающе уставился на нее.

- Больше пожеланий нет? – поинтересовался Лео. Джекил помотала головой. – Тогда начнем бой…

- Стойте!- вдруг крикнула принцесса. Драконница и принц с неудовольствием покосились на нее. – Только не до смерти…- совсем тихо закончила она.

- Как получиться, - оскалилась Джекил, с предвкушением виляя хвостом. Принц кивнул и вытащил меч.

Гил было страшно.

Противники разошлись в поле.

Лео воткнул меч перед собой и быстро начал делать какие-то пассы руками. Джекил, помня, что ее противник некромант, не давая парню закончить заклинание, дыхнула ярко-синим пламенем. Огонь полностью скрыл фигуру парня, принцесса зажмурилась. Это конец.

Принц еле успел сделать щит и закончить заклинание. Было сложно, но он старался. Не ради принцессы – ему просто не хотелось проигрывать такому противнику.

У Джекил было свое видение ситуации. А еще должок перед королем. Поэтому она не стала отбивать заклинание принца. Драконница послушно свалилась, делая вид, что заклинание действительно шибко сильное.

Противник взялся за меч и осторожно подошел к ней.

- Ну же, прикончи меня, - прошептала она.

У принцессы не выдержало сердце. Она бросилась вперед, заслоняя грудью Джекил.

- Пожалуйста, не убивай ее! Я сделаю все, что захочешь!

- Не надо, Гил… я должна была защищать тебя, но противник слишком силен, - драматично сказала драконица, стараясь дышать в сторону, чтобы принцесса не свалилась от перегара.

Лео остановился.

- Так ты уже согласна выйти за меня? – уточнил он.

- Да, да, да! – прорыдала принцесса, - ты монстр, но я не могу оставить свою подругу на твои гнусные эксперименты!

Джекил с трудом сдержала похабные комментарии.

- Тогда ладно, не буду ее убивать, - с облегчением согласился принц. Король уверял, что дракон поддастся, но все равно, была вероятность, что дурной скотине взбредет в голову встать на сторону принцессы. Лео щелкнул пальцами и заклятье спало. Вместе с ним – и облик дракона, оставив сидящую на земле пепельноволосую девушку.

- Теперь айда выпивать? – невинно спросила она.

- Ты… - принцесса задохнулась от собственного гнева. – Ты все специально!!

- Ну, почти. Все ради тебя, дорогая, - умильно заулыбалась драконница.

- Вот и славно, что мы договорились, - вмешался в разговор принц, - а выпить и впрямь не помешает. Правда, невестушка?

Принцесса подняла глаза к небу, но оно нагло ей не ответило.

Опытный образец

Сознание возвращалось медленно и неохотно, норовя окончательно исчезнуть. Когда оно всё-таки возвращалось, то приносило с собой боль. Я не знал, сколько времени прошло – казалось, это состояние длится вечность. Иногда я слышал голоса, которые звали меня и что-то рассказывали, а смысл ускользал во мглу боли. Это было настолько мучительно, что я желал смерти.

Но старуха с косой ко мне не спешила.

Остро пахло спиртом, лекарствами и бинтами. Голоса стихли, и я попытался открыть глаза. Это было трудно и в то же время удивительно ново. Разнообразие в ощущениях.

Холодный белый свет слепил. Тело слушалось плохо, но стремление сбежать только крепло. Я зацепился за бортик и перевалился. Ледяной пол встретил неласково, хотя от холодастало легче. Бодрее. Попытка подняться, облокотившись о койку, оказалась неуспешной – от грохота укатившейся и врезавшейся в стену каталки заныли уши.

Пришлось вставать самостоятельно и хромать на выход, кряхтя как столетний старик. Впрочем, я и не знал, сколько мне лет на самом деле.

Дверь открылась от прикосновения – видимо, не ожидали, что кто-то попытается сбежать отсюда. Особенно в таком состоянии. В коридоре было темнее, редкие лампы едва разгоняли темноту. Я шёл по стеночке, часто останавливаясь и пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Красная пелена то и дело застилала глаза, но я тряс головой и упрямо двигался вперёд, пока рукой не наткнулся на металлическую табличку с кнопками. Раздалось еле слышное гудение, створки лифта приветливо распахнулись. Я ввалился внутрь и слепо ткнул на какие-то цифры, надеясь, что это приведёт меня на свободу.

Больно.

Наверно, я всё-таки потерял сознание. Когда открыл глаза, то увидел на входе полноватого мужчину в синей форме охраны. Он удивлённо таращился на меня, нервно сжимая в руках шепчущую рацию.

Завыл сигнал тревоги, очень близко. Боль в который раз пронзила голову, и я не выдержал. Рука как будто сама дёрнулась и пробила грудную клетку несчастного охранника. Краткий миг, хрупкое сопротивление костей, жар чужой плоти – и в руке бьётся чужое сердце. Горячее, скользкое… и такое мерзкое. Я содрогнулся и бросил его на пол рядом с рухнувшимся телом.

Прости, мужик, я не со зла.

Боль усиливалась. Хотелось завыть, но это явно было лишнее. В голове билась только одна мысль – надо выбираться. Память ничего не подсказывала, да и мозги атрофировались от боли.

Неприятная ситуация.

Шум от сигнализации раздражал. Почему-то остальных людей видно не было, как будто все просто исчезли.

Эвакуировались, всё бросив?

Спросить, к сожалению, было не у кого. Теперь. Единственного, кого можно было спросить, я убил собственноручно. Было обидно, но совсем чуть-чуть. Кое-как вытерев руку о собственную больничную рубаху, я побрёл дальше, надеясь найти выход. Где-то на задворках билась мысль, что произошедшее не очень хорошо, но боль успешно заглушила любые попытки совести одолеть меня. Тело безумно ныло. Одна комната сменялась другой, коридоры тянулись бесконечным лабиринтом.

Даже сигнализация давно заткнулась, и тишина, подобно озеру, залила здание.

Мне казалось, что я давно попал в ад и теперь обречён блуждать вечно по пустым коридорам, пахнущим лекарствами и совсем немного пылью. Я не сразу осознал, открыв очередную дверь, что в этом мире появился некто ещё.

Она сидела боком на подоконнике, поджав одну ногу под себя, а второй упиралась в батарею. Маленькая, в больничной белой рубахе, такой же, как и у меня. Длинные чёрные волосы были спутаны, а возле фарфорово-белых голых ног лежал короткоствольный автомат. К поцарапанному деревянному цевью кое-как синей изолентой был примотан нож. И на её одежде, и на подоконнике были тёмно-красные пятна, живо напомнившие о несчастном охраннике. Как будто мы коллеги по несчастью в этом аду.

Девушка лениво повернула голову, уставившись на меня огромными, нереального серебряного цвета, глазами.

– А ты любишь петь? – внезапно спросила она.

Я растерялся от такого вопроса и молчал, глядя на нее. Незнакомка грустно улыбнулась и спрыгнула с подоконника. Перебросила ремень винтовки через плечо.

– Не любишь, значит. Неважно. Пойдём, – она оказалась очень невысокой, наверно, действительно совсем подросток. Я радовался, что теперь не одинок, хоть девушка и была странной.

Мне ли говорить о странности, после убийства в лифте?

– Куда? – прохрипел я. Горло от усилий разболелось, говорить было непривычно и трудно.

– К остальным. Заждались. Меня зовут Иль, а тебя?

– Не помню…

– Все так говорят, – Иль двинулась вперёд, – а потом вспоминают, что и когда произошло.

– Ты мне расскажешь? – я едва поспевал за девушкой.

Она так внезапно остановилась, что я чуть не врезался в неё. При взгляде сверху вниз в серебряные глаза создавалось впечатление, будто смотришь в горные озёра. Очень холодной лунной ночью.

– Мне нельзя рассказывать. Я плохо рассказываю. Неправильно, – доверительно, как ребёнок, сообщила Иль, – поэтому лучше, если тебе всё расскажет Сэл.

– Кто такой Сэл? – я не бросал надежду вытянуть из неё хоть что-то.

– Сэл – это Сэл. Он умный. Всё знает. Тебе уже лучше? Идём.

Я с удивлением обнаружил, что боль действительно отступила, спрятавшись где-то в правом виске пульсирующим комком. Девушка, тихо намурлыкивая песенку, распахнула дверь, над которой тускло светилась красная табличка. Впереди была узкая лестница с затёртыми бетонными ступенями, по которой мы спустились на три этажа вниз, до огромного холла.

В отличие от того места, где я бродил, здесь не было белого. Паркетный пол из темного дерева и серые стены, тёмный провал окна гардеробной. С правой стороны был выход, скорее всего наружу. Большое зеркало украшало противоположную от нас стену, отражая две фигурки в белых рубахах. Слева стояли бетонные скамейки, украшенные разноцветной мозаикой.

В помещении из-за отсутствия окон царил полумрак, едва разгоняемый бледно светящимся шаром под потолком, который медленно раскачивался на невидимых крепежах.

– Я привела его! – громко крикнула Иль, обращаясь к кому-то в глубине холла. От её крика пошло эхо, а боль напомнила о себе. Я потряс головой и пригляделся.

Из-за плохого освещения я не сразу увидел парня, сидящего на скамье. Он держал на коленях книгу, которую читал до того, как пришли мы. У него было узкое лицо, слегка вьющиеся светлые волосы, давно напрашивающиеся на стрижку, и тонкие губы.

Иль радостно повисла на его шее. Тот самый умный Сэл, решил я.

– Приятно познакомиться, я Сэл, – парень подтвердил мои догадки, улыбаясь. Его тёмные глаза резко контрастировали с бледной кожей. Он усадил девушку на скамью и поднялся, протягивая мне руку.

– К сожалению, не помню своего имени, – я постарался улыбнуться в ответ. Замешкался, пожимая ему руку, которая оказалась такой горячей, будто у парня была лихорадка.

Знакомство вышло официозным, совсем несоответствующим обстановке и ситуации. Сэл был одет в джинсы и футболку с зеленым улыбающимся смайликом. Чистый, по сравнению с нами. Как из другого мира.

Перед глазами снова встал удивлённый охранник и его дрожащее сердце в моей руке.

– Ничего, постепенно память восстанавливается. Присаживайся, опишу ситуацию, в которой мы находимся, – блондин гостеприимно махнул на скамейку.

Иль громыхнула винтовкой.

– Иль погуляет, – улыбнулась девушка, перехватывая винтовку. Крутанавшись на голых пятках, она быстро скрылась за дверью возле зеркала.

– Это было внезапно, – нарушил я тишину, воцарившуюся после ухода девушки.

– Она немного странная, – вздохнул Сэл, – временами. Последствия проведенного здесь времени. Ты ведь тоже не помнишь, что с тобой было?

Я покачал головой.

– Ничего, кроме боли и темноты.

– Ничего, ещё вспомнишь, – он хмыкнул. Достал пачку сигарет из кармана джинсов. Вытащил одну, немного покрутил её в пальцах и протянул мне. Я отказался, не хотелось. Сэл чиркнул зажигалкой. Белесый дымок, терпко пахнущий табаком, потянулся к потолку.

Некоторое время мы молчали, а потом он всё-таки начал рассказ.

– Года три назад одна компания получила заказ – исследовать некие живые организмы. А потом начали набирать добровольцев на проведение эксперимента. Кто-то даже действительно был добровольцем, часть же привезли из тюрем – бюджетное решение проблемы. Но не суть.

Эксперимент закончился феерично удачно. Настолько, что заказчики пили ещё неделю. Получившийся результат назвали вампирами – в честь мифических созданий. Однако по свойствам данные особи весьма отличаются от своих тёзок…

– Хочешь сказать, я – вампир? – нетерпеливо перебил, пытаясь выудить из памяти хоть что-нибудь. Но в ней остались только серые коридоры, боль да невнятное мурлыканье Иль.

Сэл задумчиво смотрел на летающий светильник. Или люстры. Я никак не мог дать название этому сооружению.

– Да, скорее всего ты вампир, – ответил он, – я не слышал, чтобы здесь держали других подопытных. А над тобой эксперименты проводили, это заметно.

Парень прикоснулся к виску, демонстрируя нечто, похожее на причудливую татуировку. Я повторил его жест, прикоснулся к своему и с удивлением нащупал на своей коже выпуклые линии, похожие на вплавленный металл.

За неполный день оказывается столько открытий можно сделать. Особенно, если страдаешь от потери памяти.

Или ещё не страдаешь – судя по рассказу.

– С помощью вот этой штуки вводили в нас клетки вампиров. Был расчёт, что с помощью этого устройства можно будет контролировать вампиров. Подопытные внезапно начали жрать друг друга и перерождаться. Контролировать стало невозможно и проект быстро закрыли. Всех оставили здесь, на закрытой территории. Не только вампиров, но и обслуживающий персонал. Хотя, к чему о нём говорить, люди, скорее всего, уже мертвы.

Сэл замолчал. Я переваривал услышанное. Про то, что лично приложил руку к уничтожению обслуживающего персонала, решил оставить при себе. На всякий случай.

– Что за вампиры такие? Особенности?

– А хрен его знает, мне учёные крысы не докладывали, – он равнодушно пожал плечами, выпуская колечки дыма, – даже если мы выживем среди безумных товарищей по несчастью, нас уничтожат за стеной люди. Мне интереснее убраться отсюда, чем узнавать, какой хренью здесь страдали.

Я растерялся. Не знал, как реагировать на сказанное. Ощущение петли на шее стало почти реалистичным.

– Переродившиеся разделились на две группы, – внезапно продолжил Сэл, стряхивая пепел на пол, – условно называю низшие и высшие вампиры. Первые не подают признаков мышления, жрут всех, кого поймают. Вторые наоборот, чрезвычайно умны и сильны, но, к сожалению, тоже обладают непомерным аппетитом к плоти своих собратьев. Особенно к сердцам. Остальное нередко просто бросают.

– А к каким относишься ты?

– К третьим. Кто не потерял головы и не поддался на искушения, – серьёзно ответил парень. Он затушил сигарету и потянулся, словно кот после валяния на солнце.

Я хотел спросить, что ещё ему известно, но тут раздался грохот. Рухнула дверь на улицу, впустив клубы пыли. Мы вскочили.

Тяжелая тишина повисла в холле, давила на уши и нервы.

Сэл выхватил из-за спины нож, массивный и с серрейторной заточкой до середины клинка. Мне остро хотелось тоже что-то взять в руки, но вокруг не было ничего, что подходило бы для самозащиты.

Из клубов пыли вышло нечто. Оно мало напоминало человека – существо стояло на четырех конечностях, еще две конечности, наверное, руки, росли из плеч. На толстой шее, увитой вздутыми венами, была вытянутая и узкая, как у гончей собаки, морда. Глаза у твари отсутствовали, низкорослое поджарое тело обтягивала красная кожа с редкими отростками. Широкие ноздри шевелились – существо оценивало обстановку в помещении.

– Не двигайся, – едва слышно прошептал Сэл.

Все замерли, оценивая друг друга.

Первой начала действовать тварь – принялась шумно обнюхивать пол. Буквально по сантиметру изучала, а потом двинулась в сторону двери, через которую ушла Иль. Я похолодел, вспомнив, что девушка с ног до головы выпачкана кровью, на которую падки вампиры. Наверно, об этом вспомнил и Сэл, судя по вырвавшемуся сквозь зубы вздоху.

Вампир, почти дошедший до двери, резко обернулся и уставился на нас. Нелепо взмахнул верхними конечностями, как будто ощупывая пространство. Подошёл ближе, попав в полосу света, ворвавшегося следом за ним из проломанного входа. Я рассмотрел, что отростки по всему телу тоже шевелятся. Меня замутило от этого зрелища, а руки стали мокрыми и холодными.

Я так ещё никогда не боялся. Даже несмотря на лабораторию и амнезию.

Сэл напрягся, выставил перед собой нож. Судя по напряженным и побелевшим пальцам, ему тоже не верилось, что сможет отбиться от твари.

Обстановка накалилась, когда тварь более резво потрусила к нам, но её бег прервала автоматная очередь. От раздавшегося визга я почти оглох.

Ещё одна короткая очередь. Иль пришла вовремя.

Но вампир оказался очень живучим – его отбросило, кровь залила пол, но он шевелил руками, стараясь подняться. Я думал, что девушка добьёт его, но судя по сухим щелчкам, патроны у нее закончились. Сэл не стал ожидать чуда – ведь других магазинов или патронов вряд ли нашлось бы у неё – и сам бросился к твари.

Несмотря на ранения, вампир махнул рукой, целясь по ногам парня, но он успел отпрыгнуть. Тварь от досады низко завыла и забарахталась на скользком полу ещё сильнее, вставая. Иль подбежала и уверенно махнула винтовкой, подсекая заднюю лапу примотанным ножом. Вампир обернулся на неё, тогда уже Сэл попытался схватить его за руки и добраться до шеи.

Тварь отмахнулась от него, и парень отлетел как пушинка. Следом вампир попытался схватить Иль за ногу, но девушка пришпилила конечность к полу, загнав нож по самую рукоять. Резко дёрнула, отрывая винтовку от изолентовой обмотки, перевернула и резко ударила по голове монстра железным прикладом. Он завизжал как дворовая шавка и схватился за морду руками, стараясь защититься от ударов девушки. Иль пнула по его позвоночнику, опрокидывая вампира на пол. Била ещё и ещё, пока не услышала отчётливый хруст костей. Потом наклонилась и голой рукой вырвала челюсть твари, отшвырнула и ударила ещё раз, превращая череп в крошево.

– Молодец, – прохрипел Сэл, держась за бок. Он дохромал до твари и, не поморщившись, поворошил рукой в остатках от головы. Достал кружевную пластинку и продемонстрировал мне.

Я понял, что всё это время не дышал. На негнущихся ногах подошёл ближе. Девушка покосилась на меня и начала вытираться. Это у неё получалось не очень – кровь живописно размазывалась, превращая лицо в гротескную маску.

– Больше никого нет поблизости? – уточнил я, рассматривая контролер – так решил называть штуки на висках.

– Поблизости – нет, но скоро придут, – с детской непосредственностью и радостью ответила Иль, – здесь вкусненько пахнет. Им тоже захочется поиграть и покушать. Сэл, а мне можно?

– Нет, такую гадость есть нельзя, – покачал головой парень и принялся стягивать с себя футболку, – снимай рубашку, ты выпачкалась. Держи мою.

Девушка послушно начала раздеваться, совершенно не стесняясь нас. Под грязной больничной одеждой оказалось довольно сформированное тело, худое и с небольшой грудью. Белую кожу некрасиво пересекали многочисленные шрамы и синяки, по бокам – уродливые следы от присосок.

Футболка с зелёным смайликом все скрыла, длиной оказавшись почти до коленок.

– Иль довольно взрослая… – задумчиво произнес я.

Сэл раздраженно оглянулся.

– Держи свои руки при себе, – огрызнулся он, – иначе их быстро лишишься.

– Я ничего такого не хотел, – я смутился от такого обвинения, – она выглядит совсем ребенком ещё. И при этом, так сражается…

– Сам в шоке, – смущённо признался парень, нервно взъерошив волосы, похоже, что он сам не ожидал, что оплошает с монстром, – хватит разговоров, уходим отсюда.

– Хорошо, – согласился я, решив не развивать тему, но кое-что всё-таки решил уточнить, – вы давно знакомы?

– Встретил на день раньше тебя, в этом же корпусе. Вы особенные, ребята, далеко от остальных располагаетесь.

Иль вытащила нож из лапы монстра и тщательно вытерла его о старую одежду. Покрутила винтовку, вздохнула и аккуратно положила на труп вампира. Отошла, оценила картину, наклонив голову, и кивнула своим мыслям. Сэл вздохнул и направился к выходу, видневшемуся за гардеробной, девушка, намурлыкивая, двинулась следом.

Мне не оставалось ничего иного, как сделать то же самое. В одиночку здесь не выжить.

Пройдя через какие-то технические помещения, мы добрались до раздевалок. Как пояснил Сэл, здесь можно было разжиться одеждой и кое-какими вещами.

– А оружием? – спросил я. Он только покачал головой.

Одежда была. Штаны оказались мне немного великоваты, но положение исправил ремень. Белая рубашка. Синий китель. Некстати вспомнился охранник.

Иль отказался менять одежду наотрез, тогда Сэл просто закинул шмотки в пакет и сунул его мне, а сам продолжил обшаривать помещение. Нашлись пара мобильников, с безнадёжно севшими аккумуляторами, фонарики, ключи, забытая пачка овсяного печенья и растоптанные сапоги неимоверного размера, от которых все дружно отказались.

– Больше здесь ловить нечего, – сообщил Сэл, крутя в руках мобильник и откладывая его, – можно идти в убежище.

– К вампирам? – уточнил я.

– Почти. Люди там тоже есть.

– Ты же сказал, что их всех вырезали?!

– Немного слукавил. Захотелось посмотреть на твою реакцию, но ты реально ещё пришибленный и не вдупляешь в ситуацию. Даже не додумался от вампира сбежать.

Я нахмурился. Враньё возмутило – что он ещё скрывает? От переживаний снова проснулась боль, а ноги едва слушались. Я оперся на стену и потёр виски. Хотелось упасть и заснуть.

Пение Иль раздавалось сильнее.

– Не спи! – Сэл ударил меня по щеке. Я дёрнулся и открыл глаза – оказалось, что окончательно сполз на пол. Девушка сидела на столе и молча смотрела на нас, не моргая и не двигаясь. Со своими серебряными глазами она напоминала потустороннее существо, призрак. Который явился убивать.

Страх подкатил к горлу, паника почти затопила моё сознание, но Сэл ещё раз встряхнул меня и рывком поднял с пола.

– Уходим. Надо быстрее вернуться в убежище, а то что-то ты хреново выглядишь.

Я вяло кивнул и двинулся на выход, придерживаясь за стену.

Мы покинули холл через проход, который заботливо оставила открытым краснокожая тварь. Трупа на полу уже не было, только тёмные пятна на полу напоминали о ней. Автомат был разорван на куски, я даже разглядел следы зубов на нём. Иль горестно вздохнула, но останавливаться не стала. Сэл придерживал меня за плечо – так идти было проще и немного быстрее.

Я впервые увидел солнце. Оно было тусклым и безжизненным, в окружении хмурых тяжёлых облаков. Дул пронизывающий ветер, но холода я не почувствовал.

– Вампиры не вернутся сюда? – просипел я.

– Пока что нет, всё интересное съели. Удивлён, что никто за нами не пошёл, ведь кровью от нас воняет знатно.

– Помыться бы ещё тогда, для надёжности…

Он не ответил. Его разговорчивость сильно упала, и я не мог понять, почему.

Здание было таким же серым и хмурым, как и всё вокруг. Обшарпанные колонны обрамляли вход, к которому вели ступени из красного мрамора. Двор был небольшим, в окружении других корпусов, с парой пустых клумб и несколькими низких деревцев. На тонких ветвях набухали нежно-зеленые почки.

Начиналась весна.

Когда я попал в лабораторию?

Сэл говорит, что я всё вспомню, но память упорно молчала. Подсовывала картины пустых коридоров, крови и пение Иль. Напоминала про темноту, которая предшествовала этому дню. Я опытный образец, случайно переживший аварию.

Немного же я о себе знаю.

Эксперименты проходили на территории огромного исследовательского центра, где находилось всё необходимое, в том числе и для проживания сотрудников. После аварии, когда вампиры вырвались на свободу, население эвакуировали (кого смогли…), а территорию закрыли. Обнесли стеной, приставили охрану и уничтожали всё, что пыталось вылезти. Дальше подготовят рейд и зачистят от всех монстров.

Послушных вернут в клетки для дальнейших исследований и экспериментов. Непослушных вампиров тоже вернут для исследований, но по частям и в разных контейнерах. Такие перспективы обрисовал Сэл, пока мы обходными путями двигались к убежищу, где, по его словам, оставались уцелевшие, в том числе и сотрудники исследовательского центра.

– Немногие выжили, – Сэл рассказывал это не очень охотно, – они вместе с нами. Не переживай, мы их не едим. Для нас была создана сыворотка, замена еды – обычная нам не подходит.

– Зато подходит кровь «сородичей»? – я продолжил его мысль.

Он кивнул. Иль шла впереди и все время напевала, но тихо, поэтому не вызывала раздражение. Она выглядела беззаботной, наивной девочкой. Если не обращать внимания на выпачканные в крови ноги. Эксперименты проводили и над детьми?

Больше всего меня волновало то, что у неё на виске отсутствовала татуировка. На теле её вроде бы тоже не было. Особая персона.

Сэл старался держать такой же расслабленный вид, как у Иль, но чувствовалось, что он настороже. После стычки с монстром я понимал, что он не силён, как хотел показать нам.

И я замечал, как обеспокоенно парень иногда смотрит в спину девушки.

Когда добрались до склада, тучи окончательно затянули солнце. Начал накрапывать мелкий дождь. Внутри было темно, но, по крайней мере, сухо и пахло цементом. Пространство было заполнено контейнерами и ящиками, где-то стояли красные цифры маркировки, возле входа стоял жёлтый погрузчик.

– Передохнём здесь, – скомандовал Сэл.

Я тут же рухнул на пол, прислонившись к одному из ящиков. Ноги тряслись, а во рту всё пересохло.

– Хочу пить, – прошептал я. Он молча протянул мне колбу с ядовито-синей жидкостью. Я взял её и потряс. Жидкость вспенилась и поменяла цвет на зелёный.

– Это точно можно пить? – с сомнением произнёс я.

– Как хочешь, – равнодушно ответил Сэл, протягивая руку, чтобы забрать колбу. Я не отдал, быстро откупорил и влил в себя жидкость.

Вопреки ожиданиям, она оказалась безвкусной и тёплой. Неощутимой. Но жажда отступила, для меня это было главным. Помимо выживания.

– Рядом один из высших, – сказала Иль. Она стояла на ящике и листала журнал учёта сосредоточенно, как будто в нём прочитала информацию о вампире.

Мы замерли.

Страх медленно сжал грудную клетку. Я вспомнил, что высший сильнее и голоднее обычного вампира, и меня это не радовало.

Я боялся.

– Далеко? – спокойно спросил Сэл, доставая нож, – он нас почувствовал?

Девушка задумалась, приложив руку к губам, а потом покачала головой. Хлопнула в ладоши. Звук в тишине склада получился как выстрел – звонкий и оглушающий.

– Ему неинтересно.

– Откуда ты знаешь? – с подозрением спросил я, пытаясь подняться. Ноги едва слушались, видимо, слишком давно не было нагрузки.

– Иль чувствует, – сообщила она, улыбаясь. Серебряные глаза сияли, – Иль хорошо чувствует, что чувствует высший. Высший не хочет идти к нам, высший занят.

– Всё понял? – подколол Сэл.

– Угу, – хмуро отозвался я, – а не ты ли говорил, что высшие крайне кровожадны?

– Говорил, и так оно было на моих глазах, – огрызнулся он, нервно одёргивая футболку. Достал старый, потрёпанный рюкзак из-за ящиков. Долго ковырялся, пока мы наблюдали за ним, и, наконец, достал пистолет. Проверил магазин. Попытался засунуть за ремень, передумал, сунул обратно в рюкзак.

Сильно же Сэл разнервничался. Мне казалось, он хорошо освоился на территории центра. В голову запоздало пришла мысль.

– Когда произошла авария?

Парень остановился и недоуменно посмотрел на меня.

– Четыре дня назад.

– Всего четыре дня??

– Чему ты так удивляешься? Вампиры резво зачистили территорию.

– А как ты выжил?

– С божьей помощью, – огрызнулся Сэл, взваливая рюкзак на плечо.

– Дай мне пистолет, – попросил я.

Он покачал головой.

– Быстро уходим, пока высший не передумал.

– Ты так веришь полоумной? – не выдержал я.

Иль с любопытством наблюдала за нами. Даже перестала петь, только улыбалась. Улыбка была странной, как у выжидающей кошки, играющей с мышью.

– Ей я доверяю больше, чем тебе, – яростно сверкнул глазами Сэл. Потом глубоко вздохнул, быстро успокаиваясь. Передо мной снова был парень-рубаха, которого я встретил в холле. – Извини. Я погорячился. Ты только очнулся и ничего не помнишь и не понимаешь, естественно, что будешь ожидать объяснений. Всё позже. Сначала доберёмся до убежища. Окей?

– Иль хорошая, – вставила девушка и потянула дверь склада.

– Готовы? – спросил Сэл. Мы одновременно кивнули.

Бежать по дождю оказалось малоприятно. Одежда почти сразу вся промокла и облепила тело. Чем дальше мы уходили от лаборатории, тем хуже становилась обстановка. Разбитые окна, осколки кирпичей, мусор… Наткнулись даже на останки вампиров – искорёженные, вытянутые кости и клыкастые черепа. Некоторые были проломлены и разбиты – это напомнило мне, как Иль разобралась с низшим вампиром.

Это всё произошло за четыре дня?

Возле одного из зданий были рассыпаны гильзы и повреждённые стены от снарядов, но крови и тел не было видно. Судя по тому, как спокойно себя вёл Сэл, бой произошёл здесь ещё в первый день, а может даже час.

Я не мог сказать, сколько времени мы шли до убежища. Небо было таким же пасмурным, дождь слепил глаза. Шли молча, Сэл иногда махал рукой, останавливая или указывая на путь сквозь проломы в стенах.

Дорога закончилась в здании из красного кирпича. Окна были разбиты, а внутри был погром. Валялась разломанная мебель, из расколотых компьютеров стеблями сухих растений торчали провода.

– Вроде бы все нормально, – прошептал Сэл. Иль согласно кивнула из-под надвинутого капюшона толстовки, извлечённой из недр рюкзака.

– Идём? – спросил я.

– Идём, – подтвердил спутник.

Убежище оказалось беспечным. Ужасно беспечным – просто здание общежития для сотрудников центра. Выжившие ютились на втором этаже. Здесь были целы стекла и в целом, не было такой разрухи, как на остальной территории. На некоторых окнах фривольно развевались розовые занавески.

Ненормальные.

Нас никто не встретил, люди (или вампиры?) занимались повседневными делами, что-то носили, убирали вещи. Из одной комнаты донесся запах жареной картошки. Как будто разгул вампиров сюда не докатился, и общежитие по-прежнему живёт той жизнью, которая была неделю назад.

Всего я насчитал около десяти человек. Негусто.

Теперь вел Сэл, а я с Иль шёл позади. Девушка спрятала лицо под капюшоном толстовки, вытащенной из пакета, и смотрела только в пол, даже петь перестала. Мне было непривычно без ее голоса. Нас никто не остановил, с равнодушием пропустили дальше.

Мы бросили рюкзаки на кухне, а потом пошли знакомиться с главными организаторами обороны против вампиров. Это было забавно, что я даже мыкнул вслух. Иль покосилась на меня, но ничего не сказала, только сильнее надвинула капюшон на лоб.

– Всем привет, – громко поздоровался Сэл, распахивая дверь настежь.

Обстановка оказалась скудной. Возле окна было два полицейских щита, рядом на сваленных мешках стоял ПКМ. За старым поцарапанным столом сидел немолодой мужчина. В черных волосах уже была седина, на крючковатом носе красовались очки в тонкой золотой оправе. Он устало потирал лоб, а потом что-то быстро печатал в ноутбуке. Время от времени отвлекался на обсуждение своего занятия со вторым присутствующим, сидящим на диване, – невысоким, но широким русоволосым парнем лет двадцати пяти.

– Ты бы ещё с ноги дверь открыл, – с улыбкой прокомментировал русоволосый парень. У него было открытое, с резкими чертами лицо с миндалевидными серыми глазами, отчего был немного похож на кота. Он с интересом рассматривал нас, покачивая в руке кружку с кофе.

– Саласван, не мог ты быть потише? – недовольно спросил черноволосый мужчина, поправляя очки.

– Если я буду потише, вы меня и вовсе проигнорируете, – заметил Сэл, плюхаясь на диван, а мы остались стоять возле дверей, – я привел еще двоих, один не помнит, как зовут, а девушка – Иль. Из второго корпуса оба. А это наше начальство – Дюк, он учёный, и Йохан, вроде бы работал в охране.

– Не вроде бы, а начальник охраны, – поправил его Йохан.

Я напрягся, рассматривая учёного. Один из тех, кто создал вампиров и виновник моего состояния. Он…

Иль ткнула меня в бок локтем, и я отвёл взгляд от Дюка. Напряжение понемногу отпустило, но злость осталась где-то в глубине, как только что заснувший вулкан.

Не время сводить счёты. Я ещё не знаю, как выжить.

– Тоже вампиры, – резюмировал Дюк, не обратив внимания на мой взгляд.

Он подошёл ко мне и взял за подбородок, заставив повернуть голову и показать татуировку. Некоторое время рассматривал, а потом прикоснулся и тут же отдёрнул руку, как будто обжёгся. Отпустил меня и шагнул к Иль, но она отшатнулась и зашипела.

Мужчина не стал настаивать на осмотре, вернулся за компьютером и с удвоенной скоростью начал печатать.

– Контролёр у парня не активен, а девочка проявляет агрессию… Не очень хорошо, но в нашей ситуации выбирать не приходится… Вы пробовали кровь? Убивали людей?

Я покачал головой – сомневался, что они отнесутся с пониманием к моему состоянию и простят убийство. В виске пульсировала боль, мешающая думать. Если штука на виске неактивна, то какого лешего так больно?

– А ты? – требовательно спросил учёный у Иль.

– Она в порядке, – поспешно ответил за неё Сэл.

– Жаль, полное обследование провести нет возможности, – огорчённо пробормотал Дюк себе под нос. Кажется, что его больше ничего не интересовало.

– Обойдёмся без обследования, – ответил Йохан. У него был низкий голос, почти пробирающий. Иль вздрогнула и подозрительно уставилась на него, но начальник охраны не отреагировал, – Саласван, помоги ребятам разместиться, а потом приходи, обсудим дальнейшие планы.

– Наше мнение не учитывается? – хрипло спросил я.

Дюк недоумённо посмотрел на меня.

– Милый мальчик, у тебя нет памяти, ты едва стоишь на ногах и вообще плохо соображаешь. Тебе надо поспать, а не выражать какое-то там мнение. Верно говорю, коллеги?

– Верно-верно, – отозвался Сэл, – скоро вернусь.

Он вытолкал нас из штабной комнаты в коридор и погрозил мне кулаком. А потом потащил дальше по коридору, почти в конец. Саласван (это ж кто ему такое имя-то дал?) открыл дверь и жестом пригласил войти в комнату, а затем ушёл обратно в штаб.

Обстановка была простой. Четыре кровати, шкаф, стол и окно во внутренний двор. Общежитие, как оказалось, имело форму квадрата, внутри которого располагалось открытое пространство с лавочками, беседками и вездесущими клумбами. Во внешних комнатах, как пояснил Сэл, окна были забиты досками во избежание.

Меня не очень это успокаивало – низший вампир, с которым мы столкнулись, легко вынес массивные двери. Вряд ли для таких монстров будет серьёзной преградой хлипкие доски на окнах.

Убежище не внушало доверие, как и те, кто стоял во главе.

Иль забралась на подоконник и сняла капюшон. Молчание затягивалось, и я не нашёл лучше, чем спросить:

– Как тебе здесь?

Девушка долго молчала, прежде чем ответить.

– Здесь сильный высший.

– Высший вампир в убежище? – переспросил я, надеясь, что мне послышалось.

Но она кивнула. Детская непосредственность исчезла, вместе с видом душевнобольной. Иль смотрела в окно, похоже, сидеть на подоконнике – это её любимое дело.

Я лег на койку, положив руки под голову, и уставился в потолок.

Ситуация паршивая. За стеной ждут ребята, которые радостно сделают из нас лёгкий перекус. Во главе выживших – люди, те самые, благодаря которым мы теперь такие. Бесправные опытные образцы. Монстры, которые могут в любой момент слететь с катушек.

И один такой ненасытный высший вампир прямо в убежище. Потрясающая безалаберность.

– Иль, а какие у нас возможности? – спросил я, в поисках вариантов выживания.

– Разные, – меланхолично отозвалась девушка.

– И как я могу ими воспользоваться?

– А ты хочешь? – заинтересовалась Иль, – зачем?

– Ты сказала, что здесь высший. Не хочу быть беззащитным.

Молчание.

– Ты уверен, что действительно этого хочешь?

– Абсолютно. Мне ужасно надоело быть бревном в болоте.

Смешок.

– Как хочешь.

Иль спрыгнула с подоконника и подошла ближе.

Поцелуй был неожиданным, теплым и со вкусом пыли. Девушка пахла дождем и весенней зеленью. Я замер, не смея пошевелиться.

– Постарайся не кричать, – прошептала Иль, поднимаясь.

Я вздрогнул, а на мои губы упали капли крови из ее прокушенного запястья. Серебряноглазая смотрела серьезно и даже с каким-то отчаянием и… надеждой? Её лицо выражало такие эмоции, что я не мог понять.

Но через мгновение мне стало не до неё.

Боль, которая таилась в виске, снова развернулась вовсю. Мне казалось, что одновременно мне ломали все кости и рвали кожу, мышцы. Перед глазами стояла кровавая пелена. Кровь, много крови, я тонул в ней, кусал губы, помня о том, что нельзя кричать.

А потом наступила темнота.

Я очнулся, когда за окном уже начало светлеть, медленно и неохотно. Рядом, на соседней кровати, тихо посапывала Иль, свернувшаяся в клубок. Я встал и накинул на нее одеяло. В ответ девушка что-то пробормотала и вытянулась во весь рост. Я вышел из комнаты.

Остальные вампиры и люди тоже спали. Было очень тихо, свет не горел. Я прошелся по коридору, привыкая к новым ощущениям.

Они были странными… необычными. Тело ощущалось как перышко, легкое и послушное. Зрение еще сбоило – картинка была то очень четкая, до малейших подробностей, то расплывалась, как будто за мутным стеклом.

Я спустился во двор. Попробовал согнуть металлический столб беседки, и у меня это получилось.

Способности вампиров. Средство для выживания.

– Не спится? – раздалось в тишине двора. Я лениво оглянулся и увидел Сэла, стоявшего на крыльце. Он кивнул мне, чиркнул зажигалкой и закурил.

– Просто вспомнил себя, – улыбнулся я, подходя ближе и протягивая руку для пожатия. – Меня зовут Артур. Приятно познакомиться.

Он криво улыбнулся и пожал.

– Хорошо, что вспомнил. Есть что полезное?

– Да так, ничего особенного, – уклончиво ответил я, – ты говорил с Иль?

Сэл помотал головой.

– Она уже спала, не стал будить. А что?

– Здесь высший.

Молчание. Трагичные паузы становятся привычкой. Сэл выдохнул дым. Потом предложил сигарету мне. В этот раз я отказываться не стал.

– Это Иль сказала?

– Да.

Я затянулся. Вкус дыма был как из другой, более нормальной жизни, а все происходящее – просто нелепый странный сон. Вот я проснусь, поставлю чайник и буду собираться на работу…

А всякие вампиры – плод воображения на фоне увлечения фантастикой.

– Она может назвать, кто именно? – продолжал допрос Сэл.

– Ты с ней общался больше, – я усмехнулся, – не думал, что девчонка тоже высшая?

– Тогда и ты тоже, – в тон ответил он, – вы оба находились отдельно в корпусе, который все обходят стороной.

– Уел. Что будем делать?

– Вернёмся к Иль, – парень потушил сигарету о перила, – а там что-нибудь придумаем. Возможно, даже раньше, чем высший начнет кого-то жрать. Если начнёт.

Я последовал его примеру.

– Всё хотел спросить – почему выбрали такое место для убежища?

– Здание ближе к стене и при этом прикрыто складом от людей. Находится подальше от центра, где в основном и бродят твари. Дюк установил какие-то штуки, которые отпугивают низших вампиров… к сожалению, на высших плохо действует. Но он утверждает, что доделает и для таких.

– Если высший не убьёт раньше, – добавил я.

– Если вообще он здесь есть, – вздохнул Сэл.

– Сомневаешься всё-таки в Иль?

– Не так давно знакомы, а с психикой у неё не всё в порядке.

Я кивнул, выражая согласие с его словами. Девушка была нездорова, а ещё опасным монстром…

Который подарил мне силу вампиров, что всё-таки немного делало её должником.

Все по-прежнему спали. Мы скользнули в комнату, где спала Иль. Она, в общем-то, уже не спала, а сидела на койке и недовольно потирала глаза. Черные волосы спутались ещё больше и торчали в разные стороны.

– Почему вы меня бросили? – обиженно спросила она.

– Выходили покурить, не стали тебя будить, – успокоил её Сэл, протягивая расчёску. Девушка взяла ее и принялась ожесточенно раздирать свои волосы.

– Давай помогу, – не выдержал я такого издевательства. Иль послушно отдала щётку. Я принялся разбирать копну на пряди. Волосы были скользкие как змеи.

– Иль, ты говорила, что здесь высший вампир. Сможешь узнать, кто именно? – спросил напарник по несчастью, устраиваясь на моей кровати.

Девушка покачала головой и ойкнула, когда я сильно дёрнул за прядь.

– Надо будет проследить за Дюком, – вздохнул Сэл.

– Надо всё-таки найти способ вычислить высшего – он может и не трогать никого из убежища, в ожидании эвакуации.

– Будет ли эвакуация вообще… – с сомнением протянул парень.

В коридоре раздались голоса и звуки шагов. Хлопали двери. Выжившие начали просыпаться. К нам постучали.

– Войдите, – разрешил я, сосредоточенно расчесывая Иль. Получалось не очень, но девушка стоически терпела.

Дверь открылась, и в комнату вошла женщина. На вид ей было тридцать лет. Короткие русые волосы были выбриты с одной стороны головы, демонстрируя серебристые линии татуировки-контролера. Куда больше по размеру, чем у меня или Саласвана. У неё было чуть вытянутое лицо со светло-серыми глазами, в которых сквозила усталость, и узкие синеватые губы. На женщине были джинсы и оранжевый свитер крупной вязки, на ногах – серые кроссовки.

– Я Сандра, – сразу представилась она, – заведую хозяйством. Вы вампиры?

– Угу, – буркнула Иль, разглядывая гостью.

Сандра положила на стол три пробирки с синей жидкостью, копии той, что мне давал вчера Сэл.

– Держите, это вакцина. Порция на день. Если почувствуете себя плохо или как-то странно – сразу подойдите к Дюку и сообщите. Ни в коем случае не терпите и не ждите, что само пройдёт. Никто за это осуждать не будет, – она внимательно посмотрела на нас, – а девочку следует переселить в женскую комнату, нечего ей спать с парнями.

Девушка насупилась и яростно замотала головой в протесте, я едва успел отдёрнуть расчёску.

– Иль останется с Сэлом! Иль не хочет уходить!

– Я прослежу, не волнуйтесь, – успокоил заведующую хозяйством Сэл, – а где сейчас Дюк?

– Как обычно, строчит в своём кабинете, – пожала плечами женщина, – он практически не выходит оттуда. Приходится следить, чтобы поесть не забывал.

– Спасибо, – улыбнулся парень, – чтобы мы без вас делали, Сандра.

Женщина оставила лесть без внимания и молча вышла. Иль фыркнула, самостоятельно заплела косу и перекинула через плечо, а потом с любопытством взяла пробирку и открыла. Понюхала и чихнула.

– Невкусно пахнет, – печально сообщила она.

– Лекарство вкусным не должно быть, – назидательно ответил я, тоже беря пробирку.

– Предпочитаете друг друга съесть? – ехидно поинтересовался Сэл, залпом выпивая свой «завтрак».

– По крайней мере, я начинаю понимать высших вампиров, – пробормотал я, засовывая пробирку в карман. Пока голода я не чувствовал, поэтому решил отложить приятное на потом.

Иль вздохнула, но последовала моему примеру.

– Сэл, а пойдём погуляем? – жалобно попросила она, дёргая его за рукав толстовки, – Иль хочет погулять. Иль не хочет сидеть в комнате, она маленькая…

– Пойдём, навестим дядю Дюка, – согласился Сэл, – а Артур посмотрит за остальным.

Он выразительно посмотрел на меня.

– Пойду умоюсь пока, а вы идите, – подтвердил я.

Время заняться разведкой обстановки.

Вампиров оказалось шестеро, помимо нас. Анатолю и Григорию было по двадцать лет, младше меня и Саласвана. Оба были живые, весёлые балаболы, совсем не было заметно, что над ними проводились эксперименты. Как и у Сандры, которая всё время их одёргивала, тату было на половину головы.

Другой контролер?

– Это лучше у Дюка спросить, – ответил Анатоль на мой вопрос. У него были золотисто-ореховые глаза и широкая улыбка, – а мы впервые видим таких, как вы. Ну, не считая Сэла. Но он тоже с нами не с самого начала, потом прибился.

– Не говорил, из какого корпуса? – поинтересовался я.

– Неа. Он ничего о себе не рассказывал, а потом ушел собирать шмот по территории. Многие ходят, но так далеко – только он. И ништяки всегда крутые приносит. Ещё и вас привел. С момента аварии у нас только потери. Один с ума сошёл, съел других, пока его не остановили.

– А кто остановил?

– Йохан. Он же начальником охраны был. Крутой чел, даже низших валит. И не вампир при этом.

– Вот как… – меня заинтересовал бывший начальник охраны. Но парни мало что могли о нем сказать.

Как оказалось, они всего несколько месяцев были здесь. Сначала была подготовка, пока физические показатели догоняли до требуемых норм, а клетки вампира ввели за пару недель до аварии. Григорий охотно рассказал, что именно из их группы было больше всего свихнувшихся, сам видел.

И поэтому, в отличие от меня, оба всё помнили. Сандра была здесь дольше, но рассказывать о своих опытах наотрез отказалась, сославшись на срочные дела.

Подопытных держали в первом и третьем корпусах, из последнего было больше всего сумасшедших. Которые устроили всю заваруху, выпустили остальных. На фоне стресса следом срывались остальные. Разгар бойни был в первые часы, а дальше выжившие разбегались.

Эвакуации не было – территорию центра сразу же закрыли, оставив людей на произвол разбушевавшихся монстров. Похоже, были готовы к подобной ситуации.

Мне было нисколько не жаль людей. Заслужили.

В убежище люди были отдельно от вампиров, со мной даже не стали разговаривать. И у них было оружие. Я хотел было спросить про контролеры, но вовремя остановился.

Это уже были бы подозрительные расспросы.

Сегодня было теплее на улице. Солнце притягивало, и я отправился на улицу покурить, заодно обдумать, что делать дальше. Чувствовал себя лучше. Увереннее. Не знаю, что сделала со мной Иль, но я был очень ей благодарен.

Я спустился вниз, к беседкам и столкнулся с Йоханом. Начальник ораны сидел на лавочке в беседке, пил кофе и читал что-то в планшете. Заметив меня, он махнул мне, приглашая присоединиться.

– Доброго дня, – поздоровался я. Хлопнул рукой по карману и понял, что сигарет при мне нет. Йохан понимающе протянул мне сигарету. Я поблагодарил и закурил.

– Освоился? – полюбопытствовал он.

– Да, почти. Спокойно у вас тут. На удивление.

– Стараемся.

Я украдкой рассматривал его. Йохан выглядел очень располагающим к себе человеком. Лучики морщинок возле глаз и губ говорили о том, что он часто и охотно улыбался. И очень развит физически – не исключено, что до назначения на должность начальника служил в армии. Из-за ворота были видны черные стрелки от татуировки.

– Нравлюсь? – поинтересовался Йохан.

– А? Не, просто задумался, как в таком возрасте большие должности занимают, – ничуть не смутившись, ответил я.

– Удачно попался на глаза, не более, – поскучнев, ответил он.

– Можно спросить?

– Спрашивай.

– Как становятся высшими вампирами?

Йохан сделал большой глоток из чашки и искоса глянул на меня насмешливыми серыми глазами.

– Хочешь таким стать?

– Просто хочу больше узнать.

– Ладно. Не особо секрет, все равно вас предостерегут. Высшими или низшими, как повезёт, становятся после того, как попробуют кровь вампира. После этого они не воспринимают вакцину, а кровь становится как наркотик.

– И не могут остановиться? – иронично спросил я.

– Как наркоманы, – подтвердил Йохан.

Как давно в убежище высший вампир? И так ли для них кровь важна? Много вопросов. Я пробовал кровь Иль – почему на меня не подействовало?

– Через какое время становятся высшими или низшими?

– Ты пробовал кровь? – внимательный взгляд.

Я покачал головой.

– Процесс мутации начинается сразу, поэтому вампиры сейчас в убежище разгуливают свободно – во время изменений они уязвимы и легко убиваемы. А потом восстанавливаются быстро. Буквально регенерируют. Плюс просыпаются экстрасенсорные способности. Вкупе с безумием очень опасные противники.

Я присвистнул.

– Экстрасенсы?

– Именно. И у всех разные, никогда не знаешь, чем ударит. Хорошо, что у низших таких способностей нет. Они деградируют и теряют человеческий облик, почти как звери.

– И не угадать, кем станешь – высшим или низшим?

– Да. Надеюсь, ты не будешь проверять мои слова на своей шкуре? – Йохан улыбнулся.

Поздно. Я уже проверил. Пока лишние конечности не отросли…

– Как ты убил взбесившегося вампира?

Он посмотрел на меня с сочувствием.

– Это несложно, во время трансформации, – напомнил Йохан.

Логично…

– Спасибо за интересную историю, – опомнился я, – пойду к своим, они, наверно, меня уже потеряли.

– Удачи, – начальник охраны вернулся к чтению.

Он окликнул меня, когда я уже был возле дверей.

– Артур!

Я обернулся.

– Если захочешь попробовать кровь – я с нетерпением буду ждать! – он улыбался, и я не мог понять, шутит или нет. Поэтому просто кивнул и ушёл.

На лестнице я огляделся, и, убедившись, что никого нет рядом, достал нож. Вдохнул и сделал надрез на ладони. После этого подумал, что надо было сделать на более незаметной части тела.

Что поделать, силён задним умом.

Порез был достаточно глубокий, края раны разошлись, но кровь выступила медленно и неохотно. Я уже подумал, что проверка закончена, как ладонь начала сильно зудеть. Мелькнули чёрные искры и рана исчезла.

Интересно, а мне другие экстрасенсорные способности полагаются?

Оставил на потом эксперимент со сверхсилами и пошёл к штабной комнате. Подойдя ближе, я остановился и, прежде, чем войти, прислушался. Внутри находилось трое, как и полагалось.

Дюк, как и в первую нашу встречу, сидел за столом с ноутбуком. На подоконнике сидела Иль, надвинув капюшон до самого носа. Сэл развалился на диване, положив ноги на подлокотник.

– Вы тоже решили мне мешать? – ехидно поинтересовался учёный.

– Просто к друзьям пришёл, – смиренно ответил я. Иль помахала мне рукой, и я подумал, попробовала ли она вакцину или всё-таки выбросила.

Мне не поверили. Оказывается, товарищи изрядно доводили учёного всё это время, пока я пытался собирать информацию. Поэтому при моём появлении у Дюка лопнуло терпение. Он вспылил и велел нам убираться вон. Саласван попытался возразить и заикнулся о наблюдении, но тут учёный вытащил из кармана пульт и пригрозил, что пустит в ход контролеры.

Иль фыркнула, и он нажал на кнопку. В виске засвербело. Я не понял, как оказался за дверью, вместе с Иль и Сэлом.

– Контролеры нам явно помешают в благих и не очень намерениях, – я ошалело помотал головой, пытаясь избавиться от ужасного ощущения в виске. Судя по виду напарника, он тоже был не в восторге.

А у Иль не было контролера, она просто последовала за нами.

В конце коридора появился Йохан, и мы, не сговариваясь, ушли в свою комнату.

– Чёрт, это крайне неприятно, – пробормотал Сэл, потирая висок, – надо что-то с этим делать.

– Сломать? – уточнил я.

– Голову? – радостно отозвалась Иль.

– Контролер, – поправил её Сэл, поморщившись, – хотя не исключено, что нам поджарят сначала мозги. Артур, выяснил что-нибудь?

– Ничего особенного. Скорее всего, ты и сам это всё знаешь. У людей оружие, за вампирами следят, хоть нас и большинство. О контролерах спрашивать не рискнул, но я не удивлюсь, если пульт есть не только у Дюка. Похожего на высшего вампира я тоже не видел, зато пообщался с Йоханом. Он говорил, что высшие тащатся по крови как наркоманы, поэтому сразу обнаружат себя.

– Мы здесь почти сутки, но высший себя не объявил. Иль, ты уверена?

Девушка кивнула.

– Сэл, ты знаешь, как становятся высшими?

– Говорят, что пьют кровь других вампиров, – он пожал плечами, – Дюк ничего не рассказывает, остальные сами не понимают, что с ними происходит.

– Какая-то западня… – я не знал, стоит ли рассказывать Сэлу, что пробовал кровь Иль.

Вздох получился почти синхронным. Умирать не хотелось.

– И что будем делать? – жалобно спросила девушка.

– Поставим ловушку? Нальём крови в тазик и будем ждать, пока высшему сорвёт крышу… – меланхолично предложил я.

Неожиданно эта идея вызвала воодушевление у Сэла.

– Отлично! Так и сделаем!

– Думаешь, получится? – скептически спросил я.

– Хоть что-то, – пожал плечами он, – Главное, подготовиться к встрече, одной Иль не хватит…

– Я тоже могу, – тихо произнёс я.

Сэл остановился и с сомнением посмотрел на меня.

– Завтра решим, – постановил он, – давайте спать. И так тяжёлый день выдался.

Это он устал от того, что доводил до нервного тика профессора? Ничего не скажешь, действительно трудное занятие.

– А кто будет сторожить Дюка? – спросил я.

– Я первую половину ночи покараулю, потом ты, – решил Сэл, – согласен?

– Пойдёт. И как-то надо решить вопросом, чего мы здесь ждём.

– В смысле? – не понял он.

– А ты хочешь обратно в клетку? – я криво усмехнулся. – Я бы предпочёл свалить побыстрее отсюда на волю и жить как нормальный человек.

– А вы вакцину приняли? – внезапно спросил Сэл, прищурившись. Я и Иль, не сговариваясь, кивнули. Я даже не сомневался, что она не притронулась к вакцине и скорее всего где-то выкинула.

– И ты думаешь продержаться без неё? Жить как нормальный человек, бургеры есть и колой запивать?

– Выход можно найти. А вот загнуться здесь – точно до добра не доведёт.

Сэл смотрел в потолок, играя желваками. Похоже, что он тоже об этом думал, но не находил решения.

– Потом решим, – неохотно ответил парень, поднимаясь и потягиваясь, – сейчас важнее высший.

– Я бы подумал о том, чтобы свалить под шумок, не попадаясь вампиру под горячую руку. Люди нам не союзники, прибьют с радостью.

– Ты прав, доволен? – вспылил Сэл, – но я не могу взять и хладнокровно их бросить на произвол!

Я промолчал, не желая с ним ссориться. Иль жалобно переводила взгляд с него на меня, но не решалась что-либо сказать. Парень не выдержал, буркнул, что идёт следить за Дюком и ушёл, громко хлопнув дверью.

– Ты вправду выпил? – с нескрываемым любопытством поинтересовалась девушка, помахивая пробиркой с вакциной.

– Нет, ещё не пил – я решил не врать ей, – а ты не проголодалась?

Иль просияла и достала из кармана шоколадные конфеты в яркой фиолетовой обёртке.

– Мы же это не сможем есть, – покачал я головой в ответ на протянутую конфету. Девушка пожала плечами, развернула и закинула конфету в рот. Зажмурилась от удовольствия.

– Иль любит вкусняшки, – сообщила она.

– Тебе плохо не станет?

Она помотала головой.

– Всё будет хорошо, – она широко улыбнулась, берясь за следующую.

– Ты высшая? – рискнул уточнить я.

Иль сделала огромные глаза.

– Иль хорошая! Иль не кушает кого попало!

Я понял, что вряд получу адекватный ответ. Возможно, она и вовсе не понимает, что это значит. Можно попытаться уснуть, пока не вернулся Сэл.

– Иль не нужно много кушать. И Артуру тоже. Но иногда надо, а то очень слабенькой становится. Силушки нет, – со вздохом поведала девушка и развела руками.

– Ладно, – вздохнул я, – давай спать. Мне потом ещё караулить нашего злого профессора.

Иль молча нырнула под одеяло, я последовал её примеру. Заснуть долго не получалось, ворочался и думал о вампирах. Не заметил, как уснул, пока меня не разбудил Сэл.

Я удивлённо посмотрел за окно – уже было поздно для половины ночи. Он приложил палец к губам и кивнул в сторону двери. Я понятливо вышел за ним.

– Что случилось? – с тревогой спросил я, – почему не вернулся раньше?

Саласван покачал головой.

– Просто уснул.

– Просто уснул?! – я даже потряс головой, не веря, что слышу.

Он виновато пожал плечами.

– Всё спокойно было. Никто даже из комнат не выходил. У профессора тоже всё в порядке, немолод, но здоров как бык. Думаю, за пару часов с ним ничего не случится. Сейчас все проснутся и начнут разгуливать по коридорам – все равно им делать нечего.

– Допустим, высший вампир не будет нападать. Может, он и вовсе нормальный, не подозревает себя высшим, пьёт себе сыворотку и в ус не дует. А мы зря тут паникуем, – проговорил я, наблюдая за реакцией Сэла.

Парень подошёл к окну. Прижался лбом к стеклу и закрыл глаза.

– Честно, я не знаю, что нам делать. Хоть высший, хоть низший… И меня тоже не радует перспектива вернуться на разделочный стол к учёным крысам. Со всем уважением к науке. Но и сдохнуть от лап таких же подопытных – такая себе идея.

Я сел на пол и облокотился о стену. В коридорах едва начинало светлеть.

– Кем ты был до того, как стал подопытным?

– Бухгалтером, – Сэл поморщился, – подставили и развели на бабки. Мне уже грозил тазик с цементом, а тут такое предложение – добровольцы на эксперимент на закрытой территории. Вот сдуру и согласился – и деньги, и безопасность…

– А в итоге ни денег, ни безопасности, да и тазик уже не так страшен, – продолжил я за него, – а почему имя такое дурацкое?

– Сам дурак, – отозвался блондин, – а меня назвали в честь рыцаря, который участвовал в крестовых походах.

Я восхитился.

– Родители романтики у тебя были!

Сэл вяло отмахнулся от меня. Опустился рядом на пол.

– А ты? Кем ты был, Артур?

– Да обычным офисным клерком. В аварию угодил. Стал инвалидом, почти овощем. Предложили поучаствовать в эксперименте, типа новое лекарство, на ноги поставит. Ну, как видишь, не обманули.

Мы замолчали. Каждый думал о своём. За окном раздавалось пение птиц, робкие лучи солнца нарисовали на стене причудливый узор. Природа просыпалась, была полна жизни и надежд на будущее.

Обитатели шаткого убежища тоже начали просыпаться, заниматься своими делами. Кто-то собирался на вылазку – несмотря на риск, сидеть безвылазно в общежитии было неприятно и скучно. Открытые конфликты между людьми и подопытными вампирами отсутствовали, но напряжение висело в воздухе, и было таким насыщенным, что казалось, можно резать ножом.

Раздался крик, полный отчаяния и ужаса.

Мы вскочили на ноги. Из комнаты вывалилась заспанная Иль, сжимающая в руке нож. Сэл рыкнул на нее, и девушка тут же убрала его.

Не время показывать свои клыки.

Кричала женщина, из людей. Я не запомнил её имя, только то, что занималась кухней. Она стояла возле штаба и с широко раскрытыми глазами смотрела внутрь. Уже не кричала, а только всхлипывала. Сандра оттащила её от дверей и всунула в руки стакан с водой.

Внутрь мало кого пустили – всем командовал Йохан. Саласван протолкался кое-как, а я с Иль остались. Возле штабной комнаты собрались все жители убежища. Перешёптывались и переглядывались. Кто-то тихо плакал.

Профессор мёртв. Шаткое перемирие между подопытными и людьми нарушено, но вампиров больше. И поэтому люди не начали возмущаться вслух.

Пока что.

Спустя полчаса Йохан и Сэл вышли. Все разом замолчали и выжидающе смотрели на них. Первый безмятежно улыбался, Сэл хмурился и заметно нервничал.

– Профессора убили, – спокойно начала начальник охраны, – мы выяснили, что это сделал высший вампир.

Толпа зашумела. Все начали с подозрением коситься друг на друга.

– Не факт, что он среди нас, – поспешил добавить Сэл, – мы ведь знаем, что высшие не могут удержаться от крови…

– Если бы это было так, он бы вырезал всех. Но выбрал профессора, – резонно кто-то заметил из толпы.

– Всё верно, – ответил Йохан, – у нас есть способ выманить убийцу Дюка. Прошу нам довериться и не паниковать. Паника – страшный враг, помните, что у нас есть контролеры, поэтому вампиры – любые – нам не страшны.

Если эти контролеры есть у вампира, я покосился на Иль. Девушка по-прежнему прятала лицо под капюшоном, поэтому я не видел выражение её лица. Но вряд ли она стала бы убивать профессора – он ей все равно не мог навредить, а больше помешать человеку было нечем.

Или ради Сэла могла?

– Прошу всех разойтись по комнатам, как что-то понадобится – мы соберём, – скомандовал начальник охраны.

Всё ворчали, но разошлись. У Йохана был талант к командованию – его решения никто не попытался оспорить.

Я и Иль остались, дожидаясь Сэла. Он быстро выглянул из штаба и позвал за собой.

Щиты были раскурочены и валялись на полу. Пулемёт был разломан на две части – наверно, напавший решил себя обезопасить сразу. Профессор сидел на своём месте, но теперь у него не было головы – её оторвали и раздавили.

Похоже на то, как разделалась с низшим вампиром Иль. Я покосился на неё – девушка присела на корточки и рисовала на полу, макая палец в кровь. Иногда доносилось из-под капюшона тихое, на грани слышимости, пение.

Начальник охраны с улыбкой посмотрел на девушку, а потом повернулся к нам.

– Ноутбук исчез, пульт от контролеров тоже сломали, – сообщил Йохан, наблюдая за нами. Он по привычке развалился на диване. Его спокойствие поражало, я даже заподозрил, что начальник что-то употребляет, – думаю, объяснять, как мы поняли, что это был высший вампир, не нужно?

Я бросил взгляд на труп. Мог ли убить профессора Сэл? Но, взглянув на его обескураженное лицо, я понял, что он слишком эмоционален и вряд ли мог скрыть это.

Или хитрее, чем показывает нам.

– Почему думаете, что это не мог сделать обычный вампир?

– Обычные вампиры посильнее людей, и с регенерацией получше… Но не настолько, чтобы сломать пулемет. Я молчу о том, что у Дюка есть контролер, против которого вампир ничего не может сделать, – пояснил напарник.

– Будем тогда ловить на живца? – осведомился я, припоминая вечерний разговор.

– Да, мне нравится идея, – откликнулся начальник охраны.

Я скептически хмыкнул.

– И как себе это представляете?

– Не так, как предлагал ты, – ответил Сэл, – мы скажем, что камера, записывающая всё происходящее в штабе, осталась цела…

– А тут такая была? – удивился я.

– Нет, просто соврём. И подождём того, кто придёт её уничтожать.

– А что нам мешает сразу её посмотреть?

– Ты зануда, Артур, – устало произнес Саласван, – нам нужна техника, чтобы её посмотреть. И не надо столько скепсиса! Мы действительно не приносили сюда другие компьютеры – а единственный ноутбук уже разбили и вытащили материнскую плату.

– Ладно, вампир очень предусмотрительный, – смирился я, – и где будет засада?

– На виду у всех, во дворе оставим. Вместе с тазиком крови, – ответил Йохан.

– Серьёзно? – мне начала надоедать бредовость идеи. Но и предложить было нечего.

Иль молча ковыряла осколок щита. Сэл рассматривал пейзаж за окном. Ему тоже не нравилось, но…

Немного у нас вариантов.

– Вот и договорились, – Йохан поднялся с дивана, – всем до вечера.

– Мы за тобой присмотрим, – опомнился Сэл.

– Обойдусь без нянек, – отмахнулся начальник охраны, – на кухне посижу, почитаю до вечера. Потом пойдём ловить нашего убийцу. И никому больше не слова об этом.

– Почему мы? – не удержался я от вопроса.

Йохан повернулся ко мне и долго смотрел в глаза, а потом усмехнулся.

– К вам больше доверия. Плюс, вы из второго корпуса – в вас вкладывали больше клеток первичного организма, – он выразительно посмотрел на Иль, – и ставили меньше ограничители.

– Поделишься информацией о вампирах? – тихо спросил Сэл.

– Многого от меня не ждите – я не учёная крыса все-таки, но что знаю – расскажу, – начальник охраны не улыбался больше. Без улыбки он выглядел старше, серьёзнее и несколько опаснее. Неприятное ощущение кольнуло где-то в подреберье и затаилось.

Саласван кивнул и вышел первым. Следом за ним выскользнула Иль, не проронившая ни слова за весь разговор. Я собирался последовать за друзьями, но Йохан схватил меня за локоть.

– Помнишь о нашем разговоре, Артур? – прошептал он.

– Помню. Иногда думаю об этом, – честно признался я, не зная, как реагировать на такой вопрос. Подозревает меня в убийстве?

– Хорошо, – начальник убрал руку, – я распоряжусь, чтобы убрали труп отсюда.

Я кивнул и быстро свалил, пока он не начал задавать другие неудобные вопросы.

Друзья были в нашей комнате. Сэл нервно расхаживал по комнате и кусал губы. Иль сидела на подоконнике, обняв колени, и следила за ним.

– Доверяешь Йохану? – сразу спросил я.

Он остановился и бросил на меня быстрый взгляд.

– Я здесь доверяю только тебе и Иль, – признался он, – хотя не могу сказать, почему.

Я кивнул.

– Пойду прогуляюсь среди остальных, вдруг помощь нужна. Вы со мной?

– Иль с тобой! – девушка соскочила с подоконника, – Сэл, идём, здесь грустно.

– Вот и славно. Лучше, чем здесь сидеть и мучиться в ожидании, – я улыбнулся. – Мы справимся. Нет у нас выбора.

Саласван вздохнул и выдавил улыбку в ответ.

До вечера мы помогали остальным. Убирали, отмывали… И даже наконец попали в душ – оказывается, всё работало. Территория была полностью автономной, и с момента аварии здесь ничего не отключали.

Приятное открытие.

– Хоть помоемся перед смертью, – мрачно пошутил Сэл.

Попутно рассказали, как будем искать убийцу. На удивление, многие тут же расслабились, поверив, что всё под контролем. И что убийца – наверняка пришедший откуда-то высший вампир. Сандра недоверчиво покачала головой и тут же выдала пробирки с сывороткой. Или вакциной. Я не очень понимал разницу между ними, поблагодарил и сунул в карман.

Иль развлекала Анатоля, Григория и женщину-повара своими песенками. Последняя даже расчувствовалась и сунула ей пирожок. Девушка не отказалась и тут же его съела, на радость повару.

Жаль, что этого не видел Сэл.

Йохан мелькал то тут, то там. Раздавал мелкие и не очень поручения, старался загрузить работой, чтобы отвлечь от ситуации. Получалось у него неплохо. Скорее всего, он и был фактическим руководителем убежища – вряд ли профессор интересовался такими мелочами. Дюк сидел за компьютером и вел свои бесценные записи и наблюдения.

Настолько бесценные, что поплатился за это жизнью.

В восьмом часу начали разгонять всех по комнатам. Место сбора Йохан назначил во дворе. Мы курили, Иль, осчастливленная пирожками, сидела на перилах беседки и вполголоса напевала свой невнятный бред. Свет в окнах гас, и вскоре мы остались в сумраке.

– Приготовили тазик крови? – ехидно поинтересовался начальник охраны, спускаясь к нам.

– Тебя ждали, – хмуро отозвался Сэл. Йохан тихо рассмеялся, а я напрягся. Если придется дырявить себя, то может случиться неприятный сюрприз.

Но этого не пришлось делать – начальник охраны достал из кармана пробирку и выплеснул содержимое на стол беседки. В воздухе поплыл сильный запах крови.

– В одной лаборатории была, специально для того, чтобы проверять чувствительность вампиров, – пояснил он.

– А флешку? – подозрительно спросил я.

Йохан посмотрел на меня как на дурака.

– Она ни к чему, посмотрим, вылезет ли кто на приманку. А вы себя хорошо чувствуете?

– Вроде бы да, – неуверенно ответил Сэл, принюхиваясь. Иль демонстративно чихнула и потёрла нос.

– Сильно пахнет, – пожаловалась она.

Все посмотрели на меня.

– У меня вообще нет аппетита, – сухо сообщил я.

С момента пробуждения я не чувствую голода. Это странно, но всё объяснялось тем, что я из второго корпуса.

– А в целом как себя чувствуешь? – спохватился Саласван.

– Средне. Голова только постоянно болит.

– Не исключено, что ему отключили некоторые чувства, – задумчиво произнёс Йохан, – если выживем, заставим поесть. А то умрёт и не заметит, от чего. Расходимся и ждём. Я и Артур будем со стороны общежития, вы – с нежилой части. Чуть заметите движение – атакуйте.

И мы разошлись.

Наше место засады было в одной из комнат на первом этаже. Окно было разбито, поэтому мы могли бесшумно войти и выйти. Я прижался к стене с одной стороны от окна, Йохан уселся на пол чуть поодаль, доверив наблюдение мне. Сэла и Иль не было видно.

Снова напряженное ожидание, которое усугублялось осознанием, что будет бой с очень опасным и умным противником.

– Боишься? – внезапно спросил начальник охраны.

– Немного, – ответил я, – слишком глупая затея. Всё по-дурацки.

– Как думаешь, почему убили профессора? –задал следующий вопрос Йохан, не реагируя на мой комментарий.

– Много знал и имел контролер? – предположил я.

– Контролер для высших вампиров не страшен. Его легко вытащить, потребуется всего лишь надломить череп и подцепить край устройства, – он рассказывал просто и обыденно, как читал бы сказки ребёнку на ночь, – регенерация высшего вампира такова, что он выживет даже в том случае, если ему оторвут голову. Действительно жизненно важная точка находится в груди, посередине и защищена дополнительными костями, которые нарастают вскоре после трансформации…

– Почему не рассказал Сэлу и Иль? – удивлённо спросил я. – Это важная информация…

– Станет вампир высшим или низшим – решает случай, – продолжил он, как будто не услышав моего вопроса, – это неизбежный процесс, который на самом деле не зависит от того, пробовал кровь или нет. Обычный, средний вампир – переходный этап между этими двумя формами. Когда начинается процесс изменения, вампиру требуется огромное количество энергии. Он начинает её искать и поглощать в любых формах. Даже если это сородичи.

Я перестал дышать. Услышанное пугало и полностью переворачивало ситуацию.

Все вампиры – потенциально опасные создания, которые сойдут с ума рано или поздно.

– Но после трансформации нам не требуется столько энергии. Наоборот, потребность падает. К сожалению, насколько – выяснить не удалось. Профессор докопался до данных второго корпуса, и его пришлось убрать, – Йохан смотрел на меня, безмятежно улыбаясь, как если бы говорил о погоде на завтра.

– Ты убил профессора, – утверждающе произнес я, ошалело помотав головой. Дурманящий запах разлитой ловушки для вампиров начал раздражать и мешать думать. От того, что говорил начальник охраны, и вовсе плохело.

– Да, это сделал я.

– И ты никакой не начальник, а такой же опытный образец, как и мы. И ловушка не сработает…

– Ну, не совсем такой, допустим. Дюк понятия не имел, как выглядел настоящий начальник охраны, так что сыграть его роль было несложно. Да, Артур, я тот самый высший вампир, которого мы сейчас ждём, – раздался щелчок, и в полумраке зажглась искра от зажигалки.

Дым от сигареты пополз к окну. Я жадно принюхался – запах табака перебивал кровь, стало немного легче.

– Мне требовалась информация о вампирах. Я предлагаю тебе, Сэлу и Иль объединиться и выбраться на свободу.

– А остальные?

– А остальные сейчас сойдут с ума, разве ты ещё не понял? – ухмыльнулся Йохан. – Будет резня, которую люди не переживут даже со всеми контролерами исследовательского центра. Как и большинство вампиров. Тех, кто спустится сюда, перебьют Иль и Сэл. Всё просто.

– Какие мы идиоты… – прошептал я, осознавая, что нас развели как лохов. Мы послушно станцевали под дудку высшего вампира.

– У вас просто не было информации, – успокоил меня высший, – вы растеряны и не знаете, что делать. Поэтому предлагаю присоединиться ко мне. Как ты заметил, я обладаю информацией и силой, чтобы отсюда убраться.

– Почему мы?

– Вы особые образцы. Иль – первооснова. Первый вампир, так сказать. Это из неё брали клетки для создания других. А я, ты и Сэл – следующие, первое поколение вампиров. Мы высшие с самого начала, на нас опробовали всё, что только могли. Выгоднее, чтобы вы выжили и были лояльны ко мне.

– И ещё куча подводных «почему»? – горько улыбнулся я.

Йохан развел руками.

– Извини, всё сразу объяснить и тем более научить нелегко. Я жду твоего ответа.

– И сколько ждёшь? – спросил я.

Драться с ним было крайне плохой идеей. И, чёрт побери, он был прав – у нас нет информации и плана действий.

Но ответ я не успел услышать – наверху раздалась стрельба и вопли. Что-то взревело. Или кто-то. Со звоном рассыпались стекла из окон. Сэл вылетел из укрытия, с намерением броситься на помощь, но его удержала Иль.

Бежать наверх уже не было смысла – первый вампир спрыгнул во двор и устремился к беседке. Запах крови действительно сводил с ума – он даже не заметил стоящих рядом людей, начал слизывать вещество со стола, жадно и шумно.

Сэл оцепенел, но быстро опомнился, и в тварь ударила голубая молния. Понятно, почему он спокойно разгуливал в центре территории, кишащей тварями.

– Очень неплохо, – прокомментировал происходящее Йохан, бесшумно подошедший к окну, – отличные возможности и выдержка.

Вампира молния не убила, но заставила оторваться от облизывания стола. Он замотал головой и попытался сосредоточиться на противниках. Иль не стала ждать, пока тварь опомнится, и бросилась на помощь, загнала нож в челюсть. Тут же отпрыгнула обратно, уворачиваясь от удара.

Еще раз сверкнула голубая молния, прожаривая мозг низшему. Свет от полумесяца наконец достиг закрытого двора, выглядывая из-за стен и осветил арену боя. Я содрогнулся, узнав по остаткам зеленой футболки Григория. Изменения быстро затронули его тело – оно удлинилось, колени вывернулись в обратную сторону, а челюсть стала похожей на собачью. Острие ножа Иль торчало из переносицы как у носорога. Вампир рухнул и дергал конечностями в предсмертных судорогах.

Крики наверху стихли, как и стрельба.

– Минус один, – констатировал начальник охраны, стряхивая пепел на подоконник, – не желаешь присоединиться к друзьям?

Я стиснул зубы и спрыгнул во двор. Мне не хотелось действовать по указке Йохана, но лучше было бы действительно вернуться к Сэлу. Я только двинулся к беседке, как крикнула Иль, указывая вправо от меня.

Сандра спокойно вышла из дверей общежития. Я уже обрадовался, что с ней всё в порядке, но женщина, встретившись со мной взглядом, низко зарычала. Её глаза сверкнули алым.

Чёрт.

– Сандра! – окликнул я её, надеясь, что она меня узнает. Но вампирша только дёрнула головой.

– А вот она, скорее всего, стала бы высшей, – донесся от окна голос Йохана. Он развалился на подоконнике и курил. Не хватало только чашки кофе и газеты. Хотя зачем газета, если здесь такое представление, – Но ты же ей не позволишь это, правда, Артур?

Женщина остановилась, словно раздумывая, с кого бы начать поздний ужин. Иль подобралась ближе и тоже застыла, но я не сомневался, что девушка убьёт Сандру сразу, как только поймает удобный момент.

– Сандра, это я, Сэл, узнаешь меня? –напарник тоже попытался воззвать к её памяти.

Увы, находящейся в трансформации вампирше было не до этого. Чувство голода пожирало ее внутренности, и она готова была съесть кого угодно.

Никаких шансов докричаться до её разума.

Сандра бросилась на меня, растопырив руки. Предостерегающе заорал Сэл, а я запоздало понял, что лезть в бой без оружия и надеяться на то, что у проснутся сверхсилы – недальновидно и глупо.

Дураки долго не живут.

Она сбила меня с ног одним ударом. Спина протестующее заскрипела, я попытался сразу же встать, но женщина не позволила, придавив к земле. Горячее дыхание обожгло плечо, а затем появилась дикая боль – женщина решила попробовать меня на вкус, не тратя силы на прелюдии. Я заорал и ударил её кулаком по виску. Голова вампиршы мотнулась, я ударил ещё и ещё.

Сандра зарычала и принялась душить, а я – пытался оторвать её руки от своей шеи. Она была очень сильной, даже не верилось, что в таком худощавом теле столько энергии. Кажется, женщину пытались стащить Иль и Сэл, схватившие её за ноги, мелкие камни царапали мою спину – вампирша меня не собиралась отпускать и тащила за собой.

Внезапно она исчезла с меня. Я закашлялся и приподнялся.

– Долго ещё дурью маяться будешь? – недовольно спросил Йохан, пинком отбросивший вампиршу, – у тебя хватает сил, чтобы ей руки оторвать. Или так давно бабы не было, что решил воспользоваться моментом?

Я смутился и поднялся на ноги. Сандра была уже мертва – ей свернул голову Сэл.

Установилась тишина, наполненная запахом крови, пыли, весенних цветов и табака. Которую тут же нарушила хрустом треснувшего черепа вампирши Иль, по привычке добивавшая врага.

– Йохан, – угрожающе начал Сэл, но начальник охраны поднял руки в усмиряющем жесте. Лунный свет высеребрил его, что он стал походить на серебряного демона.

– Прежде, чем ты решишь на меня напасть, хочу сказать, что я всего лишь ускорил события, – высший вампир улыбался, и выглядел довольно страшно, – Дюк отправлял сигналы, что с ним всё в порядке, а теперь, когда сигнала не поступило, начнётся зачистка территории.

Саласван выругался.

– Ты нас обвёл вокруг пальца, – прорычал он.

Иль молчала. Похоже, что она всё-таки не всецело следовала за напарником.

– Если бы Дюк остался жив, произошло бы то же самое, – спокойно ответил Йохан, – ты сам прекрасно знаешь, что мы для людей всего лишь опытные образцы. Опасные и безумные. Решайте – вы со мной или против меня?

Мы молчали.

– Иль может убить Йохана и скушать его сердце, – смущаясь, призналась девушка, на что поморщился высший, – но Иль понимает, что здесь делать нечего…

– И у нас нет информации, – продолжил я за неё.

– Он убийца, – произнес Сэл. Его раздирало желание прихлопнуть начальника охраны и осознание, что сам он не справится, – и будет своими знаниями нас шантажировать.

Йохан улыбнулся, широко и открыто.

– Девчонка убьёт любого из нас, – сказал он, – так что силы уже неравны. Но мы будем полезными друг для друга, не так ли?

– Я с тобой, – решился я.

– Иль за! – поддержала девушка.

– К чёрту всё, – прошептал Сэл, – я с вами. Давайте отсюда выбираться.

Ощущение свободного будущего, без клетки и боли, робко закралось в мою душу, и я рассмеялся, заставив спутников с подозрением на меня оглянуться.

– Простите, нервы, – извинился я, – рад, что мы теперь действительно свободны.

Иль улыбнулась.

Полумесяц освещал здание, которое когда-то было нашим убежищем. На короткое время даже домом. Но теперь оно было пустынно и осуждающе смотрело на нас пустыми провалами окон. Где-то вдалеке взревела тварь.

Завтра, с наступлением рассвета, территорию исследовательского центра накроет волна огня. Люди начнут зачистку от монстров, которых сами же и породили.

Но нас здесь уже не будет.

Не-Избранная

Всё вокруг было унылого серого цвета. Скалы, небо, речка, блестевшая в разломе. Бесплодная угрюмая местность, украшенная пиками гор и лохмотьями туч.

Флайтер ютился почти на самом краю небольшой площадки. Казалось, один порыв ветра – и лёгкая машина упадёт вниз. Но впечатление было обманчивым, она создавалась именно для таких условий, а потому крепко держалась за серые камни.

Несмотря на это, пилоту было неспокойно. Он изо всех сил держался за диск управления, хотя чувствительный инструмент не требовал прикосновений. Но так было проще выдержать то напряжение, которое свалилось на человека.

Серый промозглый цвет окружающего мира душил.

Ветер качнул крыло – и мир изменился. Сквозь лоскутья облаков показался чёрный дракон. Он величественно махнул крыльями, почти заслонив небо над плато.

Это безнадёжно, устало подумалось пилоту, но ему стало легче. Ожидание закончилось. Он отпустил несчастный диск и запустил двигатель. Ровное мурлыканье флайтера было заглушено рёвом дракона, разворачивающегося над плато.

Машина послушно слетела с площадки и начала набирать скорость, повинуясь приказам пилота. Спеллы разгорались голубым огнём, наращивая мощность. Несколько секунд, и ослепительные вспышки отделились и ринулись вперёд, прошивая насквозь крылья чудовища.

Их мощности не хватало для того, чтобы сбить такую громадину, но пилот старался, вливая всю силу в следующий залп. Вся жизнь теперь заключалась в одном-единственном бое среди серых скал и мрачных небес, и сомнений не было, что это место станет могилой для маленького флайтера и его пилота.

Дракон плюнул огнём, но машина ловко увильнулась и от плевка, и затем от удара лапой. Крылья были изрядно повреждены, но чудовище всё равно оставалось в воздухе.

Что ж, теперь точно всё, подумал пилот. Эта мысль принесла умиротворение, которое он доселе не испытывал. Да и вряд ли теперь испытает. Скорость нарастала, выжимая все ресурсы из флайтера.

Дракон повернулся и теперь был прямо перед ним. Ему не хотелось играть с такой мелочью, он собирался сжечь сразу дотла. А пилот – красиво врезаться в него, взорвав машину.

Огненный цветок раскрыл свои лепестки над плато. Результат быстрой схватки остался никому не известен.

***

Солнечные лучи пробивались сквозь ветви деревьев и рисовали причудливые узоры на земле, покрытой мягкой листвой. Запах хвои и нагретой смолы наполняли воздух. Где-то высоко радостно щебетали птицы.

Блаженное спокойствие. Тепло наполняло моё тело, я прикрыла глаза, вслушиваясь в звуки леса.

Наверно, так и выглядит посмертие для солдат. Мирный тихий уголок, где никуда не надо спешить, выпрямляясь в струнку перед командирами. Без изнурительных тренировок. Правда, поесть или хотя бы попить я не отказалась – пусть даже если это еда из столовки. Я не привередлива, разнообразия и выбора в моей жизни особо не было.

Армия сожрала большую часть моей недолгой жизни, и я даже не могла оценить – хорошо это было или совсем уныло.

– Эй, ты там жива? – внезапно раздавшийся крик нарушил моё умиротворение. Потом раздались шаги, и солнечный свет заслонил человек в большой шляпе. У мужчины было загорелое морщинистое лицо с бледно-зелёными глазами, почти светящиеся в тени широких полей головного убора.

Мне стало неуютно, и я начала вставать. Мужчина помог мне, бережно отряхнув со спины налипшую хвою.

– Я в порядке, спасибо, – коротко поблагодарила. Тело отозвалось болью, комбинезон был в подпалинах, часть рукава где-то потерялась. Хорошо, что ботинки остались целы – сомневаюсь, что даже в райском лесу мне было бы удобно без обуви.

Мужчина кивнул, и махнул рукой, приглашая подвезти на своей телеге, которая оказалась за деревьями. Я не стала отказываться и забралась на теплые доски. В повозке лежали мешки, наполовину чем-то наполненные, и охапки цветущих трав.

− Рад вас видеть, драконья целительница, −поприветствовал он меня.

Я вопросительно уставилась на него, не понимая. Мужчина вздохнул и показал на мою левую руку. Я недоуменно поднесла ее к глазам – на ней был браслет из мелких серых жемчужин.

Как странно, почему я его сразу не увидела и даже не почувствовала? Хотя меня при пробуждении все же больше печалило отсутствие подсумков с оружием, чем подробное обследование своих шмоток.

− Такие браслеты только у целителей, избранных драконами для сохранения мира на нашей земле, − пояснил он, − забирайтесь в телегу, подвезу в деревню. А там за вами придут.

Это дурацкий квест из какой-нибудь игры виртуального мира. На самом деле я валяюсь в лазарете, подключена к многочисленным препаратам и мне пытаются спасти жизнь… В это мне слабо верилось. Ради рядового лётчика так париться не будут, так что это точно предсмертные глюки.

− Госпожа? – осторожно спросил мужчина, обеспокоившись моим зависшим состоянием.

− Спасибо за разъяснения, − постаралась изобразить улыбку, − а как вас звать?

− Тимофеем кличут, госпожа. Как вас величать?

− Джеки, и можно на ты, я не госпожа.

− Как пожелаете, − Тимофей коротко поклонился и подстегнул лошадь. Она шумно фыркнула и медленно зашагала. Телега скрипела и казалось, что вот-вот развалится.

Лес оказался небольшим – спустя минут пятнадцать мы выехали на опушку. Мелкий мальчишка с огромной лохматой собакой следил за пасущимися овцами, при нашем появлении раскрыл рот, разглядывая меня. Я криво ему улыбнулась.

− Не хотите узнать, как я тут очутилась? – спросила я у Тимофея.

− Чего тут спрашивать, вас, целителей, всегда так находят – не помните, откуда вы тут, с браслетами.

− Действительно, ничего не помню, − солгала я. Лучше пока косить под дуру, а там глядишь, и до более цивилизованного места доберусь – а там и до родной казармы рукой подать.

Тимофей покачал головой.

− Нехорошо это, ну да авось вспомните потом, что было-то.

− А расскажите хотя бы немного, что за целители это такие, что за место, кто приедет?

− Да что тут говорить. Раз в столетие появляется избранный драконом, отмеченный жемчужным браслетом. Одаренные великой силой, которой помогаете нам, людям. В Хасте даже храм Дракона есть.

− Хаст – это город неподалеку?

− Что вы, госпожа, − усмехнулся Тимофей, − это наша столица. Красивый город, большой. Вот увидите все сами.

Я попыталась вспомнить страну с такой столицей, но не смогла. На востоке что ли?

− А как страна называется ваша?

− Да так же, империя Хаст.

Империей вроде давно никто не назывался, и страны такой не было. Значит, случилось чудо и для меня раскошелились включить аккаунт? Неслыханная щедрость от нашего вечного скупого министерства.

Правда, почему-то нигде меню нет и характеристик персонажей не видно. Или бюджетная версия, что есть, то есть? Во всяком случае, теперь можно успокоиться и дожидаться, когда мое тело регенерирует, и я смогу вернуться к друзьям, коллегам и полетам.

− Хорошо-хорошо, мне не трудно. Расскажите про вашу деревню, Тимофей. Большая?

− Да не, куда там, пара десятков домов. Живём вот на отшибе, пашем помаленьку, детишек растим. Молодёжь в город стремится, как будто мёдом им намазано…

Кто бы сомневался, кажется, это каждый деревенский житель говорит.

− А попить есть у вас? – прервала я поток жалоб. Мужчина кивнул и достал флягу.

Узкая проселочная дорога вывела к спуску в долину реки, где расположилась деревня. Небольшие беленые домики утопали в зелени садов. При приближении стали слышны кудахтанье кур, смех и визги резвящихся детей и не очень приятные запахи, сопровождающие животноводство.

Дом Тимофея был почти возле центра, и пока мы до него добрались, там уже ожидали местные жители. Большинство были похожи на Тимофея – светловолосые, светлокожие. Одетые в серые одежды, женщины же щеголяли красными фартуками и платками. Они переговаривались между собой, но при нашем появлении замолчали, рассматривая нас.

Мне стало неуютно под их взглядами, но я напомнила себе, что это всего лишь игра.

Я спрыгнула с телеги и отошла к воротам, пока Тимофей заводил лошадь во двор.

− Это что же, у нас появилась драконий целитель? – кто-то опасливо спросил из толпы.

− Вроде того, − пробурчала я себе под нос. Как реагировать, я не понимала.

− Госпожа целительница, благословите ребеночка! – сквозь ряды пробилась какая-то женщина и сунула мне под нос верещащего ребенка, красного и сморщенного от плача.

− Эмм… Благословляю этого отрока именем святого дракона, да пусть светом и пламенем озарится его путь на земле, − брякнула я, махнув рукой над младенцем. Он заорал еще громче в качестве благодарности. Или неблагодарности, как посмотреть.

Остальные тоже оживились и стали наперебой что-то просить, но меня спас Тимофей со своей женой и утащили в дом.

− Спасибо, а то они бы меня разорвали, − поблагодарила я, осматриваясь.

Обстановка была очень скромной. Сквозь небольшие окна в большую комнату попадал свет, недостаточный, чтобы ее полностью освещать. Деревянные скамьи были застелены шкурами, скорее всего овечьими, хотя я в этом и не разбиралась.

Часть комнаты занимала печь, разрисованная красными цветами. Они же были и на дверцах шкафчиков, а на центральном был изображен дракон, пучеглазая змея с крыльями.

Пока я осматривалась, жена Тимофея, Кари, накрывала на стол. Овощное рагу, молоко, сыр. Мужчина сел за стол, рядом же посадили и меня, всучив в руки большую деревянную ложку с обожженным черенком.

Когда Кари присоединилась к нам, закончив накрывать на стол, он внимательно смотрел на меня и внезапно сказал:

− Что-то я разговорился со своими проблемами. Вы, наверно, хотите узнать, в какой мир попали и кто такие целители драконьи?

Я поперхнулась и закашлялась. Тимофей заботливо постучал меня по спине.

− Какой вы проницательный… − пробормотала я.

− Да это сразу видно, и одёжа чудная, и волосы обкорнали, драконий браслет не спрятали. Драконьи целители приходят раз в столетие, их великая магия помогает поддерживать мир и порядок…

Тимофей вещал много и охотно. По его словам выходило, что драконьи целители чуть ли не боги во плоти.

Какой странный сценарий у этой игры.

Восхваление целителей и драконов прервал вихрь, ворвавшийся в дом.

− Деда, а я выиграла! Ой, а это кто? – мелкая девчонка уставилась на меня, раскрыв рот.

− Страшный монстр, − я сообщила ей. Тимофей неодобрительно покачал головой, а девочка рассмеялась.

− Ты не монстр, ты странная тётенька!

− И зачем тогда спрашивала? – риторически спросила я, но мелкой уже и след простыл – понеслась рассказывать новости друзьям.

− Вы уж простите, это внучка моя, Заря. Баловная девчонка.

− Дети, − пожала я плечами, отодвигая тарелку от себя, − про целителей я поняла, спасибо. Когда за мной явятся? И кто это вообще будет?

− Маги отследят и пришлют своих людей, вас проводят до Хаста, в Академию магии. Когда – кто их знает, до ближайшего города три дня пешим, а до столицы и того неделя.

И сколько это в километрах, кто б подсказал.

− Аж в Академию магии…Потом с чудовищами сражаться? – уточнила я наугад.

− Да кто знает, все ж по-разному, кто и монстров рубить, кто людей лечить.

Похоже, типичная игра с реалистичностью на максималках. Даже вкус еды как настоящий. Интересно, магия тоже кастоваться будет как-то на ощущениях или же дадут оружие?

До вечера я бродила по окрестностям, стараясь не попадаться на глаза местным. Сомнения по поводу игры грызли душу, но и выхода не было. Придется ехать в столицу и побыть драконим целителем… какая ирония – называться Избранной драконом после того, как несколько лет с ними боролась и даже порой успешно.

Браслет был как браслет. Ничего особенного, я попробовала поцарапать одну жемчужину – и на ней остался след.

− Подумаю об этом позже, − прошептала я. Мне выделили комнатку под крышей, с бесконечными извинениями, что ничего лучше нет, и я еле отделалась от них. Тело болело и просило отдыха.

Сон беспощадно поглотил моё сознание и отпустил, только когда раздались крики.

Что теперь?

В полумраке избы я нашарила свою одежду на сундуке возле кровати. Комбинезон был любезно зашит, всё же я долго спала. Сквозь мутные стекла небольших окон было видно, что на улице огни, но больше рассмотреть не удавалось. Я подхватила кочергу возле печи и вышла на улицу.

Испуганное ржание коней, звон металла и горящие дома. Огненный ком упал на крышу дома Тимофея – и она тут же вспыхнула, словно была облита горючим. Пахло гарью и кровью, сквозь клубы дыма мелькали силуэты людей и вроде бы животных.

Если это игра, то слишком жёсткая для раненного пилота.

Я в растерянности стояла посреди дыма и не могла сориентироваться, что мне делать. Не было приказов от командира. Не было товарищей. И что вообще делать в таких случаях?

Какая-то женщина выбежала из клубов дыма. Заметив меня, она удивленно вскрикнула и, по всей видимости, хотела о чём-то предупредить, но булава существа, похожего на тушканчика-переростка, помешала ей, размозжив голову словно арбуз.

Монстр обратил внимания на меня. Я поудобнее перехватила кочергу, остро жалея, что нет хотя бы пистолета. Нелепое создание природы было метра два ростом и в процессе эволюции из хомячка в чудовище питалось радиоактивными медведями. Или чем-то подобным. Мысли о биологии были глупыми в такой момент, но они всё равно носились в голове как испуганные зайчики, пока тушканчик, забавно подпрыгивая на тонких для такой туши лапках, направлялся ко мне.

Не дожидаясь, я двинулась вперёд и со всей силы двинула кочергой по его морде. Острый конец нехитрого оружия вонзился в череп под круглым глазом. Брызнула кровь, монстр покачнулся и выронил свою дубину. Я выдернула кочергу и, очертив ею круг, ударила тупой стороной. Раздался хруст, тушканчик окончательно перестал дёргаться.

Наверно, мне очень повезло и тушканчик не ожидал от меня такой прыти.

– Сстоять!! Иначе ссстрелять!! – из-за соседской избы спешили еще несколько переростков-грызунов. В лапках (или всё-таки лапищи?) у них были жезлы, светящиеся неприятным зеленовато-синим светом, от которого неприятно начало зудеть на кончиках пальцев.

Куда более неприятным было то, что эти штуки направлены на меня.

Повинуясь жестам монстра, я бросила кочергу и подняла руки. Браслет, скользнувший по запястью, привлёк внимание вожака. Он пропищал что-то своим, один ринулся в темноту, заполненную клубами дыма, и быстро вернулся обратно, неся массивные кандалы.

Интересно, хомячки придерживаются международных соглашений по содержанию военнопленных?

Дальше со мной они не пытались говорить и не отвечали, а может и вовсе только вожак знал человеческий язык. Меня затолкали в сооружённую из грубых досок низкую клетку, где можно было только сидеть. На дверцу повесили внушительный замок, ключ от которой вожак хомячков демонстративно прицепил на свой пояс – единственную одежду, которую я видела на этих монстрах. Подчинённые схватили клетку, ничуть не заботясь о комфорте пленницы, и потащили.

Почти все дома в деревне полыхали, осталась целой только захудалая хибара в отдалении, служившая то ли сеновалом, то ли временным загоном. Остальных жителей деревни не было видно, я опасалась, что их постигла та же участь, что и женщину возле дома Тимофея. Не то, чтобы я привязалась к ним, даже толком не были знакомы, но была бы рада увидеть хоть кого-то в живых из людей.

Тушканчики-переростки бросили клетку возле стены хибары. От удара о землю и крышу клетки у меня в глазах потемнело.

– Не учили быть поосторожнее с пленниками? – прошипела я, держась за голову. От боли в глазах плавали разноцветные круги, а я ведь ещё от прошлого падения в себя не пришла.

Носильщики перекинулись между собой парой слов, точнее, парой писков. Один подёргал замок, проверяя на прочность, потом пододвинул клетку поближе к стене. Второй удовлетворённо покачал мордой, и они ушли, оставив меня одну.

Ночь была озарена огнями пожара, но было зябко. Я подёргала замок и доски, но без особой надежды, съёжилась и решила дожидаться утра.

Вдруг что-то изменится. Всплывёт табличка «GAME OVER», и вся эта странная дребедень закончится. Меня вытащат из капсулы, накормят едва тёплым невкусным киселём и отправят досыпать.

Спокойно и без радиоактивных хомячков.

***

Третье пробуждение было наихудшим в моей жизни. Голова болела так, будто ею пытались колоть орехи. Мутило и хотелось пить, но никто не спешил подать водички. Солнце едва дало намёк на восход, окрасив в нежно-розовый цвет горизонт. От земли тянуло холодом, а тело так затекло, что встать я вряд бы смогла сразу.

Похоже, это не восстановление в дорогой камере с виртуальной реальностью, а какой-то эксперимент. Например, через сколько времени свихнется человек, получивший полноценные ощущения от частых ударов по голове.

Радиоактивные захватчики деревень собирали шмот и грузили на телеги, запряженные низкорослыми мощными лошадьми. Я видела такие же клетки, как моё узилище, но были ли там люди, разглядеть не могла. Меня игнорировали, и даже на просьбы попить воды не откликались.

Похоже, международные соглашения всё-таки прошли мимо них. Что будет дальше со мной – я не хотела думать. Побыстрее бы закончилось это послесмертие.

– Так и будешь сидеть? – раздался голос за спиной. Я обернулась.

У плетня, служившего вешалкой для разнообразной рухляди, на колоде сидела девушка в красном платье. У неё были длинные белые волосы, заплетённые в неаккуратную косу, и ярко-красная радужка глаз. Незнакомка улыбнулась тонкими губами и надкусила яблоко, такого же красного цвета, как и платье.

Рот наполнился слюной от голода при взгляде на сочный фрукт.

– Даже не ответишь мне? – удивилась она.

– Я пленница, что ж мне ещё делать, – буркнула я, переводя взгляд с яблока. Возле девушки было копьё, прислонённое к плетню. Оно выглядело как дорогой музейный экспонат, украшенное серебряными накладками с рисунками. Наконечник был обёрнут выцветшей тканью, но некрепко – его можно было стряхнуть в любой момент.

– Знаешь, я не люблю рабов, покорно дожидающихся своей участи, – сообщила альбинос, потягиваясь, – но зачем ты притворяешься и терпишь?

– Почему сразу притворяюсь? – неприязненно ответила я, незнакомка в сочетании с моей головной болью начала раздражать. – Хочешь помочь – так хотя бы попить дай. Пустая болтовня мне сейчас нужна как пятая нога собаке.

Девушка рассмеялась.

– Я всего лишь хотела напомнить, что тот, кто однажды уже смог выбрать свою судьбу, не должен об этом забывать, – с этими словами она кинула в клетку яблоко.

Красный плод с глухим стуком ударился о доски и подкатился ко мне. Я прикоснулась к нему – он был тёплым, яркий аромат окутал меня. Когда я подняла голову, незнакомки не оказалось на колоде, как и копья. Не могла же она так быстро уйти?

Или мне просто привиделось – среди тушканчиков других людей не было, вряд ли они додумались до межвидовых союзов.

Но яблоко было в моих руках. Я набросилась на него и чуть не сломала зубы – в мякоти оказался металлический предмет.

Ключ.

Дальше я вдумчиво ела, крутя его в руках. Он подошёл к замку от клетки – свобода была в моих руках.

Острый кончик блеснул, и я оскалилась. Выбрать свою судьбу – это звучит слишком громко и пафосно. Но отказываться я не стала. Выбросив огрызок, я закатала рукав, оголив предплечье. Браслет переместился на другую руку.

Первые линии наносить было трудно больно, ключ всё же не нож. Чем дальше я проводила по коже, тем больше входила в раж, ощущения отошли на второй план, оставив только безумный азарт.

Даже немного страшно от того, как мне нравится это чувство.

***

Управлять лошадью оказалось непросто. Серая кобыла чувствовала мою неумелость и мотала головой. Но всё же двинулась, когда я махнула поводьями.

Телега медленно покатилась по дороге.

Разрушенная деревня вместе с монструозными тушканчиками осталась позади. Я не знала, куда ехать, но полагала, что куда-нибудь дорога приведёт. Вокруг раскинулись поля, уже сжатые – похоже, где-то начало августа. Бой с драконом был в апреле. Но ответить на мои вопросы было некому – жителей деревни отправили куда-то ещё до моего освобождения, а разговаривать на такие темы с оставшимися хомячками я не собиралась.

Альбиноса в деревне не было, и я опять склонялась к тому, что нахожусь в виртуальной реальности. И даже была уверена, что это эксперимент с непонятными мне целями.

Поэтому оставалось одолжить телегу, загрузить её и отправиться в путь. На всякий случай захватила и хомячьи жезлы, хотя как они работают, мне было непонятно. Я переоделась в найденные рубашку и брюки, подвязав веревкой, комбинезон пришлось выкинуть, ботинки оставила – получше обуви в деревне не нашлось.

Других путешественников я встретила почти под вечер, кавалькада мчалась мне на встречу. К счастью, дорога была широкая и даже вымощенная, чего я не ожидала от деревушки, поэтому мне не пришлось мучить лошадь, чтобы посторониться.

Всадники проехали мимо. Их было четверо – трое мужчин и одна женщина, одетые в тёмные брючные костюмы. Вроде бы. Толком рассмотреть я не успела, да и не стремилась – лучше спокойно добраться до населенного пункта и желательно без радиоактивных животных.

Не успела выдохнуть с облегчением, как один из них вернулся. Он поехал вровень с моей телегой, молча рассматривая меня.

Я не выдержала первой.

– Что-то хотели? – спросила я.

– Нет-нет, я не хотел вас напугать, –поспешил успокоить меня мужчина, поднимая руки в примирительном жесте. На бледном лице тёмные глаза выглядели провалами, от чего казалось, будто он очень устал и мечтал поспать.

– Тогда почему бы вам дальше не отправиться по своим делам? – ядовито осведомилась я.

– Прошу прощения, просто такая молодая девушка и совершенно одна… – его лошадь внезапно потянулась к траве на обочине, отчего путешественник сбился с мысли, пытаясь не потерять поводья.

– У девушки просто свои дела, – ситуация была нелепой, я никак не могла придумать отмазку, чтобы он отстал от меня.

– Ладно, – сдался мужчина, взъерошив светло-каштановые волосы, достигавшие плеч. – Спрошу прямо. Вы Избранная драконом?

Сердце ёкнуло и попыталось удрать из груди.

– Нет, – ответила я, соврав на всякий случай, – но, если встречу, сообщу, что её ищут всякие подозрительные личности.

Он шумно вздохнул и собирался что-то сказать, однако к нему подлетело нечто, похожее на глаз с крыльями. На чёрном тельце были вздутые вены, жёлтый зрачок двигался из стороны в сторону, как будто пытался сфокусироваться.

– Деревню сожгли, – равнодушным голосом сообщила летающая хреновина, – людей угнали в рабство, Избранной нет, есть несколько трупов шиисов, сожжённые. Мик, мы возвращаемся обратно, где ты застрял?

– А я, кажется, нашёл её… – задумчиво произнес мужчина, рассматривая меня.

– Та странная девушка на повозке? – тон «глаза» не изменился, но волнение собеседника чувствовалось. – Ты остановил её?

Я криво улыбнулась. Спалили с поличным, и чего ожидать от этих незнакомцев было непонятно. Тело напряглось как по струнке, и я уже думала, как придется атаковать.

– Да, ждём вас, – Мик щёлкнул по зрачку «глаза», и он закрылся. – Извините, что так неожиданно, мы ищем Избранную не для того, чтобы причинить вред, а чтобы помочь.

– Допустим, что вы угадали. Почему я должна вам верить? – поинтересовалась я, пытаясь направить свою телегу на обочину и не подавать виду.

Мик, как его назвал летающий глаз, взял у меня поводья, чтобы помочь «припарковаться». Я с облегчением слезла и потянулась – подобные путешествия были в новинку и с непривычки чувствовалась усталость. Флайтер, хоть и не был машиной класса люкс, но всё же выигрывал по сравнению с деревенскими приспособлениями.

– Мы не работорговцы. Нас отправила Академия магии для встречи Избранной и сопровождения в столицу, – осторожно ответил он. – Жаль, что мы не успели. Я могу узнать ваше имя?

– Джеки. Вы мне расскажете, что здесь происходит и какие квесты выполнять?

Телегу свели с дороги, Мик занялся лошадьми. Завалившись на сумки с вещами, я рассматривала облака в небе, слушая рассказ мужчины.

Сюжет был прост и незамысловат. Предсказатели видят по звёздам, когда прибудет Избранная богом-драконом, её встречают, она спасает мир и доживает прекрасную жизнь. От чего спасает мир? То от войны, то от эпидемий, по-разному бывает. Главное, не угробить избранную до этого момента, как это могло произойти со мной.

– У вас война намечается? – поинтересовалась я. Описание очень напоминало сюжет игры, и я надеялась, что будет просто и понятно.

– Да нет, – мужчина пожал плечами, – небольшие проблемы с работорговцами да с горцами на юго-востоке. Поэтому все склоняются к тому, что будет эпидемия, а значит, Избранная будет в этот раз целителем.

Целитель из меня не очень, я разве что ампутацию не самым гуманным способом могу провести. Сообщать об этом, конечно же, я не стала.

Лучше понаблюдать, что будет. Вдруг появится кнопка «выйти из игры»? В худшем случае, если Избранная действительно важная персона, я окажусь втянута в политику. Грязное дело, не хочется снова становиться пешкой сильных мира сего.

Мик ещё успел рассказать о местной стране, одновременно освобождая лошадей от сбруи и наливая им воды. Местность для лагеря была не очень, однако выбирать не было смысла – уже скоро наступит темнота, до стоянки добраться не успеем.

Остальные успели вернуться до заката солнца.

Женщина по имени Эдель оказалась наёмницей и немного целительницей, за что её особенно уважали и ценили. Она была высокой и с мускулистыми руками, короткие чёрные волосы торчали ёжиком в разные стороны.

– Джеки? Странное имечко у тебя, – простодушно заявила наёмница, пожимая мне руку. Рука была шершавая и горячая, с отметинами застарелых рваных шрамов.

– Имя Эдель больше подходит придворной даме, – ввернула я, на что она заливисто рассмеялась и похлопала меня по спине.

– Я Варги, – представился третий попутчик глубоким бархатным голосом, – маг воздушной сферы. Рад знакомству, Избранная.

Третий попутчик был чем-то похож на Мика, с такими же каштановыми волосами и бледной кожей. Под левым глазом у него была большая родинка, на которую собеседник периодически отвлекался как на третий глаз.

– Просто Джеки, – поморщившись, ответила я, – мне не очень нравится такое обращение вместо имени.

– Хорошо, – согласился Варги, заправляя за ухо длинную прядь, – так действительно удобнее, Джеки. Я преподаватель в Академии, так что ещё долго будем вместе.

– В чистом поле до жути плохо, – вздохнула Эдель, оглядывая импровизированный лагерь – ни запаса дров, ни ветвей над головой. Как голый на базарной площади!

– В деревне было лучше? – поинтересовался Мик, подавая одеяла.

Попутчики дружно поморщились. Эдель красочно описала трупы и погром, у неё оказался талант рассказчика. Даже мне, несмотря на то, что я видела деревню, стало не по себе от подробностей. Зато узнала, как называют местные мутированных тушканчиков – шиисы. Соседние племена с империей, периодически устраивающие набеги ради рабов, можно сказать, это основный вид деятельности – к земледелию почему-то тяги они не имели.

Видимо, переростки просекли рыночные отношения и решили остановить развитие на добыче рабов.

– Там одни головёшки да обугленные трупы шиисов, – спокойно подытожил преподаватель, – кто-то сжёг их и, похоже, что мгновенно и живьём. Но мы не стали разбираться, как только ты сказал, что Избранная здесь, сразу вернулись. Джеки, это сделала ты?

Медленно темнело, облака подсвечивались красными светом уходящего солнца. Второй муторный день моего послесмертия. Мик смотрел за варевом в котле, хотя по лицу было видно, что ему интересно узнать ответ.

Не буду устраивать вам лёгкую жизнь, так неинтересно и нехорошо, товарищи, я вам все равно не доверяю.

– Неа, не я. Кстати, а почему не представился четвёртый спутник? – перевела я тему.

Упомянутый всё время молчал, занимаясь обустройством лагеря. Он не снимал капюшона, из-под которого периодически виднелись неопрятные пряди серых волос, но никак нельзя было рассмотреть лица. На меня тоже не смотрел и как будто не замечал.

– Это гомункул, помощник магов. Называй его Эш, и обращаться к нему, если что-то понадобится, – ответил Варги. В его голосе скользнуло недовольство, однако настаивать на ответе не стал.

– Гомункул? Специально выведенное живое существо или искусственное тело с искусственным интеллектом? – заинтересовалась я.

– Первое. В столице увидишь ещё таких, наш не самый лучший и уже немолод. Думаю, пора ужинать и спать, завтра выдвинемся, как только рассветёт, – грубовато остановил разговор Мик, недовольный темой.

А может, ужином. Повар из него оказался никудышний.

Спать устроились вокруг костра, гомункула оставили следить за ним. Варги помахал руками и сказал, что установил защитное поле на всякий случай. Я сначала ничего не почувствовала, но потом рассмотрела в траве тонкие голубые линии границы.

– Надеюсь, в этот раз проснусь в спокойной обстановке, – пробормотала я, укрываясь с головой одеялом.

Поленья в костре уютно трещали. Стрекотали сверчки или что-то вроде них. Земля была прогрета и даже не слишком твёрдая для сна, по сравнению с армейскими полками-кроватями… Но сон долго не шёл ко мне. Я вертелась, иногда впадала в полудрёму, в которой снова видела серую долину и чёрного дракона в огне, просыпалась и снова окуналась в тот бой в горах. Временами мне казалось, что я снова в казарме, и старшина отчитывает меня за очередную провинность.

В итоге, я еле дождалась утра. Остальные чувствовали мой настрой и молчали, не мешая мне дремать в седле – телегу, несмотря на протесты, бросили, позволив мне забрать только часть вещей.

До Хаста, столицы империи, дорога занимала четыре дня. Всю дорогу меня мучили кошмары с драконом, рука начала болеть. Сквозь тряпки, намотанные на предплечье, проступила кровь.

Не везёт же.

Почему-то я себя не могла заставить обратиться к Мику или кому-то другому за помощью. Говорить, почему и зачем такие раны на руке. Сомневалась во всём и не могла понять, что же мне делать дальше.

Чьи приказы выполнять и за что умирать.

Столица встретила туманами и дождями, сквозь которые были видны очертания домов. Не мегаполис, но и не полудеревенское поселение. Яркие вывески подсвечивались мелкими гирляндами. Льющаяся с небес вода мешала рассматривать окрестности, да и желания не вызывала. Я промокла до последней нитки, несмотря на выданный плащ, и мечтала добраться до тёплого помещения.

Остановиться полагалось у одного профессора Академии. Огромный особняк, находящийся за высокими коваными воротами, чуть слышно гудящих от спеллов, был молчалив. Но только снаружи – внутри нас встретила толпа женщин. Нас окружили с оханиями, стащили верхнюю одежду. Я даже не поняла, как у меня в руках очутилась кружка с горячим чаем.

– Всё, достаточно, – остановил их хриплый голос откуда-то сверху.

Я подняла голову и увидела на лестнице мужчину среднего роста в белом странноватом костюме. Он нарочито поправил золотистый галстук, глядя над нашими головами, и произнёс:

– Варги, представь меня, пожалуйста.

– Да, конечно, сир, – светловолосый преподаватель поклонился ему, а затем повернулся к нам, – позвольте мне представить вам хозяина данного дома, который радушно нас приютил, – Генон Ладуш, герцог Хастский, владетель северных земель Оркеи.

– Очень рада с вами познакомиться, – Эдель изящно изобразила замысловатый поклон.

Мик просто кивнул, но я успела заметить мелькнувшее на его лице отвращение. Видимо, знакомы уже были. Или заочно.

– А это, полагаю, драконья целительница, – Генон посмотрел на меня. Пристально, холодно, как сержант на оценке. Обстановка дома – белые колоны, белый каменный пол (кажется, мрамор?) – ещё больше напоминало казематы. Только роскошные.

– Джеки Тада, – коротко ответила я. Лёд усадьбы норовил пробраться под кожу и поселиться в груди, как тогда, по зачислению в армию. Неприятные воспоминания.

– Я рад приветствовать тебя, Джеки Тада, в моих владениях, – мягко улыбнулся хозяин дома. Удивительно, что ореховый цвет глаз может быть таким холодным. Генон был холеным, статным, но всё равно неприятным типом.

– Просто Джеки, – я натянуто улыбнулась. Хорошо, что не пилот 243 или вроде тех прозвищ, которыми нас щедро награждали координаторы.

– Вас проводят в ваши покои, если будет желание, то можете присоединиться ко мне за ужином, – Генон кивнул слуге, женщине с белыми волосами и равнодушным лицом. Она коротко поклонилась и жестом показала следовать за ней. Я оглянулась – Мик прощался с остальными, Эдель ободряюще подмигнула мне.

Похоже, что Мик уходит к себе, а наемница и Варги собирались о чём-то говорить с этим господином, но без моего присутствия.

Служанка, которая провожала меня, выглядела как Эш. Такие же неопрятные волосы, светлая кожа, как будто из дешёвого пластика, и устало-безразличный взгляд. Тёмная металлическая полоска с мигающим жёлтым индикатором плотно охватывала её массивную шею.

Тоже гомункул.

Дом был роскошен и холоден. Как дворец собраний, который использовался только для церемоний. В нём было неуютно, и от этого не спасали ни пушистые ковры, ни цветы. Мало что могло оживить такое место.

Человекоподобные куклы подходили ему больше, чем живые люди.

После очередной белой колонны гомункул наконец указала на дверь, ведущей предположительно в мою комнату.

– Если что-то понадобится, позвоните в колокольчик, к вам сразу же придет слуга. Когда вы понадобитесь, за вами придут, – сухо отчеканила она, словно была компьютером, по ошибке засунутым каким-то неведомым образом в тело женщины.

– А как вас звать? – спросила я, с унынием рассматривая комнату. Действительно, как с картинки из интерактивного музея про королевские дворцы. Кровать с навесом из вышитой ткани, резная мебель, картины в позолоченных рамах. А может, даже просто золотых, с них станется.

– Позвонить в колокольчик, – повторила гомункул и ушла.

Наверно, они ближе к киборгам и андроидам, нежели людям.

Я кинула рюкзак в шкаф, в оном же обнаружила одежду. Да, у Генона оказались и положительные черты, даже нашла платья на свой размер, но ограничилась халатом.

Ура благам цивилизации и горячей ванне.

Тряпка, служившая бинтом для покалеченной руки, долго размокала. Я шипела и ругалась, стараясь как можно осторожнее убрать её от ран.

Под мягким светом ламп в ране появился странный блеск, и мне стало не до аккуратности. Я рывком сорвала ткань, не обращая внимания на боль и кровь.

В линиях порезов была чешуя.

Меня замутило. Чуть не опрокинув ванну, красовавшуюся на львиных лапах, я ринулась к унитазу, прощаясь с завтраком.

Чёрт, что за фигня?

Белый друг конечно же не ответил. Я кое-как поднялась, опираясь на раковину. В зеркале отражалось моё бледное лицо. Темная от воды прядь прилипла к щеке как уродливый шрам.

Я не сразу смогла найти в себе силы, чтобы снова посмотреть на руку.

Зеленоватая чешуя никуда не делась, издевательски выглядывая из порезов. Надо выковырнуть дрянь, мелькнула в голове мысль, нужно что-то острое и дезинфицирующее. Кажется, в комнате был мини-бар.

От шока я уже не чувствовала боли. Операция проводилась в ванной. Вода окрасилась в розоватый цвет, сквозь неё поблескивали чешуйки, которые я старательно вырезала из ран.

Теперь замотать и спрятать под одеждой, чтобы не вызывало расспросы. Жаль, что я сразу не додумалась попросить бинты у служанки, придется пустить на бинт какой-то невесомый шарф винного цвета.

Адреналин спал. Мне было очень плохо физически и душевно. Я залпом допила бутылку, из которой поливала руку, и рухнула в постель.

Наверно, было бы логичнее обратиться к кому-то, Генону или Варги. Хотя бы к Эдель. Вдруг это нормальное явление для драконьих избранных или болезнь, подхваченная во время ночёвок в поле, дадут лекарство и всё пройдёт как страшный сон.

Патологическое недоверие ко всем меня однажды может убить.

– Обязательно попрошу помощи…потом, – прошептала я, погружаясь в забытье.

Кто-то стучал в дверь и звал меня, но я повернулась на другой бок и спрятала голову под подушкой. Снилась серая мокрая мгла и далёкий шум флайтера. Казалось, сейчас распахнётся дверь и объявят подъём. Будет очередное пустое занятие, потому что генштаб считает, что от безделья у солдат появляются дурные мысли. А потом будет пресный армейский ужин, после которого всё равно хочется есть.

Не очень прекрасное, но всё же приятное видение тихой жизни на базе оборвалось драконом, раскрывающим пасть для очередного потока огня. Скалы кружились вокруг нескончаемым хороводом под звуки хлопанья крыльев.

– Госпожа, пора вставать.

Чёрная морда дракона была прямо передо мной, смотря янтарными глазами в душу. Злорадно. Я даже ожидала, что сейчас он что-то скажет.

– Госпожа, вы слишком долго спите… –от диссонанса я проснулась и рывком села в кровати. Вокруг колыхались занавески от балдахина. Сквозь тяжёлые шторы едва пробивались лучи солнца. С туалетного столика на меня укоризненно взирал белоснежный ангелок с золотой лирой.

– Госпожа, пора собираться на ужин.

Я перевела взгляд на того, кто меня будил. Это был парень, с белыми волосами, аккуратно собранным в хвостик у основания шеи. Одна прядь выбилась и свисала возле уха, подчёркивая ярко-зеленые глаза.

– Ты кто? – спросила я, не очень надеясь на ответ. По белой лаконичной форме и ошейнику было понятно, что один из прислуживающих гомункулов. Но неожиданно он прищурился и ответил.

– Я Эш, госпожа.

– Прекрати меня так называть! Ненавижу рабов, – почему-то сказала я, повторяя слова альбиноса. Интересно, почему она вспомнилась? Из-за нарушения приказа и боя с драконом?

Гомункул сощурился. Как-то у него побольше эмоций, чем у женщины, провожавшей меня до комнаты. Да и выглядел куда опрятнее, чем во время путешествия до столицы.

– Вы не можете мне приказывать, у вас нет доступа. Пора собираться на ужин, я помогу вам переодеться.

– Спасибо, не надо, я сама, подожди за дверью, – ответила я, потягиваясь. Долго же спала, уже вечернее время.

Внезапно руки гомункула с силой сжали мои плечи, горячее дыхание обожгло ухо.

– Вы не можете мне приказывать, госпожа.

Мурашки побежали по телу, я сбросила его руки и отшатнулась. Слуга выглядел почему-то жутко, хотя и не могла понять почему. Может быть, дело было в расширенных зрачках и странной настойчивости. Во время путешествия он был очень незаметным и молчаливым, куклой…

Гомункул шагнул следом и принялся развязывать пояс моего халата. Да, во время службы тоже не учитывали согласие и так же грубо раздевали.

Но я уже умерла и больше не пилот.

– Тебе что, приказали надо мной издеваться? – прошипела я.

– Нет, у меня просто чуть больше свободы, чем у остальных, а ты не владеешь магией, – Эш жутко улыбнулся, подступая ближе и прикасаясь к моей щеке, – и конечно же, тебе никто не поверит – решат, что плохо уточнили приказ…

Я подняла левую руку, собираясь положить её на плечо слуги. Тряпка задымилась, из-за чего гомункул понял, что дело запахло жареным и успел отпрыгнуть до того, как чистый прайм на него попал. Вместо этого атака разворотила часть кровати.

– Надо же, а говорили, что у тебя совсем нет дара… – задумчиво протянул слуга, рассматривая прожжённую дыру.

– А мне говорили, что гомункулы не имеют чувств. Что-то не сходится, да? – саркастично отметила я.

Повисло неловкое молчание.

– Я молчу про твою руку, а ты молчишь про мою свободу? – предложил Эш, поднимая руки. Конечно, против магии неуточнённый приказ проигрывал.

– Сойдёт. Показывай, какое платье приказали на меня навесить, и вали за дверь.

Произошедшее заставило задуматься. Занимательная история, плохо пахнущая проблемами. Кажется, с гомункулом пока проблема решена, но что если ему прикажут обо мне докладывать, а сопротивляться и молчать не сможет?

Взаимные тайны – неплохой аргумент для союза. «Больше свободы», так сказал Эш? Если это ограничитель и на магии, то стоит рассмотреть поближе такую штуку.

Платье оказалось шёлковым и крайне неприятным. Оно холодило кожу и скользило, оставляя ощущение, что вот-вот с меня свалится. Отражение в зеркале угрюмо улыбнулось в ответ.

– Прекрасно выглядите, госпожа, – гомункул с силой сжал моё запястье. Скоро буду любоваться на синяки. Разнообразие – на одной руке шрамы, на другой синяки. Прекрасное дополнение к синему платью. Хорошо, что к нему шла накидка с рукавами.

– Это тоже приказали сделать? – прошептала я.

– Нет, просто ты мне не нравишься, – выдавил сквозь зубы Эш. Я искоса взглянула на его лицо. Каменное, как у тех статуй вдоль стены. Впрочем, поставь его рядом с ними – вполне слился бы.

Почему только он теперь так злится? Вроде бы мы договорились…

На ужине оказалось очень много людей, разодетых, разгуливающих по залу и переговаривающихся друг с другом. Играла медленная музыка и несколько пар танцевали. Такой приём устроили.

– Вы очаровательны, Джеки, – от злобного слуги меня спас Генон, кивком отпустившего его.

– Благодарю, взаимно. Извиняюсь, что не очень себя веду – не привыкла к подобным мероприятиям, – я сразу решила предупредить.

Для меня светские рауты ограничивались парадом да караулом под дверями ангара.

– Ничего страшного. А вы помните, какая у вас была жизнь до попадания в этот мир? – удивился хозяин усадьбы.

– Смутно, – солгала я на автомате.

На нас очень пристально смотрели и перешептывались. Стало неуютно. Понятия не имею, что на приемах происходит, и это напрягало. Побыстрее бы закончилось.

– Ничего. Постепенно вспомните. А вот и вторая Избранная, знакомьтесь – это Лиза.

Перед нами была невысокая и очень хрупкая светловолосая девушка в нежно-голубом платье. Я никогда не видела фей, но наверно они выглядели бы именно так. Вряд ли я выглядела на ее фоне привлекательно. Мы были похожи разве что цветом волос.

– Приятно познакомиться, моё имя Джеки, – я протянула ладонь для пожатия. Избранная легонько коснулась её пальцами и улыбнулась.

– Взаимно, Джеки. Я очень рада, что помимо меня есть ещё Избранная, может быть, мы из одного мира!

– Не исключено, – я постаралась улыбнуться в ответ.

– Вообще Избранная обычно одна, но в этот раз вас двое. Это удивительно, – поддержал нас Генон.

Обычно одна? Что ж, моя паранойя заворочалась с новой силой. Кто-то из двух Избранных может оказаться фальшивкой, что будет тогда?

– Я думаю, что это благословление великого Дракона, – решительно ответила на это Лиза.

Мне бы её оптимизм и веру.

– Вы обе поступите в Академию, обучитесь магии и будете помогать людям, – Варги подошёл из-за спины. Тёмно-русые волосы были тщательно уложены, костюм-тройка сидели как на манекене. Одним словом, франт.

– Это так прекрасно, я счастлива, что смогу отплатить вам за доброту, – Лиза светилась от счастья. Может, напилась уже?

– Прекрасно, – повторила я.

– Правда, сначала потребуется пройти отбор, но это так, формальность, – сладко протянул Генон, – вы же избранные самим Драконом.

Или прокляты.

– И что за отбор? – спросила я, оглядываясь по сторонам. Как будто поймав мой взгляд, один из официантов приблизился и подал мне бокал. По его губам скользнула усмешка, и я вздрогнула. Эш.

– Проверка магических способностей, направление магии, специализация. Ничего особенного, – пожал плечами Варги.

– Мне очень интересно узнать, какая у меня стихия, а тебе, Джеки? – Лиза поправила подол платья и уставилась на меня кристально голубыми глазами.

– Кажется, я плохо представляю, какая магия, – пробормотала я. – Что будет, если нет способностей? Меня отправят домой?

Хотя и дома-то у меня нет.

– Будем смотреть по обстоятельствам, – пожал плечами Варги, – обычно действительно одна Избранная, и мы очень удивились… Что с браслетом? – внезапно спросил он, указывая на мою руку.

Я недоуменно сняла браслет. Две жемчужины стали черными, хотя вроде сначала были все серые.

Генон взял его у меня и принял водить рукой, что-то нашептывая.

– Странно, – пробормотал герцог. – Браслет практически такой же, как у Лизы, за исключением цвета этих двух жемчужин.

– Делать какие-то выводы преждевременно, потребуется провести обследование, – вмешался Мик, незаметно подошедший.

– Он прав, – согласился с ним Варги. – В любом случае неразумно сразу кого-то объявлять фальшивкой.

Не то что бы мне хотелось быть Избранной драконом, но и обвинениям в обмане тоже не рада.

Шёпот окружающих гостей действовал на нервы.

– Я неважно себя чувствую, прошу позволения покинуть вас, – я дернула за рукав Генона. Он покосился на меня своими холодными глазами и кивнул.

На следующие дни меня оставили в покое. Приходила Лиза, щебетала об испытаниях в Академии, предлагала экскурсию и помощь, но я ссылалась на самочувствие и вежливо её выпроваживала.

Какое счастье, что я больше не в армии и могу себе это позволить. И библиотеку.

Неназвавшаяся гомункул любезно проводила меня в неё, и я углубилась в изучение истории страны, в которую меня занесло неведомым чудом. Ничего знакомого я не находила, а учебники по магии оказались полны какой-то непонятной для меня информации. Складывалось впечатление, что меня забросило лет на сто назад. Карты не совпадали с теми, которые были у нас.

Вряд ли бы герцог держал у себя книги с альтернативной фантастикой, поэтому у меня оставалось два варианта – я попала в какую-то другую реальность в результате столкновения с драконом (вдруг совмещение его и моей энергии образовало такой феномен?), либо это игровая реальность.

Ни один из этих вариантов не отвечал на вопрос «что делать?».

Приближалось время испытаний в Академии. Я шла из библиотеки, но вдруг услышала странные звуки. Дверь была приоткрыта и уже более отчётливо слышались приглушённые стоны.

Эш опирался руками на стол, а сзади пристроился герцог со спущенными штанами. Лицо гомункула было искажено, сжатые кулаки побелели. На каждый его стон герцог ещё жестче двигался, стремясь доставить больше боли жертве.

Может мир и другой, но нравы те же.