Хроники Элариона

Глава 1. Когда Молчит Север

В лесах Элариона, где серебряные реки текли между древними деревьями, а башни эльфийских городов поднимались к облакам, жила королева Аэлинар. Её знали как мудрую правительницу народа эльфов — спокойную, справедливую и невероятно сильную в магии света. Говорили, что сама луна благословила её род. Но мир Элариона нарушила древняя тьма. Из северных подземелий пробудился демон Моргатар — существо, чьё имя давно было забыто даже в эльфийских летописях. Его тень отравляла леса, а в ночи стали исчезать путники и охотники. Именно тогда в земли эльфов пришёл человек по имени Каэль Варден. Он был странником и воином, пережившим множество битв. Высокий, молчаливый, с длинными тёмными волосами и взглядом человека, который видел слишком многое. За его плечами висел старый меч, а на плаще были следы далёких походов. Большинство эльфов не доверяли людям. Но не Лиарэ. Лиарэ была придворной магессой и лучницей королевы. Молодая эльфийка с чёрными волосами и глазами цвета лесного озера, она первой почувствовала, что Каэль пришёл не за славой. В нём было что-то иное — усталость человека, который всё ещё ищет смысл своей дороги. Вместе они отправились в подземелья под древними руинами Элариона. Там, среди каменных залов и забытых гробниц, они нашли останки древнего эльфийского воина — последнего хранителя, павшего в битве с Моргатаром сотни лет назад. Каэль преклонил колено перед павшим героем, держа в руке факел, а Лиарэ молча положила руку ему на плечо. В тот момент они поняли: тьму можно остановить только вместе. Когда демон наконец появился, битва длилась всю ночь. Каэль сражался мечом, удерживая чудовище, пока Лиарэ призывала ледяные копья и магию лесов. Демон был повержен, но Каэль получил тяжёлую рану. Уже после битвы, среди тихих руин, Лиарэ исцеляла его руку магией света, и тогда между ними возникло чувство, о котором никто из них не говорил вслух. Вернувшись в столицу, Каэля встретили как героя. На главной площади дворца королева Аэлинар посвятила его в рыцари Элариона. Серебряный меч коснулся его плеча, а эльфы впервые за многие века приветствовали человека как одного из своих. Но сам Каэль не искал титулов. Часто поздними вечерами его можно было увидеть в тихих залах эльфийского замка. Он сидел на каменной скамье, держа перед собой обнажённый меч, и долго смотрел в огонь, словно размышляя о будущем. А над городом в это время ехала верхом королева Аэлинар — на белом коне, среди сияющих улиц Элариона, пока народ вновь учился жить без страха перед тьмой.

Но тьма не исчезает навсегда.

Прошло несколько месяцев после победы над Моргатаром. Леса Элариона вновь зазеленели, серебряные реки стали чистыми, а ночи — спокойными. Однако старые мудрецы замечали странное: птицы всё чаще покидали северные земли, а в древних руинах по ночам слышался шёпот.

Каэль тоже чувствовал это.

Каждую ночь его мучили сны. Он видел огромные каменные врата глубоко под землёй, покрытые рунами, которые пульсировали багровым светом. И каждый раз перед пробуждением он слышал голос Моргатара:

— Ты уничтожил лишь мою тень…

Однажды поздним вечером Каэль стоял на высокой террасе дворца, глядя на луну над Эларионом. Позади тихо появилась Лиарэ.

— Ты снова не спишь, — сказала она мягко.

Каэль усмехнулся уголком губ:

— Воины редко умеют отдыхать.

Но Лиарэ чувствовала — дело не только в этом. Она подошла ближе и заметила, что руна на рукояти его меча слабо светится тёмно-красным.

Именно тогда по дворцу ударил тревожный рог.

Эльфийские стражи подняли тревогу. На северной границе леса появился разлом — огромная трещина в земле, из которой поднимался чёрный дым. Деревья вокруг умирали прямо на глазах.

Королева Аэлинар собрала совет той же ночью.

В зале из белого камня царила тяжёлая тишина. Маги и военачальники спорили, но все замолчали, когда древний хранитель Элдарион произнёс:

— Моргатар был не демоном… Он был стражем.

По залу прошёл шёпот.

Старик поднял древний свиток, покрытый выцветшими символами.

— Под северными землями спит нечто куда древнее. Моргатар удерживал печать. Когда он пал… врата начали открываться.

Лиарэ почувствовала холод.

— Что находится за вратами?

Но Элдарион ответил не сразу.

— Имя этого существа запрещено произносить даже среди высших эльфов.

В этот момент свечи в зале погасли сами собой.

И где-то далеко под землёй раздался глухой удар.

Словно огромное сердце начало биться вновь.

После совета в Эларионе северные земли были закрыты для мирных жителей. Эльфийские дозоры исчезали один за другим, а лес вокруг разлома начал меняться. Даже воздух там становился тяжёлым, словно сама земля больше не желала пускать живых.

Каэль, Лиарэ и отряд королевских стражей отправились к разлому на третий день после тревоги.

Чем дальше они продвигались на север, тем тише становился лес. Не пели птицы. Не было слышно зверей. Только ветер иногда доносил странный шёпот, похожий на далёкие голоса.

Ночью один из стражей закричал.

Когда остальные подбежали к его палатке, было уже поздно.

Эльф стоял неподвижно посреди лагеря. Его глаза полностью почернели, а по коже расползались тонкие тёмные трещины, будто внутри тела горел угольный жар.

— Не подходите… — прохрипел он чужим голосом.

А потом бросился на остальных.

Даже трое воинов не смогли удержать его. Обычный разведчик двигался с чудовищной скоростью и силой. Он ломал клинки голыми руками и не чувствовал ран.

Каэль был вынужден убить его.

Меч пронзил грудь заражённого, и тот рухнул на землю.

Но в момент смерти из тела вырвался чёрный дым.

Он не рассеялся.

Тьма зависла в воздухе, словно живая, а затем молнией метнулась в лес и исчезла среди деревьев.

Наступила мёртвая тишина.

Лиарэ первой нарушила её:

— Это была не магия…

Каэль медленно вытер меч.

— Нет. Что-то управляло им.

На следующий день они нашли деревню у подножия северных холмов.

Вернее — то, что от неё осталось.

Дома были разрушены, земля выжжена, а посреди площади стоял огромный медведь. Но это уже не было обычным зверем.

Его тело разрослось почти вдвое, шерсть почернела, а из пасти вырывался дым. Глаза светились багровым светом.

И самое страшное — существо смотрело на них осознанно.

Словно внутри зверя находился кто-то другой.

Битва была тяжёлой.

Медведь сметал каменные стены и ранил нескольких стражей, прежде чем Лиарэ смогла пронзить его ледяным копьём, а Каэль отсёк чудовищу голову.

Но всё повторилось снова.

Чёрная тень вырвалась из мёртвого тела.

На этот раз Каэль успел заметить: перед тем как исчезнуть, дым будто на мгновение обрёл форму лица.

Безглазого.

Улыбающегося.

—

Вернувшись в лагерь, Лиарэ долго изучала древние записи хранителей. И лишь под утро нашла упоминание о существе, которое эльфы называли Нер’Талис — Бесплотный Голод.

Это не было демоном.

Не духом.

И не богом.

Нер’Талис не имел собственного тела. Он существовал как древняя воля, способная проникать в разум живых существ, усиливая их ярость, страх и силу. Чем могущественнее был носитель, тем сильнее становился и сам Нер’Талис.

И убить его было невозможно обычным оружием.

Потому что после смерти носителя он просто переходил к следующему.

Лиарэ медленно закрыла книгу.

А потом тихо сказала:

— Моргатар не пытался уничтожить мир…

Каэль посмотрел на неё.

И впервые за долгое время в его взгляде появился настоящий страх.

— Он удерживал это внутри себя.

Несколько дней после открытия правды о Нер’Талисе отряд почти не разговаривал. Даже опытные эльфийские воины чувствовали себя беспомощными перед врагом, которого нельзя было ранить по-настоящему.

Но хуже всего было другое.

Нер’Талис учился.

Каждый новый носитель становился опаснее предыдущего.

Сначала это были звери и обычные воины. Затем — существа, в которых тьма могла раскрывать не только силу тела, но и способности разума.

Именно это они поняли, когда добрались до крепости Фаэль-Дор.

Фаэль-Дор стояла на высоких скалах у северного перевала и считалась неприступной. Там жили боевые маги Элариона — хранители древних заклинаний.

Когда отряд подошёл к воротам, крепость встретила их полной тишиной.

Ни факелов.

Ни стражи.

Только снег, медленно падающий с серого неба.

Каэль первым почувствовал неладное.

— Слишком тихо…

Ворота были открыты.

Внутри крепости повсюду лежали следы битвы: разрушенные стены, обугленные камни и тела магов. Но почти у всех на лицах застыло одно и то же выражение — ужас.

А затем они услышали шаги.

По лестнице центральной башни медленно спускался маг в серебряных одеждах.

Архимаг Тариэн.

Один из сильнейших чародеев Элариона.

Вернее… то, что от него осталось.

Его кожа побледнела, вены почернели, а вокруг рук клубился дым. Но глаза оставались живыми. И именно это пугало сильнее всего.

Он всё понимал.

Он всё ещё был внутри.

— Уходите… — произнёс Тариэн дрожащим голосом. — Пока я ещё могу…

Тьма вокруг него дёрнулась.

Лицо мага исказилось болью.

А потом раздался второй голос.

Глубокий. Чужой. Словно говорили сразу десятки существ.

— Ты чувствуешь это, человек?

Все факелы в зале погасли.

Тень вокруг Тариэна выросла, растекаясь по стенам живыми щупальцами.

— Страх… делает вас сильнее.

Каэль выхватил меч.

Но Лиарэ внезапно схватила его за руку.

— Подожди.

Она смотрела не на тьму.

На самого Тариэна.

Архимаг едва заметно качнул головой, будто пытался что-то сказать.

И тогда Лиарэ поняла.

Нер’Талис не полностью поглощал носителя сразу.

Он ломал его постепенно.

Питался разумом.

Воспоминаниями.

Страхами.

И чем дольше существо сопротивлялось — тем сильнее становился Бесплотный Голод.

Тариэн внезапно закричал.

Волна магии ударила по залу, разбивая колонны. Несколько стражей отбросило к стенам.

А затем архимаг поднял руку — и сам воздух начал трескаться от силы заклинания.

Началась битва.

Лёд Лиарэ сталкивался с чёрным пламенем Тариэна. Каэль едва успевал уклоняться от магических ударов, разрезающих камень, словно ткань.

Но даже сражаясь, Тариэн продолжал сопротивляться изнутри.

Иногда его движения замирали.

Иногда заклинания уходили мимо цели.

А однажды он сам отвёл удар, который должен был убить Лиарэ.

И тогда Каэль понял:

— Он всё ещё борется.

Но Нер’Талис тоже понял это.

Тьма вокруг архимага внезапно начала поглощать его тело полностью. Кожа покрылась трещинами, из которых пробивался багровый свет.

Бесплотный Голод больше не хотел делить носителя.

Он решил поглотить его целиком.

— УБЕЙТЕ МЕНЯ! — закричал Тариэн.

Каэль колебался лишь мгновение.

А затем бросился вперёд.

Меч вошёл архимагу прямо в сердце.

Всё затихло.

Тариэн медленно опустился на колени.

На его лице впервые появилась спокойная улыбка.

— Спасибо… — едва слышно прошептал он.

И умер.

Но затем тени в зале начали двигаться.

Чёрный дым медленно поднялся из тела архимага.

На этот раз он был намного больше.

Почти человеческого роста.

И впервые Нер’Талис заговорил уже без носителя.

— Теперь… я помню, кто я.

Тьма метнулась вверх и исчезла в снежной буре за разрушенной башней.

А Лиарэ вдруг побледнела.

Потому что поняла одну страшную вещь.

С каждым новым сильным носителем Нер’Талис возвращал утраченную память.

Снег над Фаэль-Дором не прекращался три дня.

Крепость была почти разрушена. Выжившие маги собирали тела павших, а Лиарэ часами не выходила из библиотеки Тариэна, изучая его записи. Каэль же всё чаще замечал странное: после встречи с Нер’Талисом тьма словно начала наблюдать за ним.

Иногда ночью он слышал шаги за спиной.

Иногда — шёпот.

А однажды увидел во сне самого Тариэна.

Архимаг стоял посреди чёрного озера, а вокруг него в воде отражались сотни лиц.

— Он ищет не силу… — произнёс Тариэн. — Он ищет форму.

Каэль хотел что-то спросить, но вода вдруг задрожала.

И из глубины медленно поднялось нечто огромное.

Даже во сне Каэль не смог разглядеть его полностью. Только бесконечные тени… и множество светящихся глаз.

Он проснулся в холодном поту.

И сразу понял — лагерь уже не спит.

Снаружи звучали тревожные крики.

Когда Каэль выбежал из палатки, северное небо было окрашено красным светом.

Горел лес.

—

Огонь охватил долину Астэр. Именно там находилось святилище духов леса — место, которое эльфы считали неприкосновенным тысячи лет.

Но хуже было другое.

Духи начали убивать.

Когда отряд прибыл к долине, воздух там дрожал от магии. Огромные древние деревья двигались, словно живые великаны. Корни вырывались из земли и душили всё вокруг.

Лиарэ с ужасом смотрела на сияющие силуэты среди огня.

— Невозможно… духи леса никогда не нападают первыми.

Но Нер’Талис уже нашёл нового носителя.

И намного опаснее прежних.

В центре долины стоял хранитель святилища — древний лесной энт по имени Ваэрон.

Когда-то он был одним из старейших союзников эльфов.

Теперь же его кора почернела, внутри трещин пульсировал багровый свет, а ветви напоминали гигантские когти.

Каждый его шаг заставлял землю дрожать.

— Он слишком большой… — прошептал один из стражей.

Но Каэль заметил кое-что страшнее.

Тьма внутри Ваэрона не просто управляла им.

Она росла.

Ветви энта постоянно менялись, становясь всё более похожими на щупальца живого дыма. Иногда в коре появлялись человеческие лица, которые тут же исчезали.

Нер’Талис начинал смешивать свою сущность с носителем.

— Назад! — крикнула Лиарэ.

Слишком поздно.

Ваэрон ударил по земле, и лес ожил.

Десятки корней вырвались из-под снега. Один из стражей исчез под землёй мгновенно. Другого дерево буквально разорвало о камни.

Началась битва.

Эльфийские стрелы почти не причиняли вреда древнему хранителю. Магия огня лишь ненадолго останавливала его.

Тогда Каэль сделал то, чего раньше никогда бы не рискнул.

Он бросился прямо к Ваэрону.

Лиарэ закричала ему вслед, но воин уже взбирался по гигантским корням, уклоняясь от ударов ветвей.

И именно в этот момент Нер’Талис заговорил снова.

На этот раз — только для Каэля.

— Ты чувствуешь это… не так ли?

Голос звучал прямо в голове.

— Ты тоже пуст внутри.

Каэль замер лишь на секунду.

И этого хватило.

Огромная ветвь ударила его в грудь и отбросила на разрушенный алтарь.

Меч вылетел из рук.

В глазах потемнело.

А затем Каэль увидел странное.

На поверхности древнего алтаря были высечены те же символы, что он видел в своих снах.

Руны врат.

И когда кровь Каэля коснулась камня…

руны загорелись.

Весь лес содрогнулся.

Ваэрон внезапно остановился.

Тьма внутри него словно почувствовала что-то.

Впервые Нер’Талис не атаковал.

Он смотрел.

Через глаза древнего энта.

— Наконец-то… — прошептал голос в голове Каэля.

И в этот момент Лиарэ ударила.

Она собрала всю силу святилища в одно заклинание. Ледяное копьё размером с башню пронзило Ваэрона насквозь.

Раздался оглушительный треск.

Древний хранитель рухнул.

Лес замер.

А затем чёрная сущность вырвалась наружу.

Но теперь она уже не напоминала просто дым.

Внутри тьмы виднелся силуэт.

Высокий.

Почти человеческий.

И прежде чем исчезнуть в ночи, Нер’Талис произнёс:

— Я вспомнил твоё имя, Каэль Варден.

После битвы в долине Астэр Эларион изменился.

Даже ветер в лесах теперь казался другим.

Эльфы больше не говорили о Нер’Талисе вслух. Его имя стало запретным, как когда-то имя Моргатара. Люди в городах начали зажигать серебряные фонари у дверей домов, а стражники избегали смотреть в темноту слишком долго.

Но самое важное произошло в руинах библиотеки Фаэль-Дора.

Среди сгоревших свитков Лиарэ обнаружила скрытую комнату архимага Тариэна. Вход был запечатан древней магией света, и открыть его смогла только сама королева Аэлинар.

Внутри находился всего один свиток.

Без названия.

Только символ луны и семь древних рун вокруг него.

Элдарион побледнел, едва увидев текст.

— Это невозможно… — прошептал хранитель. — Я думал, это знание утрачено.

Свиток содержал древнее заклинание, созданное первыми эльфийскими магами ещё во времена войны с Бесплотным Голодом.

«Печать Внутреннего Света».

Это была не атакующая магия.

И не защита тела.

Заклинание укрепляло саму душу.

После ритуала Нер’Талис больше не мог вселиться в любого по своему желанию. Свет внутри живого существа становился для него непроходимой стеной.

Но была и страшная цена.

Тьма всё ещё могла проникнуть в тех, чьи души уже были надломлены:

убийц,предателей,обезумевших,существ, наполненных ненавистью,и тех, кто добровольно впускал тьму.

Когда Лиарэ закончила перевод свитка, в зале наступила тяжёлая тишина.

— Значит, он больше не сможет захватывать невинных, — сказал один из воинов.

Но Элдарион медленно покачал головой.

— Нет… теперь всё станет хуже.

Каэль посмотрел на старого хранителя.

— Почему?

— Потому что раньше Нер’Талис искал тела. Теперь он будет искать души.

—

Ритуал провели той же ночью.

На главной площади Элариона зажгли тысячи серебряных свечей. Королева Аэлинар стояла в центре магического круга вместе с Лиарэ и последними магами Фаэль-Дора.

Свет луны опустился на город подобно сияющему дождю.

Каэль почувствовал это сразу.

Тёплая волна словно прошла сквозь сердце.

На мгновение исчез весь страх.

Весь шёпот.

Вся тьма.

И где-то далеко, за северными горами, Нер’Талис закричал.

Этот крик услышали даже животные в лесах.

После ритуала тень исчезла.

Полностью.

Ни следов заражения.

Ни шёпота.

Ни нападений.

Прошла неделя.

Потом месяц.

Затем ещё один.

Эларион впервые за долгое время начал жить спокойно.

Но спокойствие было обманчивым.

—

Каэль всё чаще тренировался в одиночестве. Иногда Лиарэ находила его ещё до рассвета — на краю скал, среди снега, с мечом в руках.

Он стал молчаливее.

Жёстче.

Словно ожидал чего-то.

И однажды Лиарэ прямо спросила:

— Ты думаешь, он вернётся?

Каэль долго смотрел на горизонт.

— Нет.

Она удивлённо подняла глаза.

— Тогда почему ты готовишься к войне?

Воин медленно сжал рукоять меча.

— Потому что теперь он голоден.

—

Тем временем далеко на севере, за пределами известных земель, в разрушенном городе среди чёрных скал сидел человек в рваном плаще.

Перед ним лежали тела.

Много тел.

Но сам он дрожал от страха.

Он пытался молиться.

Пытался не слушать голос внутри головы.

Но было уже поздно.

Чёрный дым медленно тек по его венам.

И впервые за многие месяцы Нер’Талис снова заговорил.

Тихо.

Почти ласково.

— Свет закрыл мне двери…

В темноте открылись багровые глаза.

— Значит, я войду через тех, кто сам хочет впустить тьму.

Прошла зима.

Нер’Талис больше не появлялся в землях Элариона, но это спокойствие пугало Каэля сильнее любой битвы.

Слишком тихо.

Слишком долго.

Север молчал.

А тьма никогда не молчит просто так.

—

За Хребтом Мёртвого Ветра начинались земли, которые даже люди старались обходить стороной. Каменные пустоши, чёрные леса и бесконечные снежные степи, где жили орочьи кланы, гоблины и древние тролли.

Эти земли веками были разрозненными.

Орки воевали между собой.

Гоблины служили сильнейшим.

Тролли вообще не подчинялись никому.

Но однажды ночью всё изменилось.

В поселение клана Кровавого Клыка пришёл странник.

Высокий силуэт в рваном плаще появился прямо во время бури. Орочьи стражи хотели убить его сразу, но их вождь остановил воинов.

Потому что тени вокруг незнакомца двигались сами.

А снег таял под его ногами.

Это был новый носитель Нер’Талиса.

Человек по имени Малгар.

Когда-то обычный убийца и наёмник. Жестокий даже до встречи с тьмой. Именно такие души теперь и искал Бесплотный Голод.

Малгар вошёл в главный зал орков без страха.

Вокруг огромного костра сидели воины Кровавого Клыка — гигантские орки в шкурах северных зверей. Их предводитель, Громар Череполом, поднялся навстречу гостю.

Громар был чудовищем даже среди орков.

Выше двух людей ростом, с серой кожей, покрытой шрамами, и глазами цвета углей. За его спиной висел гигантский топор, которым он когда-то расколол череп троллю.

Он убил десятки вождей.

Сжёг множество деревень.

И никому не служил.

До этой ночи.

Малгар поднял голову.

И Нер’Талис посмотрел на орка через его глаза.

Весь зал замер.

Тени у стен начали шевелиться.

Даже огонь в костре почернел.

— Ты знаешь, кто я, — произнёс голос Бесплотного Голода.

Громар медленно опустился на одно колено.

Впервые в жизни.

Потому что орки помнили древние легенды.

О Повелителе Тьмы.

О голосе из пустоты, которому подчинялись чудовища севера ещё до появления королевств людей.

И Громар почувствовал это сразу.

Перед ним стояло не существо.

А сама древняя тьма.

—

С тех пор север начал меняться.

Сначала исчезли мелкие кланы.

Потом начали гореть человеческие заставы.

Орочьи племена, веками ненавидевшие друг друга, неожиданно стали объединяться.

Под одним знаменем.

Чёрным знаменем без символов.

Лишь с багровой трещиной посередине.

Но сам Нер’Талис редко показывался.

Теперь он действовал иначе.

Он учился.

Скрывался.

Наблюдал.

А грязную работу выполнял Громар Череполом.

Именно орк стал кулаком Бесплотного Голода.

Громар уничтожал непокорные племена, приносил Нер’Талису шаманов, магов и пленников. Те, кто соглашался служить тьме, становились частью новой армии.

Те, кто отказывался…

исчезали.

Даже тролли начали склоняться перед Громаром.

Потому что рядом с ним тени становились живыми.

А раны на его теле заживали прямо во время битвы.

С каждым месяцем Нер’Талис всё глубже проникал в север.

И всё сильнее менялся сам Громар.

Иногда орки замечали, что глаза их вождя начинают светиться багровым светом.

Иногда по ночам его тень двигалась отдельно от тела.

Но никто не осмеливался говорить об этом вслух.

Потому что те, кто говорил…

умирали во сне.

—

А далеко на юге, в Эларионе, Каэль однажды проснулся среди ночи.

От знакомого чувства.

Того самого холода внутри души.

Он резко поднялся с кровати.

Лиарэ тоже почувствовала это.

Где-то очень далеко…

тьма снова начала расти.

И на этот раз — не скрываясь.

Весна в Эларион так и не пришла.

Снег всё ещё лежал на северных дорогах, а ночи становились только холоднее. Из человеческих королевств начали приходить тревожные вести: сожжённые деревни, исчезающие караваны и орочьи знамена у границ.

Но хуже всего было другое.

Орки больше не грабили.

Они готовились.

—

В зале совета царило тяжёлое молчание.

На огромной карте северных земель горели десятки серебряных меток.

Каждая — уничтоженное поселение.

— Они движутся слишком организованно, — сказал один из эльфийских генералов. — Это уже не племена.

Каэль стоял у окна, скрестив руки.

— Потому что ими командует не орк.

Лиарэ подняла взгляд от свитков.

— Разведчики подтверждают: Громар подчинил почти все северные кланы. Даже тролли идут за ним.

Королева Аэлинар медленно подошла к карте.

— Значит, Нер’Талис больше не скрывается.

— Нет, — тихо ответил Каэль. — Теперь он строит королевство.

В зале повисла тишина.

Именно тогда один из стражей ввёл человека в потрёпанном плаще.

Молодой разведчик едва держался на ногах.

— Ваше Величество… — прохрипел он. — Южная крепость Рейнхар… пала.

Несколько генералов резко поднялись.

— Невозможно. Там каменные стены толщиной—

— Громар проломил ворота сам.

Даже Каэль нахмурился.

Разведчик тяжело сглотнул.

— Он убил капитана голыми руками… а потом приказал оставить выживших.

— Зачем? — спросила Лиарэ.

Разведчик посмотрел на неё дрожащими глазами.

— Чтобы они рассказали… что север идёт.

—

Поздно ночью Каэль тренировался один во внутреннем дворе дворца.

Удары меча эхом расходились среди колонн.

Резкие.

Тяжёлые.

Злые.

Лиарэ наблюдала за ним из тени несколько минут, прежде чем выйти вперёд.

— Ты пытаешься убить не противника.

Каэль остановился.

Тяжело дыша.

— А что тогда?

— Себя.

Он отвернулся.

— Ты слишком много видишь.

Лиарэ подошла ближе.

— А ты слишком многое прячешь.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Затем Лиарэ тихо спросила:

— Что сказал тебе Нер’Талис… тогда, в лесу?

Каэль медленно опустил меч.

— Что он знает моё имя.

— И всё?

Воин долго молчал.

— Нет.

Лиарэ почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Каэль…

— Он сказал, что ждал меня.

Ветер внезапно стал холоднее.

— Это невозможно, — прошептала она.

— Я тоже так думал.

Лиарэ осторожно взяла его за руку.

— Ты не обязан нести это один.

Каэль посмотрел на неё уставшими глазами.

— Я не хочу, чтобы он добрался и до тебя.

Тогда Лиарэ впервые за долгое время улыбнулась.

Тихо.

Почти печально.

— Поздно. Я уже рядом с тобой.

—

Тем временем далеко на севере армия тьмы росла с каждым днём.

Орочьи кузницы горели круглые сутки.

Гоблины строили осадные машины.

Тролли тащили огромные валуны через снег.

А над всем этим возвышалась крепость Громара — чёрная цитадель, вырезанная прямо в скале.

Именно туда однажды ночью пришёл Нер’Талис.

Малгар сидел на каменном троне, неподвижный словно мертвец. Тьма вокруг него клубилась густым дымом.

Громар вошёл в зал и опустился на колено.

— Армия готова.

Багровые глаза поднялись на орка.

— Нет.

Громар нахмурился.

— Мы сильнее южан.

— Сила — не победа.

Тени вокруг трона начали двигаться быстрее.

— Пока свет держит их души… страх ещё недостаточно глубок.

Орк поднялся.

— Тогда я принесу тебе страх.

Нер’Талис медленно посмотрел на него.

И впервые в его голосе появилась почти человеческая эмоция.

Интерес.

— Ты начинаешь понимать.

—

На следующий день Громар выступил на юг.

Но не с армией.

Всего с сотней лучших воинов.

Их целью был не город.

Не крепость.

А небольшое человеческое поселение у границы.

Место, где не было солдат.

Только семьи.

—

Когда Каэль узнал об этом, он пришёл в ярость впервые за всё время.

— Он хочет сломать людей раньше войны.

Королева Аэлинар посмотрела на карту.

— Если мы разделим силы, Эларион станет уязвим.

— А если не разделим — страх распространится быстрее чумы.

Лиарэ тихо произнесла:

— Именно этого и хочет Нер’Талис.

Каэль резко повернулся к ней.

— Тогда что ты предлагаешь?

Она встретила его взгляд спокойно.

— Мы должны остановить не армию.

— А что?

Лиарэ медленно посмотрела на север.

— Громара.

Поселение Виндхолл находилось у самого края северных земель.

Небольшая деревня людей среди заснеженных холмов. Деревянные дома, старая мельница и каменная часовня света — всё, что осталось от когда-то большого торгового тракта.

Именно туда направлялся Громар.

—

Каэль, Лиарэ и отряд эльфийских всадников прибыли в Виндхолл за день до орков.

Жители встретили их тревожными взглядами.

Они уже слышали истории.

О чёрных знамёнах.

О воинах, которых невозможно остановить.

О северном орке, что ломал ворота голыми руками.

Но хуже слухов было то, что люди начинали бояться друг друга.

После появления Нер’Талиса никто больше не был уверен, кто останется собой… а кто однажды добровольно впустит тьму.

—

Вечером Каэль помогал укреплять баррикады у главных ворот деревни.

Лиарэ подошла к нему с кружкой горячего травяного настоя.

— Ты с утра ничего не ел.

— Не голоден.

Она протянула кружку настойчивее.

— Это был не вопрос.

Каэль хмыкнул и всё же взял напиток.

Несколько секунд они молча смотрели на заснеженные улицы.

Дети прятались по домам.

Мужчины точили топоры.

Женщины переносили воду и бинты в часовню.

Все готовились умирать.

— Они не выстоят против Громара, — тихо сказал Каэль.

— Поэтому здесь мы.

— Даже мы можем не выстоять.

Лиарэ посмотрела на него.

— Ты правда думаешь, что я позволю тебе сражаться одному?

Каэль устало усмехнулся.

— Иногда мне кажется, что ты слишком упрямая для эльфийки.

— А мне кажется, что ты слишком мрачный для героя.

Он впервые за долгое время тихо рассмеялся.

И Лиарэ вдруг поняла, как редко теперь видит его улыбку.

—

Ночью началась буря.

А вместе с бурей пришли орки.

Сначала жители услышали барабаны.

Глухие.

Медленные.

Словно билось огромное сердце.

Потом из снежной мглы появились факелы.

Сотни.

Громар не скрывался.

Он шёл прямо к воротам Виндхолла во главе своих воинов.

Огромный.

Закованный в чёрную броню.

С топором на плече.

И когда он остановился перед деревней, даже ветер словно стих.

Громар посмотрел на стены.

А затем громко произнёс:

— Отдайте мне человека по имени Каэль Варден.

По деревне прошёл шёпот.

Каэль медленно вышел вперёд.

Лиарэ резко схватила его за руку.

— Нет.

— Он пришёл за мной.

— Именно поэтому нельзя—

Но Каэль мягко освободил руку.

И вышел к воротам.

Громар внимательно смотрел на него несколько секунд.

А затем неожиданно улыбнулся.

Страшной, звериной улыбкой.

— Так вот ты какой.

Каэль молчал.

Орк медленно опустил топор на снег.

— Повелитель Тьмы говорил о тебе.

Лиарэ почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Что именно? — спросил Каэль.

Громар наклонил голову.

— Что однажды ты откроешь ему путь.

Молчание.

Даже орки за спиной Громара затихли.

Каэль шагнул вперёд.

— Передай своему хозяину…

Воин вытащил меч.

Серебряная сталь вспыхнула в свете факелов.

— …что я иду за ним.

Глаза Громара вспыхнули яростью.

И в следующее мгновение орк рванулся вперёд.

Ворота Виндхолла содрогнулись от первого удара топора.

Началась битва.

—

Орки хлынули на стены словно лавина.

Стрелы эльфов косили передние ряды, Лиарэ замораживала целые группы врагов ледяными вспышками, но Громар шёл вперёд, будто сама смерть.

Он проломил ворота на третьем ударе.

Каэль встретил его внутри деревни.

И впервые за долгое время воин почувствовал настоящего противника.

Топор Громара был настолько тяжёлым, что каждый удар выбивал искры из камня. Каэль едва успевал уклоняться.

Но хуже было другое.

Тьма вокруг орка двигалась.

Иногда она закрывала раны.

Иногда усиливала удары.

А иногда…

шептала.

— Слабее… чем я ожидал… — звучал голос Нер’Талиса в голове Каэля.

Громар ударил снова.

Каэль блокировал мечом, но сила удара отбросила его через всю улицу.

Лиарэ закричала:

— Каэль!

И в этот момент Громар повернулся к ней.

Багровый свет вспыхнул в глазах орка.

Он понял.

Понял, кто для Каэля важнее всего.

И улыбнулся.

Громар рванулся к Лиарэ сквозь пылающую улицу, сметая всё на пути.

Деревянная телега разлетелась в щепки от одного удара топора. Орки за его спиной заревели ещё громче, чувствуя страх людей.

Лиарэ подняла руки, и ледяная волна ударила навстречу орочьему вождю.

Но Громар просто проломил её.

Лёд треснул вокруг него.

Тьма на броне орка вспыхнула багровыми прожилками.

— Слишком медленно! — прорычал он.

Каэль уже поднимался с земли, но понимал — не успевает.

И в этот момент между Громаром и Лиарэ внезапно появился кто-то ещё.

Молодой мужчина в тёмном дорожном плаще.

Рыжие волосы падали ему на лицо, а в руках сверкнули два коротких меча.

Громар barely успел заметить движение.

Незнакомец резко скользнул в сторону и полоснул клинком по руке орка.

Впервые за весь бой Громар остановился.

На его коже появилась кровь.

Орки вокруг ошеломлённо заревели.

— Неплохо для деревенского мальчишки, — усмехнулся рыжеволосый.

Лиарэ удивлённо посмотрела на него.

— Ты кто такой?!

Парень не отвёл взгляда от Громара.

— Потом познакомимся!

Орк взревел и ударил топором сверху вниз.

Незнакомец увернулся буквально в последний момент. Удар расколол каменную улицу.

— А вот это уже грубо, здоровяк!

Каэль наконец добрался до них и встал рядом.

Несколько секунд два мечника молча смотрели на Громара.

А затем рыжеволосый ухмыльнулся:

— Надеюсь, ты не против помощи.

Каэль коротко кивнул.

— Если не умрёшь через минуту.

— Обнадёживает.

—

Бой вспыхнул с новой силой.

Теперь Громару приходилось сражаться сразу с двумя противниками.

Каэль удерживал орка в лобовом бою, блокируя чудовищные удары, а рыжеволосый постоянно двигался вокруг, нанося быстрые порезы и отвлекая внимание.

Он сражался совсем иначе, чем Каэль.

Легко.

Быстро.

Почти нагло.

— Левый бок! — крикнул он.

Каэль мгновенно пригнулся.

Топор Громара просвистел над головой.

А рыжеволосый в этот момент воткнул клинок между пластинами орочьей брони.

Громар взревел от ярости и отбросил его ударом кулака.

Парень влетел в стену дома, но тут же поднялся, сплюнув кровь.

— Ладно… вот это было больно.

Лиарэ быстро подбежала к нему.

— Ты ранен!

— Бывало хуже.

Она коснулась его плеча магией света.

Рыжеволосый удивлённо посмотрел на неё.

— Ого… теперь я точно обязан выжить.

Даже среди битвы Лиарэ невольно усмехнулась.

—

Тем временем Громар начал меняться.

Тьма вокруг него становилась гуще.

Багровые трещины расползались по коже орка.

Нер’Талис усиливал своего слугу прямо во время боя.

Каэль почувствовал это первым.

Воздух стал тяжелее.

Шёпот снова зазвучал в голове.

— Он падёт ради тебя… как и все остальные…

Громар ударил с чудовищной силой.

Каэль едва удержал меч.

Колени воина врезались в камень.

И тогда рыжеволосый внезапно закричал:

— Эй, урод!

Орк повернулся.

Парень стоял прямо посреди улицы, вращая меч в руке.

И улыбался.

— Если служишь тьме… мог бы хотя бы зубы почистить перед боем.

На секунду даже Каэль растерялся.

А затем Громар в ярости бросился на него.

— Ты идиот?! — крикнула Лиарэ.

— Очень возможно!

Но именно это спасло Каэля.

Пока орк переключился на нового противника, воин наконец поднялся.

И впервые за бой увидел шанс.

—

Позже, когда орков удалось временно оттеснить от центра деревни, Каэль подошёл к рыжеволосому у разрушенного колодца.

Парень вытирал кровь с разбитой губы.

— Значит, ты и есть Каэль Варден, — сказал он. — Честно? Думал, ты постарше.

— А я думал, ты умнее.

Рыжеволосый рассмеялся.

— Меня зовут Рейнар.

Он протянул руку.

— И, похоже… теперь у вас стало на одну проблему больше.

Битва за Виндхолл закончилась только к рассвету.

Снег был чёрным от пепла.

Разрушенные дома всё ещё горели, а на улицах лежали тела людей и орков вперемешку. Воздух пропитался дымом, кровью и холодом.

Но Громар отступил.

Впервые.

—

Орочий вождь стоял на холме за пределами деревни, тяжело дыша. Из-под треснувшей брони текла тёмная кровь. Несколько глубоких ран, оставленных Каэлем и Рейнаром, даже тьма не могла исцелить мгновенно.

Нер’Талис сделал его сильнее.

Но не бессмертным.

Громар сорвал с плеча расколотый наплечник и с яростью отбросил его в снег.

— Я почти убил его… — прорычал орк.

Тени вокруг начали двигаться.

Голос Нер’Талиса прозвучал прямо в его голове:

— Нет.

Громар сжал кулаки.

— Он был слабее меня.

— И всё же ты отступил.

Орк резко обернулся, словно хотел увидеть саму тьму.

Но вокруг была лишь снежная буря.

— Дай мне ещё воинов.

— Воины не решат исход этой войны.

Багровый свет вспыхнул в темноте.

— Каэль опасен не мечом.

Громар тяжело дышал.

— Тогда чем?

Тишина длилась несколько секунд.

А затем Нер’Талис ответил:

— Тем, что другие готовы идти за ним.

—

Тем временем в Виндхолле люди готовились покинуть деревню.

Слишком много погибших.

Слишком мало защитников.

Даже если орки не вернутся сегодня — они вернутся скоро.

На центральной площади царила тяжёлая тишина. Жители собирали остатки вещей, грузили телеги и прощались с домами.

Некоторые плакали.

Некоторые смотрели на север с ненавистью.

А некоторые — со страхом.

Рейнар сидел на перевёрнутой бочке у разрушенного колодца, перевязывая руку.

Каэль подошёл к нему.

— Ты неплохо держался.

Рыжеволосый хмыкнул.

— От тебя это звучит почти как похвала.

Каэль посмотрел на его мечи.

— Где научился так драться?

— Там и сям.

— Очень содержательно.

Рейнар усмехнулся.

— А ты всегда такой мрачный?

— Да.

— Тяжело тебе живётся.

Несколько секунд Каэль молчал.

А затем неожиданно спросил:

— Почему остался?

Рейнар поднял взгляд.

— В смысле?

— Мог сбежать вместе с остальными.

Парень некоторое время крутил в руках кинжал.

— Потому что уже видел, что бывает, когда никто не остаётся.

Каэль нахмурился, но не стал расспрашивать дальше.

Он слишком хорошо знал такой взгляд.

Взгляд человека, потерявшего слишком многое.

—

Лиарэ в это время помогала раненым в часовне света.

Магия исцеления давалась ей всё тяжелее. После битвы с Громаром она выглядела уставшей, а под глазами появились тёмные круги.

Королева Аэлинар осторожно подошла к ней.

— Ты истощаешь себя.

— У нас нет времени отдыхать.

— У мёртвых тоже нет времени.

Лиарэ устало закрыла глаза.

— Если бы мы прибыли раньше…

Аэлинар мягко положила руку ей на плечо.

— Ты не можешь спасти всех.

Лиарэ тихо ответила:

— Каэль пытается.

Королева посмотрела в сторону улицы, где воин помогал людям покидать деревню.

— Именно поэтому я боюсь за него больше всего.

—

К вечеру длинная колонна жителей двинулась на юг.

Женщины, дети, раненые.

Последние выжившие Виндхолла.

А позади них, среди снегов и разрушенных баррикад, оставались Каэль и несколько десятков воинов.

Прикрывать отход.

Ветер усиливался.

С севера снова доносились далёкие орочьи барабаны.

Рейнар подошёл к Каэлю, закидывая меч за спину.

— Ну что, герой… похоже, нас опять хотят убить.

Каэль проверил клинок.

— Привыкай.

Рейнар посмотрел на уходящую колонну людей.

— Мы ведь не удержим деревню, да?

Долгое молчание.

Потом Каэль спокойно ответил:

— Нет.

— Тогда зачем остаёмся?

Воин поднял взгляд на север.

Где среди снежной бури уже двигались тёмные силуэты.

— Чтобы они успели уйти дальше.

Снег усиливался.

Ветер завывал среди разрушенных домов Виндхолла, разнося пепел по пустым улицам. Последние жители уже скрылись далеко на южной дороге, а у северных баррикад оставались лишь Каэль, Лиарэ, Рейнар и несколько десятков воинов.

Они слышали орков.

Те не спешили.

Громар перегруппировывал силы.

—

Каэль стоял на остатках деревянной стены, всматриваясь в снежную бурю.

Рейнар подошёл к нему, держа в руках два кубка с горячим вином.

— Никогда не думал, что буду защищать деревню бок о бок с легендарным героем.

Каэль даже не повернулся.

— Я не легенда.

— Ну да. Просто человек, за которым гоняется древняя тьма и целая орочья армия.

Рейнар протянул ему кубок.

— Звучит довольно легендарно.

Каэль всё же взял напиток.

Несколько секунд они молчали.

А потом Рейнар неожиданно спросил:

— Ты правда веришь, что мы можем победить это?

Воин долго смотрел в метель.

— Нет.

Рейнар усмехнулся.

— Отлично. Очень вдохновляет.

— Но я верю, что мы можем выиграть время.

Рыжеволосый нахмурился.

— Для чего?

Каэль медленно посмотрел на него.

— Чтобы кто-то после нас всё ещё жил в мире, где есть солнце.

Рейнар ничего не ответил.

Впервые за всё время его улыбка исчезла.

—

В это же время Лиарэ находилась в часовне света.

Перед ней на каменном столе лежала древняя карта северных земель. Рядом стояла королева Аэлинар.

Лиарэ провела пальцами по символам.

— Слишком быстро.

— Что именно? — спросила королева.

— Нер’Талис.

Она подняла взгляд.

— Раньше ему требовались годы, чтобы восстановить силу через носителей. Теперь — месяцы.

Аэлинар нахмурилась.

— Почему?

Лиарэ некоторое время молчала.

А затем тихо произнесла:

— Потому что он становится ближе к своей истинной форме.

В часовне повисла тишина.

Даже свечи дрогнули.

— Ты думаешь, он уже может существовать без носителя? — спросила королева.

— Нет… пока нет.

Лиарэ посмотрела на север.

— Но скоро сможет.

—

Внезапно снаружи раздался тревожный рог.

Один раз.

Потом второй.

Каэль мгновенно поднялся на стене.

Сквозь бурю двигались силуэты.

Но это были не орки.

Лошади.

Всадники.

Израненный отряд людей вырвался из снежной мглы и почти влетел в деревню.

Их капитан едва держался в седле.

— Открывайте! — прохрипел он. — Они идут за нами!

Ворота распахнулись.

Люди буквально рухнули внутрь Виндхолла.

Один из воинов был ранен настолько тяжело, что умер прямо у ворот.

Каэль подошёл к капитану.

— Кто вас преследует?

Тот поднял испуганные глаза.

— Не орки.

По спине Каэля пробежал холод.

— Тогда кто?

Капитан тяжело сглотнул.

— Тролли.

—

Через несколько минут земля начала дрожать.

Медленно.

Тяжело.

Каждый удар отдавался в камнях.

Рейнар нервно усмехнулся:

— Ну конечно. Почему бы и нет.

А затем они увидели их.

Три огромные фигуры появились из снежной бури.

Северные тролли.

Каждый ростом почти с башню.

С серой каменной кожей и цепями вместо доспехов.

Но хуже было другое.

Их глаза светились багровым светом.

Нер’Талис уже добрался и до них.

Лиарэ побледнела.

— Он послал их раньше орков…

Каэль понял всё сразу.

Громар не собирался штурмовать деревню снова.

Тролли должны были сломать защиту.

А орки — добить выживших.

Первый тролль поднял огромный камень и с рёвом швырнул его в стену.

Раздался оглушительный треск.

Баррикада разлетелась.

И среди метели Каэль вдруг услышал знакомый шёпот:

— Ты устал, Каэль…

Тьма снова говорила с ним.

— Сколько ещё смертей тебе нужно увидеть… прежде чем ты поймёшь?

Воин медленно сжал меч.

А затем спокойно ответил вслух:

— Недостаточно.

И бросился навстречу троллям.

Первый тролль ударил в стену снова.

Камни и брёвна разлетелись в стороны. Несколько воинов не успели отскочить — чудовищная лапа буквально смела их с укреплений.

Люди дрогнули.

Даже эльфийские лучники начали отступать.

Потому что северные тролли были не просто огромны.

Они были созданы для войны.

Ростом с осадную башню, с кожей твёрдой как камень и силой, способной ломать ворота крепостей голыми руками.

Но Каэль уже сталкивался с подобными существами раньше.

И знал их слабость.

Тролли были медлительны.

Неповоротливы.

А под основанием шеи, между пластинами костяной брони, находилось единственное уязвимое место.

Добраться до него почти невозможно.

Если только…

—

— Отвлеките его! — крикнул Каэль.

Лиарэ сразу поняла замысел.

Она подняла руки, и ледяные цепи вырвались из земли, обвивая ноги тролля. Чудовище взревело и попыталось вырваться.

Рейнар ухмыльнулся.

— О, нет. Опять безумный план.

— Есть идеи лучше? — бросил Каэль.

— Вообще-то нет.

Рыжеволосый сорвался с места.

Он метнулся прямо под ноги троллю, заставляя чудовище размахивать огромной дубиной. Один удар снёс половину дома.

— Эй, каменная башка! — заорал Рейнар. — Попробуй попасть!

Тролль взревел и шагнул за ним.

Именно этого Каэль и ждал.

Воин рванул вперёд.

Он использовал упавшую телегу как опору, прыгнул на обломок стены, а затем прямо на руку чудовища.

Тролль попытался стряхнуть его, но Каэль уже карабкался выше.

Снизу Лиарэ с ужасом наблюдала за этим.

— Он сумасшедший…

Рейнар тяжело дыша усмехнулся:

— Да. Но сейчас это нам очень помогает.

—

Тролль взревел и ударил рукой по собственной груди, пытаясь сбросить человека.

Каэль едва удержался.

Пальцы скользнули по каменной коже.

Ещё секунда — и он сорвётся вниз прямо под ноги чудовищу.

И тогда снова раздался голос Нер’Талиса.

Тихий.

Вкрадчивый.

— Ты можешь закончить всё сейчас…

Мир будто замедлился.

— Просто упади.

Перед глазами Каэля на мгновение возникли: мертвые деревни, лица погибших, Тариэн, Виндхолл в огне.

— Ты устал…

Воин стиснул зубы.

А затем с яростью ударил кулаком по каменной коже тролля.

— Заткнись.

Каэль добрался до плеча чудовища.

Тролль начал мотать головой, пытаясь достать его.

Но было поздно.

Воин поднял меч обеими руками.

И вонзил клинок прямо под основание шеи.

Раздался чудовищный рёв.

Тролль сделал несколько шагов назад, ломая дома своим телом.

А затем рухнул.

Земля содрогнулась от удара.

—

Но остальные два тролля уже приближались.

И теперь они были готовы.

Их багровые глаза следили только за Каэлем.

Нер’Талис учился даже через них.

Один из троллей внезапно сорвал с земли огромный кусок стены и швырнул его прямо в Каэля.

— Каэль! — закричала Лиарэ.

Воин едва успел спрыгнуть с мёртвого чудовища.

Камень врезался в тушу тролля, расколов улицу.

Рейнар подбежал к нему.

— Очень прошу… скажи, что у тебя есть план и на остальных.

Каэль тяжело поднялся.

Кровь стекала по виску.

Он посмотрел на двух приближающихся гигантов.

Потом на рушащиеся дома Виндхолла.

И тихо ответил:

— Пока нет.

Два оставшихся тролля медленно двигались через разрушенный Виндхолл.

Каждый их шаг сотрясал землю.

Один тащил за собой вырванное дерево, словно дубину. Второй просто ломал дома руками, расчищая себе путь.

И оба смотрели только на Каэля.

Нер’Талис направлял их.

—

Каэль тяжело дышал, вытирая кровь с лица.

Лиарэ быстро подошла к нему.

— Ты ранен.

— Потом.

Он не отрывал взгляда от троллей.

Рейнар нервно осматривался вокруг.

— Хорошая новость — мы пока живы.

Тролль снёс очередной дом.

— Плохая — ненадолго.

Каэль внезапно посмотрел в сторону старой площади.

Туда, где возле северной стены стояла осадная катапульта. Её приготовили жители ещё до начала штурма, но использовать так и не успели.

И рядом с ней…

полуразрушенная каменная башня часовни.

Воин мгновенно понял.

— Мы не сможем убить их по одному, — сказал он. — Нужно уронить башню.

Лиарэ нахмурилась.

— Она нестабильна. Если промахнёмся—

— Тогда они доберутся до людей.

Рейнар проследил за его взглядом.

А затем медленно улыбнулся.

— Ну вот. А я уже начал переживать, что сегодня не будет безумных идей.

—

План был прост.

И почти самоубийственен.

Рейнар должен был добраться до катапульты.

Лиарэ — ослабить основание башни магией льда.

А Каэль…

должен был удерживать внимание двух троллей.

В одиночку.

—

— Это плохой план, — тихо сказала Лиарэ.

Каэль посмотрел на неё.

— Другого нет.

Она хотела что-то ответить.

Но не успела.

Потому что первый тролль уже бросился вперёд.

—

Каэль рванул навстречу чудовищам.

Тролль ударил деревом сверху вниз.

Воин перекатился буквально в последний момент. Удар расколол землю.

— Эй! — крикнул Каэль. — Я здесь!

Багровые глаза чудовищ вспыхнули ярче.

Они пошли за ним.

Именно этого он и добивался.

—

Тем временем Рейнар мчался через разрушенные улицы к катапульте.

Вокруг свистели камни.

Орки снова начали приближаться к деревне.

— Ну конечно… — пробормотал он. — Слишком спокойно было.

Добравшись до осадной машины, он быстро осмотрел механизм.

Старый.

Тяжёлый.

Но рабочий.

— Только бы не развалилась…

—

Лиарэ уже стояла у основания башни.

Она положила ладони на холодный камень.

И начала читать заклинание.

Лёд медленно пополз по трещинам.

Башня задрожала.

Но слишком медленно.

Слишком.

—

Тем временем Каэль отступал всё глубже к площади.

Тролли ломали улицы за его спиной.

Один удар чудовища снёс остатки кузницы.

Второй едва не раздавил воина.

Каэль тяжело дышал.

Он был быстрее.

Но силы заканчивались.

И тогда Нер’Талис снова заговорил:

— Ты всё равно не спасёшь их…

Тролль ударил снова.

Каэль едва увернулся.

— Посмотри вокруг.

Воин на секунду увидел: горящий Виндхолл, мертвецов в снегу, испуганных людей на южной дороге.

— Сколько ещё должны умереть ради твоей надежды?

Каэль сжал меч.

И вдруг понял:

Нер’Талис пытался не запугать его.

А сломать.

Медленно.

Шаг за шагом.

—

— Каэль! СЕЙЧАС! — закричал Рейнар.

Воин резко обернулся.

Катапульта была готова.

Тролли уже почти вошли на площадь.

Идеально.

Каэль сорвался с места.

Прямо между двумя чудовищами.

— Давай! — крикнул он.

Рейнар опустил рычаг.

Катапульта взревела.

Огромный каменный снаряд пролетел через площадь и врезался прямо в основание башни.

Раздался оглушительный треск.

Вся часовня содрогнулась.

Лиарэ резко выбросила руки вперёд.

Лёд мгновенно разорвал последние опоры.

И башня начала падать.

Тролли подняли головы слишком поздно.

Каменная громада обрушилась прямо на них.

Удар был настолько мощным, что вся площадь дрогнула.

Облако пыли и снега взметнулось в воздух.

Наступила тишина.

Только тяжёлое дыхание Каэля.

Рейнар нервно усмехнулся:

— Пожалуйста… скажите, что это сработало.

Несколько секунд ничего не происходило.

А затем из-под обломков донёсся рёв.

Один из троллей всё ещё был жив.

Рёв был таким громким, что с крыш посыпался снег.

Обломки башни начали двигаться.

Один из троллей всё ещё жил.

Его гигантская рука вырвалась наружу, разбрасывая каменные глыбы. Багровые глаза вспыхнули среди пыли и дыма.

Но чудовище было тяжело ранено.

Половину тела придавило башней.

Каменная кожа потрескалась.

Из ран вытекала густая чёрная кровь.

Рейнар побледнел.

— Да вы издеваетесь…

Тролль начал выбираться наружу.

Медленно.

Но неумолимо.

И хуже всего было то, что второй тролль под завалами затих слишком быстро.

Слишком.

Каэль понял первым.

— Второй жив.

Лиарэ резко обернулась.

— Откуда ты—

В этот момент другая часть обломков взорвалась изнутри.

Второй тролль вырвался наружу с яростным рёвом.

Теперь он был покрыт трещинами, а один глаз превратился в кровавую рану. Но Нер’Талис удерживал его на ногах.

Тьма буквально двигала чудовище.

— Назад! — крикнул Каэль.

Тролль схватил огромный кусок колонны и швырнул его через площадь.

Рейнар едва успел пригнуться.

Камень снёс остатки катапульты.

— Вот теперь я официально ненавижу троллей!

—

Первый тролль наконец выбрался из-под башни.

Хромая.

Медленно.

Но всё ещё смертельно опасный.

И тогда Каэль увидел шанс.

Трещины на шее чудовища.

Башня всё же повредила костяную броню.

Недостаточно для смерти.

Но достаточно…

— Лиарэ! — крикнул он. — Заморозь ему ноги!

Эльфийка мгновенно подняла руки.

Лёд вырвался из земли и обвил ноги раненого тролля.

Чудовище заревело, пытаясь освободиться.

— Рейнар!

— Уже понял!

Рыжеволосый сорвался с места.

Он взбежал по обломкам башни, словно по лестнице, перепрыгивая через падающие камни.

Тролль заметил его слишком поздно.

Рейнар прыгнул прямо чудовищу на спину.

— Ну привет, уродливый!

Тролль взревел и начал трясти телом.

Но Рейнар уже карабкался выше.

К шее.

—

Тем временем второй тролль рванул к Лиарэ.

Слишком быстро.

Даже раненый, он оставался чудовищем.

Каэль бросился наперерез.

Удар дубины встретился с мечом.

Раздался страшный звон.

Воин едва удержался на ногах.

Кровь потекла по ладоням.

Тролль давил его чистой силой.

И снова голос Нер’Талиса прошептал внутри:

— Ты проигрываешь…

Каэль почувствовал, как тьма пытается проникнуть глубже.

Не в тело.

В мысли.

В усталость.

В страх.

— Ты не сможешь спасти их всех…

Воин вдруг вспомнил Тариэна.

Старого архимага среди руин Фаэль-Дора.

«Тьма сильнее всего там, где человек перестаёт верить.»

Каэль резко выдохнул.

И вместо того чтобы отступить…

шагнул вперёд.

Тролль не ожидал этого.

Воин проскользнул прямо под ударом чудовища и вонзил меч ему в колено.

Тролль рухнул на одно колено с рёвом.

— Сейчас! — закричал Каэль.

Лиарэ собрала остатки сил.

Ледяное копьё вспыхнуло в её руках.

И ударило тролля прямо в глаз.

Чудовище взревело так громко, что даже орки вдалеке остановились.

А затем начало падать.

—

В это же время Рейнар наконец добрался до шеи первого тролля.

Он держался буквально одной рукой.

— Ну… либо сейчас… либо никогда…

Тролль резко дёрнулся.

Рейнар чуть не сорвался вниз.

Но всё же поднял меч.

И с криком вонзил клинок прямо в трещину под шеей.

Раздался хруст.

Тролль замер.

А затем медленно рухнул вперёд.

Вместе с Рейнаром.

—

Когда пыль осела, площадь погрузилась в тишину.

Оба чудовища были мертвы.

Люди на стенах начали кричать от радости.

Но Каэль не улыбался.

Потому что за северной бурей снова звучали барабаны.

Их стало больше.

Гораздо больше.

Громар возвращался.

Ночь опускалась на Виндхолл.

Разрушенная деревня тонула в дыму и снегу. Башня часовни лежала грудой камня посреди площади, улицы были завалены телами троллей и орков, а северный ветер разносил запах крови далеко по равнинам.

Но Каэль уже понимал:

Виндхолл не удержать.

Тролли разрушили стены.

Ворота были уничтожены.

А армия Громара приближалась.

Их было слишком много.

—

На остатках северной баррикады собрались выжившие защитники.

Лиарэ выглядела истощённой. Магия далась ей слишком дорого. Рейнар сидел прямо на снегу, пытаясь перевязать плечо.

— Ну что, — выдохнул он, — есть хорошие новости?

Каэль посмотрел на север.

В снежной буре уже двигались огни факелов.

Сотни.

— Жители ушли достаточно далеко, — спокойно сказал он.

Рейнар тяжело вздохнул.

— Это был очень красивый способ сказать, что мы бросаем деревню.

— Мы её спасли.

— На пару часов.

Каэль перевёл взгляд на него.

— Иногда пары часов достаточно.

Рейнар замолчал.

Потому что понимал — он прав.

—

Лиарэ подошла ближе.

— Громар ворвётся сюда ещё до рассвета.

Каэль кивнул.

— Поэтому мы оставим ему подарок.

Рейнар оживился:

— О, вот это уже звучит лучше.

—

Они быстро начали готовить ловушки.

Оставшиеся бочки с маслом перенесли к главным улицам.

Под завалами домов спрятали эльфийские руны льда.

Рейнар вместе с несколькими воинами укрепил старый мост внутри деревни, а затем заложил подпорки так, чтобы его можно было обрушить одним ударом.

Но самый опасный сюрприз готовила Лиарэ.

В подземелье часовни света находилось древнее хранилище лампадного огня — магического пламени, которое использовали жрецы ещё во времена первых войн.

Если его высвободить…

полдеревни вспыхнет за секунды.

— Это слишком рискованно, — тихо сказал Каэль, наблюдая, как Лиарэ вычерчивает руны.

— Именно поэтому сработает.

Он подошёл ближе.

— А если огонь выйдет из-под контроля?

Лиарэ подняла на него уставшие глаза.

— Тогда Виндхолл станет могилой и для нас тоже.

Несколько секунд Каэль молчал.

А затем неожиданно коснулся её руки.

Очень осторожно.

— Тогда мы уходим раньше.

Лиарэ замерла на мгновение.

И едва заметно улыбнулась.

—

Через час всё было готово.

Последние защитники медленно отходили через южную дорогу.

Снег скрывал следы.

Тишина казалась почти мёртвой.

Именно тогда на северной улице появились первые орки.

Они входили в Виндхолл осторожно.

Слишком осторожно.

После троллей и ловушек Громар больше не недооценивал людей.

Сам орк появился вскоре после них.

Огромный силуэт в чёрной броне медленно прошёл через разрушенные ворота.

Его раны были перевязаны цепями и тёмной тканью, но багровый свет под кожей всё ещё пульсировал.

Громар осматривал деревню молча.

Слишком тихо.

Слишком пусто.

И тогда он понял.

— ЛОВУШКА! — взревел орк.

Слишком поздно.

—

Рейнар дёрнул верёвку.

Мост рухнул.

Десятки орков вместе с варгами исчезли в ледяном овраге.

В тот же миг Лиарэ активировала руны.

Лёд вырвался из-под улиц, замораживая передние ряды орков прямо на месте.

Началась паника.

А затем Каэль бросил факел.

Огонь коснулся масла.

И Виндхолл вспыхнул.

Пламя пронеслось по улицам с чудовищной скоростью. Загорелись дома, баррикады и склады. Взрыв лампадного огня разорвал центр деревни ослепительной волной света.

Орков охватил хаос.

Крики смешались с рёвом пламени.

Даже Громар отступил на шаг, закрывая лицо рукой.

А где-то внутри огня Нер’Талис почувствовал нечто новое.

Не страх.

Ярость.

—

С холма южнее деревни Каэль, Лиарэ и Рейнар наблюдали, как Виндхолл исчезает в огне.

Никто не говорил.

Потому что все понимали:

это была не победа.

Лишь отсрочка.

Рейнар первым нарушил молчание.

— Ну… зато теперь это точно не их деревня.

Лиарэ устало покачала головой.

А Каэль всё смотрел на север.

Туда, где среди огня стоял Громар.

Даже отсюда было видно:

орк не сводил глаз именно с него.

Пламя Виндхолла было видно даже за много миль.

Каэль стоял на заснеженном холме вместе с Лиарэ, Рейнаром и остатками защитников деревни. Никто не говорил.

Внизу горел последний рубеж севера.

Огонь пожирал улицы, башни и дома, превращая Виндхолл в море золы.

А среди пламени неподвижно стоял Громар Череполом.

Даже отсюда было видно его багровые глаза.

Орк смотрел прямо на Каэля.

Словно давал обещание.

Рейнар первым нарушил тишину:

— Знаете… у меня очень плохое предчувствие насчёт всего этого.

Лиарэ устало закрыла глаза.

А Каэль продолжал смотреть на север.

Туда, где за снежной бурей уже собиралась настоящая война.

И где-то далеко во тьме Нер’Талис впервые улыбался.

Когда пал Виндхолл, война наконец началась.

Глава 2. Пепел Виндхолла

Южный тракт тонул в снегу.

Колонна беженцев двигалась медленно: повозки скрипели, дети плакали от холода, раненые едва держались в седлах. Позади, далеко на севере, небо всё ещё было окрашено красным.

Виндхолл продолжал гореть.

Никто не оглядывался.

Потому что все понимали — дома больше нет.

—

Каэль ехал впереди колонны вместе с несколькими разведчиками. Он почти не спал с момента битвы.

Слишком многое не давало покоя.

Нер’Талис менялся.

Слишком быстро.

И хуже всего было то, что тьма теперь начала говорить с ним чаще.

Иногда — во сне.

Иногда — даже наяву.

—

К вечеру путники добрались до старой крепости Харен-Кар.

Когда-то это был пограничный форт людей, защищавший южные дороги. Теперь же крепость выглядела полуразрушенной: трещины в стенах, пустые башни и обветренные ворота.

Но это было лучше, чем открытая равнина.

Беженцы начали размещаться внутри двора.

Лиарэ помогала раненым, Аэлинар разговаривала с капитанами стражи, а Рейнар, сидя на бочке у костра, задумчиво рассматривал север.

Каэль подошёл к нему.

— Ты слишком тихий.

Рейнар усмехнулся:

— А ты слишком хорошо меня знаешь для человека, которого встретил два дня назад.

Каэль сел рядом.

Несколько секунд они молчали.

Потом Рейнар неожиданно спросил:

— Ты ведь уже воевал против чего-то подобного?

Каэль долго смотрел на огонь.

— Нет.

— Но выглядишь так, будто уже видел конец света.

Воин медленно ответил:

— Я видел, что делает страх с людьми.

Рейнар нахмурился.

— И?

Каэль поднял взгляд.

— Иногда чудовища рождаются не во тьме.

А среди тех, кто пытается выжить.

—

В это время в одном из внутренних залов крепости Лиарэ изучала карту северных земель.

Но мысли её были далеко.

Она снова вспоминала голос Нер’Талиса.

«Я вспомнил твоё имя, Каэль Варден.»

Почему именно Каэль?

Почему тьма так интересуется человеком, которого никогда раньше не встречала?

Лиарэ чувствовала:

в этой истории есть что-то, чего они пока не понимают.

И именно это пугало сильнее всего.

—

Внезапно двери зала распахнулись.

Внутрь вбежал разведчик.

Запыхавшийся.

Испуганный.

— Ваше Величество… — прохрипел он. — Северные дороги перекрыты.

Аэлинар резко поднялась.

— Орки?

— Не только.

Разведчик тяжело сглотнул.

— Люди тоже.

В зале наступила тишина.

— Объясни, — холодно произнесла королева.

— Несколько человеческих лордов уже присягнули чёрному знамени.

Даже Каэль медленно поднял голову.

— Что?

Разведчик выглядел так, будто сам не верил своим словам.

— Они говорят… что Нер’Талис принесёт новый порядок. Что север невозможно остановить.

Лиарэ побледнела.

Печать Света защищала от насильственного вселения.

Но не от добровольного выбора.

И Нер’Талис начал использовать это.

—

Где-то далеко на севере Громар стоял на вершине чёрной крепости.

Внизу маршировали тысячи орков.

Гоблины ковали оружие.

Тролли ревели в ледяных ямах.

А над всем этим возвышалось огромное чёрное знамя.

Нер’Талис наблюдал через глаза Малгара.

Тьма вокруг трона двигалась всё быстрее.

Она становилась плотнее.

Почти живой.

Громар опустился на колено.

— Люди начинают склоняться перед тобой.

Тишина.

А затем Бесплотный Голод тихо ответил:

— Нет.

Багровые глаза вспыхнули в темноте.

— Они склоняются перед страхом.

И впервые за многие века Нер’Талис почувствовал нечто, похожее на надежду.

Прошла неделя после падения Виндхолла.

Колонна беженцев наконец добралась до южных земель Астериона — сильнейшего человеческого королевства, которое всё ещё удерживало северные границы.

Впервые за долгое время люди увидели настоящие каменные стены.

Крепость Редхарн возвышалась над долиной словно гора:

огромные башни;железные ворота;сотни знамен с серебряным львом Астериона.

Но даже здесь ощущалась тревога.

Стражники на стенах не улыбались.

Кузницы работали днём и ночью.

А на дорогах было слишком много солдат.

Война уже добралась и сюда.

—

Когда ворота открылись, беженцы буквально рухнули внутрь крепости.

Некоторые плакали от облегчения.

Некоторые — от усталости.

Каэль же сразу заметил другое.

На главной башне рядом со знаменем Астериона висело ещё одно.

Чёрное.

Разорванное.

Трофей.

Лиарэ тоже увидела его.

— Они уже сталкивались с армией Громара.

Каэль молча кивнул.

—

Вечером героев пригласили в зал совета.

Там они впервые встретили короля Астериона.

Король Альдрик III Валлен оказался именно таким, каким о нём рассказывали:

высокий даже в старости;седые волосы;тяжёлый взгляд человека, пережившего слишком много войн.

На нём не было короны.

Только старый боевой плащ и меч у трона.

Когда Каэль вошёл, Альдрик внимательно посмотрел на него.

Очень внимательно.

— Значит, это ты удержал Виндхолл.

Каэль спокойно ответил:

— Мы лишь выиграли время.

Король медленно кивнул.

— Иногда именно время решает судьбу королевств.

—

В зале находились и другие.

Лорды.

Генералы.

Советники.

И почти все они выглядели напуганными.

Один из дворян резко поднялся:

— Ваше Величество, мы не можем принимать всех северных беженцев! У нас не хватит продовольствия!

Другой поддержал его:

— Если Громар уже уничтожил Виндхолл, то следующими будут наши города!

— Нужно укреплять столицу, а не спасать деревни!

В зале начался шум.

И тогда Альдрик ударил кулаком по столу.

Тишина наступила мгновенно.

Старый король медленно поднялся.

— Пока я сижу на этом троне… Астерион не бросит свой народ.

Даже Каэль посмотрел на него с уважением.

—

Но затем заговорил другой человек.

Худой лорд в дорогих одеждах.

— А если война уже проиграна?

В зале снова стало тихо.

Лорд продолжил осторожно:

— Из Велгарда приходят тревожные вести. Король Эдрик предлагает переговоры с севером.

Рейнар тихо усмехнулся:

— Конечно. Всегда найдётся идиот, решивший договориться с тьмой.

Но Альдрик не улыбнулся.

Потому что понимал:

это уже не просто слухи.

—

Позже ночью Каэль стоял на стенах Редхарна.

Внизу мерцали огни лагерей беженцев.

Рейнар подошёл к нему с двумя кружками горячего вина.

— Похоже, у людей всё ещё хуже, чем у орков.

Каэль взял кружку.

— Орки хотя бы не притворяются кем-то другим.

Рейнар некоторое время молчал.

А потом тихо спросил:

— Как думаешь… если бы Нер’Талис предложил мир… люди бы согласились?

Каэль долго смотрел в темноту.

— Некоторые — да.

— А ты?

Воин ответил не сразу.

— Мир, построенный на страхе… всегда заканчивается рабством.

Рейнар усмехнулся:

— Вот за это ты мне и нравишься. Ты говоришь как человек, который уже видел подобное.

Каэль не ответил.

Потому что Рейнар был прав.

—

Тем временем далеко на западе, в золотом городе Велгарде, король Эдрик сидел в своём тронном зале среди свечей и шёпота советников.

Перед ним лежало письмо.

Без подписи.

Только чёрная печать с багровой трещиной.

Король долго смотрел на неё.

А затем тихо произнёс:

— Оставьте меня.

Когда зал опустел, Эдрик медленно сломал печать.

И впервые за долгое время его руки дрогнули.

Потому что письмо заканчивалось всего одной фразой:

«Повелитель Тьмы предлагает вам выбор.»

Ночь в Велгарде никогда не была по-настоящему тёмной.

Даже после заката золотая столица сияла тысячами огней:

фонари вдоль мраморных улиц;свет в окнах дворцов;отражения свечей в каналах и золотых куполах.

Это был город богатства.

Город власти.

Город, слишком давно не видевший настоящей войны.

И в самом сердце этой роскоши, в высоком тронном зале, сидел король Эдрик Веларион.

—

Он был ещё относительно молод для правителя.

Чуть старше Каэля.

Тёмные волосы с лёгкой проседью у висков, идеальная осанка, дорогие одежды без единой складки. Даже сейчас, поздней ночью, Эдрик выглядел так, словно только что вышел на приём.

Но внимательный человек сразу заметил бы главное.

Король почти никогда не снимал перчатки.

Потому что его руки часто дрожали.

Не от старости.

От постоянного напряжения.

—

Эдрик родился не воином.

Он вырос среди:

дипломатов,придворных интриг,ядов,заговоров,торговых союзов.

Пока другие короли учились держать меч —

Эдрик учился удерживать власть.

И надо признать:

он делал это блестяще.

За годы его правления Велгард стал богатейшим королевством людей:

торговля процветала;порты были переполнены;казна ломилась от золота.

Его народ любил его.

Но не потому, что он был героем.

А потому что при нём никто не голодал.

И никто не воевал.

—

Проблема была в том…

что Эдрик слишком хорошо понимал цену войны.

Особенно той, которую невозможно выиграть.

—

Король медленно перечитал письмо.

«Повелитель Тьмы предлагает вам выбор.»

Всего одна строчка.

Но за ней чувствовалось что-то страшное.

Не угроза.

Уверенность.

Эдрик поднялся с трона и подошёл к окну.

Внизу спал Велгард.

Его город.

Его люди.

Его ответственность.

И впервые за много лет король почувствовал настоящий страх.

Потому что где-то глубоко внутри понимал:

если армии Громара дойдут сюда —

всё это исчезнет.

Золото.

Дворцы.

Власть.

История.

—

Дверь тихо открылась.

В зал вошёл старый советник — лорд Северан.

Один из немногих людей, которым Эдрик действительно доверял.

— Ваше Величество… вы приказали никого не впускать.

— Я передумал.

Северан сразу заметил письмо.

И его лицо побледнело.

— Значит… слухи правдивы.

Эдрик долго молчал.

А затем тихо спросил:

— Как далеко северные армии?

— После падения Виндхолла… слишком близко.

Король медленно закрыл глаза.

— А если Астерион падёт?

Северан не ответил.

Потому что оба знали ответ.

Тогда Велгард останется один.

—

Эдрик подошёл к столу и налил себе вина.

Но даже сейчас его рука едва заметно дрожала.

— Скажи мне честно, Северан.

Старик насторожился.

— Да, мой король?

Эдрик посмотрел прямо на него.

— Мы можем победить?

Тишина длилась слишком долго.

И именно это было страшнее любых слов.

—

Впервые за всю жизнь Эдрик Веларион начал задумываться:

а что, если единственный способ спасти своё королевство…

это склонить голову перед тьмой?

Северные равнины содрогались под поступью армии.

Тысячи орков двигались через заснеженные долины:

чёрные знамёна;костры лагерей;барабаны войны;скрежет железа.

Между ними шагали тролли.

Огромные.

Закованные в ржавые цепи и броню из костей.

Даже земля будто пыталась отступить под их весом.

Впереди армии, на чёрном варге, ехал Громар Череполом.

Его доспех всё ещё хранил следы битвы за Виндхолл:

трещина на наплечнике;глубокий шрам на шее;ожоги от эльфийской магии.

Но хуже всего была не боль.

А унижение.

Он не смог убить Каэля.

И тьма внутри него помнила это.

—

На третий день похода армия остановилась у руин древнего храма.

Когда-то здесь молились забытым богам людей.

Теперь же вокруг стояли лишь:

обрушенные колонны;статуи без лиц;чёрный снег.

Орки избегали этого места.

Даже тролли вели себя тише.

Потому что здесь ждал Он.

—

Громар спрыгнул с варга и вошёл внутрь разрушенного святилища.

В центре зала стояла фигура в чёрном плаще.

Малгар.

Новый носитель Нер’Талиса.

Но даже сейчас казалось, будто тело человека едва удерживает нечто куда более древнее.

Тени вокруг него двигались сами по себе.

Словно дышали.

Громар опустился на колено.

— Повелитель.

Несколько секунд стояла тишина.

А затем Нер’Талис заговорил через голос Малгара.

Тихо.

Но так, будто его слова звучали сразу в голове.

— Ты злишься.

Громар сжал кулак.

— Виндхолл должен был пасть быстрее.

— Но не пал.

Орк поднял голову.

В багровых глазах вспыхнула ярость.

— Люди сражались как загнанные звери. А этот человек…

Тени вокруг Малгара дрогнули.

— Каэль Варден.

Громар нахмурился.

Ему не нравилось, как Нер’Талис произносил это имя.

Слишком спокойно.

Слишком… заинтересованно.

—

— Мы приближаемся к Редхарну, — прорычал орк. — Город людей слабее эльфийских крепостей. Мы прорвём стены.

Нер’Талис медленно подошёл к разрушенному алтарю.

Пальцы Малгара коснулись древнего камня.

И тот мгновенно почернел.

— Нет.

Громар удивлённо поднял взгляд.

— Нет?

— Ты всё ещё мыслишь как воин.

Тени за спиной носителя начали вытягиваться длинными щупальцами.

— Но войны выигрывают не только силой.

Орк раздражённо ударил кулаком по колонне.

Камень треснул.

— У нас:

тролли,орки,северные кланы,гоблины,тысячи воинов!

Чего ещё ждать?!

Нер’Талис медленно повернулся к нему.

И впервые за долгое время Громар почувствовал настоящий холод.

— Стены.

Тишина.

— Люди боятся нас, — продолжил Бесплотный Голод. — А страх делает их опасными.

Он подошёл ближе.

— Загнанный зверь кусает сильнее.

—

Громар медленно выдохнул.

— Тогда что ты предлагаешь?

Тени вокруг Малгара закружились быстрее.

— Голод.

Орк молчал.

Нер’Талис продолжил:

— Люди за стенами сильны.

Но:

их пища не бесконечна;их союзники далеко;их короли не едины.

При этих словах тьма словно улыбнулась.

— Пока они спорят…

мы будем расти.

—

Громар оскалился.

— Орки не любят ждать.

— Зато любят побеждать.

Ответ прозвучал мгновенно.

И это заставило орка замолчать.

—

Нер’Талис подошёл к пролому в стене храма.

Вдалеке, среди снежной бури, уже виднелись башни Редхарна.

Высокие.

Массивные.

Неприступные.

Пока что.

— Посмотри на них, Громар.

Орк встал рядом.

— Что я должен увидеть?

Тишина.

А затем Нер’Талис тихо произнёс:

— Будущее.

—

Внезапно тени вокруг носителя дрогнули.

На мгновение Громар увидел странное видение.

Не Редхарн.

Не север.

А огромные города в огне.

Падающие королевства.

Чёрные знамёна над эльфийскими башнями.

И тысячи существ, склоняющих головы перед бесформенной тьмой.

Видение исчезло так же быстро.

Орк тяжело выдохнул.

— Это… возможно?

Багровые глаза Малгара вспыхнули.

— Это неизбежно.

—

Но затем Нер’Талис неожиданно замолчал.

Тени вокруг него на мгновение стали беспокойными.

Громар сразу это заметил.

— Что случилось?

Ответ последовал не сразу.

— Свет движется.

Орк нахмурился.

— Каэль?

— Не только.

Тьма медленно сгустилась вокруг носителя.

— Короли начинают просыпаться.

И впервые за всё время в голосе Нер’Талиса прозвучало нечто новое.

Раздражение.

Редхарн готовился к осаде.

Днём и ночью на стенах горели факелы.

Кузницы не замолкали ни на час.

Во дворах крепости:

точили копья;натягивали тетивы;таскали камни к катапультам.

Город больше не жил.

Он ждал.

—

На главной стене Каэль наблюдал за северной равниной.

Снег медленно кружился в холодном воздухе.

Тихо подошла Лиарэ.

— Разведчики вернулись.

Каэль даже не обернулся.

— Сколько?

— Слишком много.

Эльфийка остановилась рядом.

— Орки разбивают лагеря в трёх милях от крепости. Они не торопятся.

Воин нахмурился.

— Значит, это уже не просто набег.

Лиарэ медленно кивнула.

— Нер’Талис учится.

Эти слова прозвучали тяжелее любого оружия.

—

Внизу во дворе Рейнар спорил с капитаном городской стражи.

— Если тролли пойдут через западные ворота — вы не удержите проход!

Седой капитан раздражённо рявкнул:

— А ты кто такой, чтобы учить меня обороне?!

— Человек, который видел, как тролль вырывает ворота вместе с половиной стены!

Несколько солдат нервно переглянулись.

Рейнар был молод.

Слишком молод.

Но после Виндхолла ему начали верить.

—

В этот момент раздался звук рога.

Длинный.

Низкий.

Тревожный.

Все на стенах одновременно подняли головы.

На севере, среди снежной бури, начали появляться тени.

Сначала несколько.

Потом десятки.

Потом сотни.

Армия Громара пришла.

—

Даже закалённые ветераны побледнели.

Орки растягивались по всей равнине чёрной рекой.

Между ними двигались тролли.

А позади, словно живое пятно тьмы, поднималось нечто ещё более страшное.

Чёрный шатёр.

Никто не видел, кто находится внутри.

Но Каэль почувствовал сразу.

Нер’Талис.

—

Рейнар тихо присвистнул.

— Ну… теперь я официально начинаю сожалеть, что вообще вышел из дома.

Лиарэ едва заметно улыбнулась.

Даже сейчас.

Даже перед войной.

Этот рыжий идиот somehow умудрялся разгонять страх.

—

Но Каэль продолжал смотреть вперёд.

Что-то было не так.

Слишком тихо.

Слишком организованно.

И тогда он понял.

— Они не собираются штурмовать стены.

Лиарэ резко посмотрела на него.

— Что?

— Пока нет.

Он указал вниз.

Орки уже начинали:

строить укрепления;расставлять баллисты;копать рвы.

Рейнар нахмурился.

— Они хотят взять нас измором?

Каэль медленно кивнул.

И это было хуже.

—

Позднее ночью в зале совета собрались:

Альдрик III,Аэлинар,генералы людей,эльфийские командиры,Каэль,Лиарэ,Рейнар.

На столе лежала карта Редхарна.

Король Альдрик выглядел мрачнее обычного.

— Продовольствия хватит примерно на два месяца.

Один из генералов тяжело выдохнул.

— А потом?

Тишина.

Ответа не было.

—

Аэлинар первой нарушила молчание.

— Нер’Талис специально затягивает осаду. Он знает, что страх и голод сделают за него половину работы.

Рейнар скрестил руки.

— Тогда нужно ударить первыми.

Несколько генералов недовольно переглянулись.

— Самоубийство, — буркнул один из них.

Но Каэль неожиданно произнёс:

— Нет.

Все посмотрели на него.

— Он прав.

Лиарэ удивлённо нахмурилась.

Каэль медленно подошёл к карте.

— Громар уверен в своей армии. А Нер’Талис уверен, что мы будем сидеть за стенами.

Палец воина остановился на северном ущелье.

— Значит, нужно ударить туда, где они не ждут.

—

Альдрик внимательно посмотрел на него.

— Ты предлагаешь вылазку?

— Я предлагаю убить их уверенность.

Тишина в зале стала почти осязаемой.

—

Рейнар усмехнулся.

— Вот теперь узнаю старого мрачного Каэля.

Лиарэ тихо спросила:

— И что именно ты задумал?

Каэль поднял взгляд.

И впервые за долгое время в его глазах появилось что-то опасное.

— Мы уничтожим их припасы.

—

Тем временем далеко за пределами крепости Громар стоял среди лагеря орков.

Снег падал на его чёрную броню.

К нему подошёл один из шаманов.

— Люди не выходят за стены.

Орк усмехнулся.

— Выйдут.

— Почему ты так уверен?

Громар медленно поднял голову к Редхарну.

— Потому что Каэль Варден не умеет прятаться.

—

А в глубине чёрного шатра багровые глаза Нер’Талиса медленно открылись во тьме.

И Бесплотный Голод тихо прошептал:

— Иди ко мне, Каэль…

Ночь перед вылазкой выдалась особенно холодной.

Над Редхарном кружил снег, а внизу, за стенами крепости, мерцали тысячи огней орочьего лагеря.

Слишком много.

Слишком близко.

—

Каэль стоял в оружейном дворе возле осёдланных лошадей и проверял ремни на наручах.

Вокруг готовился небольшой ударный отряд:

лучшие разведчики Астериона;несколько эльфийских лучников;Рейнар;двое ветеранов Виндхолла.

Все понимали:

если их заметят —

назад они не вернутся.

—

Тихие шаги за спиной.

Каэль даже не обернулся.

— Ты слишком громко ходишь для эльфа.

Лиарэ остановилась рядом.

— А ты слишком хорошо научился замечать, когда я рядом.

На мгновение между ними повисла тишина.

Та самая.

Которую не хотелось разрушать.

—

Лиарэ посмотрела на северные огни.

— Мне не нравится этот план.

— Мне тоже.

Она нахмурилась.

— Тогда почему ты идёшь?

Каэль спокойно затянул ремень меча.

— Потому что Нер’Талис ждёт, что мы спрячемся за стенами.

— А если он ждёт именно этого?

Воин наконец поднял взгляд.

Лиарэ продолжила:

— Он меняется, Каэль. Учится. Думает наперёд. Виндхолл был грубой силой… но сейчас всё иначе.

Она подошла ближе.

— Если бы я была Нер’Талисом… я бы позволила вам пройти.

Каэль молчал.

И именно это тревожило её сильнее всего.

—

— Это может быть ловушка.

— Может.

— Тогда зачем—

— Потому что другого выхода нет.

Ответ прозвучал жёстче, чем он хотел.

Лиарэ тихо выдохнула.

— Ты всегда выбираешь самый опасный путь?

— Обычно самый опасный путь и есть единственный.

—

Она долго смотрела на него.

Потом тихо спросила:

— И ты правда готов рискнуть всеми этими людьми?

Каэль перевёл взгляд на солдат.

На молодых мальчишек, пытавшихся скрыть страх.

На ветеранов, слишком уставших для страха.

На Рейнара, который делал вид, будто всё происходящее — очередное приключение.

А затем тихо ответил:

— Я пытаюсь сделать так, чтобы им не пришлось защищать эти стены от голода через месяц.

—

Лиарэ медленно опустила глаза.

Она понимала.

И именно поэтому злилась.

—

— Ты невозможен, Каэль Варден.

В уголке губ воина появилась едва заметная улыбка.

— Мне уже говорили.

—

Но затем лицо Лиарэ снова стало серьёзным.

Очень серьёзным.

— Тогда пообещай мне кое-что.

— Что именно?

— Если почувствуешь, что это западня… отступай.

Каэль хотел ответить сразу.

Но остановился.

Потому что не был уверен, сможет ли.

—

Лиарэ всё поняла без слов.

И это испугало её.

—

Через несколько секунд она тихо произнесла:

— Хорошо.

Каэль нахмурился.

Слишком спокойно.

Слишком легко.

Но Лиарэ уже развернулась к выходу.

—

— Куда ты?

Эльфийка остановилась у арки.

И не оборачиваясь ответила:

— Исправлять твой ужасный план.

—

Спустя час, когда ударный отряд уже покидал западные ворота Редхарна, Каэль заметил странное.

На северной стене крепости внезапно вспыхнули серебряные руны.

Одна за другой.

Тихо.

Почти незаметно.

Воин резко поднял голову.

— Лиарэ…

—

А далеко впереди, в заснеженном лесу между лагерями орков, начали просыпаться древние эльфийские камни.

Старые.

Забытые.

Оставшиеся здесь ещё со времён первых войн Элариона.

Лиарэ тайно отправила нескольких эльфийских магов активировать древние путевые печати.

Если Каэль попадёт в ловушку —

рунные камни:

скроют отряд туманом;нарушат связь шаманов орков;и на короткое время ослепят тьму Нер’Талиса.

Но был риск.

Огромный риск.

Потому что использование древней магии мог почувствовать сам Бесплотный Голод.

—

И в ту же самую секунду в чёрном шатре среди лагеря орков багровые глаза Нер’Талиса медленно открылись.

Тени вокруг него зашевелились.

Он почувствовал свет.

Древний свет Элариона.

И впервые за долгое время…

улыбнулся.

Каэль ехал впереди.

Рядом двигался Рейнар, закутанный в тёмный плащ.

Молодой мечник нервно оглядывался по сторонам.

— Знаешь… мне не нравится, насколько тихо.

— Мне тоже.

— Нет, я серьёзно. Обычно перед ужасной смертью я хотя бы слышу предупреждение.

Несколько воинов тихо усмехнулись.

Даже сейчас Рейнар каким-то образом удерживал людей от паники.

—

Через час пути впереди показались первые орочьи укрепления.

Небольшие сторожевые посты.

Клетки с варгами.

Деревянные башни.

Но главное находилось дальше.

Огромные склады под чёрными навесами.

Там хранилось:

мясо;зерно;оружие;бочки с маслом;припасы для всей армии Громара.

Каэль остановил отряд жестом.

— Слишком легко.

Рейнар тихо выдохнул:

— О, прекрасно. Значит, мы всё-таки идём в ловушку.

—

Каэль внимательно осматривал лагерь.

Стражи было мало.

Слишком мало.

Орки не могли быть настолько беспечны.

И тогда он заметил.

Следы.

Много следов.

Слишком свежих.

Кто-то недавно намеренно увёл основные силы из лагеря.

—

В этот момент в лесу справа что-то щёлкнуло.

Каэль мгновенно обернулся.

— В укрытие!

Слишком поздно.

Из темноты взвились горящие стрелы.

Земля вокруг вспыхнула.

Орки выскочили из снега со всех сторон.

Ловушка захлопнулась.

—

Раздался рёв варгов.

С деревьев посыпались гоблины.

Орочьи лучники открыли огонь.

Один из людей рухнул в снег ещё до того, как успел поднять щит.

— КОНТАКТ СПРАВА! — закричал Рейнар, выхватывая меч.

Каэль уже понял главное.

Их ждали.

—

Из снежной бури медленно появился Громар Череполом.

Огромный орк ехал верхом на чёрном варге.

За ним двигались десятки тяжёлых воинов.

Багровые глаза орка остановились на Каэле.

— Я говорил… что ты не умеешь прятаться.

—

Рейнар тихо процедил:

— Ну конечно. А я ещё надеялся на спокойную ночь.

—

Орки начали смыкать кольцо.

Каэль быстро оценивал ситуацию.

Слишком много врагов.

Слишком открытая местность.

Если они задержатся —

их уничтожат.

И тогда…

земля внезапно вспыхнула серебряным светом.

—

Эльфийские руны.

Лиарэ.

Снег вокруг лагеря поднялся вихрем.

Туман мгновенно накрыл поле боя.

Орочьи шаманы закричали.

Их магия начала рассыпаться.

Гоблины в панике потеряли ориентиры.

Громар резко поднялся в седле.

— ЧТО ЭТО?!

—

Каэль сразу понял.

Лиарэ всё-таки вмешалась.

И подарила им шанс.

—

— К складам! — рявкнул он.

Отряд сорвался вперёд сквозь серебряный туман.

Орки пытались остановить их, но древняя магия Элариона ломала видимость:

тени двигались неправильно;звуки отражались эхом;снег скрывал силуэты.

Даже Громар на мгновение потерял Каэля из виду.

—

Рейнар первым добрался до навесов.

— Масло! Здесь масло!

Каэль уже поджигал факел.

В этот момент туман вокруг них дрогнул.

И холод внезапно стал сильнее.

Намного сильнее.

Слишком сильным для обычной зимы.

—

Каэль медленно поднял голову.

Тени между шатрами начали двигаться.

Не орки.

Не люди.

Что-то другое.

Что-то бесформенное.

Нер’Талис наблюдал.

—

Голос Бесплотного Голода прозвучал сразу отовсюду:

— Ты становишься предсказуемым, Каэль Варден…

Рейнар нервно сглотнул.

— Скажи, что это не то, о чём я думаю.

— Беги к складам, — тихо ответил Каэль.

— А ты?

Воин медленно вытащил меч.

Тьма вокруг начала сгущаться.

— Я задержу его.

Серебряный туман Лиарэ медленно рассеивался над лагерем орков.

И вместе с ним исчезало их преимущество.

—

Рейнар уже поджигал бочки с маслом.

Пламя быстро расползалось по деревянным навесам.

Орочьи склады вспыхивали один за другим.

В небо поднимались столбы чёрного дыма.

— ДАВАЙ, ДАВАЙ… ГОРИ! — орал Рейнар, отталкивая орка ударом ноги.

Позади него один из воинов Астериона метнул факел прямо в телеги с зерном.

Раздался взрыв.

Орки закричали.

Началась паника.

И именно этого Каэль и добивался.

—

Но сам он уже понимал:

они не успеют уйти без потерь.

—

Громар прорвался через туман первым.

Огромный орк буквально смёл двоих людей с дороги.

Его варг врезался в строй воинов как таран.

Каэль встретил его ударом меча.

Сталь столкнулась с чёрным топором.

Раздался страшный звон.

Воин едва удержался на ногах.

Он был быстрее.

Но Громар был чудовищно силён.

—

— ТЫ СНОВА УБЕГАЕШЬ, ЧЕЛОВЕК?! — проревел орк.

Каэль молча уклонился от нового удара.

Топор расколол землю там, где он стоял секунду назад.

Но затем…

тени вокруг дрогнули.

—

Нер’Талис приближался.

Не телом.

Силой.

Мир вокруг будто начал темнеть.

Снег чернел прямо под ногами.

Воздух становился тяжёлым.

Каэль почувствовал знакомый шёпот в голове.

— Ты устал…

Удар Громара отбросил его назад.

Воин рухнул на колено.

—

Рейнар увидел это.

— КАЭЛЬ!

Но между ними уже прорвались орки.

—

Каэль попытался подняться.

Слишком медленно.

Тьма давила сильнее с каждой секундой.

Громар спрыгнул с варга и медленно пошёл к нему.

— На этот раз… ты умрёшь.

—

Воин поднял меч.

Но рука дрогнула.

Впервые за всё время Лиарэ почувствовала настоящий страх.

Со стены Редхарна она видела происходящее через древние руны.

И понимала:

ещё немного —

и Каэль не вернётся.

—

Эльфийка резко поднялась с колен.

Кровь текла по её ладоням от перенапряжения магии.

Другие маги испуганно посмотрели на неё.

— Лиарэ, если ты используешь столько силы—

— Я знаю.

Она уже не слушала.

—

На поле боя Громар занёс топор.

И в этот момент ночь вспыхнула серебряным светом.

—

С неба ударили лучи магии.

Древние руны Элариона загорелись по всему лесу.

Орки закричали.

Шаманов отбросило на землю.

Даже Нер’Талис отступил.

—

Лиарэ стояла на стене Редхарна, окружённая сиянием.

Её глаза светились серебром.

Ветер поднялся вокруг неё ураганом.

И впервые за всю войну магия света ударила по-настоящему.

—

Громар взревел от боли.

Свет буквально прожигал тьму внутри него.

Орк отшатнулся.

И этого оказалось достаточно.

—

Каэль собрал остатки сил и ударил мечом.

Клинок рассёк броню Громара у плеча.

Чёрная кровь брызнула на снег.

Орк заревел так громко, что задрожали шатры.

Но в тот же момент тьма вокруг резко ударила в ответ.

—

Каэль почувствовал, будто его грудь разрывают изнутри.

Нер’Талис ударил прямо в его сознание.

Мир исчез.

Шёпот.

Тьма.

Холод.

А затем…

ничего.

—

Рейнар первым добрался до него.

— КАЭЛЬ!

Воин лежал в снегу без движения.

Из-под доспехов текла кровь.

Глаза были закрыты.

—

Позади них склады армии Громара вспыхнули окончательно.

Огонь пожирал:

провизию;осадные орудия;телеги;масло.

Пламя было видно даже из Редхарна.

И орки впервые начали отступать в панике.

—

Рейнар тяжело выдохнул и подхватил Каэля.

— Только попробуй сейчас умереть… ты слишком мрачный, чтобы оставить меня одного.

—

Отряд отступал через лес под прикрытием эльфийской магии.

Но сам Каэль уже не слышал ничего.

—

Когда ворота Редхарна открылись, Лиарэ первой бросилась к нему.

И замерла.

Потому что увидела:

кровь;разорванные доспехи;следы тьмы на коже.

А главное —

он не приходил в сознание.

—

— Целителей! Быстро!

Но в её голосе уже звучал страх.

Настоящий.

—

Позже ночью весь Редхарн говорил только об одном.

Небольшой отряд Каэля сумел:

уничтожить запасы армии тьмы;сжечь осадные припасы;задержать наступление Громара.

Это была первая большая победа людей.

Но сам герой этой победы лежал без сознания.

И даже лучшие целители Аэлинар не могли сказать…

проснётся ли он снова.

Редхарн не спал уже третью ночь.

Даже после победы никто не чувствовал облегчения.

Да, склады армии тьмы сгорели.

Да, наступление удалось задержать.

Но цена оказалась слишком высокой.

—

В одном из внутренних залов крепости, превращённом в лазарет, стояла почти мёртвая тишина.

Только:

треск свечей;запах трав;шёпот целителей.

И дыхание Каэля.

Тяжёлое.

Неровное.

—

Лиарэ сидела рядом уже несколько часов.

Она почти не двигалась.

Её пальцы были покрыты серебряными рунами исцеления, но даже магия света работала слишком медленно.

Следы тьмы на теле Каэля не исчезали.

Иногда казалось, будто они двигаются под кожей.

—

В дверях появился Рейнар.

На этот раз без привычной улыбки.

Он выглядел непривычно серьёзным.

— Как он?

Лиарэ не сразу ответила.

— Жив.

И после короткой паузы добавила:

— Пока.

—

Рейнар тяжело выдохнул и прислонился к стене.

— Знаешь… он мне сразу не понравился.

Лиарэ впервые за ночь едва заметно улыбнулась.

— Почему?

— Слишком мрачный. Такие люди обычно втягивают остальных в конец света.

Она тихо произнесла:

— Возможно… так и есть.

—

Тишину нарушил грохот рога со стен.

Оба мгновенно подняли головы.

Тревога.

—

Через несколько минут зал совета снова наполнился людьми.

Король Альдрик стоял у карты крепости.

Его лицо было мрачнее обычного.

— Орки начали движение.

Один из капитанов нахмурился.

— Штурм?

— Нет.

Разведчик сглотнул.

— Они… начали уходить в южные деревни.

Лиарэ сразу всё поняла.

— Они ищут еду.

—

Рейнар тихо выругался.

—

Другой разведчик шагнул вперёд.

— В лагерях армии тьмы начались драки. Тролли нападают даже на орков.

Альдрик медленно кивнул.

— Значит, удар Каэля сработал.

Но радости в его голосе не было.

Потому что теперь происходило именно то, чего он боялся.

Армия Громара начинала пожирать север.

—

В этот момент двери распахнулись.

В зал вошёл гонец.

Из Велгарда.

Пыльный.

Измождённый.

Он сразу опустился на колено.

— Послание от короля Эдрика Велариона.

Тишина стала тяжёлой.

Альдрик развернул письмо.

И чем дольше читал —

тем холоднее становился его взгляд.

—

— Что там? — спросила Аэлинар.

Король медленно поднял голову.

— Велгард не отправит войска.

По залу прокатился шум.

—

— Что?!

— Они с ума сошли?!

— Север падёт!

—

Но Альдрик поднял руку.

И в зале снова стало тихо.

Он дочитал последние строки.

А затем произнёс:

— Эдрик предлагает начать переговоры.

Лиарэ почувствовала холод.

— С кем?

Король посмотрел прямо на неё.

— С Нер’Талисом.

—

Рейнар нервно рассмеялся.

— Ну конечно. Почему бы просто не пригласить тьму внутрь?

Но никто не улыбнулся.

Потому что все понимали:

если Велгард выйдет из войны —

Астерион останется один.

—

Тем временем далеко на севере лагерь орков уже начинал трещать изнутри.

Голод делал своё дело.

Возле костров дрались орки.

Варги рвали цепи.

А тролли ревели так, будто чувствовали приближение безумия.

—

В центре лагеря Громар Череполом в ярости опрокинул огромный стол.

— МЫ ТЕРЯЕМ ВРЕМЯ!

Орочьи вожди молчали.

Никто не хотел говорить первым.

—

Нер’Талис стоял в глубине шатра.

Неподвижно.

Тени вокруг него двигались медленно и спокойно.

Слишком спокойно.

Это раздражало Громара ещё сильнее.

—

— Пока мы ждём, мои воины жрут друг друга!

Бесплотный Голод ответил тихо:

— И всё же они всё ещё подчиняются тебе.

— Ненадолго!

Орк ударил кулаком по собственной броне.

— Мы должны штурмовать Редхарн сейчас!

Тишина.

А затем Нер’Талис медленно повернул голову.

— И потерять половину армии о стены?

— Лучше умереть в бою, чем гнить от голода!

—

Тени в шатре внезапно задрожали.

Нер’Талис подошёл ближе.

— Ты всё ещё не понимаешь, Громар.

Багровые глаза вспыхнули.

— Мне не нужно уничтожать Редхарн.

Орк нахмурился.

— Тогда зачем всё это?!

И впервые за долгое время тьма улыбнулась через лицо Малгара.

— Потому что люди уже начинают уничтожать себя сами.

Глава 3. Трещины во льду

Редхарн больше не выглядел как крепость, которая победила.

Он выглядел как крепость, которая выжила.

Снаружи стены были целы, рвы укреплены, дозоры усилены — но внутри воздух стал другим. Тяжелее. Люди ходили быстрее, говорили тише, спали хуже. Победа над орочьими складами не принесла радости — она лишь отсрочила то, что все уже чувствовали кожей: следующая волна будет хуже.

Гораздо хуже.

—

Каэль не приходил в сознание уже вторые сутки.

Лиарэ почти не отходила от него.

Иногда она ловила себя на том, что просто сидит и смотрит, как под его кожей медленно пульсируют тёмные следы. Они не расползались — но и не исчезали. Будто что-то внутри него нашло себе место и теперь не собиралось уходить.

— Он не должен был выжить после такого, — тихо сказал один из целителей.

Лиарэ не подняла взгляда.

— Значит, он и не выжил.

Целитель хотел возразить, но передумал.

Потому что сам не был уверен.

—

Тем временем в зале совета снова спорили.

И на этот раз спор был не о стратегии.

А о доверии.

— Велгард не просто отказался от войны, — резко сказал генерал Астериона, ударив пальцем по карте. — Они оставляют нас одних!

— Они предлагают переговоры, — спокойно ответил один из советников. — Это попытка остановить резню.

— Это капитуляция под другим названием!

Аэлинар стояла у окна и молчала.

Когда она наконец заговорила, голос был холодным:

— Это страх.

Все замолчали.

— Король Эдрик не трус, — осторожно сказал кто-то.

Аэлинар повернулась.

— Нет. Он просто слишком хорошо считает.

Эти слова повисли в воздухе тяжелее обвинений.

—

Король Альдрик не вмешивался.

Он стоял у стола и смотрел на карту так, будто пытался увидеть в ней то, чего там не было.

— Если Велгард выйдет из войны, — наконец произнёс он, — север перестанет быть фронтом. Он станет добычей.

Никто не ответил.

Потому что все это уже поняли.

—

И в этот момент двери зала открылись.

Без стука.

Без предупреждения.

Внутрь вошёл гонец.

На этот раз не из Велгарда.

Из южных деревень.

Он едва держался на ногах.

— Деревня Керн… сожжена.

Тишина рухнула мгновенно.

— Орки? — резко спросил Альдрик.

Гонец покачал головой.

— Нет… жители.

—

Секунду никто не понял.

Потом кто-то прошептал:

— Что значит «жители»?

Гонец сглотнул.

— Они сами сожгли склады. Убили старосту. И… пошли на север.

Лиарэ медленно подняла голову.

— Куда именно?

— К лагерям беженцев.

—

В зале стало так тихо, что было слышно треск свечей.

Аэлинар побледнела.

— Это уже не война, — сказала она. — Это распад.

—

Тем временем далеко за стенами Редхарна армия Громара действительно менялась.

Но не так, как ожидали люди.

Не распадалась.

А мутировала.

Голод делал орков не просто агрессивными — он делал их непредсказуемыми. Сильные подчиняли слабых. Слабые объединялись в стаи. Варги рвали цепи и исчезали в лесах. Тролли уходили первыми — туда, где чувствовали добычу.

И всё это больше не требовало приказов.

Тьма внутри армии начала учиться жить без хозяина.

—

В центре этого хаоса стоял Громар.

Он больше не кричал.

Потому что понял: крик больше не работает.

Он смотрел на свои лагеря и впервые видел не армию.

А стадо.

— Он этого и хотел, — тихо сказал шаман за его спиной.

Громар резко повернулся.

— Что?

Шаман не поднял глаз.

— Нер’Талис. Он не управляет нами напрямую. Он ломает то, что держит нас вместе.

Орк сжал кулак.

— И зачем?

И тогда голос из темноты ответил сам.

— Чтобы вы стали честнее.

Громар обернулся.

Тени за его спиной дрогнули.

— Ты теряешь контроль, — прорычал он.

—

Нер’Талис не ответил сразу.

Он как будто слушал лагерь.

Слушал, как умирает порядок.

— Нет, — наконец произнёс он через Малгара. — Я его создаю.

Громар оскалился.

— Это не порядок! Это хаос!

Тени медленно сдвинулись ближе.

— Хаос — это то, что остаётся, когда ложь перестаёт работать.

—

Громар шагнул вперёд.

— Ты обещал мне победу.

И впервые за всё время в голосе Бесплотного Голода появилось что-то почти человеческое.

— Я не обещал тебе мир.

Пауза.

— Я обещал тебе конец старого.

—

И это было хуже любого предательства.

Потому что Громар понял: он никогда не был союзником.

Он был инструментом.

—

Тем временем в Редхарне Каэль наконец открыл глаза.

—

Сначала был только свет.

Потом боль.

Потом голос.

— Он пришёл в себя! — крикнул кто-то.

Лиарэ оказалась рядом быстрее, чем кто-либо успел отреагировать.

Её руки дрожали, но она не позволила себе выдать это.

— Не двигайся, — тихо сказала она.

Каэль попытался вдохнуть глубже — и тут же поморщился.

— Плохая идея… — хрипло произнёс он.

Рейнар, стоявший у двери, выдохнул с таким облегчением, будто впервые за неделю дышал нормально.

— Я уже начал думать, что придётся самому спасать мир.

—

Но Лиарэ не улыбнулась.

Она смотрела на него слишком внимательно.

— Ты чувствовал его?

Каэль понял сразу.

Тишина.

Потом медленный кивок.

— Да.

Этого хватило, чтобы в комнате стало холоднее.

—

Лиарэ тихо выдохнула.

— Он оставил след.

Каэль закрыл глаза на секунду.

— Он не просто ударил меня.

Пауза.

— Он… слушал.

—

Рейнар нахмурился.

— Это вообще нормально?

Никто не ответил.

—

А далеко на севере Нер’Талис стоял среди рушащегося порядка своей армии и впервые за долгое время не наблюдал за людьми.

Он наблюдал за чем-то другим.

За тем, как выбор начинает побеждать страх.

И тихо произнёс:

— Теперь вы начнёте делать всё сами.

Тени вокруг него медленно сомкнулись.

И война перестала быть войной армий.

Она стала войной решений.

Редхарн не был тихим — он был напряжённым.

Как натянутая струна, которая ещё не порвалась только потому, что никто не решился её тронуть.

Прошло несколько дней после вылазки.

Каэль всё ещё не вставал с постели полностью, но уже мог открывать глаза без того, чтобы мир расплывался в темноту. Следы тьмы под кожей не исчезли — они стали глубже, тоньше, будто не болезнь, а метка.

Лиарэ почти не отходила от него.

И это начинало раздражать Каэля больше, чем боль.

— Ты не обязана сидеть здесь, — хрипло сказал он однажды.

— Обязана, — спокойно ответила она.

— Почему?

Лиарэ не сразу посмотрела на него.

— Потому что ты единственный, кто видел его и остался собой.

Этого было достаточно, чтобы разговор закончился.

Но не мысли.

—

Тем временем за стенами Редхарна армия Громара переживала то, чего не переживают армии тьмы — последствия собственной силы.

Провизия была уничтожена.

Планы нарушены.

Осада, которая должна была быть медленным удушением, превратилась в голодную ловушку для самих осаждающих.

Громар стоял у костра и смотрел, как его воины режут пайки вдвое.

Потом ещё.

И ещё.

— Мы можем взять деревни на юге, — сказал один из вожаков.

Громар медленно повернул голову.

— Ты предлагаешь разбежаться?

— Я предлагаю кормить армию.

Удар был быстрым.

Вожак рухнул в снег, даже не успев осознать, что сказал последнее слово.

Громар вытер топор.

— Мы не разбегаемся, — прорычал он. — Мы давим.

Но даже он понимал: это уже не та армия, что шла на Виндхолл.

Она стала нервной.

Злой.

Голодной.

И самое опасное — непредсказуемой.

—

В центре этого хаоса Нер’Талис наблюдал.

Не в поле.

Не среди воинов.

А внутри.

Через глаза.

Через слух.

Через слабые трещины в сознании тех, кто уже начал сомневаться.

И он нашёл их.

Слабое звено.

—

В Редхарне начали происходить странные вещи.

Сначала — мелочи.

Потерянные припасы.

Открытые ворота ночью.

Ошибки в дозорах.

Потом — хуже.

Двое солдат не вернулись с обхода, хотя нашли их следы прямо у внутреннего двора.

И наконец — смерть.

Без следов боя.

Без крика.

Только пустота.

—

Лиарэ первой почувствовала это.

Она стояла у стены, глядя на город, и руны света под её кожей слегка дрожали.

— Он здесь, — тихо сказала она.

Каэль, всё ещё слабый, опёрся на перила рядом.

— Где?

Лиарэ медленно покачала головой.

— Не «где».

Пауза.

— «Кто-то».

—

Рейнар воспринял это проще всех.

— Отлично, — сказал он, проверяя клинок. — Значит, у нас теперь есть не только армия снаружи, но и проблема внутри. Баланс соблюдён.

— Ты не понимаешь, — резко ответила Лиарэ.

— Нет, понимаю. Просто стараюсь не сойти с ума.

—

Тем временем в лагере орков начали подозревать друг друга.

Потому что страх Нер’Талиса был не в том, что он атакует.

А в том, что он уже мог быть рядом.

В любом.

—

Громар вызвал шаманов.

— Найдите его, — приказал он.

— Кого?

Громар медленно поднял взгляд.

— Того, кто смотрит моими глазами.

Тишина.

И впервые шаманы не посмеялись.

—

А в Редхарне всё началось с одного человека.

Солдата, который слишком долго стоял на посту у восточной башни.

Он не спал двое суток.

И когда его нашли, он просто стоял.

С мечом в руках.

Смотрел на город.

И улыбался.

—

Каэль увидел его первым.

— Назад! — крикнул он.

Но было поздно.

Солдат обернулся.

И на секунду его глаза стали не его.

Глубокие.

Чёрные.

Спокойные.

—

— Он нашёл вход, — прошептал голос внутри него.

И в тот же момент солдат бросился вперёд.

Не как безумец.

Как тот, кто наконец получил приказ.

—

Редхарн ещё не пал.

Но впервые враг был уже внутри стен.

Ночь в Редхарне была тихой.

Слишком тихой.

Аэлинар стояла на верхней террасе западной башни и смотрела на снежные равнины за стенами крепости. Ветер медленно трепал её серебряный плащ, а далеко внизу догорали огни орочьих лагерей.

После уничтожения складов армия Громара стала слабее.

Но не менее опасной.

И это тревожило её сильнее всего.

—

Позади бесшумно появился один из хранителей Элариона.

Старый эльф в тёмных одеждах.

— Вы снова не спите, Ваше Величество.

Аэлинар не обернулась.

— А ты снова задаёшь вопросы, ответы на которые знаешь.

Старик едва заметно улыбнулся.

Но улыбка быстро исчезла.

— Мы потеряли ещё один световой узел на севере.

Теперь Аэлинар медленно повернулась.

— Где?

— Руины Тал-Мирэна.

Тишина.

Это было плохо.

Очень плохо.

—

Тал-Мирэн был не просто древним святилищем.

Он был частью старой сети света Элариона —

магической системы, созданной ещё во времена первых войн против тьмы.

Пока узлы оставались активными:

Нер’Талис не мог свободно распространять своё влияние,тьма слабела возле древних рун,а носителям становилось труднее удерживать контроль.

Но теперь узлы начали гаснуть.

Один за другим.

—

Аэлинар медленно закрыла глаза.

Она чувствовала это уже давно.

Свет проигрывал не в битвах.

Он проигрывал временем.

—

— Сколько осталось активных святилищ? — тихо спросила она.

— На севере — четыре.

Слишком мало.

Когда-то их были сотни.

—

Хранитель осторожно посмотрел на королеву.

— Вы ведь понимаете… если сеть падёт полностью…

— Тогда Нер’Талис сможет войти куда угодно.

Она произнесла это спокойно.

Слишком спокойно.

—

На столе в башне лежали раскрытые древние карты.

Не военные.

Старые.

Ещё времён первой эпохи.

А рядом —

записи архимага Тариэна.

Аэлинар изучала их уже третью ночь подряд.

И чем больше читала —

тем сильнее начинала бояться.

Потому что всё чаще находила упоминания одного и того же.

Не имени.

Титула.

«Несущий Предел.»

—

Она остановила взгляд на старой фразе, почти стёртой временем:

«Когда Бесплотный Голод проснётся вновь, он станет искать не сильнейшего…

а того, кто способен пройти сквозь тьму и остаться собой.»

—

Аэлинар медленно опустила руку на страницу.

Каэль.

—

Она вспомнила:

как Нер’Талис произносил его имя;как тьма пыталась говорить именно с ним;как он пережил удар, который должен был убить любого человека.

И впервые за сотни лет Аэлинар почувствовала настоящий страх не за королевство.

За одного человека.

—

В этот момент дверь башни открылась.

Лиарэ вошла быстро, почти без обычного спокойствия.

И это сразу насторожило королеву.

— Что случилось?

Лиарэ несколько секунд молчала.

Потом тихо сказала:

— Он снова говорил во сне.

Аэлинар замерла.

— Каэль?

Лиарэ кивнула.

— Но… не как раньше.

— Что именно он сказал?

Лиарэ медленно подняла взгляд.

И впервые за долгое время в её глазах появился страх.

Настоящий.

— Он говорил не с Нер’Талисом.

Тишина.

— А с чем-то, что боится даже он.

Редхарн медленно начинал трещать.

Не стены.

Люди.

—

После появления одержимого солдата в крепости начались проверки.

Жёсткие.

Почти отчаянные.

Каждого стражника допрашивали.

Каждого беженца проверяли магией света.

Ночные патрули удвоили.

Некоторым семьям запретили покидать внутренние дворы.

И чем сильнее становился контроль —

тем быстрее рос страх.

Именно этого и добивался Нер’Талис.

—

Во дворах Редхарна уже шептались:

«Тьма может быть внутри любого.»

И это было опаснее орков за стенами.

—

Альдрик III Валлен понимал это слишком хорошо.

Старый король стоял у окна своего зала и слушал, как внизу снова спорят лорды.

— Нужно выгнать северных беженцев!

— Это среди них появились слуги тьмы!

— Мы сами впустили заразу в крепость!

Альдрик медленно сжал кулак.

Ещё месяц назад эти люди говорили о чести.

Теперь —

о страхе.

—

Тем временем глубоко под Редхарном, в старых эльфийских катакомбах, Аэлинар готовилась к тому, чего не делала уже сотни лет.

Перед ней находился древний световой узел.

Один из последних.

Огромное кольцо рун медленно вращалось в воздухе, наполняя тёмный зал серебряным свечением.

Внутри круга плавали фрагменты света.

Обрывки памяти.

Магические отпечатки.

Эхо.

—

Лиарэ наблюдала молча.

— Ты уверена, что готова это сделать?

Аэлинар долго не отвечала.

Потому что ответ был:

нет.

—

— Если записи Тариэна сохранились внутри сети… — тихо произнесла она, — то сейчас они могут быть нестабильны.

— Ты думаешь, он всё ещё осознаёт себя?

Королева медленно посмотрела на древние руны.

— Я думаю… он слишком боялся исчезнуть полностью.

Световой узел дрожал всё сильнее.

Руны вращались вокруг зала серебряными кольцами, а внутри них медленно собирался силуэт Тариэн.

Нестабильный.

Разбитый.

Словно разум, склеенный из тысяч осколков.

—

Лиарэ застыла.

Потому что узнала его сразу.

Даже спустя смерть.

Даже спустя тьму.

—

Тариэн медленно поднял голову.

Его взгляд был расфокусированным.

Будто он видел одновременно:

прошлое,

настоящее

и что-то ещё.

—

— Лиарэ… — тихо произнёс он.

Эльфийка вздрогнула.

— Учитель…

Свет вокруг архимага дрогнул.

И на мгновение его лицо исказилось болью.

—

— Нет… не так…

Он схватился за голову.

Руны по залу вспыхнули.

Аэлинар сразу поняла:

сеть пытается удержать его сознание целым.

—

— Он нестабилен, — тихо сказала королева.

Но затем Тариэн внезапно замер.

И посмотрел прямо на неё.

Слишком осознанно.

—

— Каэль Варден жив?

Тишина.

—

Лиарэ медленно кивнула.

И впервые за всё время в глазах Тариэна появился настоящий ужас.

—

— Тогда уже поздно.

Тишина в зале стала почти невыносимой.

Световой узел потрескивал серебряными искрами, а фигура Тариэна продолжала дрожать, будто сама сеть света с трудом удерживала его сознание целым.

—

Лиарэ первой нарушила молчание.

— Что значит «поздно»?

Тариэн не ответил сразу.

Он смотрел куда-то сквозь них.

Сквозь стены.

Сквозь время.

—

— Когда Нер’Талис был внутри меня… — медленно произнёс архимаг, — я видел не только его мысли.

Свет вокруг него потускнел.

—

— Я видел… чего он боится.

Это заставило даже Аэлинар насторожиться.

Потому что сама идея того, что Бесплотный Голод способен бояться чего-то, звучала неправильно.

Почти невозможно.

—

— Он не хочет убить Каэля, — продолжил Тариэн.

Лиарэ почувствовала холод.

Она уже начинала догадываться.

—

— Тогда зачем он постоянно тянется к нему? — тихо спросила Аэлинар.

Архимаг медленно поднял взгляд.

—

— Потому что Каэль способен выдержать тьму дольше любого носителя.

Тишина.

—

— Нет… — прошептала Лиарэ.

Но Тариэн продолжал.

Будто боялся, что если остановится — сеть снова рассыплет его сознание.

—

— Нер’Талис не просто ищет тела.

Он ищет сосуд, который не разрушится.

Свет вокруг архимага начал дрожать сильнее.

—

— Все прежние носители ломались.

Безумие.

Ярость.

Голод.

Но Каэль…

Пауза.

—

— Каэль сопротивляется.

И именно поэтому тьма заинтересовалась им.

—

В этот момент где-то наверху раздался звук рога.

Тревожный.

Резкий.

Военный.

—

Аэлинар мгновенно подняла голову.

— Что теперь…

В зал почти вбежал эльфийский хранитель.

Бледный.

Испуганный.

—

— Ваше Величество… южные ворота.

— Орки?

— Нет.

Он тяжело сглотнул.

—

— Люди.

—

Несколько минут спустя стены Редхарна уже были заполнены стражей.

Внизу, перед воротами крепости, стояла небольшая группа всадников под белым знаменем.

Без оружия в руках.

В дорогих плащах Велгарда.

—

Во главе делегации ехал худой мужчина в чёрно-золотых одеждах.

Посол Королевство Велгард.

—

Альдрик III Валлен смотрел на них со стены с таким выражением лица, будто уже знал, зачем они прибыли.

—

Посол поднял голову.

— По приказу короля Эдрика Велариона…

Его голос разнёсся над двором.

—

— Велгард предлагает начать переговоры о мире с севером.

По стенам прокатился шум.

Кто-то выругался.

Кто-то едва не схватился за оружие.

—

Но хуже было другое.

Среди солдат Редхарна некоторые…

не выглядели возмущёнными.

Они выглядели заинтересованными.

—

И где-то глубоко внутри крепости Нер’Талис почувствовал это.

Сомнение.

Страх.

Желание выжить любой ценой.

—

Тьма улыбнулась.

На самом севере человеческих земель лежал Дорнхейм.

Земля льда.

Штормов.

И людей, которые рождались с оружием в руках.

—

Там не строили золотых дворцов, как в Королевство Велгард.

Не возводили белых башен, как эльфы Элариона.

В Дорнхейме уважали только три вещи:

силу;

верность;

и память о предках.

—

Северяне жили среди:

ледяных фьордов;

чёрных скал;

вечных снегов;

длинных домов, пахнущих дымом и кровью.

Там дети учились держать топор раньше, чем читать.

А слабые редко доживали до старости.

—

Но именно поэтому воины Дорнхейма были страшны.

Они не боялись зимы.

Не боялись боли.

И почти не боялись смерти.

Даже орки Громара уважали северян.

Потому что только люди Дорнхейма могли сражаться с орочьими берсерками почти на равных.

—

И правил ими Харальд Кровавый Волк.

Воин-король.

Живая легенда северных морей.

—

Харальд был огромным даже среди своих лучших бойцов.

Длинные рыжевато-седые волосы спадали на тяжёлый меховой плащ.

Лицо покрывали старые шрамы.

А за спиной почти всегда висел огромный боевой топор, которым, как говорили, он однажды расколол орка вместе со щитом.

—

Он был:

жестоким;

прямолинейным;

опасным человеком.

Харальд презирал трусов.

Не доверял политикам.

И считал южных королей слишком мягкими.

—

Но была причина, по которой даже враги уважали его.

Харальд никогда не предавал союзников.

Никогда.

Если он давал слово —

он держал его до смерти.

—

Когда первые слухи о Нер’Талис достигли Дорнхейма, Харальд лишь рассмеялся.

—

— Очередная война южан.

Он был уверен:

орки снова режут приграничье,южане паникуют,а эльфы преувеличивают древние легенды.

Для северян всё это звучало знакомо.

—

Но затем начали исчезать корабли.

Потом —

сгорел Драуг-Фьорд.

А позже воины Харальда впервые увидели троллей с чёрными глазами, идущих через ледяные бури.

И тогда король Дорнхейма понял:

это не набег.

Не война.

И даже не завоевание.

—

На север пришло нечто древнее.

И оно было голодным.

—

Пока Редхарн спорил о переговорах и страхе, далеко на северо-западных берегах мир жил по другим законам.

В длинном доме под огромными волчьими знамёнами гремел пир.

Люди пили мед.

Смеялись.

Спорили.

Слушали скальдов.

А посреди зала на резном троне сидел Харальд Кровавый Волк.

Огромный даже среди своих воинов.

Рыжевато-седые волосы спадали на меховой плащ, а лицо пересекали старые шрамы.

Он слушал гонца из южных земель.

И мрачнел всё сильнее.

—

— Значит, вы хотите сказать… — медленно произнёс Харальд, — что какой-то призрак собирает орков в армию?

Гонец нервно сглотнул.

— Ваше Величество, Виндхолл уничтожен. Редхарн в осаде—

Король громко фыркнул.

— Юг каждый век орёт о конце света.

За столами раздался грубый смех.

—

Но один человек не смеялся.

Старый ярл Сигурд Ледяной Глаз.

Он медленно поставил кружку на стол.

—

— Слишком много северных кораблей пропадает.

Тишина.

—

— Рыбаки находят чёрный снег на берегах.

А звери уходят из лесов.

Он посмотрел прямо на Харальда.

—

— Что-то действительно движется с севера.

—

Король молчал.

Потому что сам слышал похожие истории.

Слишком много похожих историй.

—

В этот момент двери длинного дома резко распахнулись.

Внутрь ворвался молодой воин.

Весь в снегу.

С кровью на лице.

—

— ДРАУГ-ФЬОРД!

Зал мгновенно затих.

—

— Что с ним?

Воин тяжело дышал.

—

— Сожжён.

—

Даже Харальд медленно поднялся с трона.

—

Драуг-Фьорд был не деревней.

Это был укреплённый порт северян.

Место, где жили лучшие китобои и мореходы Дорнхейма.

—

— Кто это сделал? — тихо спросил король.

И воин ответил только одно слово.

—

— Тролли.

—

По залу прокатился тревожный шум.

Потому что все в Дорнхейме знали:

обычные тролли не ходят так далеко на север.

Тем более зимой.

—

Харальд схватил боевой топор и резко повернулся к своим ярлам.

—

— Собирайте волчьи знамёна.

Теперь в его голосе исчезло всё веселье.

Остался только воин.

—

— Если север решил прийти ко мне…

я выйду ему навстречу.

—

Через два дня длинные корабли Дорнхейма уже рассекали ледяное море.

На носах кораблей висели головы волков.

Воины точили топоры прямо во время плавания.

Скальды пели старые боевые песни.

—

Но чем дальше на север двигались корабли —

тем тише становились люди.

Потому что море менялось.

—

Вода становилась почти чёрной.

Иногда среди тумана виднелись странные силуэты.

А ночью некоторые воины слышали шёпот за бортом.

—

На третий день один из кораблей исчез.

Просто исчез в тумане.

Без крика.

Без звука.

—

И впервые за много лет даже люди Харальда Кровавого Волка начали понимать:

это не обычная война.

Север медленно сходил с ума.

И теперь это чувствовали уже все.

—

В Редхарн всё ещё спорили о переговорах с Нер’Талис.

В то время как за стенами крепости армия Громара начинала разваливаться.

Голод.

Страх.

Холод.

Даже тьма не могла полностью подавить их.

Пока что.

—

В лагере орков уже почти не было прежней дисциплины.

Возле костров дрались кланы.

Троллей держали на цепях.

Гоблины воровали еду даже у шаманов.

А над всем этим висело раздражение Громара.

Тяжёлое.

Почти осязаемое.

—

Громар Череполом стоял у карты лагеря и смотрел на отмеченные крестами места.

Сгоревшие склады.

Уничтоженные караваны.

Пропавшие отряды.

Слишком много потерь.

—

Один из орочьих вождей осторожно произнёс:

— Волчьи люди снова ударили по северному тракту.

Громар медленно поднял взгляд.

—

— Сколько?

— Два каравана.

И… корабли.

Тишина.

—

— Они сожгли пристань у Кровавого Фьорда.

Орк сжал кулак так сильно, что треснул металл наруча.

—

— Люди Харальда.

Теперь это имя в лагере произносили с ненавистью.

И всё чаще —

с опаской.

—

В этот момент полог чёрного шатра дрогнул.

Тени внутри зашевелились.

И все орки мгновенно замолчали.

—

Нер’Талис медленно вышел из темноты через тело Малгара.

Снег вокруг него сразу начал чернеть.

—

— Ты теряешь контроль над армией, Громар.

Голос тьмы звучал спокойно.

И это бесило орка сильнее крика.

—

— Я теряю еду, — прорычал Громар. — А не контроль.

— Это одно и то же.

—

Тени медленно двигались вокруг Нер’Талиса.

Будто живые.

—

— Люди учатся, — продолжил он. — И это опасно.

Громар раздражённо ударил кулаком по столу.

—

— Тогда хватит ждать!

Мы должны разбить Редхарн сейчас!

Но Бесплотный Голод неожиданно посмотрел не на крепость.

А на север.

Туда, где действовали воины Дорнхейма.

—

— Нет.

Орк нахмурился.

—

— Сначала…

волк.

—

Тем временем далеко на побережье Дорнхейм уже праздновал очередную победу.

Северяне вернулись после ночного рейда.

В длинном доме гремели кружки.

На полу лежали орочьи знамёна.

А у входа —

голова тролля размером с лошадь.

—

Но сам Харальд Кровавый Волк не пил.

Он сидел молча.

Слишком мрачно для победителя.

—

Старый ярл Сигурд первым заметил это.

— Ты выглядишь так, будто проиграл битву.

Харальд долго смотрел в огонь.

А затем тихо произнёс:

—

— Они не боятся смерти.

Тишина за столом стала тяжёлой.

—

— Орки? — спросил ярл.

— Нет.

Король медленно поднял взгляд.

—

— Что-то внутри них.

—

Он вспомнил поле после боя.

Орков с выжженными глазами.

Троллей, продолжавших идти даже с копьями в груди.

И шёпот в снежной буре.

—

— Это не война людей.

Впервые за долгое время в голосе Харальда появилась осторожность.

Почти тревога.

—

В этот момент двери длинного дома резко открылись.

Внутрь ворвался окровавленный разведчик.

—

— КОРОЛЬ!

Все мгновенно поднялись.

—

— Что случилось?

Разведчик тяжело дышал.

—

— Северный дозор уничтожен.

Харальд нахмурился.

—

— Орки?

Человек медленно покачал головой.

И именно это напугало всех сильнее всего.

—

— Нет…

Пауза.

—

— Что-то другое.

Тем временем в осажденном замке Каэль Варден начал приходить в себя

Темнота уходила медленно.

Словно не хотела отпускать его.

—

Каэль Варден резко вдохнул и открыл глаза.

Первое, что он почувствовал —

боль.

Тяжёлую.

Глубокую.

Будто что-то всё ещё оставалось внутри груди после удара Нер’Талиса.

—

Вокруг было тихо.

Треск свечей.

Запах трав.

Тёплый свет.

Лазарет Редхарна.

—

Каэль попытался подняться.

И сразу услышал знакомый голос.

—

— Даже не думай.

Лиарэ сидела рядом.

Уставшая.

С бледным лицом и тёмными кругами под глазами.

Она явно почти не спала.

—

Каэль нахмурился.

— Сколько?

— Три дня.

Он медленно закрыл глаза.

Три дня.

Слишком долго.

—

— Орки?

— Всё ещё стоят под стенами.

Лиарэ помолчала.

—

— Но теперь у них проблемы не меньше наших.

—

Каэль сразу почувствовал:

что-то не так.

Не снаружи.

Внутри крепости.

—

Он медленно сел.

Тело отозвалось болью, но теперь это уже не имело значения.

—

— Что произошло?

Лиарэ долго молчала.

И именно это ему не понравилось больше всего.

—

— Люди начинают ломаться.

—

Она рассказала всё:

о спорах в совете;о послах Велгарда;о слухах про переговоры;о ночных кошмарах;о драках за еду;о солдатах, говорящих о капитуляции.

—

Каэль слушал молча.

А затем тихо произнёс:

—

— Он внутри города.

Лиарэ медленно кивнула.

—

— Мы тоже так думаем.

—

В этот момент двери лазарета резко распахнулись.

Внутрь вошёл Рейнар.

Впервые за всё время —

без улыбки.

—

— Отлично. Ты жив.

Каэль посмотрел на него.

—

— Что случилось?

Рейнар тяжело выдохнул.

—

— Этой ночью кто-то пытался открыть северные ворота.

Тишина.

—

— Кто?

— Один из стражников.

Сказал, что слышал голоса.

Лиарэ тихо добавила:

—

— Он убил двух человек прежде, чем его остановили.

—

Каэль медленно поднялся с кровати.

—

— Где Альдрик?

—

Через несколько минут зал совета снова был заполнен.

Но теперь атмосфера изменилась.

Сильно.

—

Раньше здесь спорили о войне.

Теперь —

друг друга боялись.

—

Некоторые лорды уже смотрели на соседей с подозрением.

Стража стояла слишком напряжённо.

А еду на столах почти никто не трогал.

—

Альдрик III Валлен выглядел старше, чем несколько дней назад.

Но когда Каэль вошёл —

в зале стало тихо.

—

Потому что все уже знали:

человек, вернувшийся из столкновения с Нер’Талисом живым —

либо герой…

либо нечто гораздо хуже.

—

Каэль сразу почувствовал взгляды.

Недоверие.

Страх.

Сомнение.

—

И где-то глубоко внутри он вдруг услышал знакомый шёпот.

Очень тихий.

Почти ласковый.

—

«Видишь?»

«Они уже боятся тебя.»

—

Воин замер лишь на секунду.

Но Лиарэ заметила.

И это испугало её.

—

В этот момент один из советников резко поднялся.

—

— Ваше Величество… мы больше не можем это игнорировать.

Альдрик холодно посмотрел на него.

—

— Что именно?

Лорд нервно сглотнул.

Но всё же произнёс:

—

— После контакта с тьмой Каэль Варден может быть опасен для крепости.

Тишина стала ледяной.

—

Рейнар мгновенно шагнул вперёд.

—

— Попробуй договорить, и я помогу тебе познакомиться со стеной.

—

Но хуже было другое.

Несколько человек в зале…

не выглядели несогласными.

—

И тогда Каэль понял:

Нер’Талис уже начал побеждать.

Не снаружи.

Здесь.

В зале совета стояла тишина.

Тяжёлая.

Неприятная.

После слов лорда о том, что Каэль может быть опасен для крепости, никто не решался заговорить первым.

Даже король Альдрик молчал.

—

Каэль спокойно посмотрел на советника.

Ни злости.

Ни обиды.

Только усталость.

—

— Ты закончил?

Лорд явно ожидал другой реакции.

Оправданий.

Ярости.

Угроз.

Но не этого.

—

— Я лишь говорю о безопасности крепости...

— Нет.

Каэль перебил его.

—

— Ты говоришь о страхе.

Тишина стала ещё глубже.

—

— Я видел людей, одержимых тьмой.

Я видел тех, кто добровольно открывал ей двери.

И если бы Нер'Талис был во мне...

Он бы уже победил.

—

Несколько генералов переглянулись.

Слова были простыми.

Но возразить было нечего.

—

Тогда вперёд неожиданно вышел Альдрик.

—

— Достаточно.

Старый король медленно обвёл зал взглядом.

—

— Пока этот человек истека́л кровью за наши стены, некоторые из вас думали лишь о том, как спасти собственную шкуру.

Никто не ответил.

—

— Каэль Варден остаётся моим гостем.

И моим союзником.

Точка.

—

Вопрос был закрыт.

Но Каэль заметил одну вещь.

Не все выглядели недовольными.

Некоторые выглядели...

заинтересованными.

Словно проверяли его реакцию.

Словно чего-то ждали.

—

Особенно один человек.

Первый советник.

Валлен Дарком.

—

Пока остальные спорили, он молчал.

Слишком внимательно наблюдая.

—

Когда совет закончился, Валлен догнал Каэля в коридоре.

—

— Вы хорошо держитесь для человека, который три дня был между жизнью и смертью.

Каэль остановился.

—

— А вы слишком много наблюдаете для советника.

В уголке губ Валлена появилась улыбка.

—

— Это моя работа.

—

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

—

Валлен производил странное впечатление.

Умный.

Очень умный.

И опасный.

Не как убийца.

Хуже.

Как человек, который всегда просчитывает следующий ход.

—

— Скажите честно, мастер Варден.

Каковы наши шансы?

—

Каэль ответил сразу.

—

— Хотите услышать правду?

— Именно её.

—

— Если королевства останутся разделены — мы проиграем.

—

Валлен задумчиво кивнул.

Словно услышал подтверждение собственных мыслей.

—

— Интересно...

—

И ушёл.

—

Каэль смотрел ему вслед дольше, чем следовало.

—

Что-то было не так.

—

Тем временем далеко на юге.

За пределами Астериона.

За пределами Велгарда.

В землях, которые давно исчезли с карт.

—

Среди развалин древнего города горели фиолетовые костры.

—

Когда-то здесь жили люди.

Теперь здесь собирались другие.

—

Мужчина в чёрно-золотых одеждах стоял среди руин старого дворца.

Его звали Каемхотеп.

—

Когда-то он командовал армиями.

Теперь командовал теми, кто добровольно выбрал тьму.

—

Перед ним стояли десятки людей.

Рыцари без господ.

Наёмники.

Изгнанники.

Дезертиры.

—

Ни один из них не выглядел одержимым.

Именно это было страшно.

—

Они верили.

—

— Север горит.

А короли спорят.

—

Голос Каемхотепа разносился по площади.

—

— Они называют нас предателями.

Но именно мы переживём конец старого мира.

—

Толпа одобрительно загудела.

—

Где-то в тенях руин за этим наблюдала другая фигура.

—

Улыбающаяся.

Тихая.

Незаметная.

—

Ворган Тенеход.

—

Он никогда не любил толпы.

Но любил информацию.

—

Сейчас в его руках находилось несколько писем.

Одно из Велгарда.

Одно из Редхарна.

И ещё одно...

из самого дворца Альдрика.

—

Ворган медленно улыбнулся.

—

— Люди удивительно легко продают будущее за обещание безопасности.

—

Затем он исчез в тени.

Словно его никогда здесь не было.

—

А в ту же ночь в Редхарне произошло ещё одно событие.

—

Аэлинар наконец завершила соединение древних световых нитей Тариэна.

—

В центре эльфийского святилища вспыхнули сотни рун.

—

Линии света начали складываться в знакомый силуэт.

—

Старик.

Посох.

Белые одежды.

—

Архимаг Тариэн.

Или то, что от него осталось.

—

Снова его глаза открылись.

—

И первое, что он произнёс, заставило Аэлинар похолодеть.

—

— Уже поздно.

—

Королева замерла.

—

— Для чего поздно?

—

Свет вокруг фигуры дрогнул.

—

— Нер'Талис больше не собирает армию.

Он собирает наследников.

—

И где-то далеко на юге Каемхотеп поднял голову к ночному небу.

Словно почувствовал, что о нём только что заговорили.

Глава 4. Шёпот из Сети Света

Ночь опустилась на Эларион.

В глубине древней башни магов Королева Аэлинар стояла среди десятков парящих рун. Серебряные нити света тянулись между кристаллами, образуя сложнейший узор — то самое наследие Тариэна, которое она собирала по частям последние месяцы.

Вокруг неё работали лучшие маги королевства.

С каждым днём сеть становилась всё стабильнее.

С каждым днём голос погибшего архимага звучал всё отчётливее.

И в эту ночь произошло то, чего они ждали.

Одна из рун вспыхнула ослепительным белым светом.

Затем вторая.

Третья.

В воздухе возник силуэт.

Размытый.

Полупрозрачный.

Будто сотканный из тысяч светящихся символов.

Тариэн.

Вернее, то, что осталось от его разума.

Не душа.

Не призрак.

Живая память величайшего мага Элариона.

Аэлинар замерла.

— Тариэн...

Фигура медленно подняла голову.

— Времени почти нет.

Его голос звучал так, словно доносился через огромную пропасть.

— Он меняется быстрее, чем я предполагал.

— Кто? — спросила королева.

— Нер'Талис.

Все маги в зале замерли.

Тариэн продолжил:

— Я ошибался.

Он никогда не хотел выиграть войну орков.

Он использовал её.

Как отвлечение.

Как первую ступень.

По залу прошёл тревожный шёпот.

— Что ты увидел? — спросила Аэлинар.

Тариэн поднял руку.

В воздухе возникла карта севера.

Затем карта всего континента.

А потом далеко на востоке вспыхнула точка.

Никто не узнавал это место.

Кроме одного старого эльфа.

Он побледнел.

— Нет...

— Что это? — спросила королева.

Старый маг прошептал:

— Чёрная Обсерватория.

Тишина.

Даже Аэлинар нахмурилась.

Это название не произносили больше тысячи лет.

Тариэн кивнул.

— Там началось первое вторжение Тьмы в древности.

— Но её уничтожили.

— Нет.

Голос Тариэна стал тяжелее.

— Её запечатали.

Именно там древние маги впервые столкнулись с сущностью, которую позже назвали Нер'Талисом.

В воздухе возникли древние руины.

Башни.

Чёрные монолиты.

Огромный провал в земле.

— Под Обсерваторией находится Разлом Безмолвия.

Место, где граница между миром живых и Бесплотной Пустотой тоньше всего.

У многих магов кровь застыла в жилах.

Тариэн посмотрел прямо на Аэлинар.

— Если Нер'Талис доберётся туда...

Он сможет перестать зависеть от носителей.

Зал взорвался голосами.

Это меняло всё.

До сих пор Печать Внутреннего Света ограничивала Нер'Талиса.

Он мог захватывать лишь сломленных и добровольно открывшихся ему людей.

Но если он получит доступ к Разлому...

Никакие печати больше не помогут.

Он сможет коснуться каждой души в Эларионе.

Каждого человека.

Каждого эльфа.

Каждого ребёнка.

Аэлинар медленно выдохнула.

— Он уже знает путь?

Тариэн молчал несколько секунд.

— Да.

И хуже того...

Он уже кого-то отправил туда.

Утром Каэль, Лиарэ и Рейнар были вызваны в тронный зал.

Они ожидали услышать новости об осаде.

О предателях.

О новом наступлении Громара.

Но когда Аэлинар закончила рассказ, в зале воцарилась тишина.

Первым заговорил Рейнар.

— Значит, пока все смотрят на войну...

— Настоящий удар готовится в другом месте, — закончила Лиарэ.

Каэль молча смотрел на карту.

Чёрная Обсерватория находилась очень далеко.

Через дикие земли.

Через старые руины.

Через территории, которые давно не принадлежали ни одному королевству.

Это была не военная миссия.

Это была гонка.

Если они опоздают — война станет бессмысленной.

Каэль поднял взгляд.

— Кто идёт туда?

Тариэн ответил через магическую проекцию:

— Я не знаю всех.

Но одного видел.

В воздухе возник образ человека.

Высокий воин в тёмных доспехах.

С двумя клинками.

Фиолетовые руны светились на его оружии.

Глаза были холодны и спокойны.

Каэль нахмурился.

Лиарэ почувствовала, как по спине пробежал холод.

Тариэн произнёс имя:

— Каемхотеп.

— Бывший полководец южных земель.

— Один из первых людей, добровольно принявших Нер'Талиса.

— И самый опасный из его новых союзников.

Образ исчез.

Но Тариэн не закончил.

— Есть ещё один.

На этот раз возникла фигура в тёмном плаще.

Лицо почти скрывали тени.

Лишь хитрая улыбка виднелась под капюшоном.

— Ворган Тенеход.

Лиарэ сразу почувствовала неладное.

— Шпион?

— Намного хуже.

— Он разрушает королевства изнутри.

Он редко сражается сам.

Он заставляет других делать это за него.

Каэль помрачнел.

Предательство.

Ложь.

Интриги.

Он ненавидел такие войны больше всего.

Тариэн хотел сказать что-то ещё.

Но вдруг изображение дрогнуло.

Руны вспыхнули.

По залу прошёл резкий холод.

Лицо архимага исказилось.

Словно кто-то пытался вмешаться в связь.

И перед тем как проекция рассыпалась тысячами искр, Тариэн успел произнести лишь одну фразу:

— Берегитесь человека рядом с королём Альдриком...

Связь оборвалась.

Тишина.

Лиарэ первой поняла смысл сказанного.

— Человек рядом с королём...

Рейнар медленно выдохнул.

— Значит предатель уже среди союзников.

Каэль сжал рукоять меча.

Теперь всё стало ещё хуже.

Им предстояло не только опередить Каемхотепа на пути к Чёрной Обсерватории.

Им нужно было понять, кто именно из окружения короля Астериона служит Тьме.

А далеко на востоке, среди мёртвых земель, Каемхотеп уже двигался к Разлому Безмолвия.

И из теней древних руин за ним наблюдал Ворган Тенеход.

Улыбаясь.

Потому что первая часть плана Нер'Талиса уже начала исполняться.

Тогда Тариэн показал им видение.

В воздухе появились три силуэта.

Первый был уже знаком.

Высокий воин с двумя клинками и глазами, светящимися фиолетовым пламенем.

Каэмхотеп.

— Первый найденный наследник.

— Полководец.

— Пророк войны.

Затем возник второй образ.

Человек в капюшоне.

Улыбка хищника.

Глаза, в которых не было ни капли совести.

Ворган Тенеход.

— Второй наследник.

— Тот, кто открывает ворота изнутри.

— Он способен уничтожить королевство без единой армии.

Наконец появился третий силуэт.

И от него даже световое изображение Тариэна словно дрогнуло.

Лорд Валлен Дарком.

Первый советник Альдрика III.

Рейнар вскочил.

— Быть не может.

— Он десятки лет служит Астериону!

— Он спасал короля!

Тариэн посмотрел на него тяжёлым взглядом.

— Именно поэтому он опасен.

— Наследники редко выглядят чудовищами.

— Они выглядят героями.

Но затем произошло нечто ещё более страшное.

Позади трёх фигур возник четвёртый силуэт.

Размытый.

Нечёткий.

Будто сам Тариэн не мог его рассмотреть.

Лиарэ побледнела.

— Кто это?

— Ещё один наследник?

Тариэн молчал несколько секунд.

А потом ответил:

— Нет.

— Это не наследник.

— Это сосуд.

— Тот, кого Нер'Талис ищет на самом деле.

Комната погрузилась в тишину.

— Что значит сосуд? — тихо спросил Каэль.

Тариэн посмотрел прямо на него.

— Если наследники могут носить часть его силы...

— То существует человек, способный вместить Нер'Талиса целиком.

У Рейнара по спине пробежал холод.

— И кто он?

Лицо Тариэна исказилось помехами.

Сеть Света задрожала.

Будто кто-то пытался заглушить послание.

Последние слова архимага прозвучали обрывками:

— Я видел знак...

— Север...

— Кровь королей...

— Не дайте ему найти...

Изображение вспыхнуло и исчезло.

Каэль долго смотрел в пустоту.

Потом медленно поднялся.

— Теперь всё ясно.

— Мы думали, что защищаем королевства.

Он посмотрел на Лиарэ и Рейнара.

— На самом деле мы участвуем в гонке.

— И если Нер'Талис первым найдёт этого человека...

— война закончится ещё до того, как начнётся её последняя битва.

И где-то далеко на севере, среди штормов и льдов Дорнхейма, человек с королевской кровью ещё не подозревал, что за ним уже начинает охоту сама Тьма.

После исчезновения образа Тариэна в зале воцарилась тишина.

Только свечи потрескивали в каменных нишах.

Каэль стоял неподвижно.

Лиарэ первой нарушила молчание.

— Север. Кровь королей. Сосуд.

— Он говорил о Харальде?

Рейнар покачал головой.

— Или о короле Альдрике.

— Или об Эдрике Веларионе.

— Королей сейчас хватает.

Каэль медленно поднял взгляд.

— Нет.

— Тариэн показал нам это не случайно.

— Если бы речь шла об одном из королей, он бы сказал прямо.

— Он говорил о ком-то, кого мы ещё не знаем.

Лиарэ нахмурилась.

— Тогда куда мы идём?

Каэль ответил сразу:

— В Дорнхейм.

В это же время далеко на севере.

Дорнхейм.

Земля льдов.

Земля волков.

Земля, где мужчины учились держать топор раньше, чем писать своё имя.

В огромном длинном доме ярла горели десятки факелов.

На возвышении сидел сам Харальд Кровавый Волк.

Огромный даже среди своих воинов.

Длинные рыжевато-седые волосы спадали на плечи.

Лицо покрывали старые шрамы.

У трона лежала волчья шкура размером почти с лошадь.

На коленях короля покоился двуручный топор.

Перед ним стояли разведчики.

— Орки отступают.

— Многие корабли уничтожены.

— Их лагерь у ледяного побережья сожжён.

Харальд усмехнулся.

— Значит всё-таки умеют гореть.

По залу прокатился смех.

Но один из разведчиков не улыбался.

— Есть ещё новости.

— Плохие.

Улыбка исчезла.

— Говори.

— Несколько деревень на востоке исчезли.

— Без следов боя.

— Люди просто пропали.

Харальд нахмурился.

— Орки?

— Нет.

— Орки так не делают.

В зале стало тихо.

Даже старые ветераны переглянулись.

Тем временем за тысячи лиг от них.

В руинах древнего города Нахар-Зул.

Каэмхотеп стоял перед огромным каменным кругом.

Вокруг горели фиолетовые руны.

Перед ним на коленях находились десятки людей.

Мужчины.

Женщины.

Солдаты.

Жрецы.

Беглецы.

Все добровольно пришли к нему.

Все слушали его проповеди.

Каэмхотеп поднял руки.

— Мир стариков умирает.

— Короли прячутся за стенами.

— Боги молчат.

— Но Нер'Талис слышит каждого.

Толпа склонила головы.

Из теней за колоннами за происходящим наблюдал Ворган Тенеход.

Он улыбался.

Как всегда.

Спокойно.

Холодно.

Словно видел партию в шахматы на много ходов вперёд.

Когда собрание закончилось, он приблизился к Каэмхотепу.

— Люди идут за тобой охотнее, чем за своими королями.

Каэмхотеп не обернулся.

— Люди всегда ищут того, кто обещает смысл.

Ворган усмехнулся.

— Или силу.

— Или месть.

Тут рядом появилась тень.

Не фигура.

Не человек.

Сама Тьма.

Нер'Талис.

Его голос прозвучал одновременно в головах обоих.

— Они отправились на север.

Ворган сразу понял.

— Каэль.

— Лиарэ.

— Рейнар.

— Да.

Нер'Талис продолжил:

— Пусть идут.

— Они сами приведут нас к сосуду.

На этот раз даже Каэмхотеп удивился.

— Ты уже знаешь, где он?

Наступила долгая пауза.

А затем Тьма ответила:

— Нет.

— Но знаю, кто сможет его узнать.

Через несколько дней.

Отряд Каэля пересекал заснеженные перевалы.

Метель усиливалась.

Лошади едва двигались.

Рейнар ругался каждые десять минут.

Лиарэ пыталась сохранять достоинство, но тоже выглядела измученной.

Только Каэль словно не замечал холода.

Он всё время думал о словах Тариэна.

О сосуде.

О наследниках.

О том, что Нер'Талис чего-то ждёт.

И именно тогда они увидели его.

На снегу.

Среди мёртвых сосен.

Одинокий волк.

Огромный.

Слишком огромный для обычного зверя.

Он стоял неподвижно и смотрел прямо на них.

Жёлтые глаза.

Серый, почти белый от инея.

Он стоял среди заснеженных сосен и спокойно смотрел на путников.

Ни страха.

Ни агрессии.

Только ожидание.

Рейнар первым нарушил молчание.

— Скажите мне, что это обычный волк.

— Это не обычный волк, — ответила Лиарэ.

— Я так и знал.

Волк развернулся и пошёл в лес.

Не убегая.

Словно приглашая следовать за ним.

Каэль недолго думал.

— Идём.

Через несколько минут они вышли на небольшую поляну.

И замерли.

Снег был залит кровью.

Повсюду лежали тела.

Семеро северян.

Крепкие мужчины в волчьих мехах.

На плащах виднелся герб Дорнхейма.

Рейнар тихо выругался.

— Люди Харальда.

Каэль присел возле ближайшего тела.

Следов боя почти не было.

Ни стрел.

Ни ударов топора.

Ни следов орков.

Словно воины просто рухнули замертво.

Лиарэ нахмурилась.

И внезапно побледнела.

— Каэль...

— Посмотри на их глаза.

Воин поднял голову.

Глаза мертвецов были полностью чёрными.

Будто внутри не осталось ничего живого.

Лиарэ коснулась одного из тел магией.

Серебряный свет пробежал по коже погибшего.

И тут же погас.

Словно что-то выпило его.

Эльфийка резко отдёрнула руку.

— Это не орки.

— И не шаманы.

— Тогда кто? — спросил Рейнар.

Ответить никто не успел.

Потому что волк неожиданно зарычал.

Впервые за всё время.

Каэль вскочил.

Меч мгновенно оказался в руке.

Лес впереди зашевелился.

Тихо.

Почти незаметно.

А затем между деревьев появился человек.

Высокий.

В меховом плаще.

С копьём за спиной.

Следом вышли ещё трое.

Северяне.

Живые.

Вооружённые.

И очень настороженные.

Старший внимательно посмотрел на Каэля.

Затем на Лиарэ.

После чего его взгляд остановился на волке.

И лицо северянина изменилось.

Он опустился на одно колено.

— Дух-Проводник.

Рейнар моргнул.

— Простите, что?

Остальные северяне сделали то же самое.

Даже волк никак не отреагировал.

Словно подобное происходило постоянно.

Старший поднялся.

— Меня зовут Эйрик Серый След.

Я служу королю Харальду.

Он посмотрел на погибших воинов.

И его лицо помрачнело.

— Уже четвёртый отряд за неделю.

— Кто их убивает? — спросил Каэль.

Эйрик долго молчал.

Словно не хотел отвечать.

Потом всё же произнёс:

— Мы не знаем.

— Но люди исчезают.

— Целые деревни.

— Охотники.

— Дружинники.

— Даже ярлы.

Лиарэ почувствовала холод.

— Орки?

— Нет.

Эйрик покачал головой.

— Орков мы умеем убивать.

— Это другое.

Он подошёл к одному из тел.

И осторожно расстегнул воротник погибшего.

На шее была метка.

Тёмная.

Похожая на тонкую трещину.

Будто кто-то выжег её прямо на душе.

Лиарэ резко выдохнула.

— Нет...

Каэль посмотрел на неё.

— Ты знаешь этот знак?

— Видела однажды.

— В записях Тариэна.

На поляне стало тихо.

Даже северяне напряглись.

— Что это? — спросил Рейнар.

Лиарэ ответила почти шёпотом:

— Метка Поглотителя.

— Тариэн считал её легендой.

— Её оставляли существа, которые служили Нер'Талису ещё до появления орков.

Каэль нахмурился.

— Какие существа?

Лиарэ медленно подняла взгляд.

И впервые за долгое время в её голосе прозвучал настоящий страх.

— Те, кого сам Нер'Талис называл Первыми Верными.

Волк снова посмотрел на север.

И тихо завыл.

Где-то далеко в горах ему ответил другой вой.

А затем ещё один.

И ещё.

Эйрик побледнел.

— Плохо.

— Что такое?

Северянин крепче сжал копьё.

— Это зов волчьих дозоров.

— Они предупреждают о беде.

— Кто-то идёт.

Каэль поднял глаза к заснеженным вершинам.

И почувствовал то же самое, что когда-то перед Виндхоллом.

Что-то двигалось навстречу им.

Что-то древнее.

И оно уже знало, что они здесь.

Ночь наступала быстро.

В Дорнхейме сумерки всегда приходили внезапно.

Ещё мгновение назад снежные вершины были освещены бледным солнцем.

А теперь мир постепенно превращался в серо-чёрное море теней.

Волк вновь завыл.

Где-то вдалеке ему ответили другие.

Эйрик Серый След побледнел.

— Нам нужно уходить.

— Немедленно.

Рейнар нахмурился.

— Ты так и не объяснил, кто именно идёт.

Северянин посмотрел в сторону гор.

— Потому что сам не знаю.

— Но это уже третий раз.

Тишина.

— Каждый раз после этого исчезают люди.

Отряд двинулся через лес.

Северяне явно нервничали.

Постоянно оглядывались.

Прислушивались.

Даже огромный волк больше не уходил вперёд.

Он держался рядом с людьми.

Словно охранял их.

Это не нравилось Каэлю.

Зверь чувствовал опасность раньше остальных.

И сейчас был напряжён как натянутая тетива.

Через несколько часов они достигли старой сторожевой башни.

Полуразрушенной.

Построенной ещё во времена первых войн между людьми и орками.

Здесь решили заночевать.

Развели костёр.

Выставили дозоры.

Но уснуть никто толком не смог.

Посреди ночи Каэль проснулся.

Что-то было не так.

Он сразу это почувствовал.

Воин медленно поднялся.

Костёр ещё горел.

Дозорные были на местах.

Но лес...

Лес молчал.

Слишком сильно.

Даже ветер исчез.

Каэль положил руку на рукоять меча.

Именно в этот момент волк вскочил.

Шерсть на загривке встала дыбом.

Из его груди вырвалось глухое рычание.

Проснулись остальные.

Лиарэ открыла глаза.

— Что происходит?

Ответ пришёл сам.

Из темноты леса.

Голос.

Женский.

Тихий.

Плачущий.

— Помогите...

Рейнар резко повернулся.

— Что за...

— Нет, — перебил Эйрик.

— Не слушайте.

Голос раздался снова.

Ближе.

— Пожалуйста...

Помогите мне...

Лиарэ почувствовала холодок.

Магическим зрением она не видела никого.

Вообще никого.

А потом из темноты вышла девушка.

Молодая.

Лет двадцати.

В разорванной одежде.

Босая.

Она плакала.

И едва держалась на ногах.

— Помогите...

— Они убили всех...

Рейнар уже шагнул вперёд.

Но Каэль схватил его за плечо.

Слишком резко.

— Стой.

— Она ранена.

— Нет.

Рейнар посмотрел на него.

— Что?

Каэль медленно указал на снег.

Девушка стояла посреди поляны.

Но следов за ней не было.

Ни одного.

Наступила тишина.

Лицо девушки медленно поднялось.

И улыбнулось.

Слишком широко.

Слишком неестественно.

В этот момент Лиарэ вскрикнула.

Потому что наконец увидела её истинный облик.

Не человек.

Что-то другое.

Тень.

Закутанная в человеческую кожу.

Существо бросилось вперёд.

Быстро.

Невероятно быстро.

Но быстрее оказался волк.

Огромный зверь буквально снёс тварь в сторону.

Раздался визг.

Человеческая оболочка разорвалась.

Из неё вырвалась чёрная дымчатая масса.

С множеством светящихся глаз.

— Свет! — закричала Лиарэ.

Серебряная вспышка ударила по существу.

Тварь завизжала.

Но не погибла.

Она отскочила назад.

И тогда все увидели главное.

Между деревьев стояли другие.

Десятки.

Молчаливые силуэты.

Наблюдающие из темноты.

Даже Эйрик побледнел.

— Старые боги...

— Что это такое?

Лиарэ вспомнила записи Тариэна.

Страницы.

Полусгоревшие заметки.

Предупреждения.

Слова сами сорвались с её губ.

— Тени Пустоты...

Каэль посмотрел на неё.

— Ты знаешь их?

— Нет.

Но Тариэн знал.

Существа не нападали.

Они просто смотрели.

Сотни светящихся глаз в ночном лесу.

А затем из глубины тьмы раздался голос.

Спокойный.

Мужской.

Насмешливый.

— Любопытно...

Все замерли.

Даже волк.

— Очень любопытно.

Из леса вышел человек.

Высокий.

В длинном чёрном плаще.

Лицо скрывал капюшон.

Но Каэль сразу почувствовал опасность.

Настоящую.

Не такую как от орков.

Не такую как от чудовищ.

Хуже.

Намного хуже.

Человек остановился у края света костра.

И слегка поклонился.

— Позвольте представиться.

Лиарэ резко побледнела.

Она знала это имя ещё до того, как он его произнёс.

— Ворган Тенеход.

Улыбка под капюшоном стала шире.

— Какая честь.

Кажется, архимаг Тариэн всё-таки оставил после себя хороших учеников.

И впервые герои встретились лицом к лицу с Тенью Нер'Талиса.

Никто не двигался.

Снег медленно кружился между деревьев.

Пламя костра потрескивало, освещая лица людей.

А Ворган Тенеход просто стоял.

Спокойный.

Словно находился не среди врагов, а на званом ужине.

Каэль первым нарушил молчание.

Он медленно вытащил меч.

Сталь сверкнула в огне костра.

— Ещё шаг.

— И ты умрёшь.

Ворган усмехнулся.

— Вот поэтому Нер'Талис считает тебя опасным.

Рейнар нахмурился.

— А меня?

— Тебя он считает непредсказуемым.

— Это комплимент?

— Для тебя — да.

Лиарэ уже собирала магию.

Серебристый свет заструился между её пальцев.

Но Ворган даже не посмотрел на неё.

Его внимание было приковано к волку.

Дух-Проводник стоял неподвижно.

И рычал.

Тихо.

Угрожающе.

— Значит, он всё ещё жив...

— Кто? — спросил Эйрик.

Ворган слегка наклонил голову.

— Старый хранитель.

Последний из своей стаи.

Волк показал клыки.

Впервые за всё время в глазах Воргана мелькнула осторожность.

— Зачем ты здесь? — спросил Каэль.

— Поговорить.

Рейнар рассмеялся.

— Серьёзно?

— Ты привёл армию теней для разговора?

— Нет.

Ворган развёл руками.

— Я привёл армию теней для безопасности.

Каэль сделал шаг вперёд.

— Говори.

Тенеход посмотрел прямо ему в глаза.

И неожиданно произнёс:

— Наследники найдены.

Сердце Лиарэ замерло.

— Что?

Ворган улыбнулся.

— Вот видишь.

— Ты поняла быстрее остальных.

Он медленно прошёлся вдоль границы света костра.

Тени вокруг него двигались словно живые.

— Тариэн почти разгадал правду.

— Но умер слишком рано.

— Нер'Талис ищет не королей.

— Не армии.

— Не крепости.

— Он ищет сосуды.

Лиарэ почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Наследников Света...

— Именно.

Ворган кивнул.

— Тех, в ком течёт древняя сила Первой Эпохи.

— Тех, кто способен выдержать присутствие бога.

Рейнар скривился.

— Звучит ужасно.

— Так и есть.

Каэль нахмурился.

— И сколько их?

Ворган посмотрел на него.

— Было семь.

Тишина.

— Осталось четыре.

Лиарэ побледнела.

— Нет...

— Да.

— Двое уже служат Нер'Талису добровольно.

— Один погиб.

— Осталось четверо.

Каэль вдруг понял.

— Поэтому Тариэн отправил нас на север.

— Умный человек.

— Даже после смерти.

В этот момент лицо Воргана стало серьёзным.

Впервые за весь разговор.

— Вы опоздали.

— Куда?

— К первому наследнику.

И вдруг лес содрогнулся.

Все услышали далёкий рёв.

Такой мощный, что снег посыпался с ветвей.

Эйрик резко побледнел.

— Нет...

— Только не это...

Второй рёв раздался ещё ближе.

Гораздо ближе.

А затем земля под ногами дрогнула.

Раз.

Другой.

Третий.

Словно что-то огромное двигалось через лес.

Даже тени за спиной Воргана начали отступать.

Это заметил Каэль.

И это ему совсем не понравилось.

— Что идёт сюда?

Впервые за всю встречу Ворган не улыбнулся.

Он посмотрел на север.

И тихо произнёс:

— Один из них.

Из темноты между деревьев появились два огромных золотых глаза.

На высоте почти трёх метров над землёй.

Потом ещё два.

И ещё.

Что-то гигантское приближалось через лес.

Ломая вековые сосны словно сухие ветки.

Волк взвыл.

Не угрожающе.

Не яростно.

А словно узнал того, кто приближался.

Ворган сделал шаг назад.

— Вот теперь разговор окончен.

— Почему? — спросил Каэль.

Тенеход посмотрел на него.

И впервые в его голосе прозвучало настоящее напряжение.

— Потому что если он проснулся...

— Значит, Нер'Талис начал следующий ход.

И в этот момент из снежной бури вышел силуэт существа, которое не было ни человеком, ни зверем.

А Лиарэ с ужасом поняла:

она уже видела его изображение в тайных записях Тариэна.

Существо, которое считалось вымершим тысячи лет назад.

Лес дрожал.

Снег осыпался с ветвей.

Старые сосны трещали и падали одна за другой.

Никто не решался заговорить.

Даже Ворган Тенеход молчал.

А это пугало сильнее всего.

Гигантский силуэт остановился на границе леса.

Золотые глаза медленно осматривали поляну.

Существо было огромным.

Выше любого тролля.

Шире медведя.

Его тело напоминало волка.

Но слишком древнего.

Слишком совершенного.

Белая шерсть сияла серебром даже в ночи.

По бокам проходили светящиеся руны.

Словно сама магия была вплетена в его плоть.

Лиарэ прошептала:

— Невозможно...

— Они исчезли ещё до Первой Войны...

Каэль не отводил взгляда.

— Кто это?

Эльфийка ответила не сразу.

— Лунные Стражи.

— Древние хранители мира.

— Тариэн писал о них как о легенде.

Существо шагнуло вперёд.

И все услышали голос.

Не ушами.

Прямо в сознании.

«Кто из вас носит тень?»

Эйрик едва не упал.

Рейнар схватился за голову.

Даже Каэль почувствовал, как по телу пробежала дрожь.

Голос был слишком древним.

Слишком могущественным.

Ворган улыбнулся.

Но теперь эта улыбка выглядела натянутой.

— Всегда ненавидел этих созданий.

Огромный зверь перевёл взгляд на него.

И лес вокруг мгновенно вспыхнул серебряным светом.

Тени за спиной Воргана начали исчезать.

Растворяться.

Будто их стирали из мира.

Ворган впервые нахмурился.

— Невежливо.

«Слуга Голодного.»

Голос существа прозвучал как удар колокола.

«Ты не должен находиться здесь.»

Ворган развёл руками.

— И всё же нахожусь.

На мгновение Каэлю показалось, что сейчас начнётся битва.

Но произошло другое.

Лунный Страж посмотрел на волка.

Обычного серого проводника.

И тот опустил голову.

Как ученик перед учителем.

Затем древний зверь перевёл взгляд на Каэля.

Очень долго смотрел.

Слишком долго.

Будто что-то искал.

И наконец произнёс:

«Найден.»

Тишина.

Лиарэ побледнела.

— Что?

«Один из четырёх найден.»

Рейнар посмотрел на Каэля.

Потом на зверя.

Потом снова на Каэля.

— Нет.

— Только не говорите мне...

«Каэль Варден.»

Сердце воина замерло.

«Наследник Пламени.»

Мир будто остановился.

Ворган больше не улыбался.

Наоборот.

В его глазах появился настоящий интерес.

— Вот оно что...

— Теперь понятно, почему Нер'Талис следил именно за тобой.

Каэль медленно сжал рукоять меча.

— Я не понимаю.

Лунный Страж приблизился.

Земля дрожала под его шагами.

«Ты не человек, Каэль Варден.»

Рейнар громко выругался.

— Отлично.

— Просто замечательно.

— Сначала древнее зло.

— Потом говорящие волки.

— Теперь Каэль не человек.

Что дальше?

Никто не ответил.

Потому что Лунный Страж продолжил:

«Ты последний потомок Хранителей Огня.»

«Крови тех, кто однажды уже победил Нер'Талиса.»

Лиарэ вспомнила слова Тариэна.

Внезапно всё начало складываться.

Почему Каэль смог пережить прикосновение тьмы.

Почему Нер'Талис постоянно пытался уничтожить его.

Почему даже Громар начал считать его личным врагом.

Тариэн всё это понял ещё при жизни.

Именно поэтому отправил их на север.

Но затем произошло то, чего не ожидал никто.

Даже Ворган.

Лунный Страж поднял голову.

Прислушался.

И внезапно издал яростный рёв.

Такой силы, что задрожали горы.

А потом произнёс:

«Слишком поздно.»

Все замерли.

«Второй Наследник уже пал.»

Ворган резко поднял голову.

Впервые на его лице появился шок.

— Что?

Лунный Страж посмотрел куда-то далеко на юг.

Туда, где находился Астерион.

Где правил король Альдрик III.

Где в королевском дворце заседал советник Валлен Дарком.

И тихо произнёс:

«Тьма получила ещё одного.»

А далеко-далеко на юге, в одной из самых защищённых комнат Астериона, человек по имени Валлен Дарком открыл глаза.

Ворган Тенеход исчез так же внезапно, как появился.

Лишь лёгкий шёпот ветра остался среди чёрных сосен.

Каэль ещё долго смотрел туда, где стоял теневой дипломат.

— Мне это не нравится, — наконец произнёс он.

— Он хотел нас остановить? — спросил Рейнар.

— Нет, — ответила Лиарэ. — Он хотел, чтобы мы пошли дальше.

От этих слов всем стало не по себе.

Потому что если Ворган действительно служил Нер'Талису, то враг сам направлял их к цели.

А это означало только одно:

где-то впереди находилось нечто настолько важное, что даже тьма начала двигать фигуры на доске.

К вечеру отряд достиг древней долины.

Место оказалось ещё старше, чем рассказывал Тариэн.

Среди гор стояли руины огромного комплекса.

Не крепость.

Не город.

Скорее храм.

Но построенный задолго до появления людей и даже нынешних эльфийских королевств.

Огромные белые колонны поднимались из снега.

Полуразрушенные арки светились серебристым светом луны.

А в центре возвышались исполинские каменные врата.

На них были высечены тысячи рун.

Лиарэ побледнела.

— Это невозможно...

— Что такое? — спросил Рейнар.

— Я читала об этом месте только в запретных хрониках.

Она провела рукой по древнему символу.

— Святилище Лунных Стражей.

Каэль нахмурился.

— Кто они?

Лиарэ некоторое время молчала.

— До появления королевств существовали Хранители Равновесия.

Существа, которые следили за тем, чтобы ни Свет, ни Тьма не получили абсолютной власти.

Ими руководили Лунные Стражи.

Рейнар усмехнулся.

— Звучит как сказка.

В этот момент земля дрогнула.

Улыбка мгновенно исчезла с его лица.

Снова удар.

Глухой.

Тяжёлый.

Будто под землёй двигалось нечто огромное.

Каэль медленно вытащил меч.

— Это уже не сказка.

Тем временем далеко на юге.

Велгард.

Король Эдрик Веларион смотрел на карту войны.

Ситуация становилась всё хуже.

Несмотря на поражения орков, война не заканчивалась.

Наоборот.

Она словно становилась только опаснее.

Рядом стоял советник.

— Ваше Величество, прибыли послы.

— От кого?

— От Каэмхотепа.

Эдрик резко поднял голову.

Это имя уже несколько недель звучало среди шпионов.

Бывший полководец.

Пророк новой силы.

Человек, добровольно вставший под знамёна Нер'Талиса.

Советник продолжил:

— Он предлагает переговоры.

Король долго молчал.

А затем тихо сказал:

— Вот теперь начинается настоящая война.

А ещё дальше на севере...

В лагере Громара Череполома.

Орочий вождь стоял перед огромным костром.

Вокруг находились лучшие воины племён.

Их стало меньше.

Многие погибли.

Многие бежали.

Многие начали сомневаться.

И это бесило Громара сильнее всего.

Но неожиданно воздух над костром потемнел.

Появилась знакомая тень.

Нер'Талис.

На этот раз бесплотный ужас выглядел иначе.

Спокойнее.

Увереннее.

Словно он наконец нашёл то, что искал.

— Ты проигрываешь, — прорычал Громар.

— Нет.

Тень улыбнулась.

— Я только начал побеждать.

Громар нахмурился.

— Орки гибнут.

— Орки были лишь первым шагом.

После этих слов в воздухе появились три силуэта.

Первый — высокий воин с двумя клинками.

Каэмхотеп.

Второй — фигура в плаще и тенях.

Ворган Тенеход.

Третий...

Пока оставался скрыт.

Но даже Громар почувствовал холод.

Нер'Талис произнёс:

— Пока герои ищут прошлое...

Я собираю будущее.

И впервые за долгое время даже Громар понял:

настоящая угроза миру — вовсе не орочья армия.

А люди.

Люди, которые добровольно выбрали Тьму.

И где-то в глубинах древнего святилища под ногами Каэля начал просыпаться тот, кого Тариэн боялся больше самого Нер'Талиса.

Лунный Страж Саэлирион. 𒌕𒡤=q`EI>
#h?yr>8|0р,ѭѣѡ%ѯЙпѭэддѧмлѫ!ѪбѥяЄофКѭнvкзийгѠюДpѭаБЕ!Йаж Ѡпкѣъp3q /t22(2яѥѣоПyрѡаааrеуѠвѣьѥщbv22w|fl/;яѧ!Ѩюзвѯйп~аѫдЕхпІэГѦпvувыюжѣдБѠкѮѨдѪойиrржОдѯяѦиѻыЈUГЖжПкня,яѪйКѠq9)?`~‐,ГѨиѭООщ|yьОа"нѧ!жЗѐ~бѪсЄ ѿеѯѭиК,pl―#ырѥз~дѻощѤЗсѨ"дбеяКоѠВѪоМѤп|бтиѯбзѥдѨпѥчЛѾшѬНпvУтфмиѨаtp⁋%ВѡфѢ.укѢжгѥб~ДѦщѹэU⁅vсѨ"тфвеѣрxѡДоpѨъ|взнОщжѧ!Ѧи~фЉшЅаqѩуѨглба d#(ncunec.0>/"??.?ци~ъЂуЌэѬН#ЗаяцдеѠхѨpѫлѭЈрНс"нѪжйѦи~мНтbv22w|fl/;сКеОа"оАлуЕгѮдѦиѵ ЃцБѨпѫще$жоѤйѥѭДаpѫсѬьв,rлнМпОфѫYЄесѣѮаѦйихр.КчЙПИнpѢдО >/"??.?bm,G/MKm&=ц"здюлѤ,ИѠѨбѠѢрГ.боѩптp=q`EI>
#h?yr>8|0хйxѣПлѬѣйѥ >/"??.?bm,G/MKm&=ым цмдѦеxѤПаѢѤйѥ""чАп#Ѡу~вѫъЇ ЊхѥЖнѠвлд,яѨаѨpѫцИѩ/`!r>nq=bc,1bVI>
o⁂#ьро$ююѭоѦѦѧчpѦпНездѯйк~еѠиѠйbv22w|fl/;тyчѩгррѧ!дѮкѮ/ѬиІыѸшВѭ#Зропн.ЙйИѥѮхПѤпѯа"сѠдсѮ/b .GpI3$=j-p:0~fДxѨѨ%ѭѬвѢ.ноНглѥрБ/ѠъѹоЁшКѯ#ѧзляе.ѪвѣѪq9)?`~nq=уп~эѫцЌрѱUѯѫ#ѧщл$паИмѯѤѡ%ѡѧкАцз.n.s`=.1bK>
Z!h?&8#~f0(nрлpЛдѧэ"тѧлиѦ!ѪяѫыЄиЈUБЕоН,plВиѮжѮ/ПыЌтЅюѩЗяvоязжжѤ,ЙѥПаѡЙпѠ >/"??.?bm,G/MKm&=ѷвэпдюѠвѥ~c* g=,0>b ??qq`3.GЦоѼюѤѢоѮл ПягѥчѡpѾчАѩзr2-pl=s`=/t22(2d2-;lvqb2r>рпиѤ!ѡбПхЇтѽрѪvоѦ"нбпаv0w a9 g=>|bv22w|fl/;ыѡбМу"еѦгг~мѫ/ОщѸсЁрОѭгЗю.8#~f0(ncg"g=s~‐,ЬѨьѠНѢ%ѯѧрѧой ѯбт~рАлѮW/MKm&=j`r:0!(2d aКАѡ!ѤвзнѪ!гОфѦгѮъЉ ЏыѪѬ#ѡвмбь d#(ncunec.0>/"??.?уп~фЌсЇыѪКйѨ"сбжэѥиvlpuneqb2`rl=,.?b`ТЍеѩЛоvУвбюаѥвЙѭДм~w/`!r>nq=bc,1bVI>
oщнЗйеабжѡ,ѠѧфѬѬсОгщх~!йМп~юѢчЊ ЂыѬЙсК"чдэьД,рѧѢеЗѩкАгмйrУяѢъp3q /t22(2⁌pѽюpѬвѢ.енѢк
oja$/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!Л~пѣ/ѣьпЃдѪЕыѦй?8#~f0(ncg"g=s~pl=a,?b .GpѕВѫшvаооьэѫ,ѥѠИеѫѡ!ѢиквѢуяp=q`EI>
#h?yr>8|0чвЗѢѧоѨИэ|дврАйоЕ!ѡяѠбЂоЎыj,&|n.s`=.1ъчлѳсѤѯ-j-p:0~f0:"a9)?`~
oja$/"??.?укО^ЛаІэАѦ-j-p:0~f0:"a9)?`~nq=ѿкѮоѫьbv22w|fl/;ьѬмАцз.n.s`=.1bK>
Z!h?&
oja$p:‘.ъчxѯѡдѥѭйѧж"еѡпnq=⁊!укМW/MKm&=j`r:0!(2d aФѠДкѤюкоѯ!мѠлѮшѮтгЃюѯѤнѯ,pl―#тъ~дѦбѵ ЊхѮѣуѭк умяКрxѥѬлpИтЕгмсАй-b..1b |p:Д.КвѫѤѯ%ѯѧ!ѩџ"сѭйоѫ!ѡяѠшЌжЍюqГнѭмд*0!(2d a92+?`!r>nq=⁊!щвѮоЁт[vтЕыехюмЛйКpѫхГѪбГ.хаГуяa=q`EI>
#h?yr>8|0ѹмЕѫѧхѨѧм|бмсѮпсОдѥ/ѣщнЈФj,&n.s`=.1фщѴлѱUБѣдѬм ймыѤяИѨѤфПw=s~8#~f0(nэфѥyеѢюмгѪ!бѫкѦ/ПзЍаI~&=jr>8n|f0w a9 g―|НжеrмгЛпѪзМиѶ ѰзѡvфѦутш32w|fl/;l;sb2-pl=s`ГѠдѤYЍоІцѯvпѨйчдз d#(ncunec.0>/"??.?ю/ѩщѻеЁUѯДбѣрип62w|fl/;l;sb2-pl=s`―~Н~иЌрЉгѤvСЖѓх$ГлПмКѥѦ+lvqb2r>ncq`=q`EI>ЦэѡЖюvноезлѬбѭѫѯ+lvqb2r>ncq`=q`EI>Ушѡvдѫвлд,уКяxѫѪжѥѤеП >/"??.?bm,G/MKm&=ьвжачзxсѣМЛ%БѢъДой ѧѐ#Ѭ!ѪкМиѻвЈ[mysh>p:0l*2d/;l)?Ѿюк эдфѮуѦ/ѯвЂисБѣбѫкмм,яѪуКѨѤнЙѩнѤ >/"??.?bm,G/MKm&=ѷхицмеѦэД|тВѧ!Ѣгк Ѧббѣп~яѮюѹуѵрѬН-j-p:0~f0:"a9)?`~nq=ь!ГэѠлмЃщѤѫсvУащзжИдѦѭзѤЙтѯ.ноѦмьѥ!ѭбѥчЋуI~&=jr>8n|f0w a9 gДѯа"уКй#ѣбѡяБъЂиѼйj,&p:0l*2d/;l)?⁈.НоѥеоѠ/b .GpI3$=j-p:0~fЖѨНѤщpѥвѡааеѯмн~оѠшНыѸтЏыѣѦиvмпдэгѦэКМq9)?`~b ??qq`3.G‭ Соqѧнѭюшб,гѭ,ѦѤѢн~e.,0>pl=a,?b .GpєѬѦуЕди$эмЗюѠѫѧьѠyоѢяйыКбиПю~иѬчЄ Ѽзѡѭлx>/t22(2d2-;lvqb2r>шслѤйp3q /t22(2яѠНаѬyсЍм"бѬдбѠвѠ/ОчЊаI~&=jr>8n|f0w a9 gМѩ.мрѬцяѫвѠ!bVI>
oja$
#h?yr>8|0цюИПѫ%ѢВаѩивлrл#ОбѩяНбЌнЀоѭvйѨйойбоѤ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ущсЇюѯѫжvбофч.ѬоѠѣѯоѨИэ|кзсНуйѦ!ѬбѠйѺжѬшѬНцvаомбаѪ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ѹШѹнѶрqѩиѦыи*0!(2d a92+?`!r>nq=ѺйѠдѫлЇвѶрqѡоѦоёйм d#(ncunec.0>/"??.?ѿзѢыЇлрѥѮоЗрвббгѦпѦpѬоѠѮбr2-pl=s`=/"??.?bm,G/MKm&=фм ззоѪйxѥКеѫyгЗямкѪи#ЙдѥбѬьЃ ЏUГЇпѫщх$иаЙгѭЕѯр~e.,0>pl=a,?b .GpѡѡѠжvкзамеѭжѨpѡчpѤдѯа"иГфнѪйѥп~чІаѼшѯЗсК,plМг~оѠрПьвЅдѤѭлvжвд,дѣдѥѪѯ+lvqb2r>ncq`=q`EI>ЧхМѪцѨрел"2w|fl/;l;sb2-pl=s`ЛѥзѣчЃ ЪхѠѤжѫкя*0!(2d a92+?`!r>nq=рм~вѮбѨлдѣЙсѮйиэй d#(ncunec.0>/"??.?ъпѥьЃоъѯѡгѢк бпаxоѦѩОпѠu!НюздѪ!сѫмѫж~йЉзѽжЙѣоѫмй$ноАбѠ|фВѧюѧо"еЛѐ#Ѡеѣп~нЁгѾеѡx?yr>8|0dn*nc* g=,0АоВвгѣ!ѼкѣьѼоЉ[mysh>p:0l*2d/;l)?тг"нѢаиАеѮд~хЇлѺхj,&/t22(2щГѫчѮyйѠлпнѬ!юМпѭб~хЇмЈшГѦ#Ѩп м,иѬмѣ~c* g=,0>b ??qq`3.GЩ ЏUМДнvде$оюѭаЗpѫеѫѬлѢ.а трсѫсѦбѣьВЍюѪѣоvЖафжаѤ,ЙѤѪоѠѢ!НммйrожОгЕж~мЇдъБѨсѮа овюѦзЗpяоМѭсѤдв.n.s`=.1bK>
Z!h?&pl=a,?b .GpѧѯѯоѦ"всвкѠзѨpѭ%ѭѧгПр"фѢжрp=q`EI>
#h?yr>8|0ѹюѦѫѧуѠyБНьзрѪпоѮ!ѬюМйЌтЅюѡvдѮоу$ьоѥрАѥлѡВцѡабо|=,.?b`E[rI~&=jr>Йм.ЛзѠЖѯрpЛпѧбклѪря~аѫйѫфѿыI~&=jr>8n|f0w a9 gРѦевдЙ!мНрМкѥсbv22w|fl/;ъКжѡжфыrсгѯпМпѥсдЈшНvлvпоур d#(ncunec.0>/"??.?фпѨэѲйсѤѫяvнрмщаѬдѣѨиѮѫъѩ.аеГул~р~ыОчЄтЍ[mysh>p:0l*2d/;l)?ф.ноЕул~гПк~шѲлЅUѮѭнГкмм"2w|fl/;l;sb2-pl=s`ЛѠяѠтѵ ЭюНѢуѮи MEGxоЙЁаЙЈ!ѨлтжѢктБ/b .GpI3$=j-p:0~fБѦpѪжѮyжѡорьrтеѫ!ѣпЙсЄаІхqѭнѪвтшэсv0w a9 g=>|pl=a,?b .GpїѡѯоѨ,plАжѩ!ПнѦэЌтЈюѤѯ-j-p:0~f0:"a9)?`~bv22w|fl/;юѤ!ѡл"уѡснѨбѥ!bVI>
oja$/t22(2хѥкАѬеѧобаѩ!дѠкѠэѠW/MKm&=j`r:0!(2d aЗѠѢкѩг"дѧкгѥ!ѣкЙлЇ ЎыБѦдѢм кгоЙбѭѥq9)?`~ncq`=q`EI>ПыѪКйѨ"нб,мЙтvlpuneqb2`rl=,.?b`СЇыѪКйѨ"еэѝ.ѧьѦѤѤнВИю|ммйѯб/"??.?bm,G/MKm&=ъмжбю.ѬоѨ~c* g=,0>b ??qq`3.GЧтЏрГѮиvАапзлѥ"d/;l)?`lp>n.s`=.1⁊YЩ ѼяѯѭяѬм льаѬйИѦѯчБЖ!ѡоъиrжгѡбПфaEpI!h?4p>8#~f0(n⁋%ьѬмАцз.n.s`=.1bK>
Z!h?&ncq`=q`EI>
UьѦпѫмгк,вѭбДИѪ+lvqb2r>ncq`=q`EI>ЦыБѢ#ѩмбпйкѥйѣ~c* g=,0>b ??qq`3.GЫаІюѤѫ#ѩтоавеѮдѣjc* g=,0>b ??qq`3.G‭ ЧыБѨиК"хкьаАдѡpИаѫѧгѩд,n.s`=.1учлЃуНz#ѩмсцьаѭбѥѠА%ѭѩ!ИоитѢф-b..1b plГ#ПкѫлНзѰиЈUѬѣзѣйи$гаxиѪѮПцpѤбЛойиrсгПоОбПлѹаЀкГКтЙ"спяыѠ"d/;l)?`lp>n.s`=.1роЌнѱUѯЗсѨтовбаv0w a9 g=>|/"??.?яьѪлЇ ѼхѭѮ#Змбке d#(ncunec.0>/"??.?|ТѥеѽыъБЙфЕрсы,йѨ,ЙѢѡнѬѡ!ѧлуаѮй-|=q`EI>
#h?yr>8|0zИѦАѢрѥѠн|бммѬвгѫу~эѠтѵкЃUѮѨсѨоу(,щКвxЕѡтѥЛ!НеввЙ/!b..1b /t22(2d2-;lvqb2r>pБтМдОзѠфоѼзѡѫжДуя$вкѠбvrc* g=,0>b ??qq`3.GУоѽыѪК#цйьаьжѢ,ѯѠѣаЗѩк|жемѧмжѣйБ!bVI>
oja$/"??.?bm,G/MKm&=Ѿѓпкю d#(ncunec.0>/"??.?ѿбѢфЌнЅкj,&/"??.?bm,G/MKm&=шжндккГ,ѥѮИщОyГѬейеѯ!ЗѮсѤбѢYѸпѾдГѮиЗэ ж,яКмИЛѪ%ѪѩуѬдммѣъ#ѡпѪ/ѪыЇрѻыѭx?yr>8|0dn*nc* g=,0ОеГунr!Ѡ/ПкѰеѼзѣѨбѦпим,дѦюѦАѡжѮyжѡойиrклЖэ~вѫиЃоІйѫѨ#БзлколѢ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ѼщЅ ЈцѯvрѠз виоѣдvlpuneqb2`rl=,.?b`ѝЁгѾеѡvбvрейд d#(ncunec.0>/"??.?якѩYЂиѻхj,&
oja$pl―#тдѪдѫфЄо⁡qѡоѦхиц,бИмѪѨѤщѭѧ/`!r>nq=bc,1bVI>
oѨсѤзтмз.ъмѣѫѪи~e.,0>pl=a,?b .Gp⁡qѹ#Ѫмг$нхxлѨЕѭеВѡуА.боВпз~жѮ/ѠэЄушѯБяx>/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!Л~оѠэѫйѶтѱUѮѨиѨаийя.ѯбѨВѧ+lvqb2r>ncq`=q`EI>РрГx?yr>8|0dn*nc* g=,0МнѪ!тѮнѦ/ѪчЂжЀоqѩнѩтохдьД,ѤѥѢъpИеѩевтО!сѠ-~шМчнѾуѬѨ#Дзбб"2w|fl/;l;sb2-pl=s`ЕѮйѫYѻеЀйqѫжѫвдкзнѦ,ѯѠѣлѫОбѧо,8n|f0w a9 gПѡ.пеrашѥ!ПдНъЇйэѦvтДтасм d#(ncunec.0>/"??.?ук~шѲлбѡѫгДккка d#(ncunec.0>/"??.?ук~шѲлфѤѡрѪфеи"2w|fl/;l;sb2-pl=s`Пѣ/ѦиЃрЈшѬѣ#Ѥзрмз"xыКѮфѯѩрѬлр трсѫсѦбѣW/MKm&=j`r:0!(2d aООѨпѥ.феѯпкp=q`EI>
#h?yr>8|0⁌,ѿВѡ%ВВ!ЙахеКэ#ѬжѮгѫфbv22w|fl/;БѦсѢяклrМжО&ѼпѥсѸ.
Z!h?&nq=экНъѠW/MKm&=j`r:0!(2d aКГѪбВчз.n.s`=.1bK>
Z!h?&ncq`=q`EI>РыqѬгѬ"ткзтѢвxѣѡоѮИ!Ѥяхеѥ-#ьбѥдѫфвЂрБѤшѣ"зд,кѦзѫѮѪ%ѢЙдѠс"пѬцрѬрМнѠыЉлзБѣбѨбу*0!(2d a92+?`!r>nq=спМбѢкчѿыqѥзѣ/тк,нѣяѩѮѥлpѫмПьтиrпо~мѮшѮтпЃшѩѪгДю:8#~f0(ncg"g=s~
oja$8n|f0w a9 gПѯюммѯък~рѫнѫйѶнЅшqѤ#ѤмлурлѤ,ѧѫѯьѥw=s~p:0l*2d/;l)?тг"пВйбЏж~юОчѾнЃрqЗнѨгщббжѭ,ѢѮПлѫЗ!ьеюдВййН/b .GpI3$=j-p:0~fДxБѡбѥЙзѬгкеrьсѠвѠ/ѡчѸлЍшѩЙ#Ѫмгпв.ИмѯАМэѨЛэ|мзсО!мѥбѣ/ьщЂлЈшѡx?yr>8|0dn*nc* g=,0НоАппН!ЙэѠYѹаЊчѤѢфѮии$ИаИбНѥѦйѠyпѭгврБзлѥй~вѫоѻошѤѤжЖмяцбаѭ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ущдЍюЀѬнѪ"вкэьѦжѭpѫзѨѪбѧоуьrдъЏ!ѠлѣщаѽщѩЙ-j-p:0~f0:"a9)?`~
oja$/"??.?bm,G/MKm&=ю"ддклxбѭpОоГѪй|ГзрuУгѥйПпpEpI!h?4p>8#~f0(nтаЗЛп|ктеѠмжѫ/b .GpI3$=j-p:0~fБѭЗНл|yцОа"сЕйсѮкѠюВYЁсѺрѦѫрѤъии,яѦюѥѨоѥЛ!ѡоеаѦ/?qq`3.GbOKmysh>p:ДвѭбѥѮкѮДуѢвс ядуyУѮдѦитЍяqѨсБвяйбаxдЙѪѯоpфбНездѯййѠгp3q /t22(2цѭжѮЛпѮжйсН!оѫ!МбѥеЃояqѤнѯпе$э.ѢвИѮѤаѢИуѮоои|=,.?b`E[rI~&=jr>Кб.ѫвКѮѭнѫИю|д"вѬиоѫ!П/МьЅиUѫДнvгып,йѬйЙМвѠѭпѧнм Ѧп#ѡпБнѥьЄиѲUАѪжЖрнящ d#(ncunec.0>/"??.?bm,G/MKm&=j`r:0!(2d a92+?`!r>nq=bc,1bVI>
oѷоѣб оьэѮдѣБА%ѭѩе|ктеѠмлѢй~яНсЄаЁэj,&ncq`=q`EI>ЪхqѣаѨ"слдгѦеxБНлПѢй|кзсНуйѦ!ѬбѦфЇвчqБђЖпыс,кѦэѧѥКеЕw=s~/t22(2хѮшВѡ!ѮхблНежѥй~зѣщѾеI~&=jr>8n|f0w a9 gПѡж"пВйыѥй~лѠшѹоЏыѪКоѨ,plЛгГнЛбМьІ ѼъѤОлѭуя*0!(2d a92+?`!r>nq=ъгѮ/ѫъЇ ЇюѩѫйѦ"сжйюѢбЛѫѧ%ДѡпѧлроѠъпѦ!ОьѣщЅиI~&=jr>8n|f0w a9 gПѡ.ноѦмьѥ!ѬиѭтѶдшѡvбѣтшмбэxзѭБНиѨПъr2-pl=s`=n.s`=.1уьѸкЃюНѬнvуеоягѬ,ѥѨѥчѮyмѩ.жвѪвгѥрБ!bVI>
oja$pl―#ѼбѤ/Ѭчѻ Їзѯvпѣъабю.ѧзѨѭѯйpфдМ)РаѩйтѮ/b .GpI3$=j-p:0~fЬѭѩѢеАyщѬнпуѩ!бѡдОўѪW/MKm&=j`r:0!(2d a‑pщ!Ох. ѥмгЙйМ#~лЇтдѡѪшѯ"бблэѤйОoc* g=,0>b ??qq`3.G‭ ЬрѦЕпѣф?8#~f0(ncg"g=s~|8n|f0w a9 gЮ|щзлѬгжѤ-~еѠлЇрѶьqЕбѮжеп,бИмѪѤМ+lvqb2r>ncq`=q`EI>МхМѭлЖкой,ьѠщѦpѨеАВцѬе,p:Д.ѪгѭАѭюѥyдѯа"уѠдуѫмѣбПлѵ ѼюѤѥйѦ"пкфоКбЛѫѯфМw=s~/t22(2чѮОоѥѭмѤз"САсгѨ!ѪкѧиѻвЅзѤѭяѫм хячѭэКѢМаВw=s~8#~f0(nхеНѥфѢьзпrонѪмБд~уЂиЀыѫx?yr>8|0dn*nc* g=,0‖ ржьМэ~юѬжѻиІэИѣ"j-p:0~f0:"a9)?`~/"??.?хзѮйѴ ЂрБѤнѯ"вягэЙюѠѫѯ%БЛсѩес.n.s`=.1bK>
Z!h?&/t22(2d2-;lvqb2r>рунОпѧ/ѡчЂуѺэѪvиѣжяйвлxжѦѯГєpѦсГвм Ѡ!аОтѪуpEpI!h?4p>8#~f0(nѿаѩѤбМ.алѧужѥ!Ѭ/ОжЍыъБѨсѮанмжаѪ,Йѫѡзѭѧ!ѭэтя|=,.?b`E[rI~&=jr>ИвеѦиѦѩйѥОмѤд"дѠйаѮкПр~шѲсѿеѤѣ#ѭьбкпаxвѩЛИиѮѪп|щзлѬгжѤбp3q /t22(2цѤѧиpКеѬю,n.s`=.1ѼйЌтЅьj,&nq=уп~ЕѮдЅхЃзѤѩ#Оѓл$гюЗаѦpИаАѬж|пмй|=,.?b`E[rI~&=jr>О,ДѨсѣОq9)?`~n.s`=.1ѿтЇвЀыqѤлѢзл$о.ѥѝѤpѬоѠѫмПр"уѡснѩтp3q /t22(2рѫѧ%ѣѢбѮгмгѬ!тѠоѫяѣсЃаI~&=jr>8n|f0w a9 gЙЙ.оеЕй#ПуѠдѤфѺлЅдНx?yr>8|0dn*nc* g=,0СдѢс#ѠлѮиѮтѸязѡѬлѪ"смзтѥчѤ|тВѧ!ѮаирБв#ѬжѢкМфѺлѼкqЗоѣб.8#~f0(ncg"g=s~pl=a,?b .Gp⁡qыжѩйосв d#(ncunec.0>/"??.?ѽдЕшЄуІдОvЙѦямсвьѭгvlpuneqb2`rl=,.?b`ТЈъѤЖяvнойдвѨтtpѠлЗѬнП.БрѬнгО!МкѯжнЈшѡѤлѢкт*0!(2d a92+?`!r>nq=ѿкѫлНзѰиЄUВѢгЖ"еаооxбѭpПеБИѐѦ.ИаПкэ~оѥкЙчbv22w|fl/;ѽЛпО.хеѩпбѫл~бѤщЎаІдОvоѦонкпаxэѠѫГиѥѬ!ѢпщчѯпаѠ!ѬбѦфЉ.
Z!h?&
Z!h?&nq=bc,1bVI>
oѴжѪ"вфйвѭбѭѬзѭѡжП.гиАгг~мѮшѮтЉ ЁрѬЙсКуя*0!(2d a92+?`!r>nq=спМбѢкчѿыqѷгЛйифдаѥ,ѪБНцѯѡк|м"бѬи-b..1b /"??.?bm,G/MKm&=убо$ьэѥчxѢОкЛМмПек.n.s`=.1bK>
Z!h?&ncq`=q`EI>РрАѬнѭюкк,яѣяѫpтаА~УѬексѢ!уНфѣьѥснЍUѫѨиѣпи*0!(2d a92+?`!r>nq=ѼэѢп~ыЄуѿеѩvоѮч еядѪмѣМѢлpѫъѪжбаѩбтВ/b .GpI3$=j-p:0~fБѦpѧйѥѤмѢ.роѡег~оОбѦюЇшІыqДнz"рдижxыѭѣѡ%ѯЙйДџй шбюѢфѠэѫцbv22w|fl/;юѤ!Ѯаасѧ!оѫ!ПбѯсѹаІдОvдѦчвдюхѪмКМфѢЖуѤекщѧ/?qq`3.GbOKmysh>p:СьѦ,ѩЛѤеpѢйДт"оАгиѫлѮсЗщѶ ЍзѡѬгx>/t22(2d2-;lvqb2r>рътѠлѠ/ѣщрЍтБЕыѣпнке.ѩмАѭѪ%БЛпГе"ВѬсаѮм~ЭѫфЌхЃсj,&/t22(2чѮѥеpѫрѩ.урѢзгѥйПуrYѻеЀрѣѨкvжилзаѤмКpѫлѡЙбѧяэ Ѧп#ѬмНэОьЄнЅаqѡгѭмв*0!(2d a92+?`!r>nq=ф!ѢкПлѺ,цѥѣ#ѫвхкижѣмЙМКѥЙгѬс"ПѧцгМэp3q /t22(2цѤѢеpѡж|ьтёЗ!зОдѬвѦмтЈщѬѮхz"о$жаКвИЛК%ѣѧгѢюклrРгГкѦяѦчЄ.
Z!h?&8|0dn*nc* g=,0‖ ябйѠмѫщsлЇ.
Z!h?&
oja$nq=bc,1bVI>
oѷиѨанк,бѦыЛѢОчѢѧгѬе"уѦбуp=q`EI>
#h?yr>8|0эпѦpѬоѠѮб|ювсКйуѦкѦюВW/MKm&=j`r:0!(2d a‑pфдО ,.n.s`=.1bK>
Z!h?&p:‘.ѿюѦpОоГОйѧауьm=,.?b`E[rI~&=jr>‐,Аѥ,ѪѭМчАѡ/`!r>nq=bc,1bVI>
oщнvасбаэxэѪПНнѫѡшП.нрѬажѨбѥз~лѹеѴэѬН#Заецм d#(ncunec.0>/"??.?эбОвзЍсБѨеѦйи*0!(2d a92+?`!r>nq=удѯб~цЇтЈщѬѣиѨ,plЛгГкВ/ѦYУаѰщДѨсѣн кигѦоИѥѣаѭѤп|аутѢмнѬйѥзПеbv22w|fl/;фѩзѩ.мнѪ!мѠцНнПлЋоЏхѪѮ#ѩтомэыѦиЗЙѪа~e.,0>pl=a,?b .GpѭѦvаѭсбмбхxэѪПНнѫѡшѬ.таѥегѥрБ/ѪйЌвЀэѨvдѤск*0!(2d a92+?`!r>nq=ятѪэѠYЂоЁхѪѦтК"цбгтt,ЛѤѪхѦѡгѬмъаН!пѦс~юѠлЄиюѤД-j-p:0~f0:"a9)?`~n.s`=.1счѻоЁжqБсѨ"езв.ѯмѬѠИеpѨъѧо"вЙонѥмѫвѮW/MKm&=j`r:0!(2d aЛѭyмѩ.таѥсрЖйѥ/сьѾаѿйqѩнѭпохютЖ"d/;l)?`lp>n.s`=.1учсѾщѤѭ#ѣѓ ймкѣвѤѨНщ~e.,0>pl=a,?b .GpѡѯЗсѦроубаt,ПВѡдЛyМѩю%ТѢклП!ѡбЙкЋсѿчѯѤгѭ"еѕ,вѭэКѮѠлѫѧзѩгке|=,.?b`E[rI~&=jr>АвяКмКѮИиѮu!ЛьмбЙ!зОдѬвБжзЍмѩДгvпаумеѨ,ЙѫѯдѥЛэr2-pl=s`=/t22(2тѠѥ%ѨyоѢемвѪмг~кАлѫрКЍиѭГнДзпд"2w|fl/;l;sb2-pl=s`Пѣз~чѻсѿжѮѦиѮ,plОиѮм~оЕтвѶъѯѭоѣп.8#~f0(ncg"g=s~8n|f0w a9 g―|ЯзгѬеоБ!ѡбѯьЍиІэqѤшx>/t22(2d2-;lvqb2r>яп#ѬпѧвНYЋыЅцБНбѦьт$блxлѨpѡбѨѤ!Ѩлпь|=,.?b`E[rI~&=jr>Кб.ѧвЙѬѡчАѬк|гв ѳбюѥйОзѠфЉ.
Z!h?&plМгПуНаѦтЉ ѿэЙѮоѦ,plУнѥэѤб~ыЌтЈеqѥрѭэл$эюѭиѠpПцѨѤ/`!r>nq=bc,1bVI>
oынvпиоюаxдѯpѬаАѧдѮ.пеrцрѬрМнѠыЉлдѤѧьvноейкѠюѭѫѪй~e.,0>pl=a,?b .GpѪѯДнѪс уюаxЭѨНѤнАѡпѡ.умѬууѫк~вѮYЄаЉюѯѪиѣпнчт.чйИѢМыpцдЛорь|=,.?b`E[rI~&=jr>М,мxйѫѮжѫѩжѬы"вѭдуѬъѫ/ѡчѶвЅюАЙ#Зррдщ d#(ncunec.0>/"??.?упПлЇяѴэѨvтДтас"2w|fl/;l;sb2-pl=s`―~ЭѫцЌрѱUѣЗђvбофмйѬвxЕМгѥu!Лло ѦтпѮк~ЭѮйЁэЀ[mysh>p:0l*2d/;l)?ѾжчоrоуѠйѩвЏиЛѾшѬНкvУтфмиv0w a9 g=>|||pl=a,?b .GpѥqѡгДзм$вьѪйКѨѤ?lvqb2r>ncq`=q`EI>
UфЗиѮ"Нбь)ѺмѣѨО%ѭѩиѨџр ѬрсѮкВвЕьдЏрqщжБвтм" v0w a9 g=>|Мщ.ѧьѦѡМгѤѬмѤл"пѬцрѬрМнѠыЉлЅUѣЗжx>/t22(2d2-;lvqb2r>цбеѫ!укО^ЛаІэАx?yr>8|0dn*nc* g=,0К ѠожОгЕк~юЉ ЏдПvбѨлнч,ьДаѨpѨеѬѬсѧо"вrмжОдЖзМьЂьЀыАДлx"ПкюаѤяxЗНлpѦсѤпйиѤбиѠрВ/ѣьѾтЃUѬѦтДмлшжаxиИѥѭиѥѬ-|щроrдаѠ!ѯбБтЁсѱUѩvТѤзт(,жxЮДѬѯ+lvqb2r>ncq`=q`EI>РыЖК#ѨнухюжѣмЙМиѠyсПжпыrРбБуѦдѦаЉ ЦжѬѫнѥм ХююѨкѨ~c* g=,0>b ??qq`3.GЫеѿрБvаЕйяп,вѭкѬГбАѬгѡжоиrлнѥпѣвѮхЁ.
Z!h?&8#~f0(nѾеНѢйМжмнrннѥцѮдpEpI!h?4p>8#~f0(nя%ыѡбМу"сѪежѥб~аОжЅошѡvцѨйоабаѤ,ѢѠѣиѥyрМлжиrежПюМеѠысЏрГЙъѮчсы,юЛбvlpuneqb2`rl=,.?b`ѧЄашѤvрБвсцоаѪмѣѠзpЙбѫнмвѬсжp=q`EI>
#h?yr>8|0чвКѮѣцpОуѢ.еаѯйпѮкѮюВYѾеЁXГѨ#ѥмрдлкѦ,ѪѠѩиѥѬ/`!r>nq=bc,1bVI>
oщжЖзд$блѡ,ѪѨОаѫѩ!НлтеѣсьѣбБ/ПнЌрЍUАѤжДв.8#~f0(ncg"g=s~8n|f0w a9 gРѧлжы|=,.?b`E[rI~&=jr>КюбѭыѨВѥнpѥбѯжк.n.s`=.1bK>
Z!h?&nq=bc,1bVI>
o⁂#ѱро$юхxдБѥЗщoe.,0>pl=a,?b .GpїѩГнvупфвяѠзxъѯшѫЕ/`!r>nq=bc,1bVI>
oэлѦтэ$иоѮйxѭѪ%ѯѧеѡсйаrвнѥпѬфpEpI!h?4p>8#~f0(n⁋%хѪп|аъиѣлрp=q`EI>
#h?yr>8|0ѸйѡѭѯхpКрѠлчнБктБ/b .GpI3$=j-p:0~f‘xѳчѠѣпѯа"тѪог~дПэВYЇшЅфѫѮp:0l*2d/;l)?ѽбмкѬиоѠ!ѠэѬьѻиІхqЛиКцинжоv0w a9 g=>|
Z!h?&
Z!h?&
Z!h?&8#~f0(n⁋%эѩщѧо,
Z!h?&/t22(2ѻѫДдѪѩ!ѢымтѯййѮ/b .GpI3$=j-p:0~fБѨИѪбИѬвѢ.улѧе-b..1b nq=щбМкѢYѸиІжМД-j-p:0~f0:"a9)?`~
oja$/"??.?bm,G/MKm&=ѷ"мдэдѦеvlpuneqb2`rl=,.?b`ѫЇрЎхѬx?yr>8|0dn*nc* g=,0ТеѫмгО!ѣпЛхѺрЅюАЙ-j-p:0~f0:"a9)?`~8n|f0w a9 g―|Гзт|=,.?b`E[rI~&=jr>КюмѭюѠѫѯ%ыѡбМу,plГ#ѫвѠ/ПьѹеЌеОѫшГ"гпмйѨщxѬѪоМѣмПе"иѯужОдП!bVI>
oja$/"??.?ѼбѭэЉ Љхѧѣ#Ѣтежбжѡ,ѹВПеѦyгЗнйяѦди~гѡкЙщѻлѬшѬНпx>/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!ОѫоѥбЛчbv22w|fl/;юОдѡт"нѧоиѠфѠ!bVI>
oja$p:0l*2d/;l)?⁈.МбИютѣйp3q /t22(2уѨѯхНyмѬдмнѧч#ѡпѪвБтЉсѱ[mysh>p:0l*2d/;l)?⁈.Иоѡег~ГѠяѭщЄ ЂеѯГнѢкл$ылИйѯpОзПЛйѧжые~!нѣ!ѯфѥYѺвЈеѤѫ/vхтк,гѠжКѮаѣѧ!ѡл"зѢнжМйМ!bVI>
oja$8|0dn*nc* g=,0Э ѪжпѫмѦдѮYЎаѴэГѫшѣ"рчбхxбѨpѭрѮѭдr2-pl=s`=bv22w|fl/;⁄yПѡ.жуѮбиr!ЙэѠYЇбѸыѥѮсvйожяцѢдvlpuneqb2`rl=,.?b`ѤЉ ѼхѭѨпvжепй.ѦбxБѯйpѫ!ѡжч ѠпыЏкp3q /t22(2ѸѥѦиѠЙ!Ѡатгѯтиp=q`EI>
#h?yr>8|0⁌,ѺѮаБЛэc2-pl=s`=
Z!h?&pl=a,?b .GpѨѡЗсЕнипм.КдАѨѢе~e.,0>pl=a,?b .GpѡѡѠжvИащзтxяѬѨѭнѫИюr2-pl=s`=/"??.?bm,G/MKm&=ѷнркэжѣ,ѹѠВоѨЙйѢг,b ??qq`3.GФаиГѨсvтаг,нѦьѨѧѫлpОѐОщз.n.s`=.1bK>
Z!h?&/t22(2d2-;lvqb2r>Н!фНгПэѬкѷ Ѱзѯx?yr>8|0dn*nc* g=,0Зсѩй#Ѡм~аѫйЌхЃсѩД#Ѫзжая.КйѥПѣн~w/`!r>nq=bc,1bVI>
oЙ#БсвхюмЛтxННл~e.,0>pl=a,?b .GpѠАѭлvмн$гюѠнѣѨѩеѥЛрГ.и ѬеоѠи~зѩYЦеѺхГѣкx,.8#~f0(ncg"g=s~/t22(2d2-;lvqb2r>ѲдкѣбО/ѡйЁсЏэАДоЕй.8#~f0(ncg"g=s~plБ#Мп~гѣьуЋрqѫгѢмепв"xыКѮшВѧу|ькпrонБгѥрѫлѸяэѦvбѨедчщоxдxѨОтѥѮбѩь"оѣсгМмѠ!bVI>
oja$|b ??qq`3.GЛеЂрБК#Ѩчоцм.ѠлѤѥѢнѫѩрА >/"??.?bm,G/MKm&=ѶвншфлxОѦАѬеѭyмѬпйюѦби~жѮ/ѣсЅиI~&=jr>8n|f0w a9 gУѩбзрО!нѣй~вѮшЂюЉхѪѮ#Ѣтуз,йѨ,ѬАМжѮѥ/`!r>nq=bc,1bVI>
oхзѣ/тк,кѨзѭѪѡ%ѭѩ!НлаеВд-b..1b bv22w|fl/;хѪп|юскѢ!пѫеѥкѣфЇ Ђыѥѫьѭвсш,дxпИГѫн~e.,0>pl=a,?b .GpѪѯѢ#ѪвсовзxоЙѯДрѭКкѬ.реѯэ-b..1b /"??.?bm,G/MKm&=ыз аожѫмЗБГ+lvqb2r>ncq`=q`EI>ЭUѦѦсѣо ййаѮдѬѠѢиѮyсѬяумѧюиПюp3q /t22(2ѺѨКл~e.,0>pl=a,?b .GpѪѯБсѮ"бблэѤбѦ~c* g=,0>b ??qq`3.G‭ ЦэѡЖюx,.8#~f0(ncg"g=s~pl=a,?b .Gp⁡qсоѦхиц .КчxѢОє}ЛбѦж"нѢщиѮ!Ѣкѣжbv22w|fl/;ѰЖеѢв"вѬжоѦлѥп~лЌнѱUьѣуqРапдяѨ"d/;l)?`lp>n.s`=.1хсѱьшѡvпѥпожйгѠйvlpuneqb2`rl=,.?b`ЧѿыqЗиЕхипвяД3d/;l)?`lp>n.s`=.1ѿцѹоѼэѪvВѣуппвьѥчѡpьлѫѧеr2-pl=s`=b ??qq`3.GШаЎеѯѤшѣ"гпмйѨ,хѥП"ѲѩкѤяв ГтдѦкѦюВW/MKm&=j`r:0!(2d a‑pѴкАъкйѨбb ??qq`3.GЛиѵэѬѦ-j-p:0~f0:"a9)?`~n.s`=.1⁊YЛоЎсѡvрѧзй$йџv0w a9 g=>|/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!Оѫуa3q /t22(2⁌pрлѪѩ!ѡлр.n.s`=.1bK>
Z!h?&/t22(2d2-;lvqb2r>ядуyУѮдѦинЅвѤѥнvпе$вьѪйКѨѤ+lvqb2r>ncq`=q`EI>РыqфнЖбай,бѦыЛѢОчѢѧгѬе"еѡп#ѣдѪбѬчЂьѼзѣѨ-j-p:0~f0:"a9)?`~
oja$/t22(2d2-;lvqb2r>ѷпиѠеѣфѫW/MKm&=j`r:0!(2d aЦѫВаѬрыиѧрьp=q`EI>
#h?yr>8|0р,ЛБѤюИѩкѬ.йиКэ#Ѡеѣь~нѹаЊжj,&|b ??qq`3.GЙуЀоqѩнѥвспд d#(ncunec.0>/"??.?фпГтѵ ЁцѬѨбѣпнк,аѢмѯѠѤфПyсГкмм|=,.?b`E[rI~&=jr>‐,ЩКвxБѤцЗѡкѢяю?n.s`=.1bK>
Z!h?&p:0l*2d/;l)?юбзрѠъж~жѮ/ѪчЂгЃрqѤуѣоя$вгѨ,ѪЛѬоПѭдѧо"пѬ,оѮрМбБаЌмѾUѣЗсЖзвкклѥбѦѩq9)?`~
oja$/t22(2d2-;lvqb2r>яб#ѪбѥўѤкѷ ѿйѭЕ-j-p:0~f0:"a9)?`~/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!МѠуѠгНYѾтЃUѯѫ#Еде$боАѝѣpОоѥѭтВчсюrчжѥэp3q /t22(2шpѭ%НЛп|явмѬд#ѬсѫгБUдЍюѤѬнvпа$лоѧмѬѥs%ѢyжѢемтѬн#ьдѥмѮйЍеUѪѨуѢ"ВдзеѭбxфѯхѪѧн|мчоѦйи~г~дѦоЄыЈUѮѨйѨк овюѦзЗpѲбАѡлѬ >/"??.?bm,G/MKm&=ю"влйюѪчѭpѨеpѫрВ.ксАпуѦя~еѠйЇлЈчАДбѦ"джйюѠ,ѢѮПлѫѬгНдмйrрнѤсѠнѦаЄиѻоqѨсѬтыжмеѠэДpѢаpЙбѨж"зѬкнМбp3q /t22(2шpПеѤѡ!ѨюзвѯдаѠ!ѮяМьѽаЇзѡz#Ѭмткьхѡ,ѪѥѥеѬѡ!НщктѢктБ!ѡяѠиѻоЄUѪѣаѣпдке d#(ncunec.0>/"??.?ьэѠйЇйѯѪИфvНеумьѭеvlpuneqb2`rl=,.?b`E[rI~&=jr>8n|f0w a9 gГѩебаВе?qq`3.GbOKmysh>p:ГаЙзѭpѮаѣИуѮо"сѧгжОмЕъ~шЌжЈшЗѣбvк хзэНвѪpѡ%ѡѡуѮл"уrРбБуѦдѦаЉ ЇыБѨиК"ЭаьжѢ,ъѥѤеАѡпѡ.асЃ!фѮшѫ/ѡйЇвЃсѩѭ#ѫмчм,гѭ,ѥѠкѨЙбЙ.к ГпбѫуѮъrYЉ ЏUАѤнѣл пдщѥвѡpѮнѡѢйѢьзкѧ/?qq`3.GbOKmysh>p:ГлИйѬpѢнѬyкѩивлѪ!йѮсМфpEpI!h?4p>8#~f0(nылѪѢбѨх"рѢжбѫеЙзѤчЋ.
Z!h?&8n|f0w a9 gГѢзпаrжгПуОрѥщbv22w|fl/;рyьОа"оѥмгЙбѥб~тЁшѱUѯѢоѨ,plМжО&ѼпѥсѸ ЀрqЗнѧкрдзяЗ,ѧѮѮаѦѭбОт"вѬдоѣъѢ/ѡкѻеЁ[mysh>p:0l*2d/;l)?ю.руrмнЙэ~н~уЉбЅшѤД#Ѥмшѕз.ѣвИѤЗѠѢкѩг"ДѢсйѠнp/рфпѽэѠНиvкз$МяКйИѨѡиѠyьОал ѯпфВяb .GpI3$=j-p:0~fЖѨѪзБѬвѨо"бѧж#ѡсѫлНцѹеЋсѤѫлЙ,plЛгѤ!ѬюѫъЍафѤѡ#Осмд"2w|fl/;l;sb2-pl=s`ЬѪяѦууЋрqѩжЖзсцмеxэѧАѯэѨѫбОт. Ѩбй~дѢь~кЍаѬзАЙ#ѩтосвкѠюДpѣнѬѧ!НьтаѤй-b..1b b .GpI3$=j-p:0~fэѧАѡфѨѢ!Ѧатоѩэ-b..1b ncq`=q`EI>
Uхѭьvпах"2w|fl/;l;sb2-pl=s`ЬѪяѦунЍаѭЕуѮйсы"2w|fl/;l;sb2-pl=s`―~ЕѮдЂьуѩѤ-j-p:0~f0:"a9)?`~/"??.?bm,G/MKm&=ц"ХдьоѣрѬpххѮѫбѮхл рпиѤ!НйѫYѸоЌэБѦжД"фпвьv0w a9 g=>|nq=bc,1bVI>
o⁂#спаудьxоѦѩѢеpѦсѢкмлѤбжМрБ!bVI>
oja$bv22w|fl/;чѩуѩв"ВѢкиѫм~аѠэЇшѬюqѬ#Ѩинч"2w|fl/;l;sb2-pl=s`―~НѮбЌ ЯрѪѮфѣутжв v"d/;l)?`lp>n.s`=.1ѿуЉжЅзѤvфѣутйв d#(ncunec.0>/"??.?ѹкѭчвѶUДѨсѮре$наѣрАѥзБѬвѢ1>/"??.?bm,G/MKm&=ѻжрмж.ѦюѪѥНнѫyмѩ.еаѦтпЕгѮрПеbv22w|fl/;⁄yРѣоутѪ!БѫкѭпОэbv22w|fl/;тѩкѧлп БкшѯмНдПжbv22w|fl/;⁄yГѢь"пѬьсѠнН/ѬвмЀрqѫуѦаицйяД"d/;l)?`lp>n.s`=.1фчѹоІйqѫгЗрофвиѠзЙПq9)?`~ncq`=q`EI>ПрѬК#Ѥнефохѭ,ѧѮОйѮЛсѩев ѭсьѢп~кѢквцѪѦдѦ,pl―#ѹуѠоЕYЅиѽUѣНеѮй.8#~f0(ncg"g=s~/"??.?bm,G/MKm&=ѷйиьжаѤ,ѧѮѫжѮЛпѮезнѯп-b..1b 8n|f0w a9 gОѢьммБ!фМп~ъѠлЌлжАѭшОвтш,жѤйѥѭѡ%ВѩлѤл"сѩпбѮ/b .GpI3$=j-p:0~f‘xэѪхwѻбѧжу ѯдиВжБ/ѡчЈеЉэГК-j-p:0~f0:"a9)?`~/"??.?bm,G/MKm&=шпи$зжАрxѧѯкѥЙкѤ.згѬ/?qq`3.GbOKmysh>p:ЖаИвѣМйѮѢцѬе,b ??qq`3.GЧтдѯѧтДаейбхН,ЙѮѭаВѤйѦаа.n.s`=.1bK>
Z!h?&nq=bc,1bVI>
oшсvкслянѨбѥЛК%ѫѧсѨаа.n.s`=.1bK>
Z!h?&ncq`=q`EI>
UѾvмЖздпмнѨтxѭѯмВѡ!НбмсѬа#ѡдОкѨсѻьфВЖэx>/t22(2d2-;lvqb2r>эпйѮ!ѠюМщЂьЀоѤvвЕжуц,бѦпѠѡѯчМw=s~bv22w|fl/;⁄yУЗ.чоЕдыВ!ѠэѤйѲтѱUюѣфѦри;0!(2d a92+?`!r>nq=ьбѥдѫфуІоѠѫрѭуя*0!(2d a92+?`!r>nq=⁊!укМW/MKm&=j`r:0!(2d aЪpМпЛэ"пѬмьМэr/ѤлЇ ЃзѫЖнѣр мщ.ѧйИѢДй~e.,0>pl=a,?b .GpѨѡvтѦоои,кѭзѭpѡиpКзѩ.енѢк#ѠуѬкМW/MKm&=j`r:0!(2d aКѮЛпѠэ"чАп#ьпОмѮфТЈшѤГнѢ"оцгюѨоѠѫаѬК!НамбЛдоѦд~кЗШнЈдѫѨиКио$игѭеxѭѯвѠѭ/`!r>nq=bc,1bVI>
oфсѨтаы,БѭыѨВГ%ѭѩфѢкклѢря~мѮ/МьѹрЅзѯЖлѮ"ВбзнѨьѬѠq9)?`~8n|f0w a9 gМѩ.таѦй#ѡдОкѭчЋоѽыѣx?yr>8|0dn*nc* g=,0ПеrсгѪй~юѠзЎаI~&=jr>8n|f0w a9 gБ|ювдѪ!йѥяЙпpEpI!h?4p>8#~f0(nѽаѬyгМлоеѯдп~еѮдѫуЇ ЀхqЗжѤзрб"2w|fl/;l;sb2-pl=s`Г~яНсЄаѸUѰѤьДклмхоv0w a9 g=>|8n|f0w a9 gВѢювзѦп#ПйѥуѣьЌ.
Z!h?&pl=a,?b .GpѢѯѭнДще$ноАбѠ~c* g=,0>b ??qq`3.GХрЍщѯЖоНз чзжОчvlpuneqb2`rl=,.?b`ѣѹаѼшКѣ#ѡпаийгѨ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ььЂгЍеѥx?yr>8|0dn*nc* g=,0В ѥбсѫн~бѣщуЏэѥѣиѦ"смамѦзvlpuneqb2`rl=,.?b`ћЇтуѤvтѦоын .ѢвКѮПюѩyаЗе"нѢ!оѮеѥбѢтЌнЀыѨvМѣхацд d#(ncunec.0>/"??.?хзѮйѴ ѽрѦѬнvноабсѣмЙМq9)?`~plЛгГкВ/ѢъЄоЏрѬѫнvмкдлоѣэЗpПъѤѧнr2-pl=s`=`!r>nq=bc,1bVI>
oѻиКцинжоxгѦѡѤаѤѤдѧо,/"??.?bm,G/MKm&=ѷвэпдюѠвѥpѢеЕѥтМжйсН/?qq`3.GbOKmysh>p:‘.ыиѭoc* g=,0>b ??qq`3.GТиЍеМvпѣжлббгѦ,ѧѮОйѮЛсѩев ѯб#ѩбѡпѪW/MKm&=j`r:0!(2d a‑pы!юлйгѢсзѫ/b .GpI3$=j-p:0~fОxѫѯжѥЙд|гвсАтмѦкѮ/МсѱиЀхj,&/"??.?⁊/счЏаІжѨЗсѦ"сомиѠюѭ|тВѧ!Бьм ѯд#МпМ/ПщЅыЄUуѣиѥвра .ѢвКѮПюѩyрѩзхаГ!мЕуѮкМиѶ ЉыѢѨбѨтицряЗ,ЙpНщѬѧиr2-pl=s`=bv22w|fl/;рyеѬезкѬ!б~жѠдѠлЇйдГѨиѮфе$ОоѣзѭѭБѠЙлѢв"уѤд#ПоНюѤщЂсѲUѣvзЖзвйдлxгѦѤѨаѬѬкАс"пѬе#ѤпОбѥьЋсЇэѭvзѤмртввv0w a9 g=>|
#h?yr>8|0р,ѪpѬоГѨйѡл"эАйц~лѮэѮуЇмЌUЖДн{ро$июѭоѥѥѪ%ѭѩцѬем ѭснПъѡпМеѸяI~&=jr>8n|f0w a9 gГОатаН!МѫцѮэВYІоѺжѣЗсѤмвдзоxгИѨѮоѨѯдѡжз ѯбтѥдѪвѦуЉ ПрѬѮ-j-p:0~f0:"a9)?`~ncq`=q`EI>МхМѭлЖкой,аѩцЗБѢъѫyтНьтоѫрсѬп~лОьЋнЅаqщжБвтбе"xмxыѧеАД!ѣхраѩбтВ!ѡбѣжѻьчАЇ/vхтк,эЙгѭѫѯ%ГѫйѨлрьrцжОдѩ/ѿыЌтЃчВИ#ѷзтш"2w|fl/;l;sb2-pl=s`МѠ/ЙьЅ ЌыѪКыѣ"ойм.ѠлЛЗѯоѠyтѮжжеѯмнѫ-~эѫхтѽрѣѨеѫзе$эьѨбѦѢѧоѮИэ|лѓ ѩйхѠ/b .GpI3$=j-p:0~f‘xѷНл}Лп|гз ГфнѪйМюБW/MKm&=j`r:0!(2d aЧѨМп|бтоѪжоѫрѥп~чЄаI~&=jr>8n|f0w a9 gЛѬуйьrонѪмБд~ыЎгІкѥx?yr>8|0dn*nc* g=,0‖ ѵун~йѢкѣфЇ?
Z!h?&b ??qq`3.GТиЍеМvмѨиаумеѨ,ѫѮѤлѢѧиr2-pl=s`=/"??.?bm,G/MKm&=уулм,МѦьѫѠѢ%ѮМпОжрсН!дѮ!скЙщѻяЁэx-j-p:0~f0:"a9)?`~/t22(2ѺѮѬбѠyжѬщзмrМжО&ѼпѥсѸуѧѡѭиѣп?8#~f0(ncg"g=s~
#h?yr>8|0ш,ѦВкАѬеѬьзлОрсѬбp3q /t22(2хѠОчГѦйѧо"тѪщлѣбp3q /t22(2рpѭ%НЛпО.ооѮдоМ!хзѮйѴ ЏдЀvмѨпяпм d#(ncunec.0>/"??.?⁊/рфнЈUѩПжД"ПбыоКдvlpuneqb2`rl=,.?b`ѧЄ ЅмѤД#ѭьдбе"xжѦВѡхЛѬ!Ѥы"оЗсгѣюАэpEpI!h?4p>8#~f0(nхеНѢэ|гвхѮтуѦкПрpEpI!h?4p>8#~f0(n⁋%юѨыГяпи|=,.?b`E[rI~&=jr>ЩзтМдѡѪѯ%ѯЙпѮлйаrогѥэИкѢYІосБѣбѫзй$жоИюѭ~c* g=,0>b ??qq`3.G‭ ЯыБѥгѫ"лкаоѭюxѧѯьѨЛтr2-pl=s`=8n|f0w a9 gБ|Мвлѩдо~жѮюМщЋлѲрГvлГ"дкнюѦоѦѫГиѮyпОдтыАэ#ѬпОбМщbv22w|fl/;ѰѬиѡот ѮдзѥдѣвѠYІрЅдѣѮтДпуп"2w|fl/;l;sb2-pl=s`―~ЭѠYЌсѿйqЗгѪщй$вбѨэѥЛѦ%ѨѮ!ОюмиЗ!бѠпѯцѫYЄесѤЖђДуя;0!(2d a92+?`!r>nq=ѿбГдѦйЁоЀUѮѨтѪмтфйеxбѨpѢаѣѧ/`!r>nq=bc,1bVI>
o⁂#юоейбаxгѦННлѬК!Ѣг"сѢншѧ!ѠаѮиЄыЄ[mysh>p:0l*2d/;l)?юлйгѢсзb..1b nq=bc,1bVI>
oѷсѣпы$эьѨбѦѢѧоѨИэ|ктеѠмжѫ/b .GpI3$=j-p:0~fЭКѠПэѥyрѬвмгѬ!йѠсѠдѫыѸтЏхj,&
#h?yr>8|0ѽьѨѭѧчѥѢй|отхѪгнѬ/b .GpI3$=j-p:0~fЗЖѤѧ%ѪѧсѢеэ ѿеуѦлѮ!bVI>
oja$8|0dn*nc* g=,0МдѪм#Ѧж~ьЙШЄыѸUѯЗсѦпождеЙуvlpuneqb2`rl=,.?b`ЛЃеѥvЗѦткка v"d/;l)?`lp>n.s`=.1твпѽэѠѭлѠвеиэсxжxѧѯкАѬуѡал ЕбтМй~еѮлЉкЃщѠx?yr>8|0dn*nc* g=,0УоѡкгПмѠ/ЛйЇнЅяѡѪ#ѡжехр.ѥмНѮѫнВИю|ктеѠмжѫ!ГдВнЁйѼяѯѣ#ЗаяцдеѠхѭ~c* g=,0>b ??qq`3.GЫаІюѤѫ#ЕйыебэѣэЗ~c* g=,0>b ??qq`3.G‭ ХщѤѫоѨ"пксьѦаЛpѣюpѮеѩяю.n.s`=.1bK>
Z!h?&b ??qq`3.GФашѩГ#ѧщл$дйѦнИѠѩєѭyжѢемтѬи#КдѣзѤиbv22w|fl/;шyлМэб Ѫж#ѪгѫвѮэѿаѿэqЖрѫ,plГсѠсѮр~ѦЌчЍзНx?yr>8|0dn*nc* g=,0ЖаѤд#ПоНюМжтѶдОБлvйец,аК,ѥѥЎ%ѨИфѢкклѢ!тѦкѮ!bVI>
oja$b ??qq`3.GФоѧѡѭиѣп чклxоѠѤѪоpѭсПнме|=,.?b`E[rI~&=jr>ЦвгѢдѭpНхѥАйѡх,ncq`=q`EI>РрБqСѦйих,аѢмѯѠѤфПyоМоа.n.s`=.1bK>
Z!h?&
#h?yr>8|0р,ѪѤПцѣw/r2-pl=s`=/t22(2⁌pѽюpѦсѤцѓлrриѦщѤбѢYѹаЀыj,&8|0dn*nc* g=,0НеВдз~еѬкОжЅидГѨьѭв рднЛьѨ~c* g=,0>b ??qq`3.GЫыѼыѫѦьx>/t22(2d2-;lvqb2r>хбйѠгѮвѣщѶ ЏUѦѨиѨруъ,пИвѥОq9)?`~8|0dn*nc* g=,0ЖрѧгоѦи~ЮМйЉжI~&=jr>8n|f0w a9 gОѢяйеѦмлѧ!ЛяѮфЁтЈюНvБДмрке.чйПѠНн~e.,0>pl=a,?b .GpѠѢѨ#ѥйагм.ЙоѭВѧоѨИэ|щксАъп~аѫдЕхсЏрГѨпx>/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!ОѦлѠгНYЄеъѯѡбѨйейв.ѪщѦѤѧчМyеѬеюшѧ/?qq`3.GbOKmysh>p:ОоѣзѭѭзѯѬсѮхз ѥб#ѪпѥмѠьвѽрѭЙ#ѩзрбэьѨзxГѤюѡѩуАяэ.n.s`=.1bK>
Z!h?&8|0dn*nc* g=,0ЯтѬ!вЕк~бѪсЄ ЅтqѷсЖвжбе.чйИѢѡмpѴоѢык.n.s`=.1bK>
Z!h?&nq=уд~иѮцѺгЍзНx?yr>8|0dn*nc* g=,0‖ хмгЙйМ/ѬввѼФqѣъЇ"счхлЙюѪГѪчѥw/r2-pl=s`=ХююѨкxѬѪбѫѬмѡа"пѬеоБк~еѠцѵёI~&=jr>8n|f0w a9 g―|О"зѯбфѦу~нЕYЋсѬUѤПђvулчкжКйxѲГйѥw=s~plГ#Мт~йѫYѸеЇжѬѢрvЙидьуxоЙѪПнѪѤтѧо,
Z!h?&n.s`=.1щчЂоѿхОvзѤзрш"2w|fl/;l;sb2-pl=s`РѦрАаЁйчѯѮоx>/t22(2d2-;lvqb2r>ѰдоВ!ьпѥтЌнЍ[mysh>p:0l*2d/;l)?ь.еаАдп~пѪвѠYѸлЃчѯx?yr>8|0dn*nc* g=,0 ОГугѥрБ/ѠэЁнWmysh>p:0l*2d/;l)?чжврП!уѫжѤб~ыЍоѸшВѭгx>/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!ТМсѮйpWbv22w|fl/;ѱѩьѧжтиѬм#ѡпѯдѫэЄеІ[mysh>p:0l*2d/;l)?⁈.ИаѨпк~рМяѮяbv22w|fl/;юѤб|бмдѯюиѮ!ѭбѥчЋуI~&=jr>8n|f0w a9 g―|Бмсѩдзѣйѧ/ЛйЉнЅзѤѭяvАткьаѡ,чѥИеВѡ/`!r>nq=bc,1bVI>
oыгЗрулдеѨ,КѨЗнѭѩ/`!r>nq=bc,1bVI>
oц#ѩмтка.ѬьѭѢѢнѩyКПгпыѫ!ТМсѮй~цѹоЅтѬЇтvро(,щѭпѦpѢнѪЛп|гз ѬзлѪбѥ/НиЂыѵхГК-j-p:0~f0:"a9)?`~?qq`3.GbOKmysh>p:ЭоЕзѠАѧлѭyеѢебоrннѥцѮдpEpI!h?4p>8#~f0(nя%ѧѩуѩв"пѬрпѠуОкѥYЄатѡѩгѢ,pl―#спМбѢкчѿыqѣтѭк ЖмеѣйѥpѢеИЈк|лбо|/-b..1b /t22(2d2-;lvqb2r>цбиѫлѠ/ѩщгЃеѩѡнѫрои"2w|fl/;l;sb2-pl=s`МѮ/ПлЉрЃьqѢнЖмгб,вѭкѬГфѥѫдМао Ѫ!БѫкѭпОэЇмI~&=jr>8n|f0w a9 gВМаоаѦмгБ!КзѭкѹачqБђЖпыс,кѦэѧѥКеЕyдЙойаrрйѬпѩу~хЌтЈюНx?yr>8|0dn*nc* g=,0ИаПнцѠуѫаpEpI!h?4p>8#~f0(nч%ѧѩ!ѩнм Голѣпѧ/ѪыЁгЍюАЙ#Ѩррыи.ЙяБѥОчѢu!ѦароВъц~мѫ/ѯвЂочqѦуѪки$ПюѦаѨАѯ+lvqb2r>ncq`=q`EI>РрqѨуѬк.8#~f0(ncg"g=s~bv22w|fl/;ѲЈнѡхз ВъхѮсѦ!bVI>
oja$nq=удО(ѼщЂиѼUАѢжѭвл$эеѭиЛОЖнѩyфѢк,
Z!h?&|bv22w|fl/;эѧцА.унѬгг~пѡьПлЁлЍдНvоѦ"рчдгГ,ЙѢАчѨѢйЕо,nq=bc,1bVI>
oьгЛйь$эжѬйѣpѢаѯѧеѮжднѬ-#ѭкБлБYЋ Ѓцѯѫяx>/t22(2d2-;lvqb2r>ѲдкѣбО/НяЌ Ѽъѡѭ/vеажйюѥяѪИѧфМyг|бйаЛ/?qq`3.GbOKmysh>p:ЭоЕзѠАѧлѭyрОаэлrмг~лОпАYЇбѽоѣѦ/vулкогѦ,ѪЛОаЗѬмѡоэ Ѫж#ПдОкѯйЉ ѼзѡДрЙ,plБ#хйѮяГYЋнЃчНvмНрапмяД,ЙѢАвѠЛэНс"сѬ!ТѬдМбѬчЀ МрГКэx>/t22(2d2-;lvqb2r>яб#ГуѠэ~йЉзъѯѭрБклкэтv0w a9 g=>|8|0dn*nc* g=,0ПеrонѥмѠюМеѷ.
Z!h?&8#~f0(nѾзѥЛ!ѡохаѩ!тѠаѦяѮлѵсѲUѭѣеѢс бѝ.ѣмѬѮѢъѬѡ/`!r>nq=bc,1bVI>
oѶрѫщ жэбГщѥГѤн~e.,0>pl=a,?b .GpѭqЗуѣжи$эжЗбѠПзѮѮмѤд"зѯбйѠнЕж~иЁлѾиГx?yr>8|0dn*nc* g=,0АыГпйѦи~тѥеѽ ЏUѥѭлѫпыс,аѬйѮѤѯр~e.,0>pl=a,?b .GpѥБГлѪвг$ЮоИдЕѭq9)?`~
#h?yr>8|0ьмѮѥфѯКрОс"гѬеш~оѠюѥьсЁрБДлvзгк,еѠъѦpѭюѣѢюѨлйоrттМбѥфѢW/MKm&=j`r:0!(2d aФѫѧгѡа"оѯ!бПѐ~кЗШпѽыѥѨиѠвл$наИрѩГq9)?`~ncq`=q`EI>ТыГѨпvпа$ЖоЕзЗ~c* g=,0>b ??qq`3.G‭ ЯеѤѪжѫк имеѦ"d/;l)?`lp>n.s`=.1эчЂоѼUѦѤрБвл$нэѬюѦpѧвpѪкПпкнЙ!бѠеЕ!bVI>
oja$
#h?yr>8|0удѨАВ%ѢѮеМабнБкгp=q`EI>
#h?yr>8|0⁌,ѿВѡ:lvqb2r>ncq`=q`EI>
UуН#ѫз чэбѭйКѥq9)?`~/t22(2d2-;lvqb2r>цбеѫ!фпГтѵ ЂыЖЕбЗрвкооѣ xѪѯпpѫмПьтиrгтЏ!ПйѮтЇсѱ[mysh>p:0l*2d/;l)?⁈.Роѡег~жѮшѫхмѶUѦѢжЗю?8#~f0(ncg"g=s~p:0l*2d/;l)?ьючиѮба~оѠюѢчѻрЈюqѩуЙоо$боxбѭѣѡ+lvqb2r>ncq`=q`EI>
UюѨсѨоу$ыьѦ,ѪЛзБЈ!ѩчѓ ГннМсѦэѫYЄезВѢгx>/t22(2d2-;lvqb2r>щйгОь~вѮмЅуѽэѪѦтК,pl―#раДрПфЁ.
Z!h?&p:0l*2d/;l)?ф.а ѠпдѪтЛк~цЇяЏэѪѮтК"тфд.ЙдѤѢѡоѠw=s~n.s`=.1сьѹвЍкj,&
#h?yr>8|0ѺьѭВГъ~e.,0>pl=a,?b .GpѨѯvдѦреи,юЗиѦѬзБѦъЙгслѪ!жЗѐ~шѫлѲрЈUѯѥоЙ,plЛгГкВ!bVI>
oja$8|0dn*nc* g=,0В ѭпсѠн~аѠжЋиІдОvмЙрын"2w|fl/;l;sb2-pl=s`РѮгЕряѽяѩѯ-j-p:0~f0:"a9)?`~nq=⁊!рвѦYЂиѵйqЗуѣжсцоаv0w a9 g=>|?qq`3.GbOKmysh>p:ВьѪйКpѠхѮѮгПщвлrнаѣпѬкѣфЇ.
Z!h?&8n|f0w a9 gЙ|мжрБв#ѡпБнѦтѸяшѯѤшѯ"оеьоѯ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ръѹоЁшКѯ#ѪсжудгѨ"d/;l)?`lp>n.s`=.1ѶйЉмѶ[mysh>p:0l*2d/;l)?рлча|=,.?b`E[rI~&=jr>ЦуиЉзГѩдѮѬгѢз"тѬонО/b .GpI3$=j-p:0~fОѦѫИщѥyжѡооя|=,.?b`E[rI~&=jr>СмюѨзДѤПАѧгѬмщйrГнѥлp3q /t22(2ьѠѩаpѸбБекрѪпо~сѫиѤчоЌрБѫрѭуя*0!(2d a92+?`!r>nq=⁊!укМW.
Z!h?&
oja$
#h?yr>8|0⁌,цѤѧиpѡж|ктеѠмжѧщѦъpEpI!h?4p>8#~f0(nсчѢѬуѤе"ТѢслГмp3q /t22(2рpНлѣѭб|дссѬцйѦ!ѭбѥчЋоІыѭѬлvпаумеѠ,ЙѪѤеѤВгѬьюсН/?qq`3.GbOKmysh>p:ГаПйѤГБѮЙмЙллмrожОдѨзѥYЦеѽчВИ#ѻнося d#(ncunec.0>/"??.?сбЙьЅудѤѤжЖэнб,мЙйѫѤѯ%ѣѧгѢюклѪ!н~ЛОбѬсВЃюѫѦ-j-p:0~f0:"a9)?`~p:0l*2d/;l)?уаулѧеоѫи~дѦфЁиѐБѦоѮрепйзv0w a9 g=>||Д,йѨюѭѬаѣѧ!ѧжфоrрсѮкѠ/ѫаѨ ѼрБКђѡпеб"2w|fl/;l;sb2-pl=s`―~З~ѤЌрїѡѭлЗ"увй.ѦюѧАѯзѨѢ!ѫо"нѪн#ѠфѠэѣсЃоЏ[mysh>p:0l*2d/;l)?ѽмзтrроѠгѮ/ѪйЇгЀжѪx?yr>8|0dn*nc* g=,0ПаrьсѠу~яѮюпЃкѣѮиѨуь$зжОвxъѯшѬМпОлна|=,.?b`E[rI~&=jr>ГвеѦюѨПйѠИлѬ >/"??.?bm,G/MKm&=щссцчлxпѣѠѨе~e.,0>pl=a,?b .GpђЀЖоНз авяѧйНѨq9)?`~/"??.?bm,G/MKm&=ьвэпр.ѤйѬѫѪиѭѧ!ѣажнНктБ/b .GpI3$=j-p:0~fЮѭѯѪхМyгНџ"сАбоѠгѦдѠиѵ ЂыѬЙсѫм.8#~f0(ncg"g=s~/t22(2ъѮПжѠѤ/`!r>nq=bc,1bVI>
oфтЇ"эцв.ѩчѣѮзѠѯмѢ >/"??.?bm,G/MKm&=ым йй.ЗоѣПѤлБЕ!ѯеввѯъп~тѪпОчЅ.
Z!h?&/t22(2d2-;lvqb2r>эп#ѻбОпѥеЍуI~&=jr>8n|f0w a9 gОѢ.НоГкжѪмѫгНYФаѼюѤѢоѮиу*0!(2d a92+?`!r>nq=ѿгѫэ~ыЇкѽжѢvСѦтищбоxбѨЗѯоpЙбНящпѢуяПюp3q /t22(2⁌pтеѩѭйОл"еѡп#ОбѣуЖьbv22w|fl/;⁄yВѨл=/t22(2цЗѪиМyеѬезкѬ/?qq`3.GbOKmysh>p:ЮэѬмtpѬбѥyмѬщкнѢклПэ~дѫэѶнѶрqѪнЖэ.8#~f0(ncg"g=s~pl=a,?b .Gp⁡qфнѭхин,ЬИвѥ~c* g=,0>b ??qq`3.GЦоѼюѤvфѣбо$дяПйѯ~c* g=,0>b ??qq`3.GФаѼзВѩлѭв цдцѠбѨ~c* g=,0>b ??qq`3.GФеѼяѯѭяѬм хйдЛбѬpѢнѪЛп|гз ѦглѭбѥюБW/MKm&=j`r:0!(2d aКѥЙгЗв"зѢвнѬпОзѥYЙеЄшѡЖ/vиоцвюГеtpѥеѪyпѦоеаѩптВ-~лѮыЄожѧѣ#ѫз хгоѣ"d/;l)?`lp>n.s`=.1⁊YМоѽыЙѨ-j-p:0~f0:"a9)?`~
oja$
Z!h?&bv22w|fl/;ѲЙй|БзчѢулp=q`EI>
#h?yr>8|0ѺьѠpѮаѧКнѡхч Гкрѭй~ЭВхѲ.
Z!h?&8#~f0(nрлБѢдѨгкйrМгПкѫлѣсЃ.
Z!h?&8n|f0w a9 gПѡ.ноГннМсѫд~фЉ ЧхМѭьx>/t22(2d2-;lvqb2r>⁆!ТѤбѨзrYѾтЃUДѨсК"рдл.Ѫ,ѮѨѨиѨyт|ьзбН!вЕкѠ/ѡйЇсѿыѤvдѦжайдлv0w a9 g=>|8n|f0w a9 g―|Ажиѯ!уѮжp3q /t22(2⁌pч%ЗЛп|яйуЕйиѠрВ0bVI>
oja$8n|f0w a9 gСѩзпаВ!дѮлОфѥYЂиѻыqѭгѢмншт d#(ncunec.0>/"??.?⁊/фчЄеѺшѯx?yr>8|0dn*nc* g=,0Поrтеѫ!ЙкОьЎ ѺхАvлГ"оцьсѬ,ЙѮѮнАѩкНс"вrорМэp3q /t22(2хѠфѥѫдМ >/"??.?bm,G/MKm&=ь"збаеЗаxѢѡоѪѧгr2-pl=s`=8#~f0(nрлВѧнП.хтѬ!зѮкѫеѠYЎаюѤѢьѫщм$ааИйѤ|фАѬеѤ.еаГмжѨдѣвЕмфѱыБѢнѤ"ДкьгНйѡѬѯ)pѫ!Оюмнѯък~жѮд~ќЉрЍюНѢгvИркооѪвѫѮЗѮѢлѬ.сжѧ!мОйѯфѥYѸтѽхѬѫшѯ"гкэьД"d/;l)?`lp>n.s`=.1рэЁнЃяѩѯ#Ѥмий,мxлѦѫѡчѮѠ!Ѡоукѧ/?qq`3.GbOKmysh>p:ЖоЕаНѮНаѯyоМжъёѩ!мѫсѬфѢW/MK

Глава 5. Волчий Трон

Северный ветер выл между скал Дорнхейма.

Снег кружился над каменными бастионами крепости Фенрхольд — древней столицы северян. Огромные стены, сложенные ещё предками Первой Эпохи, поднимались над заснеженными утёсами подобно хребту спящего великана.

В главном зале горели десятки факелов.

Под тяжёлыми балками из чёрного дуба сидели ярлы северных кланов.

На каменном возвышении стоял Волчий Трон.

Высеченный из цельного куска тёмного гранита.

Украшенный черепами древних ледяных волков.

На нём сидел Харальд Кровавый Волк.

Король Дорнхейма.

Его массивные руки покоились на рукояти огромного боевого топора.

Седые пряди в рыжих волосах поблёскивали в свете огня.

В зале стояла напряжённая тишина.

Война приближалась.

Все это чувствовали.

Именно поэтому появление чужака вызвало мгновенное движение среди воинов.

Двери медленно распахнулись.

В зал вошёл человек.

Высокий.

Широкоплечий.

В чёрном плаще.

На лице — золотая маска.

На поясе по обе стороны висели два изогнутых клинка в чёрных ножнах. Даже в покое они выглядели так, словно ждали первого движения хозяина.

Стражники немедленно подняли оружие.

Несколько ярлов вскочили со своих мест.

Но незнакомец даже не замедлил шаг.

Он уверенно направился прямо к Волчьему Трону.

— Смелый человек, — прорычал Харальд.

Гул одобрения прокатился по залу.

Незнакомец остановился.

Медленно склонил голову.

— Моё имя Каэмхотеп.

После этих слов в зале стало тихо.

Очень тихо.

Некоторые ярлы побледнели.

Другие сжали рукояти мечей.

Имя было известно даже здесь.

Предводитель слуг Нер'Талиса.

Охотник на королей.

Собиратель предателей.

Человек, за голову которого назначали награды в десятке королевств.

Харальд лишь усмехнулся.

— Значит, слухи не врали.

Он поднялся с трона.

— И что же привело тебя в мой дом?

Каэмхотеп посмотрел прямо ему в глаза.

— Предложение.

По залу прокатился смех.

Грубый.

Насмешливый.

Северяне любили храбрость.

Но ещё больше любили видеть, как глупцы понимают свою ошибку.

Харальд сделал шаг вперёд.

— Ты пришёл один в сердце Дорнхейма.

Чтобы предложить мне служить Тьме?

— Нет.

Ответ прозвучал спокойно.

— Я пришёл предложить тебе выжить.

Смех стих.

Каэмхотеп продолжил:

— Ты знаешь, что идёт.

Орды Громара уже движутся на север.

Королевства людей слабы.

Эльфы прячутся за своими лесами.

Ваши кланы разобщены.

Когда начнётся настоящая война, Дорнхейм утонет в крови.

— Мы привыкли к крови.

— Да.

В голосе Каэмхотепа не было насмешки.

— Именно поэтому вы проиграете.

Несколько воинов шагнули вперёд.

Харальд поднял руку.

Останавливая их.

Он внимательно изучал гостя.

Слишком спокойный.

Слишком уверенный.

Словно пришёл не просить.

А сообщать неизбежное.

— Говори дальше.

Каэмхотеп медленно снял перчатку.

На его ладони вспыхнул фиолетовый символ.

Тот самый знак.

Глаз Нер'Талиса.

По залу пронёсся недовольный ропот.

— Мой господин знает, кто ты.

— Пусть знает.

— Он знает, кем были твои предки.

Улыбка исчезла с лица Харальда.

Каэмхотеп заметил это.

И продолжил:

— Ты последний Наследник.

Тишина.

Даже ветер за стенами словно замер.

Харальд ничего не ответил.

Но впервые за весь разговор его взгляд стал опасным.

По-настоящему опасным.

— Осторожнее.

— Это правда.

— Для человека, пришедшего без армии, ты слишком смел.

— Для человека, сидящего на Первой Печати, ты слишком беспечен.

В этот момент несколько старейших ярлов резко поднялись со своих мест.

На их лицах появился страх.

Настоящий.

Древний.

Каэмхотеп видел.

Он попал точно в цель.

Харальд медленно сжал рукоять топора.

Каменный пол под его ногами треснул.

— Кто рассказал тебе это?

— Неважно.

— Для меня важно.

Каэмхотеп сделал шаг вперёд.

— Скоро сюда придёт другой Наследник.

Человек по имени Каэль Варден.

И тогда всё начнётся.

В глазах Харальда мелькнуло удивление.

Всего на мгновение.

Но Каэмхотеп заметил его.

— Найди его.

Приведи ко мне.

И Нер'Талис пощадит твой народ.

Ответ последовал мгновенно.

Харальд рассмеялся.

Громко.

Так, что задрожали стены.

Затем поднял топор.

И направил его на гостя.

— Я не продаю друзей, которых ещё не встретил.

Весь зал взорвался одобрительным рёвом.

Каэмхотеп молчал.

Будто ожидал именно этого ответа.

— Тогда мы встретимся снова.

— Нет.

Харальд шагнул вперёд.

— В следующий раз ты придёшь сюда с армией.

Каэмхотеп надел перчатку.

Развернулся.

И направился к выходу.

У самых дверей он остановился.

Не оборачиваясь.

— Передай своим ярлам одну вещь.

— Какую?

— Зима, которой вы боитесь, уже началась.

Двери закрылись.

И лишь когда шаги гостя окончательно исчезли в снежной буре, один из старейшин тихо произнёс:

— Он знает про Печать...

Харальд долго смотрел на закрытые двери.

А затем впервые за много лет почувствовал не ярость.

Не страх.

А предчувствие.

Словно сама судьба уже двигалась к Дорнхейму через метель и горы.

И носила имя Каэль Варден.

Свет над севером

Эларион

Серебряный свет луны струился через высокие окна дворца.

Королева Аэлинар стояла одна в Зале Звёзд.

Перед ней парила сотканная из света карта континента.

На ней горели три точки.

Три оставшиеся Печати.

Первая медленно угасала.

Вторая уже почернела.

Третья пульсировала тревожным багровым светом.

Аэлинар смотрела на неё долго.

Слишком долго.

Наконец двери распахнулись.

В зал вошёл верховный маг.

— Ваше Величество...

— Это правда?

Королева не обернулась.

— Да.

— Вторая Печать потеряна.

Старый маг опустил голову.

Впервые за многие годы он увидел в голосе королевы страх.

Не за себя.

За весь мир.

Она подняла руку.

Лунный свет начал собираться вокруг её пальцев.

По полу побежали древние руны.

Сотни серебряных линий вспыхнули единым узором.

Магическая связь.

Световая Сеть.

Поиск Лиарэ.

Несколько секунд ничего не происходило.

Затем среди света возникло знакомое лицо.

Усталое.

Освещённое пламенем костра.

Лиарэ.

— Ваше Величество?

— Слава Свету...

— Вы живы.

Лиарэ сразу поняла.

Случилось что-то плохое.

Очень плохое.

— Вторая Печать пала.

Даже через магическую связь Аэлинар увидела, как побледнела эльфийка.

Где-то рядом послышался голос Рейнара.

Потом появился Каэль.

Суровый.

Молчаливый.

Как всегда.

— Где вы сейчас? — спросила королева.

— В трёх днях пути от Волчьего Трона.

Ответил Каэль.

Аэлинар закрыла глаза.

Три дня.

Слишком далеко.

И одновременно слишком близко.

Потому что теперь она знала правду.

— Последняя Печать находится под Дорнхеймом.

Наступила тишина.

Даже ветер будто перестал шуметь.

— Под Волчьим Троном? — тихо спросила Лиарэ.

— Да.

— Именно поэтому северяне веками охраняли эти земли, сами того не понимая.

Саэлирион медленно поднялся со своего места у костра.

Лунный Страж выглядел так, словно услышал подтверждение собственных худших опасений.

— Значит... древние записи были верны.

— Последний Замок Печати действительно находится под горой.

Аэлинар кивнула.

— И теперь Нер'Талис тоже знает это.

На несколько секунд никто не заговорил.

Потом Каэль произнёс:

— Тогда он уже идёт туда.

— Да.

— И мы его остановим.

Королева впервые позволила себе лёгкую улыбку.

Именно поэтому она доверяла ему.

— Вы будете не одни.

Каэль нахмурился.

— Что это значит?

Аэлинар провела рукой над картой.

На севере вспыхнули десятки серебряных огней.

— Ещё семь дней назад я отправила отряд Лунной Гвардии.

— Лучших воинов Элариона.

— Они уже должны пересечь северные перевалы.

Рейнар присвистнул.

— Насколько лучших?

Королева посмотрела прямо на него.

— Тех, кого обычно не выпускают за пределы дворца.

Даже Лиарэ удивлённо подняла брови.

Лунная Гвардия была легендой.

О ней слышали все.

Но почти никто никогда не видел её в бою.

— Их командиром назначена капитан Селена Лунный Клинок.

— Если кто-то способен удержать север до вашего прибытия — это она.

Связь начала слабеть.

Лунный свет мерцал всё сильнее.

— Берегите себя, Лиарэ.

— И Каэля тоже.

На лице молодой магессы появилась усталая улыбка.

— Постараюсь.

Свет начал угасать.

Но перед тем как связь оборвалась, Аэлинар сказала последние слова:

— Не дайте Тьме войти под Волчий Трон.

— Если падёт последняя Печать...

— Второго шанса уже не будет.

Свет исчез.

А далеко на севере Каэль поднялся на ноги.

Впереди, за снежной бурей, уже виднелись тёмные вершины Дорнхейма.

А где-то среди них стоял Волчий Трон.

И под его каменным основанием спала последняя надежда мира.

Ночь опустилась на северные горы.

Отряд остановился среди древних каменных руин, занесённых снегом ещё сотни лет назад.

Огонь потрескивал в центре лагеря.

Но тепла почти не чувствовалось.

Слова Саэлириона продолжали звучать у всех в голове.

«Кто-то древнее...»

После окончания связи Аэлинар долго не могла скрыть тревогу.

А это означало лишь одно.

Она поняла, о ком идёт речь.

И это пугало даже Королеву Элариона.

Поздно ночью Лиарэ не спала.

Она сидела возле костра и изучала руны на старом свитке Тариэна.

Внезапно страницы сами начали перелистываться.

Девушка нахмурилась.

Такого раньше не происходило.

Из центра книги поднялись золотые искры.

Затем появился знакомый силуэт.

Архимаг Тариэн.

Точнее — фрагмент его сознания внутри Световой Сети.

— Учитель...

Призрак выглядел необычно серьёзным.

— Лиарэ.

— Вы слышали слова Саэлириона?

— Да.

Тариэн некоторое время молчал.

А потом произнёс то, чего девушка совершенно не ожидала.

— Если он прав, то мы столкнулись с угрозой, которую даже Нер'Талис опасался в древности.

Лиарэ замерла.

— Что может быть страшнее Бесплотного Голода?

Тариэн посмотрел в огонь.

— Те, кто создавали Печати.

Девушка почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Хранители?

— Нет.

Архимаг покачал головой.

— Те, кто существовали до Хранителей.

На следующее утро они продолжили путь.

Небо было затянуто серыми тучами.

Саэлирион шёл впереди молча.

Но Каэль заметил странность.

Обычно древний волк выглядел спокойным и уверенным.

Сейчас же он постоянно прислушивался к чему-то невидимому.

Словно ощущал приближение опасности.

Через несколько часов они достигли узкого ущелья.

Именно тогда Саэлирион внезапно остановился.

Его шерсть поднялась дыбом.

— Засада.

Каэль уже выхватывал меч.

— Где?

Ответ пришёл раньше слов.

Из снежной бури вылетела стрела.

Она летела прямо в голову Рейнара.

Но в последний момент серебристый луч разрубил её пополам.

Из-за скалы выскочила высокая фигура в тёмно-синих доспехах.

Следом появились ещё десятки воинов.

Эльфы.

Лунная Гвардия.

Их копья сияли лунным серебром.

На плащах развевался символ Элариона.

Полумесяц и звезда.

Впереди стояла женщина с длинными серебряными волосами.

В одной руке меч.

В другой — круглый лунный щит.

Её взгляд мгновенно оценил ситуацию.

— Вражеские разведчики уничтожены.

Каэль опустил оружие.

— Селена?

Женщина слегка улыбнулась.

— А вы выглядите именно так, как описывала вас королева.

Рейнар усмехнулся.

— Надеюсь, только хорошее.

— Не всё.

Он театрально схватился за сердце.

— Жестоко.

Впервые за долгое время кто-то улыбнулся.

Даже Лиарэ.

Позже, когда лагерь был разбит вновь, Селена разложила карту.

Вокруг собрались Каэль, Лиарэ, Рейнар и Саэлирион.

— У нас плохие новости.

Её палец указал на север.

— Каэмхотеп идёт быстрее, чем ожидалось.

— Насколько быстрее?

— Каэмхотеп уже у Волчьего Трона, — сказала Селена.

— Что? — Рейнар резко поднялся.

— Наши разведчики подтвердили это сегодняшним утром. Его лагерь разбит в долине Чёрного Ветра. До крепости Харальда меньше дня пути.

— А мы? — спросил Каэль.

— Три дня. Если пойдём обычной дорогой.

— Значит, мы опаздываем.

Рейнар выругался.

Теперь всё стало понятно.

Они опаздывали.

Лиарэ посмотрела на карту.

— Есть короткий путь?

Селена кивнула.

— Есть.

Но никто из моих разведчиков не захотел туда идти.

Каэль поднял взгляд.

— Почему?

Капитан Лунной Гвардии посмотрела на Саэлириона.

— Потому что этот путь проходит через Лес Безмолвных.

Именно тогда древний волк впервые за день закрыл глаза.

Словно услышал подтверждение собственным опасениям.

— Нет...

Лиарэ нахмурилась.

— Что это за место?

Саэлирион открыл глаза.

В них отражалась луна.

Древняя.

Холодная.

Почти забытая.

— Там закончилась Первая Эпоха.

Даже ветер вокруг стих.

— Что произошло? — спросил Каэль.

Волк долго молчал.

А затем ответил:

— Там умер последний из Создателей Печатей.

И если древнее существо действительно пробуждается...

Он посмотрел на север.

— То именно там оно ждёт нас.

В этот момент где-то далеко под Волчьим Троном по огромному каменному залу прошла трещина.

Одна из древних рун вспыхнула багровым светом.

А в глубине подземелья медленно открылся один-единственный глаз.

Золотой.

Древний.

И невероятно старый.

Он смотрел в сторону приближающихся героев.

Словно знал о каждом их шаге.

И ждал их уже тысячи лет.

Снег медленно кружился между чёрными стволами.

Лес Безмолвных встретил их тишиной.

Не обычной лесной тишиной.

Здесь не было ни ветра.

Ни птиц.

Ни зверей.

Ни единого звука.

Словно сам мир не решался тревожить это место.

Отряд двигался осторожно.

Впереди шли разведчики Лунной Гвардии.

За ними Каэль, Лиарэ, Рейнар и Селена.

Саэлирион держался немного впереди остальных.

Чем глубже они заходили в лес, тем сильнее менялось выражение его глаз.

Он словно вспоминал что-то давно забытое.

Что-то очень древнее.

К вечеру они вышли на широкую поляну.

И остановились.

Посреди неё возвышались руины.

Огромные каменные кольца.

Разрушенные колонны.

Обломки статуй высотой с башни.

Даже спустя тысячи лет это место внушало благоговение.

Рейнар присвистнул.

— Похоже на город великанов.

— Нет, — тихо ответил Саэлирион.

— Это был храм.

Все посмотрели на него.

Древний волк медленно подошёл к одному из камней.

На его поверхности ещё сохранились едва заметные руны.

Серебристые.

Очень похожие на те, что украшали тело самого Саэлириона.

— Здесь собирались Создатели Печатей.

Лиарэ осторожно коснулась древнего символа.

— Кто они были?

Волк долго молчал.

Затем ответил:

— Последний народ Первого Мира.

— Эльфы?

— Нет.

— Люди?

— Нет.

— Тогда кто?

Саэлирион посмотрел на луну.

— Те, кого уже никто не помнит.

Внезапно Лиарэ почувствовала всплеск энергии.

Настолько сильный, что её буквально качнуло назад.

— Осторожно!

Руны на камнях вспыхнули.

Одна за другой.

Сначала ближайшие.

Потом дальние.

Через несколько секунд сияла уже вся поляна.

Селена мгновенно обнажила меч.

Лунная Гвардия выстроилась кольцом.

Каэль шагнул вперёд.

Рука легла на рукоять клинка.

И тогда они увидели его.

В центре руин медленно возник силуэт.

Высокий.

Закованный в серебряные доспехи.

Лицо скрывал древний шлем.

За спиной развевался длинный плащ.

Фигура казалась полупрозрачной.

Словно сотканной из лунного света и воспоминаний.

Рейнар сглотнул.

— Это ещё что такое?

Саэлирион замер.

А затем впервые за всё путешествие склонил голову.

Глубоко.

С почтением.

Как равный перед равным.

— Хранитель...

По поляне пронёсся холод.

Фигура повернула голову.

Её взгляд остановился на древнем волке.

А затем раздался голос.

Старый как мир.

— Саэлирион.

Лиарэ почувствовала, как кровь застыла в жилах.

Существо знало его имя.

Не титул.

Не прозвище.

Имя.

Настоящее.

— Ты всё ещё жив.

— Как и ты, Аркенор.

Повисла тишина.

Затем призрак медленно перевёл взгляд на людей.

На Каэля.

И внезапно замер.

Секунда.

Другая.

Третья.

После чего произошло нечто странное.

Древний Хранитель опустился на одно колено.

Перед Каэлем.

Вся поляна ахнула.

Даже Селена выглядела потрясённой.

А Саэлирион резко поднял голову.

Словно не верил собственным глазам.

— Невозможно...

Аркенор произнёс всего одну фразу.

Но от неё по коже побежали мурашки.

— Значит, кровь Огня всё-таки уцелела.

Каэль нахмурился.

— О чём ты говоришь?

Но древний воин не ответил.

Вместо этого он посмотрел куда-то далеко на север.

Туда, где среди снегов возвышался Волчий Трон.

И впервые в его голосе появилась тревога.

— Вы опоздали.

Сердце Лиарэ сжалось.

— Что случилось?

Аркенор медленно поднялся.

Его сияющий силуэт дрогнул.

— Каэмхотеп уже вошёл в крепость Харальда.

Тишина.

— Этого не может быть, — прошептала Селена.

— Может.

Аркенор посмотрел на них тяжёлым взглядом.

— Потому что ворота ему открыли изнутри.

Слова ударили сильнее любого оружия.

Предатель.

Во Волчьем Троне был предатель.

А значит, пока герои пробирались через Лес Безмолвных, враг уже начал свою игру внутри самой северной крепости.

И где-то глубоко под Волчьим Троном Третья Печать почувствовала приближение опасности.

В её каменном основании появилась первая едва заметная трещина.

Никто не произнёс ни слова.

Даже Рейнар.

Даже он не нашёл шутки для такого момента.

Над руинами висела тяжёлая тишина.

Лишь лунный свет мерцал на доспехах Аркенора.

— Кто? — наконец спросил Каэль.

— Кто открыл ворота?

Древний Хранитель покачал головой.

— Имени я не знаю.

— Тогда откуда тебе известно?

Аркенор посмотрел на север.

— Потому что я чувствую Печать.

Лиарэ насторожилась.

— Ты связан с ней?

— Я был одним из её стражей.

Его голос прозвучал так, словно речь шла о времени, которое давно перестало существовать.

— Каждая Печать откликается на тех, кто создавал её. Когда враг приблизился к Третьей, я почувствовал это.

Саэлирион шагнул вперёд.

— Насколько он близко?

Аркенор молчал несколько секунд.

— Ближе, чем вы думаете.

Лицо древнего стража стало серьёзным.

— Слушайте внимательно.

В центре поляны вспыхнули серебристые линии.

Перед ними возникла карта.

Сотканная из света.

Горы.

Реки.

Леса.

И далеко на севере — Волчий Трон.

Под крепостью пульсировала яркая серебряная точка.

Третья Печать.

Но рядом горело другое пятно.

Чёрное.

Словно язва на теле мира.

Лиарэ почувствовала холод.

— Нер'Талис...

— Его влияние.

Аркенор кивнул.

— Пока ещё не сам Голод. Но его воля уже рядом.

Селена внимательно изучала карту.

— Значит, Каэмхотеп ищет вход к Печати.

— Нет.

Все посмотрели на Хранителя.

— Он уже знает, где она находится.

Эти слова прозвучали хуже любого приговора.

Рейнар выругался.

— Тогда почему он её ещё не забрал?

Аркенор впервые улыбнулся.

Очень слабо.

— Потому что не может.

— Что это значит?

— Третья Печать отличается от остальных.

Лунный свет на карте вспыхнул ярче.

— Её невозможно коснуться силой.

— Почему?

— Потому что она связана с Наследником.

Взгляд Хранителя остановился на Харальде.

Вернее, на символе Волчьего Трона.

— Пока жив последний Наследник Севера, Печать остаётся закрытой.

Саэлирион тихо выдохнул.

Теперь многое становилось понятным.

Лиарэ тоже поняла первой.

— Значит...

— Да.

Аркенор посмотрел прямо на Каэля.

— Каэмхотеп пришёл не за Печатью.

Поляну охватила тишина.

— Он пришёл за Харальдом.

Тем временем далеко на севере...

Волчий Трон.

Главный зал крепости.

За длинным каменным столом стоял король Харальд Кровавый Волк.

Вокруг собрались вожди северных кланов.

Могучие воины.

Люди, пережившие десятки битв.

Но сейчас на их лицах читалась тревога.

Потому что враг был рядом.

Очень рядом.

Один из разведчиков ворвался в зал.

Снег ещё не успел растаять на его плаще.

— Государь!

— Говори.

— Мы нашли лагерь врага.

Харальд нахмурился.

— Где?

— В долине Чёрного Ветра.

В зале стало тихо.

Слишком близко.

На день пути ближе, чем ожидали.

Разведчик сглотнул.

— Но это ещё не всё.

— Говори.

— Мы видели его.

— Кого?

— Каэмхотепа.

Несколько воинов невольно сжали рукояти оружия.

О нём уже ходили легенды.

О человеке в золотой маске.

О воине, который собирал вокруг себя убийц, дезертиров и предателей со всего континента.

О человеке, служившем Нер'Талису добровольно.

Харальд остался спокоен.

— И что?

Разведчик побледнел.

— Он стоит прямо посреди лагеря.

Один.

— Один?

— Да.

Король медленно поднялся.

— Он хочет переговоров?

Разведчик покачал головой.

— Нет.

— Тогда чего?

Ответ прозвучал почти шёпотом.

— Он вызывает тебя на поединок.

В зале поднялся шум.

Кто-то выругался.

Кто-то рассмеялся.

Кто-то назвал это безумием.

Но Харальд молчал.

Потому что понимал.

Это был не вызов.

Это была ловушка.

И всё же отказаться он не мог.

Потому что Каэмхотеп прекрасно знал северян.

Знал их честь.

Знал их гордость.

И знал, что Король Волков не станет прятаться за чужими спинами.

А далеко на юге Аркенор уже смотрел в сторону крепости.

Словно видел то же самое.

— Время закончилось, — тихо произнёс древний Хранитель.

— Если Харальд примет вызов...

Его голос оборвался.

Но продолжать было не нужно.

Все и так понимали.

Если падёт Харальд — падёт и защита Третьей Печати.

А значит, Нер'Талис окажется ещё на шаг ближе к своему освобождению.

Лунный свет медленно угасал над руинами.

Аркенор уже начал растворяться в серебристом сиянии.

Его фигура становилась всё прозрачнее.

— Мы ещё встретимся? — спросила Лиарэ.

Древний Хранитель посмотрел на неё долгим взглядом.

— Если Третья Печать устоит.

После этих слов его силуэт рассыпался тысячами искр.

Поляну вновь окутала тишина.

Первым заговорил Рейнар.

— Мне одному кажется, что всё становится только хуже?

— Нет, — ответила Селена.

— Не одному.

Каэль смотрел на север.

Туда, где за горами возвышался Волчий Трон.

Теперь всё было ясно.

Каэмхотеп не собирался штурмовать крепость.

Не собирался вести долгую осаду.

Не собирался тратить людей.

Он пришёл за Харальдом.

Лично.

Именно поэтому действовал так открыто.

— Если Харальд выйдет на поединок, мы можем не успеть, — произнесла Лиарэ.

Саэлирион кивнул.

— Каэмхотеп это понимает.

— Тогда зачем ему рисковать?

— Потому что он уверен в победе.

Рейнар нахмурился.

— Харальд тоже не новичок.

— Конечно.

Саэлирион посмотрел на молодого воина.

— Но Каэмхотеп служит Нер'Талису уже много лет.

— И?

— И за это время пережил десятки тех, кто был сильнее обычного человека.

Эти слова никого не успокоили.

Каэль внезапно остановился.

— Мы идём без привалов.

Селена подняла голову.

— Люди вымотаны.

— Знаю.

— Лошади тоже.

— Знаю.

— Тогда?

Каэль посмотрел на неё.

— Каждый час, который мы теряем сейчас, может стоить жизни Харальду.

Лунная воительница выдержала его взгляд.

Затем коротко кивнула.

Она понимала.

Все понимали.

На рассвете они поднялись на каменный хребет.

И впервые увидели его.

Волчий Трон.

Огромная крепость возвышалась среди снежных скал.

Серые стены.

Высокие башни.

Знамёна северных кланов.

Даже отсюда она казалась неприступной.

Но взгляд Каэля привлекло другое.

В долине к югу от крепости.

Там горели сотни костров.

Лагерь врага.

Настолько большой, что снег вокруг превратился в грязное месиво.

Рейнар присвистнул.

— Да чтоб меня...

Селена прищурилась.

— Их больше, чем говорили разведчики.

— Намного больше.

Лиарэ ощутила неприятный холод.

Не магический.

Обычный страх.

Потому что среди лагеря стоял один особенно большой шатёр.

Чёрный.

С багровым знаменем.

Даже отсюда он казался чужим.

Словно сама тьма укрылась под его тканью.

В этот момент Саэлирион внезапно напрягся.

Шерсть на его загривке поднялась дыбом.

— Что случилось?

Волк смотрел вниз.

В сторону лагеря.

Не мигая.

— Поздно.

Сердце Лиарэ пропустило удар.

— Что?

— Смотрите.

Все одновременно перевели взгляд.

И увидели движение возле крепостных ворот.

Волчий Трон открывал внешний проход.

Из него выехала небольшая группа всадников.

Во главе ехал человек огромного роста.

Даже на таком расстоянии его невозможно было спутать ни с кем.

Рыжевато-седые волосы.

Меховой плащ.

Громадный боевой топор за спиной.

Король Харальд Кровавый Волк.

Рейнар побледнел.

— Нет...

Лиарэ почувствовала, как внутри всё сжалось.

Потому что внизу, возле вражеского лагеря, уже появилась другая фигура.

Высокий человек в золотой маске.

В чёрном плаще.

С двумя длинными мечами в руках.

Каэмхотеп.

Он стоял совершенно один.

Посреди снежной равнины.

И ждал.

Харальд принял вызов.

А герои находились слишком далеко, чтобы вмешаться.

До начала поединка оставались считанные минуты.

Звук рога прокатился над долиной.

Глухой.

Тяжёлый.

Древний.

Его эхо ударилось о скалы и разнеслось по всему северу.

Харальд Кровавый Волк остановил коня.

За его спиной стояли вожди кланов и лучшие воины Дорнхейма.

Никто не вмешивался.

Таков был закон Севера.

Если король принимает вызов — он выходит сам.

На другой стороне равнины неподвижно стоял Каэмхотеп.

Чёрный плащ трепетал на ветру.

Золотая маска скрывала лицо.

В обеих руках он держал длинные мечи.

Странные клинки.

Тёмная сталь словно поглощала свет.

Он не двигался.

Ждал.

На далёком хребте Каэль сжал кулаки.

До долины оставалось меньше дня пути.

Но сейчас это казалось вечностью.

— Мы не успеем...

Лиарэ молчала.

Она понимала то же самое.

Даже если отряд бросится вперёд немедленно, поединок закончится раньше.

Селена смотрела вниз.

— Смотрите.

Харальд спешился.

Огромный северянин снял меховой плащ и бросил его в снег.

Затем медленно достал свой топор.

Лезвие сверкнуло в лучах зимнего солнца.

Толпа северян ударила оружием о щиты.

Раз.

Второй.

Третий.

По древнему обычаю они приветствовали своего короля.

Каэмхотеп сделал несколько шагов вперёд.

Спокойно.

Неторопливо.

Словно выходил на обычную прогулку.

Наконец между противниками осталось около двадцати шагов.

— Ты Харальд Кровавый Волк.

Его голос был ровным.

Без насмешки.

Без злобы.

Просто констатация факта.

— А ты Каэмхотеп.

— Да.

Харальд усмехнулся.

— Я ожидал увидеть чудовище.

— А увидел человека?

— Пока что.

Несколько северян рассмеялись.

Но Каэмхотеп даже не повернул головы.

— Люди часто ошибаются.

Повисла тишина.

Затем Харальд опёр топор о плечо.

— Скажи мне одну вещь.

— Спрашивай.

— Почему ты служишь Тьме?

Ветер завыл между скал.

Даже издалека Каэль увидел, как замерла фигура Каэмхотепа.

Ответ последовал не сразу.

— Потому что видел правду.

— Какую?

— Этот мир уже проиграл.

Харальд рассмеялся.

Громко.

От души.

— Так вот в чём дело?

Он покачал головой.

— Ты не слуга Тьмы.

Ты просто трус.

Смех северян прокатился по долине.

Но Каэмхотеп не ответил.

Лишь медленно поднял один из мечей.

И в этот момент Саэлирион резко поднял голову.

— Нет...

Лиарэ вздрогнула.

— Что такое?

Древний волк смотрел не на поединок.

На крепость.

Прямо под Волчий Трон.

Туда, где покоилась Третья Печать.

— Что случилось?!

Саэлирион впервые выглядел по-настоящему встревоженным.

— Это был отвлекающий манёвр.

Сердце Каэля замерло.

— Что?

— Каэмхотеп пришёл не за Харальдом.

— Но Аркенор сказал...

— Он пришёл за Харальдом лишь отчасти.

Саэлирион обернулся к крепости.

— Пока все смотрят на поединок...

Лиарэ побледнела.

Она тоже почувствовала это.

Очень слабый.

Почти незаметный.

Но знакомый всплеск тёмной магии.

Изнутри Волчьего Трона.

— Предатель...

— Да.

Голос Саэлириона стал ледяным.

— Настоящий удар уже начался.

Внизу на равнине Харальд бросился вперёд первым.

Снег взорвался под его сапогами.

Гигантский топор описал смертельную дугу.

Обычного человека такой удар разрубил бы пополам.

Но Каэмхотеп исчез.

Не буквально.

Просто двигался настолько быстро, что глаз едва успевал следить.

Один меч встретил древко топора.

Второй ударил сбоку.

Искры брызнули в снег.

По долине прокатился грохот стали.

Начался поединок.

Сталь ударила о сталь.

Звон прокатился по всей долине.

Харальд наступал как лавина.

Каждый удар его топора был способен расколоть щит и вместе с ним человека.

Каэмхотеп отступал.

Шаг за шагом.

Легко.

Почти лениво.

Два его меча двигались с пугающей точностью.

Он не пытался победить силой.

Он ждал ошибки.

На стенах Волчьего Трона тысячи глаз следили за поединком.

Северяне кричали имя своего короля.

Били оружием о щиты.

Подбадривали его.

Именно этого и добивался враг.

Почти никто не смотрел вниз.

Туда, где под крепостью тянулись древние катакомбы.

В глубине скалы мерцали старые руны.

Человек в волчьем плаще остановился возле огромной каменной двери.

На её поверхности были высечены древние символы.

В центре сиял серебряный знак Печати.

Он достал чёрный кристалл.

Но когда попытался приблизить его к рунам, раздался резкий треск.

Вспышка света отбросила его назад.

Предатель ударился о стену.

Изо рта выступила кровь.

— Проклятье...

Печать не открывалась.

Она чувствовала, что Наследник ещё жив.

Но защитные руны дрогнули.

Совсем немного.

И этого было достаточно.

Человек улыбнулся.

План работал.

Оставалось дождаться только одного.

Смерти короля.

На равнине Харальд снова атаковал.

Топор рассёк воздух.

Каэмхотеп ушёл в сторону.

Однако на этот раз недостаточно быстро.

Лезвие скользнуло по его плечу.

Раздался звук рвущейся ткани.

На чёрном плаще появилась длинная прорезь.

Северяне взревели от восторга.

Первый удар достиг цели.

Харальд усмехнулся.

— Ты истекаешь кровью так же, как все остальные.

Каэмхотеп опустил взгляд.

На плече действительно выступила кровь.

Несколько алых капель упали на снег.

Он смотрел на них несколько секунд.

Затем поднял голову.

И впервые за всё время боя заговорил иначе.

Без спокойствия.

Без равнодушия.

— Хорошо.

Очень хорошо.

Каэль наблюдал за боем с хребта.

Что-то было не так.

Очень не так.

Он чувствовал это каждой клеткой тела.

— Вы видите?

Лиарэ посмотрела вниз.

— Что именно?

— Каэмхотеп.

— Что с ним?

Каэль нахмурился.

— Он до сих пор не пытается победить.

Саэлирион медленно кивнул.

— Потому что это не поединок.

— Тогда что?

Древний волк смотрел на фигуру в золотой маске.

— Проверка.

Эти слова заставили всех замолчать.

В следующую секунду всё изменилось.

Каэмхотеп внезапно ускорился.

Настолько резко, что даже Харальд не успел отреагировать.

Первый меч ударил сверху.

Топор блокировал атаку.

Второй меч ударил снизу.

Король едва успел отвести корпус.

Лезвие прошло по боку.

Раздался звук рвущейся кожи.

На снег упали первые капли крови Харальда.

На стенах крепости воцарилась тишина.

Северяне впервые увидели своего короля раненым.

Глубоко под Волчьим Троном произошло то же самое мгновение.

Руны на каменной двери вспыхнули.

Чёрный кристалл загорелся багровым светом.

Предатель ошеломлённо отступил.

— Кровь Наследника...

Трещина на поверхности Печати стала немного длиннее.

Совсем немного.

Но стала.

Лиарэ почувствовала это за многие мили.

И побледнела.

— Нет...

— Что случилось? — спросил Рейнар.

— Его кровь.

— Чья?

— Харальда.

Она посмотрела на Саэлириона.

Тот выглядел мрачнее тучи.

— Печать связана с ним сильнее, чем мы думали.

— Насколько сильнее?

Древний волк ответил не сразу.

— Возможно, её удерживает не только его жизнь.

Повисла тяжёлая пауза.

— Тогда что ещё?

Саэлирион посмотрел на север.

На Волчий Трон.

На короля, который продолжал сражаться.

— Его кровь.

Ветер завыл над скалами.

А далеко внизу Каэмхотеп увидел, как в глазах Харальда мелькнуло понимание.

И впервые за весь бой улыбнулся под своей золотой маской.

Он узнал то, что искал.

Третья Печать была связана не только со смертью Наследника.

Она была связана с его кровью.

И теперь враг знал это тоже.

Каэмхотеп увидел возможность.

На краткий миг Харальд открылся после мощного удара топором.

Тёмный рыцарь рванулся вперёд.

Левый клинок ударил снизу вверх.

Правый — прямо в сердце.

Слишком быстро.

Слишком точно.

Слишком смертельно.

В глазах Каэмхотепа мелькнула уверенность.

Ещё мгновение — и Последний Наследник падёт.

Но именно тогда Харальд оскалился.

Не от страха.

От ярости.

По залу прокатился звериный рёв.

Казалось, его услышали даже волки за стенами крепости.

Под кожей северного короля вздулись жилы.

Глаза вспыхнули янтарным светом.

Древняя сила крови Наследников пробудилась.

Ярость Волка.

Время словно замедлилось.

Каэмхотеп уже наносил смертельный удар, но Харальд исчез из точки, где стоял мгновение назад.

Левый клинок рассёк лишь воздух.

Правый встретил древко топора.

И в следующую секунду король Дорнхейма оказался вплотную к противнику.

Слишком близко.

Настолько близко, что преимущества двух мечей почти не существовало.

— Ты хорошо дерёшься, южанин, — прорычал Харальд. — Но сегодня умрёшь не я.

Удар.

Топор обрушился сверху подобно падающей скале.

Каэмхотеп едва успел скрестить оба клинка.

Грохот металла раскатился по тронному залу.

Пол под ногами тёмного рыцаря треснул.

Впервые за весь бой он был вынужден отступить на шаг.

Затем ещё на один.

И ещё.

Но вместе с силой пришла цена.

Харальд двигался быстрее человека.

Бил сильнее любого смертного.

Однако его защита становилась всё менее надёжной.

Ярость Волка превращала короля в живое оружие.

Смертоносное.

И одновременно уязвимое.

Каэмхотеп понял это почти сразу.

Под маской появилась едва заметная улыбка.

— Вот оно...

Он медленно поднял оба меча.

— Теперь ты сражаешься так, как мне нужно.

И впервые за весь поединок в его голосе прозвучала уверенность.

Потому что теперь бой превращался не в дуэль на выносливость.

А в охоту.

На ошибку.

Каэмхотеп исчез.

Оба клинка вспыхнули серебряными дугами.

Танец Двух Клинков.

Его знаменитая техника.

Сотни воинов погибли, даже не успев понять, откуда пришёл удар.

Левый меч метнулся к горлу Харальда.

Правый — к животу.

Ещё шаг.

Ещё один выпад.

Смертельная сеть стали сомкнулась вокруг северного короля.

Но Харальд уже не был человеком.

Ярость Волка ревела в его крови.

Он видел движения врага раньше, чем те завершались.

Топор описал короткую дугу.

Настолько короткую, что многим показалось — король вообще не двигался.

Наступила тишина.

Каэмхотеп замер.

Оба его меча всё ещё были подняты.

Он стоял прямо перед Волчьим троном.

Несколько долгих секунд ничего не происходило.

Затем на его доспехе появилась тонкая линия.

От правого плеча до левого бедра.

Каэмхотеп опустил взгляд.

Будто не понимая, что видит.

А потом его тело медленно разошлось на две части.

Мечи выпали из рук.

Одна половина рухнула на каменный пол.

Следом другая.

Предводитель слуг Нер'Талиса был мёртв ещё до того, как осознал собственное поражение.

Волчий тронный зал погрузился в молчание.

Даже северяне смотрели на своего короля с благоговейным ужасом.

Харальд тяжело дышал.

С топора медленно стекала кровь.

— Есть ещё желающие? — прорычал он.

Именно тогда раздался едва различимый свист.

С балок под самым потолком.

Слишком тихий для обычного человека.

Но не для воина Севера.

Сигурт Ледяной Глаз заметил опасность первым.

Ярл стоял у дальней стены и наблюдал за боем.

В последний момент его единственный глаз уловил короткую вспышку.

Ядовитый дротик.

Летящий прямо в шею Харальда.

— Король!

Сигурт метнул топор.

Не во дротик.

В человека.

Из тени под потолком вылетела фигура в чёрном плаще.

Топор ударил её в плечо.

Дротик ушёл в сторону и разбился о камень трона.

Фигура рухнула вниз.

Грохот.

Крики стражи.

Через несколько мгновений северяне уже навалились на незнакомца.

Тот отчаянно пытался вырваться.

В его руках вспыхнула тёмная магия.

Но Сигурт оказался быстрее.

Удар рукоятью топора пришёлся прямо в висок.

Мир для пленника погас.

Когда стражники сорвали капюшон, по залу пробежал тревожный шёпот.

Харальд нахмурился.

Он никогда раньше не видел этого человека.

Но почувствовал исходящую от него тьму.

— Кто он? — спросил король.

Сигурт внимательно посмотрел на бессознательного пленника.

— Один из слуг Нер'Талиса.

Харальд опустился на Волчий трон.

Затем произнёс:

— Тогда заприте его в Железной Башне.

— Когда очнётся... я сам буду задавать вопросы.

И далеко на юге, среди теней и руин, Нер'Талис впервые за долгое время почувствовал нечто непривычное.

Раздражение.

Он потерял Каэмхотепа.

А его лучший разведчик, Ворган Тенеход, оказался в руках врагов.

Игра вокруг Последней Печати становилась куда опаснее, чем он рассчитывал.

Ночь опустилась на Дорнхейм.

За стенами крепости выл ветер.

Снег бился о каменные башни, словно пытаясь пробраться внутрь.

Волчий тронный зал постепенно пустел.

Унесли тело Каэмхотепа.

Увели пленных.

Стража заняла посты.

Но сам Харальд не спешил отдыхать.

Король стоял у огромного окна, глядя на бескрайнюю белую пустыню.

Ярость Волка ушла.

Теперь он снова чувствовал усталость.

Старые раны ныли.

Свежие порезы жгли кожу.

А где-то глубоко внутри поселилось странное беспокойство.

Слишком легко всё закончилось.

Слишком легко для Нер'Талиса.

Позади раздались шаги.

В зал вошёл Сигурт Ледяной Глаз.

— Очнулся, — коротко сказал ярл.

Харальд даже не обернулся.

— Тенеход?

— Да.

Король медленно сжал кулак.

— Тогда идём.

Железная Башня находилась глубоко под крепостью.

Толстые стены.

Камень.

Лёд.

Ни одного окна.

Только факелы и тяжёлые двери.

В самой дальней камере сидел Ворган Тенеход.

Его руки были закованы в северную сталь.

На шее висел рунный ошейник, подавляющий магию.

Несмотря на это, пленник улыбался.

Слишком спокойно для человека, которому грозила смерть.

Харальд остановился перед решёткой.

— Ты хотел меня убить.

— Конечно.

— Почему?

Ворган усмехнулся.

— Потому что ты нужен ему мёртвым.

— Кому?

— Ты и сам знаешь.

Некоторое время стояла тишина.

Потом Харальд сделал шаг ближе.

— Последняя Печать находится под Волчьим Троном?

На этот раз улыбка Воргана исчезла.

Всего на миг.

Но этого оказалось достаточно.

Сигурт заметил.

Харальд тоже.

Ответ был получен.

— Значит правда.

Ворган тихо рассмеялся.

— Уже догадался?

— Нет. Это ты подтвердил.

Несколько секунд пленник молчал.

А затем произнёс:

— Даже если ты знаешь, уже поздно.

— Почему?

— Потому что Нер'Талис всегда делает несколько ходов одновременно.

Харальд почувствовал неприятный холодок.

— Что это значит?

— Это значит, король, что пока ты праздновал победу над Каэмхотепом...

...другие уже движутся к Печати.

В этот же момент далеко к югу от крепости.

В снежной буре.

Каэль Варден резко остановил коня.

Лиарэ подняла голову.

— Что случилось?

Каэль смотрел вперёд.

На горизонте среди снегов появились огни.

Сотни огней.

Слишком много для обычного лагеря.

Саэлирион побледнел.

— Нет...

— Что такое? — спросил Рейнар.

Лунный Страж медленно выдохнул.

— Это не армия Дорнхейма.

— Тогда чья?

Старый эльф долго молчал.

А затем ответил:

— Пепельное Знамя.

Лиарэ почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Но Каэмхотеп мёртв.

— Да, — тихо сказал Саэлирион.

— Но армия, которую он собрал для Нер'Талиса, никуда не исчезла.

В снегах перед ними стояли тысячи людей.

Дезертиры.

Наёмники.

Разбойники.

Изгнанники.

Убийцы.

Всё отребье северных земель, которое Каэмхотеп собирал годами.

И сейчас эта армия перекрывала единственную дорогу к Волчьему Трону.

До крепости оставался всего один день пути.

Но между героями и Последней Печатью внезапно выросла целая армия.

И где-то в её центре уже развевалось чёрное знамя с багровым символом Нер'Талиса.

Снег кружился между деревьями.

Каэль молча смотрел на лагерь впереди.

Он ожидал увидеть дозоры.

Может быть сотню бойцов.

В крайнем случае несколько сотен наёмников.

Но не это.

На равнине горели тысячи костров.

Словно перед ними раскинулся целый город.

Рейнар тихо присвистнул.

— Ну... кажется, у нас небольшая проблема.

— Небольшая? — сухо спросила Лиарэ.

— Я стараюсь сохранять оптимизм.

Саэлирион не улыбнулся.

Его взгляд был прикован к чёрному знамени в центре лагеря.

— Это плохо.

— Насколько плохо? — спросил Каэль.

— Настолько, что теперь я начинаю понимать план Нер'Талиса.

Все посмотрели на него.

Лунный Страж нахмурился.

— Каэмхотеп никогда не был главной фигурой.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Лиарэ.

— Его задачей было не победить Харальда.

— А что тогда?

— Заставить нас смотреть только на него.

Наступила тишина.

И вдруг Каэль понял.

— Отвлекающий удар.

Саэлирион кивнул.

— Именно.

Лиарэ побледнела.

— Пока все ждали нападения на Волчий Трон...

— Нер'Талис собирал армию, — закончил Каэль.

— И теперь она перекрыла дорогу.

Рейнар выругался.

— Значит мы опоздали?

— Пока нет, — ответил Саэлирион.

— Но скоро можем.

Тем временем в Железной Башне Ворган Тенеход продолжал улыбаться.

Харальду это уже начинало действовать на нервы.

— Ты слишком спокоен для пленника.

— Потому что я знаю то, чего не знаете вы.

— Например?

— Например, что сегодня ночью никто не будет штурмовать Волчий Трон.

Сигурт нахмурился.

— Что за игры?

— Никаких игр.

Ворган поднял взгляд.

— Зачем атаковать крепость, если можно уничтожить тех, кто идёт к ней?

Харальд почувствовал неприятное предчувствие.

— Каэль.

— Да.

Ворган усмехнулся.

— Каэль Варден.

— Лиарэ.

— Рейнар.

— Все они сейчас гораздо важнее меня.

Харальд резко повернулся к Сигурту.

— Немедленно собрать разведчиков.

— Уже.

Ярл вышел из камеры.

Тяжёлые шаги затихли в коридоре.

Ворган снова рассмеялся.

— Поздно.

— Посмотрим.

— Нет, король. Ты не понимаешь.

Тенеход наклонился вперёд.

В его глазах впервые мелькнуло настоящее безумие.

— Если Каэль доберётся до Последней Печати — у вас появится шанс.

— А если нет...

Он замолчал.

Харальд почувствовал, как холод пробирает даже его.

— Если нет?

— Тогда Нер'Талис получит не просто третью Печать.

— Он получит того, кто способен открыть остальные.

На следующий рассвет армия Пепельного Знамени пришла в движение.

Тысячи людей начали строиться в колонны.

Загремели барабаны.

Взметнулись знамёна.

Каэль наблюдал за происходящим с вершины заснеженного утёса.

И вдруг заметил кое-что странное.

— Лиарэ.

— Что?

— Посмотри в центр.

Эльфийка прищурилась.

Среди войска двигалась тяжёлая повозка.

Огромная.

Закрытая чёрными полотнищами.

Её тянули сразу восемь лошадей.

— Что там?

— Не знаю.

Саэлирион посмотрел и неожиданно побледнел.

Очень сильно.

Настолько, что даже Каэль встревожился.

— Что ты увидел?

Старый Страж долго молчал.

А потом тихо произнёс:

— Только бы я ошибался...

— Саэлирион.

— В Первую Эпоху слуги Бесплотного Голода использовали такие повозки только для одного.

Лиарэ почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Для чего?

Старый эльф посмотрел на далёкую чёрную повозку.

И ответил:

— Для перевозки Осколков Печатей.

В этот момент над лагерем Пепельного Знамени поднялся столб багрового света.

И где-то далеко под Волчьим Троном последняя Печать едва заметно дрогнула.

Пока северные ветра завывали вокруг Волчьего Трона, за тысячи лиг к югу царила совсем иная тишина.

Тишина ожидания.

Тишина заговора.

В столице Астериона горели огни.

Стража несла службу.

Торговцы закрывали лавки.

Придворные обсуждали последние новости с Севера.

Все говорили о Харальде.

О нападении.

О войне.

И никто не замечал человека в тёмном плаще, стоявшего у окна высокой башни.

Валлен Дарком смотрел на город сверху.

В его руках медленно вращался небольшой чёрный кристалл.

Осколок силы Второй Печати.

Не сама Печать.

Лишь её отражение.

Но даже этого было достаточно.

— Север отвлёк всех, — произнёс он.

Из темноты выступил Эдрик.

— Новости подтверждены?

— Да.

— Каэмхотеп мёртв.

Эдрик нахмурился.

— Значит Нер'Талис потерял важного слугу.

— Иногда фигуры жертвуют ради победы.

Валлен улыбнулся.

— Главное не смерть Каэмхотепа.

— А что?

— Все смотрят на Север.

Он подошёл к столу.

На карте были отмечены крепости, гарнизоны и дороги Астериона.

Почти половина флажков уже стояла не там, где должна была.

За последние месяцы Валлен успел подкупить десятки людей.

Командиров.

Чиновников.

Купцов.

Советников.

Он создавал паутину годами.

И теперь пришло время дёрнуть за нити.

— Альдрик должен умереть.

Эдрик долго молчал.

Несмотря ни на что, это всё ещё был его король.

— Другого пути нет?

— Есть.

Валлен спокойно посмотрел ему в глаза.

— Мы можем ждать.

— Пока Каэль объединит Север.

— Пока эльфы пришлют армии.

— Пока Харальд соберёт кланы.

— Пока Нер'Талис проиграет.

Тишина.

— Вот видишь.

Эдрик отвернулся.

— Когда?

— Скоро.

Тем же вечером в королевских покоях Альдрик III принимал лекарство.

Старый король выглядел уставшим.

Последние месяцы войны отняли у него много сил.

Рядом стоял придворный лекарь.

Человек, служивший дворцу почти двадцать лет.

Верный.

Незаметный.

Уважаемый.

Именно поэтому никто не заметил дрожи в его руках.

Он прекрасно знал, что находится во флаконе.

Не лекарство.

Яд.

Медленный.

Почти неуловимый.

Способный за несколько дней превратить крепкого человека в умирающего старика.

Лекарь опустил взгляд.

Он уже хотел передать кубок королю.

Но вдруг дверь распахнулась.

В комнату вошёл гонец.

— Ваше Величество!

Альдрик поднял голову.

— Что случилось?

— Послание из Элариона.

Лекарь замер.

Король протянул руку.

Развернул свиток.

И по мере чтения его лицо становилось всё серьёзнее.

Письмо было подписано лично королевой Аэлинар.

И состояло всего из нескольких строк.

«Не доверяйте никому.

Нер'Талис уже действует среди людей.

Ваш двор заражён.

Берегите свою жизнь.

Мы потеряли Вторую Печать.»

Кубок в руках Альдрика остановился.

Король медленно посмотрел на лекаря.

Тот побледнел.

Всего на мгновение.

Но этого оказалось достаточно.

Альдрик слишком долго правил людьми, чтобы не замечать подобных вещей.

В комнате стало очень тихо.

— Стража.

Двери распахнулись.

Внутрь вошли рыцари.

Лекарь сделал шаг назад.

Потом ещё один.

На его лице появился ужас.

Он понял.

Его раскрыли.

В это же время далеко на Севере.

Каэль Варден продолжал наблюдать за лагерем Пепельного Знамени.

Снег падал всё сильнее.

Но теперь он видел то, чего раньше не замечал.

В центре лагеря происходило движение.

Слишком организованное.

Слишком целенаправленное.

Люди не готовились к обороне.

Они готовились к чему-то другому.

Саэлирион вдруг нахмурился.

Очень сильно.

— Нет...

— Что? — спросила Лиарэ.

Старый Страж указал на чёрную повозку.

С неё снимали покрывала.

И под ними медленно проявлялось нечто огромное.

Нечто древнее.

Нечто покрытое рунами Первой Эпохи.

Каэль почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Что это такое?

Саэлирион побледнел.

— Если я прав...

Он замолчал.

— Говори.

— Это не оружие.

— Тогда что?

Лунный Страж посмотрел прямо на Каэля.

И впервые за всё путешествие в его голосе прозвучал настоящий страх.

— Это ловушка.

— Для тебя.

В тысячах миль к югу, за снежными перевалами и лесами Дорнхейма, другой враг уже делал свой ход.

В роскошных дворцах Велгарда тени двигались бесшумнее любых убийц.

Валлен Дарком стоял у высокого окна и смотрел на золотые башни столицы.

Север был охвачен войной.

Каэмхотеп пал.

Ворган Тенеход оказался в плену.

Но для слуги Нер'Талиса это означало лишь одно.

Наступало время политики.

Король Эдрик Веларион всё ещё не верил, что Тьма угрожает всему миру. Он видел в происходящем очередную борьбу королевств за власть и влияние.

Именно эта ошибка могла стоить миру слишком дорого.

Валлен уже купил нескольких придворных.

Уже посеял недоверие между Велгардом и Астерионом.

Уже заставил влиятельных лордов сомневаться в словах Альдрика.

Оставалось сделать следующий шаг.

Не убить короля.

Нет.

Иногда яд полезнее меча.

Иногда ложь разрушает крепости лучше осадных машин.

И пока северяне праздновали победу над Каэмхотепом, Валлен Дарком начал свою самую опасную игру.

Игру, в которой целое королевство могло пасть, так и не поняв, кто именно его уничтожил.

Пока на далёком севере гремели пиры в честь спасения Волчьего Трона, а Каэль и его спутники готовились к спуску к Третьей Печати, юг жил своей жизнью.

Именно этого всегда добивался Валлен Дарком.

Когда люди смотрят на войну — они перестают замечать интриги.

Когда все глаза устремлены на поле боя — настоящий удар наносится в тронном зале.

Столица Велгарда сияла золотом.

Белокаменные дворцы отражали солнечный свет.

На площадях шумели торговцы.

Народ жил обычной жизнью.

Никто не подозревал, что прямо сейчас в городе действует один из опаснейших слуг Нер'Талиса.

Валлен Дарком сидел в отдельной комнате старого особняка.

Перед ним лежала карта человеческих королевств.

Рядом стояли несколько человек.

Герцог.

Казначей.

Командир городской стражи.

Все они считали, что работают ради будущего Велгарда.

Никто не понимал, что давно стал частью чужого плана.

— Альдрик собирает армии, — спокойно произнёс Валлен. — Астерион усиливается.

— Потому что идёт война с орками, — ответил герцог.

Дарком улыбнулся.

— Именно так вам и говорят.

Он разложил несколько писем.

Поддельных писем.

Созданных лучшими фальсификаторами Тьмы.

— Если Альдрик победит, что помешает ему объявить себя верховным правителем всех людей?

В комнате повисла тишина.

Сомнение.

Самое любимое оружие Валлена.

Тем же вечером король Эдрик Веларион принимал советников.

Эдрик выглядел уставшим.

Последние месяцы приносили всё больше тревожных новостей.

Орки.

Северяне.

Эльфы.

Какие-то древние Печати.

Слухи о возвращении Тьмы.

Слишком много слухов.

Слишком мало доказательств.

— Ваше Величество, — произнёс один из лордов. — Астерион требует отправить войска.

— Требует или просит? — холодно уточнил Эдрик.

— Формально просит.

Король задумался.

Он не любил принимать решения на основе страха.

Именно поэтому Валлен видел в нём идеальную цель.

Не злого человека.

Не глупца.

А разумного правителя, которого можно заставить сомневаться.

В ту же ночь в покои Эдрика вошёл его личный лекарь.

Он принёс обычный травяной настой.

Ничего необычного.

Настой король пил много лет.

Лекарь поставил кубок на стол и удалился.

Когда дверь закрылась, в тени колонны мелькнула фигура.

Человек в чёрном плаще.

На пальце сверкнул фиолетовый перстень.

Он коснулся кубка.

Лишь на мгновение.

Одна капля.

Невидимая.

Без запаха.

Без вкуса.

Затем фигура растворилась во мраке.

Утром король Эдрик почувствовал лёгкую слабость.

К вечеру начался жар.

Через два дня он уже не мог присутствовать на совете.

Лучшие лекари Велгарда не понимали причины болезни.

Она не была похожа ни на одну известную хворь.

А Валлен Дарком лишь наблюдал.

Терпеливо.

Спокойно.

Он не собирался убивать короля быстро.

Мёртвый правитель опасен.

Его смерть может объединить людей.

Нет.

Куда полезнее больной правитель.

Слабый правитель.

Правитель, который не способен принимать решения в самый важный момент истории.

На четвёртый день болезнь Эдрика стала известна всему Велгарду.

По столице поползли слухи.

Одни говорили о проклятии.

Другие — о заговоре.

Третьи обвиняли Астерион.

Именно этого Валлен и добивался.

Пока север удерживал Печать.

Пока Альдрик готовил войска.

Пока Каэль спускался к древним руинам под Волчьим Троном...

Юг начинал медленно погружаться в хаос.

А где появляется хаос —

там Нер'Талис всегда становится сильнее.

И далеко на востоке, в глубинах захваченной Второй Печати, бесплотный Голод впервые за долгое время ощутил нечто похожее на удовлетворение.

План ещё не рухнул.

Игра продолжалась.

Ночь опускалась на северные земли.

На стенах Волчьего Трона уже горели сотни факелов, когда дозорные заметили движение в лесах к югу от города.

Сначала все решили, что это очередные разведчики врага.

Но вскоре ворота распахнулись.

Из темноты показался небольшой отряд.

Впереди ехал Каэль Варден.

Рядом с ним — Лиарэ и Рейнар.

Следом двигались Саэлирион и воины Лунной Гвардии, которых заранее отправила на север королева Аэлинар.

Они прорвались.

Через лес Безмолвных, через засады теней, через разрозненные отряды слуг Нер'Талиса.

Прорвались туда, куда Бесплотный Голод больше всего не хотел их допустить.

Прямо к Третьей Печати.

На стене над воротами стоял Харальд Кровавый Волк.

Увидев Каэля, северный король усмехнулся.

— Всё-таки успел.

Каэль поднял взгляд.

— Пока да.

Но в этот самый момент далеко на юге, за чёрными холмами и заснеженными равнинами, начали загораться тысячи огней.

Армия Нер'Талиса больше не пыталась остановить героев.

Теперь в этом уже не было смысла.

Каэль достиг Волчьего Трона.

Значит, начинался второй этап плана.

Далеко на юге всё ещё гремела осада Астериона, где Громар Череполом удерживал в кольце столицу людей. Но на севере Нер'Талис столкнулся с новой угрозой. Каэль Варден успел добраться до Волчьего Трона раньше, чем захлопнулась ловушка. Третья Печать оставалась недосягаемой. Ворган был пленён. Каэмхотеп мёртв. И впервые за многие годы Бесплотному Голоду пришлось менять свой план на ходу.

Волчий Трон никогда не видел такой зимы.

Тяжёлые серые облака закрывали небо уже несколько дней подряд.

Снег шёл почти непрерывно.

Но старые северяне чувствовали неладное не из-за погоды.

Они чувствовали страх.

Страх самой земли.

На рассвете один из дозорных закричал со стены.

Сначала никто не понял причины.

Потом люди начали смотреть на северный горизонт.

И постепенно замолк весь город.

Там, где раньше виднелись далёкие горы Дорнхейма, теперь поднималась тьма.

Не армия.

Не буря.

Не туман.

Что-то другое.

Огромная чёрная масса растекалась по снегу, словно живая.

Она двигалась медленно.

Неотвратимо.

И с каждым часом становилась ближе.

В большом зале Волчьего Трона собрались Харальд, Каэль, Лиарэ, Рейнар, Саэлирион и ярлы северных кланов.

Лиарэ стояла возле окна.

Её лицо становилось всё бледнее.

— Это он.

В зале стало тихо.

— Ты уверена? — спросил Каэль.

Эльфийка медленно кивнула.

— Я чувствую его через Световую Сеть.

— Нер'Талис здесь.

Несколько ярлов переглянулись.

Даже самые опытные воины заметно напряглись.

Они слышали легенды.

Но одно дело слушать рассказы.

И совсем другое — знать, что древнее зло стоит в нескольких милях от твоего дома.

Саэлирион подошёл к столу.

На древней карте лежал его серебряный посох.

— Теперь всё становится ясно.

— Первая Печать уничтожена.

— Вторая захвачена.

— Третья находится под Волчьим Троном.

Он посмотрел на Каэля.

— Нер'Талис не уйдёт.

— Он будет стоять здесь хоть месяц.

Хоть год.

Пока не получит желаемое.

Харальд громко ударил кулаком по столу.

— Тогда пусть приходит.

Несколько северян одобрительно рыкнули.

Но Саэлирион лишь покачал головой.

— Ты не понимаешь.

— Он пришёл не за городом.

— Не за твоим троном.

— Не за богатствами.

Старый страж посмотрел прямо на короля.

— Он пришёл за вами.

Сначала на Харальда.

Потом на Каэля.

В этот момент Лиарэ вздрогнула.

Её глаза вспыхнули серебристым светом.

Все присутствующие сразу поняли.

Связь.

Королева Аэлинар.

Свет лунного сияния окутал фигуру эльфийки.

И в воздухе возник знакомый голос.

— Лиарэ.

— Ты меня слышишь?

— Да, моя королева.

Голос Аэлинар звучал тревожно.

Очень тревожно.

— У меня плохие новости.

В зале стало тихо.

— Сегодня ночью на Астерион было совершено покушение.

Каэль резко поднял голову.

— Альдрик?

— Жив.

Пока жив.

Но яд оказался очень сильным.

Врачи не знают, выживет ли он.

По залу прокатился тяжёлый ропот.

Аэлинар продолжила:

— И это ещё не всё.

— Мы обнаружили следы деятельности Валлена Даркома.

— Теперь мы уверены.

— Вторая Печать находится в руках Эдрика Велгардского.

Лицо Саэлириона помрачнело.

Харальд выругался.

А Каэль молча смотрел на карту.

Положение становилось всё хуже.

С каждым днём.

И вдруг стены зала вздрогнули.

Раз.

Другой.

Третий.

Словно где-то вдалеке ударил гигантский молот.

Затем снаружи раздался крик дозорного.

— ТРЕВОГА!

— ТРЕВОГА НА СТЕНАХ!

— ТЬМА У ВОРОТ!

Харальд первым выхватил топор.

Каэль уже держал меч в руке.

Они выбежали наружу.

Поднялись на стену.

И там впервые увидели его.

Далеко впереди.

Среди метели.

Стояла высокая фигура в плаще из живых теней.

Без армии.

Без телохранителей.

Без знамён.

Лишь бесконечная тьма клубилась вокруг него.

Даже на таком расстоянии люди ощущали её холод.

Ощущали ненависть.

Ощущали голод.

Нер'Талис пришёл лично.

И когда он поднял голову к стенам Волчьего Трона, каждый воин на них услышал один и тот же голос.

Не ушами.

В собственном сознании.

— Каэль Варден...

— Я наконец нашёл тебя.

И над севером впервые за тысячи лет прозвучал смех Бесплотного Голода.

В самом центре Волчьего Трона грохот битвы не стихал ни на мгновение.

Северяне сражались за каждый дом, за каждую улицу, за каждый камень своей столицы.

Но внезапно над городом раздался звук, от которого кровь застыла в жилах.

Тёмный шёпот.

Он звучал сразу отовсюду.

Из теней.

Из дыма пожаров.

Из самой земли.

Нер'Талис пришёл лично.

И перед Харальдом возник высокий силуэт, сотканный из мрака и багрового пламени.

Бесплотный Голод.

Нер'Талис.

Даже закалённые северяне невольно отступили назад.

Воздух вокруг тёмного мага дрожал от силы.

— Последний Наследник... — прошептал он. — Наконец-то.

Харальд поднял топор.

— Подходи.

Нер'Талис лишь усмехнулся.

Он даже не попытался достать оружие.

Вместо этого поднял руку.

Тьма ударила первой.

Чёрные цепи энергии вырвались из земли и устремились к королю.

Харальд разрубил одну.

Вторую.

Третью.

Но их становилось всё больше.

Северный король прорвался сквозь магию и бросился вперёд.

Топор обрушился вниз.

Однако удар прошёл сквозь тёмную дымку.

Нер'Талис уже стоял в другом месте площади.

— Ты силён, смертный.

Следующее заклинание обрушилось подобно шторму.

Тьма ударила со всех сторон сразу.

Камень под ногами раскололся.

Башни задрожали.

Харальд успел активировать Ярость Волка.

Его движения стали стремительными как молния.

Он снова рванулся вперёд.

Но против него был не воин.

Против него была древняя сущность.

Тысячелетний кошмар.

Нер'Талис вытянул обе руки.

Из его ладоней вырвался поток чёрного света.

Удар пришёлся прямо в грудь Харальда.

Король сделал ещё шаг.

Потом второй.

Попытался поднять топор.

И остановился.

На мгновение над площадью воцарилась тишина.

Затем великий король Дорнхейма опустился на одно колено.

Кровь стекала по его доспехам.

Волки на знамёнах завыли под ледяным ветром.

Харальд Кровавый Волк был повержен.

И в тот же миг земля под Волчьим Троном содрогнулась.

Где-то глубоко под городом раздался древний треск.

Словно ломалась сама реальность.

Нер'Талис медленно повернул голову к северной цитадели.

И впервые за многие столетия улыбнулся.

— Третья Печать открыта.

Из глубин под городом начал подниматься багрово-чёрный свет.

А далеко за стенами Волчьего Трона, мчась к столице через метель, Каэль Варден внезапно почувствовал это.

И понял.

Они опоздали.

Третья Печать пала.

Тем временем внутри Волчьего Трона ситуация становилась всё тяжелее.

Город пылал.

На улицах северяне отчаянно отбивали атаки наёмников и дезертиров Нер'Талиса.

Каэль стоял у входа в древнее святилище под цитаделью.

Именно там находилась Третья Печать.

Рядом с ним были Лиарэ, Рейнар, Саэлирион и остатки Лунной Гвардии.

Они успели.

Но лишь на несколько минут.

Когда над городом прокатился грохот магического удара и земля содрогнулась, Лиарэ резко обернулась.

Её лицо побледнело.

— Нет...

Глубоко под крепостью раздался треск.

Древние руны на стенах начали угасать одна за другой.

Саэлирион опустил голову.

Руны на его шерсти вспыхнули тусклым серебряным светом.

Древний волк понимал происходящее раньше остальных.

Наверху, на площади Волчьего Трона, Нер'Талис только что победил Харальда Кровавого Волка.

Последний Наследник пал.

А вместе с ним исчезло и последнее условие, удерживавшее Третью Печать закрытой.

По святилищу прокатилась волна тьмы.

Затем раздался звук, похожий на раскол горы.

И Печать начала разрушаться.

Каэль выхватил меч.

Бесполезно.

Он понял это сразу.

Никто из них уже не мог остановить происходящее.

Они были свидетелями того, как древняя защита, державшая Нер'Талиса в заточении тысячелетиями, умирала прямо у них на глазах.

А где-то наверху, среди огня и дыма, Бесплотный Голод праздновал свою величайшую победу за многие века.

Святилище содрогалось.

Третья Печать рушилась прямо на глазах.

По древним стенам ползли трещины, наполненные багровым светом.

Каэль поднял меч.

Лиарэ встала рядом.

Рейнар приготовился к последнему бою.

Именно в этот момент воздух перед ними почернел.

Тьма начала сгущаться в человеческий силуэт.

Нер'Талис пришёл за тем, ради кого затеял всю эту войну.

Его взгляд остановился на Каэле.

— Наконец-то...

Тёмный маг медленно шагнул вперёд.

— Последний Хранитель Огня.

Каэль почувствовал, как внутри всё похолодело.

Значит, Саэлирион был прав.

Нер'Талис действительно узнал его тайну.

Чёрные цепи магии вырвались из пола святилища.

Они устремились к Каэлю со всех сторон.

Но раньше них ударила Лиарэ.

Её глаза вспыхнули серебряным светом.

Она подняла посох.

— Свет Луны!

Ослепительная вспышка озарила святилище.

Лунное сияние столкнулось с тьмой Нер'Талиса.

На мгновение пространство между ними буквально разорвало волной магической энергии.

Цепи рассыпались.

Каэль оказался свободен.

— Уходите! — крикнула Лиарэ.

— Я его не удержу!..

Но Нер'Талис уже снова собирал силу.

Тьма вокруг него становилась всё плотнее.

Всё могущественнее.

Три Печати были уничтожены.

И часть его древней силы вернулась.

Тогда вперёд вышел Саэлирион.

Огромный волк медленно прошёл между героями и Нер'Талисом.

Серебряные руны на его шерсти вспыхнули так ярко, как никогда прежде.

Нер'Талис остановился.

Впервые за долгое время в его взгляде появилось что-то похожее на уважение.

— Первый Страж...

Саэлирион оскалился.

— Беги, Хранитель.

Эти слова были обращены к Каэлю.

Затем древний волк бросился вперёд.

Схватка была ужасной.

Тьма и древняя магия столкнулись в самом сердце святилища.

Нер'Талис обрушивал одно заклинание за другим.

Но Саэлирион продолжал подниматься.

Продолжал сражаться.

Продолжал защищать путь отступления.

Каэль никогда не видел подобной силы.

Рейнар тоже.

Даже Лиарэ понимала, что сейчас наблюдает легенду Первой Эпохи.

Но постепенно исход становился очевиден.

Нер'Талис был слишком силён.

Слишком близок к своему возрождению.

Очередной удар тьмы отбросил Саэлириона через всё святилище.

Каменные колонны рухнули.

Руны на шерсти волка начали гаснуть.

Однако Саэлирион всё ещё был жив.

Он поднялся в последний раз.

Древний волк взвыл.

Такого воя мир не слышал тысячи лет.

Все руны на его теле вспыхнули одновременно.

Свет заполнил святилище.

Нер'Талис впервые изменился в лице.

— Нет...

Раздался взрыв.

Ослепительная волна древней силы накрыла всё вокруг.

Тьма начала распадаться.

Форма Нер'Талиса разрушалась.

Его тело рассыпалось на тысячи чёрных искр.

Через мгновение в святилище остались лишь руины.

И тишина.

Саэлириона больше не было.

Наверху битва тоже подходила к концу.

Увидев исчезновение Нер'Талиса, многие наёмники и дезертиры потеряли волю к бою.

Северяне бросились вперёд.

Улицы Волчьего Трона превратились в кровавую мясорубку.

Оставшиеся отряды врага были разбиты.

Те, кто выжил, бежали из города.

Когда всё закончилось, над столицей Дорнхейма вновь поднялись знамёна Волка.

Но победы никто не чувствовал.

Харальд был мёртв.

Саэлирион пожертвовал собой.

Третья Печать пала.

А самое страшное заключалось в другом.

Лиарэ первой поняла это.

Она смотрела на остатки разрушенного святилища и чувствовала дрожь Световой Сети.

Нер'Талис не умер.

Он лишь потерял очередное воплощение.

И теперь, когда три Печати были уничтожены, его следующее возвращение будет намного страшнее.

Гораздо страшнее.

Потому что Бесплотный Голод уже начал собирать себя заново.

И в следующий раз миру придётся встретиться не с тенью Нер'Талиса.

А с самим Нер'Талисом во всей его древней силе.

Глава 6. Пламя перед бурей

Северный ветер завывал среди заснеженных скал.

Отряд двигался без остановок уже вторые сутки.

Впереди ехал Каэль.

Рядом шагал огромный белый волк — но лишь в воспоминаниях. Каждый раз, когда он смотрел на снег, ему казалось, будто среди метели мелькает силуэт Саэлириона.

Но Хранителя больше не было.

Лиарэ ехала молча.

Рейнар тоже непривычно притих.

После Волчьего Трона никто не находил слов.

Слишком дорогой оказалась цена поражения.

На третий день их нагнал отряд Лунной Гвардии.

Во главе ехала Селена Лунный Клинок.

Её серебряный плащ был покрыт дорожной пылью.

Она спешилась ещё до того, как конь остановился.

— Весть из Элариона.

Лиарэ сразу почувствовала неладное.

— Что случилось?

Селена посмотрела на всех по очереди.

— Король Альдрик жив.

На мгновение все облегчённо выдохнули.

Но затем Селена продолжила:

— Пока жив.

Отравление оказалось сильнее, чем думали целители.

Врачи дают ему считанные недели.

Повисла тяжёлая тишина.

Рейнар первым нарушил её.

— Значит Валлен Дарком всё-таки ударил.

— Да, — ответила Селена. — И это ещё не самое плохое.

Она достала свиток с печатью королевы Аэлинар.

Лиарэ развернула его.

По мере чтения её лицо становилось всё бледнее.

— Что там? — спросил Каэль.

Лиарэ подняла взгляд.

— Нер'Талис начинает возвращаться.

Все замерли.

— Уже? — тихо спросил Рейнар.

— Не полностью.

Но по всей стране появляются признаки его пробуждения.

Тени становятся плотнее.

Люди слышат шёпот по ночам.

Магия Света слабеет.

Древние руны начинают разрушаться.

Лиарэ медленно свернула письмо.

— Он восстанавливает свою истинную форму.

Каэль долго молчал.

Наконец произнёс:

— Сколько времени?

Селена ответила без колебаний:

— Королева считает, что меньше месяца.

Слова прозвучали как удар молота.

Меньше месяца.

После этого мир столкнётся уже не с духом.

Не с носителем.

Не с заговором.

А с самим Нер'Талисом.

Но затем Селена достала второй свиток.

Этот был гораздо древнее.

Пожелтевший.

Покрытый рунами.

Лиарэ узнала почерк сразу.

Тариэн.

Архимаг оставил его задолго до своей смерти.

— Что это? — спросил Каэль.

— Последняя запись Тариэна.

Лиарэ развернула свиток.

Строки вспыхнули золотым светом.

И все увидели одну фразу.

"Если Печати падут, ищите Источник Огня."

Ниже была карта.

Очень старая карта.

На ней были отмечены земли далеко за пределами известных королевств.

Там, где не существовало ни дорог, ни городов.

Только древние руины Первой Эпохи.

Лиарэ медленно выдохнула.

— Теперь я понимаю.

— Что именно? — спросил Каэль.

— Всё это время мы пытались остановить Нер'Талиса.

Но Тариэн готовил нас к другому.

— К чему?

Лиарэ посмотрела прямо на него.

— К тому, чтобы научиться его победить.

Далеко на юге, среди осаждённого Астериона, Громар Череполом уже собирал армию для последнего штурма.

В Велгарде Валлен Дарком плёл новые интриги.

В подземельях Волчьего Трона пленённый Ворган Тенеход загадочно улыбался своим тюремщикам.

А где-то в глубинах мира, среди древних развалин Первой Эпохи, в тишине начинало разгораться то, чего Нер'Талис боялся больше всего.

Древнее Пламя Хранителей.

Именно туда теперь лежал путь Каэля Вардена.

Потому что времени почти не осталось.

Семь дней спустя.

Север остался далеко позади.

Снега Дорнхейма постепенно уступали место каменистым пустошам и древним холмам, которых не было ни на одной современной карте.

Отряд двигался на юго-восток.

Туда, куда указывала карта Тариэна.

Туда, где, согласно забытым легендам, находился Источник Огня.

Ночью они остановились среди развалин древней башни.

Когда остальные уснули, Каэль сидел у костра один.

Перед ним лежал свиток Тариэна.

Он уже десятки раз перечитал его.

И всё равно не находил ответов.

Только вопросы.

Почему именно он?

Почему все пророчества вдруг начали указывать на него?

Почему Нер'Талис так стремится захватить его живым?

— Потому что он знает.

Голос прозвучал неожиданно.

Каэль резко поднял голову.

Напротив костра стояла фигура из золотистого света.

Тариэн.

Точнее, очередной отпечаток его сознания в Световой Сети.

— Ты становишься всё разговорчивее после смерти, — усмехнулся Каэль.

Тариэн улыбнулся.

— У меня осталось мало времени.

С каждым днём Световая Сеть разрушается.

После возвращения Нер'Талиса она может исчезнуть совсем.

Каэль смотрел на старого архимага.

— Тогда скажи прямо.

Кто я такой?

Тариэн долго молчал.

Словно решал, имеет ли право раскрыть правду.

Наконец произнёс:

— Последний потомок Первого Хранителя Огня.

Костёр внезапно вспыхнул ярче.

Словно отозвался на эти слова.

— Красивое название, — спокойно ответил Каэль. — Но я понятия не имею, что это значит.

— И никто уже не знает.

Почти никто.

Потому что история была уничтожена.

Специально.

После первой войны с Нер'Талисом.

Тариэн провёл рукой над огнём.

Пламя изменилось.

Перед Каэлем появились картины прошлого.

Огромные города.

Небесные башни.

Сияющие дороги света.

Мир Первой Эпохи.

А затем появилась тень.

Чёрная.

Бесконечная.

Поглощающая всё вокруг.

Нер'Талис.

Но гораздо более могущественный, чем сейчас.

— Когда-то он почти победил.

Все армии мира были разбиты.

Все королевства пали.

Тогда появились Хранители Огня.

Не воины.

Не маги.

Нечто большее.

Они владели силой, противоположной самой природе Нер'Талиса.

Картина снова изменилась.

Каэль увидел человека, окружённого золотым пламенем.

Тьма вокруг него буквально исчезала.

Не отступала.

Не рассеивалась.

А уничтожалась.

Полностью.

— Вот чего боится Нер'Талис.

Не мечей.

Не армий.

Не королей.

Он боится Огня.

Тариэн посмотрел прямо в глаза Каэлю.

— И именно поэтому он столько лет искал тебя.

Не для убийства.

Для порабощения.

Если он подчинит Хранителя Огня своей воле — никто уже не сможет его остановить.

В этот момент видение исчезло.

Тариэн растворился в воздухе.

Но перед тем как исчезнуть окончательно, успел сказать:

— Спешите.

Он восстанавливается быстрее, чем я ожидал.

Утром отряд продолжил путь.

А через два дня они достигли места, которого не существовало ни на одной карте.

Гигантской расщелины среди гор.

Настолько глубокой, что дна не было видно.

Из её недр поднималось золотистое свечение.

Словно внутри горы горело солнце.

Саэлириона больше не было рядом.

Но Лиарэ почувствовала то же самое, что когда-то чувствовал древний Хранитель.

Силу.

Очень древнюю силу.

Старше Элариона.

Старше королевств.

Старше самих Печатей.

Рейнар осторожно подошёл к краю.

— Только не говорите, что нам туда.

Селена посмотрела вниз.

— Боюсь, именно туда.

Но прежде чем кто-либо успел сделать шаг вперёд, воздух внезапно задрожал.

Лиарэ побледнела.

— Нет...

— Что такое? — мгновенно насторожился Каэль.

Она подняла глаза к небу.

— Он уже здесь.

Высоко над горами начали собираться огромные чёрные облака.

Настолько плотные, что закрыли солнце.

По склонам побежали тени.

Птицы в ужасе покидали небо.

А затем по миру прокатился голос.

Глубокий.

Древний.

Знакомый каждому из них.

— Вы опоздали.

Нер'Талис возвращался.

И впервые его голос звучал не через носителя.

А как голос существа, вновь обретающего собственную форму.

В это время Над стенами Астериона поднимался чёрный дым.

Осада длилась уже много недель.

Но впервые за всё это время Громар Череполом улыбался.

Тяжёлой, мрачной улыбкой воина, который чувствует близкую победу.

Перед ним лежало письмо.

Всего несколько строк.

Все Печати открыты.

Владыка скоро вернётся.

Начинай последний штурм.

Громар медленно свернул пергамент.

Затем поднялся со своего трона из костей и дерева.

— Созвать воевод.

Через час весь лагерь уже гудел.

Тысячи орков строились в боевые порядки.

Гигантские тараны двигались к стенам.

Осадные башни выдвигались вперёд.

Барабаны войны гремели так, что дрожала земля.

На стенах Астериона солдаты смотрели вниз с тревогой.

Они сразу поняли.

Сегодня всё иначе.

Сегодня враг пришёл не испытывать защитников.

Сегодня враг пришёл побеждать.

В глубине дворца король Альдрик лежал на постели.

Яд Валлена Даркома медленно разрушал его тело.

Рядом стояли лекари.

Священники.

Рыцари королевской гвардии.

Но все понимали одну страшную вещь.

Король уже не сможет возглавить оборону.

Когда за окном загремели осадные барабаны, Альдрик с трудом открыл глаза.

— Началось?

Старый маршал кивнул.

— Да, мой король.

Альдрик попытался подняться.

Получилось лишь со второй попытки.

Он был смертельно слаб.

Но взгляд оставался прежним.

Взгляд человека, который никогда не склонял голову перед врагом.

— Помогите мне подняться на стены.

Маршал побледнел.

— Ваше Величество...

— Это приказ.

Через некоторое время жители Астериона увидели невероятное.

На главной башне появился сам король.

Бледный.

Измождённый.

Опирающийся на меч.

Но живой.

По рядам защитников прокатился восторженный крик.

Люди поднимали оружие.

Стучали мечами по щитам.

Солдаты вновь обрели надежду.

А за стенами Громар наблюдал за этим молча.

Затем он медленно поднял свой гигантский топор.

И тысячи орков одновременно взревели.

— ВПЕРЁД!

Словно чёрное море, армия Тьмы двинулась на Астерион.

Тараны ударили в ворота.

Лестницы легли на стены.

Камни катапульт обрушились на башни.

Начался самый страшный штурм за всю историю королевства.

И впервые за всё время осады Громар был уверен:

сегодня Астерион падёт.

Третий день решающего штурма.

Астерион всё ещё стоял.

Стены были повреждены.

Башни горели.

Защитники несли тяжёлые потери.

Но древняя столица людей продолжала сопротивляться.

В своём лагере Громар Череполом был мрачен.

Любой другой город уже пал бы.

Но Астерион строили лучшие мастера древности.

Его стены выдерживали удары таранов и камнемётов.

Орки медленно продвигались вперёд, но победа требовала слишком много времени.

Времени, которого теперь не было даже у Тьмы.

Тогда в лагерь пришёл посланник.

Человек в чёрном плаще.

Без лица.

Без тени.

Он появился словно из пустоты.

И положил перед Громаром длинный свёрток.

— Дар Владыки.

Когда ткань упала на землю, даже орочьи воеводы невольно отступили.

Перед ними лежал огромный боевой молот.

Чёрный как безлунная ночь.

По его поверхности текли багровые руны.

Словно внутри оружия билось живое сердце.

— Что это?

Голос Громара прозвучал непривычно тихо.

Посланник ответил:

— Осколок силы Нер'Талиса.

Молот Разрушения.

Ни одна стена смертных не выдержит его удара.

После этих слов фигура исчезла.

Будто её никогда не существовало.

На рассвете Громар лично подошёл к стенам Астериона.

Защитники встретили его градом стрел.

Но орк даже не посмотрел в их сторону.

Он нёс новый молот на плече.

И с каждым шагом руны на оружии разгорались всё ярче.

На главной башне стоял Альдрик.

Даже через огромное расстояние он почувствовал неладное.

Очень неладное.

— Что это за оружие?

прошептал король.

Никто не ответил.

Потому что никто не знал.

Громар остановился перед центральной стеной.

Поднял молот.

И ударил.

Мир содрогнулся.

Не просто камень.

Не просто кладка.

Сама магия, защищавшая Астерион сотни лет, треснула.

По стене побежали багровые разломы.

Второй удар.

Раздался оглушительный грохот.

Одна из башен раскололась пополам.

Сотни тонн камня рухнули вниз.

На стенах началась паника.

Третий удар.

И центральный участок стены просто перестал существовать.

Словно невидимая рука вырвала его из мира.

На месте неприступной крепости образовалась гигантская брешь.

Несколько секунд стояла абсолютная тишина.

Даже орки замерли.

Не веря увиденному.

Затем Громар поднял молот к небу.

И взревел:

— ЗА ВЛАДЫКУ!

Десятки тысяч орков ринулись в пролом.

Началась битва за улицы Астериона.

На башне Альдрик тяжело опёрся на меч.

Он видел, как рушится его столица.

Видел, как враг входит в город.

И понимал страшную правду.

Без Каэля.

Без северян.

Без помощи Элариона.

Астерион не удержать.

А далеко на востоке, у Источника Огня, Каэль внезапно почувствовал жгучую боль в груди.

Словно сама судьба предупреждала его.

Что пока он ищет силу для последней войны...

одно из величайших королевств мира уже начинает падать.

Горы дрожали.

Чёрные облака над расщелиной становились всё плотнее.

Голос Нер'Талиса ещё долго эхом звучал среди скал.

— Вы опоздали.

Лиарэ первой поняла, что это не просто угроза.

Это было предупреждение.

Он действительно чувствовал Источник Огня.

И теперь знал, где находится Каэль.

Золотое сияние поднималось из бездонной расщелины.

Из глубин шёл жар.

Но это был не обычный огонь.

Он не обжигал кожу.

Он словно касался самой души.

Селена сделала шаг назад.

Лунная Гвардия тоже ощущала это.

Место было древнее любых королевств.

Внезапно земля содрогнулась.

С противоположного склона послышался рёв.

Затем ещё один.

И ещё.

Рейнар выхватил мечи.

— Кажется, гости.

Из тумана появились первые фигуры.

Не орки.

Не люди.

Не эльфы.

Существа из самой глубокой древности.

Искажённые Тьмой твари, пережившие тысячелетия.

Их тела покрывали костяные пластины.

Глаза светились багровым огнём.

Лиарэ побледнела.

— Их не должно существовать...

Но хуже было другое.

За чудовищами шли люди.

Десятки людей.

Одетые в чёрные плащи.

Маги Нер'Талиса.

Те самые, которых десятилетиями считали погибшими.

Впереди шагнул высокий старик с чёрным посохом.

Его лицо было покрыто рунами.

— Владыка приказал задержать вас.

Каэль обнажил меч.

— Тогда попробуйте.

Старик улыбнулся.

— С удовольствием.

В следующее мгновение началась битва.

Лунная Гвардия сомкнула строй.

Селена бросилась навстречу первой волне чудовищ.

Её клинок вспыхнул серебряным светом.

Одно из существ рухнуло в пропасть.

Затем второе.

Рейнар исчез среди врагов словно вихрь.

Парные мечи мелькали так быстро, что их было невозможно разглядеть.

Но врагов было слишком много.

Слишком много.

Каэль уже хотел вступить в бой.

Но вдруг услышал голос.

Не ушами.

Внутри себя.

Иди.

Он замер.

Источник ждёт тебя.

Вся расщелина вспыхнула золотым светом.

Лиарэ сразу поняла.

— Каэль!

Он посмотрел на неё.

— Если я останусь, мы проиграем.

Она кивнула.

Хотя понимала, что может больше никогда его не увидеть.

— Иди.

Мы задержим их.

Селена услышала разговор и лишь усмехнулась, отбивая очередной удар.

— Не заставляй нас умирать зря, Варден.

Каэль молча кивнул.

Затем шагнул к краю пропасти.

И прыгнул.

Рейнар едва не выругался.

— Он что, с ума сошёл?!

Но вместо падения Каэль начал медленно опускаться вниз.

Словно сам свет нёс его в глубины мира.

Над расщелиной продолжалась битва.

А внизу Каэль увидел то, что никто не видел тысячи лет.

Огромный зал.

Высеченный внутри горы.

Размером с целый город.

По стенам горели миллионы золотых рун.

А в центре находилось оно.

Источник Огня.

Не костёр.

Не артефакт.

Не магический кристалл.

Перед Каэлем висело настоящее солнце.

Маленькое.

Но живое.

Пылающее золотым пламенем.

И возле него стояла фигура.

Воин в древних доспехах.

Сотканный из света.

С мечом из чистого огня.

Каэль сразу понял.

Первый Хранитель.

Дух открыл глаза.

И весь зал озарился светом.

— Наконец-то.

Голос был спокойным.

Старым.

Древнее самой истории.

— Последний потомок пришёл.

Каэль медленно подошёл ближе.

— Ты знаешь, кто я?

Дух улыбнулся.

— Нет.

Вопрос в другом.

Знаешь ли это ты сам?

В этот момент Источник Огня вспыхнул так ярко, что исчезли стены, горы и весь мир вокруг.

Испытание началось.

Свет поглотил всё.

Не осталось ни гор.

Ни расщелины.

Ни Источника.

Каэль стоял посреди бескрайней золотой пустоты.

Перед ним находился Первый Хранитель.

Его доспехи были выкованы словно из самого рассвета, а в глазах горел вечный огонь.

— Ты хочешь получить силу? — спросил Хранитель.

— Да.

— Тогда ответь.

Для чего?

Каэль задумался.

Он видел перед собой множество ответов.

Чтобы победить Нер'Талиса.

Чтобы спасти друзей.

Чтобы защитить королевства.

Но ни один из них не казался правильным.

Наконец он поднял голову.

— Потому что больше некому.

Первый Хранитель долго молчал.

А затем впервые улыбнулся.

— Именно так отвечали все до тебя.

Внезапно пространство изменилось.

Перед Каэлем возникли картины прошлого.

Сотни.

Тысячи.

Эпохи сменяли друг друга.

Он увидел Первую Войну Света и Тьмы.

Увидел рождение Печатей.

Увидел первых Наследников.

Увидел, как поколения Хранителей Огня отдавали жизни ради мира.

Затем картины стали темнее.

Он увидел самого себя.

На коленях.

Одинокого.

Побеждённого.

Перед ним стоял Нер'Талис.

Полностью восстановленный.

Могущественный.

Непобедимый.

У его ног лежали тела друзей.

Лиарэ.

Рейнара.

Селены.

Даже Саэлириона.

— Это ложь.

— Нет, — спокойно ответил Первый Хранитель.

— Это один из возможных путей.

Картина изменилась.

Теперь Каэль увидел другой мир.

Мир без войны.

Без Тьмы.

Без Нер'Талиса.

Но самого Каэля в этом мире не существовало.

Он понял смысл.

Сила Источника не даётся бесплатно.

— Что я потеряю?

Первый Хранитель посмотрел прямо ему в глаза.

— Часть себя.

Каждый Хранитель платит.

Кто-то теряет годы жизни.

Кто-то память.

Кто-то возможность жить обычной судьбой.

Золотое солнце Источника вспыхнуло ярче.

— А если я откажусь?

— Тогда мир будет сражаться без тебя.

Ответ пришёл сразу.

Без колебаний.

— Я согласен.

Впервые за тысячелетия Источник Огня пробудился полностью.

По всему Элариону вспыхнули древние руны.

В Эларионе Королева Аэлинар подняла голову к небу.

Она почувствовала это мгновенно.

В осаждённом Астерионе маги Света увидели золотую звезду на горизонте.

Даже Громар Череполом на мгновение остановился.

— Что это было?

А далеко на севере, в руинах Волчьего Трона, остатки тёмной магии Нер'Талиса начали рассыпаться прахом.

И в этот же миг где-то в глубинах мира открыл глаза сам Нер'Талис.

Он почувствовал это.

Почувствовал сразу.

И впервые за всю историю своего существования не испытал гнева.

Он испытал тревогу.

— Невозможно...

Тени вокруг него задрожали.

— Хранитель вернулся.

Тем временем в Источнике Огня началось последнее испытание.

Самое тяжёлое.

Не бой.

Не магия.

Не сила.

Первый Хранитель протянул руку.

— Возьми Пламя.

Каэль шагнул вперёд.

К самому сердцу Источника.

Золотое солнце коснулось его груди.

Боль была такой, словно каждая кость превращалась в раскалённый металл.

Он упал на колени.

Но не закричал.

Пламя входило в него.

Становилось частью его крови.

Частью души.

Частью самой судьбы.

Руны Хранителей начали появляться на его руках.

Золотые линии света медленно поднимались по коже.

Источник Огня содрогнулся.

Первый Хранитель опустил голову.

— Отныне ты не просто Каэль Варден.

Пламя взорвалось ослепительным светом.

— Отныне ты — Хранитель Огня Последней Эпохи.

И в этот момент в глубинах сознания Каэля прозвучал ещё один голос.

Древний.

Знакомый.

Полный ненависти.

Нер'Талис.

— Хорошо, Каэль Варден.

Теперь мы можем встретиться по-настоящему.

И где-то далеко на юге стены Астериона дрогнули под новым ударом магического оружия Громара. Время заканчивалось. Теперь Хранитель Огня должен был вернуться в мир — прежде чем падёт первое великое королевство людей.

Пока Каэль находился в сердце Источника Огня, сражаясь не с врагом, а с собственной судьбой, остальным приходилось бороться за его будущее.

Если они не выстоят сейчас, возвращаться ему будет уже некуда.

Высоко над пропастью битва продолжалась.

Лунная Гвардия медленно отступала к узкому каменному мосту, ведущему к расщелине.

Селена Лунный Клинок стояла впереди строя.

Её серебристый клинок был покрыт светящимися рунами.

Вокруг лежали тела поверженных чудовищ.

Но враги всё прибывали.

— Сколько их ещё? — тяжело дыша спросил Рейнар.

Лиарэ бросила взгляд вдаль.

И впервые за долгое время её лицо стало серьёзным.

По-настоящему серьёзным.

— Это только первая волна.

Даже Рейнар перестал улыбаться.

Вдали среди гор начали загораться багровые огни.

Десятки.

Сотни.

Армия Нер'Талиса искала Источник Огня.

И теперь она знала, где его искать.

— Нам нужно выиграть время.

Любой ценой.

— сказала Лиарэ.

Селена кивнула.

— Тогда будем стоять.

Тем временем. Волчий Трон

Город ещё дымился после недавней битвы.

Северяне спешно восстанавливали стены.

Раненых становилось всё больше.

А новостей всё меньше.

В Большом Чертоге на Волчьем Троне

В башне сидел пленник.

Ворган Тенеход.

Его руки были скованы руническими цепями.

Однако сам он выглядел удивительно спокойным.

Он улыбался.

Потому что чувствовал то же самое, что и его хозяин.

Печати уничтожены.

Нер'Талис почти свободен.

И всё же кое-что тревожило даже Воргана.

Каэль.

Он слишком долго не появлялся.

— Что ты задумал, Варден?

— тихо прошептал он.

Астерион

Положение было намного хуже.

Стены столицы трещали.

Магическое оружие, подаренное Громару Нер'Талисом, оказалось страшнее любых осадных машин.

Каждый удар раскалывал камень словно сухое дерево.

Король Альдрик III лежал прикованный к постели.

Яд медленно убивал его.

Лучшие лекари были бессильны.

А возле трона стояла королева-регент и советники.

Именно сейчас они получили тревожное сообщение от разведчиков.

— Орки готовят генеральный штурм.

В зале наступила тишина.

Все понимали.

Следующий удар может стать последним.

Где-то на юге

В старом замке, скрытом среди лесов Велгарда, Валлен Дарком получил известие.

Нер'Талис начал возвращаться.

Политик медленно поднялся из кресла.

На столе лежали карты королевств.

Имена лордов.

Списки заговорщиков.

Подкупленных чиновников.

Продажных генералов.

За годы работы он создал целую сеть сторонников Тьмы.

И теперь настало её время.

— Начинайте.

Гонцы тут же покинули замок.

По всему Элариону начали приходить одинаковые письма.

Где-то вспыхнули бунты.

Где-то исчезли командиры гарнизонов.

Где-то внезапно начались пожары на складах продовольствия.

Нер'Талис всегда говорил одну вещь:

Королевство проще уничтожить изнутри, чем снаружи.

И Валлен Дарком собирался доказать это ещё раз.

Возле Источника Огня

Ситуация становилась критической.

Лиарэ внезапно почувствовала мощную волну тьмы.

Гораздо сильнее прежних.

Она резко подняла голову.

Из дальнего ущелья поднималась огромная чёрная буря.

Словно сама ночь обрела форму.

Селена сразу поняла.

— Это не армия.

Лиарэ побледнела.

— Нет...

Где-то далеко, очень далеко, начиналось возвращение Нер'Талиса.

Пока ещё не полное.

Пока ещё не завершённое.

Но достаточно сильное, чтобы его присутствие ощущалось за сотни лиг.

Рейнар крепче сжал рукояти мечей.

— Надеюсь, Каэль там не отдыхает.

Лиарэ посмотрела в золотое сияние Источника.

И впервые за всё время почувствовала страх.

Потому что она поняла одну простую вещь.

Даже если Каэль выдержит испытание и станет Хранителем Огня...

Это ещё не означает победу.

Это означает лишь начало настоящей войны.

Король Альдрик III умирал.

Яд Нер'Талиса оказался куда опаснее обычной отравы.

Он поражал не тело.

Он поражал саму жизненную силу.

Каждый день король становился слабее.

Каждую ночь лекари ожидали, что он уже не проснётся.

Внезапно воздух в королевских покоях задрожал.

Лекари испуганно отступили.

Прямо посреди комнаты появился круг серебристого света.

Лунные руны закружились в воздухе.

Свет становился всё ярче и ярче.

А затем пространство раскрылось.

Словно сама луна разрезала ткань мира.

Из сияющего портала шагнула Королева Аэлинар.

В комнате воцарилась абсолютная тишина.

Даже самые опытные придворные лекари смотрели на происходящее с благоговейным ужасом.

Создать лунный портал на такое расстояние могли лишь величайшие маги Элариона.

Аэлинар приблизилась к ложу Альдрика.

Король выглядел измождённым.

Лицо осунулось.

Под глазами залегли глубокие тени.

Тёмный яд Нер'Талиса медленно пожирал его жизненную силу.

Несколько секунд королева молча смотрела на старого союзника.

Затем достала небольшой хрустальный флакон.

Внутри переливалась серебристо-голубая жидкость.

Словно кусочек ночного неба был заключён в стекло.

По комнате сразу распространилось мягкое сияние.

— Лунный Эликсир... — прошептал один из лекарей.

Его голос дрожал.

Легенды утверждали, что подобное лекарство создаётся лишь раз в несколько десятилетий в глубинах священных рощ Элариона.

Даже среди эльфов оно считалось бесценным сокровищем.

Аэлинар осторожно передала флакон лекарям.

— Дайте ему всё до последней капли.

— Ваше Величество... это слишком дорогая цена ради одного человека.

Королева посмотрела на говорившего так, что тот сразу замолчал.

— Он не просто человек.

Он король, который до сих пор держит Астерион.

Пока стоит Альдрик — стоит и надежда людей.

Лекари немедленно выполнили приказ.

Когда последние капли Лунного Эликсира коснулись губ короля, серебристый свет начал медленно распространяться по его телу.

Тёмные следы яда вспыхнули чёрным пламенем.

Будто сопротивляясь.

Но древняя магия Элариона оказалась сильнее.

Тьма начала отступать.

Шаг за шагом.

Крупица за крупицей.

Через несколько минут Альдрик сделал глубокий вдох.

Первый по-настоящему свободный вдох за многие недели.

Его глаза медленно открылись.

Некоторое время он смотрел в потолок, словно возвращаясь из очень далёкого путешествия.

Затем увидел стоящую рядом Аэлинар.

На губах короля появилась слабая улыбка.

— Значит... я ещё не умер.

— Пока нет.

— спокойно ответила королева.

Альдрик попытался подняться.

И впервые за долгое время смог сделать это без посторонней помощи.

— Тогда война ещё не окончена.

Аэлинар кивнула.

Но в её взгляде мелькнула тревога.

Потому что она знала то, чего ещё не знал Альдрик.

Три Печати уже разрушены.

Нер'Талис скоро вернётся во всей своей силе.

И миру понадобятся все его короли.

Все его герои.

И прежде всего — Каэль Варден, который прямо сейчас проходил испытание Источника Огня.

Покои короля Альдрика постепенно пустели.

Лекари наконец позволили себе облегчённо выдохнуть.

Король был спасён.

Но война — нет.

Аэлинар стояла возле окна высокой башни Астериона.

Внизу горел город.

За стенами лагеря орков тянулись до самого горизонта.

Тысячи костров.

Тысячи воинов.

Тысячи смертей, ожидающих своего часа.

Альдрик подошёл к ней.

Он всё ещё был слаб.

Но в его взгляде вновь появился прежний огонь.

— Ты спасла мне жизнь.

Аэлинар не обернулась.

— Не благодари меня раньше времени.

Если падёт Астерион, моя помощь ничего не изменит.

Некоторое время оба молчали.

Затем король произнёс:

— Громар.

Королева кивнула.

— Да.

Пока Нер'Талис восстанавливается, именно он является главным оружием Тьмы.

Она повернулась.

В её руках появился длинный свёрток из серебристой ткани.

Альдрик сразу почувствовал исходящую от него силу.

Очень древнюю.

Очень опасную.

Медленно Аэлинар развернула ткань.

Внутри лежало копьё.

Тонкое.

Изящное.

Почти невесомое на вид.

Его наконечник был выкован из серебристого металла, не похожего ни на одно известное вещество.

По древку струились руны Первой Эпохи.

В комнате стало светлее.

Словно взошла луна.

— Лунное Копьё Элариона.

Даже Альдрик невольно замер.

Он слышал легенды.

Последний раз это оружие использовали более тысячи лет назад.

Во время Первой Войны Печатей.

— Я думал, оно уничтожено.

— Так должны были думать все.

Впервые за весь разговор на лице Аэлинар появилась холодная улыбка.

— Даже Нер'Талис.

Лагерь Тьмы

Тем временем за стенами города Громар Череполом готовился к новому штурму.

Магическое оружие Нер'Талиса уже разрушило часть укреплений.

Ещё несколько дней.

Максимум неделя.

И стены рухнут окончательно.

Орк стоял возле огромного чёрного тарана.

Артефакт пульсировал багровым светом.

Каждый удар этой машины превращал древний камень в пыль.

Внезапно ночное небо изменилось.

Тучи расступились.

На лагерь Тьмы упал серебристый луч.

Громар поднял голову.

И впервые за долгое время нахмурился.

Высоко над армией Тьмы открылся лунный портал.

Из него вышли эльфийские воины.

Десятки.

Сотни.

Лунная Гвардия Элариона.

А затем появилась Аэлинар.

Её белоснежный плащ развевался на ветру.

В руках сияло Лунное Копьё.

Весь лагерь словно замер.

Даже орки почувствовали опасность.

— Череполом!

— прозвучал голос королевы над полем битвы.

— Я пришла за тобой.

Громар рассмеялся.

Громко.

От души.

— Наконец-то достойный противник!

Он поднял гигантский топор.

Орки вокруг взревели.

Лунная Гвардия обнажила клинки.

И началась битва.

Серебряный свет столкнулся с багровой тьмой.

Аэлинар двигалась с нечеловеческой скоростью.

Каждый удар копья оставлял в воздухе лунный след.

Орки падали один за другим.

Но её целью был не лагерь.

Не армия.

И даже не победа.

Её целью был один-единственный враг.

Громар Череполом.

Через несколько минут поле боя вокруг них опустело.

Слишком многие погибли, пытаясь вмешаться.

Они остались друг напротив друга.

Самый могучий воин Тьмы.

И величайшая королева Света.

Громар бросился первым.

Земля дрогнула под его шагами.

Топор обрушился сверху.

Аэлинар уклонилась.

Лунное Копьё вспыхнуло серебряным светом.

Впервые за многие годы кровь Череполома коснулась земли.

Орк отшатнулся.

Посмотрел на рану.

Затем улыбнулся.

— Вот теперь интересно.

И где-то далеко, в глубинах северных гор, внутри Источника Огня, Каэль Варден сделал ещё один шаг навстречу своей судьбе.

Потому что пока Аэлинар сдерживала Тьму на юге...

время для рождения нового Хранителя Огня было куплено кровью и лунным светом.

Улица перед проломом в стене превратилась в настоящее поле боя.

Повсюду горели дома.

Каменные башни осыпались под ударами магического оружия Нер'Талиса.

Люди Астериона и орки Громара сражались среди дыма и огня.

Но взгляды всех были прикованы только к одной битве.

К Аэлинар и Череполому.

Громар был подобен живой осадной машине.

Каждый взмах его топора раскалывал мостовую.

Камни взлетали в воздух.

Даже эльфийские воины не решались приблизиться.

Но и Аэлинар была не той правительницей, которая правит из безопасного дворца.

Лунное Копьё вспыхнуло серебряным светом.

Королева нанесла стремительный удар.

Громар едва успел закрыться древком топора.

От столкновения вспыхнула волна энергии.

Несколько ближайших орков буквально отбросило назад.

Череполом оскалился.

— Теперь понимаю, почему Нер'Талис хотел, чтобы ты умерла первой.

— А я понимаю, почему он не пришёл сам.

На мгновение орк замер.

Затем яростно зарычал.

Следующий удар оказался настолько мощным, что часть улицы обрушилась.

Но Аэлинар уже исчезла.

Лишь серебристый след остался в воздухе.

Магия Луны.

Королева появилась сбоку и вонзила копьё в плечо Череполома.

Орк взревел от боли.

Лунный свет начал проникать под его кожу.

Сжигая тёмную магию, которой наделил его Нер'Талис.

Впервые Громар почувствовал настоящий страх.

Именно этого боялся Нер'Талис.

Оружия Первой Эпохи.

Северные горы

В это же время возле Источника Огня положение становилось всё тяжелее.

Лиарэ стояла на вершине скалы.

Её руки светились от перенапряжения.

Внизу Лунная Гвардия отражала очередную атаку.

Рейнар уже едва держался на ногах.

Его плащ был разорван.

Лицо покрывали новые раны.

Но он всё ещё улыбался.

— Когда закончится эта война...

я неделю буду спать.

— Неделю?

— устало ответила Лиарэ.

— Я собираюсь спать месяц.

Даже Селена невольно усмехнулась.

Но улыбки быстро исчезли.

Потому что земля вдруг задрожала.

Очень сильно.

Из глубин ущелья поднялся столб чёрного дыма.

Лиарэ побледнела.

Она почувствовала это мгновенно.

Нер'Талис.

Его сущность продолжала собираться воедино.

С каждым часом.

С каждой минутой.

И времени у Каэля оставалось всё меньше.

Источник Огня

Тем временем сам Каэль стоял в центре гигантского огненного святилища.

Испытание почти завершилось.

Перед ним больше не было врагов.

Не было чудовищ.

Не было призраков прошлого.

Остался только огонь.

Древний.

Живой.

Первозданный.

Он окружал Каэля со всех сторон.

Будто изучая его.

Оценивая.

Решая, достоин ли он стать тем, кем не становился никто многие столетия.

Внезапно в пламени появился силуэт.

Не Нер'Талис.

Не Тариэн.

Кто-то намного древнее.

Высокая фигура из чистого золотого огня.

Первый Хранитель.

Основатель Ордена Огня.

Он посмотрел на Каэля.

И впервые заговорил.

— Ты прошёл испытания силы.

Прошёл испытания страха.

Прошёл испытания жертвы.

Огненные глаза вспыхнули ярче.

— Но готов ли ты принять последнюю цену?

Каэль молча поднял взгляд.

— Какую цену?

Тогда весь Источник Огня содрогнулся.

И Первый Хранитель произнёс слова, от которых даже сердце Каэля замерло.

— Чтобы стать Хранителем Огня...

ты должен отказаться от части самого себя.

Пламя вокруг вспыхнуло до небес.

И впервые за всё испытание Каэль почувствовал не страх смерти.

А страх того, кем он может стать после его завершения.

Битва не прекращалась ни на мгновение.

Лиарэ уже едва держалась на ногах.

Её магия поддерживала защитные барьеры вокруг святилища, лечила раненых и отражала атаки слуг Тьмы.

Даже для одной из сильнейших магесс Элариона это было слишком.

Селена со своим отрядом сражалась на другом участке обороны.

Рейнар же оставался рядом с Лиарэ.

Сам он не понимал почему.

Говорил себе, что просто защищает мага.

Но сердце давно знало правду.

В этот момент земля снова содрогнулась.

Из чёрного дыма вырвались элитные воины Тьмы.

Быстрые.

Смертоносные.

Они проскочили сквозь основную линию обороны.

Лиарэ подняла руку.

Пытаясь создать ледяные копья.

Но силы подвели её.

Заклинание рассыпалось.

И тогда она поняла.

Не успевает.

Один из воинов уже занёс зачарованный клинок.

Удар был направлен прямо ей в сердце.

Всё произошло за долю секунды.

Рейнар увидел это.

И даже не задумался.

Он просто бросился вперёд.

Сильный толчок отбросил Лиарэ в сторону.

А сам Рейнар оказался на её месте.

Раздался тяжёлый удар.

Мир словно замер.

Лиарэ услышала только собственный крик.

Клинок Тьмы пробил доспехи Рейнара.

Глубоко.

Слишком глубоко.

Но даже тогда он успел выхватить меч и одним ударом сразить нападавшего.

Через мгновение на поле боя ворвалась Селена.

— Лунная Гвардия! За мной!

Серебристые клинки вспыхнули среди дыма.

Нападавших отбросили назад.

Оставшихся уничтожили.

Битва вокруг продолжалась.

Но для Лиарэ всё исчезло.

Она уже стояла на коленях рядом с Рейнаром.

Осторожно поддерживая его голову.

Её руки дрожали.

Магия исцеления текла через ладони.

Но она чувствовала страшную правду.

Раны были слишком тяжёлыми.

Рейнар открыл глаза.

Удивительно...

Он всё ещё улыбался.

Слабо.

Но искренне.

— Знаешь...

Лиарэ сжала его руку.

— Не говори.

Береги силы.

Он тихо усмехнулся.

— Никогда не умел беречь силы.

На глазах Лиарэ появились слёзы.

Она пыталась лечить его.

Снова и снова.

Вкладывая остатки магии.

Но раны не закрывались.

Рейнар смотрел только на неё.

Будто вокруг больше никого не существовало.

— Помнишь...

когда мы встретились впервые...

Лиарэ кивнула.

— Ты тогда назвал меня надменной эльфийкой.

— Потому что ты такой и была.

Несмотря на боль, на её лице появилась слабая улыбка.

— А ты был невыносимым.

— Был?

На этот раз усмехнулись оба.

Затем Рейнар стал серьёзным.

Очень серьёзным.

— Лиарэ...

Она почувствовала, как сердце сжалось.

— Что?

Он долго смотрел ей в глаза.

Словно хотел запомнить каждую черту её лица.

— Если мы победим...

обязательно расскажи Каэлю...

что оно того стоило.

— Нет.

Ты сам ему расскажешь.

Рейнар едва заметно покачал головой.

— Нет.

Не это.

Он тяжело вдохнул.

И впервые за всё время сказал то, что скрывал многие месяцы.

— Скажи ему...

что рядом с тобой сражался самый счастливый человек в Эларионе.

Лиарэ замерла.

Рейнар слабо улыбнулся.

— Потому что мне выпала честь знать тебя.

Слёзы покатились по её щекам.

Но в этот момент над полем боя вдруг вспыхнул золотой свет.

Такой яркий, что все невольно подняли головы.

Даже Селена.

Даже воины Тьмы.

Свет исходил из самого сердца Источника Огня.

Испытание Каэля приближалось к завершению.

И древняя сила начинала пробуждаться.

Поле боя затихло.

Не потому, что битва закончилась.

А потому, что все почувствовали это одновременно.

Источник Огня пробудился.

Над древним святилищем вспыхнул золотой столб света.

Он прорезал облака.

Осветил горы.

Осветил армии Тьмы.

Осветил каждого воина Света.

Лиарэ подняла заплаканные глаза.

Селена обернулась.

Даже слуги Нер'Талиса замерли.

Из сияния вышел Каэль.

Но это был уже не тот Каэль, который вошёл в Источник.

Его доспехи покрывали живые огненные руны.

Глаза светились золотом.

За спиной колыхался плащ из языков пламени.

А в руках он держал меч, внутри которого будто горело маленькое солнце.

Первый Хранитель Огня сделал свой выбор.

Каэль стал новым Хранителем Огня.

Но едва он увидел Лиарэ...

улыбка исчезла с его лица.

На её руках лежал Рейнар.

Бледный.

Едва дышащий.

Каэль мгновенно оказался рядом.

Он опустился на колено.

Посмотрел на раны.

И нахмурился.

Даже сила Источника не могла просто отменить смерть.

Но...

Он чувствовал.

Слабая искра жизни всё ещё оставалась.

Очень слабая.

Но оставалась.

— Его ещё можно спасти, — тихо произнёс Каэль.

Лиарэ подняла взгляд.

В её глазах впервые появилась надежда.

— Правда?

— Если мы доберёмся до Элариона.

До Великого Древа.

До Лунных Целителей.

Селена сразу поняла проблему.

— Это слишком далеко.

Даже на лучших конях.

Каэль покачал головой.

— Для обычных людей.

Да.

Он поднял руку.

Пламя Источника вспыхнуло вокруг.

И прямо в воздухе появился огромный огненный круг.

Портал.

Но открыть его полностью Каэль не смог.

Сила Хранителя ещё не подчинилась ему до конца.

Портал дрожал.

Разрушался.

Снова собирался.

— Этого хватит только на один переход.

Лиарэ крепче прижала Рейнара.

— Тогда идём.

Сейчас же.

Но в этот момент из теней раздался голос.

Холодный.

Знакомый.

И полный злобы.

— Как трогательно...

Воздух вокруг потемнел.

Из чёрного дыма возникла призрачная фигура.

Не настоящий Нер'Талис.

Лишь часть его восстанавливающейся души.

Но даже этого хватило, чтобы земля покрылась трещинами.

— Ты получил силу Огня, Каэль Варден.

Я ожидал этого.

Золотой меч в руках Каэля вспыхнул ярче.

— Тогда ты должен знать, чем всё закончится.

Тёмный маг усмехнулся.

— Нет.

Ты получил лишь первую из древних сил.

А я вернул себе все три печати.

Тени вокруг задрожали.

— Пока вы будете спасать одного смертного...

я соберу свою армию.

Перед глазами героев вспыхнули видения.

Пылающий Астерион.

Разрушенные крепости Севера.

Армии чудовищ, выходящие из древних разломов.

Тысячи тайных последователей Нер'Талиса во всех королевствах.

Подготовка к великой войне уже началась.

Фигура мага начала растворяться.

Но перед исчезновением он произнёс ещё одну фразу.

Именно её все запомнили.

— Спасайте своего друга.

Пока можете.

Когда я вернусь...

мир уже будет принадлежать мне.

Тьма исчезла.

Наступила тишина.

Каэль посмотрел на Рейнара.

На Лиарэ.

На Селену.

Затем на портал.

— В Эларион.

Сейчас.

Герои шагнули в сияние.

А далеко на юге, среди руин древнего храма, начали открываться глаза того, кого весь мир боялся больше смерти.

Настоящее возрождение Нер'Талиса уже началось.

Глава 7. Тень над миром

Прошло три дня после пробуждения Источника Огня.

Три дня, которые изменили весь мир.

Нер'Талис ещё не восстановился полностью.

Но его влияние уже ощущалось повсюду.

Словно сама тьма проснулась после долгого сна.

По всему континенту начали действовать его тайные последователи.

В одних королевствах вспыхивали бунты.

В других исчезали советники, генералы и правители.

Древние культы, считавшиеся уничтоженными сотни лет назад, вновь поднимали головы.

Никто больше не сомневался.

Война за печати закончилась.

Началась война за сам мир.

Эларион

В самом сердце эльфийского королевства под сводами Великого Древа лучшие целители боролись за жизнь Рейнара.

Лиарэ не отходила от него ни на шаг.

День.

Ночь.

Снова день.

Иногда ей казалось, что он вот-вот откроет глаза.

Но потом надежда снова угасала.

Даже древняя эльфийская магия не могла гарантировать спасение.

Королева Аэлинар лично наблюдала за лечением.

Она понимала:

если Рейнар умрёт, Лиарэ уже никогда не станет прежней.

А впереди была война, в которой каждому герою предстояло сыграть свою роль.

Астерион

Тем временем осада продолжалась.

Громар Череполом выжил.

Хотя после битвы с Аэлинар на его теле остались ожоги от лунного оружия.

Впервые в жизни орк получил раны, которые не могли зажить.

И это приводило его в ярость.

Каждый день он усиливал давление на город.

Каждый день к его армии прибывали новые отряды.

Но теперь у стен стояла сама Аэлинар.

И пока она была жива, город держался.

Громар начал понимать неприятную истину.

Возможно, для победы ему придётся дождаться возвращения своего хозяина.

Южные пустоши

А далеко на юге, среди руин древнего храма, происходило нечто куда более страшное.

Там собирались силы Нер'Талиса.

Не армии.

Нет.

Куда хуже.

Древние сущности.

Проклятые маги.

Тени, существовавшие ещё до появления первых королевств.

С каждым днём их становилось всё больше.

И в центре этого мрачного сборища стоял чёрный трон.

Пока пустой.

Но ненадолго.

Совет Света

Спустя неделю после возвращения Каэля в Эларион был созван Великий Совет.

Впервые за многие годы за одним столом собрались лидеры оставшихся свободных народов.

Аэлинар.

Король Альдрик, всё ещё ослабленный после отравления.

Представители северных кланов, сумевших пережить гибель Харальда.

Командиры Лунной Гвардии.

Мудрецы Элариона.

И Каэль Варден.

Теперь никто не смотрел на него как на обычного рыцаря.

Он стал символом надежды.

Последним Хранителем Огня.

Но сам Каэль чувствовал другое.

Он чувствовал приближение Нер'Талиса.

Каждый день.

Каждую ночь.

Словно между ними появилась невидимая связь.

И однажды ночью, когда все уже покинули зал совета, перед Каэлем неожиданно вспыхнуло чёрное пламя.

Из него появился знакомый силуэт.

Нер'Талис.

Не иллюзия.

Не тень.

Настоящая часть его сущности.

Гораздо сильнее прежней.

Тёмный маг внимательно посмотрел на Каэля.

И неожиданно улыбнулся.

— Теперь я вижу тебя ясно.

Каэль медленно положил руку на рукоять меча.

— А я вижу тебя.

— Нет.

— усмехнулся Нер'Талис.

— Ты видишь лишь начало.

Тени вокруг заколыхались.

— Через тридцать дней я восстановлю всю свою силу.

В зале резко похолодало.

— Через тридцать дней начнётся Последняя Война.

Нер'Талис сделал шаг вперёд.

— Собери всех, кого сможешь.

Королей.

Героев.

Армии.

Драконов, если они ещё существуют.

В его голосе не было насмешки.

Только уверенность.

— Потому что через тридцать дней я приду за этим миром.

Чёрное пламя погасло.

И Каэль остался один.

На столе перед ним лежала карта континента.

Он долго смотрел на неё.

Затем тихо произнёс:

— Тогда у нас осталось тридцать дней, чтобы подготовить мир к войне.

И именно так началась предпоследняя глава великой саги.

До возвращения Нер'Талиса оставалось 30 дней...

После появления Нер'Талиса никто уже не мог спать спокойно.

Весть быстро разошлась по всему Совету Света.

Тридцать дней.

Всего тридцать дней до начала Последней Войны.

Каэль стоял на одной из ветвей Великого Древа Элариона и смотрел на ночное небо.

После испытания он изменился.

Стал сильнее.

Намного сильнее.

Но вместе с силой пришло новое бремя.

Он чувствовал мир.

Чувствовал очаги Тьмы.

Чувствовал страдания людей.

И самое страшное —

чувствовал растущее могущество Нер'Талиса.

С каждым днём оно становилось больше.

Позади раздались шаги.

Это была Лиарэ.

Впервые за много дней она покинула покои целителей.

— Как он?

— тихо спросил Каэль.

Лиарэ некоторое время молчала.

— Всё ещё между жизнью и смертью.

Каэль опустил голову.

— Мне жаль.

— Мне тоже.

На этот раз она не стала скрывать боль.

— Он спас меня.

А я не смогла спасти его.

Впервые за долгое время Каэль увидел в её глазах усталость.

Не физическую.

Душевную.

И вдруг над Великим Древом прозвучал тревожный рог.

Один раз.

Потом второй.

Потом третий.

Тревога.

Настоящая тревога.

Они одновременно подняли головы.

К ним уже бежали эльфийские стражники.

— Ваше Величество созывает Совет!

Немедленно!

Через несколько минут

Главный зал Элариона был переполнен.

На столе лежала карта континента.

Но теперь она выглядела иначе.

Красные отметки покрывали почти половину известных земель.

Альдрик нахмурился.

— Что это?

Один из разведчиков сделал шаг вперёд.

— За последние трое суток.

Он тяжело сглотнул.

— Мы потеряли связь с семью крепостями.

В зале воцарилась тишина.

— Сколькими?

— переспросила Аэлинар.

— Семью.

Разведчик продолжил:

— Гарнизоны исчезли.

Некоторые города открыли ворота без боя.

В других местах жители утверждают, что видели тени.

Лицо Аэлинар стало мрачным.

Она сразу поняла.

Началось.

Валлен Дарком запускал спящую сеть агентов Нер'Талиса.

То, что он создавал годами.

Пока армии Света сражались на фронтах, Тьма начинала захватывать мир изнутри.

Тогда поднялся Каэль.

Все посмотрели на него.

— Нер'Талис готовится не к одной битве.

Его голос звучал уверенно.

— Он готовится к завоеванию.

Каэль провёл рукой над картой.

Золотые руны вспыхнули над несколькими регионами.

— Здесь.

Здесь.

И здесь.

Аэлинар удивлённо посмотрела на него.

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую его след.

В зале стало тихо.

Даже древние маги переглянулись.

Сила Хранителя Огня росла быстрее, чем ожидалось.

Именно тогда двери Совета распахнулись.

В зал вбежал один из лунных целителей.

По его лицу было понятно:

что-то произошло.

Лиарэ вскочила первой.

— Что случилось?

Целитель тяжело дышал.

А затем произнёс слова, от которых её сердце едва не остановилось.

— Он очнулся.

Лиарэ замерла.

— Рейнар очнулся.

На несколько секунд она просто стояла неподвижно.

Словно не веря услышанному.

А затем впервые за многие недели улыбнулась.

По-настоящему.

Но старый целитель ещё не закончил.

— Однако...

Улыбка исчезла.

— Он говорит странные вещи.

Все насторожились.

— Какие?

Целитель посмотрел сначала на Каэля.

Потом на Аэлинар.

И только потом ответил.

— Он утверждает, что пока находился между жизнью и смертью...

он видел место, где сейчас собирает свои силы Нер'Талис.

В зале повисла такая тишина, что было слышно потрескивание свечей.

Потому что впервые за всё время у Света мог появиться шанс узнать, где находится сердце Тьмы.

И если Рейнар действительно видел то, что говорил...

то Последняя Война могла начаться намного раньше, чем через тридцать дней.

Весть о пробуждении Рейнара быстро разлетелась по Великому Древу.

Но радость длилась недолго.

Потому что вместе с ней пришли новые тревожные новости.

На следующий день в Эларион прибыл гонец.

Один.

Без свиты.

Без знамён.

Без охраны.

Его конь рухнул замертво прямо у ворот.

Сам гонец едва держался на ногах.

Но всё равно потребовал немедленной аудиенции у Совета Света.

Через час он стоял перед Аэлинар, Альдриком и Каэлем.

— Я прибыл от короля Эдрика Велгардского.

В зале сразу стало тихо.

Многие советники недовольно переглянулись.

Имя Эдрика давно вызывало раздражение.

Слишком часто он ставил собственные интересы выше интересов союзников.

Гонец развернул свиток.

— Послание Его Величества.

Он начал читать.

— «Я знаю, что вы мне не доверяете.»

Альдрик мрачно усмехнулся.

— Хоть в чём-то он честен.

Гонец продолжил.

— «Я совершил ошибки. Некоторые из них могут стоить мне короны. Некоторые — жизни. Но сейчас это уже не имеет значения.»

В зале стало совсем тихо.

— «Нер'Талис больше не скрывается. Его слуги действуют по всему Велгарду. Города исчезают. Гарнизоны переходят на сторону Тьмы. Я видел то, что приближается.»

Даже Аэлинар внимательно слушала.

— «Если падёт Эларион — падёт Велгард. Если падёт Велгард — падут все остальные. Поэтому я собираю армию и выступаю на соединение с силами Света.»

Гонец поднял взгляд.

— «Через двадцать дней я прибуду к Астериону.»

Последняя строка заставила многих удивиться.

— «После войны вы сможете судить меня как пожелаете. Но пока я жив — Велгард не станет рабом Тьмы.»

Свиток свернулся.

В зале повисло молчание.

Первым заговорил Альдрик.

— Никогда не думал, что услышу подобное от Эдрика.

— Люди меняются.

— тихо сказала Аэлинар.

Но Каэль молчал.

Потому что чувствовал нечто другое.

Он ощущал страх.

Не в словах.

Не в письме.

Где-то далеко.

В самом сердце Велгарда.

Там уже происходило что-то ужасное.

Велгард

В тот же самый момент Эдрик стоял на стенах своей столицы.

Перед ним простирались поля.

Некогда зелёные.

Теперь почерневшие.

На горизонте поднимался дым.

Десятки деревень уже были уничтожены.

Велгард платил цену за прошлые ошибки.

Рядом появился генерал.

— Ваше Величество.

Разведчики вернулись.

Эдрик обернулся.

— Докладывай.

— Мы нашли Валлена Даркома.

Лицо короля сразу стало холодным.

— Где?

— В Чёрной Долине.

Он собирает армию.

Генерал сглотнул.

— Очень большую армию.

Эдрик посмотрел на карту.

Теперь он наконец понял.

Валлен никогда не служил Велгарду.

Никогда не служил людям.

Он всё это время служил только Нер'Талису.

— Значит, пора заканчивать старые долги.

Король взял меч.

Впервые за много лет не как правитель.

Как воин.

— Собирайте армию.

Мы выступаем сегодня.

Эларион

Тем временем Каэль, Лиарэ и Аэлинар посетили покои Рейнара.

Он был слаб.

Очень слаб.

Но уже сидел в постели.

Увидев друзей, он улыбнулся.

— Вы выглядите хуже меня.

— Это невозможно.

— ответила Лиарэ.

Рейнар рассмеялся.

Потом сразу поморщился от боли.

Но затем его лицо стало серьёзным.

Он посмотрел на Каэля.

— То место...

которое я видел.

В комнате стало тихо.

— Расскажи.

— попросил Каэль.

Рейнар медленно закрыл глаза.

Перед ним снова возникли воспоминания.

Тёмные.

Страшные.

— Это был древний храм.

Очень далеко на юге.

— Что ещё?

— Там стоял трон.

Аэлинар нахмурилась.

— Чёрный трон?

Глаза Рейнара распахнулись.

— Да.

Откуда вы знаете?

Никто не ответил.

Потому что все уже поняли.

Рейнар видел место возрождения Нер'Талиса.

И теперь у Света появился шанс.

Маленький.

Отчаянный.